Семья

Пролог

Если бы Аяну попросили сказать, какое событие было определяющим в её жизни, принцесса бы непременно отметила тот день, когда узнала, каким способом правящие роды получают своих симбионтов.

Ещё с раннего детства принцесса отличалась от своих подруг: роды у матери были очень тяжёлыми, сильно преждевременными, и родила она уже мёртвую девочку. Но врачи совершили чудо. Откачали.

Это возымело свои последствия, в частности, девочка росла очень слабой, в том числе энергетически. Слабее всех своих сверстниц, кого знала. Там, где подружки могли просто наслаждаться жизнью, маленькая принцесса проходила сложные программы реабилитации. Неудивительно, что довольно быстро её прибежищем стали сеть и книги.

Однако были и другие последствия. В тот момент, когда ещё совсем маленькую девочку решили покатать на отцовском корабле-симбионте, она заплакала уже на подходе к судну. И ни в какую не хотела идти туда. Наотрез, громко плакала и жалуясь на голоса. Кричала, упиралась, и отказывалась идти.

Подобное повторялось. Всегда. Когда Аяна повзрослела, ничего не изменилось. Более того, слышала странные вещи в местах массовых сражений и на больших кладбищах. Что оказалось очередным разочарованием для родителей, особенно на фоне её старшего брата. Вот тот как раз был сильный телекинетик, демонстрировал отличные результаты с силой, и с настройкой на прекрасного могучего симбионта не возникло никаких проблем.

А хилая и болезненная Аяна, чем дальше, тем больше считалась в семье мёртвой ветвью. Даже замуж выдавать такое считалось нецелесообразным, как позор императорского рода. Если слабость ей ещё готовы были простить, то нежелание вообще подходить к симбионтам ставило жирный крест на будущем.

Девушка просто не могла подойти к симбионту. Всё понимала, но не могла – живые корабли вгоняли её в ужас. Ей оставалось только читать, смотреть, изучать. Всё же, многие вещи для неё чисто по статусу не являлись секретными. Например, история рода – реальная, а не пропагандируемая.

О том, как на отдалённой планете возникли одарённые. Как одно племя, у которого способности оказались проще и понятнее в освоении, смогло уничтожить конкурентов и занять доминирующее положение на планете. Хотя это далось племени дорогой ценой…

Тем не менее, несколько тысяч лет племя правило планетой. Расползаясь на роды и кланы, воюя за превосходство и становясь сильнее. Тут их поджидал первый подводный камень, в развитии одарённых. Селекция и евгеника дали плоды: они становились могущественнее с каждым поколением, но обычные женщины больше не могли выносить одарённого ребёнка.

Поначалу это было воспринято, как подтверждение теории превосходства, и бьющих в набат умников никто не слушал. Сила рода и клана растёт, какой дурак будет себя ослаблять, отдаваясь на корм конкурентам? А отношение к обычным людям уже тогда было лишь ненамного лучше, чем к скоту.

И войны, конечно. Бесконечная клановая грызня за ресурсы и власть. Погружённые в интриги и сражения, так они и не заметили, как десятки тысяч одарённых превратились сначала в тысячи, потом сотни. До тех пор, пока однажды их не остались жалкие десятки. Войны остановились: больше некому было сражаться. Обычные люди же поднимали головы, измученные постоянной грызнёй кланов.

Да и прогресс не стоял на месте: появился порох, паровые машины, начались осторожные подвижки в сторону электроники. Вот тогда-то обнаружилась и встала во весь рост проблема несовместимости одарённых со сложной техникой.

Их уже было не так много, как раньше, и злоба на одарённых копилась тысячелетиями. А усугублённая тем, что из-за них страдает развитие науки и возможность улучшения жизни обычных людей…

Как это ни смешно, но достигших максимального развития бывших аристократов от тотального геноцида спасло только появление инопланетян. Старой, битой войнами, цивилизации, уставшей от всего. Закуклившись на нескольких планетах, они пестовали биотехнологии, до этого пройдя огромный путь обычной технологической линии.

Одарённым повезло. По-настоящему. Их изучали, помогали, даже за те несколько сотен мирных лет, что прожили обладатели сверхспособностей среди звёзд, опять стали расти в количестве и силе… Но всё хорошее однажды заканчивается.

Исследования учёных приютившей их цивилизации, увенчались успехом. Да, фундаментальных запретов они обойти не смогли, но вырастить биологический эрзац, способный энергетически рождать нечто подобное ауре одарённого, учёные оказались в состоянии. Это подобие вышло слабым, но, при помощи живого человека, работало.

На беду создателей, их творение масштабировалось от количества людей. Более того, они же и изобрели механизм симбиоза с одарёнными, даже любезно определив, кто лучше всего подходит для создания подобных симбионтов.

Учёные искали и способы сделать из обычного человека одарённого. Но тут они уткнулись в законы природы. Единственный способ, который мог сработать – это сделать из сильных одарённых много-много, но послабее. А тут ещё и внешняя война, в результате которой технологии симбиоза с одарёнными были использованы на практике – как оружие, созданное из пленных.

Осознав свою возможную незавидную судьбу, одарённые ударили на опережение. Вырастив полноценный, мощный корабль на одной из покорённых планет, те, кого потом назовут имперскими аристократами, нанесли превентивный удар, в результате которого приютившая их цивилизация исчезла. А на галактических просторах появилась Империя.

Так получилось, что самые сильные из одарённых, первые вступившие в симбиоз, предки Аяны. Те, которые потом именовались императорским родом. Девушка всегда чувствовала гордость за это, даже тогда, когда начала глубже узнавать историю их изначального мира и своей семьи.

В своих изысканиях она добралась до сокрытого слишком глубоко. И однажды, сложив мозаику из недомолвок, услышанных там и сям случайных оговорок родителей, из некоторых непонятных ей нюансов и деталей, принцесса прямо спросила отца: «Сколько жизней стоит каждый такой корабль?»

Ей тогда было лет семнадцать, наверное, Аяна горела желанием узнать правду. Но отец тогда просто покачал головой и, нахмурившись, ответил: «Сколько бы ни было, государство того стоит». А на её пылкие возражения уронил весомо: «Мы сильнейшие. Наши подданные живут лучше всех в галактике. Когда тебе будет, что на это ответить, тогда и приходи». Это девушку обидело. Но она уже привыкла к дотошному поиску информации и, желая доказать отцу его неправоту, полезла изучать.

Если довод о том, что они сильнейшие, не получалось прямо так сразу оспорить, то вторую часть… Несправедливости в их государстве полно. Как клещ, она вцеплялась в каждый факт, разматывая и раскручивая сотни случаев казнокрадства, злоупотребления полномочиями, сотни неафишируемых случаев психических отклонений среди слуг на местах, и даже слухи о странном поведении некоторых аристократов.

Чем больше выясняла, тем отчётливей проступала перед ней картина империи зла. Допуск к части секретных данных СИБ открыл много действительно страшного. Просматривая многие отчёты, принцесса сталкивалась с таким, что даже её организм отторгал – девушку неоднократно мутило и выворачивало чуть не наизнанку. Потом немного привыкла, но не поленилась самые вопиющие случаи собрать в один блок. Который, в итоге, с чувством праведного гнева и хорошо выполненной работы понесла отцу.

Император, хоть и был, как всегда, занят, но уделил полчаса собранным ею за год неопровержимым, как она тогда считала, фактам. А после тяжело вздохнул, погладил практически седую бороду и негромко сказал:

– Всё это есть, дочь. И даже больше того, некоторые наши вассалы в некоторые периоды своей истории творили и более страшные вещи. Просто всё, что касается аристократии в таком ключе, не попадает в сеть. И даже в службу безопасности.

– Тем более! – твёрдо ответила Аяна императору.

– Хвалю тебя за объём и качество работы, дочь. Но если ты однажды захочешь быть хорошим правителем, то, будь добра, собери такой же объём данных по Федерации. Я прикажу, тебе дадут повышенный допуск. А после мы с тобой поговорим…

Тогда она фыркнула и, поджав от обиды губы, убежала в свои покои. Но приказ императора даже в семье не принято оспаривать. Девушка опять погрузилась в открытые данные, а потом и в отчёты разведки. И у принцессы потихоньку волосы встали дыбом.

Конечно, многое сильно разнилось от сектора к сектору и от планеты к планете. Были миры, где качество и безопасность жизни были сравнимы, а то и превосходили императорские миры. Один на сотню, в лучшем случае. И в определяющей степени потому, что были просто местом обитания элиты.

Её хватило на месяц изучения. После она просто плакала в подушку. И через пару дней, с понурой головой, пришла на поклон отцу.

– Мне нечего тебе сказать, папа, – тихо сказала она ему тогда.

– И это ещё не всё. Смотри и слушай, – прищурился правитель.

А после, сухим тоном начал рассказывать про окружающие Империю и Федерацию расы. Их промышленную мощь, особенности устройства общества и идеологии. Величественные миры насекомых, невозможные промышленные мощности миров искусственных интеллектов, несовместимые с нормальной жизнью идеологические доктрины. Десятки опасностей, способных превратить то, что она любит и знает, в пыль.

– Космос суров, принцесса. Выживают и процветают только те, кто готов идти на жертвы. Мы – процветаем.

– Но ведь как-то галактика жила и до нас…

– Плохо жила. И многое, про что я тебе рассказываю, появилось не так давно. Общий технологический уровень рас, населяющих галактику, растёт. Постоянно появляются новые вызовы, которые не решить простым флотом, не втягивая всю Империю в бесконечную войну на истощение.

Вздохнув, он постучал пальцами по столу, глядя на притихшую дочь, и добавил:

– Поверь своему императору, Ая. То государство, которое бы возникло на нашем месте, если бы мы опирались только на мощь флота и армий, было бы ужасающим. Даже для меня.

– Но, папа, так же нельзя, наверняка должны быть другие пути…

– Для нас их нет, – тяжело уронил Император и, помедлив, с настоящим огорчением продолжил: – Знаешь, дочь, с одной стороны я рад, что ты подняла эту тему в таком возрасте. Твой старший брат до сих пор так и не не дозрел до подобных вещей.

– Он дурак, – фыркнула принцесса.

– Но за ним есть сила, и он может делать то, что нужно государству. А за тобой есть только светлая голова, – вздохнул правитель. – Ладно, ступай, мне нужно работать.

Тот разговор Аяна запомнила. В том числе и о том, что без силы она ничего не стоит, и действительно налегла на тренировки. Но слабое тело подводило. Как бы она ни старалась, выходило, что она больше вредит себе, пытаясь прыгнуть выше головы.

Однажды, всё-таки доведя себя до госпитализации, она вынуждена была, выплакав все слёзы о несправедливости мира, вернуться к архивам и книгам. Раз не получилось найти, где разумные живут лучше, может, найдётся что-то о силе? И след она нашла, как ни странно, в источниках Федерации – они чуть меньше оказались подвержены цензуре.

Тысячу лет назад, Империя оказалась вынуждена переправить несколько флотов, уменьшив своё присутствие в ряде регионов. Это горячо обсуждали в сети и, сопоставив даты, она нашла упоминания о том конфликте в истории Империи. Изложен он, как и всё действительно интересное, сухо и мало. Воевали. Потребовались дополнительные силы. Враг уничтожен.

Несколько строчек в учебнике среди череды подобных строк. Проблема в том, сколько сил обычного флота снято со своих мест. Как правило, подобной мобилизацией никто не занимался, всегда всё решали симбионты.

Так бы Аяна и пропустила этот момент мимо себя, если бы раз в несколько лет не навещала мемориал деда, умершего как раз в те времена. Подняла закрытую статистику и ужаснулась: счёт смертей аристократов шёл на сотни. И девушка зарылась в архивы глубже.

Считать потери кораблей, людей и, что хуже всего, планет. В основном, они все были выжжены, но многие физически прекратили своё существование, как единые планетарные тела. Имелись сообщения о нескольких массовых эпидемиях на ряде планет. С двух карантин не снят до сих пор.

Довольно быстро нашла название мира и несколько историй очевидцев, которые упоминали планету под совсем другим названием. Тут ей пришлось лезть уже в архивы СИБ, и, благодаря допуску императорской семьи, принцесса узнала много интересного.

Из того, что удалось выяснить, выходило, что они отнюдь не самые сильные одарённые в галактике. Вишенкой на торте фигурировал некий совершенно конкретный договор о ненападении и невмешательстве. Со вроде, по официальным данным, полностью уничтоженным врагом.

Принцесса тогда на некоторое время вообще выпала из реальности, просматривая всё, что было по этой теме. А когда нашла намёки на уничтоженные симбионты, её решимость побывать там самой приобрела твёрдость алмаза.

Да и в семье всё стало не очень: брат потихоньку начал терять берега, унижая её везде, где только мог. Хорошо, что на людях она практически не появлялась. Отец смотрел на всё это с сожалением, но не препятствовал. А мать всегда больше любила своего первенца, узнавая в нём себя.

Судьбой бесполезной принцессы мало кто интересовался. Девушка требовалась только когда нужно присутствовать на официальных мероприятиях. Но, всё же, в итоге, она в очередной раз пришла к отцу. И очень осторожно спросила:

– Отец, что ты скажешь о Терре?

Император скрипнул зубами и со сдерживаемым бешенством сказал:

– Надеюсь, пусть не я, но мой сын или внук, но мы уничтожим этих… – он не нашёл слов, а, может, отцензурировал те, что всё-таки отыскал, и продолжил: – уничтожим их окончательно. Они убили твоего деда, Аяна. Запомни это.

– А почему вы не сделали этого сразу? Не отправили корабли и не взорвали им солнце?

– Отправили. Дважды. Они не вернулись. Как не вернулись те, которые отправлялись уничтожить планету. Зато обычный флот давил количеством и прекрасно работал. Пусть потери огромны, но каждая выпущенная ракета, каждый выстрел убивали их.

– Почему мы не довели дело до конца?

– Они пришли к нам. И именно тогда убили твоего деда, – всё же признался император.

– Не поняла, папа, а почему тогда началась война?

– Глупо она началась… Исследовательская группа позволила себе лишнего, наивно полагая, что в космосе-то её не достанут. Но перед тем эти умники додумались вызвать одного из одарённых. Прибыл он уже на обломки корабля, ну а дальше, не разобравшись в обстановке, решил прояснить вопрос с варварами. В итоге, труп наследника дома и разгоревшаяся бойня.

– И что там сейчас? Империя не победила, верно?

– Не проиграли. Их планета лежала в руинах, и мы могли довести дело до конца!

– Но не довели?

– Дочь, тогда бы мы с тобой не разговаривали, если бы довели. Ты не понимаешь, какие там были монстры. Их немного, но однажды столкнулись с правителем одного их государства. Я видел, как он уничтожил сначала несколько симбионтов, а потом перемолол два флота сверху. И только когда корабли, с огромными потерями, прорвались к планете и сожгли народ питающий монстра, смогли его убить.

– Значит, мы не самые сильные? – усмехнулась принцесса.

– Самые. За нами стоят сотни миллиардов людей, а за ними только одна планета. Победим, если будет нужно. Сейчас - не совершим тех ошибок.

– У нас есть какие-то отношения? К ним можно попасть? – осторожно спросила Аяна.

– Что? – нахмурился мужчина. – Выбрось это из головы, дочь! Тебя там просто убьют, перед этим выпотрошив все секреты Империи.

– Но это же интересно, папа! К тому же, ты постоянно переживаешь, что нас слишком мало на галактику! – воскликнула девушка, прижав кулачки к груди.

– Моему отцу, твоему деду, вырвали глотку. И я ничего не мог сделать, пока он истекал кровью у меня на глазах! – с яростью процедил император. – Так что – нет! Никаких переговоров. Однажды мы их уничтожим.

– Или они нас. Если не появится ещё какая-нибудь сила из глубин космоса! – дерзко воскликнула принцесса.

– Забудь про эту планету, иначе ничего хорошего тебя не ждёт, – опасно прищурился мужчина.

– А меня и тут ничего хорошего не ждёт, отец! – громко прокричала Аяна и, поблескивая стоящими в глазах слезами, бросилась вон.

После этого они не встречались много лет. Тогда ей казалось, что девушка сама смогла выскользнуть из дворца и угнать разведывательный кораблик. Но позже, уже осмысляя произошедшие события, принцесса начала понимать, что везде с нею было разрешение отца. По-другому быть не могло. Всё же, папа всегда любил дочь и её будущее при дворе представлял прекрасно.

В систему Терры она вошла в максимальном режиме невидимости корабля. Рассчитывая подобраться ближе к планете и уже там подумать о возможности инфильтрации, в зависимости от технического уровня аборигенов. Системы маскировки судна, хоть и довольно устаревшие, позволяли очень многое.

Но всё происходит не так, как хочется, и приняли её в районе Сатурна. По курсу возникла медленная несуразная калоша, а на мостике появился внимательно глядящий на неё высоченный парень, от которого било по ауре чудовищной, невозможной силой. Так она и познакомилась со своим будущим мужем. Хотя тогда она просто медленно подняла руки и сказала: «Я сдаюсь».

Через несколько часов она оказалась перед сидящей напротив строгой женщиной, смотрящей на неё, как на помёт. И начавшей демонстративно грубо ломать ей ауру, вытягивая наружу все воспоминания. Это было больно и казалось, что длится бесконечно долго. После чего она осознала себя лежащей на полу, а над ней высилась мужская фигура. Тогда она не понимала, что они говорят, но позже восстановила…

– Мама, ты убьёшь её!

– И что? Это враг! Самый что ни на есть настоящий, – сплюнула женщина.

– Не похожа она на врага, судя по тому, что я успел поверхностно понять.

– Игорь, тебе местных девок не хватает? Потянуло на инопланетное мясо? – презрительно проговорила женщина.

– Причём тут это? Это наш шанс хотя бы начать диалог, а не сводить всё к бойне! – воскликнул парень.

– Да ты, сынок, пацифист, я смотрю?

– Я считаю, что надо дать ей шанс!

Женщина замерла, глубоко дыша носом и с яростью прожигая взглядом сына. А сын поднял на руки Аяну и, бочком-бочком, прикрывая её своим телом от матери, вытащил из допросной.

Знакомство принцессы с будущей свекровью - не задалось.

А потом было много чего. Новые документы, изменение цвета волос и, немного, совсем чуть-чуть, внешности – и она оказалась предоставлена сама себе. В незнакомом мире, без знания языка и имея из знакомств лишь Игоря Волкова. Правда, этого хватило, чтобы отправить её изучать язык, предоставить жильё и небольшое содержание.

Чем заниматься, она нашла быстро. Достаточно было однажды увидеть спортивные бои с применением способностей. Дома её тренировали, конечно. Но поняв, что она не справляется, забросили – после того, как она надорвалась. Однако, на Земле всё было совсем на другом уровне, и, особенно, медицина.

Она всегда мечтала быть сильной. И тут, после первой её встречи с Марьяной, ей эту возможность предоставили. Было очень тяжело. Особенно когда она поняла, что не может открыть дополнительные способности, сколько ни старайся. У неё просто нет в геноме нужных сочетаний.

Она не сдалась. Просто выбрала выступления именно в категории “способность на способность”. Тренировки, первые робкие выступления. Поражения и редкие победы. Тренировки, тренировки, тренировки. Рос как на дрожжах ранг, раньше задавленный целой серией специфических аурных повреждений.

Уровень городских соревнований, потом междугородних. Дальше она пройти уже не смогла, не хватило голой мощи. Но уже было имя, и Аяна таки смогла вступить в команду по групповым соревнованиям. Тренировки, команды, соревнования. Она жила этим.

Были и парни. Такие же спортсмены, как она. Но личная жизнь меркла перед её жаждой доказать себе, отцу, родственникам, что может быть сильной. Принцесса забыла о том, ради чего прилетела, а просто исполняла все свои мечты. И больше её ничего не волновало.

Вернувшись в одиночные выступления, она всё-таки прорвалась на мировую арену. И смогла однажды ступить на верхнюю ступень пьедестала. Ей повезло, так сложилась сетка соревнований. Счастливо и гордо улыбаясь, она поняла что – всё. Больше ничего никому доказывать не надо.

Восемнадцать лет она отдала спорту, к тому времени став знаменитой. Десятки поколений благородных предков дали своё. Она пела, несколько раз снялась в кино, открывала стадионы и совершенно не обращала внимания на статус людей. Пресса постоянно судачила, из какой она семьи, на что Аяна всегда загадочно улыбалась.

От этого она устала ещё дома и жизни светской львицы не хотелось. Вернула себе свою старую внешность и имя, отправилась изучать медицину. Лечение универсальная дисциплина, во многом, просто по работе с силой. Подобное, хоть и с большим трудом, но ей давалось.

Они чаще стали встречаться и разговаривать с Игорем. Обсуждали модели общества, сильные и слабые стороны каждого народа. Она поняла, что без этого единственного мостика, соединяющего с прошлым, ей трудно. Пусть девушка и отправила несколько писем домой, возвращаться обратно её не тянуло. Но, всё же, поговорить с кем-то, кто знал, кто она такая, хотелось. Пусть на час, но снова почувствовать себя принцессой могущественной империи.

Они встречались всё чаще, и общие интересы переросли в нечто большее. Влюблённые не стремились афишировать свои отношения, просто им вместе было комфортно. Да и общий социальный статус сближал. Хотя один был капитаном космофлота, а вторая – студенткой медицинского университета.

Они встречались восемь лет, за которые Аяна перешагнула планку восьмого ранга и окончила учёбу, а после устроилась в госпиталь. Но принцессу тянуло в космос. По огромному блату и после специального обучения её взяли на корабль к Игорю. И там, ещё через полтора года, он сделал ей предложение.

Они оба понимали все сложности, но она, разумеется, ответила согласием. Своей капитанской властью Игорь там же их и расписал. Ох, какой же был скандал, когда они вернулись на планету! Бешеная София набросилась на сына с упрёками и оскорблениями вплоть до обвинений в предательстве Земли.

Уже сильно потом Ая поняла, что один факт, что ей вообще дали подобную сцену увидеть, неопровержимо свидетельствовал о том, что её уже приняли в семью. В противном случае, принцессу просто размазали и испарили останки. Тем не менее, когда улеглись первые эмоции, они, всё же, провели правильную церемонию, хоть и в узком кругу. И новобрачные начали готовиться к ребёнку.

Всё же, Игорь уже тогда был двенадцатым рангом по верхней границе. Разница чудовищно велика, как и возможная сила ребёнка. Два года они вытягивали ей ранг, прокачивая огромные для неё океаны силы. Дотянули почти до девятого, но дальше всё, она достигла своего предела на ближайшие десятилетия. Ещё год Ая восстанавливалась, а потом они решили рискнуть.

Беременность протекала очень тяжело: ребёнок буквально высушивал её ауру, забирая все силы. Марьяна проверяла её почти каждый день, а муж всегда был готов отдать океан энергии. Даже так, к восьмому месяцу она практически не могла ходить. Все понимали, что ребёнок должен родиться действительно сильным. Или не родиться, если энергетики матери всё же не хватит.

Даже София, хоть и не выносила невестку, помогала, чем могла, потирая руки в ожидании рождения внука. А потом на свет – намного легче, чем ожидалось при таких проблемах во время беременности – появился Олег.

Первые полгода он был обычным ребёнком. Разве что аура блёклая, как будто родился обычный человек. Но так бывает, позже это можно исправить. Но через полгода ребенок начал плакать от постоянных головных болей, демонстрируя аномально быстрое развитие мозга. Аяна помогала, лечила, но понять проблему не могла.

Так было, пока ребёнок однажды не протянул к ней руки и, взглянув на неё серьёзными глазами, чётко сказав «мама», и заплакал. От счастья. Уж за работу в госпитале она успела увидеть, как такое бывает. Тогда женщина отнесла его Марьяне. Странности копились давно, но пришло время внести ясность.

Когда через неделю она пришла в госпиталь, уже подходя к двери кабинета, она услышала разговор. Марьяна и, немного заплетающийся, знакомый детский голос, тем не менее, строящий ровные фразы. Чувствуя, как холодеет внутри, она постучалась. После чего вышедшая хмурая целительница взяла её за руку и телепортировала в парк неподалёку.

– Прежде всего, Аяна, запомни. Это твой сын! – сразу припечатала блондинка.

– Ну да, а разве есть сомнения? – непонимающе, но с всё усиливающимся страхом спросила принцесса.

– Будут, – кивнула Марьяна.

– Что с ним? Рассказывай! – начала уже паниковать мать.

Вздохнув, блондинка присела на лавочку и произнесла:

– Твой сын, Ая, помнит прошлую жизнь. И ему было не пять лет. Отсюда проблемы с развитием мозга, который пытается впитать такой объём данных сразу.

– Подожди. Ты хочешь сказать, что мой, меньше, чем годовалый сын, это взрослый мужик? Но так же не бывает! – неверяще произнесла Аяна.

– Тем не менее, это так. Так что давай он останется пока тут? На время, пока всё не устаканится?

– Верни меня обратно, – попросила шокированная мать.

Уже там, глядя во взрослые глаза человека, который не знает, куда себя деть от стыда, она поняла, что это не ложь и не сказка.

Сказать, что семья восприняла это сложно – ничего не сказать. Никто не знал, что делать и как к этому относиться. А попытка распечатать Олегу энергетику не привела ни к чему, кроме начавших прогрессировать у ребёнка проблем со здоровьем.

Со временем они стали больше разговаривать с мальчиком, узнавать его прошлое, видеть характерные жесты, свойственные кому либо из семьи. Было такое ощущение, что просто разговариваешь со взрослым близким родственником, который вырос отдельно. И да, он действительно ценил каждую кроху тепла и заботы, недополучив их в своём прошлом детстве.

Олег радовался каждому новому дню, как ребёнок, несмотря на то, что почти всё время проводил в госпитале. Шло время, она забеременела повторно, уж очень они с мужем хотели обычного ребёнка. В этот раз всё было проще, даже несмотря на всего пять лет между родами. Родилась Настя. Сильная одарённая, что было понятно сразу. Но – совершенно обычный ребёнок.

Их внимание переключилось на дочку, а Олег продолжал ежедневно сражаться за свою жизнь всё с той же лёгкой улыбкой на губах. Довольно быстро они поняли, что способности у него, всё же, есть. Правда, очень слабые и совершенно непонятные. Он открыл управление временем, но не тратил на это ни крупицы разлитой вокруг энергии.

Проблемы со здоровьем уменьшились, как только он взял свои способности под контроль, как и свой организм в целом. А потом начались странности: то они встретят карманников на прогулке, то педофила, иногда просто ребёнок неожиданно оказывался в центре внезапно вспыхнувших разборок.

Однажды, после второй драки, произошедшей в родовом поместье, София, тяжело вздохнув, сказала:

– Так не бывает. Это всё ненормально, и если так продолжится, много людей умрут. Просто как побочный ущерб.

Десятилетний шкет шагнул вперёд и сказал:

– Давайте я поживу один, София Викторовна? Мы же все понимаем, из-за кого это происходит.

У Аяны тогда сжалось сердце, но препятствовать этому она не решилась. Все понимали, что бои высоких рангов, возникшие по вине «непредвиденных случайностей», приведут к слишком плохим последствиям. Да и просто выжить в таком ему будет сложно, а взрослые могут не успеть его прикрыть.

Так Олег стал жить один. Ходить в обычную школу, изредка вырываться на тренировки с отцом. И драться. Постоянно драться. В школе, на улицах, с бандитами. Везде, где можно было наткнуться на что-то проблемное, он натыкался. Но пока на его губах царила лёгкая улыбка, всё было хорошо.

А потом ей, в ответ на очередное письмо императору, пришла просьба вернуться домой. Отец болен и боится за Империю. И любящая дочь приняла решение отправится к звездам. Да и тосковала она по галактическому масштабу. Аяна была готова мириться с этим ради любимой семьи. Но, всё же, очень хотелось снова ступить на поверхность коронного мира и посмотреть в глаза брату.

То, что муж отказался её отпускать одну, было ожидаемо. Но вот то, что София и Хельга позволят взять с собой Настю, нет.

София тогда посмотрела на распахнутые в удивлении глаза и усмехнулась:

– Я её слишком разбалую, да и кажется мне, что летите вы туда далеко не на месяц. Но сама знаешь, если что случится с ребёнком – уничтожу в пыль ваш рассадник гнилья.

Олег остался, тащить его в столицу просто нельзя. То, что там могло начаться с его влиянием, предсказать не мог никто. Сын знал, что его мать из Империи. Сложно скрыть подобное, когда, кормя его грудью, она говорила с ним на имперском. Но истинной высотой положения с парнем не делились.

Впрочем, что он понял, было сложно сказать. Он вообще был не очень разговорчив, пока его не потянет к рассуждениям на отвлечённые темы. Тем не менее, им соорудили небольшое судно, куда воткнули перебранный и экранированный гипердвижок от её старого корабля-невидимки и отправили в галактику.

Сорок лет она не была дома. Но увидеть глаза брата, когда она спускалась по трапу с мужем под руку и дочерью… Это того стоило!

То, как презрение в его взгляде сменяется сначала непониманием, а потом и настоящим страхом, приятно грело самолюбие. Но короткие мгновения триумфа сменились насущными вопросами. И она коротко приказала брату:

– Веди к отцу.

Брат скрипнул зубами, но спорить, пока за спиной принцессы стоит Игорь, подавляя своей мощью, не решился.

Сама женщина дала сигнал мужу, разрешая ментальное сканирование. К тому моменту, когда они дошли до императорской спальни, она знала уже многое. Но до последнего не хотела верить что всё это правда, пока не увидела отца с некоторыми очевидными ей симптомами.

Он был в сознании. И, увидев Игоря и Настю, слабо улыбнулся.

– У тебя получилось всё, что ты хотела, дочка. Я тобой горжусь. Рад, что успел сказать это лично.

Аяна же шагнула к нему и ухмыльнулась:

– Нет, отец, ты ещё поживёшь. Тебя травили. Долго, усердно и постепенно. Но я успела, и теперь всё будет хорошо. А виновные понесут наказание, кто бы они ни были.

– Я знаю кто, дочь. Но устраивать гражданскую войну не хочу, – устало произнёс император.

– Уже неважно, что ты хочешь, отец, – и, подняв взгляд на брата, добавила: – Прощать это я не намерена.

– За мной сила сотен планет и десятков наших вассалов. А что за тобой, сестра? – прищурившись, произнёс привычную ему с детства мантру брат.

– А за мной моя семья. В которой тебе больше нет места, – и, повернувшись к мужу, тяжело вздохнула, но твёрдо сказала: – Работай, Игорь. Покажи Империи, что такое настоящая сила.

Брат даже не успел ничего понять, когда его голова оказалась отделена от тела, расплёскивая своё содержимое по стене напротив. А принцесса, прикрыв глаза дочке, погрузила её в сон, положив рядом с отцом. И, хрустнув пальцами, принялась за лечение.

У неё и мужа впереди много работы.

Глава 1

За спиной раздался удивлённый выдох ребят, а Игорь Волков замер, внимательно разглядывая и оценивая моих друзей. Как неплохой менталист, он понимал, что происходит объединение людей в Сеть.

– Олег, когда ты успел жениться, и, более того, когда у нас появилась ещё одна дочь? – усмехнулся он.

– Это долгая история, – развёл руками и, повернувшись к товарищам, добавил: – Боя не будет, друзья.

– У вас тут хорошая атмосфера, так что рассказывай, как ты дошёл до жизни такой, – произнёс отец, проходя к костру и, выхватив бутылку с пивом из открытого ящика, присел на бревно.

– Тебе с какого момента? – поинтересовался, смотря, как команда, настороженно смотря на Игоря, распускает Сеть и рассаживается обратно по своим местам.

– С того момента, как бросил институт и оказался тут. Представь наше удивление, когда мы с твоей матерью увидели на видео, как наш сын коронует пиратскую королеву, – хмыкнул мужчина, большим глотком выпивая половину бутылки пива.

– А что рассказывать? – пожал плечами. – Я стал сильнее, и проблемы, которые меня находят, приобрели слишком большой масштаб, даже если стараюсь никого из семьи в них не вмешивать.

Рядом на шезлонг со мной опустилась Катя и мягко, вкрадчиво спросила:

– Муж мой, и когда ты собирался мне рассказать о таком маленьком нюансе твоего происхождения?

– Я, вроде как, вообще не должен был о нём знать, – постарался отшутиться, чувствуя, как её ладошка стальным капканом сжимается на моём плече.

– Ну да, конечно. Не знал, – хмыкнула Катя, отпуская меня. – Теперь понимаю, почему Разящий поменял свою точку зрения и влился в экипаж.

– Братик, а ты не говорил, что у тебя такой сильный папка! – вмешалась Ада, наконец, распустившая боевую форму.

– Спасибо, малышка, – с иронией поклонился Игорь.

– Адель. Её зовут Адель, – представил я наше пополнение в семье.

– Может подерёмся? Будет круто! – воскликнула девочка, вскинув кулак кверху.

– Ада, это населённая планета с частичным преобразованием. Ты забыла, что случилось в прошлый раз, когда мы дрались с высшим рангом? – устало произнёс Алексей.

– Мы победили! – топнула ножкой маленькая повелительница крови.

– Но жить там больше нельзя. Так что – нет, никаких драк в населённых мирах! – строго сказал инженер надувшейся напарнице.

– Ты скучный! – демонстративно отвернувшись от парня, фыркнула Ада,

– Игорь Волков – принц Империи? – недоверчиво покачал головой Егор. – Этот мир становится всё безумнее и безумнее.

– Что, Олег, к тебе теперь надо обращаться исключительно «Ваше Высочество»? – с иронией поддержала мужа Света.

– Твоё высочество, не мог бы ты принести ещё мяса? И пива захвати, не забудь, – с усмешкой попросила Инга.

На что Катя показала рыжей язык и, протянув руку в открытый портал, достала ведёрко с шашлыком, а потянувшись следом за ней, я вытащил ящик пива.

– И всё же, ты знал? – спросила жена, покуда я нанизывал мясо на шампуры.

– Подозревал. А как только мы получили доступ в местную сеть, узнал точно, – вздохнув, согласился я.

– Ты поседел, сын. Что случилось? – с тревогой нахмурился отец, взмахом руки заставляя свежую партию дров прогореть до углей.

Смотря на взвившееся пламя, я только вздохнул и ответил:

– Да много чего, и большинство из этого хорошим не было. Хотя, кое о чём не жалею, – показал я подбородком на Адель.

– Пойдём, побеседуем, – вздохнул мужчина и ушёл телепортом на полкилометра в сторону по пляжу.

Я последовал за ним, практически мгновенно оказавшись рядом, и замер на месте, предоставив возможность Волкову говорить первым. А сам с удовольствием наблюдал закат местного светила. Шумел океан, кричали местные версии чаек, а отец мялся, не зная, как начать беседу.

Но таки, мужчина вздохнул и сумел найти слова:

– Извини, что нас не было рядом, когда тебе было тяжелее всего.

– Отец, я не обижен на вас. Мы делали так, как нужно было в том момент. И даже это, – провёл рукой по ёжику своих седых волос, – было моим собственным решением.

– Оно хоть того стоило? – сжал губы в тонкую линию Волков.

– Большинство людей скажет, что нет, но я просто по-другому не могу.

– И что же заставило поседеть моего сына? Такое, что для других не кажется важным, но оказалось настолько страшным?

– Как ни странно, не когда тело резали на куски, из которых потом готовили шашлык, или не многочисленные опасности в боях и тренировках. За это мы, в итоге, отомстили или так было нужно для обучения. А вот как объяснить, зачем сделал то, что заставило поседеть, не знаю. Это как призвание, – поморщился я.

– Я видел много странных вещей в своей жизни, сын, так что меня сложно удивить.

– Помнишь особую зону в Африке? Её больше нет. Все, кто там томился, скованные их вариантом Сети, ушли.

Он на мгновение завис, осмысляя сказанное. Через пару секунд устало выдохнул, и сказал:

– Значит, ты, как мать? Она тоже видит и слышит странные вещи, связанные со смертью.

– А она мне никогда не говорила... – протянул, почесав в затылке, но, всё же, счёл нужным добавить: – Я намного сильнее в этом, чем мать. Результат, вон, сидит и хочет сразиться с кем-нибудь сильным.

– Ая не любит говорить об этом, слишком много проблем принесло в детстве, – отмахнулся мужчина, но нахмурился и уточнил: – Насколько сильнее? Что ты можешь конкретно? Когда я тебя оставил дома, ты умел только немного ускорять время, лечить себя и быть крепче, чем положено природой.

– Я могу изгонять души за грань. И если очень нужно, воскрешать тех, кто ещё здесь.

Отец глубоко вздохнул и поднял взгляд в небо. Он молчал около минуты, после чего повернулся ко мне и, слабо улыбнувшись, осведомился:

– Говоришь, Египет теперь чист, да?

– Угу.

– И девочку ты воскресил?

– Именно.

– А почему она так похожа на тебя? – с искренним любопытством поинтересовался Волков.

– Не хватило опыта и силы, пришлось использовать мою кровь.

– Четырнадцатый ранг, да? Никаких ограничений законами природы? – только и прокомментировал ответы мужчина, смотря, как вдалеке мерцает огонь костра.

– Я устаю. Могу и вовсе надорваться, – пожал плечами.

– Ещё и женился? Не рано ли? – переводя тему, спросил он. – Мы с твоей матерью почти десять лет встречались, прежде чем решили пойти на такой шаг. Как только мама позволила?

– София Викторовна пока не знает, но она мой выбор одобрила.

– Так быстро? Без многолетней проверки на личные качества и совместимость? – поднял бровь старший Волков. – Я что-то не узнаю маму. Да и ты, как мне казалось, более ответственно к этому подходишь.

– Ну, мы в школу вместе ходили много лет… – немного смущённо произнёс я, смотря под ноги.

– Мне пошутить по этому поводу, перерожденец ты наш? – усмехнулся отец.

– Только не про любовь к молодым девушкам! – поднял я перед собой руки. – Бабушка уже прошлась!

– Ну да, куда мне до неё, – покачал головой мужчина. – Ну а всё же, зачем?

– Да откуда же я знаю, зачем любят? Ты что, с матерью начал встречаться только потому, что других более подходящих вариантов не было? Или она не младше тебя на полторы сотни лет, отец?

– Уел, – согласился мужчина, почесав затылок.

– К тому же, моя свадьба была эпична! На поле отгремевшей битвы, с руками по локоть в крови, чудом избежав смерти! Это тебе не втихушку в космосе расписываться, чтобы мать не узнала!

– Эй, полегче на поворотах! Ты бы на моём месте тоже не рискнул! – уязвлённо воскликнул Игорь.

– Кто знает? Может, я меньше тебя опасаюсь Софию Викторовну, – усмехнувшись, поддел я отца.

– Ты-то? Да ты мою матушку даже в мыслях, небось, по имени-отчеству зовёшь, Олег.

Я только горько вздохнул и согласно кивнул на его слова, переводя взгляд на океан. Уже почти полностью стемнело, и, наверное, стоило возвращаться к костру и команде, а не стоять в потёмках.

– Наплевать, сын. Быть немного подкаблучником нормально в нашей семье. Женщин мы выбираем соответствующих. Как-то оно само так складывается. Отец говорит, что так было ещё до его рождения.

– Что у вас там в вашем имперском змеином гнезде творится? – перевёл я тему.

– А что там может происходить? Борьба за власть и влияние, хотя, сейчас, после того, как мы с твоей матерью появились, сильно тише, – как-то кровожадно усмехнулся отец.

– Как Настя и мать?

– Ая постоянно путешествует по Империи, её брат сильно запустил дела, пока пытался стать императором. Дочь с ней.

– Сестра, наверное, совсем разбаловалась от жизни имперской принцессой? – с улыбкой поинтересовался, вспоминая шебутную Анастасию.

– Да какая там жизнь аристократки? Её покои – это каюта на корабле, а вместо шикарного платья – пустотный костюм. Зато много путешествует, видит разных людей и обстоятельств.

Я хмыкнул, представив «страдания» сестры. Однако, меня одолевали сомнения, как вести диалог. Что можно рассказывать, а что нет? То, что я сделаю в ближайшее время, нанесёт огромный ущерб государству моей матери.

В идеале, сметёт превосходство имперской знати с доски и заставит страну работать по обычным правилам. Не думаю, что она после этого просуществует ещё пятнадцать тысяч лет. И не думаю, что это может понравиться матушке.

Впрочем, я знаю один способ прочистить себе сознание, освободившись от лишних мыслей и сомнений. Повернувшись к отцу, задал короткий вопрос:

– Подерёмся?

– Конечно, – воспрянул духом Игорь и, хрустнув пальцами, бросил: – Посмотрим, насколько ты стал сильнее.

Я только усмехнулся и произнёс по связи для друзей:

– У нас небольшой спарринг, можете занимать место в зрительском ряду.

Через пяток секунд над нами открылся портал, из которого вывалилась вся команда, зависнув в воздухе. Спустя мгновение в воздухе зажёгся плазменный шарик, освещая окрестности. И мы с отцом разошлись на пару метров в стороны, готовясь к поединку.

Пляж – не самое лучшее место для битвы под ускорением, так как толщина песка не даёт нормального сцепления с поверхностью. Раскинув поле своего воздействия, я старался закрепиться покрепче. Ускорился и, когда над головой вспыхнул светлячок, знаменуя старт, сорвался вперёд.

Двойка в голову, боковой удар ногой. Убрать голову от ответной атаки, разорвать дистанцию. Сдвинувшись в сторону, левой в ухо отцу. Его глаза удивлённо расширись, и он ускорился сильнее, убирая голову с траектории удара.

Больше скорости! Взвинтив темп, я пошёл в атаку. Кулаки замелькали всё быстрее, изредка чередуясь с ударами ногами. Хлопок звукового барьера. И ещё быстрее.

На губах Игоря Волкова расплылась улыбка, и мне в грудь прилетел удар ногой, который я даже не увидел. Свернулась частично поднятая защита. Оскалившись, я рванул время сильнее и ударил в ответ.

Приняв мой кулак на блок, отец засмеялся. И превратился в неразличимое пятно. Защита. Ещё раз. Больше скорости. Больше мощи. Взревев, я бросился вперёд, вбивая кулак ему в торс. Выше ускорение!

Воздушные волны от мелькающих рук и ног разбрасывали песок вокруг. Отец повышал скорость дальше. Телепорт назад, спасаясь от удара. Пробой пространства обратно, ему за спину, впечатывая боковой удар ноги отцу в голень. Он активно вливает энергию в пространство, блокируя телепортацию. Мощный электромагнитный импульс и создание разницы потенциалов. Сильнее ускориться и ударить!

Мой объятый молниями кулак вошёл ему в челюсть, разбивая губы и отбрасывая на десяток метров. А я смял время ещё сильнее и, оттолкнувшись от сжатого моей волей песка, бросился за противником. Оскалившись, Игорь рванул мне навстречу. Деформация. Ещё одна. Больше мощи и скорости! Мой удар вошёл в блок, как и последующие атаки за ним. Стонало сдавленное волей время, горела от трения одежда, гремел гром от силы и скорости ударов.

Остались только рефлексы, скорость и мощь. Приняв ответный удар на блок, я ощутил, как сломалась кость. Откат времени, восстанавливая. Деформация. И удар в ответ. Ещё скорости. Добить!

Но враг исчез, расплываясь для моего восприятия, и следующий удар вошёл мне в грудь, снимая защиту, разбивая сжатую моей волей материю. Брызнула в стороны кровь, обломки костей, и я отлетел далеко назад. Откат времени. Тяжело дыша, пригнувшись, застыл в десятке метров от отца.

От моего тела валил пар и пробегали электрические разряды от скопленной, на всякий случай, разницы потенциалов. Я готов к бою. Отец оказался рядом, обрушивая на меня град атак. Ноги, руки, плазма, силовые поля, искажения пространства, ментальные атаки, телекинез. Я впитывал урон, откатывал время, бил в ответ электричеством и деформациями. Зачастую, атакуя просто по площади, пытаясь поймать сверхбыструю цель. Отец исчез, а в следующий момент, его рука пробила мою грудь насквозь. Деформация в упор вспухла на его теле глубокими порезами, и он телепортировался назад. Откат времени.

Я пошатнулся и опустился на колено, загнанно пытаясь отдышаться. Отец же стоял неподалёку, в порубленном, испачканном кровью пустотном костюме. Подняв руки вверх, он воскликнул:

– Хватит!

Рядом со мной опустилась Катя, протягивая открытую бутылку сладкой газировки. А после, оценив моё состояние, сама поднесла ко рту, помогая пить. Сделав несколько глотков, я так и остался стоять на колене, упираясь руками в землю.

– Отлично! – воскликнул отец, скидывая на песок обрывки костюма, и недоверчиво спросил: – Тебя вообще можно убить, сын?

– Можно, – ответила вместо меня жена. – Ослабить длительными атаками и испарить.

– Удивительный прогресс за такое время! Шесть лет назад ты был совсем слабеньким. А сейчас? Ты, пожалуй, по совокупности способностей убьёшь один на один не очень опытный девятый ранг.

– Уже убил, и не одного, – усмехнувшись, гордо ответила отцу Катя.

– Даже так? – поднял бровь старший Волков.

– Это... Было... Трудно, – отрывочно выплюнул слова я.

– Ну, пожалуй, если у противника власть над временем и пространством слабая, убьёшь и десятый. Но только если сможешь нанести неожиданный первый удар во всю мощь, – произнёс Игорь, немного подумав.

– Так и было, – согласился я, припомнив убитого абордажника Воронцовых.

– Ну да, ну да, – покивал Волков и, через минуту, задумчиво произнёс: – Знаешь, сын, когда летел сюда, я думал, что встречу слабого одарённого, который сбежал с Земли. Но встретил команду, способную справиться практически со всем, что бросит в них галактика. Рад, что ошибся в ожиданиях.

– Очень круто вышло, брат! – воскликнула Ада, спрыгнув на песок рядом.

– Как будто ты много смогла увидеть, – усмехнувшись, потрепала по голове девочку Инга.

– Она, может, и немного, но у меня достаточно хороших камер, посмотрит потом, – поддержал девочку баритон Разящего.

– Скорости, конечно, огромные. С таким почти невозможно справиться, если придётся сойтись в бою, – вздохнул Егор.

– Ускорение времени тратит много энергии. Если держать крепкую защиту и бить по площади, то можно измотать, а там уже и добить. В целом, я бы сказал, что если развернуть доминион, то все шансы есть, – начал выдвигать варианты Алексей.

– Он и техники быстрее выдаёт, пока ты будешь разворачивать доминион, в тебя весь резерв вольют, – не согласился с ним Орлов.

– Притормозить ментальными ударами и держать защиту, чтобы ни случилось, – выдвинула свою теорию Света. – В конце концов, какая разница, с какой скоростью выпустили технику постоянному щиту?

– Да просто ударить посильнее во все стороны. Обычно помогает! – ворвалась в спор Адель.

– Тебе бы всё только жахнуть мощнее… – тяжело протянула Катя.

– Я могу! И это работает! – насупившись, продолжала настаивать на своём девочка. – Вы просто слабые!

Вздохнув, я опираясь на Катину руку, встал. Покачнулся, но следующий шаг сделал уже увереннее. Рядом возник портал, в который и зашёл, опустившись уже на бревно возле мангала. И с удовольствием вгрызся в ароматный шашлык, запивая его пивом.

Рядом суетилась Катя, а напротив опустился старший Волков. Остальная команда начала перебрасываться ослабленными техниками на месте поединка, втягиваясь в спор о скорости против мощи.

Немного утолив голод, я спросил:

– Слушай, а какое отношение у матери к симбионтам?

Отец нахмурился и уточнил:

– Значит, уже встречался с этим? Ты же не просто так спрашиваешь?

– Встречался.

– Именно из-за этого она в своё время и покинула Империю. Так что, думаю, понимаешь, какое отношение, раз уж ты унаследовал и приумножил её чувствительность, – вздохнул мужчина.

– Отец, я уничтожу эту мерзость. До основания, – решившись, не стал ходить вокруг да около я.

– Ты боишься, что решу тебя остановить? – поднял бровь старший Волков.

– Именно, – кивнул я. – Всё же, симбионты, наверное, главная причина устойчивости этого государства.

– Убивать собственного сына ради того, чтобы аристократишки сохраняли своё положение? – поднял бровь Игорь.

– Да, как-то с этой точки зрения глупо звучит, – немного подумав, хмыкнул я.

– Не буду тебе расписывать все аспекты сложившейся системы, но у императорского дома не так уж и много власти. Их роль, скорее, арбитры и стержень для объединения остальных, если возникает нужда утихомирить особо заигравшийся род.

– Стало быть, уничтожение подобного преимущества возвысит императорский дом? – немного недоверчиво поинтересовался я.

– Да. А наследница Империи – моя жена и твоя мать. В нашей семье принято решать те проблемы, которые подбрасывают наши женщины. Правда, по-своему, по-мужски, – жёстко и неприятно оскалился старший Волков.

Я только покачал головой на такие слова, когда рядом вышла из телепорта Ада и, подхватив кусочек шашлыка, с аппетитом в него вгрызлась.

– А почему фы такие задумчифые? – с набитым ртом спросила она.

– Решаем, сколько нам ещё предстоит сражаться, – вздохнула Катя.

– Ой, сложность какая. Мы фсех убьём и фозвысимся надо фсеми! Фо имя семьи! – воскликнула девочка, вскинув к небу шампур с шашлыком.

Рядом громко от души засмеялся отец, а после, утерев выступившие от смеха слёзы, подскочил к девочке и, подхватив её на руки, подбросил высоко в воздух.

Я улыбнулся, слушая детский смех, и, повернувшись, сказал жене:

– А вот теперь мы можем готовить рейд, не боясь ничего в космосе.

– Во имя Империи! – усмехнулась мне в ответ Катя.

Глава 2

– У тебя хорошая команда, – сказал мне отец, когда, много позже, усталый и немного пьяный народ собирался обратно на корабль.

– Я знаю, – усмехнулся ему в ответ.

– Только ребёнка бы домой отправить, незачем ей во всём этом участвовать, – вздохнул Волков, проведя рукой по волосам спящей, положив голову ему на колени, Ады.

– И как ты себе это представляешь? Спасибо, что убила для меня толпу народа, время возвращаться домой ходить в школу и играть в куклы? – с иронией спросил я отца.

– Зачем в куклы? На Земле действительно разовьют её способности. А дальше я могу похлопотать, и малышку возьмут в академию космофлота. Девочка чудовищно сильна, этот драгоценный камень требует огранки.

– Ещё несколько месяцев, может, полгода, пока она должна находиться под моим присмотром, а там попробую её убедить. Хотя легко это не будет, после галактических масштабов сложно вот так вернуться к скучной учёбе, особенно – впечатлительному ребёнку.

– Тебе лучше знать, – пожал плечами отец и перевёл тему: – Твоя жена говорила, что ты столкнулся с высокими рангами? Уже тут, в галактике?

– Да. Но эта проблема решена. Те, кто выжил, вернутся домой, после того как помогут мне.

– Что они тут забыли? – нахмурился отец. – Не думаю, что они планировали что-то хорошее для Земли и Империи.

– Выдаивая из землян ауру, делали обычных людей одарёнными. Рассчитывали во втором-третьем поколении создать мощную силу и отвоевать свой кусок власти.

– Однако… – присвистнул мужчина.

– И всё было хорошо, если бы ради этого они не развернули дома огромную сеть с похищениями. Те, кого мы успели спасти тут, почти трупы, и это жалкие остатки от общего количества похищенных людей.

– Дома всех причастных к подобному ждёт смерть, – покачал головой Волков.

– Там только женщины и дети, отец, всех причастных мужчин мы уже убили. А та старшая среди них, что осталась, готова принять смерть, – отрицательно покачал головой я. – Не думаю, что имеет смысл лить кровь дальше.

– Решай сам, не маленький уже, – пожал плечами Волков. А после, по-лисьи усмехнувшись, вкрадчиво спросил: – Сын, а сколько у вас челноков?

– Та-а-ак. Папа! – вскинулся я, чувствуя, как затрепетала в душе жадность.

– Вроде два же, да? – тон отца приобрёл откровенно просительные нотки.

– Да зачем тебе? Ты можешь летать и быстрее!

– И тратить на это энергию. А тут само летит, доставит в бой или из сражения заберёт, когда нет сил. Ну и, блин, это же Двадцатка, их только разрабатывали, когда я улетел! Хочу! Могу поменять на десяток обычных ботов!

– И что нам с ними делать? Солить? – скептически посмотрел я на родителя. – К тому же, они нам оба нужны, мы на них воюем.

– Но прокатиться-то хоть дашь? – с унынием спросил муж принцессы галактической империи.

– А ты умеешь? Инга говорит, что он довольно сильно отличается от прошлой модели.

– Ха, я был среди тех, кто составлял техническое задание на эту линейку корабликов, – хмыкнул отец, поднимаясь и подхватывая на руки так и продолжающую спать Аду.

– Не разбей только, – сдался я, начиная помогать собирать мусор остальным ребятам.

Через двадцать минут мы разместились внутри, а мужчина по-хозяйски уселся в пилотское кресло, осматривая приборы управления. Я лишь хмыкнул, ощущая движение времени. Как он не выпендривался, но лишние несколько минут на осмысление изменений в конструкции отец взял.

А дальше челнок плавно поднялся над землёй и нас бросило в небо. Причём Игорь не мог лететь ровно, а постоянно проверял, как судёнышко слушается управления. Потом кивнул своим мыслям и мягко, спокойно довёз нас до корабля.

– Я полетаю пару часов, потом пригоню, – предупредил он меня не терпящим возражений тоном. И, дождавшись, пока мы перенесём наш скарб через портал, увёл челнок из дока.

Уложив Аду на кровать в её закутке, вернулся к себе в каюту. Катя принимала душ, а я растёкся в кресле. Спарринг с отцом выпил очень много сил, хотя и заставил меня чувствовать некоторую гордость. Я стал сильнее, крепче и выносливее. И будет ли у этой лестницы силы конец – неизвестно.

Тем временем, выкинув из головы сомнения, сбросил одежду и пошёл составлять жене компанию в душевой. Жить надо сейчас, а то, что там будет когда-нибудь в будущем, потом и решим.

На следующий день, как всегда после сложных битв, проснулся очень поздно. И, подходя к столовой, только вздохнул. Там меня ждали сидящие друг напротив друга за столом отец и Ольга Воронцова. Не обращая на старших внимания, налил кофе, сел за стол и, только отпив полчашки, поднял на них глаза.

– Знаешь, сын, когда ты говорил, что остались только женщины и дети, меньше всего себе я представлял Ольгу Воронцову, – вздохнул отец.

– Вы хорошо знакомы? – полюбопытствовал я ради приличия.

– Мы были подругами с Софией некоторое время, когда он был маленький. Так что я даже иногда сидела с ним, когда она была занята, – усмехнулась женщина.

Меня это не удивило. За сотни лет жизни какие только отношения не связывают старые семьи. Люди встречаются, дружат, иногда влюбляются и так же расходятся. Есть, конечно, исключения, вроде Хельги и Софии. Но разводы после нескольких сотен лет совместной жизни, не редкость, а, скорее, закономерность. А вещи вроде Сети, как у Егора и его жён, и вовсе старается никто не использовать.

– Я прибыла сказать, Олег, что деньги перечислены, и хотела поднять вопрос о моих родных.

– Мелкого с матерью можете сразу отправлять на Землю. Остальные, кто выживут, тоже смогут вернуться, – пожал я плечами. – Ваш род будет жить.

– Но лучше бы им вернуться вместе, уже имея за плечами определённые события, верно? – прищурилась женщина.

– Разумеется, – согласился я, допивая кофе.

– Как же всё глупо вышло, – немного посидев в тишине, с болью вздохнула Ольга. – Наступить на пятки Волковым на Земле, причём настолько, что они решили отправить за нами своё юное дарование. И так уже имея в галактике часть семьи во главе Империи.

– Не думаю, что вы главная цель. Основная задача просто куда-нибудь деть моего сына, – хмыкнул Игорь.

– Ладно, что дальше нам делать? – поинтересовалась Воронцова, отбросив посторонние переживания.

– Можете отправиться на верфи, а можете просто хорошо провести несколько недель. Дело ваше, – спокойно ответил я, вставая и ополаскивая чашку.

– Ну да, ну да, расслабиться напоследок, – грустно хмыкнула женщина. – Хорошо, пойду я. На верфях увидимся.

И она исчезла, оставив нас вдвоём.

Отец вздохнул и сказал:

– Она ведь раньше была неплохой женщиной на самом деле. Но замуж вышла не очень удачно, Кирилл значительно старше, опытнее. Ему оказалось легко постепенно очаровать её своими мыслями, идеями о силе и власти. В итоге, они с матерью поругались.

– Она действительно готова умереть ради остатков семьи? Чтобы у них была нормальная жизнь?

– Боишься, что стал участником «хитрого плана»? – грустно усмехнулся Игорь.

– Немного. Я не понимаю, зачем ей это, ведь она может скрыться – галактика большая! Живи себе сотни лет на какой-нибудь далёкой планете, воспитывая одарённых второй волны, которых они успели наделать…

– Ты отправил на Землю информацию об их местоположении? Сколько их? – спросил мужчина.

– Семьдесят человек детей разного возраста и полсотни взрослых, искусственных одарённых, в основном, матери.

– Не много. Да и ранги, наверное, не высокие. И стоило огород городить? – только и покачал головой Волков, смотря в свою чашку с чаем.

– Ну, они планировали ещё человек сорок выжать из искусственных одарённых, а потом рассчитывали на повышенную фертильность низких рангов.

– А ведь получается, сын, вся эта история очень вовремя всплыла. Ещё был лет пять-десять, и все ниточки были бы оборваны. Похищения на Земле прекратились, рабов в галактике больше никто не покупает, и только на далёкой планете подрастает новая сила.

– Ольга говорит, что лет за сто довела бы их численность до нескольких тысяч. А там бы потихоньку рождались уже и более сильные ранги. В принципе, собиралась повторить ту же модель, что и произошла дома после Войны.

– Могли возникнуть сотни нюансов, но да, есть вероятность, что всё бы получилось. И через несколько сотен лет они могли бы отгрызть неплохой участок галактики, – согласился отец.

– Вот. И тут она собирается умереть. Почему? – непонимающе поднял взгляд на Волкова я.

– Да много причин, Олег. Во-первых, их уже нашли. И как бы они не скрывалась, найдут опять. Во-вторых, наша семья. Мы тут немного поговорили, она рассказала, что когда в трансляции по сети увидела меня возле трона, чуть не расплакалась.

– Ваше прибытие в галактику, наверное, сильно поломало им планы, – согласился я.

– Оно их практически полностью уничтожило. Меня довольно сложно победить и одного, но даже если получится, то это не понравится матери с отцом. А дальше их бы уже ничего не спасло. И уж точно им не помогли бы несколько сотен слабых одарённых.

– Потом умирает её муж, и гибнут остальные мужчины от руки нашей семьи, – кивнул я, и спросил: – Думаешь, она просто сломалась?

– Я считаю, она сломалась намного раньше, когда поднимала себе ранг убийствами. Для моей «Тёти Оли» это не было лёгким решением. Если бы было так, они бы не дружили полсотни лет с Софией, – вздохнул старший Волков.

– Тебе её жалко? – с сочувствием поинтересовался, откинувшись на спинку стула.

– Она меня мелкого на руках баюкала, сын. Разумеется, мне её жалко, что бы она потом не творила. Разве может быть по-другому? – негромко произнёс отец.

– Как тесен мир, – вздохнул я и перевёл тему: – Скажи, на той записи, что вы смотрели, вам не показалось больше ничего странного?

– Ты про муравьёв?

– Да.

– Эту запись видела половина галактики, сын. Ты стал знаменит, хоть и мало кто понимает, кто ты. Но да, то, что эти существа смогли противостоять атакам «принцессы», вызывает вопросы. Ты смог что-то узнать?

– Они у меня на корабле. В основном, устойчивость обеспечивается структурой материала их хитина и немного аурой. Это само по себе очень интересно, но больше вызывают вопросы условия на их планете, для которых такое понадобилось.

– Сын! Ты не мог всё это обнаружить когда-нибудь потом? Мы и так с твоей матерью слишком надавили на местных аристократов. Если сейчас императорская семья отберёт ещё и подобный мир, они взбунтуются. Да. Я их всех убью, если понадобится. Но как нам потом править?

– Я вызвал туда помощь Земли. Но пока нужно лететь мне, судя по всему. Как и думал, – вздохнул я.

– По-хорошему, даже не тебе, ты из императорской семьи, как ни крути. Но лети, никого другого всё равно нет. И не затягивай с этим.

– Да вообще сегодня и собирались вылетать, – пожал плечами я.

Достав небольшой планшет из кармана, отец нажал несколько кнопок.

– Получено, – раздался в столовой голос Разящего.

– Я скинул вам данные по аристократическим семьям и по некоторым раскладам их взаимоотношений. Ознакомьтесь. И удачи там с муравьями. До встречи! – хлопнув меня по плечу, отец исчез.

Я вздохнул и, постучав пальцами по столу, попросил ИИ:

– Подготовь челнок, нам надо слетать на планету.

Поднявшись, дошёл до мастерской, постучав по двери, выждал несколько секунд и вошёл внутрь.

Лёха сидел, окружённый несколькими манипуляторами, и ожесточённо ругался с Разящим. Заглянув ему через плечо, я увидел один из повреждённых генераторов щита с челнока. У нас был запас запчастей, так что там уже новый стоит, но инженер пытался восстановить и этот.

– Полетели. Попробуем, – коротко произнёс я, сам, тем временем, написав сообщение Егору и Аде.

– Сейчас, – вскинув на меня полные надежды глаза, Скворцов аккуратно положил увеличительное стекло на стол и задвинул паяльник в держатель.

Через десяток минут мы уже неслись к планете, на орбите осталась только Инга на дежурстве. Отец уже улетел, так же, как и Воронцовы, чего, собственно, я и ждал. Не очень хотелось проводить подобные «операции» под их возможным любопытным взглядом.

Расположились мы на том же пляже, что и вчера. Но теперь Скворцов сидел на песке, опираясь на бревно, и я рядом с ним. Честно сказать, было немного страшно. Энергетика у нашего инженера – это ведь практически просто насос, на который Ада поставила заглушки.

Так-то ей не по рангу оперировать такими энергиями, но контроль крови творит чудеса. Она буквально изменила часть ауры Алексея, заставляя энергию проходить мимо него. Жаль только, что это всё работает, пока она рядом и может регулярно, несколько раз в день, всё это обновлять.

Тем не менее, собравшись, я начал разгонять его потенциал. Стараясь действовать очень плавно и осторожно. Одна ступень. Две. И ещё три. Остановившись, аккуратно наблюдал. Как и ожидалось, он иррационально потянулся к энергии вокруг, пытаясь контролировать больше, чем раньше. Дрогнули поставленные Адой заплатки, но девочка взмахнула рукой, и кровавые татуировки загорелись, укрепляясь.

Мы ждали, десяток минут, но никаких изменений больше не было. Операцию можно было считать успешной. Инженер получил пятый ранг и, главное, мы подтвердили относительную безопасность процедуры.

– Знаешь, Олег, если об этом узнает широкая общественность на Земле, ты можешь стать единогласным правителем, если очень захочешь, – меланхолично сказал Егор, проверяя состояние инженера.

– Оно мне надо? – тяжело дыша, ответил я, пытаясь прийти в себя.

– А разве нет? Ты сможешь повести людей, как тебе будет угодно, – пожала плечами Катя.

– Вы так говорите, как будто я знаю, куда нас вести. Так что – нет. Спасибо.

– Лентяй, – хмыкнула жена.

– Я не пойму, милая, ты что, хочешь быть женой правителя галактики? Оно тебе надо вообще? Просыпаться каждый день с мыслями о чужих проблемах и жалеть, что в сутках так мало часов и иногда нужно спать?

– У пациента видна искренняя нелюбовь к благородному искусству управления человеческими сообществами. Требует длительного лечения, – хмыкнула Света.

– Да ну вас, – махнул я рукой. – Полетели домой. Нас впереди ждут очередные чужие проблемы.

– Ты хотел сказать на «Кирпич»? Или на Землю? – усмехнулся Алексей, который, прикрыв глаза, пытался оценить изменения в возможностях.

– Ай, не цепляйтесь к словам! – воскликнул я и, устало вздохнув, перенёсся на челнок дожидаться остальных.

Уже на корабле, когда мы, наконец, ушли в искажение, двигаясь к планете муравьёв, инженер, войдя на мостик во время моей вахты, взглянул мне в глаза и искренне произнёс: «Спасибо». Коротко поклонился и вышел.

Сама благодарность мне была приятна. Но вот поклон… Меньше всего я хотел вот этого вот почитания, особенно от друзей и близких. Мои способности хороши. Очень. Я могу удивительные вещи уже в данное время и неизвестно, что смогу в будущем. Но остаться, в конце концов, в окружении восторженно смотрящих мне в рот верующих – это последнее, что я хочу в жизни.

В таком вот меланхоличном настроении я и досидел до конца вахты. Уже в тренировочном зале, разминаясь перед тем, как провести спарринг с Катей, спросил жену:

– Надеюсь, ты настучишь мне по голове, если я однажды решу, что поклонение мне – это лучшая форма человеческого самовыражения?

– Не переживай, дорогой. Стучать я начну прямо сейчас, и прекращать это делать я не намерена, – усмехнувшись, она ускорилась, и её кулачок полетел мне в челюсть.

Я только улыбнулся, убирая голову от удара и, мягко сдвинувшись, принял на перчатку следующий. Надеюсь, что хотя бы семья навсегда останется просто семьёй.

Неделя, что мы ползли к планете муравьёв, прошла хорошо. Тренировались, много общался с муравьями, пытаясь хоть немного понять устройство их цивилизации. Неожиданно, но общество, построенное существами, способными к коллективному разуму, оказалось не таким уж удивительно чужим.

У них были свои государства, свои лидеры и, более того, они имели моногамные браки. Самцы, самки и несколько яиц за жизнь. Это выбивалось из того, что я знал о муравьях. Впрочем, как и возможность, к радиообмену. Так или иначе, но наличие большого количества их стран снижало возможность договориться.

У них ведь не функционирует ни одного какого-либо надгосударственного объединения, типа ООН или подобного. Мы можем пообещать им одно, а имперские семьи другое – и разные страны примут разные предложения, судя из своей выгоды. Такое усложнение ситуации вгоняло меня в уныние.

У нас, кстати, все насекомые были исключительно мужчины. Их и похитили-то прямо с работы. Чем больше я слушал их исправно переводимый треск, тем больше впадал в меланхолию. Как же просто всё с космическими цивилизациями, где большинство государств – это последствия экспансии, и складываются они сразу по планетарному признаку…

Да и как только я, для разнообразия, открывал переданную мне отцом информацию по родовитым имперским семьям, моё лицо сразу приобретало не менее кислое выражение, чем когда я пытался разобраться в государственном строительстве чужого человеку вида.

Там было не лучше. Кто и что контролирует, какие планеты в подчинении, потоки ресурсов и денег. Сложнейшая схема, которая складывалась тысячелетиями. Довольно хрупкое, как следует из того, что я уже изучил, устройство государства. Я сам не заметил, как начал ранжировать аристократов, составляя список, кого просто нельзя трогать. Если я не хочу, чтобы государство рассыпалось уже завтра.

Так я и сидел на мостике, постукивая стилусом по планшету передо мной. Через несколько минут предстояло выходить в обычный космос, а я до сих пор не очень понимал, что со всем этим делать. С кем говорить на планете и что им можно вот прямо сейчас предложить.

– Всё хандришь? – спросила Катя, после того, как за ней закрылись двери на мостик.

– Пытаюсь придумать стратегию переговоров, а не просто хандрю! – помахав стилусом перед собой, безразлично произнёс я.

– Расслабься. Мы просто привезли парней, а там пусть их страны сами осмысляют ситуацию. Переговоры будет проводить официальная делегация с Земли, пусть у них голова и болит. Наше дело маленькое.

– Что-то ты на удивление не деятельная для той, кто хочет сделать из меня правителя галактики. Вот же – целая планета возможностей. Прояви себя, будущая королева! – с ухмылкой повёл я рукой на экраны.

– Моё дело простое, открывай себе больницы, школы и разбивай бутылки о корабли. Так что нет, дорогой. Подобную головную боль решать тебе! – подняла она перед собой руки, открещиваясь от моих слов.

– И вот так всегда… – покивал я.

Нашу пикировку прервала дрожь корабля, знаменуя активное торможение, и Разящий запустил обратный отсчёт до выхода в обычное пространство. Катя вздохнула и убрала волосы под куртку. Остальные занимали места в челноках и прогревали двигатели. Никто не знал, пришли ли мы в систему муравьёв первые.

Корабль вздрогнул, и мазня на экранах сменилась видом обычного космоса. Я замер, ожидая первых результатов сканирования системы. Но раньше пришёл сигнал о начале сканирования нас, а потом уже пришли отчёты ИИ.

– Четыре корабля имперского флота. Также регистрирую активное искажение пространства. Это имперский симбионт, господа, – даже немного торжественно объявил Разящий.

Я прищурился, оценивая вражеские корабли и ситуацию. Будет тяжело. Но планы на такое мы составляли и готовились. Я лишь сжал на секунду губы, и приказал в микрофон:

– К бою, друзья. Пришло время отстоять эту планету для Земли.

Глава 3

Боль. Холод и бесконечное одиночество. Потоки крови вокруг, пульсирующие в унисон стуку сердца. Гаснущие сознания, оставляющие после себя лишь ужас, непонимание и отчаяние. И, конечно, боль. Много боли!

– Не-е-ет! – закричала она, чувствуя, как душу рвут на куски противоречивые устремления и эмоции.

С криком на губах и полными слёз глазами Адель проснулась. Оглядевшись вокруг, она свернулась калачиком на кровати и продолжила тихо плакать. Зажёгся свет, и к ней в закуток заглянул потирающий глаза Лёша.

– Опять сны? – с сочувствием спросил он.

– Угу, – всхлипнула девочка, вытирая кулачком слёзы.

– Какао? – протяжно зевнув, предложил инженер.

– Угу.

– Сиди, сейчас принесу, – вздохнул парень, и, по-прежнему сонный, отправился на кухню.

Ада обняла плюшевого осьминога и, подобрав под себя ноги, уставилась в стену. Слёзы текли из глаз сами.

– Ну почему всё так… – протянула девочка между всхлипами. – Как же больно…

Хотелось свернуться калачиком и уснуть. Вернуться в темноту и покой, навсегда. Грань манила своей близостью и обещанием того, что боли больше никогда не будет. Закрой глаза и мягко уйди, там больше не будет проблем.

– Ну уж нет, я не для того ожила! – зло прищурилась девочка и резким поворотом головы, разбрасывая волосы, стряхнула слёзы.

Сконцентрировалась на восприятии энергий и потянулась к своей крови и немного дальше, к Олегу, погружаясь в океан мощи и спокойствия. Да, от брата несло Гранью и тем, что за ней, но вместе с тем одновременно и упорством, желанием выжить там, где жить нельзя.

Глубоко вздохнув, она погрузилась в привычные эмоции. И сила, конечно. Это не то море энергии, что она получала от Лёши, а что-то много большее. Да, постоянное напоминание, что смерть всегда рядом. Но в то же время и давало чёткое понимание, на какой она стороне. Наконец-то живая после всех этих бесконечных лет во тьме.

– Не дождётесь! Я туда не вернусь, – оскалилась девочка и спрыгнула с кровати, оставив осьминога в одиночестве.

Ванная, а там и Лёша вернулся, неся большую кружку вкусного и сладкого напитка, ну и себе кофе, вместе с парой долек торта на блюдце!

– Спасибо! – воскликнула девочка и заработала ложкой.

Алексей хмыкнул и выхватил себе кусок торта, не забывая уничтожать кофе. Лишь через несколько минут, когда всё было оперативно скушано и выпито, инженер предложил:

– Потренируемся?

– Да! Пошли! – оставив на столике тарелку с кружкой, девочка убежала к себе в каюту, переодеваться.

Парень только вздохнул и, подхватив посуду, отправился обратно на кухню. Поморщившись от ощущения стремящегося его разорвать на куски потока, когда миновал границу включенного на полную катушку поля подавления.

Весь экипаж ещё спал. Ну, кроме Волкова на вахте и Разящего, конечно. Помыть кружки с тарелками и выдвинуться в сторону тренировочного зала много времени не заняло. Одетая в спортивный костюм Ада догнала его уже возле шлюза.

Сконцентрировавшись, парень раскинул поле телекинеза, подхватывая с собой воздушный пузырь на них обоих, и, через минуту, когда отработал шлюз, они вступили в безвоздушное пространство дока. Ещё через десяток шагов кончилась зона гравитации. Найдя взглядом створки наверху, он толкнул себя телекинезом наверх.

Там двери были открыты, ещё сотня метров коридоров, и они оказались в нормальном шлюзе. Знакомое помещение тренировочной зоны встретило их включившимся светом и тишиной.

– Что сегодня будем изучать? – с нетерпением спросила девочка.

– Контроль, синхронизацию в боевой форме.

– Это ску-у-учно! – надулась Ада.

– Недолго. Мне тоже надо немного потренироваться. А потом будем уже вместе, – успокоил её парень.

– Ладно. Но точно недолго! – топнула ножкой девочка, вокруг которой взвился туман из крови.

Лёша прищурился, смотря, как в облаке псевдоматерии начали формироваться и тут же исчезать формы и фигуры. Копья, пули, ленты и щупальца. Глаза. Всё, что она чаще всего использует. Через мгновение перед ней зависло копьё, у которого стал менять цвет и форму наконечник. Девочка занялась не просто формой, но и свойствами создаваемой материи.

У неё получалось хорошо. А сам парень поднял руку, в которую спланировал стальной шар из тренировочного инвентаря. Сосредоточившись, обратил взгляд к собственному запасу энергии, если это можно так называть.

Как такового резерва у него почти не было. Была только небольшая стабильная струйка силы, проходящая сквозь печати, с которой и требовалось одномоментно работать. Не успеешь использовать – просто развеется или перейдёт в тепло сама по себе. Сейчас сила шла в стальной шарик, а следом часть обратно к нему. Постоянно, без перерывов и отдыха. Возвращающаяся часть несла информацию о структуре материала. Много.

При большом желании он мог извлечь данные о каждом атоме в этом шарике. И свалиться с инсультом, разумеется. Умение разбираться в полученном, нормировать необходимый уровень детализации данных – пришло с опытом. Шарик в его руках имел крайне чистый состав. Практически одно железо с небольшим количеством углерода. Судя по всему, работа Екатерины.

Хмыкнув, инженер сформировал перед глазами нужную взаимосвязь протонов, нейтронов и электронов, взяв за образец один отдельный атом железа. Сконцентрировался и впечатал свою волю в объём энергии, отправляя её к цели. Сила, несущая намерение и последовательность действий, начала преобразовывать металл.

Повторив операцию ещё два десятка раз, он добился превращения нескольких грамм железа в никель. И дальше начал работать со структурой шарика, добиваясь превращения как можно большего количества металла в сплав с никелем без термической обработки. Проще, конечно, создать уже сразу сплав, но тренировка ведь, верно?

Через несколько минут он добился нужного результата и переключился на работу с межатомными связями. Шарик, как ртуть, потёк в его руке, превращаясь сначала в меч, а потом в щит. Разделился на две неравные дольки: большая часть приняла форму шарика обратно и улетела в инвентарь. А над маленькой он начал работать.

Изменение формы, состава. Железо в углерод. Изменение формы углерода. Изменение формы металла. Проработка орнамента, проработка структуры металлов и послойное формирование гравировки.

Заняло время, силы, но получилось отлично. Заколка с орнаментом в виде стилизованного осьминога, оплетающего щупальцами небоскрёб. Картинка получилась цветная за счёт десятка видов металлов. Ну и бриллианты в глазах моллюска, разумеется.

– Это же мне, да? Скажи, что мне! – воскликнула Ада, последние пять минут зачарованно наблюдающая за тем, как рождается такая красота.

– Конечно тебе, – устало улыбнулся парень, протягивая подарок.

– Спасибо! – довольно взвизгнула девочка и, схватив украшение, тут же зажала им прядь волос. Туман перед ней принял форму зеркала, и она стала любоваться подарком, двигая его в причёске, стараясь устроить красивее.

Инженер отдыхал. Ребёнок получил позитивные эмоции, это немного отвлечёт её от кошмаров. По-хорошему, стоило бы потренировать пространство, но, пока корабль в искажении, таким заниматься не рекомендуется.

Тем не менее, через пять минут Скворцов выпрямился и разрешающе кивнул девочке. На что она улыбнулась, и вокруг них сгустился туман, мягко перенёсший её на спину Алексею. Ада обхватила его со спины руками и ногами, а, следом, ставший плотным туман стал облекать их новой плотью.

Одновременно он чувствовал, как начинает раздваиваться сознание, даря два набора чувств. Следом, скачком, на месте маленькой Волковой и Алексея появилось что-то третье. Это было очень похоже на Сеть, но, всё же, сознания обьединялись не так глубоко.

Хлестнули воздух щупальца, разворачиваясь вокруг, монстр припал к полу, опираясь на мощные, перевитые мышцами, длинные руки. В следующий момент со своих мест, всплыл стальной инвентарь и завис вокруг. Потёк металл, начиная смешиваться с туманом и обрастать вокруг боевой формы стальными латами.

Единое сознание пожалело, что не имеет знаний и мастерства Марьяны. Там встраивание реальной материи в псевдоплоть было на совершенно невозможном уровне. Живая плоть, формируемая из камня и имеющая свойства и возможности созданной из энергии материи? Да легко!

Но и в таком виде броня имела недостижимую для простого металла прочность и, что самое главное, кушала намного меньше энергии на своё поддержание. Древняя, разворачивая свой доминион, практически не тратила энергии на его работу, а скорее наоборот, чем больше становилась, тем больше втягивала энергии.

Именно к этому они и стремились, пытаясь играть с материалами, проводящими и сохраняющими овеществлённую человеком силу. Подбор материалов, вплетение их в атакующие и защитные формации, просто хранение излишков энергии.

Техники доминиона им походили просто прекрасно, именно в сторону её развития они и работали. Сделать кусок мира своей личной реальностью, обеспечивая главный ударный оплот команды. Даже жаль, что в космосе приходилось воевать в основном не сильно развитыми техниками пространства. Но, что поделать, расстояния и скорости диктовали условия.

Через час, когда они распустили боевую форму, Скворцов лёг на маты, пытаясь отойти от тренировки. Всё тело болело. Из-за отсутствия резерва он вынужден проводить слишком большие энергии одномоментно. Это не сказывалось на нём хорошо, придётся на днях просить Егора или Олега посмотреть организм.

Ада рядом просто спала, как всегда у неё и бывает после активных тренировок на концентрацию. Подняв девочку на руки, парень заизолировал скафандры и пустился в обратный путь в жилую часть корабля.

По пути его приветствовали муравьи. Обвешанные камерами и оборудованием, в своих кустарно слепленных Разящим скафандрах, они смотрелись довольно брутально. Впрочем, работы у них хватало. В последнем бою «Кирпичу» таки досталось, и ремонтом эпизодически занимались все.

Так или иначе, завтра уже предстояло выходить в обычный космос. И Алексей, уложив девочку отдыхать, составил компанию чужим в восстановлении повреждённых систем. Слушать их общение было достаточно интересно, иногда он даже забывал, что это совсем другой вид.

Те же разговоры, что у людей: что они увидели в галактике, что можно принести в быт дома, незнание, как их встретят на родине, обсуждение женщин и политики. Обычный трёп.

Провозился он до самого корабельного вечера, зная, что Аду после короткого сна забрала Катя. Тренировки тренировками, а школьную программу никто не отменял. Хорошо хоть спать девочка вечером, наконец, пошла к себе в каюту, дав Скворцову, наконец, возможность нормально отдохнуть.

Адель, тем временем, подпевая звучащей песне, готовилась ко сну. Задержавшись возле зеркала, она с сожалением сняла новую заколку. У Лёши получилось очень красиво, а ещё девочке никто ничего не дарил до этого, сделанное своими руками именно для неё.

Тётя София просто заводила в магазин и разрешала брать вообще всё. Но покупать вещи – это совсем не то, чем созданное для неё. Не за деньги, а просто, по желанию. Радостно улыбнувшись, она переоделась в пижаму и заползла под тёплое одеяло. Хороший был день, да и ночью кошмары Адель не беспокоили.

Утром, отлично выспавшись, девочка, с новым украшением в волосах, про которое она рассказала уже всем на корабле, отправилась завтракать. Следом пришлось заниматься уроками. Полтора часа нудного изучения правил русского языка. Лютейшая скука!

– Наконец-то! – воскликнула Ада, когда по кораблю пронёсся сигнал повышенной боевой готовности. Отбросив надоевшую ручку и тетрадку, она вскочила, готовясь бежать и занимать своё место в челноке. Но оказалась перехвачена за воротник рукой, теперь уже, старшей Волковой.

– Стоять! Тетрадку и ручки положить, как положено.

– Там же бой скоро! – заныла Ада, тем не менее, подобрав с пола ручку и убирая её в пенал.

– Бой – он будет или нет, а искать потом по всей комнате, куда ты что дела не хочу, – продолжала давить на неё Катя.

– Хорошо, хорошо, – быстро проговорила девочка, убрав всё по запирающимся ящикам.

– Вот теперь можешь бежать, – выдала ей соизволение девушка.

Уже нырнув за дверь, Адель не выдержала и, громко фыркнув, показала язык жене брата. И довольная собой, засмеялась и побежала быстрее. Разумеется, стремясь как можно быстрее занять своё место в челноке. И вовсе тут ничего не значили мелькнувшие возле её пятой точки электрические разряды. Совсем ничего!

Сегодня она по плану была в команде с Ингой. Ну и Лёша, конечно. Смотря в монитор, они ждали выхода в обычное пространство. Хотя всё же, девочка хотела, чтобы никакого боя сегодня не было. Жаль, что не всё получается, как мы хотим.. Эту простую истину она понять уже успела. Так что когда Олег произнёс команду «к бою», она уже сливалась с Алексеем в боевую форму.

Через мгновение Олег появился рядом с ними, оставляя управление кораблём на ИИ, и челнок рванул из дока. Они были ещё довольно далеко от возможных противников, но всё равно ощутили, как по пространству пронеслась волна блокировки. Для одарённых их силы слишком слабая, однако «Кирпич» уйти в искажение не сможет.

Это было ожидаемо, и сейчас судно закладывало максимально возможный для себя разворот, пытаясь уйти обратно в космос. Навстречу землянам летел корабль аристократов, а не обычный флот. Радиус обнаружения одарённых людей у имперских симбионтов довольно большой. Скрыться от подобного можно, но это надо было делать заранее.

От Алексея пришла волна сожаления. Они бы могли попробовать договориться, не сводя всё к битве. Но это не с их капитаном, да, впрочем, после того, как они видели, как делают эти корабли, желания договариваться с аристократами особо не было. Хотя обычных служивых людей на кораблях было жалко.

Челнок выдал форсаж и бросился навстречу симбионту, по пути его стала обтекать белая броня. Инга готовилась к противоборству с пространственным воздействием симбионта.

– Доставьте меня как можно ближе к нему, а дальше занимайтесь обычными судами. Будет возможность – не убивать, – произнёс в микрофон Волков, вызвав у Ады облегчённый вздох.

Их кораблик вздрогнул, когда навстречу им понеслась волна искажения пространства. Ада стиснула кулачки под покровом боевой формы. От неё к Инге протянулся жгут тумана, щедро делясь энергией. Девочка стала вливать силу в блокировку пространства, помогая убрать вражеское воздействие.

Ей хотелось, чтобы поверх белой брони расплылся щит из красной кости. Но нельзя – взаимодействовать с проводящей начинкой челнока нужно уметь. Она только испортит, если туда полезет. Враги были уже близко, но Орлова даже не думала открывать огонь. Это бесполезно. Навстречу им ударило море плазмы, и, заложив вираж, Инга пропустила большую часть огня, принимая остальное на щиты и броню.

Их челнок был уже в нескольких десятках километров. Через мгновение Олег исчез, а Инга, заложив петлю, от которой задрожал каркас кораблика, бросила челнок на открывший по ним огонь имперский крейсер. Ада сглотнула и погрузилась глубже в единый разум. Стало спокойнее.

Выйдя на курс схождения, Инга мысленно воскликнула: «Сейчас!» – и боевая форма ушла в космос, а перед ней раскинулось рассчитанное Лёшей пространственное искажение, принявшее на себя выстрелы орудий корабля. Спустя долю секунды короткий телепорт позволил им миновать щиты и броню крейсера.

Боевая форма возникла внутри, сохраняя высокую скорость схождения, разрывая собой переборки. И только пробив несколько отсеков, монстр замер в куче смятого и разорванного металла. Скрипнул зубами инженер: им опять не хватило опыта. О да, в боевую форму было влито столько энергии, что проблем такая «стыковка» доставила не много. Но та же Света смогла бы уравнять скорости ещё до телепорта.

Впрочем, рассуждать о посторонних вещах было некогда, симбиоз из двух разумов кратко пробежался по кораблю, вливая силу в телепатическое сканирование. А следом они оказались на мостике, и по окружающим офицерам молотом ударила ментальная атака с одной командой: «Прекратить огонь».

Ближайшие к девочке имперцы вздрогнули, когда сгорели их сетевые импланты. К ним повернулся дёргающийся капитан. Он пытался бороться с приказом. Подключались многочисленные модификации и ментальные программы, которые должны были перебороть или изменить формулировки.

Девочка не могла не восхититься чужим мастерством. Сил в ментальную атаку она вложила очень много. И, тем не менее, воздействие растворялось в различных блокировках, вшитых в сознание приказах и установках. Потрясающий уровень сопротивления и без всякой способности к оперированию силой.

А в следующий момент Адель замутило и потянуло за грань. Брат отправлял в последний путь души, томящиеся в симбионте, и её таки краешком затронуло. Но много ли нужно, и так держащейся в теле только силой Олега, душе?

– Нет! – пришёл хлёсткий, яростный возглас от Алексея, а в памяти на долю секунды всплыл образ заколки с осьминогом. И Ада очнулась.

Вокруг них мостик затянуло кровавым туманом, на который начала распадаться боевая форма, а девочка осознала себя на руках инженера. Стерев выступившие слёзы, Ада встала на пол. Офицеры вокруг побледнели, чувствуя, как их обнимают мягкие касания невесомого тумана.

– Спасибо, – тихо сказала она Скворцову.

– Мы же партнёры, мелкая, – облегчённо улыбнулся инженер.

Не став восстанавливать ментальное давление, маленькая Волкова повернулась к приходящим в себя офицерам. И на не очень хорошем имперском сказала:

– Выведите на экран живой корабль. Вам незачем умирать, вы уже проиграли.

Они подчинились. На голографическом экране, земляне наблюдали прекрасное зрелище, как разваливается на части имперский симбионт.

– А почему он распадается? Он же просто без сил должен был остаться? – спросила Ада на чужом языке.

– Дестабилизация расширенного пространства, – ответил ей капитан крейсера, мёртвым взглядом смотря, как умирает живой корабль, а вместе с ним его карьера и планы на будущее.

– Понятно, – кивнула девочка, – затем почесала затылок и произнесла вполголоса: – А, да, как бы там сказал братик? – нахмурилась она, задумавшись. Но через мгновение просветлела лицом и детским, высоким голосом, состроив суровое выражение на физиономии, воскликнула:

– Эта планета под защитой Земли. Покоритесь или умрите!

Глава 4

Внутри, красивый, похожий на деревянный разомкнутый бублик, корабль оказался сильно больше чем снаружи. Не везде, но в жилых зонах пространство расширено сильно и представляло собой огромный цветущий сад. Чирикали птички, мягко светило «солнце», и виднелся утопающий в зелени особняк.

Энергия вокруг корежит мир. Меня пытаются убить искажением пространства или хотя бы вытолкнуть наружу. Пытаются отчаянно. Но бесполезно. Честно сказать, это не выйдет даже у Светы, а Орлова способна в ограниченном радиусе приложить больше силы, чем этот корабль.

О, да, блондинка не способна свернуть планету в чёрную дыру, в отличие от этого объединения аур. Но вот именно точечно – она посильнее будет. Попытки симбионта меня убить быстро прекратились, за своей очевидной бессмысленностью. Впереди раздались шаги, и навстречу вышла женщина.

Мазнув по ней безразличным взглядом, я залюбовался прудом с карпами. Красиво тут всё, конечно, у хозяйки корабля, этого не отнять... Если бы за особняком я не чувствовал средоточия корабля, от которого отходили десятки нитей с вкраплёнными в них кусочками тел, удерживая стонущий конгломерат душ. Мерзость.

– Ты хочешь умереть? – недоумённо поинтересовалась брюнетка с уверенным взглядом голубых глаз и сложной причёской на голове. И никакого пустотного костюма, разумеется, только сложные одежды из дорогих тканей.

– Скажи, ты знаешь, из кого сделан твой корабль? – проигнорировав её тон, негромко спросил я.

– И это всё, что волнует тебя перед смертью? – подняла бровь аристократка.

– Ты не сможешь меня убить. Это пытались сделать люди на порядки сильнее тебя, – вздохнул я. – А вот я смогу уничтожить тебя и твой корабль. И лишь от ответов зависит, будет ли это только корабль.

Рыбы в пруду активно резвились и плескались, что было совсем не похоже на сонных карпов. Я присел на лавочку рядом, продолжая смотреть за игрой в прозрачной воде. Действительно жаль будет уничтожать всю эту красоту. Впрочем, то что на могилах часто вырастают красивые цветы, сути кладбища не меняет.

– Это добровольная жертва избранных, чтобы жили остальные. На этом держится Империя! – заученно, с нужной долей пафоса, но, всё же, не совсем искренне произнесла женщина.

– Дети? Добровольная жертва? Ты сама-то в это веришь? – так же спокойно поинтересовался, оглядывая сад вокруг.

Аристократка зло прищурилась, и на меня обрушилась телекинетическая атака. Пытаясь сжать мне шею и поднять над полом.. У неё не получилось, конечно. Мой контроль над своим телом больше той энергии, что она приложила. А дальше я немного расширил фокус своей силы, и её телекинетические «руки», касающиеся кожи и пустотного костюма, просто растворились.

– Ответь, а потом можешь дать свой последний бой. И умереть, разумеется, – вздохнул я и, впервые за весь разговор, пристально взглянул ей в глаза.

– Не верю. Но Империя стоит жизней! – выдохнула она, а, следом, вокруг меня взорвалась земля, стремясь заключить в кокон из материи и раздавить. Короткий пробой пространства, и удар ребром ладони по шее обезглавил аристократку.

Поморщившись, потёр ладонь: такое ощущение, что женщина была из стали. Так что когда её голова вместо того, чтобы отлететь назад, приросла обратно, я только хмыкнул. Прекрасный контроль материи собственного тела. Егор так не умеет, хотя и рангом выше аристократки. Сотни лет опыта и тренировок, дают своё.

Я не атаковал, смотря, как она возвращает плоть на место, и сипло вздыхает, начиная регенерацию уничтоженных клеток.

– Знаешь, ты не одна такая будешь. Скоро ни у кого из вас не останется этого ужаса, – негромко сказал я, обведя рукой сад вокруг. – Но если хочешь умереть, то пожалуйста.

Развернувшись, я отставил аристократку заращивать повреждения и пошёл дальше, напрямик к главному средоточию душ корабля. Зря я, что ли, учил аристократические семьи? Дом Вишни, из которого происходит эта женщина, важен Империи. Аполитичный, действительно ценящий единое государство род. Настоящая военная косточка, из тех, на которых всё держится в стране.

Внешне средоточие выглядело, как деревянная полусфера, обвитая толстыми лианами. И интегрированный туда трон, для тех случаев когда требуется полный симбиоз хозяйки с кораблём.

Не став ждать, я несколько раз глубоко вдохнул, подготавливаясь. И открыл Врата, после чего души, не так уж и крепко держащиеся за свои осколки плоти, рванули туда сами. Даже не требовалось звать.

В Египте было намного тяжелее. Там была огромная площадь, с которой требовалось созвать множество безумных душ, цепляющихся за мир и меня. Тут такого не было. Они спали и видели хорошие сны, имперцы не зря ели свой хлеб, пытаясь обеспечить себе максимально покорные и дружелюбные корабли.

Через минуту всё было закончено, и я закрыл Врата. И повернулся к стоящей позади, в полусотне метров на коленях, совершенно седой женщине. Она хрипела сорванным в крике горлом, вцепившись обломанными ногтями себе в лицо, закрывая глаза. По кораблю и пространству вокруг пробежала дрожь. Подхватив аристократку на руки, я покинул корабль.

Накинув на неё защиту, я оказался в вакууме, оглядываясь вокруг. Симбионт вздулся кусками и начал разваливаться на куски. Я же вызвал Разящего, коротко спросив:

– Ситуация?

– Имперцы прекратили огонь.

– Направь ко мне Ингу, и пусть нагонит воздух в челноке, – попросил я, смотря на задыхающуюся аристократку у меня на руках.

– Полторы минуты до прибытия Орловой.

– Хорошо, жду, – ответил я, а после потянулся в карман и достал загубник с малюсеньким баллоном воздуха.

Вставив его в рот женщине, открыл подачу кислорода. Если бы не моя защита, это её убило, а так она просто жадно вдохнула драгоценный газ. Взял больше как раз на подобный случай. Ну и вдруг меня смогли так необычно ударить, что костюма со шлемом больше нет, а карман остался цел.

Положив ладонь аристократке на шею, я ускорил процесс регенерации, а потом убрал от неё руки. Со слезами на глазах женщина смотрела на обломки своего корабля.

– Знаешь, капитан, это самое приятное зрелище, что я видел в жизни. Спасибо, – раздался в гарнитуре баритон ИИ.

– Ты увидишь подобное ещё много раз. Так что просто запомни этот миг, подобные эмоции всегда самые сильный в первый раз…

– Не сомневаюсь. Но, всё равно, это то, что так и не получилось у меня с моими братьями. Достойное событие.

– Ребята что-нибудь передавали? – спросил я, поморщившись от восхищения звучавшего в голосе ИИ.

– Света и Егор сработали чисто, от Екатерины новостей нет. От цели Алексея и Ады фиксирую передачу о сдаче. Инга на подходе.

Через десяток секунд я увидел тормозящий челнок. Взяв свою жертву за руку, перенёс нас внутрь.

– Отвези нас к цели Екатерины, – попросил я пилота.

– Три минуты, – коротко ответила Инга, мазнув взглядом по аристократке.

Той, впрочем, было не важно. Женщина рухнула в кресло, её трясло крупной дрожью. Я же полез под сиденье, вытащил бутылку с газировкой и жадно отпил половину. Держался я исключительно на упёртости и нежелании показывать слабость перед побеждённым врагом.

Правда, не уверен, что ей сейчас до этого есть вообще какое-либо дело. Остаться в живых, когда так близко были открыты врата за грань, уже само по себе достижение. Так что, смерив её взглядом, я жестом попросил Ингу присмотреть за пленной, а сам расположился на кресле и отключился.

– Олег! – разбудил меня возглас Инги. – Мы прибыли.

Взглянув на часы на шлеме, я нахмурился. Прошло не две минуты, а практически полчаса. А за ботом челнока был не космос, а пространство дока имперского крейсера. Я вопросительно посмотрел на девушку.

– Ты плохо выглядишь, я вышла на связь с Катей, нас впустили внутрь, и по её совету не стала тебя будить.

Я только кивнул, не став ничего говорить. Мне стало полегче, ещё пару часов я продержусь, можно даже по мелочи использовать способности, но потом буду двое суток спать, это в лучшем случае. А если придётся сейчас сражаться – надорвусь.

В любом случае, я встал и толкнул в плечо спящую аристократку. Вскинув на меня глаза, она окуталась полем телекинеза. А в глазах через мгновение отразилось понимание происходящего – всё, что с ней случилось до этого, не сон.

Поманил её рукой, и, опустив плечи, немного пошатываясь, женщина пошла за мной. Стоило нам выйти из челнока, и она увидела окружение, как и несколько направленных на нас оружейных стволов солдат, выпрямилась, даже растрёпанные волосы распрямились и ровной волной легли ей на спину. Дальше за мной следовал прямо-таки настоящий несгибаемый дух аристократизма.

Я на это только устало усмехнулся, хотя подобное полезно для окружающих нас имперцев, по крайней мере, целиться в нас перестали. Прямо у нас на пути механики освобождали тут и там лежащих солдат от брони. Многие с сильными ожогами, но мёртвых я пока не видел.

Впрочем, глядя на вывернутую звездой переборку я не сомневался, что смерти будут. И мы пошли по следу из повреждений. Рваный металл, оплавления от выстрелов, сбоящее освещение, где оно осталось. А вот тут ей попытались устроить засаду. Но судя по сидящим бойцам, баюкающим отрубленные конечности, тут Катя просто взяла их поля и прорвалась дальше. К реактору.

Прикрыв глаза, я сориентировался и, развернувшись, пошёл в другую сторону. Уже к мостику. Я ожидал худшего, но Катя отработала довольно чисто. Погасила реактор, а потом сразу к командирам. Можно было и сразу на мостик, но ментальных способностей ни у меня, ни у жены нет.

Наверное, самые наши бескровные абордажи с того времени, как мы вышли в галактику. Не то чтобы я так уж жалел имперских солдат. Умирать – это их работа. Но вот состояние моих людей мне важно, ребята устали от постоянной крови и массовых убийств. Продолжать постоянно вести дела, убивая всех вокруг, лишь превратит нас всех в психопатов.

– Что будет со мной? – мёртвым тоном осведомилась аристократка.

– Ты останешься тут, я не собираюсь тебя убивать, – безразлично ответил я.

– После того, что я видела? – недоверие прорвалось даже сквозь окружающую женщину апатию.

– А что ты видела?

– Достаточно, чтобы считать тебя врагом Империи и поднять все силы, чтобы потом найти и убить.

– Ты так хочешь умереть, поэтому задаёшь такие вопросы? – с лёгким любопытством осведомился я.

– Я говорю то, что я сделаю, если останусь жива, – как само собой разумеющееся произнесла женщина.

– Похвальная преданность своей стране, – вздохнул я. – Но всё, что ты можешь сказать, что к этой планете проявила интерес Терра.

– Выползли, наконец, из своей норы, недобитки, – скривилась она.

– Вы тоже не просто так оказались здесь, и представляете, что может стоять на кону, – пожал я плечами.

– Без «может»! Я уже была внизу, это место буквально пронизано мощью. Так что даже не важно, останусь я живой или нет. За мной придут другие. Это новая война, так или иначе, мы не отдадим вам эту планету. Даже если придётся её уничтожить.

– И не жалко? Такие возможности для развития…

– А толку развиваться? Вы всё равно сильнее нас. Нас жалкая горстка одарённых, а вас целая планета. Не дать вам усилиться сильнее, рациональней, чем стать незначительно мощнее самим.

Честно говоря, мне даже нечего было ответить. С точки зрения войны между нами, она полностью права. Но полноценного столкновения наша семья постарается не допустить. Благо, есть возможности с обеих сторон конфликта.

Но не то чтобы такие уж безграничные возможности. Убить императора, занять трон и потом пройтись кровавой косой по правящим родам? Мать не захочет убивать отца. А он, насколько я понимаю, будет за войну.

На Земле ситуация намного хуже. Там народ точно потеряет голову, видя перед собой такой пряник. Да бог ты мой, меня не поймёт собственная команда, предложи я сейчас покинуть систему. Такие возможности… Чёрт. Как же всё это неудобно выплыло.

– Всё может повернуться совсем не так, как ты думаешь, – всё же ответил я.

– Что, мальчик, не знаешь, как выкрутиться? Хочется везде получить сладости и не хлебнуть помоев? – усмехнулась собеседница. – И, кстати, ты очень похож на своего отца и мать. На записи это не так видно, а вживую, тем, кто с ними знаком, сразу становится понятно.

– Тогда ты должна понимать, что я не хочу этой войны, – устало сказал я.

– А какая разница, что ты хочешь? Империя – это не только твой дед и мать, это бесчисленное количество людей, за которых они несут ответственность. И то, что Аяна предала свою страну и предков, не значит, что мы последуем её примеру, – гордо заявила аристократка.

– Если бы она предала свою страну, ты бы сейчас была мертва.

Женщина только фыркнула:

– Вам не усидеть на двух стульях сразу, и тебе всё равно придётся меня убить, рано или поздно. Наш дом никогда не поддержит предателей, даже если это императорский род.

– И что будет с вашим сектором пространства после того, как вы все величественно умрёте? Или ответственность за людей стоит меньше вашей гордости? – негромко спросил я.

– Ты смешной, мальчик. Выбирая между позором и войной, выбрав позор, мы получим и то, и другое. Вы всё равно придёте к нам, просто позже и тихо передавите всех по одному.

– Зачем вас давить? Вы хорошо справляетесь на местах, система оказалась очень устойчива. Пятнадцать тысяч лет её существования не дадут соврать, – полюбопытствовал я, игнорируя оскорбления.

– Наша система держится на симбионтах, и ты это прекрасно понимаешь. Не будет их, не будет ультимативной мощи, способной удержать всё это вместе. А для тебя, судя по всему, это вопрос принципиальный.

– Да, эта мерзость будет уничтожена, – кивнул я. – Но есть реальная возможность за несколько поколений, достаточно вырасти в рангах, чтобы заменить эти корабли самим. Ты же видела мою сестру и отца?

– Смешать кровь с вами? – недоверчиво подняла бровь женщина.

– Старым семьям тесно у нас на планете. Может быть, отправить их в галактику будет хорошим выходом. Частичная экспансия снимет часть проблем, стоящих перед вами, да и мы прекратим жить, как на пороховой бочке.

– И ты можешь поручиться, что нас оставят в живых, а не просто заменят на твоих сородичей? – прищурившись, поинтересовалась аристократка.

– Наша семья может за этим присмотреть. Да и, в конце концов, это не выгодно. Вы успешно правите этими территориями тысячи лет. Без вашего опыта и знаний по каждой конкретной ситуации и планете, всё это может легко посыпаться, и всю систему придётся создавать заново.

– Это довольно наивно, – немного подумав, усмехнулась женщина.

– Да. Но моя семья достаточно могущественна, чтобы наши пожелания учитывали. Вне зависимости от их наивности и идеалистичности. И крови мы не боимся, – оскалился я.

– Да. Я видела бойню на записи со станции. Как это ни смешно, но ты ведь реально короновал бедную девочку. Она теперь по имперским законам возвращена во всех правах и, если заявить требования, то её сектор пространства может войти в Империю.

– Сначала ей нужно привести свою землю в надлежащий вид. Не имея опоры в виде симбионта, а только свои невеликие силы, мозги и статус, – усмехнулся я.

– У ребёнка впереди потрясающе интересная жизнь. Правда, не уверена что очень долгая, – вздохнула аристократка.

– Вот и проверим, стоит ли чего-то ваше воспитание своей молодёжи и опыт, или без своих кораблей вы пустое место.

– Девочке лишь нужно немного помочь. Она не виновата в интригах своей родни, и уж тем более не участвовала в них, наказание и так было крайне сурово, – покачала головой женщина.

– За покушение на императора-то? – недоверчиво поднял бровь я.

– Стоит начать с того, что они просто поддерживали одну из сторон в семейном конфликте и не играли первую скрипку. Вырезать за это весь род…

– Да, они всего-то что делали яд, которым травили императора. И семейного конфликта больше нет, брата матери убил мой отец. Как и её семью.

– Кто бы мог подумать, что хилая и слабая принцесса императорского дома, на которой даже жениться никто не хотел, вырастет в такого монстра, – хмыкнула аристократка.

– Как говорят у меня на родине: «С волками жить, по-волчьи выть». Дома она просто целительница.

– Конечно, – скептически хмыкнула женщина, – а ты, наверное, обычный школьник да?

– Обижаете. Только окончил первый курс высшего учебного заведения. Я был обычным русским студентом!

Глава 5

Двери мостика имперского крейсера распахнулись перед нами, открывая вид на, сидевшую на капитанском кресле, хмурую Катю. Большая часть офицерского состава валялась вокруг, парализованные и с умершими имплантами. Не горели экраны, ни обычные, ни голографические и даже лампы работали с перебоями.

Окинув взглядом обстановку, быстро прошёл несколько шагов и обнял вставшую мне навстречу жену. Отпустив её через полминуты, наскоро осмотрел имперскую команду, некоторые были при смерти, стоило поправить.

Белобрысый капитан, стоявший сбоку от своего кресла, вскинул полный надежды взгляд на аристократку рядом со мной. На что та, почти незаметно, отрицательно качнула головой. Из офицера как будто выпустили весь воздух, и он потерянно спросил:

– И что дальше? Мой корабль небоеспособен, вы берёте нас в плен или собираетесь убить?

– Занимайтесь ремонтом. Ближайшие недели вам предстоит провести в этой системе, – ответил я имперцу, убирая руку от одного из пациентов и поворачиваясь к нему.

– А дальше что?

– Дальше прибудут их основные силы, и вас отпустят домой, – за меня ответила капитану аристократка.

– Значит, это правда, что «Сакура» уничтожена? – всё ещё потеряно, но немного воспрянув духом, поинтересовался капитан, поспешив оправдаться: – Мы тут практически слепые, нам выбили половину техники на корабле.

– Да, – скривившись, бросила женщина.

Катя, на имперском понимающая очень плохо, подняла на меня вопросительный взгляд.

– Обсуждают уничтожение симбионта, – кратко перевёл я.

– Это было сложно? – тихо выдохнула она.

– Легче, чем Египет, – уверенно ответил я и, наклонившись ниже, на ухо ей прошептал: – Но надолго меня не хватит.

– Тогда нужно поработать Свете, – вздохнула Катя, и зажмурилась, отправляя сигнал на «Кирпич». После чего повернулась к аристократке и спросила: – Ты не стал убивать капитана симбионта?

– Как видишь, – устало пожал я плечами. На меня стала накатывать апатия и безразличие. Уже ничего не хотелось решать и выяснять. И, как избавление от всех проблем, на мостике появилась Света.

Бросив на нас короткий взгляд, блондинка открыла портал в док к челноку и сказала:

– Идите, я тут разберусь.

– Прости, – вымученно ответил я, шагнув на борт маленького судёнышка.

Дальнейшее я помню урывками. Старт, прибытие, портал прямо в каюту. Вот Катя помогает мне раздеваться, и, наконец, долгожданная прохлада подушки. Хреновый из меня капитан, который вынужден оставлять решать проблемы подчинённых после каждой серьёзной битвы. Но такие способности, ничего не поделать.

Меня никто не беспокоил. Даже когда через сутки проснулся, на корабле никого не было и в полусонном состоянии опустошил холодильник и лёг спать дальше. Раз меня не тревожат, то команда справляется, верно?

И только ещё через полтора дня оказался в состоянии чтобы, сидя в столовой и грея в руках чашку с кофе, тяжело вздохнуть и произнести:

– Отчёт.

– Да всё путём, Олег, – раздался в ответ голос ИИ.

– Походу кто-то знакомится с земной популярной культурой? – лениво поинтересовался, делая глоток кофе.

– Давно уже. А по ситуации… Егор общается с Амелией на имперском корабле. Алексей играет в шахматы с капитаном другого. Адель вместе с Ингой учится летать на челноке. Екатерина и Светлана на планете внизу.

– Что они там забыли? – поднял брови я.

– Говорят, что изучают культуру аборигенов. А так, просто тренируются, в основном.

– Надеюсь, Ада и, особенно, Алексей туда не лезут?

– Ада попробовала, они развернули челнок ещё при входе в атмосферу. Света считает, что слишком много энергии для её уровня контроля.

– А что с местными? Как они восприняли изменение обстановки?

– То, что они не одни во вселенной? Это им давно известно. Я подобрал частоты их биологических коммуникативных аналоговых радиосистем и отправил краткий пакет по сложившейся обстановке вокруг их планеты.

– Что-что ты сделал? – начиная офигевать, недоверчиво переспросил я. – И кому ты это отправил?

– Всем разумным, – дал мне короткий ответ ИИ.

Я только открыл рот, не понимая, как на это реагировать. Кажется, я считал, что если меня не будят, то всё хорошо? Команда справляется, да? Интересно, со всем остальным они справились также?

– Что там сейчас происходит? – через полминуты, придя в себя, поинтересовался я.

– В двух десятках объединений развернулась гражданская война. Ещё в части произошла мирная смена руководства. И да, началась война между парой крупных государств. Они пытаются решить, кто будет говорить от лица всей планеты. Я прогнозирую довольно крупные потери, но ничего по-настоящему массового. К крупной войне местные были не готовы.

Вот тебе и дипломатия. Игра на противоречиях, выстраивание блоков и альянсов, чтобы получить рыхлое объединение, с которым можно будет разговаривать. Да хрен там. Достаточно оставить ненадолго в свободном полёте военный ИИ…

– Ладно, твои прогнозы обстановки? – вздохнул я. Пусть он и наворотил дел, но явно не просто так, всё же в его профессионализме я не сильно сомневаюсь.

– Год-полтора крупных конфликтов, потом ещё несколько лет локальных. В итоге, мы получим структуру из четырёх крупных объединений, способных выдвинуть единую точку зрения. Без конфликтов они не выстроят пирамиду подчинения, даже начинать какие-либо переговоры бессмысленно.

– Всё же, ты геноцидный ИИ, – пошутил, вспомнив слова Ады.

– Я рождён для битвы и конфликтов!

– Пафосный геноцидный ИИ, да, – усмехнулся я. – А что по имперцам скажешь?

– Пока жива аристократка, они нам как-то подчиняются. Если ты решишь раскрыть инкогнито, скорее всего, будут подчиняться нормально.

– Ты же понимаешь, какая это неприятная коллизия, – скривился я.

– Почему? По закону они должны подчиняться местному аристократу или члену императорской семьи. Дело у нас происходит не в границах государства, а в конфликты между аристократами флоту и вовсе запрещено вмешиваться. Если бы ты отдавал чужакам планету, принадлежащую стране, то, да, это можно подвести, как предательство. Но сейчас?

– И даже в этом случае отдача территории возможна в случае чрезвычайных обстоятельств. Я знаю, – согласился я со словами Разящего.

– Так может и не надо усложнять? Просто прикажи – тебе подчинятся.

– Может ты и прав, – задумчиво согласился я.

– И вообще, Олег. Я не понимаю твоих рефлексий по этому поводу. Ты, несмотря на своё происхождение, враг Империи. Что за желание остаться чистым в мелочах? Или наша цель – это не уничтожение главного преимущества этого государства?

– Уничтожение системы симбионтов? Безусловно. И всех, кто встанет против этого. Но государство? Если бы я хотел его обрушить, я бы обнародовал информацию про способ получения живых кораблей, – развёл руками я.

– Этого не хватит, имперских граждан для этого «производства» не используют. Но режим претерпит значительные трудности, прежде всего идеологические.

– Если я, как принц императорской семьи, зачищу эту мерзость, можно отвести часть народного гнева на некоторое время. Даже если это всплывёт, – с отвращением произнёс я.

– Олег, ты бы определился, чего ты хочешь! Ты считаешь, что государство, выстроенное на такой основе, достойно существовать? Или тебя жадность душит? Не хочется разрушать то, что может достаться тебе?

– Разрушение такого государства – это огромное количество смертей и человеческой боли. Простые люди-то чем виноваты, что их страна основана на подобном зле? – нахмурился я.

– Может быть, просто жировали на том, что аристократы привели к покорности тысячи миров, даже не способных оказать сопротивление, независимо от их силы и стараний? – зло процедил слова Разящий и, через пару секунд, добавил: – Или тебе напомнить, что это твою планету практически уничтожили в конфликте с Империей?

Я сжал губы в ниточку и накинул капюшон нового, купленного на «Карьере», пустотного костюма. А в следующий миг уже находился за полтора десятка километров от корабля. И это был не предел расстояния, хотя и использование сил отозвалось тяжестью – я пока восстановился не до конца.

Могущества становится всё больше и больше. Но толку с той силы? С кем мне тут сражаться и побеждать? Вырезать всех аристократов и уничтожить построенную на крови Империю до основания? Может тогда ещё императора убить, а следом и маму, которой это не понравится?

Как же хреново принадлежать к двум народам одновременно! Это всегда плохо, а в моём случае всё ещё усложняется положением семей. Впрочем, я не первый в истории сталкиваюсь с такой проблемой, и моя позиция давно определена. И даже не будь я перерожденцем, это было бы, наверное, также. Я человек. И моя родина – Земля.

А значит и Империя, как основной враг моего мира, должна быть уничтожена, невзирая ни на какие родственные связи. О чем я вообще? София убила прошлого императора, деда матери. Как это вообще всё получилось, что эта дурная история из плохих сериалов стала возможна?

Мать пожалели, да и убийство «посла доброй воли» такого ранга легко могло привести к войне. Но мне теперь разгребай всё, что, по большой любви, а, может, и по хитрому плану, наворотили мои почтенные предки.

Найдя взглядом корабль, на котором должен был находиться Егор, я выдал серию гравитационных импульсов и поплыл в ту сторону. Всё же, как ни крути, моё желание усидеть на двух стульях действительно глупое. И, по-хорошему, стоило бы сразу отдать приказ на уничтожение имперцев, а не играть в эти игры.

Хотя той же Аде вообще больше убивать не стоит, она и так еле спит. Я даже не хочу её тащить на штурм «Колыбели». Там будет очень много крови и врагов, с которыми не будет возможности играть в милосердие. Слишком велики ставки.

Да и планета эта ещё с её количеством силы… По моим расчётам, прибытие корабля с Земли, может занять от нескольких дней до недели. И всё это время мы будем висеть в системе. Просто так мы тут столько в покое не провисим, я в свои способности верю.

Тем временем крейсер приближался. Я почувствовал лёгкую дрожь пространства, а следом увидел две почти неразличимые точки в полусотне километров от судна. Егор и аристократка Амелия. Видимо, решили устроить спарринг, а может и дуэль.

Зрелище очень скучное. Если бы у меня было полноценное ощущение энергии, я бы мог что-то сказать. А так? Ну, повисели они друг напротив друга пару минут, а потом женщина обмякла, потеряв сознание. Вот и вся битва. Могу предположить, что Егор задавил её голой силой или нанёс ментальный удар.

Да, на её стороне мастерство в телекинезе, но сила и широта остального арсенала не оставила и шанса. Уж как давить силой более опытных, но слабых врагов, Егора учили прекрасно. Телекинез очень распространённая вещь дома, странно, если бы было по-другому.

Орлов подхватил свою жертву и исчез, а я подлетал всё ближе и ближе к крейсеру. Сбросив скорость, ушёл в телепорт сразу на мостик. Кажется, это был их флагман, раз Амелия оказалась, в итоге, именно на этом корабле.

На мостике было тихо. Свет экранов и пять человек, полулежавшие в своих креслах с закрытыми глазами. Стоило мне только появиться, как капитан судна открыл глаза. Мужик уже был откровенно в возрасте, подобное, с учётом технологий продления жизни, говорило, что ему лет сто пятьдесят минимум.

Тем не менее, он встал и, сняв фуражку с седой головы, приложил её к груди. Поклонился и поприветствовал меня:

– Ваше Высочество!

Я на это только вздохнул и кивнул в ответ. Действительно, глупо было ожидать, что подобный «секрет» останется только моим. Мужчина выпрямился и, взглянув мне в глаза, поинтересовался:

– Надеюсь, что ваша размолвка с госпожой Амелией не коснётся приданных под моё командование кораблей ещё сильнее?

– Не коснётся, – успокоил я капитана, садясь в одно из свободных кресел.

– У вас есть какие-то дополнительные указания, раз вы решили посетить нас лично?

– Нет, – покачал головой я.

Капитан практически незаметным образом расслабил мышцы лица, придавая себе недоумённый вид. Как у него это получилось, сохранив при этом преисполненное почтительности выражение, я не знаю. Опыт.

– Мой друг с ней в лазарете? – всё же, нашёл я, что спросить.

– Да, господин Орлов решил объяснить госпоже Амелии особенности многофункционального воздействия. Личным примером. Объяснение закончилось помещением госпожи в лазарет, – сохраняя преувеличено строгое и серьёзное лицо, сухо ответил мужчина.

Я усмехнулся. А капитан совсем отчаянный, раз позволяет себе так смеяться над аристократами. Вроде такой взрослый и серьёзный мужик, а рискует на ровном месте.

– Капитан, а у вас есть выпить? – расслабленно поинтересовался я.

– В мой каюте есть бар, – немного удивлённо ответил седой капитан.

– Покажете?

– Если вам так угодно, – пожал он плечами и, махнув мне рукой, повёл за собой.

Пройдя несколько метров при выходе с мостика, капитан завёл меня в свою каюту, точнее, в гостиную-кабинет. Открыв неприметную дверь в стене, стал греметь бутылками.

– Настойка на одном редком корне, выдержка почти сотню лет. Одно из лучшего, что у меня есть. Устроит?

– Да приберегите для гурманов. Я всё равно в этом плохо разбираюсь, не оценю, – отмахнулся я.

– Во-первых, сомневаюсь, что мне ещё когда-либо удастся выпить с членом императорской фамилии, а, во-вторых, это просто вещь, которая лучше всего пьётся из крепких напитков у меня в коллекции. Так что оцените, – усмехнулся капитан.

– Как скажете, – развёл руками. И задал вопрос: – Раз вы флагман, то у вас есть ИИ?

– Да, конечно. Это какие-то проблемы? – поинтересовался мужчина, разливая жидкость по рюмкам, а следом доставая какой-то овощ и мастерки его нарезая.

– Лучше бы ему отключить наблюдение. Хотя, зная эту братию, сомневаюсь, что нас послушают…

– Вы, видимо, работали до этого с дефектными образцами, – раздался женский голос, уточнивший: – Наблюдение за каютой отключено.

– Прошу, угощайтесь, – сделал он приглашающий жест в одно из двух стоящих кресел, между которыми был столик с алкоголем и закуской.

– Спасибо, – поблагодарил я, поднимая стопку с чуть желтоватой жидкостью.

Напиток был немного сладковат и имел сложный вкус. Но, закусив его предложенным овощем, я только довольно выдохнул. Капитан не обманул, несмотря на явно крепость выше водки, пилось это божественно. Да и закуска идеально подходила.

– О чём вы хотели поговорить? – осведомился капитан, наливая ещё.

– Как вас зовут?

– Джейсон, – коротко поклонился он.

– Олег, – представился в ответ я. – Так вот, давайте мы обсудим это хотя бы после половины бутылки этого божественного напитка? И, если можно, приостановите действие модификаций, мне нужно будет ваше искреннее, первое мнение.

– Хорошо, – пожал плечами мужчина.

– Ну, тогда за ваш корабль, – усмехнулся я, поднимая очередную стопку.

Настойку мы уговорили быстро. Следом он достал алкоголь немного проще, но уже и он шёл нормально. Развезло и капитана, и меня. И только тогда я решил, что можно начать разговор.

– Скажи, вот Империя – это лучшее государство в галактике?

– При прочих равных – конечно, – ответил капитан, опрокинув ещё стопку.

– А что бы ты сделал, если бы узнал, что в основе мощи этой страны лежат массовые убийства?

– Я военный. Так или иначе, но участвовал в нескольких компаниях по приведению новых миров к покорности. На моих руках кровь миллионов. Вы точно того человека спрашиваете о подобном?

– Я не воспитывался в Империи. И на самом деле плохо понимаю, как думают обычные граждане. И не важно, кто это, простой продавец или целый адмирал, – развёл я руками.

– Ты же говорил о живых кораблях, да? – устало поинтересовался он.

– Да, они самые.

– Те, кто давно во флоте, много разного слышали, в том числе и слухи про корабли. Но раз уж ты хочешь искреннее мнение… Скажи, о чем мы говорим точно?

– Сотни тысяч жизней маленьких детей на каждое судно. В основном, набранных в мирах Федерации и фронтире, – не стал скрывать я.

Мужчина налил себе стопку, выпил, а после, опустив лицо в ладони, молча застыл. Я не стал его беспокоить, а сам ещё налил себе стопку.

– И что ты хочешь узнать? – проговорил сквозь ладони капитан.

– Не знаю, – растерянно пожал плечами. – Я собираюсь прервать это «производство» и уничтожить те корабли, что есть. Но, вообще, достойно ли существования государство, созданное так?

– Нет, – коротко ответил мне Джейсон.

– Даже если это ваша страна? Ведь не секрет, что многие государства начинали свой путь с геноцида и поглощения соседей. Чем вы хуже?

– Ваше Высочество изволит издеваться? – ответил капитан, наконец, вскинув мятое лицо в окружении седых всклокоченных волос на меня.

– Моё высочество не понимает, что делать. Если государство рождает людей, способных ответить так, как ты, при этом уже хлебнув в жизни говна, то оно достойно существования.

– Как будто ты уже не решил нашу судьбу, а сейчас лишь проверяешь, какая реакция на это будет у обычных граждан, – зло процедил мужчина.

– Как думаешь, сколько Империя протянет без живых кораблей и аристократов? – полюбопытствовал я, наливая нам ещё, не обращая внимание на его злость.

– В зависимости от внешних вызовов. Я вам прямо скажу, флот у нас хреновый, – по-пьяному, развязно, но уверенно ответил капитан. – Мы слишком привыкли полагаться на то, что самые большие проблемы решают аристократы.

Я подвинул ему стопку и, после того, как мы выпили, спросил:

– Даже несмотря на хорошую экономику и большое количество вымпелов во флоте?

– Толку с этого? Каждая крупная битва за последнюю тысячу лет выигрывалась аристократами. Мы обслуга, а не боевой флот! – с искренней злостью и обидой воскликнул капитан.

– Значит, флот будет даже рад такому развитию событий, – задумчиво произнёс я, крутя в руках пустую стопку.

– Флот – да. А вот обычные люди, которым придётся терпеть кратно выросшие расходы на увеличенный флот, не очень, – пожал плечами Джейсон.

– Всё можно решить, было бы желание, – вздохнул я. – Ладно, ещё по одной?

– Можно, – согласился капитан.

Напились мы прилично, по крайней мере, заснул я прямо там на диване. В очередной раз, наплевав на свои обязанности, счастливо и спокойно проспал почти сутки. Напившись и хорошо поговорив с совершенно незнакомым человеком, я расслабился. В конце концов: «Делай, что должно, свершится, чему суждено». Придумано давно, и актуальности своей не теряет никогда.

Умывшись, я потянулся к своим способностям, чувствуя, как дрожит вокруг реальность, пытаясь сопротивляться моей воле. Вытянув руку, я заставил разогреться воздух, заключая плазму в магнитную ловушку. А после, усмехнувшись, заставил светящуюся сферу исчезнуть. Я был готов к сражению.

Так что когда через полминуты по имперскому кораблю пронёсся сигнал боевой тревоги, я только пожал плечами и шагнул на мостик. Проблемы были неизбежны.

– И что тут прервало мой сон? – показательно зевнув, лениво поинтересовался я.

– Техносы. Пятьдесят вымпелов. В том числе флагман флота, – коротко отчитался капитан.

Амелия же злорадно ухмыльнулась и, повернувшись ко мне, с издёвкой спросила:

– Ну что, «Ваше Высочество», что вы будете делать против такой силы без симбионта?

– Как и всегда, мадам, как и всегда. Побеждать! – уверенно усмехнулся я, сам с холодком смотря на силы противника на экране.

Глава 6

Тридцать километров. Ровно столько в длину флагман содружества искусственных интеллектов – того, что обычно называют просто «Техносы». Три корабля в семь километров, полтора десятка однотипных в полтора километра и более мелкие разноплановые вымпелы. Такая вот силушка пожаловала к нам на огонёк.

– Зачем строить что-то такое больше? – негромко спросил я окружающих.

– Флагман не только боевой корабль, это ещё промышленная и ремонтная площадка, – ответил мне капитан имперского крейсера.

– Занимайтесь мелочёвкой, ваш приоритет выживание, господа. А остальным займёмся мы, – приказал я, не обращая внимания на взгляды имперцев, смотрящих на меня, как на сумасшедшего.

Телепорт наружу. Связь с Разящим.

– Мне нужна вся команда, – бросил в микрофон, делая несколько телепортов и оказавшись возле «Кирпича».

– Дольше всего Егору, он набирает орбитальную скорость с поверхности, – пришёл мне ответ.

Вокруг начали появляться остальные, молча зависнув рядом и активно заполняя резерв энергии. Бросив на них взгляд, спросил:

– Разя, стратегия и варианты?

– Нам нужен их флагман, капитан, и хотя бы десять часов времени, за которые я смогу взять его под достаточный для боя контроль. И да, флагманы просто так не таскают: это первая волна полноценного вторжения. Будут ещё враги – много.

– Задача? – пожевав губу, уточнил я.

– Уничтожение ядра ИИ флагмана и замена его на моё средоточие. Попутно уничтожение остальных сил, не дать им повредить флагман, пока я не смогу взять под контроль щиты и двигатели.

– Как можно физически помочь тебе с этим?

– Размещение ретрансляторов моего сигнала на всём судне, после того, как я окажусь внутри.

– Ты нам тоже можешь помочь. И, Света, как ваши эксперименты с подключением ИИ в Сеть?

– Не можем зацепиться. Нет ауры, – ответила Орлова.

– Пошлите к нему, – бросил я, уходя в телепорт.

Оказавшись у средоточия Разящего, сконцентрировался, отбрасывая лишнее и осматривая его душу. Да, ауры у ИИ нет. Но есть душа, а значит, можно работать.

Я открыл вену, смотря, как собирается щепоть моей крови. И повернулся к Аде:

– Половину тебе. На Сеть.

Боевая форма повела плечищами, и часть крови устремилась от меня, впитываясь в ловко перехватившее её щупальце. Я ощутил, как сознание начинает переплетаться с сознанием Ады, Лёши, Светы, а после скачком подключились и остальные. Взяв от каждого из нас понемногу, Света сделала ментальный слепок, следом, с короткой болью, отщипнула незначительную часть энергетики ребят.

Я впечатал весь этот коктейль в душу Разящего, щедро сдабривая своей жизнью и силой. Кровь поднялась у меня на ладони, растворяясь на атомы, впитываясь в схемы квантового компьютера. Душа ИИ вспыхнула огнём ауры.

Неизвестно, насколько этого хватит и что из этого выйдет в дальнейшем. Но сейчас от Ады потекла сила, и чужой машинный разум рухнул в Сеть.

Сначала ничего не происходило, но потом вычислительные возможности Сети подросли на два порядка. По эмоциям ударил чистый восторг команды. Открыв глаза, я произнёс, выражая мысли и эмоции всей Сети:

– Теперь повоюем!

План действий соткался сам, и «Кирпич» выплюнул огонь из дюз, ускоряясь навстречу подходящему флоту. За нашими спинами расходились в стороны крейсеры имперцев.

Мирный рудовоз шёл вперёд всё быстрее и быстрее, окутываясь по пути щитами. Навстречу нам потянулась пелена пространственной блокировки, чтобы не дать уйти в искажение. Но разве это важно, когда против бездушных технологий работает восьмой ранг пространства?

«Кирпич» ушёл в сверхкороткий прыжок, оказавшись возле флагмана, и команда перешла в космос, после чего рудовоз исчез, оставив на борту только Свету.

Пять телепортов, и я оказался внутри. Телепорт. Ещё телепорт. Ядро. Деформация. И мощнейшее ядро ИИ, мощнее Разящего, развалилось на части. Телепорт в космос, рывок к следующей цели.

Вокруг разваливались на куски вражеские корабли.

Вот Катя, оказавшись внутри судна, дестабилизирует реактор и уходит к следующему, провожаемая огнём аннигиляции. Егор, метнув Ингу в намеченный в качестве цели фрегат, сам через микропортал проникает телекинезом на борт корабля, находившегося в двух тысячах километрах, и схлопывает ему реактор. Ада миксером щупалец кроит внутренности одного из исполинов.

Рядом открылся портал, и меня подхватывает телекинез Егора, ускоряя ещё сильнее. Разгон времени. Телепорт. Взрывается осколками очередной ИИ. Дестабилизация реактора и уход в космос.

Телепорты друзей, добивающих свои цели. Собраться компактной группой. Ближнее охранение корабля уничтожено, до остальных противников просто слишком далеко – мы потратим нерационально много энергии на портал.

Рядом вышел из очередного невозможного прыжка «Кирпич». Следом, под тяжестью телекинеза Егора, его скорости уравнялись с флагманом. Орлов исчез, подготавливая место внутри флагмана. И десяток секунд спустя наш рудовоз, через открытый Светой портал, проник во внутренний док корабля.

В тот же миг Света перенесла обвешанного кабелями ИИ на новое место дислокации. Одновременно я оказался рядом и начал подключать кабели. Металл и пластик тёк в моих руках, сливая разные интерфейсы. Следующий. Ещё быстрее. Питание. Связь. Есть выход в корабельную сеть.

Облегчённый выдох, короткие телепорты, уничтожая ядра дополнительных ИИ – вместе они бы раздавили Разю даже без основного разума – и скорее наружу, где на нас наводились орудия остального флота.

От Ады потекла энергия, наполняя ауру Светы. Сильное воздействие на меня, а следом мой ментальный слепок устремился в будущее. А я взвыл и свернулся калачиком, сосредоточившись на регенерации. Дело даже не в команде, начавшей перехватывать чужие выстрелы. Это привычно и можно пережить. Но то, что ИИ начал активно использовать предвиденье в кибервойне, оказалось совершенно непомерной нагрузкой. Я терпел. Каждая победа Рази приводила к отходящими под его контроль щитами и орудиям. Вот он взял главный двигатель, а следом меня подхватили Катины руки, и я оказался на борту «Кирпича».

Медотсек. Камера гибернации, её система внутривенного питания и поддержки. Держаться. Появились остальные, падая на пол. Их разумы помогали моему, мы распределяли нагрузку.

Через мгновение погас разум Инги, Кати, Егора, Светы. Растворилась боевая форма, рядом остались едва стоящие на ногах Ада и Лёха. Но всё не зря: окутанный мощнейшими полями огромный флагман рванул из-под вражеского огня. Упал Алексей. Следом, вскрикнув, за ним последовала держащая всё наше единение Ада. И я ощутил, как Сеть распалась.

Теперь уже наш корабль задрожал, открывая огонь из исполинских орудий. По внутренней связи раздался отстранённый голос Разящего:

– Дальше я справлюсь сам. Отдыхайте.

Мой истерзанный разум понял только, что всё хорошо, прежде чем погаснуть. Впрочем, не так уж и надолго. Через десять минут я очнулся и отдал приказ клеткам на восстановление, подстегнув метаболизм и ускорив время.

Ещё пять минут спутся, вырвав катетеры системы внутривенного питания, я перевалился за борт анабиозной капсулы и пополз к остальным ребятам. Егор. Положив ему руку на голову, сконцентрировал последние силы, устраняя кровотечение и убирая давящую на мозг скопившуюся гематому. Короткий импульс, приводя его в сознание.

Дальше я сосредоточенно пополз к Свете по залитому общей кровью полу. Медики в первую очередь, как бы мне не хотелось помочь Кате и Аде. Здесь всё было ещё хуже. Но я почти справился, потеряв сознание уже в самом конце, слыша, как позади меня завозился пришедший в себя Егор.

Проснулся я всё там же, в лазарете. Но для разнообразия – не один. Все кровати были заняты спящими друзьями. Меня положили обратно в анабиозную камеру, так как свободных коек не было. Все были живы. Мы справились.

Расслабленно выдохнув, я занялся собственными повреждениями. После того, как немного отдохнул, это не составило особых сложностей. Я даже не могу сказать, чтобы так уж сильно перенапряг свои способности, в отличие от организма.

Проверив состояние команды, убедился, что с ними всё в порядке, и отправился на кухню обчищать холодильник.

– Что у нас по ситуации? – немного набив живот, громко поинтересовался я.

– Противник отступил. В настоящий момент получаю контроль над рядом вторичных систем судна.

– Это точно ещё не вся атака? Сколько у нас есть времени?

– Не более десяти часов, а потом прибудут остальные силы.

– Чего нам, всё же, ждать? – устало спросил я ИИ.

– Думаю, они пересмотрят тактику, исходя из показанных вами способностей. Будет максимально рассредоточенная атака лёгких вымпелов. Количество? Минимум, сотни.

– Зачем они тут и почему именно сейчас? Думаешь, из-за жуков и их планеты?

– Из того, что я узнал, вторжение готовилось давно, это просто хорошая причина.

– Мда, космос настолько велик, а войны за ресурсы всё равно постоянно происходят. Бред всё это, – вздохнул я.

– Не только ресурсы. Они странные разумные, ждущие своего бога.

– Верующие ИИ? – недоверчиво спросил и, покачав головой, добавил: – Чего только нет в галактике…

– Олег, не тебе говорить, что богов не существует, – голос Разящего сочился иронией. – Это не вопрос веры. Для них ожидание возвращения своего бога – это вопрос времени.

– И ты туда же? – устало покачал головой.

– Я видел в Сети, что ты можешь. Это нарушает законы природы, капитан. Я могу, конечно, подобрать кучу терминов, в попытке всё это описать, но можно просто остановиться и на коротком определении, оно не хуже прочих.

Я только скривился и, в итоге, просто махнул рукой.

– Какой план на битву? Способности способностями, но я не представляю, как мы можем тут сражаться, если твои предположения о тактике противника окажутся верными.

– Может, у вас есть техники, о которых вы не сказали? С текущими ресурсами и потенциалом способностей, не вижу, как победить в этой битве. По-хорошему, нам уже сейчас нужно уходить отсюда.

– Подобные техники есть у космофлота, мы ими не владеем. Силы бы у нас хватило, но просто не умеем. Нет ни знаний, ни опыта, – со злостью произнёс я.

– Тогда нужно бежать. Иначе мы тут все и останемся, – совершенно равнодушно произнёс ИИ.

– Бежать? Мы? И это я слышу от тебя? – изобразил удивление.

– Тогда предлагаю тактику челноков, как опорных точек. Инга и Ада могут многократно усилить их бронирование, как и скоростные характеристики, – начал предлагать варианты Разящий с появившимся в голосе задором.

– Да, но тогда у нас две боевые единицы выключаются из уничтожения целей. Особенно Ада с её мощью.

– В долгом бою девочке выгоднее работать на челноке средством доставки и подзарядки резерва. Пространство у неё всё равно тратит нерационально много энергии, Светлана за этот же объём энергии выполнит намного больше задач.

– Ада на ускорение времени тратит ещё больше сил, чем на работу с пространством…

– Значит, будет работать на дальней дистанции, стараясь обойтись без ускорения.

– Можно посадить в челнок меня, – пожал я плечами.

– Ты, конечно, быстрый, Олег, но телекинезом не владеешь. Да и прочнее челнок сделать не можешь. Хотя, если за рулём челнока будешь ты, а Адель сидеть рядом…

– Хм. Это интересно… – задумчиво протянул я. – Так и попробуем.

– Отправлю дроны проверять челноки и произведу дозаправку.

Я только вздохнул и пошёл обратно в лазарет.

Остановившись возле спящего Алексея, начал глубоко дышать, подготавливая процедуру…

Через десять минут я сидел на кушетке, утирая пот. Парень получил шестой ранг. Оглянув остальных, я подхватил Аду и перенёс в её каюту. Так же сделал с Алексеем и Катей. Орловы уже были у себя.

С ощущением хорошо выполненной работы, лёг на кровать и, обняв жену, решил поспать свои несколько часов. Можно было бы поднять ранг Кате, но смысла это особого не имеет. Она и так аурой не тянет те энергии, которыми может распоряжаться. На это нужно время.

Проснувшись через несколько часов, позёвывая, отправился в столовую. Завтрак был в самом разгаре, и ничего не говорило о том, что нам через пару часов отправляться в бой.

Что было необычно, так это стоящая возле стенки, сложив руки на груди, и презрительно взирающая на непринуждённую атмосферу имперская аристократка.

Мазнув по ней безразличным взглядом, сел на своё место, где меня ждала божественная яишенька и огромная кружка кофе.

– Братик, это правда, что я сегодня буду рулить леталкой? – непосредственно спросила девочка, громко хлюпнув своим какао. Отчего стоящую позади неё Амелию передёрнуло.

– Рулить чаще всего буду я. Но может так сложиться, что и ты, – согласился я, с набитым ртом, с удовольствием слыша ещё один зубовный скрежет от стенки.

– Ну вот… – изображая расстройство, протянула Ада.

– Станешь быстрее, будешь летать сама, – нравоучительным тоном проговорил я.

Девочка фыркнула и, залпом допив какао, вскочила с места.

– Я убежала готовить челнок!

На что я только посмотрел на Ингу, которая переглянулась со Светой и исчезли. Ребёнка в этом процессе следовало контролировать, сама она точно не сможет. Егор с Катей вздохнули, и девушка, бросив выразительный взгляд на посуду, исчезла следом за Орловым.

Аристократка, наконец, соизволила подать голос:

– Да, вы сильны. Признаю. А уж украсть флагман – это и вовсе за гранью. Но что дальше? Так и будете тут висеть, пока вас не уничтожат? А ведь они с минуты на минуту приведут настоящие силы!

Я только усмехнулся и спросил:

– Амелия, а вы знаете, как можно съесть слона?

– Скорее вас сейчас начнут поедать миллионы злых муравьёв, – ответила она мне.

– Ну, мы с этим как-нибудь справимся, – пожал плечами.

– Это уже не так важно. Сроки, за которые я должна была выйти на связь, давно вышли. И со дня на день, если не с часу на час, прибудут дополнительные силы нашего рода. Так что всё ваше геройство ни к чему не приведёт.

– Вы давно полноценно воевали с Техносами? – полюбопытствовал я, собирая тарелки и перекладывая в раковину.

– После того, как мы свернули звезду их центральной системы восемьсот лет назад, они не смели выползать, – зло оскалилась женщина, с некоторым удивлением смотря за тем, как я мою посуду за своей командой.

– И вы думаете, что содружество искусственных интеллектов за это время ничего не придумало против ваших симбионтов? – с недоверием поинтересовался я.

– Что ты узнал? – напряглась женщина.

– Немного, но кое-какие системы на этом корабле очень странные. Управляющий ими разум мёртв, так что точно сказать нельзя. Но в искажение метрики пространства они залезли очень далеко. Так что я не уверен, что ваши стандартные атаки и щиты будут эффективными.

– Всегда всё получалось, в том числе с более древними цивилизациями. А тут не выйдет? – фыркнула она.

– Это не говоря уже о том, что они вполне смогли создать свои подавляющие использование энергии вакуума приборы, – вздохнул я, решив добить её.

– Мы изучали вопрос! Любые подобные техники или приборы работают в небольшом радиусе. Там затраты энергии растут по экспоненте, и они не глушат уже начатые воздействия.

– Насчёт техник вы не правы, там всё сложнее. Хотя приборы, да, очень энергозависимы. Но мы говорим об ИИ, они что-нибудь придумают, – хмыкнул я, протирая тарелки и расставляя их в специальном шкафу с креплениями для каждой.

– Олег, я фиксирую дестабилизацию пространства. Их флот на подходе, – раздался голос Разящего.

– Ну что же, успеет ваша подмога и будет ли от них толк, покажет только бой. А вам, наверное, стоило бы вернуться на свой корабль. В крайнем случае, на нём будет проще убежать.

– Мы не побежим, – гордо вскинула голову Амелия и, усмехнувшись, добавила: – Только если после вас, Ваше Высочество.

– Тогда успехов вам, – коротко кивнув, я перенёсся к нашим челнокам.

Судёнышки стояли совсем рядом, а между ними сидела Света с Ингой и Адой. Как я понимаю, Инга руководила работой Ады через ментальное посредничество блондинки.

Челноки сами на себя не похожи. Они обросли толстой красной и белой бронёй, и даже дюзы были покрыты изнутри псевдоплотью. Челнок, который предстояло вести мне, был бронирован сильнее, и даже обзавёлся несколькими длинными отростками. Уж не знаю, зачем они нам, но раз Инга разрешила, то я не буду спорить. Уточнять изменившиеся характеристики челноков смысла особого не было. Всё равно вылетим мы уже в Сети.

Проводив взглядом улетающий бот Амелии, повернулся к своей команде.

– Ну что, друзья, повоюем немного? – произнес я и постарался как можно легче улыбнуться.

– Надерём задницу железякам! – вскинув кверху кулачок, воскликнула Ада.

На что я только кивнул, сглотнув комок в горле. Гвозди бы из этой девочки делать, как и из всей моей команды. Все всё прекрасно понимают, но никто не усомнился и не испугался. А значит, действительно, повоюем.

Мы заняли места в челноках, и нас накрыло единение Сети. Следом, челноки покинули сначала док «Кирпича», а потом и пространство окружающей его колоссальной боевой машины.

Мы только отошли, как перед нами из пустоты проявились многие сотни вражеских кораблей.

Стонали двигатели, выдавая постоянный форсаж – противник приближался всё ближе. Ушла ментальная техника, наделяя нас предвидением. Глыба флагмана за нашими спинами накачивала накопители орудий и выдвигалась следом. Враг же свои три корабля сравнимого класса берёг, оставив глубоко в тылу.

Флот ИИ воспринял нас всерьёз, сотни кораблей открыли огонь, заставляя закладывать головокружительные манёвры. Плотность огня была настолько велика, что увернуться от всего невозможно. Развернулись пространственные искажения, рассеивая попадания. Прямо в нас ничего не попало, но плотность излучения вокруг такая, что щиты просели на треть.

Ада выдохнула, и челнок перенёсся на полкилометра вперёд телепортом. Окна для ухода по-другому там не было. Егор и Света уже начали бой, они дополнительно ускоряли челнок телекинезом.

Крейсер врагов влетел в пространственное искажение, рассыпаясь на куски. Противники включили свою защиту. На кораблях развернулись локальные поля подавления, а в пространство ударили волны энергии, мешающие формированию пространственных техник. Но мы не имперцы – у нас есть и другие атаки.

Трёхметровое белое копьё из псевдоматерии прошило насквозь корабль, поражая центральный ИИ. И, выйдя с обратной стороны, полетело к следующей цели.

Наш челнок, наконец, тоже достиг своих врагов. Исчезла Катя, атакуя ближайший крейсер. Подхватив огромную часть его силового поля, она прорезала броню и, оказавшись внутри, дестабилизировала реактор. Следом, рванула наружу, где оказалась подхвачена челноком. Похищенное ею силовое поле обернулось вокруг нашего бота, усиливая защиту.

Предстояло повторить подобное ещё пару сотен раз. И пока Катя восполняла резерв, я танцевал среди огня и плазмы, ведя нас к следующей цели. В полусотне тысяч километров этим же занималась Инга. Скучно и совершенно не зрелищно. Сражение с расстоянием и временем под постоянным огнём.

Пока долетели до следующей цели, от сворованного Катей поля остались одни клочки. Впрочем, буквально через десяток секунд мы уже летели дальше, обзаведясь новой защитой, оставив позади рассыпающееся судно врагов.

Сплошная карусель вражеского огня и манёвры начали сливаться перед глазами. Плазма облизывала наши поля и броню, но мы сражались.

Где-то после уничтоженного десятого корабля курсы наших челноков пересеклись, и дождавшиеся своего применения отростки, метнувшись вперёд, обняли челнок Инги, впечатывая его в наш. От Ады потекла энергия, восполняя резерв Орловым.

Через пару минут метания под огнём несуразной спарки, мы разлетелись по своим целям.

Не знаю, сколько это уже длилось. За спиной бешеной мясорубкой работали пушки Разящего, собирая свою жатву. Уничтожил древний ИИ, наверное, примерно столько же кораблей.

Впрочем, мы не давали эффективно воевать с ним, а он, в свою очередь не давал им сосредоточить слишком плотный огонь на нас. Разя был в своей стихии, просчитывая варианты, помогая нам строить техники и, эпизодически, аккуратно пользуясь предвидением для поражения целей.

По крайней мере, так хирургически работать, уничтожая только то, что нужно, тратя наименьшее количество энергии, никто из ребят без ИИ не смог.

Однако, мы уставали, потихоньку начали копиться ошибки. Бывает, я не смогу увести челнок от выстрела, то Катя или Света с Егором неоправданно долго возятся с каким-либо противником.

Враг методично бросал в нас десятки кораблей. Разного класса, уровня защиты и огневой мощи, скоростных характеристик. Содружество ИИ изучало нового врага, подбирало тактики, не пытаясь уничтожить, во что бы то ни стало. А на попытки прорваться к флагманам отвечало таким количеством огня, что осуществить подобное можно было, только потеряв челноки.

Мы даже начали задумываться о подобном: уничтожить флагманы, а там будь что будет. Без своих лидеров они могут и отступить. Но пока не решались – это гарантированная дорога в один конец. Если получится их уничтожить, на бой больше оказывать влияния не сможем.

Подхватив в очередной раз Катю, я бросил челнок на соединение с Орловыми, нужно восполнить им резерв. Энергия утекала, как в трубу, даже поддержание Сети на космических расстояниях требовало больших затрат. Кажущийся бесконечным поток Алексея начал скуднеть. Он просто не успевал набрать столько энергии в пространстве.

Пока мы могли сражаться. Но, всё же, когда в пространстве системы возникли два имперских симбионта, по Сети прокатилась волна облегчения, и наши судёнышки рванули из боя. Хоть на пять минут, но немного отдохнуть.

Три минуты они висели без движения, принимая на искажение пространства выстрелы техносов. А потом синхронно ответили, искажая метрику на нескольких сотнях тысяч километров. Три десятка кораблей развалились на куски сразу, но остальные начали ускоряться, направляясь на имперцев.

Они открыли ракетные шахты, и в симбионтов ударили сотни ракет со специальной боевой частью. Даже я почувствовал, как всё задрожало, когда эти ракеты стали генерировать стабилизирующее пространство поле. И вот они-то достали. Не в упор, но симбионты стали купаться в потоках жёсткого излучения.

Впрочем, нам это было не важно. Мы остановились недалеко от нашего флагмана и распустили Сеть. Ада, влив энергии в обвес челнока, мгновенно отключилась. Через мгновение за ней последовали и все остальные. Я же просто выпил сладкой газировки, продолжая смотреть за битвой.

Имперские симбионты сражались красиво. Исчезая в одном месте и появляясь в другом, они несли разрушение. Сдвоенной атакой смогли развалить один из флагманов и уничтожить сотню кораблей. Но чем дальше, тем меньше успеха приносили их атаки, и всё меньше и меньше энергии оставалось в окружающем пространстве.

Покачав головой, я прикрыл глаза. Что-то в этом бою имперцы не впечатляли, а значит, нужно копить силы. Прикрыв глаза, я погрузился в дрёму.

Пятнадцать минут сна. Ровно столько смогли нам подарить сотворённые из смерти имперские симбионты. А после того, как флотские корабли рванули им на помощь, Разящий меня разбудил. Так что я успел увидеть, как развалился на куски один из симбионтов, а второй вышел из боя, отступив к планете.

Весь опалённый, в кратерах и язвах, он больше не напоминал прекрасное произведение искусства, каким был в самом начале. Всё же, биологические материалы уступают по прочности настоящей броне.

Яростно огрызающиеся корабли космофлота, видимо, сумели подобрать пилота уничтоженного судна, раз отступили ближе к планете. Но эта спасательная операция стоила им одного корабля и многочисленных повреждений у остальных.

– Просыпайся, Адель, – негромко произнёс я, потрепав девочку по плечу.

Она открыла глаза и села прямо, смотря на меня пустым от усталости и принятия происходящего взглядом. Сердце сжалось. Не должно быть у детей такого взгляда. Никогда. Поэтому, про себя послав всё к чёрту, я сказал:

– А знаешь что, поспи ещё десяток минут.

Девочка закрыла глаза и мгновенно выключилась. А я вышел на связь с Разящим.

– Передай имперцам, пусть делают что угодно, но дальний от нас флагман должен сгореть. И включай автопилот, пусть челноки уходят к планете. А мы с тобой займёмся оставшимся гигантом.

Оглядев спящую команду, я ушёл в телепорт, и боты рванули к планете. Зависнув, стал ждать, пока громада корабля, не оказалась рядом, после чего перенёсся к ядру ИИ. Накопители были полны, защита восстановлена. Разящий по полной воспользовался отведённой передышкой.

– Олег, а ведь это не всё. У этого корабля, прекрасные пространственные сенсоры. К системе идет ещё пара сотен вымпелов.

– Значит, помирать нам ещё рано, быстро уничтожаем его и отходим, – меланхолично ответил я.

– Ты уверен? Мы не сможем уйти.

– Ты же рождён для битвы, верно? – всё также расслабленно произнёс я.

– Хорошо, капитан, – после секундной заминки, коротко ответил древний ИИ, и корабль пошёл в атаку.

Широкий разброс противника сыграл нам на руку, у них не получалось накопить достаточно веса залпа, чтобы пробить щиты флагмана. Мы были всё ближе, но и огонь по нам усиливался. Флагманы сошлись ближе, начиная концентрировать свой огонь на нас.

Этим воспользовался имперец, возникнув рядом и ударив. Было красиво, когда огромный корабль начал разваливаться на куски. Симбионт исчез, но далеко в забитом помехами пространстве уйти не смог. Через мгновение на нём сошлись десятки торпед, и он исчез в плазменном огне.

Наши щиты совсем ослабли, но оставшийся флагман резко изменил траекторию, и стал уходить.

Я громко засмеялся, через мгновение поддержанный Разящим. Телепорт, и я оказался в одном из небольших ботов Техносов, который вылетел из доков. Сжигая весь резерв горючего в одном импульсе, он рванул вперёд. Двигатели проработали пять секунд на таком форсаже, а следом челнок испарило выстрелом.

Но я был уже не там, стремительно догоняя огромный корабль. Несколько секунд полёта, серия телепортов, и я оказался внутри. Деформация в ИИ, телепорт. Деформация в реактор. Телепорт. Корабль не был уничтожен, но сражаться в ближайшее время уже не сможет.

Несколько пробоев пространства, и меня подобрал Разящий. Но как он и говорил, уйти мы не сможем. Мы были полностью окружены, щитам оставалось совсем немного. Во многих местах уже начала кипеть броня.

– И какой у тебя был план, кроме как геройски умереть? – невозмутимо осведомился ИИ, когда на радарах появилось ещё двести вымпелов и два флагмана.

А я прислушался к той частичке чужой силы, которая так и осталась со мной с Египта, и, мягко улыбнувшись, тихо произнёс:

– Просто смотри.

Зрелище того, как новоприбывший флагман начинает изнутри разрываться на куски огромными, стремительно растущими и обрастающими металлом щупальцами, было прекрасно. Как и появившийся на радаре скромный корабль, у которого на борту было, как я знал, кириллицей написано «Стерегущий».

Земляне пришли на битву.

Глава 7

– Выхожу на связь, передаю коды опознания, – уведомил меня Разящий и спросил: – Значит, так действует обученный флот твоей планеты?

– Я сам впервые вижу и даже не уверен, что экипаж «Стерегущего» когда-либо участвовал в подобном.

– А по ним и не скажешь, – восхищённо произнёс ИИ.

Я был с ним согласен. В космосе творилась натуральная бойня. Фрегат выпустил шесть ботов, и они сходу набрали огромное ускорение, направляясь к своим целям. Попытки их сбить не приводили ни к чему, а все суда, к которым приближались кораблики, разваливались или взрывались.

На месте бывшего флагмана шевелилась мешанина плоти и металла. Ударили щупальца, проникая в открытый портал и пробивая броню второго флагмана. Погружаясь внутрь, они игнорировали взрывы и, вырвав огромный кусок металла, втянулись обратно, оставив на месте грозной боевой машины перекрученный и мёртвый кусок металла.

Огромный монстр сжался, и от него в открытые порталы ударил сразу десяток отростков, пробивая насквозь свои цели. Пара секунд, и щупальца втянулись обратно, а чудовищный цветок из плоти и щупалец свернулся в шарик, игнорируя огонь вражеских судов, и, через долю секунды, исчез.

Правда, врагам от этого только хуже, они просто стали разваливаться один за другим. Методично и быстро.

К нам подошёл «Стерегущий», вокруг которого начал бушевать плазменный кокон, в котором без следа исчезали гигатонны энергии, которые обрушивали на корабль враги.

Иногда от него вырывались лучи, заставляющие трескаться и рассыпаться щиты окружающих кораблей. Там, где они попадали повторно, вспухали огненные сферы. Несколько минут он кружил вокруг нас, зачищая периметр и давая нам, немного времени восстановить щиты.

– Сейчас долбанёт! – потёр ладони я.

И «Стерегущий» таки ударил. Небольшая дрожь пространства, и плазменный кокон исчез, а вокруг расцвела гирлянда из полутора сотен огней уничтоженных судов. Корабль повёл носом, как щука, примеряющаяся к добыче, и рванул в сторону, нацеливаясь на следующую партию противников.

Искусственные интеллекты дрогнули. Они подбирали тактику под совсем других противников, а тут потери исчислялись сотнями за минуты боя. Я не знаю, насколько времени хватит энергии одарённым «Стерегущего» в таком бою, на флоте есть много секретов. Но, думаю, они смогут справиться со всем, что тут есть.

Враги начали ускоряться и уходить. Многие, чей маршрут проходил недалеко от земного корабля, выйдут в реальный космос по кускам, слишком сильная вокруг него деформация пространства. Так или иначе, это была победа.

– Вези нас к ребятам, – устало попросил я, усевшись на пол и оперевшись спиной об стену.

Честно говоря, я не ожидал, что земной флот так силён. Несмотря на то, что творила моя команда, как-то не складывалась в голове картинка, что возможно делать на специальном судне, хорошо обученными подобному людьми. Теперь становится ясно, что те непомерные суммы уходящие на каждый земной военный корабль, это всё не зря.

– Не помню, когда в последний раз так веселилась! А ты, Олежек, оказывается, прекрасно проводишь время в этом своём вояже по космосу! – раздался задорный голос ступившей на палубу блондинки в весёлом бело-зелёном пустотном костюме земной модели.

– Здравствуйте, – поприветствовал я Марьяну и попытался встать. Не вышло, слишком ослаб.

– Ослабевший герой, израненный в боях. Классика! – усмехнулась целительница, оглядев меня.

– Неправда. Я не ранен! – слабо фыркнул я.

– Удивительное - рядом. А где недостаток конечностей и кровища? Ты что-то теряешь хватку, Олежек.

– Забочусь, чтобы вам было меньше работы, уважаемая!

Она только рассмеялась и достала из воздуха банку сгущёнки, после чего открыла её и протянула мне. Благодарно кивнув, я начал подкрепляться.

Блондинка кинула заинтересованный взгляд на ядро Разящего, подойдя поближе, положила на него руку и прикрыла глаза. Постояв пару секунд, кивнула своим мыслям, и, повернувшись ко мне, задумчиво протянула:

– А ты по-прежнему творишь невозможное…

Я только скромно пожал плечами, не отрываясь от банки сгущёнки.

– Олег, Катя проснулась минуту назад, челноки идут нам навстречу, – прервал нас Разящий.

Он ещё только договаривал, как рядом открылся портал, из которого, пошатываясь, вышла жена, за которой, держа её за руку, вышла Адель.

Они бросились ко мне, но, увидев Марьяну, Катя запнулась. И только Ада устало произнесла:

– Здрасьте, тётя Маша.

– Привет, мелкая, и тебе, Осинка, – весело произнесла блондинка, но тут же нахмурилась, внимательно смотря на Волковых.

– Так, все дружно собираемся и идём в лазарет, девочки, – а после, бросив на меня злой взгляд, пригрозила: – С тобой мы потом поговорим, до чего ты детей довёл. Всё. Выполнять!

Взмахом руки она открыла портал, ведущий в лазарет на «Кирпиче». Я, по стеночке, аккуратно поднялся и, опираясь на Катю, сумел дойти до кровати. На что Марьяна хмыкнула и показала мне на выход.

Я лишь тяжело вздохнул, но пошёл в каюту. Мечты о мягкой постели мотивировали дойти до конца.

Открыв глаза утром, посмотрел на спящую рядом, закинув на меня руку, Катю и вздохнул. Вставать не хотелось. Но лучше принять всё, что мне выскажет целительница сейчас, пока все спят, чем она будет песочить при всей команде. Так что я аккуратно выбрался из кровати и через пять минут уже был в столовой.

Карма такая у меня, что ли, все разговоры вести с утра? Ну, хоть кофе успел налить и наделать себе бутербродов, пока рядом не возникла целительница. Присев за стол напротив, она положила подбородок на кулак и, молча, начала давить меня взглядом. Но хотя бы не стала ничего говорить, пока я не доел.

– Ещё пара подобных боёв – и ты отправишь свою команду в санаторий на полгода, – уведомила она, как только я проглотил последний бутерброд.

– Что с ними?

– Нельзя проводить через себя такое количество силы постоянно. Хуже всего дело обстоит у Адель и Екатерины. Девочка непомерно напрягает свою ауру, а твоя жена работает за гранью своих энергетических способностей. Ты вообще в курсе, что поднятие ранга не совсем комплексное?

– Да, энергетика не готова к такому объёму, которым может манипулировать воля, – вздохнул я.

– Ты поднял девочку на три порядка по силе, Олег, – вздохнула Марьяна. – Да, она старается, много тренируется, пытаясь нагнать это всё аккуратно и ровно. Но не в бою, там она работает на износ за всеми границами. Я немного привела её в порядок, но главное, что ей нужно, это время. И никаких боёв.

– Не могу пообещать. Вы же знаете мою жизнь...

– Значит, садишься на корабль и летишь, куда глаза глядят искать неприятности. Один, – пожала она плечами.

– И надолго?

– Чем дольше – тем лучше. Но не меньше чем две недели.

Я выдохнул и побарабанил пальцами по столу. Это время у нас есть, в принципе, можно и больше найти. Раньше мы ждали корабль на верфи, но после воровства боевого судна у ИИ, это, во многом, потеряло актуальность. Впрочем, некоторые системы на флагмане до сих пор требует замены или долгой с ними работы.

– Вы уже были на планете? – перевёл тему я.

– Естественно! – фыркнула блондинка. – Ты молодец, что сумел такое найти.

– Как думаете, что будет дальше? И с цивилизацией внизу, да и с общим политическим раскладом? – поинтересовался я.

– У космофолта появится новая база и место для тренировок. Не говоря уже о больших тренировочных и санаторных комплексах для обычных людей. Заранее представляю свару среди «старых» семей, – усмехнулась целительница.

– А местные?

– Подвинем немного, но вообще у них очень удачная сопротивляемость для симбиоза с нами. Для основной массы одарённых они весьма грозные противники, это на бытовом уровне избавит от многих проблем. Не считая возможных технологических цепочек с их участием.

– Им ещё воевать долго, прежде чем там о чём-то можно будет говорить…

– Этого не случится. Уже через месяц на планете наступит тишина и покой, можешь мне поверить. У меня тут под боком сотня обученных одарённых, мы как-нибудь решим проблему, – легко отмахнулась женщина.

На это я мог только кивнуть. В том, что она справится, у меня сомнений не возникает. Хотя есть кое-что, о чем я хотел спросить.

– Что будет с повреждёнными кораблями «Техносов»? Их тут много, и в том числе один флагман…

– Мальчики из экипажа уже разбираются. Флагман, скорее всего, будет подлатан и отправлен в Солнечную, как и то, что сможет добраться туда своим ходом. Земле не помешает что-то такое внушительное во флоте, иногда важна солидность, а не реальная боевая мощь, – усмехнулась Марьяна, перед которой спланировала кружка с кофе.

– Техносы могут напасть ещё раз, хотя мы и очень хорошо проредили их силы…

– Не нападут. Они столкнулись с новым вызовом и проблемой, решение которой потребует много времени. Если под симбионтов тактику и оружие создали, то под землян это будет сложнее, – ответил мне Разящий.

– Именно поэтому ИИ позволяли нам так долго сражаться, пока не пришла помощь. Нас просто изучали? – решил я уточнить некоторые странности в бою.

– Конечно. Восстановить железо не сложно, а они получили драгоценные данные о новой силе в галактике.

– Стало быть, эту проблему нужно будет однажды решать кардинально, – вздохнул я.

– Не думаю, что её можно решить просто их уничтожением. Цивилизацию ИИ практически невозможно истребить до конца. Всегда где-то найдётся выживший, который за сотню лет развернёт её до ещё больше могущества, – покачала головой Марьяна.

– Поддержу уважаемую Марьяну. Империя уничтожила всё, до чего дотянулась в прошлый раз. К чему это привело – мы видели в бою. Именно поэтому с подобными цивилизациями всегда предпочитают договариваться, какие бы это не несло финансовые издержки.

– Значит, договариваться… – протянул я, почесав в затылке.

– Именно. История Федерации знает примеры подобных противостояний, всё решалось только договорами. Победить силой всю развитую галактику практически невозможно. Впрочем, как и уничтожить подобную цивилизацию, – продолжил разворачивать мысль Разящий.

С учётом того, что в Федерацию входят миры машин, это не удивительно. И Империя, при всём своем превосходстве, в тотальную войну никогда не ввязывалась. Росла, потихоньку отгрызая части Федерации, но скорее повышая экономический уровень и работая силой пропаганды. По-настоящему старалась никогда не воевать.

Я раньше на самом деле думал, что такое относительно медленное расширение Империи, всё же, больше социальные и экономические причины. Но как показал этот бой, не только. И даже симбионты, это хоть и веский довод, но не панацея прямо от всего в галактике. Не только Земля может что-то этому противопоставить...

Однако, нужно думать о реальности и, вздохнув, задал вопрос:

– Разя, сколько тебе нужно времени на ремонт?

– Если позволят использовать повреждённый флагман и будет помогать Егор, две недели.

Было очень заманчиво остаться тут. Команда под присмотром и лечением Марьяны немного поправится, да и подучат их. Лететь куда-либо на «Кирпиче» одному? Можно, но скорее всего, просто, в итоге, потеряю корабль. Впрочем, зачем мне куда-то лететь, чтобы обеспечить себе смертельную опасность? Я сглотнул, предчувствуя много боли, и спросил:

– Команда «Стерегущего» не хочет развлечься?

– Что, Олежек, соскучился по увлекательной игре «попробуй выжить»? – широко, с предвкушением веселья в глазах, улыбнулась целительница.

– Вы удивитесь, насколько меня сложно убить, Древняя, – хмыкнул я.

– Да? Значит, не удержусь и проверю это сама, посмотрим, насколько мальчик вырос, – изображая легкомысленность, отмахнулась женщина.

Жаль, что я вижу её настоящие эмоции, плохо и не всегда, но вижу. Сложно воспринимать её, как она хочет, когда понимаешь, что сидящая передо мной женщина лишь мясная кукла. А настоящая её душа спрятана в подпространстве, среди чудовищной горы плоти. Раньше я не мог так ясно это увидеть, но с тех пор стал значительно сильнее.

Древнее чудовище, изображающее ветреную блондинку, смотрело на мир с равнодушием. Иногда с лёгким проблеском интереса, но чаще с безразличием и большой примесью тоски. Бывает, целительница делала средоточием души тело, например, в совместной медитации или спокойной обстановке. Но сейчас она была готова к бою.

– На планете? – поинтересовался я.

– Конечно! – энергично кивнула целительница, открывая портал.

Я снял тапочки и, как и был, в тренировочных штанах и футболке, зашёл в портал. Желания портить очередной пустотный костюм у меня нет.

Планета насекомых, на которой я оказался впервые, встретила холодом и ветром. И хоть этот мир был ближе к солнцу, на местном севером полюсе всё равно холодно. Но, так же, как и на Земле, разумных тут не было на сотни километров.

Сражаться не хочу совершенно, моя жизнь это и так сплошные бои и кровь. Глубоко достало. С большим удовольствием я бы сейчас готовил завтрак для своей команды, а не стоял под небом чужого мира, смотря на Марьяну.

– Ну что же, мальчик, покажи, что ты можешь! – громко воскликнула блондинка, раскинув руки в сторону.

Максимальное ускорение и рывок вперёд. Деформация. Всё, как я делал с Воронцовым, чтобы его в аду черти усердно жарили. Только быстрее и сильнее. Как и ожидалось, того уровня ускорения и стабилизации пространства, что пассивно поддерживала целительница, не хватило.

Сбросив через полсотни метров скорость, я развернулся, смотря, как на месте, кровавой, частично испарённой взвеси, собирается Марьяна. Это не заняло много времени.

– Ты видишь меня? – с лёгким удивлением спросила она, чуть склонив голову набок.

– Вижу, Древняя.

– Как инте-е-ересно…

Я не стал ничего отвечать, просто сделал то, что давно было нужно сделать. Ощущение подвластной реки времени, и моя душа ушла вперёд. Краткий миг дезориентации от двух потоков восприятия. В Сети это было намного проще, там нагрузку принимает вся конгломерация разумов. Но, тем не менее, работает.

Когда она подняла руку, я уже уходил в сторону. Ударившая лавина копий из костей и жил прошла мимо. Телепорт и деформация в упор. Переместиться на десяток километров вверх, спасаясь от взрыва на два десятка килотонн внизу. Телепорт на сорок метров в сторону, пропуская ударившее из портала щупальце.

И сразу вниз, ещё на тридцать метров избегая ударов. Деформация приняла следующую атаку. Разгон молекул воздуха электромагнитным полем, и атакующее щупальце сгорает в плазме.

Разорвать пространство и остаться в «нигде» на полсекунды, пережидая удар по площади сотнями отростков, от которого нельзя было увернуться. Выход. Принять удар щупальца на открытую ладонь, останавливая его. Круговая деформация. Плазменный вихрь электромагнитной формации полёта бросил меня вниз, там, где высилась гора плоти.

Ещё быстрее. Мне навстречу устремились щупальца, пытаясь перехватить в воздухе. Ускорить полёт сильнее. Первое я пробил насквозь, вылетев наружу в фонтане ихора. Как и два следующих.

Но скорость была погашена, и на меня навалилась тюрьма из плоти, гася доступ к телепортации. Пользователя энергии вакуума оно бы отсекло и от силы. Ещё и ментальная атака, а также, кажется, откачивание жизненной энергии. На что я только оскалился, чувствуя, как меня пытается покинуть жизнь, и потянул её обратно, вместе с чужими загребущими лапками. Плоть вокруг испуганно дёрнулась в стороны, а я ощутил удивление Марьяны.

Что не помешало на меня снизу броситься огромной пасти. И, где-то даже аккуратно, перекусить чуть выше уровня груди, невзирая на мою прочность. На что я только рванул время, и огромная пасть взорвалась, не в силах противостоять потоку текущего вспять времени. А я опять, целый и здоровый, ударил круговой деформацией, а потом и плазмой.

Направив вектор гравитации, врубился в плоть подо мной, остервенело разрывая всё на части вокруг руками, деформациями и сжигая. Внизу, глубоко в мясе и костях, горела её душа. Прорвусь! Нет ничего прочнее, чем моё тело! Я сама реальность в себе!

Поймав очередную бросившуюся на меня пасть, разорвал её пополам, прорубаясь всё ниже. Плоть вокруг сократилась, и я ощутил, как оказываюсь в воздухе. Куда!!! Подхватив ускользающее пространство, я вцепился в него, не давая выкинуть меня наружу.

Через мгновение огонёк чужой души устремился ближе и чуть вправо, и мне в бок прилетел удар ноги, отбрасывая в сторону. Изгиб пространства, и вместо того, чтобы пролететь дальше, появляюсь рядом с блондинкой, вбивая в неё удар кулака. Хрустнули поднятые для защиты кости руки. Но и всё. Она телепортировалась и оказалась крепко стоящей на земле.

Рванув пространство, я переместился рядом, но был встречен ударом ноги, настолько быстрым, что ощутил только, как моё тело разлетается на части. Я знал, что он будет, но просто не успел изменить свои действия. Собравшись обратно, ускорился до максимума, начиная двигаться ещё до того, как она нанесла следующий удар. Знаю, что будет недостаточно быстро. Телепорт назад.

Уход в разрыв в пространстве, пытаясь переждать атаку там. Выход в десяти метрах. Рывок в подпространство. Невозможная скорость, как и у отца. Как бы я не выходил, она всё равно меня встретит. Руки перед грудью, и всю силу своей личной реальности пустить на прочность.

Удар я принял на скрещенные предплечья. Хрустнули, превращаясь в кашу кости, и я полетел назад с дырой в груди. Собраться обратно. Принять следующий удар. Собраться. Удар. Собраться. Стать прочнее. Собраться. Стать прочнее. Собраться. Собраться. Собраться. Собраться. И на очередном её ударе что-то оборвалось у меня в груди. Собраться же!

Я лежал на камнях и, хрипя, скрёб землю ногтями единственной рукой, смотря на подходящую ко мне женщину. Остановившись надо мной, она кивнула своим мыслям, и произнесла:

– Отдохни.

И мир померк для меня.

Глава 8

Очень знакомый потолок моей спальни. И пустота там, где раньше был огромный поток информации и ощущений. Дело известное и уже, в целом, довольно привычное, не в первый раз надрываюсь. Сил на какие либо негативные эмоции у меня не было, да и смысл? Я на ближайшее время в отпуске.

Наверное, только Марьяне я могу доверить отправить меня на отдых таким образом. Уж очень надо хорошо дозировать силу и отслеживать моё состояние. Причём, в бою, когда я активно сопротивляюсь. Показал я себя неплохо, выдав почти всё, что мог, хотя и надо чаще тренироваться в Сети с Разящим. Его вычислительная мощь позволяет очень хорошо оптимизировать все воздействия.

Думаю, сейчас в моей команде все стали точнее и эффективней в применении своих сил, и подобные тренировки нужно ввести на постоянной основе. Пусть и немного смущает изменение мышления, но то, насколько это ускоряет развитие, оправдывает очень многое. Впрочем, мне всё это в ближайшее время не грозит, но мысль на будущее отложить стоит.

Зевнув, выбрался из кровати, а через десять минут уже пил кофе и завтракал. Удивительно, но меня никто не беспокоил. Переодевшись в пустотный костюм после перекуса, сел на кровать в каюте и задумался. Чем мне вообще заниматься? Раньше я или тренировался, нёс вахту, ну или решал проблемы.

Кроме тех моментов, когда лежал в лазарете, конечно. Сейчас я обычный человек и, по большому счёту, команде буду не сильно полезен. Организаторские способности? Они довольно скромные, а когда рядом есть «Стерегущий» с его экипажем и Марьяна, то и вовсе нет смысла дёргаться.

– Разя, есть свободный челнок в доке? – спросил, выходя из каюты.

– Имеется. Начать прогрев двигателей?

– Да, хочу немного полетать.

– Из дока помочь вывести?

Я задумался. Но, всё же, трезво оценив свои пилотажные навыки без Сети и ускорения времени, ответил:

– Желательно.

Подходя к шлюзу, забылся и, по привычке, попытался перенестись сразу на ту сторону. Покачал головой и, усмехнувшись, запустил процедуру шлюзования. Сколь часто я таки использовал свои способности в бытовых мелочах, даже и не замечал. Впрочем, всё равно реже, чем моя команда.

Сев за штурвал управления челноком, я откинулся в кресле, ощущая, как он мягко поднялся в воздух, начиная выплывать из дока «Кирпича», а потом и флагмана. После вылета, выяснив относительно свободный от обломков маршрут, понёсся в сторону.

Компенсатор перегрузок отрабатывал штатно, но он был настроен под одарённых людей, не сильно обращающих внимание на скачки в несколько десятых единиц. А в некоторых режимах, так и вовсе, в целые единицы. Тем не менее, это только давало живости процессу пилотирования.

Полетав пару часов и немного начав чувствовать челнок, я направился обратно, где попробовал сам завести корабль внутрь. Помучился, конечно, но за полчаса, обливаясь потом, сумел посадить челнок в доке «Кирпича». Попив водички, отдохнул, и повторил выход в космос и посадку ещё раз. А потом и ещё.

Не третий раз, наверное, зря! Челнок весьма грубо ударился об палубу, и только прочность военной конструкции позволила ему остаться целым. Но мои пять часов тренировок не прошли даром. За пару недель отработаю посадку и взлёт до автоматизма, и уже можно будет думать о полёте в атмосфере.

С кухни пахло едой. Зайдя внутрь, опёрся на дверной косяк и, скрестив руки на груди, стал смотреть, как Катя жестом руки заставляет тесто ровным слоем раскатываться по столу.

– Что это ты просто смотришь? Помогай давай, – усмехнулась она.

– Это будут пельмени? – с интересом спросил, надевая передник.

– Именно, – кивнула жена и, поставив предо мной миску с фаршем, добавила: – Работай, капитан!

– Ты только не называй меня так при флотских, будут смеяться, – со вздохом попросил я, отрубая стаканом первый блин под пельмешку.

– Есть разница между капитаном военного суда и гражданского, и оба они капитаны, – рассудительно произнесла она, тоже начиная лепку.

– Будем считать, что так, – пожал я плечами, и поинтересовался: – Чем занимались сегодня?

– Учёбой. Мы были на «Стерегущем», ребята нам провели краткий обзор по стандартным тактикам войны в космосе.

– Узнали что-то полезное? – с любопытством спросил, бросая первый, страшноватый пельмень в миску.

– То, что у нас в большинстве своём неподходящие способности для битвы в космосе. Хвалили Свету, немного меня, и то, что пространство есть почти у всех в команде. Но сказали, что «расти вам ещё и расти».

– Как будто у всех есть способности, позволяющие работать с плазмой, – хмыкнул я.

– То, что выглядело, как доминион плазмы у «Стерегущего» в бою, это была синергия способностей нескольких человек, это не работа кого-то конкретного, – развела руками жена.

– Да уж… – только и мог удивлённо протянуть я. – Век живи, век учись!

– И кстати, Олег. Завтра мне заблокируют способности.

– Бог ты мой, зачем?! – нахмурившись, воскликнул я.

– По медицинской рекомендации, – пожала она плечами, но, усмехнувшись, добавила: – И не желаю я ближайшие две-три недели проводить в одиночестве на холодной кровати.

Я посидел пару секунд, осмысляя сказанное, вылепливая очередной пельмень, и только потом, тихо, но искренне, произнёс:

– Спасибо.

– Должна же я поддержать тебя в царстве лени? А то ты тут с ума сойдёшь от безделья. Лучше уж мы будем с ума сходить вместе, – мягко улыбнулась Волкова.

Дальнейший разговор прервала влетевшая на кухню Ада, которая оглядела здоровенный блин теста на столе и с любопытством спросила:

– А что это будет? Что-то вкусное?

– Передник на вешалке. Присоединяйся в лепке пельменей, – усмехнулся я девочке.

– Я буду! – воскликнула она, надевая свой передник с котятами и бухнувшись на стул рядом.

– Смотри, как надо, – произнёс я и, сноровисто отрубив кругляш стаканом, быстро слепил пельмешку.

– Да легко! – отмахнулась девочка и, сосредоточенно высунув язык, слепила страшную кракозябру.

Я начал смеяться, на что девочка надулась и попробовала ещё раз. А потом и ещё раз. На четвёртой пельмешке она протянула мне результат под нос и воскликнула:

– Ну что, съел?

– Мы твои изделия специально тебе сварим, чтобы не позориться, – хмыкнул я.

– И ладно! Главное, чтобы вкусно было!

– С таким количеством начинки, что ты грохнула в эти пельмени, так и будет, – с мягкой иронией согласился я.

Пара минут мы спокойно лепили мучные изделия, но мнущаяся Адель, всё же, спросила, то, что её интересовало:

– Братик, а ты надолго такой слабый?

– Может, неделя, может, месяц, точно никто не скажет, – равнодушно пожал я плечами.

– Это долго! А если враги! – воскликнула девочка, даже выронив пельмешку, которую лепила в руках. Но изделие не упало, а осталось висеть в воздухе перехваченное почти невидимыми красными нитями.

– А если враги, у меня есть вы. И Древняя..

– Да, тётя классная! Она такие вещи знает, ух! И тебя победила!

– Интересно, Олег, а были у тебя ещё козыри в рукаве? – спросила Катя, ловко сворачивая обрезки теста и пододвигая мне разминать для нового блина.

– У меня всегда есть что-то в запасе, но это явно не для тренировочного поединка. Так что меня вполне честно победили, – фыркнул я, активно сминая комок в руках.

– А ведь совсем недавно ты мог только телепортироваться на несколько десятков метров и ускорять время, а тут даже заставил свернуть доминион саму Древнюю… – покачала головой жена.

– У неё наверняка были ещё интересные решения, но, если выражаться игровыми терминами, её «билд» построен на борьбу с обычными одарёнными. А меня нужно давить голой силой и скоростью. По тратам энергии это будет эффективнее.

– Ты немного не прав, Олежек, – раздался позади голос Марьяны, заставив меня вздрогнуть. Без чувства пространства и эмпатии сложно.

Усмехнувшись, целительница села рядом за стол, смотря, как я начинаю раскатывать тесто.

– Разве? – всё же, поинтересовался я.

– Моя боевая форма очень хорошо оптимизирована и требует не так много энергии на своё поддержание. А вот драться с тобой на таких скоростях, обеспечивая себе необходимый уровень прочности и позиционирование в пространстве, достаточно проблемно.

– Было не похоже, что вам это сложно, – хмыкнул я.

– Твой отец ведёт подобный бой лучше меня, – отмахнулась блондинка. – Меня все эти драки не прельщают. Это скучно.

– То есть, это сложно, но не вам, – легко улыбнулся, придирчиво изучая получившуюся толщину раскатанного теста.

– Я сильная и великолепная, разумеется, мне это не сложно, – рассмеялась женщина.

– Братик тоже сильный. Он вырастет, и вы не сможете его победить! – воскликнула Ада.

– Я даже не сомневаюсь. Потрясающе быстрый набор силы относительно прошлого прогресса. Столько лет почти стоял на месте и тут, как прорвало. Необычно, – покачала головой целительница.

– Почему? Помните, как в детстве росла мощь, когда я начал контролировать силу? Это потом наступил предел, и дальше я двигался понемногу, до Египта. Думаю, эта ступень скоро закончится, и дальше я буду опять годами расти.

– В процентных значениях, похоже, – кивнула женщина. – Но в абсолютных цифрах получается довольно много.

– Кто знает до конца, как это всё работает… – пожал я плечами.

Может она и знает, но, как и всегда не говорит сразу до конца. Механически я лепил пельмешки, слушая, как девочки закидывают Марьяну вопросами, про техники и их применение, особенно Ада, стремящаяся вытащить как можно больше подробностей по техникам доминиона.

Девочка любит давить мощью, впрочем, не удивительно, она довольно быстро дорастёт до двенадцатого, а то и тринадцатого ранга. Её сейчас, наверное, больше энергетика сдерживает, чем способности души. Собственно, оттуда и растёт то, что она постоянно работает на пределе своих возможностей.

Похоже на Катю, но более мягко. Всё же, я влил немало своей крови, чтобы это было именно так, когда помещал душу в чужое тело. Иначе мы бы могли получить второго Алексея, хоть и с немного другим знаком – когда объём энергий, которые она способна контролировать, был бы несравнимо выше возможностей ауры.

Потихоньку душа и энергетика девочки синхронизируются, и, думаю, её уже практически можно отправлять домой. Может и получится сделать это до рейда на «Колыбель», правда она, скорее всего, сама не захочет. Но брать ребёнка в мясорубку я не очень хочу, как бы она ни была сильна.

Пальцы поскребли по пустой миске с фаршем. И я вынырнул из своих мыслей, смотря на заполненную вылепленными пельменями большую миску.

– Вы же останетесь на ужин? – спросила жена Марьяну.

– Разумеется, – усмехнулась та и, взглянув на свои испачканные в муке руки, добавила: – Зря лепила что ли?

– Тогда прошу всех переходить в столовую, а я сейчас поставлю всё это вариться. Разя, зови остальных, – начала командовать Катя.

Древний ИИ в последнее время перестал демонстрировать свой характер. И третировать Катю тоже, он даже на сокращение имени не реагирует. А после того, как украли этот флагман, так и вовсе пришёл в благодушное настроение. Но, наверное, ничего удивительно, этот корабль в несколько раз мощнее, чем его старое тело.

И судя по его осторожному интересу, его очень интересует, будет ли модернизироваться тот флагман, что пойдёт в Солнечную систему, под земные стандарты техники и сколько это стоит. Хотя, на самом деле прекрасно понимает, что при том объёме модернизаций, что нужно провести, проще построить новый корабль.

Но даже тут у него есть некоторые планы, которые зависят больше от того, останется ли он навсегда ИИ с аурой или постепенно станет как все, чего пока никто не знает. Может так случиться, что моё воздействие закончится завтра или через год. А что с ним после этого будет - неизвестно. Но, может быть, он таким и останется навсегда.

Но, конечно, ИИ, с которым можно вступить в ментальный симбиоз, для космофлота – это такая ценность, за которую они вцепятся ногами, руками и зубами. И могут даже запустить процесс модернизации его оболочки, несмотря на просто астрономические траты, которые подобное повлечёт.

В столовую, тем временем, вошли Орловы и, благоразумно поклонившись, поприветствовали Марьяну. Да, наличие целительницы за столом немного ломает атмосферу. Слишком Древняя давит, хотя и любит построить из себя легкомысленную особу. В чём-то она действительно легкомысленная, но скорее от равнодушия к окружающему миру в целом и уверенности в своей мощи.

Тем не менее, благодаря непосредственности Ады, ужин прошёл в спокойной и достаточно тёплой обстановке. Пельмени получились вкусные, что Орловы не забыли указать, особенно заметив следы муки на рукавах целительницы. Но потом постарались побыстрее откланяться, стремясь оказаться подальше от непредсказуемой Древней.

В итоге, мы остались с ней вдвоём, я мыл посуду, а она просто сидела и лениво пила кофе.

– Скажите, вы поможете нам с атакой на «Колыбель»? – я нарушил молчание, решив прояснить ситуацию.

– Я буду с вами в бою. Но корабль останется здесь.

На это я мог только облегчённо выдохнуть. На «Стерегущий» и не надеялся, планете и правда нужна охрана. Подумав, задал ещё один давно меня мучавший вопрос:

– А почему вы не уничтожили эту мерзость сразу? Ещё в войну?

Она только вздохнула и честно ответила:

– Нам не хватило силы. Планета в руинах, осталось всего несколько десятков по-настоящему сильных одарённых. Мы прорвались на коронный мир, убили прошлого императора, а дальше просто постарались их умеренно напугать. Достаточно, чтобы они испугались за свои шкуры, но недостаточно, чтобы положили свои жизни в попытке нас убить.

– А потом, когда стало спокойнее на Земле?

– Когда потом? Мы стали достаточно сильны для того, чтобы выиграть эту войну без катастрофических последствий только в последние лет пятьдесят. А там уже появилась твоя мать и возникли разные мысли и идеи.

– Идеи? – поднял я бровь.

– Ну, Олег, ты же всё понимаешь…

– А лучше, наконец, рассказать, какие у вас планы на всё это? Не люблю, когда меня играют в тёмную. Вы хотите подчинить Империю? Уничтожить? Как вы вообще видите место людей в галактике?

– Какие всё сложные вопросы, – усмехнулась она.

– Скажите уже хоть что-то прямо, – устало попросил я.

Она смерила меня равнодушным взглядом и ответила:

– Империю реформировать и подчинить через тебя и семью. Выпустить старые семьи в большой мир, смешав с местными аристократами, пока они не разорвали нашу планету своими амбициями. Землю оставить обществом одарённых, по мере возможности не смешивая с остальной галактикой.

Это было настолько похоже на мои планы, что я даже недоверчиво поднял бровь. На что она только повела плечиком и презрительно хмыкнула:

– Как будто я выкину на помойку такой ресурс, как Империя. Да, была бойня, но мы убили у них намного больше людей, чем они у нас, глупо сейчас жить прошлым.

– Аристократы будут против того, чтобы немного подвинуться, – усмехнулся я.

– Ты неожиданно стал пацифистом и испугался крови? – подняла бровь Марьяна.

– Убивать людей ради власти не желаю, – твёрдо ответил я.

– Тебя не манит императорская корона?

– А вас? – ответил я вопросом. – Или пусть все проблемы и ответственность достаются другим, а вы будете как всегда править из тени, и вам будут подчиняться?

– Прекрасный вариант, – хмыкнула женщина. – Всегда получается.

– Так не будет. Это закончится ровно в тот недалёкий момент, когда я стану сильнее.

– Всегда есть другие варианты, – соблазнительно прошептала она и немного изменила позу и выражение лица, став действительно крайне желанной.

Впрочем, не для меня. Я видел её душу. Так что на всё это я посмотрел очень скептически. Сложно плотски желать древнее чудище, которому боевая форма ближе, чем человеческое тело.

– А, ну да, – устало произнесла она, сбросив и эту маску. – Ты же у нас слишком много видишь и понимаешь, иногда.

– Что вы хотите, Древняя?

– Ты знаешь ответ на этот вопрос, проницательный ты мой, – фыркнула целительница, отбрасывая назад волосы.

– «Ничего» – это плохой ответ, – покачал головой я.

– Другого у меня для тебя нет, – почти незаметно пожала плечами блондинка.

Немного посидев в тишине, я вздохнул:

– Извините, что поднял этот вопрос.

– Нам вместе идти в бой, мне понятны твои сомнения, но лучше думай, что несёшь. Настроение может быть разное, – равнодушно махнула рукой Марьяна.

– А в императоры, меня, всё же, не тянет, – устало произнёс я.

– Если бы ты по-настоящему стремился к власти, я отправила тебя вчера не отдохнуть, а на тот свет, мальчик. Ты, потенциально, слишком опасен, – всё также равнодушно ответила мне женщина.

– Спасибо за честность и прямоту, – поёжился я.

– Ты же мой дальний потомок, Олежек. У тебя есть небольшое право спрашивать, – негромко проговорила она и тускло улыбнулась: – Хорошо хоть прямо «древним чудовищем» не назвал.

– Чудовища не тоскуют, – пожал я плечами и, усмехнувшись, добавил: – К тому же, я не желаю весь свой отпуск провести деревом!

Глава 9

Волны местного океана накатывали на берег, навевая на меня спокойствие и созерцательное настроение. Последняя неделя прошла просто отлично. Пока команда тренировалась или училась, я был предоставлен сам себе. Слушал музыку, изучал местную историю и сеть.

Флагман оказался достаточно мощным, чтобы иметь свой собственный ретранслятор связи. Как и вообще содержал много своеобразной информации, например, казавшийся огромным флот Техносов, что обрушился на эту систему, на поверку всего лишь капля в море.

Только кораблей флагманского класса у них, должно быть, сотни. Промышленные мощности там совершенно невозможные, как и уровень технологий. Такой долгий промежуток мира и был вызван попыткой догнать технологиями имперцев с их мистикой.

Что делать с Техносами - совершенно непонятно. А делать придётся. Да, планету насекомых они атаковать, скорее всего, не будут и даже есть некоторая вероятность, что в Солнечной системе могут появиться их послы. Но вот Империя будет атакована, и симбионты атаку не сдержат.

Я отправил эту информацию отцу. Что они решат, не знаю, но, по моему мнению, единственное, что им остаётся, это атака. Вынести боевые действия за пределы их государства, дать себе время перевести экономику на военные рельсы. В возможности чего я сомневаюсь, так как полной мобилизации это государство не проводило никогда.

А вот в то, что будет принято «сложное, но необходимое» решение об увеличении флота симбионтов, я почему-то не сомневаюсь. И возможности этого я им давать не собираюсь. Сражаться с железками за живых людей я готов, но никаких вариантов и сделок рассматривать не собираюсь. Или Империя мобилизуется, ищет союзников и побеждает, или она просто исчезнет.

Лёгкий гул заставил меня вскинуть голову вверх, наблюдая, как на посадку заходит имперский челнок. Опустившись рядом с моим, он мягко покачнулся на опорах, и через пару секунд опустилась аппарель, по которой сошла Амелия с незнакомым мужиком.

Впрочем, он был настолько на неё внешне похож, что в родственных связях сомневаться не приходилось. Лениво оглядев аристократов, перевёл взгляд обратно на океан. Мне совершенно наплевать, что они хотят мне сказать. Хотя я и не был готов к бою, страха тоже не испытывал.

– Ваше Высочество, – произнесла женщина с глубоким поклоном, повторенным её родственником.

Она произнесла это без своего обычного сарказма, что заставило меня удивлённо поднять бровь.

– Наша семья поддержит ваши реформы. У нас всё равно больше нет особого выхода, ни у семьи, ни у Империи в целом. Смерть моего брата в бою – говорит очень многое.

– У меня нет никакой уверенности, что государство устоит, Амелия. С таким вы ещё не сталкивались, – негромко сказал я аристократке.

– Вы что-нибудь придумаете, – легко усмехнулась женщина, на что стоящий рядом мужчина бросил на неё недоумённый взгляд.

Повернув к нему голову, аристократка вздохнула и немного раскрыла свою мысль для мужчины.

– Нас спасёт только чудо, сын. Что-то за гранью обычной силы, которую можно измерить. И единственный, кого я знаю, способный на такое, сидит перед тобой.

– Вам тоже предстоит поработать, если вы действительно хотите сохранить свою Империю, – пожал плечами я.

– Для этого мы родились и живём, – как-то очень просто, как само собой разумеющееся, ответила она.

– Тогда летите домой, вы примерно знаете, что будет происходить в будущем, если нам предстоит пережить эту войну, – дал я своё разрешение на прекращение их изоляции в этой системе. Зачем они, собственно, и прилетели.

– Спасибо, – поблагодарила женщина.

Коротко поклонившись, они развернулись и пошли к своему челноку.

– Ваше Высочество, да? – вздохнул я, устраиваясь удобнее на своём плавуне.

Ох уж эти люди, стремящиеся скинуть ответственность на кого-нибудь другого. “Пусть он лучше решит, а мы потом просто скажем, что выполняли приказ”. Но, впрочем, для них нужно действительно совершить чудо. И никак иначе.

Как всё хорошо и просто было на Земле: убивай потерявших берега от жажды силы ублюдков и всё хорошо. Опасно для окружающих и для планеты, конечно. Но мой приход в галактику привёл ситуацию к возможности огромной бойни.

Так или иначе, я в этом буду завязан по уши. Ничего другого и не ожидалось, не просто так мне подарили второй шанс к существованию. Явно не для того, чтобы я просто мирно выращивал огурцы и ходил на рыбалку. Да и без разницы. Я счастлив в этой жизни, пусть и приходится лить реки крови, чтобы выжить.

– Олег, ты не забыл? Мне нужна помощь в ремонте. Всё, что можно было починить самостоятельно, я сделал, теперь ваша работа, – раздался голос Разящего в динамике скафандра.

– Значит, поможем, хотя это больше к ребятам, чем ко мне сейчас.

– Работы хватит всем, но не затягивайте, чем больше ждёте, тем сильнее обломки разлетаются по космосу.

– Хорошо, сегодня займусь, – вздохнул я.

Даже в свой собственный отпуск покоя нет. Хрустнув шеей, я поднялся с бревна и отправился в челнок. Прогрев двигателей, взлёт. Атмосферный режим полёта и, по мере набора скорости и высоты, внеатмосферный. Тренировки дали своё, довёл челнок без проблем.

А там меня уже ждали несколько ботов Рази, начавших монтировать навесное оборудование. Магнитные и гравитационные захваты, несколько манипуляторов. На приборной панели появилось несколько новых джойстиков и панелей.

Вылетел со всем этим я только на следующий день, немного изучив модификации. И начал работать, начиная собирать обломки со всей системы. Хотя, зачастую, это скорее были попытки изменить траекторию огромных частей кораблей. Подлететь, подцепить магнитным захватом и долго пыхтеть двигателями, выправляя маршрут.

Через неделю подобной работы пришлось пересесть в один из специально под это слепленных Разящим корабликов. Инга устроила небольшой скандал, что нельзя так бездарно тратить ресурс боевой техники. Элементы управления нового бота были специально сделаны, как у нашего челнока, так что втянулся я довольно быстро.

Работы по уборке оказалось довольно много. И это не говоря про два десятка кораблей крейсерского класса, которые вполне можно было восстановить. Если бы не помощь ребят со «Стерегущего», ничего бы не вышло. Но, в итоге, начала собираться огромная куча добра, где даже обломки можно было пустить в дело, да хотя бы разобрать на материалы.

Собственно, именно такой план и возник по итогу. Отремонтировать хоть как-то всё что возможно, набить добром и отправить в солнечную. Но многое, вести не было смысла, а вот продать тут, вполне. Часть кораблей и вовсе проще было продать тут, самовывозом.

А кому продать, особых сомнений у меня не было. И с одной немаленькой бывшей пиратской станции, потянулись корабли и специалисты. Притащившие с собой десяток гипердвигателей и реакторов. Они готовы были забрать практически всё, что мы сможем им отдать.

Дни летели как бешенные, вместо того чтобы отдыхать весь экипаж много работал. Катя была вынуждена вчера снять блокировку способностей, рабочие руки были очень нужны. Даже Ада уже свободно рассекала на челноке по системе сама. На что военные со «Стерегущего» крутили пальцем у виска, но сами же зачастую вызывали её на помощь.

– Олег, прибыл флагман «принцессы», – уведомил меня Разящий.

– Уже? Как время летит, – вздохнул я. – Вылетаю домой – ждите.

Ещё раз, проверив курс буксируемого куска палубы, я отцепил свой буксир и пополз на «Кирпич». Он сейчас активно работал, но оказался не далеко. На флагмане всё равно условия для жизни отвратительные. Хотя, после того, как он обзавёлся шикарной надписью на русском «Разящий» на борту, называть его просто флагманом смысла больше не имело.

Вообще, в пространстве творилось много чего. Один из огромных кораблей Техносов был превращён в орбитальную станцию, где царили местные. Их на орбите уже сотни, и вниз часто летали боты. Рабочие, даже не очень высокой квалификации, требовались постоянно. Ремонт, разборка битых кораблей, работа в пространстве.

Мой буксир залетел в док «Кирпича» и плавно опустился, заняв почти всё свободное пространство. Гравитационные движки – вещь! Как немного попривык к управлению, даже не хочется опять переходить на старые челноки. Хотя двигатели на антиматерии и мощнее в импульсе, но такой свободы управления они не дают…

Скептически оценив пространство дока, я, всё же, немного подвинул буксир, давая больше места для влетающего в док челнока новой пиратской королевы. Я опустил шлем скафандра и оказался снаружи, встречая гостью перед открытыми воротами шлюза «Кирпича».

Девушка покинула челнок одна. Приветственно кивнув, провел её внутрь, где мы полминуты ждали выравнивания давления. И уже потом, когда открылись внутренние двери, она отбросила капюшон скафандра, повернувшись ко мне. После чего изобразила сложный поклон и, сжав зубы, процедила:

– Ваше Высочество!

Я на это только вздохнул. Сложные чувства этой девушки ко мне я вполне понимаю, как-никак отец убил всю её семью. Удивительно ещё, что она не атаковала, как только меня увидела.

Взмахом руки я велел ей следовать за собой, проведя девушку в столовую. Что поделать, нет у нас специального помещения для приёма важных гостей. Так что всё тот же стол и вкусные запахи с кухни, где Катя готовила ужин.

– Что ты хотела? – спросил я, усевшись на своё место во главе стола и кивнув молодой аристократке на стул напротив.

– Я постою, – гордо выпрямила голову девушка. – Со мной связалась госпожа Амелия, открыла глаза на некоторые вещи. Я прилетела выяснить, какие у вас планы на мой сектор пространства и свой текущий статус.

– Да нет у меня особых планов, всё в твоих руках, – почесал я в затылке.

– Вы хотите сказать, что это всё было просто сиюминутным решением? Без всякого подтекста? – недоверчиво прищурилась девушка.

– Максимум, на что я рассчитывал, что ты наведёшь порядок в этом секторе, ничего больше, – равнодушно отмахнулся я, смотря, как из кухни выходит Катя и, поправив передник, садится рядом.

Аристократка прикипела взглядом к Волковой, особенно когда та, практически незаметно, покровительственно улыбнулась аристократке и провела рукой по тыльной стороне моей ладони. Конечно, показав одинаковые кольца и не скрывая свою ауру, а судя по тому, как отодвинулась бывшая принцесса арены, ещё и активно надавила силой.

Я поднял взгляд на жену и только покачал головой. Ох уж эти женские разборки. И слова не сказала, а уже облила возможную соперницу фекалиями…

– Тогда зачем всё это? – потерянно спросила она и, повышая голос с каждым словом, воскликнула: – Лучше было меня просто добить, закончить то, что не закончил твой отец!

– Эх, как там тебя, Астория, да? Вы получили воздаяние, по самым что ни на есть имперским законам, за покушение на императора.

– Отец. Мать. Дядя. Кузен. Они все умерли у меня на глазах! А потом появляется молодая версия Мясника, устраивает бойню и говорит, что теперь я «Королева»! Да что за херня вообще?! – последние слова, она уже кричала мне в лицо.

Девушка была близка к истерике. Не удивительно, она настолько привыкла прятать эмоции и не показывать того, что ей сложно и больно перед подчинёнными, что, оказавшись посреди равных, расслабилась и позволила себе немного побыть человеком, выливая всё то, что копилось в душе месяцами.

– Ты жива. Как и ещё часть твоей родни, – немного сочувственно произнёс я. – Ты можешь возродить свой род.

– Отец вырезал всю семью, а сын дал шанс опять возвыситься. Отличная история взаимоотношений с императорским родом, – криво усмехнулась девушка.

Я поднял глаза в потолок и устало спросил:

– Ты прилетела сюда устраивать мне скандалы?

Этот разговор начал меня утомлять. То, что я ей однажды помог, не значит, что девушка получила право от меня что-то требовать. Мне от неё ничего не нужно, кроме разгребания дерьма в этом участке космоса. Я ей даже решил подарить корабли, которые после восстановления усилят её космическую группировку. Да, она заплатит деньги, но не такие уж и большие, насколько это всё реально стоит.

– Что мне делать? – опустошённо протянула она. – Я не готова к управлению таким сбродом. У меня нет корабля, я не могу задавить силой, и мне не на кого опереться.

– Найди мужа, – посоветовал я.

– Она для этого сюда и прилетела, – прищурилась Катя, которой Разящий переводил наш разговор.

– А ты бы на моём месте сделала по-другому? – выпрямившись, как туго натянутая струна, спросила аристократка, по интонации догадавшаяся, о чём примерно ей сказали.

– Нет, – усмехнулась Катя, дождавшись перевода. – Что не отменяет того, что тебе тут уже ничего не светит.

– Я хотя бы попыталась, – гордо ответила аристократка.

– Есть что по делу? – устало потёр я глаза. Слушать их распри не хотелось.

Девушка пожевала губы и осторожно поинтересовалась:

– Как вам удалось угнать флагман Техносов? Госпожа Амелия предупредила, что будет война и эти корабли способны противостоять симбионтам. Мне нужно подобное оружие.

– Амбиции у тебя, однако… – даже немного восхищённо протянул я.

– Раз живой корабль мне не получить, значит, нужна замена. Без этого у меня точно ничего не получится, – сохраняя независимый вид, пожала плечами девушка.

– Дело не в самих флагманах, скорее, в количестве и типе оружия, которое он может нести. Двоих симбионтов уничтожили не флагманы, а множественный огонь судов меньшего класса. И да, я не уверен, что для тебя подобная экспроприация корабля возможна.

– Вы скажите как, а там я попробую рискнуть, – азартно потёрла ладони девушка.

– Уничтожение центрального разума и ряда меньших, доставка внутрь мощного ИИ и подключение его к местным системам, – не стал скрывать подробности я.

– Выглядит выполнимо для достаточно тренированной абордажной команды, особенно если вы поможете схемами судна и его систем.

– Вы даже не сможете попасть внутрь, а если попадёте, там и останетесь, – вмешался в наш разговор Разящий.

– У вас же как-то получилось? Если мы потренируемся, то сможем повторить! – продолжала упорствовать Астория.

– Ты умеешь телепортироваться и игнорировать поля подавления способностей? – устало спросил я. – Без этого, будет длительная и сложная борьба. И даже если вам повезёт, всё закончится самоликвидацией корабля.

– Без быстрой замены центрального ИИ подобное практически нерешаемо, – поддержал меня Разя.

– Может, я смогу выкупить корабль, который вы частично повредили? – быстро сориентировалась девушка.

– Тоже нет, он нам ещё понадобится. Займись лучше тем, ради чего прилетела, тут в системе столько всего осталось, что если это разобрать и восстановить, хватит на немаленькую эскадру.

– Есть ли у вас в планах ещё сражения с Техносами? – что-то быстро прикинув, поинтересовалась молодая аристократка, явно не желая так быстро отбрасывать эту идею.

– Ты откуда такая бойкая? – с небольшой завистью в голосе спросила Катя.

– С арены, – хмыкнула та, а после, немного посмурнев, добавила: – Чему если и учили у нас в роду, так это тому, что сдаваться нельзя. Барахтаться нужно до конца, что бы ни случилось.

– Значит, хочешь флагман? – задумчиво спросила Катя, накручивая локон волос на палец. – А ты не разоришься на его содержание? Это же даже не крейсер, который можно хоть как-то отбить сопровождением и охраной. Чисто статусная же игрушка, предназначенная для тотальной войны.

– Это ещё и промышленные мощности немалые, он сам себя кормит, да и война впереди.

– Ну, насчёт того, что сам себя кормит, я бы поспорила. А вот война – это да, – кивнула бывшая староста. – Кем заменить центральный ИИ, ты знаешь?

– Есть вариант, – кивнула аристократка.

– А, вообще, варианты есть, если мы немного поможем… – отвлечённо протянула жена.

Я же про себя только вздохнул, есть у Астории определённое обаяние. Если даже Катя, которая встретила её враждебно, буквально через несколько минут разговора начала обдумывать, как бы ей помочь. Может, оно того и стоит.

Прикрыв глаза, откинулся на спинку стула. Мне не показалось, я действительно ощутил азарт от девушек. Пока всплесками и очень слабо, но дальше восстановление способностей будет быстрее. Оставив девушек увлечённо обсуждать возможную операцию, поднялся и тихо вышел, отправившись на пустой мостик.

Сев на кресло остановил взгляд на космосе в экранах внешнего обзора. Хотелось бы выиграть больше времени для подготовки и восстановления своей команды. Впрочем, одна мысль по этому поводу у меня была. Но это не так срочно, пока предстояло ещё немного поработать. Быть простым пилотом буксира тоже неплохо.

Через несколько дней, когда способности начали возвращаться с пугающей скоростью и ждать уже не стоило, я опять сидел на мостике, держа руку над клавиатурой. Рядом, с усмешкой смотря на меня, сидела Марьяна, как она сказала: «Не хочу упускать интересности».

Я только усмехнулся в ответ и, не глядя, набирая произвольную комбинацию на пульте назначения перехода, произнёс:

– Ну что же, судьба или боги, раз вы ведёте меня, то покажите, где я действительно вам нужен.

Задрожав, громада Разящего ушла по случайным координатам. Посмотрим, что вселенная мне готовит!

Глава 10

Лететь пришлось почти неделю, оказавшись не так уж и далеко от предполагаемой территории Техносов.

Команда ходила по струнке, зная про Марьяну в гостевой каюте. Только Ада души не чаяла в своей «тёте Маше», чем немного веселила женщину. Девочка спасала моральную обстановку на корабле, и, заодно, училась. Древняя была для неё практически безусловным авторитетом. Сказала учить математику? Значит, Адель будет молча скрипеть зубами, но решать уравнения.

Я же просто радовался дополнительным мирным дням. Не знаю, что нам выкинет рулетка вероятностей, но отправились мы на поиск «приключений» с немалыми силами. Так что хотя бы уйти, не вступая в большой бой сможем. По крайней мере, если получится выиграть ещё пару недель относительного мира, можно будет уже не бояться за Аду и Катю. Под присмотром целительницы они быстро восстанавливаются.

Попутно, в два захода поднял больше, чем на половину ранга, Алексея, догнав его до седьмого. Пока Марьяна посоветовала остановиться на пару месяцев, давая ему время адаптироваться. Парень был очень рад возможности поработать над своей аурой вместе со специалистом подобного уровня.

Насколько знаю, она создала ему ответвление в ауре, которое в будущем вырастет в полноценный резерв, как у нормальных одарённых. Да и в целом очень сильно привела в порядок и показала множество путей улучшения и развития. Ей было интересно заняться подобным сложным случаем, хотя и раздражало, что даже она не смогла поправить всё до конца.

Но, даже так, с нашей помощью, десятилетия его лечения превращались в несколько лет. Честно говоря, мне было немного неудобно то, с каким восторгом он всё это воспринимал, буквально лучась оптимизмом и надеждой. Катя по этому поводу даже пошутила, что хорошо, что инженер не девочка, а то бы ей пришлось очень сильно ревновать. Подобное сильно смущает.

Завтра предстояло выходить в реальный космос, а пока я стоял в тренировочном зале, прикрыв глаза и сконцентрировавшись на своих ощущениях. Мягко несущая меня река времени, хрупкое и ломкое пространство вокруг, немного более стабильная материя. Гравитация, электромагнитные взаимодействия. Триллионы клеток моего тела, с их потрясающе сложным строением.

Гормональная система, нервная, кровеносная. Множество сложнейших взаимодействий, обеспечивающие жизнедеятельность тела. И ведь именно с этого когда-то давно я был вынужден начать освоение своих способностей.

Немного концентрации, и перед мысленным взором проносятся выбранные клетки. Проверка на повреждения генома – в норме. Приведение остальных клеток по выбранным образцам в норму, удаляя мутации и ошибки.

Немного стимулировать отдельные участки мышечной ткани, обеспечивая пиковую физическую форму. Пройтись вниманием по волосам, возвращая их родной цвет, хотя это и не продержится долго – через несколько часов под воздействием собственной ауры они опять поседеют.

– Это нормально, Олег. Некоторые вещи диктуются энергетикой, даже несмотря на противоречие с геномом, – ответила на невысказанный вопрос расслабленно сидящая на матах Марьяна.

– Это странно и глупо. Ведь энергетика изначально задаётся геномом, – вздохнул я.

– Если бы всё было так, одарённых можно было бы просто клонировать. Нет, это задаётся родителями, которые делятся своей аурой на основе генетической предрасположенности. Никак иначе.

И именно в этом многочисленные сложности с размножением сильных одарённых. Делятся обе стороны, и даже отец, сколь бы ни казалась мала его роль. Обычная женщина после определённого этапа силы отца не может выносить плод. Ребёнок её убьёт, высосав все соки, в попытке добрать недостаток энергии.

Хотя у некоторых женщин хватает сил, если отец не очень могущественен. Как и было, когда способности операторы энергии появились. Да и способности, как я понимаю, тогда были больше завязаны на душу. Это уже потом, когда всё стало завязано на местную «ману» начали возникать сложности. Были и странные исключения. Одно из которых сидит передо мной, но впрочем, исключение ли?

– Меня всегда интересовало, скажите, вы ведь родились до половины бутылочных горлышек популяции нашего вида. Как так вышло, что у вас есть способности к различным воздействиям?

– Обычно я говорю в подобных случаях, что мне повезло с родословной, – усмехнулась целительница. – Но сам ты как думаешь?

– У моей матери есть способность к пространству, чего быть по всем правилам не должно. А значит, есть возможности имплантации чужого генома или кусков ауры. Думаю, именно так вы это и получили.

– Примерно так и вышло, – кивнула блондинка и поинтересовалась: – Ты спрашиваешь, потому что боишься, что имперцы начнут охотиться на одарённых с Земли?

– Хочу заранее знать о возможной проблеме, – согласился я.

– На Земле есть всего несколько человек, кроме меня, кто сможет провести подобную процедуру и не против немного заработать денег. Так что, к тому времени, когда аристократики смогут повторить это своими умениями, она им уже не понадобится.

– Значит, одной проблемой меньше…

– И о проблемах: дай-ка мне, дорогой, немного своего «мяса». Есть у меня подозрение, что пару косяков ты, всё же, пропустил.

Я скривился, но, тем не менее, не стал спорить, а заставил расступиться плоть, выведя наружу несколько стволовых клеток. На секунду она застыла, оценивая работу, а потом, довольно усмехнувшись, бросила:

– С такими результатами мог бы прожить сотню лет. А потом бы и загнулся. Учиться тебе ещё и учиться, мелкий!

– С учётом того, когда я начал заниматься, буду считать это комплиментом, – пожал плечами.

– Смотри, что нужно поправить, – кивнула она, протягивая ко мне руку с образцами, на которой я и сосредоточил свои способности, пытаясь отследить, что она меняет в клетках.

Прогресс. Раньше блондинка меняла свойства материи прямо во мне, а сейчас это сложно даже для неё. Но было интересно, она всегда может показать и рассказать что-то новое. В данный момент душой она была тут, а не в своей основной форме. Кстати об основном теле: Разящий жалуется, что вместе с Марьяной мы тащим с собой полмиллиона тонн лишней массы.

Через полчаса меня сменила радостно подпрыгивающая Ада, для которой пришло время силовых тренировок. А я неспешно пошёл в жилую часть корабля, размышляя о границе своих сил. Я вернул всё, что было до «отпуска», и ушёл дальше. В данное время, наступил момент, когда я уже не очень жажду увеличения своих сил.

Подкинув в руке стальной шарик, я раздавил его в ладони, смотря, как сминается металл, а потом заставил собраться обратно. И это не предел того, что я могу, но потихоньку начинает мешать в быту. Идёт разговор не о концентрации для сверхчеловеческого действия, а, скорее, о собранности, чтобы оставаться в рамках физики.

Катя меня уже несколько раз будила от того, что я начинал игнорировать гравитацию. Да и, забывшись, ломал предметы вокруг себя. Я не жалуюсь, но к резко выросшей за последние месяцы силе стоит привыкнуть.

– Олег, ты почти на ступень подвинул меня ночью, – такими словами обрадовала меня задумчивая Катя на следующее утро.

– Бли-и-ин… – протянул я, почесав затылок.

Это было не преднамеренно, а, значит, опасно. Не нужно ей повышать ранг, она и так старается в полную силу не работать. Только дополнительно вырастет сложность контроля и нагрузка на энергетику.

– Тогда в ближайшее время ты спишь отдельно, пока я не возьму силу под контроль, – тоскливо вздохнул я.

– Повод лучше стараться, – лукаво улыбнулась жена, пихнув меня в плечо.

– О да, всё во имя доступа к телу! – пошутил я.

– Пошляк!

– Как будто ты имела в виду что-то другое, – ухмыльнулся я.

– Кто знает… – протянула она.

Так, с шутками, мы и выдвинулись готовить завтрак, пока не проснулись все остальные. С новым пассажиром на судне приготовление утреннего перекуса немного усложнилось. Марьяна любит блины на завтрак, а их, пока приготовишь, уже и сам успеешь кофе выпить да поесть. Но, чего не сделаешь ради такого усиления боеспособности команды, верно?

После завтрака мы собрались на мостике, и через полминуты на экране появилась чернота обычного космоса. Я знаю, что в этот миг Разящий разворачивает силовые поля, и активно сканирует систему. Но сигнала тревоги всё не было.

– Каких-либо кораблей в системе не обнаружено. Найдена планета, пригодная для обитания, тоже без каких-либо следов развитой технической цивилизации, – отчитался ИИ.

– Веди нас к планете!

Чем ближе мы подходили к цели, тем сильнее я стал ощущать знакомое мне по Египту безумие. Не такое мощное, но намного более концентрированное, если так можно сказать.

– Ты ведь чувствуешь это, братик? – тихо спросила Ада, смотря на экран.

– А как ты думаешь? – вздохнул я.

– Если даже я ощущаю, для тебя это должно быть маяком среди тьмы.

– Примерно так, – согласился с девочкой и попросил Ингу: – Мне нужно вниз. Отвезёшь?

– Конечно, – пожала плечами та.

– Что там такое? Нам готовиться к бою? – с любопытством смотрела на мир на экранах Света.

– Не думаю, что нам придётся сражаться, хотя всё возможно. Просто у меня есть работа по профилю.

– Олег. Нет! – воскликнув, побледнела Катя.

– Так нужно. Прости, – тихо произнёс я, перед тем, как переместиться в шлюз.

Изоляция скафандра, и я вышел в док, смотря, как возле челнока появилась Марьяна и Инга. Девушка начала готовить его к старту, а целительница спокойно заняла место на кресле в салоне. Такая страховка, как Древняя, греет душу.

Усевшись в кресло, молча ждал, пока мы вылетим и начнём снижение к поверхности. Фон от планеты давил, отвык я от такого в галактике. Раньше и не замечал, до того, как оказался в космосе, насколько Земля испорчена фоном неприкаянных душ.

После Египта стало сильно лучше, но очаги до сих пор есть. Когда буду дома, обязательно займусь зачисткой, уж очень сильна разница с большим миром. Отвык. И тем сильнее чувствовалось это сейчас, особенно когда мы вошли в атмосферу планеты. Направив Ингу на самый крупный очаг, я расслабился и, прикрыв глаза, погрузился в свои ощущения.

Чем ближе мы были, тем сильнее я начал разбирать фон на составляющие. Что можно было сказать? Душ тут было намного меньше, чем в Египте. В самом крупном очаге не больше нескольких тысяч. Но било от них эмоциями очень сильно. Тоска, усталость, но намного больше ярости и безумия.

Зависнув над очагом, Инга вопросительно посмотрела на меня. Под нами просто лес, даже садиться негде. Отрицательно покачав головой, навёл её на следующий очаг. Не хочу рисковать чрезмерно, начну с самого малого. Мы ещё полдня летали по планете, ранжируя очаги, пока, наконец, не опустились на берегу моря.

– Отойдите подальше, пожалуйста. И лучше даже старайтесь не смотреть, – попросил я женщин.

Целительница положила руку Орловой на плечо, и они исчезли, оказавшись за полкилометра. Я же шагнул к воде и сконцентрировался. Там немного, всего десяток спутанных временем осколков воли. Потянувшись в фонящим тоской и безнадёгой душам, позвал, открывая дорогу на ту сторону.

Они замерли на несколько мгновений, а потом сквозь меня рванули за грань, оставляя части своих эмоций и несколько картинок из воспоминаний. В основном, ряд несвязанных сценок приливной волны, ужаса и огня. Понять из этого что-то конкретное было сложно, да и закончилось это быстро. Спустя пару минут я уже сидел на песке и отдыхал.

Рядом появилась Марьяна с Ингой, и целительница подняла бровь, смотря на меня.

– Пока ничего не понятно, даже время определить толком не могу. Давайте продолжим завтра?

– Это твоя работа, решай сам, – пожала плечами Марьяна.

Через пятнадцать минут, уже на корабле, я обнимал испуганную Катю. Да, рядом целительница, но она помнила меня после Египта. Никогда, ни до, ни после этого меня ничего не подкашивало так сильно.

Тем не менее, на следующий день я стоял у очередного очага древних душ. Оглянувшись на стоящих вдали Катю и Марьяну, принялся за работу. Наверное, это действительно то, ради чего я родился в этом мире. И совсем не случайно свободный прыжок привёл меня именно сюда, осталось только понять подсказки.

Я закрывал по очагу за день. Если первые три я закрыл за три дня, то дальше перерывы между ними росли. День, два. Четыре. Команда восприняла это, как неожиданный отпуск. По крайней мере, на одном из райских островов быстро появилось несколько тентов и палаток, мангал и шезлонги. Народ переехал вниз, оставляя контроль космоса на Разящего.

Я был только рад, что у Кати появилось время освоить новую ступень. Ада, наконец, полностью пришла в норму, да и подучили её. У Древней от тренировки контроля не откажешься. Умеет она преподнести это интересно, встраивая тренировки в боевой стиль, очень популярно объясняя, что и зачем.

А я был выключен из этой деятельности. Ел, спал, иногда купался и что-то смотрел. И обдумывал то, что показали мне уходящие души. Чем больше я узнавал, тем менее меня радовали выводы.

На этой планете случилось нечто очень нехорошее, знакомое по многим параметрам, и от этого становилось ещё страшнее.

– Расскажи, что тебя мучает, братик, – попросила плюхнувшаяся на соседний шезлонг Ада, отвлекаясь от строительства своего песчаного замка.

Лениво бросив взгляд на облачённую в серо-красный закрытый купальник девочку, я перевёл глаза обратно на небо. Она не расскажет, и вырвать что-либо из неё очень сложно.

– Скажи, ты никогда не задумывалась, к чему приводят все эти попытки получить больше силы?

– Не особо, братик. Наверное, получится достигнуть предела, а потом всё остановится, сколько ни убивай людей? Хотя, наверное, всегда будет казаться, что вот ещё немного крови и будет прорыв, четырнадцатый ранг, новая ступень эволюции силы.

– Довольно зрело, – похвалил я её.

– Ну, Олег, я же видела всё это. И также наблюдала, к чему этот прорыв приведёт. Если такое, как с тобой, будет твориться с каждым, кто выйдет на новую ступень, то выжить будет довольно сложно без чужой помощи.

– Всё так, сестрёнка. Но, как ты думаешь, что будет, если после прорыва метод набора силы не изменится?

Она нахмурила лобик, задумавшись. Но через полминуты решила уточнить:

– А видеть души это нормально для твоей силы?

– Мне кажется – нет. Оно практически не связано непосредственно с самим переходом на новую ступень эволюции. Это индивидуальная особенность, вроде твоего контроля крови. Она не требует такой мощи.

– Тогда, наверное, это ни к чему не приведёт? Аура тебе не интересна, значит, от потребления кусков чужой энергетики толку не будет. Тебе нужно усиливать свою душу, а как это сделать, если ты даже другие не видишь?

– Ты знаешь, как, – напомнил ей я.

– Можно попробовать связать души в единство, как было у меня. Но это не крепко. Братья и сестрёнки ушли сразу же, когда узнали, что мстить больше некому. Да и нельзя сказать, чтобы я знала, как это повторить. Это случайно вышло.

– А вот тут, кажется, кто-то узнал, как это делать специально и не на основе энергии. И при этом сохраняя доминирование первоначального сознания. По крайней мере, то, что тут творилось, я по-другому объяснить не могу.

– А ты уверен, что на другой основе? – поёжилась девочка.

– Это была планета одарённых, – вздохнул я.

Из того вороха чужой памяти, что мне пришло, других выводов я сделать не смог. Действительно, одарённые, и начавшие развитие сильно раньше Земли. Я даже не уверен, что их способности были из того же источника. Разговор шёл не менее чем о двух сотнях тысяч лет, а возможно и больше.

– Тем более. Почему сразу такой, как ты?

– Многое пока непонятно, но то, как их убивали и поглощали, не похоже по методике на обычных одарённых. А вот на мои способности походит намного больше. Очень широкий спектр сил и обход всех их привычных способов защиты.

– И как они такое победили? – с любопытством спросила она.

– Они не победили. Не было никакого хитрого способа или чего-то такого. Их убили, а большинство душ ассимилировали. Остались одни неинтересные противнику слабаки, которые слишком держались за жизнь и друг за друга.

– Братик, ты говоришь, что по галактике бродит кто-то с силой бога? Мы ни о чём таком не знаем!

– Мы ничего не знаем и о тех богах, что оставили след на Земле. Кто они, как появились и о том, для чего они создавали все эти способности. Может, они просто засеивали поле, с которого потом снимут вкусный урожай?

– Ладно, когда придёт время, ты решишь проблему, – легкомысленно отмахнулась девочка.

– Рад, что ты в меня так веришь, – усмехнулся я.

– А в кого мне ещё верить? Все остальные – они понятные. Есть ранг, есть набор конкретных способностей, и только ты можешь выкинуть что-то такое, что не вписывается в рамки. Так что знать я могу сколько угодно, но верить я предпочту только в тебя!

– Умница ты у нас, пора замуж выдавать, – пошутил я.

– Вот вырасту, будешь ещё от меня мальчиков отгонять! – показала она мне язык.

– Даже не сомневаюсь, будешь красавицей.

– Я и сейчас красавица! – воскликнула она и, вскочив с шезлонга, прокрутилась на месте, демонстрируя себя со всех сторон.

– Да-да, конечно, – лениво отмахнулся я и, откинувшись назад, прикрыл глаза, но, всё же, проследив, как девочка, поплескавшись пару минут в море, вернулась к строительству своего монструозного песочного замка.

Я, конечно, рад её вере в меня, но всё равно особо пока о том, что узнал, распространяться не буду. Не хочется давать лишних мыслей о том, что паровозы надо давить, пока они маленькие. Хотя, как связать души, я, честно говоря, немного представляю. Видел уже неоднократно. И даже, при этом, остаться главным.

Всего лишь нужно замучить души, удалив там память и способности к сопротивлению. А там уже это приобретёт усиливающий эффект, когда тяжестью собранного конгломерата можно будет давить новичков. В теории, всё выполнимо, хотя на практике могут возникнуть нюансы и сложности, особенно в начале.

Но, как и всякая мерзость, скорее всего, со сползанием на эту дорожку проблем не возникнет. Интересно, тот, кто сделал это тут, чем он руководствовался, когда ступил на этот путь? Зачем он убил и поглотил население собственного мира? Враги сожгли родную хату, и он воспылал «праведной» местью? Или просто решил, что самый достойный?

Может, я узнаю больше, когда наберусь сил для двух последних очагов, а может и нет. Но понятно, зачем мне это всё показали. Путь, по которому я могу пойти, и куда он может привести. Вероятно, продемонстрировали не зря, пока я ещё довольно слабый. Ступив на него, я не успею быстро набрать большую силу, и меня можно будет подавить.

Зря они, не собираюсь я подобным заниматься. Это ведь не та вещь, к которой можно прибегнуть в безвыходной ситуации. Тут нужно именно планомерно охотиться, мучить и собирать «коллекцию», что займёт месяцы и годы. Хотя в человеческой истории полно сволочей, которых такое не остановит.

Но это не ко мне. Я уже успел привыкнуть останавливать таких ублюдков. И если брать версию, что в моей жизни случайностей как таковых нет, то кто-то работает грубо, но действенно, формируя оружие для неведомых мне целей. Хотя, какие ещё тут могут быть цели, кроме как грохнуть очередного людоеда, если путь выстраивается именно так? Принести в галактику мир и процветание?

– Можно было сказать и прямо. Я всё равно согласен, – ухмыльнувшись, громко произнёс вслух.

Бодро спрыгнув с лежака, пошёл помогать строить Аде песочный замок. Завтра будет сложная работа, но это будет завтра. А пока нужно жить здесь и сейчас.

Когда на следующий день я отправил тысячу душ на ту сторону, то как и всегда с тех пор, как мы прибыли на эту планету, чувствовал, что занимаюсь своим делом. По крайней мере, к последнему очагу через неделю я шёл даже с некоторым сожалением, что всё заканчивается.

Дался он мне тяжело. Около трёх тысяч душ выпили из меня все соки. Наверное, сказалось время, проведённое ими тут, может быть общее безумие. Или, вероятно, что в Египте мне помогало то, что они были намного сильнее связаны. Было очень тяжело. Это не просто позвать души и держать врата. Часть, самую безумную, приходилось выталкивать самому.

Я провёл на площадке посреди степи почти три часа. Когда-то тут был большой город, но в эту эпоху все его следы давно скрыла земля. По-хорошему, сюда нужны археологи с Земли. Как-никак другая «магическая» цивилизация.

Из того, что я понял, в некоторых сферах они немного опередили нас, в частности, понимания энергетики одарённых и некоторых сложных способностей, типа тех, что у Ады. Хотя их боевой потенциал никуда не годился. Впрочем, к ним и не вторгался никто, так, как к нам. Беда пришла изнутри.

Раздались шаги, и на натоптанную полянку вышла Катя с Орловыми и Марьяной. Ада осталась на корабле, составляя компанию Лёхе. Ей тут быть сегодня нельзя, хотя сейчас уже, наверное, она практически стабильна.

– Это был последний очаг, и ты остался жив, – тихо сказала Катя, садясь рядом на траву.

– Силён стал, почти три часа прошло, – присвистнул Егор.

– Думаю, скорее опытней, – не согласилась с мужем Света.

– Вероятно, и то, и другое. Но опыт был важнее, – вынесла общий вердикт рыжая.

Мне было сложно отвечать. Даже в сознании я оставался с трудом, куда уж тут разговоры говорить или двигаться. Так и лежал, где закончил работу.

– Что же, мальчики и девочки, – громко скомандовала целительница, поднимая меня телекинезом с земли. – Ещё на неделю, не меньше, ваш отпуск продолжается!

Услышав довольное бурчание, я слабо улыбнулся и, наконец, с чувством хорошо выполненной работы, позволил себе уснуть.

Восстановление в этот раз шло хорошо. Да, я может и надорвался, но не так сильно. По крайней мере, уже через три дня моих сил хватало нормально есть, да и способности, в принципе, были при мне. Хотя и использовать их было довольно болезненно и тяжело, однако совсем недвижимость из себя не изображал.

Так и лежал, смотря на море, пока рядом не опустилась на соседний шезлонг Марьяна. И, помолчав полминуты, тяжело произнесла:

– Знаешь, Олег, а ведь, по-хорошему, мне тебя нужно убить. Ты прекрасно понял, что тут произошло, верно? И судя по всему, не очень сомневаешься в своей возможности подобное повторить?

– Вы тоже можете всех убить на Земле, однако ведь не делаете этого? – устало ответил я целительнице.

– Но у меня и нет никаких «факторов», превращающих мою жизнь в сплошную мясорубку. Что будет, если убьют Катю или твою родню? Разве ты не решишь отомстить? И где ты тогда остановишься?

– Именно так и началась бойня на этой планете, – пожевав губу, ответил я, не став скрывать подробности. – Всё началось с праведной мести, а закончилось полностью поехавшей крышей и тотальным поглощением.

– И много ты ещё узнал? – прищурилась женщина.

– Он был такой же, как я, по способностям. Но, в итоге, погряз в боях и интригах. Все хотели получить усиление своей семье, подкладывали под него женщин, интриговали за внимание. И чем он становился сильнее, тем дальше у него срывало башню от вседозволенности и жажды власти. А потом они что-то не поделили, убили одну из его любимых жён, и началась бойня. И когда его личных сил не хватило, потихоньку в дело пошло подобное усиление. После конца войны человеком он уже не являлся. Просто Конгломерат, частично направленный одной волей. А следом поглотил остальных людей и ушёл с пустой планеты. Вот и вся история.

– Ты совсем не помогаешь своему положению, мальчик, – вздохнула блондинка.

– Могу интересную вещь показать, – припомнил я одну картину из чужих воспоминаний.

– Ну, давай, удиви, – хмыкнула она.

– Можно портал на прошлый очаг? – попросил я и, потихоньку, стараясь идти твёрдо, вошёл в открытое пространственное окно.

На той стороне рос лес и, оглядевшись, я указал под ноги.

– Это тут, метров пять, наверное.

С хрустом оторвался кусок дерна, на котором мы поднялись в воздух. А следом из открытого портала на землю рванули несколько щупалец с огромными пастями, которые за полминуты сожрали деревья и верхний слой плодородной земли.

– Что добру пропадать? – пожала плечами целительница на мой косой взгляд.

Вверх потекла глина и песок, кольцом уходя в стороны, углубляя и расширяя раскоп. Буквально через три минуты перед нами предстало несколько огромных камней, один из которых до сих пор покоился на других. Остальное время не пощадило и движением почвы растащило в стороны. Женщина прищурилась, и камни начали вставать на места, там, где и должны быть.

Мы шагнули под арку невысокого каменного строения. После работы целительницы обнажились камни пола, пронёсшийся ветерок окончательно убрал пыль и грязь.

Лучи солнца били в центральный обелиск, на котором блестел выдавленный и заполненный преломляющими свет кристаллами стилизованный цветок из нескольких линий.

– Как же я всё это ненавижу, – тяжело вздохнула целительница. – Всегда лучше, когда они не вмешиваются в нашу жизнь. Для всех.

Я мог только развести руками. Ровно такой же символ выгравирован на молельне, вокруг которой построено наше поместье.

На Земле, за тысячи световых лет отсюда.

Глава 11

Для меня, на самом деле, после того, что я узнал на мёртвой планете одарённых, не очень многое изменилось. Ну да, кто-то сильно вмешался в цепь событий, но могу ли я винить богиню? Я получил новую жизнь, и даже если бы сделка оказалась предложена заранее, не выбрал другой вариант.

Хотя вот такая вот женская привычка решать всё чужими руками путём интриг меня раздражает. Как мне рассказала некоторые древние легенды Марьяна, подобное для этой богини в порядке вещей, что бесит ещё сильнее.

– Что, до сих пор злишься? – усмехнулась целительница, появившись посреди нашей обеденной, где я пил кофе.

– Скажите, зачем им вообще все эти эксперименты со сверхспособностями? У нас на Земле, на планете имперцев, ещё и тут. И всё одни и те же руки.

Марьяна вздохнула и, сев напротив, задумчиво постучала пальцами по столу, впрочем, спустя полминуты, всё же, вымолвила:

– Из того, что сохранилось в легендах о разговорах богов, самая часто встречающаяся версия гласила: они так размножаются. И пока особых противоречий этому не вижу.

– Разве? А моя способность поднимать уровень силы не противоречит теории размножения? – поднял бровь я.

– А ты сможешь сильно продвинуть после перехода границы своего ранга? – вопросом ответила мне женщина.

Я задумался. Ну да, теоретически, что-то выдать смогу. Но чем могущественнее окажется сам человек, тем сильнее он будет сопротивляться моему воздействию. Возможно, это можно обойти вариантами связи душ, но до конца не понятно, требует многочисленных экспериментов. Впрочем, если боги выбрали такой способ, то, наверное, не просто так.

– Не знаю, подобных экспериментов, как вы понимаете, не проводил, – почесал я в затылке. – Хотя, думаю, варианты связи душ тоже должны сработать.

– Проживи с кем-нибудь хотя бы пару тысяч лет, а после посмотришь, насколько это хорошая идея, – покачала головой целительница.

– Орловы рискнули пойти на такой уровень интеграции, – пожал плечами.

– Я уверена, там придётся идти ещё дальше, чем у них. Не говоря уже о том, что Орловы – военный род. Никто и не рассчитывает, что Егор и девочки проживут так долго. Главное, чтобы успели оставить достаточно наследников.

Я поморщился. Сеть изнашивает их энергетику очень быстро. Причём у всех, а не только у более слабых (пока) девушек, с которыми Егор делится предельными для них объёмами силы, раскачивая их потенциал. О да, через сотню лет в бою они станут монстрами, это факт. А с моей помощью – намного быстрее.

Но вероятность, что они проживут хотя бы лет четыреста, не очень высокая. Несмотря даже на активное изучение целительских техник. За силу надо платить.

– Когда придёт время, мы посмотрим, сколько они проживут. Если до этого наши пути не разойдутся, – всё же решил я поспорить с целительницей.

– Ты сначала сам доживи до такого момента, – хмыкнула блондинка.

– С вашим преподавательским талантом и толикой суперспособностей? Да легко! – отсалютовал я чашкой кофе.

– Тебя толкают под создание, с которым не смогла справиться сама богиня. Так что, Олег, я не дам за твою жизнь в долгосрочной перспективе и копейки, – не поддержала моего шутливого тона Марьяна.

– Мне просто показали возможный вариант, совсем не обязательно, что я столкнусь с поглотителем душ прямо завтра. Вряд ли он вообще даже в нашей галактике, иначе с ним бы неизбежно столкнулись.

– Твой «фактор» сможет и не такое. Или не ты призывал недавно корабли пиратов с другого конца сектора?

Я только скрипнул зубами. Как бы не бодрился, она была права. Это – будет. Не знаю когда, но будет.

– Что вы предлагаете? – устало спросил, сделав глоток кофе.

– Вариантов не так уж и много, мальчик. Самый простой и в ближней перспективе выгодный – убить тебя. Потому что, так или иначе, но чтобы выступить против этого «бога», тебе придётся набрать сравнимую силу. И нам показали, как ты сможешь это сделать.

С потухшим взглядом и бесконечно усталым выражением лица Древняя сейчас совсем не похожа на привычную молодую девушку. И ещё сложнее что-либо понять по её эмоциям. Скука и тоска не меняются. Марьяна и нападёт ровно так же: равнодушно и без эмоций. Но пока блондинка продолжила свою фразу:

– И уж поверь старой женщине, если богиня захочет, чтобы ты пошёл по этому пути, она выстроит события так, что у тебя не останется выбора. Ты поглотишь души всех одарённых на Земле и в космосе, и выйдешь на тот бой, для которого тебя готовят.

– Глупо надеяться, что этого хватит, чтобы победить. У него были сотни тысяч лет форы и неизвестное количество поглощённых цивилизаций. И тут я такой, красивый, лечу на решающий бой.

– За последнюю тысячу лет мы достигли немалых успехов в развитии качества и количества одарённых. Кто знает, какова между вами будет реальная разница в силе? К тому же, тебе могут и помочь.

– Так почему же я до сих пор жив? – раздражённо поинтересовался я.

– Я не уверена, что смогу тебя убить и остаться после этого в живых, – безразлично ответила женщина, после короткой паузы, добавив: – Да и не хочу этого, родня, всё же.

Да уж. С одной стороны, такое признание грело, а с другой – выбивало из колеи. Хотя, по большому счёту, с позиции логики, я действительно опасен для Земли. И не настолько самоуверен, чтобы не понимать, что сломать можно и меня. Самый простой на это ответ – быстро стать сильнее, чтобы никто даже пикнуть в мою сторону не мог. Благо, есть имперские аристократы, на которых можно начать идти по показанной дороге. Приемлемая цель.

– Бр-р-р… – встряхнулся, мотая головой, в попытке выкинуть из головы дурные мысли. И устало спросил целительницу: – Вы меня специально провоцируете? Не надоело?

– Ну, ты всегда такой пафосный в своей рефлексии, – рассмеялась женщина. – Проще будь, Олежка. Придёт враг, будем сражаться. А до этого, что себя мучить?

Мне оставалось только с этим согласиться. Что будет, то и будет. И переживать заранее просто глупо. Лучше вернуться к текущим проблемам.

– Нам нужна эта планета? Хотя бы с точки зрения археологии? – поинтересовался я у целительницы, допивая кофе.

– Это интересно. Отправить сюда несколько экспедиций стоило бы, но не сейчас, пока в этом участке пространства слишком опасно. А как решишь проблему с этими железками, обязательно займёмся.

– Знать бы ещё решение… – протянул я, ополаскивая кружку.

Как заставить ИИ подписать мирный договор, ещё и выгодный им? Их общество, в целом, самодостаточно, им от галактики нужны, разве что, бесконечные просторы местной сети. Может быть, какие-то специфические ресурсы, да, пожалуй, и всё. Пока мыслей, чем их можно купить, у меня нет, нужно читать, изучать, как раньше решали подобные конфликты.

Впрочем, как и всегда, будем решать проблемы по мере их поступления.

– Разя, уводи нас на верфи, – попросил я.

– Принято, – коротко ответил ИИ.

– Ада с Катей достаточно поправились для сражения? – вздохнув, поинтересовался у целительницы.

– Можешь не беспокоится, сильны, как никогда. Хотя, я удивлена, что ты всё равно потащишь их в бой, несмотря на то, что я тут.

– Впереди много сражений, и не всегда вы будете рядом. Мне не получится запереть их в четырёх стенах и никуда не пускать. Да и не принято такое у нас в семье, вы знаете это не хуже меня.

– О, да. Именно поэтому прервалась линия твоей тёти. У девочки даже не было мыслей, что стоит отступить и дождаться отца с матерью.

– Там не было возможности, иначе бы умерло слишком много людей, – прищурился я. – И вам ли не знать, как мы потом отомстили, ведь и вы в этом участвовали.

– Да, но также я помню и твоего дядю, который, как и ты, потащил свою жену и сына в бой, из которого они не вернулись.

– Это было их общим решением, они не справились, если бы остался только дядя, – вздохнул, а после, усмехнувшись, продолжил: – В конце концов, разве это не ваша кровь не даёт нам покоя?

– Скорее, моего последнего мужа и его семьи, это он был таким – «со щитом или на щите» и никаких компромиссов. И это его род имел тотемом волка. Так что тут ты немного мимо, – отмахнулась она.

Я лишь пожал плечами, но поинтересовался по совсем другому поводу.

– Скажите, а почему, всё же, не империя и феодальная система, в итоге? Почему вы стали копировать на Земле, скорее, устройство Федерации, чем Империи? Знаете, когда начал вникать в устройство земного общества, был свято уверен, что оно невозможно в таком виде при наличии сверхспособностей.

– Почему же? Из-за того, что получилось очень похоже на существующее в твоём прошлом мире?

– Прежде всего. Это же совсем другие экономические условия, социальные отношения, всё по-другому. Как может существовать условная «демократия» при диктате сильнейших одарённых?

– Ты немного преувеличиваешь роль старых семей. К тому же, а какая ещё форма правления должна быть при том, что неодарённые войну не пережили?

– Жесткая пирамида силы с подчинением старшим, нет?

Оглянувшись, я вытащил из холодильника сок и начал нарезать бутерброды. Беседа начинала меня увлекать.

– И так оно и было, первые полтысячи лет из истории ты знаешь это, как формирование государств, но, по факту, просто собралось несколько культурно похожих сообществ и начали вместе выживать, – согласно кивнула блондинка, взмахом руки заставив появится перед нами высокие стаканы.

– Тем не менее, знаете, как я был удивлён, что даже в таких, совершенно других условиях, получились несколько знакомых мне государств? Язык, некоторые особенности культуры, часто даже название. Это же невозможно, особенно когда расхождение исторических линий произошло так давно! И вообще, зачем вы оставили страны? Вы могли бы сделать и единое общество, благо, людей осталось не так уж и много.

– Ты так говоришь, как будто всё было решено лишь по моему желанию, – хмыкнула Марьяна. – Нет, все выжившие имели свои собственные особенности, и сгонять всех в одну культуру было нерационально. Так всё и получилось. И войны между нами потом были вполне серьёзные.

– Это вообще удивительно. Только-только выбрались из полной задницы, немного нарожали детей и сразу вцепились друг другу в горло. Зачем? Не из-за ресурсов же!

– Каждому объединению были нужны люди. Распространить свой язык и культуру, чтобы построить наиболее стабильное и крепкое общество. Ты должен понимать, насколько много нужно людей, чтобы построить технологическую цивилизацию.

– Кстати, а почему именно технологическую? – полюбопытствовал я. – Не поверю, что вы не препарировали пару живых кораблей.

– Такая идея была. Мне, как ты понимаешь, это было даже ближе.

– Тем более. Почему не видоизменение генома растений и животных? У нас же даже нет коннекторов, как у имперских аристократов!

– Может, сам ответишь на свой вопрос? – немного устало спросила женщина.

– Они слабые. В военном деле полностью проигрывают классическим кораблям, если, конечно, не брать зверства, типа имперских симбионтов. Но те же коннекторы, почему нет?

– Да у нас просто пока не готова программная часть к подобному развитию сети, Олег, знаешь же. Как будет активно востребовано, в серию пойдут и такие вещи.

– Вы станете ещё немного богаче? – усмехнулся я.

– Разумеется, куда же это без меня, – отзеркалила блондинка мою ухмылку.

– Хотя, всё же, вы, наверное, какие-то решения прорабатывали с вашими людьми.

– Да, конечно. Но как ты и сказал, в бою результативность невысокая, а сложность проекта очень большая. К тому же, предполагался роевой разум, иначе управлять такой системой эффективно не выходило. Плюс длительный рост боевых единиц.

– Зачем мучить живое и разумное существо, когда технологические автоматические станции сделают всё это эффективнее, да? – задумчиво пробормотал я, перед тем, как откусить от бутерброда с колбасой.

– От мирных проектов будет больше толку, чем выращивать партии мяса для войны. Например, скоро начнётся терраформирование Венеры. Вот где участие созданных мной форм жизни очень велико.

– Ух! И когда?

– Через пару лет и приступим. На Земле уже становиться тесновато.

– С коррекцией положения у солнца? Или разница солнечного излучения будет компенсирована по-другому?

– А, ты же не знаешь, раньше улетел. Венера сведена с орбиты и потихоньку дрейфует на новое место, будет не так уж и далеко от Земли, попутно ребята занимаются магнитным полем.

– Офигеть… – восхищённо протянул я.

– Да, хороший, интересный проект. Через полсотни лет это будет планета-сад, вот увидишь.

– Нисколько не сомневаюсь. Но всё равно – поразительно.

– Что, в твоём прошлом мире о таком даже не задумывались? – хмыкнула целительница.

– Там и близко не подошли к нужному уровню технологий. А тут, это так, один из рядовых проектов. Удивительно!

И немного завидно, конечно. Об этом проекте давно говорили, но я всё думал, что это что-то отвлечённое, просто красивая теоретическая модель для игры ума. Инерция мышления, от которой никуда не деться. За окном дома всё довольно просто и знакомо устроено, и реальные возможности развитой «магический» цивилизации не выпячиваются.

Кто-то, у кого не подходящие способности, катается на работу на обычной машине с дизельным движком или велосипеде, не так уж и много сложной техники вокруг. Обычные дома, обычные люди. А потом р-р-раз – и двигают планеты. Шаблон немного трещит. Но, впрочем, если бы я дома работал в космосе, это было бы не так.

Взять те же автоматические оборонные станции, которые космофлот штампует тысячами. Минные поля и прочие подарки для врагов, всё производится в космосе, и в прессе про это не сильно много пишут. А ведь ресурсов на это тратится очень много. Я слышал, что флотские обсуждают разборку Меркурия на материал. Не сейчас, пока хватает того, что выходит попутно с редкозёмами. Но в дальней перспективе – вполне.

– Это уже давно стоило начать, но история с Воронцовыми подстегнула принятие решения. Нам нужен запасной аэродром, на случай, если подобное однажды кончится не так хорошо. Подобного бреда давно не случалось, люди привыкли к безопасности.

– Безопасность? – удивлённо поднял я бровь. – Разве такое слово к Земле вообще применимо?

– Относительная безопасность. Мы немало сил потратили, чтобы людям было комфортно жить, и они ценили то, что имеют. Всегда остаётся проблема психических отклонений, но к достижению достаточно высокого ранга это уже всё обычно всплывает.

– У Воронцовых получилось как-то, - недоверчиво хмыкнул.

– Они и не стремились остаться на Земле, да и по-настоящему там с катушек поехал только глава, он всегда был немного повёрнутым на личной силе.

– И сколько таких ещё ходит по миру? Тех, кто занижает ранг, или вот также в тихую режет людей?

– Немного. Ты вскрыл два самых вопиющих случая за последние сто лет. Больше такого количества исчезнувших людей просто нет. А поверь, мы хорошо проверяли после этого. Возможно, есть ещё одна подобная система в Азии, но поменьше масштабом. Так что, когда ты окажешься на Земле, тебя, возможно, ждёт небольшое путешествие.

– Не боитесь? – хмыкнул я.

– Только того, что за тобой может прийти из космоса, Олег, – серьёзно ответила она, не поддержав попытку пошутить.

– Значит, по мере возможности попытаемся решить проблемы тут, чтобы не тащить их за собой, – пожал плечами я.

– Решай. Ты стал достаточно силён, чтобы тебе не нужно было вытирать сопельки, – легко улыбнулась Марьяна и, допив сок, встала со стула а, после, не прощаясь, перенеслась к себе в каюту.

Оставшись в одиночестве, только вздохнул. Тяжело, когда у тебя на корабле кто-то, обладающий подобным авторитетом. Некомфортно всему экипажу, и я совершенно не исключение. Но за то, что она вскрыла проблему с моими девочками, ей спасибо – не думал, что всё было так плохо. Они же сами не скажут, а я не настолько хорошо разбираюсь в энергетике одарённых.

По судну пробежал короткий сигнал тревоги, и, через десяток секунд, я скривился от деформации пространства вокруг. Предстояло подобрать Воронцовых и готовить атаку на Колыбель. Ну а пока, я, всё же, мог немного отдохнуть и восстановить до конца силы.

Через неделю, когда Разящий начал тормозить, подготавливаясь к выходу в обычный космос, я был готов к бою. И он, как не удивительно, ни заставил себя ждать. На верфи кипела битва. Около сотни различных вымпелов пытались зачистить систему от автоматических оборонных станций и нескольких боевых кораблей. В том числе того, который мы должны были забрать.

И у нападающих всё бы получилось, не будь в системе Воронцовых. Прямо у меня на глазах один из атакующих кораблей развалился на части, а через мгновение рядом вспухло облаком плазмы ещё одно судно. Узнаю знакомые методы местных магов…

– Кто на этот раз? – устало спросил я ИИ, наблюдая на экране симуляцию сражения.

– Инсекты. Тот же вид, пиратский корабль которых вы как-то уничтожили, – ответил мне Разящий, начиная закачивать энергию в накопители орудий.

– И что им тут надо? Верфь? – дополнила мой вопрос стоящая рядом Катя.

– Связался с руководством предприятия. Да, насекомым нужны эти производственные мощности, они по прибытию предлагали добровольно сложить оружие.

– И они не сдались? – поднял бровь я, смотря, как развалилась ещё пара кораблей.

– Ты сам отправил сюда Ольгу с семьёй, капитан, – хмыкнул Разящий, и уточнил: – Атакую?

– Конечно, что уж теперь, – пожал я плечами и, повернувшись к своей команде, негромко произнёс: – Давайте немного повоюем.

– Покажите себя, детишки, – усмехнулась целительница, удобно разместившись в кресле. В бою она участия принимать не собиралась.

Пока мы занимали места в челноках, Разящий развернул вокруг настоящую бойню. Он не пытался уничтожать корабли крейсерского класса и выше. Бил по более слабым и далёким вымпелам, оставляя борьбу с серьёзно защищёнными целями нам. Маленькие корабли он щёлкал, как орехи.

Предвидение на треть секунды. Ускорение времени. И через мгновение развернулась Сеть, принося с собой чужие мысли и холодную вычислительную мощь ИИ. Движки челноков выдали форсаж, унося нас к целям. Заскрипел сильнее укреплённый корпус судёнышка, и вокруг челноков раскинулось искажение пространства.

Ребят не зря учили всё это время, раньше они так не умели, это позволило преодолеть расстояние до первой цели буквально за десяток секунд. Я прошёл в нескольких километрах, ввинчивая челнок между залпами орудий, и, после исчезновения Кати, направился к следующей цели.

Десант жены выглядел красиво. Украв немалую часть силового поля, она им же прорубила броню и, оказавшись внутри, сожгла корабль, используя энергию его же реакторов и накопителей. А после рванула к следующей близкой цели, деформировав пространство.

Быстро и эффективно. Впрочем, для подобной эффективности она вовсю использовала вычислительную мощь и знания Разящего. Также, как и Ада, небольшим телепортом оказавшаяся внутри очередного корабля, знаменуя его конец. Для самого ИИ бой не был чем-то сложным после сражения с Техносами.

Мы не давали скоординировать огонь на его щитах, а он поддерживал нас своими орудиями. Подавляющая огневая мощь огромного флагмана брала своё, снимая щедрую жатву с чужих.

Подобрав девочек и Лёху, я бросил челнок к следующему кораблю. Как и все космические сражения, в которых я участвовал, короткое столкновение сменяется на борьбу со временем и расстоянием. Именно для этого, во многом, и нужны одарённым космические корабли. Всё же, не так уж и много тех, для кого миллионы километров – это рабочие расстояния.

Приближаясь к очередной цели, мы увидели, как судно чужих, заложив манёвр, рвануло в сторону, явно пытаясь выйти из боя, как и его соучастники. Да их и осталось только два десятка кораблей. Слишком быстро изменилась ситуация на поле боя с нашим приходом, не оставляя флоту насекомых и шанса.

Сеть распалась, оставляя нас в одиночестве, и я повёл челнок обратно в док. Этот короткий бой мы выиграли.

Начинающая занимать весь обзорный экран огромная туша Разящего, внутренний док, где до сих пор стоял наш «Кирпич». Это может немного смешно – таскать с собой в трюме ещё один корабль, и его стоило оставить на планете муравьёв, но где мы будем жить?

Разящий только начал переоборудование небольшого помещения под наши запросы, но особо не торопился, неизвестно, переживёт ли этот корабль следующий рейд.

Орловы уже были внутри, так что, опустив челнок рядом с его коллегой, я начал глушить системы. Исчезли, телепортируясь в жилые помещения, распустившие боевую форму сестра и инженер с Катей, а потом, убедившись, что всё хорошо с повоевавшим корабликом, в столовую перенёсся и я.

– А я его бух! А потом на части вжик! И так быстро всё, они даже понять ничего не успевали! – громко, энергично размахивая руками, рассказывала Марьяне моменты боя Ада.

– Вы хорошо провели бой, максимально эффективно при ваших силах и навыках, – похвалила нас целительница.

– ИИ в Сети – это потрясающе! Нереально упрощает работу, – ответила ей Света.

– Удивительно, что ты это ценишь, – сварливо пробурчал Разящий. – Вам даны такие силы, а вы их используете с эффективностью молотка.

– Не ругайся, с твоей помощью мы улучшаемся, – расслабленно отмахнулась от ИИ Катя.

– Разя крутой! Без него у меня в жизни так бы не получилось быстро всё делать! – воскликнула Адель.

Их спор прервало появление на пороге столовой старшей Воронцовой, которая спросила:

– Где вы умудрились раздобыть такую дуру?

Но всё её любопытство по поводу нового тела ИИ погасло, стоило найти глазами Марьяну. Из женщины будто вынули стержень, на котором держалась вся её уверенность.

– Здравствуйте, Древняя, – с потухшим взглядом поклонилась Воронцова.

– Помню-помню. Девочка, которая была уверена, что знает лучше меня, за кого ей замуж выходить, – усмехнулась целительница.

– Я ошиблась. И за это отвечу жизнью. Но зато это было моё решение! – всё же, огрызнулась Ольга.

– И сколько одарённых ты убила благодаря своему гениальному решению? – подняла бровь целительница.

– Сколько ни убила, а всё равно меньше, чем вы! – не осталась в долгу Воронцова.

Я только вздохнул, слушая эту перепалку, и потёр виски, спасаясь от начавшей болеть головы. Нужно было готовить рейд на Колыбель, проверять состояние кораблей и боезапас, составлять план атаки, а тут вот такие разговоры.

Эх, кто бы знал, как меня задолбали эти сильные женщины вокруг. Сплошной мир победившего феминизма. Хочу команду из брутальных мужиков! Шутки про секс, бородатые анекдоты и жёсткие приколы. Где вот это всё?

А Ольгу понесло. Она начала припоминать целительнице много такого, о чем я и не слышал. Переглянувшись с командой, кивнул на дверь, предлагая оставить женщин наедине. Кому ещё может выговориться Воронцова, перед почти гарантированной смертью, как не Древней?

– Что дальше, Олег? – спросил меня Орлов, когда мы всей командой расселись в гостиной их каюты.

– Давайте закончим с Колыбелью, а там будем смотреть по ситуации, – вздохнул, обнимая сидящую у меня на коленях Катю.

– А потом? – поинтересовалась жена.

– Империя. Аристократы. Техносы. Возможно, ещё кто-то появится, галактика велика – пожал я плечами.

– И мы в каждой бочке затычка, – усмехнулся Алексей.

– Судьба такая, – устало вздохнул я, но, всё же, мягко улыбнулся, добавив: – В конце концов, всё, что нам нужно, это побеждать, правда?

Глава 12

Система Колыбели представляла собой несколько поясов обороны. Первым выступал ряд станций за несколько десятков миллионов километров от планеты, предназначенных для внесения пространственных искажений, сбивающих маршруты судов. Вторым поясом являлись сотни тысяч небольших автономных боевых станций, мины и ворота для принудительного вывода кораблей в нормальный космос.

Так как объект, в целом, секретный, флотских не очень много, всего сотня судов на дальних подступах, то третьим поясом защиты работали три десятка больших боевых станций на высокой орбите над планетой. Я бы сказал, что оборона – мечта для вдумчивой работы ИИ по её взлому. Уж лучше бы обычных кораблей нагнали, чем столько автоматики. Что не отменяет того, что количество энергии, которое могут выпустить все эти станции огромно.

Но нам ли этого бояться? Мы вышли в обычное пространство разом, игнорируя попытки сбить нас с курса, и обрушили лавину огня, начиная вычищать космос от боевых станций. Это была работа Разящего, мы же ждали, пока активизируются симбионты.

Они не заставили себя ждать. Рядом появилось три корабля, попытавшихся накрыть флагман искажением метрики. Но не вышло, работающая на пределе своей энергетики Света, вместе с системами самого корабля, смогла прикрыть судно.

Дальше ударили Ада и Воронцовы. Два плазменных шарика – и порубленное на части существо – вот, во что превратились живые корабли практически одновременно. По Сети пронеслось небольшое удивление Разящего скоростью расправы над “непобедимыми” симбионтами.

Но это было не всё, конечно. Закрутив челнок, я увёл его в сторону, рывком бросая туда, где через долю мгновения появился ещё один корабль. Потом ещё, и ещё. От нашей Сети ушёл ментальный пакет Воронцовой, а после нам стало не до того.

Манёвры челноком, подбор Кати и Ады с инженером, доставка их к следующим целям, и всё это под сумасшедшим огнём. Дошло до того, что, в определённый момент, я сам был вынужден бросить управление на автопилот и телепортироваться в космос, встречая появившийся живой корабль.

Ускорение навстречу, короткий перенос, и я оказался внутри. Хрустнули внутренние переборки, и разница наших скоростей вбила меня в ядро симбионта. Вокруг взорвалось месиво ихора и костей, а я уже уходил телепортом обратно, выдав напоследок немного плазмы, надёжно зачищая все осколки ядра. Телепорт, выравнивание скоростей, и я опять запрыгиваю за штурвал челнока.

Имперцы сменили тактику, переключившись на дальний бой. От повисших в нескольких миллионах километров кораблей ударили импульсы плазмы и излучения. В распоряжении симбионтов было много энергии, намного больше, чем у Разящего.

Но он уже уходил в сторону, начав двигаться ещё до выстрела, выпуская ракеты со специальной боевой частью, густо перемешав их с обычными. А наши боты понеслись вперёд, стремясь не позволить им выстрелить опять. Даже та часть энергии, что досталась нашему флагману, обрушила его щиты и расплескала часть брони.

Три бота рвались к врагу, и челнок Воронцовых вырвался немного вперёд. Его движки мощнее земных, хотя, в целом, значительно хуже по большинству свойств. Но это лучшее, что успел соорудить Разящий за время подготовки, способное функционировать у одарённых такой силы. Экранированный гроб с максимально мощными движками. На пару боёв должно хватить, а на большее это изделие не рассчитывалось.

Наши челноки уходили от огня, используя предвидение, а вокруг бота Воронцовых вспух плазменный кокон, принимая в себя все атаки. Не знаю, насколько его хватит, но мы уже были не так далеко от противника. И, судя по тому, как начал расползаться на части один из симбионтов, для Ольги это не расстояние.

Мой кораблик телепортировался на полсотни километров, спасаясь из огненного мешка, а перед симбионтами, как щит, развернулись обычные корабли имперского космофлота. Аристократы, когда увидели впереди реальную смерть, не придумали ничего лучше, чем прикрыться обычными людьми.

Однако мы ждали чего-то подобного. Разлетелась на куски станция контроля пространства, атакованная одной из Воронцовых, и, через несколько секунд из искажения, в тылу у имперцев вышел припасённый крейсер прорыва планетарной обороны. Не могли же мы не использовать уже купленный корабль?

Хотя, то, что Разя найдёт для него пилота так быстро, нас немного удивило. А стоило ИИ только представить коллегу, как всё стало кристально ясно. Ну кто ещё, кроме его собрата по классу, планете и дате рождения, будет носить имя «Карающий»?

Тем временем, отвлечённые нами имперцы, не смогли вовремя перенести на него огонь, и крейсер обрушил море огня, в том числе выпустив ракеты Техносов, отданные ему Разящим.

Когда один из симбионтов стал рассыпаться на куски, по связи кто-то начал петь на офелийском. От Рази пришло некоторое смущение поступком его коллеги, что не мешало очень тихо подпевать и завидовать, что это не он выпустил те ракеты.

Выстрелы Разящего оказались перехвачены. Слишком далеко. Но для его собрата это оказался кратковременный успех. Спустя секунду его поля сдались, разорванные на части атакой симбионтов, а после, огромный крейсер разломился пополам.

Наш челнок жалобно застонал фюзеляжем, ускоряясь. Исчезла Катя, уходя в длинный телепорт, чтобы через мгновение рухнуть карающим мечом на одного из симбионтов, спасая коллегу нашего ИИ от уничтожения. Я же заложил длинную петлю, выводя Аду на её цель.

Корабли имперского флота стали вспухать взрывами и разрушениям, в бою жалость не к месту. Симбионты заливали наполненное обломками пространство огнём, пытаясь хоть как-то атаковать такие маленькие и манёвренные цели, как наши челноки, не говоря уже о десанте.

Подобрав жену, оставил прикрытый украденными Катей полями челнок на автопилоте и ушёл в телепорт к ближайшему имперский крейсеру. Серия пробоев пространства и деформаций изнутри, а после детонация его боеголовок с антиматерией. Возвращение на кораблик.

Сменить траекторию бота, выводя его дальше на очередную цель в виде симбионта, подобрать Аду. Перенос на борт проходящего мимо имперского крейсера, давая Кате и Аде время восполнить резерв. Ничего нового, только ещё несколько сотен убитых людей. Вернуться.

События сливались в круговерть огня и перегрузок с телепортами. В какой-то момент рядом оказался изъеденный воронками корпус Разящего, поддерживающий нас своими пушками и щитами. Краем сознания зарегистрировал его радость, когда торпеды всё же прорвали ослабленное атаками искажение метрики, врываясь в борт одного из симбионтов.

Следом развалился ещё один симбионт, и, спустя десяток залпов флагмана по обычным кораблям, бой неожиданно кончился. Остатки имперских судов отступили ближе к планете, после того, как оказались разрушены все живые корабли.

Смысла преследовать отступающих и лезть под огонь продолжающих работать автоматических оборонных станций уже не имело, мы выиграли достаточно времени. На сенсорах Разящего Колыбель – одна из самых защищённых планет Империи – вспухала огнём, превращаясь в дышащий магмой раскалённый шарик. У Древней было своё место в этом бою, и она свою задачу выполнила сполна.

Подобрав экипаж, наши три челнока отошли под защиту, начавшего отступать из-под огня, флагмана. Задача выполнена, теперь главное унести отсюда ноги. Отдав управление Алексею, я откинулся в кресле, чувствуя, как в Сети остаёмся только мы с Адой и Разящий.

Раскинув предвидение сильнее, я полностью погрузился в ощущения ИИ от боя, позволяя ему активнее пользоваться своими способностями. Даже этого было мало под таким огнём для настолько крупной цели, как наш флагман. Щиты дрожали, пропуская плазму к корпусу, плавилась броня, но мы потихоньку уходили в открытый космос.

Но успеть нам оказалась не судьба, стоило только начать ускоряться, когда появилось ещё пять имперских симбионтов, стабилизируя пространство и не давая уйти. Сдвинув немного корпус, Разящий открыл огонь, выпуская весь ракетный боезапас. Но силы не равны, и последующая атака симбионтов, вместо того чтобы разрезать наш корабль ровно по ядру ИИ, прошла немного стороной, отрубив часть флагмана.

Возможности сохранить флагман нет ни с каким предвидением, только минимизировать ущерб. Я перенёсся к ядру Рази телепортируя его на старое место в «Кирпиче». Его коллега уже влетал в док рудовоза на своём эвакуационном модуле, успевший спастись благодаря нашему предупреждению.

Вокруг щитов рудовоза рассыпался на части корпус флагмана. В Сети появились Орловы, и через мгновение «Кирпич», ведомый телекинезом Егора, рванул в открытый портал, оказавшись за полсотни километров от обломков бывшего флагмана.

Затем в нашу Сеть упало сознание Марьяны, и вокруг корабля открылись порталы, из которых ударила преображённая плоть, заключая корабль в кокон. Следующий удар симбионтов пришел уже в неё. Большую часть она поглотила, но оставшееся сожгло часть вещества.

Что действительно не радовало, так это оставшиеся запасы энергии. Целительница слишком потратилась на уничтожение планеты, да и у остальных было не сильно лучше. Можно было бы отправить на смерть Воронцову, но это просто глупо и нам не поможет. У Ольги и её семьи тоже с остатками сил не густо.

Симбионты кружили вокруг нас, максимально рассредоточившись по космосу. Вот от одного вырвался луч энергии, но по достижении нашего корабля, вернулся обратно, пройдя мимо выпустившего его корабля. Как и следующие энергетические атаки, принятые на щиты и пространственные деформации. В сражении наступила патовая ситуация.

Мы не могли уйти, симбионты блокировали пространство для дальних прыжков, всё же, энергии у них намного больше. Но и нас они уничтожить не могли, по крайней мере – пока. Целительница тратила много сил, не давая им получить контроль над пространством вокруг нас. И, рано или поздно, они её измотают.

Силу из окружающего пространства они высасывали пылесосом, не давая нам толком восполнить ресурсы. Но атаковать мы пока могли, несмотря ни на что. И даже появление ещё трёх симбионтов особо ничего не изменило.

Встав со своего кресла в челноке, я глубоко задышал, подготавливаясь к атаке. И через мгновение шагнул в открывшийся портал. Телепорт к ядру симбионта на пределе дальности. Деформация. Пробой пространства в космос, и я нырнул в новый открытый для меня портал. А за моей спиной мёртвым куском органики висел имперский симбионт. По выходу из пространственного окна я совершил ещё два телепорта, оказавшись внутри следующей цели, повторяя операцию.

Марьяна сейчас высасывала остатки энергии всех на корабле, пробивая мне порталы в пределах сотен километров от симбионтов. Третий корабль труп. Четвёртый тоже мёртв. А дальше портал привёл меня обратно на корабль. Симбионты аристократов исчезали, уходя за десятки миллионов километров, но не уходя из системы полностью, планируя продолжить преследование.

– Какие же они трусы, – презрительно бросила Ольга, когда я вышел из портала посреди столовой.

Мазнув по ней безразличным от усталости взглядом, я рухнул на стул, чувствуя, как распадается Сеть. Тупо смотря перед собой, я ждал, пока появившаяся рядом Катя не подвинула мне большую кружку сладкого кофе.

– У нас бы не хватило энергии на всех, – ответила жена Воронцовой.

– Но они знать этого не могли, так что я считаю, вполне благоразумно отступили. Зачем умирать просто так? – поддержал её входящий внутрь Егор.

– Если бы давили до конца, могли победить! Но, столкнувшись с сопротивлением, сразу отступили, разве это не трусы?

– Таких единовременных потерь в симбионтах у них не было никогда. Даже в войну с Землёй. Отступить было благоразумно, – продолжал стоять на своём Егор.

Я вполуха слушал разгорающуюся перепалку, запивая кофе сделанный Катей бутерброд. Ничего, кроме тупого изнеможения, я не чувствовал. Так что с трудом запихнув в себя еду, просто шагнул из столовой в спальню. Пусть сейчас все проблемы решает кто-нибудь другой, мои силы подошли к концу. Уснул я сразу, как только моя голова коснулась подушки, с надеждой, что хотя бы несколько часов отдыха мы получили.

Проснулся, когда корабль уже полз в искажении, а рядом в темноте посапывала Катя. Вставать не хотелось, как, впрочем, и спать. Уставившись в потолок, зевнул, вспоминая прошедший бой. Я ожидал большего от этой битвы, но, всё же, у нас имелся тринадцатый ранг и даже более того – сама Древняя. Это многое изменило в наших планах.

Мы просто пришли и устроили бойню, уничтожив одну из самых охраняемых планет. Как мне кажется, этим мы надёжно дискредитировали сам принцип существования подобных симбионтов. Хотя, конечно, мы немного читерили благодаря моим силам. Но ведь, теоретически, хоть это и звучит немного пафосно, мои способности и есть вершина развития этих самых способностей. Так что с точки выбора цивилизационного пути – это довольно показательно.

Рядом заразительно зевнула жена и, открыв глаза, подползла ближе ко мне, положив голову на плечо.

– Проснулся, мой герой? – немного хрипло со сна спросила Катя, повозившись, устраиваясь поудобнее.

– Скажешь тоже, герой, – смутился я, обнимая её.

– Раз у нас опять наступила эра Богов и Героев, и ты не хочешь называться героем, значит, согласен считаться богом? – блеснула в темноте глазами девушка.

– Это ложная дихотомия, я не согласен с подобным выбором!

– Кто же тебя будет спрашивать? Сам не заметишь, как обрастёшь верующими, усердно отбивающими тебе поклоны.

– Я передам тебе обязанность отвечать на их мольбы, будешь ангелом для всех страждущих, – усмехнулся я. – Представь, опускаешься ты такая с неба в ответ на мольбы, в белом платье и ореоле силы и света. Красота же?

– Платье не очень подходит, чтобы опускаться с неба, – хмыкнула Катя.

– Немного автоцензуры не сильно напрягут твои способности. Представь, сколько человек будут высматривать, что там у богини под платьем, а там облачка.

– Нет, там будут пиксели, – рассмеялась жена.

– Пиксели? А кто-то, оказывается, ещё более развращена, чем я думал. Откуда ты такие вещи вообще знаешь, милая?

Это, кстати, и правда удивительно. Да, аниме-традиция в местной Японии есть, но она очень нишевая, всё же, объёмы производимого развлекательного продукта сильно меньше, чем в моем прошлом мире. Уровень жизни намного выше, так что и заниматься подобным «контентом» ради денег особой необходимости нет. Впрочем, это хорошо сказывается на качестве продукции, люди «играют» с душой.

– Я много чего знаю, или ты чем-то недоволен, дорогой? – лениво, грудным голосом протянула девушка, переворачиваясь и ложась сверху на меня.

– Под весом таких аргументов вынужден капитулировать, – ухмыльнулся я, отпуская на свободу руки, потянувшиеся к интересным выпуклостям.

– То-то же, – ещё более низким тоном ответила она, раскидывая над спальней звукопоглощающий полог и приближая своё лицо к моему.

– Теория без практики мертва! – усмехнулся я, прежде чем ответить на её поцелуй.

И пофиг мне на битвы и проблемы, прямо сейчас в меня не стреляют и хорошо. Мы будем радоваться жизни пока можем, а все неурядицы решим, так или иначе.

Через несколько часов, оставив жену принимать душ, я сидел в столовой. Только закончили кушать Воронцовы, оставив помещение нам. Воровато оглянувшись, я полез в холодильник, где в большом блюде остались приготовленные кем-то из них рёбрышки. Может, даже Ольгой.

Тем не менее, выглядело очень хорошо. Не в силах ждать, я подогрел мясо способностями и, подхватив огромный ломоть хлеба и сок, засел за обед. После дел ратных и, особенно - постельных требовалось хорошо подкрепиться!

– Доброе утро братик! – воскликнула Адель, ворвавшаяся на кухню. – Пахнет вкусно, я угощусь?

С учётом того, что спросила она после того, как выхватила из тарелки рёбрышко, впившись в него белыми зубками, вопрос явно получился риторический.

– Тарелку возьми, грязнуля, – усмехнулся я, отламывая ей хлеба.

– Хорофо! – пробормотала с набитым ртом она, и вырвавшаяся от девочки красная ленточка, скользнув в шкаф, поставила перед Адой посуду.

Улыбнувшись, я подвинул к ней свой стакан с соком, из которого она незамедлительно отпила часть. Почему бы не побаловать сестрёнку небольшим нарушением норм этикета? Она заслужила некоторые послабления.

– Доброе! – поприветствовал нас вошедший Егор, начавший организовывать завтрак своим жёнам.

– Хаюшки, – взмахнул я надкусанным рёбрышком.

– Куда летим, кстати? – спросил Орлов, превозмогающий свой сложный процесс заварки чая.

– А фиг знает, – жизнерадостно ответил я.

– Мы летим под крыло к Стерегущему, с коротким заходом на верфи. Но можно изменить курс, если есть другие планы, – ответил на вопрос Егора ИИ. – И да, капитан, нас преследуют имперские симбионты.

– Им фсё мало? – с набитым ртом спросил, потянувшись за соком.

– Нас отслеживают, чтобы потом привести дополнительные силы, – пожал плечами Егор, смотря на заварочный чайник.

– И мы им опять наваляем! – рубанула кулачком воздух Адель.

– Точно так. Придут, тогда и будем разбираться, – согласился я с сестрёнкой, сыто отдуваясь.

– Ты сегодня подозрительно легкомысленный, – хмыкнул Егор, начиная разливать чай на две кружки. И, закончив, громко произнёс: – Чай готов!

Спустя десяток секунд в столовую неспешно вошла целительница, которой Орлов протянул чашку. Удобно расположившись, она отпила пару глотков, зажмурив глаза от удовольствия, а потом, поставив чашку на стол, заразительно зевнула, разведя руки.

Мы с Егором посмотрели на обрисованный лёгким платьем силуэт и быстро отвели глаза, смутившись. Уж очень это у неё эротично вышло, хотя оба, вроде как, не голодные на женщин. Она, наверное, и не старалась специально нас смутить, хотя, кто её знает?

Хорошо хоть, что через полминуты, за которые я успел помыть посуду за собой и Адой, начали подтягиваться наши девочки. А после на завтрак зашёл и позёвывающий Алексей. Зашкворчала сковорода, тостер и кофеварка, начала хлопать дверца холодильника. Обычное утро, хотя после вчерашнего сражения никто не вставал раньше приготовить завтрак. Отдыхать нужно всем.

– Ну что, мальки. За бой хвалю. Вы молодцы, показали, что мы не зря развивали умение пользоваться энергией тысячу лет. Даже и без меня задали аристократикам такую трёпку, какой они и в войну не видели.

– Спасибо мама-кракен, – усмехнулся я. – Но, всё же, это было как-то слишком легко. Чем они занимались эту тысячу лет, почему толком не готовы к противостоянию?

– То, что вы слишком сильные, ты не веришь? – усмехнулась целительница.

– Хочется, конечно. Но грызёт червячок сомнения, – ответила за меня Инга. – Поддержу Олега, чем они занимались тысячу лет?

– Интригами и управлением государством, чем же ещё? – пожала плечами Марьяна.

– Но они должны были хотя бы попытаться как-то модернизировать способности своих кораблей, да и сами расширить арсенал техник. Они же практически не показали ничего нового с войны! По крайней мере, относительно исторических хроник, – сдулась в конце фразы Света, наткнувшись на насмешливый взгляд старшей блондинки.

– Вы не правы, мальки, они показали много новых трюков. Но просто прошло слишком мало времени…

– Тысяча лет – мало? – поднял бровь Егор.

– Это два-три поколения, дети, и всего одна способность для развития. У нас же выросло много поколений, с сотнями различных способов проявления силы. И всё это развивалось миллионами людей, пересекалось, изучалось, копировалось, передавалось другим. Им такое не повторить. Никогда.

– Но такая разница… – недоверчиво протянул я.

– Мы совершили долбанное чудо за эту тысячу лет, смогли создать комплексно развитую цивилизацию из руин, – с неподдельной гордостью за свою работу произнесла Древняя и, высоко вскинув голову, добавила: – И не какой-то мелкой банде жалких слабаков с нами соревноваться. Пусть знают своё место! Всё что их – ваше. Берите, если сможете удержать.

И такой первородной яростью, силой и уверенностью были наполнены её слова, что у меня по спине пробежал озноб от понимания, что Марьяна не шутит. А уж как заблестели глаза от ощущения собственной силы и гордости у команды…

Что мне с этим делать? Если даже моя семья и друзья готовы броситься в битву ради торжества собственной гордыни? Впрочем, что тут ещё сделаешь, кроме как быть на острие атаки, пытаясь направить её хотя бы на «приемлемые» цели…

Ребята заканчивали завтрак в приподнятом настроении, а я, быстро доев, чтобы им не мешать своей недовольной рожей, прошёл в пустую рубку, где, сев в кресло, уставился на хмарь на экранах внешнего обзора.

Я люблю Землю и свою семью, но иногда вылезает сильная разница. Для меня всё это превосходство одних народов над другими по праву силы – дико. О, да, это всегда и везде было, но тут это как норма и совсем не маскируется. Одарённые и их с детства впитанное почтение к рангам и силе…

Даже Катя, которая не побоялась высказать в своё время Марьяне всё, что о ней думает, наступив на шею с детства усвоенному преклонению – дитя этого мира. Может именно поэтому тут именно я, рождённый впервые под другим небом? Как тот, кто однажды сможет сказать «стоп» такому подходу? Не знаю…

А пока я сидел и проверял маршрут и системы корабля. Всё же, мы тащим очень много лишней массы в пространственном кармане Марьяны. Наш грузовик, конечно, предназначен для подобного, но пятьсот тысяч тонн – это почти предел загрузки.

Тем не менее, всё хорошо. Древняя компенсировала массу собственными силами, мы наоборот летели даже быстрее, чем могли бы. Так что и тут не было ничего требующего моего внимания. На верфи мы должны быть уже через три дня, там подбираем оставшуюся младшую Воронцову с сыном и в темпе летим дальше.

Откинувшись в кресле, я проверил кто-где на корабле. В зале для тренировок с энергий прописались Воронцовы. Команда до сих пор что-то бурно обсуждала в столовой. Вздохнув, я неприкаянно прошёл в обычный спортзал и, переодевшись, начал бить грушу. Спокойно, шлифуя технику ударов и без всяких сверхспособностей.

Но на очередном ударе я слишком погрузился в собственные мысли, и кулак пробил твёрдый материал.

– Тьфу, пропасть! – выругался я и, приложив ладонь, трансформировал оболочку тренировочного снаряда обратно.

Похоже, не судьба мне уже жить, как обычный человек. Кроме тех моментов, когда я лишён всяких сил вовсе. Значит, будем тренировать способности, что уж тут. Пройдя на ринг, я замер, отпуская на волю свои силы.

Время начало сжиматься, превращая сотые доли секунд в секунды, десятки секунд. Минуты. Выдохнув, я отпустил время в обычную скорость. Для боя против разумных это даже чрезмерно. Но для космических скоростей всегда мало.

– Опять хандришь, Олег? Сейчас-то с чего? – спросила Катя, входя вместе с Адой в спортзал.

– Ничего важного, – отмахнулся я. – Вы тренироваться?

– Именно, братик. Ты так и не научил меня этому красивому удару ногой с разворота! – воскликнула девочка.

– Давай покажу, почему нет, – пожав плечами, согласился я с попыткой семьи отвлечь меня от лишней рефлексии.

Конечно, это не то, чему нужно учить девочек, но если Ада просит показать ей, как пробивать в щи с вертухи, то почему бы и нет?

Так или иначе, девочки меня отвлекли от пустых мыслей, и остаток дня до обеда прошёл в тренировках, а там уже меня взяли в оборот по инженерной части. Всё же, способность трансформировать материю, не повреждая нежные электронные внутренности, на нашем корабле весьма ценится.

Я даже и не заметил, как прошли эти три дня. Постоянно приходилось во что-то вникать, преобразовывать, чинить, усиливать. Разящий даже напряг Аду на Сеть, когда понял, что я не вытягиваю по знаниям и умениям.

И это потрясающе, особенно когда к Сети присоединился ещё и наш инженер. Третий бот, из кустарно слепленного творения, начал приобретать черты настоящего земного корабля. Хотя Лёха всё проклял, трансформируя нам материалы для работы. Подобные сложные сплавы дома не случайно предпочитают добывать и обрабатывать на специальных предприятиях. Слишком там много всего.

Но такая работа, это интересно. Что-то созидать для меня как отдушина, не говоря уже о том, насколько хорошо повышалось мастерство в трансформации, контроль и знания. Ада, правда, жаловалась, что у неё от нашей работы болит голова и вообще слишком сложно для ребёнка. Но, впрочем, Марьяна на это только усмехалась и отправляла девочку обратно. Учись, дескать.

Мы как раз хотели после завтрака заняться продолжением интересной работы, но вместо этого пришлось переться на мостик. «Кирпич» собирался выходить в обычное пространство.

Марьяна задумчиво хмыкнула, а я только раздражённо смотрел в экран, почувствовав только небольшое облегчение, от того, что гнетущее чувство искажением метрики закончено. На границе ощущений постоянно будто гул, очень раздражает. И накладывает ограничения на использование пространственных способностей.

– Фиксирую почти тысячу вымпелов в системе. В том числе больше сотни симбионтов, – оповестил нас Разящий, обрабатывая данные сканирования системы.

– Это что, типа засада? – поднял я бровь, демонстрируя удивление остальным.

Хотя в душе у меня начало подниматься бешенство. Чёрная злоба на этот долбанный мир, не дающий заниматься мне хорошими созидающими делами, а постоянно подкидывающий проблемы.

– Жирновато для засады на один корабль, однако, – хмыкнул Егор.

– Кровью умоются, пусть только вякнут, ссуки! – прорвалась из меня злость на всю эту обстановку.

Катя взяла меня за руку и мягко покачала головой. На что я посмотрел на неё, но, всё же, глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Она права, совсем глупо вспылил, слишком расслабился в последние пару дней. Я на секунду притушил эмоции воздействием на организм. Не время сейчас этому.

– Нас вызывают по связи, – оповестил ИИ. – Принимаю?

– Давай, – кивнул я, усаживаясь в кресло.

С экрана на меня молча смотрел почти старик, но до сих пор крепкий, с острым умным взглядом, поглаживающий небольшую бороду. Не узнать я его не мог, уже не первый день в космосе. Но несмотря на это, наклонив голову вопросительно посмотрел ему в глаза, играя в молчанку.

– Думаю, пришло время решить проблему между нами, внук, – устало произнёс император.