Семеро и Лютый

00. Intro

Омерзительно тошнотворное утро началось с короткой планёрки с начальством. Кто на них бывал, знает, что они либо чертовски скучны, либо приносят вам новые проблемы. Так и сегодня, стоило мне поставить на стол свою кружку с чёрным как смола кофе, плохие новости стали литься из шефа, как дождь с питерского неба.

- Господа. Официально сообщаю вам. Мы сели в лужу. Вся работа нашей группы за последние два года - коту под хвост, - такой оптимистичной фразой началось собрание. Шеф, Олег Дмитриевич, в народе прозванный Шпулькой за скользкий характер и умение вертеться в любой ситуации, был не в настроении, и пылал эмоциями, - Мы подобрались к Гусеву вплотную. Мы знаем, что он ест, чем он гадит, с кем спит, чем дышит. Мы знаем о всех его перемещениях, разговорах и пьянках. Но мы не знаем самого главного - как он координирует работу семьи. Единственное место, где нам не удается его перехватить - это виртуал. Благодаря Алексею Петровичу мы знаем, что он регулярно сидит в "Квенте Онлайн". Но взламывать его нейроинтерфейс не имеем права, возможностей и вычислительных мощностей, - шеф замолчал и призадумался. Тема материального обеспечения вверенной его опеке группы постоянно оставалась больной темой. Порой он благословлял всех богов, что те находили гроши на зарплату сотрудникам. Я же в этот момент вообще поник. Второй месяц подряд я старался не открывать старую и обшарпанную дверь холодильник понапрасну, чтобы не тревожить одинокую тощую мышь, повесившуюся на верхней полке. Обедать и ужинать приходилось либо в рабочей столовой, либо в забегаловках с новыми коллегами. Завтраки стали вообще какой-то недостижимой чертой. С утра желудок порой закатывал истерики, упорно отказываясь принимать в себя пустой сладкий чай, обещая тошноту, головокружение и плохое самочувствие до самого обеда. Поэтому приходилось реанимировать себя горьким кофе из вечно орущей на всё отделение кофеварки.

Вообще, семью Гусева мы разрабатывали уже почти два года. За все это время никто так и не смог завязать с ним достаточно близких отношений, чтобы получить возможность узнать о планах семьи, ее организации и ключевых лицах. То есть, мы знали в общих чертах кто и за что ответственен, но до сих пор было неясно, как передаются приказы и контролируется их выполнение. И вот самый обычный садовник, роль которого пришлось выполнять мне, смог задеть какие-то струны в сердце не такого уж и старого мафиози. Простые чайные розы, которые я высадил на участке у Гусева цвели и умопомрачительно пахли. Пусть сама композиция не была шедевром ландшафтного дизайна: предыдущий садовник влеплял посадки где попало; цветение нежных бутонов пришлось главарю мафии по вкусу. Обсуждение методов выращивания прекрасных роз за рюмочкой чаю плавно перетекла в разговоры о прекрасных дамах и особенностях ухода за этими дивными цветами. А мне всегда удавалось завязать разговор почти на любую тему и потом слушать, слушать и слушать собеседника, поддакивая в нужные моменты и задавая вопросы, направляющие течение монолога собеседника. Тем более, с кем может просто по-человечески, без оглядки на ранги поговорить босс мафиозного клана? Руководитель операции утверждал, что ни с кем. А что считал ваш покорный слуга - никого не интересовало: пей, разводи разговоры, да пытайся намеками выведать интересующую информацию.

И не сказать, что эти разговоры не давали результата. Группа разбора внимательно просматривала и прослушивала все записи разговоров, отмечая реакцию собеседника по мимике и тону разговора, записывала удачные и неудачные реплики, ассистировала в выборе следующей фразы или темы. Вживленный в височную кость имплант был не только нейроинтерфейсом, но и передатчиком и приемником с завидным ресурсом энергетической независимости. Группа технической поддержки обещала добавить туда еще и распрыскиватель феромонов, чтобы влиять на эмоциональное состояние собеседника. Но Шпулька так тяжело вздохнул при этом обещании, что сразу стало понятно, что феромонов не видать, как своих рук в шлеме виртуальной реальности.

Собственно, одним из результатов всех этих разговоров было упоминание про Квент, в котором Гусев забурился в бассейн с какими-то виртуальными девочками. И пусть "девочки стали уже не те, что были раньше, но эти были весьма огого, и даже партнеры оценили". Наш герой сразу уцепился за эту тему и разузнал, что мафиози тратит где-то по шесть часов в неделю, пропадая на пространствах виртуального мира, который со слов собеседника оказался лучше всех этих суррогатных поделок, наплодившихся после запрета игр с полным погружением.

- Алексей Петрович, вы что, заснули? – резкий голос шефа выдернул меня из мыслей о том, что же мы делаем не так, - Я помню, ты говорил, что по молодости играл в какой-то там Раст, значит, опыт игрулек у тебя есть, а с Гусевым ты знаком и даже обсуждал эту тему. Решено разрабатывать его и в этом Квенте Онлайн. Я договорился с военной лабораторией, у них есть несколько капсул, в которых они тренировали своих суперсолдат в какой-то там Альтернативной реальности. Проект провалился, оборудование надо списывать, но по старой дружбе один мой бывший одноклассник предлагает нам их отдать в рамках материальной поддержки. Так что завтра оборудование привезут, установят, настроят, и начнёшь осваивать. Но не более пары часов в сутки, остальные дела тоже не забрасывай.

М-да, час от часу не легче. Я вообще не любил играть в во всякого рода ММОПКи. Они отнимали слишком много времени, требовали дорогущие капсулы полного погружения, которые я, простой оперативник, не мог себе позволить. Именно поэтому пик популярности подобных игр и прошёл мимо, а я в основном развлекался отстрелом террористов на просторах песчаных и пыльных карт. Ну а пик популярности первых реалистичнейших вселенных закончился громким крахом.

Получилась очень занятная история, когда при прямом нейросенсорном контакте искусственные нейронные сети игровых серверов перенимали матрицу личности игрока. И при выходе последнего из игры продолжали повторять действия за него. Сначала банальные вещи, навроде "добраться в гостиницу и лечь спать", а потом все больше и больше. И когда игрок, хакнув свою капсулу, зависал в ней по паре суток, то происходило неизбежное. Организм отключался от обезвоживания и голода. А ИИ продолжал за него типичные действия, "осознав" себя игроком.

Игрока откачивали. Или не откачивали, тут уж как кому везло. Кто-то пытался таким образом получить цифровое бессмертие. Но получался в итоге очередной игровой бот. Зацикленный только лишь на игровых свершениях. Чувствующий себя безнаказанным и всесильным. Потерявший всю связь с реальностью. Ведь для него этой реальностью стал красочный цифровой мир. Никто не знает, как оцифрованный игрок воспринимал игру. Как набор образов, или поток байтов, или что-то третье. Но все они использовали баги, читы и недокументированные возможности игры. И такого игрока было фактически невозможно забанить или ограничить в игре, потому что разработчики нейронно-симулируемых ИИ так до конца и не понимали, как именно они работают, и где заканчивается «личность игрока», а где начинается логика обработки игровой информации. Парочка таких оцифрованных в одной старой игрушке с названием вроде "Иного мира" разнесли к чертям полматерика, устроили межсерверный катаклизм и потом завинтились в какую-то дыру качать циферки уровней и умений.

Но самое интересное случилось немного позже. Откачанные игроки, конечно же, пытались снова зайти в игру, система их не пускала, потому что считала, что они уже в игре. Игроки строчили жалобы в техподдержку, директору компании, президенту и в НАСА. Почему в НАСА? Да черт его знает. Родственники умерших в капсулах игроков выходили на пикеты под лозунгами "Долой игры-убийцы!", "Не позволим забрать наших детей/мужей/жен/любимых/пап/мам и прочих родственников!" Игровые компании паниковали. Особенно те, в которых оцифрованные игроки творили беспредел. Ведь эти цифровые души абонентку не платят, премиум-магазином не пользуются. Добывают тонны внутиигровых ценностей, разваливая и так шаткую игровую экономику и усугубляя инфляцию.

Все закончилось достаточно закономерно: в игры ринулись суицидники всех мастей, обычные игроки вернулись в старые обычные 3D игрушки. Правительства всех стран выпустили законы, жестко ограничивающие прямой нейросенсорный контакт. Исключение делалось для преступников, психически больных и JavaScript программистов. Мастистые ученые стали изучать оцифрованных, пришли к выводу, что полноценной личностью они не являются, хотя и проходят базовый тест Тьюринга. И всех оцифрованных потерли. И игры позакрывали. Был разработан новый метод "заякоривания" сознания, чтобы человек осознавал, что он всего лишь в игре, а не в альтернативной, гораздо лучшей реальности. Огромный международный коллектив нейробиологов, программистов и психологов добрых два года пытался найти работающий механизм, позволяющий сохранить связь с реальным миром, находясь в мире виртуальном. Миллиарды долларов были потрачены на то, чтобы оставить людей в реальности. И способ был найден, но никто до конца не понимал, как он работает. Зато теперь можно было четко отделить свое тело от тела виртуального двойника. И, например, пить газировку из стакана, пока твой альтер-эго сражался в очередной эпической битве.

А спустя всего пять лет были открыты так ожидаемые фантастами прошлого века силовые поля. Само силовое поле ощущалось как натянутая в пространстве тонкая и прозрачная резиновая пленка. Пленка пропускала, пусть и неохотно, газы, но удерживала жидкости и твердые тела. Из силовых полей начали моделировать домашнюю мебель: кровати, кресла, стулья, все, на чем сидел, лежал или стоял человек. Силовые поля добавляли в качестве элементов одежды. Силовые поля заменяли стекла в мотоциклах и на некоторых автомобилях. Силовые поля стали основами новых капсул виртуальной реальности.

Действительно, зачем городить сложную систему из гелевых ванн, массажёров, систем удаления пота и жира, если можно просто сделать комфортное полулежачее кресло, которое сразу подстроится под тело пользователя? При этом обеспечит неплохую вентиляцию и систему обратной связи? При стоимости почти на два порядка меньше. Бум таких капсул виртуальной реальности был связан в том числе и с переходом населения на удаленную работу (системы виртуальных офисов цвели буйным цветом), автоматизацией почти всего сельского хозяйства и производства предметов бытового назначения (какое дурацкое слово, надо будет переделать).

Хотя Петрович занимался в основном выездной работой, а не просиживанием штанов в офисе, капсула была и у него. Но использовалась, как домашний велотренажёр. То есть, в качестве вешалки для вещей и полотенец. Конструкция капсулы чем-то напоминала детский манеж: такой же полик, такой же толстый обод силового эмиттера на уровне пояса, так же заплетена нижняя часть вспомогательными антеннами. Заходишь внутрь, закрываешь за собой дверку, инициируешь на виске нейроинтерфейс. Все, ты в виртуале. Разум раздваивается. Тело подхватывает нежная и упругая пленка силовых полей, укладывает в полулежачее положение, начинает обмахивать невидимым опахалом. И в то же время тело остается стоять в комнате. Только сама капсула исчезает. Выйди в дверь - и короткий тоннель загрузки выведет тебя туда, куда ты пожелаешь. В офис, парк, на пляж или поле, в бордель или театр. Тебе выбирать, все дороги открыты перед тобой. Манят и зовут мириады придуманных миров. Каждый может сделать свой. Или заказать дизайнеру. Но из любого мира в любой момент можно ускользнуть. Нащупать на реальном теле нейроинтерфейс и отрубить его к чертям. Умению выключиться из виртуала обучали всех, школьников на уроках информатики, взрослых - на курсах. И все шли добровольно и не филонили. Ибо были свежи еще в памяти ролики о мучениях тех, кого насильно заперли в виртуальной реальности, с полностью включенными ощущениями. И ставили опыты. Или просто издевались. Шутников, выложивших в сеть эти видео, так и не нашли. А вот их жертв - да. Кого-то со сломанной психикой, кого-то со сломанной шеей. Или просто мертвыми в капсулах. И люди поняли, что с виртуалом лучше не шутить. Виртуальностей много, а реальность - одна. Ее надо ценить и за нее - цепляться. В общем, капсула была на месте, заваленная хламом и позабытая. Но работать ему придётся не из неё, а из того, что привезут завтра.