Семнадцать Саламандр. Клятый отступник

Глава первая. Риаз или План.

Я здесь. Хоть кто-нибудь, Направь фонарь и освети пути. Сквозь лес меня ведут, Так, чтобы я не вышел на люди.

Я влез в чужую жизнь, Дрожит моя, да бьётся по небу. Я здесь! И верю, что не зря, И я прошу, хоть кто-нибудь…

«Заметь меня» Екатерина Яшникова

Небо. Какое же оно бескрайнее… Иногда, когда у меня появлялась свободная минутка, я любил развалиться на траве или даже зимой на снегу и смотреть вверх, рассматривая фигуры, что угадывались в облаках. И мечтать о полёте, о возможности улететь отсюда, расправить крылья и нестись вдаль, пока у меня не закончатся силы… пока весь знакомый мне мир не останется позади.

Я привык к своему дому: к отцу и его вечным нотациям, к его ученикам и их зависти, к ненависти к той силе, что я унаследовал. Видя порой откровенное пренебрежение к моей персоне со стороны старших родственников, они позволяли себе думать, что могут меня задирать. Мы часто дрались, нас разнимали и наказывали. И всё повторялось по кругу. Но в то же время я всегда знал, что однажды покину это место, чтобы выполнить поставленную правящей элитой задачу: добыть важные сведения в стане врага, а может, и убить кого-то важного.

Ведь я родился с одной очень полезной для миссии чертой – гетерохромией. Уже больше столетия такие, как мы, служим своеобразной платой за проигрыш в войне. Порой я размышлял, любила бы меня семья хоть чуточку больше, если бы я родился обычным? Но каждый раз приходил к выводу, что разница была бы не слишком заметна. Папа всегда был строг к сыновьям, а мама всё своё время посвящала дочерям, особо и не обращая на нас внимания.

Когда погиб дядя Шион, стало понятно, что время пришло. В тот вечер отец, дядя Давид, тётя Катрин и мой старший брат Михаил собрались в доме, а потом переместились в слепое пятно – неизвестное даже для меня место, в которое не могли заглядывать пророки враждебной страны. А на утро мне торжественно объявили, что пора исполнить своё предназначение.

В тот же день мы провели красивую постановочную дуэль, и цвет моих глаз, который все эти годы скрывал артефакт, стал виден всем. Искажение вложенного плетения – обычное объяснение для таких событий. Сколько нас таких было? Гетерохромных детей, прячущих свою уникальность? Кто знает… Но одно мне было известно точно: магов среди них родилось всего двое. Один погиб несколько лет назад, незадолго до этого войдя в число тех, кто разгадал причину потребности саифов в таких, как мы. Вторым был я, и мне настоятельно рекомендовали не подводить империю.

Отец знал, что, несмотря на его приказ, кто-нибудь из его воспитанников донесёт обо мне. Когда-то давно он специально взял в ученики двоих мальчишек с червоточиной. Я знал, кто они, и всё это время доводил их до белого каления. Чтобы, увидев цвета моих глаз, у них не возникло и мысли, чтобы послушаться мастера. Всего сутки, и у нашего дома появились стражники во главе с придворным магом Уиллом Кречетом. Обмен хитрыми взглядами, и начинается ссора, которую слышно квартала на два вокруг. Я всё это время сижу у себя в комнате и украдкой смотрю в окно, наблюдая, как отец с пеной у рта орёт, что не отдаст меня без боя. С учётом его силы – это будет равняться настоящей катастрофе, что в столице просто недопустимо.

Успокаивающе поднятые ладони придворного мага, несколько коротких фраз, и он вместе с моим отцом входит в дом. Кому надо – услышат разговор, в котором папе сообщат, что они попробуют договориться с саифами о том, чтобы меня не приносили в жертву, а оставили то ли в заложниках, то ли в статусе племенного быка для вливания новой крови в их расу. Фу-у! Как же мерзко звучит! Ни за что и никогда, даже если их женщины и считаются такими же прекрасными, как эльфийки! От отвращения выпустив из рук магическое плетение острого уха, я осел в кресло. Слушать дальше не было ни желания, ни смысла. Мы говорили об этом столько раз.

Шаги на лестнице, щелчок и скрип открывающейся двери… На пороге стоит удручённый отец, за ним – придворный маг, как всегда, одетый с иголочки в белое с серебром и зачем-то ещё серебрящий бороду. Взгляд его тоже грустный… Так я и поверил!

— Ну что, мальчик, засиделся? — спрашивает он с лёгкой хитринкой в голосе. Так мы притворяемся, что происходящее – случайность, или уже нет?

— Видимо, — признал я, поднимаясь с места и лениво потягиваясь.

— Сам наденешь или как? — он достал из кармана два блокирующих магию браслета.

— Сам, — поднял руку, поймал брошенные оковы и защёлкнул их на запястьях.

— Следуй за мной, — мужчина повернулся, а я пошёл за ним.

— Прощайте, отец, — произнёс, проходя мимо родителя.

— До встречи, сын, — мягко донеслось мне в спину. Этот тон сбил меня с шага, ещё немного и я бы пересчитал носом ступеньки, но рука, вцепившись в перила, всё же удержала тело.

Без магии трудно… Совсем немного силы, маленькое плетение, и эффект был бы лучше, а так создалось впечатление, что я слаб.

Впрочем, так и есть. Я маг и никогда не дрался, используя физическую силу и большинство работ выполнял с помощью магии. Привык…

Столица империи была самым большим городом на материке. Обойти Имир за день было очень сложно, разве что по прямой. Город делился на множество районов и кварталов, в каждом из которых были свои правила и опасности. Сейчас я в сопровождении стражников направлялся в приют под эпичным названием «Мечта», где жили только такие, как я, дожидающиеся, когда же нас отправят к саифам ради спокойствия страны. Признаться честно, время от времени у меня проскакивали мысли, что хреновая это империя, раз она дозволяет, чтобы ей помыкала малочисленная раса. Но подобные думы были, как правило, редки и недолговечны. Заботы и новые знания не давали времени на размышления.

Шли пешком, маг покинул нас три квартала ранее, сказав, что его услуги больше не требуются. Я в браслетах, а значит, ничем не отличаюсь от других гетерохромных, которых всегда доставляли стражники, и магическая поддержка им, чаще всего, была не нужна. Но всё равно, мои сопроводители не сводили с меня взглядов, напрягаясь каждый раз, когда так или иначе, но появлялся шанс сбежать. Я, чтобы не казаться совсем уж пассивным, пару раз дёрнулся, как будто бы пытаясь решить, бежать мне или нет. В эти моменты на моё плечо опускалась заботливо-тяжёлая рука и разворачивала меня в нужном направлении.

Первым на месте нас встретил огромный забор. Я невольно присвистнул, когда остановился перед ним. Мне кажется, даже у городской тюрьмы высота пониже и колючая проволока по верху не настолько большая. Вот же, тут ведь всего лишь дети! Вход был в виде обычной двери, разве что металлической.

Когда она после продолжительного долбления ногой открылась, я заинтересованно посчитал замки. Три засова, два замка. Думал, будет больше. Проходя через проём, я почувствовал магию, но из-за браслетов не смог сменить зрение и посмотреть, что это было. Наверное, какие-то проверяющие или дополнительно запирающие чары. В голове снова возникла мысль о том, зачем такое ставить вокруг приюта? Как будто здесь заточены особо опасные преступники-маги? Или это от тех, кто попытается пробиться сюда? Но ведь все знают, что случится, если забрать отсюда гетерохромного. После первого побега, когда приют только-только открылся, саифы устроили настоящую гонку за сбежавшим и сообщниками по территории Имирота, разгромив по пути всё, что только можно. Удивительно, что им это спустили с рук! С тех пор за попытку вызволить хоть одного воспитанника сама империя выносила приговор о смертной казни, чтобы не давать этим монстрам и шанса повторить то, что они сделали тогда.

Смотрителями здесь были две женщины и трое мужчин. В задачу первых входила уборка и готовка, а вторые просто делали вид, что охраняют детей, не давая им сбежать. В общем, били баклуши и играли в карты прямо во дворе за столиком. Проходя мимо, я смерил их презрительным взглядом и вошёл в дом.

До сегодняшнего дня я никогда не задумывался, как живут обычные гетерохромные. И теперь, рассматривая длинную унылую комнату с двухэтажными кроватями и тумбочками, я испытывал чувство, близкое к негативному потрясению. Окружающие цвета синего и серого уже давно повыцвели, а белый перестал быть таковым. Почти полное отсутствие игрушек вокруг, самодельные я не брал во внимание. Нет даже книг. Чем они здесь вообще занимаются? Почему наше государство не даёт им жить счастливо до отплытия на другой материк?

— Что морщишься? — нагло выдал светловолосый загорелый мальчишка на верхней полке второй кровати. — Да здесь не курорт, а ты чего ожидал? Слуг с пальмовыми ветвями, как на юге? — интересные у него познания.

— Пф, — мотнул головой я, отворачиваясь. Затевать драку не хотелось.

— И пофиг, — бухнулся обратно на подушку парень, — всё равно через неделю уплывём. Хоть море снова увижу, а то тошно смотреть на все эти унылые лица, — ещё немного попричитав, он снова обратился ко мне: — Как поймали-то? С виду не бедный малый, прятавшийся в лесах. В ботинках, камзол твой, конечно, без вышивки, но бархат же!

— Заклинание иллюзии слетело с артефакта во время дуэли, а один из наблюдателей не особо меня любил, — не стал отрицать свой провал и сел на ближайшую свободную нижнюю кровать.

— Мудрёно как-то звучало… Маг?

— Угу, вот только показать ничего не смогу, — я поднял руки, демонстрируя блокирующие браслеты из белой кожи с тонкими золотыми цепочками по поверхности. На вид почти украшение, которое не снять даже с помощью пилы, пока мне не поможет другой одарённый.

— Не повезло, — протянул второй парень, сидящий на подоконнике. Правый глаз – серый, а левый зелёный. Почти как у меня, только наоборот.

За несколько минут мы успели познакомиться. Наглый мальчишка именовал себя Станиславом, причём требовал, чтобы называли его только полным именем, а за сокращения обещал бить. Второго звали Антоном. Третьего ребёнка, лет пяти на вид, прозвали Крохой уже в приюте, и другого имени у него не было. Случалось и такое. Мальчика совсем недавно перевели в комнату для старших: здесь спали только те, кому скоро предстояло отправиться на смерть. Хотя, скорее, на забвение для этой страны, ведь по большому счёту, всем было на нас плевать.

— Светит звёздочка вдали,

Смотрит на таких, как ты.

Ты оставь всё позади,

И уйди от суеты… — зазвучал красивый голос с улицы.

— Лариска опять распелась, — в голосе наглеца впервые мелькнули мягкие ноты. Видимо, певунья ему нравилась, хоть он и пытался скрыть это за несколько пренебрежительной фразой.

Встав с кровати и выглянув в окно, я заметил сидящую под деревом рыжеволосую девушку лет четырнадцати. Она улыбалась, глядя в небо, и солнце отвечало ей, даря знаки внимания в виде веснушек на лице. И правда – Лариска. Рядом с ней стоял паренёк, на вид даже старше меня, который, казалось бы, слушал её, но в то же время его взгляд блуждал в каких-то далях.

— А это кто?

— Данилка, — ответил Антон, поморщившись. — Он странный. Почти не разговаривает с нами, не играет, всё время что-то бормочет. Он здесь давно, почти с самого рождения. Его должны были забрать ещё лет пять назад, он по возрасту подходил, но почему-то отправляют только сейчас.

Наши взгляды встретились, и я поразился тому, насколько умными оказались его глаза. Так не может быть, ведь здесь неоткуда взяться знаниям! Тем более если он в интернате сколько себя помнит. Действительно – странный. Отвернувшись, я забрался уже на второй ярус всё той же кровати и постарался отрешиться от мира. Браслеты мешают колдовать, но чувствовать ауры я могу. И в потоках энергии этого мальчишки было что-то неестественное. Я не мог понять, что именно, но эта аура совсем не сочеталась с ним, а словно принадлежала другому человеку.

Заметив, что Даниил тронулся с места, направившись в здание, я распахнул глаза и повернул голову в сторону двери. Но юноша не вошёл в комнату, а остановился, словно не решаясь толкнуть створку. Постоял немного и ушёл обратно во двор. М-да, что-то тут не так!

Как бы мне не была интересна эта личность, я не мог просто подойти и спросить, почему он такой. Возможно, он тоже владеет каким-то даром, расширяющим его горизонты. Вряд ли это чтение мыслей. Я, даже несмотря на блокировку, мог поддерживать частично ментальный щит и вмешательства в свой разум не чувствовал. Значит, что-то другое… Как бы это узнать?

Кормили здесь в целом неплохо. Были и овощи, и молоко, и мясо. В чай добавляли какую-то ароматную настойку укрепляющего свойства, из-за чего напиток начинал отдавать корицей и цитрусами, которые, кстати, по большей части попадали на наш материк из Саифии. Здесь их могли выращивать лишь на юге, и по вкусу они существенно отличались от импортных. За обедом я наконец-то смог подсчитать общее количество детей. Двадцать восемь, не считая меня. Шестнадцать девочек и двенадцать мальчиков. Одиннадцать детей должны были отправиться к саифам в конце этого лета, то есть уже меньше чем через две недели, из-за чего общее настроение присутствующих было подавленным.

Со мной первыми решили познакомиться близняшки: Элла и Мария, которые были младше меня на два года. Обе черноволосые, как и я, глаза – левый голубой и правый карий. Младшая Мария была чуть ниже сестры, благодаря чему их легко было различать. Ещё она казалась неуверенней, чем Элла, и старшая близняшка усиленно защищала её от мальчишек, которые постоянно норовили её задеть, чтобы вызвать слёзы. Девочки расспрашивали меня о жизни за стенами приюта, о том, что я видел и каково это – быть магом. По мере моего рассказа слушающих становилось больше. Даже в коридоре, ведущем к столовой, тихо пристроилась одна из смотрительниц, лет сорока на вид. Из всех взрослых она показалась мне самой доброй.

— То есть тебе достаточно сказать короткое заклинание, чтобы поджечь кого-то? — переспросил меня Антон.

— Нет, простого заклинания недостаточно, — качнул я головой, пытаясь подобрать понятные слова, — нужно также сплести из силы особый узор. Узоров, или плетений, как мы их называем, огромное количество. Их все нужно знать наизусть и постоянно тренироваться.

— А ты все заклинания знаешь? — задала вопрос маленькая русоволосая девочка, прижимающаяся к Ладе, что мягко обнимала её правой рукой. Самой девушке было около пятнадцати, и она явно опекала всех малышей. Она же и ответила за меня:

— Анжи, ему всего шестнадцать, он не может знать всё.

— Понятно, — взгрустнула малышка, ещё сильнее вцепляясь в ткань чёрной юбки своей добровольной няни. — А я думала, что он нам поможет.

Сбежать? Она серьёзно? Хотя нет, она же ребёнок. Совсем забыл, какие они наивные.

— Я всё равно не смог бы, даже если бы мы нашли способ снять браслеты, — признал я, касаясь рукой холодного металла цепей. — Как думаете, зачем саифам размещать в городе торговый дом?

— Торговать? — предположил Кроха. Ещё одна наивная душа.

— Зачем им? Они полностью самодостаточны… — и увидев, что меня не поняли, поспешил исправиться, — то есть им не нужны наши товары. Они всё могут делать сами: и одежду, и оружие, и многое другое. Нет, торговый дом они открыли, чтобы следить за нашей страной. Они сразу же вмешаются, когда узнают, что мы сбежали. Такое уже было, и тогда…

— Матвей, — позвал Даниил, заставляя меня вздрогнуть. Я посмотрел на него, встречая серьёзный взгляд. — Мы уплываем, а им ещё тут жить. Прекращай их пугать!

— Я не пугаю, — попробовал оправдаться, но, осмотревшись, понял, что он прав. Я не рассказал ничего страшного, как мне казалось, но некоторые малыши почему-то едва сдерживали слёзы. — Видимо, мне лучше уйти.

И я поспешил убраться в спальную комнату. Забрался на кровать, закрыл глаза. Придётся мне всё-таки привыкать следить за словами. Не то чтобы меня волновало психологическое состояние этих детей, скорее я хотел избежать возможных конфликтов. Да и в дальнейшем мне это поможет. Пора уже понять, что игры кончились, и, если я не хочу провалить миссию, придется стать молчаливым. Своё желание быть в центре всеобщего внимания и восхищения пора давить.

Эта неделя стала одной из самых скучных для меня. Я привык занимать своё время занятиями магией, чтением книг, и теперь, не имея доступа к привычному, испытывал уныние. Играть с детьми я не хотел, не тот возраст уже, да и, если честно, не любил. Иногда по просьбе Леры или близняшек рассказывал им что-то, но в основном проводил время за бесцельным лежанием на травке во дворе или на кровати.

Никакого прощального вечера, к счастью, не было. Утром нас всех подняли рано, выдали одинаковые белые одежды, одели всем короткие золотые цепочки на шею и в крытых повозках под конвоем доставили в порт. Старшие девочки плакали, вспоминая расставание с детьми, которые остались в приюте. Остальные, в том числе и все мальчишки, зачарованно рассматривали улицы, людей, а затем и корабли. В их глазах было столько желания жить, что внутри меня даже зародилось что-то наподобие жалости.

На палубе шхуны «Рассветной звезды» обнаружился мой отец, о чём-то разговаривающий с капитаном. Продолжает играть свою роль заботливого родителя? Наши взгляды пересеклись, и я тут же отвёл глаза, скрываясь в трюме вместе с остальными детьми. Мы уже прощались. Ни к чему повторять эту процедуру снова, тем более столь наигранно.

В небольшой каюте оказалось неожиданно уютно. Здесь стояли две кровати с мягкими чистыми матрасами и стопками постельного белья, узенький шкаф, в котором хранились несколько комплектов одежды, вместительные тумбочки с запасом ванильных сухарей и песочного печенья. О, и пара фляг: одна с водой, вторая с каким-то разведённым соком, кажется, смесь яблока и апельсина. Надо будет выпить сразу, пока не испортилось. На верхней полочке я обнаружил стопку листов и набор карандашей. Сокровища! Через небольшое круглое окно можно было наблюдать за пейзажем. А два плафона, прикреплённые к стене над кроватями, излучали волны магии и света. Сняв обувь и забравшись на кровать, я щелкнул пальцем по стеклу. Огонёк внутри стал чуть ярче.

— Прошлой группе так не везло, — раздался с порога явно впечатлённый голос Даниила, которого поселили вместе со мной.

— Откуда знаешь? — сразу же уточнил я.

— Видел, — туманно отозвался он и отправился стелить постель. Его спина прямо-таки излучала нежелание говорить. Ну и фиг с ним. Долго он темнить не сможет.

Расстелив простыни и надев на подушку наволочку, я накрыл своё место для сна пледом и приземлился сверху. Теперь мне предстояли четыре-пять недель ничегонеделанья. Вот только это не было прекрасной новостью. Если я с таким трудом выдержал неделю в приюте, то что мне делать здесь?

— Привыкнешь, — снова подал голос мой сосед. Повернув голову, я настороженно посмотрел на него. Взгляд странного парня, сидящего на своей кровати, был направлен в круглое окно. — Все прошли через это.

— Ты в курсе, что похож на психа? Такого тихого, примерного, что-то шепчущего под нос, а потом берущего нож и начинающего резать людей?

— В курсе, — коротко рассмеялся он. — Боишься?

— Когда я без магии? — вопросительно поднялись вверх мои брови. — Конечно, да!

— А ты в курсе, что тебе отмычку в браслетах оставили? — следующий его вопрос заставил меня резко сесть. Откуда он знает об этом? Я вообще должен был воспользоваться ей только в экстренной ситуации!

— Ты кто такой?! — сощурился, начиная размышлять над тем, куда я буду прятать труп. Чарами я его укрою, вонять не будет, но вот держать его в комнате не хочу. Да и вопросы у команды корабля появятся. Как я объясню его пропажу?

— Никто, — сжал и разжал пальцы рук Даниил.

— Не ври!

— Это действительно так, — горько хмыкнул он. — Но вижу чуть больше, чем другие.

— Тоже маг?

— Нет. Теорию знаю, в четырёх кварталах от приюта стоит один из корпусов университета магии.

— Пророк? — не отставал я.

— Я не вижу будущего или прошлого, — качнул он головой. — Только настоящее. И то только над местом, о котором думаю. И не дальше нескольких километров. Раньше было ещё меньше.

— Хорошая способность.

— Это как посмотреть, — он облокотился спиной о стену и убрал руки за голову.

Видимо, дальше откровенничать он не собирался. Всё, что было нужно, сказано. Он озвучил свои пределы, чтобы я не задавал вопросов о том, что с нами будет, или не просил его взглянуть на материк саифов. Хотя он мог и занизить свои возможности. Для себя я понял, что с этим человеком общий язык, скорее всего, не найду.

***

Георгий Матвеевич Грачёв:

— Что, Геша? Спровадил сына? — отвлёк меня от чтения книги Владимир.

Когда этот прохвост зашёл в мой дом? Снова жена пустила и убежала к Лере и Марии? Дочери важнее безопасности супруга?

— Для тебя я Георгий, так моё имя сокращал только отец. Ты бы не ходил ко мне, последний остался… после Шиона.

— Думаешь, ансар не имел тогда в виду всю нашу компанию? — беззаботно ухмыльнулся мой рыжеволосый собеседник, разжигая во мне невольную злость.

Хотел бы я также смотреть на мир, но, увы…

— Кто знает? — недовольно захлопнул книгу и повернулся к магу. Всё так же любит ходить в чёрном и прячет резерв под блоками, притворяясь слабым. — С чем прибыл?

— Прогнозы хотел узнать?

— Их нет, вслепую стреляем.

— Так-то уж? Скрытничаешь? Что тебе сказал тогда уважаемый Матвей? В день теракта саифов?

— Вряд ли отец хотел, чтобы ты знал. Я уже сказал, это дела нашей семьи. Ты бы за своей присмотрел, твой дед был бы недоволен тем, как вас мало.

— После Лилианы мне никто не мил. Успею ещё.

М-да, там и правда неприятная история вышла, удивительно, что он Канерсам мстить не стал, которые шесть лет назад не уследили за своей нежитью, и та проредила немаленький посёлок у Даринского моря, зацепив особняк, в котором отдыхала его беременная зазноба.

Может, оттает ещё и встретит кого. Хотя…

— Я не уверен в этом, — твёрдо встретил его негодующий взгляд, внутренне понимая, что он не жилец. С его-то безалаберностью и откровенными разговорами вне слепых пятен… Свои же закопают, если сболтнёт лишнее, и саифы не успеют добраться.

Не был уверен я также и в задуманном. А потому постарался не привязываться к сыну. Погибнет, горевать не стану. Справится, тогда уже будет за что его любить и уважать.

Посмотрим…

***

Путешествие казалось бесконечным. За окном один и тот же пейзаж, разве что облака разные. Листки в тумбочке исписывались быстро. По своей давней привычке я рисовал схемы плетений и узоры пентаграмм. Мой сосед даже поделился половиной своего запаса, так как ему самому всегда было чем заняться. Он постоянно за кем-то наблюдал. Несколько раз за эти недели он срывался с места, чтобы остановить ссоры между детьми. Наши каюты никто не закрывал, за исключением двери, ведущей из общего коридора. Раз в три дня нас выпускали на прогулку. Кормили просто и сытно, дважды в неделю давали вяленое мясо. Всё же в напитки добавлялось что-то, не позволяющее нам сильно психовать, так как явных истерик за это время я не заметил. В голову закралась идея повыливать эту вкусную бурду, но, зная себя, я понимал, что явных изменений от этого не будет. А просить кого-нибудь стать объектом исследований не хотелось.

Самым счастливым из детей был Кроха. В силу возраста он не мог понять наших страхов, а если и боялся, то недолго: детская энергия не давала ему скучать. Он облазил весь корабль, сдружился с коком и первым помощником капитана. Один раз его даже со всей осторожностью подняли на мачту, чтобы он смог посмотреть на всё сверху. Что там было такого занятного, я не понимал, но глаза ребёнка сияли ещё несколько дней.

День, когда по правому борту показался первый архипелаг, стал одним из самых бурных. Младшие бегали по палубе, пытаясь найти лучшее местечко для наблюдения, мешая матросам. Дошло даже до того, что капитану (кстати, а как его зовут, я опять забыл) пришлось остановить их рыком и указать на точку, где они бы точно никому не помешали. Я же, облокотившись о мачту и сложив руки на груди, рассматривал пятёрку небольших островов. Возможно, их было больше, ведь мы видели только те, что были спереди. Ни кораблей, ни поселений я не заметил. Интересно, там кто-то живёт?

На этот вопрос утвердительно ответил корабль, появившийся через пару часов плавания. И снова на палубе активизировалась беготня малышни. Кажется, я знаю, что они сегодня будут рисовать. Белоснежный корпус, синие паруса, фигурка морской девы на носу. «Акаре», – прочитал я витиеватое название, когда они достаточно сблизились с нами, и ахнул. Это же корабль, на котором в Имирот всегда прибывала королевская семья саифов и их послы! Что он здесь забыл? Ох, что это я? Откуда мне знать, чем занимается команда в свободное от перевозок первых лиц своего государства время.

— Там моя драгоценная… — услышал я шёпот Даниила.

— Чего?!

— Ты придурок, Матвей?! — взвился на меня юноша. — Я не дослушал из-за тебя!

Мария и Элла нервно обернулись на его крик и непонимающе посмотрели на нас обоих. Но, видя, что мы не собираемся объяснять, что случилось, вернулись к изучению непривычного корабля. Между нами было уже приличное расстояние, и оно стремительно увеличивалось. «Акаре» действительно очень быстрый!

— И с чего так орать, подумаешь, не узнал пару грязных слухов? — прошептал я ему на ухо.

— Возможно, ты и в курсе, что тебя не убьют, за тебя словечко замолвили, а вот насчёт других никто не знает, — ответил он как можно тише. — Не мешай!

Это где же он такое успел подслушать? В порту, что ли?

Оглядевшись вокруг, я задерживал взгляд на лицах детей… Уже завтра вечером наши пути разойдутся. Чьи-то судьбы меня, признаюсь, всё же волновали, но по большей части мне было всё равно. Отлипнув от мачты, я вернулся в свою каюту, так как не видел смысла стоять на палубе.

Стоило лечь спать пораньше. Силы мне ещё понадобятся.

Глава вторая. Тис или Судьба.

Лодка тихо покачивалась на волнах и медленно шла к берегу. Рядышком плыла ещё одна. Чем ближе мы были, тем чётче я ощущал панику – неестественную, явно вызванную ментальным внушением, обходящим мою защиту, которую я мог поддерживать даже с блокирующими браслетами. Раздумывать о причинах подобного не было времени, все свои силы я отдавал на ремонт этого щита, чтобы хоть немного снизить градус наведённого волнения.

— Они молчат, это плохо, — произнёс Даниил.

— Ты их понимаешь? — в прошлый раз спросить не довелось.

— Я не знаю их языка, но общий смысл фраз могу уловить. Это сложно объяснить.

— О чём вы? — Антон отвлёкся от «интереснейшего» занятия в виде разглядывания собственных связанных рук.

— Нас ждут в лесу, — пояснил я, повернув к нему голову.

Да, я знал, что этой фразой напугаю их, но, тем не менее, церемониться не собирался. Сам сижу на нервах, так пусть не мне одному плохо будет. От их побелевших лиц я испытал какое-то ненормальное удовлетворение. Одёрнув себя, прикрыл глаза, пытаясь справиться с эмоциями. Но вышло не слишком успешно. Лодка причалила к берегу. Меня никто не заставлял выбираться из неё, я вылез сам и направился в сторону деревьев.

То, что произойдет дальше, я примерно представлял. Своего рода лотерея. Вот только кто из тех монстров, что сейчас прячутся в тени, оставит меня в живых? Именно это незнание порождало во мне страх. Замерев на самом краю, я стал ожидать остальных, ощущая на себе взгляды саифов.

Интересно, о чём они думают? Что я смелый, наглый… или глупый? Справа раздался смешок.

Вздрогнув, я повернул голову.

— Рай драен Хоктис… — раздался звонкий, явно девичий голос. — Не попадись мне, парень, — прибавила она со смехом уже на имиротском. — Тебя я точно прибью, мяк…

— Взаимно, — отозвался я, срываясь с места…

Следующие полчаса моей жизни слились в беге и сумасшедшем стуке сердца, звучащем в моих ушах. Вот чего-чего, а бегать я не любил, да и не мог похвастаться хоть какими-либо успехами. И совершенно не понимал, как мне удаётся так долго держаться. Саифы казались волками, охотящимися за добычей. За мной мчались по меньшей мере трое. Кто же из них? Луна окончательно скрылась за облаками. Я моргнул, частично перестраивая зрение. Отец так меня натаскал в заклинании ночного видения, что теперь оно практически не требовало магии, а значит, не блокировалось. Надеюсь, моя трансформация останется незамеченной. Главное только изредка запинаться о корни деревьев.

Один саиф остался сзади, двое ускорились, обегая меня с двух сторон. Дьявол! Что же делать? Ещё немного, и меня зажмут в кольцо! Я припустил быстрее, но всё равно не успевал. И тут на моём пути выросла тень. Не успев затормозить, я со всего маху налетел на неизвестного мужчину. Тот даже не пошатнулся, ловким движением загнал меня себе за спину и придержал за локоть, когда я уже вознамерился бежать дальше. А следом, явно магией, разорвал мои путы. Вот только зачем мне свободные руки, если я всё равно не могу колдовать?

Первыми из леса показались двое саифов, потом появился ещё один… точнее – одна. Саифа сделала несколько шагов вперёд.

— Фера ренар, — Доброй ночи, — чуть кивнула она в знак приветствия. — По какой причине вы прервали мой Хоктис?

— Он вам не по зубам, сая Миерлен ард Тисай, — спокойно произнёс саиф. Я хорошо знал их язык, так что прекрасно понимал каждое сказанное слово. И эта фраза едва не заставила меня вздрогнуть. Он что-то почувствовал и вмешался?

— Вы знаете меня? — удивилась девушка. Мужчина зажёг яркий магический светлячок и подбросил в воздух.

Я ахнул вместе с саифами, когда увидел цвет волос, забранных в высокий хвост, кончик которого почти касался земли. Синие, словно море при штиле в яркий солнечный день. Они действительно их не красят?

— Сай тар Наир? — троица не сумела сдержать эмоций и сделала шаг назад. В их глазах я заметил с трудом скрытый ужас. Что? Это кто-то сильный? — Но… почему вы здесь? Неужели этот мальчик?..

— Он нас понимает, — я дёрнулся, услышав это, но саиф держал меня крепко. — Не бойтесь, я не причиню ему вреда. Но вашим учеником он не станет. Таково желание саи Динади Асэль. Она подберёт вам иного кандидата.

— Что ж, раз так решила Она, то я и мои помощники откланиваемся, — трио бесследно скрылось в тенях, оставляя меня наедине с длинноволосым.

— Я тебя не напугал? — спросил он на имиротском, медленно поворачиваясь ко мне и отпуская мой локоть.

Я отшатнулся, ощущая, как меня пробирает дрожь. Кто он? Посланник королевской семьи? Неужели мне конец? Что мне делать?! Мысли забегали, пытаясь выдать конструктивный план дальнейших действий. Саиф почти незаметно улыбнулся, сине-зелёные глаза следили за мной с каким-то весельем.

— Не волнуйся, — он протянул мне руку. — Меня зовут Элеран Гридан тар Наир, и я не причиню тебе вреда, как и сказал ранее.

— Матвей Георгиевич Грачёв, — со всей осторожностью пожал ему ладонь.

— Сын мага, наслышан уже о тебе, — саиф повернулся и устремился вперёд, всем своим видом говоря, что даже не сомневается, что я последую за ним. Сделав пару неуверенных шагов, я махнул рукой на все свои страхи и последовал за мужчиной. — Твой отец не хотел отдавать тебя, дошло даже до скандала. Пока ты жил в приюте, он поднял в нашем торговом доме такой шум... В итоге пришлось убеждать его: что с тобой ничего не случится, что ты получишь у нас лучшее образование и будешь иметь те же права, что и любой другой саиф. С некоторыми ограничениями, конечно.

— Не знал об этом, — никогда бы не подумал, что отец разыграет такой качественный спектакль, чтобы меня оставили в живых, и я смог выполнить поставленную задачу.

— Насколько хорошо ты знаешь саифский?

— Произношение неважное, путаюсь иногда, но понимаю многое из того, что слышу, — честно ответил я. — Отец научил, на случай, если я всё-таки выдам цвет своих глаз.

— Магия?

— На три уровня выше средней планки по имиротскому, если только вам это что-то говорит.

— Говорит, — едва заметно кивнул мужчина, останавливаясь и поворачиваясь ко мне. — Ты сильно устал?

— Нет.

— Врёшь, — непонятная эмоция отразилась на его лице. Наверное, так учёный смотрит на забавную и ранее неизученную зверушку.

— Устал, — что ж, не стану отрицать.

— Тогда не будем нагружать и без того измученные ноги и головы, — он деликатно взял меня за плечо и потянул в сторону. В следующее мгновение перед глазами возникла небольшая комната, погружённая в полумрак. Саиф махнул рукой в сторону камина, поджигая магией брёвна, и запустил в воздух несколько светлячков, которые заняли свои места в небольших матовых плафонах, расположенных на стенах. — Здесь ты будешь жить, — он легко снял с меня блокирующие магию браслеты и шагнул к двери. — Тёплых снов.

— Подождите… — как же его назвать? — Господин…

— Можешь называть меня по имени, и наше вежливое обращение – сай и сая. Используй наш язык, тебе нужно тренировать навык, а если чего-то не знаешь, говори по-имиротски, я буду поправлять.

— Сай Элеран Гридан, а что со мной будет?

— Как проснёшься, поговорим, — хитро молвил мужчина, прикрывая за собой дверь.

Демон!

Но, по крайней мере, я снова могу использовать свою силу. Сжал руку в кулак, наблюдая, как вокруг неё собирается энергия. Конечно, против того, кто столь легко меня телепортировал, это не поможет, но возможность дать хоть какой-то отпор успокаивала.

Ещё раз осмотрелся. Комната была раза в полтора больше моей прежней. Первой мыслью после изучения мебели было: богато, но без излишеств. Просторная кровать, накрытая черно-красным пледом крупной вязки, занимала угол напротив входной двери, учебный стол и два кресла с высокими спинками стояли около занавешенного окна, единственного в комнате, но достаточно широкого, судя по размеру тёмно-зелёных штор. Завтра посмотрю, где очутился, судя по отсутствию бликов освещения от других домов, мы в какой-то глуши, и кроме темноты я там ничего не увижу. В углу рядом с окном находился диванчик со столиком, на котором стояла ваза с фруктами. К большому вместительному шкафу, расположенному между двумя дверьми, я подошёл после того, как взял из вазы небольшое яблоко. Потянув на себя одну из створок, бегло взглянул на одежду и обувь. Пара парадных костюмов, остальное повседневное. Потом разберусь, всё время ходить в красном наряде я не собираюсь. За узкой дверью нашлась ванная, совмещённая с уборной. Моя? Личная? Щедро. Откусил кусок от яблока, которое за это время проверилось моим плетением на присутствие ядов или любой другой дряни. Травить меня вряд ли собирались, просто привычка. Ммм, вкусное, сладкое с легкой кислинкой.

Сбросив одежду, я забрался в широкую ванную и повернул краны. Мыла и шампуни трогать не стал. Как будет время, проверю магией, а пока я хотел всего лишь смыть грязь. Чуть не заснув в воде, с трудом выбрался, обтёрся полотенцем, накинул на тело найденный халат и прямо в нём завалился спать.

Утром… всё действительно утром…

***

Даниил Крылосик:

В закатных лучах это место казалось красивым и даже нереальным. Незнакомые деревья, непонятные запахи и кто-то, скрывающийся в тенях. С детства я с точностью мог определить расположение любого человека поблизости, даже если он скрывался. Этот дар отлично помогал, когда мы играли с ребятами в прятки. К десяти годам я развил свой талант до такой степени, что мне нужно было только представить человека или место, чтобы увидеть его как наяву. Из семьи меня забрали, едва стало ясно, что мой правый голубой глаз никогда не станет карим. Так что родных я помнил смутно, что, однако, не помешало мне найти их и выяснить, что моя мать даже не вспоминает обо мне, а вот отец опечален потерей первенца. Воспоминания уже забылись, но чувство огорчения и потери – нет, ведь именно тогда я понял, что остался один. В какой-то момент я стал следить за всем, что происходит за забором в радиусе многих кварталов, и практически перестал реагировать на приютских детей и смотрителей. Все решили, что я сумасшедший, и не трогали меня, что, в принципе, было мне по душе…

Ох, я слишком отвлёкся на воспоминания.

Тени в лесу оживились, а потом раздался девичий голос:

— Да начнётся Охота за Судьбой, — расшифровал я общий посыл с помощью дара, а через секунду что-то незримое подтолкнуло меня. Оглянулся назад: моряки в шлюпках спешно гребли к кораблю, словно боясь что-то увидеть или услышать. Трусы!

Невидимая Сила, давившая мне в спину, стала настойчивее. Услышав короткую перепалку всё того же голоса и Матвея, я испытал некоторый страх. Его обещали убить, и что-то мне подсказывало, что это действительно произойдёт, если он и обладатель голоса пересекутся в лесу.

— Беги, — шепнул мне кто-то еле слышимый, ухо обдало потоком воздуха. И я помчался в единственную сторону, где не чувствовалось присутствие саифов. Раздавшиеся крики радости удивили меня. Неужели они и правда на нас охоту устраивают? Совсем дикие, что ли? Может, они и людей едят, как все говорят?

А-а! Вот угораздило же!

Кубарем скатившись с холмика и влетев в какое-то дерево, я обогнул его и помчался глубже в лес. Минут через пятнадцать меня загнали на обрыв, спасибо моей способности, которая помогает мне чувствовать лишь живых, а не весь окружающий мир. Я метнулся вправо, но увидел силуэты вдали. А слева ко мне уже подступала невысокая фигура.

— Добегался? — раздался знакомый голосок. Та, что объявила начало охоты…

Кажется, я знатно попал, на самый худший из вариантов!

— Иди на хрен к цитадели демонов, тебе только там и место! — огрызнулся, понимая, что терять мне уже, собственно, нечего.

— Мрр-мяу, смелый какой, — неожиданно довольно мяукнула она и упёрла руки в боки. Вокруг нас загорелись несколько сияющих огоньков, освещая прибывшую. Девчонку, совсем мелкую. С розовыми волосами. Чудеса. — Я не ме… тьфу, бесишь! Как и думала, ты ясновидящий. А потому понимаешь, о чем я примерно говорю, даже если я обращаюсь к тебе на другом языке. Ну что, пошли или прыгать будешь?

— На алтарь? — сдался я, ощущая, как мои верёвки превращаются в клочья и осыпаются на землю.

— Нет, — хихикнула она в кулачок, — никто тебя убивать не будет. Разве что ты сам, так что лучше отойди от пропасти.

— Ты врёшь, — и сделал шаг назад, вставая на самом краю. — Ты просто хочешь, чтобы я не убился, а потом зарежешь меня в честь своих богов и съешь моё сердце!

— Так, — разозлилась девочка, что ещё мгновение назад мило улыбалась, — отойди от обрыва, не пытайся повторить полёт моего братца. Ты не маг, летать не умеешь. Мы не приносим кровавые жертвы и никогда не приносили, — она осторожно протянула руку. — Ты мне веришь?

— Нет, — и спрыгнул вниз…

В нескольких метрах от земли, когда я уже успел попрощаться с жизнью, меня подхватила какая-то сила и вздёрнула ввысь. Через несколько секунд я оказался наверху, но продолжая парить в перевёрнутом виде.

Обидно… Эта девчонка точно надо мной издевается, и подняла меня тоже она. Телекинетик хренов!

— И всё-таки ты — дурак, — изрекла она, развернулась и пошла в лес, а я полетел за ней на привязи.

— Переверни меня!

— Не хочу.

— Кому сказал, переверни! — рыкнул я и тут же снова устремился к земле. Зажмурился, отклонил голову и стал ожидать удара, а когда открыл глаза, то понял, что теперь мой нос почти касается почвы. — Прекрати… пожалуйста!

— А ещё раз? — она повернулась, и я всё-таки уткнулся в землю.

— Ну, пожалуйста! — так унизительно я себя ещё никогда не чувствовал. Будет возможность, отомщу!

— Отомстишь-отомстишь, — ответила девчонка, несколькими пассами рук возвращая меня в привычную вертикаль и ставя на ноги. — Иди за мной, Даниил Крылосик.

— Откуда ты знаешь моё имя? — спросил я и устремился следом. Всё равно сбежать не даст!

— А то, что я только что прочла твои мысли, тебя совсем не волнует? — удивилась она. — Мяу, забавный ты. Я Динади, — и протянула мне ладошку. — Давай дружить?

Я машинально пожал её руку и ужаснулся. Я только что согласился дружить с саифой! Добровольно!

— Ну, вот и отличненько, — расцвела улыбкой Динади и, подпрыгнув, быстро коснулась моего лба указательным пальцем. — А теперь спи, дружочек…

***

Утро для меня наступило поздним днём. Меня никто не будил, что было в некоторой степени странно. Поднявшись, я оделся в первое, что попалось под руку в шкафу, стянул из вазы ещё одно яблоко и выбрался за дверь. В доме было тихо. Делая осторожные шаги, я, касаясь ладонью стены, осматривал жилище. Лестницы на второй этаж замечено не было, но сам по себе дом был большим и, скорее всего, похожим на букву «Т» с высоты птичьего полёта. Входная дверь определялась легко: огромная, почти до потолка, с солидным засовом, который, несмотря на подозрения, сдвинуть оказалось не сложно. За ней оказалась длинная дорога из серого камня, уходящая вдаль и вниз, к огромной долине между трёх гор. Это что же получается? Дом стоит на склоне? Я сделал несколько шагов вперёд, обернулся и едва не ахнул вслух. Это что же, дом частично врезан в камень?! А если, не дай боги, оползень или лавина зимой? Или тут щиты? Привычно перестроил зрение, и теперь моё подозрение сменилось уважением. Обитель этого саифа защищена капитально. Вот только где он сам?

Свернул направо, осматривая длинную аллею яблонь. Сочные спелые плоды и не думали падать с ветвей, словно их удерживало что-то. Необычный выбор. Очевидно, хозяин дома – не любитель декоративного. Все, что было представлено в его достаточно обширном саду, так или иначе могло использоваться в пищу или же в алхимии. Но ничего ядовитого не было. Предусмотрительность или же ему не нужно? Вопросов было слишком много.

Я вернулся в дом. Мыслей о том, чтобы сбежать, у меня не было. Глупейшего поступка в моей ситуации и представить сложно. Разве что накинуться с ножом на саифа. Надеюсь, никто из других детей так не поступит. И, кажется, я вспомнил имя того, кто меня забрал. Элеран Гридан тар Наир. Тар… значит, он не из благородных. Но вчера он упомянул саю Динади и, огненный шар мне в зад, если это не старшая ансари – самая таинственная фигура в верхушке власти саифов. Если об остальных было известно хоть что-то, то насчёт неё – нет. Даже информации о внешности не было. Её не мог увидеть ни один из пророков дома светлой Афиры. Как будто она была стёрта из эфирных потоков будущего. Странно и подозрительно. Мой отец предполагал, что она отвечает за разведку. Если это так, то дело плохо. Но паниковать пока не будем.

Саиф объявился только спустя пару часов. Я сидел на диванчике у перекрёстка из трёх коридоров и наблюдал за входной дверью. В моих руках была книга на саифском, которую я нашёл на столе в своей комнате. Рядом пристроилась ваза с фруктами, откуда я брал яблоки и виноград, игнорируя цитрусы. Не то чтобы я их не любил, просто сейчас они напоминали мне о том странном напитке, что давали нам в плавании.

Засов, закрытый мною, бесшумно сдвинулся в сторону сам. Створка раскрылась, и в холл вошёл хозяин дома. Чёрный наряд с тёмно-красной вышивкой, на груди невзрачный медальон с агатом. Волосы всё так же забраны в длиннющий хвост. И зачем ему такое? Чуть наклонишься, и они начнут подметать пол. Куда уж проще с ёжиком, как у меня. Не короткий, но и в глаза не лезет.

— Доброго дня, — поздоровался я, спокойно выдерживая его изучающий взгляд. За время чтения книги, кстати, это были легенды, я успел привести в порядок мысли.

— Доброго, — ответил он, снимая верхнюю одежду и оставляя её на вешалке, продолжая наблюдать за мной краем взгляда, — не обедал?

— Только этим, — ткнул я пальцем в миску, закрывая книгу и откладывая её на небольшой столик рядом с диваном.

— Кухня направо от входной двери, столовая — напротив. Надеюсь, что готовить ты умеешь? — увидев мой кивок, он продолжил: — У меня довольно много дел, так что тебе часто придётся оставаться одному. В твоём распоряжении библиотека и всё в этом доме.

— Благодарю, — я подскочил, когда увидел, что он повернул в сторону кухни. Интересно, какие у него дела? Да и вообще, кто он, раз его отправила сама принцесса? Причём явно срочно. Но, как говорил мой отец: терпение – добродетель. Эта фраза вечно меня раздражала, но если хочешь чего-то добиться, ей нужно следовать.

Кухня соединялась с кладовой, внутри которой находился спуск в подвал. Там ничего интересного не оказалось. Бочонки с вином, ледник с мясом, большая связка колбас или ветчин, какие-то соленья. Он сам заготавливает, покупает или ему кто-то помогает? Взяв с полки небольшую колбасу в сетке, я поспешил вернуться наверх. Сай Элеран уже занимался готовкой. Три из четырёх магических конфорок были активированы, но горели почему-то чёрным пламенем. На одной стояла кастрюля с водой, на двух других жарились мясо и овощи. Саиф подготавливал продукты магией, а я зачарованно смотрел, как они, удерживаемые в воздухе, нарезались десятками нитей. Вот это контроль! У подобного действа своё очарование, точно так же, как у мощного удара магией. Если во втором случае это показатель силы, то вот такое, что я вижу сейчас – мастерства.

С моей стороны потребовалась помощь в сервировке стола в соседней комнате. Всё необходимое уже было там, в стоящем вдоль одной из стен серванте. Бегло осмотрев полки, я выбрал из перечисленного сервиз с зелёным плетёным рисунком. Стол здесь был большим, длинным, я даже на минуту остановился подумать: а как расставлять тарелки? В итоге Элерану я поставил приборы во главе стола, а себе в середине. Надеюсь, никаких правил тем самым не нарушу, но и сидеть в конце у двери мне не хотелось.

На лице вошедшего в столовую саифа на мгновение мелькнуло нечто похожее на улыбку. Серьёзно? Уже второй раз за сутки? Это он специально или они действительно не такие замкнутые и бесчувственные? Вслед за ним в помещение влетели подносы с блюдами и со всей осторожностью разместились на столе.

— Ла`машед, — пожелал сай Элеран Гридан, опускаясь на угаданное мной место. По поводу того, где решил сесть я, он не сказал ничего.

— Приятного аппетита, — отозвался я, укладывая на колени салфетку.

Обедали молча, я был слишком голоден. Почему молчал он, мне было неизвестно. Лишь под конец, когда под взглядом саифа вскипел серебряный чайник на маленьких ножках, он всё же подал голос:

— Мне кажется, ты хотел о чём-то спросить?

— А… — не сразу определился я. — Да, вы правы. Я бы хотел узнать про мой статус.

— Статус? — заинтересованно наклонил голову мужчина. Мне почему-то сразу же захотелось подскочить и посмотреть на кончик его хвоста. Волосы валяются прямо на полу? Жаль, отсюда не видно. Всего на мгновение я подался вперёд, чтобы затем сразу же взять себя в руки. Не время для ребячества! — Эмигрант с запретом на посещение городов.

— Временным? — взвинчено уточнил я.

— Пока не пройдёшь адаптацию.

— Есть какая-то общая оценка или же всё решает… эм… — и как его назвать?

— Наставник – стандартное обращение к учителю на обоих континентах. И да, всё решает именно он. Так что надеюсь на твою благоразумность, — саиф скрестил руки на груди, ожидая моего ответа.

— Понятно, — не стал разочаровывать его ожиданий.

— О скачке резерва магии отец ведь тебе рассказывал? — теперь спросил уже он. Когда я кивнул, саиф продолжил: — Я не против обучать тебя нашей науке, она отличается от имиротской. Конечно, определённую часть знаний придётся добывать самому из книг, но всё же, полагаю, тебе это не в новинку. Также любая серьёзная практика будет происходить только под моим контролем.

— Почему? Я хорошо оцениваю риски и свои силы.

— Не сомневаюсь, — на лице снова ноль эмоций, — но я не люблю, когда бессмысленно гибнут дети, особенно по собственной глупости.

Но я не ребёнок! Конечно, я ещё ученик, но магия – моя жизнь! Недовольно поджав губы, я сдержал свои порывы, хотя было очень трудно. Он ведь не запретил мне пользоваться магией, просто ограничил. Возможно, я ещё сумею доказать, что мне можно… доверять? Нет уж, чего-чего, а этого не будет. Он знает, чей я сын, он знает, как я воспитан. Я ненавижу эту страну!

Левый уголок губ Элерана дёрнулся вверх.

— Вы читаете мои мысли? — спросил, нахмурившись.

— Твой блок несовершенен, часть особо эмоциональных мыслей просачивается, могу научить технике получше, если так боишься за свою подкорку.

— Обойдусь, — обиженно ответил я, резко вставая из-за стола. — Спасибо за обед, позволите мне удалиться в свою комнату?

— Я тебя не держу, — кажется, подобное общение лишь забавляло его.

Выскочив из столовой, я закрылся в своей спальне, благо небольшая защёлка на двери была предусмотрена. И вспомнил, что оставил наполовину пустую вазу с фруктами в холле. Демон! С ней я мог пропустить ужин! Завалившись на кровать, посмотрел в узорчатый потолок и прицокнул языком. И как мне здесь жить? Как терпеть их, втереться в доверие, если я на дух их не переношу? И это видно!

Долго лежать без дела не стал. Как только эмоции немного улеглись, я поднялся и прошел к рабочему столу. Нашёл на одной из полок тетрадь и, удобно разместившись в кресле, занялся привычным для себя делом: черчением узоров. Время пролетело незаметно, и, когда я поднял голову, за окном уже было темно. Поразмыслив пару минут, решил всё же выйти из своего убежища навстречу «наставнику». Не съест же он меня, в самом деле?

Саиф уже был в столовой за накрытым столом. Посмотрев на место, за которым сидел в прошлый раз, я обнаружил там приборы. Он знал, что я приду? Снова подслушивал мои мысли или угадал? Сай Элеран молчал… я тоже не стал разговаривать. Только буркнул нечто похожее на пожелание не подавиться.

После мы разошлись так же, как и встретились…

В тишине.

Глава третья. Карат или Время.

Дни, недели, месяцы. Сколько я провёл здесь? За чтением книг счёт времени теряется. Я с восторгом погрузился в изучение предложенных томов в библиотеке, иногда спрашивал у синеволосого, если что-то не понимал, с увлечением тренировался в новых способах плетения, помогал по дому, иногда гулял. А потом, в какой-то момент, выйдя за дверь дома, я увидел первый снег, укрывший долину. Охнув, запустил руку в волосы, параллельно отмечая, что они слишком отросли и требуют стрижки. Я пропустил свой семнадцатый день рождения… И ничего не сделал для того, чтобы исполнить план отца.

Нельзя… он будет недоволен. В голове мелькнула мысль: что теперь уже всё равно, что здесь он меня не достанет, и тут же исчезла. Я не знал всей его силы, он слишком осторожничал рядом со мной. Но и тех возможностей, о которых я был в курсе, хватало, чтобы бояться... собственного отца… Мотнув головой, я сжал кулаки, сдерживая непонятную нахлынувшую ярость.

Элерана сегодня опять не было с самого утра. Я так и не понял наших взаимоотношений. Он не требует от меня уважения, ему это безразлично, но он всегда отвечает на мои прямые вопросы. Иногда кажется, что я ему не интересен, но порой я замечаю его улыбку и какую-то теплоту в глазах. Кем он считает меня? Учеником? Узником? Забавной зверушкой? Былой ненависти к нему я однозначно не чувствовал, но довериться саифу не представлялось возможным.

Пересеклись мы с ним снова на обеде. В мою привычку вошло готовить всегда с расчётом на то, что он появится. Так и вышло. Вот только появился он не как прежде – тихо, а с грохотом. Сорвавшись с места, я пронёсся до холла, чтобы увидеть, как он по стеночке добирается до небольшого алтаря богини смерти Анарен, установленного в конце коридора, уходящего вглубь горы. Я никогда не подходил к нему: оттуда веяло чем-то мрачным и пугающим. Добравшись до золочёной статуи, мужчина упал на колени и склонил голову.

Вот этого я никогда не понимал. С чего такие могущественные саифы столь набожны? Отец рассказывал, что их жизнь очень зависима от небесных покровителей, но неужели нельзя было найти…

— Смешной…

Что это?! Резко обернувшись, я ощутил, как мимо меня пронеслась энергетическая волна, окатившая сая Элерана со спины. Наставник словно бы погрузился в черный туман, а вынырнул из него уже полным сил и здоровым. Ух ты! Всё ещё пытаясь подавить дрожь от встречи с немыслимой силой, я смотрел, как он медленно встаёт и расправляет плечи… Как поворачивается ко мне, осматривает и явно о чём-то размышляет…

— Напугал?

— Нет, — ответил я, тут же понимая, что мой голос далёк от спокойного. — Что произошло? Вы были ранены?

— Был, — кивнул он, щелчком пальцев испаряя кровь с одежды. Надрезов я не заметил. Значит, кровь не его, а повреждения были внутренними?

— Кто это сделал?

— Ваш, — коротко ответил Элеран, твердым шагом отправляясь на кухню.

— Наш? — продолжал расспрашивать я, ощущая, как во мне пробуждается интерес.

— Пытался устроить теракт на празднестве первого снега.

Как жаль, что у него вышло...

Только я подумал об этом, как саиф резко остановился и обернулся ко мне. Увидев в его глазах ярость, я отступил на пару шагов.

— Ты, видимо, считаешь героем неудавшегося убийцу детей?!

— Детей?

Пространство резко изменилось: вокруг возникла иллюзия города. Часть моего сознания изучала широкие улицы, непривычные дома, но в основном я рассматривал саифов. Разноволосые, красивые и… улыбающиеся? Они держали на руках малышей не старше четырёх лет, которые с восхищением смотрели на падающий снег и волшебные представления на сцене. Вокруг носилась ребятня постарше, играющая в снежки. Комья то и дело попадали мимо, во взрослых, но никто из них и не думал ругаться. Вокруг царила атмосфера праздника и счастья. Идиллия, которую решил разрушить человек.

— Я…

— Не знал? — уточнил у меня саиф и продолжил свой путь. Разговаривать дальше он, видимо, был не намерен. А когда я зашёл следом на кухню, его там уже не было.

Только слабый след от телепорта.

Да, я знаю, что войны без жертв не бывает! Да, я помню, что должен пойти на всё, если мне представится случай. Но убивать детей, тех, кто не может сопротивляться и сражаться? Отец так и не смог привить мне должную жестокость. Как я должен поступить? Извиниться за свои мысли или забыть об этом случае? Ведь я не могу проявлять к врагам моей страны сострадания. Но почему те саифы в иллюзии были не такими, как мне рассказывали? Не пытаются ли мной прямо сейчас манипулировать? Где правда? А где ложь? Меня словно что-то съедало изнутри.

Это ужасное состояние преследовало меня несколько дней. Я не мог нормально заниматься, как и слушать тишину, звенящую между мной и наставником. Где-то я читал, что есть такой психологический приём – игнорирование. Что ж, очевидно, на меня он действовал. Мне не нужно было слов одобрения, но элементарное приветствие успокаивало.

Утром, пересёкшись с Элераном в коридоре, ведущем на кухню, я остановился и, не глядя ему в глаза, пожелал хорошего дня.

— И тебе приятного дня, — тут он неожиданно улыбнулся.

В первую секунду я подумал, что улыбка предназначалась мне, и несколько опешил. Но уже через секунду саиф, обогнув меня, устремился к входной двери. Кто-то пришёл? За всё это время я не видел в доме ни одного гостя.

Поспешив к порогу, я выглянул из-за плеча Элерана, во все глаза рассматривая маленькую девочку, спешно шагающую по тропинке. Солнце и сверкающий вокруг снег ярко освещали её розовые волосы, небольшие кошачьи ушки на голове и длинное бело-голубое зимнее платьице. На плечи девчушки была накинута меховая шаль светлого цвета.

— Элли! — крикнула она, завидев саифа, ускорилась и влетела в спешно раскрытые объятья. Кто она? Я сделал шаг назад, пытаясь осознать происходящее.

— Что случилось, Ди? — взволновано спросил Элеран, заботливо осматривая лицо ребёнка. Никогда не видел его таким! — Что-то увидела?

— Нет, — замотала она головой и практически следом делая взмах руками: — Точнее, да, но всё так сложно!

— Входи, — мужчина деликатно отстранил меня в сторону и провёл малышку в дом. Усадил за стол в столовой, сел рядом. Поскольку меня никто не прогонял, я счёл возможным подойти поближе к открытой двери комнаты. Поймав разрешающий взгляд мужчины, вошёл к ним и занял свободное место. — Ди, тебе стоит мне всё рассказать, ведь именно за этим ты пришла, верно?

— Да, я не знаю, как рассказать об этом семье…

— Что-то с твоим подопечным? Ты не справилась?

Подопечным? Неужели маленькие саифы тоже берут на обучение людей? Но это просто смешно! Не может быть такого!

— Пф, ты серьёзно, мя?! Чтобы я, да не справилась? Нет, у него всё хорошо. А вот я за эту ночь выросла на два сантиметра!

— Что?!! — вот теперь происходило что-то странное, потому что у наставника отвисла челюсть. Впервые за всё это время. С трудом подобрав её, он поднялся на ноги, сделал шаг и погладил саифу по волосам.

— Приготовить тебе какао?

— Было бы замечательно, — Элеран тут же скрылся на кухне, оставив нас одних. Всё же немного странно, что мне дозволили присутствовать. Не театральная постановка ли это?

Девочка растерянно терзала платок. Спустя минуту ткань не выдержала надругательств. Ойкнув, саифа убрала свою жертву в кармашек платья и достала новый. И что в росте могло так напугать её? Хотя, конечно, два сантиметра за ночь – это аномально.

— А… ты… — начал было я, но осёкся, когда она подняла взгляд. Отнюдь не детский, взрослый и очень мудрый.

— Не играл бы ты в эти игры, — произнесла она чуть слышно. — Что тебе это даст? Неужели хочешь быть виновным в начале новой войны?

— О чём ты? — холод её глаз прошиб меня до костей.

— Вот твой напиток, — саиф вернулся к нам и поставил перед саифой поднос с двумя чашками, одну из которых отдал мне.

— Спасибо, — девочка обхватила чашку двумя руками и задумалась, устремив взгляд в никуда.

— Ди, он тебе нравится?

— Я привязалась к нему за осень, — её щёчки заалели. Хм, а разве в таком юном возрасте должен волновать противоположный пол?

— Ты провела?.. — тут он бросил взгляд на меня и решил не продолжать фразу. Но гостья, похоже, и так поняла его вопрос, покачав в ответ головой:

— Я... пока ограничилась нестандартными методами. С ним не всё просто, он хуже, чем я и брат. Не хотела тревожить Виттэ…

— Разве дядя тебе откажет? Особенно после того, что случилось? Эти два события связаны. Не удивлюсь, если в будущем вы будете вместе, ведь не зря же он явился тебе во сне перед Хоктис.

— Я знала о нём и раньше, но всё равно поражена происходящим. Вероятность была так мала.

— Не бойся и расскажи родным. Они будут рады.

— Ты прав, я боюсь этих изменений, — саифа залпом допила какао, улыбнулась и подскочила со стула. Ушки забавно взметнулись вверх. — Спасибо, Элеран. Я подожду ещё немного, и если рост продолжится, то сообщу близким, — она перевела взгляд на меня. — Учись хорошо, Матвей, и пересматривай уже, наконец, свои приоритеты и взгляды на мир. Почему ты считаешь правыми тех, кто первым высказал свою точку зрения в конфликте, а вторую сторону даже слышать не желаешь?

— Я… — неуверенно прошептал, но потом гнев поднялся во мне, — не твоё дело!

— Моё! — стукнула она ладошкой по столу. — Я не говорю, что мы правы, а люди нет. Но тебе стоит хотя бы попытаться понять, почему мы так себя ведём по отношению к Имироту.

— Мала ещё мне указывать!

— Матвей! — рыкнул Элеран, устремив на меня грозный взор, а потом с отеческой нежностью взглянул на саифу: — Ди, ты не хочешь с ним нормально познакомиться?

— Обойдётся! — она зло сдвинула брови, развернулась и направилась к выходу из столовой. Ненадолго замерла у порога, — Спасибо за шоколад, Элли. И за поддержку, — и вышла в коридор. Провожать её никто не стал.

Такая мелкая, а уже стерва! Так и знал, что все саифы считают себя выше людей! Хотя бы за это их страну следует захватить!

— Не стоило разговаривать с ней в таком тоне, — эти слова всколыхнули почти погашенную ярость и заставили меня закричать:

— Раз она саифа, так значит, может мне указывать, что делать?!

— Я же не указываю, — чуть улыбнулся сай Элеран и снова стал серьёзным. — Тем более она не простая саифа. Сегодня нас посетила третья наследница престола – сая ансари Динади Асэль ард Саламандра.

— Ансари? — охнул я, хватаясь руками за голову. Враг из правящей семьи – это очень плохо. Да ещё и сама первая принцесса... Но постойте! Я нахмурил брови, пытаясь вспомнить все, что знал о саифах…

Она же должна быть гораздо старше!

— Должна, — похоже, я озвучил последнюю мысль вслух или опять не уследил за щитом. — В следующем году Динади исполнится сто двадцать пять лет. В истории страны было всего пара десятков случаев, когда саифы останавливались в росте. Чаще всего это происходило после сильного эмоционального потрясения. Ансари потеряла отца в десятилетнем возрасте.

— Как? — вырвалось у меня, и ответ тут же пришёл. Почти сто пятнадцать лет назад. Ну конечно! Что-то я совсем потерялся в хронологии.

— Можно сказать, что именно это стало началом войны, а вовсе не стычки торговцев в городах-портах Сэ’Андкарэ и Карэурр. Наша страна не хотела бессмысленного кровопролития, и асар указом назначил ансар Андррия Гритиса главой посольской миссии. Как второй наследник, он имел широкие полномочия и регулярно проводил своё время в империи, выстраивая дипломатические отношения. Мирный договор должен был устроить и нас, и Имирот, но мы не учли, что люди – это не саифы и не эльфы. Империи было мало низких таможенных пошлин и культурно-технологического обмена, ей нужна была земля. И само ощущение властвования над другой расой, возможность пить наши силы… — наставник сделал паузу, задумчиво посмотрев в окно. — В день подписания договора на ансар устроили покушение. Очень масштабное и подлое. К сожалению, оно оказалось удачным. Вот только Андррия не убили сразу. Опытные маги повесили на него блокирующие магию артефакты и провели ритуал магии крови.

— Какой?

— Родственная боль.

Я вздрогнул от ужаса. Обряд, требующий многотысячных жертв, чтобы добраться всего лишь до десяти целей. Но добраться наверняка. Страшный и противоестественный. Он был запрещён многие века назад, и считалось, что о нём не осталось ничего, кроме описания. Но… видимо, это было не так.

Неужели Имирот действительно это сделал?! Нет! Не может быть!!

— Судя по твоим глазам, ты знаешь, что это, — глаза наставника словно пылали от гнева. — Родственная боль не просто передаёт всю боль, она её усиливает, и эту боль не заглушить никакой магией, никакими обезболивающими. Не буду тебе рассказывать, как его пытали, но скажу сколько, — он склонился к моему лицу. — Семнадцать часов! Ему не давали потерять сознание. И всё это время вместе с ним страдали все его близкие родственники: супруга, сын, дочь, брат, жена брата и племянник. Как только стало известно, где он, королевская семья лично переместилась в стан врагов. Испытывая нечеловеческую боль каждую секунду, они добрались до места, где держали ансар. Как ты, наверное, понял, их пытались остановить, подвергая пыткам Андррия, и атакуя как магией, так и оружием. Но они не сдавалась. Крича от боли, чувствуя каждую сломанную кость, каждую обожженную конечность ансар, как свою, они постепенно приближались к укрытию. Ритуал, который, казалось, уже было не остановить, который напитался кровью столь могущественного саифа, был прерван объединённой силой всего нашего пантеона. Ты и представить себе не можешь, сколько Они потратили в тот день, чтобы спасти их! Когда стало ясно, что ритуал сорвался, принца убили, а оставшиеся маги спешно сбежали, бросая своих воинов на произвол судьбы. Динади отсутствовала на поле боя в силу возраста, но боль она испытала ту же. Это и остановило её рост. А королева Вэрилин не выдержала и умерла за два часа до смерти Андррия. Она ждала ребёнка. Долгожданная девочка должна была появиться на свет спустя почти пять сотен лет после рождения их первенца. Ансар остался единственным прямым наследником. И это только одна история с нашей стороны. Но, думаю, на сегодня тебе хватит ужасов, да и я изрядно переволновался... Для нас Саламандры – земные боги! Несущие свет надежды изначальных сквозь века. И смерть двух, а если считать и не рождённое дитя, даже трёх, особенно такая смерть… — ему не нужно было заканчивать фразу. Всё сказало его лицо и сжатые кулаки. Сжатые настолько сильно, что ногти уже давно пронзили кожу, и теперь с пальцев на пол капала кровь…

Алая…

Такая же, как у людей…

***

Динади Асэль ард Саламандра:

Тонкая раскалённая игла медленно входит под ключицу. Умелые, но безжалостные руки палача с лёгкостью справляются со своей работой: причинить как можно больше страданий. Крик боли, распространившийся далеко за пределы комнаты, вызвал очередную волну смеха у наблюдающих…

Закричав, села на кровати, стремительно открывая глаза, чтобы доказать самой себе, что это сон… лишь сон… лишь…

— Сая Динади?! — ворвалась в комнату моя верная горничная, в секунды оказываясь рядом и касаясь прохладной ладонью моего вспотевшего лба.

— Я в порядке, — мотнула головой, пытаясь избавиться от её заботы. Осознание, что она снова увидела меня в таком состоянии, выводило меня из себя.

Засунув руку под подушку, я сжала плюшевого зайца, сбрасывая сквозь пальцы в накопитель избыточную энергию и успокаивая свою огненную ипостась. Я так редко выпускаю её на волю, что она стала слишком нестабильной.

— Вам нужно отдохнуть, мне вызвать Данэрия?

— Нет, — вытащив игрушку, я прижала её к груди и исчезла из комнаты, появившись в кабинете асар.

Шикнув в сторону подсвечника, я заставила свечи загореться и, бросив зайца в дядино кресло, протянула руку к графину, чтобы налить в рюмку коньяк. Поднесла стопку к носу, поморщилась и проглотила огненную жидкость. Рюмка выпала из пальцев, а я, пошатнувшись, оперлась ладонями о стол. Видения постепенно выветривались из моей головы, делая разум непривычно пустым.

— Снова кошмары? — раздался голос Виттэ за спиной.

Вздрогнув, я затравленно повернула голову, встречаясь с ним взглядом. Он стоял у двери, а вокруг него постепенно исчезали остатки плетения телепорта. Посмотрев на графин внимательнее, я обнаружила почти невидимое заклятье. Сигналка…

— Давно заметил?

— Что ты таскаешь мой алкоголь из кабинета? — спросил он, подходя и опуская тёплую ладонь на моё плечо. — Давно.

— Почему раньше не говорил?

— А был смысл? — он прошёл к своему месту, взял в руки игрушку и сел. — Ты уже взрослая девочка.

— Я не… — чуть не огрызнулась я, но вовремя остановилась. — Мне хотелось, чтобы ты знал и спросил об этом.

— Значит, не совсем взрослая, — мягко улыбнулся он, внимательно рассматривая потрёпанного зайца. — Ты в курсе, что он на пределе?

— В курсе, — я залезла на дядин стол и свернулась калачиком, словно на кровати. — Нужно будет сшить нового.

Виттэ протянул руку и мягко погладил меня по волосам. Я всхлипнула и закрыла глаза.

— Чем мне помочь тебе?

— Ничем, это не проходит. Я вижу этот сон с непостоянной периодичностью.

— О прошлом? — спокойно спросил дядя, понимая, что если бы это было будущим, то он уже был бы в курсе.

— О последних часах отца…

Его рука остановилась на пару мгновений, а потом продолжила утешающие поглаживания.

— Ты многое держишь в себе. Мы ведь не враги и всегда готовы тебе помочь.

— Я слишком часто прошу о помощи, — не смогла удержать слёз и подняла руку, чтобы остановить утешение, но дядя словно бы и не заметил.

— Алкоголь хоть помогает?

— Немного, он выветривает видения, и я могу отдохнуть. Пару часов, потом всё сходит на нет. И я молюсь, чтобы за это время ничего не случилось.

— Почему ты опять увидела сон? — он всегда был умным и всегда видел больше. Первый, ведь…

— Я расти начала, — призналась, приподнимаясь на руках, и посмотрела в синие глаза дяди. Он молчал, ожидая продолжения. Вздохнула, продолжив: — И пошла к Элерану, а там этот мальчишка… потомок мага, убившего отца, чтоб эти игры богов!

— Но с другой стороны, представь, как бесится на том свете Матвей Грачёв, которого вы тогда спалили? — позволил он себе улыбку, чуть наклоняясь и целуя меня в лоб. — И насколько сильно будет в шоке отец паренька, когда узнает.

— Это да, — я хмыкнула, ощущая волну довольства. — Элли ещё скуёт из паренька настоящий меч.

— Хочешь, я с Урр поговорю? — предложил дядя. — Укрепим его связи с Десятой?

— Полагаешь, стоит? — задумалась я. Виттэ всегда предлагал лучшие решения, даже в случаях, когда мне казалось, что мы зашли в тупик.

— Да, как и ускорить их встречу. Общество, при вмешательстве богов, закроет глаза на их будущее формальное родство, а мы избежим изрядной части выходок этой парочки, о которых ты упоминала. Мне не улыбается заниматься их сердечными проблемами на фоне остальных событий.

— Ты правда этого хочешь? — посмотрела на него с грустью, ощущая на языке привкус горечи, но не от алкоголя. От будущего, что было мне уже известно, его размытой и невидимой другим пророкам ветви. К которой мы шли очень осторожно, не посвящая остальных в подробности. Слишком многое стояло на кону.

— Ещё тысячу лет правления против главенства моего сына в мире уже через сотню? Ты действительно считаешь, что это равноценно? Конечно, я хочу, чтобы ты запустила цепь событий.

— Где-нибудь через недельку, — я медленно прикрыла глаза, нейтрализуя алкоголь в крови и запуская дар. — Да, не раньше, вот только…

— Я займу Элерана делом, — пообещал дядя, уже зная, что мне нужно…

***

Спал очень плохо. Мне снились кошмары. В них царили боль и ужас… И громкий детский крик маленькой девочки в миг гибели отца... И вопль беременной женщины, пытающейся удержаться на грани и не умереть, забрав с собой ребёнка. Отчаянье мужчины, потерявшего не только любимую супругу, но и дитя… Скорбь сыновей и их бессилие против необузданной враждебной магии, приведшей к гибели стольких близких…

Проснулся с криком. Сел на кровати и уронил голову на руки. Правильно ли я поступаю? Кто прав? Есть ли вообще в этом мире ответы на подобные вопросы? Совсем запутался. С рождения мне говорили, что саифы – звери в человеческой оболочке, твари, не способные к сочувствию и подлежащие уничтожению. А тут такая история, несомненно, правдивая. Да и сыграть эмоции, что я увидел, невозможно. Пусть даже он и саиф с многовековым опытом. Что мне делать? Был бы здесь отец, он бы сказал…

Нет… Я не ребёнок! Я не должен во всём полагаться на него и слепо верить всему, что он говорит. Я должен, нет, обязан узнать правду о той войне! Документы Имирота намертво отпечатались в моей памяти, рассказывая о зверствах саифов. Но не преувеличены ли они? Или даже ложны? Родственная боль. Это ведь десятки тысяч убитых людей, тысячи душ, отданных на растерзание Ривану, богу войны и крови. Как?! Пусть и ради великой цели? Как они могли?! Подскочив с кровати, я умчался в библиотеку, зажёг несколько магических светильников и начал искать. В первую очередь отмёл в сторону все мемуары: в них слишком много эмоций, ненависти к людям. Так я ничего не узнаю. Мне нужны лишь сухие факты.

— Что ищешь? — на пороге появился Элеран, сжимающий в ладони магический светлячок. Странная привычка. Всё никак не удосужусь спросить у него, почему? Как можно сжимать светлячок, да и зачем? — Могу помочь, это ведь моя библиотека.

— Я хочу знать историю войны с людьми. С вашей стороны.

— А чем тебе не понравились уже отсмотренные книги? — он бегло прочитал названия лежащих на столе фолиантов и шагнул к одной из полок. — Вот, эта подойдёт, — и вытащил толстый том в тёмно-зелёной кожаной обложке без названия. — Автор редкий циник. Описывает подробно, но не оглашая свою точку зрения. Если интересуют события незадолго до войны и после, то открывай предпоследний раздел. Книга рукописная, почерк мелкий, но понятный. Из рисунков только карты и схемы. Вообще, её было бы желательно прочитать всю, но другие события тебя пока не волнуют. Кроме этой, прочитай ещё военные записки, они здесь, — и положил на стол четыре небольшие книги. — Дневники достоверны, ничего приукрашенного, просто описание дня. Но приготовься к эмоциям и даже весьма ярким. Самые сухие записи у военачальников – это верхняя книга в синем переплёте.

Поднял голову, отрывая взгляд от предложенного. Какие цели он преследует? Почему он?..

— Потому что хочу найти общий язык. Я прекрасно понимаю причины твоего поведения, как и то, на что способна пропаганда, действующая на ребёнка с самого рождения. Мы сами таким промышляем, что уж скрывать, — наставник чуть повёл плечами, словно признавая вину, — но направлена она больше не на создание внешней угрозы.

— А на что?

— На сохранение порядка внутри страны. Сам подумай: полная страна магов разной направленности и принадлежности к богам. Если даже две группировки перессорятся, это грозит гражданской войной, а у нас двенадцать осознавших свою суть божеств, множество древних семей и немало желающих войти в число представителей Ард.

— И вы тоже?

Лицо Элерана помрачнело, и я понял, что ненароком задел запретную тему. Поспешил тут же извиниться, на что саиф вздохнул и ответил:

— Всё равно скоро в книгах встретишь. Моя семья – бывшие Ард.

— Вас лишили титула? — взлетели вверх мои брови. Но за что?

Он кивнул и, указав на книги, произнёс перед тем, как уйти:

— История всегда важна. И лишь узнав все грани событий, ты сможешь сделать свои выводы.

А я внезапно понял, что перерою всю библиотеку, но выясню: в чём причина их опалы. Возможно, я даже смогу их убедить… вот же бред лезет в голову! Об этом думать ещё рано. Я ведь хотел… хотел узнать совершенно другое…

Коснулся рукой головы. Так странно. Это похоже на растерянность или на вмешательство. Это сделал сай Элеран? Но зачем ему сбивать меня с мысли о поиске ответов о начале войны? Наоборот, это должно быть… должно…

В глазах потемнело, и я упал прямо на книги. Надо поспать…

Что… что со мной?...

— Не отключайся! — меня встряхнули, пытаясь вернуть в сознание. Потом зашипели и забросили на плечо.

Не надо меня двигать! Мне и тут хорошо! Сейчас посплю, и жизнь станет проще… Но не стала. Отнюдь. Стало мокро, ведь надо мной схлестнулись воды.

Холодные!

Неосознанно ахнул, набирая воды в лёгкие, и меня тут же за шкирку вытащили на поверхность, давая прокашляться. Жадно вдыхая воздух, я старательно отползал от саифа, который ступал следом за мной.

— Кха, зачем… зачем вы?..

— У тебя одно из внушений слетает, началось его восстановление.

— Что? — обхватив рукой свою шею, я неверяще посмотрел на мужчину, что словно размывался в моём зрении. Внушение? Какое ещё?..

— О, сейчас другое сделает за тебя вывод, что оно было саифским. Ну-ка… — мне влепили пощёчину и снова столкнули в воду.

Я умел плавать, но почему-то в этой воде я тонул. Где я? Это какая-то пещера?.. Мы внутри горы? Почему он это делает? Он решил меня убить? Что за внушение, и почему он говорит, что оно не саифское?..

Это ведь невозможно… отец не мог… нет… он мог, он мог сделать всё...

***

Медленно сел в кровати. Вокруг полумрак… Чуть повернув голову, я прищёлкнул пальцами, запуская светлячки в плафоны. Поднялся и отдёрнул плотную тёмно-зелёную штору… Сощурился, рассматривая снежную долину. Почти полдень… Странно, вроде лёг рано. Правда, что снилось, не помню. Обычно мне всё время что-то снится, незамысловатое… Какие-то эпизоды из жизни, иногда фантазии, порой просто набор разноцветных клякс. А сегодня ничего.

На мне пижама, в которой я вчера засыпал… Но всё равно мне казалось, что то вчера, которое я помню, было давно. Одевшись, прошёл на кухню и обнаружил там Элерана, готовящего обед.

— Ты сегодня словно воплощение Нинэ, — произнёс он со смехом в голосе вместо приветствия. Богиня снов? А что, похож. Хмыкнув, спросил, нужна ли моя помощь. — Да, сходи за зеленью в сад.

С этим я легко справлюсь. Набросив на плечи один из плащей, висевших у входной двери, вышел во двор… Выдохнув пар, я обхватил себя руками, удивляясь холоду. Судя по облакам, в ближайшие часы нас накроет метелью. Быстренько сбегал в небольшой магический купол-теплицу и вернулся с пучком разнообразных трав.

Саиф поблагодарил меня и сообщил:

— Книги, которые ты отложил, ждут тебя в библиотеке на столе.

— Книги? — не помню, чтобы я был в библиотеке.

— Ты сознание потерял поздним вечером. Я бы тебя просканировал, чтобы понять, в чём причина, но не думаю, что ты позволишь. Поэтому предполагаю, что причиной всему стресс.

Отступив, я приземлился на стул и закрыл глаза, восстанавливая в памяти произошедшее: встречу с ансари, моё ужасное поведение, последующий разговор с Элераном…

Родственная боль! Как я мог забыть?!

— Может, сначала поешь? — остановил мой порыв наставник.

— Да, наверное, вы правы. И я… хотел бы задать вам несколько вопросов.

— Постараюсь ответить.

— Вы точно непричастны к моему обмороку?

— Разве что косвенно, — ответил он и продолжил, пока я не успел ничего выдумать, — это ведь я рассказал тебе о ритуале. Также, клянусь Саа, я не причинил тебе никакого магического вреда, пока ты был в тумане Нинэ… Как не причинял и до этого.

— А она?

— Иногда она приглашает к себе саифов, пока те спят. Разговаривает с ними. Но если ты не помнишь сна, значит, и зова не было.

— Тем более я не саиф, — сложив руки на груди, я продолжил размышлять.

Их клятвы всегда серьёзны, ведь они призывают в свидетели самих богов. Отец говорил, что нет большей удачи, чем заставить их пообещать что-либо. Свои обязательства они выполняют всегда. И это свойство очень сильно не вязалось с их остальным обликом.

— Когда я смогу побывать в городе? — всё же жизнь в одиночестве не располагает к выполнению моих обязательств.

— Когда дочитаешь книги на столе в библиотеке, — поставил довольно простое условие мужчина. — Надеюсь, ты не станешь их читать по диагонали?

— Не стану, — кивнул, стараясь казаться серьёзным.

Спустя полчаса я стоял в библиотеке, рассматривая пяток книг, одна из которых была раскрыта посередине. Судя по смятым листам, именно на неё я и упал. Стыдно-то как! Книги – самое ценное, что есть в жизни. Они – знания, они – приключения, они –успокоение и надежда. И вредить им, значит вредить себе. Осторожно провёл пальцем по странице, восстанавливая её магией… Вот так лучше.

Ритчем ард Аурр действительно оказался циником и ценителем древних традиций. Он тщательно описывал события, и, если позволял себе отступления, то только, чтобы показать, какие правила поведения нарушало лицо, о котором он рассказывал. Мельком проглядев предыдущие страницы, я уверился, что самым страшным, рушащим все устои событием была свадьба брата короля на простой саифе. И его безмерно удивляло, что такой союз породил целых двух ассашэр.

— Хм, — запустил я руку в волосы, размышляя.

— Появился вопрос? — голос Элерана заставил меня вздрогнуть. Обернувшись, я увидел саифа, стоявшего у одной из полок и читающего книгу. Я же был уверен, что он вышел из комнаты больше часа назад! И даже сейчас я не ощущал его присутствия. Перестроил зрение, осознавая, что его аура словно находится в коконе… что за чары такие? — Я решил, что не стоит оставлять тебя одного, понаблюдаю за твоим состоянием.

— Спасибо за заботу, — поблагодарил, продолжая рассматривать его.

— Извини, если напугал. По привычке скрыл полностью любой шум, будь то физический или энергетический.

Я уж понял… Надеюсь, это первый и последний раз, когда он так делает рядом со мной. Как-то пугающе, что всё это время он мог наблюдать, чем я занимаюсь. Ведь перебрал я книг за эти месяцы немало… правда, в основном по магии и наукам.

— Здесь упоминаются «ассашэр», — ткнул пальцем в текст. — Шэр – ребёнок, Асса – боги. Вы говорили, что королевская семья – земные боги, так что же автор удивляется, что у ансар Андррия и Шинниэль родились двое детей?

Саиф заглянул в фолиант и понимающе склонил голову к левому плечу:

— Нет, смысл в другом. Не все Саламандры обладают должным уровнем сил для наследования престола.

— То есть?

— Корона – тяжкая ноша, и это не только заботы о стране. Это огромная сила, которая просто раздавит носителя, если он не будет к ней готов. Все нынешние наследники – ассашэр, истинные.

— Даже ансари Эвелин? — удивлённо вскинул я брови.

— Даже она, пусть и не является ард Саламандра по крови… Точнее, не являлась, пока не прошла посвящение, которое стабилизировало её силы после Тиссенэвей.

— То есть наследники Аскерий и Эвелин – Переплетённая пара? — ох, эта информация из разряда стратегических! Имирот бы многое отдал за неё…

— Как ты уже понял, за пределы страны это знание не выходит. Слишком опасный козырь.

Но всё же козырь. О сплетённых душами известно мало. Не секрет, что такие пары не расстаются и умирают практически одновременно. Даёт ли эта преимущества? Даже не знаю…

— В случае с Андррием и Шинниэль – это сыграло злую шутку. Родственная боль была в большей степени нацелена на Саламандр, но из-за Переплетения ансари Шинниэль ощущалась как член семьи. Через неё атака перекинулась на её первенца и его отца, который тоже погиб в тот день. Нэстан же частично тронулся умом, но время было к нему милосердным, и сейчас всё хорошо. Увы, о происходящем с ними стало известно слишком поздно. В тот момент всех больше интересовала сохранность королевской семьи. С другой стороны, не будь этой связи, зацепило бы кое-кого ещё, и последствия были бы другими… — тут он увёл взгляд, и я понял, что продолжения не дождусь. По крайней мере, сегодня.

Десять целей… Один, над которым и проводят кровавый обряд, и девять близких по крови. А далее ты можешь делать всё, что пожелаешь. Всё, на что хватит твоей фантазии. Даже малейшее прикосновение будет ощущаться всеми, что уж говорить об ударах и пытках. Мне всё ещё трудно было поверить в то, что это действительно произошло и что это сделали люди…

— Я мог бы показать тебе свои воспоминания, но явно не сейчас, — признал саиф. — Я, как и ты, не люблю пускать кого-либо в свою голову.

И я не буду его упрашивать, ведь при ментальном контакте слишком велик риск открыться самому.

Отвернувшись, я вернулся к изучению книги. Из-за ритуала, королевская семья и многие сильнейшие саифы, участвовавшие в спасении, оказались выведены из строя почти на месяц. Растерянные помощники советников и Жрецы Второго и Третьего круга были вынуждены взять на себя все организационные вопросы. Опасаясь действовать самоятоятельно, они занимались лишь эвакуацией, защитой и спешным формированием боевых отрядов.

Первым в себя пришел наследник Аридий, следом за ним сам асар. Здесь Ритчем позволил себе маленькое отступление, смачно упомянув о грандиозном разносе, устроенном этими двумя. Думаю, на месте короля я бы тоже не был в восторге от подобных проявлений паники. Стране, которая многие столетия жила в мире, пришлось срочно приспосабливаться к военному положению. Далее шли упоминания о столкновениях с полезными зарисовками схем сражений, количеством потерь и уроков, которые были извлечены из каждой битвы.

Подложив ладонь под голову, я задумчиво перелистывал страницу за страницей. Какой вывод я могу сделать из прочитанного? Что саифы – относительно мирная, но агрессивная к вторженцам раса, которая мстит за смерти своих близких. Не вяжется… Совершенно не вяжется со всем остальным, что мне известно. Зачем им дети и почему именно гетерохромные?

Сглотнул слюну, сдерживая свои вопросы.

Ещё не время.

Глава четвёртая. Шимирр или Рассказ.

Элеран снова пропал. Он не появлялся в доме уже четвёртый день, заставляя меня испытывать непривычное волнение. Что могло случиться? Что-то серьёзное? Ведь в любом другом случае он всегда предупреждал об отъезде. Я занимал себя всем, чем только мог, но всё равно не мог избавиться от терзающих мою голову подозрений. А что, если произошло очередное нападение? Что, если мой наставник пострадал или вообще погиб? Обо мне в этом случае хоть кто-нибудь вспомнит? Или я так и буду куковать здесь до конца своих дней?

Приблизительное местоположение было выяснено по карте давным-давно. Дом находился на Северо-западной гряде, которая в дальнейшем переходила в линию архипелагов, соединяющих материк с островом Тэвиа. Весьма отдалённое от большинства городов место, тем более от столицы. И просто идеальное для проживания таких подозрительных личностей, как я. Чтобы добраться до ближайшего поселения, мне потребуется недели две, но идти в зиму – равносильно самоубийству. Так что придётся ждать… и надеяться… фу… ну и мысли. Проживу и так!

Набросив на плечи плащ, я выскочил во двор с намерением добраться до теплицы, но на полпути резко метнулся влево, прячась за ближайшим деревом. Осторожно выглянул из-за дерева, вглядываясь в танцующую под одной из одиноко стоящих вишен фигуру: белые волнистые волосы до талии, лёгкое кремовое пальтишко с чёрным узором, высокие тёмные сапожки. С каждым её шагом снег вокруг расступался, а дерево словно бы наливалось соками. Вот показались первые листочки, ещё несколько плавных движений и почти всё дерево оделось в зелень. А следом зацвело... Маленькие розовые лепестки, осыпаясь, запутывались в локонах, создавая чудесную картину.

А когда она повернулась, я резко выдохнул, ощутив волну жара, ударившего сначала в голову, а потом ухнувшего вниз. Мой взгляд поймал её, и я просто утонул в этих невероятно прекрасных голубых глазах.

— Доброго дня, — склонила она голову к левому плечу, — давно прячешься?

— Нет, — отозвался я, пытаясь справиться со своим своенравным организмом. Я столько говорил себе, что меня тошнит от мысли быть племенным быком, но, глядя на неё… Я… Чёрт! Запахнуться, что ли, в плащ, чтобы не заметила?

Сдвинув полы накидки, вышел из-за дерева и уважительно склонил голову:

— Прошу прощения, сая, я не хотел за вами следить, а тем более пугать.

— Хи-хи, — хмыкнула она в кулачок, — откровенно. Я совсем не испугалась.

— Вам виднее.

— Элеран уже вернулся? — спросила девушка.

А я задумался. Сколько ей лет? Выглядит совсем юной. На вид не больше пятнадцати. Но то, что она творила с деревом… Кто знает, возможно, она такая же, как принцесса Динади?

— Нет, — качнул головой, продолжая рассматривать её.

Красивая... Даже слишком. Черты лица такие симметричные, очаровывающие. Плавные дуги светло-песочных бровей, миндалевидный разрез глаз, мягкие скулы, розовый румянец на щеках, ещё не потерявших детскую форму.

— Странно, — она коснулась подбородка кончиком пальца. Я же обратил внимание на её белый маникюр с рисунком голубых цветов. Мой взгляд подмечал всё больше деталей её образа, даже вышивку на платье, чего раньше со мной не бывало. — А мне передали, что он уже вернулся. Ой, что это я, — девушка протянула мне руку. — Я Аламей тар Наир.

— Матвей Грачёв, — представился я, подходя ближе и осторожно касаясь губами её ладони. Какая нежная кожа… Так, стоп!

— Какое-то незнакомое имя, — всего пара секунд раздумий, и следующая её фраза выбивает у меня почву из-под ног: — А-а, поняла, ты ещё человек, верно?

— Что значит «ещё»?

— Он не сказал тебе? — удивилась саифа, широко распахнув свои прелестные глаза. — Но как же? Ведь столько времени прошло… Я слышала, что несколько месяцев назад был Хоктис, но все уже согласились на трансформацию. Даже не знала, что он тоже принимал участие, — её тонкие розоватые губки забавно надулись. — Как обычно, всё от меня скрывает, ждёт, пока сама раскопаю. С тобой, наверное, так же себя ведёт?

— Не могли бы вы…

— На «ты», пожалуйста, скорее всего, мы – ровесники. Мне семнадцать пару месяцев назад исполнилось.

Ровесники? Но ведь тогда?.. Я перевёл взгляд на вишню, отмечая появление первых плодов. Эта сила…

— Ах, это? — она подняла руку, срывая две вишенки и протягивая их мне. Прямо за секунды они увеличились в размерах, налились соком и покраснели. — Я послушница Шин, Бога Жизни и Природы. Учителя говорят, что я весьма талантлива, и через год обещают мне испытание на младшую жрицу. Не хочешь? — взгляд её стал огорчённым.

— Прости, я задумался, — извинился, принимая её дар и пробуя. Плоды оказались сладкими. — Вкусно, — прошептал, осознавая, что забыл проверить их на враждебное влияние… Пора приходить в себя, пока я окончательно не пропал.

— Спасибо за комплимент, — смутилась она, а я залюбовался её мягкой улыбкой, потеряв последнюю мысль. — Ты, кажется, хотел что-то уточнить?

— Да, расскажи подробнее, пожалуйста, — так главное быть как можно вежливей, — ты упоминала трансформацию…

— Да, — она кивнула, но взгляд её был серьёзен, словно сейчас она решала, достоин ли я этой информации. Ну же! — Все люди с гетерохромией имеют возможность стать саифами. Не полукровками, у нас их не бывает даже с эльфами. Рождается или эльф, или саиф.

— Что?! То есть ты имеешь в виду полноценное превращение в абсолютно другую расу? Но это же… это невозмо…

— Анатомически мы очень похожи, — перебила меня девушка. — Но всё равно, даже имея сходство, трансформация растягивается от четырёх месяцев до двух лет, в зависимости от особенностей организма и силы принимающей семьи: чем она могущественнее, чем сильнее приобретённый дар, тем быстрее превращение.

— Погоди, скажи мне честно: вы приносите жертвы своим богам? — задал я самый терзающий меня вопрос. Об остальном я могу узнать и потом, сейчас передо мной девчонка, которая и не думает скрывать информацию! Настоящий клад! А ещё она симпатичная… Да когда же я перестану об этом думать?!

— Ты о чём? — не поняла мой вопрос саифа. — Если о простых дарах, то да. Кровь свою иногда тоже жертвуем, особенно для обрядов. А если о людях, то нет, это байка, придуманная людьми.

— То есть, — с хрипотцой вымолвил я спустя минуту, — никто из тех, кого отправляла Империя в жертву, не погиб?

— Насколько мне известно, никто, — сообщила Аламей. — Правда, некоторые, кто отказался от ритуала, уже умерли от старости. Но их немного было. Ещё несколько превращенных умерли по случайности, тот же Никас ард Савас утонул на вечеринке, заметили не сразу и не успели спасти, даже жрецы Анарен оказались бессильны. Самый громкий случай за последние годы. А ты что думал, что эти истории об алтарях – правда? Неужели ты серьёзно верил, что мы чудовища? — в её глазах возникли слёзы.

— Нет, нет, — выставил я вперёд ладони. Ну вот, довёл её! — Настолько страшных картин я себе не представлял, — нагло вру, представлял и похуже. — Но нам с детства говорили, что вы…

— Понятно, — она подняла голову и часто заморгала. — Ты не обижайся, но вы, люди, такие жестокие… И воображение у вас богатое. Сай асар Маридан Виттэ Саар приказал доставлять ему людей с гетерохромией, но не сказал зачем. А когда его послов аккуратно спросили, не приносим ли мы их в жертву, те отмолчались. И слухи начали разрастаться. В итоге король выпустил буклетики: «Как вести себя в обществе людей». И за каких-то два людских поколения воспоминания о нашем первоначальном поведении стёрлись из вашей памяти окончательно.

Какой же я идиот! Даже ситуация с историей их родины не изменила моё отношение так, как это сделал коротенький рассказ саифы. Как точно она всё объяснила: мы сами придумали их образ, а они лишь подыграли. Всего-то и надо, что закрыть границы и вести себя холодно и отчуждённо при встрече с людьми. А мы добавим им клыки в своём воображении и представим вакханалии, где человеческое мясо – главное блюдо. Ведь у нас так распространена пословица: «В тихом омуте черти водятся». И как я мог считать их монстрами, когда люди гораздо страшнее, по крайней мере, своим желанием вешать на всё, что видят, ярлыки, которые рисуют сами?

Та-а-ак, надо срочно где-нибудь сесть. Думаю, скамейка у яблонь подойдёт. Сделав приглашающий жест, дождался, когда она первой опустится на сидение, а потом приземлился сам. Активировал согревающее заклятье, не забыв расширить его и на девушку.

— Интересно плетёшь, — произнесла Аламей, наблюдавшая за моими действиями. — Смесь наших связок и людских?

— Да, мне нравится их комбинировать, — неохотно признал своё увлечение.

— Ты молодец, — похвалила меня девушка. Я поднял голову, встречая взгляд, полный доброты и участия. Такое же выражение я иногда видел на лице Элерана, когда он наблюдал за мной, но считал это маской. — Если создашь что-то новое, то можно и в историю войти.

— Куда уж мне, — потупился я, но в то же время ощущая восторг. Ей действительно интересна моя работа?

— Выходит чуть более экономно, чем знакомое мне похожее плетение. Многим саифам такой способ придётся по душе. Если удастся сделать энергозатраты ещё меньше, сможешь продать заклятье.

— Серьёзно?

— Да, издаются специальные карточки, которые проявляют свой рисунок после покупки. С их помощью зарабатывают изобретатели новых плетений.

— Мне об этом ещё рано думать, но спасибо за совет.

— А мне, наверное, влетит, — нахмурилась девушка, и, поймав мой недоумённый взгляд, пояснила: — Обязанность наставника – подготовить, обучить и рассказать о переходе. Это большая честь – получить возможность принять в свою семью нового члена.

— Честь принять в свою семью человека?

— Быть человеком двадцать лет и прожить сотни лет уже саифом? Никто и не вспомнит, если не делать на этом акцент, а у нас даже не все знают о Хоктис, — иронично вскинула она бровки. — Да, ты не ослышался, некоторые узнают об этом только за месяц до события. Хотя такое, конечно, редкость. Семьи для кандидатов подбираются заранее, исходя из потерь в период войны, а также учитываются характеры и таланты приёмышей: их возможности впитать должное количество сил, чтобы стать Ард или же только Тар. Даже их предположительные способности известны уже до прибытия.

— То есть, — я облизнул губы, стараясь сдержать свою нервозность, — с нами работают пророки?

— Всегда, — её ответ заставил меня откинуться на спинку скамейки и поднять голову к небу.

Очевидно, что следят за нами не постоянно. Это объясняет вспышку нахождения гетерохромных перед самим отплытием. За месяц-два всегда находят парочку беглых. Но то, что нам подбирают семьи… Это значит, что на Хоктис нет ни одного постороннего? Никто не знает, кроме них… происхождение детей стараются скрыть…

Ай! Висок пронзило болью! Я коснулся головы, пытаясь разогнать фиолетовые пятна, блуждающие в левом глазу. Я явно переволновался… Надо бы прилечь… и всё станет хорошо…

— Мей? — голос, раздавшийся за нашими спинами, заставил нас обоих подскочить с места.

Стоящий чуть в стороне от нашей скамейки Элеран бросил на меня настороженный взгляд. Но не успел он сказать и слова, как на его шее повисла Аламей.

— Дедушка! — Ого! А я думал, что он её дядя или отец.

Мужчина, подхватив внучку на руки, закружил её и ловко посадил на плечо. Аламей захохотала и запустила руки в его волосы, распуская хвост. Локоны укрыли саифа плащом, а их концы застелились по земле.

— И зачем ты это сделала? — тепло улыбнулся Элеран.

— Мне нравится перебирать их. Ещё бы заплести косу или сразу сотню, — я представил его с такой причёской и едва сдержал смех.

— Не дождёшься, — погрозил он ей пальцем, опуская девушку на землю. — Уже познакомились? — он подобрал с земли чёрную ленту и стал восстанавливать хвост.

— Да, — кивнула саифа. — Я волновалась за тебя, поэтому и пришла сюда. Матвей очень умелый маг, почему ты не рассказывал мне о нём раньше? И я поведала ему секрет его глаз… Мне не хотелось, чтобы он считал меня злой. Ты не?..

— Мей, тебя даже с больным воображением сложно представить жестокой. А то, что рассказала, правильно. Меня он слушать бы не стал, как и верить. Правда, Матвей?

— Не знаю, мне сейчас очень трудно что-либо представлять. Мой мир рухнул, — признался я честно, присаживаясь обратно на скамейку. В виске продолжало стрелять, и очень хотелось завалиться спать прямо здесь. И как это понимать?

— Ты не первый, у кого такое случается. Дам тебе время, чтобы всё осознать, а потом отвечу на любые вопросы.

— Но ты ведь согласишься на превращение? — наклонилась ко мне Аламей.

Её лицо застыло напротив моего, взгляд был полон надежды. Моё сердце ухнуло и застучало как бешеное.

— Милая, мы не должны убеждать его. Он сам примет решение, взвесив все за и против.

— А разве я убеждаю? — с её невинным личиком не мог соревноваться ни один святой Иолана.

— Мей, — ласково молвил Элеран, но во взгляде коротко промелькнула холодная сталь.

— Да, да, я поняла. Но если он согласится, ты позволишь мне приходить после обряда?

— Нарушая традицию становления?

— А чем я её нарушу? Может, ему понравится что-то из моих талантов, и он захочет освоить ту же стезю? Сколько таких случаев, когда гетерохромные дети в городах росли?

— Если ты чего-то захочешь, то не отступишься, — озвучил как данность наставник. — Только две недели спустя разрешу тебе появляться.

— Ладно, хоть не три месяца – уже победа.

— Я пойду обед приготовлю, — саиф щёлкнул пальцами и телепортировался. Список вопросов, которые я планировал задать саифу, всё увеличивался. В их коротком разговоре промелькнуло слишком много нового.

— Видел, как я его? — девушка повернулась ко мне и радостно улыбнулась. — Знающих Элерана в холодный пот бросает, когда я начинаю что-то выпрашивать у дедушки.

— Он что, такой страшный? — наконец-то выпала возможность узнать.

— Он жрец Анарен – богини смерти. Многие боятся их, потому что их работа заключается не только в проводах в загробный мир. Почти все они стражи, ведь преступники у нас тоже встречаются.

Не просто последователь, а жрец Анарен? Не может быть! Они ведь непревзойдённые убийцы! Один такой во время войны выкашивал наших солдат рядами, практически без оружия, просто проносясь сквозь строй на огромной скорости! А если их появлялось несколько, то войска бежали без оглядки, напуганные слухами об их силе. И если Элеран служитель богини смерти, то на его счету не сотни, а тысячи убитых!

— Зря я это сказала, — погрустнела Аламей, увидев, как изменилось моё лицо. — К твоему сведению, у них жёсткий отбор, и за ними всегда следит сама королевская семья. Контроль практически постоянный! Мне жалко их. Они не могут в ярости даже разбить недругам носы, чтобы потом не ответить за это.

— Серьёзно? — звучало крайне неправдоподобно.

— Угу. Два года назад в столице послушники Шин и Анарен сцепились. Пять против шестерых! Их разнимал лично сай ансар Аридий Натэль. Потом квартал пришлось реставрировать, ансар погорячился.

— Ничего себе! Надеюсь, никто не погиб?

— Никто, но синяки и переломы обе стороны лечили долго, поскольку им запретили на этот период пользоваться магией и просить о помощи.

— Ты видела эту драку? — понял я по её поведению, по тому, как она разглядывала свои руки, рассказывая мне историю.

— Хуже, — ещё больше потупилась она. — Я стала её причиной. Нашим не нравилось, что я вожусь с анареновцами, вот они высказали им, а не мне. И всё равно, — девушка вздёрнула подбородок, — с ними интересней! Я ведь часто в храмах Анарен бываю, а послушники в нашем родовом доме в столице, по приглашению дедушки: он их обучает.

— Что может быть интересного в смерти?

— Жрецы Анарен, как никто другой, понимают души, что их связывает, держит в этом мире. Пусть они и выглядят мрачнее всех остальных саифов, но именно от них зависит хрупкий мир в нашей стране. Общение с ними – неоценимый опыт, который, несомненно, пригодится мне в будущем.

Я не мог никак опровергнуть её слова, так как сам не знал, как обстоят дела с внутренней политикой и атмосферой в Саифии. Это стало интересовать меня лишь недавно, и глубоко вникнуть в этот вопрос я просто не успел. Поэтому оставалось только кивнуть в ответ на её пламенную речь, а после жестом пригласить проследовать в дом и предложить руку. Покраснев, она дала себе секунду на раздумья и положила ладошку на сгиб моего локтя. Демоны шестого уровня! Как же приятно ощущать себя галантным и видеть её заинтересованность!

Я впервые помолился… не знаю кому… но, наверное, каким-то силам, готовым меня услышать. Я хотел, чтобы она осталась хотя бы до вечера. И моё желание сбылось! Мы спокойно, почти по-семейному, пообедали, а потом я, помня о её похвале, предложил показать свои зарисовки. Она с готовностью согласилась, и мы провели несколько интересных часов за спорами в моей комнате. О том, что я хотел лечь отдохнуть, было благополучно забыто. В голове царила лёгкость и эйфория.

— Ты ещё не был в городе? — прервала она одну из моих речей.

— Эм, нет, наставник не разрешает, — наверное, не стоило упоминать об этом, можно было просто сказать, что не было времени.

Аламей увела взгляд в сторону и задумалась.

— Нет, деда, завтра и послезавтра я не могу, у нас практика, — кажется они начали общаться ментально, но она из вежливости озвучивала свою речь вслух. — Как насчёт воскресенья? Матвей, ты не против? Хорошо… Он согласен, дедушка… Значит, до выходных?

— Уже уходишь? — опустил я руки с листками. Внутри всё похолодело.

— Да, я порядком припозднилась. Скоро вечерняя молитва, я не могу её пропустить, так как уже имела неосторожность не прийти на этой неделе.

— У вас строго с этим?

— Если хочешь прыгнуть высоко, то да. А я хочу! Именно поэтому и учусь не где-нибудь в Рисавве, а в столице. Пусть поначалу про меня и говорили, что я получила местечко в академии по родству.

— Ты об Элеране?

— Не только, но ты прав, — она снова прикоснулась пальчиком к подбородку, явно задумавшись. — Его уважают и, как я уже говорила, боятся.

— Трудно не испытывать страх к подобным ему.

— У вас ведь тоже бог смерти есть, кажется, его имя Артав? И он в вечных дрязгах с Риваном, который, кроме всего прочего, является покровителем некромантов и регулярно крадёт души из загробного мира для своих призывателей.

— Да, но Артав отвечает лишь за упокоение душ, поэтому ни в чем дурном он не был замечен. Можно сказать – образцовый бог.

— Как у нас Урр, Нинэ и Шин. И ещё Катри, просто потому, что ещё не решила, за что она хочет отвечать и кому помогать.

Наш разговор завершился прощанием. Переместив Аламей, Элеран пригласил меня в свой кабинет. Располагался он напротив библиотеки, и обычно я там не бывал. Саиф сел в своё кресло и, закинув ногу на ногу, терпеливо ожидал, пока я размещусь напротив.

— Спрашивай.

— Какие условия, последствия, привилегии от превращения?

— Условия просты: младше тридцати, гетерохромный. Почему именно они? Выдумка богов, чтобы дать надежду и в то же время ограничить нас. После войны многие Ард на грани вымирания. Поскольку древние семьи обладают большими запасами магии, то именно нам приходится всегда стоять на страже своей страны, — интересная оговорочка, пусть он и Тар, но, видимо, силы их семья не лишилась. — В действительности молодых фамилий немного, все имеют свою историю, но древними считаются те, что на протяжении тысячелетий удивляли богов, шли рядом с ними и получали за это подарки и новые возможности.

Я кивнул, принимая ответ.

— Последствия: изменения внешности. Они будут обязательно, но никто не может заранее предугадать, какие. Пророки видят лишь приблизительно. Кроме этого, становясь саифом, бывший человек должен принять правила и обязанности, присущие каждому из нас. За серьёзное нарушение можно лишиться покровительства богов и даже сил. Казни у нас редкость, тюрем нет, точнее, нет тех, что рассчитаны на продолжительное содержание. Есть система исправительных работ, направленная на улучшение и коррекцию качеств саифа.

— Таких, как жажда воровства?

— Верно. Случается, обычно по молодости лет, но, как понимаешь, когда все маги, трудно утаить преступление.

— От вас?

— И это рассказала? — ухмыльнулся он, но как-то по-доброму. — Надеюсь, ты не представляешь меня злобным маньяком, который направо и налево вырезает всех, кто ему не нравится?

Эта фраза заставила меня широко раскрыть глаза. Его поведение изменилось. Он стал расслабленнее и теперь позволял себе шутки.

— Что ж, вижу ответ на твоем лице. Радует, что ты меняешься.

Меняюсь? С чего бы? Я всё ещё... Отвел взгляд, ощущая поднимающуюся изнутри ненависть.

А потом перед глазами появилось лицо Аламей… В груди разлилось тепло. Я мотнул головой, с трудом удерживаясь от желания стукнуть себя ладонью по лбу. Ну, почему? Почему она не выходит из моей головы?! Я не могу из-за какой-то девчонки и юношеской влюбленности провалить план, который выстраивался столько лет! Я должен…

А почему я должен-то?!

— Хочу сказать, — привлёк моё внимание сай Элеран, — что у тебя в ауре вспыхивает зелёная полусфера над головой каждый раз, стоит тебе начать думать о нас хорошо.

И, как только я задумался об этом, виски тут же сдавило. Откуда? Кто?! Ментальная атака?! Но почему у меня такое ощущение, что боль идёт изнутри? Почему меня буквально разрывает на части?

— Надеюсь, хоть в этот раз ты не вырубишься, — продолжал наблюдать за мной саиф.

— Пожалуйста… уберите это, это ведь вы?! — мой голос был слаб. Мне хотелось кричать от боли, разодрать кожу до крови, добраться до костей, только бы это прекратилось. Пожалуйста!

— Не я, — покачал он головой, — и помочь снять не могу, там охранка, тебя просто убьёт.

Убьёт… меня убьёт что-то, что было наложено не саифами?

Чья это работа? Отца?...

Ещё один укол в голову, и я повалился на стол, чувствуя на языке металлический привкус. Чёрт, как же больно!

— Печально… — вздохнул саиф, начиная подниматься из-за стола. — Видимо, не обошлось без крови аватаров. Даже разбавленная кровь богов слишком сильна.

— Пожалуйста, лучше убейте, это слишком больно, — моё тело скатилось на пол. Я сжался в комок, охватив руками голову. Согласен на всё что угодно! Только бы это прекратилось!

— Надо было, но теперь уже поздно, не доглядел, — ответил Элеран непонятной фразой и бросил в меня чёрный сгусток тумана.

Сознание словно выбросило из тела, и стало легко… Спасибо…

Глава пятая. Рэк или Решение.

Нетерпеливо косясь на часы в холле, я в который раз проверял свой вид в зеркале. Вот уж не думал, что я, подобно какой-то девице, буду задумываться о своей внешности. И всё из-за девчонки!

Так! А ну назад!

Представляя «бабочки-цветочки и зеленый лужок», я загнал проявившуюся ненависть обратно. За последние пару дней мне пришлось потерять сознание от боли раз восемь, чтобы хоть немного ослабить внушение. Я знал, что отец пойдёт на всё, но подобного предусмотреть не мог. Сай Элеран сказал, что снять блоки и внушения могу или я сам, но спустя годы, или только боги. Причём человеческий пантеон помогать мне откажется, остаётся только эльфийский и саифский. Гномов как-то поблизости не предполагалось, а подводный народ унн верил в величие богини Карас. Или бога, он же и в мужском облике может быть, а иначе как бы у правительницы унн родилась от него дочь? Демон с ними, разбираться ещё в божественной биологии.

И как же проще всего обратить на себя внимание и попросить о помощи? Правильно! Пройти этот чёртов ритуал! Ненавижу!

Стукнулся головой о стену, справляясь с собой. Главное, чтобы к моменту появления наставника я был в порядке. С него станется отменить поездку в город. Это слишком важно для меня.

Ровно в десять часов раздался хлопок телепорта, и саиф возник в холле. На его плечи был небрежно накинут белый камзол непривычной модели. Пуговиц было меньше, длина выше колена.

— Это пальто, — озвучил название своей верхней одежды саиф. — Уже лет пять в моде. В твоём гардеробе тоже где-то было одно.

— Не видел, — бежать переодеваться сейчас глупо и не по-мужски, даже если хочешь произвести впечатление. Ну и что, побуду в тёплом синем костюме и плаще с мехом. Выглядит солидно и дорого. Никогда, кстати, не спрашивал, а сколько на меня тратится денег? Надо будет найти подходящий момент.

— Матвей, — серьёзно произнёс Элеран, опуская руку на моё плечо и перемещая нас. Свою фразу он закончил уже на месте. — Надеюсь на твою благоразумность, — уже второй раз слышу эту фразу. Очевидно, произносит он её не только мне.

— Понял, — ответил я, делая круг вокруг себя и осматриваясь.

Мы в переулке? Здесь просторно. При желании даже карета может проехать. Мусора нет, разве что немного дорожной пыли. Под рамами окон закреплены вытянутые горшки с цветами, покрытые инеем и снегом. Я моргнул: цветы не исчезли, а вот плетения вокруг них стали заметны. Грамотное решение: зачем убирать цветы на зиму, если их можно просто зачаровать, погрузить в своеобразный стазис и забыть до весны?

Элеран направился вперёд и вышел на улицу, я проследовал за ним, ощущая острое желание сгорбиться, чтобы казаться незаметнее. Неприятная реакция тела. Смелее, ты не малоразумный бес, призванный в мир тройкой адептов-первокурсников!

Сначала я решил, что мы в квартале обеспеченных саифов. Но очень скоро стало ясно, что улица самая обычная, и такие здесь все. Каждый стремился сделать свой дом красивым и не скупился на отделку. Наверное, когда живёшь столетия, это в порядке вещей. Спустя несколько минут мы вышли к небольшому парку, где нас ждала Аламей. Сердце радостно ухнуло и застучало как-то по-особенному, когда я увидел саифу, одетую в белоснежное приталенное пальто, из-под полы которого виднелось тёплое синее платье до колена. Голову игриво украшала шляпка, декорированная шариками меха по бортику. Стройные ножки защищали от холода высокие зимние сапожки из светлой кожи.

— Мирного дня, — помахала она рукой, пугая стаю птичек. Вокруг девушки можно было заметить остатки зёрен пшеницы. Подкармливала?

— Доброго утра, Мей, — ответили мы с наставником.

— Как тебе здесь? — спросила она, провожая птиц ласковым взглядом. — Хотя, ты же только что переместился, верно? Ещё ничего не видел, наверное, — увидев мой кивок, она взяла на себя роль экскурсовода, — Это Масэйн, находится примерно в трёхстах двадцати километрах на восток от дома дедушки. Основан семьёй ард Миней около двух тысячелетий назад. Очень молодой город, младше него только два: Карстайн и Асс-Вирэ. Остальные новые поселения ещё не имеют статуса города, для этого нужен другой уровень защиты. В последнее время сюда переезжают молодые саифы. В северных городах ниже налоги на имущество, а ещё нынешняя асари из семьи ард Миней, и поэтому город имеет дополнительное финансирование.

Всё как у людей. Разве что с махинациями наверняка сложнее. Неудивительно, с такой-то системой правоохранения! Что не мешает саифам искать легальные пути для обогащения.

Мы неспешно обходили город, я слушал приятный голос девушки и редкие комментарии Элерана, следующего за нами цербером. И, рассматривая проходящих мимо саифов, ощущал, как по капле меняется моё личное мнение. Когда оно приближалось к какой-то выстроенной границе и начинала болеть голова, Мей сразу же протягивала ко мне свои нежные руки и, со слезами на глазах, лечила.

— Не жалей меня, — попросил я после третьего приступа.

— Это моё решение, — упрямо ответила она, закусывая губу почти до крови.

— Тебе больно? — понял я, сразу же делая шаг назад и обрывая лечение. — Почему не сказала?

— Жрецы Шин никогда не говорят о таком, — просветил меня Элеран. — Но, милая, не перестарайся, два бессознательных тела мне не нужны. Что я с вами делать тут буду? Слухи ещё пойдут нехорошие, что рядом со мной саифам плохо становится.

— Ты дашь себя долечить или нет? — чуть топнула ножкой девушка, не обращая внимания на причитания своего деда.

— Пока не критично, потерплю, — я тоже был упрям, когда не хотел быть зависимым от кого-то. Тем более мне хотелось казаться сильным.

Город, несомненно, стоил внимания и долгих часов прогулок. Разнообразные памятники архитектуры (а как ещё называть домики, которым за тысячу лет?), чудесные скверики, десятки магазинчиков на торговой улице. И я ни капли не сомневался, что в первую очередь Аламей заведёт нас в ателье. Девчонка! Но мне даже понравилось наблюдать, как она изучает ткани, примеряет шляпки и спорит с грозным саифом о необходимости расширения моего гардероба. Простите… что?

— Эм, вы о чём?

— Через два с половиной месяца день рождения у ансари Эвелин, и я отказываюсь идти одна на бал!

Вокруг нас мгновенно сформировался пузырь из энергии, защищающий от лишних ушей.

— Аламей тар Наир! — чуть не оглох я от голоса Элерана, который не перешёл на крик, но всё равно заставил испугаться…

Меня, но не её:

— Деда! Он имеет на это право!

— Нет, не имеет, и ты это знаешь!

— Я не пойду, всё хорошо, — попробовал успокоить девушку. — На королевском балу не место человеку.

— Что мешает тебе перестать им быть?! — задала она самый прямой из всех вопросов.

Я открыл рот и тут же его закрыл.

Всё, что мешает – это ментальный блок отца... Ай!! Коснулся виска, прострелившего острой болью. Сколько я выдержу такую пытку? Быть может, если я соглашусь, у меня появится больше свободы и возможностей…

Возможностей добраться до… нет, нельзя! Очередная волна боли оборвала мысль. Она не даст увидеть её окончание пророкам. Как и мне... Я как барашек, ведомый на убой.

Почему я не могу сделать свой выбор сам? В голове постепенно прояснялось… Я поднял затуманенный взгляд и посмотрел на Аламей, которая аккуратно выводила пальцами узоры на моей макушке. Поймал её улыбку.

— Соглашайся, — шепнула она. — И мы вместе пойдём на бал. Обещаю!

— Да не пустят меня…

— Нас же пускают, — её глаза коротко вильнули в сторону, а улыбка стала чуть грустной.

Это как-то связано с потерей их семьёй приставки Ард? Я так и не узнал причину.

— Я расскажу ему, — ответил сай Элеран вслух на заданный мысленно вопрос Мей. Не понять, о чём они переговорили, это надо быть совсем тупым. Снова моё лицо с лёгкостью прочитали. Как меня вообще отпустили сюда с таким-то «потенциалом»? Или я довольно неплох для человека, но ужасен по сокрытию эмоций для саифов?

Несколько секунд молчания, такого незыблемого, что даже помощники портного, которые не могли нас слышать с момента начала перепалки, начали изучать нас задумчивыми взглядами, а затем тишину расколол голос Мей:

— Давайте вернёмся к прогулке? Здесь рядом есть неплохое кафе. Три практики назад мы там обедали всем курсом.

Я не стал огорчать девушку отказом, хотя есть мне не хотелось. Лицо саифы сразу же засветилось немного неуверенной улыбкой, и она, коротко переговорив с портным, повела нас в выбранное заведение. По пути рассказывая об особенностях практических занятий юных послушников Шин. Они помогали лечить недуги и набирались опыта под руководством своих наставников, готовых вмешаться и исправить работу в любой момент. Чаще всего средств за свои достижения они не получали, но иногда, получившие помощь саифы награждали подростков несколькими серебряными монетами. Так что на карманные расходы девушка уже зарабатывала себе сама.

Кафе располагалось на первом этаже трёхэтажного особняка. На вывеске, украшенной снежинками, витиевато было выведено: А-Эве. Первый снег. Внутри нас ждали два теплых камина, уютные столики, отгороженные друг от друга белыми и синими шторами. Приветливые официантки в воздушных белых платьицах до колена и все, как на подбор, беловолосы.

— Краска, — шепнула тихонько Аламей, когда нас проводили к столику и предложили меню. — Им везёт, покрасились и забыли на пару-тройку месяцев, если не больше.

— А тебе?

— А мне каждые полторы недели перекрашиваться, если вдруг захочу поменять свой родной цвет.

— Особенность организма?

— Объём силы больше, — вздохнула она, углубляясь в изучение списка блюд. — Магия постепенно выжигает в нас всё инородное.

Получается, она, как минимум, в шесть раз сильнее, чем любая из здешних подавальщиц? Интересно… Я опустил взгляд в меню, бегло просматривая названия. Когда моё внимание останавливалось на каком-то из них, рядышком появлялась объёмная проекция блюда. Признаюсь, вид у некоторых вызвал во мне аппетит. А уж на вкус они оказались выше всяких похвал. Оставалось только удивляться мастерству поваров и растягивать удовольствие. На десерт было подано мороженое. Очевидно, в этой стране его очень уважают, не зря же его сорта называются именами знаменитых саифов. Вот только я не заказывал себе десерт. Инициатива Аламей? Что ж, не будем спрашивать. Мороженое оказалось малиновым, щедро усыпанным разноцветными звёздочками. Каждое из них имело свой привкус. Как необычно.

Слух уловил детский смех. Обернувшись, я увидел двух маленьких девочек, сидящих за одним из столиков. Всё бы ничего, но цвет волос одной из них был розовым. Я моргнул, активируя магическое зрение: вроде не личина. Значит, просто тот же цвет? Или я не вижу сквозь магию ансари? Чёртова паранойя. Зачем притворяться другой, сохраняя родной цвет волос? Нет, это точно не она. Тем более она сама говорила, что начала расти. Если темп развития сохранился, то сейчас она уже далеко не малышка.

Я выдохнул, осматриваясь. Кажется, моё странное поведение осталось незамеченным. Мей и Элеран заняты обсуждением последних новостей и десертом.

— Наша группа послезавтра отплывает на Винарские острова. Сая Раолин обещала нам наконец-то показать различия в техниках врачевания саифов и людей, — заинтересовало меня следующее предложение девушки.

— Жрецы Шин лечат людей?

— Винар`Летер находятся в нейтральных водах, — пояснил наставник, — туда приплывает наибольшее число торговых кораблей империи. Одиночки, крупнейшим торговым компаниям и домам запрещено напрямую сотрудничать с нами. Лекарей Имирота там просто нет, невыгодно плыть за семь морей, зная, что практически все клиенты пойдут к саифам.

Вот как. Об этом стоило поразмышлять на досуге.

После обеда прогулка продолжилась. Однако мне, ушедшему в свои мысли, наш маршрут мало запомнился. Действительно, чего я боюсь? Хуже мне уже точно не станет. Где отец и где я? Почему я так уверен, что он найдёт возможность дотянуться до меня?

Ответ мне известен: у него был способ.

Я поднял голову, переводя осознанный взгляд на Элерана. Мы стояли на небольшой площадке у реки, с которой открывался вид на каскад незамерзающих водопадов. Мей сидела на скамейке и, положив руки на перила, смотрела на представшее перед нами зрелище. И, если бы не мучивший меня вопрос, я бы присоединился к её занятию.

— Вы сможете достать у него мои..., — висок кольнуло болью, но я всё равно договорил, — … вещи?

— Да, — легко ответил саиф, поворачиваясь к реке. — Я выведу тебя из-под удара, как только ты дашь ответ. Но сначала..., Аламей, ты не против, если наша встреча окончится прямо сейчас?

Девушка подпрыгнула с места, едва сдерживая захлестнувшие её эмоции.

— Конечно, не против! Только..., ты же потом расскажешь мне всё?

— Да.

Саифа подбежала ко мне, взяла мои руки в свои миниатюрные ладошки и прошептала:

— Я буду ждать. Ты не пожалеешь, обещаю! И я обязательно уговорю дедушку, чтобы он дал нам возможность встретиться пораньше! Две недели – это слишком много!

— Эм, — замялся я, пряча глаза от захлестнувшего меня смущения, — хорошо.

Вокруг меня сомкнулись руки, но от неожиданности я сделал шаг назад, выпадая из объятий. Нет! Прости! Я не хотел тебя обидеть! С болью на сердце я наблюдал, как угасают искры радости в её глазах, сменяясь печалью.

— Извини, это было слишком, — убрала она свои ладони за спину и чуть наклонила голову. — До встречи...

— Да, не волнуйся за меня.

Мгновение перемещения растянулось для меня, позволяя запомнить образ девушки, её улыбку и взгляд, полный веры и надежды. Именно он в конце концов склонил мою чашу весов.

Не вышел из меня патриот…

Отец будет недоволен.

Вокруг возникли стены кабинета. Саиф небрежно бросил пальто на широкий подоконник и разместился в кресле, кивком приглашая меня сесть напротив. Не хочет тратить время? Что ж, понимаю. Он со мной уже довольно долго возится, остальные согласились гораздо быстрее.

Свою верхнюю одежду я аккуратно сложил на спинку соседнего кресла и только после этого сел сам.

— Скажем так. У нашей семьи история не менее древняя, чем у Саламандр, — первой же фразой заинтересовал меня Элеран, заставляя полностью откинуть лишние мысли и сосредоточиться на разговоре. — Если быть совсем точным, мы – старше, и нынешняя династия происходит из нашей семьи. Их сила «исказилась», когда они приняли в род оборотней. Мой дед в союзе с ард Шиан пытался захватить власть, даже достиг некоторых успехов. Они сумели убить всех прямых наследников и полностью вырезали побочные ветви. Однако всё же потерпели поражение в битве с асар. Это произошло за два года до рождения Маридана. По итогу Наир и Шиан практически истребили. От семьи Шиана остался один мужчина, его выручила новая асари. Мою тётю и отца спасло заступничество пророков. Среди прочего, они предрекли моё рождение и ряд некоторых событий. Обе семьи потеряли приставку "ард" и до сих пор восстанавливают свою репутацию, что, однако, не мешает мне быть другом асар Маридана.

— И он не боится повторения? — я представил себе масштаб неудавшегося переворота, и внутри всё похолодело.

— Нет. На данный момент мы не представляем для Саламандр угрозы: мы потеряли слишком много влияния и связаны клятвенными обязательствами. Да и лично мне не хочется подставлять свою семью ещё больше. Я уважаю королевский род и рад, что они также относятся к нам, несмотря на тёмное прошлое.

— Это одна из причин, почему вы не уговариваете меня согласиться на трансформацию?

— Да, — снова кивок. — Но не самая важная. Наставникам запрещено напрямую уговаривать своих подопечных. Мы должны лишь рассказать о возможности превращения и показать наш быт, магию и страну. Решение должно быть полностью добровольным, иначе слишком велик риск, что боги откажут в просьбе. Также мне в некотором отношении совестно предлагать тебе стать частью нашей семьи, не рассказав всех нюансов и возможных последствий. Нас многие не любят, тебе придется столкнуться с этим и молча терпеть порой совсем неприкрытые насмешки. В мою сторону никто не позволяет подобного, но молодым Наир приходится доказывать своё право ходить с высоко поднятой головой.

— Вы знаете, что это не то, чего я боюсь в своей жизни, — произнося это, я старательно разглядывал свои руки, сложенные на коленях. Мне, как и ему, тоже было стыдно признаваться в чём-то. Правда, он совсем не походил на саифа, который испытывает подобные чувства. — Но я всё обдумал и согласен рискнуть.

— Сегодня или завтра? — задал вопрос мужчина, выбивая меня из равновесия. Хотя, что я хотел услышать в ответ? Что я молодец?

— Сегодня...

Если и прыгать в воду, то с разбега.

— После заката, — что ж, сай Элеран в этом вопросе тоже был со мной согласен.

***

Жизнь – странная штука. Если бы мне кто года три назад предложил стать саифом, я бы его послал в такие дали, что бедолага не скоро бы вернулся. И вот теперь: я стою под сводами беседки в саду и смотрю на Элерана, который раскладывает на столике ряд предметов, предназначение которых можно угадать лишь смутно. Тонкий стилет пугает, им так легко перерезать чью-то глотку… Вино, уже налитое в кубок, притягивает взгляд и заставляет облизывать пересохшие от волнения губы... Странные украшения, артефакты, свойства которых я не могу определить.

— Вдохни поглубже и успокойся, — посоветовал саиф, растирая в пальцах щепотку трав и отправляя её в вино. — Резать тебя никто не будет.

Я обещал вести себя прилично, ведь сейчас он будет призывать могущественные силы. Но руки дрожат так же, как и колени. И вовсе не от холода, ведь над нами стоял согревающий купол.

— Ночь – прекрасное время, — продолжал он, — и необязательное для ритуала. Но большинству проще взывать к богам именно в тёмное время суток. Я же отдаю дань уважения своей покровительнице Анарен и её матери Урр, и, надеюсь, что сегодня они почтут нас своим присутствием.

Вокруг сгустились тени, отзываясь на слова мужчины. Эм, а мы что, уже начали? Я завертел головой, но, наткнувшись на серьёзный взгляд Элерана, встал как вкопанный.

— Стоящий передо мной юноша желает присоединиться к нашему роду. Это решение далось ему нелегко, но он, несомненно, станет достойным сыном Саифии, — наставник взял кинжал, заставив меня вздрогнуть, и коротко резанул свою ладонь. Алые капли растворились в вине, а рана тут же зажила. — Я прошу вас сегодня о чуде, о Асса!

И замолчал. Мне бы его нервы! Я всей кожей чувствовал прожигающие насквозь взгляды. Они изучали меня и словно бы взвешивали.

— Ты действительно хочешь стать саифом? — раздался мягкий бархатистый голос, принадлежащий женщине. Мои глаза широко распахнулись, я посмотрел на Элерана и испугался ещё больше, потому что на его лице отчётливо различалось удивление.

— Я… я…

— Не запинайся, мальчик! От твёрдости твоих слов зависит слишком многое, — на этот раз говорил мужчина.

Сглотнув, сжал руки в кулаки и произнёс как можно громче:

— Да. Я желаю этого. И прошу вас принять меня…

— Твои слова услышаны. С этого дня ты больше не человек. Ты саиф! Помни об этом всегда, Аскурр тар Наир! Да завершится ритуал! — провозгласили хором голоса.

— Выпей, если согласен, — Элеран подтолкнул в мою сторону кубок.

Вцепившись в него, медленно выпил содержимое, стуча зубами по поверхности. Поставив бокал, опёрся руками о столешницу и склонил голову. Одно дело – противостояние людей и саифов. Другое – противостояние богов! Они сильны и вряд ли слабее наших. Нет… Уже не наших, не моих… Я только что стал предателем в глазах своего бывшего народа. И часть меня невыносимо страдала от этого. Боль поднималась из глубин моего сердца и постепенно затапливала разум.

Я недостоин своего отца…

— Хорошие ментальные установки, — протянул наставник, снова наливая вино в кубок, но на этот раз опустошая его самостоятельно. Его руки заметно подрагивали. А у него-то с чего? — Им понадобится время, чтобы избавить тебя от этого. Тяжко, наверное, жилось? — он обошел столик и аккуратно сжал моё плечо.

— А? — всё, что смог выдать я, на какое-то время выплывая из захлестнувших меня внутренних мыслей или скорее уже криков:

Недостоин!.. Не стоишь и секунды моих усилий!.. Неблагодарный мальчишка!!

— Может, ещё выпьешь? — снова вклинивается в этот гул знакомый голос.

— Пожалуй, не откажусь.

К моменту, как бокал опустел, рядом оказалось большое уютное кресло, в которое я тут же опустился. До чего же паршиво! С таким настроением только вешаться…

— И как мне тебя одного оставлять? Придётся всю ночь сторожить.

В следующий миг я уже сидел на своей кровати, а рядом со мной кто-то стоял. Я поднял мутный взгляд, с трудом узнавая Элерана.

...Саифы – зло!.. Помни! Они чудовища!..

— Давай ложись и постарайся заснуть. Помочь не могу, любое вмешательство в ускорение распада приведёт к большим последствиям. К утру, надеюсь, всё окончательно спадёт...

...Ты должен... должен... убить... убить... их!.. Каждого... помни!..

Не раздеваясь, накрылся одеялом, чтобы он не видел, как к моим глазам подступают слёзы. Я ужасный сын, я не справился, я продался! Понравилась девушка, и я предал! И теперь меня убьют, если я встречусь с отцом…

Ужасно… я ужасен!

Сон шёл ко мне долго, буквально пробиваясь сквозь крики и шум в голове. К моменту, как я окончательно заснул, успел перебрать все известные мне кары, что ждут меня: ждут обязательно и неотвратимо. А потом меня накрыла тьма, неся с собой спокойствие и избавление.

***

Элеран Гридан тар Наир:

То, что ритуал пошёл не по плану, стало ясно, едва моя кровь коснулась губ паренька, а выброса силы от наречения не последовало. Аура Матвея вспыхнула болотно-зелёным, цветом магии, которой их семью наградил бог Риван за убийство Андррия. Я же ощутил резкий отток энергии. Впервые за долгие годы кто-то заставил меня так напрячься. Разом осушив треть резерва!

— Хорошие ментальные установки, — произнёс я, наливая себе вина и делая щедрый глоток. Моя левая рука быстро коснулась небольшой татуировки на затылке.

Главное, чтобы не понял! Главное, чтобы не испугался…

Я успел сказать ещё пару отвлекающих внимание фраз, когда на мой зов откликнулись.

— «Эл?»

— «Мари, я не справлюсь, тут всё очень плохо, подключай Ди».

— «Она пока ничего не видит».

— «У него пятно в груди, моя сила обозначила его. Просто представь масштаб, раз я артефакт прошляпил, и он даже в водах Анарен не активировался!»

— «Понял… — несколько томительных секунд ожидания, и его голос прозвучал снова. — Будет сложно… Доведи его до сна и доставь в Стеклянную долину».

— «Он выживет?» — опять у нашей семьи проблемы при наречении мужчин, я не могу в очередной раз потерять шанс увеличить количество прямых потомков крови Наира. Боги не зря озвучили его имя без приставки тарей, это значит, что они были готовы вложить в него больше, чем в обычных приёмышей.

— «Не уверен», — короткий ответ асар, и он разрывает связь.

Следующие несколько минут слились в одну. Сердце билось ритмичной музыкой, разгоняя панику, я же усиленно старался не показывать лицом, насколько беспокоюсь о происходящем. То, что внутри этой хрени есть передатчик, было понятно даже последнему глупцу. На наше счастье, чтобы их было сложнее обнаружить, они выбрасывали накопленную информацию при активации, убивая при этом носителя, что позволяло вовремя среагировать и уничтожить цель. Артефакт пожирал силу и душу, и именно он сейчас поглотил часть моей энергии. Мне оставалось только молиться, чтобы плетения не расценили это как угрозу и не начали свою работу по передаче данных на принимающий кристалл.

Когда Аскурр отключился, что заняло больше времени, чем ожидалось, я поднял его на руки прямо с одеялом, в которое он завернулся, и запустил телепорт. Уже в полёте ощутил коррекцию точки выхода и почти нос к носу столкнулся с Мариданом. Синие глаза с крестообразными зрачками внимательно осмотрели меня, потом моего сына.

Заметив, что я неосознанно сильнее прижал ребёнка к себе, он недовольно сощурился.

— Не надо ставить под сомнение нашу дружбу, — легко прочёл он мои мысли о самом простом способе решения проблемы. Скинуть в вулкан и забыть... И я не хотел, чтобы эта ночь закончилась именно так. Все участники пророчества лишь приближают конечную цель, а не являются её гарантом, и потому мальчика легко можно было исключить из цепи событий. И даже связь с Мей не спасёт, с них станется договориться с Урр. Прошло слишком мало времени, и это будет легко.

Маридан снова наморщил лоб, силой заставляя меня оборвать размышления и приводя в чувство. Пусть все наши ментальные татуировки и были идентичными, без лазеек, Мари всё равно оставался асар и имел над нами власть.

— Прости, я испугался, — честно признал свою слабость, бегло осматриваясь.

Стеклянная долина искрилась под светом луны. Огромные кристаллы застывшего оплавленного вещества, когда-то бывшего простым песком, формировали фигуры и узоры на многие километры вокруг. Примеси веками применяемой здесь стихийной магии сотворили из них настоящие артефакты.

Все наследники в сборе, сонные и растрёпанные. Чуть в стороне стоит А-Унн-Не, которая мягко придерживала за спину свою семисотлетнюю дочь Ле-Ан-Унн, Четвёртую из пророчества. Невысокая девушка с не свойственным унн серебристым цветом волос, тяжело вдыхает воздух, несколько плетений не дают ей задохнуться. Судя по мокрым волосам, их выдернули прямо из моря. Благо, теплую одежду выдали.

— Нам понадобится чистая кровь богов? — сразу понял я причину, по которой здесь находились принцесса Унн и ансари Эвелин, перешедшая в половинчатую форму ледяной ипостаси. Чтобы иметь возможность ранить себя и получить капли драгоценной божественной эссенции. Я полагал, что нашей, разбавленной, будет достаточно.

— Не хватит нашей, — коротко отозвалась Динади, продолжая вырисовывать пентаграмму когтем прямо на стекле, застывшем после выброса сил одного из Огненных. Сегодня она отказалась от частичной трансформации, и я впервые смог наблюдать её саифские, а не кошачьи уши. С нашей встречи во дворце на прошлой неделе ансари снова успела подрасти.

— Она для артефакта рисует, — Маридан указал мне на свободное пространство.

Разместив Аскурра, я убрал в сторону одеяло и стал расстёгивать рубашку. Глазные яблоки под веками мальчика забегали, но подошедший Аскерий опустился на колени рядом с его головой и коротким движением пальцев погрузил в глубокий сон.

— Он очнётся в процессе, — предупредил ансар, поднимая на меня тяжёлый взгляд. — Я сотру лишнее из памяти.

— Разрешаю, — кивнул, хотя это было простой формальностью, ведь он не спрашивал.

Маридан сел на ноги юноши, Аридий зажал правую руку Аскурра в захвате, я остался держать левую. Связывать его магией было нельзя, на кону стояло слишком многое.

— Асса, надеюсь на вашу помощь! — призвал силы асар, формируя коготь на указательном пальце и начиная осторожно вскрывать грудную клетку.

Под слоем кожи и мышц вместо грудины мы обнаружили белый артефакт, похожий на жука с множеством лапок, частично вросших в рёберные хрящи.

— Он рос вместе с ним… — прошептал Ари, еле сдерживая гнев вперемешку с отвращением.

— И уже «съел» кость грудины, — Маридан медленно осматривал представшее перед ним творение людских магов, используя очень тонкие плетения сканирования. — Чувствую кровь аватаров Иолана, Ривана, Негожи…

— А Негожа тут каким боком? — удивлённо протянул Аскерий, не отрывая рук от головы мальчика и стараясь продлить его сон. — Хотя… плодородие, может быть… и рост объясняет…

— Жаль, исследовать нельзя, — старший наследник внимательно изучал мелкие символы и явно заучивал. Я тоже сосредоточился на знаках, впечатывая их в свою память. Потом сравним.

— Ди?

— Пробуем, — коротко отозвалась она через несколько секунд.

Мой асар и мой друг в тот же миг начал быстро вырезать проказу из тела Аскурра, окружив свою руку чистой плазмой. В тот же миг юноша пришёл в себя и забился в конвульсиях, не сдерживая крик. Его взгляд заметался между нами, он узнал меня, и я познал боль от того ощущения предательства, что сейчас испытывал мальчик.

— Прости, но иначе нельзя, клянусь Анарен, — произнёс, пытаясь хоть немного его успокоить, но он не услышал мои слова. Он сейчас вообще ничего не слышал... Кроме боли, что затопила всё его тело.

Крики били по ушам и становились надрывней. Когти асар словно вгрызались в камень, чувствуя сопротивление. Там, где они застревали, он смещался и рубил здоровые кости и ткани. Я же, вливая силы, усиленно удерживал душу и жизнь парня.

Наконец артефакт был извлечён и брошен в сторону Динади, где вели свою подготовку Эвелин и Ле-Ан-Унн. Часть рисунков были щедро сдобрены кровью Эвиль и Карас, что текла в телах двух принцесс.

— Меняемся! Лина, к Виттэ!

Аридий сорвался с места, перепрыгнув через нас, и, сменив ипостась, вдарил мощным потоком пламени в пентаграмму. Часть протуберанцев, исходящих из его тела, попытались плазменной плёткой щёлкнуть по нам, но мужчина вовремя отозвал их назад. Контроль поражает, он ведь при желании может накрыть одной волной округу километра два в диаметре. Ари здорово продвинулся в умениях!

Обе ансари бегом добрались до нас, Ди указала Эвелин на несколько точек в глубокой ране охрипшего от криков Аскурра. Его освобождённую от захвата руку перехватил Аскерий, второй ладонью продолжая вжимать голову юноши в стекло.

— Сюда по капле.

— Моя нужна? — робко уточнила унн, подходя к нам. Правительница всё также помогала ей идти, придерживая под руку. Слишком юна она была для земной тверди, но что поделать?

— Да, смочи ему губы. Иронично, мы тут все теперь почти кровные родственники… Может, и не зря твердят про Семнадцать Саламандр, а? Поспорим, как быстро он саифом станет?

— Спорить с тобой? — саркастично уточнил её брат.

— Пф, скучные вы... Начинай лечение, Элли. Аскер, да заткни ты его уже, мешает!

Я склонился над заснувшим Аскурром, запуская плетения и останавливая кровотечение. Свою кость грудины заложил как эталон и приступил к воссозданию копии. Ткани начали восстановление, кровь богов действовала как мощный усилитель. В какой-то момент произошёл выброс силы, пошатнувший наших морских гостий. Хотя подозреваю, что Ле-Ан-Унн посильнее меня будет, но на земле ей сейчас стоять не просто, поэтому так и отреагировала. Я же радовался.

Ведь боги наделили нового Наира силой! Он выживет!

— Стоп, — внезапно оборвала все действия Ди и тут же исправилась. — Не тебе, Элеран, спасай своего… сына. Ари, артефакт под защитой, нужно больше времени на плавление, узнали-таки, как мы от этой дряни избавляемся… Лина, морозь! Срочно!.. Нет-нет-нет! Он запускается! На выброс среагировал! Нет!

— Диди, — Маридан, оставшийся без дела и ожидающий развязки, резко развернул племянницу за плечо. — Быстро показала ветви, сейчас не до расшаркиваний. Какие последствия? — он всмотрелся в её глаза и зашипел. — Сейчас же найди мне координаты ближайшего отдаляющегося астероида! Который покидает систему!

Из носа ансари брызнула кровь, мозг не справлялся с ускоренной обработкой линий вероятностей и большим числом объектов.

Асар, явно выхватив нужное из её разума, вытянул руку в сторону ледяной глыбы и сжал кулак. Артефакт с хлопком исчез из нашего мира.

— Успели? — он подхватил ослабшую пророчицу на руки и поцеловал в лоб, делясь силой.

— Не совсем… — слабо отозвалась девушка, теряя сознание.

Глава шестая. Эр или Прикосновение.

Что есть тишина? До этого утра я полагал, что знаю определение этого слова. Что это тихий спокойный вечер, когда никто не беспокоит, и ты можешь спокойно почитать книгу. Или приятное времяпровождение на природе, когда даже легкий шум деревьев совершенно не мешает. Но нет. Тишина – это полное отсутствие чего-либо постороннего в моей голове.

Едва открыв глаза, я сразу понял, что чего-то во мне не хватает, чего-то важного и в то же время абсолютно ненужного настоящему мне. В ушах стоял гул, и я не сразу понял, что это из-за отсутствия каких-либо звуков и чужих мыслей. А когда осознал причину, из моей головы исчез и шум тишины. Так легко… Легко и свободно!

Я был свободен.

От отца. От Империи. От долга.

Но что мне теперь с этим делать?

Я размышлял, лёжа в кровати, и боялся пошевелиться. Элементарно боялся, что это всё сон и вскоре неслышимые другим голоса, которые я не замечал всю жизнь, вернутся и снова начнут свою пытку. Я и не подозревал, как они планомерно уничтожали меня, давили и меняли, склоняя к необходимому им сценарию. Теперь я знал и его, и ужасался. Почему я раньше не понимал, что для отца я не более чем инструмент, простая пешка, которой так легко пожертвовать?

Я задавал себе так много "почему", но ответ был известен: из-за воздействия на разум я не мог до конца осознать многих вещей. Словно натасканная собачка, я шёл к цели, совершенно не разбирая, зачем это нужно мне. И нужно ли?

Короткий звук перелистнувшейся страницы заставил приподнять голову и выбраться из-под одеяла. Он прозвучал для меня как звон колокола. Это последствия, о которых меня предупреждали, или временное явление?

— Частично временное, — произнесённые шепотом слова наставника больно ударили по ушам. — Потом научишься контролировать. Для начала щиты поставь, станет чуть проще. А то почти как младенец.

Щиты?! Я закрыл глаза, проверяя своё состояние. О нет! Все щиты, в том числе и ментальные, которые я привык держать постоянно, слетели!

Напрочь! Словно их и не было никогда! Черти!...

— Без них, пожалуйста, — Элеран оборвал было начавшийся мысленный поток. — Крайне неприятные твари. Люди совершенно не понимают, что, призывая демонов, они истончают грань миров, и однажды достанется всем нам. И людям, и эльфам, и саифам… И даже гномы и унн не спрячутся. А за голову свою не беспокойся, ты теперь мой... сын.

— Приёмный, — пробурчал я, начиная восстановление щитов. Будто подобное что-то меняло... эм, что?! Сын? Не воспитанник?

— И не приёмный. Боги отчётливо назвали твоё полное имя. Аскурр тар Наир. Не тарей. Не единичный случай в истории Хоктис, кстати. Так что придется нам с тобой менять отношение друг к другу.

— Но я не похож на вас, — всё же изволил посмотреть на саифа, сидящего в кресле у окна. Лицо его было уставшим, под глазами тени, на лбу пролегли морщины. Он встретил наш обмен взглядами улыбкой: одухотворённой и немного вымученной.

— Пару моих черт тебе великодушно нарисовали... И даже чуть пошутили сверху. Отметили...

— О чём вы? — моментально слетел я с кровати, направившись к небольшому зеркалу на стене.

Первым, что я заметил, был иной цвет волос. Такого же оттенка, как у...

— Это вы называете шуткой?

— Конечно. Волосы, как у Мей.

— А глаза? — приблизил я нос к стеклу, рассматривая самые обычные круглые чёрные зрачки. Сам цвет глаз стал зелёно-жёлтого цвета с мелкими вкраплениями красного. Моя гетерохромия полностью исчезла.

— Юнакит, — произнёс наставник. Я чуть повернулся в его сторону, молча задавая вопрос. — Это камень. В гостиной на камине стоит пирамидка из этой горной породы.

Как же, помню! Она постоянно привлекала моё внимание.

— Хотите сказать, что я скопировал и её?

— Кто знает, — пожал плечами сай Элеран. — Она тебе нравилась.

— У Них странный юмор.

— Согласен. Видел однажды кондитера с сине-красными волосами в тонкую горизонтальную полоску. Долго не мог отойти от шока. Но такие выверты редкость и обычно говорят или об излишней исключительности саифа или о том, что его родители то ли умудрились насолить богам, то ли привели их в восторг.

Делая глубокие вдохи и выдохи, я слушал Элерана и изучал своё лицо. Брови получили излом на кончике, как у наставника, нос приобрёл хищные очертания, так же как и скулы. М-да, теперь я и правда похож на его сына. Паршиво… И как мне с этим жить?

— Долго и порой сложно. Жизнь у Наир непростая. А в остальном что тебе не нравится?

— Не могли бы вы не подслушивать мои мысли?

— Ты сейчас мыслишь так же громко, как слышишь мой голос. Если позволишь, могу наложить свои щиты.

Я кивнул, смирившись с тем, что в подобном состоянии я, скорее всего, не смогу создать даже мало-мальски приличную защиту. Спустя секунду ощутил, как вокруг меня формируются плетения, осторожно погружая тело в безопасный кокон. И даже не удивился, когда перед носом возникли нити управления. Чего я ещё мог ждать? Что он воспользуется случаем и промоет мне мозги? Как мой человеческий отец?

— Учитывая ситуацию, я дам тебе время, чтобы прийти в себя. В таком состоянии развитие твоих способностей будет неэффективным.

Снова кивнул, не в силах выдать и слова. Он прав. Учёба – это последнее, о чём я сейчас мог думать.

Элеран закрыл книгу и с видимым трудом поднялся на ноги. Внутри меня заворочалось беспокойство.

— Сколько я был без сознания? — уж что-то, а выдавать своё волнение мне не хотелось. Подобный вопрос был относительно нейтральным.

— Шесть дней, — ответил наставник, обходя меня и открывая дверь в коридор. Я встретился с ним взглядом и чуть прищурил глаза, сообщая, что столь короткой фразы недостаточно для удовлетворения моего любопытства. Саиф вздохнул и продолжил: — Это было… непросто. Поскольку при создании твоих внушений использовалась кровь аватаров, было необходимо как-то скрыть превращение, а также снизить риски для твоего организма. Так что советую тебе перестать бояться алтаря Анарен и поблагодарить богиню. Хотя бы её для начала. Потом уже и до алтарей остальных доберёмся… как-нибудь.

— Спасибо, — склонил я голову. — Вы бы отдохнули.

— Я бы сначала поел, и тебе не помешало бы.

Уже через пару минут мы, абсолютно не стесняясь друг друга, жадно вгрызались в горячие куски мяса, что всё это время ожидали нас под заклятьями сохранения температур и свежести. В моей голове крутилось обилие вопросов, но я благоразумно молчал, понимая, что мой... хм, не приёмный отец вымотан.

— Если что-то в твоём самочувствии покажется тебе странным, смело буди меня, — напутствовал он перед тем, как скрыться за дверью своей спальни.

Вздохнув, я с минуту постоял на месте, бесцельно рассматривая стену, но потом всё же решился и направился к алтарю Анарен. Не сказал бы, что эти несколько шагов дались мне легко. Помня голоса самых могущественных сущностей мира, я испытывал определённые опасения.

Чёрный камень, алые свечи, небольшая золотая статуя изящной девушки, то ли в платье, то ли обернутая в тонкую воздушную ткань. Несмотря на свою красоту, она вызывала мороз по коже. Сглотнув, я, переступив свою гордость, опустился на одно колено и осторожно коснулся пальцами поверхности камня. Я ожидал, что он будет холодным, но он оказался тёплым, что сразу же пробудило во мне чувство безопасности. Я очень мало общался с матерью, она больше уделяла внимание другим детям, и, на самом деле, не уверен теперь, что мои родители являлись ими на самом деле. Но сейчас, в эти мгновения, я испытывал ощущение, словно оказался дома, в окружении семьи.

— Спасибо, — слова вырвались сами собой. Мне показалось правильным прикоснуться лбом к камню, и я склонил голову. — По-настоящему спасибо… И простите, что не умею возносить молитвы.

— Молитвы придуманы смертными, — прозвучал знакомый женский голос. Именно он спрашивал меня, хочу ли я стать саифом... Именно он назвал моё новое имя. — И нет ничего приятнее для бога, чем услышать зов того, кто прежде никогда не верил. Их зов сильнее, он выбивается из общего гула.

— Простите, — я буквально вцепился пальцами в алтарь, испытывая безмерное волнение. — Я… я…

— Не обещай мне ничего, ты ещё слишком молод для клятв. Но помни, что за тобой долг жизни и свободы…

Мне потребовалось время, чтобы прийти в себя. Со мной говорила асса Анарен? Как мне расценивать её слова? Вплетала ли она в них тайный смысл или просто пришла поддержать? Боги ведь просто так не являются… Хотя, что я знаю о саифских богах? Возможно, мне стоит побывать в библиотеке?

Учитывая, что каких-либо других идей в мою замученную голову не приходило, то стоило прислушаться к голосу разума. Иначе рискую просидеть у алтаря весь день, задаваясь вопросом: «Кто я теперь? Мальчишка, потерявший не только цель и смысл жизни, но и право называться человеком?»

Библиотекой я за эти месяцы пользовался часто, но пока не встречал на полках религиозных книг. Пусть в исторических томах и присутствовало упоминание богов, однако сам текст предполагал наличие у читателя определённой базы, которой у меня не было. В ходе поисков, мне удалось обнаружить небольшую книгу с историями и приключениями божеств, больше напоминавшими сказки. Но и этому я был рад. Вот только Анарен упоминалась в ней всего пару раз. И оставляла впечатление строгой любящей матери, дающей утешение и покой. Это было очень похоже на чувства, что я испытал от короткого разговора с ней, если отбросить в сторону моё невероятное волнение.

Из сказок я узнал, что синие розы ассоциируются в Саифии со смертью. Поэтому их никогда не дарят. Это является пожеланием скорой кончины. Именно поэтому в сказке девушка так испугалась, когда саиф вручил ей охапку синих роз, и сбежала. Хотя, думается мне, что это аллегория, и их любовь просто не выдержала испытаний на грани жизни и смерти. А как иначе расценивать полёты в небесах, чёрные шторма и неподъёмные камни, упоминающиеся в истории? И последовавшая затем встреча с Анарен, где она произносит: «Есть в мире много красоты. Не закрывай глаза, узришь и ты», - это же явное спасение несчастного влюблённого. Получается, богиня, как могла, оттягивала уход из жизни саифов? Хотя, казалось бы, каждая душа должна давать ей силы. Или я заблуждаюсь? Также меня заинтересовала строка: «вместе с жизнью и душой тело покидают силы». Стоило спросить у Элерана, что это значит.

Посмотрев в окно, я выдохнул и поднялся, собираясь вернуться в свою комнату. Книгу я прихватил с собой. Оставив её на столике у кровати, залез в шкаф, снимая с вешалки одежду. Мне явно требовалось хорошенько проветрить мозги.

Зима в горах всё ещё считала себя настоящей хозяйкой. Лишь под защитными куполами стояло лето. Ноги привели меня к вишне, чьи природные часы ускорила Аламей. Дерево вовсю плодоносило. Магическая защита оберегала его от холода, но при этом впускала птиц, чем те бессовестно пользовались, радуясь нежданной кормушке. Меня они совсем не боялись.

Опустившись на зелёную траву, я прислонился к дереву и стал телекинезом подтягивать к себе плоды вишни.

Итак, я саиф. Пусть Элеран и говорил, что трансформация занимает время, но пути назад уже нет. Человеком я не стану, да и как-то пока не хочется. Чувство вины, столь сильно терзавшее меня перед тем, как меня отключило на ритуале, исчезло. Я не был уверен, что мне снова не промыли мозги, но, по крайней мере, от прошлого винегрета я был избавлен. Мой разум всё ещё метался в панике, не понимая, что происходит… И лишь усталость не давала мне носиться из стороны в сторону и искать несуществующие цели.

На носок сапога смело приземлилась птица: самый обычный снегирь. Склонив голову, она проследила за исчезнувшей в моём рту вишенкой и что-то возмущённо прочирикала.

— Здесь всем хватит, — покосился я на ветви. — Но если ты так хочешь, то держи, — и протянул руку с угощением.

Бесстрашный снегирь перелетел на ладонь и склонился к вишне…

— Эй! А ну прекрати прохлаждаться! Быстро к отцу! Он тебя требует! — всплыла в моей голове похожая картина десятилетней давности. Выбитые из рук крошки хлеба, болезненный рывок за плечо и натуральный пинок для ускорения.

Ненавижу!!

Хрупкое тельце завалилось на бок и упало с ладони, так и не выпустив из клюва сладкий плод.

Внутри меня всё похолодело.

Это что только что было? Она что, умерла?

Я несмело коснулся рукой птицы, надеясь, что сейчас она перевернётся, встанет на лапки и уберётся отсюда подальше. Но этого не произошло…

— Тебя даже на пару часов нельзя оставить, — голос наставника был тихим и источал смирение. Повернув голову, я устремил на саифа возмущённо-вопросительный взгляд, который, впрочем, практически мгновенно стал извиняющимся.

Мужчина стоял передо мной в одной чёрной пижаме, босиком, с распущенным хвостом и мало походил на ту незыблемую скалу уверенности и силы, в облике которой он всегда представал передо мной. Признаюсь, я испытал чувство стыда за все испытания, что ему пришлось перенести из-за меня.

— Что это было, наставник?! — кивнул я на павшую птицу. — Она едва коснулась моей кожи!

— Называй меня Элераном, а лучше отцом, — попросил он, чуть прикрывая глаза и явно взывая к остаткам своего терпения. — Привыкай, Аскурр, и к имени, и к обращению: нам ещё в свете показываться. А птица… Что ж, теперь никто не усомнится, что ты мой сын… Анерси часто наследуется.

— Анерси?

— Прикосновение Смерти – сила избранной части последователей Анарен. У владеющих ей есть только один путь – путь жреца богини смерти и загробной жизни.

— То есть я теперь буду убивать всё, к чему прикасаюсь?! — вскричал я, подскакивая на ноги.

— Сядь! — сузил глаза этот убийца, явно выпуская ауру своей силы. Тело бросило в дрожь, совсем как тогда, в лесу, в день нашей встречи. Колени под этим взглядом подогнулись, и я осел на землю, прижимаясь спиной к стволу вишни. — Дурь из своей головы выкинь! И прежде чем орать, всегда думай: кому и что высказываешь! Полезный навык. Если бы мы убивали всё, к чему прикасаемся, то ты бы уже давно был мёртв. Эта сила – инструмент, такой же, как меч или шаровая молния. Ты ведь не бросаешься направо и налево заклинаниями только потому, что умеешь их создавать?

— Но… птица?

— Не более чем жертва вспышки твоей ненависти. На её месте мог быть кто угодно… И тебе даже в чём-то повезло: многие в свой первый раз убивают близких.

— Но как же?.. — сказать, что я был шокирован – это значит охватить лишь малую часть испытываемых мной эмоций. Он говорил об этом так легко.

— Не считай меня монстром, — он наклонился, заставив меня испытать очередную волну ужаса. Синие волосы застелились по земле... Элеран протянул руку к птице, провёл над ней пальцами, а потом неожиданно погладил её. — Монстры не могут так…

Крылья встрепенулись.

Мгновение, и снегирь взлетает ввысь, не забыв про подношение, ради которого ему пришлось умереть.

Чудо!..

— Убить легко, всё равно, что разбить хрустальный бокал, а вот вернуть… Даже такая крошечная жизнь требует свою цену. Ты ведь хочешь знать, как это сделать? И как не допустить повторения произошедшего?

— Да, — словно зачарованный, я наблюдал за полётом птицы, осознавая, что некромантия тут совсем ни при чём. Это было что-то на много уровней совершеннее… Прекраснее!

Виски резко сдавило болью… Мои ментальные щиты разорвало мощным потоком информации.

— Не знал, что так можно, — выдавил я, заваливаясь на бок. Кажется, меня переиграли… и предали, а я… я ведь только начал опять верить…

***

Лучи солнца мягко ласкали кожу рук и лица. Над головой щебетали птицы. Изредка раздавался глухой стук падения на землю чего-то маленького, похожего на камушки. Открыв глаза, я медленно принял сидячее положение, ощущая, как сильно затекло тело.

На востоке всходило солнце…

Так! Это что же? Я снова провёл в отключке неизвестно сколько времени?

— Всего лишь чуть меньше суток, — оказалось, что Элеран сидит совсем рядом со мной, но с другой стороны дерева. — Зато я выспался. А ты?

С трудом поднявшись, ковыляя, я обогнул дерево и позволил себе взглядом высказать всё, что я думаю о подобных ночёвках и событиях, им предшествующих.

Наира мой взгляд лишь позабавил. Он, продолжая почёсывать шею птички, разместившейся на его плече, абсолютно спокойно протянул мне вторую. Снегирь доверчиво взглянул на меня, словно чего-то ожидая.

— Убей… Убей и воскреси, — приказным тоном потребовал жрец Анарен. Отшатнувшись, я непонимающе замотал головой. — Прекращай трусить! Без практики ты обязательно когда-нибудь напортачишь.

Представив мёртвое тело Мей, лежащее у моих ног, я передёрнулся, понимая причину его требований. Он прав! Уж лучше птица. Я не могу, да и не хочу, если честно, избегать её прикосновений.

Осторожно провёл пальцами по крылу пташки… и спустил с поводов силу. Наблюдая, как снегирь оседает в ладони саифа, я анализировал лёгкость, с которой мне удалось активировать новую способность. Откуда-то мне уже было известно, что без полной уверенности в необходимости применить дар, анерси не нанесёт вреда. Интересная защита от дурака. А почему в первый раз не срабатывает? Элеран упоминал про вспышку ненависти, получается, что до обучения именно она служит активационным элементом?

Прождав целую минуту, я снова коснулся тела многострадальной птицы и прошептал, словно уже тысячу раз делал это:

— Анарен, услышь и помоги! — это можно было озвучить и мысленно, но мне хотелось ощутить на языке эти слова.

Короткий импульс, и меня переполняет невероятное чувство счастья!

В этот раз я чётко ощутил возвращение снегиря к жизни. Ещё бы, ведь я заметил отток резерва! Словно применил простое заклинание. Но, самое главное, что я понял принцип…

Или вспомнил?

— Аридэ, — произнёс Элеран, — рывок в развитии. На твоё счастье, я приближаюсь к возрасту тех, кто может активировать его. Он довольно болезненный, а с учётом нашего с тобой состояния, побочный эффект был раза в два сильнее. Поскольку альтернативное обучение слишком продолжительно, всех владеющих даром учат контролю с его помощью уже несколько тысячелетий.

— А предупредить? — я слишком мнительный для подобных неожиданностей.

— Пришлось ловить момент твоей готовности к получению знаний. Чтобы уложиться в один Аридэ. Чаще, чем раз в год, его не рекомендуется проводить.

Туманное объяснение, но сойдёт. Ждать год, чтобы выучить неусвоенное, мне не хотелось. Не сказал бы, что был в восторге от полученной силы. Она налагала слишком большую ответственность, в то время как я надеялся, что меня оставят в покое.

— Полагаешь, что на тебя наброшен ошейник? — верно истолковал моё выражение лица… отец. Пора привыкать. Для начала начну говорить так мысленно. Регулярно поправлять себя. А там, глядишь, и вслух смогу произнести.

— А разве нет? Аламей рассказывала, что жрецы Анарен находятся под постоянным контролем.

— Не постоянным, но да, за новенькими послушниками с даром приглядывают вполглаза пророки. Однако здесь позволю тебя успокоить: эту работу доверяют лишь опытным, а они не смотрят каждую минуту нашей жизни. Их дар срабатывает по заданному алгоритму, совсем как охранное плетение, активируясь только в опасные для безопасности граждан моменты. То есть, пока с твоей стороны не исходит угрозы и желаний кого-то убить, ты им попросту безразличен. У них и так забот хватает.

— И когда я должен стать послушником Анарен? — повесил я нос. Это не было катастрофой, но это противное слово «должен»…

— Если ты представляешь себе плотный график молитв и выполнения поручений Старших, то это не так. Наш храм очень сильно отличается от остальных и в статусе послушника можно прожить долгие годы. Никто не будет тебя торопить… И тебе не придётся жить при храме, ты так и останешься со мной.

— Когда? — повторил я вопрос, чувствуя, как успокаиваюсь под воздействием его слов.

— Когда тебе будет удобно. У меня достаточно полномочий для принятия в послушники и проведения посвящения, — на последних словах Элеран уже откровенно улыбался.

— Достаточно, это насколько? — заподозрил я неладное.

Пусть построение фразы и было неверным, смысл саиф понял. Поднявшись и отряхнув ветки, за ночь осыпавшие его пижаму, он отвесил мне неглубокий поклон и представился:

— Элеран Гридан тар Наир, девятьсот девяносто восемь лет, Верховный жрец Анарен, тайный советник асар Маридана Виттэ Саара ард Саламандры, твой отец.

Последнее можно было и не прибавлять, — пронеслась в моей голове мысль. Что ж, теперь многое становилось ясным. В том числе и степень осведомлённости пророков относительно моих задач. Не зря же меня столь резко передали под опеку другого наставника. Возможно, стоит прояснить этот момент.

— То есть меня посчитали существенной проблемой? — мой тон чуть изменился, впрочем, ничего удивительного. Я и раньше знал, что у него высокое положение, но теперь понимал, насколько. Странно, что в исторических книгах о нём особо не пишут. Либо не хотят из-за опалы рода, либо саиф изначально подбирал такие тома в здешнюю библиотеку. Ведь это не единственный дом семьи Наир, где-то же живёт Аламей и её родители? Возможно, там я смогу найти что-то ещё?

— Не гордись этим. Хотя, если бы не посчитали, то ты бы просто умер на ритуале Миерлен ард Тисай, она бы не вытянула тебя. Их семья, пусть и Ард, но им не хватило бы сил и божественных покровителей, а нам пришлось собрать почти всех.

— Нам? — зацепился я за слово.

— Нам, — не стал пояснять… отец. — Один бы я не справился. Ладно, — он легонько стукнул себя ладонями по ногам. — Извини, но мне пора. Мой недельный «отпуск» завершён, пора разгрести накопившиеся дела. Я встроил в твои щиты небольшой усилитель, так что можешь обращаться в любой момент мысленно. Ментальную татуировку будем ставить, когда твои силы стабилизируются, подключим тебя к нашей сети и познакомим со всеми. Ты парень взрослый, найдёшь, чем себя занять. До послезавтра. Тогда и поговорим о посвящении.

Прекрасно… Он уже мою защиту перекраивает! То ли возмутиться, то ли поблагодарить. Пока я думал, мой новый отец благополучно успел слинять. Но не привычной телепортацией, а словно провалившись в тень от дерева. Хм, а я так смогу? Протянул руку, коснувшись затемнённой части дерева, ощутил какое-то родственное притяжение и слабый приток силы. И больше ничего... Видимо, я не понимаю, что с этим делать.

Вернувшись в дом, я перекусил на кухне первым, что попалось под руку. После направился в свою комнату, где обнаружил на столе ещё одну книгу. Ирау а Рен. Законы одной Смерти... или единственной?

Сев в кресло, я откусил кусок от яблока, которое принёс с собой, и погрузился в чтение. Спустя два часа я знал ответы на большую часть своих вопросов. В книге саифов с даром анерси называли посланниками лёгкой смерти. Именно к ним приходили уставшие от жизни саифы и искавшие покоя в чертогах Анарен. И задачей жреца было не только выполнить просьбу, но и попытаться отговорить отчаявшегося от этого шага. Они несли утешение родственникам, готовили тела к кремированию или, реже, к погребению, могли легко лечить раны, как и последователи Шин, а также защищали тленный мир. Не было в Саифии лучших ищеек и телохранителей, чем они. Всё благодаря способности чувствовать и узнавать души.

Преступник не мог спрятаться под личиной или затеряться в глуши. В тандеме с пророками они довели раскрываемость всех дел до совершенства. И этот механизм, отточенный и веками служивший стране, почти никогда не давал сбоя. За это их стоит уважать... и бояться. Всё, как и говорила Мей.

Упоминалось здесь и то, что души запятнанных в преступлении и враги, убитые анерси, уходили в качестве дополнительных сил богине, она их просто перемалывала, выбирая, кого ослабить и отпустить, а кого поглотить без права на перерождение. А вот и тёмная сторона, куда же без неё? Но звучало довольно справедливо.

Вечер я провёл за своим любимым занятием: черчением плетений и их воспроизведением. Отметил лёгкость, с которой у меня стали получаться некоторые заготовки. У меня явно прибавилось сил! Ради интереса вызвал по памяти сферический щит, который раньше получался от случая к случаю, и удивлённо воззрился на окружившую меня тонкую мембрану с синеватым отливом. С первой попытки! И форма почти идеальна, заметил лишь пару недочётов. Я свернул защиту и стал перебирать все известные мне безвредные заклинания. Я помнил просьбу наставника… ох… привычка, о тренировке опасной магии под его присмотром и не собирался нарушать правило этого дома.

Не теперь, когда дом стал и моим.

***

Ле-Ан-Унн:

Мой путь пролегал вдоль тёплого течения. Я любила этот маршрут, он здорово помогал экономить силы. Мне, будучи лишь наполовину унн, непросто давались такие путешествия. Да, я дышала водой, но весь мой облик кричал – ей место на суше! Я была ближе к внешности саифов, чем моих сородичей, и лишь наличие в родителях королевы и бога спасало меня от насмешек. Никто не посмеет сказать мне, что я не гожусь на трон Унн, когда я прихожусь истинной дочерью Карас.

В детстве я спрашивала маму, почему в воспоминаниях, что она мне показывала, все саифы называют моего отца – богиней? Ведь он же мужчина! Не сразу до меня дошёл смысл её слов, что папа имеет два облика, и саифы видят Карас как женщину. Кстати, очень похожую на меня.

Мысли мои волнующими рыбками сновали по разуму, снова и снова возвращая меня к короткой вылазке на материк. Никогда не думала, что мой первый выход на сушу будет таким. Я ожидала, что пройду через ритуал посвящения, как все унн, но и здесь я отличилась.

Обидно даже как-то…

С другой стороны, мы смогли спасти того мальчика! Это грело душу.

А ещё… Ещё моё сердце рвалось назад. Снова почувствовать твердь под ногами, ощутить запахи и краски мира. Исследовать бесконечные земли! И мне было до слёз грустно, что я пока не могу дышать на поверхности.

И сейчас, следуя в божественную пещеру без присмотра матери, я надеялась обрести покой на сердце.

Стражи легко пропустили меня, хотя я заметила в их глазах удивление, что я прибыла одна. Обычно меня всегда сопровождали либо королева, либо старейшины. Они прикоснулись к артефактам на груди, отправляя сообщение, но я уже начала спуск по тоннелю. Теперь за мной могли последовать только те, кому разрешён вход.

У меня есть время…

Короткие метры тьмы, и вокруг начинают мягко светиться синие и зелёные камушки, инкрустированные повсюду. Они, словно маяк, указывали мне путь. Пройдя первый поворот, я поплыла вперёд, с каждым рывком всё ближе различая свет вдали.

Оказавшись в пещере, в очередной раз восхищённо замерла, любуясь представшей картиной. Множество кораллов различных форм и цветов заполняли её. Среди них плавали не менее яркие и красивые рыбки. И лишь один вид кораллов притягивал взгляд… Он серебрился и словно сиял белым изнутри.

Дар Карас. Для нас и саифов.

Скелеты росли тяжело, впитывая магию унн и божественного света, что спускался в пещеру из-под потолка, прямо из входа во вторую пещеру, которая была заполнена водой лишь частично, и где находился светоч Карас, а иногда и он сам в земном облике.

И именно в сторону второй пещеры я спешно поплыла, опасаясь, что скоро меня нагонит мама или старейшины. Замерев у границы перехода, я взмолилась:

— Отец, услышь свою дочь! Даруй мне возможность ходить по суше. Молю тебя, Карас!

— Ты решила огорчить свою мать и покинуть её? — спросил меня голос, и впереди я различила еле заметный силуэт, словно сотканный из воды, но чуть темнее по цвету.

— Я чувствую, что должна быть там! Я верю своему сердцу, отец!

— Ты хочешь обойти правила Унн, моих детей?

— Я… — захлебнулась словами, чуть отклоняясь назад. Он прав, я считала себя выше остальных, но ведь все унн – дети божества воды…

— Сомневаешься? — силуэт стал размываться… Он хотел уйти.

Я закрыла глаза, справляясь с эмоциями и мыслями.

— Пожалуйста, Карас, я справлюсь. Я не буду кичиться своим происхождением! Я не подведу и не посрамлю тебя! Клянусь!

Перед моим лицом сформировалась белая рука, а следом за ней начал проявляться земной облик бога. Протянув ладонь, я осторожно прикоснулась к его пальцам… А Он потянул меня в сторону второй пещеры, где сиял свет.

Но… Но там же… там же есть воздушный карман…

— Не ты ли только что просила меня об этом? — чуть насмешливо улыбнулись синие глаза с серебряными зрачками.

— Я верю вам и всегда буду верить, — ответила, продолжая свой путь и опираясь о поддерживающую руку.

Вот мои ноги коснулись дна пещеры, дальше уже плыть не было возможности. А потому я медленно встала, продолжая смотреть в лицо Карас, запоминая каждую его черточку, эту мудрую улыбку и россыпь серебряных родинок на белом лице. Он так редко проводил со мной время.

Первый вдох дался тяжело, воздух словно обжёг лёгкие. Я хотела закашлять, но, увидев, как строго сощурились глаза бога, подавила этот порыв.

Отец взял меня за вторую руку, и от его ладоней по моей белой коже заструились серебряные нити, формируя причудливые рисунки. Они переплетались, вились и словно записывали что-то на неизвестном для меня языке.

Мой второй вдох вышел на удивление проще. А когда линии добрались до моей шеи и поднялись к вискам, я уже успела сделать больше десятка вдохов и выдохов.

Это было… было упоительным!

— Когда узоры станут золотыми, у тебя будут сутки, чтобы вернуться в море, — предупредил Карас. — В ближайшие три сотни лет не пренебрегай моим советом! Ты ещё слаба, Леан.

— Хорошо, отец, — прошептала, опускаясь на колени. Кажется, так благодарят богов на суше. — Благодарю за доверие.

Он какое-то время продолжал сжимать мои руки, а потом рывком заставил подняться и крепко обнял. Я ощутила запах его волос и закопалась носом в локоны, стараясь запомнить этот аромат. Мы ещё никогда не встречались с ним на суше. Говорят, запахи можно сохранять и наносить их на своё тело или вещи. Я бы не отказалась от такой возможности.

Я так скучала... Так скучала по нему!

— Больше никогда не смей стоять на коленях. Запомнила?

— Да, — всхлипнула я, осознавая, что он разрывает объятия. Кто я и кто Он?

— Не грусти, моя принцесса, — отец оставил поцелуй на моём лбу и начал испаряться в пространстве, — ты можешь приходить сюда почаще. Я разрешаю…

Когда спустя десяток минут из воды показалась взволнованная голова мамы, я всё также продолжала стоять под ярким белым шаром и шептать:

— Спасибо… спасибо, отец, спасибо…

Наконец-то две моих мечты исполнились! В один день!

И ничто более не способно меня остановить, ведь теперь все дороги передо мной были открыты!

***

Элеран вернулся через два дня, как и обещал. Это время я потратил на восстановление своего самочувствия, то есть много ел, магичил, гулял на свежем воздухе и спал. Наир зашёл в столовую, когда я обедал, и чуть улыбнулся тому, что я по привычке приготовил ему порцию и приборы.

— Доброго дня, Аскурр, как дела?

— Более-менее, а у вас?

— Продуктивно, решил несколько проблем в храме, обсудил с асар тебя, уладил вопрос с документами. Тебя внесли в древо Наир задним числом.

— Ммм, благодарю, но кто тогда моя мать?

— Шиарис Катрея ард Хэрди, внучка первого советника Экслара, младшая сестра пророка Данэрия. Как-нибудь познакомлю. Вы не особо общались, это никого не удивит. Среди Ард есть, скажем так, «договорные» дети без брака и обязательств. Это не поощряется, но и не осуждается. Сейчас таких случаев больше, все скрывают от большинства населения приёмных гетерохромных детей.

Мой новый отец прошёл к столу и сел во главе его, смахнул заклятье стазиза, чуть склонился, вдыхая запах стейков и тушеных овощей. Я не самый лучший кулинар, так что мои блюда очень часто повторялись, но Элеран ни разу не озвучивал своих претензий.

— Вы снова упомянули себя в качестве Ард, — заметил я.

— Так и есть, приставка не прибавляет сил семье, если их не было изначально. Все это знают, с нашего проступка минуло пока немного времени, чтобы титул к нам вернулся. И мы не единственные, получившие показательную порку. Историй хватает, те же ард Каис вернули себе приставку около двух тысячелетий назад и почти столько же были Тар.

— А они что сделали?

— Траванули случайно гостей на своём званом вечере, в числе которых был один из наследников асар Ароитиса, деда нынешнего короля. Неправильно приготовили экзотическую рыбу… Несколько саифов умерло, и Саламандра в их числе. Ни одна проверка не показала, что был злой умысел, но на всякий случай семью наказали.

Что ж, стало чуть яснее. Хотя не думаю, что кто-то накосячил сильнее, чем Наир. После обеда, с моего молчаливого согласия, мы направились к алтарю Анарен, где приёмный отец, положив руку на моё плечо, неожиданно потянул меня в темноту теней за камнем. Мы прошли сквозь стену, как сквозь туман, и очутились в большой пещере, погруженной в сияющий полумрак. Повсюду я видел цветущие синие розы, источающие мягкий свет. Он отражался от множества прозрачных кристалликов, растущих прямо из камней. Но я не мог сказать, что вокруг было светло.

Мы устремились по дорожке из мелкого серого камня к озеру в центре пещеры. Я испытывал небывалый подъём духа и предвкушение. Словно меня ждала встреча с другом, с которым я не виделся целые годы. Даже без подсказки Элерана я направился дальше, стоило водам коснуться моей домашней обуви. Мне не было ни холодно, ни жарко. Когда глубина достигла талии, я остановился и медленно повернулся, касаясь руками поверхности воды.

Саиф тоже находился в озере, но, в отличие от меня, остановился, когда глубина стала ему по колено. Он глубоко вдохнул, закрыл глаза и зашептал молитву. Я же старался прислушиваться к словам, выхватывая отдельные фразы. Он обращался к богине и просил принять меня под её покровительство. Поручался перед ней за меня и мои будущие поступки. Обещал направлять мой путь и обучать всему, что знает. А потом посмотрел в мои глаза и спросил:

— Готов ли ты следовать пути Анарен, защищать мир живых и мир мёртвых?

— Готов, — ответил я, ощущая, как странная вода начинает становиться теплее.

— Обещаешь ли применять свой дар лишь во благо?

— Обещаю, — хороший вопрос, и я был рад дать на него ответ.

— Клянёшься ли выполнять приказы Анарен, Верховного жреца и его голосов в лице Кругов: Первого, Второго и Третьего?

Я замер, испытывая противоречивые чувства. Эйфория схлынула, и сейчас я понимал, что должен довериться принимающему меня храму и богу. Слепо верить в то, что всё, о чём они попросят, будет лишь на благо, как было указано во второй части моей клятвы. Что я не начну испытывать сомнений и посвящу свою жизнь, совесть и честь тем, кто будет порой решать за меня, как мне поступать.

Верховный жрец терпеливо ждал моего ответа, а я тянул, вспоминая всё, что пережил, попав в Саифию. Взвешивал каждое произнесённое слово, каждый их жест и поступок… Каждую прочитанную книгу. Я не мог ошибиться! Не мог загнать себя в добровольные кандалы. Когда только-только выбрался из облика осла, идущего за морковкой. Сбежавшего от собственной семьи, превратившей меня в оружие. Кто поклянётся, что Наир не такие же?

Я посмотрел в глаза Верховного жреца. Теперь он мой отец. Моя кровь, моё тело, мои мысли будут меняться каждый день, пока я не стану частью его рода. Я владею его даром… даром, который не оставляет выбора. Или послушание Анарен, или… очевидно, смерть…

Тем не менее, он ждал и ранее не показал ни словом, ни взглядом, насколько его беспокоит то, что я могу отказаться. Сейчас я видел это волнение, тщательно скрываемое. Он не хотел другого исхода… Но был к нему готов.

Я же… я слишком любил жизнь… И одну…

— Клянусь, — произнёс я, обрывая мысль, опасаясь, что он услышит.

— Принимаю твою клятву и клянусь Анарен и Урр, что тебе не придётся жалеть о своём решении.

А пораньше нельзя было? Я тут страдал вообще-то?

— Нельзя, — улыбнулся Элеран. Всё же читает! — Это послушник приходит в Храм. Только так клятва становится настоящей. Когда ты понимаешь, насколько высоки ставки.

Что ж, справедливо…

Но, боги-свидетели, почему это место кажется мне таким родным и знакомым? Словно я уже бывал здесь?

Улыбка саифа подсказала мне, что ответы на эти вопросы мне ещё предстоит найти.

И найти самостоятельно.

Глава седьмая. Канэри или Скалы.

Константин Давидович Воротин:

Жизнь хранителя нулевого архива порой бывает интересна, но чаще всего, увы, однообразна. У меня постоянно бывают гости, они тратят часы и дни на просмотр информации с записных кристаллов. И забывают даже про еду и сон, заставляя меня принимать на себя не совсем мои обязанности по спасению увлёкшихся исследователей. Но всё равно, я любил свою работу: за возможность видеть в подотчётных помещениях правителя и сильнейших магов, за шанс хоть иногда сказать им несколько слов. Ведь я тоже изредка подглядывал за путешествиями шпионов: верных империи и случайных, кто даже не подозревал, что стал проводником в неподконтрольные нам территории. И порой находил то, на что другие специалисты не обращали внимания. Не всегда это становилось общим достоянием, гораздо чаще я оставлял эти находки внутри своего разума, понимая, к чему может привести излишняя осведомлённость власть имущих.

Особое место в моей коллекции занимали кристаллы с другого материка. Для кого-то они были способом найти уязвимое место в обороне вражеской страны, для меня же – возможностью увидеть новое. Посмотреть на диковинных животных и красоты бесконечного для меня мира. Ограниченный в передвижениях, связанный десятком клятв, только так я мог порадовать себя и ощутить вкус жизни. Пусть и чужими глазами.

К моему сожалению, к новозаполненному кристаллу меня пока не допускали, исследователи сменяли друг друга только на сон, который был крайне коротким. Иногда я слышал восторженные голоса магов, что обсуждали полученную информацию, но старался не вслушиваться. И всё равно выхватывал отдельные фразы:

— Смог вычислить координаты долины?

— Вот, смотри: тут он видит часы. Дата известна, вычисляй угол и размер тени, передам мастеру Корну…

— Это плетение защиты имеет уязвимость, и я, кажется, понял, как его обойти. Помнишь новые чары Романа Широкова, что он показал на последней конференции в Имире?

— Как же много обрывков, что же они такое сделали, что мы так мало получили? Он ведь сутками торчал в этой вшивой библиотеке!

— Тебе бы поспать, выглядишь отвратно…

— Я во сне либо продолжаю работать, либо вижу сплошную кашу из событий дня… бесит, выспаться никак не могу, открываю глаза и сразу сюда…

— Сочувствую твоей потере…

— Прекрати! Тошно от ваших переживаний, не отвлекай… вот, глянь лучше сюда, видишь этот абзац?.. Если бы мы только знали…

— О, а вот эти чары нам пригодятся!

— Да что ж такое! Мне кажется, время вспомнить про Раэля. Нужно срочно устранять эту проклятую су…

Снова они обсуждают свои секретные дела в полный голос. Я прищёлкнул пальцами, создавая кокон, глушащий звуки. Пусть моя библиотека и не имеет книг, но тишина – есть порядок. И знание, когда нужно закрыть уши – самое полезное из моих умений.

Ничего, скоро они вытащат из артефакта всё ценное, и я буду допущен к камню. Смогу хоть немного отвлечься от своей бесконечной работы.

***

Следующие полтора месяца пролетели словно неделя. Я подтягивал саифский, пусть он и был у меня на довольно приличном уровне. Учил правила поведения, этикет, глотал одну книгу за другой, смешивая историю, поэзию и науки. Тренировал магию с Элераном, но пока без погружения в дела храма. Проводил вечера с Аламей, когда ей удавалось вырваться к нам из своего не менее загруженного графика. Я слушал её рассказы и немного завидовал тому, как много она путешествует. Наставники Шин с выдумкой подходили к подготовке своих жрецов, показывая им самый разнообразный спектр пациентов и возможных болезней. Ещё они много времени проводили с последователями Дракана, бога земли, совместно помогая зачаровывать землю и растения на полях. Я старался впитывать всю полезную информацию, что удавалось вычленить из разговоров с ней: города, имена, необычные фразочки и общие настроения жителей Саифии. Всё это казалось мне важным для лёгкого вхождения в их общество.

До весны в горах было ещё далеко, но где-то южнее она уже наверняка вступила в свои права. Утром, выскочив во двор, я спешно пробежался до купола и добыл пару пучков ароматных трав.

А на кухне меня ждал самый приятный сюрприз.

— Доброго утра, Аскурр, — обернувшись, улыбнулась мне девушка. Белые волосы, забранные в высокий хвост и украшенные голубым бантом, немного качнулись в сторону, открывая вид на татуировку в верхней части шеи. В центре почти невидимой белой пентаграммы находилась красивая композиция из цветов: розовых и синих оттенков.

Знаменитая ментальная защита! У отца она была вообще почти не видна и сделана в цвет кожи и волос, словно продолжение прядей в виде завитков, похожих на морские волны.

— Привет, Мей. Что ты тут делаешь? — я замер, рассматривая её жёлтое пышное платье длиной до колена, изящные ножки в лёгких белых колготках, обутые в голубые туфельки.

— Готовлю тебе завтрак, — улыбнулась она, переворачивая блинчик.

— Я не про это? — подошел чуть ближе, размещая травы на столешнице.

— Дедушка на задании, вот я и подумала, что моё общество скрасит твоё одиночество, тем более я хотела тебя кое-куда сводить.

— Куда? — вопрос о задании отца мгновенно выветрился из моей головы.

— Сначала завтрак, — погрозила мне деревянной лопаткой девушка. — Я почти закончила. Ты пока можешь переодеться во что-то полегче. Максимум пиджак захвати, там не холодно, но бывает местами ветер.

Спустя несколько минут мы сидели за круглым столом и завтракали, обмениваясь улыбками и смеясь над не озвученными шутками. Аламей казалась такой родной, словно я знал её с самого детства. Её глаза источали жизнь и веселье. На некоторое время, словно весь мир слился в ней одной, и вокруг меня больше ничего не существовало.

Не хочу, чтобы она плакала. Разве что от счастья.

— Ты закончил? — саифа отложила приборы в сторону, подняла на меня взгляд и хихикнула.

Я же осознал, что держу в руках вилку, на которой висит кусочек блина, смоченного в вишнёвом сиропе. И, похоже, сижу так уже пару минут. Вот блин!

— Прости, ты на меня странно действуешь, — съев кусочек, молвил я.

— Рада слышать, но про еду не стоит забывать, — Аламей терпеливо дождалась, когда я закончу завтракать, поднялась и приглашающе распростёрла руки в стороны. — Обними меня.

— А? — выпал я в астрал.

— Не засыпай, Аскурр. Кстати, могу я тебя звать Ас?

— Конечно, — я встал со стула и неуверенно шагнул к ней.

Аламей сама сделала последний шаг и крепко обняла меня, а когда я попытался что-то спросить, даже шикнула на меня. Я не понимал, что происходит, так как не видел её лица.

Мир мигнул, и мы оказались в саду. И это был не двор Элерана... потому что за деревьями виднелись дома.

— Телепортация?! — ахнул я, когда Аламей отстранилась от меня и с улыбкой ласково провела пальцем по моему носу. Приятно. — Ты сама можешь? Я всё это время думал, что у тебя артефакт!

— Могу, но пока есть очень мало мест, в которые я могу прыгать. А с пассажиром ещё сложнее… Особенно сюда.

— Не ожидал, — я осматривался вокруг, пытаясь угадать наше местоположение. Похоже на какой-то сад, вокруг всё уже зелёное и вовсю цветёт. — Где мы?

— В столице, если повернёшь голову ещё правее, увидишь королевский дворец.

Ух, ты! Огромный! Сколько же там этажей и башен?

— А мы?..

— В одном из парков города, совсем недалеко от места, куда я хочу тебя сводить.

Аламей взяла меня за руку и потянула за собой. Мы прошли по тропинке и вышли на улицу. Всё вокруг удивляло меня: ровные дороги для карет, выложенные из гигантских плит бело-серого кварцита, стыки которых были почти незаметны глазу. Красивые дома с искусной отделкой, много деревьев и цветов. Этот город был так не похож на Имир! Но когда мы подошли к мосту, я удивился по-настоящему. Рассказы, чтение, рисунки столицы, всё это ничто против реальной картины. Вид с моста открывался потрясающий! Коснувшись шара на перилах, я аккуратно перевесился и присвистнул.

Высоко! Без магической поддержки и костей не соберёшь.

— Не советую падать. Конечно, страховые плетения подхватят, но я всегда боюсь, что рано или поздно они не сработают.

— Мей, — замер я посередине моста, вспомнив кое-что. Сзади меня зашипели, и мне пришлось посторониться, пропуская саифа, который почти уткнулся мне в спину.

— Что?

— Я читал, что в столицу можно переместиться напрямую, только имея допуск... И протащить с собой кого-то без разрешения нельзя.

— Это так. Но я Наир, мне всё можно.

— Не понимаю.

Вздохнув, Аламей подошла ближе и оперлась поясницей о высокие перила. Посмотрев несколько долгих секунд в небо, она перевела взгляд на меня. Глаза её были грустными.

— Дедушка же рассказывал тебе о немаленьком грешке нашей семьи? — дождавшись моего утвердительного кивка, она негромко продолжила: — Мы потомки старшего сына асар Асктиса – Садана ард Наира. Он отказался от трона в пользу младшего брата Салама ард Наира, основателя новой ветви династии. Кровь помогает нам обходить любые их запреты, так как формально мы старше. Но мы живы, пока верны. И также мы – запасной план на случай внезапной кончины королевской семьи, так как единственные, кто вообще может претендовать на трон полубогов. Пусть там некоторые фамилии и думают, что раз им можно брать королевские имена, то они также хороши. Наивные!

— То есть… — я не успел закончить фразу, как девушка тут же прикоснулась пальчиком к моим губам.

— Ни слов, ни мыслей об этом. Никогда! — её лицо было непривычно серьёзным. — Нам хватает статуса второй семьи, и мерить выше не стоит. В прошлый раз нам простили проступок, мы отделались относительно малой кровью и потерей приставки, но я не знаю, как дорого нам обойдётся новая попытка. И думать страшно.

— Малой кровью? Потерю всех, кроме Амисарен и Сиара, ты считаешь малой?!

— Нас могли вообще уничтожить! И были бы правы. Мы покусились на запретное облако. Такое не прощают!

— Но…

— Ас, пожалуйста, — она снова обняла меня, но на этот раз крепче, и склонила голову на моё плечо. — Ты мыслишь предвзято. Ведь и в Имироте наказание за покушение на императора — смертная казнь.

— Но всю семью… — мою семью, теперь это и моя история!

— Прошу, Аскурр, давай закроем тему. Мы можем обсудить это позже, но не на мосту.

— Прости, — я погладил её по волосам и позволил себе минуту понаслаждаться её близостью.

От неё пахло вишнями с привкусом чего-то нежного. Сливок? Нет… Чего-то другого. Я не мог понять.

Мимо проходили саифы, кто-то не обращал на нас внимания, а кто-то улыбался. Один из юношей украдкой показал мне большой палец, чем вогнал в смятение. Стоим тут, как парочка влюблённых.

— Пойдём дальше? — разорвал я тишину.

— Да, — опомнилась Аламей, смущённо убирая ладошки за спину. Сама прелесть!

Наш путь привёл нас на скалу Илишин. Она была достаточно крупной, здесь размещались как четырёхэтажные здания, так и небольшие домики с личными садовыми участками. В центре скалы располагался храм, куда меня сразу же за руку завела Мей. Едва переступив порог, я ощутил мощные потоки энергии, пронизывающие это место. В центре большого круглого зала стояла композиция из двух статуй, но видел я пока только ту, что была обращена лицом ко входу.

Крепкий мускулистый мужчина в простой одежде, с прямыми зелёными волосами до плеч. Взор его добрых глаз был устремлён к бело-зелёному алтарю у его ног, руки словно бы готовились к объятьям, устремлённые ладонями к каждому, кто шёл к нему. Вокруг него росли какие-то деревья, живые и явно сформированные кем-то из жрецов в причудливые формы.

— Это Шин, тот, кто оберегает жизнь и природу, — еле слышно сообщила мне Мей. В храме присутствовали и другие посетители, поэтому мы старались не обращать на себя внимание. — Если обойдёшь, сможешь увидеть его второй облик.

За спиной мужчины стояла скульптура высокой красивой девушки, что держала в руках росток неизвестного растения. Я плохо в этом разбирался. Внешность божества была похожа на первую статую, словно это были брат и сестра.

— Женщина?

— Да, но Шин не принимал этот облик после рождения Анэра – бога Ветра и Путешествий. То есть уже более пятнадцати тысячелетий. Все трое детей Саа и Урр: Карас, Дракан и Шин – обладают двумя обликами. И только Карас регулярно меняет облик, являясь к саифам в женском облике, а к унн в мужском.

— Читал об этом. Унн – это воплощённые в реальность верования о русалках?

— Скорее – они основа, послужившая для мифов. У них нет хвостов, если тебя это интересует, Карас дала им плавники и жабры, которые как бы умеют втягиваться в тело и трансформироваться, когда они выходят на поверхность, но эта способность открывается после тысячи прожитых лет. Мне кажется, что Асса и не хотела, чтобы они покидали море. Просто в какой-то момент её уговорили, и она дала им эту возможность.

— Откуда вообще это известно? Облики богов, их привычки и желания?

— Верховные жрецы общаются с богами, иногда вживую, также, как Саламандры и другие древние семьи. Иногда и простые саифы слышат их голоса… Знаешь, многие немного завидуют Обращённым, кто знает про вас. К вам на Посвящение порой приходят несколько богов, в то время как простым саифам бывает и за всю жизнь не достаётся ни единого слова и от одного.

— Несправедливо.

— Возможно. Хотя некоторые считают, что излишнее внимание божеств лишь укорачивает жизнь.

— Ты разговаривала с кем-нибудь? — поинтересовался я, продолжая обходить храм и рассматривать фрески. На них были изображены картины природы, самой разнообразной в своём облике. Один пейзаж плавно переходил в другой, создавая цельную картину.

— Да, — легко ответила Мей, — с несколькими даже. Дедушка водил меня на Асталив – это священная гора.

— И о чём вы говорили, если не секрет? — мы замерли у доски с перечислением имён, где, к своему удивлению, я сразу же выхватил своё имя, Элерана и Аламей. А также остальных кровных Наир: Мирану, Ардиссу и Амисарен.

— Не секрет: я должна была выбрать, в какой храм пойду жрицей. Подозреваю, что я немного расстроила Нинэ, моя мама её последовательница.

— Это частое явление? — продолжил я тему, хотя мне очень хотелось перескочить.

— Чтобы за саифу чуть не передрались боги? — уточнила она, вызывая у меня удивлённое поднятие бровей. — Да-да, ты не ослышался. Шин повздорил с собственной матерью и с сыном. Нет, не частое. Просто Саламандры, как бы сказать, неприкосновенны, они не могут стать жрецами, пока правят, их сила питает всех богов и немного бонусом Саа, Эвиль и Микалу, за счёт их вторых и третьих ипостасей. А вот нас можно перетягивать, как канат. С тобой Анарен подсуетилась, успев наделить анерси. Не все Наир прошлого становились жрецами, но в текущих обстоятельствах – это лучшее решение. Я сейчас имею в виду внешнюю политику и угрозу вторжения. И, раз уж ты так внимательно смотришь на доску, расскажу без твоего вопроса, — она хихикнула и продолжила, — это королевские имена, те, что светятся, уже заняты. Ты не встретишь среди простых саифов ни одного, кто носил бы их. Только похожие. Имя короля не должно повторяться. Таково желание богов. И да, Наир тут тоже всегда есть, что бы мы ни натворили.

Вот это у меня карьерный рост! Вроде и в опале род, да не сказать бы, больше похоже на маскарад. Это что же, в каждом храме по всей стране есть моё имя? Впору нос задрать.

Покидали мы обитель божества через центральную часть ступеней. Аламей хитро улыбалась, явно предполагая, что я не в курсе, что означают молитвы, начертанные в этой зоне. Но я уже знал: о семье и её благополучии, о детях, о любви. И старался не показать вида, что мне это известно.

Следующим пунктом нашего путешествия стала больница, расположенная в паре сотен метров от храма. Однажды я был в здравнице с моим человеческим отцом, когда мне было двенадцать, и ожидал от лечебницы саифов примерно того же. Но первое, что пришло мне в голову, когда я вошёл в здание: дом. Обычный дом, просто очень большой: с уютными комнатами, гостиными для встреч с родными, с коридорами, заполненными разнообразными полками со статуэтками, книгами и растениями. Жрецы Шин ходили в зелёно-жёлтых костюмах с небрежно наброшенными поверх плеч длинными белыми жилетами. Они приветливо улыбались, некоторые даже здоровались с Аламей.

— Снова пришла проведать свою подругу, Мей? — подошла к нам невысокая черноволосая саифа с одной синей прядью у левого виска.

— Да, Анжи, — кивнула девушка.

— Она в той же палате, ей не так давно провели очередную процедуру, так что она спит. Но ты можешь зайти.

Та, о ком Аламей беспокоилась, лежала на втором этаже в сто восьмой палате. Миниатюрная девушка с длинными красно-сиреневыми волосами… Милое детское лицо. Если бы Мей не сказала по дороге, что они ровесницы, я бы решил, что ей лет тринадцать. Рядом с её кроватью у окна стояли горшки с цветами, а на столе остывал обед, хотя нет, не остывал, а был укрыт плетением сохранения температур. Наир сделала несколько шагов вперёд и остановилась рядом с кроватью.

— Миэссавэн заболела лимькадэр, или чёрнокровью, если переводить на имиротский. Мы с ней проходили стажировку в больнице Аве’Синест три недели назад, где она и заразилась от одного из пациентов. Допустила ошибку во время обследования, не защитила руки, исцарапанные утром кошкой. Испугалась и поздно сообщила, и теперь проведёт здесь как минимум полгода.

— Что это за болезнь?

— Наиболее схожа с чумой, но внешних симптомов, кроме как изменения цвета крови и постепенно сереющей кожи, нет. Поражает органы и нервную систему, может привести к параличу и смерти, если не лечить. Не бойся, лимькадэр не передаётся воздушно-капельным путём, только через кровь. В основном заражаются охотники через больных зверей и примерно у трети саифов есть врождённый иммунитет, у тех, у кого в роду отметились оборотни. Но Миэсс не повезло.

Мей села на кровать и ласково погладила голову девочки, но та не проснулась. Вздохнув, Аламей простёрла руки над её грудью, и они засветились мягким золотым светом. Минут десять саифа просидела, не меняя положения. Я же, разместившись у окна, рассматривал королевский дворец. Одиннадцать этажей, и представить сложно, какая там высота на башнях! Интересно, сколько внутри комнат и много ли саифов там живёт? Зачем Саламандрам такая махина? Потом моё внимание переключилось на прогуливающихся в парке пациентов. Многие выглядели бодренько, кто-то хромал, кого-то катали на странном кресле с колёсиками. Тишь и благодать… Самое то для выздоровления!

Но вот лечебный свет, который я улавливал краем глаза, погас, и Аламей встала. Подошла к одной из ваз, коснулась земли, и буквально за пару минут вырастила новое растение. Он обвил белые розы, как вьюнок, и распустил голубые цветки.

— Она проснётся и поймёт, что я была здесь, — пояснила девушка мне, но взгляд её был грустным, словно её что-то тревожило.

— Опасности для твоей подруги нет? — я всё же решил проявить беспокойство.

— Сейчас уже нет, но неделю назад Миэсс чуть не умерла. И, вероятно, ей теперь будет сложно доказать Шин, что она достойна большего, чем должности младшей жрицы. Она слишком долго скрывала.

Понимаю. Как доверять ей пациентов, если она смолчала о самой себе? Жестокая правда, но среди целителей не место трусам.

Мы вышли из здания и направились к ближайшему мосту. Но не успели пройти и сотню метров, как лицо Мей озарилось улыбкой. Такой счастливой и заразительной.

— Мама вернулась! — сообщила она, смотря на меня искрящимся взглядом. — Пойдём быстрее, я хотела показать тебе наш дом, но теперь ещё и с ней познакомлю!

Хм. Я, конечно, рад расширить круг общения, но с прошлой семьёй у меня как-то не заладилось. Надеюсь, в этот раз выйдет лучше.

Скала Эмилон находилась почти в двадцати минутах ходьбы от кварталов Шин. Как пояснила мне девушка, на скале находилось всего восемь поместий. Семь принадлежали древним семьям, одно эльфам, и их дом был самым новым, так как был построен в период, когда этот народ бежал с Имиану. И чем ближе мы подходили, тем сильнее я осознавал масштаб того, в какую семью я попал. Все эти поместья были похожи на дворцы! От четырёх этажей и выше. Окружённые огромной территорией садов и парков. И я совершенно не удивился, когда Аламей направилась к самому большому из них, семиэтажному произведению искусства: алый дворец с белыми и золотыми деталями. Рассматривая башенки, причудливые балкончики и витражные окна, я испытывал странную смесь чувств.

Неверие, восторг, апатию, ужас, радость… Гордость! Последнего было больше всего.

— Насколько он старый? — спросил я, едва мы прошли через кованые ворота и зашагали по дорожке к дому. Хотя называть это домом казалось странным.

— Чуть больше четырнадцати тысячелетий, он почти ровесник основания Авален, тогда заложили большинство дворцов и храмов города. Дом несколько раз перестраивался, достраивался и совершенствовался, но последний его облик не менялся где-то веков шесть. Дедушка скажет точнее.

— Вы живёте тут одни?

— Нет, у нас есть наёмная прислуга, которые приглядывают за домом и садом, а также помогают с обедами. У нас часто гостят, не у всех есть жильё в городе. Многие комнаты законсервированы и не используются.

— И всё же, зачем такой размах? — я в который раз оглянулся на дворец Саламандр.

— Раньше семья была больше. И у асар тоже. Расчёт на балы, гостей и войны.

— Войны?

— Авален – это крепость, мало какой город может сравниться даже с половиной его оборонного потенциала. Поэтому все дома здесь имеют возможность принять к себе в разы больше обитателей, чем проживает в городе в мирное время.

Последний рубеж, значит? Место, которое сможет защитить основной костяк нации и подарить шанс на выживание. Есть над чем подумать… Например, о том, как этот город может выдержать долгую осаду? Хотя, с таким объёмом парков и садов, шансы весьма высоки.

Массивные двери, позолоченные, надеюсь, иначе я сойду с ума, украшенные резьбой в виде языков пламени, открылись, едва мы очутились на подъездной площадке для карет. За ними нас ожидала огненноволосая саифа. Цвет этот словно переливался и переходил от оранжевого в золотистый, а местами и в красный. Зелёно-синие глаза смотрели на нас спокойно, с лёгкой долей любопытства. Выглядела женщина всего на несколько лет старше собственной дочери.

— Доброго дня, Мей, Аскурр. Рада наконец-то увидеть тебя дома, — приветливо улыбнулась она.

— Доброго дня, сая Мирана Сааверэ, — поклонился я, приветствуя старшую дочь Элерана. Второе её имя расшифровывалось как «отмеченная Саа», что на фоне волос казалось самым точным подтверждением его симпатии.

— Привет, мам, — Аламей взбежала по ступенькам и обняла саифу. — Когда папа прибудет?

— У него ещё остались дела. Вы завтракали? — мы кивнули. — От чая не откажетесь? Милая, сходи, попроси накрыть в зелёной гостиной, а я пока покажу Аскурру его комнаты. Минут за пятнадцать обернёмся.

— Хорошо, — девушка радостно умчалась куда-то в ближний левый коридор. Исполнительная и хорошо понимает намёки.

— Нам наверх, на третий этаж, — предупредила Мирана, и я направился следом за ней.

— О чём вы хотели поговорить? — спросил я, едва мы начали подниматься.

— Не стоит беспокоиться, просто есть вещи, о которых моей дочери пока рано знать. Позволь довести тебя до комнат.

Минута молчания, и мы входим в небольшое помещение: широкий стол, кресла, полупустые полки вдоль стен с коллекцией статуэток. Всё выдержано в тёмных древесных и зелёных оттенках. Окон нет, но свежий воздух откуда-то поступал, а комнату освещали магические светильники.

— Это рабочий кабинет, не удивляйся планировке комнат. Раньше нам принадлежали несколько городов, и дворец проектировался из расчёта, чтобы членам семьи было удобнее принимать посетителей. Если захочешь обустроить здесь что-то иное, только скажи, — саифа повернула направо и раскрыла боковую дверь.

Теперь мы попали явно в гостевую зону. Здесь было на пару тонов светлее, к зелёному прибавился бежевый и серые оттенки. Несколько серых диванчиков, камин, круглый светлый стол для обеда персон на шесть, судя по стульям. Плотные изумрудные шторы были распахнуты, впуская свет из трёх больших окон, одно из которых являлось по совместительству балконной дверью. Мой взгляд сразу прикипел к заполненному книжному шкафу и пианино.

Но я не играю, у меня никогда не было доступа к музыкальным инструментам... Возможно, он остался в комнате от прошлого владельца?

— Заинтересовался? — улыбнулась Мирана, уловив, куда я смотрю. — Если захочешь, научу. Ещё я умею играть на гитаре.

— Если вас не затруднит.

— Если перестанешь обращаться ко мне на «вы», то я подумаю, брат, — хмыкнула она, продолжая путь, на этот раз налево до двери, расположенной почти рядом с окном.

— Извините, мне всё ещё сложно осознать многие моменты.

— Не удивлюсь, если ты и с отцом так разговариваешь.

— Я, — замер, заглядывая через её плечо в спальню, — мой отец, тот, что в Имироте, не разрешал мне разговаривать с ним по-простому…

— Георгий Грачёв вообще специфическая личность. Не хочешь зайти?

— Я… да, сейчас, — ступил я внутрь, осматриваясь.

И сразу же столбенея… На маленьком столике у огромной кровати с зелёным балдахином лежал знакомый мне плюшевый слон. Медальон и несколько колб с красной жидкостью, стоящих в деревянных штативах…

Боги и демоны!

Я мысленно стукнул себя по лбу. Демонов просить, чтобы они обратили внимание на наш мир точно не стоило.

Я знал, что это такое!

Мои «вещи», те, что я просил забрать.

— Вы были там? — обернулся, взглянув на саифу.

— Да, сегодня вернулась.

— Спасибо, — поднёс руку к своему лицу и накрыл глаза. Словно огромный камень с души свалился!

Теперь он меня не достанет.

— Он в курсе?

— Что ты выжил? — сразу поняла Мирана. — Нет, думает, что погиб. Твои вещи я заменила копиями, потребовалось время, чтобы воссоздать ауру. Ещё взяла на себя смелость немного помучить Георгия кошмарами, твоя кровь давала к нему доступ. И подсмотрела немного полезного в его снах, поэтому так задержалась.

— Его же оружием против него? — рассмеялся я.

— Если позволишь, я бы сохранила образцы. Прямого влияния на тебя они скоро не будут иметь, а вот на твоих бывших родственников – да. Мы не используем проклятья крови, это корёжит душу и портит силы богов, однако кровь служит хорошим средством для поиска.

— Вы их уничтожите? — поинтересовался я, медленно опускаясь в кресло у окна. Саифа так и продолжила стоять у двери, взгляд её был серьёзен.

— Возможно, — пожала она плечами, — всё зависит от них самих. Пока они устраивают козни моей стране, они в списке целей. Твоего деда – Матвея Грачёва, убил ансар Аридий совместно с другими наследниками и Элераном.

— Он был в этом замешан? — взлетели мои брови.

— Да.

— И вы тогда не знали, что я буду с гетерохромией?

— Нет, знали, — ещё один честный ответ, — как и то, что с некоторой вероятностью ты попадёшь к нам.

Ох, ничего себе здесь сроки предсказаний!

— Вы смелые, — горько улыбнулся я. — А я вот, видимо, нет, — намекнул на своё перебежничество.

— Ты вырос тем, кем должен был. В этом нет ничего страшного, хотя сомнения – это обычное явление в такой ситуации.

— Кто-то ещё сталкивался с таким?

— Константин Олеоре.

— Он жив?! — ахнул я, широко раскрыв глаза. Предыдущий гетерохромный маг, что погиб под лавиной, как я был уверен… До этой самой минуты.

— Вполне себе здравствует, живёт в Ра’Эвисе, обучается у главного придворного художника. Последний портрет королевской семьи был создан его рукой, ещё увидишь в галерее центральной библиотеки. Его новое имя – Рийнар тар Ероис, уже лет десять как саиф. Именно он вывел нас на Грачёва старшего, убившего в своё время принца Андррия. Я тогда носила Аламей под сердцем, и меня не пустили на Имиану.

— Я думал: последователи Нинэ безобидны. Лечат там, звёзды читают, календари и сонники составляют, наукой занимаются.

— Для большинства, — саифа облокотилась о стену и сложила руки под грудью. В своём длинном белом домашнем платье с узором алых цветов она казалась необычайно хрупкой. — Ещё мы можем путешествовать иными путями, создавать иллюзии, в том числе тактильные, и довольно неплохо маринуем мозги. Ансар Аскерий – мой лучший ученик, в определённых направлениях даже превосходит мои возможности.

Хм, ментальные маги? В какой-то степени это даже пугает. Но она рассказала об этом так легко, не пытаясь скрыть или преуменьшить свои способности. Эта откровенность подкупала.

— Элеран не говорил мне, вы тоже Верховная жрица?

— Второй круг, негласный лидер пятёрки. Так-то в Круге все равны, но сам понимаешь…

— …некоторые решения нужно принимать единогласно, чтобы не вызывать волнений в обществе, — процитировал я своего нового отца.

— У нас тут, относительно недавно для нашей истории, чуть не случился передел власти в храме Эвиль. Они были самые отстранённые от остального общества, отдельный остров не способствует единению. До сих пор разгребаем, благо рычаги давления на них появились.

— Вы про ансари? — я знал, что она была из Ледяных. А мой отец… тот, от которого я отказался, упоминал как-то раз, что однажды она чуть не спровоцировала конфликт на балу в столице империи, с трудом сдержав свою силу.

— В том числе, — кивнула она. — Если есть ещё срочные вопросы, задавай сейчас или уже завтра, когда Аламей уйдёт на учёбу.

— Я здесь надолго? — понял по её фразе.

— На неделю точно, отец сейчас на архипелагах Арени’Ксэ, а затем начнутся ежегодные советы Верховных и Первых кругов. Если он запоздает с миссией, то в дом на горе Рентавви не успеет даже на вечер прыгнуть. Через две с половиной недели бал в честь дня рождения ансари Эвелин, так что предполагаю, что и это время ты проведёшь у нас. Может, даже Юстан успеет вернуться, — её улыбка и взгляд стали нежнее при упоминании имени мужа.

— Простите…

— Прости, — поправила меня Мирана.

— Я попробую. Не обещаю. Прости за нескромный вопрос. Как вы… как ты не покинула семью после свадьбы? Я первое время думал, что Юстан – сын Элерана, а потом побоялся спрашивать. По семейным вопросам у меня долгое время были сплошные запреты. Я до сих пор отвыкаю.

— Переходы у Наир, – невероятно редкое явление. Я бы даже сказала, что это невозможно по некоторым причинам, но я уже не успеваю подробно пояснить. До тебя Элеран был единственным кровным сыном в роду. Это Юстан стал частью нашего рода, он младший из сыновей ард Адрас. Семья довольно многочисленна, так что, как любит шутить мой муж, никто даже не заметил, что он ушёл.

— Это формальный переход или есть ритуалы?

— Они есть, но мы не нуждаемся в этом. Кровь древних семей не разбавить и не подтянуть других до нашего уровня. Лишь с гетерохромными нам сделали послабления. И то, конкретно нам никто не подходил, по предсказаниям пророков всем претендентам отказывали боги, и они, по итогу, уходили в другие семьи. Поэтому мы искренне рады, что с тобой всё прошло иначе.

Мне сейчас восхититься собой?

— Да, — снова ответила саифа, чуть склонив голову к плечу.

— Эм…

— Это моя специализация, пока у тебя не появится татуировка, я буду тебя слышать. Можешь добавить ещё слоев защиты, но через пару часов у тебя заболит голова поддерживать такое. Не волнуйся, в твою голову я не лезу, просто слышу поверхностные мысли. Клянусь Нинэ, плохих целей в отношении тебя не преследую, — произнесла она и прибавила, чуть сощурившись, — пока ты не обидишь мою дочь...

— Постараюсь, чтобы этого не случилось, — приложил руку к сердцу. С такой женщиной шутить не стоило.

И всё же, раз теперь я её брат по бумагам, а Аламей, получается, моя племянница, то…

— Стукну. Сильно, — снова подала голос Мирана.

— Простите. Я не думал об этом, когда соглашался... Точнее, не знал, что стану тар, а не приёмным тарей. Мне… мне нравится… ваша… твоя…

— Здесь проблемы нет, — её фраза выбила у меня почву из-под ног, и если бы я не сидел, то точно бы зашатался.

— Правда? — с надеждой посмотрел в сине-зелёные глаза саифы.

— Правда, — слабо и с явной неохотой кивнула она, — но вы пока ещё дети. А дети не играют во взрослые игры. Ты меня понял?

— Понял, — сглотнул слюну, испытывая на себе волну подкатившего ужаса.

— Вот и разобрались. Идём, пока нас не хватились.

***

Амадан Маир Иврий тар Шиан:

И зачем он меня вызвал? Столько столетий игнорировал, а тут отправил официальное письмо с приказом прибыть.

Так странно: я вроде и брат короля по матери, а считай – изгой.

Последний из рода Шиан, посмевших вмешаться в борьбу за трон на стороне Висара ард Наира. Единственное, что спасло семью от полного уничтожения – заступничество асари Жинессы, до безумства влюблённой в Маридана ард Шиана, моего отца. Погибли все, кроме него, наша фамилия потеряла благородную приставку, а также лишилась поместья в столице и множества активов, оставшись почти нищими по меркам древних семей.

Говорят, что грехи отцов не должны распространяться на детей… Но только не в случае Шиан. В свою тысячу сто лет я был одинок и бездетен. Одна моя супруга умерла в родах вместе с ребёнком, вторая во время войны. Я пытался договориться о совместном наследнике с несколькими родами, но все попытки были безуспешными и даже коралловый эликсир не помог, лишь больно ударил по сохранившемуся бюджету. Попыток становилось всё меньше, как и пересечений циклов с теми, кто был согласен мне помочь.

Взбегая по ступенькам дворца, я размышлял о судьбе и не понимал, каким путём мне следовать.

Никто не останавливал меня, очевидно, все были предупреждены, и им было даже не любопытно, почему меня вызвали. Пара советников, которых я встретил по дороге, лишь вежливо поздоровались, мазнув по мне короткими взглядами. Для них – меня не существовало. Я не стал жрецом и не имел абсолютно никакого политического веса. То, что со мной сотрудничали в торговых делах, уже было чудом.

Едва я вошёл в кабинет асар, как тут же замер на пороге.

На коленях Маридана сидел светловолосый малыш и о чём-то увлечённо рассказывал мужчине на ломаном саифском. Рядом с ними стояла среброволосая саифа, асари Дианель, и ласково поглаживала непослушные локоны ребёнка.

Вот они заметили меня. Ребёнок повернулся в мою сторону и заинтересованно склонил голову к плечу. Глаза: серый и чёрный, смотрели открыто и радостно.

— Доброго дня, я Кроха, — звонко представился он. — Это вы – мой папа?

Я вздрогнул, отступая на шаг и чувствуя, как защемило сердце.

Последний Хоктис был несколько месяцев назад… Я ждал… Надеялся на видение от богов, но, видимо, не заслужил.

Однако…

Асар Маридан смотрел на меня с хитрой улыбкой и не давал абсолютно никаких подсказок. Это издевательство или?..

— Я… — сглотнув подступивший к горлу ком недоверия, медленно опустился на колени и протянул руки в сторону малыша, — я твой… папа…

— Папа! — мальчик спрыгнул с колен моего сводного брата и в секунду оказался рядом, падая в объятья. — Не бросай меня больше никогда! — моё тело словно пронзил разряд молнии, погружая в ступор. Я не знал, что мне делать... Промолчать? Или что-то ответить на столь необычный душевный порыв пока ещё не моего ребёнка?

— Услышал, Амадан? — произнёс мой брат, поднимаясь с кресла.

Я буду последним глупцом, если упущу этот шанс!

— Да, — кивнул я, прижимая к себе Кроху. — Больше никогда… Спасибо, сай асар… спасибо, что нашли моего сына.

***

— Мягче, расслабь запястье, — Мирана невесомо погладила костяшки моих пальцев. — Это не гвоздь, забивать не нужно. Слышишь, как изменился звук?

— Да, — выдохнул я, стараясь повторить выученную комбинацию клавиш.

— Теперь на последних нотах нажми на правую педаль, — продолжила объяснять саифа.

Исполнив в точности, я услышал, как звуки потянулись, оставляя за собой красивое эхо.

— Самое главное при работе с педалями: не нажимать на них постоянно. Попробуй зажать правую и повтори пьесу с начала.

Практически сразу мне стало понятно, отчего она предостерегает. Если каждая нота продлевается, то совсем скоро вместо мелодии получается какофония.

— Она связывает музыку, но нужно не забывать брать педаль заново в нужных моментах. Теперь повтори вступление дважды, первый раз с зажатой левой педалью, потом без неё… Как видишь, она заглушает звук, прижимая струны и не давая им звучать. Пока что нам это не нужно, для начала освоим работу с другой педалью, — Мирана поднялась с табуретки и встала за моей спиной. — Сейчас я буду касаться твоего правого плеча каждый раз, когда нужно взять правую педаль, и левого плеча, когда её нужно отпустить. Будь внимателен.

— Постараюсь, — простёр я ладони над клавишами, особое внимание уделяя левой руке. Играть правой было как-то проще, несмотря на то, что опыт мага приучил меня к совместной работе обеими руками.

Мы занимались уже несколько часов. За это время я успел выучить последовательность клавиш одной короткой пьесы и теперь тренировал её под присмотром Мираны. Объясняла она понятно, поправляла все мои огрехи и совсем не злилась, когда я ошибался.

— Хорошо, уже лучше, — довольно хлопнули меня по плечам, когда я закончил играть. Мне нравилась её похвала, и я был готов продолжать столько, сколько это возможно. — Нет, загонять тебя не буду, брат. Обед уже близко, скоро прибежит Мей с уроков, а во второй половине дня у меня встреча с учеником. Завтра, как будет время, покажу тебе ноты и научу играть по самым простым. Если позволишь, могу даже помочь с закреплением знаний.

— Извините… — и тут же получил лёгкий подзатыльник, — извини, я пока не готов к ментальной помощи… Но обещаю подумать.

— И всё же, — она перевесилась через меня и заглянула в глаза, — тебе явно стоит уделять время музыке, ты словно расцветаешь душой. Хотя бы пару часов в день, даже без меня. Сможешь?

— Мне нравится эта идея, — улыбнулся в ответ. — А можно вопрос?

— Для тебя – сколько угодно, — игриво щёлкнула меня по лбу Мирана.

— Вы… кхм, ты упомянула ранее, что не все способны стать членом семьи Ард, — и как-то я не особо ощущал себя достойным такой роли.

— Смотря каких именно семей. Если говорить о девяти самых древних родах, то да – подходящих гетерохромных очень мало. Ведь не каждому можно доверить силу, что нам доступна.

— Почему вы так долго ждали именно меня? Ещё и с таким риском, как моя изначальная нелояльность? Я ведь могу, получив такую силу, подставить вас ещё сильней…

— А у тебя есть такие планы? — саифа присела на соседний табурет совсем близко от меня, её зелёно-синие глаза буквально пленили мой взгляд, не давая и шанса, чтобы отвернуться или моргнуть. Пугающая красота и могущество! — Мы знали, что ты очень подходишь именно нам, но пророки изначально передали тебя в руки другой семьи. Так что пришлось задействовать наши связи с Саламандрами, чтобы была выбрана не основная ветвь событий. Тисай же, из мести, уже перекрыли нам несколько торговых сделок, но не беспокойся, это не сильно по нам ударило. Да и нам было в радость устроить им такую подставу: они сильно настроены получить невесту из нашего рода, и достают нас уже несколько столетий.

— Это связано с тем, что в семью пришёл Юстан, а не наоборот? — я помнил, что она недавно про это упоминала. А ещё мне не понравилось, что пророки буквально столкнули Наир с другой семьёй, с которой и так были недопонимания. Но для чего?

— Да, мы потомки Наира, полубога – земного сына Саа и Урр. Нас не должно быть много, как показал конфликт, что случился тысячу двести шестьдесят лет назад. Чем больше родов претендует на престол, тем опасней это для страны. Сейчас соблюдается баланс – три семьи, каждая занимается своим делом.

— То есть, — я облизнул губы, — в теории, тот ритуал – родственная боль, мог зацепить и вас, если бы маги в империи знали про родство?

— Мы разошлись по древу десять поколений назад, но да, враги могли бы дотянуться, если бы знали, по какому маркеру нас искать.

— А кто третья семья?

— Аурр, но у них силы меньше, они стали хранителями божественной крови всего тринадцать тысячелетий назад. И, раз уж мы выбрали тебя, а ты, напоминаю, согласился, прекращай уже терзать себя вопросами, которые никак не повлияют на действительность, — она моргнула, разрывая наш обмен взглядами. — Идём вниз, нам уже накрыли стол.

Чувствую себя ошалевшим. Вроде бы мои ментальные щиты и не тронули, а словно настучали по голове за мои сомнения.

Сегодня был третий день, как я гощу в столичном доме Наир. Мне успели показать большинство задействованных комнат, я узнал, где живёт Аламей, и провёл один из вечеров в её гостиной. Девушка показала мне коллекцию растений, рассказывая, где каждое из них росло и какие условия необходимы для их содержания. Ещё я очень удивился прялке, стоявшей в одном из углов у окна, а Мей, заметив мой взгляд, пояснила, что тренируется в прядении зачарованной нити, которая в дальнейшем поставляется последователям Дракана для ручного ткачества и создания артефактной одежды. Нити невозможно разрубить мечом, пока не будет израсходован запас вложенной энергии, а самые лучшие виды ткани получают иммунитет к проявлению стихийных ипостасей или даже становятся их частью, если сотканы самим владельцем.

Но я отвлёкся. Обедала семья в малой столовой на первом этаже, позволяющей вместить до пятнадцати саифов. Место во главе стола всегда было закреплено за Элераном, как за старшим мужчиной в семье. Мы же могли выбирать, где разместиться при каждом приёме пищи, и лишь на званных обедах и балах начинал соблюдаться этикет, в котором прослеживалась линия наследования, перемежающаяся уважением, проявленным к приглашенным гостям. Наука эта была сложной и пока для меня не понятной.

Спустились мы вовремя, успев застать открывающиеся двери. Вместе с Мей в холл входили двое мужчин, очень похожих лицом. Один из них сразу же устремился к Миране, взял её руки в ладони и поцеловал пальцы.

— Милая, счастлив тебя видеть, как прошла обратная дорога? — по его тёмным волосам прошлись зелёные искры, на время давая им немного иной оттенок.

— Всё благополучно, я тоже рада тебя видеть, — она поднялась на носочки и коротко поцеловала саифа в щёку.

— Рядом с тобой, если не ошибаюсь, Аскурр? — он повернулся, протягивая мне руку.

— Всё верно, — кивнул я, принимая твёрдое рукопожатие и стараясь не отстать в демонстрируемой силе.

— Юстан Аридан тар Наир, — представился мужчина, — Старший жрец Дракана, рад знакомству. Позволь представить моего брата: Рассавад Эолан ард Адрас, жрец Первого круга Карас.

— Счастлив познакомиться, — ответил красноволосый саиф с лёгким намёком на поклон. Его волосы были забраны в косу, но её длина была не очень большой, примерно до середины лопаток. Он сделал несколько шагов ко мне, также протягивая руку.

— Взаимно рад, — приветливо улыбнулся, отвечая на его жест.

— Эдрий не подойдёт? — уточнила Сааверэ. — Раз ты в городе, то и он, наверное, тоже?

— Он сейчас в квартале Шин, не упускает случая, чтобы поблагодарить за заботу Ристэла. Но присоединится в процессе обеда, если позволишь.

— Ты знаешь, мы всегда ему рады, — Мирана повела рукой в сторону, приглашая проследовать по коридору в столовую.

Никто отказываться не стал. Я чуть задержал шаг, чтобы остаться позади и подарить улыбку уже Аламей. За стол мы также сели рядышком, общаясь ментально во время всего разговора. Она рассказывала об успехах в учёбе, я хвалился своим достижением, воспроизводя воспоминание с проигранной мелодией.

— «Сыграешь мне вечером?» — попросила Мей, пару раз хлопнув ресницами.

— «Не уверен, что у меня получится так же хорошо без поддержки твоей мамы».

— «Я не стану издеваться», — клятвенно пообещала девушка, скрывая смех.

На второй перемене блюд дверь в столовую открылась, и в комнату нетвёрдой походкой зашёл высокий саиф очень тонкой комплекции, с коротким ёжиком желтовато-рыжих волос.

— Всех приветствую, — кивнул он, проходя и становясь рядом с Рассавадом. Мужчина поднялся и помог отодвинуть соседний стул. Рыжеволосый с явным трудом разместился на сидении, сразу же отклонившись к мягкой спинке. — Мей, ты снова выросла!

— Почаще приезжай к нам, дядя, тогда не так заметно будет, — улыбнулась Аламей в ответ и чуть повернула голову в мою сторону. — Познакомься, это Аскурр тар Наир, младший сын Элерана, — и покраснела, явно подумав в том же направлении, в котором недавно осенило меня. Окружающие постарались сделать вид, что не заметили её румянец, лишь Юстан недовольно что-то пробурчал под нос.

— Рад знакомству, я Эдрий Антте ард Адрас, сейчас немного не в форме, поэтому прошу прощения за свой вид.

— Всё в порядке, — качнул головой, не стремясь задавать вопрос о его болезненном состоянии. Однако, Эдрий продолжил сам:

— Я имел неосторожность попасть в слепое для пророков пятно в океане, мой корабль затонул, и что именно произошло, никто не знает. К моменту, когда к месту подоспели унн, многие тела уже были съедены хищниками, и меня посчитали мёртвым. Я же как-то оказался в плену у имиротских магов почти на полгода и теперь вот уже второй десяток лет прихожу в себя.

Я широко раскрыл глаза, осознавая, что передо мной сидит тот, кого мои небезызвестные родственники едва не выпили до дна. Буквально! Ведь известно, что кровь саифов насыщена магией, а потому способна продлевать жизнь и возвращать молодость. Особенно – кровь Ард.

— Как вы пережили это? — спросил, чтобы не показать излишнюю осведомлённость.

— Я ещё легко отделался. Был бы из простой семьи, вживили бы артефакт какой, стёрли память и отправили бы обратно… И судьба моя была бы незавидной. Но всё равно я плохо помню первые лет шесть после спасения. Мирана, низкий поклон твоим талантам, — он чуть склонил голову, — не знаю, на кого бы я был похож, если бы не ты. Филигранно собрала мой разум из тысяч осколков.

— Ты знаешь, что я сделала это не ради благодарности, — но было видно, что похвала ей приятна.

— Благо, сейчас я достаточно окреп, чтобы снова путешествовать с братом, но, увы, о прежних моих силах и задачах остаётся пока только мечтать.

— Я слышала, — перевела на себя внимание Аламей, — что вы открыли новый большой остров?

— Да, на северо-западе, — кивнул Рассавад, оставляя приборы на тарелке, чтобы иметь возможность продолжить рассказ, — Очень красивый, необитаемый, рядом проходит тёплое течение, поэтому то, что он севернее Тэвиа, даже не ощущается. Там как-то помягче. По размерам примерно как четверть острова Ледяных и отдалён от нас раза в полтора дальше, чем материк Имиану. Точные замеры будем проводить уже позже, мы возвращались телепортацией, оставив часть экспедиции для исследований и строительства временной базы. Всю информацию я передал, сейчас составляются карты, месяца через два поведём в путь сразу два фрегата и четыре каракки. Верховная жрица Эвиль обещала выделить Ледяных магов, поэтому ожидаю, что проблем не будет.

Взрослые продолжили обсуждать особенности морских странствий, мы же с Мей внимательно их слушали и иногда старались поддержать отдельными фразами и вопросами, тренируясь вести светскую беседу.

И мне почему-то казалось, что я чувствую её эмоции счастья от того, что почти все близкие в сборе. Или же я так проникся этой компанией, что и сам ощутил себя её частью…

Впервые за долгое время.

Глава восьмая. Саарин или Спутник.

Подготовка к балу была в самом разгаре. Глядя на беготню женщин и слуг, я вздыхал про себя, не понимая их волнения.

— Это нам хорошо, нарядились в костюмы и уже красивые, — счёл должным озвучить Юстан, — максимум волосы в порядок привести. У них же… — он, так же как и я, вздохнул и махнул рукой, покидая коридор, в примыкающих комнатах которого происходило священное действо.

Поскольку я ничем не мог помочь, то тоже предпочёл удалиться. Поднявшись на пятый этаж на служебном лифте, чтобы сэкономить время, прошёл к комнатам отца. Постучался и, услышав ментальный ответ, вошёл в кабинет.

Элеран сидел за столом и занимался изучением целой стопки бумаг. Всегда было интересно, что он делает, когда я остаюсь один в доме под горой. Мучается с бюрократией.

— Я могу как-то помочь? — спросил, опускаясь в кресло напротив.

— Да, — он кивнул на синюю бархатную папку, — там расходы на жизнеобеспечение школ. В красной папке найдёшь списки с числом учащихся и наставников, и посмотри, нет ли где перерасхода или иного несоответствия, что бросится в глаза.

Икнув, взял предложенное и углубился в чтение. Очень скоро ощутил, что ничего не понимаю… Перечитал ещё раз и заметил какую-то логику. Взял чистый лист и стал выписывать карандашом то, что показалось мне странным.

Спустя час протянул исписанный лист отцу.

— По школе в Амистосе, согласен, завышена стоимость муки и овощей, но здесь всё просто: единственную дорогу к городу уничтожило оползнем, и понадобилось почти две недели на восстановление. Всё это время товары доставлялись телепортацией, что повлияло на их цену. Аврен-Аве – ты упустил приезд Второго круга, он указан в отчёте.

— Мне показалось, что они потратили слишком много денег на званый ужин, — почесал нос, отстаивая свою точку зрения. — Даже если там были все ученики и их родители, сумма должна быть ниже.

— Хорошо, передам своим секретарям, они перепроверят. А что не понравилось в Керастосе?

— Малое число обитателей Школы для подобных трат.

— Там указана благотворительность, — напомнил Элеран.

— Какова численность города? — задал я вопрос.

— Порядка ста сорока тысяч, третий по величине в стране.

— Неужели там столько нуждающихся?

— Спрашивай дальше…

— В чём причина того, что они нуждаются?

— Это город мастеровых, художников и музыкантов. Там находятся несколько профильных школ и академия, они выпускают специалистов, которые впоследствии разъезжаются по всей стране.

— То есть в этот город приезжают из разных мест, у многих простых саифов нет там своего жилья? — отец кивнул, взглядом предлагая мне продолжить рассуждать. — Где они ночуют? Наверное, есть общежития, что предоставляют школы, а если семья обеспеченная, то они могут оплатить проживание в гостевом доме. Но мест в общежитии может не хватать…

— Особенно, когда?.. — дал намёк Элеран.

— В дни поступления! — осенило меня. — Ведь если город популярен, то приезжает много желающих учиться.

— Верно! Комнату выдают только после зачисления, поэтому малообеспеченные саифы и идут в школы при храмах, чтобы получить кров и еду. Отсюда и все траты.

— Тогда я понимаю, откуда такие цифры. Но, как определить перерасход по данному критерию?

— У тебя не было этих данных, — он протянул мне тетрадь с копиями записей обо всех эпизодах благотворительности. На последней странице был коротенький отчёт: город и число саифов, которым была оказана помощь. Керастос был на первом месте по количеству обращений. — Для первого раза неплохо, буду рад, если сможешь иногда помогать в такой работе.

— Это было непросто, — честно признал я, — несмотря на то, что вся информация уже была подготовлена. Но я не против этим заниматься.

— Опять же, в свободное время, — произнёс отец, поднимаясь с кресла. — Сиди, мне нужно добавить слой к твоим ментальным щитам. Управлять сможешь сам, подпитку беру на себя. На балу у большинства будет защитная татуировка, которая ко всему прочему, значительно упрощает чтение мыслей, — он положил голову на мою макушку и быстро сплёл дополнительный кокон, передав мне нити контроля.

— Я должен помнить что-то ещё?

— Первые танцы не танцуй, у тебя пока плохо выходит, дождись хотя бы шестого. В ссоры не ввязывайся, в упор никого долго не рассматривай: часть гостей обладает оборотническим обликом, они такое не любят. По бальному этажу можешь гулять свободно, все комнаты там открыты, если устанешь, можешь выбрать любую гостевую комнату или балкон. Выше без меня не поднимайся, ниже третьего этажа не спускайся. По парку гулять можно.

Что ж, вроде бы всё понятно. Надеюсь, я не опозорюсь.

— Можно идти одеваться, твой костюм ждёт тебя в комнате. До официального начала ещё три часа, но мы всегда прибываем раньше, чтобы иметь возможность выполнить свою работу.

Вопрос о том, что это за задачи, я не озвучил, так как примерно понимал, что можно ожидать от одной из лучших ментальных специалистов страны, а также от того, кто может прятаться в тенях.

У моих комнат я снова увидел Юстана, уже одетого в красивый серый костюм с рисунком пламени по швам и отдельным элементам. У левого плеча узор плавно переходил в герб Наир – солнце, внутри которого угадывался силуэт полумесяца.

— Держи, — он протянул мне тёмно-синюю ленту, — это от Мей, чтобы сделать хвост.

— Спасибо, — принял подарок, вспоминая, как пару дней назад я вместе с девушкой посетил парикмахерскую и попробовал состричь волосы хотя бы до ушей.

И как потом мы всем салоном наблюдали, как они снова отрастают ниже плеч всего за пару минут. По итогу я смог привести в относительный порядок только чёлку и виски, волосы на макушке и затылке решили сопротивляться до последнего. Когда мастер спросил, не являюсь ли я случайно послушником какого-либо храма, мне стало понятно, отчего у Элерана такие длиннющие волосы. Надеюсь, в моём случае Анарен не станет сильно перебарщивать.

В спальне стоял безголовый манекен, на который были наброшены белоснежная рубашка и пиджак сапфирового цвета со знакомым узором языков пламени, но серебряного цвета. Рядом, на вешалке ждали своего часа идеально выглаженные брюки. Одевшись, я стукнул каблуками тёмно-синих туфель, разглядывая себя в зеркале. Совсем не похож на себя прежнего, даже взгляд как будто другой. Осторожно собрал волосы в хвост и перевязал лентой. Шагнул к тумбе, беря с подушечки запонки и небольшие карманные часы в серебряном футляре. Немного помучился с закреплением всех элементов и расправил высокий ворот шёлковой рубашки.

— «Готов? Я зайду?» — услышал в голове голос Элерана.

— «Да», — и направился в гостевую комнату.

Отец тоже был в тёмно-синем костюме, но немного другого оттенка. Его рисунок огня на одежде был алым и словно живым. Мужчина сделал ко мне шаг, опустил руку на плечо и переместил в незнакомую комнату.

— Мы во дворце Саламандр, четвёртый бальный этаж. Сейчас телепортирую Мей, и можете погулять. Правый коридор приведёт к лестнице в библиотеку, туда можно подняться и без сопровождения.

— Хорошо, — кивнул, осматриваясь. К богатой отделке я уже привык за время пребывания в главной резиденции Наир, поэтому непомерного шока на моём лице никто не сможет увидеть.

А вот восторг от любования Аламей я скрыть, видимо, не смогу, потому что, когда она появилась в сопровождении Элерана в своём чудесном голубом платье в пол, весь мир для меня стал попросту безразличен. Сложная высокая причёска из кос оставляла шею обнажённой и чрезвычайно притягательной. Её украшала лишь тонкая, похожая на нить цепочка с подвеской в виде крупной голубой жемчужины – Слеза Карас.

— Мей, ты прекрасно выглядишь, — произнёс я, даже не замечая, как отец с улыбкой исчезает в телепорте.

— Спасибо, тебе тоже идёт этот костюм, — смущённо ответила она.

— И лента твоя пришлась кстати, — поблагодарив девушку, я предложил ей свой локоть, и мы вместе направились к открытой двери. — Какие у тебя планы?

— На данный момент погулять с тобой, — шепнула она мне на ухо, запуская волну мурашек. — Пойдём в парк, я знаю пару отличных мест.

Я бы не отказался от посещения библиотеки, но желание спутницы – закон. Поэтому мы спустились по главной лестнице в холл, приветливо кивая другим гостям, начинающим прибывать в замок, и выбрались на воздух. Мей потянула меня по дорожке в сторону тоннеля, сплетённого из кустов роз, и, увидев небольшую компанию у одного из фонтанов, выбрала их следующей целью.

— Тисая, — позвала она одну из девушек в алом платье. — Рада тебя видеть!

— Аламей, — обернулась зеленоволосая саифа, встречая нас улыбкой. — Взаимно! Позволь представить…

В следующую минуту мы перезнакомились. Тисая оказалась из семьи ард Риаве, её рыжеволосую подругу звали Анилина ард Савас. Черноволосый Киридан ард Драос и среброволосый Сэтчел ард Анрис прибыли с самого острова Тэвиа и только недавно закончили морозить специальную площадку для танцев на льду. Услышав об этом, Мей попросила сопроводить нас к искомому месту, чтобы увидеть представление.

Пока шли, мои глаза заинтересованно наблюдали за садовником, который продолжал работать даже в такой день и подстригал газон… но не косой, не ножницами, а магией, создавая тонкую и острую нить. Необычно как!

Площадка оказалась полностью круглой, огороженной невысоким заборчиком. Три девушки, словно выточенные из льда, катались по ней, исполняя интересные движения и даже прыжки под музыку, которую играл небольшой оркестр. Это так выглядит ледяная стихийная форма? Впервые вижу. Здесь хватало зрителей, поэтому Аламей, чтобы иметь возможность наблюдать за танцем, пришлось просить разрешения, чтобы пройти в первый ряд. Но, как я заметил, гости чувствовали её приближение и оборачивались даже раньше, чем она оказывалась за их спинами. Она сильнее этих саифов?

Я не стал пользоваться преимуществом и решил погулять по округе, изучая парк, статуи и стараясь не сильно пропадать из виду. Уже понемногу начинало темнеть, солнце заходило за горизонт. В ответ на это по парку начало расцветать магическое освещение.

И всё же интересно, получится ли у меня повторить фокус садовника? Сосредоточился, создал самую тонкую нить, на которую был способен, напитал силой и осторожно пустил по траве.

И не удержал! Все кары на мою непутёвую голову!

Наблюдая, как нить пролетает сквозь деревья и камни, я молился Анарен, чтобы энергия в плетении иссякла как можно скорее! Наконец, она встретила препятствие…

Росчерк клинка, и нить распадается на две половинки, испаряясь в пространстве…

Один удар сердца, и надо мной возвышается сероволосый саиф, рассматривая, взвешивая и как будто уже разбирая меня по кусочкам.

— Щиты опусти! — с явным рычанием в голосе прозвучал приказ.

Выполняю, отступая на шаг…

Я не хотел! Я не специально!

— Элеран! — зов незнакомца продолжал звучать угрожающе.

Всего пара секунд, и из теней появляется мой отец, сразу же преклоняя колено и опуская голову.

— Мой ансар?

— Чтобы завтра же твой сын был в Риодэс! — отозвался саиф, зажигая в воздухе пару светлячков и не оставляя никаких сомнений в своей личности. Перед нами стоял Аскерий Сайнар – второй претендент на престол Саифии.

— Будет исполнено, — Наир не спешил подниматься, ожидая ещё возможных приказов от ансар.

Но их не последовало. Мужчина чуть поднял руку, создавая в ладони кусочек льда. Спустя мгновение его пальцы мягко сжали другие, женские. Ансари Эвелин скользнула по мне спокойным взглядом и подарила утешающую улыбку… Но я видел, как вместе с появлением женщины из её рук пропал белый лук: всё это время она держала нас на прицеле, располагаясь, скорее всего, где-то за моей спиной.

Только после того, как супружеская пара исчезла, Элеран поднялся на ноги.

— Беспокойный мне сын достался, — хмыкнул он, успокаивающе похлопав меня по плечу.

— Я не хотел, — повторил теперь уже вслух. — Не хотел я ничего плохого! А меня чуть не убили!

— Ты чуть не покалечил группу гостей! Ещё бы метров сорок полёта нити, и точно перерубил бы парочку ног.

— Они заметили? — вздрогнул, устремив взор в сторону аллеи.

— Нет, их отвлекли. Парк приведут в порядок, сая Эвелин приморозила деревья, упасть не должны. Так что об этом событии никто не узнает.

— Я идиот, — признал, накрывая глаза рукой.

— Нет, ты просто не знаешь своей силы. Тебя не будут ни в чём обвинять. Неприятный момент, да, но не критичный.

— Ансар произнёс – Риодэс, это ведь школа?

— Академия, обучающая владению холодным оружием. С наибольшей вероятностью, у тебя дар Меча: ты создал стабильную режущую нить с первой попытки, а это не одно и то же, что овощи порезать магией.

— А не жирно ли? — сорвалось с губ, и я поморщился от своей несдержанности.

— Радуйся, много талантов – много возможностей! Пойдём, заберём Мей, и пора уже в замок, остался всего час до объявления начала бала.

Довольно примечательное расписание мероприятия. До официальной речи асар бал не считался открытым, но между тем по залам гуляли саифы, собираясь в группы, играла музыка, разносились напитки и закуски. Кто-то проводил время в бесконечных гостевых, увлекаясь различными играми, будь то шахматы или даже карты. Единственное, что было невозможно – танцы. Многие тратили это время на налаживание контактов, обсуждение новостей и порой досужих сплетен. Неожиданно было обнаружить осторожное внимание к моей персоне, когда я следовал за Элераном. Аламей, плавно ступающая рядом со мной, не забывала ментально комментировать и объяснять, кого мы видели. Последние минуты нам пришлось побыть фоновой поддержкой отца, слушая его переговоры с другими аристократами.

Речь гостей внезапно смолкла: все начали оборачиваться к балкончику и ведущей от него лестнице, с которой начала спускаться королевская семья. Высокий мужчина с тёмными волосами ниже плеч аккуратно поддерживал под руку среброволосую женщину. Они оба были в белых нарядах, украшенных золотой вышивкой. Асар Маридан Виттэ Саар и асари Дианель. Корон я не увидел, но ощутил силу правителя, словно король вышел из-под блокирующего ауру купола. Он остановился на третьей ступени, его супруга – на второй, чуть оперевшись локтем о перила.

Следующим спустился первый наследник Аридий Натэль, мужчина с загоревшей под солнцем кожей, с непослушными на вид локонами шоколадных волос и алыми кошачьими глазами, чей цвет сиял и различался даже издалека. Он на лестнице не задержался, практически сразу же направившись к русоволосой саифе, чьё платье лишь на пару тонов было ярче его красного костюма.

— «Это Иритлин Леара ард Марриас, — мысленно сообщила мне Мей, — жрица Первого круга асса Шин».

— «Они пара?»

— «По слухам, да. По очень грязным слухам: их отношения не постоянные, — ответила девушка. — Но я не слышала, чтобы ансар делил внимание сразу между несколькими саифами одновременно».

Третьими спустились уже знакомые мне Аскерий и Эвелин. Ансари успела сменить белый брючный костюм на изящное тёмно-синее платье, принц же так и остался в серебряном наряде и рубашке цвета индиго. Пара остановилась ниже правящей четы и с вежливыми улыбками начала осматривать зал.

— Приветствую вас, уважаемые гости моего дома, — подал голос асар Маридан. — Сегодня мы чествуем мою дочь, ансари Эвелин, празднующую сегодня своё тридцатишестилетие. Пусть Эвиль и Урр одарят её своей благодатью, и она будет сиять всё ярче с каждым новым прожитым годом. Кроме этого, счастлив объявить, что моя дорогая супруга, — он спустился на одну ступень, поднёс руку Дианель к губам и коротко поцеловал, — ожидает ребёнка. Если боги будут к нам благосклонны, принимать поздравления мы будем в конце лета. Да начнётся бал!

Зал дружно выдал громкие овации, и я даже немного захлебнулся в исходящих от гостей эмоциях. По большей степени удивления и радости.

— Хорошая новость, — произнёс Элеран, приветливо кивая кому-то из проходящих мимо мужчин, — чем больше Саламандр, тем стабильнее страна.

— А сколько длится беременность? — тихо уточнил я.

— Чуть больше пятнадцати месяцев, уже пошёл срок, когда за платьями можно было скрыть живот… Потому и объявили.

— Мы же сможем присутствовать на наречении? — с искрящимися от восторга глазами спросила Аламей.

— На твоём сай Аскерий и сая Эвелин были, — напомнил он, — ожидаю, что и кого-то из нас пригласят.

Тем временем заиграла музыка, и пары в центре зала закружили в танце.

— А Динади не спустилась, — надула губки Мей, разглядывая королевский балкончик. — Вечно ей на балах скучно. Пойдём лучше с Линой поздороваемся, — и она ловко стала лавировать в толпе, направляясь к той, кто буквально час назад собиралась меня пристрелить.

Ледяная ансари прогуливалась по огромному залу одна, принимая поздравления. Её супруг также общался с гостями, но на второй половине бальной комнаты.

— Светлого вечера, ансари Эвелин, поздравляем вас с днём рождения, — выстояв очередь, мы добрались до саифы.

— Доброго вечера, Аламей, — женщина улыбнулась нам обоим. Её взгляд обратился ко мне, но никакого упрёка в нём я не заметил.

— Позвольте представить вам Аскурра тар Наира, сына Элерана, моего… дядю, — на этом моменте Мей отчаянно покраснела. Нет, нам точно пора уже решать этот вопрос, потому что одна фраза Мираны пока мало объяснила возможности для нас двоих.

— Очень приятно наконец-то познакомиться с вами, — ансари источала участие, и её интерес казался мне искренним. — Сай Элеран Гридан рассказывал о вас. Вы впервые здесь?

— Да, и простите, если покажусь вам неловким, — поклонился я, протянув руку. Моей ладони коснулись тёплые пальцы, и я коротко поцеловал воздух над ними.

— Не волнуйтесь, сай Аскурр, неловкость – свойство молодости. Как только вы потеряете это чувство, считайте, что повзрослели. А взросление – это скука, поэтому наслаждайтесь моментом.

— Благодарю за совет.

Ансари продолжила свой путь, проходя по очереди желающих поздравить её, а мы остались обсуждать встречу.

— Она всегда такая очаровательная, — вздохнула Аламей, прижимая руки к груди и успокаивая сердцебиение. — А её наряды – просто образец для подражания. Знаешь, как сложно достать платье от маэстро Эрадана? У меня их всего три, и то я считаюсь везучей!

— Ты сейчас в одном из них? — спросил, чтобы поддержать разговор.

— Конечно! — несколько возмущённо ответила девушка, заставив меня в панике подыскивать ответ:

— Прости, я ещё не умею различать работы мастеров, даже имён не знаю, кроме того, что ты назвала. Но повторю: ты необычайно красива в этом платье!

— Правда?! — её счастливыми глазами можно было зажигать звёзды.

— Всенепременная, — заверил я, чуть приобнимая Мей за талию и уводя её в сторону, так как ощутил, что мы стоим на пути королевской четы.

Когда асар Маридан вместе с асари Дианель прошёл мимо нас, подарив нам приветственный кивок, я почувствовал дрожь по коже… Но не от внимания монарха, а от силы, которую он источал.

— «Насколько же он сильнее? — мысленно задал вопрос своей спутнице. — Мне прямо сбежать отсюда хочется».

— «Представь, что остальные испытывают, — ответила она, так же как и я, наблюдая за замирающими, словно кролики, саифами. — Они так делают только на балах, в остальное время носят артефакты, скрывающие уровень силы. Теперь тебе ясно, почему к ним такое отношение? Для многих – это всё равно, что встретиться с богом».

Становится понятным это сумасшествие вокруг правящей династии. Потерять такую силу – всё равно, что сразу проиграть войну… Что подтверждается историческими документами.

— Ой, Динади? — удивлённо воскликнула Аламей, устремляя взор к лестнице.

По ступенькам спешно сбегала красивая розоволосая девушка в бежевом длинном платье, украшенном земляничным рисунком.

— Ничего себе, как она выросла, — прошептал я, вспоминая нашу первую встречу.

— Месяц назад она была на голову ниже меня, — сообщила Мей, провожая её взглядом, — а теперь мы, наверное, сравнялись.

Ансари подошла к незнакомому синеволосому саифу и протянула ему руку. Он, почувствовав мой взгляд, отвлёкся на меня и в его глазах мелькнуло узнавание. Как и у меня возникло ощущение, что я его где-то видел.

Даниил – подсказал мозг, но лицо юноши было совершенно не похоже на прежнее.

— Знакомого встретил? — услышали мы голос Динади, а потом она обернулась к нам. — Приветствую. Потом пообщаетесь, уже вступление началось.

Вступление? Ах, да, третий танец, который исполняет только правящая семья и те счастливчики, кого пригласили свободные от брачных колец наследники.

Но что здесь забыл Даниил? И почему я так уверен, что это он? Неужели это первое проявление способности служителей Анарен – видеть души. Всё моё внимание сосредоточилось на нём. В их паре ведущей была Динади, это чувствовалось в каждом движении. Юноша старался, но всё равно иногда не поспевал за партнёршей. А принцесса выросла настоящей красавицей, только что-то мне подсказывало, она не слишком рада произошедшему. Столь резкое взросление, буквально за несколько месяцев превратившее её в высокую девушку, наверняка угробило весь её гардероб.

— «Ты же станцуешь сегодня со мной?» — спросила ментально Мей, чуть прижимаясь ко мне плечом.

— «Твой дедушка просил не раньше шестого танца, чтобы не опозорить наш род».

— «Фи, никто и не запомнит, только если ты меня не уронишь. Давай седьмой, он без поддержек».

— «Звучит подходяще».

Время до танца мы провели с пользой, попробовав замечательные закуски, которые разносили официанты. Вдоль стен стояли небольшие столики, где можно было также выбрать себе чего-нибудь вкусненького и отдохнуть, но они пока все были оккупированы другими гостями, а уходить в соседние залы Аламей не захотела.

Наконец настал миг моего главного испытания за вечер. Я, как учили, вывел спутницу в круг к другим парам, убрал левую руку за спину и осторожно закружил нас по паркету, тщательно следя за ногами. Мей полностью доверилась мне и не следила за окружающим пространством. Я же старался вести нас по спроектированному в голове рисунку, избегая возможных столкновений. И, кажется, справился достойно, путь даже голова несколько закружилась с непривычки: слишком уж мало мы до этого тренировались.

— Мне нужно отойти, — прошептала Аламей, успокаивая дыхание после танца. — Отпустишь меня? Давай встретимся в Зелёной гостиной минут через пятнадцать.

— Конечно, — поцеловал её пальцы, отпуская красавицу.

Мне также требовалась передышка. Пусть мы и выпили совместно по бокалу шампанского, организм напомнил, что он вообще-то живой.

Я уже направлялся в гостевую после посещения туалетной комнаты, когда пересёкся в коридоре с Даниилом.

— Привет, Матвей, — поднял он руку, улыбаясь как-то странно… Неестественно.

— Доброго вечера, — кивнул, не стремясь продолжить разговор, как и пожимать его руку. Тем более я не был намерен отзываться на это имя!

Мы разошлись, но уже в спину мне донеслось:

— Каково это, стать причиной новой войны?

— Что? — оглянулся, встречая насмешливый взгляд. Даже будучи с другой внешностью, он почему-то неуловимо меня раздражал.

— Я спросил: каково это, стать причиной новой войны?

Из-за моего предательства люди войну точно не начнут, значит, здесь что-то другое.

— Поясни, я ничего не совершал против саифов, — недавнее происшествие явно не тянуло на причину для конфликта.

— Ты — нет, а вот артефакт внутри тебя — да, — взгляд юноши словно пронзил меня мечом. — Саламандры слишком добры к тебе.

Артефакт?.. Что за?!

— Хм, даже не рассказали? Наверное, и о том, почему ты жив, тоже? Бедная Аламей, — Даниил добавил своему голосу трагичности.

— Как был язвой, так и остался, — отвернувшись, поспешил убраться от него подальше.

Никакой конкретики. Сплошной туман и попытки уколоть. Его фразы не поведали мне толком ничего, лишь вывели из себя.

— «Отец!» — мысленно позвал я, завернув в ближайшую свободную комнату, где не ощущал гостей.

— «Да?» — голос Элерана был спокоен, впрочем, как всегда.

— «Я знаю об артефакте», — едва я закончил мысль, как в углу сгустились тени, и из них вышел Верховный жрец…

Весьма недовольный Верховный жрец.

— От Даниила слишком много проблем. Он совершенно не понимает, куда лезет.

— Как и я, — вздёрнул бровь, требуя ответа.

— Неподходящее место для разговора, за стенами слишком много ушей.

Отец подошёл ко мне и переместил нас в другое помещение. По виду из окна я понял, что мы всё ещё в королевском дворце, но явно выше этажа на четыре.

— Так что за артефакт?

— Имиротская «Пожирательница душ». Отправляющая целый пласт данных на принимающий кристалл в случае перехода из фонового режима. Внедрена в твоё тело в младенческом возрасте, а потому настолько слилась с аурой, что её прошляпила вся наша разведка, и я в их числе. Вскрылось после ритуала… Благодаря моей крови она поглотила лишь мою силу, а не твою душу, но всё равно тебя пришлось вытягивать почти с того света, пока извлекали эту дрянь. Твою грудину и часть рёбер пришлось воссоздавать с нуля.

— И много информации ушло? — внутри стало как-то холодно, словно искомая вещь всё ещё была там.

Это что же получается, что у меня вместо костей был артефакт?! И мой человеческий отец знал, что это меня убьёт, когда отправлял к саифам?

— Достаточно, чтобы рухнули все долгосрочные прогнозы и исказилась часть событий. Нам чудом удалось предотвратить два теракта в приюте гетерохромных. Всё выставлено как акция ренегатов. Возможно, так и есть. Среди работающих в слепых зонах заметно разделение на группировки, и они часто работают даже в ущерб своим коллегам. Те же некромантские ковены вообще плевать хотели на остальных смертных.

Вот же твари. А дети тут при чём?

Видимо, мои мысли были написаны на лбу, раз Элеран продолжил:

— Они теперь враги для них. Цели Имирота всегда были ясны: захват территорий и ресурсов. Им нужно как-то поддерживать порядок в стране. А внешний конфликт и соревнование за возможность получения дополнительной силы – лучшее решение. Что хуже всего, у нас уже два трупа среди скрывающихся гетерохромных, а это означает, что следим за ними не только мы.

— Из-за меня…

— Рано или поздно всё равно бы вскрылось. Мы уже проходили по краю... Но основная проблема даже не в этом. Проблема в ансари Динади. Имироту стало известно, что она пророк. Эту информацию нам удавалось скрывать долгие годы.

Пророк?! В сильнейшей саифской семье? Да это же мишень на лбу! Но ведь я не знал! Не встречал информации об этом даже в книгах!

— Напрямую не знал, но в империи в аналитиках не идиоты сидят.

— Это всё или есть что-то ещё? — мне хотелось умереть на месте.

— Координаты города, где мы были, пласт нашей истории, механики заклинаний, данные о Тиссенэвей наследников… И ещё по мелочи.

— Да я – непревзойдённый шпион, — горько выдал, опускаясь в замеченное поблизости кресло.

— На наше счастье нет, иначе ущерб был бы совершенно иным.

— Да что может быть хуже этого?! — закричал, не сдержав эмоции.

— Аскурр, ты и представить не можешь, сколько мне известно секретов, которые враждебной стране знать не желательно. Так что нам ещё повезло: и что ушло на сторону мало, и что ты жив при этом остался. Не думай, что я тебя успокаиваю таким образом. Разве что… — он чуть отвёл взгляд, явно с кем-то общаясь. — Твой «друг» вырвал слова из контекста. Тебя оставили в живых не только из-за Аламей. Ты сам по себе важен.

— Ох, спасибо за комплимент, я его явно не заслуживаю, — съязвил я, поднимая глаза к потолку и делая глубокий вдох. — А при чём здесь Мей?

— Вы связаны душами… Как Аскерий и Эвелин.

Час от часу не легче! У меня просто не осталось сил возмущаться количеству скрытого от меня. Накрыв лицо рукой, откинул голову назад на спинку кресла и постарался успокоиться.

— Когда это случилось? — спросил через минуту. — Хотя не отвечайте… Я вспомнил вашу фразу: Не доглядел…

— Я не считал и не считаю, что ты должен был узнать об этом сразу. Даже сейчас неподходящее время.

Что ж я маленьким не помер? Как же он прав! Теперь я понимаю, почему моя сестра озвучила, что в наших возможных отношениях с Аламей не будет ничего запретного. Если боги так решили, кто осудит? Но скрывать такое?

— Женщины легче переносят новость о Переплетении, — раздался переливчатый, как колокольчик, голосок. — Мужчины начинают страдать и жалеть себя.

Я отнял руку от лица и посмотрел в сторону окна, на подоконнике которого сидела старшая ансари: обняв потрёпанного плюшевого серого зайца и подогнув под себя одну ногу, совсем как ребёнок.

— Я не ре… — начала сая Динади, но оборвала себя. В её голубых кошачьих глазах заплясали алые искры, но практически сразу исчезли. — Тьма Анарен, ты даже не представляешь, сколько бы я отдала, чтобы всё осталось по-прежнему! Амбиции сгубили паука…

— Это вы о себе?

— Естественно! Нет, ну каковы, а, Элли? — перевела она взгляд на отца. — Ткнули носом в такую кашу, что я до сих пор отплёвываюсь. Завидую! Честно, мя… Клянусь бантиками!

— Ты без них, — усмехнулся Элеран, намекая на её мазурничество. Саифа скривилась, но отвечать не стала.

— Аскурр, — привлекла моё внимание ансари, — тебе очень повезло. Не будь заступничества Элерана, не будь связи с Мей, не будь у тебя сколько-нибудь приличного будущего, убила бы на месте. Сразу же! Ещё до рождения. Или на Хоктис.

— Спасибо за честность. Я помню, — это ведь она тогда объявила начало погони?

— Ты заноза! Как и Даниил… Но ему я мозги отдельно вправлю, мяу! А то Наир он невзлюбил… Поддался моде. Ты, если его снова встретишь, проедься булыжником по тому, что он ещё человек и под мороком ходит, может, задумается, а то меня он слышать не хочет. Я дала тебе шанс, Аскурр, а могла бы перемолоть тебе мозги и отправить плести веночки для возлюбленной. И малышка Мей цела, и ты перестаёшь быть переменной, а то ведь ещё не раз доставишь мне проблемы, — о, я безмерно благодарен за заботу и откровенность. — И заметь, я не требую кланяться мне в ножки, хотя, несомненно, подобное доставило бы мне удовольствие.

— Вы читаете мои мысли? — что за монстры меня окружают? Я уже не знаю, какую защиту ставить?!

— Мальчик, я предвижу твои мысли, мне вообще плевать на любые ментальные щиты.

Приплыли…

— Отплывай давай, включай разум. Что будет, если одна сторона конфликта узнает, что у другой есть козырь?

— Попытается устранить этот козырь.

— Молодец! Зря ругаешь свои умственные способности. Всё это время меня удавалось прятать, но я карта такого масштаба, что и представить трудно. То, что вижу я, не может увидеть никто в этом мире! — довольно надула она щёки.

— А артефакт не увидели… — захотелось хоть чем-то её поддеть.

— Я не совершенна, — хихикнула сая Динади, ничуть не обижаясь. — А жаль, было бы проще, — тут она устало прикрыла глаза, и я внезапно заметил еле заметную синеву на веках. Она не высыпается? — Спать и правда хочется…

— Мне доставить тебя к Шинни? — негромко спросил Элеран, подходя к девушке и опуская руку на плечо.

— Да, спасибо, не думаю, что общество видящего лишь настоящее пойдёт мне сегодня на пользу. Временами я его ненавижу…

Отец поднял девушку на руки, и они вместе исчезли. Я же остался терпеливо ожидать возвращения отца. Появился он минуты через три, прямо в кресле, что стояло рядом с моим.

— Совсем загоняли девочку, — опечаленно подвёл итог он.

— Не могу судить, — пожал плечами. Я не знал, ни чем она занимается, ни объёма этих работ.

— Злишься?

— Кому-то хуже, чем мне, — ответил, намекая на ансари. — И нет сил. Вы поступили так, как считали нужным… Осталось понять, как поступить мне. Мей знает?

— Нет, но, вероятно, догадывается. Моя внучка никогда не была влюбчивой девочкой. Полагаю, она сама удивлена своим поведением. Ваша нить связи пока тонкая, полностью она сформируется через год-два. Жрецы уже могут её видеть, но Аламей не хватает опыта.

— Мы расскажем ей?

— Я бы не хотел, если честно. Не потому, что против, а потому, что хочу дать ей возможность ощутить всю прелесть поэтапного развития чувств.

— Она страдает так-то, — сообщил, намекая на наши нынешние родственные связи.

— Хорошо, я переговорю с Сааверэ, всё же о подобном лучше рассказывать матери, а не мне.

— Спасибо, — я решил последовать примеру ансари Динади и забрался в кресло с ногами, прижав колени к груди. Испачкать обувью обивку я не боялся, подошва была чистой. — Я узнал Даниила под мороком, потому что он ещё человек?

— Да, но и будь иначе, ты бы ощутил сходство.

— Как это возможно? Ведь я видел его последний раз ещё до принятия послушничества.

— Но ты ведь его помнишь? — Элеран поднялся с места и шагнул к окну. — Это похоже на отпечаток, оставшийся в твоей памяти. В случае, когда мы расследуем преступления, где нет свидетелей, пророки, что могут смотреть в прошлое, показывают нам видение. Даже так мы можем снять слепок души и найти владельца. И да, информация, что пророки могут видеть прошлое – не для всех ушей. Их всего трое, и один уже почти одной ногой на тропе синих роз.

— И ансари в числе видящих, — даже не спросил, а утвердил я, и внезапно спохватился, — Саа, там же меня Мей ждёт!

— Сиди уж, куда тебе в таком виде на глаза внучке и другим саифам показываться? Мирана и Юстан заберут её домой.

— А я?

— Мы вернёмся в дом у Рентавви, тебе нужно время, чтобы прийти в себя. Нам завтра ещё в Риодэс, а ты в состоянии пережаренного овоща.

Что правда, то правда. Слишком насыщенный на новости день… Но мне было очень стыдно и грустно, что я не мог попрощаться с Аламей и ещё раз запечатлеть в памяти её чудесный образ.

И всё же отец прав, сейчас я слишком жалко выгляжу.

Нужно отдохнуть.

***

Риасор Савадан Ширрэн ард Тисай:

Беловолосый мальчишка, мелькнувший в залах в компании младшей Наир, вызвал внутри меня раздражение. Несмотря на то, что на этом балу я планировал отдохнуть, как и обещал супруге, настроение не располагало. Поэтому, сказавшись на головную боль, я уединился в одной из малых гостевых четвёртого этажа, в надежде, что мне дадут хоть немного времени, чтобы перевести дух.

Однако спустя всего десять минут в комнату заглянул весьма интересный собеседник.

— Фера риа, Савадан, извини, не знал, что ты здесь, — саиф начал закрывать дверь, но я устало поднял руку с подлокотника и взмахнул кистью.

— Доброго вечера, Ризар, ты, наоборот, вовремя. Присоединяйся.

Кондар Ризар ард Аурр ступил в гостевую, мягко прикрывая за собой створку двери. Белоснежный костюм с серебряной вышивкой прекрасно сидел на его точёной фигуре, тёмно-синие волосы были убраны в причудливую короткую косу. В серых глазах плескались искры магии асса Урр.

— Вижу, у тебя отвратное настроение. Испортил кто?

— Наир опять подгадили: увели гетерохромного. Он на балу сегодня.

— Хм, да, видел его… И слышал кое-что, — Ризар подошёл к одному из кресел и, выбрав бутылку со столика, разлил белое вино по двум бокалам.

— Например? — я не стал отказываться от напитка, ожидающе глядя на главного собирателя слухов среди аристократии.

— Паренёк был со следящим артефактом империи, и его с трудом откачали. Не думаю, что у вас бы вышло.

— Это тебе Наир так сказали? — усмехнулся, пригубив вина. С них станется оправдаться таким способом. Сестра не стала вступать с саем Элераном в перепалку на Хоктис, когда он объявил, что таково решение ансари, но подтверждения мы так и не получили. Не было и шанса задать вопрос пророчице: каждый раз она словно специально ускользала или переводила тему.

— Унн, а точнее – их старейшина. Я выкупал последнюю поставку кораллов: очередь моей семьи подошла. И пообщался заодно.

— А водный народ тут при чём? — стало ещё интереснее.

— Наир привлекали к помощи Саламандр и дочь А-Унн-Не. Вроде как задействовали кровь богов.

— Пффф, — зашипел я, чувствуя, как ипостась молнии рвётся наружу.

— Ещё одна больная тема? — извинился взглядом Кондар. Вроде искренне… не хотелось бы и с ними враждовать.

Я прикрыл глаза, справляясь с энергией и возводя новые блоки. На пару минут в комнате стало тихо, но потом я всё же нашёл в себе силы ответить:

— Да. Ты ведь знаешь, что они мне отказали как в свадьбе с Мираной, так и в совместном ребёнке. А сколько ни заливай кровь из ипостасей божественного типа, сильнее род не станет, если среди предков богов нет.

— Брось, Риасор, ты прекрасно знаешь, что никуда они свою кровь не выведут, так что не облизывайся и прекращай обижаться. Это нашей семье свезло один раз, ещё во времена Салама и Садана, когда они отдали нам свою сестру. Но ты ведь в курсе, что сделал мой предок?

Помог в слиянии пантеона саифов и оборотней: сделал возможным появление полукровок, что склонило богиню Микалу к мысли о том, что война ни к чему. И теперь Аурр также воротят нос и соглашаются лишь на вступление в род… Но вслух озвучил совершенно иное:

— Я предлагал Наир достойную цену.

— Ты хотел отдать лишь то, что и так их по праву. Я бы на твоём месте перестал кидать им камни под ноги и подумал, как выйти с ними на мировую. Ты ведь ощутил силу парня?

— Угу-м, — ещё одна плохая новость, — он почти уровня второго ансар. Два бывших человека с силой ассашэр в божественных семьях. Куда мы катимся? Как бы они снова не сцепились с такими-то шансами...

— Ты бы поаккуратнее…

— Это лишь разговоры, — но всё равно поводил глазами, изучая углы комнат магическим зрением. Вроде бы никого в тенях нет, я, конечно, не последователь Анарен или Нинэ, но междумирье чую тоже. — Что ж, раз у Наира появился сильный сын, возможно, я смогу договориться на его внучку или хотя бы на договорных детей. Как думаешь? Верну им пару городов и каплю доходных территорий.

— Не получится, — Кондар отставил бокал, тяжко вздохнул и грустно уставился в окно, — они пошли на Тиссенэвей.

— Кха-кха, — подавился я вином, — ты сейчас серьёзно?!

— Сказки для народа, связь душ у Ард такая же редкость, как сила древних у Тар. Естественно, они уговорили богов, боюсь, даже упрашивать не пришлось. Я, правда, не в курсе, чья это инициатива. Возможно, там пророки что-то увидели, они ведь оба из катализаторов и всегда под присмотром. Судя по всему, решили, что с душевной связью им будет проще…

— Проще их контролировать, ага. Так я и поверил, что это всё только во благо влюблённой пары! Сегодня явно не мой день, да и столетие, походу, тоже, — пробормотал я, изучая блики на хрустале. — Спасибо, что рассказал… Ты прав, придётся забыть свои обиды и идти с ними на контакт. Времена меняются. Как бы не остаться с пустым домом с такими новыми течениями.

Семья Аурр, пусть и держалась в стороне от политики, всё равно имела на неё большое влияние. И их ненавязчивые советы обычно шли на пользу любой семье, которую они консультировали.

Говорят, недавно Наир извлекли что-то редкое из недр планеты. Имеет смысл перехватить партию до того, как она уйдёт гномам. Стоит найти Мирану и уже через неё выйти на главу рода. Иначе я буду жалеть об упущенном шансе ещё пару тысячелетий.

***

Аскерий Сайнар ард Саламандра:

Я смотрел на стоящего передо мной мальчишку, уже снявшего артефакт с мороком, который для него подобрала Диди, и размышлял, насколько же я зол.

— Я винов…

— Заткнись, — рыкнул, обрывая его извинения. — Моя сестра слишком занята проблемами, чтобы уделить время одному несносному ребёнку. Я не хочу угрожать, но придётся. Последнее предупреждение: ещё раз узнаю, что ты сильно накосячил, а в этот раз ты перешёл все границы, и мне будет плевать, какое там у тебя светлое будущее. Понял меня?

— Да, — подросток не поднимал взгляда от пола, сдерживая дрожь. Я же не скупился на выплески энергии, чтобы показать, в какой степени был им недоволен.

— Держать язык за зубами – главное умение любого, кто видит чуть больше, чем остальные. А если кто-то не может, то такой язык быстро укорачивают! Возвращайся к себе и, надеюсь, завтра ты сможешь объяснить Динади, почему тебе снесло голову от желания уколоть собеседника. И почему ты позволил себе на бальном этаже, который прослушивают на мероприятиях все, кому не лень, выдать такую речь!.. Свободен!

Я ожидал, что он хлопнет дверью, но всё же Даниил сдержался. Не удивлюсь, если потом что-то сломает у себя в комнате. Прецеденты уже были.

— Какой же он проблемный! — взлохматил волосы, массируя кожу головы и сжимая в мысленный кулак силу, которая требовала выхода.

— Не то, что я, правда? — ласково спросила Эвелин, которая всё это время полулежала на диванчике за моей спиной и читала книгу. Она уже сменила платье на домашнее и казалась мне очень уютной и успокаивающей.

— Не сравнивай, — передёрнул плечами, присаживаясь рядом с ней.

Протянул руку, коснулся шоколадных волос, чуть потянул на себя одну из прядок лазуревого цвета, пропуская их между пальцами. В моей голове всё ещё бурлили недовольные мысли, а также способы скорейшего решения проблемы.

— Он жил в приюте, — напомнила мне супруга, для которой мои терзания не были секретом.

— Это не повод вести себя столь отвратительно. И что с того, что он может видеть в слепых зонах? Пока он не саиф и не начал миссии в Имироте, толку с него?

— Он зол, что мы его не принимаем.

— Так сложить два и два и понять почему, он тоже не может! — не выдержал я и позволил себе короткую вспышку ярости.

— Ай, — взвизгнула Эвви, отбрасывая в сторону книгу, которая вспыхнула, как спичка.

— Снежинка, — прошептал, беря в руки её ладошки и наблюдая, как они покрываются волдырями.

Сразу же запустил исцеляющую силу, стараясь исправить свою выходку. Мой огонь не мог навредить ей, но опосредованно я мог её обжечь. Вот и сейчас, не зачарованные серебряные гравюры на обложке книги, моментально разогревшись, чуть не оставили клеймо на столь дорогих мне руках.

— Прости, — склонил я голову, касаясь лбом её пальцев. — Я сейчас же вызову кого-нибудь из жрецов Шин.

— Книга, — расстроено посмотрела она на тлеющий на ковре том.

— Я куплю тебе новую.

— Такой больше нет, — всхлипнула Эвелин, порождая во мне глубокое чувство вины. — Это подарок Верховной жрицы Эвелии. Что я ей скажу? Она же спросит, понравилось ли мне?!

— Прости, малышка моя, — я прижал Саари к груди, стараясь хоть как-то утешить её.

Что за день? Почему на наши дни рождения вечно происходят какие-то невзгоды? Даже спокойно отпраздновать нельзя. Кажется, я начинаю понимать, почему мой дядя не собирает балы на свою годовщину. А ведь меньше чем через две недели уже мой день рождения…

Нет, в следующем году наши праздники мы будем отмечать только вдвоём. И пусть нам только попробует кто-то помешать!

Спалю во славу Саа и не поморщусь!

Глава девятая. Одэс или Меч.

Академия Риодэс стояла на выступающей над равниной скале. Мы появились перед главным корпусом – трёхэтажным особняком, увитым декоративным виноградом. Вошли в уютный зелёный холл и поднялись по широкой лестнице на второй этаж.

— Ректор на месте? — спросил Элеран, открывая вторую дверь от лестницы.

— Да, он ожидает вас, — ответил секретарь: неулыбчивый парень с чёрными волосами.

Мы прошли в кабинет, где я сразу уронил челюсть. За столом сидел ансар Аскерий и, спокойно попивая чай, смотрел на белого тигра, разлёгшегося на широком подоконнике.

— Доброго утра, ансар, ансари, — склонил голову мой отец.

Тигр что-то недовольно рыкнул в ответ.

— И вам доброго утра. Прошу прощения, Эвви не в настроении, — хмыкнул сай Аскерий. — Я вытянул её с постели слишком рано.

Это что, ансари?! Белый тигр… ой, то есть тигрица? Это её оборотнический облик?

— Вчерашний день доставил вам обоим хлопот, — извиняющимся голосом продолжил Элеран.

— Бывало и похуже, — махнул рукой сай Аскерий. — День как день. Бал как бал. У нас, случалось, имиротские артефакты в сердце страны проносили. Помнишь?

— Помню, — поморщился отец, — считай, совсем недавно было.

— Ну, — ансар отставил чашку в сторону, — здравствуй, Аскурр. Не перепугали тебя вчера? Мне доложили, что по твоим нервам и после инцидента проехались.

— Благодарю за внимание к моей персоне, сай ансар, но я в относительном порядке, — поклонился я.

Вчера вечером отец замешал мне какой-то чудодейственный чай, который буквально за десять минут отправил меня в сон. А утром всё уже не казалось мне настолько катастрофичным.

— Тебе придётся какое-то время пожить здесь. Твой дар относится к редким, и поэтому крайне нежелательно, чтобы ты его лишился после окончательной трансформации. Сильная кровь Наир сейчас играет против нас, ты явно побьёшь все рекорды по скорости перехода.

— Что от меня потребуется?

— Трудолюбие, возможно, некоторое сокращение времени сна. Моя сестра предполагает, что тебе хватит двух-трёх недель, если постараешься. К полному курсу вернёшься где-нибудь через полгода, но попрошу не пренебрегать ежедневной физической нагрузкой. Ты слишком слаб для сколь-либо серьёзного боя, уж прости за откровенность. Кстати, Элеран, у нас в этом месяце преподаёт твоя сестра.

— Она ещё никого не убила? — не слишком обрадовался этой новости мужчина.

— Пока справляемся без жертв, — неожиданно задорно рассмеялся сай Аскерий. — Арди всё в мою сторону скалится. Говорит, что выиграет на следующих боях. Может, поддаться, как думаешь? Место ректора мне претит… — эм, получается, мастера сражаются за кресло руководителя Риодэс?

— Она поймёт ваш замысел и оскорбится.

— Да? — явно несерьёзно задумался ансар. — Печально... Ну, вернёмся к вашему вопросу. Требуется заполнить ряд документов и дать согласие на обучение.

Тигрица, чуть повернув голову в нашу сторону, всё с той же недовольной моськой, ой, скорее лицом, спрыгнула с подоконника на пол, трансформируясь в одно мгновение в девушку. Поправив ворот белоснежной рубашки, она материализовала на ногах низкие сапожки и шагнула к двери.

— Я на прогулку. Успехов в обучении, Аскурр.

Мы молча проследили, как закрывается дверь, а потом Элеран задал вопрос:

— Чем вы её обидели, ансар? Не думаю, что дело в раннем пробуждении, — он сел за стол и начал заполнять какие-то бумаги.

— Разозлился, спалил кое-что ценное, — ректор задумчиво почесал скулу. — Моя вина.

— Подарки сгорели? — понял отец.

— Угу, дар от Ледяных: рукописная книга с гравюрами. Говорят, лет десять рисовали специально для Эвелин, а ей на Тэвиа скоро ехать, точно спросят о впечатлениях. Неприятная ситуация, м-да, даже зачаровать не успел на огнеупорность.

Я на время разговора разместился в кресле у окна, чтобы иметь возможность наблюдать за тренировкой юных саифов. Ребятам было от восьми до двенадцати лет на вид, и они старательно воссоздавали стойки и намечали удары деревянными мечами. Руководил ими зеленоволосый саиф, тростью поправляя положение рук и ног.

Мужчины продолжали обсуждать усилившуюся политическую активность Ледяных и направления, в которых им помогает ансари Эвелин. В планах королевской семьи заложить новый город и возвести там Северную Академию, аналог столичной, которая будет способна принять до двух тысяч студентов. Рядом с городом построят первый для страны северный порт, требующий постоянного пребывания на кораблях ледяных магов, а снижение налогов на срок в пятьдесят лет должно привлечь желающих освоить необжитые территории.

Был упомянут и большой остров, обнаруженный моими новоявленными родственниками далеко на северо-западе. Он станет своеобразной перевалочной базой для морских исследователей, усиленно разыскивающих третий материк. Поиски на юге не увенчались успехом, и теперь учёные планируют изучить север. То, что он существует, подтверждают пророки, однако точные координаты они не смогли предоставить. В чём здесь проблема, я не понимал, однако на мой удивлённый взгляд, мне тут же пояснили, что просканировать нашу планету невозможно – слишком много сил уйдёт, не учитывая колоссальную нагрузку на мозг принимающего данные. Рассматривалось также предложение: взлететь в космос и дождаться на орбите, когда покажутся неизвестные земли, но и у этого способа был вполне ощутимый процент вероятности смерти мага, не слабого причём. Поэтому это решение оставили на крайний случай.

Здесь ансар упомянул положительное влияние людей на саифов, заставив меня полностью сосредоточиться на их разговоре. Происходящее за окном резко стало неинтересным.

— Их жизнь коротка, и они торопятся объять необъятное. Изобрести что-то новое, оставить пусть небольшой, но след в истории. И на путь, который прошли мы, у них ушло гораздо меньше времени. Это не говорит о том, что мы глупы, это подтверждает теорию того, что нет лучшего мотиватора в мире, чем ощущение того, что ты не успеваешь, что ты непоправимо опаздываешь. Мы столкнулись с этим чувством недавно, и посмотри, какой скачок мы совершили? Иная система обучения, разработка военной тактики, флот увеличен почти в четыре раза! Другая механика действий тех же пророков, новые земли ищем, хотя раньше нам хватало и того, что есть. Заимев внешнего врага, мы получили такой стимул, какого не было долгие столетия. Предыдущий рывок произошел в период вражды Саламандр и Наир, и я не могу не признать, что и это пошло на пользу стране. Как и того, что не случись тогда попытки переворота, я бы не сидел перед вами… И Динади бы не было. Последствия её отсутствия в этой ветви будущего даже страшно представить.

— Интересное прочтение прошлого, — благодарно кивнул Элеран.

Моё мнение о наследниках сильно изменилось после его монолога. Он не испытывал к нам ненависти за убийство его родственников и весьма цинично оценивал собственный народ. Он любил свою страну, но при этом прекрасно видел её изъяны и стремился наладить порядок. Даже к моей вчерашней выходке он отнёсся с пониманием и не стал рубить с плеча, хотя имел на это право. Никто и слова бы не сказал.

— И да, мои слова не должны выйти из этого кабинета, — обратился ко мне сай Аскерий.

— Да, я понимаю, — самоубийственные наклонности из меня не так давно выжгли.

Вредить Мей и моей новой семье я также не хотел. Странное, но приятное чувство ответственности. Не думал, что меня подловят вот так.

***

Аламей тар Наир:

Непонятная апатия преследовала меня вот уже четвёртый день. Казалось бы, я посетила бал в своём самом лучшем платье, танцевала со своим кавалером, а всё равно… На душе поселились сомнения. Как мне объяснили: у Аскурра проявился дар Меча, а потому его в спешке отправили в академию, пока талант не сгорел в жерновах трансформации.

Но мне казалось, что нас разлучили! Нарочно не дали нам даже попрощаться! Чтобы моя увлечённость прошла за время, пока мы не сможем видеться.

Я понимала, что теперь, когда он стал сыном Элерана, общество остро отреагирует на любые чувства между нами. Ведь они не будут знать, что он принят в семью. И как могла, пыталась заглушить огонь симпатии в сердце все эти пару месяцев с момента ритуала... И терпела поражение.

Когда поздним вечером мама позвала меня в одну из гостевых, я, постаравшись навести порядок в мыслях, направилась на два этажа выше. Но, ступив в комнату, поняла по лицу родительницы, сидящей на бархатной кушетке, что дело серьёзное. И даже тему разговора угадала, словно она огненными буквами висела в воздухе.

— Поговорим? — мама мягко постучала по сидению, предлагая мне опуститься рядом.

Разместившись и испугавшись смотреть ей в глаза, я опустила голову на мамины колени, сразу же выбивая опору из-под подготовленного ею сценария.

Целую минуту она молчала, а потом негромко произнесла:

— Я знаю о твоих чувствах…

— Мам, скажи, мы прокляты? — спросила еле слышно. — Это наказание? Как бездетность у Шиан?

— О чём ты, лучик мой? — мама начала гладить меня по голове и плечу.

— Имя моего брата не приняли боги, и он погиб на наречении. Я появилась лишь триста лет спустя. Дедушка смог получить сына только через Хоктис. Я видела записи, все договорные дети не зачались даже с коралловым эликсиром. А теперь вот и я… И Аскурр… — фразу я не закончила, ощутив, как волны эмоций захватили меня, и из глаз полились слёзы. Сощурившись, с трудом погасила пожар силы, бушующий в душе.

— Боги испытывают нас, но и награждают по тяготам, — ответила мама, наклоняясь и целуя меня в висок.

— И где же награда? — горько всхлипнула я, вытирая слёзы тыльной стороной ладони.

— Ты думаешь, у Саламандр всё легко? Это иллюзия, детка.

— Я не понимаю, почему всё так сложилось? Почему асса дали ему имя кровного сына Наира? Зачем Урр подарила мне симпатию к Аскурру? Что это за испытание? Я должна стать бесчувственной, чтобы получить большую силу? Это итог её пути?

— Узнаешь когда-нибудь. А пока, позволь себе подключиться к моему зрению.

— Ммм, — повернула голову, не понимая, почему она просит о таком.

Я потянулась к татуировке, отправляя сигнал, и закрыла глаза, продолжая видеть. Как же несчастно я выгляжу со стороны: покрасневшее от слёз лицо, опущенные уголки губ, наморщенные складки кожи между бровями.

Но вот вспыхнуло аурное зрение…

И мой взгляд сразу же ухватил ало-серебряную метку, пульсирующую, словно сердце. Одно – на двоих.

— Тиссенэвей, — ахнула, накрывая лицо ладонями и продолжая плакать, но теперь уже от счастья.

— Всё будет хорошо, моя девочка, — улыбнулась мама, приподнимая меня со своих колен и обнимая.

— Спасибо, — прошептала ей на ухо, — спасибо, что показала…

***

Я не выспался. Не знаю почему, но вчера весь вечер ворочался в кровати, испытывая какое-то странное, давящее чувство, вперемешку с облегчением и радостью.

Проснулся с головной болью, встал и выглянул за штору в окно, подмечая, что рассвет только разгорается на востоке. Перетрудился, что ли? Предыдущие четыре дня я буквально приползал в выделенную комнату после тяжелых тренировок.

Мои руки и ноги горели, позвоночник мечтал осыпаться, и даже шея, и та страдала. Ко мне приставили саифа, не личного наставника, но того, кто следил за моими тренировками, не давал мне отлынивать, а также поил меня и кормил по какому-то особенному графику, отказывая мне в некоторых продуктах, которых мне очень хотелось.

— Никакого сахара, — говорил Миррдан тар Вэрсэй, когда я намеревался добавить его в чай.

— Но так не вкусно!

— Через пару месяцев «спасибо» скажете.

— Я здесь всего на две недели, — поддел мужчину.

— Не паясничайте, всё равно потом вернётесь и продолжите.

Порой очень хотелось ему врезать. Особенно за вежливое обращение с неизменной улыбочкой.

Но раз я так рано встал, стоит наведаться на кухню. Очень хочу сладкого. Выглянул за дверь, практически сразу столкнувшись нос к носу с моим конвоиром. Темно-фиолетовые глаза взглянули на меня со смехом.

— И куда мы собрались?

— Вы не спите, что ли? — с подозрением посмотрел на него.

— Зависит от ученика, — ответил Миррдан с улыбкой. — Раз вы встали, сай Аскурр, пожалуйте со мной на утреннюю пробежку.

— Сейчас переобуюсь, — с удовольствием захлопнул перед ним дверь, снимая тапочки и влезая в удобные ботинки.

Несмотря на моё видимое раздражение от процесса обучения, я очень не хотел терять этот дар. Не хотел потом говорить Аламей, что наша разлука была зря… Что я не справился.

А потому я смиренно отправился на пробежку. Мы сбежали по длинной дороге со скалы на равнину и начали делать довольно широкий круг. Мой взгляд подмечал тренировочные площадки: как обычные круги с насыпанным слоем песка для дуэлей, так и целые полосы с препятствиями. И около одной из них я замедлил бег, потому что заметил, как там тренируется ансари Динади. В такую рань? И сай Аскерий там же, но в отличие от сестры, он занимался не активными упражнениями, а стоял на каком-то пеньке на одной руке. Не шелохнувшись…

— Сай Аскурр, — позвал меня учитель.

— Прошу прощения, — возобновил я бег.

Когда мы завершили пробежку, Миррдан подвёл меня к наследникам. Очевидно, его попросили об этом. Динади уже отдыхала на брусе, свесив ноги, и пила воду из фляги.

Сай Аскерий же, когда мы подошли, легко встал на ноги и бросил в меня поленом, на котором он только что стоял. Поймав брусок, я непонимающе взглянул на мужчину.

— Доброго утра, ученик, — поприветствовал он, беря из стопки ещё одно полено. — Нити ты создавать уже умеешь, следующая стадия, — он сжал чурбан одной рукой, направил на меня, и я увидел, как от его ладони потянулись десятки нитей и закрутились, за секунды перемалывая древесину в щепки. — Понятно? Или ещё раз показать?

— Нет, мне всё понятно, — сглотнул, почему-то представляя, как он прикасается так к врагу и превращает того в фарш.

— Сутки на освоение, если успеешь раньше, в полдень посети лекцию в пятом корпусе. Будет полезно. Миррдан принесёт тебе поесть.

Сказано – сделано. Следующие несколько часов я не покидал площадку, пока не добился приемлемого результата. Я очень хотел попасть на теоретический урок, и, вероятно, это ускорило мой прогресс. Отвлёкся лишь на бутерброды с куриным мясом и фляжку с соком, которые принёс тар Вэрсэй.

— Поздравляю, сай Наир, — похлопал он в ладоши, когда полено разметало в щепки, вместо того, чтобы разломать всего на несколько частей. — Ваш отец будет вами гордиться, вы весьма талантливы!

— Благодарю, — утёр я пот с лица.

— Вы ещё успеете посетить душ до полудня.

— Да, не помешало бы.

Через полчаса я нетерпеливо ерзал на лавке в учебном классе пятого корпуса. Парты пахли свежим деревом, на подоконниках стояли какие-то тропические растения. По стенам висели картины, которые изображали саифов в боевых стойках, с самым разнообразным оружием в руках. Увидел даже что-то похожее на копьё, только с коротким изогнутым мечом на конце. Это как же такое называется?

Комната постепенно заполнялась учениками. В основном подростками от двенадцати и старше. Многие из них косились на меня, но мой браслет на левой руке мешал им распознать мой уровень сил и предположить, из какой я семьи. Ранее мы почти не пересекались с ними, всё это время мной занимались индивидуально.

— Всем доброго дня, — с порога поздоровался ансар Аскерий, входя в кабинет. Дождавшись ответных приветствий, он продолжил: — Тема сегодняшнего урока — сжигающие чары. Кто знаком с данным термином? Ард Каис, будьте добры, — он выбрал из нескольких желающих декламирующего.

— Кхм, — с места поднялся пятнадцатилетний на вид паренёк с интересной причёской в виде множества заплетённых кос тёмно-зелёного цвета. — В отличие от обычных заклинаний, данные чары сжигают не магический резерв, а жизненный потенциал саифа.

— Браво, Савадан! Адлир тар Луан, дополните?

— Да, — подскочил следующий мальчишка, но уже постарше, наверное, моего возраста. — Все подобные чары необходимо лишь заучивать, их запрещено применять в тренировочных целях. Потому что не существует условий, при которых расход жизненной силы не произойдёт.

— Верно, — кивнул ансар, размещаясь на своём стуле. — Как вы, наверняка, знаете, жизненный потенциал семей Тар оценивается примерно между шестью и десятью тысячами лет жизни. Ард имеет все шансы прожить до двадцати тысяч, древние ещё дольше. Но на текущий момент рекорд жизни – пять тысяч лет, и то на спор. Мы устаём от бесконечных лет и уходим в объятья Анарен раньше срока. Куда же тратить оставшееся?

— Во благо страны и рода! — наперебой закричали дети.

— Какой энтузиазм, — восхитился сай Аскерий с довольством. — Среди сжигающих чар есть как мирные плетения, например, направленные на создание крепкой защиты, укрывающей дом и даже целые города. А есть боевые, что мы применяем против своих врагов. И одно из них – чары амодэс, превращающие ваш клинок в настоящую угрозу для магических щитов. Это не означает, что вы сможете с лёгкостью прорваться под купол или сферу, но чары значительно упростят задачу. Основное преимущество амодэс – малая плата при редком использовании по сравнению с аналогами. Всего один год жизни. Однако последующее применение в течение месяца после первого зачарования начнёт сжигать всё больше вашего жизненного потенциала. Один, два, четыре, восемь, шестнадцать… Принцип понятен? Как показала практика прошлой войны, в среднем за месяц активных боёв оружие успевало израсходовать четыре заряда. Сколько лет потратит маг Меча?

— Пятнадцать! — почти хором ответил класс.

— Верно! Что ж, сейчас я начну рисовать части плетения на доске и объясню, как их соединять и внедрять в оружие. Если ваши родители разрешат, вы сможете зачаровать один клинок под тщательным присмотром Наставников. Меч хранит заряд столетие, рассчитан только на вашу руку, но я надеюсь, что он вам за это время не пригодится.

Потрясающе! Наблюдая за сложной вязью возникающих рисунков на доске, я испытывал желание обязательно заиметь такой меч или кинжал. На случай, если по мою душу придут Грачёвы. Они с лёгкостью отправили меня на смерть, а я с теми же эмоциями отвечу им, когда представится случай. В то, что этот шанс мне выпадет, я уже не сомневался.

***

Свою двоюродную родственницу я опознал сразу. А кто ещё, собственно, мог бы быть такой сумасшедшей фурией во время сражения с ансар Аскерием? Серо-сиреневые волосы, заплетённые в косу, растрепались, зелёные глаза полностью сосредоточены на противнике.

Их бой проходил под огромным куполом и выглядел совсем не тренировочным. Не знаю, о чём думал ректор, но я бы на его месте волновался за свою жизнь.

Приблизившись к толпе зевак, я стал вслушиваться в их разговоры.

— Не пробьёт она его защиту, ты глянь, как он играючи отбивает. Даже «Расщепитель» отразил!

— А от «Раскола» увернулся. Не всё в его мастерстве идеально!

— Да тут любой в сторону прыгнет! Ты вообще в курсе, сколько смертей среди мастеров было, тех, кто считал, что они достигли уровня отражения «Раскола»?! Там и тысячелетних пополам рубит!

Хм, а с чего ансар дозволяет девушке атаковать всерьёз? Так уверен в своих силах? Я осмотрелся, выискивая ансари Эвелин.

Но увидел другую…

Ансари Динади Асэль сидела на холме и грелась на солнышке, подставив лицо ярким лучам. Бой её как будто совершенно не интересовал. Так я и поверил! Интересно, сай Аскерий хитрит постоянно или его предупреждают только об опасных моментах. Сам он, как я заметил, не атаковал противницу смертельными приёмами.

Мои сомнения относительно назначения этого боя отпали, едва он завершился. Тётя уважительно поклонилась оппоненту и громко произнесла:

— Благодарю, что согласились проверить мои силы, ректор. Я увидела свои ошибки.

Следом она повернулась в сторону ансари Динади и коротко склонила голову. Девушка ответила на это кивком и вернулась к своему занятию: а я тут причём?

— «Уши отрежу», — беззлобно прозвучало в моей голове вместе с отголоском задорного смеха. Это она так шутит?

И как мне об этой ехидне не думать?! Ох…

Затравленно оглянулся на саифу, но, видимо, мне повезло выпасть из сферы её внимания. Или это была разовая акция устрашения? И ей плевать, о чём я думаю?

— «В нарцисс не превратись. Нужен ты мне больно! В этом мире хватает личностей, за которыми нужен глаз да глаз».

— «Как у вас выходит так быстро подсказывать ансар Аскерию?»

— «Высокая дальность стопроцентного виденья», — выдала она странную фразу.

Эм, высокая – это сколько секунд? Или… минут?!

— «А вот это стратегическая тайна, за которую не только уши, но и кое-что другое отрежут, — перед моим внутренним взором словно бы предупредительно помахали указательным пальцем. — Может, когда-нибудь узнаешь, мяк, смотря как вести себя будешь», — а вот теперь я ощутил исходящую от неё предвкушающую улыбку.

Это что за жирный намёк? И с чего я так хорошо ловлю эмоции, что она испытывает? Снова дар Анарен, позволяющий чувствовать души?

— «Ты прав, анареновцы вообще одни из самых одарённых, по моему нескромному мнению. Но и влетает им от асса сильнее. Она щедра, так же, как и строга. Ладненько, мне пора, миу… чтоб его!»

Оставив меня размышлять над её словами, ансари переместилась, не вставая с места. За время, пока мы общались, ничего особенного не произошло. Подростки всё также шумно обсуждали прошедший бой, строили теории и на пальцах объясняли друг другу увиденные приёмы, стараясь блеснуть незнакомой терминологией. Я даже запомнил несколько новых слов, чтобы потом узнать их значение.

Как-то совсем незаметно рядом с нами оказался сай Аскерий.

— Ну что, дорогие «старички», кто поведает новеньким, что такое «Раскол» и почему его нежелательно отбивать бравой грудью?

— «Слышал!» — пронеслась единая паническая мысль по рядам.

— Что молчим? — голос его не был угрожающим, но мороз по коже вызвал.

— Раскол, — поднял руку один из юношей, отличающийся от всех чёрным цветом волос с зелёными корнями, — краткое название плетения с вложенной особенностью подобия. То есть, при попытке перерубить плетение, оно не распадётся, а расщепляется на столько частей, сколько ударов было нанесено по нему.

— И?.. — мужчина поискал взглядом следующего кандидата на ответ.

— Для аннигиляции Раскола требуется нанести двадцать одновременных ударов лезвиями магии в определённые точки связей. В истории упоминаются всего четыре мастера, способных на это. Второй способ – встречный Раскол, но он должен быть либо равносильным, либо сильнее. Разница даже в каплю силы будет стоить жизни, ведь для запуска плетения придётся стоять на месте и часто серп стартует уже непосредственно вплотную к вражеской атаке, — ответил паренёк с лиловым ёжиком волос. Этого я уже запомнил, Адлир тар Луан, и он довольно часто отвечает на вопросы учителей.

— И именно поэтому от него проще увернуться, — подытожил сай Аскерий.

— А отбить вы смогли бы? — вытянулась из толпы чья-то рука.

— Могу, но что случится, если я это сделаю? У вас сложится мнение, что Раскол не опасен, а это чревато.

Что ж, буду знать: если на меня мчится полумесяцем тонкая сине-красная пластина, нужно валить в сторону. И не важно, в насколько глупом положении приземлюсь на землю после прыжка.

— А почему купол устоял? — поднял я руку.

— Интересный вопрос, — улыбнулся ансар. — Ваши варианты?

Со всех сторон посыпались идеи, одна другой краше. Новый тип защиты? Слишком большое количество вплетённой магии? Жертвоприношение… эм, что? А это, наверное, про самопожертвование, когда отдают остатки жизненных сил? Недавно же на лекции было, я, получается, неправильно понял слово. Ещё упомянули встроенную в Раскол функцию исчезновения после преодоления определённого расстояния…

— Итак, если вы внимательно рассмотрите купол, то обнаружите тонкие лезвия по всей его поверхности.

— Но разве нельзя такое повесить на себя? — выкрикнул какой-то мальчишка.

— А энергорасход ты посчитал? — огрызнулись на него остальные дети.

— А если накопитель с собой? Артефакт готовый?

— Ты богатый, что ли?!

Что интересно, среди нас были и девочки, но их я насчитал всего пять на семь с лишним десятков учеников. Как понимаю, обучающихся было больше, но я исходил из того числа, что видел на данный момент. И ведь не все из нас обладают редким даром магии меча, многие просто проходят общую подготовку по желанию или же требованию родителей. На лекции, где я был, от этого числа присутствовало всего учеников пятнадцать. Наверняка есть и старшие группы, просто я о них не в курсе.

— Тише-тише, — успокоил ссорящихся ребят ректор, — не ругаемся. Возможно, я и смогу такое активировать, но это нецелесообразно. Артефакт, который поддерживает данный купол, очень громоздкий, он примерно метр на метр. И создан не без помощи бога Эмеса, подарившего драгоценные капли своей крови.

То есть штучка единичная, к массовому производству не приспособленная. Предвкушающие улыбки детей, что надеялись узнать особый секрет, сразу же потускнели. Я их понимал: сильно сомневаюсь, что асса раздают свою кровь направо и налево.

***

Кадар Модсар:

Звон молотов не замолкал, создавая торжественный гимн. Металл пел, подсказывая, куда наносить удар. Он словно звал меня, молил продолжать, пока у меня не закончатся силы или сама жизнь.

Вот уже второй день я отходил от своей наковальни только затем, чтобы нагреть мою заготовку и сразу же вернуться к работе. Своих помощников, которые работали с горнами и мехами, я почти не замечал. Иногда мне подносили флягу с кислым морсом, но вкуса я совсем не чувствовал.

Работа должна быть завершена!

Секира не куётся быстро, вот только этот металл в моих руках плакал от счастья и отдавался мне, словно самая жаркая дева.

Но, когда я опустил лезвие в воду, оно внезапно взбунтовалось и потребовало вытащить его обратно. Поднеся заготовку к лицу, спросил:

— Чего ты хочешь?

— Огня! — раздалось в сердце.

— Разгоняй меха! — отдал я приказ, отправляя изделие в горн.

— Испортится, Ваше Высочество! — закричали вокруг.

— Кому сказал! Самому, что ли, встать?!

Я лучше знаю, что жаждет моё оружие!

Наблюдая, как пламя буквально впитывается в металл, я понимал, что создаю шедевр, каких ещё не видывал этот мир. Да, щедрый подарок я получил на своё пятидесятилетие! Руда, зачарованная силой самого короля саифов!

Огонь погас сам.

Вокруг стояла тишина. Все остановили свою работу, во все глаза наблюдая за тем, что происходило в течение последнего часа. Я сделал несколько шагов, снял перчатки и смело засунул руки в угли, вынимая полумесяц лезвия. Провёл пальцами по застывшим узорам пламени, сформировавшим руны моего имени. Я ведь даже не приступал ещё к гравировке, да и не нужно теперь.

Рукоять, выращенная для меня эльфами, станет лучшим украшением секиры. Хоть на что-то эти выскочки сгодились! Так уж и быть, верну им один из артефактов, из тех, что пылятся в моей коллекции.

Прижал лезвие к сердцу, закрывая глаза и чувствуя единение. Осталось немного, уже скоро я подниму тебя над головой, моя Алая Погибель!

— «Он не должен её закончить…» — услышал я голос в голове и ощутил на языке привкус серы. Мой дар – ощущать зло, стал ещё сильнее?

Гнев поднялся в груди... Кто? Кто из моего окружения посмел якшаться с ними?!

Обернулся, безошибочно определяя владельца голоса среди присутствующих – Афарима, из семейства Алмазных. Верные вассалы дома Агсавенны.

— Хофгар! Приведи служителя Гора, пусть проведёт обряд очищения над Афаримом!

— Но… — зашептал один из советников, приставленный отцом. — Мы не можем, без доказательств…

— Моё слово уже не доказательство? Идешь против наследника? Экий ты окалина!

Афарим же, заметив, что отступать я не собираюсь, а служитель Гора всё ближе и ближе, метнулся в мою сторону, достав кинжал. Увернувшись от неумелого удара, я с лёгкостью вогнал лезвие будущей секиры ему в шею. Оно раскалилось, преображая лицо гнома и показывая его истинную суть.

— Осквернённый… Грэтор, — обернулся я к посиневшему советнику, — ты с ним заодно?! Тебя тоже приложить?!

— Нет… не может быть! — отступил он, рассматривая почерневшие белки глаз павшего врага. Соратник демонов всё это время был рядом со мной! Как и предупреждали записки саифов.

— Хофгар, зови своего дядю Гардера. Передай, что я хочу говорить с ним!

Осквернённый среди вассалов – меченный и сюзерен. Отец слишком доверяет дому Агсавенны.

Если так пойдёт и дальше, придётся брать власть в свои руки… И наводить порядок.

Глава десятая. Дарен или Тень.

Моё обучение продвигалось. Освоил несколько приёмов взаимодействия с нитями, научился напитывать учебный клинок своей силой и усиливать удар. Начал тренировать стойку и выпады, ошибался и получал наставления. Лишь создать чары амодэс мне не доверили. Пока я был на перепутье трансформации, мой жизненный потенциал всё ещё не подходил для подобного.

Ансар Аскерия Сайнара я видел раз в день, иногда раз в два дня, он уделял мне ровно по часу, и могу сказать, что его советы были самыми лучшими и значительно ускоряли мой прогресс. Как это работало, я не понимал, ведь часто он повторял то, что я уже слышал. Но в голове это откладывалось лучше. Некстати вспомнил, что он один из учеников моей сестры Мираны, и загрустил, понимая, что мои ментальные щиты ансар явно обходит и даже не спрашивает разрешения. А я не ощущаю воздействия! Словно он действует на совершенно ином уровне. Или Саавэре может также, но предпочитает уточнять желание у подопытных? Если так, то всё ещё печальнее, чем могло бы быть.

Я очень опасался за свободу моих мыслей, решений и действий… И надеялся, что всё, что я приобрёл на новой родине, не будет фальшью, выстроенной в моей голове магами.

Следующая наша встреча проходила в подвале третьего корпуса академии. Едва ступив в зал, я сразу ощутил, что ансар чем-то недоволен, но эмоция направлена не на меня. Он сидел на стуле и точил меч. Взгляд мой приметил алую рукоять с золочёным навершием в виде головы тигра.

— Доброго дня, сай Аскерий, — поклонился я, закрывая за собой дверь.

— Доброго, Аскурр, я скоро закончу, пока приступай к разминке.

Разувшись, взял со стойки деревянный меч и вышел на середину помещения. Все упражнения я уже знал, а потому, перехватив клинок, как палку двумя руками, стал очень медленно поднимать его над головой и опускать перед собой, держа спину ровно. Не знаю, из какой древесины он сделан, но весил меч так же, как и настоящий. Вроде бы я не делал ничего выдающегося, но неспешное перемещение тяжёлого предмета в пространстве здорово нагружало мышцы.

Через пять минут, оставив руки вытянутыми вперёд, начал делать наклоны, стараясь сохранить положение клинка в той же плоскости. Суставы захрустели, всё ещё не привычные к таким движениям.

— Как у тебя с кувырками? — внезапно задал вопрос наставник, не отвлекаясь от своей работы.

— Всё ещё плохо, я опасаюсь свернуть себе шею, — честно ответил я, продолжая упражнение.

— Скажу Элерану, он внесёт изменения в план твоих свободных тренировок, страх – это слабое место. Как в целом ощущения?

— Всё болит, — горько хмыкнул я.

— Хе, — выдохнул ансар Аскерий, — ну, так всегда, правда, потом начинаешь любить эту боль.

— Мазохизм какой-то, — пробормотал под нос.

— Своеобразный, — не стал отрицать саиф, убирая меч в ножны и оставляя на столе, — но полезный. Всё в нашей жизни – шаг через боль, будь то физическую или душевную. Только так и развиваемся.

Поднявшись, он подошёл ко мне и встал напротив.

— Наносишь удары, я уклоняюсь, а ты наблюдаешь, как я это делаю. Потом поменяемся.

Сжав рукоять двумя руками, повёл плечами, определяя для себя угол удара, и резко опустил клинок вниз. Ансар чуть оставил правую ногу назад и изогнулся, пропуская меч буквально в сантиметре от своей синей рубашки. Выдох, и следующий удар идёт снизу вверх… И снова противник отклоняется в сторону, отрывая от пола уже левую ногу и делая небольшой шаг. Что ж, азарт не должен захватить меня. Моя задача в другом.

Я бил, наблюдая, как он парой лёгких движений избегает соприкосновения с оружием. Саиф, как и я, был босиком, даже без носков. Что позволяло мне увидеть положение стоп при каждом уклонении. Чтобы сохранить равновесие, иногда он помогал себе руками, и один раз с их помощью он даже ввёл меня в заблуждение, и я ударил в место, куда, как предполагал, он сместится. Познавательно…

В какой-то момент мой замах оказался очень широким, и чтобы уйти от атаки, саю Аскерию пришлось упасть на спину и сделать кувырок назад.

Да-да, я понял, займусь обязательно!

Наконец он чуть поднял руку, останавливая этот странный бой и забирая у меня меч.

— Передышка нужна? — ансар заметил мои затруднения.

— В бою её не будет, — пытался успокоить дыхание я.

— Говоришь уже моими фразами, — улыбнулся он, нанося первый удар.

Увернуться от него было не сложно, наставник не планировал избивать меня и все его атаки были замедлены.

— Старайся делать минимум движений, — напомнил он, когда я резко дёрнулся в сторону, совершая сразу три шага. — Если ты не планируешь разрывать дистанцию для удара магией, то лучше экономить силы.

Когда я не успевал отклониться, деревянный меч лишь обозначал удар, сразу же останавливаясь, иногда весомо касаясь кожи. Но не нанося урона, кроме обиды на собственные навыки. Я понимал, что будь это настоящее сражение, моя жизнь успела бы закончиться уже с десяток раз.

— Хочешь подсказку?

— Да, — кивнул я, с трудом уходя от очередной атаки.

— Ты следишь только за мечом. Тело противника может подсказать линию удара, — сай Аскерий сместился влево, перехватывая рукоять и делая резкий выпад. Я ухнулся на спину, но мой кувырок был остановлен прилетевшим в бок лезвием. — Не делай так, если удар был вертикально вниз. Следующий будет по твоему позвоночнику в момент кувырка. Если уж ты упал и меч близко, бей ногой по оружию, отклоняя удар. Сейчас ты без обуви, но в бою обычный меч не пробьёт зачарованные ботинки, даже если промажешь и попадёшь по острию.

— А необычный? — я ухватился за протянутую руку и встал, кивая в благодарность.

— Тогда надейся, что твоё снаряжение и магические щиты лучше.

— Мы используем доспехи?

— Если ты про тяжёлые, что почти полностью из металла, то нет. Разве что последователи Дракана, они самые мощные по телосложению. Я не пользуюсь доспехом, только зачарованной одеждой и магическими щитами, так как в любой момент могу сменить ипостась на огненную и, увы, нет в мире ни одной брони, что выживет после такого. Только деньги потеряю.

— Вы тоже прядёте нить для своего гардероба? — не мог не спросить.

— Если планирую в этом ходить после применения стихийного облика, то да, — хмыкнул он. — На наше счастье, живут такие наряды столетиями, если за ними правильно ухаживать, так что это просто неприятная повинность.

— А обувь?

— Сгорает, — развёл руками сай Аскерий. — Из плюсов, когда ты мастер телепортации, есть возможность быстро призвать замену. Ледяным в этом плане попроще, материал нужен просто крепкий, что выдержит обледенение и не встанет колом. На Тэвиа есть вид насекомых, чьи коконы могут справляться с подобными нагрузками. Почти весь гардероб моей супруги сшит именно из этого вида тканей. Отдохнул? Или ещё отвлекать вопросами будешь?

— Только одним, если позволите, — чуть замялся, подбирая слова: — Я заметил, что с вами легко усваиваю знания. Мне это радостно, но напрягает, что вы проникаете в мой разум.

— Ну, здесь могу успокоить, ты испытываешь лишь то, что я делаю неосознанно, считай, что это мой дар. Как Аридэ, но с постепенным эффектом. Но, — тут он хитро улыбнулся, — это не отменяет того, что я могу и по-настоящему ментально помочь, если захочешь.

— Я пока не готов, — передёрнулся, вспоминая прошлый винегрет внушений.

— Понимаю, — ансар вздохнул, начиная перекидывать меч из руки в руку. Удар готовит? Нужно быть начеку! — Тебе досталось, мне даже страшно подумать: насколько твоим родным была безразлична твоя судьба.

— Они мне не родные, — уклонился я от выпада, изогнувшись. — Они меня предали!

— Хорошо, что ты это понимаешь, и плохо, что это всё же произошло. Знаешь, мы ожидали ментальных искажений, но того, что предстало перед нами, и вообразить не могли.

— Вы про Пожирательницу душ?

— Про неё, — он кивнул, чуть крутанулся и нанёс широкий удар. В этот раз я верно применил кувырок, который внезапно получился без ошибок. — Понимаешь, когда их вживляют в саифов или в подготовленных агентов, это как-то уже привычно, ты – первый ребёнок, и, надеюсь, последний.

— Я слабо понимаю, насколько всё было серьёзно, но раз я очнулся только через несколько дней, то явно был на краю гибели, — ответил и запнулся на следующем шаге, осознав: — Вы были на моём наречении? Это вы вытянули меня с того света?

Сай Аскерий остановился и закрыл глаза. Пространство вокруг поплыло, укрывшись иллюзией.

Мы оказались на равнине, покрытой странными скульптурами, как будто из стекла. Словно кто-то бросал в воду камни и замораживал все всплески и волны. Огромное стеклянное пространство. Это как же создавалось подобное?

Мой взгляд выхватил себя, но распростёртого на поверхности этого странного места, зажатого между захватами сразу нескольких саифов. И я наблюдал, как сам асар вырезает из моей груди белоснежный артефакт, покрытый символами. Видел панику в глазах Элерана и тёмный туман, спускающийся от его рук и проникающий под мою кожу. Как я кричал и бился, безуспешно пытаясь вырваться из рук… Как сорвал голос… Как начали моё лечение и пытались уничтожить Пожирательницу. И как она исчезла, но я так и не понял, куда?

— Я стёр это из твоей памяти, — сообщил ансар, когда всё прекратилось, а я, упав на колени, пытался прийти в себя. — Извиняться не буду, это не те события, которые стоит помнить с точки зрения главного действующего лица.

— Спасибо, — прошептал я, приложив руку к груди. Лёгкие сдавило, словно эта тварь всё ещё была внутри. — И за помощь, и за то, что стёрли это. Скажите, а вы удаляли воспоминания себе… когда… — и не смог закончить вопрос.

— Себе – нет, Ди – да, — он увёл взгляд в сторону. — Но это всё равно не помогло, она выросла только сейчас.

— То есть вы помните, что делал мой дед? — я до боли сжал кулаки, всё ещё испытывая ужас. — И учите меня, и терпите рядом…

— Ну, ты не противный на вид, — рассмеялся сай Аскерий, присаживаясь на корточки рядом и легонько похлопывая меня по спине. — Постарайся не думать об этом, так уж сложилось, что теперь ты здесь и отныне ты сын семьи ард Наир.

— Ард? — поднял голову, глядя в спокойные желто-красные глаза.

— Когда-нибудь, — пожал он плечами, — Эйнсар сроков не ставил, всё на усмотрение Маридана и Аридия, но не думаю, что осталось ждать долго. Ладно, — мужчина поднялся на ноги и пару раз перераспределил вес с пальцев на пятки, — мне пора на Авален. Элерана позвать?

— Справлюсь, — также встал и протянул руку к мечу, лежащему на ковре, притягивая его телекинезом. — Я ещё немного потренируюсь…

— Не стесняйся обращаться за помощью, — напомнил ансар и исчез в телепорте, прихватив со стола ножны со своим оружием.

Я же поднял деревянный меч над головой, сделал несколько вдохов и выдохов и принялся оттачивать то, что сегодня увидел. Вот только представляя в качестве противника Георгия Грачёва. Не отец он мне больше! После того, что я увидел, даже если случится новая война и мы встретимся на поле боя, моя рука не дрогнет!

***

Аридий Натэль ард Саламандра:

Брат появился вовремя, я как раз направлялся в его комнаты, захватив по дороге бутылку вина. Толкнул дверь и без стука вошёл в гостевую. Его слуга, расставляющий на столе закуски, склонился в поклоне и сразу же вернулся к работе. Аскер же, вытащив свой любимый меч из ножен, осторожно опустил его на горизонтальную стойку на стене. Ножны разместились позади, не отвлекая от красоты клинка и дополняя картину.

— А у меня хорошие новости, — озвучил я, когда он сделал шаг назад от своего сокровища. Не знаю, сколько он уже вложил в этот меч, но, надеюсь, конфликта между чарами не случится.

— Да? — кузен покосился на слугу, и тот сразу же покинул комнату.

— Мы дожали принца гномов, — я упал в кресло, начиная вскрывать бутылку. — Сорокалетний «Алый рассвет», как думаешь, сгодится для такой новости? Или за чем постарше сбегать?

— Вполне, — Сайнар принял из моих рук бокал, попробовал напиток и довольно прицокнул. — Хорошо получилось, — говорил он совершенно не о вине.

— Соглашусь. Спровоцировать Алмазных было не просто, уж очень хорошо они скрывались. По прогнозам, около года мы себе выиграли, производства Агсавенны и их союзников встанут.

— Что король Ораш? — Аскер опустился в своё кресло и взял из тарелки канапе с ветчиной и сыром.

— Пф, ты и так знаешь, — поморщился я.

— Он явно одумается, только когда имиротский пантеон атакует гномий. Да и то будет сомневаться.

— Король уверен, что Служители ошибаются.

— Думаешь, артефакт какой? — брат покрутил в руке бокал, изучая его грани. — Подозрительно: он в упор не видит, что их почти захватили. Вовремя мы Кадару подарок сделали. Твои там?

— Отправил Ария и Феору, — подтвердил я.

— А жрицу Урр зачем? — удивился Аскер. — Я бы выбрал Шин, или там ожидаются нашествия некромантских игрушек?

— Вернуть Кадара с того света сможет и Арий, а вот если Имирот подключил к работе Канерсов, то только Феора и справится.

Аскерий откинул голову на спинку кресла и прикрыл глаза, анализируя мои слова. Канерсы – наши враги, уровня Грачёвых, только выловить этих некромантов ещё сложнее. Они вообще не показываются вне слепых для наших пророков зон, и даже одно из последних белых пятен было создано специально для них. Как раз рядом с гномьим торговым трактом. Торговля… деньги…

— Совсем забыл, — достав небольшой листок плотной бумаги, передал его брату.

— Что это? — он посмотрел на запись с довольно внушительной суммой, узнавая мой почерк. — Компенсация за закладку нового города? Не маловато ли? Там размеры приличные предполагаются.

— Нет – это сумма, которую вытащила из бюджета Аврен-Аве семейка Варси… С заинтересованными лицами, естественно. Если бы они не полезли в финансы храмов, узнали бы гораздо позже.

— И ты отдаёшь это мне, потому что начали они после моей с Эвви свадьбы? — догадался Аскер, напрягая желваки.

— Да, если не хотят скандала и проблем, пусть уступают город Драксарам. Найдёшь повод переговорить с ними?

— Легко, — кивнул он, продолжая хмуриться.

Вроде бы и выстраиваешь жизнь страны, чтобы все были довольны, а всё равно находятся те, кому мало того, что полагается по заслугам. А ведь они могли бы иначе воспользоваться этим родством, но решили пойти обманным путём. Былой чести и силы у этой семьи, видимо, совсем не осталось, так что пусть не плачут и не ищут у нас прощения.

— А что, если Ораш Модсар уже не Ораш? — внезапно выдал Аскер, возвращаясь к основной теме разговора.

— Думаешь, они настолько охренели? — взлетели мои брови, и все благозвучные слова были благополучно забыты.

— Никто не проверял его, близко подобраться мы не можем, он воспринимает в штыки слова сына и многих родов, что выступают за союз с нами. Даже собственных богов уже не слышит.

— Тогда Феора не справится, — пробормотал я, размышляя, кого отправить ей на замену. — Неужели придётся рисковать Мираной?

— Полагаю, пора выпустить из гнезда Ардиссу – малышка давно хочет испить крови, — тут он рассмеялся, — если не дать ей цель, она меня прибьёт. Там ещё Аскурр таким темпом начнёт на пятки наступать, точно с поста ректора сместят вдвоём, — что ж, насчёт последнего он явно несерьёзно, но подыграю:

— Старость – не радость?

— Хе-хе, — закивал Аскер, снова делая глоток вина.

— И как мальчик? — то, что там пророки предсказали, ещё не значит, что талант и необходимый стержень у него есть. Иногда приходится помогать.

— Полено он ещё, работать и работать! Давить нельзя, сломаем, потом придётся собирать личность, вырезая лишнее. Ну, не люблю я такое мясничество, сам знаешь! Тем более что времени ещё с целую гору Драгану. А насчёт Ардиссы я не шутил, ей и правда пора взрослеть. Она, конечно, пока не Старшая жрица Анэра, но её воздушная ипостась, возможно, пригодится. Да и дар меча будет прекрасным подспорьем.

— Амисарен нам не простит, если с её дочерью что-то случится… Пожалуй, обращусь к Аурр, пусть Инридий прогуляется вместе с ней.

— Жрец Первого круга Саа? Ты не размениваешься, — улыбнулся брат. — Ну, надеюсь, такой командой они справятся. Кадар нужен живым и желательно на троне. За свершения? — предложил он тост.

— За свершения, — чокнулся своим бокалом с его, снова погружаясь в размышления.

Слишком много свалилось на меня в последнее время. Жаль, что отдыха на горизонте пока не видать. Мне даже выделили личного пророка, пока сестра занята. Энрей ард Нэйрис справлялся неплохо, но мне всё равно не хватало той мощи, на которую была способна лишь Диди.

Надеюсь, скоро она разберётся со своими планами и представит нам новую картину ветвей будущего. Потому что пока мы реагируем слишком поздно и часто уже постфактум, когда остаётся лишь наблюдать и разбираться с последствиями.

Хотелось бы поскорее вернуться в привычное русло.

Надеюсь, боги будут к нам милосердны…

***

Сладкое! Я! Очень! Хотел сладкого!!

Я уже не испытывал ненависти к Миррдану, но всё равно с маниакальной решимостью каждое утро я пытался пробраться на кухню и отведать крепкого чая с сахаром, закусив плиткой шоколада. Меня всегда встречали на полпути и отправляли на совместную пробежку. Но в этот раз я решился выйти ещё раньше, спустя всего час после того, как должен был уснуть.

Сон не шёл ко мне, я продолжал прокручивать в голове видение, что показал мне ансар Аскерий. Я старался найти для себя что-то новое или намёк на то, что всё это не было правдой. Ощущение того, что мной манипулируют, всё ещё преследовало меня.

Измучившись мыслями, я встал с кровати и, не став обуваться, осторожно выглянул за дверь. Не услышав постороннего шума, голосов и чужих шагов, я устремился в сторону кухни. Совершив три поворота, я увидел у лестницы лежащего чёрного волка и сразу же спрятался за угол, когда его уши шевельнулись.

Зверь поднял голову и трансформировался в Миррдана.

Ох, ё!

Саиф закрутил головой, пытаясь понять, кто же его разбудил. Теперь я понял, как он вечно узнаёт, что я пытаюсь сбежать на кухню. В коридоре царил полумрак, не думаю, что он меня заметил. Я сделал шаг, отступая в сторону одной из комнат, в которой никого не чувствовал. Возможно, если я сумею спрятаться, то смогу пройти дальше, когда он пойдёт искать источник шума?

Мягко повернул ручку двери, медленно толкнул от себя, наблюдая за саифом с помощью своей силы. Он оставался неподвижным. Когда я закрывал дверь, то понял, что он всё же что-то услышал, так как мужчина устремился в мою сторону.

Я сделал шаг, чтобы скрыться за створкой двери, если её попытаются открыть, и задержал дыхание.

Ручка дёрнулась, дверь начала распахиваться…

Вот я увидел в темноте силуэт входящего. Он осмотрел правый угол комнаты, левый, его голова стала медленно поворачиваться в мою сторону. От испуга я сделал шаг назад, понимая, что сейчас упрусь лопатками в стену.

И внезапно провалился сквозь неё…

Замахал руками, пытаясь восстановить равновесие, и осознал, что не могу понять: где верх, а где низ. Да и вообще, где я?!

Я огляделся, выхватывая непонятные и незнакомые силуэты… Какие-то расплывчатые предметы, состоящие из разных оттенков тёмного тумана… Далёкий шёпот, словно зовущий куда-то…

Сделав вдох, я закашлялся, понимая, что всё вокруг заполнено каким-то дымом… или сам воздух здесь такой тяжёлый?

Взгляд мой выхватил белую сферу, быстро пролетевшую куда-то вправо. Мой дар сообщил мне, что она разумна.

— Стой, — попробовал сказать я вслух, но не услышал своего голоса.

Сделал несколько шагов, пытаясь решить для себя, хочу ли я преследовать эту сферу, а когда определился, она уже окончательно скрылась в далёком тумане.

Напряг зрение, пытаясь увидеть что-то в магическом фоне. Вокруг засияли синие розы, формируя десятки троп во все стороны. Даже в небо и в землю! В моём мнимом понимании этого места, конечно. Солнца и тверди вокруг словно не было, но я видел их силуэты со всех сторон.

Я что, умер?!

Огляделся ещё раз, пытаясь увидеть хоть что-то знакомое или намёк на то, что объяснило бы происходящее. Заметил наверху справа дом, силуэтом очень похожий на один из корпусов академии Риодэс. Зашагал к нему, с шоком осознавая, что иду по воздуху по диагонали вверх.

Когда в моей голове пронеслась мысль, что это невозможно без левитации, туман под ногами стал неосязаем, и я упал, кувыркнувшись в пространстве несколько раз.

Я приземлился спиной на что-то мягкое, но состоящее их тягучего тёмного дыма, как и всё вокруг.

Все боги саифов! Где я?! Что происходит?!

Снова поймал приступ паники и боль в груди.

Я прижал руку к сердцу, зажал второй ладонью рот и стал дышать носом, потому что иначе рисковал окончательно потеряться в собственных эмоциях страха.

Я хотел бежать куда глаза глядят, но так я точно потеряюсь!

Да, блин! Как будто я уже не потерялся?!

Пространство словно перевернулось, и я оказался стоящим на очередной тропе. По инерции меня отклонило назад, ведь еще мгновение назад я считал, что лежу.

Где-то вдали раздались голоса, но я не смог понять, с какой стороны. Слева возникла ширма из тумана, за которой угадывалась какая-то комната… Незнакомая. По ней прошёл чей-то силуэт и вышел за дверь. Я попробовал закричать и позвать на помощь. Бесполезно!

Потянулся рукой, стараясь не моргать и не выпускать мираж из вида... Сделал один шаг, второй...

Оступился и снова пролетел вниз несколько метров.

Я что, застрял здесь навсегда?!

Снова ощутил, как учащается моё дыхание. Проклятый дым, он словно забивает лёгкие!

Тут на моё плечо опустилась рука, и меня дёрнули вбок, словно окуная в краски дня.

Из глаз брызнули слёзы, то ли от яркого света, то ли от счастья, что выбрался из непонятного Нечто. Я дёрнулся, пытаясь поддаться желанию сбежать, но рука держала крепко.

— Тише-тише, — меня тут же сжали в объятьях, не позволяя сдвинуться с места, — Дыши, я вытащил тебя! Просто дыши… — узнал я голос Элерана.

Я сделал первый вдох и закашлялся, замечая, как из моего горла вырывается тёмный дым. Воздух, вместо этого странного тумана в лёгких, казался мне необычайно вкусным и бодрящим.

Вдох, выдох… Снова вдох…

Мне потребовалось почти две минуты, чтобы прийти в себя. Зрение постепенно фокусировалось на окружающем пространстве. Я узнал свою комнату в доме под горой Рентавви. И здесь пока ещё было вечернее время: солнце освещало нас закатным светом.

— Что это было?!

— Ты сделал шаг к освоению путешествий иными путями. Это не телепортация в привычном понимании этого слова, но порой она позволяет попасть в места, закрытые для перемещений.

— Я решил, что умер.

— Перепугался? — он разомкнул руки, выпуская меня из объятий, и шагнул назад, с волнением осматривая меня.

— Да, — обхватил себя руками, сдерживая дрожь. Надеюсь, в моих лёгких не осталось этого отвратительного дыма?!

— Как это случилось? — спросил отец.

— Я хотел сладкого, а там у лестницы Миррдан… он волк, оказывается. Я спрятался в свободной комнате, но он услышал и вошёл. Не думал, что провалюсь в…

— Дарен, — озвучил Элеран, кивнув своим мыслям или чужим, если он с кем-то сейчас общался. — Пошли, напою тебя чаем и выдам всё, что захочешь из запасов сладкого.

— Меня заметили? — последовал за ним на кухню.

— Как ты ушёл в Тень? Нет. Но унюхали, что ты был в комнате. Проверили твою спальню, поняли, что тебя нет. Запустили сканирование и узнали, что из академии ты пропал. Сообщили мне. Поскольку у вас уже была ночь, я предположил, что ты в Тени, и пошёл тебя искать. Далеко забрался, кстати.

— Я не специально, — повинился с понурым видом.

— Да я так, для поддержания разговора, — он заходил по кухне, собирая для меня поздний ужин, а я разместился на стуле у одного из столов, на котором обычно готовили еду.

Передо мной поставили большую кружку крепкого чёрного чая и целую вазу с конфетами, печеньем и зефиром. Приёмный отец взял табурет из другого угла кухни и разместился рядом со мной, положив голову на согнутую в локте руку и оперевшись о стол.

— Спасибо, — пробормотал я, разворачивая обёртку ближайшей конфеты и сразу отправляя в рот.

Божественно! Просто то, что нужно!

— Кому расскажешь, что сын впервые осознал Дарен из-за жажды шоколада, и не поверят даже, — с улыбкой выдал Элеран, наблюдая за мной.

— Не рассказывайте, — зашуршал я следующей фольгой, доставая очередную сладость.

— Как тебе в академии? — перевёл он тему. — Мы не беспокоили тебя все эти две с лишним недели.

— Тяжело, — вздохнул, закидывая в рот уже четвёртую конфету, — но я многому научился… И узнал… — тут я покосился на него, стараясь взглядом передать своё отношение.

— Упрямство должно быть в меру, — сообщил отец, намекая на моё вечное возмущение происходящим вокруг. — У каждого из нас своя роль, и для качественного развития твоих навыков Саламандры посчитали то воспоминание излишним.

— Да я не про это, почему вы не сказали, что они помогали вам? Я, получается, отношусь к ним с подозрением, а они меня спасли! Выглядел всё это время неблагодарным мальчишкой! И что это за две девушки были?

— Унн: королева и принцесса их народа.

— Если когда-нибудь с ними встречусь, поблагодарю от всего сердца, — пообещал, смотря в сине-зелёные глаза отца. Он спокойно принял мою клятву, кивая каким-то своим мыслям.

— Что ж, подобное отношение мне больше нравится, не буду скрывать.

Мы замолчали. Я успел допить свой чай и ощутить приятную сытость. Чтобы хоть как-то разбавить тишину, я задал вопрос:

— Когда мне нужно вернуться в академию?

— Ночевать там ты больше не будешь, по крайней мере, пока не освоишь Дарен. Мне, откровенно говоря, не улыбается разыскивать тебя там, на это уходит слишком много времени. Завтра днём у нас будут гости, утром, надеюсь, успеем освоить хотя бы теорию.

— Гости? — удивлённо взлетели вверх мои брови.

— Тебе понравится, — хмыкнул отец.

Понравится? Неужели, Мей?! Попробовал остановить улыбку, но не смог удержать мышцы.

— Про возобновление обучения поговорим позже, нужно сперва сделать пару вещей. А сейчас, если не возражаешь, я планирую отправляться спать, да и тебе советую.

— Да, спокойной ночи… я ещё посижу полчаса.

— Не засиживайся, — мои волосы взлохматили, и отец покинул кухню.

Вздохнув, посмотрел на потолок, украшенный тонким ненавязчивым серебряным рисунком. Как-то в моей жизни всё стало слишком сложно. Не успеваю я привыкнуть к чему-то одному, как выясняется, что мне снова есть чему удивляться, а порой и пугаться.

Хотелось бы отдохнуть… Хотя бы пару дней.

***

Я не часто бывал в гостевой этого особняка. В основном предпочитал проводить время в библиотеке или в своей комнате. Однако было в этом месте что-то очаровывающее. Взять хотя бы пирамидку из юнакита, стоящую на камине, чью расцветку скопировали мои глаза. Странное решение богов, но отторжения мой облик в зеркале не вызывал. Словно новый я, без тени прошлого. Просто бери и рисуй, что хочешь.

Отец попросил после завтрака явиться именно сюда. Сам он приём пищи пропустил, его присутствия в доме я не ощущал около часа.

Я разместился на тёмно-зелёном диванчике, утопив ноги в высоком ворсе мягкого серого ковра. После академии мне нравилось ходить без обуви, я даже прекратил использовать домашние туфли. Мне было приятно ощущать кожей поверхность и понимать каждое движение своих мышц. Никогда раньше не задумывался, насколько для воинов важны ноги, хотя до того, чтобы именоваться воином, мне было ещё, ой как, далеко.

Элеран появился минут через пять и поставил на столик передо мной кубик: обычную деревянную игрушку без рисунка. Я удивлённо посмотрел на отца, подмечая непривычный белоснежный костюм, украшенный золотой вышивкой, словно он только что вернулся с какого-то мероприятия.

— Представь, что эта комната – кубик, — увидев мой кивок, он продолжил, — а теперь выверни его наизнанку, перемещая предметы куба на верхнюю поверхность, а все тени оставляя внутри.

— Но, — я нахмурил лоб, — тогда получается, что любая часть комнаты может оказаться где угодно, хоть снизу, хоть сбоку…

— Верно! Это главный закон Тени. Ты должен чётко понимать, где хочешь выйти. Что ты чувствовал, пока был внутри?

— Страх, отчаянье, отсутствие ориентации. Я словно мог идти в любую сторону, даже вверх, как будто там можно ходить по несуществующим стенам... Иногда видел какие-то объекты снаружи, но больше это походило на миражи. И я видел розы! Синие.

— Миражей в тенях нет, всё, что ты видел, это реальные места. Анарен подсказывает возможные выходы, когда чувствует, что кто-то потерялся в междумирье. Мы называем это место Дарен, но на самом деле то, куда мы попадаем – это пространство между нашим миром и миром богов. При желании ты можешь сходить посмотреть на загробные чертоги, увидеть танец душ, очередь возрождения.

— Все души перерождаются?

— Когда в них возникнет это желание. Там хорошо, но однажды наступает скука… И мы возвращаемся, не помня себя, начиная всё с начала, наслаждаясь жизнью и снова делая ошибки. Но сейчас не об этом. Чтобы двигаться в Тени, ты не должен её бояться.

— Я могу встретить там кого-то?

— Души, которые держат путь в мир забвения, других саифов, что могут путешествовать в междумирье. На это способны последователи Урр, Анарен и Нинэ. Разве что способы попадания сюда отличаются, нам проще всех, подойдёт любая тень.

То есть, та белая сфера, что я видел, это была душа? Это что же получается, кто-то умер и ушёл в загробные чертоги? А я ещё хотел пойти за ней… М-да, в который раз убеждаюсь: не знаешь, что делать, спроси совета, а если не у кого, выжди и тогда не пострадаешь от незнания.

— А люди и их боги?

— Наши подпространства отделены, Тень принадлежит саифам, оборотням и унн. Мы делим с остальными народами только материальный мир. Именно поэтому двигаться по территории Имирота сложнее, чем по Саарии. Тяжело нырять и выходить из Тени. Она словно застывающая смола, которую нужно расплавить своей силой, чтобы иметь возможность в ней плыть.

— Что с другими расами?

— Хм, пока это секрет, но эльфийские ассимилируются с нашим пантеоном. Они видят, что Карас прекрасно себя чувствует, являясь асса сразу двух рас, нашей и унн, а Микала вообще сделала возможным вливание оборотней в расу саифов, получив в итоге влияние на саму королевскую семью. Там была помощь ещё с нашей стороны, но это уже давняя история. Процесс слияния пантеонов не быстрый, Верховная пара эльфийских богов также стара, как и наша, но общий язык они найдут. Тройняшки-наследники при рождении уже получили некоторые способности от наших богов в качестве жеста серьёзности наших намерений. Гномьи Гор и Гера, в свою очередь, также заинтересованы в союзе, они сейчас буквально в осаде и стараются сберечь остатки своего подпространства. И даже среди богов Имиану есть лояльные сущности. Многие операции на их материке были бы невозможны без их помощи.

— А кто?

— Леока – богиня луны и природы, Артав – бог загробной жизни, они оба в бешенстве от поступков Ривана, который просто зальёт кровью и нежитью материк, если дать ему такую возможность. Афира соблюдает нейтралитет, но это больше нам на руку, она богиня грядущего и знает, к чему приведут игры с демонами.

— И к чему же? — я не учился демонологии, хотя Георгий Грачёв владел ей в совершенстве. Он не считал, что мне это потребуется, и был, в общем-то, прав. Хе-хе, представляю его лицо, когда он узнает, что я жив и сменил сторону!

— К стабильным порталам в их мир, — пожал плечами отец, отвечая на мой вопрос. — Уже в этом столетии.

Я вздрогнул, представляя масштаб проблемы. Сейчас контроль над демонами целиком и полностью лежит на призывателях, но что будет, если они получат свободу? Особенно Высшие демоны? И кто знает, может, там есть особи посильнее тех, кого способны удержать в этом мире человеческие маги?

— Мы отвлеклись, — вернул меня в реальность отец, постучав пальцем по кубику. — Итак, для того, чтобы двигаться в Дарен, тебе необходимо чётко понимать, где ты хочешь выйти. Этот образ не должен пропадать из твоей головы ни на секунду! О вариантах перемещения, когда конечная точка выхода тебе неизвестна, пока не будем говорить. Это немного другой уровень. Как только образ будет сформирован, дорога появится сама. Её длина будет зависеть от твоих сил и понимания, как действовать в Тени. Опытные жрецы Анарен срезают дорогу.

— Это те падения, что я пережил? — вспомнил, с чем мне пришлось столкнуться там.

— Верно. Ты пролетел пару тысяч километров таким образом. Готов вернуться в междумирье?

— Вариантов не особо много, — я поднялся с дивана и взял в руки кубик, осматривая его так тщательно, словно это приблизит меня к пониманию процесса взаимодействия с Дарен.

Значит, все тени внутри? Что ж, попробуем.

— Чтобы погрузиться в Тень, достаточно внутреннего ощущения того, что тебе нужно скрыться. Именно поэтому тебе удалось шагнуть ночью сквозь стену. Тень от столика тоже сгодится, — отец опустил правую ногу на тёмный участок ковра и словно провалился под него.

Мой переход в Тень прошёл значительно медленнее, так как я не сразу смог вернуться к тому чувству, что испытал несколько часов назад. Одно хорошо – в туманном мире меня ждали.

— «Разговаривать здесь сложно, — встретил меня мысленной речью отец, — поэтому используй телепатию».

Я огляделся, на этот раз не поддаваясь панике, попытался увидеть в теневых образах что-то знакомое… Внезапно узнал пирамидку на камине… Хех, забавно!

— «Аскурр, не спеши, погуляем вокруг дома», — попросил Элеран, показывая путь. Что интересно, он слабо сиял белым светом, почему-то я думал, что будет наоборот.

— «Почему вокруг вас белая дымка?» — последовал за ним, прислушиваясь к ощущениям.

— «Ты видишь мою душу, я вижу твою также».

Посмотрел на свою руку, но никакого ореола не заметил. Получается, собственную душу я увидеть не смогу? Грустно даже... Может, она не такая светлая? Или с пятнами какими-нибудь?

— «Душа всегда белая?»

— «Не искалеченная – да. Повредить душу можно разными способами, тёмная магия больше всех этим славится. Такие души не перерождаются, им не хватает сил зажечь огонь жизни в новом теле».

— «Повреждается душа применяющего или можно проклясть также чужую?» — уточнил я, продолжая осматривать возникающие миражи пейзажей, и узнал гору, которая располагалась относительно недалеко от нашей.

— «Можно и чужую. Тот же имиротский Риван: он и его маги спецы в этом, удивительно, как его остальные боги до сих пор терпят. Создание новой души – непростая работа для божеств. На наше счастье, чтобы изуродовать душу другой расы, им нужно приложить в разы больше усилий. Потому что её требуется захватить и удержать в течение продолжительного времени, а наши асса довольно оперативно начинают тянуть душу в загробный мир. Дальше уже или мы подоспеем, если саифа пленили, либо душа сама вырвется и присоединится к танцу других, получив надежду на возвращение».

Элеран остановился и оглянулся на меня:

— В общем-то, мы пришли, — озвучил он вслух, что далось ему легко. Звук прозвучал очень чётко. — Мне пора, я пошёл дальше.

— Э-э, — протянул я, но не услышал свой голос и продолжил мысленно: — «А я? Как же я?!».

— Ты же соскучился? Значит, постараешься найти способ выйти, — он кивнул в сторону виднеющихся силуэтов деревьев. — Дерзай! — и провалился глубже в Тень.

Я сощурился, всматриваясь в расплывчатый образ и узнавая среди тёмного тумана девушку, стоящую у вишни. Аламей!

Зашагал вперёд, не теряя её из виду. Словно маяк, она высветила для меня путь. По наитию я шагнул в сторону, попадая в тень другого дерева, и потянул себя в материальный мир.

Чтобы уже через мгновение искренне улыбнуться ошеломлённому личику саифы.

Её удивление очень быстро сменилось эмоцией безудержной радости, которая буквально затопила мою душу.

Сорвавшись с места, она влетела в мои объятья. Оторвав девушку от земли, я закружил её, слушая такой желанный сердцу певучий смех.

— Я скучала, Ас! — выдохнула она, стукнувшись кончиком носа о мой нос. Белые волнистые волосы девушки словно стали одним целым с моими, отличаясь лишь длиной, но не цветом.

— И я…

Не сдерживая себя, я сократил последнюю дистанцию между нами и прикоснулся губами к её чуть приоткрытым и таким манящим устам.

И весь мир вокруг словно сузился только до нас двоих…

Не отпущу, что бы ни случилось! Ни за что и никогда!

Глава одиннадцатая. Сатис или Видение.

Кажется, я понял один из плюсов Тиссенэвей.

Невероятный обмен эмоциями! Словно ты улыбнулся в зеркало, оно отразило твой душевный порыв, и началась чехарда с бесконечным резонансом чувств.

В себя мы пришли только спустя пару часов. Всё это время мы цеплялись друг за друга, как тонувшие в океане, без слов делились новостями, показывая друг другу отдельные воспоминания. И мне было всё равно, что ранее я не хотел пускать кого-либо глубоко в подсознание! Для Аламей я сделал исключение, как уже делал до этого, знакомя её с моими маленькими победами в игре на фортепиано.

Девушка с интересом наблюдала за моими тренировками в академии, за тем, как я блуждал в Тени, а я узнал, что она успешно сдала экзамен и получила звание младшей жрицы Шин. Для её возраста это был впечатляющий результат, к которому она шла целых четыре года.

Обнявшись, мы сидели под вишней и продолжали перекидываться короткими эпизодами из жизни. Открывшись, я показал в том числе свои ранние годы, что-то, чем не стыдился делиться: как учился магии, как играл с братом и сёстрами, пока они не начали от меня отстраняться, ведомые наставлениями матери и отца.

— Это жестоко, — произнесла Мей, склонив голову к моему плечу.

— Но ведь по итогу мы сидим тут вместе? — улыбнулся я, целуя девушку в волосы.

— Я хочу, чтобы ты был счастлив, — негромко прошептала она, вытирая капельки слёз в уголках своих небесных глаз.

— Я уже счастлив, — заверил её, ещё сильнее прижимая саифу к себе и ощутил волну радости, всколыхнувшую сердце Аламей.

И как к такому привыкнуть? Улыбка сама лезет на лицо.

— Ты видел Ардиссу, но не познакомился с ней? — обратила она внимание на одно из моих воспоминаний, снова прокручивая между нашими разумами картинку её боя с Аскерием.

— Не довелось, она слишком быстро исчезла. Потом я видел её ещё пару раз, но она всё время была занята, — мне даже показалось, что она меня избегает, но потом я отбросил эту мысль, так как нас официально не знакомили.

— Похоже на неё, она вообще часто не замечает никого вокруг. Завтра Ардисса отплывает в Имиану, у нас осталось не так много времени. Давай пообедаем, а потом отправимся к ней в гости?

— Давай, — легко принял предложение и задал встречный вопрос: — А зачем ей в Имирот?

— Не в империю, — покачала головой Аламей. — В гномий Фаварталь. Дедушка сказал, что, возможно, с королём Орашем что-то не так. Не принять делегацию он не сможет, ему придётся уделить нам время.

Я посмотрел в небо, раздумывая над её словами. Горная система королевства гномов делила материк на две неравные части. Большую занимала империя Имирот, малую – пять небольших стран, оставшихся в живых после завоевательной кампании. У гномов были ещё три горных анклава на территории империи, которые принадлежали самым богатым Домам: Агсавенны, Бреннорадвен и Нордас. И только наличие на пути империи королевства гномов с их оружейным потенциалом и возможностями для партизанской войны не давало Имироту поглотить весь материк. Модсар и его подданные были не против сотрудничать, продавать металлы и оружие, но подчиняться людям отказывались. Слишком хорошо помнили, что те сделали с эльфами.

От многочисленной расы по итогу осталось менее десяти тысяч представителей, и все они осели здесь, заложив несколько поселений на полуострове Анс’Урр и прилегающих к ним островам. Как эльфам живётся в лесах у побережья моря и океана, не знаю даже. Но жаловаться некому, ведь земли принадлежали не им, а саифам, и мы просто разрешили эльфам там жить. Хм, надо бы спросить у Элерана: как их боги переместили свои божественные чертоги и загробное царство? Или они потеряли всё и начали с нуля?

— Хочешь секрет, пока нас не захватили дела? — спросила она и, не дожидаясь ответа, вытянула вперёд руку.

Пальцы загорелись, погружая всю ладонь в огонь. То, что это не магическое плетение, я понял сразу и, широко раскрыв глаза, посмотрел на пламя.

— Ты Огненная? — ошеломлённо повернул к ней голову и увидел румянец смущения на её щеках.

— Я так привыкла это скрывать, что всё не находила момента тебе рассказать.

— Почему это тайна?

— Самая сильная ипостась, позволяющая удерживать власть и усилить свои позиции. Самые могущественные её воплощения есть только у трёх семей. В нашей больше тысячи лет не было Огненных. Дедушка посчитал, что мы пока должны скрывать, что благословение Саа вернулось в нашу семью. Хватает и того, что королевская семья в курсе.

— Я не понимаю.

— Просто считай, что я – козырь, и поддержу Саламандр, если возникнет такая потребность.

Как-то много вокруг стало козырей… Так и веет напряжением.

— Твои слова звучат немного заученно, — заметил я. — Словно ты себя убеждаешь.

— Это не связано с тем, что я не хочу помогать семье асар, — покраснела девушка. — Мне… сложно представить, что я применю свою силу во вред живому существу. Я ведь целитель! А целители не убивают…

— Что ж, понимаю тебя, — чуть сильнее сжал её плечи в объятьях.

Посидев ещё несколько минут, мы поднялись с разнотравного ковра и устремились к дому по тропинке. Перекусив снедью, стали собираться в гости. Я переоделся в простой серый костюм и светло-жёлтую рубашку, Мей привела себя в порядок, особое внимание уделив растрепавшимся волосам. Дождавшись её, я задумался над тем, что мы планируем переместиться без приглашения и передал мысль девушке.

— Я их предупредила, — она постучала указательным пальцем по шее рядом с татуировкой. Удобно! Тоже такую хочу. Пока что я могу общаться на большом расстоянии только с Элераном, за счёт плетений, что он включил в мою ментальную защиту.

Аламей шагнула ко мне, взяла за руку и чуть прикрыла глаза, с небольшой задержкой запуская телепортацию.

Появились мы, внезапно, на тропическом острове перед красивым особняком из тёмного камня и дерева. Вдали я заметил небольшую гору, из которой пугающе поднимался серый дым.

— Это Ксэлив, извергается в океан, расширяя остров, имеющий то же название. В горе предусмотрены пустоты в породе для выхода лавы, а также защита на нашей крови, поэтому всё безопасно.

— Ты хочешь сказать, что весь остров принадлежит Наир?

— Ты сейчас видишь основной источник доходов семьи, — кивнула Мей. — Почва здесь благодатная и есть несколько шахт. Мы даже нанимаем работников, их поселение на другой стороне острова.

— Шахт? Но что вы… ой, то есть, что мы там добываем?

— Серу, вулканические горные породы, руду, драгоценные камни, — ответила Мей, — это то, что могут достать шахтёры без вреда для жизни. Я же, за счёт ипостаси, могу работать в контакте с самой лавой и, скажем так, доставать очень редкие образцы из глубин планеты… Но толку от меня пока мало, — пожала она плечами.

— Ты сейчас серьёзно? — удивился я. — Говоришь, что погружаешься в лаву и от тебя мало пользы? Как по мне, ты лучше меня.

— Я воскрешать не умею! — упёрла она руки в боки и надулась. — И никогда не смогу! И дара меча у меня нет!

— Ладно-ладно, — поднял руки, признавая ошибку. — Мы оба ценные и важные, согласен только с таким определением. Хорошо?

— Договорились, — хихикнула она, посмотрев в сторону особняка. — Пойдём уже! Стоим тут, а нами любуются в окно.

Что ж, похоже, всё семейство будет с умилением наблюдать за развитием наших отношений. Ничем саифы в этих вопросах от людей не отличаются.

Мы поднялись по каменным ступеням и зашли в открытые двери двухэтажного особняка. По левой стороне холла начинался коридор, у которого, прислонившись к стене, стояла взрослая женщина в алом платье в пол. Её русая коса, переброшенная вперёд, тянулась вниз почти до колена.

— Сая Амисарен, доброго дня, — склонили мы головы, приветствуя старшую Наир.

— Аскурр, Аламей, рада вас видеть. Добро пожаловать, надеюсь, задержитесь на пару дней?

— Мне нужно будет в храм… — робко начала Мей, чуть потупившись.

— Ты теперь младшая жрица, ты сама по себе – Храм, — поправила её девушка, спускающаяся по лестнице. — И твои молитвы более не привязаны к алтарю.

— Арди, но ведь так нельзя, я только повысила звание! — возмутилась моя красавица.

— Пф, твоя правильность порой раздражает, я же как-то поднялась до жрицы? — она остановилась рядом с нами и положила руку на моё плечо. — Извини, если подумал, что я от тебя бегаю… И нет, мысли не читаю, все так думают, когда я мчусь куда-то по делам и никого не замечаю. Анэр-свидетель! Я Ардисса, очень рада познакомиться.

— Аскурр, взаимно, — кивнул я в ответ, изучая её зелёные глаза с крестообразными зрачками. Словно звёздочки, необычно смотрится.

— Обедали? — спросила тётя.

— Перекусили немного, — ответила за нас обоих Аламей.

— Тогда не предлагаем, — улыбнулась Амисарен. — Поднимемся в галерею? И портреты посмотрите, и пообщаемся поближе.

Я уже видел картины в столице, которые познакомили меня с родственниками, даже с теми, кого давно нет в живых. Слышал краткую историю рода после разделения с ветвью Салама. Тем не менее, мне было интересно послушать комментарии женщины, заставшей несколько поколений Наир. Что ни говори, а возраст у неё был невероятным для осознания. Три тысячи восемьсот четыре года! Представить сложно, сколько всего она видела и помнит!

— Это Сиар, — саифа погладила пальцем раму с изображением рыжеволосого мужчины в ало-золотом наряде. Он стоял в парковой анфиладе, освещаемый солнцем, и легко улыбался. И лишь в чёрных глазах его угадывалась грусть. — Отец Элерана, твой дед и мой племянник. Его не стало около семисот лет назад. Дослужился до жреца Третьего круга Саа, не позволил растащить другим родам основную часть нашего наследия, пока Элли не вошёл в силу. Очень любил канареек, у него была целая коллекция птиц с разными голосами.

Она перешла к следующему портрету, рассказывая о своих родителях, старшем брате и других родственниках. Потом пошли семейные портреты. С удовольствием я полюбовался на изображение всех ныне живущих Наир и маленькой Аламей семи лет. Узнаваемые щёчки даже в этом возрасте! Я увидел последний её портрет, но почему-то здесь она казалась старше, чем сейчас, а когда обернулся, чтобы спросить, почему картина такая, то увидел за плечом Амисарен себя…

Но не в зеркале…

Сделал шаг, рассматривая свой портрет, замечая, что я тоже явно старше. Опытнее и мудрее что ли? Мой правый глаз был почему-то другого цвета – светло-красного. У виска с той же стороны маленькая татуировка тёмно-серого скорпиона. Скорпион, как ни странно, не только символ демонологов, но и часть герба семьи Грачёвых: тёмная птица держала в когтях именно его. Георгий Матвеевич всегда смеялся над недальновидностью своих предков, считавших, что их потомки никогда не свяжутся с призывами.

Саифа внимательно наблюдала за сменой выражений моего лица, улавливая по нему мои мысли.

— Спросить не хочешь?

— Хочу, — сглотнул я слюну.

— Это твой облик, предсказанный одним пророком.

— Давно? — я не мог оценить возраст портрета, тем более он был укрыт чарами сохранности.

— Почти тысячу триста лет назад…

Я отступил назад, впечатавшись спиной в портрет взрослой Мей, пытаясь справиться с дыханием и мыслями.

— Как такое возможно?!

— Мне этот вопрос бессмысленно задавать, — пожала плечами Амисарен, — я же не пророк. Но тебе будет полезно знать об этом… Иметь цель, к чему стремиться.

— И к чему же?

— Позволишь? — она прикоснулась пальчиком к своему виску и чуть постучала.

— Да, — ответил пересохшими губами, приоткрывая щиты.

Видение захлестнуло мой разум.

Я увидел себя со стороны, медленно бредущего по снегу. Снаряженного в тёплую одежду и плащ, придерживающего рукой перевязь с ножнами, чтобы они не бились о ногу. Наконец я оказываюсь на холме, за которым раскинулась целая армия демонов. Несколько мгновений этот взрослый и такой непривычный я смотрел на противника, словно рисуя в голове план. Потом сбросил плащ, рюкзак и ножны, оставив в руке лишь один обнажённый меч… И тенью метнулся в бой, совершенно не испытывая и грани страха.

Смерть следовала за мной, но была моей верной подругой. Проваливаясь в Дарен, я выныривал из него даже не из тени, а как будто прямо из самого пространства. Каждый мой шаг, каждый удар обрывал чью-то жизнь. Я нёс хаос и разрушения.

Один! Против тысяч врагов! И одерживал верх!

Галерея появилась так же внезапно, как и исчезла до этого. Я осмотрелся: Амисарен стояла напротив, ожидая моего мнения, девушки на другом конце коридора-галереи, обнявшись, что-то негромко обсуждали у окна, причём я даже отсюда видел красные уши Мей. Потом спрошу, интересно, о чём они болтают, а пока…

— Для меня это слишком недостижимый облик, — прошептал я, прокручивая в голове то мастерство, что предстало предо мной.

— Первый шаг ты уже сделал, а дальше ты достигнешь высот, о которых ранее и не мечтал, — мягко ответила женщина, довольно щурясь. — Когда стало известно, что саиф из пророчества – это ты, мне передали картину. Я разместила её здесь, рядом с Аламей и Элераном. Вас называют катализаторы – ключевые фигуры. Это не значит, что там более никого нет: порой целую группу считают за один катализатор, когда невозможно выделить лидера. Но в случае с тобой: помощников у тебя там не было.

— Какое видение было у Мей и отца?

— Пророчество Элерана уже сбылось, он стал во главе храма Анарен и защищает интересы страны. А вот Аламей, — она посмотрела в сторону девушек, — малышка пока и близко не приблизилась к тому, что было предсказано. Её грань таланта – исцеление. В пике силы она сможет делать то, что ранее достигалось работой целой группы жрецов.

Хотел бы я прожить спокойную жизнь в горах с Мей… Но, судя по всему, боги имеют на нас свои планы. Как бы не надорваться с такими-то целями! И остаться в живых.

***

Эвелин ард Саламандра:

Весна на Тэвиа наступала поздно. А здесь, у залива Изумрудов, ещё пару месяцев будет лежать снег. Красивое место: холмистая местность, вокруг почти нет леса, только елевые и очень много кустарников. Если начинать копать вглубь, то очень скоро упираешься в ледяные жилы, тянущиеся по всему острову. Строить здесь тяжело, Ледяные привыкли сцеплять фундаменты с вечной мерзлотой на глубине. И полноценных городов на острове немного в отличие от обычных поселений. Потому что для основания города нужно немного больше, чем желание группы саифов… Нужен Основатель, тот, кто вложит частичку себя, превращая город в крепость.

Отступив от окна, я в который раз посмотрела на сидящую на диванчике Линару ард Хэрди, сопровождавшую меня в этой дипломатической миссии. Пусть Тэвиа и считалась частью Саифии, но нюансы есть в любой политике, даже внутренней.

— Как ты, Лиа? — я заботливо прикоснулась к плечу среброволосой пророчицы. Её чуть зеленоватый оттенок кожи мне не нравился.

— Всё в порядке, — прошептала она, утирая платочком пот со лба.

— Может, тебе домой?

— Всё хорошо, ансари. Меня уже отстранили от всех сложных дел. Дайте мне хоть вам немного помочь!

— Если что, ты говори, я не хочу, чтобы тебе стало хуже.

— Да, — кивнула она, осторожно вдыхая запах яблока из флакона с ароматическим маслом. — Сая Эвелия скоро будет в резиденции, не беспокойтесь, я справлюсь.

Вздохнула, приводя сердцебиение в порядок. Вокруг в последнее время стало слишком много беременных: мама, Микаэлин, Авекслин, теперь вот Линара. Словно сговорились все!

Верховная жрица Эвиль явилась вовремя, вместе со своим Первым кругом. Учитывая, что с моей стороны была лишь одна саифа, это даже играло в мою пользу.

— Сая ансари, — склонились они в поклоне.

— Приветствую вас, — отозвалась я, протягивая бумаги, — передаю со всем почтением заверения асар.

— Обязуемся хранить их в веках, — приняла бумаги Эвелия Сэола ард Америс, только после этого распрямляя спину. — Это большая честь для нас. Мы прибыли со свидетелями, чтобы запечатлеть ваш подвиг и оставить как можно больше исторических сводок.

— Благодарю за оказанное доверие, — улыбнулась, гоня волнение. — Я готова приступать, если позволите.

— Да, — расступились гости в стороны, открывая для меня путь на улицу. Линара поднялась с диванчика и последовала за мной.

Там нас ждало большое число саифов. Как благородных фамилий, так и Тар, которым предстоит взвалить на свои плечи основную часть работы по строительству города. Осмотревшись, я подняла руку и несколько раз взмахнула ладонью, приветствуя собравшихся. Мне ответил нестройный хор голосов, пожелавших мне доброго дня, успехов и удачи. Приятное чувство любви и поддержки.

Взлетев на крышу временной резиденции Саламандр, я опустилась на небольшой помост, построенный только ради сегодняшнего дня. Совсем скоро на месте этого одноэтажного дома возникнет замок, который станет жемчужиной в кольце нового города. А пока следует подготовить чары.

Очень сложные плетения… Которые отпечатались в моей памяти после последнего Аридэ. Главное не запороть, а то свидетелями моего провала станут несколько тысяч саифов, прибывших, чтобы вживую узреть силу королевской семьи.

Отпустила первое кольцо чар… Оно потянулось к маякам из моей крови, заготовленных заранее на окраинах и частично в глубинах вод. Достигнув их, плетения потянулись вверх, формируя огромный, чуть синеватый купол. Толпа охнула, оценивая масштаб и радиус защиты. Я охватила весь залив, в том числе и выход из него, что позволит выстроить огромный город широким полумесяцем и уберечь корабли от угроз.

Второе кольцо… И снова всё прошло хорошо. Третье далось труднее, на некоторые части рисунков я затратила больше времени, чем рассчитывала. Сложный комплекс заклинаний позволял в дальнейшем усилять защиту за счёт любого пожелавшего потратить остаток своих лет на благо будущих поколений. Но каркас чар должен быть очень мощным, иначе он не выдержит дальнейших модификаций.

То, что я делала сейчас, проводили очень редко, всё из-за стоимости подобных чар, питающихся жизненной энергией Основателя. Каждое кольцо забирало на сто лет больше предыдущего, а я планировала поставить полный цикл из пятнадцати куполов. Мало какие семьи были способны на это. Этот город станет девятым, который основывают Саламандры, с самым совершенным каркасом из возможных. Любопытное совпадение, учитывая, что меня также называют Девятой из Пророчества катализаторов.

По мере разворачивания колец и куполов я всё сильнее испытывала поднимающееся чувство гордости: что я оставлю след в истории, что моим именем назовут город.

Лин`Эве. Эвелин.

Первый северный форпост – маяк для кораблей, которых совсем скоро здесь будет не счесть.

Сегодня со мной была лишь Линара, это мой день, и ни у кого из обитателей Тэвиа не должно возникнуть и мысли, что мне помогли. Только так я получу то, к чему стремлюсь: абсолютную преданность Ледяных.

Пятнадцатый круг развернулся и накрыл город, напоследок блеснув в обычном зрении белым сиянием – подтверждением, что всё прошло как нужно.

Я выдохнула, чувствуя опустошение и прохладу в душе, и устремила взор на подданных, отмечая, что многие из них встали на колени, благодаря мою жертву. Двенадцать тысячелетий! Для них потраченные мной годы – колоссальный срок, недоступный многим родам, для меня – меньше четверти от отмерянного. И это не последний раз, когда я обращусь к энергии моего тела, но явно самый затратный из всех.

— «Поздравляем! Ты молодец! Хорошо справилась, мя!» — зазвучали в моей голове слова самых близких, что наблюдали за мной.

— «Ещё не всё, остался финальный штрих» — напомнила я.

— «Это уже мелочи, — почувствовала я улыбку Виттэ. — Спасибо, дочь! Я благодарен, что ты согласилась».

— «Люблю вас», — попыталась обнять всех ментально, купаясь в радости родных. И тут же напомнила себе, что хотела сделать кое-что ещё.

Взлетев на пару метров ввысь, для пущей величественности простёрла руки в стороны. Земля ощутимо затряслась, пугая саифов… но уже совсем скоро страх сменился ликованием. Вокруг запланированных границ города начала расти толстая ледяная стена, укрывая нас от ветра и опасностей. С несколькими арками для врат, множеством бойниц и внутренними переходами в стене между башнями. Самая большая арка – мост, соединивший выход из залива. Когда маги начнут изучать окрестности, то поймут, что городская стена является частью купольного каркаса. Как скалы на Авален или укрепления Ресарана, что даст больше возможностей по улучшению защиты.

Закончив работу, я медленно спланировала вниз, к ожидающим меня аристократам, стараясь охватить зрением каждого и заметить малейшие изменения в мимике. На лице одного из жрецов Первого круга и некоторых Ард я успела увидеть тень недовольства. Им не нравилось, что храм Эвиль сдаёт позиции правящей семье. Отдельного внимания удостоилась команда Вэвера ард Драоса, ведь именно с ними я взаимодействовала и проталкивала решения по развитию Тэвиа. И их эмоции мне импонировали.

То, что я воплотила всё задуманное без помощи Ледяной ипостаси, внушало им уважение и трепет. А значит, своих целей я достигла и это радовало!

от автора: Эвви должна быть не в Ледяной ипостаси, попробую заменить, но, блин, красиво же...

***

Ужин прошёл в весёлой обстановке. Ардисса постоянно веселила всех, рассказывая истории, и, казалось, вообще не была способна спокойно просидеть и минуты.

— Представляешь, этот мальчишка взял и улетел с бруса прямо в грязь, и, разозлившись, просто утопил снаряд в земле! А когда я попросила вытащить его обратно, объявил, что он ещё не умеет так делать! Нагло соврал мне в лицо! — вскричала она, взмахивая руками. — Пришлось вбить в него умение через розги, сразу научился. Ещё своей семье нажаловался, что я его унизила перед классом, а те его поддержали: прибыли высказать мне претензии и справедливо получили порцию резких слов от сая Аскерия. Выходили все из его кабинета красные от стыда! Я, естественно, подглядела, когда ещё удастся такое увидеть, ха-ха? Эти оставшиеся ветви ард Варси только и делают, что нос задирают. То, что принцесса из их семьи, вообще не делает им чести. Подумаешь! Они же её упустили!

— Саифар был бы огорчён, узнав, что его двоюродные братья так воспитывают своих детей, — покачала головой Амисарен, не отвлекаясь от своего блюда под названием паэлья. С морепродуктами… Я не рискнул пробовать, пока довольствуясь привычными рецептами.

— Арди, ты привезёшь мне что-нибудь с Имиану?

— Конечно, Мей. Тебе сюрприз или ты что-то хочешь?

— Мм, я слышала, там есть яблони с белыми, почти прозрачными плодами…

— Ик, — икнула Ардисса, ошеломлённо взглянув на девушку, — ты как себе это представляешь?

— Извини, — потупилась она.

— Не-не, — руки саифы снова устремились вверх, но на этот раз в успокаивающем жесте, — ты сказала, я услышала. Замучаю Инридия, он после моего сопровождения заречётся со мной путешествовать! А ты, Аскурр?

— Я? — удивился, даже не представляя, что могу попросить.

— Понятно, тебе – сюрприз, значит.

Подарок? Мне? Непривычно как-то… Особенно просить. Что ж, пусть привезут что-то, о чём я не буду знать. Я перевёл взгляд на Аламей. А что я могу подарить ей, кроме цветов, сорванных с клумб, и чего-то, созданного магией? Где мне брать деньги на подарки? Стоит спросить у отца.

Только я подумал об этом, как он, словно услышав меня, зашёл в комнату, безмерно удивив своим присутствием. Я снова не ощутил, что он поблизости. Ничего, скоро выучу эти чары, и найду как их обходить!

— Здравствуй, Рамила, — подошёл он к Амисарен, обратившись к ней по второму имени, и поцеловал саифу в щёку. — Они тебя не утомили?

— Нет, — она обвела нас взглядом и улыбнулась, — приятно видеть, как нас становится больше.

— Я с новостями, — он сел рядом с женщиной во главе стола и объявил: — Полчаса назад основали Лин`Эве на Тэвиа, Благодетель города – ансари Эвелин. Полный цикл колец!

— Удивительно, первый полноценный город за четыреста лет, — прошептала старшая Наир, прикрывая глаза. — Мы можем претендовать на дом?

— Да, — кивнул Элеран, — я уже озаботился и выкупил для нас участок у воды, будет возможность поставить личный пирс. Заняться строительством сможем через несколько месяцев, я хочу согласовать со всеми план особняка.

— Это ведь первый город с полным каркасом защиты на острове? — задала вопрос Ардисса. — Насколько помню, даже ард Эвен в базис своего Тэвенара заложили всего тринадцать куполов?

— Верно, а ещё Лин`Эве в границах крупнее Тэвенара почти в четыре раза. Поэтому у него есть все шансы стать сердцем острова.

— Саламандры не стали размениваться и расплатились за помощь Ледяных на тысячелетия вперёд, — Амисарен чуть подняла бокал с вином и отпила глоток.

— А почему их так отделяют от остальной страны? — поинтересовался я.

— Они никогда не дружили ни с Наир, ни с Саламандрами, — ответил отец, также наливая себе бокал вина. — У нас противоположные стихии. И если с Водными общий язык мы нашли, то с Ледяными не особенно, только с некоторыми их семьями, что живут и на материке, и на острове. У тех же ард Эвен две полноценные ветви семьи, одна с наследуемым пророческим даром, вторая с возможностью проявить ледяную ипостась. Но пусть они и пятые по древности, это не значит, что они управляют Тэвиа. Остров под контролем храма Эвиль, а там идёт вечная борьба за власть.

— Я успею вернуться до начала строительства? — Ардисса встала с места и отступила к окну, с тщательно скрываемой тревогой всматриваясь в горизонт, словно её уже ожидал корабль где-то там в море.

— Постарайся, — произнёс Элеран, скрывая усмешку.

— Пф, вот вы вредные все, — мотнула головой девушка, убирая с лица серо-сиреневую прядь волос. — Хочу комнаты на верхнем этаже с выходом на крышу! Круговую лестницу прямо в моей гостиной!

— Там холодно, — напомнила Амисарен со смехом.

— А вот ничего не знаю, хочу и всё!

Пусть она и пыталась выглядеть весёлой, но я всё равно ощущал волнение в её душе. Она опасалась ехать, испытывала страх перед чем-то неизвестным. Надеюсь, семья уверена в том, что она сможет выполнить свою задачу и вернуться живой и невредимой.

Провожали мы девушку утром. Отец также остался ночевать на острове, планируя днём проинспектировать шахты и склады. Выйдя из дома, мы направились вдоль пляжа в сторону причалов рабочего поселения. Я ожидал, что это будет совсем маленький городок, но оказалось, что здесь проживает почти три сотни рабочих, некоторые вместе с семьями. Просто они не беспокоили Наир по пустякам, а их дети играли в специально оборудованной маленькой лагуне, где было всё необходимое для их развлечения. Была здесь и школа, преподающая основы наук и магии, а также небольшая библиотека и всё, что необходимо для комфортной жизни.

Неожиданно для себя выяснил, что бродить без обуви по тёплому песку, когда ноги омывают волны, очень приятно. Ардисса оделась в красивый белоснежный костюм, и так же, как и мы, бесцельно блуждала босиком по пляжу в ожидании корабля.

Наконец он показался на горизонте. Не уже знакомый мне «Акаре», а какой-то другой, с тёмно-фиолетовыми парусами и полностью белым корпусом. Когда он прибыл ближе к причалам, я различил рисунок синих волн по верхнему борту, но к острову корабль не причалил.

— Мне пора, — вздохнула девушка, по очереди обнимая всех нас. — Тренируйся чаще, — пожелала мне она на прощание. — Не скучайте!

— Всё будет хорошо, ты справишься, — улыбнулась ей Амисарен.

А дальше облик Ардиссы подёрнулся дымкой, и она обратилась в фигуру, состоящую из множества вихрей. Вокруг взметнулся песок, захватываемый ветром, мне стало ощутимо прохладно. Следом силуэт девушки словно распался на потоки воздуха и устремился к кораблю, собравшись в привычный нам облик уже на палубе. Ардисса ещё раз помахала нам рукой и поспешила скрыться из нашего вида. Прощаться она явно не любила.

Вот я и увидел проявление Воздушной ипостаси – дара бога ветра и искусства Анэра. Интересно, какой у данного облика боевой потенциал? Покосился на отца, который стоял у причалов и общался с группой саифов.

Потом спрошу. А пока… посвящу время прогулке с Аламей. И, возможно, украду у неё ещё несколько поцелуев. Ведь сегодня она была ещё красивее, чем вчера.

Глава двенадцатая. Нэрис или Ветер.

Лаборатории Наир на Авален поражали размахом! Они занимали несколько комнат четвёртого этажа и обладали огромным количеством реагентов и трав. Я пришёл сюда по наводке Мираны, когда искал, чем занять себя, и нашёл здесь же Аламей, увлечённо готовящую что-то.

— Доброе утро, не отвлекаю? — уточнил я, предварительно показавшись в её поле зрения, чтобы не напугать и не испортить работу.

— Доброе, Ас, всё в порядке, я почти закончила, — ответила она, продолжая перетирать какую-то траву в ступке и выделяя щепотку для зелья в котелке.

— Что готовишь?

— Эликсир плодородия, сдаю свою месячную норму, — ответила Мей, беря с полки маленький коралл и осторожно отламывая от него одно из щупалец. Бросив его в ступку, она начала стирать его в пыль, вливая при этом довольно весомый объём энергии. Из углубления полился свет, яркий и холодный.

Как интересно… Затаив дыхание, я следил, как она осторожно высыпает ингредиент в синюю жидкость в котелке и буквально обволакивает своей магией, рисуя очень сложные плетения. Зелье постепенно меняло свой цвет и в какой-то момент стало полностью серебряным, как и коралл на полке.

В тот же момент девушка буквально сдёрнула котелок с плитки и спешно разлила получившееся по небольшим колбочкам.

— Семь, — посчитал я, наблюдая, как последние капли исчезают в сосудах. — У тебя было такое серьёзное лицо.

— Кораллы Карас стоят во много раз дороже бриллиантов. А запороть эликсир проще простого.

— Ничего себе! — ахнул я, переведя взгляд на искомый предмет. — И тебе доверяют его делать?

— Уже больше года, — кивнула Аламей, — после Аридэ, конечно. Я тогда получила огромный пласт знаний, и это зелье было в их числе.

— И давно ты через Аридэ развиваешься?

— Лет с пяти, как силы проснулись, — пожала она плечами, вгоняя меня в грусть. Это объясняет: почему она такая умелая. А мне нового рывка ждать ещё долго. Надеюсь, у меня никакая новая специфическая сила не проснётся до этого времени… Мне и анерси хватило. — Ещё мама помогает с усвоением знаний, она как библиотекарь: расставляет всё по местам в голове, чтобы не терялось.

— Сложно, наверное, с ней жить?

— Если с рождения, то нет, — хихикнула девушка, прикрыв рот ладошкой.

— По эликсиру обязательная норма, ты упомянула чуть раньше?

— Да. Тех, кто может его готовить, слишком мало. Я трачу больше половины резерва на создание семи порций, и мой результат входит в один из лучших. Могла бы готовить чаще, но нужно что-то оставлять и на лечение, и на обучение, сам понимаешь. Но коралловый эликсир, наверное, самое важное, что я умею делать. Он позволяет паре повысить шанс на появление ребёнка.

Саифа мило засмущалась, уводя взгляд. Чтобы перевести разговор, я оглядел полки и, выбрав первое попавшееся зелье, взял в руки бутылёк.

— А это что? — спросил я, открывая крышку и осторожно принюхиваясь: цикорий и целый спектр трав. — Успокаивающий запах.

— Ты прав, это отвар, предохраняющий от нервных срывов, — Мей почему-то ещё сильнее покраснела. Кажется, я выбрал не тот флакон.

— Только не говори, что сидишь на этом? — заподозрил я по её лицу, которое моментально стало ещё краснее. — Серьёзно? Ты и срывы? Надеюсь, не из-за меня? Я вроде бы веду себя прилично и не обижаю никого, — даже задумался, вспоминая своё поведение в последние пару недель.

— Из-за Огненной ипостаси… Я уделяю второму облику недостаточно времени, что провоцирует выбросы силы при любой излишней эмоции… даже положительной, — она прошлась взглядом по моему лицу, задержавшись на губах.

Понятно. То есть я каждый раз рискую сгореть?

— Так может, уделять ипостаси больше времени, а не заливаться всякой гадостью? Не в обиду твоему таланту, но ведь это не на пользу организму, я прав?

— Да, но мало у кого из высокоранговых Огненных вообще есть это время. Каждый сдерживается, как умеет. Мы по факту треть дня должны ходить в стихийном облике.

— Многовато, — вздохнул я, возвращая зелье на место. — Что-то не видел ни разу, чтобы Саламандры так ходили, — того же Аскерия я видел достаточно часто. — Как они справляются?

— У всех одарённых Саа есть доступ в Стеклянную долину. Это такое место, где веками происходит выброс силы Огненных. Если совсем тяжело, прыгаем туда. Кто не может сам перемещаться, держит поблизости одноразовый артефакт телепортации с заданными координатами.

— Часто там бываешь?

— За последние полгода уже четыре раза, сложно вести статистику, это от многого зависит. Реже меня только Динади, но она вообще почти никогда не меняет ипостась. Не представляю, что она пьёт.

Стеклянная долина, значит. Стеклянная?.. Словосочетание вызывает знакомые ассоциации. Чуть прикрыл глаза, вспоминая, как меня вытаскивали почти с того света. Да, похоже, я там уже бывал…

— Это что?! — Мей ухватила кусочек моего воспоминания, и её глаза испуганно расширились. Она шагнула вперёд и положила руку мне на грудь. — Поразительно… почти не чувствую последствий… но, — она посмотрела на меня возмущённо, — почему ты не рассказал?! Почему дедушка скрыл это от меня? И мама с папой промолчали?!

— Я… — замялся, — сам не так давно узнал, всего пару месяцев назад. Не хотел тебя тревожить, ведь всё обошлось. Я цел.

— Цел? Тебе кости и мышцы магией нарастили, а ты ещё и тренируешься! После таких травм требуется минимум год наблюдений целителя! Я подозреваю, что деда тайно тебя подлечивал, но всё равно! Идём! — схватив меня за руку, она направилась к высокой медицинской кушетке. — Ложись давай, только рубашку сними.

Подчинившись, я разместился на кушетке, обитой коричневой кожей, и посмотрел на Аламей. Надо же, само очарование! Губу прикусила, смотрит взволнованно... А когда она, склонившись надо мной, прикоснулась к моей обнажённой коже светящимися руками, я понял, что у меня большие проблемы… И неосознанно накрыл проблему рукой.

Манёвр не укрылся от девушки, и она безмерно покраснела.

— Ты… это, не отвлекай меня, — пробормотала она, — и нам рано… я же Огненная, так ещё и с малым сроком контроля ипостаси.

— А потом что? — выдохнул я, чувствуя, как её ладони нагреваются.

— Тиссенэвей… не позволит навредить… — ей явно было тяжело говорить об этом.

— А как же другие? Не у всех ведь есть Переплетение душ?

— Как-как? Обпиваются эликсирами и надевают подавители! Замолчи, а?!

— Прости, — извинился, закрывая глаза и стараясь отвлечься от приятных ощущений, что приносили мне прикосновения Мей.

Несколько минут она изучала моё тело при помощи своего дара, а потом вынесла вердикт:

— Могло быть и хуже, кровь богов явно помогла, но пару связок и мышц я поправлю, развиваются не как нужно. Управимся в несколько приёмов.

— Кровь богов? — распахнул я глаза.

— Угу-м, Карас и Эвиль, принцессы их носительницы. Ле-Ан-Унн напрямую, как смертная дочь Карас, Эвелин же может воплощать кровь Эвиль в Ледяной ипостаси. Помнишь, я говорила, что стихийные обличья все разные. Есть слабые, есть могущественные. У моей ипостаси есть кровь Саа, но она непригодна для исцеления... Хотя в последнем я сомневаюсь, — она увела взгляд в сторону, — есть намёки, что это возможно.

— Ты про своё пророчество?

— Да, — кивнула девушка, не отвлекаясь от лечения, — но мне пока и представить сложно, каким образом я смогу лечить при помощи огня. Идей нет? — абсолютно серьёзно задала она вопрос мне.

— Кхм, — подавился я воздухом, — может, когда перестанешь его бояться?

— Я не боюсь…

— Но подавляешь же?

— Так это другое! — взлетели её бровки.

— А если нет? — произнёс я, не слишком веря в свои слова. Я совершенно не разбирался в вопросе.

— Сложно, — нахмурилась девушка, делая шаг назад, — на сегодня всё, но сильно не напрягайся, пока не закончу твою реабилитацию. Недели полторы, хорошо?

— Да, радетельница моя, — отозвался, садясь на кушетке и с улыбкой наблюдая смущение красавицы. — Поцелуешь меня?

— Не заслужил! — отвернулась она, быстрым шагом направляясь к двери. — Будешь знать, как скрывать от меня что-то! — и даже дверью хлопнула.

Я потянулся к атласной рубашке и накинул на плечи, полминуты провозившись с пуговицами.

Эх, девушки! И приголубят, и накажут. А нам потом страдай!

Спрыгнув с кушетки, я устремился в свою комнату, чтобы провести пару часов за игрой на фортепиано. Навык следовало совершенствовать, пусть времени на него и оставалось не так много, как хотелось бы.

Сейчас я тренировал навык игры по нотам, записанных на листы. Это давалось относительно легко, когда я научился их читать. Сложности возникали только с непростыми комбинациями аккордов и одновременной игрой нот для правой и левой руки. Здесь я постоянно ошибался, но старался не злиться, ведь я сам избрал игру на музыкальном инструменте как свою отдушину.

В момент игры очередной пьесы меня резко затошнило… В глазах потемнело, мне с трудом удалось удержать себя на табуретке и не упасть на пол. Я сразу же запустил плетения, сканируя себя на яды. Ответ показал, что всё чисто. Потом сплёл чары очищения от проклятий крови, на которые были способны люди, если у них был образец жидкостей цели… и вспомнил, что все они стоят в моей спальне. Не думаю, что Мирана что-то упустила.

Перебирая варианты заклинаний, я пытался понять, что со мной, и лишь спустя несколько минут позвал на помощь. А ведь я снова делаю ошибку: если это что-то опасное, и оно меня убивает, то должен был предупредить сразу же.

Отец появился из теней в течение нескольких секунд, запустил свои чары, дождался ответа магии и сообщил:

— Всё в порядке, твоя аура окончательно перестраивается, поэтому тебе так плохо. Мы ожидали этого через пару недель… Что-то подстегнуло.

— Меня Мей около часа назад лечила, — ответил я, пытаясь совладать с головокружением.

— Странно, но, увы, у нас слишком малый охват статистики по трансформации в древних семьях, — он подошёл ближе и сел на вторую табуретку, которой обычно пользовалась Мирана, когда обучала меня. — В общем, так продлится до завтра, поэтому вариантов у тебя не много: отдыхать и особо не передвигаться.

— Это плохо, что я так рано? — помню, он упоминал, что какие-то способности могут исчезнуть, если не освоить их на должном уровне.

— Из того, что ожидалось, ты всё получил, поэтому проблем пока не вижу. Давай провожу до кровати?

— Лучше до кресла на балконе, если можно.

— Можно, — хмыкнул отец, подставляя плечо и помогая мне встать.

Разместив меня в кресле, он ненадолго ушёл в гостиную и вернулся с пледом, укрыв меня.

— Спасибо.

— Если захочешь поесть, позови Мирану, я её предупредил.

— Хорошо, — кивнул я.

Элеран какое-то время постоял рядом, а потом ушёл в телепорт. Плохое самочувствие мешало любоваться садом и домами окружавших нас соседей. Тёплое солнышко дарило мне свои успокаивающие лучики, ветер легонько трепал волосы. Если подумать, я давно так не отдыхал... Под пение птиц и звуки природы.

Вздохнув, я прикрыл глаза, погружаясь в сон.

***

Инридий Аэдан ард Аурр:

Эта неугомонная девчонка снова пропала!

И что ей на месте не сидится? Нет, конечно, мы ждём аудиенции уже несколько дней, и даже мне непросто. Но, тем не менее, носиться по Фаварталю, словно простолюдинка? И где воспитание Наир?

— Вы слишком многого от неё требуете, — улыбнулся Арий Виран тар Драксар, старший жрец Анарен и страж королевской семьи. — Сая Ардисса впервые за границей. Всё с ней будет в порядке, за ней присматривает Иврий.

— Может, он нам скажет, где она? — раздражённо воскликнул я.

— Прямо сейчас крадётся в покои принца Кадара, — продолжал ухмыляться темноволосый саиф. Как и все стражи, он красил волосы, но я уже и не припомню, какой был настоящий цвет его волос.

— Боги! — ахнул я, подскакивая со стула и чуть не опрокидывая столик с завтраком. — Да нам только дипломатического скандала не хватало!

— Всё будет в порядке, не беспокойтесь, ансар Аридий разрешил.

— Они связывались? — нахмурился я, продумывая варианты.

— Да, если всё пройдет успешно, где-то через час у нас будут гости, поэтому есть смысл подготовиться.

Быстро сообразив, я позвал слуг, приказав им накрыть стол в центре главной комнаты. Апартаменты для посольства нам выделили вполне приличные, даже присутствовали иллюзорные картины вместо окон, меняющие изображение. И не подумаешь даже, что мы находимся внутри горы! Вот только нас рьяно игнорировали, хотя и от Его Высочества Кадара, и от дома Бреннорадвен приходили посланники с приветственными письмами и подарками, но ни к королю, ни к наследнику нас пока не пускали. Зато меня преследовал привкус смерти, приправой пропитавшей всё вокруг и, казалось, даже сам воздух. Канерсы глубоко запустили свои руки. И подозрения давно превратились в уверенность: мы в ловушке.

По лестнице со второго этажа спустилась русоволосая Феора Эорин ард Вирр, одетая в ярко-синее платье с серебряным узором звёзд. Глаза в цвет луны осмотрели комнату и на мгновение закрылись, чтобы спустя секунду снова одарить нас своей красотой. От девушки распространилась волна холодного света, что ушла далеко за пределы дома.

— Всё в порядке, нежити поблизости нет, — прошептала она, продолжая свой путь и останавливаясь рядом со мной.

Я чуть повёл рукой, приглашая её провести время со мной, пока мы ждём результата вылазки тар Наир. Очаровательная старшая жрица Урр согласилась, и мы провели около получаса за интересным разговором, пока Арий не уведомил нас, что пора отвлечься.

Двойные двери в главный зал апартаментов открылись, и нашему взору предстала делегация из двух саифов и десятка гномов. По центру шагали довольная Ардисса и чем-то огорчённый принц Кадар Модсар. Гном был одет в плотный тёмно-серый костюм, больше похожий на доспех, и я не удивлюсь, если между слоями наряда скрывается тонкая кольчуга. Густая борода мужчины была заплетена в косу и скреплена тремя золотыми заколками, длинные кудрявые рыжие волосы забраны в толстый хвост, а из-за его спины виднелся силуэт секиры, укрытый золотой тканью.

— Доброго утра, саифы, — махнул рукой Кадар, приветствуя нас.

— Доброго утра, Ваше Высочество Кадар, и достопочтимые гномы, — склонились мы в поклоне. Слуги также поклонились и поспешили скрыться в одной из комнат, в то же время готовые вернуться по первому зову.

— Оставьте чёртов этикет, — поморщился принц. — Дело серьёзное, как и ваши подозрения. Я сам в последние года три почти не общался с отцом, мы даже на официальных встречах пересекаемся на жалкие минуты. Людишки ещё зачастили во дворец, пахнуть плохо стало… Я думал: отец занят, дела государственные, чтоб их! Но слова Арди очень удачно застали меня именно сегодня, когда я планировал подстроить с ним случайную встречу… И интуиция прошептала: вы не врёте.

— Мы предполагаем, что вы в опасности, принц Кадар, — озвучила причину нашего прибытия Феора, — как и ваше королевство.

— Кадар, — прошипел один из гномов, седой, как и его наряд, — мы не можем слепо полагаться на слова представителей другого государства!

— Грэтор? — обернулся в его сторону наследник. — Мне напомнить, чем закончилось твоё последнее увещевание? Меня пытались убить! — он убрал руку за спину, снимая с перевязи секиру и разворачивая ткань, открывая взор на настоящее произведение искусства. — Я не могу игнорировать подозрения тех, кто усилил мой дар и позволил очистить моё окружение. Мы идём в тронный зал, я знаю, что сегодня отец принимает главу Канерсов! В очередной раз за неделю!

— Я обязан сообщить вашему… — начал было его советник, потянувшись к амулету на шее, но, получив внезапный удар по голове от другого гнома, осел на пол.

Охо-хо, кардинальное решение проблемы!

— Спасибо, Хофгар, — кивнул спасителю Кадар.

— Всегда пожалуйста, друг, — улыбнулся представитель дома Бреннорадвен, самый мускулистый из всех гномов, что находились в комнате.

Подхватив подмышки потерявшего сознание советника, он оттащил того к дивану и не особо вежливо закинул на сидение.

— Собирайте Служителей, пусть подходят ко дворцу. Запускайте клич, настало время для плана «Яшма». Даст Гор и Гера, этот день мы переживём! И сестру заприте, только её истерик в коридорах не хватало. А вы, — он смерил взглядом наши ошеломлённые лица, — надеюсь, поможете и не ткнёте кинжалом в спину. Буду рад лишним воинам! И отплачу согласно отыгранной роли и числу отрубленных голов!

— Ваше Высочество, — подал я голос, — мы только подозреваем, но не уверены в том, что озвучила вам сая Ардисса тар Наир.

— Плевать! — принц Кадар натурально сплюнул на ковёр. — Я устал смотреть, как отец отдаёт нас в руки людишкам. На золотом блюде! И вилку подаёт с ножом! И специи сыпет, вошкарица! За мной! — он направился к двери и открыл её пинком, выходя на улицу.

— Я за мечом! — Ардисса бросилась в одну из комнат.

Мы переглянулись и также в быстром темпе направились переодеваться и снаряжаться. Я успел отдать короткий приказ слугам о защите дома, хотя они были готовы последовать за нами. Однако им не место в возможной битве – не тот уровень сил. Мы не сможем присмотреть за ними, а их резерва хватит ненадолго.

Меньше чем через пять минут мы уже бежали по улицам, мостам и лестницам, спускаясь ко дворцу по неизвестному для нас маршруту. Нас сопровождал юный гном из семейства Гранитных, судя по нашивкам на одежде. Он не назвал своего имени, просто попросил не отставать и довольно быстро заперебирал ногами.

— Поддержка ансари Динади Асэль будет? — посмотрел я на Ардиссу, переодевшуюся в облегающую одежду, что позволит ей использовать свою ипостась. И я также был в рубашке и брюках, сшитых специально для меня.

— По обстоятельствам, услышим её, если что, — ответила девушка, на бегу нашёптывая что-то на обнажённый клинок. — Вы бы лучше беспокоились, не дрогнет ли у меня рука. Я так-то первый раз в подобной ситуации!

Пусть Наир и была сильна, но она прекрасно понимала свои минусы, и юный возраст был в их числе. Я же помнил наказ сая Аридия: вытащить Ардиссу в критической ситуации, чего бы мне это ни стоило... и кем бы ни пришлось пожертвовать.

Ещё через десяток минут мы оказались в огромной освещённой зале-пещере, позволяющей увидеть фасад дворца, уходящего вглубь горы: красивое песочно-золотое здание, украшенное узорами и рунами из самого разнообразного камня.

— Нам сюда, — гном повёл нас в обход через аллею мраморных статуй, частично покрытых мхом.

Мы зашли в коридоры дворца, прошли несколько залов и обнаружили там принца с крупным отрядом сторонников.

— А-а, вы вовремя! — он заметил нас и обратился ко всем: — Заходим малой группой, если начнутся проблемы, в штурм включаются остальные.

— Арий, Иврий, в Тень, вы страхуете, — отдал я приказ.

— Есть, — отозвались они, исчезая. Попусту я их не гонял по междумирью, здесь передвигаться им было лишь чуть легче, чем в Имироте.

— Ловко, — прицокнул языком Хофгар Бреннорадвен, удерживая огромный топор на плече. — Это те, что руками убивать могут?

— Прикосновением, да, — кивнула Ардисса, разуваясь и снимая даже тонкие носочки.

— А не рано, сая? — уточнил я, тоже покосившись на свою обувь.

— В самый раз, — она размяла шею и скрыла меч в ножнах до поры до времени. Незакреплённая перевязь почти коснулась пола.

Что ж, послушаю совета и тоже избавлюсь от обуви. Оставлю маяк, чтобы найти потом эту комнату, а то нет желания идти по улицам босиком. Если я призову свою ипостась, туфли сгорят… В случае владелицы Воздушного облика будут разрезаны на сотни частей. Несмотря на многие изобретения для стихийников, обувь всё ещё оставалась привилегией только для владельцев конкретных ипостасей. Благо, с одеждой вопрос был хоть как-то решён.

Пока мы обсуждали последние детали, принц уже начал выдвижение к тронному залу, так что нам снова пришлось его догонять. Двери в зал были раскрыты, я бы даже сказал, что их пытались закрыть те, кто прибежал предупредить короля и делегацию Имирота. Если они там официально, то, боюсь, все попытки отсрочить войну сегодня пойдут прахом.

— Давно не виделись, отец! — крикнул Кадар, входя в тронный зал.

Сопротивляющихся гномов быстро оттеснили в стороны, и мы зашагали к возвышению и трону, на котором сидел пожилой гном в золотом костюме… А рядом с ним, полуобернувшись к нам, стоял не кто иной, как Ралаф Канерс. Весьма недовольный!

Я же подмечал детали: семь имиротских магов, множество гномов, одного Воина Веры, пока непонятно чьей направленности, но в полном доспехе тёмного цвета, покрытом зубьями. Зря дочь Наира сняла обувь…

Шкуры диких кошачьих устилали пол тронного зала. Что ж, намёк яснее некуда!

— Готовились к нашей встрече? — внезапно, совершенно невежливо выдала Ардисса, склонив голову к плечу. Её звонкий голос не оставил и шанса быть неуслышанной.

— Сын, что это значит?! — наконец-то подал голос Ораш Модсар, не пытаясь даже приподняться с места.

— Решил проведать отца и справиться о его здоровье, — отозвался Кадар, останавливаясь на половине пути и перекладывая секиру из левой руки в правую. Принц словно сиял золотой аурой в магическом зрении, и его оружие давало свет не меньший. — Говорят, захворал ты…

— Я здоров! — огрызнулся гном и махнул рукой. — Уходи и забери с собой гостей! Потом поговорим…

— Может, ты мне сначала ответишь, какого гранита происходит? Почему у нас жопы демонопоклонников из каждой дыры торчат, а в городе воняет смертью?

— Ты в себе, Кадар? У нас официальная встреча!

— И ты официально нас сдаёшь? Предаёшь Божественную чету?

— Да как ты смеешь?! — ахнул король, вцепившись в золотые подлокотники.

Канерс же чуть сдвинулся вбок, чтобы легко уйти за трон. Не нравится мне это! Движение не укрылось и от глаз принца.

— Собака имиротская! Распинаться ещё перед вами. Давай, свети, Федора, или как там тебя? — оглянулся на нас Кадар.

— Феора, — шагнула вперёд старшая жрица, вспыхивая лунным светом.

Волна была короткого импульса, но зацепила весь зал и, похоже, даже дворец. А следом Феора Эорин побледнела:

— Светлая Урр, спаси и сохрани нас!

— Сомкнуть ряды!! — заорал Кадар, наблюдая, как свет искажает лицо не только короля, но и четверти присутствующих в зале гномов, а также трёх магов, включая Ралафа Канерса.

Который, зашипев, вытянул посеревшую руку в нашу сторону и отдал приказ:

— Уничтожить!

Я едва успел раскинуть вокруг нас мощный щит, как Ардисса уже выскочила за его пределы и, обратившись в вихрь, протаранила бегущего на нас Воина Веры, оголившего меч, что был охвачен тёмным пламенем. Мужчина отлетел в стену, ловко приземлился на ноги и хотел было повторно бросится в нашу сторону, явно нацелившись на принца гномов, но ему пришлось спешно отбивать удары саифы, что не потеряла оружие при своём рывке и трансформации, постоянно держа его рядом с собой в отдельном ветряном потоке.

Мой купол прогнулся под массивом атак магов, но устоял. Я отправил несколько огненных стрел в ответ и занялся улучшением обороны. Превращённые в нежить гномы, а также поклоняющиеся демонам живые в темпе резали своих растерянных сородичей, не понимающих, чью сторону выбрать. Мой взгляд заметил, как перепуганная гномка исчезла в тумане, спасённая кем-то из стражей. Правильно, пусть уберут из тронного зала всех лишних, пока те ещё живы!

Прошла минута… Имиротцы двигались по залу, осыпая нас заклинаниями и стараясь объединиться с Канерсом. Что-то они явно задумали, группой им будет работать гораздо проще. Феора создавала очередные чары, полностью положившись на тех, кто её окружал.

— Ваше высочество, не выходите из-под щита, — попросил я, заметив, что принц намерен ринуться на помощь нашей главной боевой силе.

— Так надо помочь баб… е-э, кхм, где это видано, что мужик стоит, а дама отстаивает его право на трон?!

— Выберите другую цель, для вашего же блага. Сая слишком неопытна, чтобы уследить за союзниками и не ранить их.

— Да я!..

— Скоро у вас будет достаточно целей, тут армия нежити под замком, — остудила наш пыл Феора, ненадолго отвлекаясь от плетений.

— Это дело! — довольно крякнули гномы, продолжая отбиваться от предателей.

Вот чумовые! У них тут катастрофа, а они и рады битве. Со стороны входа к нам уже пробивалась группа поддержки, и скоро должно было стать немного легче. Раненых спешно подлечивали наши стражи, сразу же возвращаясь к своей основной цели: спасению случайных жертв.

В щит влетело что-то помощнее, заставив меня сделать шаг назад. Посмотрел на свои руки, охваченные пламенем. Так, главное не сорваться, а то сожгу всех внутри купола! Мимо нас спиной вперёд пролетела Ардисса, пробив собой одну из колонн, удерживающих потолок. Осколки разлетелись крупными кусками, задевая и своих и чужих. Те, что полетели в нашу сторону, пришлось принимать мне на ещё один малый щит, который я развернул на одних рефлексах.

— Во дают! — восхитился Хофгар, срубая очередную голову гнома с полностью темными белками глаз.

— И не говори, завидую! — отозвался принц, положивший врагов не меньше, чем его друг. Секира Кадара светилась, как солнце, и ослепляла любого, кто рвался перерезать горло её владельцу.

Несмотря на вереницу событий, мелькающих перед глазами, я не забывал атаковать магов, столпившихся на возвышении у трона. Сильны, заразы, и, судя по ощущениям, планируют сбежать! Телепорт создают!

В момент, когда я уже было подумал, что мы их упустим, сая Ардисса отвлеклась от своего противника, и несколько сине-красных полумесяцев вонзились в магический щит один за другим. Последний пробил защиту и разрубил на кусочки мага, что почти активировал заклинание, и зацепил, походя, ещё двоих, но не смертельно. Это что было?! Три Раскола за две секунды?!

— Может, свалите из зала?! — крикнула она, уклоняясь от весомых ударов Воина Веры, уже целиком погрузившегося в тёмное пламя. Последователь Ривана, не слишком хороший расклад, но явно лучше, чем если бы мы встретили его аватара.

— Боюсь, это будет затруднительно, сая Наир!

Она отпрыгнула в сторону и пустила ещё один Раскол, но уже в своего противника, с недовольным выражением лица наблюдая, как божественная аура справляется с ударом, пусть и немного подёргивается, истончаясь на мгновение.

— «Слева», — прозвучал в голове голос, и я поднял щит, прикрывая нас от осколков взорвавшейся стены. Из образовавшегося прохода хлынула волна нежити, на этот раз полуразумной, в основном созданной из тел людей. Но это не особо помогало, убивать её было также не просто.

— Если мы выберемся отсюда, выйдешь за меня замуж? — обратился я к Феоре, что начала сиять лунным светом.

— Договорились! — отозвалась она с лёгким смехом. Взлетев на пару метров, жрица спустила чары, что готовила всё это время.

Несколько ближайших рядов некромантских игрушек моментально осыпались пеплом, остальные волны отшатнулись, получив существенные травмы. По их телам и головам начали взбираться другие твари, жаждущие добраться до нашей тёплой крови. Каких только монстров среди них не было: казалось, что их создатели соревновались, кто соберёт голема страшнее, чем у его коллеги. Многорукие, исторгающие трупный яд, стреляющие какой-то шрапнелью из костей. В одиночку почти безвредные против опытного мага, но в таком количестве – представляющие угрозу.

— Фуу, как же они воняют! — произнёс кто-то из гномов, что рубились за моей спиной.

— Ты смотри, это ж виночерпий! Эй, не бросай в меня свой глаз! Вот, мля! Я теперь блевать буду на пирах, когда ко мне с кувшином подойдут!

— Меньше болтовни, больше ударов, сноси ему башку!

— За пивасик! Не сметь осквернять святое!

— Руби! Руби его! Да! Так его! — что ж, им там явно весело.

Посторонних, не защищённых моим щитом, не осталось в зале, или они уже были мертвы, а потому я, не стесняясь, метал огненные шары во все стороны, кроме зоны, где столкнулись козыри Имирота и Саифии. Они постоянно перемещались, громя всё вокруг себя, и даже на лицах имиротских магов я заметил сомнения в исходе боя. Потому что они ожидали, что Ардисса проиграет в первые минуты. Темп их схватки завораживал и пугал. Я видел, что саифа злилась, но взять инициативу в этом противостоянии с помощью лишь меча не могла. Её одежда была повреждена: штанины брюк обгорели, рубашка изрешечена, а левый рукав оторван полностью, открывая взор на неприятную рваную рану на предплечье. Воин Веры же лишился шлема и некоторых частей доспеха и заметно прихрамывал на левую ногу.

— «Иврий, Арий, купол сверху. Держитесь!» — прозвучала ещё одна чёткая мысль, и вокруг моей защиты начала формироваться сетка из тёмного тумана. Я же вложил почти треть резерва в свои чары, превращая магию в непробиваемое полупрозрачное стекло.

— Да как же ты задолбал! — закричала яростно сая. — Я твой клинок тебе в глотку засуну! — и, отбросив свой меч в сторону, распалась на вихри. Один из потоков воздуха снова подхватил её оружие, готовясь отдать хозяйке, когда это потребуется.

Внутри тронного зала закружил настоящий торнадо, охватывая всё пространство. Мы оказались в эпицентре, пожалуй, в самой безопасной его зоне… а потому могли с ужасом наблюдать, как ветер, словно обладая сотнями лезвий, крошил всё вокруг на куски: гномов-демонопоклонников, нежить, магов…

Что? Магов тоже?

Постепенно кусками начал рушиться потолок, не выдерживая мощь стихии.

— Ваше Высочество, у вас колонны не несущие были? — всё же решил уточнить я, видя, как они разваливаются одна за другой.

— Нет… вроде нет, — ответил он, завороженно смотря на представшее перед ним зрелище. — А можно вашу… кхм, леди… арендовать на пару месяцев для наведения порядка?

— Арендовать? — переспросил удивлённо я, уже представляя себе лицо главы Наир.

— Готов подписать союзный договор!.. После коронации, естественно, — пояснил принц.

— Пока не могу вам ответить, она не из простой семьи.

— Так она же Тар? — непонимающе посмотрел на меня Хофгар.

— Хм, если бы у нас все неблагородные могли такое выдавать, у нас бы проблем с Имиротом не было. Как бы вам объяснить… — я задумался, подбирая слова, и почувствовал, что мне прилетело ментальное согласие от ансари Динади, — Наир – королевская ветвь… Просто так получилось…

— А, — мгновенно поняли меня Кадар и его друг, — передрались, значит, — их фраза была общей и прозвучала не как вопрос.

Смерч исчез так же резко, как и появился. На каменные плиты упало тело, а сверху на него приземлилась Ардисса, пробивая вражеским мечом рот Воина и пришпиливая того к полу.

— Вот и лежи, тварь! — рыкнула она, начиная вставать.

— Огонь-баба! — восторженно воскликнул один из соратников наследника гномов.

Тройка некромантов, выживших под щитом, отправила в её сторону целый спектр заклинаний. Бросившись вперёд, я призвал себя в один из затухающих огоньков пламени и возник на пути чар, переходя в огненную ипостась. Я понимал, что Ардисса после выхода из воздушного облика может не успеть среагировать, а потому закрыл её от большей части гадости... И удивился, когда одно из заклинаний пробилось сквозь щиты и остановило моё огненное сердце, выбрасывая из стихийного воплощения.

Не ожидал…

В себя я пришёл уже внутри своего купола, куда меня унёс Арий тар Драксар. Он же, видимо, и вернул меня к жизни.

— Вы поосторожнее, что ли, — негодующе произнёс он, — Аурр же дорогие в возврате! Пожалейте хоть нас!

— Прошу прощения, — сел я, пытаясь восстановить дыхание. Явно не для меня заготовка была и, судя по всему, артефактная. Надеюсь, в единственном экземпляре, но учитывать нужно и наличие возможных копий.

— Слушай, а отца моего не посмотришь? — внезапно задал Арию вопрос Кадар, оттирая от крови свою секиру.

Бой за щитом продолжался, но купол уже стал непреодолимым как для магии, так и для любого физического существа или предмета. Поэтому оставшиеся в живых гномы могли только наблюдать за тем, что происходит за плотным слоем защиты и недовольно ворчать.

— Боюсь, здесь мои умения не помогут, — повинился страж королевской семьи. — Он не жив давно. Я работаю только с недавними случаями.

— Жаль, — совершенно искренне молвил гном. — Он мой папа всё же... Хорошим был, пока был жив, — и отвернулся от нас. — Не знаю, что творится в других залах и в городе, но надеюсь, мои воины и служители богов справляются и жертв будет не много.

Я перевёл взгляд на Феору, которая старательно наслаивала плетения на наш купол, не давая ему разрушиться.

— Сая Эорин, я в ближайшие минуты немного не боец, вы можете тянуть из меня силу, — и протянул свою руку.

— Благодарю, сай Аэдан, — она мягко сжала мои пальцы. Точно женюсь!

Купол некромантов трещал по швам. На короля Ораша, что лежал позади магов, уже никто не обращал внимания. Ардисса явно устала, и её удары уже не были столь разрушительны, но её поддерживал Иврий Кэсс ард Виртал, окутанный тёмным туманом. Он уводил девушку в Тень во время опасных атак и сам не забывал бить по магическим щитам. Я видел, что Ралаф Канерс в бешенстве, его лицо потеряло все признаки человечности, и сам он уже походил на нежить, выпивая остатки силы из лежавших вокруг трупов. Его помощники, а может, и родственники, поддерживали купол, давая ему простор для манипуляций.

Нас почти не атаковали всерьёз, решив, что мы себя израсходовали, лишь пробовали на крепость. Я в темпе приходил в себя, справляясь с последствиями воскрешения. Сердце билось неровно и нуждалось в помощи грамотного последователя Шин.

— Феора, сможешь ещё раз ударить светом? — спросил жрицу Урр.

— Смогу, наверное, — она начала плести чары, погружаясь в себя.

В этот раз женщина использовала другой тип атаки, а потому подготовка прошла быстрее. Ослабив щит в зоне, что подсветила для меня саифа, я позволил ей сделать мощный выстрел, сразу же блокируя к нам доступ. Луч лунного света пронзил купол имиротцев, выбивая целый пласт. Сая Ардисса не оставила это без внимания и выпустила колесо магии, больше похожее на диск пилы, после тяжело опускаясь на одно колено. На её плечо сразу же опустилась рука Иврия, готовая защитить дочь Наира.

Но не потребовалось… Диск, проникнув внутрь купола, размножился, устраивая настоящую мясорубку внутри. И личные щиты не спасли магов. А если кто и планировать восстать нежитью и предварительно зачаровал своё тело, то, увы, по кускам это сделать весьма затруднительно.

Вот и пал очередной враг Саламандр.

— Что-то мне плоховато, — едва слышно прошептала Ардисса, заваливаясь на руки Иврия, опустившегося на колени. — Я стольких покромсала…

— Вы поступили правильно, сая, — ответил ей страж, прижимая девушку к груди и запуская целебные чары. — Я доставлю вас в апартаменты, ваша помощь сегодня больше не потребуется, — и они исчезли в чёрной дымке.

— М-да, — принц Кадар вышел из-под щита, когда я снял его физическое воплощение. — И как мне теперь отца хоронить? — он смерил взглядом то, что осталось от магов и короля… Прошёлся вдоль остальных трупов, рассматривая лица, часто обезображенные трансформацией. — Не окажете честь, Инридий Аэдан ард Аурр?

— Да, — поднялся я, отвешивая глубокий поклон.

— Мы пойдём разбираться с последствиями, я надеюсь, что Феора Эорин ард Вирр и… — он посмотрел на оставшегося с нами стража.

— Арий Виран тар Драксар, — склонился саиф.

— Очень рад, Виран. Надеюсь, вы вдвоём составите нам компанию?

— Конечно, Ваше Высочество, — ответили они, увидев мой кивок.

Старшая жрица Урр начала сворачивать купол, напитывая свой резерв энергией. Гномы устремились к выходу, мои соплеменники присоединились к ним с небольшим запозданием.

Когда двери закрылись, я перешёл в огненную ипостась и погрузил тронный зал в очищающее пламя. Оно прошлось по телам, постепенно обращая их в пепел. Особенно жалко мне было случайных жертв, которых мы не успели спасти.

Клянусь асса, ваша смерть не будет напрасной! Мы приложим все силы, чтобы Кадар взошёл на престол и вернул позиции своего королевства! Оказав нам помощь в дальнейшем, но пока не будем об этом… Это дела грядущих лет.

Огонь постепенно гас, поглотив всех, кто сложил здесь свои головы. Сделав несколько шагов вперёд и стараясь не тревожить пепел, я поклонился оплавленному трону в знак уважения, а после направился к пробитой стене…

Следовало закончить работу.

Я всё ещё чуял запах смерти, доносящийся откуда-то из коридоров…

***

Эмоции волнения выбили меня из сна. Головокружение и общее отвратное самочувствие никуда не делось, а теперь к ним присоединилась ещё и откровенная паника, блуждающая где-то на краю сознания. На улице царила ночь, и я бы порадовался, что меня не трогали, но это непонятное волнение сильно мешало.

То, что это были не мои эмоции, я осознал не сразу…

Кому-то было страшно поблизости от меня.

— «Отец, — позвал я, — что-то происходит в доме».

— «Не в доме, — он ответил с небольшой задержкой, — но женщины слишком разволновались, тут ты прав».

— «Я в порядке».

— «Ты да, а вот у Ардиссы проблемы».

— Что?! — ахнул вслух, подскакивая с кресла и чуть не переваливаясь через перила вниз. Ох, блин! Это я разбежался, мне пока рановато так дёргаться. — «Отец?... Элеран?.. Да что ж такое! Папа, чёрт тебя!»

— «Я тебе уши надеру!» — прозвучало в ответ.

— «Что стряслось?!»

— «Не мешай! Я позвал к тебе Мей».

А-а! Я стукнул со злости ладонями по перилам и неожиданно осознал, что камень пошёл трещинами. Отступил назад, падая обратно в кресло. Плед остался лежать на полу у перил.

Аламей появилась довольно быстро, в её глазах я увидел тревогу и слёзы.

— Мей, что происходит?

— Посольству готовили ловушку, — ответила девушка, подходя и забираясь на мои колени. Я сразу же поднял руки, крепко обнимая свою Тиссенэвей и чувствуя, как дрожит её тело. — Сейчас идёт бой. Мне не дают смотреть!

— А это возможно? — удивлённо уточнил я, стирая пальцем слёзы с её лица.

— Да. Носитель ментальной татуировки может разрешить подключение к своему зрению. Через океан это работает плохо, но отдельные части событий увидеть можно. Мне сказали, что я могу отвлечь Арди, не удержав эмоции. Сейчас следят за всем только дедушка, отец и мама... Амисарен тоже заблокировали доступ.

— Она здесь?

— Появилась минут десять назад, когда стало понятно, что дело плохо.

— Не бойся, — я поцеловал девушку в висок. — Нам остаётся только верить и ждать.

Аламей замолкла, уткнувшись в мою шею. Я гладил её по голове и время от времени осторожно звал отца. Но он не отзывался. Внезапно моя девушка выпрямилась, на её лице появилась неуверенная улыбка.

— Мама сообщила, что Ардисса добила сильного противника. Только… сай Инридий Аэдан погиб, его пытаются воскресить, — она соединила руки перед собой и зашептала молитву всем богам о сохранении жизни.

Я подхватил её слова, уже знакомый с этим текстом, и с изумлением стал осознавать, что мой резерв магии начинает проседать, словно у нас взяли силы на выполнение нашей просьбы.

Только бы Ардисса и другие саифы выжили!.. Ну, и гномы, конечно же!

— «Молодцы, — раздался в наших головах голос Элерана. — так и нужно действовать, когда от вас ничего не зависит».

— «Всё разрешилось?» — задал я вопрос. Аламей тихонько слушала нашу мыслеречь.

— «Ещё нет, но моя сестра в безопасности. Помощь гномам ещё понадобится, но Ардисса свою основную задачу выполнила».

— «С кем она сражалась?»

— «Воин Ривана, демонопоклонники, нежить, Канерсы».

— «Канерсы? — переспросил я. — Надеюсь, Ралафа среди них не было?!»

— «Знаком?».

— «Виделись несколько раз, Георгий Грачёв упоминал, что он очень силён».

— «Больше не увидитесь, — хмыкнул отец, — нам повезло, что он здорово потратился до стычки, но его игрушки всё равно доставили проблем. Арди не дала ему сбежать».

— «Как гномы будут решать проблему того, что они убили Канерса на своей территории?»

— «Никак, его объявили ренегатом позавчера. Имирот хотел обезопасить себя, но сыграл нам на руку. Всё, отдыхайте, если что-то случится, я сообщу».

— Пфф, вот видишь, он опять это делает! — воскликнула Аламей и не думая слазить с моих колен. — А нам теперь снова сидеть в неведении.

— Я не против, — улыбнулся, заставляя девушку краснеть. — Знаешь что, Мей?..

— Ммм? — несвязно промычала она.

— Я, кажется, тебя люблю, — закончил фразу и замер, ожидая ответа.

— А знаешь, мне вот не кажется, — произнесла Мей, надувая губки. — Я точно знаю, что тебя люблю!

— Я рад, моя Тиссенэвей, — склонился к лицу девушки, целуя и погружаясь в волны её эмоций.

Утро мы встретим всё в том же кресле, в объятьях друг друга. Кто бы знал там, на Имироте, что я жив и счастлив. Интересно, хоть кто-то был бы рад?

Впрочем, мне не стоит думать об этом. Ведь у меня теперь были те, кто по-настоящему беспокоился обо мне и моём благополучии.

И у меня была Мей… моя Саари – моя любовь…

Глава тринадцатая. Рен или Смерть.

Середина лета наступила как-то внезапно. Вроде ещё недавно была весна, я беспокоился о своих проблемах, не понимал, как мне себя вести, страдал от незнания своих возможностей и будущего, боялся предательства. А потом это просто отошло на второй план и постепенно начало исчезать. Я всё также интересовался магией, тренировал своё тело и проводил время с Мей, но уже будучи совсем другим.

Теперь я не отказывался от помощи сестры, и эффект от её воздействия стал ощущаться практически сразу. Уровень усвоения знаний и навыков вырос в разы! Те плетения, что раньше получались у меня через раз, были доведены до полной машинальности за меньшее число повторений.

Кроме того, я наконец-то получил ментальную татуировку, которую нанёс мне сам асар Маридан, прибывший в гости в наш дворец, маскирующийся под особняк. Процесс нанесения вспоминать мне не хотелось, ибо это было ужасно больно, но вот плюсы перекрыли все страдания с лихвой. Возможность общаться с семьёй, будучи на другом краю страны, казалась мне бесценной. Ещё я понял, что татуировки практически связывают носителей между собой, позволяя ощутить, когда с одним из них происходит что-то нехорошее. Почти как Тиссенэвей, но без прочной связи душ и появляющихся при этом эмоций. Наши рисунки переплетали всю нашу семью, а отец ощущал также королевскую. Учитывая его способность анерси, очень удобно для них: Элеран среагирует даже раньше, чем его позовут на подмогу.

Общение с асар много мне дало, ведь в этот раз он не давил на нас своей силой. Наблюдая за его разговором с отцом, я уверился, что они действительно хорошие друзья, и клеймо предателей существует лишь для непосвященного общества… А потому стоило ценить себя и свой новый статус.

Однако, несмотря на все усилия старших, и мне, и Мей всё же приходилось сталкиваться со странным поведением сверстников, которые, набравшись слухов, но не ума, позволяли себе лишнее в нашу сторону. Если при храме Анарен мне ничего не угрожало, то в квартале Шин я часто ловил косые взгляды учеников, обучающихся в школе на скале Илишин. И в какой-то момент это вылилось в ссору. Проводив мою возлюбленную до больницы, где сегодня она должна была ассистировать старшему жрецу, я устремился обратно домой, сразу же ощутив, что за мной решили проследить четверо молодых саифов, которых я и раньше время от времени замечал неподалёку от нашего особняка. Меня подобное поведение даже позабавило, учитывая, что моя новая татуировка в виде двух белых парящих птиц позволяла в том числе слышать поверхностные мысли, не укрытые сильным ментальным блоком. И их желание спровоцировать меня на первый удар – не стало для меня секретом.

— Что-то я тебя раньше у дворца Наир не видел, — озвучил мне в спину их лидер, когда я уже подходил к воротам в наш парковый комплекс.

Остановившись, я повернулся и спокойно произнёс:

— Я не обязан отчитываться перед каждым, кто следит за нашим домом.

— Его не было видно, потому что он из этих, — второй паренёк сделал распальцовку, одновременно указательным и средним пальцем указав в свои карие глаза, при этом скорчив рожу с языком на бок.

— А-а, бракованный… — рассмеялся их заводила, поморщившись, словно его затошнило. Тёмно-синие волосы юноши были забраны в небольшой хвост, а пара коротких локонов, имеющих чёрный цвет, спускалась на лицо.

— Так-то на оскорбление тянет, — сузил я взгляд, прекрасно понимая, что они намекают на то, что я бывший гетерохромный. Бракованный, значит? Специфическое определение в их кругах ходит, узнать бы ещё: насколько это распространено?

— И что ты сделаешь? Саю Элерану нажалуешься? — вступил в разговор ещё один собеседник, обладатель серых волос и самого высокого роста из их компании.

— Зачем? — я поднял руку, и по пальцам скользнул тёмный туман. — Мне хватит и своих умений, а за драку уже отвечу перед отцом. Тогда и расскажу, что какие-то Тар вздумали слухи про нас распускать.

— Ну, допустим, я – Ард, — не повёлся синеволосый. Я же никак не отреагировал на его ответ. Вряд ли он из могущественных фамилий, те всегда следят и за собой, и за детьми. Выглядят, как паиньки, но способны устроить локальную катастрофу с многочисленными жертвами.

— Идём, Тор, — потянул его за рукав самый младший, — это не стоит того, им же всё простится, а нас от учебы отстранят. Опять…

— Пф, и правда, а я всего-то хотел дать Аламей возможность стать Ард, раз её дед не может с этим справиться, — напоследок кольнул он, отворачиваясь.

— Ммм, воздухом свежим потянуло, — негромко бросил ему в спину, когда расстояние между нами увеличилось. Не удержался.

— Ах, ты, падаль! — развернулся он, бросаясь на меня с перекошенным лицом и формируя в ладони клинок из сгустка зелёной магии. Ох, кажется, я случайно прошёлся по какой-то больной для него теме.

Я постарался, чтобы ни один мой мускул не дрогнул, и выставил свой лучший щит, не забыв сделать его максимально невидимым, и с удовольствием понаблюдал, как парень в него впечатался, разбивая себе лицо.

— И что тут творится? — у ворот появился отец Мей.

— Отваживаю навязчивого поклонника, который очень хочет сделать Аламей представительницей Ард, — ответил я честно.

— А-а, — протянул понятливо Юстан, — как понимаю, вы уже закончили? Сай Аэтор ард Варэкви, я вынужден уведомить вашего отца, что вы водитесь с компанией, которая понижает вашу благонадёжность.

— Не нужно сообщать отцу, я уже ухожу, — ответил парень, поднимаясь с дорожных плит и не забывая зажимать пальцами нос. Надеюсь, что лечение потребует от него достаточно усилий.

Мы молча проводили компанию взглядами и поспешили уйти в дом.

— Опять у них обострение, — вздохнул Юстан, — но в этот раз они явно переборщили.

— Как здесь с дуэлями? — очень кстати вспомнил я о решениях подобных проблем. Хотя данный конфликт меня больше насмешил, так как я понимал, что навредить мне никто из этих дуралеев не смог бы.

— Это развлечение не для аристократов. Сам же понимаешь? — увидев мой кивок, саиф продолжил: — Мальчишке влетит от отца, я не намерен скрывать подобное девиантное поведение от семьи, что с таким трудом завоевала для себя новый статус. Вряд ли он тебя ещё хоть раз побеспокоит.

Мей же, услышав вечером от меня о коротком конфликте, со смехом пояснила, почему Аэтор так отреагировал на мою фразу. Около года назад ему пришлось отрабатывать навыки лечения на больных диареей коровах, и так как сил на магическую очистку к вечеру ему уже не хватало, и он всегда возвращался грязным в общежитие у города, где проходила практика, и потом ещё часами пытался смыть этот запах. Но Аламей всё равно считала его достойным лекарем, ведь он не сдался и завершил работу до конца. Но некоторые из воспитанников Шин всё равно использовали этот эпизод как повод, чтобы уколоть саифа.

Хе-хе! Коров жалко… Тора – нет!

***

Как послушника Анарен, меня обязали дважды в неделю служить в столичном храме и наблюдать за работой других жрецов. Также отец стал брать меня в свои поездки по стране, связанные с его будничной работой. Ничего фееричного в его дне не было: обычные инспекции храмовых зданий, разговоры с жителями городов и поселений. Иногда он спрашивал, не чувствую ли я что-либо, находясь поблизости с саифом, и учил определять малейшие грани настроения и психического состояния.

В одну из таких командировок я впервые увидел мёртвого саифа, которого жрецы готовили к кремации, и был крайне поражён тому, насколько тела этой расы меняются после смерти. Словно из них уходят все оттенки красок, и даже волосы, и те кажутся прозрачными.

— Вместе с жизнью и душой тело покидают силы, — озвучил я фразу, что встретил однажды в книге.

— Когда ты видишь, что тело становится словно бесцветным – анерси уже не поможет, — предупредил меня отец. — У нас есть не так много времени, чтобы вернуть умершего, не считая того, что всех вернуть мы просто не можем. Иногда приходится делать тяжёлый выбор. Но сегодня всё проще – он устал жить… Так бывает.

Печально, когда подобное происходит, ведь он выглядел так молодо. Это напоминает мне недавний случай нашей совместной работы с молодой женщиной, пережившей расставание. Тогда я впервые ощутил, как кто-то жаждет смерти, но не чужой, а своей.

Глядя в её потухшие зелёные глаза, я не находил слов утешения для этой души, ведь сам я был счастлив.

— Милая сая, — взял её за руку Элеран и накрыл тонкие пальцы второй ладонью. — Поверьте на слово почти тысячелетнему: вам всего тридцать, и никто не знает, кроме пророков, как может сложиться ваша жизнь. Поезжайте в Ресаран, там вы узнаете свой путь.

— А если я не хочу искать? — робко вымолвила саифа.

— Может, вы скажете, как его зовут? — подал я голос, привлекая внимание. — С удовольствием набью морду тому, кто играет с девичьими сердцами.

— Что вы?..! — ахнула она, впервые проявляя яркую эмоцию. — Как же… он же…

— Значит, его вам жалко, а себя нет? — склонил я голову к левому плечу. — Его поступок отвратителен, раз он не нашёл слов, чтобы объяснить причину своих действий и успокоить вас. Вы должны злиться на него, а не пытаться наложить руки на себя.

— Я… я не могу… я люблю его… — залепетала саифа, сдерживая всхлипы.

— Сая Далира, вы ожидаете, что он пожалеет, когда узнает о вашей гибели? — посмотрел в её глаза мой отец. — Это очень наивно, вы никогда уже не узнаете, как изменится жизнь вашего возлюбленного и близких после вашей смерти. Танец в чертогах Анарен полностью поглотит вас.

— И пусть, — смахнула она слёзы. Я снова ощутил её злость вперемешку с безнадёжностью.

— А может, лучше показать танец в реальности? — снова начал давить я. — Чтобы он понял, кого потерял?

— Никому я не нужна! Никто не позовёт меня на танец!

— Вы этого не узнаете, пока не посетите бал. Ведь вы приглашены, сая?

— Да, но…

— Пообещайте, что будете там, — я видел, как Элеран влияет на неё, очень осторожно, филигранно, стараясь, чтобы саифа ничего не почувствовала.

— Я…

— Обещайте, сая!

— Обещаю, — еле слышно молвила она, уже не сдерживая слёз.

Верховный жрец Анарен обнял саифу и позволил ей выплакаться, поглаживая её по лазуревым волосам. Я же, стоя в стороне, наблюдал клубы тёмного тумана, окутывающие ничего не подозревающую женщину. Когда он схлынул, сая уже уснула. Подняв её на руки, Элеран вынес девушку из гостиной, передавая в руки перепуганного отца.

— Всё в порядке, сай Эздан, но до бала следите за ней. Я передам информацию пророкам, они поищут решение.

— Благодарю, сай! — склонил голову мужчина. — Я уже не знал, что делать, она ото всех шарахалась. Пойду, уложу Далиру и сообщу жене. Ещё раз спасибо! Я снял помехи с дома, вы можете телепортироваться.

Мы коротко поклонились и исчезли из особняка ард Линей. Бал, о котором упоминалось в разговоре, был посвящён дню рождения ансари Динади Асэль, и мы также планировали его посетить.

Но до этого времени я успел плотно поработать и получить первую в своей жизни зарплату. Правда, для этого мне пришлось кое-кого воскресить, так как обычно послушники могут рассчитывать лишь на пожертвования, переданные лично в руки. А вот любое применение анерси оплачивалось согласно потраченным силам, а точнее годам, ведь возвращение разумного стоит дороже, чем птички и прочая живность, на которых я тренировался.

За неделю до бала отец сорвал меня с обеда, проходящего в столичном доме Наир, и переместил в Кан-Тарен, в одну из мастерских, где вокруг лежащего на столе саифа хлопотали несколько мужчин и женщин, пытаясь закрыть отвратительную рану со стороны правого лёгкого. То, что пациент был мёртв, угадывалось с первого взгляда.

— Сай Наир, — облегчённо произнёс саиф с волосами цвета мёда. — Вы быстро, мы всего пару минут назад сообщили в Храм. У нас несчастный случай, артефакт взорвался при напитке силой!

— Сын, — Элеран чуть подтолкнул меня ладонью в спину.

Подойдя к столу, и стараясь не обращать внимание на рану, я коснулся рукой шеи светловолосого мужчины и прошептал:

— Анарен, услышь и помоги!

Вокруг меня сгустились тени, и я услышал приятный и знакомый женский голос:

— Сколько, мой дорогой послушник?

— Что? — произнёс вслух, заставляя окружающих удивлённо переглянуться. Это слышу только я?

— Ах, твоё первое воскрешение разумного? Интригующе. Так сколько же ты готов отдать за него?

— «Я… не знаю», — ответил честно и теперь уже мысленно.

— Что ж, тогда я предложу цену, ведь минуты идут, пока ты колеблешься. Пять лет жизни…

— «А можно три?» — уточнил осторожно.

— Ахаха, достойный сын моего Верховного! Он тоже всегда снижает цену... Но запомни, мальчик! Убавить можно лишь раз, и ошибиться при этом нельзя. Переборщишь, и я возьму больше, чем просила в первый раз. Забирай!

Я ощутил, как в тенях рядом со мной медленно заскользила душа. Настойчиво потянул её к телу и погрузил в сердце саифа, словно делал подобное не в первый раз. Жизнь забилась в моих руках: такая хрупкая и нежная… Того и гляди ускользнёт снова! Я запустил целебные чары, начиная стягивать края раны… И замечая, как кто-то другой встал рядом и возложил руки на грудь мужчины. Повернув голову, я встретился взглядом с незнакомым жрецом Шин.

— Спасибо, — он благодарно кивнул мне, продолжая мою работу.

Так необычно, он просто начал плести кружева вокруг моего заклинания, усиливая его и запуская новые функции. Пользуясь тем, что меня не прогоняют, я старался запомнить незнакомую технику. Обычно чары наслаивают, если они от разных создателей, но, видимо, есть способы лоскутного плетения, так сказать.

Когда наш пациент очнулся, все облегчённо выдохнули.

— С возвращением, хвала Анарен и Шин! — улыбнулись ему саифы.

— Я умер? — ошеломлённо произнёс он, даже не пытаясь сесть или пошевелиться. Явно с опытом ранений мужчина.

— Да, мастер Ваорис, ваша последняя разработка оказалась с подвохом, — объявил мой отец, рассматривая то, что осталось от небольшого медальона. — Вы сами его делали?

— Сам, мне никто не помогал, даже Оливия не привлекал... Явно ошибся где-то.

— Что ж, будем надеяться, что ошибок в вашей жизни больше не будет. Но образец я, пожалуй, заберу, если вы не против?

— Полагаю, в ближайшее время он мне не понадобится. Благодарю за возвращение к жизни и помощь! — он прижал руку к груди, размазывая пальцами кровь по разорванной ткани рубашки.

Мы остались на обед, так как дома я успел съесть только суп. Постепенно в мастерской становилось всё больше народу, прибыла в том числе супруга почившего и воскресшего. Принесла ему одежду, а для нас – вкуснющих пирожков. Разместившись на кухне, я подъедал запасы, чувствуя непривычный холод в груди. И пытался осознать, что потратил на незнакомого для меня саифа целых три года жизни.

— «Отец, — позвал я мысленно, — а три года, это много или мало?»

Для меня было существенно, всё же я пока не мог оценить запас лет своей новой жизни. Другие жрецы рассказывали, что в какой-то момент начинаешь чувствовать свой предел и можно вести настоящий подсчёт: сколько тебе осталось до прекращения использования анерси, а точнее её воскрешающей грани.

— «Я бы сказал, почти даром, он из семьи аристократов, пусть и многочисленной».

— «Почему их жизнь стоит дороже?».

— «Из-за силы, чем могущественнее душа, тем сложнее её вернуть. Считается, что если Ард умер, то сам виноват, с Тар богиня даёт больше послаблений. С тебя запросили цену, как за достаточно сильного, но всё же простого жителя Саифии. Возможно из-за того, что это твой первый случай. Анарен милостива».

— «Сколько же стоит душа сильнейших?»

— «Воскрешение ансар Аскерия обошлось мне в двести сорок лет, — пожал плечами отец, спокойно продолжая жевать пирожок с мясом. — Моя супруга, мама Мираны, отдала жизнь за возвращение ансар Аридия. Она вообще себя сожгла духовно на войне, и так уж вышло, что ансар стал её последним подвигом».

— И ты совсем не злишься? — произнёс я вслух, в очередной раз радуя отца подобным обращением.

— Если только на себя, что не остановил её, когда был шанс, — Элеран тоже не стал возвращаться к мыслеречи. — Она могла бы остаться при Храме, перестав пользоваться анерси, и прожить ещё несколько сотен лет… возможно, родить ребёнка, у нас были шансы.

Печаль отца я ощутил почти как свою. Сложно не винить себя, когда ты столь могуществен. Он ведь по силе в стране второй после асар, даже чуть сильнее наследника престола. Слова поддержки не лезли на язык, а потому я просто постарался передать своё желание помогать ему и семье. За что удостоился искренней улыбки. Верховный жрец редко позволял себе проявлять эмоции внешне, и даже такая малость меня радовала.

И вот уже на следующий день, я, получив вексель на неприличную сумму, открывал в банке счёт на своё имя. Помочь в этом мне вызвался Юстан, он подсказывал мне, как заполнять бумаги, не забыл забрать у отца моё удостоверение: небольшую книжечку с данными об имени, семье, месте рождения, моим миниатюрным портретом и оттиском ауры на серебряном вензеле обложки из красной кожи. Даже не знал, что у меня такое есть.

Обналичив часть денег, я спросил у Юстана, что я могу подарить его дочери перед балом. Теперь-то у меня был свой капитал, это тебе не карманные деньги, которых хватит разве что сводить Мей в кафе или порадовать коробкой сладостей. Мужчина вздохнул, задумался и предложил особо никуда не уходить со скалы Иваллон и проследовать к одному из ювелирных магазинов на соседней улице, по дороге осторожно намекнув, что дочь планирует выход в фиалково-синем платье.

Магазин находился на первом этаже четырёхэтажного дома. Внутри оказалось просторно и светло, сияние драгоценных металлов и камней притягивало взгляд, а незаметные продавцы были готовы подойти по первому же сигналу. Побродив между стеллажей и стоек, я добрался до заколок, где сразу же приметил серебряный гребень, украшенный камушками в виде черники в окружении зелёных листиков.

Здесь не было стеклянных дверец и замков. Подходи, бери, примеряй, любуйся в зеркало… Но не пытайся вынести без оплаты!

Осторожно сняв заколку с бархатной подушечки, я осмотрел её со всех сторон, немного подковырнул ногтем, проверяя крепления ягод. Ощутил, что украшение вполне можно превратить в артефакт: внутри уже были готовые для этого плетения, способные помочь даже не самому опытному магу.

— Простите… — позвал я.

— Да, сай, готов вам помочь, — ко мне подошёл один из консультантов.

— Озвучьте цену, пожалуйста, — и указал взглядом на заколку в моих руках.

— Три тысячи шестьсот восемьдесят арсени, сай, — увидев, как взлетели мои брови, саиф стал пояснять: — Это белое золото. Листья и черника: берилл и сапфир соответственно. Изделие руки мастерицы Каэтэль, эльфийки из рода Миасс.

Я оглянулся на Юстана, получая подтверждающий цену кивок. Что ж, стоимость явно в разы больше, чем я рассчитывал, но всё же мне теперь по карману. Я получил за воскрешение саифа почти сорок тысяч, огромные для меня средства, и пока слабо представлял, куда могу их потратить. Однако ранее, в свободное время бродя по магазинчикам, я встречал красивые серебряные заколки всего за сотню арсени, а то и меньше. Такая разница поражала!

— Я готов её купить, надеюсь, футляр предусмотрен в комплекте? И у меня нет с собой нужной суммы, но она есть на моём счёте в банке.

— Конечно, сай, это частый случай, — чуть поклонился продавец, забирая гребень из моих рук и направляясь к столику в углу. — Присядьте, пожалуйста, вам принесут чай, а я пока всё оформлю и подготовлю бумаги. Позвольте узнать ваше имя?

— Аскурр тар Наир, — ответил я, размещаясь на алом диванчике. Юстан опустился на соседний, делая вид, что он здесь скорее как сопровождающий. Вежливость – девиз всех продающих, и поскольку мой спутник не проявляет желания к разговору, его и не тревожат.

— Очень рад, что семья Наир выбрала наш магазин. Нужна ли записка, чтобы вложить в футляр? Изготовим на бархатном листе бумаги в кратчайшие сроки... Вы не успеете даже допить чай!

А напиток как раз принесли и поставили перед нами на столик. Одной из граней сознания я оценил дорогой, полностью серебряный комплект сервиза, из которого нам предложили испить чай. В нескольких тарелочках также лежали сладости на выбор. Приятно, когда тебя ценят и явно ожидают, что мы будем возвращаться в салон не один раз. Что ж, следует ответить на вопрос, пауза немного затянулась:

— Полагаю, да… Белая бумага, изумрудные чернила. Для Аламей… — я чуть задумался и прибавил, — с любовью…

— Будет исполнено, — снова поклонился консультант. — Отдыхайте, я скоро вернусь.

Одна из помощниц налила нам чай, уточнила пожелания по сливкам и сахару, исполнила всё в точности и поспешила отойти, чтобы не беспокоить нас. Отец Мей неторопливо помешивал сахар в чашке, я же с некоторой нервозностью уже делал первый глоток, косясь на задумчивого мужчину. А собственно, чего я опасаюсь? Тиссенэвей в шкафу не спрячешь, и связь душ будет всё крепче и крепче. Пусть привыкает, что я буду рядом с ней и что это никак не изменить. Осталось понять, как не огорчать Аламей, а то девчонки такие обидчивые! Слово не скажи или, наоборот, неудачно промолчи, и вот ты уже бесчувственный чурбан.

Всего через пятнадцать минут мы неторопливо шагали в сторону дома. Я, пользуясь случаем, любовался городом, его широкими улочками, пышными вечнозелёными садами и, конечно же, домами. Удивительный город, любимый и лелеемый его жителями и гостями. В основном большинство горожан предпочитало передвигаться по нему пешком, но это не значит, что на дорогах было невозможно встретить всадников или кареты, при этом в малонаселённых кварталах они оставались редкими гостями.

Поэтому увидеть целый кортеж из карет, направляющихся на нашу скалу, было неожиданно.

— Соседи съезжаются к балу, — пояснил Юстан.

— А в прошлый раз я такого не видел, — задумчиво проводил взглядом белоснежные экипажи, запряжённые златогривыми жеребцами.

Надо же, следуют без кучера и даже без вожжей. Кто укрывается за воздушными серебристыми шторами, совершенно не видно с той стороны, где нас застало их прибытие. Мы как раз подходили к мосту на скалу.

— Это эльфы, они не участвуют в весенних балах. У них в этот период – Цветение Великого Древа. Несмотря на то, что они уже больше двух веков как перевезли вместилище младшего бога, оно всё ещё нуждается в ряде ритуалов.

Эльфы? Ещё ни разу вблизи не видел, надо будет познакомиться, только сначала поспрашиваю, чего мне ожидать от разговора с ними.

Дома я ощутил только ауру Аламей, которая, очевидно, раньше обычного времени вернулась из квартала Шин. Юстан, сославшись на дела, поспешил в свои комнаты, я же начал подниматься по лестнице, испытывая лёгкое волнение. Впервые дарю что-то настолько ценное не менее дорогой для меня девушке.

Постучавшись и дождавшись ментального отклика в голове, я открыл дверь, проходя в кабинет и далее в гостевую комнату.

— Доброго дня, Аскурр, — встретила меня красавица в длинном белом платье, — извини, утром убежала до завтрака, не успела тебя увидеть.

— Доброго дня, Мей. Всё в порядке, я понимаю. Что-то серьёзное было?

— Мелочи, один из горожан умудрился сломать ногу, перевалившись через бортик фонтана. Вина перебрал, естественно! А поскольку это мой пациент, вот и вызвали. Не первый раз такое устраивает, и как он ещё не разорился? Ладно, — она махнула рукой, — не будем о будничном. Смотри, у меня нэвика дала третий усик, а считалось, что это невозможно!

Она подбежала к одной из кованых подставок для цветов и ласково погладила самое верхнее растение, у которого были весьма необычные цветы: белые, пышные, с голубой линией по краю лепестка.

— Ты молодец, — я подошёл к ней и ласково погладил по спине. — Прости, я совершенно не понимаю саму важность момента.

— Здесь всё просто: каждое растение даёт два усика за всю жизнь и первое отпускает лишь на третий год. Я уже молчу про случаи, когда цветок не выживает до этого времени. То есть сделать сад из нэвики не просто дорого, а практически неосуществимо! Мой дал третий усик на пятый год, хотя ранее считалось, что после второго усика растение умирает к концу осени.

— Тогда – у тебя превосходный талант, — мне не сложно похвалить, а ей приятно.

— Спасибо, — она коснулась головой моего плеча и неожиданно спросила: — А что ты прячешь?

— Заметила? — улыбнулся в ответ.

— Слишком сильно уводишь руку за спину, — хихикнула Аламей, чуть поворачиваясь и смотря мне в глаза, даже не пытаясь подсмотреть.

— Твой подарок, конечно же…

Я медленно вытащил из-за спины футляр и представил на суд девушки. Мей осторожно провела пальцами по узору бархатной шкатулки, изучая завитки и, похоже, даже рисуя ноготком отдельные элементы.

— Можно? — всё же уточнила она, начиная поддевать крышку.

— Да, — ответил я, чувствуя прилив смущения. Ведь внутри была та самая записка! И что с того, что я уже говорил вслух о своих чувствах, ведь письменно я признавался впервые!

Саифа откинула крышку, и её губки выдали восхищённое «О».

— Красота какая… — молвила Аламей, беря гребень в руки и тут же бросаясь к зеркалу. — Ас, это просто лучшее украшение для моего бального платья! Нужны только туфли в цвет листьев, но я найду… У мамы точно была такая пара!

— Я старался, — не говорить же ей, что нашёл заколку в первом же магазине?

— Спасибо огромное! — она подскочила ко мне и быстро чмокнула в губы.

Потом посмотрела на моё немного огорчённое лицо, рассмеялась и поцеловала уже по-настоящему. Даже дыхание перехватило от эмоций, что шли от девушки. Оторвавшись от меня, Мей подняла руку, чтобы вернуть гребень в футляр…

И заметила записку…

Мне срочно нужен кислород, не могу сделать вдох!

Словно недвижимая статуя, я наблюдал, как она берёт бархатный листок в руки. Как прежняя радость на её лице сменяется чем-то более ярким и глубоким.

— Для Аламей… — прочла она с придыханием, — с любовью… — снова подняла на меня взгляд. — Ас?.. — в её глазах возникли слёзы.

Я что-то сделал не так?!

— Нет, — она услышала мою мысль и замотала головой. — Прости, я просто, — Мей ещё раз взглянула на записку. — Я… просто не ожидала её здесь увидеть. Я так рада…

— Я хочу, чтобы на балу ты чувствовала себя самой красивой и любимой, — ответил я, помогая ей разместить гребень на подушечке.

— Теперь это не сложно, я буду вспоминать о твоей записке каждую минуту праздника.

— Обещаешь? — чуть наклонился к ней, смотря в такие красивые голубые глаза.

— Обещаю, — она снова потянулась ко мне, и я просто не мог ей отказать.

***

На самом деле только на втором балу я стал понимать многие правила, царящие на мероприятии. Во-первых, на него не так-то просто было попасть. Даже наша семья присутствовала не на каждом балу, а приглашали нас достаточно часто в сравнении с остальными родами. Работу отца и Мираны я, правда, не учитывал, они инкогнито присутствовали на всех празднествах, где их не было официально. Во-вторых, даже получив приглашение, не факт, что гостю удастся станцевать танец в главном зале, что уж говорить про личный разговор с правящей династией! Даже возможность переговорить с одним из советников дорогого стоила. Замолвить словечко за себя, за семью, за свой город… Предложить подарок за хлопоты.

Для меня и Мей это был именно праздник, а вот для многих – шанс на решение их проблем. В этот раз, сопровождая девушку по дворцу, я подмечал группы саифов, которые занимались переговорами, видел эльфов, что также преследовали свои цели, и всё это в декорациях ничего не подозревающей веселящейся молодёжи.

В одной из бальных зал мы пересеклись с компанией эльфов, где на нас сразу же обратила внимание одна из девушек в длинном летящем золотистом платье. Она мягко заскользила в нашу сторону, не давая нам и возможности уйти от разговора без нарушения этикета.

Красивая, чуть выше Аламей ростом, с тонкой талией, изящные длинные ушки украшены причудливыми каффами, голубые глаза смотрят на нас интересом. Волосы эльфийки были приятного медово-орехового цвета, убраны в замысловатую причёску из множества кос. Последнее время я стал выделять время на запоминание названий нестандартных оттенков и самых разных вещей, и теперь мог не ударить в грязь лицом, определяя модель платья или предмет интерьера. Напридумывают женщины, а нам потом отдувайся и делай вид, что нам так же, как и им, интересно.

Однако вернёмся в реальность. Разговор начала не сама девушка, а другой эльф, который подошёл к нам следом: длинноволосый блондин с приветливой улыбкой на лице.

— Светлого вечера, сай, сая, — поприветствовал он нас. — Я Тайлен илир Нэесе. Позвольте представить вам Иримэль алир Эдоен, принцессу эльфийского леса, внучку владыки Неллоэса Мирима илир Эдоена.

— Очень приятно, илий, элия, — обозначили мы поклон. — Я Аскурр тар Наир, это моя спутница – Аламей тар Наир.

— Рада с вами познакомиться, — голосок у принцессы оказался очень приятным и звонким. — Простите, что отвлекла вас от вашего пути, сай и сая, но я увидела кое-что в вашей ауре… и мне стало любопытно.

— Полагаю, вы о Тиссенэвей? — уточнила Мей с лёгкой улыбкой. — У нас действительно есть связь душ, однако пока мало кто может её видеть, поэтому выражаю уважение вашему магическому взору.

— Благодарю, — спокойно приняла она комплимент. — Я не буду вас задерживать разговором, вижу, что вы направлялись в другой зал. Позволите пригласить вас в посольство на следующей неделе? Обещаю не быть навязчивой, но я мечтаю узнать о Переплетении душ больше. Если вы не против?

— Мы соседи, — ответил я, почувствовав согласие моей девушки, — поэтому будем рады познакомиться поближе, элия Иримэль.

Завершив разговор очередным обменом любезностей, мы разошлись дальше блуждать по бальным комнатам. Бал уже начался, но в этот раз нам не хватило места в главном зале, и мы ожидали пятого танца, чтобы блеснуть на виду у всех. В малых залах также проводились танцы, но мы пока их пропускали, ввиду моей неопытности в этом умении.

Наконец мы смогли прорваться в главный зал и закружили по замысловатому рисунку в числе других пар. Мей мысленно щебетала, снова рассказывая мне о тех, кто был вокруг нас и кого она знала. Я тоже смог ей рассказать кое о ком. Весьма удивлён был увидеть в числе вальсирующих Далиру ард Линей, улыбающуюся своему партнёру. Что ж, рад, что больше не чувствую исходящего от неё желания покончить жизнь самоубийством. Высокий синеволосый саиф уверенно вёл свою спутницу и, казалось, совершенно никого не замечал, но успевал избежать любых столкновений на пути движения их пары.

— «Это Картис ардей Эвен, — сообщила моя возлюбленная, — тоже бывший гетерохромный, он, кстати, с даром пророка».

Ого! Саифы увели у имиротцев целого пророка?! Или дар проявился только после превращения?

— «А как наследуются фамилии, если тебя приняли с приставкой ардей или тарей?»

— «Не особо в курсе, но вроде их дети уже получают приставку без признака приёмного члена семьи. И если состоялся брак, то обращение также меняется. Как у ансари Эвелин».

— «А она не бывшая гетерохромная, случайно?» — осенило меня. Вот это был бы сюрприз!

— «Не знаю, — задумалась Аламей и оступилась. Я поддержал её, не давая сломать рисунок танца. — Но если и так, то это тайна, искать подтверждение которой совершенно бессмысленно и опасно».

— «Тогда не будем об этом думать», — принял решение за нас обоих, чуть обнимая девушку и поднимая в невысокую поддержку. Позволяя ей ощутить короткое чувство присутствия на карусели. Некоторое время назад мы с Мей катались на двухъярусном аттракционе, расположенном в квартале Дравис, и остались весьма впечатлены новинкой.

Мелодия завершилась… Поклонившись друг другу, мы последовали на выход из зала, чтобы уделить внимание лёгкому перекусу. В гостевых комнатах можно было отужинать с полной переменой блюд, но пользовались подобной возможностью не все. Мы же, утолив лёгкий голод, ушли в одну из малых бальных зал, чтобы продолжить развлекаться, насколько это было возможно в рамках мероприятия. Следующий наш танец в главном зале должен был быть почти через час и это время стоило потратить с пользой.

Мы пообщались с гостями, с которыми были знакомы, приобрели несколько новых связей, даже обменялись последними новостями с одним из членов семьи ард Аурр, которые так же, как и мы, ожидали скорейшего возвращения посольства из гномьего королевства. Их миссия продлилась дольше запланированных трёх месяцев, увы, но так уж сложились обстоятельства. И нам оставалось только ждать и верить, что на последних этапах их путешествия с ними ничего не случится.

— Устала? — спросил у Мей через десяток минут.

— Да, мне бы причёску поправить, — ответила она, имея в виду совершенно другое.

— Я провожу тебя.

Под руку мы вдвоём направились к одной из дамских комнат. Пользуясь своей способностью, я подобрал свободную в дальнем коридоре. Аламей, благодарно коснувшись губами моей щеки, скрылась за дверью.

Практически сразу до моих ушей донёсся удивлённый возглас. Дёрнув дверь, я ворвался внутрь и застыл, наблюдая розовое облако посреди комнаты… Когда цветная пыль опала на ковёр, я увидел саифу, закрывшую лицо руками.

— Мей, ты в порядке? — взволнованно произнёс я, осматривая её порозовевшие локоны.

— Да, это, похоже, глупый розыгрыш, — отняла она руки от лица и осмотрела себя. Коснулась пальцами завитых локонов. — Магический. У меня нет нейтрализатора. Надо сбегать к стражам. Подождёшь меня?

— К чему такая срочность?

— Сая Динади… она не любит… — и показала на свою голову.

— Что за странные пунктики? — а ведь и правда, я не встречал во дворце никого с розовым цветом волос…

Отвечать девушка не стала, обогнула меня и побежала по коридору в сторону служебной лестницы. Какое-то время я тупо стоял, пытаясь понять причины странного поведения старшей ансари, но немного времени спустя всё же решил догнать Аламей. Её ауру я чувствовал, а потому уверенно спускался по лестницам и сворачивал на поворотах.

Каково же было моё изумление, когда за одним из них я увидел мою Тиссенэвей в обнимку с другим мужчиной…

Эльфом…

Но что-то было не так…

Это я понял сразу: по обвисшим кистям Мей и чуть откинутой голове, которую незнакомец поддерживал не слишком нежно… а прямо за волосы!

— Отошёл от неё! — рыкнул я, выступая из тени.

Он вздрогнул и буквально отшатнулся назад. Аламей осела по стене на пол, а мой взгляд приковал окровавленный нож в руке этой твари…

Следующие мгновения я не помню. Всё затмила тьма!

Когда зрение вернулось ко мне, я продолжал раз за разом всаживать кинжал в тело этого чудовища, посмевшего поднять руку на мою драгоценную Саари. Кровь покрыла щедрыми брызгами мои ладони и одежду, а эта сволочь всё не умирала!

Да когда же ты сдохнешь?! Хватит смотреть на меня с таким злорадством!..

Два удара и смотреть ему больше нечем!

Спиной ощутил эманации смерти. Мей?! О, нет! Я кретин!

Оставив нож в левой глазнице врага, я бросился вперёд, но был тут же отброшен сырой силой в дальний конец коридора. Пока приходил в себя и по стеночке добирался назад, народу прибавилось. У ниши со статуей стояла нахохлившаяся недовольная сая Динади: её окружали четверо стражей и были готовы по первому же сигналу эвакуировать принцессу. С другой стороны коридора в нашу сторону шагали асар и пара советников, а рядом с Аламей на корточках сидел Элеран и держал в руках её ладонь… И его выражение лица мне не нравилось. Что не так-то?!

Наконец он встал и с размаху врезал кулаком в стену…

Неужели?! Нет-нет!!

Я рванул вперёд, но меня по незримому сигналу ансари тут же перехватил сай Митрас, один из стражей. Почему?! Ведь я могу помочь! Не пожалею жизни!

— Первый круг, ко мне! — за считанные секунды вокруг отца возникла группа из пяти саифов. — Попробуйте вы.

Трое мужчин и две женщины опустились у тела Мей и положили на неё свои руки.

— Верховный… — выдохнула женщина с лимонным цветом волос, — цена непомерно…

— Сколько?

— Три тысячи шестьсот восемьдесят лет…

Что?! Цена, как за заколку, что я подарил, но в годах?

Это что, шутка?! Издевательство?! Я зарычал, пытаясь вырваться, прикладывая даже магические силы. Я вообще-то Наир, какой-то ард Каис меня не удержит! Асар, стоящий неподалёку, бросил на меня взгляд, чуть повёл рукой, и я словно утонул в патоке энергии. Настоящая клетка из чистой магии!

— Клинок благословлён, хотя скорее осквернён чужим богом, душа улетает в его чертоги, — недовольно морщится уже знакомый мне сай Крисар, осматривая рукоять в черепе убийцы и опасаясь её касаться. А ведь я трогал эту пакость руками! Возможно, это частично объясняет моё помутнение рассудка? Я ведь мог сразу применить анерси, а не размахивать отнятым кинжалом. Потерял драгоценные секунды! Придурок! — Быть может вы…

— С меня, как с близкого, она требует все пять, — качнул головой Элеран, запуская руку в волосы и разрывая пальцами ленту, что поддерживала длинный хвост.

— Пустите меня!! — закричал, не жалея связки.

— Думаешь, с тебя попросит меньше? — отец повернул ко мне голову, в его глазах застыла печаль и боль.

— Мне плевать, ты же знаешь! Знаешь же!! — рвался я вперёд.

Верховный жрец Анарен шагнул ко мне и некоторое время смотрел в мои глаза, находя в них лишь всё увеличивающееся помешательство.

Я чувствовал, как она уходит, её сердце молчало, и моё не хотело биться вслед за ним!

Сая Динади чуть повела плечами, и этот жест не укрылся от Элерана. Он тяжело вздохнул и посмотрел на короля. Их обмен взглядами остался позади моего внимания, ведь я почувствовал, как потоки силы вокруг словно расходятся, выпуская меня из плена. Одним прыжком я оказался рядом и коснулся лбом остывающего лба Мей, провёл ладонями по почерневшим венам на белоснежной шее, что были охвачены проклятьем.

— Думаешь, я дам тебе уйти? — прошептал, касаясь губами её уст. Холодные, но всё ещё мягкие, я верю, у меня получи…

— Мальчик думает, что справится? — перебила мою мысль Анарен, чьё присутствие я ощущал с самой первой секунды смерти моей любимой.

— Она утянет меня следом, или же я смогу вернуть её назад. Вы ведь связали нас, так воспользуйтесь этой связью! — возопил я, совершенно наплевав на всё увеличивающееся число свидетелей, прибывающих в коридор.

— Она может оборваться… Ты готов потерять её любовь? Оставаясь при этом любящим?

— Готов!

— Какая самоотверженность...

Я закрыл глаза, погружаясь в туман, что взметнулся вокруг нас, перемещая наши тела куда-то в другое место. Куда ни посмотри, была тьма, но где-то там, за ней, я чувствовал враждебную пустоту... И душу той, кого я не отпущу никогда…

Что ж, настала пора доказать, что наше Переплетение крепче, чем желание одного имиротского бога заиметь парочку саифских душ!

***

Маридан Виттэ Саар ард Саламандра:

Я был зол…

Был в бешенстве! Всепоглощающем!!

Увидев, как дети Наир исчезли в тумане Анарен, я взглянул в полубезумные глаза Элли, который может вот-вот потерять сразу двух наследников, и произнёс:

— Жди! Приказываю не двигаться с места! — а то ещё дел сгоряча натворит. — Я к королю эльфов!

Схватив труп убийцы, я исчез в телепорте, моментально определяя свой путь совершенно без координат. По одному желанию! Появившись в обеденной зале, прямо на столе, за которым собралась небольшая группа эльфов для ужина, я бросил в сторону коронованного, но глупого эльфа, его мёртвого подданного.

— Объяснись! Эта тварь пыталась покуситься на мою ансари! Но перепутала и убила не менее важную персону! Я тебе твой игрушечный дворец расплавлю, если кто-то из твоего ближнего окружения к этому причастен! Ты не проверяешь, кого посылаешь ко мне?!

— Мой коронованный брат, — выдохнул Неллоэс Мирим, не сводя с меня взгляда и усиленно пряча страх, но не от меня, а от своих приближённых и семьи. Я же чуял, в какой он панике, и, пожалуй, это доставило мне некоторую грань удовольствия. — Давай ты спустишься со стола, мы уйдем в кабинет и поговорим как достойные собеседники?

— Ты говоришь о достоинстве после того, что допустил? — я подошёл ближе и поставил ногу на голову мёртвого убийцы. — Этот урод не был под принуждением! Думаешь, я не знаю про твою оппозицию? Что пляшет под дудку Имирота?! Или ты разбираешься с ней, или я забуду, что одобрил ваше проживание здесь! Ты можешь запросить любую помощь для решения своей проблемы. И да, я направлю к тебе Верховного жреца Анарен, чьи дети сейчас борются со смертью. Из-за тебя! И того, что ты жалеешь не тех! Твой народ на краю гибели, а эти ублюдки, — я указал пальцем на труп, — подведут его под окончательное забвение!

— Я займусь проблемой, — подобие короля поднялось с места. — И, пожалуй, зваться правителем в этих стенах я более не смогу после твоего выступления.

— Это не балаганное представление, Нелл, — зарычал я, позволяя ему увидеть, как моё лицо исказилось в трансформации. — Я не потерплю и намёка на угрозу для моей семьи! Если сможешь также, то быть тебе и далее владыкой эльфов. Играйте дальше в своё гордое и свободное королевство на моей территории! Пока тройняшки не войдут в силу и не вернут вашему народу честь и славу. А ведь твоя внучка сегодня у нас во дворце, душегуб мог после моей девочки пойти убивать и её! И ты прекрасно знаешь, что достаточно потерять одного, чтобы лишиться всех троих! Подумай об этом, когда тебя вновь посетит мысль пощадить противника!

Наклонившись, я вытащил кинжал из глазницы смертника, давая королю осознать, что за оружие было у его подданного и ужаснуться.

— Это меняет дело, — произнёс Неллоэс, поджав губы, — теперь я понимаю твой гнев и прошу простить меня. Помощь потребуется мне уже сейчас, раз кто-то решился предать в том числе и наш пантеон.

— «Мы нашли второго! — прозвучал в голове перепуганный голос Диди. — Ликвидирован, когда шёл к Лине, никто не пострадал, Ари изъял нож. Работаю... Разреши двигаться Элли, пусть уже уходит на полуостров! Как они обходят мой дар, выясняю».

Две секунды на анализ ситуации, и я отдаю короткий приказ другу, а следом отвечаю вслух королю:

— Ситуация усложнилась, ты прав. Только что уничтожен второй убийца, также с проклятым оружием. У вас что-то назревает. Элеран Гридан тар Наир и стражи будут здесь в ближайшие несколько минут. А я пока уничтожу этот клинок и повышу шансы на выживание детей.

— Мы отправим жрецов молиться об их здравии. Я сейчас же прикажу собрать отряд из самых преданных и умелых воинов, — пообещал эльф, обмениваясь взглядом с перепуганными близкими.

Я кивнул, принимая его слова, и исчез в телепорте.

Появившись на одном из необитаемых островов, выпустил огненную ипостась. Кинжал начал плавиться в моей руке, проклятье попыталось атаковать мою душу, но надо мной развернул свои алые крылья Саа. Несколько перьев опали от взмаха и впитались в мою ауру, укрепляя её.

— Они справятся? — спросил я, поднимая голову и смотря в золотые глаза бога, что явился на мой зов в физическом воплощении.

— Всё во власти их сердец, но роль свою мы исполним с должным рвением, — ответил асс, чуть разводя руками.

— Направь их на Асталив, когда всё закончится, — попросил, наблюдая, как последние капли металла стекают с моих пальцев.

Саа исчез, не ответив на мою просьбу…

Но я знал, что она будет исполнена. Сил вам, дети!

***

— Аламей?! Я знаю, что ты слышишь! Лети на голос!.. Я здесь! Я тебя вытащу! Мей?..! Мей`Рисс, драгоценная! Я люблю тебя, Мей! Не смей уходить!.. Не смей бросать меня!

С каждой секундой я чувствовал возрастающее в груди тепло.

Она возвращалась!

Медленно, с трудом, преодолевая чужую силу. Где-то наверху над нами столкнулись сами Боги, грохот от их боя прокатывался волнами по телу и душе, но я не мог позволить себе отвлечься и испугаться. Потому что мой страх размоет путь – единственный путь, по которому сейчас может идти Мей.

Мнимые небеса полыхнули вспышкой болотного цвета, заставив меня всё же скосить взгляд. Уж слишком знакомым был оттенок, означающий, что где-то поблизости был сам Риван, разрывающий подпространство нашего пантеона. Тёмный поток энергии устремился куда-то вдаль, но наперерез ему возникло колоссальное полупрозрачное зеркало, отбившее атаку.

Только бы не зацепило шальным ударом. Воскреснуть, если наши физические тела здесь уничтожат, будет невозможно.

— Саари!.. Любимая! Я здесь! Просто лети на голос!.. Я рядом, Аламей!

Время потеряло смысл…

Каждая секунда растягивалась в часы…

Каждый её то ли шаг, то ли метр полёта делал нашу связь тоньше, неосязаемее. В какой-то момент я понял, что ещё немного, и она не выдержит напряжения, несмотря на всю её силу… Но всё закончилось до того, как случилось нечто страшное.

Самая драгоценная из всех душ оказалась в моих руках, и нас выбросило из междумирья. Цена воскрешения меня не интересовала, даже не спросил её! Куда важнее было запустить сердце и исцелить раны, остановить возобновившееся кровотечение…

С этим я справился быстро и, прижав к себе любимую, откинулся назад, ощутив спиной мягкость травы. Зрение постепенно возвращалось, но где мы находились, я сказать не мог. На небе сияли знакомые звёзды, значит, мы, по крайней мере, на нашем материке. И оба живы!

— Ас, — первое, что прошептала девушка, очнувшись.

— Я здесь, не двигайся, разбередишь рану, — быстро ответил, когда она дёрнулась. — Я не спец по исцелению. Как ты?

— Странно... Холодно и как будто меня куда-то тянет.

— Это последствия удара кинжалом, благословлённого имиротским богом. Они хотели лишить тебя возможности воскреснуть... Хотя, думаю, не тебя…

— Кажется, я начинаю понимать, почему принцесса запрещала появляться в замке с розовым цветом волос, — тихо произнесла милая, удобнее размещая голову на моей груди. — Это было так внезапно, я даже не успела…

— Тише, не стоит тратить силы, — поцеловал её в волосы, так как до лица не дотянулся бы. — Нужно поспать, и тебе, и мне. Скоро нас найдут... надеюсь.

Аламей затихла, погрузившись в сон. Несколько минут с тревогой следил за её состоянием, но всё было хорошо. Рану, конечно, следовало показать специалистам, но угрозы для жизни она пока не представляла.

А вот что со мной?

— Асса Анарен… — обратился я шёпотом, глядя в небеса.

— Ты звал, мой юный послушник?

— «Позволь узнать цену, которую я отдал за её жизнь?» — спросил мысленно, чтобы не разбудить саифу.

— Ты хотел сказать: за ваши? Ах, юный мальчик, я тоже бываю сентиментальной. Но не думай, что тебе удастся избежать платы в следующий раз. Не убережешь её снова, я заберу половину твоей жизни за её возвращение. Разорву вашу связь и буду упиваться твоей болью весь остаток твоего существования.

— Я понял вас, Госпожа.

Следует сказать отцу… Он должен знать.

— Вас не побеспокоят до утра. Набирайся сил. Здесь их в достатке…

И Анарен покинула нас, прежде, чем я успел спросить, где мы. Но вместо неё меня посетил сон, который продлился, пока на горизонте не начала играть свою музыку заря.

Моего пробуждения уже ждали: Элеран и сая Динади собственной персоной. Они сидели на траве в нескольких метрах от нас и о чём-то говорили, задействуя телепатию, но ярко выражая эмоции. Мей спала у меня под боком. Осторожно отодвинувшись, я поднялся и нетвёрдым шагом приблизился к бодрствующим.

Невежливо приземлился рядом, не сказав и слова. Вокруг нас тут же развернулся купол, чтобы мы не побеспокоили спящую. Благодарно кивнул отцу.

— Доброе утро, — улыбнулась мне розоволосая ансари. Эта улыбка была столь жизнерадостна, что я не сразу поверил, что всё ещё не сплю. — Я правда рада, Аскурр. Ты изменил моё старое видение: неповторяющееся, а потому казавшееся незыблемым, как другие, что сбылись с точностью.

— Видение?! Вы знали, что так будет?!

— Пока ты не задохнулся от возмущения, сообщу, что этот вид пророчеств относится к моей самой нелюбимой группе: неизвестные. Неведомо: кто, кого и когда. Только – как. И всё, извини, если выражаюсь слишком запутанно.

— Я примерно понял, — поспешил уверить девушку.

— Девяносто лет не знала, когда же оно исполниться. Кто бы мог подумать?..

— И всё же, я бы не наказывал мальчишку, — явно вернулся к их прежнему разговору отец, — он ведь не знал…

— Я бы его прибила, но ведь будущий декан одного из факультетов академии в Имироте! Отличный причём!.. И такая зараза!

— Кто это сделал?!

— Потом скажу, — повернул ко мне голову отец, видя, как меня охватывает ярость. — Когда ты немного остынешь.

Я часто задышал, справляясь с эмоциями. И мой разум только несколько секунд спустя ткнул меня носом в фразу, что была озвучена. Они уже планируют, как распределятся должности в несуществующем пока учебном заведении? Неужели настолько уверены в своих силах?

— Отец, асса кое-что сказала мне… — я замолчал на минуту, чтобы собраться с мыслями, и сообщил им о послании Анарен.

— Любит она это дело, — хмыкнула сая Динади. — Ты веры не теряй, она всегда такая: и по голове погладить может, и эту самую голову оторвать, если неразумное дитя с первого раза не понимает.

— И не думал… — я прекрасно осознавал свою вину. Ведь если бы я сразу пошел с Мей, ничего бы не случилось. Я же потратил это время на размышления об адекватности принцессы, хотя знал уже, что она пророк, и многие её действия и приказы подкреплены чем-то большим, нежели капризами.

— Половину лет она у тебя вряд ли заберёт, — пояснил Элеран слова Анарен. — Но цена будет высокой, если внучка снова умрёт рядом с тобой. Так что спасай вперёд всегда её, не доводи до смерти, что бы ни случилось и кто бы ни был рядом в такой же ситуации. Воскрешение других явно обойдётся дешевле.

Запомню. Кивнул, подтверждая, что услышал.

— Вам придётся пожить здесь с недельку, — продолжила ансари, делая глубокие вдохи, словно наслаждаясь местным воздухом. — Пока проклятье окончательно не исчезнет из крови Аламей.

— А мы где? — я оглянулся, осматривая красивый огромный сад, в котором мы находились. Между деревьями виднелись изящные белые беседки, отдельные полянки, круг из алтарей вдали…

— Священная Асталив, гора-храм, — ответил отец. — Три раза подумай, прежде чем сказать что-либо любому, кого здесь увидишь.

Опять мне намекают на мою несдержанность? Да понял я, понял! Молчи – за умного сойдешь.

— О мирских нуждах забудь, здесь их у вас не возникнет, — продолжил мужчина, качая головой в ответ на мои мысли. — Иногда вас могут накормить, но это скорее лекарство, чем еда. Не отказывайся. Мей в курсе всех нюансов, она за тобой проследит, но пару дней её особо не тревожь, ей нужно очень много спать. Отдыхай, можешь тренироваться без меча, здесь это будет легко. Вокруг алтарей пробежку не устраивай.

— Я не ребёнок…

— Моя фраза! — радостно подняла руки вверх сая Динади и с тем же настроением выдала: — А, да, почти всех причастных мы уже убили, мя! До кого дотянулись. Элерану немного голову снесло… да, Элли?

— Не выставляй меня агрессивным перед сыном, — надо же, я что, вижу смущение на его лице?!

— А кто на Имиану пытался прыгнуть после полуострова Анс’Урр? А кто мне планы чуть не порушил? Всё должно быть в срок!

— Без парочки имперских магов тебе бы стало в разы проще. А лучше пары десятков…

— Ты Его Величество Леона ещё казни…

— Да хоть сейчас!

— Эм, — вклинился я в их диалог, — а можно поподробнее?

Ансари Динади чуть прикрыла глаза, собираясь с мыслями, и начала рассказ:

— У владыки эльфов есть племянник, Раэльсиэн, точнее был… очень страдал от участи своего народа. Винил дядюшку во всех грехах, спелся с империей… Те ему пообещали возврат какой-то там священной долины, которой остаткам их расы хватило бы с лихвой. Он собрал сторонников, они провели пару успешных интриг и решили, что пора формировать телепорт для Древа и части избранных, кого захватит магический круг в их городе, однако энергии им не хватило. Им пообещали мощный накопитель за убийство меня и сестры. Про связь душ наши враги знают, — она чуть прищурила один глаз, но не стала напоминать вслух, благодаря кому Имирот получил эти данные. — Если бы получилось, Аскеру пришлось бы делать то же самое, что и тебе. Корабль с накопителем мы, кстати, потопили, но камушек упустили, ещё аукнется. Впервые встречаю корабль – слепое пятно, имиротцы прямо с него отдавали приказы, что позволило им обойти мой дар. Видимо, насмотрелся Шион Грачёв на наш плавучий храм «Акаре» и создал нечто похожее в связке с магами и служителями Негожи. Не знаю даже, мя, как давно такое плавало по округе! Талантливый у тебя дядя… был… — она снова захихикала. Так-то он умер уже почти год как, но, видимо, саифа к этому также причастна, вот и вспоминает. — В общем, у нас получилась очень весёлая ночь, правда, Элли?

— Если ты про полярное сияние, что накрыло оба материка из-за того, что боги немного зацепили магнитное поле, то да – было весело, — не стал поддаваться на провокацию мой отец.

— Фи, скучно с вами! Я пойду, — она поднялась на ноги и сладко потянулась, синяя блузка задралась и чуть оголила тонкую талию. — Пора уже заняться нормально Даниилом. Заслужил парень: нашёл вторую крысу во дворце раньше меня.

— Был второй кинжал? — ахнул я.

— Ага, — кивнула ансари. — Осталось решить, что с ним делать, ваш уничтожили, чтобы ослабить проклятье. Восстанавливайся давай, Аскурр, мозги у тебя всё же есть. Пригодишься скоро, — и исчезла, запустив телепортационный круг, что сформировался у её ног, пока она посвящала нас в детали.

— Ложись спать, — посоветовал мне отец, похлопав по плечу, и тоже испарился, но уже при помощи тени... Своей же…

Что ж, пожалуй, совет и правда здравый. Вернувшись к спящей Аламей, я прилёг рядом и только протянул руку, чтобы обнять её со спины, как она перевернулась на другой бок и практически забралась на меня, обхватив ногой и рукой. Прелестная головушка разместилась на моей груди.

Улыбнулся, чувствуя щемящую нежность в сердце.

Даже не проснулась… Моё маленькое белокурое сокровище.

Глава четырнадцатая. Эйррас или Равновесие.

На этот раз глаза мои открылись на закате. Мей рядом не было, а потому я взволнованно сел, осматриваясь. И увидел её в ближайшей к нам беседке вместе с Верховным жрецом Шин, кажется, его звали Еревий ард Лиос. Полного имени этого саифа я не помнил.

Поднявшись, я направился в их сторону, подмечая, что девушка уже сменила безнадёжно испорченное платье на светло-зелёную пижаму, а ночная рубашка была расстёгнута, чтобы у целителя была возможность осмотреть её рану: очень некрасивую, разрезающую её живот от самого низа вверх. Насколько смог, я подлатал Мей, и, видимо, отец тоже постарался, но красный шрам всё ещё был явственно виден и местами кровоточил.

— Доброго вечера, Ас, — улыбнулась моя любовь, совершенно не смущаясь своего вида. А собственно, чего стесняться? Красивая у меня девушка, словно создана божественным скульптором. А раны? Они лечатся.

— Приветствую, — коротко обернулся в мою сторону золотоволосый мужчина и вернулся к сканированию организма пострадавшей.

— Добрый вечер, — отозвался я, поднялся в беседку и опустился в одно из кресел. Рядом на столике тут же возникла чашка с молоком, словно созданная из облака. Эм, внезапно как-то!

— Советую не пренебрегать, — произнёс сай Еревий, обратив внимание, что я уже с десяток секунд пялюсь на чашу.

— Да, извините, — я протянул руку и взял со стола пиалу, отпив небольшой глоток.

Ммм! В жизни не пробовал молока вкуснее! Такой приятный сливочный привкус с нотками чего-то освежающего. По телу словно энергетические волны разливались от каждого глотка. Я даже постарался максимально продлить время распития напитка.

— Всё, Аламей, можешь сесть, — к моменту, как я расправился с напитком и снова заскучал, лечение было завершено.

Саифа застегнула рубашку и, недолго думая, забралась на мои колени. С большим удовольствием обнял красавицу и положил подбородок на её плечо. Верховный жрец Шин понимающе улыбнулся.

— Что ж, больше рана открываться не должна, я изолировал её от эманаций проклятья. Последствий для жизни у тебя не будет, шрам сведём. Тебе очень повезло, что у тебя такой защитник.

— Знаю, — мягко ответила она, испытывая светлые чувства от нахождения рядом со мной. Приятно осознавать, что тебя ценят.

— В ближайшие пару месяцев приходи в себя, в лечебницу являйся только на осмотр. Узнаю, что лечишь кого, лично выпорю розгами! Все манипуляции с магией ограничь до бытовых, норма по изготовлению эликсиров с тебя временно снята до моего распоряжения.

— Хорошо, сай Еревий, — недовольно надула губки Мей.

— Относись к этому, как испытанию на терпение, — строго произнёс мужчина, в его голубых глазах мелькнули изумрудные искры. — Я ожидаю, что ты ответственно подойдёшь к своему восстановлению.

— Да, сай Еревий, — тон голоса у моей девушки чуть изменился, она поняла условия, которые ей поставили.

— Не буду более вас утруждать, дел ещё много. Откланиваюсь, — он обозначил вежливый поклон и исчез прямо из кресла.

— Как ты, милая? — прошептал ей на ухо и коснулся губами тонкой шеи. Ни одной тёмной вены мой взгляд не заметил, всё во внешности девушки снова было как раньше... кроме шрама, который сейчас скрыт под пижамой.

— Уже лучше, спасибо тебе, мой герой, — она подняла руку и ласково взлохматила мои волосы.

— Как бы я без тебя жил? — вздохнул, чувствуя приятный аромат, исходящий от её кожи.

— Я испугалась... Сильно, — негромко ответила Аламей, — но не за себя, а за тебя. Я поступила глупо!

— Ты не знала, что враг рядом, — попробовал утешить её.

— Шанс диверсии всегда есть… Этот нож, он словно разрезал мои щиты, как масло… а вместе с ними и кожу… мышцы и органы. Ардисса бы справилась, она целого Воина Веры победила! Без доспехов! Босиком!

— Она старше, — напомнил мягко. — Я бы тоже сплоховал.

— Ты его убил, а ведь ему почти под тысячу лет было!

— Правда? — ошеломлённо переспросил я. Ничего себе! — Будем считать, что мне просто повезло... Я вообще не помню, как это сделал.

— Ты был похож на зверя, — начала рассказывать Мей, и я почувствовал, что она сдерживает слёзы, вспоминая это, — выбил нитями из его руки кинжал, срезав с их помощью ему пару пальцев. Уронил с одного пинка… А потом начал наносить удары отнятым оружием. Один за другим… Снова и снова… Так рьяно!.. Так…

— Прости, что увидела это, — я накрыл её губы пальцами, прерывая слова. — Пожалуйста, забудь то, что видела. Я был в отчаянье…

— Такое сложно забыть… Но я постараюсь больше так не подставляться.

Обнявшись, мы сидели в кресле и смотрели на заходящее солнце, не говоря больше ни слова. И обменивались чувствами. Когда Аламей начинала ощущать панику и страх от пережитого, я тянул их на себя, отдавая взамен эмоции любви и заботы. Постепенно всё плохое вымывалось из нашего разума, оставляя только ощущение тепла между нами. Так наступила ночь, а следом за ней и рассвет… И мы снова уснули в объятьях друг друга.

***

Ритчем Сиар Антэр ард Аурр:

Старость – это всё же не возраст, а состояние. И брюзжание – один из её признаков. Пожалуй, я был стар уже давно, возможно, даже с юности. Вечно ко всем придирался и искал изъяны. Даже пытался изменить эту свою привычку, пока асар Эйнсар не предложил мне принять на себя весьма специфичную роль: блюститель морали королевской династии… И наблюдатель за группами саифов, занимающихся фрондёрством. Я был обязан их опекать, в нужной мере подогревать градус недовольства и вовремя сообщать о «пережаренных» экземплярах, способных на бунт. Отец Маридана хлебнул слишком много горя, не уследив за подобными средоточиями сил, доверившись своей семье, что также подвела его, уделяя больше внимания балам и развлечениям.

Новым поколением Аурр я был доволен. К несчастью, один из моих сыновей пал в прошлой войне, но у него остались двое детей. Старший мой сынок, после недавних событий, получил приказ: усилить внимание на эльфийском направлении, что ему, как хорошему другу Виэльсиэна, дастся гораздо проще, нежели другим внутренним агентам Саламандр.

Мне же… что ж, мне снова отдают Тэвиа, будто бы я там не провёл последний десяток лет. За ард Драосами нужен постоянный присмотр, их лояльность ансари Эвелин прямо пропорциональна преференциям, которые они получают. Ни капли патриотизма, мда…

— Кхм, — напомнил о себе красноволосый мальчишка, сидящий в кресле напротив.

Я не обратил внимание на его навязчивость, ему полезно. Пусть он и отличился недавно, но поведение Даниила оставляло желать лучшего, а ведь со вчерашнего дня парень, по милости ансари Динади, стал ещё и моим внуком. Воспитывать и воспитывать! На почти третьем тысячелетии лет…

Когда его нетерпение снова было почти готово выплеснуться в слова, я озвучил старую поговорку:

— Болтуны не носят головы.

— Я не болтал! — обиделся мальчик.

— Сейчас – да, но, как вижу, тебе бы хотелось, несмотря на то, что я попросил дать мне время собраться с мыслями.

— Я уже час так сижу, — тихонько проговорил новоявленный член семьи, повесив нос. Приукрашивает, максимум полчаса, судя по движению солнца. Я даже на часы смотреть не стал.

— Ты чем-то недоволен, Сардан? Мне ты можешь говорить честно, мне нужно понимать, насколько всё критично.

— Я думал… что стану Саламандрой. Они же приняли эту…

— Болтуны…

— Не носят головы, — всё также понуро продолжил он.

— Тебя щёлкнули по лбу, в этом нет чего-то необычного, дальше всё зависит от того, как ты расценишь этот щелчок.

— И как я должен его расценивать?

— Как шанс показать себя, стать важным и значимым без фамилии правящей династии. Нашу семью ведь тоже не просто так выбрали. Куда попало тебя отдать нельзя, твой талант требует значительной прибавки в магическом резерве, чтобы он должным образом раскрылся.

— То есть не всё так плохо? — поднял он взгляд алых глаз. Даже его новая внешность не соответствовала мороку, что он носил все эти месяцы. Ещё один урок, который ещё не факт, что будет усвоен правильно.

— В нашем роду была невеста из Саламандр, — всё же решил озвучить я, — поэтому всё в твоих руках, учитывая то, что одна очень вредная ансари внезапно решила вырасти именно после твоего появления.

Семечко намека упало в благодатную почву, и парень крепко задумался. Настолько, что я уж подумал, что он превысит моё недавнее молчание. Но нет, уже через десяток минут Сардан произнёс, будто бы и не веря в то, что он говорит:

— Со мной сая Динади обращалась, как с комнатной собачкой. Я и подумать не мог в таком ключе! Как я могу нравиться такой, как она? Даже во время танцев она словно не со мной вальсировала, её взгляд всегда был мимо моего лица…

И он тут же озарился догадкой, начиная несмело улыбаться.

— Ты должен понимать, что пророки мыслят несколько иначе, чем остальные саифы. Это не сравнится с твоим талантом видеть через стены и сосредотачивать внимание в точке в километре от тебя. Вся жизнь таких одарённых направлена на постоянный анализ вероятностей и выбор идеальной линии событий. Поэтому с тобой ансари поступила в ровной степени также.

— Она решила, что с вами я стану лучшей версией себя? — уточнил юноша, растрепав свои короткие локоны.

— Верно, — всё же некоторые аналитические способности у него прослеживаются, — так уж вышло, что изнутри их семьи ты был бы лишен некоторых возможностей. Мы же сможем показать тебе изнанку: внутренних противников текущей системы управления страной. Но об этом позже, у нас впереди ещё будет достаточно времени на уроки.

— Хорошо, — кивнул Сардан уже более уверенно, — а можно вопрос не по теме?

— Всегда пожалуйста, — даже интересно, что у него в голове.

— Я упомянул собак, но почему их здесь нет? Я поначалу думал, что это из-за того, что вокруг много оборотней, Саламандры так вообще кошки. Но сейчас мне кажется, что причина в другом. Я видел утром лисиц, бегающих по коридору, это ведь не саифы были?

— Нет, это питомцы Сэры, твоей двоюродной сестры. У неё в каждом поместье нашей семьи выводок, как только успевает за всеми следить, не знаю, — пожал плечами. — А с собаками всё проще – потребности не было, никто не занимался выведением домашних пород. У нас и с кошками почти та же ситуация, пусть несколько видов и приспособлены к взаимодействию с саифами. Пожалуй, они даже сами заводятся, приходят к дому, получают еду, потом каким-то образом оказываются уже в твоей кровати. Декоративные питомцы у нас если и есть, то по большей части все с Имирота. Сэрана вот вывела чёрных лисиц, к ней теперь небольшая очередь из таких же любителей. Столько мороки с ними, а уж их тявканье порой просто невыносимо… Для меня, конечно же. Но раз внучке нравится, пусть возится, — опустим пока информацию, что её лисички могут передавать воспоминания, а следовательно, служить маленькими шпионами.

Даже не знаю, когда он будет готов к этому откровению.

Придётся постепенно вводить его в наши дела и искоренять болтливость, что и стала причиной того, почему он попал к нам. И осторожно следить, чтобы он не терял интереса к нашей розоволосой бестии.

А там, глядишь, и сыночек у них появится.

Пятнадцатый катализатор – мой правнук, кому расскажешь, не поверят. Да и знать им пока ни к чему…

Слишком рано.

***

Первые два дня с момента перемещения на Асталив мы провели в основном во сне. Мне также принесли домашнюю одежду на замену моего бального костюма. Третий и четвёртый день я, пользуясь советом отца, посвятил тренировкам, выбрав для этого одну из полян недалеко от места, где отдыхала Мей. И на протяжении занятий делал вид, что меня совершенно не смущает её изучающий взгляд. Вот и сегодня она наблюдала за мной, и когда всё же задремала, облокотившись о ствол кедра, мои движения стали не настолько скованными: я уже не опасался допустить ошибку и того, что это увидит Аламей. Почему-то мне хотелось быть в глазах моей девушки если не идеальным, то хотя бы близким к этому статусу.

Нас старались особо не тревожить, священная гора же продолжала жить своей жизнью, и мне было странно осознавать, что я вижу не только Верховных жрецов и Первый круг, но и их покровителей, самих богов, воплотившихся в реальном мире. Каждое утро и вечер мы видели церемонии в круге алтарей у камня божественной четы, правда, если не спали в этот момент. Необычайно красивые песни разливались волнами в пространстве, преобразуясь в энергию, что проходила и сквозь нас тоже. Она словно задевала струны души, преображая нас и оставляя след. Даже не знаю, чем нам аукнется проживание здесь спустя годы. Надеюсь, я не стану религиозным фанатиком? Проявлять уважение и любовь к богам я готов, тем более они спасли нас. И не один раз! Но превращаться в бездумную марионетку я совершенно не желал.

Завершив тренировку, я подивился про себя, что совершенно не вспотел, и отправился в одну из беседок, ощущая, что меня там что-то ожидает.

И был прав.

На мраморном столе я нашёл поднос с плотным обедом. Непревзойдённые запахи будоражили воображение, а уж когда кусочек мяса, политого сливочным соусом, оказался в моём рту, я испытал бурю гастрономического восторга.

Боги! Просто не выразить словами, насколько это вкусно! Так и остался бы жить здесь, жаль, что нельзя.

— Привет! — отвлёк меня тонкий детский голосок.

Обернулся, встречаясь взглядом с девочкой, которой на вид было не больше десяти лет. Бирюзовые волосы убраны во множество косичек, спускающихся до талии, золотые глаза с кошачьими зрачками смотрят открыто и радостно. Одетая в белый костюм, она словно хотела казаться старше, но её внешность и взгляд всё ещё выдавали малый возраст.

— Доброго дня, — ответил я, осматриваясь в поисках родителя ребёнка. — А где твоя мама или папа?

— Мама с Вакаросом общается, — надула губки малышка. — Сказала мне погулять. Можно я у тебя посижу?

— Можно, — ответил я, наблюдая, как она забирается в свободное кресло, и перед ней появляется чашка какао и печенье в тарелочке.

— Я Ри, а тебя как зовут? — спросила она, залпом испив первую порцию напитка, что тут же восполнилась, и откусывая печенье.

— Аскурр. Очень рад, что ты разделяешь со мной обед, — я улыбнулся, отмечая шоколадные крошки у её губ. — Ты не хочешь ничего посерьёзнее?

— Не, — непоседливо замотала она головой, кусая очередную порцию выпечки. — Только ты не начинай меня учить!

— И в мыслях не было!

— Родители только и делают, что учат быть серьёзной и ответственной. Если услышу, что ты тоже хочешь, покусаю!

— Верю, — поднял руки, скрывая смех.

Забавная девчонка. Помолчав и выпив ещё одну чашку сладкого напитка, она снова обратилась ко мне:

— Когда эта война закончится, не знаешь?

— Война? Мы вроде ещё не начали… — странные темы она выбирает.

— Папа говорит, что она и не заканчивалась с прошлого раза, просто с открытого противостояния все перешли на пакости. Неужели люди и их боги такие плохие?

— Нет, просто среди них есть те, кто считают, что нас быть не должно. Но я знаю, что есть и те, кто против столкновения двух материков.

— Да, но их мало… — загрустила она, ломая лакомство на части и макая кусочки в какао.

— Их больше, чем ты думаешь, — попробовал ободрить Ри. — Просто не все они говорят об этом, и многим больше интересна только их жизнь. Им всё равно, что где-то на кон поставлено в том числе и само их существование.

— Ты о демонах? Мне показывали их, мерзкие твари…

Интересная подготовка для ребёнка... Её близкие осознают, что ей пока рановато знакомиться с подобными гранями жизни?

— Маги заигрывают с ними, думают, что смогут их контролировать.

— Это ужасно, — поморщилась она, накручивая одну из тонких косичек на палец.

— Для нас да, но Имирот использует любые методы для установления своей власти.

— Почему они не могут жить с нами мирно?

— Не знаю, — пожал я плечами, не представляя, как такой малышке объяснить причину нашего конфликта. — Возможно, потому, что нет никого, кто был бы способен их примирить?

— Нет никого?.. — задумалась Ри, приложив пальчики к губам.

Секунда звенящей тишины, и её глаза, а следом и вся она сама вспыхивает золотым светом. Я отшатнулся, подскакивая, так как ощутил, что кресло подо мной крошится на куски.

Как и всё пространство вокруг!

Да что за эксцессы происходят везде, где я нахожусь?!

Почему я вечно оказываюсь в центре каких-то странных событий?!

Я сделал ещё два шага назад, отходя от столпа энергии, пронзающего небеса и гору… и натолкнулся спиной на чью-то подставленную ладонь.

— Всё хорошо, мой послушник, — услышал я такой знакомый голос и резко обернулся.

И словно провалился в омуты чёрных глаз стоящей рядом со мной высокой черноволосой женщины, одетой в ярко-синее облегающее платье. Какая красивая! Ни одна из её статуй не передаёт и капли её совершенства!

Она улыбнулась мне, чуть наклонилась и оставила поцелуй на моём лбу.

— Ты молодец, но лучше нам немного отойти, — богиня приобняла меня за плечо и потянула в сторону кедрового леса, где меня уже ожидала взволнованная Мей, которую раздирали противоречия, и она не понимала, на кого ей смотреть. На своего покровителя – Шин, что находился в шаге от неё, на нас с Анарен, на столб света, в котором исчезла Ри, или на появляющихся поблизости остальных Асса и Верховных жрецов с их верной первой рукой соратников.

Мне же хотелось только скрыться из поля зрения столь могущественных существ и забиться куда-то подальше.

— Снова твой отличился? — встретил нас довольным хмыканьем Шин, смахивая невидимую пыль с рубашки салатового цвета.

— Если только немного, — но моя Асса так произнесла слово «немного», что меня пробрало до мурашек от гордости за себя.

Я понимал, что спровоцировал что-то особенное, но пока не понимал, что конкретно. Спрашивать же богов мне казалось невежливым, ведь их взгляды были сосредоточены на происходящем событии.

Подойдя к любимой, я сжал её ладонь и поцеловал пальцы.

— Что происходит? — тихонько спросила она у меня.

— Не знаю, — ответил честно.

Наконец, спустя пару минут, поток света иссяк, и после него не осталось ничего…

Ни беседки, ни девочки…

И снова несколько секунд тишины, а потом, словно из самого солнца на алтари в центре горы ударил ещё один поток света!

Круг камней начал сдвигаться…

— Они освобождают место для Катри, — первой догадалась Мей, в глазах которой зажёгся восторг. — Потрясающе! Нам невероятно повезло!

— Катри? — посмотрел на девушку, вспоминая, что так зовут младшую из богинь. — Ри?!

У меня отвисла челюсть, когда я осознал, что это значит.

Девочка Ри, с которой я только что говорил? Богиня?!

Мне срочно потребовалось куда-то деть руки, и чтобы не начать размахивать ими в приступе эмоций, я притянул в объятья Аламей. Она же задрожала, пытаясь справиться как со своими, так и с моими чувствами.

Понемногу мы перемещались ближе к кругу алтарей, так как поток золотой энергии иссякал, и нам очень хотелось рассмотреть всё в подробностях.

На одном из одиннадцати святилищ внешнего круга, больше похожих на крупные белые камни с плоской поверхностью, стояла Ри, всё такая же маленькая и хрупкая, но уже с другим взглядом. Она смотрела на мужчину и женщину, сидящих на крупном алтаре в центре – двенадцатом белом камне, что принадлежал Саа и Урр.

Это они и есть? Красивые – от них так и веет могуществом.

— С пробуждением, Катри, — хором провозгласили они, обращаясь к девочке. Золотоволосый Саа смотрел больше строго, а Урр была похожа на доброго учителя. — Ты избрала свой путь?

— Эйррас, — ответила юная богиня, сходя с камня. — Я защищу этот мир и всех его детей!

— Равновесие, — поднялся с места Верховный бог, — что ж, хороший выбор, и это ровно то, чего нам не хватало. Приветствуем тебя в нашем пантеоне, Катри! Уже совсем скоро родится твой первый последователь, — он подошёл к ней и протянул руку. — Идём же, нам нужно подготовиться к его наречению!

Несколько мгновений, и с Асталив исчезли почти все боги.

А мы с Мей облегчённо осели на траву, всё также цепляясь друг за друга. Всё же это было слишком для нас обоих.

— Нужно записать воспоминания, — выдохнула девушка.

— Согласен, — поцеловал её в висок, наблюдая, как к нам направляется Элеран. Чуть в стороне от места, где он стоял, собралась вся королевская семья.

— Доброго дня, дети. Как самочувствие? — спросил нас глава Наир.

— Мы опять во что-то ввязались, — повинился я.

— Да уж, видел, — пожал он плечами, присаживаясь рядом с нами. — Но больше молодых богов у нас нет, так что – можете быть спокойны.

— Спасибо, утешил, — нервно рассмеялся я.

— Дедушка, нам точно нужно оставаться здесь ещё на три дня? — уточнила Мей. — Мы уже устали от впечатлений! И явно исцелились.

— Пожалуй, есть смысл переселить вас в дом у Рентавви, пока вы ещё что-нибудь ни учудили, — задумался мужчина и посмотрел в сторону Саламандр, которые разговаривали сразу с четырьмя богами, что остались на горе. Я узнал Эвиль – покровительницу Ледяных, Микалу – богиню оборотней и мать Катри, а также Дракана – повелителя земной тверди. Неизвестным для меня оказался высокий мужчина с короткими тёмно-фиолетовыми кудрями. Но Аламей сразу же подсказала, что это Эмэс – бог магии, отец новоиспеченной богини.

Динади обернулась к нам, на мгновение прикрыла голубые глаза с кошачьими зрачками, а потом коротко кивнула, отвечая на мысленный вопрос моего отца. Элеран не стал медлить и по очереди переместил нас в холл дома, врезанного в камень горы.

Практически сразу я ощутил желание укрыться в одной из ванных комнат. Вот тебе и возвращение к материальному!

— Жду вас в столовой минут через десять, — сообщил отец, уходя в левый коридор.

Мы же, смущённые, разбежались в разные стороны, чтобы через озвученное время уже сидеть за столом и есть настоящую, а не энергетическую еду, созданную богами. Пусть та и была необычайно вкусной!

— Спасибо, Аскурр, — произнёс Элеран примерно в середине нашего приёма пищи. — И за Мей, и за Катри. Это ведь историческое событие, и ваш разговор, который привёл к выбору пути богини, будет вписан во все хроники.

Я потупился, чувствуя смятение: всё ещё не привык к столь пристальному вниманию к моей персоне. Вот и Аламей смотрит на меня не просто влюблёнными глазами, а с каким-то даже обожанием... И в глазах отца я видел гордость за пусть и принятого в семью, превращённого, но всё равно кровного сына.

— Я рад, что стал частью Наир, — произнёс я, стараясь хоть как-то ответить на их благодарность.

— Счастлив, что у меня появился такой сын, — продолжил мои восхваления отец, но потом наконец-то переключился на другую тему. — Знаю, что вы очень устали, но я всё же с сообщением. Мей, — он посмотрел на внучку, — после восстановления, сай Еревий Ардан Кантэ ард Лиос берёт тебя в личные ученицы... Также ты получишь уроки по стихийной ипостаси от ансар Аридия Натэль ард Саламандры. Веди себя достойно и покажи, что они не зря тратят на тебя своё время.

Лицо девушки озарилось радостью, она часто задышала, пытаясь подобрать слова, но не успела, так как Элеран продолжил:

— Аскурр, тебе придётся также непросто. Ты уже и так мой ученик, но я закреплю за тобой ещё несколько наставников… И ты вернёшься к урокам в Риодэс. Первое, чему тебе придётся научиться – свободное перемещение с помощью теней. Это очень важно!

— Хорошо, надеюсь, меня посвятят в подробности?

— Да, ансари Динади Асэль в курсе твоей мнительности, она обещала выделить время на разговор с тобой. Сможешь задать любые вопросы.

Опять меня ткнули носом в это… Но иначе я не могу! Я должен понимать, во что лезу и с какими последствиями. Ведь теперь моя жизнь была связана с Аламей, и моя скоропостижная кончина утянет следом и её, а она не заслуживает подобной участи. Не тогда, когда мы оба можем прожить больше тысячи лет вместе.

Наш своеобразный поздний обед завершился. Элеран спросил наши пожелания по продуктам, выслушал ответы и, почему-то странно улыбнувшись, исчез в телепорте.

— Проводишь меня? — негромко спросила Мей, поднимаясь с места.

— Да, конечно, — я подскочил, подавая ей локоть, о который она опёрлась.

От девушки тянуло жаром, и я начал опасаться, что с ней что-то не так. Мы дошли до двери её комнаты, но моя красавица почему-то потянула меня внутрь.

— Всё в порядке? — я ощутил, что она сильно волнуется.

— Да, — прошептала Саари, не поднимая взгляда. — Позволишь, я кое-что проверю?

— Всё, что угодно, — с готовностью согласился я.

Она медленно подняла ладонь, коснулась моей правой щеки, а далее я заметил краем взгляда языки пламени, вспыхнувшие на поверхности её кожи.

Но не ощутил боли... И не почувствовал запаха своих палёных волос…

— Мей, — накрыл её горящие пальцы своей рукой. — Ты не против, если я останусь?

— Нет, мой Ас, — ответила она, поднимая вторую руку и расстёгивая верхнюю пуговицу моей рубашки. — Ты волен оставаться в моей комнате столько времени, сколько пожелаешь.

Дверь закрылась, оставляя нас наедине… И я уверен, что даже боги постеснялись за нами подглядывать.

Глава пятнадцатая. Амэс или Вечность.

Сколько раз я задумывался над тем, в чём смысл моей жизни? Сколько раз я бесцельно смотрел в стену или занимался самокопанием? Да, я старался постоянно занять себя, стремился стать лучшей версией себя, но, тем не менее…

Для чего я живу? И чего хочу достигнуть?

Я стал Наир, послушником богини смерти, героем в чьих-то глазах. Но что дальше?

Каков мой путь? И не стану ли я чувствовать стыд за то, что сделаю? Или за то, что не успею сделать?

— Вот это у тебя мыши в голове, мяу! — раздался за спиной голос старшей ансари.

Сая Динади ступила в гостевую комнату королевского дворца, в которой я ожидал её уже около часа.

— Я не пророк, чтобы точно знать, что меня ожидает.

— Ошибочное мнение, — она элегантно опустилась на серую кушетку и оправила подол светло-жёлтого длинного платья.

Мы впервые оказались настолько близко после её взросления, в спокойной обстановке, без свидетелей, что позволило мне тщательно рассмотреть лицо и фигуру ансари. Очень красива, пожалуй, по внешности наиболее близка к богиням, учитывая то, что несимпатичных саифов я вообще не видел. В голубых глазах искрятся смешинки, скрывающие истинный характер и опыт ансари; декольте платья скромное, но чёрные кружева построены таким образом, что совершенно не скрывают ложбинку груди; несколько розовых локонов заплетены в косички, формирующие волнообразные узоры и переплетения на висках и затылке.

— Нравлюсь? — улыбнулась она, по розовым губам скользнул язычок.

— Чисто эстетически, да, — ответил я, не чувствуя к ней и капли влечения. Пожалуй, можно сказать спасибо Переплетению, что я не испытываю волнения тела, когда окружен столькими притягательными саифами. — Почему же моё мнение ошибочное?

— Пророчества – не равны реальным событиям. Всегда есть шанс, что они не сбудутся.

— Тем не менее, вы упоминали, что у вас есть возможность стопроцентного видения будущего. У меня хорошая память.

— Оу, — откинулась на спинку кушетки сая Динади, смерив меня непонятным взглядом. — Хочешь поиграть со мной? Это гиблая затея… Лишь асар знает мои пределы, и не тебе становиться вторым хранителем тайны.

— И всё же вы здесь, сая ансари, а не игнорируете меня... Хотя упоминали ранее, что от меня было бы проще избавиться.

— Понимаешь, мы все катализаторы, меняющие события. И твой путь долгое время был одним из самых туманных, поэтому тебя можно было легко исключить.

— А теперь?

— Так и будешь стоять? — перевела она тему.

— Буду, — кивнул я, твёрдо смотря в её глаза.

Несколько секунд мы сражались в дуэли по правилам: кто первым отведёт взгляд. И оба почти сразу поняли, что слишком упрямы, а потому одновременно увели глаза в сторону, чтобы не тратить время.

— Что ж, — недовольно цокнула языком сая Динади, — твоё будущее действительно стало довольно чётким. Я не могу рассказать подробности, здесь уж даже не пытай меня, мяу… кхм. Могу лишь поклясться, что в целом своей жизнью ты будешь доволен, исключая период войны и ряд отдельных происшествий.

— Хорошо, — я всё же подошёл к одному из мягких кресел и опустился на сидение. — Я не буду спрашивать про даты, но хотел бы уточнить по своему пророчеству. Что там вообще происходит? Там же целая армия демонов, без магов, которые их контролируют. Это прорыв на материке Имиану? Или Саарии?

— Это третий материк, — вздохнула ансари.

— То есть координаты известны пророкам?! — ахнул я, широко раскрыв глаза.

— Конечно, уже довольно давно, — пожала плечами сая Динади. — Ты же видел, как мы разобрались с твоей Пожирательницей? — и сразу же расшифровала мой задумчивый взгляд. — А-а, ты не понял, куда мы её дели? Хи-хи. Мы выкинули артефакт за пределы целой системы, а это расстояния побольше… многократно. Так вот, нам проблемы ещё одного материка пока не нужны, поэтому наши исследователи ищут не там, где нужно, уделяя много времени осваиванию уже найденных островов.

— Я считал, что демоны призываются из другого мира…

— Так и есть, просто там нет никого, кто мог бы закрыть портал. На наше счастье, он на материке один и изначально был построен так, что расширить его нельзя, но за три столетия врагов всё равно скопилось немало.

— Кто это допустил?

— Ещё одна раса, от них ничего не осталось, лишь их города, — Динади грустно потупилась, рассматривая ногти, покрытые белым декоративным лаком. — Пока мы не решим вопрос с Имиротом, лезть туда бессмысленно. И тут мы возвращаемся к теме нашего разговора. У тебя очень удачное сочетание талантов: маг меча с анерси. Это редкость, предыдущим был прошлый Верховный жрец Анарен. Я понятно намекаю?

— Да, — кивнул я, — вы будете готовить меня для своих операций, и, вероятно, я стану следующим Верховным, — и не сказал бы, что последнее меня не привлекало. Я часто мыслил о свободе и спокойной жизни, но, тем не менее, возможность подняться так высоко выпадает далеко не всем. На фоне перспектив моей прошлой жизни я в выигрыше в любом случае.

— Это большая ответственность, и нелояльных руководителей Храмов мы не потерпим рядом. Зная о твоих ментальных проблемах, и не морщись, это не так страшно, как бзики у некоторых с манией величия… Так вот, зная о твоих склонностях к нежеланию плясать под чужую флейту, я предлагаю такое решение: в случае специфических заданий, ты будешь знать о цели всё, касаемо причин её нейтрализации и последствий, если ты этого не сделаешь. Увидишь ветви будущего, что мы обрезаем… Подходит?

— Да, — кивнул без промедления. Даже удивлён, что не пришлось требовать нечто подобное!

— Не удивляйся, — хмыкнула ансари, — у меня не так много времени на убеждения, мой график слишком плотный в последнее время... А у тебя два с половиной года до момента, когда тебя начнут мучить немыслимыми моральными выборами, — под конец тон её голоса стал довольно язвительным.

— Так мало? — удивился я, прекрасно понимая, о каком событии она говорит.

— Плюс-минус несколько месяцев, но сути это не меняет, и времени действительно мало. Для сохранения мира очень важна богиня Леока, а она подставилась, поэтому, увы, но всё, что мы делали, чтобы отсрочить конфликт, было зря... И нам придётся начать активную фазу первыми, показав кое-что нехорошее их пророкам, — Интересно, о чём это она? Разве можно обмануть пророков? — Ещё как можно, — ответила вслух сая Динади, — или думаешь, почему они были так уверены, что мы убиваем гетерохромных? Всего-то нужно было устроить несколько случайных разговоров в нашем торговом доме в Имироте, когда за нами наблюдали, да показать пару постановок на островах, куда они могли дотянуться своим взором, хи-хи… Но мы ушли от темы. Нам нужно здорово проредить агрессивную часть паствы целых пяти богов, а четверых из них ещё желательно подвести под забвение. И ничем иначе, как войной, провернуть это невозможно! Иначе восстановление Леоки займёт слишком много лет, и тогда проблемы третьего материка покажутся нам просто горькой конфетой. Здесь нам здорово поможет пробуждение Катри, её возможности идеальны для слияния божественных чертогов. Так что тебе отдельное спасибо, — тут она подмигнула мне.

— Как вообще появляются боги?

— Почему ты не задал этот вопрос отцу? — ответила она вопросом на вопрос. Потому что в голову мне не приходило, конечно же! — Ну-ну, не морщись, привыкай ко мне. Рождаются от других богов… конечно же!

Да она издевается!

— Это парадокс, первые боги откуда-то же взялись?!

— А фраза: земные боги – не подталкивает к решению?

Я вспомнил все упоминания данной фразы. Она относилась к Саламандрам, к Аурр и к Наир, ведь Наир – первый сын Саа и Урр, не ставший богом, но давший начало двум династиям.

— Ты намекаешь на то, что у нас есть шанс?..

— Конечно нет! Все места давно заняты, — хихикнула сая Динади. — Но ты был довольно близок. Наир действительно сын Саа и Урр, это не обман, придуманный для удержания власти. Старые фамилии очень короткие по именам основателей, наше имя рода длинное, по имени Салама и слова андро, которое отсылает нас к началу, к нашим истокам, до того, как мы стали в том числе оборотнями. Ты обращал внимание, что у пантеонов во главе чаще всего стоит пара? У эльфов, у гномов, у людей когда-то…

— У оборотней? Или Эмэс тоже был с ними?

— Они – другие, первыми и самыми многочисленными были волки, и славили они луну и только её… поэтому Микала одна, да. То, что малочисленное кошачье племя позже запустило коготки в сердце саифской королевской семьи – уже детали и к делу не относится.

— Как разные боги могут быть воплощением одной силы? — успел вставить я вопрос в короткую паузу речи ансари.

— Это лишь способность, специализация, — повела она плечами. — Не накладывает для остальных табу на выбор.

— А что же Унн? Как так вышло, что их покровитель – наша богиня?

— Подводный народ появился, когда Карас захотела щегольнуть перед другими детьми Верховной пары. Могущественное божество, но почти не уделяющая внимание саифам, её последователи могли бы быть в разы сильней, если бы она не потратилась на создание новой расы. Однако и от унн есть много плюсов, здесь мы не можем этого отрицать.

— Пантеон Имирота? Вы озвучили ранее, что когда-то там была пара Верховных? Я знаю только про Иолана.

— Не забывай, что там есть не только империя. У людей нет единой страны, что уж говорить про сплоченный пантеон: там настоящая мешанина из богов и полусмертных духов, но, если коротко, первой пары давно нет, остался только Артав.

— Иолан не был первым? — какая впечатляющая новость! Сегодня просто день откровений.

— Не был, как и Риван с Негожей. Они подвели под забвение супругу Артава – Алун. И отчасти поэтому нам удаётся многое на их территории, Артав не прочь им отомстить. Чтобы возвыситься до бессмертия и стать богом – мир должен быть либо молод, либо число божеств должно существенно сократиться. Когда возникает потребность, вера народа воплощает Избранного. На заре времён часто выбирали пару: Солнце и Луна, Отец и Мать, Жизнь и Смерть… И пара не всегда была бездетной на момент возвышения. Нам, эльфам и гномам удалось сберечь потомков. Среди людей тоже встречаются потомки богов, их кровь размыта по очень многим родам и иногда пробуждается. Полубоги становятся легендами и даже приобретают после смерти возможность стать духом-покровителем: могут влиять на реальный мир, пока в них верят люди. Однако до богов им подняться не позволят.

— Почему же? Ведь чем их больше, тем лучше? Или нет?

— Нам тяжело понять мотивы бессмертных… Но все они могут поглощать силы друг друга и драться за последователей, что повышают их могущество. Это – искушение... Поэтому каждый пантеон справляется, как может. Эльфийская Верховная пара выстроила систему бессмертных духов вокруг своего Древа, они никогда не обойдут их сына, а он не пойдёт против родителей. Гномьи Гор и Гера справляются с полусмертными, позволяя тем становиться младшими божествами, владыками камня. Даже у нас, увы, случаются ссоры у богов, но пока Верховные удерживают равновесие, возможно с Катри им станет проще. Саа и Урр предпочитают искать компромисс, но не стесняются напоминать о своей силе. Никого не напоминают?

— Напоминают, — улыбнулся я, вспоминая поступки обеих наших семей, те, о которых уже успел прочесть, и те, которым был свидетелем.

— Надеюсь, теперь я разрешила часть твоих вопросов? — ансари заметила мою задумчивость и явно решила воспользоваться моментом, чтобы завершить разговор.

— Я бы сказал, что их стало ещё больше.

— С нами, пророками, всегда так, — развела руками сая Динади. — Да, в ближайшие дни ожидай в гости Даниила, вам придётся найти общий язык.

— Это обязательно? — поморщился я.

— Тебе же проще будет, если сможешь использовать его таланты. Считай, что он будет твоими глазами там, куда у меня не будет доступа. Только называй его отныне Сардан ард Аурр или, так уж и быть, издевайся, но не перебарщивай, ладно, мя?

Я не стал отвечать на эту явную провокацию. Новость неприятная, но на фоне остального, пожалуй, ожидаемая. Остаётся только смириться с отвратительным характером вездесущего парня.

— И всё же, почему вы, обладая столькими силами и возможностями, являясь, по сути, полубогами, не решите вопрос с Имиротской империей… скажем так, радикально? К чему ждать войны?

— Мы с тобой можем ступить на бесконечную дорожку философии, и по итогу нам придётся проговорить ещё несколько часов, которых у меня сегодня в запасе нет. Но если совсем коротко: аморальные поступки искажают сущность богов, и нашему миру это совершенно не нужно. Пусть у нас и иное отношение к прерыванию жизни во благо равновесия, даже оно испытает ужас от геноцида. Если Анарен в итоге станет кем-то вроде Ривана, тебе это понравится?

— Нет, конечно! — охнул я.

— Вот и ответ на твой вопрос, — поднялась с места саифа.

Попрощавшись со мной, сая Динади Асэль поспешила покинуть гостевую комнату, я же ещё какое-то время посидел в кресле, собираясь с мыслями, а потом всё же решил отправиться в королевскую библиотеку, раз уж я здесь. Прошёл несколько коридоров, чувствуя ненавязчивое сопровождение кого-то из стражей в тенях, поднялся по лестнице и остановился перед огромными двустворчатыми дверьми. Совсем не удивился, когда они начали раскрываться под воздействием магии, ощутившей моё приближение, но поразился тому, что было за ними. Около часа я потратил на прогулки между стеллажами: выяснил, что библиотека занимала три этажа и обладала множеством маленьких комнат для уединённого изучения томов. Был здесь и общий читальный зал на первом уровне, где я увидел несколько саифов и пару эльфов, но не стал к ним подходить. Обнаружил огромный шкаф с картотекой, рядом с которым располагались столы трёх библиотекарей.

Один из них посмотрел в мою сторону и, дождавшись моего приглашающего кивка, направился вперёд.

— Сай Наир, меня зовут Анэрий, буду рад вам помочь, — удивил он меня знанием моей фамилии. Видимо, они заучивают внешность аристократии.

— Я Аскурр, очень приятно. Признаться честно, я впервые здесь, поэтому был бы рад, если вы предложите мне для чтения что-то по чарам для мага меча.

— Что ж, тема редкая, однако я смогу подобрать для вас несколько томов. Вы планируете изучать их здесь?

— У меня есть возможность забрать их домой?

— У вас есть, — кивнул библиотекарь, — но я не рекомендую передавать книги кому-либо, кроме как для возвращения в библиотеку... И я буду обязан вписать вас в формуляр, — он указал рукой на картотеку, — и сообщить, где находятся книги, если появится ещё один желающий с ними ознакомиться.

— Я не против.

— Тогда попрошу подождать за столиком в читальном зале. Если вы захотите испить чаю или других напитков, направьте ментальный сигнал в статуэтку яблока.

— Благодарю.

Разместившись на стуле, я нашёл взглядом озвученную фигурку из зелёного камня с выгравированной цифрой «16». Ради интереса послал мысль:

— «Кофе, пожалуйста, немного молока и две ложки сахара».

Статуэтка замерцала еле заметными вспышками. Всего минута, и на дальнем краю стола разворачивается небольшая пентаграмма, а следом возникает поднос с запрошенным. К кофе добавили два блюдца: с печеньем и маленькими бутербродами на один укус, а также появились пиала для мытья рук и полотенце.

— «Спасибо, хорошего вам дня» — пожелал я, посмотрев на каменное яблоко. В ответ услышал приятный женский голос, который также пожелал мне приятного времяпровождения.

Ждать подбор книг за чашкой кофе было намного легче. Я очень быстро умял бутерброды с рыбой и кусочками мяса, а потом перешёл на печенье, украдкой косясь в сторону эльфов и вспоминая разговор, который состоялся вчера.

Принцесса Иримэль алир Эдоен очень интересовалась нашей духовной связью, поскольку сама обладала чем-то похожим, что в переводе с их языка называлось Троедушие – единение душ с единоутробными братьями: Галадом и Элфангом. Они словно жили единую жизнь, знали друг о друге всё, и расстояние не было преградой для их мысленного общения. И она расспрашивала нас об особенностях Тиссенэвей. На данный момент мы могли поделиться лишь способом взаимного обмена энергией для восполнения нехватки резерва. При этом мы совсем не касались друг друга, что было необходимо для передачи сил при отсутствии связи душ.

Голубые глаза эльфийки светились золотом, пока она изучала нас, а спустя всего полчаса девушка попробовала передать силу своим братьям, находящимся на краю материка. И её брови сначала удивлённо взлетели, а потом на лице появилась улыбка. Ушки, что интересно, тоже словно поднялись вверх.

— Получилось! — радостно сообщила она, бросаясь сначала обнимать Мей, а потом меня. — Вы не представляете, как помогли нам! Теперь, пока один из нас находится около Древа, остальные будут в безопасности! Спасибо! — она на секунду замерла, словно слушая кого-то, и выдала вслух: — Нет, Галад, это будешь ты! Извините, Аламей и Аскурр, мой брат слишком сильно хочет запереть меня дома.

— Всё же вам стоит пообщаться с другими Тиссенэвей, — предупредила тогда Аламей, — нашему переплетению и года ещё нет.

Одухотворённая принцесса отправилась в своё посольство, чтобы явно переговорить с Виэльсиэном илир Нэесе о согласовании встречи с другими сплетёнными душами, а мы в тот же день выдержали строгий разговор с Мираной о важности сохранения наших жизней, как прямых наследников крови Наир. Мей явно слушала подобное не впервые, мне же было интересно узнать некоторые подробности влияния и ненавязчивой грызни между самыми древними фамилиями и теми Ард, кто наступал им на пятки. А также Тар, которые вплотную подошли к получению аристократической приставки… Например, тар Драксар уже в ближайшие годы перейдут в новый статус, в чём была заслуга Ария Вирана, Старшего жреца Анарен. Однако и другие члены семьи не отставали от него, и все они покровительствовали городу Аврен-Аве вместо семьи ард Варси, что знатно подрастеряла свои позиции в последнее время. Управление городом – это основной признак укрепления позиций рода, и чем больше городов, территорий и направлений под контролем, тем сильнее становится семья.

Наир полностью принадлежал остров Ксэлив, горная гряда и сама гора Рентавви, несколько домов в различных городах и, наконец, крупнейший особняк в столице. Также за нами числились несколько кораблей, торговых лавок, полей и конюшня в Ресаране. Но ими управляли специалисты, верные нашей семье, ведь из-за малочисленности полноценно контролировать всё наше имущество было сложно. Сейчас мы понемногу возвращали влияние в городе Анаривэ, что основал ещё Садан, брат асар Салама. А всего таких городов было шесть, жаль, что ко многим мы пока не сможем подступиться. Причём здесь сложилась устраивавшая всех история: и у нас, и Саламандр подсчёт городов стал вестись после разделения ветвей на две фамилии. Основатели всех древних городов также известны, но никто из нас не претендовал на их славу. Полноценным городом поселение считалось, если обладало минимум десятью слоями защитных чар, созданными при закладке. А пятнадцать каркасов имелось всего у восемнадцати, на что были способны только три семьи: Наир, Саламандра и Аурр.

— Ваши книги, — вернул меня к реальности библиотекарь, положив три тома на стол.

— Да, благодарю, — кивнул я, опуская уже пустую чашку на блюдце.

— Распишитесь, пожалуйста, здесь, — он указал на записи в журнале, что держал в руках, и протянул изящную перьевую ручку, украшенную драгоценным камнем на кончике.

Старательно вывел своё полное имя напротив перечисленных названий каждой книги. Мужчина коротко поклонился мне и направился к следующему посетителю.

Я же поспешил покинуть королевский дворец и направился домой. Перейдя через мост, я нашёл ближайшую тень от дома и провалился в Дарен, чтобы менее чем через минуту выйти из него в своей спальне. Вроде прошла всего неделя с нашего возвращения, а уже такой прогресс! Но, каюсь, чтобы мне было проще ориентироваться, я утащил пирамидку из дома в горах и поставил у себя.

Сразу же проверил, рядом ли Мей? Нет, ещё не вернулась с осмотра в больнице. Я прошёл в свой рабочий кабинет, разместился в кресле и подготовил тетрадь для записей. Время за работой пролетело незаметно, поэтому ощущение приближения любимой, идущей по коридору ко мне, стало полной неожиданностью.

Едва дверь открылась, как я поднял голову и улыбнулся красавице, изучая её непривычный наряд. Она не часто носила брюки, предпочитая платья, но сегодня я имел возможность любоваться её точёной фигуркой в костюме лимонного цвета с зелёной вышивкой. Белые волосы забраны в высокий пышный хвост. Кажется, жёлтый цвет – самый модный в этом году, постоянно вижу дам в нарядах именно этих оттенков.

— Прекрасно выглядишь, — не оставил я без внимания старания Аламей.

— Спасибо, ты сегодня тоже очень привлекателен, — она обвела взглядом мой официальный тёмно-синий наряд, сшитый на заказ специально для деловых мероприятий. — Что читаешь?

— Взял во дворце под роспись: книги по магии меча, — на самом деле маг мог использовать любое оружие, но именно с мечом достигались лучшие результаты. — Уже выписал для себя пару полезных моментов, но текст сложный, требует анализа и советов мастера, я не все термины понимаю.

— Жаль, не могу тебе помочь, — она подошла и присела на краешек стола. Склонилась ко мне и поцеловала, я же провёл левой рукой по её бедру, ощущая, как температура в комнате сразу же повысилась. — Не буду отвлекать тебя, но помни, что через час обед, — Мей ещё раз коснулась моих губ и, о-ох, хитрая бестия, провела языком по ним!

Я проводил её взглядом и выдохнул. И как мне теперь не пропускать смысл того, что я читаю?!

Услышал лёгкий девичий смех на границе сознания. Возлюбленной очень понравилась моя реакция, но всё же я сдержусь и продолжу заниматься своим делом, учитывая, что через несколько часов мне предстоит отправиться на урок к саю Аскерию.

Вчера я получил от него выговор за, как он выразился, танец под музыку. Мне же так сильно запала в душу одна из последних мелодий, что я неосознанно стал придерживаться полюбившегося темпа и был несколько раз пойман на этом.

А поскольку мы тренировали бой со сменой противника и оружия, то, когда я снова поддался ритму марша, моментально получил по плечу настоящим кузнечным молотом и отлетел на несколько метров. Если бы не магические щиты, собирали бы меня после этого по частям!

— Да откуда на поле боя возьмётся кузнец?! — вскричал я, зло глядя на наставника.

— Откуда-нибудь, да возьмётся! Война – это тебе не игры! Для обслуживания армии требуются значительные силы, и маги не берут на себя роль кузнецов, так что они прибудут сюда в большом количестве. Среди них будет хватать гномов, что перешли на сторону Имирота, хоть одного, но ты встретишь. А теперь представь вместо молота секиру! Знаешь, как они песни любят? И какая у них сила и точность удара?

— Знаю теперь, — потирая плечо, я поднялся и оглянулся в поисках своего меча. Пока ещё не личного, его мне выдал отец из семейной коллекции, но я очень хотел свой и уже планировал поездку к Жрецам Дракана, способным создать нечто подходящее.

— Нет, я тебя пожалел, — ансар подбросил молот и телепортом отправил его обратно на стенд. — Будешь получать так каждый раз, едва я пойму, что ты снова музицируешь в голове! Если противник угадает твой ритм, ты проиграл.

Всего после семи ударов кузнечного молота вся музыка просто выветрилась из моей головы… и вернулась только вечером, рядом с фортепиано, когда у меня болели, казалось, даже кости.

Что ж, уроки ректора Риодэс крайне тяжелы, но действенны. Интересно, сегодня мне опять достанется? Я хотел бы ощущать прогресс, а не вечно чувствовать себя неопытным слабаком. Надеюсь, у меня будет возможность задать саю Аскерию вопросы по темам, что я обнаружил в книгах.

***

Мирана Сааверэ тар Наир:

Поздний завтрак больше походил на Малый Совет. Сай Маридан собрал самых близких и верных саифов, и темы, что поднимались при приёме пищи, были отнюдь не светскими.

Прошло совсем немного времени с совместной атаки мятежных эльфов и империи, и требовалось решить ряд вопросов по повышению безопасности в стране. Корабль – слепое пятно, это нечто совершенно новое, с чем мы ещё не сталкивались. Как давно он ходил поблизости от нашего материка? Сколько информации успел собрать? Есть ли ещё такие судна? И если да, то сколько их и где они находятся?

— Океан довольно большой, помехи может создавать и природная стихия, — недовольно надула губы Динади. — Если проверять все белые пятна, мы увязнем.

— Что по агентам? — асар посмотрел сначала на наследника, потом на меня.

— Я не стал спрашивать своих, — первым взял слово ансар Аридий, — они сейчас привлекли слишком много внимания, но Мирана сообщала, что один из её спящих сейчас находится в самом центре северной вотчины Негожи.

— Могу его пробудить, — сообщила я, рассматривая своё отражение в чайной ложке, — но нам необходимо прикрытие, и я бы не стала это делать прямо сейчас. У моего Круга всё ещё хватает работы по проверкам внутри страны. Третий круг целиком командирован к эльфам, Первый – занимается формированием морских путей на границе с междумирьем.

— Отвлекать пока никого не будем. Пришлите мне папки по всем агентам, я посмотрю.

Динади на слова асар еле заметно поморщилась, понимая, кто будет ему в этом помогать. Несмотря на постоянную поддержку жрецов Шин, она выглядела болезненно, явно уделяя мало внимания сну и отдыху. Но такова доля сильнейших, именно они впереди остальных тянут лямку всех испытаний, выпавших на нашу страну.

— Картотека координат постепенно пополняется, — сообщил Ритчем Сиар Антэр ард Аурр, один из старейших саифов, отвечающий за контрразведку и составление исторических книг. Не частый гость во дворце, официально они с правящей семьёй так и не помирились. Да, он был на двух последних свадьбах Саламандр, но для общества их отношения оставались холодными. Поэтому те, кто не слишком любил прошлого асар и его потомков, шли к нему за утешением. Сай Ритчем же не спешил их разочаровывать, и все внутренние враги были ему известны.

— Нам необходимо… — начал Маридан, но оборвал речь на полуслове, чуть повернув голову. — Ди?

— Началось, — подскочила с места Динади, — стремительные, целители уже в покоях!

— Прошу прощения, — извинился асар, вставая и поправляя рукава рубашки, — моя супруга скоро разрешится от бремени, и я надеюсь, всё пройдёт хорошо… Оставляю вас, продолжайте без меня.

— Мы будем молиться о её здоровье и благополучии дитя, — ответил за всех мой отец.

Неосознанно приложила руку к животу, вспоминая потерю своего первенца. Старший брат Аламей тоже родился в конце лета, но прожил всего несколько часов, осыпавшись пеплом на алтаре храма в городе Анаривэ, где меня застали роды.

Я столько выплакала слёз, что уже и не вспомнить. А тот ужас, когда я опускала Мей на алтарь в столице, до сих пор порой блуждает по венам и доводит меня до истерики. Словно и не минуло уже почти восемнадцать лет с момента её наречения. Смерть моей девочки лишь усугубила это состояние… Да, она выжила благодаря Аскурру, но те несколько часов, что за них сражались боги, наверняка прибавили мне лет и источили нервы.

— Всё хорошо? — заметил моё состояние папа.

— Да, — ответила я, коротко наклонившись к его плечу и быстро протирая влажные глаза.

Не время и не место для слабостей…

Для слёз у меня есть дом и те, кто готовы увидеть мою грусть и погасить печали в моём сердце.

А за Саламандр и правда стоило помолиться!

Ведь, возможно, боги тогда приняли Аламей лишь потому, что Они были рядом…

***

Занятие пришлось отложить, но причина была всецело уважительной. И находилась она на скале Ассил, в Главном храме, на руках у среброволосой асари Дианель.

Хрупкое дитя, похожая на призрака, недовольно морщилась в поисках еды, но была вынуждена ждать, когда обряд наречения будет завершен. Пока гости пребывали под своды храма, я рассматривал уже присутствующих, стараясь вспомнить имя каждого. К моей радости, это получалось достаточно хорошо, и я почти не спрашивал у отца о личности незнакомцев.

Верховные жрецы Саа, Урр и Микалы начали молитву, обращаясь к своим покровителям, королевская чета медленно стала приближаться к алтарю и, наконец, асари Дианель опустила ребёнка на белый камень.

— Амелин ард Саламандра, — произнесла мать имя своей дочери и замерла.

Как и все мы…

Чтобы уже через секунду облегчённо выдохнуть, когда алтарь засиял, а из-под купола стали спускаться золотые огоньки.

Впитываясь в тело ребёнка, они постепенно начали изменять её. Волосы стали тёмно-ежевичного оттенка, в глазах проявилась зелень, зрачок вытянулся в кошачью форму. На кремовых щёчках заиграл розовый румянец.

Выброс силы пошатнул большую часть присутствующих! А меня даже не покачнуло.

— «Сильна, но не ассашэр», — сделала за всех нас вывод Мирана.

— «Андррий тоже не был истинным, а город основал, и спасение эльфов с их богами по большей части его заслуга», — напомнил Элеран.

— «Так никто и не сомневается, что Амелин тоже оставит свой след в истории», — произнёс я, наблюдая, как королевская семья преклоняет колени, благодаря богов.

Эта часть ритуала была неизменной, и не важно, насколько ты был силён и влиятелен. Наконец Саламандры поднялись на ноги, а присутствующие в храме поклонились статуям и проводили взглядами правящую семью, что направилась к выходу.

Удивительно, но именно в такие эпизоды жизни понимаешь, почему саифы так зависят от своего пантеона. Не будет богов: никто не сможет наделять силой детей, и раса попросту исчезнет.

Спустя час мы сидели в одной из столовых нашего особняка и праздновали рождение и наречение новой ансари. В самый разгар ужина я ощутил активацию телепорта в холле и появление Ардиссы. Несколько секунд и она вбегает к нам, на её лице радость, смешанная с грустью:

— Опоздала, да? Всем привет! — и помчалась обнимать родственников, начиная со своей мамы. Даже я получил свою порцию сдавливания груди. Приземлившись на свободное место, она попросила слугу помочь ей с наполнением тарелки и продолжила свою речь: — А мы так торопились, но всё равно не успели… Корабль ещё у Винар`Летер был, когда я активировала перемещение. Будет у берегов Каис-а-Каре через несколько дней с подарками. А-а, ещё вот!

Она закатала широкий рукав серой рубашки, показывая татуировку на левом плече: скрещенные меч и секира, окруженные вязью гномьих рун.

— Что означает? — с улыбкой спросила Амисарен, любуясь дочерью.

— Выжившие в бою за трон гномьего королевства. Даже Его Величество Кадар себе такую сделал!

— Кхм, — привлёк к себе внимание Юстан, — сай Инридий Аэдан тоже согласился?

— Куда бы он делся?! — непринуждённо ответила вопросом девушка.

— Хотел бы я увидеть его лицо, — хмыкнул Элеран, промакивая губы салфеткой.

— О, это было незабываемо!

По общей ментальной связи пронеслось воспоминание нахмуренного недовольного саифа с серыми волосами. Словно он пил что-то очень кислое, одновременно закусывая горьким. Старшее поколение засмеялось, явно знакомое с характером этого мужчины.

— Да, Аскурр, я слышала, у тебя тренировка сорвалась? Если не против, утром могу с тобой позаниматься.

— Буду счастлив, — обрадовался, смотря в её искрящиеся жизнью глаза. Мне показывали, как она сражалась в Фавартале и, несомненно, я хотел перенять хотя бы часть этого опыта.

Это был первый для меня вечер, когда под одной крышей собралась вся семья Наир. Мы шутили, смеялись, обменивались новостями, обсуждали соседей. Я, как послушник Анарен, тонко чувствовал эмоции каждого, и их ощущения приводили меня в восторг. После стольких лет нахождения в роли изгоя, я чувствовал себя частью рода, любящего и уважающего каждого из его членов.

И мне совершенно не хотелось вспоминать о Грачёвых и Имиротской империи.

Но их тень всё равно маячила на горизонте…

И однажды они ещё дадут о себе знать.

Семья Наир

Эпилог.

Владимир Сергеевич Истратов:

Странное и противоестественное для наших краёв полярное сияние не давало мне покоя уже несколько дней. Несомненно, красивое, заставившее простых граждан забыть про сон, художников творить, а магов и священнослужителей паниковать. Ведь мы чувствовали волнения на энергетическом плане, однако лишь немногие смогли осознать, что произошло…

А произошло первое за долгие годы столкновение богов. Во время которого стало понятно, что одна из наших богинь не совсем на стороне имиротского пантеона. Она и раньше вела себя отстранённо, ещё бы, ведь Леока изначально пришлая, с одной из присоединённых территорий. Но ей многое прощалось: за её возможность давать своим последователям дар борьбы с тёмными направлениями магии. Так или иначе, но некроманты и демонологи не всегда могли контролировать свои детища, а порой и сами сходили с ума, и вот тогда аристократия обращалась к малочисленной пастве Леоки.

Моя семья веками была её верными воинами, и теперь мне наверняка это припомнят. Пусть два последних поколения мы и отдавали свою веру Артаву. Печально, что и к нему были претензии: из-за его нежелания усиливать власть бога Ривана, на которого делал ставку Имирот в своих военных кампаниях.

Во всей этой истории меня огорчало одно: число наших богов неуклонно сокращалось, они становились полусмертными сущностями, способными лишь подъедать крохи сил, что им выделяла пятёрка главных и младшие боги.

Вернувшись в Имир, я заглянул в столичный дом Грачёвых, посмотрел на синее лицо Георгия, что встретил меня в холле. Активировав магическое зрение, удивился ещё и чёрным пятнам в его ауре.

— Хой, ты чего такой красивый? — не удержался я от возгласа, но взглядом проявив сочувствие. Представляю, что было с ним ещё неделю назад!

— Риван у всех силы хлебнул, — махнул рукой мой коллега, даже не приглашая меня проследовать в одну из гостевых. — Теперь пару месяцев восстанавливаться.

— Это не ответ, — что ж, как понимаю, у него снова приступ недоверия, и дальше холла он меня не пропустит.

— Мы прое… — он осекся, замечая свою младшую дочурку, что украдкой выглядывала из-за резной колонны, — проиграли мы, короче, раунд. Из-за этой!.. — то, что там было максимально нецензурное слово, я прочитал уже по губам.

— Да, я понял: видел уже, что храм Леоки через дорогу от моего дома почти снесён. До кого не дотянулись?

— Саламандр хотели выбить и эльфийку, которая из тройняшек-наследников. Она же связана с братьями, убей одного – погибнут все трое. Что там пошло не так, особо не знаем… Но одну цель убили, уже хоть что-то! Душу забрать не дали… Сам видел, что творилось!

Даже забавно: он свободно говорит о жертвоприношениях и убийствах в присутствии детей, но ни разу не слышал, чтобы он грязно ругался, когда они были поблизости.

— М-да, — почесал я намечающуюся бороду, — моя помощь нужна?

— Да, портал бы мой прикрыть, — Георгий невежливо зевнул. — Сейчас координаты напишу, — он призвал в руку небольшой блокнот и карандаш. Записав цифры, вырвал лист и протянул мне, продолжая рассказывать: — Пока Риван поглощал демонов, они его со своей стороны стабилизировали, у меня не получилось закрыть. Только контур поставил, чтобы крупняк не лез, с мелочью ты и сам справишься, верно?

— Посмотрим, — пожал плечами, не обещая. Вечно приходится за ними подтирать… Что будет через пару поколений, когда дар Леоки угаснет, и думать страшно.

— Где тебя носило три недели? — наконец добрались мы до причин его мнительности. На самом деле я понимал Гешу, ведь ненадёжный маг явился под его очи только через неделю после инцидента, хотя мог ощутимо помочь.

— Кто-то, — я покосился на него с укором, — очень просил провести исследования по созданию стабильного тоннельного портала, — если прокол в мир демонов создать было относительно непросто, но возможно, то в нашем мире окно между двумя точками моментально схлопывалось, часто отрезая конечности экспериментаторам, чем сильно ограничивало как наше развитие, так и экспансию.

— Неужели получилось? — в его взгляде даже заблестел интерес, хотя подозреваю, что находиться в вертикальном положении ему было нелегко.

— На малой дальности, да, — ответил я честно, — теперь нужно дорабатывать. Так уж сложилось, что все эти волнения в энергетическом плане в итоге и дали необходимые результаты. Осталось понять, как повторить подобное без столкновений на божественном уровне. Когда зайдёшь посмотреть?

— Не раньше чем через неделю, я пока не могу покидать особняк, — снова он кровавыми ритуалами балуется, даже не хочу знать, кто у него сейчас умирает в подвале внутри пентаграммы. — Хорошо, надеюсь на тебя, с удовольствием поучаствую в дальнейших модификациях.

Да-да, лишь бы стать соавтором нового метода. Тошнит уже от такой взаимопомощи!

Покинув негостеприимный дом, я устремился в свой особняк, к телепортационным кругам в подвале. Перед дорогой переоделся, взял свой посох, комплект накопителей и противоядий. Рука замерла, когда я потянулся к кольцу Леоки, в голове всплыли цифры и образ медальона в виде раскидистого дуба. Нужно сходить за моим самым сильным артефактом?

Что ж, спасибо за подсказку!

Шагнул к кругу, ведущему к одному из моих убежищ. Едва я появился в комнате, разум поплыл, роняя вглубь сознания мою личность и выпуская потаённое.

— Всё никак не привыкнешь? — прозвучал голос, скорее пугая, чем успокаивая.

— К такому сложно привыкнуть, — прошептал я, касаясь рукой головы и пытаясь прийти в себя. Мозг в темпе перебирал воспоминания, восстанавливая для меня картину моей жизни.

Второй жизни…

Приземлившись в кресло, я взглянул в ярко-алые глаза собеседника. Так забавно, моё подобие совершенно его не боялось, в то время как основная личность прекрасно осознавала, с кем мне приходится вести разговор.

— Вы что-то хотели спросить?

— Кто организовал покушение на ансари Динади и Эвелин, а также принцессу Иримэль?

— Грачёвы причастны, но больше он никого не назвал. Я слышал, что кого-то убили? — пробормотал я, всё ещё приводя мысли в порядок.

— Пострадали только наши отражения, — загадочно ответил саиф.

Ещё бы знать, что это такое? Двойники, что ли? Но раз он спокоен, принцессы точно в порядке. Получается, что умер кто-то другой?

— Были какие-то работы на острове в море Ластарии у герцогства Парийского, — припомнил я слухи, что до меня доходили. — Там находится один из алтарей Ривана… Без подробностей, всё, что связано с его паствой, традиционно проходит мимо меня.

— Благодарю, проверим. Куда ушёл накопитель, за который хотели купить эльфов, у тебя спрашивать бесполезно?

— Увы, я вообще не был допущен до этого проекта, занимался своими исследованиями. Могу передать координаты, где Грачёв открыл демонический портал для подпитки своего покровителя. Он старается не задействовать одну и ту же точку, но если возникает критическая ситуация, он предпочтёт место, где уже создавался прокол в пространстве.

— Подойдёт, — кивнул мой собеседник, запоминая возникшие в воздухе над моей головой светящиеся цифры. — Да, разработки продолжай, не бойся, они нам не навредят. Как дела у богини Леоки? Светлая Урр сообщила мне, что она подставилась под удар, защищая её.

— Она теряет силы, ей пришлось укрыться на границе междумирья, — ответил, слушая далёкий шёпот госпожи луны и природы. — Богиня надеется на вашу поддержку! Скрывать этот дом становится всё сложнее и сложнее. Её жизнь сейчас поддерживает Артав, но и ему непросто – его начали отрезать от поддержания загробного мира. Цифей принял сторону Ривана и планирует взять на себя также роль бога смерти.

— А что Иолан? Просвета нет?

— Леоку давно не пускают в Залы Средоточения, она подозревает, что Верховный уснул, но его служители всё ещё получают силы… И некоторые верные мне люди говорят, что сила стала искажённой. Они предполагают…

— Не говори, я тебя понял. Сколько ещё они продержаться?

— Если Афира не отвернётся от нас, то около семи лет у них есть. Потом их ждёт развоплощение, и им придётся подчиниться, чтобы выжить… Стать слугами.

— Больше и не нужно. Богиня грядущего останется нейтральной.

— А мои дети? Жена? Как они? — я с надеждой взглянул на мужчину, что практически не выражал эмоций.

— Пока я не могу телепортировать их сюда, слишком опасно, но они о тебе беспокоятся. Обещаю через два месяца устроить для вас встречу. Я привёз кристалл с воспоминаниями и рисунки, — он положил на стол рядом с собой небольшой камушек и несколько листов. — Можешь ознакомиться, но потом уничтожь.

— Спасибо, сай.

— Не подставляйся, мы надеемся, что скоро всё закончится, — саиф испарился в пространстве, не поднимаясь с места.

Я же, схватив драгоценный камень, погрузился в видения, не скрывая улыбки. Моя семья в безопасности и счастлива! Имирот не доберётся до них! Едва я покину этот дом, как забуду о том, что они вообще существуют. Раздвоение личности, когда подложный не знает о существовании и памяти основного Я. Как же прекрасно, что никто в империи даже предположить о подобной магии не сможет.

Пока они не падут!

Моя милая Лилиана – ты всё также прекрасна! Твои рыжие локоны сияют золотом, а зелёные глаза напоминают изумруды. Мои малыши, Николай и Шарлотта, как же вы выросли! Ещё немного, совсем капля времени, и мы снова воссоединимся… И возьмём то, что принадлежит нам по праву! Спустя почти двести лет забвения.

Мы отомстим за уничтожение нашего царства Иларат!

И, если для этого нужно убить парочку богов и смириться с нахождением саифов в Совете, цена не столь высока. А корона? Что ж, это лишь приятное дополнение к свершившейся мести и наследие для моих детей. Заслуженное наследие, ведь мы одна из выживших ветвей павшей династии.

Но для этого мне нужно ещё немного поработать.

Дела не ждут.

Конец второго тома.