Серафим конца времен - Иная история. Том пятый

Пролог — Неожиданная встреча.

Темно.

Холодно.

Неприятно.

Сознание возвращалось медленно, рывками. Оно раз за разом пыталось вырваться из вязкой темноты, но та никак не отпускала, снова и снова утягивая обратно. Даже когда ему удавалось ненадолго прийти в себя, голову тут же разрывалась от адской боли. Перед глазами всё плыло, а мысли постоянно рассыпались, не успев сформироваться во что-то более-менее внятное. Да и ощущения были такие, словно он неделю не просыхал.

Хотя нет.

После недельной попойки ему, пожалуй, было бы куда легче.

Котаро не помнил, с какой именно попытки ему удалось прийти в себя. В голове до сих пор царил сущий бардак. Мысли то путались, то обрывались на полуслове, то исчезали. Сосредоточиться никак не получалось, из-за чего голова казалась совершенно «пустой».

«Что… со мной?..»

Котаро несколько раз пытался открыть глаза. В какой-то момент веки все-таки поддались… но тут же закрылись обратно.

Слишком ярко.

Слишком больно.

Он в спешке зажмурился. Еще и руками закрылся для большей надежности. Переждал так с пару секунд и предпринял новую попытку. Снова приоткрыл глаза, но в этот раз куда осторожнее. К счастью, свет больше не резал так сильно, хотя зрение всё ещё оставалось мутным.

Но этого вполне хватило, чтобы осмотреться.

«Какого...», — невольно вырвалось из груди.

Вокруг него колыхалась какая-то непонятная зеленоватая жидкость.

Стоило Котаро вдохнуть… как он почувствовал крайне неприятное ощущение в легких. Оно было настолько тяжелым и непривычным, что ему на мгновение даже показалось, что он начал задыхаться. Кислорода будто не хватало, хотя он все еще продолжал дышать… но паника уже брала над ним верх. Она буквально выбила из него все былое спокойствие, заставив жадно хватать ртом непривычный воздух. Руки сами собой потянулись к лицу, где и наткнулись на плотно прилегавший к лицу объект.

Первые пару секунд Котаро все никак не мог понять, что именно ощупывает руками. Осознание пришло как-то спонтанно. А стоило ему догадаться, как все внутри немного успокоилось.

По крайней мере, хотя бы паника отступила.

Этим объектом оказалась кислородная маска. Судя по всему, именно благодаря ей он все ещё не задохнулся в этом... месте.

Но легче от этого не становилось.

Он невольно опустил взгляд…

Ни одежды, ни оружия. Ожидаемо.

Голое тело медленно покачивалось в мутноватом растворе, будто в самой настоящей невесомости. На руках, ногах и груди виднелись десятки тонких пластиковых трубок. Они уходили куда-то за пределы его поля зрения. Но заинтересовали Котаро не сами трубки, а их содержимое: по ним медленно текла какая-то непонятная темная жидкость.

Он несколько секунд просто смотрел на них.

«Да вы издеваетесь...»

— Очнулся, наконец. — раздался в голове до боли знакомый голос. — А я уж было подумал, что тебе тут понравилось. Кормят, поят, капельницы ставят...

«Завались».

— Как скажешь.

На препирательства с рогатым сейчас не было ни сил, ни желания.

Для начала стоило понять, где он вообще оказался.

Мутная жидкость мешала рассмотреть хоть что-то вокруг, поэтому Котаро оттолкнулся ногами от чего-то твёрдого позади и поплыл вперёд. Вот только двигаться в непонятной жидкости оказалось куда труднее, чем он ожидал. Приходилось лишний раз напрягаться, чтобы проплыть дальше. К счастью, уже через пару секунд ладони упёрлись в гладкую поверхность. Котаро осторожно провёл по ней ладонью, затем постучал костяшками пальцев пару раз.

Но в ответ услышал лишь глухой звук.

Судя по тому звуку, это было стекло. Причем довольно толстое.

«Медицинская капсула?..»

Или что-то похожее.

Чтобы убедиться в этом, он осмотрелся по сторонам.

По бокам виднелись крупные металлические крепления, а за самим стеклом — тусклый свет и смутные очертания какого-то помещения.

Взгляд сам собой зацепился за трубки, тянувшиеся к его телу.

Вот теперь ситуация ему совсем не нравилась.

Котаро ухватился за ближайшую трубку и хотел было выдернуть ее…

Ничего.

«Чтоб тебя...»

Мышцы словно налились свинцом. Даже поднять руку оказалось той еще задачей. Пальцы так вообще слушались через раз. Котаро с большим трудом согнул их в кулак, а потом еще несколько секунд смотрел на собственную кисть, пытаясь заставить её нормально двигаться.

Пускай и не сразу, но та все-таки поддалась. По крайней мере, ему удалось нормально обхватить пальцами холодный пластик.

«Уже прогресс...»

Котаро сжал зубы и снова дёрнул трубку, что было сил. Тело тут же отозвалось болезненным напряжением, но инородный объект все-таки покинул левую руку: трубка с коротким рывком выскочила из предплечья, оставляя в мутной жидкости красноватый след.

Котаро чуть поморщился.

Боль была вполне настоящей, но сейчас его волновало другое.

Он всё ещё не мог нормально двигаться. Тело по-прежнему казалось тяжелым и крайне неповоротливым. К тому же, это была всего лишь одна трубка. Из десятка подобных по всему телу.

Впрочем, с каждой новой попыткой ему становилось немного легче. Пальцы постепенно обретали былую чувствительность, а скованность в конечностях понемногу отступала.

Процесс заметно ускорился.

Котаро вырвал очередную трубку с груди и тяжело выдохнул.

«Похоже, я был прав. Эта дрянь держала меня в отключке...»

— Или поддерживала в тебе жизнь. — между делом заметил Наймаро.

Котаро проигнорировал его.

Последняя трубка наконец-то покинула тело. Он отбросил её в сторону и, оттолкнувшись от стенки капсулы, снова подплыл к стеклу. Бегло «пробежался» по нему рукам. Пару раз ударил кулаком.

Бесполезно. Ни единого намёка на повреждение.

Котаро нахмурился и ударил ещё раз, уже со всей доступной силой.

Но результат остался прежним.

«Дерьмо...»

В нынешнем состоянии ему отсюда не выбраться. Хоть упирайся, толку — ноль. Да и неизвестно, что будет, если он продолжит бездумно колотить по стеклу. Скорее уж, разобьёт себе руки, чем добьётся хоть какого-нибудь результата.

Поэтому придётся подождать.

Пускай тело хоть немного восстановится.

А пока...

Котаро прищурился и попытался рассмотреть помещение снаружи.

Первое, что бросилось ему в глаза — это громоздкие металлические агрегаты с мигающими индикаторами. Некоторые Котаро вообще видел впервые. Рядом с ними стояли какие-то причудливые сканеры, опутанные толстыми проводами. Чуть дальше тянулись ряды стеклянных шкафов с пробирками и колбами.

«Лаборатория?»

По крайней мере, всё выглядело именно так.

Хотя назвать это обычной лабораторией у него язык бы не повернулся. В одном из ближайших шкафов переливалась какая-то разноцветная жидкость. На металлических полках лежали хирургические инструменты. Некоторые из них были испачканы засохшей кровью.

Котаро задержал на них взгляд.

«Ага. Прекрасно. Просто замечательно...»

И это он увидел далеко не всё.

Капсула находилась не в самом лучшем месте, поэтому часть лаборатории скрывалась за пределами его обзора. Что там ещё могло находиться, оставалось только гадать.

Котаро провёл ладонью по лицу.

Похоже, он опять вляпался в очередное дерьмо.

Причём, судя по всему, по самые уши.

Попытки восстановить память тоже не принесли особого результата.

Котаро помнил лишь отдельные обрывки. Они вспыхивали перед глазами, стоило ему сосредоточиться, но тут же расплывались, смешиваясь друг с другом.

И всё же он продолжал цепляться за них.

******

Он снова сражается с тем ублюдком. Удачный манёвр. Ему удаётся подавить противника. Хиираги прижат к стене.

Нужен ещё один удар...

Но именно в этот момент действие допинга подошло к концу.

******

Котаро невольно стиснул зубы.

Воспоминание оборвалось, оставив после себя знакомую вспышку ярости. Но он заставил себя успокоиться.

Сейчас злость ничем не поможет.

******

Ублюдок подходит к нему. Опускается на колени. Его рука касается груди. Холодные прикосновения. Пальцы неожиданно пробивают плоть и тянутся прямо к Ядру.

Почти касаются его...

Но тут вмешивается Принцесса.

Они о чем-то говорят. Слова не разобрать, так как в памяти остались лишь размытые образы. Затем появляется вампирша. Та самая, розоволосая, с которой они уже сталкивались раньше.

Она берет его в заложники.

Затем очередные разговоры…

******

«Обмен...»

Котаро замер.

«Точно. Речь шла про обмен.»

Но на кого?

И почему он до сих пор жив?

Последний вопрос, пожалуй, был самым важным. Если его не убили сразу после того, как схватили, значит, он кому-то понадобился. А если вспомнить, кто именно участвовал в тех переговорах...

«Чёрт...»

Похоже, его действительно обменяли.

Вот только зачем?

Котаро откинулся спиной на холодное стекло и прикрыл глаза.

Отталкиваясь от тех немногочисленных стычек с Принцессой, можно было сказать одно: друзьями они не были. Да чего уж там — их и товарищами-то можно было назвать с большой натяжкой. Скорее уж, вынужденные союзники. Не более того. И вот эта высокомерная девица решила обменять Ублюдка, — свою главную цель, — на него? На простого солдата, который каждый раз перечил ей и пытался всё сделать по-своему?

«Бред какой-то».

Скорее уж вампиры добровольно сдадутся ЯИДА, чем такое произойдёт.

«Хотя...»

Котаро нахмурился.

Там ведь была ещё и та розоволосая вампирша. Но вряд ли её присутствие могло заставить Принцессу отступить. Та явно была не из тех, кто отказывается от своей цели из-за какого-то там «препятствия».

«Разве что…»

Возможно, она поняла, что не сможет победить ее и решила действовать иначе.

— О, похоже, ты наконец-то задумался об этом. — протянул Наймаро с усмешкой. — Не прошло и века...

«Заткнись», — привычно отмахнулся от него Котаро.

Но демон и не думал затыкаться.

— Да ладно тебе. Просто прими это как данность: ты ей нужен. Причём нужен живой. А вот зачем — это уже другой вопрос.

Котаро поморщился.

— Кстати, сейчас у нас есть куда более важная проблема…

«БУХ!»

Снаружи раздался глухой звук.

Котаро замер.

На мгновение он даже позабыл о разговоре с Наймаро. Затем прислушался, пытаясь уловить что-нибудь ещё, но в лаборатории вновь воцарилась гробовая тишина.

Он прищурился, вглядываясь сквозь мутную толщу раствора.

В глубине помещения мелькнула какая-то тень. Или ему показалось? Рассмотреть происходящее толком не удавалось. Слишком далеко и размыто. Но чутьё упрямо подсказывало: что-то тут не так.

А ему Котаро привык доверять.

«Что там за хрень происходит?..»

Как бы то ни было, сейчас явно происходило нечто незапланированное. И если это так, то привлекать к себе лишнее внимание было последним, что ему следовало делать.

Котаро быстро оттолкнулся от стекла, расслабил тело и позволил себе медленно зависнуть в растворе. Ни единого лишнего движения. Пускай думают, что он всё ещё без сознания.

«Трубки!..», — вспомнил он про эту важную деталь. — «Чёрт! Я ведь сорвал их...»

Котаро мысленно выругался.

Впрочем, сейчас уже ничего не поделаешь. Любая попытка вернуть трубки на место лишь привлечёт ненужное внимание. Оставалось только надеяться, что неизвестный не заметит этой мелочи. Ну или хотя бы не придаст ей особого значения.

Прошло несколько напряженных минут.

Капсула неожиданно содрогнулась.

Котаро едва удержался от того, чтобы не открыть глаза.

«ПШУ-У-УХ!»

Раздалось механическое жужжание.

Защитное стекло быстро поползло наверх, и в ту же секунду весь раствор хлынул наружу. Мощный поток тут же подхватил Котаро, словно какую-то тряпичную куклу, и с силой выбросил из капсулы.

Он даже не успел сгруппироваться.

Глухой удар.

Холодный пол.

И резкая боль в правом боку.

— Кху...

Котаро невольно скривился, но сразу же позабыл о ноющей боли.

Потому что следом пришло нечто похуже.

Холод.

Леденящий и пробирающий до самых костей. Тело мгновенно бросило в неконтролируемую дрожь. Каждое крохотное движение, казалось, лишь сильнее «пробирало». Будто его только что вытащили из «уютной» комнаты и бросили посреди зимней улицы.

Голым и совершенно беззащитным!

Котаро попытался было вдохнуть поглубже… но сразу же пожалел об этом. Холодный воздух болезненно обжог лёгкие, отбив всякое желание повторять. Да и каждый последующий вдох давался ничуть не легче первого. Словно с их помощью внутри грудной клетки разгорался самый настоящий пожар.

«Какого… чёрта...»

Еще и этот яркий свет…

После долгого пребывания в мутном растворе наружное освещение лаборатории казалось настолько ярким и жгучим, что приходилось постоянно жмуриться и закрываться руками, чтобы хоть немного облегчить резкую боль от этой яркой «белизны». Котаро не мог даже нормально посмотреть перед собой. Стоило ему немного приоткрыть веки, как новая волна боли тут же заставляла вновь зажмуриться.

И так по кругу.

Котаро даже попытался приподняться, но руки неожиданно подкосились. Он снова рухнул на пол, неприятно отбив правый бок. Снова тяжело дышал, пытаясь хоть как-то прийти в себя.

А затем...

Раздался звон. Так резко и неожиданно, будто рядом с его ухом неожиданно взорвалась граната. Тело непроизвольно дернулось, из-за чего Холод с новой силой «вгрызся» в его обнаженную плоть. Мало ему было проблем. Так теперь еще и этот оглушительный шум. Он заполнил собою всю голову, мешая хоть как-то собраться с мыслями.

Он не знал, сколько продолжалась эта «пытка».

Секунды? Минуты?

Время в какой-то момент словно перестало существовать. Остались только холод, боль, ослепительный свет и бесконечный шум в ушах. Иногда сознание начинало уплывать, погружая его в спасительное полузабытьё. Но стоило ему ненадолго провалиться в вязкую темноту, как очередная волна болезненных ощущений рывком возвращала обратно.

И так раз за разом.

В какой-то момент над ним мелькнула огромная тень.

Котаро едва успел это заметить, прежде чем почувствовал на коже мягкое прикосновение ткани.

Похоже, кто-то накрыл его.

Одеялом? Простынем? Плевать. По крайней мере, теперь холод ощущался не так остро. Да, тело всё ещё жутко дрожало, но появилось хоть какое-то подобие защиты.

А затем — резкая боль в шее.

«Какого?!..»

Котаро попытался было дёрнуться, но мышцы почти не слушались. Да и незнакомец сработал быстро и точно. Судя по всему, проделывал подобное далеко не в первый раз.

Котаро стиснул зубы.

«Только попробуй...»

Впрочем, угрозы так и остались в его голове. Потому что через несколько секунд место укола начало нагреваться. Сначала едва заметно. Затем сильнее. По венам прокатилась вполне знакомая волна проклятой энергии. Она быстро устремилась по кровотоку к Ядру — источнику его силы.

И там словно что-то щёлкнуло.

Застоявшаяся энергия быстро пришла в движение.

Ядро наконец-то пробуждалось, разгоняя собственные потоки проклятой энергии по всему телу. Приятное тепло стремительной волной разлилось по груди, плечам, рукам. Постепенно возвращалась хоть какая-то чувствительность, а мышцы вновь начинали слушаться. По крайней мере, они стали куда отзывчивее, чем раньше.

Котаро медленно сжал пальцы в кулак.

Получилось.

Попробовал немного пошевелить ногами.

Тоже получилось.

К этому моменту звон в ушах практически стих. Свет больше не казался настолько невыносимым, а перед глазами начали проступать первые очертания предметов.

«Наконец-то.»

Когда тело более-менее пришло в норму, Котаро резко вскочил на ноги и отпрыгнул назад. Правда, при этом чуть пошатнулся, едва не потеряв равновесие. Но всё-таки устоял на трясущихся ногах.

Первым делом он осмотрелся.

Незнакомец находился прямо перед ним. Точнее… незнакомка? Котаро различал её силуэт лишь смутно, однако этого оказалось вполне достаточно, чтобы понять: она не собиралась нападать.

Ни попыток схватить его.

Ни оружия.

Она просто стояла и наблюдала.

«Что за хрень?..»

Ситуация ему не нравилась.

Но раз уж неизвестная пока бездействовала, он решил не торопиться. Быстро отступил ещё на пару шагов, увеличивая расстояние между ними. Так у него хотя бы появится пространство для будущих манёвров.

— Похоже, препарат всё-таки подействовал, — раздался приятный женский голос. — Хотя и не так быстро, как в недавних экспериментах...

Котаро нахмурился.

Голос звучал спокойно. Даже с некоторой долей удовлетворения.

Он внимательнее вгляделся в собеседницу.

Постепенно, ее смутный силуэт начал обретать чёткие очертания.

Это была молодая девушка в медицинском халате. Немногим старше его. Серебристые волосы, свободно ниспадавшие на плечи, и яркие золотистые глаза. Она стояла возле громоздкого медицинского агрегата, что-то разглядывая на его поверхности.

Незнакомка негромко пробормотала какую-то фразу, но Котаро разобрал лишь отдельные слова. Точнее, какие-то непонятные термины. Но это всё равно ни о чём ему не говорило.

Девушка слегка наклонила голову.

Серебристые пряди скользнули в сторону, обнажив тонкую шею.

«Одно быстрое движение...»

Котаро тут же отогнал эту мысль.

Нет. Пока рано.

Он всё ещё не знал, с кем имеет дело. А судя по тому, как свободно незнакомка чувствовала себя в этой лаборатории, недооценивать её не стоило.

Будто почувствовав его взгляд, девушка повернулась.

Их глаза встретились. Золотистые зрачки мгновенно вспыхнули ненасытным любопытством. На кукольном личике появилась далеко не детская улыбка. Широкая и неестественно довольная.

И оттого — весьма неприятная.

— Кто ты? — наконец спросил Котаро. Собственный голос в тот момент прозвучал как-то хрипло. Так, будто он несколько дней не разговаривал.

— Я? — девушка удивлённо приподняла брови. Словно вопрос «кто ты?» действительно застал её врасплох. — Хм-м-м... — она задумчиво приложила палец к подбородку. — Исследователь? Нет, скорее куратор... Тоже не то...

Девушка на мгновение замолчала, подбирая нужные слова в голове.

— А! — и буквально через секунду её лицо озарилось довольной улыбкой. — Я твоя спасительница! Вот!

«Ага. Спасительница, как же».

Котаро едва заметно скривился.

— Раз уж ты наконец-то очнулся, предлагаю...

Девушка неожиданно осеклась.

Её взгляд скользнул по его напряжённой позе, чуть задержался на сжатых кулаках и вновь вернулся к лицу.

Она тяжело вздохнула.

— Не советую этого делать.

Котаро ничего не ответил.

Лишь чуть сильнее сжал кулаки.

— Если бы я хотела тебе навредить, то давно бы уже это сделала, — продолжила незнакомка. Причем таким рассудительным тоном, будто она объясняла нечто само собой разумеющееся маленькому ребенку. — Подумай сам. Ты нужен мне живым, а не мёртвым. Всё же предельно просто.

— С чего бы мне тебе доверять?

— Наверное, с того, что я тебя освободила? — она вновь задумчиво коснулась подбородка указательным пальцем. — Или потому, что ввела тебе усилитель, чтобы ты быстрее пришёл в себя?

На губах девушки появилась лукавая улыбка.

— Какой из вариантов тебе нравится больше?

Котаро промолчал.

Именно это ему и не нравилось.

Слишком много вопросов.

Кто она такая? Почему находится здесь? И какого чёрта вообще решила его освободить?

Но ни на один из них у него пока не было ответа.

Тем временем незнакомка оттолкнулась от медицинского агрегата и шагнула вперёд.

Прямо к нему.

Котаро мгновенно напрягся.

— Стой на месте.

Бесполезно. Девушка продолжила идти.

— Я сказал — стой! — повысил голос Котаро.

Но она даже не замедлилась.

«Дерьмо...»

Котаро быстро огляделся, пытаясь найти хоть что-нибудь, что могло бы сойти за оружие. И почти сразу заметил металлический столик справа. На белой простыне аккуратно лежали хирургические инструменты.

Скальпели. Зажимы. Пинцеты.

Он схватил ближайший скальпель и выставил его перед собой.

— Ещё шаг — и...

— И что? — спокойно перебила его девушка.

Она остановилась прямо перед ним. Настолько близко, что остриё скальпеля почти касалось её незащищенного горла. Ещё одно неосторожное движение — и тонкая сталь рассекла бы бледную кожу.

Но незнакомка даже не дрогнула.

— Убьёшь меня? Или возьмёшь в заложники? — она слегка наклонила голову, разглядывая его лицо с нескрываемым интересом. — Какой бы вариант ты ни выбрал, всё это бессмысленно. Уверяю тебя.

Котаро нахмурился.

Эта уверенность...

Она пугала куда сильнее любых угроз.

Казалось, девушка воспринимала происходящее не как опасную ситуацию, а как досадную помеху. Будто перед ней стояла не вооружённая скальпелем жертва, а какой-то несмышлёный ребёнок.

— Чтобы ты понимал, — продолжила она, — побег бесполезен. Без местных карт ты с вероятностью в девяносто восемь процентов просто заблудишься в этом комплексе. Если что, здесь сотни коридоров, десятки уровней и больше двух тысяч помещений. А ты даже не знаешь, где находится выход. Еще здесь полно камер наблюдения. — девушка чуть улыбнулась. — Так что тебя обязательно найдут и поймают. Потом изобьют до полусмерти и снова отправят в капсулу. И это, поверь мне, самый благоприятный исход из всех тринадцати возможных.

Котаро молча смотрел на неё.

Золотистые глаза незнакомки вновь вспыхнули каким-то странным блеском.

— Ну так что? Стоит ли оно того?

Ответить было нечего.

Как бы ему ни хотелось, но девушка говорила вполне разумные вещи. Он действительно ничего не знал об этом месте. Ни расположения коридоров, ни количества уровней, ни даже того, где именно находился. Да и попытка сбежать сейчас вполне могла закончиться повторным заключением.

А то и чем-нибудь похуже.

«Чёрт...»

И это, по её словам, ещё лучший исход.

Из тринадцати возможных.

— Люблю умных людей. — с мягкой улыбкой произнесла незнакомка.

Тонкие пальцы скользнули по его руке с почти хирургической точностью и забрали опасный предмет. После чего девушка просто отбросила «оружие» в сторону.

Звон металла эхом прокатился по просторному помещению.

— А теперь перейдём к самому главному. Я предлагаю тебе поучаствовать в моём ма-а-аленьком эксперименте...

Котаро прищурился.

— Я так понимаю, выбора у меня особо-то и нет?

— Почему же? — Девушка искренне удивилась. — Конечно же, выбор у тебя есть. Ты можешь согласиться... — она выдержала небольшую паузу. — а можешь отказаться. Но это будет крайне нерационально с твоей стороны.

— С чего бы?

Улыбка на лице незнакомки стала чуть шире.

— С того, что ты не сможешь отомстить Хиираги Юичиро.

Котаро мгновенно сжал кулаки. Их костяшки быстро побелели.

Одного упоминания этого имени оказалось достаточно, чтобы перед глазами вновь вспыхнули ненавистные образы. Те самые, что до сих пор преследовали его даже во снах.

«Ублюдок...»

Его проклятое лицо и зеленые глаза.

— Учитывая твои незаурядные способности и наличие восьмого «Осколка», — как ни в чем не бывало продолжила девушка, неторопливо прохаживаясь по лаборатории. Да и говорила она это с таким заумным тоном, словно зачитывала лекцию юному студенту. — шансы на успех в противостоянии с Хиираги Юичиро составляют всего тридцать процентов. И это при самых благоприятных условиях.

«Маловато. Но всё ещё не так плохо».

В конце концов, он ведь почти сумел убить этого Ублюдка в прошлый раз. Если бы допинг продержался хотя бы на минуту дольше...

Девушка неожиданно усмехнулась. Так, будто прочитала его мысли.

Котаро невольно нахмурился.

— Тебе никто не говорил, что ты слишком предсказуемый?

Она остановилась прямо перед ним и слегка наклонилась вперёд.

— Нет? Как странно... Обычно это первое, что замечают.

Котаро промолчал.

— Но вернёмся к нашему разговору. Что бы ты там себе ни надумал, ты упускаешь самое главное! — девушка подняла указательный палец. — Эти цифры верны лишь в том случае, если количество пробуждённых «Осколков» в теле Хиираги Юичиро останется неизменным. Но стоит ему пробудить хотя бы один дополнительный «Осколок»... — она быстро сжала и разжала кулачки, изображая небольшой взрыв. — Пуф! Все твои шансы тут же исчезнут. Надеюсь, дальше объяснять не нужно?

Котаро не ответил.

Да и что тут скажешь?

Он и сам прекрасно понимал, насколько всё паршиво. Против четырёх Демонических Императоров ему не выстоять. Никак. С тремя-то было непросто. Та схватка едва не стоила ему жизни.

А если их станет четыре...

«Полный и безоговорочный провал».

Котаро мрачно выдохнул.

— Хм-м-м... — задумчиво протянула девушка, внимательно изучая его лицо. — Кажется, всё не так плохо, как я думала поначалу...

Она вдруг оживилась.

— Так вот! Я вновь предлагаю тебе поучаствовать в моём грандиозном эксперименте!

И буквально из ниоткуда вытащила пухлую папку с документами.

Котаро даже не успел среагировать, а та уже оказалась у него в руках.

«Тяжёлая, зараза».

Котаро уставился на папку, потом перевёл непонимающий взгляд с папки на незнакомку, молчаливо спрашивая: «и что мне с этим делать?»

Девушка, словно поняв его немой вопрос, любезно раскрыла документы где-то посередине и ткнула пальцем в нужную строчку.

Пришлось читать.

И чем дальше Котаро продвигался по страницам, тем сильнее хмурился. Сплошные научные термины. Громоздкие формулы. Графики, диаграммы, таблицы с какими-то непонятными обозначениями. Всё это выглядело так, будто кто-то решил собрать в одном месте весь научный бред, который только смог придумать.

Но основную суть он всё-таки уловил.

И она ему категорически не понравилась.

— Это чистой воды самоубийство, — наконец выдал свой вердикт Котаро.

— Почему это? — тут же возмутилась девушка.

— Вот. — Котаро ткнул пальцем в нужную строчку. — «Шансы на выживание — меньше десяти процентов». Здесь это чёрным по белому написано.

— Пфф! — незнакомка презрительно отмахнулась. — Не сравнивай себя с этими отбросами. Ты и они — совершенно разные весовые категории. Это как сравнивать муравья и... скажем так, медведя.

Котаро медленно поднял на неё взгляд.

Такой ответ совсем не внушал доверия.

— Хорошо. Тогда что насчёт меня? Каковы мои шансы?

— Целых двадцать три процента! — радостно выпалила та, резко приблизившись к нему. Её глаза буквально горели энтузиазмом. — Разве это не замечательно?

— Этого всё ещё мало! — повысил голос Котаро. — Для справки: если я выйду против вампира с обычным оружием, у меня и то шансов больше будет! Понимаешь? Больше, чем в твоём идиотском эксперименте!

— И почему именно сейчас ты стал таким умным... — тихо пробубнила девушка. Её энтузиазм, казалось, на мгновение угас. Но уже через секунду она вновь выпрямилась. — Хорошо. Раз ты у нас такой придирчивый, тогда я готова поставить на кон собственное Имя.

— И?

— Что «и»? Я же говорю, что готова...

— Это я уже понял. — Котаро перебил её. — Что мне это даст?

Девушка уставилась на него с искренним возмущением.

— Как это что?! Ты вообще в курсе, кто я такая?! — для большей убедительности она выпятила небольшую грудь и упёрлась руками в бока. Будто всем своим видом кричала: «Смотри и трепещи, смертный».

— Нет, — честно ответил Котаро.

— Кха!..

Девушка схватилась за сердце, а затем с такой театральностью рухнула на пол, что позавидовал бы любой актёр.

— Как же так... Моё имя... Моё славное, великое Имя ничего для него не значит...

Впрочем, трагедия продлилась недолго.

Уже через пару секунд незнакомка вскочила на ноги, отряхнула белый халат и недовольно уставилась на Котаро.

— Что б ты знал, неуч! — она ткнула его пальцем в грудь и грозно нахмурилась. Вот только это выглядело, скорее, забавно, чем грозно.

Из-за небольшого роста, — незнакомка была почти на полторы головы ниже Котаро, — эта ситуация выглядела так, будто рассерженный ребенок пытался отругать взрослого.

Возможно, именно поэтому Котаро и не мог воспринимать ее слова всерьез.

— Прямо перед тобой находится никто иная, как Великая и Невероятная Доктор Куруми! — она гордо вздёрнула подбородок. — Я, между прочим, одна из первых, кто придумал саму концепцию проклятого оружия.

Куруми заметила его недоверчивый взгляд и тут же кивнула.

— Да-да! Только благодаря великолепной Мне люди могут давать отпор вампирам! Именно я создала тот самый демонический допинг, которым вы все так активно пользуетесь!

Она на мгновение замолчала.

— Правда, он всё ещё не прошёл все контрольные испытания... Кхум-кхум! Не суть важно. — Доктор тряхнула серебристыми волосами. — В общем, это именно я создала нынешнего Хиираги Юичиро. И именно я приложила руку к «Осколку» внутри тебя.

Поначалу вся эта «Великая» бравада казалась Котаро обычным бахвальством.

«Посмотри, какой я гений. Это я придумала, то я создала...»

Подобные речи он уже слышал. И не раз.

Вот только стоило Куруми заикнуться об Хиираги Юичиро и «Осколоке», как его отношение к происходящему быстро изменилось. Да, скепсис никуда не исчез. Но теперь он внимательно следил за каждым её движением и ловил каждое слово.

— Хм-хммм! — довольно промычала доктор, заметив перемену в его лице. — Вижу, ты наконец-то проникся моим невероятным величи...

Но договорить она не успела.

Котаро резко шагнул вперёд и грубо схватил её за горло. Куруми даже пискнуть не успела. Но уже в следующий миг спина девушки с глухим стуком впечаталась в ближайший медицинский аппарат.

— Говоришь, это ты «создала» того Ублюдка... — его голос стал низким и опасным.

Внутри вновь поднялась знакомая ярость. Та самая, что каждый раз вспыхивала при одном лишь упоминании Ублюдка.

Котаро сжал пальцы сильнее. Ещё немного — и он свернёт ей шею.

Только мысль о том, что эта девица может знать что-то полезное, удерживала его от последнего движения.

— Вполне... ожидаемая реакция... — выдавила из себя Куруми. Её голос слегка дрожал, но золотистые глаза продолжали смотреть прямо на него, с вызовом. — Даже... даже если ты сейчас убьёшь меня... это всё равно не поможет тебе отомстить... Поэтому... советую отпустить... Поверь... это в твоих же интересах...

— С чего бы? — Котаро недобро усмехнулся. — Я могу вытрясти из тебя всё, что тебе известно об этом Ублюдке. Его силы, способности... слабости.

Он чуть усилил хватку.

— А потом уже решу, что с тобой делать.

— Глупо... и нерационально... — даже в такой ситуации уголки губ Куруми дрогнули в намёке на усмешку. — Даже если я тебе всё расскажу... ты всё равно не сможешь ему отомстить... Не с нынешними... силами...

Котаро нахмурился.

«Опять.»

Опять он слышит одно и то же. Что ему не победить Ублюдка. Что его сил недостаточно. Что все попытки обречены на провал.

И что самое паршивое — Куруми, похоже, была права.

Допустим, он узнает все слабости этого Ублюдка. Что дальше? Где гарантия, что этого окажется достаточно? А если Ублюдок успеет пробудить ещё один «Осколок»?

Тогда всё станет ещё хуже.

Котаро на мгновение прикрыл глаза.

«Чёрт...»

Ситуация — лучше не придумаешь. Впрочем, Котаро пока что решил отложить эти мысли до лучших времен. Для начала следовало выбраться из этого проклятого места. А уже потом думать о мести и прочей дряни.

Стиснув зубы, он резко отшвырнул Куруми в сторону.

— Ай!..

Девушка вскрикнула и с глухим стуком рухнула на пол.

— Негодяй... — простонала она, потирая ушибленный бок. — Я тут ему помощь предлагаю... уникальную возможность... а он меня избивает...

— Скорее уж, билет на тот свет, — мрачно бросил Котаро.

Куруми с трудом поднялась на ноги и поправила съехавший халат.

— Я же… ай-ай-ай… Я же говорила, что готова поставить на кон собственное Имя! — снова возмутилась Куруми. — Я гарантирую успех!

Котаро скептически посмотрел на неё.

— И чтоб ты знал! — не дав брюнету вставить ни слова, продолжила доктор. — Этот эксперимент как раз основан на уникальных возможностях Хиираги Юичиро. Пускай и в меньших масштабах, но сама концепция та же. И ты — идеальный кандидат!

— Только вот у тебя до сих пор не было удачных результатов.

Куруми недовольно поджала губы.

— Всё дело в специфике эксперимента.

Она принялась расхаживать по лаборатории, заложив руки за спину.

— Простому обладателю проклятого оружия, даже самому талантливому, крайне трудно удержать в себе подобную мощь. Их тела попросту не приспособлены к таким нагрузкам. Нужны дополнительные эксперименты, разносторонние данные, точные корректировки... Десятки, сотни корректировок! — Доктор вскинула руки. — Только тогда можно будет довести Эксперимент до приемлемой и вполне рабочей фазы. Если бы у меня только имелся подходящий подопытный, я бы смогла...

— И при чём тут я? — перебил её Котаро.

Куруми резко развернулась.

— Да при том, что ты и есть тот самый идеальный подопытный! — В её золотистых глазах вспыхнуло нечто, отдалённо напоминающее жадность. — В тебе находится один из восьми «Осколков»! Это уникальный материал! А раз «Осколки» в теле Хиираги Юичиро смогли войти в некое подобие симбиоза... — она многозначительно подняла палец, — а я знаю, что смогли! Я сама это видела! Значит, и твой «Осколок» сможет сделать то же самое!

На мгновение Куруми замолчала.

— В теории, конечно...

— Вот именно! В теории! — Котаро сделал шаг вперёд. — А на практике я просто сдохну, как какая-нибудь лабораторная крыса.

— Ну-у... не без этого, конечно. — доктор пожала плечами с таким видом, словно речь шла о какой-то мелочи.

Котаро молча уставился на неё.

«Она это сейчас серьёзно?..»

— Определённый риск всегда присутствует. Но наука требует жертв! Ты подумай вот о чём.— Куруми неожиданно подалась вперёд. Встала практически вплотную к нему. Её мягкий голос в тот момент стал заметно тише. — В случае успеха ты получишь столь необходимую тебе силу, а также новую возможность отомстить Хиираги Юичиро!

Она выдержала небольшую паузу, внимательно следя за его реакцией.

— Поверь мне, твои способности выйдут на совершенно новый уровень. По моим последним расчётам, выходная мощность приблизится к восьмидесяти шести процентам! А если мы попробуем...

— Стоп. — Котаро поднял руку. — Хватит.

Голова и так шла кругом от её нескончаемой болтовни.

С одной стороны, предложение Куруми выглядело сомнительным.

Нет. Даже не так.

Оно было откровенно самоубийственным.

Шансы на успех — меньше четверти. А если взять во внимание то, что у неё до сих пор не было ни одного удачного результата, то на практике всё выглядело ещё хуже.

«Но с другой стороны...»

Котаро невольно задумался.

Что-то в этом предложении всё-таки цепляло. Возможно, дело было в её последних словах. В обещании силы. В возможности наконец-то поквитаться с Ублюдком. Ведь если бы в тот момент у него было чуть больше сил...

«Чёрт...»

Он стиснул зубы.

Но стоило ли оно того?

Ставить на кон собственную жизнь ради призрачной возможности отомстить? Ради эксперимента, который с высокой вероятностью закончится тем, что он станет очередной строчкой в отчёте этой сумасшедшей?

Слишком много неизвестных.

Слишком мало гарантий.

— Я ведь не требую ответа прямо сейчас. — неожиданно произнесла Куруми.

Котаро поднял на неё взгляд.

Доктор уже успела вернуть себе прежнее спокойствие. Теперь она поправляла волосы и смотрела на него с лёгкой усмешкой.

— Обдумай всё как следует. Взвесь все за и против. Оцени риски... если, конечно, тебе это под силу.

— Я думал, ты станешь упорствовать, — честно признался Котаро.

Куруми ничуть не смутилась.

— Я могла бы. Но это негативно скажется на нашем будущем сотрудничестве. А оно мне нужно. Сотрудничество, я имею в виду. Долгосрочное и взаимовыгодное. — она склонила голову набок и улыбнулась. — Да и куда результативнее будет получить твоё добровольное согласие, чем заставлять тебя силой. Разве нет?

Котаро промолчал.

— Но советую всё же не медлить с ответом...

С этими словами Куруми вдруг быстро юркнула куда-то в сторону.

Котаро даже не успел спросить, что она задумала.

А уже в следующую секунду с грохотом распахнулись тяжёлые металлические двери.

В лабораторию неожиданно ворвался вооружённый отряд.

Котаро мгновенно развернулся.

Шесть человек.

Все как один — в незнакомом снаряжении, которое явно не принадлежало обычным солдатам ЯИДА. Их экипировка выглядела куда «богаче» привычной военной формы. Вполне возможно, что это был какой-то отдельный род войск.

Эмблем не было. Их либо скрыли, либо вовсе убрали.

Но оружие говорило само за себя.

Все до единого — обладатели Чёрной Серии.

«Явно не простые солдаты...», — мелькнуло у него в голове.

— Руки вверх! — рявкнул один из них, направив на Котаро проклятое оружие в виде гладкоствольной винтовки. — Живо!

Остальные тут же последовали его примеру. По крайней мере, те, у кого было огнестрельное оружие. Остальные трое держали наготове клинки.

Котаро быстро оценил их расположение.

Никакой суматохи и лишних движений. Каждый занял свою позицию, перекрывая возможные пути отхода. Было видно, что они — подготовленные бойцы. Явно не из тех, кто станет долго разговаривать. Пуля в голову — и дело с концом.

— Не дёргайся. — тихо прошептал Наймаро. — Сейчас не время.

Котаро и сам это прекрасно понимал. Чутьё подсказывало: выбраться отсюда сейчас практически невозможно. Даже пытаться не стоит.

Поэтому он остался на месте.

Позволил солдатам грубо схватить себя, повалить на холодный пол и заломить руки за спину.

«Вот же дерьмо...»

Он попытался повернуть голову, но один из бойцов тут же прижал её к полу.

«ТУХ!»

А затем последовал резкий удар в затылок.

На мгновение перед глазами вспыхнули белые пятна.

И знакомая тьма вновь поглотила сознание Котаро.

Глава первая — Пробуждение. Часть первая.

Юичиро пришёл в себя рывком.

Так, словно кто-то окатил его ледяной водой.

В распахнутые глаза мгновенно ударил ослепительно-болезненный свет. Сердце в груди едва ли не вырывалось наружу, отдавая гулкими ударами по ребрам. А дыхание заметно сбилось, превратившись в рванные, жадные хрипы.

Вдох. Медленный выдох. Ещё раз.

Юичиро понадобилось всего несколько секунд, чтобы полностью взять себя в руки. Клокочущее внутри сердце быстро замедлилось, возвращаясь к привычному, неторопливому ритму. Дышать стало заметно проще и свободнее, а перед глазами наконец-то исчезли белые плещущие пятна, мешающие хоть немного сосредоточиться.

Как только все устаканилось, Юичиро первым делом осмотрелся.

Он находился в небольшой, серой комнате. В самой простенькой, без всяких излишеств. Одноместная кровать с чистым постельным бельём, на которой он сейчас и находился. Рядом — прикроватная тумба из тёмного дерева. Небольшой металлический шкаф в противоположном углу. Ну и пара складных стульев у стены напротив.

Всё.

Никаких картин или дорогущих украшений. Даже ни единого намёка на попытку сделать это место хоть немного уютнее и приветливее.

Только голые стены, давившие своей унылой серостью.

Было видно, что к этому месту кто-то приложил руку. Причем, это был кто-то, кто очень хорошо его знал. Кто понимал: ему не нужен весь этот омерзительный уют.

Ему просто нужно место, где можно спокойно восстановиться.

Возможно, оттого эта комната и казалась Юичиро такой «знакомой».

«Изабелла», — всплыло в голове имя главной подозреваемой.

Да. Только она могла подготовить для него эту серую «клетку».

Мысли о матери вновь вызвали не самые лучшие чувства — от глухого раздражения до откровенной неприязни. Оно и не удивительно. Она была чудовищем. Вампиром, которых он так ненавидел. Но вместе с тем — единственным существом, которое спасло ему жизнь… и теперь мастерски использовала ее в своих планах.

Юичиро быстро отогнал эти мысли прочь.

Не до них сейчас было.

С трудом поднявшись с кровати, Хиираги первым делом осмотрел себя. Белая рубаха, тёмные штаны. Одежда была новой. Даже свежей. Старых обносок рядом не было. Скорее всего, от них уже избавились.

Но не одежда сейчас волновала его.

Правая рука.

Она снова была на месте. Целая и вполне себе невредимая.

Вот только ощущения…

Юичиро медленно согнул пальцы.

Первым дрогнул указательный. Следом за ним зашевелились и остальные. Вот только их движения получились какими-то дёргаными и непривычными. Словно правую руку только-только «прикрепили» к телу, и та еще не успела нормально прижиться.

Он нахмурился и попытался сжать пальцы уже в полноценный кулак. Те по-прежнему слушались через раз, да и «отвечали» с заметным запозданием. Пришлось немного поднапрячься, что добиться нужного результата.

«Похоже, регенерация не до конца восстановила нервы», — заметил Юичиро, — «Тонкая моторика пока что оставляет желать лучшего.»

Впрочем, это не было для него такой уж большой проблемой.

Пройдет день, а может, два или три. И рука снова будет как новая.

А пока придётся потерпеть.

Зато с телом все было куда проще. Судя по внутренним ощущениям, все полученные в Нагое раны практически затянулись. Достаточно было заглянуть под рубаху, чтобы убедиться в этом — от недавних ран не осталось и следа. Если, конечно, не считать старых шрамов по всему телу. Правда, ноющая боль где-то в глубине мышц все равно напоминала о себе каждый раз, стоило ему хоть немного пошевелиться.

Но Юичиро привычно игнорировал ее.

Ему не в первой.

Чуть поморщившись, Хиираги медленно уселся на край кровати. Затем попытался встать на ноги...

И едва не рухнул на пол.

Ноги неожиданно подкосились. Тело резко повело в сторону, а окружающий мир на мгновение качнулся следом за ним. К счастью, реакция не подвела: пальцы в последний момент вцепились в край тумбы. Да с такой силой, что оставили на темном дереве заметные вмятины.

Юичиро замер, тяжело опираясь на мебель.

Затем несколько секунд просто стоял, ожидая, пока тело снова не начнёт слушаться. Пыльца еще сильнее впились в бедную тумбу, заставив ту жалобно скрипнуть в глухом протесте.

— Чёрт…

Чертова слабость никуда не делась. Похоже, организм восстановил только внешние повреждения, а силы вернуть так и не успел. Поэтому мышцы были такими вялыми и слабыми.

«Ур-р!»

Еще и этот жуткий «голод»…

Живот и до этого скручивало болезненными спазмами. По крайней мере, не такими сильными. Но сейчас он, похоже, решил разыграться на полную, отдавая тупой болью куда-то в позвоночник. Горло непроизвольно сжалось в глотательном рефлексе. Но легче от этого не стало. Скорее, только хуже: оно еще сильнее раздразнило мучительный «голод», заставив его вспыхнуть с новой, куда более чудовищной силой.

«У-ур-р-р!»

И вновь очередной болезненный спазм.

Но в этот раз куда сильнее первого.

Юичиро сжал зубы до болезненного скрипа. К горлу тут же подступил тошнотворный ком, который пришлось через силу глотать обратно.

Это помогло… но только на мгновение.

Раньше, когда «голод» становился практически невыносимым, Юичиро просто утолял его. Благо, под рукой всегда имелся небольшой запас крови или та же Мио. Впрочем, бывали и такие моменты, когда избавиться от этого мерзкого чувства было попросту невозможно. Тогда ему приходилось просто ждать, пока «голод» хоть немного не отпустит.

Да, это не самое лучшее решение, но как временная «заглушка» вполне годилось.

Но в этот раз все было иначе. Достаточно лишь вспомнить прошлый бой и все полученные в нем раны, чтобы сложить «два плюс два». Да и судя по внутренним ощущениям, он провалялся здесь порядка двух-трех дней уж точно. Как итог: «Голод» теперь так просто не отступит… по крайней мере, пока полностью не «насытиться».

Но к его «счастью», об этом уже позаботились.

Юичиро прекрасно знал, насколько дотошной могла быть его «мать» в вопросах своей омерзительной «заботы». Поэтому первым делом потянулся к верхнему ящику прикроватной тумбы. Вот только чертовы пальцы всё ещё плохо слушались. Юичиро раздражённо дёрнул ими, потаясь ухватиться за ручку.

Получилось.

Ящик открылся.

Внутри находились пять небольших стеклянных склянок.

«Ну конечно…»

Она знала, что после пробуждения ему понадобится «еда».

И, как обычно, позаботилась об этом заранее.

Юичиро схватил первую попавшуюся склянку. Быстро сорвал с нее плотную крышку. Та с глухим щелчком отлетела куда-то в сторону. И одним залпом выпил все ее содержимое.

Холодная жидкость приятно обволокла иссохшее горло. В рот тут же ударил знакомый металлический привкус. Кровь стремительным потоком скользнула по пищеводу, пока не достигла желудка… и Юичиро буквально всем телом почувствовал, как тот заурчал от удовольствия.

«Ур-р-р-р!»

Желудок настойчиво требовал добавки.

Покончив с первой «порцией», Юичиро сразу же принялся за вторую склянку.

Затем пошла третья.

Четвёртая.

Пятая.

Он пил эту кровь с такой звериной жадностью, будто наконец-то нашел свое спасение: не останавливаясь и не переводя дыхания. Лишь редкие алые капельки срывались с уголков губ, оставляя на белой рубахе тёмно-красные разводы.

Когда последняя склянка наконец-то опустела, Юичиро отбросил её в сторону. Та с резким звоном укатилась куда-то под кровать. Затем грубо вытер влажные от крови губы рукавом рубахи. На некогда белоснежной ткани появился ещё один крупный кровавый след.

И наконец выпрямился в полный рост.

Изменения пришли почти сразу.

Он чувствовал, как поглощенная кровь быстро растекается по венам. Как одеревеневшие мышцы вновь наливались знакомой силой. Как непривычная слабость и мерзкая вялость уходят сами собой. Даже правая рука, казалось, стала чуть отзывчивее, чем раньше.

Ранее потерянные силы наконец-то возвращались в ослабшее тело.

Юичиро быстро размял затёкшее тело. Чуть покрутил шеей, разминая позвонки. Те отозвались глухим хрустом. Размеренно пошевелил плечами. Сжал и разжал правый кулак, прислушиваясь к новым ощущениям в восстановленной конечности.

«Всё ещё не идеально, но уже лучше.»

Юичиро вздохнул полной грудью.

Наверное, впервые с момента пробуждения.

Затем расслабленно выдохнул.

Вот теперь можно было двигаться дальше.

Более не желая задерживаться в этой омерзительной «клетке», Юичиро первым делом отыскал дверь. Она нашлась в дальнем углу комнаты.

Он открыл её одним быстрым движением.

И уверенно шагнул наружу.

Длинный, тускло освещённый коридор встретил его запахом сырости и старого металла. Потрепанные временем стены покрывала облупившаяся краска, свисавшая целыми клочьями. Под потолком тянулись ряды толстых старых труб, с которых мерно капала мутная вода. А на кривых скобах, справа, свисала голая проводка, время от времени бросавшая на потрескавшиеся стены уродливые, желтые искры.

Освещение здесь держалось на «честном слове». Старые лампы в огромных плафонах постоянно сбоили. Они то мигали, то неожиданно гасли, погружая длинный коридор в кромешную тьму. А затем резко загорались, ослепляя бледным и почти болезненным светом.

Юичиро даже не замедлил шага.

Для него это не было такой уж проблемой. Глаза уже адаптировались к подобным «перепадам». Так что он прекрасно ориентировался как в полной темноте, так и при ярком свете.

А вот коридор оказался на удивление длинным.

Он уходил метров на пятьдесят вперёд. А может, и того больше, так как тот слегка изгибался в самом конце. Никаких дверных проемов по бокам или резких ответвлений. Только длинный коридор, уходящий куда-то вперёд.

Юичиро преодолел его быстро. Всего за пару минут.

В конце коридора его ждала очередная дверь. Но в отличии от прошлой, эта была больше и толще. В глаза сразу же бросилась приличная сталь, покрытая тёмными пятнами коррозии, и усиленные петли по бокам. А еще необычный запорный механизм сбоку. Такие двери обычно ставили либо на входе в какой-нибудь бункер, либо на старых военных объектах. Там, где требовалась надёжная защита от любых внешних угроз и слишком уж любопытных недоброжелатели. Ну или от того, что, в теории, могло попытаться вырваться наружу.

Юичиро спокойно подошел к двери и без колебаний схватился за старую рукоять-рычаг. Та была холодной и малость шершавой на ощупь. Приложив немного силы, он смог повернуть запорный механизм против часовой стрелки. Металл на эти грубые действия сразу же отозвался мерзким металлическим скрежетом. Лишь после шестого полного оборота рукоять-рычаг резко остановилась, упёршись во что-то с глухим щелчком.

Юичиро не стал продолжать. Просто потянул дверь на себя. Та поддалась на удивление легко для своих внушительных габаритов.

За толстой дверью оказалось еще одно помещении. И размерами оно ничуть не уступало просторному залу или какому-нибудь военному ангару. Высоченные потолки уходили вверх, где очертания несущих балок и перекрытий сразу же терялись в здешнем полумраке. Даже с его нечеловеческими глазами невозможно было увидеть всю картину целиком. Тьма плотно сгущалась под самым потолком и заполняя собою каждый угол. Грубые, местами шероховатые стены были покрыты сетью тонких трещин, из которых сочилась влага. Под ногами тихо потрескивала старая серая плитка, готовая рассыпаться от любого неосторожного шага.

Больше всего это место напоминало Юичиро старое бомбоубежище. Из тех, что строили ещё в те времена, когда мир был относительно цел, а человечество только-только задумывалось о возможных угрозах. И ведь никто и представить себе не мог, что конец света наступит не от ядерных бомб и ракет, а от смертоносного вируса, которому было глубоко плевать на подобного рода «укрытия».

Юичиро обвёл это помещение цепким, оценивающим взглядом.

Впереди виднелись громоздкие медицинские аппараты, назначение которых он даже не пытался угадать. Между ними тянулись столы, заставленные колбами, пробирками и склянками. Металлические шкафы с разными образцами. В некоторых из них даже угадывались вполне свежие органы.

У дальней стены, справа, находилось несколько громоздких капсул. Их огромные мониторы транслировали бесконечные ряды данных и какие-то сомнительные показатели. Внутри, в мутно-жёлтой жидкости, плавали тела. Человеческие. По крайней мере, та их часть, что сумела сохранить относительно нормальный вид… если не считать пары уродливых конечностей или излишне деформированной грудной клетки.

Другая же часть была результатом неудачных экспериментов «Матери».

Мутанты, химеры, уроды… их было много.

Но взгляд Юичиро на них не задержался.

Его интересовало другое.

Раз уж его оставили восстанавливаться в отдельной комнате, значит, о нем кто-то «заботился». Юичиро сильно сомневался в том, что «Мать» оставили бы его в подобном состоянии без должного наблюдения. Она была не из тех, кто бросает такие вещи на самотёк. А раз самой «надзирательницы» на месте нет оказалось, значит, это дело «повесили» на кого-то другого. Кого-то, кому она могла спокойно доверить собственного «ребенка»…

— Вы наконец-то очнулись!

Юичиро повернул голову.

Из-за громоздкого аппарата появился высокий мужчина в белом медицинском халате.

«Как вовремя», — мелькнуло у него в голове.

Ботаник приближался осторожно. Каждый новый шаг — медленный и выверенный. Как у человека, который идёт по минному полю и боится сделать лишнее движение. Ученый торопливо поправил большие круглые очки с толстыми линзами. В них его голубые глаза казались неестественно огромными. Как у испуганной рыбки. Этот эффект усиливался ещё и тем, что Ботаник постоянно моргал. Быстро-быстро. Будто пытался смахнуть невидимую пыль.

— П-по моим скромным подсчётам... — начал мужчина, остановившись на безопасном расстоянии. — В-вы должны были очнуться только к з-завтрашнему утру. Н-нет, я, к-конечно, предполагал, что в-ваши регенеративные способности д-довольно сильны, но чтобы н-настолько...

— Где она? — бесцеремонно перебил его Юичиро.

— П-прошу прощения? — огромные и испуганные глаза ботаника, казалось, стали ещё больше. — Я н-не совсем п-понимаю...

— Где. Она? — повторил Юичиро уже громче.

И этого оказалось вполне достаточно.

Ботаник невольно сгорбился, будто хотел стать меньше и незаметнее. Плечи сами собой поднялись, а голова почти втянулась в них. Пальцы сильнее стиснули край халата.

Несколько секунд учёный просто молчал.

Даже дышать, кажется, стал тише.

— Г-г-госпожа И-изабелла сейчас... сейчас отсутствует... — всё же выдавил из себя ботаник. Слова давались ему с большим трудом. — О-она отбыла по н-неотложным делам п-пару дней назад... я н-не знаю, куда... м-мне не докладывали...

Юичиро задумался.

«Мать» отсутствует. Причём уже несколько дней. Похоже, произошло что-то действительно серьезное… или что-то, что потребовало её личного присутствия. Иначе и не объяснишь, почему «Она» так неожиданно покинула своё логово. Других возможных причин подобной «вылазки» попросту не было, ведь большинство рабочих задач, — какими бы важными и серьезными они ни были, — «Она» всегда скидывала на своих подчинённых. А тут — аж целая «поездка», как «Она» любила называть такие незапланированные выходы в свет.

«Любопытно».

Но Юичиро не стал вдаваться в подробности.

Даже если этот Ботаник что-то знал, — а судя по его испуганному виду, ему действительно ничего не известно, — всё равно бы не раскололся. Скорее уж откусил бы себе язык. Ну или разбил голову об пол и истёк кровью прямо на месте. Потому что между Смертью и предательством «Матери», любой здравомыслящий обитатель этого места выберет «Смерть». И дело тут вовсе не в преданности. Просто «Мать» была весьма изобретательна в вопросах наказания. Смерть от её рук могла растянуться на дни, недели, месяцы, а порою даже на целые года. Года мучительных страдания с одной единственной мыслью в голове — лишь бы поскорее умереть и прекратить этот сущий ад.

Так что тут полнейший тупик.

Оставалось только принять тот факт, что «Мать» отсутствует.

И воспользоваться подвернувшейся ситуацией в свою пользу.

— Ты состоял в проекте «Восьмиглавый Дракон»? — неожиданно сменил вектор разговора Юичиро.

Ботаник, всё ещё не осознающий происходящего, нервно закивал головой. Быстро-быстро. Как автомобильный болванчик. Его огромные глаза в круглых линзах выражали крайнюю степень растерянности вместе с облегчением: раз уж тема неожиданно сменилась, возможно, непосредственная угроза миновала?

— Д-да... я... я с-состоял... т-то есть, я и с-сейчас... п-проект ведь ещё не з-закрыт… ф-формально...

— Значит, должен разбираться в «Осколках». — продолжил Юичиро, не обращая внимания на его нервный лепет. — Хотя бы в общих чертах.

Юичиро сделал короткую паузу.

— Я хочу пробудить оставшихся Демонов.

В лаборатории повисла тишина.

Такая плотная, что её, казалось, можно было даже пощупать руками.

Ботаник неожиданно замер. Даже дрожать перестал. Его глаза за толстыми линзами очков уставились на Хиираги с выражением крайнего непонимания.

Затем он открыл рот. Закрыл. Снова открыл. Снова закрыл.

Со стороны это напоминало выброшенную на берег рыбку.

— П-простите? — наконец-то выдавил он из себя вопрос. — К-кажется... я ослышался... П-потому что мне п-показалось, что вы... ч-что вы хотите...

— Не ослышался. — «обрадовал» его Юичиро.

— Н-но это… это и-исключено! — впервые в голосе Ботаника прорезалась сталь. — Э-это... это очень опасно! Д-даже для вас... В-вы хоть понимаете, о чём просите?! П-пробуждение даже одного Императора... — вот только его взволнованной голос становился все тише и тише, пока в какой-то момент и вовсе на затих окончательно.

И причиной тому был взгляд Юичиро.

Всего один короткий взгляд…

Но этого вполне хватило, чтобы вся былая сталь в голосе Ботаника мгновенно испарилась. Учёный невольно сглотнул. Затем сжался в размерах. Тощее тело бросило в холодную дрожь, а огромные глаза трусливо забегали из стороны в сторону, ища пути к отступлению.

Но таких путей попросту не было.

— Плевать я хотел на твои опасения. — с заметным раздражением в голосе сказал Хиираги.

— Н-нет! — всё ещё упорствовал Ботаник. Но, скорее, по инерции, чем из реального желания убедить человека перед собой. — Н-нагрузка во время п-пробуждения даже о-одного Д-демонического Императора к-колоссальна... А в-вы хотите п-пробудить сразу н-нескольких... Э-это... это н-невозможно! В-вы просто п-погибните...!

— Я справлюсь. — отрезал Юичиро.

— Н-но Госпожа И-изабелла в-велела... — залепетал Ботаник, хватаясь за последнюю спасательную соломинку. — О-она приказала н-не проводить н-никаких процедур б-без её л-личного...

Он не договорил.

Юичиро неожиданно схватил Ботаника за ворот халата и одним резким движением подтянул к себе.

Близко.

Настолько, что их лица разделяли какие-то жалкие дюймы. Пускай ботаник и был выше Хиираги на целую голову, но именно Юичиро смотрел на него сверху вниз — глазами, полными холодного раздражения. Голова учёного невольно вжалась в плечи. Будто черепаха, пытающаяся спрятаться от хищника в своём хлипком панцире.

— Слушай сюда. — голос Юичиро прозвучал необычно тихо. — Твоей «Госпожи», — выделил он это слово, вложив в него всю ненависть к «Матери», — сейчас здесь нет. Поэтому я решаю, что ты будешь делать. Либо ты делаешь то, что я говорю, — и остаёшься жив. Либо...

Юичиро слегка усилил хватку.

Ворот халата болезненно впился Ботанику в горло, заставив того жалобно захрипеть.

— … я преподнесу «Матери» твою голову. В качестве «сувенира». Как думаешь, она обрадуется такому подарку?

Учёный резко побледнел.

Его и без того бледная кожа приобрела зеленоватый оттенок.

Сомнений в том, что этот Господин способен на подобное, у него даже не возникло. Слишком много слухов ходило среди подчинённых Госпожи о том, каким жестоким, кровожадным и абсолютно беспощадным было её «дитя».

— Так что хватит тратить моё время на всякий бред. — продолжил Юичиро, не ослабляя хватки. — Мне нужен чёткий ответ.

Он посмотрел в испуганные глаза Ботаника.

— Да или нет?

Вот только формулировка этого вопроса буквально подразумевала только один правильный вариант ответа. Ботаник это прекрасно понимал. Понимал, но всё ещё «мялся». Нет, он пытался что-то сказать… да только не мог. Слова почему-то застревали в горле.

— Я... я попробую... — голос ботаника прозвучал сломлено и обречённо.

Увы, но исход уже был предрешен.

С того самого момента, как он вышел из коридора и увидел этого Господина.

Довольный ответом, Юичиро разжал руку.

Ботаник в испуге отшатнулся назад и едва ли не упал, споткнувшись о толстые провода на полу. Лишь каким-то нелепым чудом удержал равновесие и снова выпрямился во весь рост. Потом нервно поправил белый халат, который свалился набок. Огромные глаза за толстыми линзами все это время бегали из стороны в сторону.

Приведя себя в порядок, Ботаник быстро отошёл на безопасную дистанцию. Подальше от Юичиро. Словно это могло хоть как-то защитить его от гнева «Господина».

Юичиро не стал его преследовать. Вместо этого он принялся медленно расхаживать по помещению, рассматривая местные «достопримечательности». Всю эту дребежащую «рухлядь» старого мира, которую его «Мать» любезно притащила сюда ещё до Апокалипсиса.

Зачем?

Ответ был вполне очевиден.

Ради запрещённых экспериментов.

Тех самых, которые не могла проводить даже Имперская Демоническая Армия. Тех, что требовали полной секретности и отсутствия любых моральных ограничений. Чем конкретно «Она» тут занималась — не знал даже он. Впрочем, догадаться было несложно. Достаточно было просто взглянуть на мертвецов в громоздких капсулах у стен. На все эти различные образцы в стеклянных банках — на органы, ткани, фрагменты тел...

Один только Дьявол знает, сколько здесь погибло людей и вампиров. Одним просто не повезло оказаться на местных лабораторных столах. Других похитили из внешнего мира и использовали как очередной расходный материал. А сколько ещё гниёт в отдельных камерах, — внизу, на нижних уровнях, — дожидаясь своего смертного часа?

Счёт шёл на десятки. Если не на сотни.

Он видел нечто похожее и раньше. В Сибуе, в лабораториях Доктора Куруми. Ещё один непревзойденный «гений» с полным отсутствием моральных принципов. Правда, там и размах был совершенно иного уровня. Да и сами эксперименты — куда безжалостнее. Там подопытные не просто умирали. Они молили о смерти, пока Куруми со счастливой улыбкой записывала очередные «полезные» данные.

Юичиро прошёл мимо нескольких медицинских комплексов. С левого боку находилось нечто, отдалённо похожее на аппарат МРТ. Такая же здоровенная бандура, но с цельной закрытой капсулой вместо открытого сканера. Внутри, кстати, кто-то находился.

И, судя по очертаниям тела — явно не человек.

Правее располагались компьютерные томографы. На их столах все еще лежали подопытные. Они были подключены к аппаратам жизнеобеспеченья и зафиксированы удерживающими ремнями. Живые или мёртвые — отсюда было не разобрать. Огромные мониторы над томографами выводили какие-то графики — причудливые и постоянно «скачущие» в разные стороны. Бесконечные ряды непонятных данных струились ровными рядами, выводя показатели, в которых Юичиро не понимал и половины увиденного.

Чуть дальше стояли рентгеновские установки. На широких дисплеях замерли бледные снимки. Все — в полный рост, с высочайшей детализацией. На одном из них Юичиро заметил вполне нормальную человеческую фигуру. Внутри неё, чуть левее сердца, находилось какое-то круглое устройство. От него, немногим правее, тянулись многочисленные провода прямо к сердцу. Подобно щупальцам паразита, что присосался к организму хозяина.

Были тут и наркозно-дыхательные аппараты. Они поддерживали беспробудный «сон» тех несчастных, кому еще только предстояло послужить «Великой Науке» и «Матери», в частности. Рядом — парочка стационарных дефибрилляторов. На тот самый случай, если что-то пойдёт не так и сердце подопытного остановится раньше времени. И ещё с десяток приборов и инструментов, необходимых для проведения самых разных операций.

Всё это передовое оборудование стоило целое состояние.

Впрочем, «Мать» никогда не скупилась на оснащение своих лабораторий. Те же ресурсы, оборудование или персонал — она добывала всё, что требовалось, любым доступным способам. А способов у неё, за долгие столетия жизни, накопилось предостаточно.

Вот только использовались эти «ресурсы» далеко не для благих целей. Здесь не спасали жизни. Здесь их отнимали. И каждый аппарат в этом зале был тому немым свидетелем.

Закончив с осмотром, Юичиро повернул назад.

Туда, где за главным компьютером торопливо суетился Ботаник.

Тонкие пальцы учёного быстро тарабанили по уже затёртым временем клавишам, ни на секунду не затихая. Сосредоточенный взгляд Ботаника постоянно метался из стороны в сторону: он скользил то по одному монитору, то перебрасывался на другой, то на третий — и вновь возвращался к первому. Огромные голубые глаза за толстыми линзами очков лихорадочно блестели.

Похоже, работа действительно помогала. Настолько, что тот на мгновение даже позабыл о том, кто именно находился рядом с ним. И теперь выполнял её со всем усердием, на какое только был способен.

Возможно, он надеялся, что хорошая работа смягчит гнев «Господина»…

Юичиро усмехнулся про себя.

Так продолжалось еще несколько минут, пока громкий стрекот клавиш не затих. Ботаник оторвался от мониторов, перевёл дух — и не без опаски взглянул на стоящего рядом Господина. Он нервно сглотнул, а затем всё же шагнул вперёд, к одному из лабораторных столов.

— С-сюда, п-пожалуйста... — осторожно позвал тот Юичиро. Тихий голос всё ещё дрожал, но в нём уже слышались нотки профессиональной сосредоточенности.

Похоже, даже в такой стрессовой ситуации привычка брала своё.

Юичиро молча приблизился к лабораторному столу.

— О-одежда... — Ботаник указал дрожащим пальцем на его рубаху. — будет мешать...

Хиираги схватился за ткань и грубо сорвал её с себя. Та с громким треском разошлась по швам, обнажив крепкую, покрытую многочисленными шрамами грудь. Сама рубаха отлетела в сторону, скрывшись где-то под столом.

Ботаник на мгновение замер, внимательно вглядываясь эти шрамы. Среди них угадывались как старые боевые раны, так и следы от прошлых экспериментов. Именно последние и стали предметом его наблюдения. В огромных глазах ученого мелькнуло что-то похожее на профессиональный интерес. Будь у него только больше времени… но он быстро вспомнил, с кем именно имеет дело.

— Л-ладно… — взволнованный взгляд Ботаника снова вернулся к оборудованию.

Он подошёл к соседнему столику, набрал целую охапку всевозможных проводов, датчиков и электродов, и снова вернулся к Хиираги.

Работать он стал заметно быстрее.

Да, руки всё ещё дрожали, но сами движения стали точнее.

Ботаник аккуратно, — насколько это было возможно при его дрожащих руках, — закрепил датчики на теле Юичиро. Они покрывали практически все открытые участки: виски, шею, грудь, рёбра и даже живот. Каждый датчик соединялся с тонким проводом, а те, в свою очередь, тянулись к мониторам, помогая отслеживать состояние «пациента» во время процедуры.

Закончив с датчиками, Ботаник отступил на шаг и внимательно оглядел свою работу.

Кивнул.

— В-вам нужно лечь. — попросил он чуть увереннее.

Юичиро молча забрался на широкий лабораторный стол. Холодный металл неприятно коснулся голой спины, но он не обратил на это особого внимания. Лишь улёгся поудобнее, вытянул руки вдоль тела, да расслабил мышцы.

Ботаник тем временем начал закреплять его запястья и лодыжки специальными фиксирующими ремнями. Юичиро мельком посмотрел на них. Это была вполне стандартная процедура. Во время Пробуждения тело испытуемого могло начать действовать самостоятельно. И тогда ремни становились не просто прихотью, а настоящей необходимостью.

Причём в первую очередь — для персонала.

Как только все крепления были надёжно затянуты, Ботаник вновь вернулся к медицинскому столику. И теперь уже без видимой дрожи в руках собрал новую партию оборудования: иглы, трубки и катетеры. Затем аккуратно разложил всё это на небольшом передвижном столике рядом с лабораторным столом и приступил к следующему этапу.

Первым делом он подсоединил инфузионные линии к закреплённым сверху ёмкостям с мутным раствором. Те содержали концентрированную проклятую энергию. К линиям Ботаник присоединил несколько внутренних катетеров. Проверил, поступает ли раствор к иглам. И, убедившись, что всё работает, вновь приблизился к Хиираги…

И неожиданно замер.

Ученый не знал, как подступиться к «пациенту», особенно после того, что произошло ранее.

— Быстрее. — не выдержал его медлительности Юичиро.

Ботаник вздрогнул всем телом и торопливо закивал головой.

Он приступил к установке катетеров.

Первая пара уместилась на предплечьях рук. Тонкие иглы вошли в вены почти безболезненно. Ещё одна пара — под ключицами. Только последняя заставила Юичиро болезненно скривиться. Она вошла во внутреннюю яремную вену, прямо на шее.

— Я... я закончил, — отрапортовал Ботаник, отступая на шаг.

Его взгляд заметался между Юичиро и мониторами, на которые поступали первые данные.

— К-как только я подам раствор п-проклятой энергии в в-ваше тело, п-процесс Пробуждения начнётся а-автоматически. П-помните: в-вы не с-сможете использовать п-пробуждённых Демонов. О-они будут... з-заблокированы на время процедуры. П-поэтому рассчитывайте т-только на собственные с-силы. Также с-советую не м-медлить. П-пускай у нас д-достаточно раствора, но его з-запасы не безграничны. В-вы должны как м-можно скорее отыскать н-непробуждённых Д-демонов внутри с-себя... Т-только учтите, о-они будут...

— Будут сопротивляться. Знаю. — закончил за него Хиираги. Голос прозвучал ровно и скучающе. Будто речь шла не о смертельно опасной процедуре, а о рутинной формальности.

— В-верно. — Ботаник снова нервно кивнул. — В-вам нужно п-подчинить их...

Он сглотнул.

— … иначе они п-поглотят вас...

— Начинай уже. — устало вздохнул Юичиро.

Всё, о чём ему тут затирал этот Ботаник, Хиираги и так уже знал. Причём не понаслышке. Но если говорить вкратце — Пробуждение делилось на две формы: самостоятельная и вынужденная.

Первая была проще и стабильнее. Юичиро пробуждал Демона внутри себя только собственными силами. Без посторонней помощи, дополнительных вливаний и без всей этой лабораторной мишуры. Такой процесс находился под его полным контролем. Да, это требовало огромной концентрации. Еще и колоссальных затрат сил с проклятой энергией. Но шансы на успех в полной мере компенсировали все издержки. И, — что не менее важно, — в случае непредвиденных обстоятельств процесс можно было прервать в любой момент. А значит — риск быть поглощённым Демоном оставался минимальным.

Именно так Юичиро пробудил предыдущую двойку.

Но бывают ситуации, когда собственных сил и ресурсов попросту не хватает. Когда «достучаться» до нового Демона стандартными методами не получается. Когда требовался более... агрессивный метод.

Вот тут-то на помощь и приходило Вынужденное Пробуждение.

В отличие от Самостоятельного Пробуждения, этот процесс уже не зависел от испытуемого. Он находился в руках лабораторного персонала... да и то не в полной мере. Скорее, они лишь частично облегчали ему его же «работу». Сперва испытуемого вводили в искусственную кому. Затем насильно отправляли во внутренний мир, где обитали Демоны. Вместе с этим, ему предоставляли обширный запас дополнительной проклятой энергии, чтобы усилить себя и «привлечь» внимание Рогатых.

Своего рода приманка. Наживка, на которую Демоны часто клюют.

Ну а дальше...

А дальше начиналось самое «интересное».

То, ради чего всё это и затевалось.

Подчинение.

Вот только здесь существовала одна неприятная особенность.

Если ты не справишься…

Демон поглотит тебя.

Юичиро прекрасно это понимал. В конце концов, ранее ему уже приходилось через это проходить. И опыт этот, стоило сказать, был не из самых приятных.

Впрочем, сейчас у него-то и выбора как такового не было. Если он действительно хотел как можно быстрее стать сильнее…

Это был единственный доступный способ.

— Я з-запускаю... — предупредил его Ботаник.

Юичиро в последний раз взглянул на него. На этого тощего, дрожащего человечка, что сейчас стоял у главного пульта. Потом перевёл взгляд выше — на тусклый свет ламп под потолком.

На несколько секунд задержал дыхание.

И медленно закрыл глаза.

«ЩЕЛК-ЩЕЛК-ЩЕЛК-ЩЕЛК!»

Тихо щёлкнули переключатели.

И в следующее мгновение холодная жидкость хлынула прямо в вены. Она устремилась по всему организму вместе с потоками крови и за считанные секунды достигла Ядра в центре груди. То незамедлительно отреагировало на чужеродное вторжение. Затем содрогнулось, посылая первые импульсы по всему телу. Проклятая энергия внутри Юичиро неожиданно всколыхнулась и пришла в спонтанное движение, сильно ускорив свой бег.

Сердце забилось чаще. Дыхание чуть сбилось.

Непривычный холод быстро растекался по венам, постепенно сменяясь странным внутренним жаром.

Звуки вокруг начали отдаляться.

Сначала исчез стрекот аппаратуры рядом. Потом — гул оборудования. Где-то далеко ещё оставался голос Ботаника. Но и он постепенно растворялся в глухой тишине.

Сознание медленно ускользало.

Мониторы, лампы, лаборатория, Ботаник…

Всё это начало тонуть в знакомой черноте.

Юичиро не сопротивлялся.

Он знал этот процесс. Знал, что будет дальше. Знал, куда попадёт и что его там ждёт.

Поэтому просто расслабился.

Позволил этой чёрной «трясине» сделать своё дело.

Пока полностью в ней не исчез.

Глава первая — Пробуждение. Часть вторая.

Юичиро погружался во Тьму всё глубже и глубже, ничуть не сопротивляясь её настойчивому давлению. Ранее он уже ощущал это неприятное ощущение, потому и отдался его власти, спокойно "следуя" течению. Тело наполнила знакомая лёгкость, постепенно переходившая в полную невесомость. Словно привычная гравитация разом утратила здесь всякую власть, оставляя его в странном промежуточном состоянии между сном и явью.

Сознание всё быстрее растворялось в окружающей Черноте, унося его прочь от привычного мира…

Пока в какой-то момент его не швырнуло об что-то твёрдое.

Удар оказался настолько внезапным, что Юичиро даже не успел ничего понять. Ведь ещё мгновение назад он спокойно парил в обманчивой невесомости, а теперь его тело будто бы с силой впечаталось в стену.

Резкая боль стремительной волной прошлась по всей спине и разом ударила в грудь, напрочь выбив воздух из лёгких.

Но хуже всего в тот момент оказалась омерзительная белизна.

Свет был настолько ярким и болезненным, что Юичиро пришлось в спешке прикрыть лицо руками и жмуриться, чтобы хоть немного защититься от этого ужасного чувства.

Прошло несколько мучительных секунд, прежде чем боль немного отступила. И ещё столько же, чтобы привыкнуть к ослепительному свету и решиться открыть глаза.

И первое, что он увидел, были до боли знакомые ему белоснежные стены. Такие высокие и громадные, что приходилось каждый раз задирать голову, чтобы полностью рассмотреть их. Вдоль стен также тянулись и массивные каменные колонны, поддерживающие древние своды. Эти белые гиганты уходили высоко вверх, к широким арочным потолкам. Туда, где на длинных толстых цепях мерно покачивались огромные люстры, поскрипывающие старой бронзой.

«Сангвинем…», — сразу же всплыло в голове его название.

То самое место, где он когда-то потерял всю свою семью.

Всё ещё сомневаясь в увиденном, Юичиро медленно поднялся на ноги и огляделся. Тело все еще слушалось с некоторым трудом, но дело было вовсе не в боли.

Скорее уж, в удивлении…

Перед глазами невольно вспыхнули картины далёкого прошлого. Некогда белоснежный камень неожиданно окрасился в ярко-алый. В ушах вновь зазвучали отчаянные детские крики, а следом — до тошноты знакомый смех беловолосого чудовища.

Юичиро прикрыл глаза.

Вдохнул.

Выдохнул.

Невыносимый шум в голове постепенно стих. А когда он снова открыл глаза, Высокий зал снова предстал перед ним абсолютно чистым и безупречно белым.

Все было по-прежнему.

Стены вновь нависали над ним, давя своим величием и заставляя чувствовать себя ничтожным существом. Создатель этого места явно постарался, чтобы каждый, кто сюда попадёт, в полной мере ощутил собственную незначительность.

И, надо сказать, у него это неплохо получалось.

Каждая деталь здесь кричала о высокомерном величии… или о полном презрении к тем, кому доводилось ходить по этим залам. Даже воздух тут казался другим — нарочито холодным и спёртым. От него тянуло старым камнем и чем-то неуловимо чужим. Тем, что навсегда въелось в стены вместе с кровью бесчисленных жертв.

Запахом кровососов.

Юичиро шагнул вперёд.

Звук его спокойных шагов тут же разнёсся по пустому залу гулким эхом. Каждый удар подошвы о камень отдавался так отчётливо и громко, что напоминал мощные удары молота о наковальню. Будто сам воздух здесь так привык к тишине, что сразу же взрывался от любого резкого звука. Да и сама тишина здесь была настолько плотной, что даже самый крохотный звук тут казался чужеродным.

Юичиро все продолжал идти вперед, внимательно оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к каждому шороху. Но сколько бы он ни вглядывался в пустые проходы между колонами, так и не заметил ни единого признака того, что здесь кто-то притаился.

Повсюду был только голый камень, холодный свет, да оглушающая тишина.

И бесконечные залы — до безобразия одинаковые и пустые.

******

Юичиро блуждал по ним уже как с пару часов.

По крайней мере, так ему казалось.

Время здесь словно текло иначе — вязко и слишком неторопливо. Будто таким нехитрым образом оно намеренно усыпляло его бдительность. Да и коридор впереди по-прежнему оставался недостижимо далёким.

Сколько бы Юичиро ни шагал вперёд, сколько бы ни прибавлял ходу, ничего не менялось. Расстояние все никак не сокращалось, из-за чего складывалось стойкое ощущение того, что он топчется на одном месте. Попытка вернуться назад тоже ничего не дала. Потратив ещё около часа, он окончательно убедился: выходом здесь и не пахнет.

По крайней мере, пока здешний «хозяин» не решит иначе.

Устало вздохнув, Юичиро решил прекратить эту бессмысленную ходьбу. Все равно это не даст никакого результата. Лучше уж потратить имеющееся время на что-то более полезное. Потому он отошёл к ближайшей стене и опустился на холодный каменный пол, прислонившись спиной к белоснежной поверхности. Здешний холод быстро пробрался сквозь одежду, немного остудив разгорячённые мышцы, но Юичиро почти не обратил на это внимания.

Он уже догадывался, кто стоит за происходящим.

Демон.

Вот только сделать с этим пока ничего не мог. Да, формально этот мир принадлежал ему, но вот настоящим хозяином здесь был Рогатый. Особенно сейчас, когда Юичиро явился сюда незваным «гостем», чтобы подчинить одного из его непосредственных «обитателей». Так что рассчитывать на радушную встречу было бы глупо. Да и демоны, при всём своём высокомерии, никогда не были идиотами. Они редко спешили выходить на «контакт» с незваным гостем.

Сначала — прощупывали почву. Потом пытались понять, с кем имеют дело.

И уже в последнюю очередь — действовали.

А учитывая весьма специфическое чувство юмора здешнего «хозяина»…

«На скорую встречу можно даже не рассчитывать».

Юичиро устало вздохнул и поднялся на ноги. Посмотрел на длинный коридор справа. Тот по-прежнему уходил вдаль, словно насмехаясь над ним. Потом посмотрел налево. Но ничего нового там тоже не увидел.

«Зараза», — мысленно выругался Юичиро.

Он уже собирался было продолжить бессмысленное движение вперёд, как всё вокруг неожиданно пришло в движение.

Стены глухо застонали. Низкий вибрирующий звук прокатился по всему коридору, заставив дрогнуть пол под ногами. С потолка посыпалась белоснежная каменная крошка, застучав по полу мелким градом.

А затем раздался оглушительный скрежет.

Стены начали двигаться.

Они медленно сходились, с угрожающим скрипом сминая пространство между собой. Каменные плиты тёрлись друг о друга, высекая снопы ярких искры и поднимая облака мелкой пыли.

И с каждым мгновением проход становился всё уже.

Ещё немного — и его раздавит, оставив на белоснежном камне очередное кровавое пятно.

Юичиро тут же сорвался с места.

Ноги понесли его вперёд с такой скоростью, на какую только было способно тело. Ветер яростно засвистел в ушах. Сердце колотилось где-то у самого горла, а лёгкие горели от нехватки воздуха.

Но он не останавливался.

Бежал так, будто от этого зависела его жизнь.

Что, по правде говоря, было не так уж и далеко от истины.

Ведь стоило ему погибнуть здесь — и всё. Конец. Демон просто «сожрёт» его беззащитную душу и завладеет опустевшим сосудом.

Так что Юичиро только и оставалось, что сопротивляться.

Вот только коридор и не думал заканчиваться, сколько бы он ни бежал. А стены тем временем подбирались всё ближе. Стоило только развести руки в стороны — и он без труда коснулся бы обеих разом.

Холодный камень был совсем рядом.

Ещё пара метров — и всё закончится.

Стиснув зубы до противного скрежета, Юичиро продолжал гнать себя вперёд. Шаг за шагом. Метр за метром. Пускай глаза и видели безнадёжность всей этой затеи, но разум-то понимал: всё происходящее было лишь игрой — причём крайне дерьмовой. Похоже, Демон пытался истощить его морально: сломить волю и заставить растратить имеющиеся силы ещё до их настоящей встречи. Чтобы потом, когда они встретятся, Рогатому было проще всего «сожрать» его.

И, надо сказать, у него почти получилось…

Пока в какой-то момент, впереди, внезапно не появилась деревянная дверь. Старая, с выцветшей краской и потемневшей от времени древесиной. Ещё секунду назад на том месте ничего не было, но стоило Юичиро моргнуть — и её неясный силуэт тут же бросился в глаза.

Он недобро усмехнулся.

Похоже, здешний хозяин всё-таки решил отложить его убийство и продолжить свои «игры».

«Мерзкий ублюдок», — в очередной раз выругался Юичиро.

Стены уже касались его плеч. Острые выступы грубо разодрали рукава, оставляя глубокие царапины на предплечьях. Кровь разом выступила на коже и крупными каплями срывалась на белый пол, окрашивая тот в ярко-алый. Но Юичиро даже не заметил этого.

Всё его внимание было приковано к двери.

Миновав последние пару метров, он с ходу выбил её плечом. Дерево жалобно затрещало, а Юичиро кубарем вылетел в следующее пространство. Прокатился по неровному полу, усыпанному мелким мусором, и на полной скорости врезался в стену.

Боль разом прострелила всю спину. В глазах резко потемнело, а лёгкие судорожно сжались, выталкивая из груди остатки воздуха.

Но Юичиро было не до этого.

Его интересовало только одно:

«Куда, чёрт возьми, занесла меня эта дверь?»

Быстро подскочив на ноги, — несмотря на протестующее тело, — Хиираги быстро осмотрелся.

Это были вполне знакомые ему жилые кварталы.

Одноэтажные неказистые дома, тесно жмущиеся друг к другу. Старые и явно не знавшие ремонта с самого момента постройки. Кирпичные стены, покрытые трещинами и «зелеными» пятнами. Деревянные крыши, что местами были подлатаны неровными досками. Узкие окна с мутными стёклами, в которых не горело ни единого огонька.

Это были те самые дома, в которых он и сам когда-то выживал вместе с другими детьми. В которых они смеялись, ссорились, мечтали...

Сангвинем. Точнее, его окраины.

Эти места он не смог бы спутать ни с одним другим.

Как оказалось, вылетел он на одну из побочных улиц. Если посмотреть направо, то можно было увидеть достаточно просторную, но слишком уж пустую улицу, уходящую куда-то вглубь подземного города. От неё расходились ещё несколько узких дорог, но те вели в другие, более «благоприятные» районы. Вдоль вымощенных камнем широких тротуаров тянулись ряды высоких фонарных столбов. Их тусклый жёлтый свет едва разгонял здешний полумрак. Лампы тихо потрескивали, словно жалуясь на свою долгую и бессменную работу.

Но стоило ему взглянуть налево, как перед глазами представала совершенно иная картина.

Тёмная, грязная и отталкивающая.

Трущобы.

Бесконечные ряды жмущихся друг к другу неказистых жилых домов. Настолько тесно, что между ними с трудом могли разойтись два взрослых человека плечом к плечу. Стены — обшарпанные, местами даже потрескавшиеся, покрытые плесенью и серыми разводами. Кое-где с фасадов осыпалась штукатурка, обнажая старую кирпичную кладку. Большая часть окон была выбита или заколочена старыми досками. Крыши — не раз перелатаные чем попало.

Сам внешний вид этих старых зданий явно намекал на то, что они давно заброшены. Или почти заброшены. Лишь целая куча технологичных труб, ловко петляющих между домами, говорила о том, что здесь всё еще кто-то жил. Ведь по этим трубам, насколько он помнил, гнали горячую воду, чтобы обитающий в домах скот не передох от холода.

Юичиро едва ли не улыбнулся от такой «заботы».

Что ни говори, а кровососы действительно заботились о своём скоте. Ещё бы. Иначе откуда им брать столько свежей крови? Дети были для вампиров не только расходным материалом. Они были их источником пропитания и бессловесным стадом, которое можно доить до последней капли.

Другая часть труб уходила дальше. Эти огромные махины, поддерживаемые мощными металлическими подпорками, тянулись вперёд, постепенно растворяясь в темноте. Их ржавые бока тускло поблёскивали в свете редких фонарей, а из многочисленных швов и трещин поднимался пар, окутывая всё вокруг белёсой дымкой. Где-то внутри до сих пор что-то глухо гудело. Так, словно по трубам всё ещё текла вода — или что-то, лишь отдалённо на неё похожее.

Закончив осматривать до боли знакомые места, Юичиро уже собирался было стряхнуть пыль с одежды, но вдруг замер.

Его руки.

Они показались ему... слишком маленькими.

Куда меньше тех, что он привык видеть.

Всё ещё сомневаясь в увиденном, он быстро оглядел себя.

Нет, ему все-таки не показалось.

Он снова был ребёнком. Тем самым двенадцатилетним мальчишкой, который ещё не обладал ни достаточной силой, ни обширным опытом. Да и одет он был в ненавистную ему белую одежду. Ту самую, которую носили все дети Сангвинема. Простая рубаха из грубой, колючей ткани, белые штаны, свободно сидевшие на худых бёдрах, да пара грубых ботинок.

Одежда «скота».

Мало ему было прошлых «приключений», так теперь ещё и это.

Юичиро тяжело вздохнул. Как бы ему этого не хотелось, но всё же пришлось смириться с очередными изменениями. Всё равно сделать пока что ничего нельзя. Этот мир ему не принадлежал — по крайней мере, пока. А значит, и диктовать здесь свои правила он не в силах.

Так что он решил пока не тратить время на бесполезное недовольство, а развернулся налево и направился в узкий проулок.

Просторная улица, вымощенная камнем, быстро осталась позади, скрывшись за первым же поворотом.

Ноги, казалось, сами вели его по этому тесному и грязному лабиринту. Они безошибочно выбирали нужные развилки и повороты, уводя всё дальше от главной улицы. Словно с тех пор, как он в последний раз бродил по этим местам, ничего не изменилось.

Хотя изменилось многое.

Изменился и сам Юичиро.

Но только не это место.

Земля под ногами была неровной: выщербленные камни, ямы с мутной водой, клочья какой-то гнили. Стены домов почти смыкались над головой, создавая ощущение, будто он идёт по дну глубокого оврага. Сверху то и дело капало. Холодные капли оставляли на лице неприятные следы, а тяжёлый воздух был пропитан сыростью и запахом чего-то тухлого.

Вместе с тем перед глазами всё чаще вспыхивали картины далёкого прошлого.

Стоило Юичиро моргнуть, как прямо перед ним возникала целая гурьба смеющихся детей. Они бежали по узкому проулку, наперебой что-то крича. Маленькие ноги звонко шлёпали по лужам, а весёлый смех разносился далеко вокруг.

Кто-то из отстающих неожиданно схватил его за руку и настойчиво потянул вперёд, показывая на тех, кто ушел далеко вперед...

Но стоило Юичиро взглянуть на этого ребёнка, как тот исчез.

Его образ растворился в сером тумане, подхваченный стремительным порывом ветра.

В руке вновь остался лишь знакомый холод.

Юичиро непроизвольно сжал пальцы в кулак.

И продолжил путь.

Один.

По этим пустым и тёмным проулкам.

Мимо обшарпанных стен. Мимо технологичных труб. Мимо редких тусклых фонарей, едва разгонявших здешний мрак.

Где-то вдалеке постоянно гудели огромные механизмы, поддерживавшие жизнь подземного города. Их монотонный шум давно стал частью местного пейзажа, и Юичиро почти не замечал его.

Мальчишка миновал, наверное, с десяток одинаковых развилок и поворотов, пока не вышел к очередному небольшому проулку. Тот уходил метров на пятнадцать вперёд, а затем резко сворачивал влево.

Тесный и тёмный. Такой же, как и все остальные.

Слева, у самого «входа», расположились ряды деревянных коробков, накрытых зелёной тканью. Старые и давно бесхозные, как понял Юичиро. Ткань сильно потускнела от времени и пыли, а по краям успела покрыться густой паутиной, поблёскивавшей в тусклом свете фонарей. Под коробками — огромные лужи застоявшейся воды. В них отражался слабый свет, отбрасывающий на стены причудливые дрожащие узоры. Там же, но чуть выше, вдоль каменной кладки, тянулись технологичные трубы. Одна из них протекала, ритмично сбрасывая мутные капли воды прямо на грязную тропинку.

«Кап... кап... кап...».

Чуть дальше, почти у самого поворота, высилась куча старого мусора: сломанные ящики, рваные тряпки, обломки дерева и покорёженный металлический каркас непонятно чего. Настоящая свалка, в которой могли найти для себя что-то полезное только местные обитатели.

Справа, вдоль стены, горело несколько рабочих фонарей. Их тусклый тёплый свет освещал лишь небольшой участок проулка, не в силах разогнать окружающую тьму. Впрочем, здешним «жителям» большего и не требовалось.

Они давно уже привыкли к полумраку.

Прямо под фонарями стояли две деревянные двери.

Обе старые, потрёпанные, с давно выцветшей краской.

Первая дверь осталась позади.

Юичиро миновал ее, даже не взглянув.

Но вот возле второй он остановился.

Повернулся к ней лицом и несколько долгих секунд просто разглядывал потемневшее от времени дерево и поцарапанную поверхность. Даже трещины на ней были ему знакомы.

Он помнил каждую деталь. Каждую мелочь.

Внутри что-то дрогнуло. Что-то, что давно должно было умереть. Что-то, что он похоронил уже много лет назад — вместе с той семьёй.

Рука сама собой поднялась в немой попытке коснуться старого дерева... но остановилась ровно в тот самый миг, когда между пальцами и выцветшей дверью оставалось всего пара дюймов.

Так и не решаясь закончить начатое, Юичиро медленно сжал их в кулак.

Он боялся, что всего лишь одно прикосновение к этой двери вновь погрузит его в то болезненное прошлое. Вновь заставит пережить всё заново — ту боль, тот ужас и то отчаяние, от которого он когда-то едва не сломался.

За дверью было шумно.

Весёлый смех. Детские голоса. Постоянный топот маленьких ног.

Все то, что когда-то наполняло этот дом жизнью.

Не успел Юичиро опомниться, как дверь неожиданно распахнулась. А на пороге появилась та, чьё лицо он так и не смог забыть.

— Акане... — тихо произнёс он.

Её имя сорвалось с губ само собой.

Так, словно он произносил его каждый день на протяжении многих лет.

Акане была чуть ниже его — по крайней мере, в этом детском теле. Стройная, с мягкими чертами лица, которые всегда казались ему по-настоящему тёплыми, даже когда она сердилась. Каштановые волосы были аккуратно заплетены в косу и лежали на левом плече. А большие карие глаза смотрели на мир с той особой смесью строгости и заботы, которая бывает только у старших сестёр, вынужденных рано повзрослеть.

Заметив его, Акане сперва удивлённо приподняла брови, а потом «грозно» нахмурилась.

— Ю... — начала она своим знакомым строгим голосом. — Я же говорила тебе не задерживаться допоздна. Ты ведь знаешь, что бывает с детьми, когда их ловят вампиры после комендантского часа?

Он помнил.

Даже слишком хорошо помнил спустя столько лет.

— Как хорошо, что ты вовремя вернулся, — её голос заметно смягчился, а на лице появилась теплая улыбка. — Голодный, наверное? Заходи. Эстма как раз заканчивает с ужином...

Она мягко взяла его за руку.

Её ладонь оказалась удивительно тёплой.

Настолько, что у Юичиро на мгновение даже перехватило дыхание.

Акане потянула его за собой, внутрь.

Туда, где находилась их маленькая, но очень дружная семья.

Внутри пахло домашней едой и легкими специями. Самый обычный запах домашнего ужина, который почему-то мгновенно вернул его в далёкое прошлое — к воспоминаниям, от которых становилось одновременно тепло и невыносимо больно.

Дом был небольшим, но удивительно уютным. Настолько, насколько это вообще было возможно в тех условиях. Старый, местами потрескавшийся пол тщательно вымели. На серых стенах висели самодельные украшения из цветной бумаги, гирлянды из засушенных цветов и детские рисунки, приклеенные кусочками скотча. Маленькое кухонное окно закрывала старая, но чистая занавеска в блеклый цветочек.

Здешняя мебель была старой, но вполне себе добротной: длинный деревянный стол, что уже не одно поколение служил верой и правдой; разномастные стулья и скамейки, что слегка скрипели при любом движении; покосившийся, но всё ещё крепкий шкаф у дальней стены, в котором хранилась нехитрая утварь. На открытых полках теснились книги — самые разные, от детских сказок до потрёпанных учебников. А чуть ниже, в деревянных ящиках, лежали игрушки. Для обитателей этого дома они были куда ценнее, чем могло показаться постороннему.

Всё это создавало ощущение настоящего дома.

Того самого, которого у Юичиро не было уже очень давно.

И от этого внутри сжималось что-то тугое и болезненное.

Не успели они с Акане переступить порог, как мимо них пронёсся Кота. Невысокий, жилистый мальчишка с вечно растрёпанными тёмными волосами и хитрым прищуром узких глаз. В руках он держал какую-то потрёпанную игрушку. Судя по всему, чужую — иначе с чего бы ему так поспешно удирать?

Следом за ним, но с небольшим запозданием, промчался Тайчи. Он был куда меньше ростом, — совсем еще ребенок, — с кругловатым лицом и очень недовольным выражением. Он громко требовал вернуть украденное, размахивая руками так, будто собирался немедленно расправиться с наглым похитителем.

Чуть в стороне, справа, на старом одеяле, расстеленном прямо на полу, оживлённо болтали Тихиро, Фумиэ и Ако.

Тихиро — самая старшая из троицы, была яркой и очень веселой девочкой с растрёпанными чёрными волосами и большими круглыми очками на носу. Казалась, с ее светлого лица никогда не сходила задорная улыбка. Да и говорила она больше всех, постоянно размахивая руками и почти не давая собеседницам вставить слово.

Фумиэ, напротив, была её полная противоположностью. Самая тихая из троицы, с аккуратными, светло-русыми волосами, собранными в две короткие косички. Говорила она мало, но всегда по делу.

Ну а Ако…

Ако была самой младшей и самой прилипчивой из всей малышни. Совсем еще крошечная девочка с парой растрёпанных косичек и большими наивными глазами, которые смотрели на этот мир с безграничным доверием.

Сакура стояла чуть поодаль, в дверном проёме. Всегда сдержанная и немногословная, с холодноватым взглядом ярко-алых глаз и длинными розовыми волосами. Она скрестила руки на груди и молча наблюдала за общей суетой, явно не испытывая особого желания присоединяться к разговору.

Ну а Эстма тем временем готовила ужин на кухне.

Стоило ребятне заметить Юичиро, как все тут же оживились. Трое девочек быстро вскочили со своих мест и со всех ног бросились к нему.

— Ю!

— Братик Ю!

Завопили они в один голос.

— Ты опоздал! — недовольно бросила Ако, уткнувшись ему прямо в живот. Её маленькие ручки обхватили его талию, намертво прижимая к себе. По крайней мере, теперь избавиться от младшей сестрёнки будет не так-то просто.

Тихиро и Фумиэ весело рассмеялись, наблюдая за этой сценой.

— Ты не поверишь, братец Ю! — начала Фумиэ, явно собираясь сообщить что-то важное.

— Сегодня у нас карри! — но её опередила довольная Тихиро.

— Му-у-у... Я первая хотела сказать!

Фумиэ надулась, чем вызвала у Юичиро невольную улыбку.

— Карри... — с некоторым удивлением повторил он, поглядывая в сторону кухни.

— Мика достал нужные ингредиенты. — подсказала подошедшая Сакура.

Она внимательно оглядела Юичиро с ног до головы, словно проверяя, всё ли с ним в порядке, и только после этого удовлетворённо кивнула.

— Эстма как раз заканчивает с готовкой.

— Братик Ю, я кушать хочу... — проворчала Ако, не желая отлипать от Ю.

— Потерпи немного. — с улыбкой ответила Сакура, потрепав девочку по голове. — Как только Эстма закончит готовить, мы все вместе покушаем.

— Правда? — отлипнув от живота Ю, Ако тут же уставилась на Сакуру горящими глазами.

— Правда-правда. А теперь давай, иди, поиграй с ребятами. И не докучай Ю.

— Му-у-у... — вновь проворчала Ако, уткнувшись носом прямо в живот Ю.

Ю невольно улыбнулся.

— Давай, иди уже. — вновь попросила Сакура, «грозно» уставившись на Ако.

— Ла-а-адно...

Ако нехотя отпустила Юичиро и побрела обратно к остальным.

— Мика ещё не вернулся? — как бы между делом спросил Юичиро.

Сакура уставилась на него с некоторым удивлением.

— Он заходил до этого. Продукты передал... Я думала, вы вместе вернётесь.

«Значит, сейчас он...» — мелькнуло в голове Юичиро.

— Готово!

Донёсся с кухни радостный голос Эстмы, так и не дав ему закончить мысль.

И едва она произнесла это, как в доме поднялся настоящий переполох. Дети наперебой загалдели и бросились на кухню. Оно и не удивительно, ведь сегодня на ужин было нечто особенное — карри! То самое блюдо, которое они могли позволить себе лишь по редким праздникам, вроде дней рождения

Да и то не всегда.

Так что настроение у всей малышни взлетело до небес.

А на кухне уже вовсю кипела «жизнь».

Акане и Эстма быстро раскладывали еду по тарелкам, пока Сакура, прихватив с собой еще и Юичиро, принялась помогать им разносить порции. Малышня тем временем уже заняла длинный стол, весело болтая ногами и с нетерпением поглядывая на старших. Кто-то даже привстал на скамейку, пытаясь высмотреть, когда же старшие закончат там возиться.

Первой вышла Сакура. Она осторожно несла сразу две порции. Следом за ней появился Юичиро. В отличие от осторожной подруги, он шел куда увереннее и вскоре обогнал розоволосую. И, подобно умелому официанту, ловко расставил две тарелки перед Тайчи и Ако. Последнюю он с улыбкой потрепал по голове, отчего та весело засмеялась.

Чуть позже подошла и Сакура. Она осторожно поставила две порции перед Фумиэ и Тихиро. Затем к ним присоединились Акане с Эстмой. Первая передала тарелку Ю. Приняв свою порцию, он уселся рядом с Ако, что уже вовсю уплетала карри. Аканэ тепло улыбнулась, наблюдая за младшей, после чего уселась во главе стола. Сакура, приняв тарелку от Эстмы, села рядом с подругой справа.

И вот, всей дружной семьёй, они принялись за еду.

Вовсю зазвенели ложки. Весело загалдели дети.

Кто-то восхищался тем, насколько же вкусно получилось карри. Кто-то уже намеревался взять добавки, хотя и с первой порцией ещё толком не справился. А кто-то весело поглядывал на тарелку соседа, подумывая запустить туда ложку и утащить немного чужой еды.

Обычный семейный ужин.

Шумный. Весёлый. Тёплый.

Юичиро почти не притронулся к еде. Нет, он немного поковырялся в карри ложкой — но больше для вида. Но так и не съел ни крошки. Еда попросту не лезла в горло, да и как такового голода не было.

Вместо этого, он с теплотой наблюдал за детворой.

За тем, как они с наслаждением уплетают горячее карри, ничуть не заботясь о манерах или приличиях. За их яркими улыбками, оживлёнными разговорами и мелкими ссорами из-за добавки.

Чем дольше он смотрел на них, тем труднее ему становилось отвести взгляд.

Когда ужин закончился, все постепенно разошлись по своим делам. Тихиро с Сакурой повели малышню в ванную готовиться ко сну, Кота убежал наверх, а Акане с Эстмой остались на кухне мыть посуду.

Юичиро вызвался помочь.

Девушки попытались его отговорить, но он настоял на своём. За весь вечер он почти ничего не сделал, так что хотя бы теперь мог принести какую-то пользу. Вскоре кухня наполнилась привычными звуками: журчанием воды, стуком тарелок и тихими переговорами. Юичиро оттирал посуду рваной тряпкой, а Акане принимала вымытые тарелки и ставила их сушиться.

Когда с последней было покончено, Эстма потянулась и направилась в сторону ванной, оставив их вдвоём.

Акане вытерла руки, отложила полотенце и подошла к Юичиро.

— Всё ещё беспокоишься за Мику? — мягко спросила она.

— Вроде того, — не стал юлить он.

Акане понимающе улыбнулась.

— Остатки карри на кухне. Не забудь поесть.

С этими словами она ушла следом за Эстмой.

«Всё же заметила».

Юичиро едва заметно улыбнулся и направился в зал.

Остановился.

Там сейчас было темно — видимо, кто-то уже погасил свет. Но света с кухни вполне хватало, чтобы рассмотреть весь тот бардак, что устроила малышня. Целая куча всевозможных игрушек была разбросана возле дальней стены. Всё это, насколько он помнил, для малышни добыл Мика. И лишь малая часть этого добра была добыта уже самим Юичиро, позже...

Сзади послышались шаги.

— Не засиживайся допоздна, — напомнила ему Акане, уходя наверх.

— Ага. Добрых снов. — ответил он, не оборачиваясь.

Юичиро минут десять просто стоял посреди комнаты, любуясь столь знакомыми ему пейзажами. Книжными полками, забитыми самыми разными книгами — от детских сказок до всякой научной ерунды. Игрушками. Такой коллекции можно было только позавидовать. Карандашами и мелками, рядом с которыми валялись листы бумаги.

Последние и привлекли его внимание.

Юичиро присел и поднял один из рисунков.

Он явно не претендовал на звание «самого красивого»... нет, скорее уж, напоминал ужасные каракули. Впрочем, даже в них угадывались вполне знакомые очертания человеческих фигур. Вот Сакура — если судить по розовому. Сиреневый — Эстма. Коричневый — Акане. Рядом, скорее всего, Фумиэ и Коичи. А вот и Тихиро — её выдали огромные очки. Жёлтый — Мика. А рядом с ним стоял он — черный человечек, которого обнимала маленькая коричневая фигурка с двумя косичками. Сама Ако, судя по всему.

Юичиро невольно улыбнулся.

Ако. Это был её стиль. Она всегда любила рисовать и не раз делилась своими результатами с другими. В том числе и с ним. Так что он успел насмотреться на её «творчество», чтобы сразу же определить автора данного рисунка.

В верхней части листа Ако попыталась написать слово «Семья». Правда, получилось у нее не совсем правильно.

Юичиро подобрал один из валяющихся на полу мелков и осторожно поправил ошибку начинающего художника.

«Семья»...

Затем ещё раз посмотрел на рисунок.

Позади неожиданно послышался звук открывающейся двери.

Гадать, кто это, не было нужды.