Семь перьев для Вороны

Глава 1 попаданческого устава

Глава 1 попаданческого устава: ознакомление с личным составом, проверка профессиональной подготовки личного состава к действиям по тушению пожаров и проведению спасательных работ

В свои семьдесят пять лет Верочке Воронцовой никто не дал бы и семидесяти двух. Шучу, конечно. И сорока пяти не давали. Опять не верите? Тридцать два? Девятнадцать? Ой, ну ладно, тогда сами выбирайте. Да хоть девяносто! Верочка точно не обидится. Работа у нее такая – не обижаться. А в день весело прошедшего юбилея и подавно.

Но день, начавшийся с поздравлений, букетов и объятий родственников и друзей, закончился весьма печально, стоило гостям разойтись.

В груди немилосердно жгло, легким не хватало воздуха, а рук и ног Верочка почти не чествовала. Но детский крик, полный мольбы и отчаяния, заставлял забыть о себе.

- Мама! Мамочка, помоги! – ввинчивалось в мозг острой занозой.

Этот голос никого бы не оставил равнодушным, а тем более спасателя со стажем.

Это страшно, когда погибают дети. А как действовать в сложных ситуациях Верочка знала не понаслышке и мгновенно становилась спокойной, уверенной и целеустремленной Вороной. Прозвище она заработала еще в детстве, яростно отбивая маленького вороненка у двух злющих кошек. Отбила, под едкие комментарии одноклассников: «Ишь ты, прям мамочка-ворона!» А потом спасала уже бедных голодных кошек, утащив из холодильника остатки молока и палку колбасы. За свою долгую насыщенную жизнь кого только Верочка не спасала. Но с тех самых далеких пор так и осталась Вороной, которой и сам черт не страшен, не то что какой-то пожар.

Девочка, которая звала на помощь, была не одна. Сквозь треск пожара Ворона явно слышала еще и мальчишеский голос, пытавшийся взять ситуацию на контроль и вытолкнуть малышку в окно. Но перепуганный ребенок изо всех сил цеплялся за парнишку, не желая его покидать.

Оценивать ситуацию на слух было не просто, но за двадцать пять лет работы в МЧС чего только не случилось. И в тумане на слух приходилось ориентироваться, и в полной темноте. Но вот сейчас Ворона не могла понять, где находится – и темноты как таковой нет - то искры золотистые проскакивают, то всполохи бушующего где-то в тумане пожара. Только вот и туман по ощущениям на коже и не туман вовсе.

Все эти странности мало волновали Ворону, лишь мешали сориентироваться. О том, что она давно на пенсии и ноги почти не ходят, Верочка и не думала. Как можно о себе думать, когда дети в беде. А что по всем симптомам у нее предынфарктное состояние, то это вообще не причина бездействовать.

- А ну, живо встала! И вперед! – прикрикнула на себя Ворона.

Но в этот раз привычная команда не сработала – лишь руки беспомощно проскребли удивительно плотный густой туман.

- Спаси их! – воскликнул рядом взволнованный женский голос.

Повернув голову, Верочка увидела молодую красивую девушку, старинное платье которой уже тлело, а мелкие искры жадно покусывали пышный подол.

- Спаси их! – девушка положила руку на грудь Вороны, и жжение стало почти нестерпимым, но следом по тело прошла волна прохлады, а кончики пальцев защипало от холода.

- Кого их? – Верочка поняла, что может двигаться, и на удивление легко вскочила на ноги.

- Детей моего мужа, - грустно улыбнулась незнакомка.

Огонь же, до того клокочущий в тумане, словно бы перепрыгнул на девушку, оставив позади замершие плоской картинкой всполохи, и неспешно взбирался все выше и выше по юбке.

Быстренько прикинув, стоит ли повалить девушку на землю-туман и даст ли это какой-то результат, Ворона решила попросту оторвать подол не очень-то нового и крепкого платья.

- Ты же их спасешь? – с мольбой в голосе прошептала незнакомка, не обращая внимания на пожирающий ее огонь и перехватывая руки пытающейся ее спасти Вороны.

- Конечно, спасу! – спокойствие и уверенность в голосе не раз помогали Вороне в работе. – Это же моя профессия.

Несмотря на кажущийся ветхий вид, платье не поддавалось и не желало рваться.

- Тогда бери!

- Что взять? – удивилась Ворона, не оставляя попыток справиться с платьем.

- Мое тело. Я точно не справлюсь. Да и не хочу уже…

С сумасшедшими Верочке тоже приходилось работать, но девица была в относительной безопасности – с пальцев Верочки неожиданно сорвалась ледяная волна, загасив огонь, а вот дети… Дети сейчас важнее.

- Конечно, возьму, - успокаивающе улыбнулась она.

И висящий на груди девушки капля-кулон вспыхнул нежным золотым светом и исчез, чтобы в тот же миг появиться на шее Верочки.

- Иди! Они твои!

Незнакомка глубоко вздохнула, сделала шаг назад и с печальной улыбкой растворилась в тумане. Ворона же, не сделав и шага, оказалась в каком-то большом зале (то ли кафе, то ли столовой) посреди ярящегося пожара, из которого не могли выбраться двое детишек и молодой парень, без сознания валяющийся под одним из столов.

В критической ситуации разум Вороны быстро оценивал ситуацию, отбрасывая все в данный момент неважное, но складывающееся в весьма пугающую картинку (и огонь здесь не основополагающая часть) – чужая комната, чужое ярко-красное солнце на опаленной картине, чужие узоры на скатерти, чужие руки с аккуратными ноготками, чужие волосы, стянутые в тугую косу, чужая грудь (размера так третьего) и еще непроверенное визуально, но более чем вероятное продолжение этой логической цепочки – чужое лицо и… чужой мир.

Так! А ну брысь, тревога и дурацкие рассуждения! Мы подумаем об этом потом!

И чужие руки послушно сгребают с барной стойки все, что может пригодиться - стопку полотенец, за неимением карманов засунутых в лиф длинного неудобного платья, нож за пояс, монетки и пару, скорее всего, денежных бумажек в платок и в тот же лиф. Чужие глаза бегают по сторонам, следят, чтобы никто не заметил этого мародерства, и заодно ищут выход.

А выход, собственно, всего один. Лестница наверх, куда хотел было броситься мальчишка, но был пойман за руку и оттащен назад, пока не в огне. Но кто знает, что там сейчас происходит. Да и прыгать с первого этажа куда проще, чем со второго. Тем более пятилетнему ребенку. И хотя рамы почти всех окон в зале уже пылают, в одно при использовании подручных средств вполне можно выбраться.

К счастью, все окна были уже распахнуты, и, значит, можно не бояться обратной тяги, когда при доступе свежего воздуха происходит молниеносное раздувание огня. И вторая удача – нужное окно только-только занялось, причем, с одной стороны, а к тому же расположено неподалеку от стола с грязной посудой.

Одной рукой подпихивая детей в нужную сторону, второй Ворона сдирала со столов по пути все скатерти. В одну из них завернула малышку и впихнула ее в руки брату, вторую накинула уже на него самого, закрывая с головой. И на получившуюся недовольно пыхтящую конструкцию выплеснула воду из тазика, где отмокали какие-то стаканы и тарелки. Вместе со всем содержимым, естественно.

- И незачем так рычать! - Ворона продолжила толкать парнишку к окну. – Подумаешь, пару тарелок на башку свалилось. Деревянные же, не стекло. И вообще, до свадьбы заживет. Лезь! – без перехода рявкнула она.

- Чего? – огрызнулся замороченный мальчишка, но послушно запрыгнул на подоконник (вот что рявк животворящий делает!), приземлившись уже с той стороны.

- Скатерть долой! – приказала Ворона, заметив, что краешек ее все же прихватило огнем. – И брысь подальше от дома!

- А ты?!

- Я следом! Иди!

Пацан не заставил себя упрашивать (хороший мальчик! хоть сейчас в колледж МЧС поступай!)

Оставался еще один потерпевший. Неподалеку от спасительного окна, что очень даже кстати. Проверив пульс и повернув голову юноши, Ворона заметила кровь – вот только травм ей и не хватало! Отпихнув стол в сторону, она приподняла парня за плечи и потянула к окну. Сил отчаянно не хватало, работала на чистом адреналине. Накинула на него скатерть и приготовилась выплеснуть воду из вазы с уже пожухлыми розами, поймала ошарашенный взгляд пришедшего в себя парня и все же вынула из вазы букет. Остатками воды поплескала сверху, пытаясь такой малостью смочить как можно большую поверхность.

- Вставай! – безапелляционно велела она.

Пошатываясь и цепляясь за ее руку, юноша смог сделать два недостающих шага и, словно куль с картошкой, вывалился из окна.

- Упс! Ну не смогла я, не смогла! – усмехнулась Ворона и, заткнув подол за пояс, полезла следом, позабыв о больных коленях. – И у тебя заживет… до свадьбы. Где мне только девиц-то на вас напастись?!

- Обойдусь! – огрызнулся спасенный, одернул ее подол и, повиснув на ее руке, поковылял к детям и суетящейся вокруг толпе.

Кого там только не было: и мужики, что пьяные, что не очень, и тетки разной комплекции и возраста, даже дети. А некоторые, особо умственно одаренные, и младенцев приволокли. Нашли развлечение, называется. А вот кого действительно не было, так это спасателей и пожарных.

Осмотревшись, Ворона поняла, что мир вокруг ей явно незнаком, как и люди, как и ситуация в целом. Хотя ситуация как раз понятна и привычна. Не раз на подобных выездах бывала. Ну а что касается, ситуации глобальной, то тут вариантов немного – либо галлюцинации, либо, не дай бог, шизофрения, либо книжки любимой внучатой племянницы Ленки не врут и другие миры действительно существуют. Вот уж попала, так попала. Причем, во всех смыслах. И похоже, всей глубины этой вселенской жо… хм, чрезвычайной ситуации она еще не осознает. И чтобы не сойти с ума окончательно, примем за истину, что это таки другой мир и следует действовать согласно предлагаемым обстоятельствам.

И для начала решим, что же делать с пожаром.

- Ворона! – раздавался за спиной мальчишеский голос.

- Что? – опешившая Верочка резко развернулась.

Откуда он знает ее прозвище? И что со вторым спасенным? Он-то чего уставился, будто мать родную увидал?

- Верена-Ворона, Верена-Ворона, Верена-Ворона! – твердил мальчишка, все сильнее скатываясь в припозднившуюся истерику.

Малышка рыдала, вцепившись в шею брата. Юноша, сообразив, что воронами тут и не пахнет, без сил рухнул на землю, прижимая к ране полотенце, брошенное ему Верочкой. Народ шумел, толкал, гудел. Бардак, как он есть! Все как она любит!

- Эх! Друдом на выезде!

- Чего? – сунулся к ней какой-то плюгавенький мужичок.

- Все хорошо, говорю! – отмахнулась она. – Работаем!

Но сначала дети и их восстановление. Напоить, согреть, накормить, отвести домой, поженить, как обещала. Ну, опосля тушения пожара.

Ворона мысленно усмехнулась своим же дурацким мыслям. Нервы у нее все-таки не железные. А мозги вообще вороньи, как бы сказал Леха.

Влепив мальчишке легкую оплеуху, Ворона прижала его и малышку к себе.

- Тише, - мягко, но решительно проговорила она. - Вы в безопасности. Еще немного и отправитесь домой.

Парнишка на миг расслабился, прижимаясь теснее, но тут же отпрянул, заявив:

- А есть он у нас, дом-то этот?!

- Будем решать проблемы по мере их поступления! – оборвала его Ворона. – Пригляди за сестрой. Далеко не уходить.

Мальчишка, недовольно фыркнув, обнял сестру, дернулся было, но все же соизволил остаться на месте.

Опускаясь на колени рядом со вторым пострадавшим, Верочка проследила за взглядом парнишки и поняла – сил расталкивать толпу и выбираться от сюда у него не было. А то бы и не подумал слушаться.

Народа было не меньше, чем после матча Спартак-Зенит в Москве, а галдели и того сильнее. Видимо, нет у них тут других развлечений, кроме как на пылающую… таверну пялиться. Вон и название еще цело – Таверна Рыжей Берты. А вон, похоже, хозяйка – толстая рыжая неопрятная тетка колотила пудовыми кулаками пару тощих забулдыг, приговаривая:

- Ишь, паразиты! По миру меня пустить хотите?! Артифруктами в камины кидаться вздумали! Кто мне ущерб оплатит?!

- Фруктами? – удивилась Ворона, торопливо бинтуя голову юноши, пока Рыжая Берта и ее за воровство полотенец кулаком не отоварила.

- Артефактами, - усмехнувшись перевел раненый. – У них огниво было. К счастью, маломощное – прикурить там. Или еще чего по мелочи. Иначе, весь дом бы разнесло.

- Они что, камин разжечь хотели?

- Ха! – парень слишком сильно дернул головой и поморщился. – Если бы зажечь, тогда бы все хорошо было. Бумагу бы запалили и в дрова… А они в горящий огонь камень швырнули. Я заметил, остановить хотел…

- Не успел? – сочувственно улыбнулась Верочка, заправляя края полотенца под повязку.

- Ага, - парень совсем по-детски шмыгнул носом. – Взрывом отшвырнуло. Хорошо, что не сильный был. А эти сразу к выходу рванули, а тетка за ними. А потом не помню.

- Тебя краем стола по голове задело, пока летел, потом кубарем прокатился и стулья сшиб. Рана не серьезная, поверхностная. Хотя и кровит сильно.

Это Ворона еще в таверне предположила при беглом осмотре, пары секунд хватило, еще и не такого навидалась в свое время. А сейчас вот убедилась во время перевязки. Для обработки, правда, пришлось использовать какое-то пойло в баклажке, походя отобранное у одного из зрителей. Отчего вредный дедок до сих пор крутился рядом, гневно пыхтел и повторял все, кто желал его слушать:

- Для операции энто! Без меня энтую операцию и не сделали б!

И дедок с трясущимися руками и огромной залысиной, и невзрачные идиоты-поджигатели, и дородная хозяйка таверны с толстой косой, да и все прочие зрители были одеты весьма просто. У мужчин подпоясанные ремнём рубахи из белой или цветной (довольно блеклых тонов) ткани поверх холщовых штанов. Некоторые босые, у других грубые ботинки. У женщин – рубахи с юбками, сарафаны, простые платья в пол. На головах платки или чепчики. Простоволосые тоже встречались, значит, головной убор не обязателен. А то сама Ворона и так отличается от других женщин более ярким (почти темно-зеленым) платьем с вырезом и шнуровкой на груди, даже какой-никакой вышивкой спереди и по низу белых (до пожара) рукавов. И юбка ее платья была из более плотной ткани.

По быстрым прикидкам классом (или сословием, в этом Верочка не разбиралась) она была повыше зрителей, но до кого-то благородного явно не дотягивала. Может, поэтому ее приказов худо-бедно слушались, да на самоуправство не сильно ругались.

Ее дети (ну или чьи они там?) имели наряды побогаче, без изысков и разных рюшечек, но ткань явно хорошая, хотя далеко не новая. А вот спасенный парень постарше при внешнем сходстве костюма - светло-серая рубаха, такие же серые штаны и весьма добротные (что необычно) ботинки, по говору на простых горожан не походил.

Но с этим она будет разбираться позднее. Как и с городом (вдалеке виднелись дома повыше, побогаче и даже какие-то шпили). Как и с собственной внешностью (зеркал поблизости не водилось, да и не стала бы Ворона в такой ситуации туда пялиться). Как со всякими тайнами и загадками (хотя все это одна сплошная загадка). А что время вместо пожара тратит… так это осмотр и рекогносцировка на местности, а также беглое знакомство со спасаемым контингентом.

От кого их спасать, ежели они поразвлекаться сюда пришли? Да хотя бы от пинков вон того богатого господина в форме. Впрочем, нет -пинков этим зевакам и сама Ворона добавила бы. Только вряд ли бы от ее пинков они бы так разбегались и почти сами собой в цепочку становились.

- Чего замерли? – подсказала она, пихая в бок пухлую Берту. – Ведра где взять?

- Ох ты ж, божечки мои! – засуетилась та. – Точно! Магда, Риса, ведра, тазы, все тащите! А вы, два раздолбая-поджигателя, за мной! У меня в сарайке и ведро есть, и бадейка. Долг отрабатывать будете! И чтоб в первых рядах! А то вон, городской страже сдам!

Поджигатели тяжко вздохнули и потянулись вслед за теткой в дощатый сарай, и пока они там чем-то гремели, Ворона пробежалась взглядом по «городской страже» в лице богатого типчика. Высокий, крепкого телосложения, черные гладко зачесанные волосы, аккуратная стрижка. И выправка явно военная, под стать стрижке. Глаза черные пронзительные, взгляд цепкий. Форма, опять же. Темно-синий китель с серебряной вышивкой на рукавах и вдоль края. Пуговицы с яркими, наверняка, драгоценными камушками, запонки.

Как бы в толпе не раздели красавчика. Жалко будет. Мужчин в форме Ворона любила. После смерти мужа чисто платонически. Ее Леха, конечно, не таким щеголем был. Да и лицо попроще. Но зато свой, простой, любимый.

А этот хорош, ничего не скажешь! Вот было бы ей лет восемнадцать, она бы… хм. А сколько ей вообще? Руки без морщин, коса тугая, грудь большая упругая, живот подтянут, попка тоже ничего. Остальное не видно.

Тьфу, дура старая! Совсем крышей поехала! Тут пожар, а она о мужичках размечталась.

Хотя о таком грех не помечтать. Людей на раз организовал, даже суетящуюся Берту с тазиками и двумя подручными к делу пристроил. Детей и женщин подальше отогнал, мужиков в цепочку выстроил. Воду передавали от колодца неподалеку.

Но этого явно недостаточно. Пожар крепко разгорелся. Этой воды ему, что слону дробина. Разве что соседние постройки спасать.

И щеголь, похоже, понимал это не хуже Вороны. Воду по его приказу плескали, препятствуя распространению огня. Юркий мальчишки, посланные за службой спасения, уже вернулись и, вытянувшись в струнку, докладывали, что «вот-вот ужо будут, тока воду нальють и покатят».

- Воду нальют?! – прорычал красавчик. – Совсем от рук отбились в этой провинции! Устав для кого пишется!

Вот теперь Верочка восхищалась им еще сильнее. И служба спасения у них есть какая-никакая. Скорее, никакая! И даже устав. А вот с сотрудниками, явно, проблемы. Видать, живут по принципу – да бога высоко, до царя далеко. Интересно, щеголь сюда с ревизией явился или проездом?

Столь пристальное разглядывание его персоны не осталось без внимания. Организовав бесперебойную подачу воды, контролируемую Бертой, мужчина направился к Верочке и жмущимся за ее спиной детям. Раненый парень, насуплено наблюдавший за военным, как-то странно напрягся и дернулся было вскочить, но Ворона, резко присев, опустила руку ему на плечо.

- Сидеть! – шепотом велела она, последним полотенцем по максимуму заматывая лицо юноши. – Знаешь его? Ясно, можешь не отвечать. Попробуешь сбежать, заметит. Опусти лицо, молчи, веди себя спокойно. Потом смоемся по-тихому.

Военный быстрым размашистым шагом в два счета оказался рядом, попытался склониться к парню, но Ворона спешно поднялась и перекрыла путь.

Интересные у них тут богатеи – и пожары самолично тушат, и ранеными занимаются.

- Как вы? – с неподдельной тревогой спросил мужчина. – Сильно пострадали? Помощь нужна?

- Нет, - улыбнулась Верочка, едва удержавшись, чтобы не похлопать его успокаивающе его по плечу (явно не оценит). – Не пострадали, разве что перепачкались.

- А… - мужчина предпринял вторую попытку пробраться к раненому, который чересчур уж заметно дергался.

- А с ним тоже ничего страшного. Кожу на голове содрал немного. Я перевязала. До свадьбы заживет.

- До свадьбы? Чьей? – мужчина изумленно вскинул бровь.

«Нашей!» - чуть не ляпнула Ворона, догадавшись, что в этом мире никто так не говорит.

И военный, похоже, что-то такое сообразил.

- Возможно, вы имели в виду «до красного солнца»? – снисходительно улыбнувшись, произнес он.

- У вас в столицах, может, и до солнца, - огрызнулась Ворона. – А у нас в провинции – свадьбы поважнее будут!

- Совершенно не возражаю против этого тезиса, - улыбка щеголя стала еще шире, а взгляд оценивающе пробежался по ее лицу и фигуре, на миг задержавшись где-то в районе двух женских достоинств (и это явно не глаза). – Но, боюсь, что сейчас мы столкнулись с несколько иным случаем. Или это вы свадьбу так праздновали? С огоньком?

- Похороны! – обозлилась Ворона (не привлекла, называется, внимание).

- Похороны? – изумленно воскликнул военный.

- Ага, - выглянула из-за юбки малышка, шмыгнув чумазым носиком и вцепившись в руку Верочки. – Папка у нас умер.

- Простите, - повинился щеголь. – Не знал, что вы вдова.

- Я тоже не знала… - пробормотала себе под нос Ворона.

- Что?!

- Все в порядке, говорю. Мы справимся.

- А раненый?

- Говорю же, рана поверхностная, - Ворона спешно прикусила себе язык.

Только профессиональных терминов ей сейчас не хватало.

- Вы доктор?

Ага, скрылась одна такая! Тихая незаметная птичка. Теперь он ее хрен забудет.

- Да так, понимаю кое-чего. Приходилось доктору помогать с перевязками.

- Думаю, и вам, и молодому человека следует показаться нашему доктору. У парня явно травматический шок. Вон как трясет его. И травмы явно серьезные, и голова вся перемотана, и лицо.

- Это его от слез трясет, - попыталась выкрутиться Ворона.

- От слез? – опешил щеголь.

- Ага, девки молодые кругом, а у него синяк на поллица. Вот и прячется. Показаться боится во всей красе.

Позади явственно хрюкнули от смеха, да и раненый затрясся сильнее.

- Вот видите! – трагично вздохнула Верочка. – Пугаете мне братишку!

- Хорошо, - скептически хмыкнул военный, - не буду пугать. А доктору вы все же покажитесь. Надеюсь, доктор у них не испарился, - пробормотал он себе под нос, - вместе с водой из резервной бочки.

- Ох, придется кому-то устав наизусть учить! – ляпнула Ворона, удивляясь самой себе.

Гормоны, что ли, играют? Так, ей срочно нужно зеркало. Раньше-то Верочка такой болтливостью не отличалась.

- Ну хоть кто-то в этом городе понимает всю важность спасательной службы! – усмехнулся красавчик. - Благодарю вас за вашу гражданскую позицию, эри…

Верочка замялась, не зная, что и ответить, и не пора ли уже врать по ай-яй-яй какую ужасную потерю памяти.

- Эра Верена Варлис, - встал рядом мальчишка.

- Простите, - военный уважительно склонил голову, - конечно же, эра. Эра Варлис, дождитесь доктора, - велел он. – И показания ваши потом понадобятся.

- Конечно- конечно, - так любезно подтвердила Верочка, что и дурак бы догадался, что никого она ждать не станет. А о показаниях щеголь может только мечтать.

- Вот и договорились, - усмехнулся он уголком рта, выразительно показывая, что фиг ты от показаний отвертишься.

От дальнейшей пикировки ее спасли бравые местные спасатели, наконец-то нашедшие то ли бочку, то ли воду, то ли эту полудохлую клячу, которая с трудом тащила телегу. А по гневно сведенным бровям начальства стало понятно, что никакое знание устава подчиненных от усиленных тренировок не спасет.

- Эр Райфорд, - командир спасателей склонился перед щеголем в глубоком поклоне. - Ваше сиятельство.

- Какое сиятельство! – прорычал тот. – Мы с вами на балу, что ли! А ну закончили расшаркивания и за работу!

Как бы ни хотелось Вороне досмотреть представление до конца, лучшего времени удрать больше не представится. Но стоило признать, действовало сиятельство весьма грамотно. Получив добрый начальственный пинок, спасатели забегали как угорелые – и телегу подогнали, и рукав раскатали, и людей с тазами подальше отодвинули. И вода из шланга хлынула с удивительным напором, хотя никакого насоса и в помине не было.

А вот руки стоящего у бочки парня в форме как-то странно искрили мерцали – голубые полупрозрачные искорки табунами бегали от кончиков пальцев к запястью и обратно.

Неужто здесь и магия водится? Вот уж попала, так попала.

И местный командир тоже попал. Верочка аж залюбовалась эром Райфордом. Леха Воронцов, ее любимый муж и бессменный командир их отряда, тоже любил время от времени проводить уроки боевой и политической подготовки, правда, орал куда как громче. А этот фразочку бросит, едва ли не шепотом, а народ уже трястись начинает.

Вспомнив Леху, Верочка прикусила губу, чтобы не расплакаться. И пусть прошло с его смерти уже сорок три года, она скучала до сих пор. И этот черноглазый красавчик, совершенно не похожий на ее рыжего веселого мужа, своей работой и отношением к делу очень живо его напомнил.

В тот день был юбилей их первой встречи – семь лет. И каждый год Алексей дарил ей по вороньему перышку, украшенному бантиком. И сам носил в волосах такое же перо, без бантика, разумеется. Два дома всего не дошел.

Пожар… и там тоже был пожар… Помогать кинулся. Верочка потом в кустах букет нашла и бантик от перышка, а вот самого перышка не было. Зато была бабка. С кошками. Она и рассказала, как Леха героически в подъезд бросился, кошек ее спасать. И главное, спас, всех десятерых. А сам...

Верочка и не сомневалась, что он в пожар бросится. Тем более, когда десять кошек. Он бы и за одной кинулся. Да и не горел еще этот этаж, просто задымление. Добрался он быстро, да и дверь ломать не пришлось – бабка ключи дала. А вот назад уже не успел. Огонь путь перекрыл. Пришлось окно распахнуть. Кошки и ломанулись на свободу, хорошо, что рядом дерево ветки свои раскинуло. Миг, и кошки уже на земле, шерсть вздыбили, ругаются на бабку матерно. Леха сам прыгать готовился, а тут взрыв…

Какой-то идиот газовый баллон дома держал. В соседней квартире. Алексея с силой из окна вышвырнуло. А вот встречи с землей он уже не пережил. Сразу насмерть…

Так, хватит, уходить и срочно.

- Да что ты все время вертишься? - мальчишка резко развернулся к Верочке. – Короче, то, что я тебе помог, ничего не значит. Поняла, Ворона!

- Поняла, сыночек, поняла, - ласково пропела Верочка, заставив пацана скрежетнуть зубами. – А теперь все за мной! И ты вставай давай, болезный.

Она подхватила раненого под руку, помогая подняться.

- Да сдвинь ты уже повязку с глаз, не спотыкайся. Не смотрит он уже.

- Зато девицы видят, - парень оказался еще той язвой.

- Так и свадьбы никакой не будет, - поддакнул ему мальчишка.

Спелись, паразиты!

Глава 2 попаданческого устава

Глава 2 попаданческого устава: размещение и обеспечение личного состава необходимым оборудованием

Чем дальше они пробирались через толпу, тем больше Ворону одолевало чувство непоправимой ошибки. Что-то она делает не так. Но что?..

- Ой! – пискнуло у над ухом.

Уставшую малышку Верочка давно взяла на руки и теперь обеспокоенно спросила:

- Что случилось?

- Котика забыли!

- Котика? Где?

- Там… - девочка махнула рукой. – В огне!

- Там еще и кот бы?! – Ворона бы схватилась за голову, если бы руки не были заняты.

- Да сгорел давно твой Фырк! – буркнул мальчишка.

- Нет! - девочка разрыдалась в голос, стиснув шею Верочки.

- Тише, моя маленькая, - Ворона принялась успокаивать ребенка, поглаживая мягкие шелковистые волосы и украдкой показывая кулак мелкому поганцу. – Спасу я твоего котика.

- Точно спасешь? – малышка доверчиво шмыгнула носом.

- Конечно! – воскликнула Ворона. – «Подполковники МЧС не сдаются», - уже мысленно добавила она, понадеявшись, что котяра все же успел выбраться. – Всегда любила пушистых рыжих котиков.

- Ты чего? – сквозь слезы улыбнулась девочка. – Фырк маленький и черный.

- А я так и сказала, маленький и черный. Так, давайте сюда, - Ворона потянула свою банду к ближайшей таверне.

Беглый осмотр, насколько позволяла галдящая толпа, показал, что на эту площадь выходило как минимум три таверны, считая сгоревшую. И она, кстати, была поприличнее.

Эта тоже имела два этажа, яркую вывеску «Красная рыбка», деревянную обшарпанную дверь и бородатого хозяина, забравшегося на круглую декоративную бочку у входа, подпрыгивающего, чтобы было получше видно.

- Уважаемый! – дернула его за рукав Верочка, опуская малышку на землю. – Нам бы комнату.

- Чего? – отмахнулся, не глядя, старик.

- Комнату! – рявкнула Ворона, помахав перед его носом вытащенной из лифа бумажкой.

- Рехнулась! – мальчишка успел выхватить денежку из загребущих пальцев недовольно ощерившегося старика. – Месяц здесь жить собралась? У нас, между прочим, дом есть. А этому за ночь и пары монет хватит.

- Пять! – оценив их состояние, тощий дедок соскочил с бочки и выжидающе вытянул не очень чистую ладонь с пораженными артритом пальцами.

Торговаться Ворона не собиралась – дети устали, юноша ранен, кошак чертов где-то бегает.

- Выбирай! – язвительно улыбнувшись, она передала платок мальчику.

Покопавшись в мелочи, тот выбрал под возмущенное шипение дедка две самые мелкие монетки. Сообразив, что за эти деньги их поселят разве что в чулан, Верочка подхватила еще пару таких же мелких монет. И старик, сменив гнев на милость, повел их внутрь.

А вот там все было уже не так печально, как снаружи. Беленые стены с намалеванными разноцветными рыбками, еще три декоративных деревянных бочки, на которых возвышались простенькие медные канделябры, сейчас не горевшие. Деревянные столы, лавки и стулья, украшенные немудреной резьбой. Стойка, заставленная какими-то крынками. Крутая, не очень-то удобная лестница на второй этаж, куда раненый взбирался, повиснув на плече Вороны, а малышка на руках брата. Длинный темный коридор с одним окном на другом конце и множеством дощатых дверей.

Распахнув третью от лестницы дверь, старик горделиво предъявил небольшую комнатушку с четырьмя узкими кроватями, прикрытыми тонкими стегаными одеялами, маленьким столиком с глиняным кувшином и парой кружек. Вместо шкафа несколько вбитых в стену и дверь гвоздей. За предложенные деньги – условия шикарные. Предположительно. С деньгами ей еще разбираться и разбираться. Как и со всем прочим. Единственное, что пока понятно-зовут ее эра (потому как замужем) Верена Варлис, а наглый пасынок Вереной-Вороной дразнится.

Как бы ей аккуратненько имена детишек узнать, а то совсем уж подозрительно будет. Никого не знает, ничего не помнит… Хотя нет, кое-кого уже знает. Но это совсем уж…Мужа не помнит, детей не помнит, зато знает постороннего мужик, пусть он какое-то там сиятельство. Так что эр Райфорд не в счет. И главное, потерю памяти не изобразить – тут бы травму головы какую-нибудь для оправдания.

Кстати, этот приемчик уже вовсю использует новоявленный «братец», Ворона не видела, чтобы от такой малости память теряли. И потеря крови не так уж велика. Да, слабость, головокружение, но выспаться и к утру куда лучше будет.

С ним бы еще наедине поговорить. Но опять не судьба. Даже собственное лицо не рассмотришь. Нужно возвращаться и срочно.

- Любезный, - окликнула Верочка хозяина таверны. – Нам воду – умыться и питьевую, и обед на четверых.

- Какой обед, - пробурчал старик, почесывая куцую бородку, - ужин уж скоро.

- Пусть будет ужин, - согласилась Ворона, не заметившая снаружи никаких признаков приближающейся ночи.

Быстрый взгляд в окно, подтвердил ее вывод – слегка красноватый свет и не думал тускнеть. Быть может, ночь падает на город неожиданно?..

- Заплатить бы, - дедок скрестил руки на груди.

- А разве питание не входит в стоимость? – Верочка улыбнулась со всей возможной наивностью. – Такие огромные деньжищи за комнату и без питания?

- Да какие же огромные? – изумился старик, да и «сынуля» с «братцем» удивленно на нее уставились.

Ну а чего? Захочешь жить, еще не так раскоря… расстараешься!

- Ой, так получается, что таверна многоуважаемой эри Берты не просто так сгорела? Это специально, чтобы с несчастных погорельцев потом три шкуры драть за какую-то конуру. Надо бы сказать его сиятельству, чтобы проверил…

- Эй-ей-ей! Милочка! Разве я не сказал, что в стоимость проживания входят обеды и ужины?

- И завтраки! – быстро сориентировался пацан.

- И завтраки, шайка воров и проходимцев!

- Чего?

- Любимые клиенты, я хотел сказать!

- Вот и замечательно, тогда сейчас таз с теплой водой, ужин и что-нибудь выпить…

- Выпить? – обрадованно потер ручки старик.

- Попить, я хотела сказать, - передразнила его Верочка. – Детишкам. А про выпить я потом подумаю. И если принесете все быстро, я с радостью расскажу всем на площади, что в самой лучшей таверне «Красная рыбка» самые лучшие цены, а для погорельцев первый стакан пива бесплатно.

- Рехнулась?! – возмутился дедок. – Мало мне четырех нахлебников, так теперь всю шваль бесплатно пои.

- Не всех, а только погорельцев, которые снимут у тебя комнату. И кто мешает тебе включить стоимость кружки пива в стоимость комнаты? К тому же, одной кружки им явно мало будет, и придется вторую покупать.

- И третью! И четвертую! А любимым постояльцам я даже мяса в похлебке не пожалею. И пива бесплатно! – бизнес-план старикан просчитал чертовски быстро. – Первый стакан!

- Вот и неси! – велела ему Ворона. – Начни с воды.

Старик быстренько вымелся из комнаты, Верочка, подумав, что приводить себя в порядок (и рассматривать внешность), пока смысла нет, все равно на пепелище перепачкается, поспешила следом.

- Не уходи! – пискнула малышка и, соскочив с кровати, повисла на Верочке.

- Не плачь! – обняла ее Ворона, ласково чмокнув в грязную щечку. – А я быстро. Только за вещами нашими сбегаю. И котика твоего поищу.

- Фырка!

- Фырка-Фырка, - передразнила ее Верочка, усаживая обратно на кровать. – Вот как только заберу Фырка и вещи, так сразу и вернусь.

- Вещи?! - усмехнулся наглый поганец. – Это какие-такие вещи? Тот огромнейший узелочек, который нам дорогая тетушка вручила, когда из дома выперла?

- Огромный, не огромный, а все равно наш!

- Да там тряпки одни, - не сдавался мальчишка. – Бесполезные. Даже за комнату в той таверне пришлось твои сережки отдавать. Задарма, можно сказать. Неделя в той богадельне столько не стоит. Это еще хорошо, что я документы не стал в комнате оставлять, когда ты их там бросила!

- Ты документы спас? Радость ты моя! – искренне воскликнула девушка (вроде ж девица та молодой была), крепко обнимая парнишку и целуя в вихрастую макушку. – Да ты – наш герой! Самое нужное спас!

- Пусти, дура! – вывернулся из ее объятий мальчик, смущенно покраснев.

Ага, доброе слово и Фырку приятно.

- А Тэриан - сам дурак! – возмутилась мелкая, показав ему язычок.

- А Эриска – вредина! – не остался в долгу тот.

Ну хвала всем богам – хоть имена выяснила. А то отличная была бы семейка: дурак, вредина и чокнутая, ничегошеньки не знающая об этом мире.

Перепалку, к счастью, прервала светловолосая полноватая женщина с ярким платком на голове, притащившая таз с водой.

- Ой, бедняжечки, перепачкались-то все! Хорошо, хоть и из огня-то выбрались. Ты иди, милая, - женщина, широко улыбнувшись, опустила таз на столик и окунув туда полотенце, принялась оттирать мордашку Эриски. – Отец сказал, что ты котика спасать идешь. А за детишками я пригляжу. И ужин вот-вот готов будет. Отец там, правда, с каким-то пивом носится. Но моя сестрица все в лучшем виде приготовит.

- Спасибо, - улыбнулась Верочка.

- На от, платок мой возьми, пригодится.

Похоже, с жильем им на этот раз повезло. Выскочив на лестницу, где с трудом разминулась с симпатичной девушкой с длинной русой косой и большим подносом с тарелками и плошками. Перехватив одну из кружек с водой и выпив ее на бегу, Ворона выскочила наружу.

На улице стремительно темнело, сколько осталось времени до того, как ночь вступит в свои права, Верочка не знала. И решила поспешить. Таверну Берты давно потушили, пожарные собирали свое добро, зеваки – чужое и «бесхозное». Берта бегала вокруг его сиятельного сиятельства и противно ныла, что «все что нажито непосильным трудом – все потеряно».

Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая... три... – мысленно подсказала ей Верочка и вслух заявила. – Вот-вот. Проверить бы таверну нужно. Мы, когда через окно выбирались, шум наверху слышали. Будто шуровал кто-то по комнатам. А потом, может, и вниз спустился, - добавила она, сообразив, что, если утащенные ей бумажки теоретически могли бы сгореть, а вот монетки вряд ли.

- Не волнуйтесь, - эр Райфорд уже не знал, как отделаться от ушлой бабы. – Городская стража все тщательно проверит.

- Ой да ладно, - тут же пошла на попятный Берта. – Зачем беспокоиться, мы тут уж сами!

Видать, не все-то честно в ее хозяйстве. И сережки за неделю ей Ворона еще припомнит.

- А ты, красавица, никак за вещами пришла? - Берта подхватила Верочку под локоть, потащив за собой подальше от щеголя.

- Точно, за вещами, - усмехнулась Ворона. – Покажите, все, что не сгорело. Надеюсь, сережечки мои, которые вы на хранение брали, в целости?

- А то, - тяжко вздохнула хитрая хозяйка, оглядываясь на смотрящего нам вслед Райфорда, - все целости и сохранности. Отдам, милая, все отдам.

Тетку Вороне было не жалко. Вряд ли хороший человек отберет у бедной девушки с двумя детьми и малюсеньким узелком последние сережки, когда комната медную мелочь стоит. А заведение Берты ненамного лучше, чем у старикана с пивом. Внутри так и вовсе похуже будет. И дело не в пожаре. В общей какой-то неухоженности. Если мысленно убрать все следы огня, картинка не очень приглядная выходит. И как Верена могла детей сюда притащить?

- Сережки! – Ворона протянула тетке ладонь, куда послушно упало вытащенное из кармана украшение. – И покажите мою комнату.

- Сама ищи! – буркнула Берта. – Неужто вторую дверь с конца не найдешь?!

- Спасибо, поищу, - обрадовалась Верочка, заматывая рот и нос платком.

Та сторона таверны почти не пострадала, так что был шанс найти и узелок, и котика.

Хотя котик вряд ли бы стал сидеть в горящем доме.

И вот как она должна искать маленького черного котика в темной комнате, когда он наверняка шляется черте где?!

Пахло в таверне… да, собственно, как после пожара и пахло. Гарью. Дымом. Разогретой водой. Стойкий едкий запах, которым невозможно дышать. Кругом сажа и копоть. Здесь еще убираться и убираться.

- Ой, бедная же я, несчастная, - проныла за спиной хитрая Берта. - И что я со всем этим делать-то должна? Чего же здесь так воняет-то?

- Дело в том, - по давно заученному машинально протараторила Ворона, - что под действием высокой температуры мельчайшие обуглившиеся частички и выделившиеся ядовитые смолы глубоко проникают в пористую поверхность стен и мебели. А затем застывают при остывании воздуха. Если с ним не бороться по всем правилам, то ядовитый запах и через год никуда не денется. А в некоторых случаях без специалистов по очистке помещений не обойтись.

- Ядовитый? – перепугалась тетка. – А делать-то что? Где их искать, специалистов энтих?

- Что делать? – Ворона мысленно прошерстила инструкции.

Выбросить пострадавшие предметы интерьера, проветрить помещение и провести влажную уборку. Чтобы ликвидировать запах, весь текстиль нужно перестирать, поверхности протереть раствором аммиака и уксуса, долго и тщательно проветривать помещение. Плюс еще спецсредства. Но их тут вряд ли можно найти.

Разумеется, вслух все это Верочка не произнесла, сообразив, что на этом можно и подзаработать. Грязной работы она никогда не боялась, а деньги им очень нужны.

- Для начала открыть все окна и двери, и тщательно все проверить. А утром я загляну и все решим.

- Как это открыть? – возмутилась Берта. - Утащат же все!

- Здесь и тащить-то нечего. Все на выброс.

- Здесь нечего! А там, можно сказать, новенькие подушечки!

- Если не хочешь, чтобы гости обходили твою таверну стороной, проветривай. Найми на ночь кого-нибудь, пусть ходит кругам и охраняет. А утром все решим!

- Разорение, чистое разорение! – тетка едва не рыдала.

- Притащи в этот зал все, что пойдет на выброс. А пока сходи объяви народу, что до сих пор там толчется, что утром для всех желающих за пару монет будет экскурсия по пепелищу с возможностью взять что-то на память. Так и от мусора избавимся, и денег на оплату моих услуг наберешь.

Пока обрадованная Берта побежала радовать народ, Верочка, выкинув из головы завтрашние проблемы, пошла разбираться с проблемами нынешними.

В зале было чертовски жарко, а на узкой обгоревшей лестнице и вовсе невыносимо. И словно бы отзываясь на мысли хозяйки, ее ладони полыхнули нежно-голубым цветом, резко охладившийся воздух волной разошелся в стороны, покрыв стены и ступеньки изморозью. Правда, стоило Верочки сделать несколько шагов вверх, как жар торопливо поглотил бедные снежинки, противно потрескивая. А морозная дорожка, будто пугаясь царящего вокруг пекла, бежала впереди Верочки, хотя руки уже потухли.

Ого! – восхитилась Ворона. – Знала бы, что я – маг, быстренько бы все здесь заморозила. И пожару конец.

Вот, кстати, странно: пожар был довольно сильный, помощь (настоящая, а абы как) пришла не сразу, а последствий не так и много – пострадал этот зал, еще несколько комнат справа, стены деревянные, но устояли, пусть и полностью покрылись копотью. Но основа-то цела. Такое чувство, что разошедшийся было голодный огонь, вдруг стал не спеша, будто нехотя, грызть свое угощение, на радость Берте.

Мистика, как есть мистика. Или, что вернее, магия…

Можно сказать, счастливый случай.

- Кому-то, может, и счастливый, - раздался еде слышный шипящий голос. – А меня за такую случайность матушка прибьет!

Ворона всмотрелась в темноту коридора, прикидывая, откуда мог идти звук.

Несколько дверей в коридоре были открыты. В том числе и вторая с конца. Дверь в комнатушку Верены. Неужели, кто-то из ее новой семьи мог остаться в комнате?

- Ты где? – спросила Верочка, резко ускоряя шаг.

А вдруг он пострадал.

- Пострадал, еще как пострадал! – тяжко вздохнул голос. – Чуть хвостик не подпалил. Пришлось даже огонь усмирять.

- И кто у нас матушка?

- Элмурен´танерис Калифорнийская! Императрица!

Калифорнийская? – мозг Верочки, поскрипев извилинами, наконец-то вычленил нестыковку. – Мы на Земле? Или Соединенные штаты и в другой мир свои лапы загребущие засунули?

Машинально проверив все двери по пути, убедившись, что там никого нет, Ворона влетела в последнюю… пустую комнату. Но голос она слышала совершенно точно. С ума она еще не сошла, несмотря на творящийся вокруг кошмар.

Комнатушка была мелкой, всего две кровати, тумбочка, расхлябанная деревянная этажерка, грубые серые одеяла, пара плоских, как блин, подушки, клубящийся в воздухе пух. Узелок в углу одной кровати, оказавшийся, на удивление, объемным. Непонятный ком на второй. А вот людей нет. Как и котика. Верочка даже под кровати заглянула. Никого.

- Не это ищешь? – темный комок шевельнулся, выгнул спину и вытащил из-под попы нечто черное и пушистое, зверски растерзанное другим черным и пушистым.

И если первое черное молчаливо раскидывало пух по всей комнате, второе злобно шипело и драло остатки плюшевой игрушки, голова которой сиротливо валялась на полу.

- Видимо, это, - кивнула девушка, подбирая с пола голову, бывшую когда-то любимцем Фырком, и не представляя, как будет рассказывать об этом малышке.

Второе черное, тоже являющееся котом, к счастью, живым. И говорящим. Хотя, кто его знает, что в этом мире водится.

Верочка протянула руку, собираясь погладить котенка… а нет, этот постарше будет, еще не совсем матерый…

- Чего это не совсем матерый?! Очень даже матерый! Мне даже папуля сказал, что мне пора проходить курса боевой и политической подготовки. А я…

- А ты?

- А я сказал, что и сам уже боевой и политический! И упрыгнул. Сюда.

- А матушка что сказала? – Верочка автоматически поддерживала разговор, пытаясь уложить в голове всю абсурдность этой ситуации.

- Совсем тупая? – кот даже повертел лапкой у виска. – Откуда я знаю, что она сказала, если я сюда упрыгнул! А обратно никак… - пригорюнился котик.

- А чего так? – Ворона уселась на соседнюю кровать, опасаясь приближаться к этой непонятной хрени.

- Сама ты хрень, дура тупая! – зашипел на нее маленький, черный и пушистый.

- А если за шкирку и в таз с водой?!

- А если за попу укушу? Больно!

- Ха! Пока ты из таза вылезешь, пока шкурку оближешь, кусаться и перехочется!

- Да я эту шкурку в два счета высушу, а в третий – укушу! Помой ее только! Я грязное не ем! Хотя ты ничего так, вкусная. У вас на Земле, видать, все вкусные.

- У вас на Земле? То есть, это не Земля?

- А то! Сама, что ли, не видишь?

- Не вижу, что?

- Фон магический! Ты магов на Земле видела? Не видела! А почему? А потому что фон магический ниже некуда. А здесь нормальный такой фон. Только назад все равно никак. Ни домой, ни на Землю.

- Стоп! Землю! Про Землю ты откуда знаешь? Я про это вслух не говорила… Ах ты, гад пушистый! - догадалась Верочка. - Ты у меня в голове, что ли, пасешься, зараза блохастая?!

- Было бы где пастись. Захламлено у тебя все там ерундой бесполезной!

- Ты вообще кто такой?

- А вот инструкцию прочтешь, узнаешь!

Перед носом Вороны сам собой материализовался пухлый бумажный свиток. Развернув его, девушка прочла:

«Инструкция по использованию… ухаживанию за и благоговению перед великими и всемогущими нарханами в целом и Фррром, почти наследным принцем, в частности».

- Почти наследный принц? – усмехнулась формулировке Ворона. - И что же это значит?

- Совсем тупая, да? Ясно же, как только подписи соберу, буду наследным!

- Какие подписи?

- Электората!

- И где ты возьмешь этот электорат?

- Где поймаю, там и возьму! Подпись, дура, а не то, что ты подумала!

- Еще раз нахамишь, - ласково-ласково сказала Верочка, показывая наглой твари кулак, - хвост оторву! И скажу, что так и было!

- Эй-ей-ей! – перепугался котяра, пряча хвост под пухлой попой. – Хвост это святое! А попа у меня нормальная! Это ты тощая, как…

- Как кто? – кулак придвинулся черной усатой морде.

- Как эльфийская красавица!

- А здесь еще и эльфы водятся? – всерьез заинтересовалась Ворона.

Раз это чудо в перьях и так все про нее знает и в ее голове пасется, как у себя дома на пастбище, можно и разведданные собрать без возможности засыпаться.

- Я-то откуда знаю, кто здесь водится? – недовольно махнул хвостом нархан. – Сам здесь минут двадцать. И где ты у меня перья увидела, ду… душевная дамочка? Хотя…

Хвост пару раз метнулся перед щелкнувшими пальцами Верочки и оброс сами настоящими вороньими перьями.

- Мама дорогая! – шарахнулась в сторону девушка, раздумывая, не перекреститься ли.

- Какая я тебе мама? Можешь звать меня просто – хозяин!

- А если я тебе все перья с хвоста ощиплю?

- Злая ты! Уйду я от вас!

- Сам же сказал, что уйти не можешь.

- Злая… - котик свернулся печальным клубком, - на больное давишь.

- Да ладно, не ной, - Верочка почесала его за ухом, - и тебя спасем.

- И принцем сделаем? – навострилось острое ушко.

- И принцем сделаем, коли так надо. Только это дело обоюдное. Я тебе помогаю, а ты мне.

- И что я делать должен?

- Для начала давай разбираться, кто такие нарханы, что это за мир, куда мы попали, и что делать с игрушкой, которую ты в клочья порвал. Ириска расстроится.

- Тоже мне проблема, - встряхнулся кот, стряхивая руку Верочки.

Он встал, потянулся, взмахнул хвостом, с которого уже исчезли все перья, и упал на кровать большой плюшевой игрушкой.

- Так нормально? – подмигнул ей игрушечный кошачий глаз.

- И долго ты так сможешь?

- Не, долго не смогу. Скучно. Отдашь меня девчонке. Скажешь «абракадабра» и вместо дурацкой игрушки мелкая получает лучшего пушистого друга.

- Да, от скромности ты не умрешь!

- Я вообще умирать не собираюсь!

Глава 3 попаданческого устава

Глава 3 попаданческого устава: поддержание связи между подразделениями спасательного гарнизона разных миров

Гарь с первого этажа затягивало и сюда, и Ворона распахнула окно, впуская прохладный ночной воздух. Хм, а воздух не такой и прохладный. Солнце уже зашло, а температура так и не снизилась.

Еще один вопрос к этому миру.

Верочка высунулась по пояс, будто отсюда надеялась разглядеть вторую таверну и понять, как там детишки.

- Да что этим спиногрызам-то будет, - черный котяра, уже в живом виде, вспрыгнул на тумбочку, а оттуда на спину Верочки, где и развалился всем своим весом. - Спят, поди, без задних лап.

Спят, это да. После всплеска адреналина, да после сытного ужина, детей наверняка сморило.

- А ну брысь, - Ворона дернула плечом, пытаясь согнать поганца, но лишь заработала несколько царапин от выпустившего когти нархана.

- Э-ге-гей! Погнали! – веселился тот.

- Вот как вылезу, так хвост и оборву!

Только вот выбраться из узкого окошка, когда на спине лохматая зараза гарцует, было не так-то просто.

- Ну, ладно, ваше великолепнейшее императорское высочество, извольте покинуть плацдарм!

- Чего-чего?

- Пошел вон, говорю.

- Пошел вон кто?..

- Пошел вон, ваше великолепнейшее императорское высочество!

- Вот так бы стразу, - Фырк соизволил наконец отцепиться и сиганул на кровать. - И не Фырк, а Фррр!

- А какая разница? – девушка наконец-то выбралась и села напротив кота, потирая ноющее плечо.

- Огромное! Буква «р» в имени нархана является основополагающим фактором, - разглагольствовал котик, прогуливаясь туда-сюда по кровати. Иногда весело подпрыгивал, вызывая жуткий скрип пружин. – Чем больше «р», тем круче нархан. У меня вот уже целых три.

- А у императора?

- Пять! Шррррр его зовут.

- А у матушки значит всего три «р». Элмурен´танерис Калифорнийская!? – на память Ворона никогда не жаловалась, даже в семьдесят пять.

- Это ее земное имя. А в империи она носит имя Муррррена. Четыре «р»!

- То есть твоя мать из Калифорнии?

- Какая Калифорния! Из Хватогорска[1] мы. Это просто матушкин титул. Она дюже породистой кошкой была, когда папулю встретила.

- А папуля?

- А папуля потомственный нархан. С Мэйдеса.

- С Мэйдеса? Из тебя каждое слово, что ли вытягивать?

- Мэйдес – это один из миров Калейдоскопа[2]. Там папуля встретил Барбариску, которую туда с Земли занесло, спас все четыре мира и основал Империю.

- Ого! – удивилась Верочка. - Еще одна попаданка.

- Ага! У вас с Земли часто кого-то куда-то заносит.

- Так и твою матушку, выходит, занесло?

- Неа, папуля послал на Землю разведчика. А потом и сам уже туда отправился, где и мамулю встретил. И сделал ее своей Императрицей.

- То есть, ваш Император – нархан, а его жена – кошка с Земли?

- Была кошкой, стала нарханой.

- Все интереснее и интереснее. И это снова приводит нас к вопросу, кто такие нарханы.

- Самые великие…

- Стоп! Про самых великих, я уже поняла. У нас времени мало. Давай покороче и без инструкций. Нарханы – это маги?

- Неа!

- Оборотни?

- Неа.

- А если за хвост?!

- Злюка! Не верь тем, кто говорит, что мы мелкая нечисть. Во-первых, вовсе даже не мелкая. А во-вторых, и вовсе не нечисть. Мы эти… как их… метаморфы, вот! Ну, а что пакости людям делать приходится, так не по злобе душевной, а ради детишек голодающих.

- Каких детишек?

- Нарханьих. По-твоему, человечьи детишки должны жрать, бедные маленькие пушистые нарханчики нет?

- Я совершенно не против сытых нарханчиков, только понять не могу, при чем тут пакости?

- Как при чем? Чем сильнее человек злится, тем ярче и вкуснее его эмоции.

- А что, эмоциями можно питаться? – Верочка в изумлении распахнула глаза.

- А что там сложного, наливай да пей… то есть ешь! – хохотнул кот.

- Так ты тогда чудо какой экономный спутник. – улыбнулась Ворона. – Денег на еду тратить не нужно. Обозлился на тебя посильнее и всех делов, а с твоим характером это очень даже легко.

- Ишь какая! На маленьких беззащитных котиках экономить! А молоко?! А сосиски?! Про сардельки я вообще молчу!

- Да будут тебе сардельки, кончай ныть. Давай по делу. С питанием твоим мы разобрались. С проживанием тоже. Форму меняешь, как душа пожелает, так?

- Так, - усмехнулся Фррр, взмахнул хвостом, и на кровати появилась маленькая золотоволосая феечка в желтой юбочке. – Или так, - прозвенел нежный смех, - и на колени Верочке метнулась огромная облезлая крыса с голым хвостом.

- Интересненько, - Ворона перехватила нахала за этот самый длинный хвост и покачала его в воздухе.

- А что визжать не будем? – уточнила крыса и, извернувшись, цапнула девушку за палец и, выпушенная из рук, шмякнулась на пол, быстро скрывшись под кроватью.

- А ну вылазь! – велела Ворона, заглянув под кровать.

- Ага! Вот ты подтвердила один из нарханьих постулатов.

- Какой?

- Что люди завсегда нарханам кланялись!

- Ах ты ж! Ты проголодался, что ли, собака такая? Специально меня злишь?

- Вообще-то котик!

- Обормотик! Вылазь, драться не буду. Давай ускоряться. У меня там дети одни.

Из-под кровати выполз черный кот, по уши перепачканный пылью.

- А Берта, похоже, не очень-то себя уборкой утруждала. А ты, хочешь быть принцем, веди себя прилично.

- А в подписном листе распишешься?

- Где?

- На выборы, что ли, не ходила? В подписном листе о выборе меня наследным принцем!

- Подпишу…

Ворона не успела даже договорить, как кровати рядом с ней возник небольшой свиток и обычная шариковая ручка.

- Вот там в конце распишись! – велел нархан. – Иначе помогать не буду!

Верочка поставила подпись, оказавшуюся всего сорок второй.

- Я недавно в политической борьбе участвую. Матушка не пускала, говорит, маленький еще.

- Маленький? – ужаснулась Верочка. – Еще один младенец на мою голову?

- И ничего не младенец. Я уже почти взрослый. Вот даже пожар остановил!

- Погоди, что-то не стыкуется. Ты сказал, что здесь всего двадцать минут. Но пожар утих раньше. По всем законам физики он должен был распространиться куда сильнее. И последствия были бы серьезнее.

- Ну, магичил тут кто-то до меня, - пожал плечами нархан. – Остаточной магией пахнет.

- Ты и магию чуешь?

- А то. Ты вот водой пахнешь, холодной. А здесь кто-то огненный поработал.

- Поджег или потушил?

- Ну, судя по твоим словам, потушил. А может, сначала поджег, а потом потушил.

- Вот только магов мне еще не хватало! – вздохнула Верочка.

- И правильно. Зачем, нам посторонние маги. Нам еще кучу подписей собирать.

- Я правильно поняла, что с подписями ты от меня не отстанешь?

Котик надулся, как индюк, и глубокомысленно кивнул.

- А просто подделать подписи?

- Неа, - пригорюнился Фррр, - я еще в детстве пробовал. Сразу раскусили.

- А народу обязательно говорить, за что мы подписи собираем? Ты сможешь магически подписи с другого листа на свой свиток перенести? Подписи настоящие будут.

- Не уверен. А за что мы подписи собирать будем?

- И за, и против. Против бездействия и неорганизованности местной спасательной службы. За своевременно предотвращение пожаров.

- Отличная идея, - нархан аж лапками в восхищении захлопал. – Так сверху и напишем. А внизу мелким шрифтом «за признание великолепнейшего Фррра наследным принцем межвселенской Империи нарханов». А потом верхняя часть аккуратненько исчезнет.

Путь до дома… хм, места временной дислокации в виде таверны «Красная рыбка» добрались бы быстро, если бы кое-кто пушистый не потребовал сардельки вот прям срочно. А рыбку он, видите ли, не хочет. А хочет на ручки. Достал, источник ценной информации!

Несмотря на поздний час, лавки и кафе (хотя, кафе – это громко сказано, скорее, едальни) еще работали.

- Хватит ныть! – велела Ворона. – Денег все равно нет. Хочешь сардельки, иди сам проси.

- Ну и попрошу! – путающийся под ногами нархан взмахнул пушистым хвостом и попросту исчез.

- На всех проси! – крикнула в пустоту Верочка.

- А мне за это что будет? – прошелестело в воздухе.

- Организуем подписной лист в защиту несчастных голодных котиков!

- Лады! Только не несчастных, а великолепных!

- За несчастных больше подпишутся, - Верочка перекинула в другое плечо довольно увесистый узел.

Новых вещей добрая тетушка явно пожалела. Да и не нового тоже – подходящую детям одежку по пальцам пересчитать можно. Что до остального, то такого добра на каждой помойке горами навалено. Не очень чистое, вряд ли детишкам, да и Верочке по размеру (особенно мужские штаны, явно на слона шитые, а вместо рубашки – чехол для танка). Похоже, тетушка все тряпье из своего шкафа выгребла. Ну, да ничего – постираем, перешьем, а совсем тряпье им завтра пригодится, когда будут денежки зарабатывать и таверну Рыжей Берты отмывать.

Грязи Ворона не боялась, но ей завтра еще экскурсию по пепелищу проводить и лекцию народу читать о правильном поведении на пожаре и быстром устранении последствий с раздачей мусора на память. Можно, кстати, из теткиных тряпок обережных амулетов понаделать. Кусок стены отмываешь, потом берешь уголек с пожара, в тряпку заговоренную заворачиваешь, дома прячешь, со спичками не балуешься и будет тебе счастье. И стоит недорого. Хотя нет, если недорого, не поверят.

Было немного совестно обманывать горожан, но ей еще детей кормить. И кота. И в конце концов, ее лекция по безопасности тоже чего-то да стоит. А если ее морозную магию удастся к оберегам прицепить, то вовсе озолотиться можно. Надо у Фырка спросить, как это делается.

- Меня Фррр зовут, а не Фырк, - материализовался на пути нархан с огромным мешком в зубах, что, впрочем, совершенно не мешало ему говорить.

- Неа, теперь уже Фырк. Мы же договорились про игрушку для Ириски.

- Во-первых, тогда уже не Фырк, а Фырррк. А во-вторых, не игрушка, а повелитель.

- А за хвост?

- Ладно, остановимся на лучшем друге. На, неси, - нархан пододвинул лапой мешок в ее сторону. – И меня.

Котяра пулей взлетел ей на плечо, плюхнувшись поверх узелка. А Ворона, в сердцах чертыхнувшись, взвалила мешок на второе плечо.

- Спер, что ли?

- Вот еще! Все любят бедных голодных котиков, - нархан подполз ближе и, состроив умильную мордашку, заглянул в лицо.

Добытчик, чтоб его! Вот если в мешке не окажется ее любимой ветчины, чей-то хвост точно пострадает!

Тащить добычу и добытчика оказалось нархнаски тяжело. Отсюда Ворона сделала два вывода. Первый, самомнение – вполне себе физическая величина. Потому как не может мелкий котик столько весить! А вот если на пару с самомнением…

И второй, этому телу не помешают спортивные тренировки. Похоже, милая Верена ничего тяжелее ложки в руках не держала. Интересно, кто же она такая?..

- Эй, шар незамутненной наглости, ты только мои мысли читаешь? Или ко всем залезть можешь?

- Могу ко всем, - Фррр привстал и потянулся, разминая лапы, - но…

- Когти убрал, зараза пушистая! – взвыла Верочка. – Или вон на мешок переползай!

- А мне и здесь удобно!

- Что «но»?

- А что «но»?

- Это я тебя спрашиваю, - прорычала Ворона, - что там за «но»! Могу читать мысли, но!

- Аааа. Ну, могу читать. Могу…

- Не читать! – огрызнулась девушка. – Знаю я эту шуточку. Давай ближе к делу. К делу, а не телу. Ишь, распластался. Вот возьму за хвост и выкину!

- Злая ты!

- Злая, - согласилась Ворона, - это мы еще в прошлый раз выяснили. Так что там с мыслями?

- Могу читать у всех, но только те, что на поверхности лежат, - наконец-то признался нархан.

- То есть, например, пин-код от моей карты ты узнать не сможешь?

- Сорок один шестнадцать.

- Вот блин! Он что, тоже на поверхности лежит?

- Вот пять минут назад не лежал, а как ты про него вспомнила, тогда и лег.

- Ага, значит, если мне нужно что-то узнать, надо заставить человека об этом подумать?

- Ага, - передразнил ее кот. – Это если человеки думать умеют.

- Ты на что это, твоя лохматая морда, намекаешь?!

- Да я прямо говорю. Какая-то ты бесчувственная! Бедный нарханчик потерялся! В другой мир попал, без папы и мамы! И сама, кстати, тоже попала. И хоть бы хны.

- Ну, ладно, пожалуйста, - рассмеялась Верочка. – Хны-хны-хны! Достаточно? И не жалела бы «бедных нарханчиков», давно бы за хвост и на помойку. А если серьезно, нельзя мне сейчас раскисать. Дети, нарханы. Обо всех заботиться надо.

- Особенно о нарханах!

- Ну, кто бы сомневался. А вообще, держать себя в руках – одно из главных правил МЧС. И если рассматривать всю эту свистопляску, как одну глобальную чрезвычайную ситуацию, то вроде как все знакомо и понятно. Нужно решать проблемы по мере их поступления. А что непонятно, так об этом мы потом подумаем, на досуге. Главное, что я местный язык понимаю. А то бы тяжко пришлось.

- Не только понимаешь, - отозвался Фррр, - но и говоришь. Просто тебе кажется, что на своем родном. А на самом деле, с той теткой вы на одном языке балакали.

- И как так вышло?

- А я знаю? Мы нарханы свою способность понимать любой язык, куда переместимся, получили еще в Калейдоскопе, путешествуя с Блуждающей зоной. А потом способность эта как-то сама собой к лапкам прилипла.

- А что за зона такая?

- Тебе что, всю историю Калейдоскопа пересказывать?

- Было бы интересно, но пока некогда. Так что за зона? Может, и на меня она повлияла?

- Когда четыре мира Калейдоскопа рассыпались на части, а Стражи собрали их воедино. Коряво, конечно, но как уж смогли. Вот если бы они попросили помощи у нарханов…

- Ну, это понятно, с нарханами никакой катастрофы бы не было, потому как они сами одна сплошная катастрофа.

- Ну, и не буду рассказывать.

- Молчу-молчу.

- Когда собирались миры, - продолжил Фррр, которому очень хотелось похвастаться, - одна из зон не нашла постоянного места и безостановочно перемещалась по всему Калейдоскопу. И в момент синхронизации двух зон можно было перейти из одной в другую. Стражи ей словно транспортом межмировым пользуются. В пределах одного мира они могут телепортироваться свободно, а в другие миры Калейдоскопа с помощью Блуждающей перемещаются. Ну, и мы с ними. А потом величие нашей расы росло, и способности тоже. Теперь вот мы свободно можем по любым мирам прыгать. Не только в Калейдоскопе.

- А стражи кто такие?

- Великие маги в мирах Калейдоскопа.

- Ага, значит, великие маги только в Калейдоскопе путешествуют, а нарханы везде?

- А тож!

- И совсем не от них к вашим лапкам магия поналипла!

- А сама-то! – возмутился таким поклепом нархан. – Собственной магией, что ли, пользуешься? Быстренько чужое тело к рукам прибрала вместе с магией и языком!

- Она сама попросила!

- Вот и Стражи попросили. Великие могучие нарханы, не могли бы вы взять чутка нашей бесполезной силушки и править мирами.

- А, - рассмеялась Верочка, - если в этом ключе, тогда все понятно.

- Все-то ей понятно…

- А что непонятно, высиним со временем.

- Интересно, как?

- А разве великие могучие нарханы не помогут чутка одной бедной девушке?

- Вечно работать маленьких заставляют! – вздохнул Фррр и растекся бесформенной сосиской на плече девушки, вытянув лапки. – Только не надо про сосиски, - печально протянул он. – Вот их-то я и не нашел.

Действительно, не нашел.

Высыпав из мешка добычу на прикрытый синей салфеточкой столик, Верочка подивилась щедрости местного народа. И ловкости мелких нарханов. Вот та сарделька со следами зубов явно была оторвана (или вырвана) от сердца. А запах пива говорил, что как минимум пиво тут есть. По крайней мере, в том кабаке, куда нархан успел сбегать.

Итак, три сардельки, кусок хлеба, сыр, соленый огурец, две картофелины, четыре конфеты (интересно, кто это котов конфетами кормит?) и головка чеснока (надеялись отпугнуть эту нечисть?).

- Нарханы - ничего не боятся! – заявил Фырррк, свернувшийся клубком у головы Ириски и мурчащий погромче иного чайника.

- Ага, мы так и поняли, - кивнула Верочка, откладывая в сторону конфеты и запихивая остальное обратно в мешок.

Пригодится. Не вечно же они будут в Красной Рыбке жить и бесплатно питаться.

Кстати, ужин, который накрыли внизу, стоило уставшей девушке туда ввалиться с узелком, мешком и нарханом, был очень вкусный. Хоть и простой, каша, приправленная запахом мяса, и кусок лепешки.

Дети (все трое) уже спали, и Ворона занялась сортировкой добычи при тусклом свете стоящей на подоконнике свечи. Свечу и пушистого предателя принесла в комнату хозяйка, горестно вздыхающая и жалеющая всех их вместе взятых. И почему-то котика особенно.

Со стариком договорились, что они задержатся еще и на следующий день, или на парочку, как пойдет. Оплату Верочка внесет утром, когда деньги у «сыночка» заберет. Ну, или после экскурсии и лекции о вреде бездумного обращения с артифруктами. Ворона понадеялась, что Берта еще не выпустила поджигателей из своих цепких ручек – нужно ведь кому-то все там отмывать. Нет, Верочка и сама могла бы. Но куда лучше, когда можно организовать других.

Кстати, вот и первая польза от нархана нарисовалась. Старик собирался цену им повысить, но Фррр подслушал, что и теперешняя цена деда вполне устраивает, но плох тот хозяин, который не хочет содрать с постояльцев побольше. В общем, сторговались на пару монет, еще монетку Верочка накинула за вкусное питание и услуги няни. Возиться с ее детьми дочек хозяина никто не просил. А за доброту душевную можно и вознаградить. Да, немного. Но это пока.

Вот потом, как Верочка разбогатеет. Обереги там от огня. Или вот холодильники. Как она выяснила, когда пыталась пристроить на хранение свои запасы сарделек, еду тут хранили по старинке (ну, для самой Верочки по старинке) – холодный подвал или погреб. Кто побогаче, ледяного мага вызывал, чтобы стены зачаровать. Ненадолго право хватало. И дорого.

А если сделать, чтобы и без частного вызова мага, и недорого…

Но об этом она подумает потом.

А сейчас…

Как там хозяйка рассказывала, иногда в богатой лавке подрабатывающая - маг вдоль стены рукой проводит и там морозные узоры расцветают. И продукты надолго свежими остаются.

Верочка погладила шершавый бок мешка с их запасами, и по грубой холщовой ткани потянулась поблескивающая голубым изморозь. Горловина мешка сама-собой распахнулась, и одна из сарделек стремительно удрала от магического мороза, спрятавшись под мягким боком нархана.

- Все-то ей замораживать, - проворчал тот, откусывая огромный кусок. – Интересно, что бы ты тут со своей магией делала, если бы я тебя не страховал?

- Страховал? Это как?

- Думаешь, магия – это просто? Подумал, и все? Не, ну для нарханов, конечно, просто, а людишкам учиться надо. А мне приходить твою магию придерживать и направлять.

- Выучусь, - улыбнулась Верочка. – Спасибо, что страхуешь.

- И вообще, - продолжал ворчать нархан, - развела тут мчс.

- Что?

- Море чумазых спиногрызов! – возмутился кот, пытаясь одной лапой вытащить свой хвост из цепких детских пальчиков, а второй удержать сардельку.

- Фррр! Еще раз услышу шуточки про МЧС, пожалеешь! – холодом в голосе Вороны можно было б и всю таверну во льды закатать, те то что одного нархана.

Да и магия поддержала, укусив наглеца за только что спасенный хвост.

- Ай! Да понял я, понял! Отстань! – подскочил тот.

- Фырк, - открыла сонные глазенки Ириска, - ты разговариваешь?

- Разговариваю- разговариваю, - взмахнул сарделькой нархан. – Спи!

- Ага, - девчушка ласкового чмокнула его с нос и вновь засопела.

- Ну слава богу, - улыбнулась Верочка, затянула морозильный мешок и, повесив его на один из гвоздей, рухнула на свободную кровать, уснув еще в полете.

[1] Эти события происходили в книге «Нарханы: ответный удар». С книгой «Семь перьев для Вороны» никак не связаны, кроме одного нархана, случайно сюда попавшего.

[2] Эти события происходили в цикле книг «Калейдоскоп». С книгой «Семь перьев для Вороны» никак не связаны, кроме одного нархана, случайно сюда попавшего.

Глава 4 устава спасательной службы королевства Гилдария

Глава 4 устава спасательной службы королевства Гилдария: ничто так стимулирует работу сотрудников, как внезапные проверки

Теоден Райфорд уже третью неделю колесил по стране, проклиная все на свете: служебные кареты, с рессор которых то и дело слетало заклинание, отчего пассажира нещадно трясло; раздолбанные дороги и пыль, поднимаемую копытами лошадей; таверны, встречающиеся по пути и через одну пытающиеся отравить посетителей; драгоценного сыночка, после смерти матери окончательно отбившегося от рук и месяц назад удравшего из дома; короля, который сначала мурыжил его почти неделю, а потом выдумал дурацкую проверку дурацкой спасательной службы, выдуманной этим же королем восемнадцать лет назад.

Хотя короля проклинать нельзя. О короле, как о покойнике, либо хорошо, либо ничего.

А чтоб его! Еще лучше!

Так и до виселицы можно додуматься.

Теперь целый месяц в столице нельзя показываться, а то и дольше, если снова чушь про короля в голову полезет. Любая ментальная проверка, и все: «Прощайте, дорогой князь, мы будем о вас сожалеть».

Хотя сожалеть вряд ли будут. Даже Орландо.

Лан с ним уже год не разговаривает. Почти.

Почти год. И почти не разговаривает.

Здравствуй, папа. До свидания, папа. Выдай мне деньги, папа. Эксперимент опять зашел в тупик.

Чертовски содержательные беседы.

А если бы не деньги, вообще бы не подходил.

А все мать. Избаловала поганца.

«Наш сын – гений. Ты должен это понимать».

Он и понимал. Целых семь лет понимал, с тех пор, как сдуру подарил сыну на пятилетие детский набор артефактора. Да и сын каждый день прибегал к ним с матерью, чтобы похвастаться своими открытиями. А Иоланта, сама перспективный артефактор, хотя женщинам и не пристало этаким заниматься, говорила, что мальчик далеко пойдет. Такое даже ей в голову не приходило.

Это да, не приходило. Ланта была девушкой… женщиной умной, ответственной и осторожной. К сожалению, Орландо перенял от нее только ум. А его идеи переворачивали с ног на голову не только артефакторную науку, но и дом Райфордов, который приходилось периодически ремонтировать. Да и до финальной точки парень пока ни одно изобретение не довел, быстро остывая к затее и загораясь новой. И если в детстве при поддержке матушки и невинных идеях, это выглядело мило. То с возрастом идеи становились масштабнее, а результаты оставались таким же отдаленными.

В двенадцать лет, после смерти матери, Орландо замкнулся в себе. Почти перестал общаться с отцом и, как подозревал Тео, винил его в гибели Иоланты.

С тех пор прошло пять лет. Лана, кроме экспериментов, мало что интересовало. И если поначалу он еще худо-бедно с отцом разговаривал, то последний год…

Да, возможно, не стоило так резко говорить о целесообразности его очередной затеи. Да и о предпоследней тоже.

Но, право слово, если морозильный шкаф еще можно было бы назвать полезной идеей (хотя зачем? если можно пригласить мага и заморозить подвал с продуктами), то восстановитель стабильности чар, ВосСтаЧар в сокращении, при всей своей глобальности - идея бесперспективная.

Лет двести назад в одночасье пропал стабилизирующий фактор из всех заклинаний, равно, как и из учебников. И с тех пор любое заклятие рассыпается максимум через неделю, у сильных магов почти месяц продержаться может, но все равно рано или поздно потребуется обновление любых чар. Над этой проблемой многие годы безуспешно бились лучшие маги не только Гилдарии, но и других стран. Ведущие архимаги и ученые, не чета глупому мальчишке!

И какой итог? Приходится платить огромные деньги за продление заклинаний, как например в этой чертовой карете, на которой явно сэкономили интенданты спасательной службы.

А может, и не хотят маги искать решение, неплохо так на этом зарабатывая.

Вот как королевский маг, к примеру. Эр Фариот был персоной настолько же влиятельной, насколько и противной. И встречаться с ним лишний раз, даже для обновления заряда в своих артефактах, Тео не очень-то хотел. Да и без ментальных проверок короля он как-то обойдется.

Ишь, не нравится, что плохо о нем думают. Так властвуй лучше, и думать плохо не будут!

А вообще, раз уж Теоден сейчас себе на пару ссылок навыдумывал, можно и душу отвести. Главное, не меньше месяца после этого избегать короля и Фариота. Других менталистов в Гилдарии вроде бы не было. Хотя «менталистов» - это громко сказано.

Все изменилось восемнадцать лет назад. Те дни удивительно четко (хоть и местами фрагментарно) врезались в память, будто вчера все было. И были, кстати, одним из ментальных запретов – Себастиан терпеть не мог их вспоминать, и бесился, если вспоминал Тео. Нет, никто нарочно ничего не стирал в памяти Теодена – ни тогда, ни сейчас. Никаких пробелов он не заметил, даже тайный дневник завел для подстраховки. Вернее, поначалу, когда после катастрофы пытался восстановить память, для записи разных обрывочных эпизодов и поиска взаимосвязей. А после излечения уже для подстраховки после проверок.

И вообще, спрашивается, не хочешь помнить, какого черта в чужие воспоминания лезть?

Нет, со временем Тео научился правильно готовиться к проверкам. Главное, оттянуть время проверки, если о чем-то не том думал. И за пару-тройку дней перегрузить память разной яркой отвлекающей ерундой. Или занудный философский трактат прочитать, чтобы от его просмотра зубы сводило и дальше лезть не хотелось. Единственная сложность в этом случае, самому заинтересоваться при чтении. Эти мудрецы – удивительные зануды.

Второй способ поскандалить с кем-нибудь, чтобы злость все прочее застилала. Тут любимый сынуля в последние годы очень помогает. Скандалить с ним не особо выходит: сложно спорить с тем, кто молчит. Находить общий язык, впрочем, тоже. А вот гнев и раздражение его поведением долго держатся. В самый раз для проверки.

Еще вариант – девицы голые и… хм, некоторые вольные шалости. После смерти жены, естественно. При жизни Ланты Тео, наоборот, старался скрыть эту часть их жизни во время проверок. Ни Себастиана, ни тем более старика Фариота это не касалось! Хотя почему-то очень интересовало. Причем, если мага больше привлекали девки, то короля память об Иоланте.

Это всегда казалось Теодену странным. Было время, когда он думал, что Орландо, родившийся через восемь месяцев после той охоты, сын Тиана. Вернее, тогда уже короля Себастиана. Детское прозвище этому человеку уже совершенно не подходило. А их дружеские отношения последнее время немного охладились.

Ну как последнее…

С той самой охоты и охладились.

И если Теоден подозревал свою жену в измене, то понять, что отдалило от него второго принца, ставшего после того дня принцем единственным (а вернее, сразу королем), было неясно.

Они дружили с детских лет. Магии у Себастиана с детства не было. Оттого и бесили его разные грязные намеки. Нет, никто никогда не говорил в лицо второму принцу, что он бастард, поскольку весь его род по мужской линии маги ветра. Но очень демонстративно об этом думали. Хотя бастрадом второй принц совершенно точно не был, иначе королевские регалии его бы не приняли. Бывали случаи, что магия передавалась через поколение. Но жить во дворце маленькому Тиану, внешне как две капли воды похожему на тогдашнего короля Фората, было непросто.

Первый принц Роан был старше брата на целых десять лет и не желал общаться с «разной мелюзгой», хотя и был не прочь иногда покомандовать. Так что помощи и защиты от него ждать не стоило. Отцу тоже не пожалуешься. Вот и получалось, что Теоден – единственный, кто был на стороне Тиана. У них вообще было много общего: оба любили скачки, сражения на мечах, стрельбу из лука. И, как долгое время казалось Теодену, одну девушку.

Узнав на очередной ментальной проверке о ревности бывшего друга и о приписываемом ему ребенке, король Себастиан провел магический ритуал, выявивший, что Орландо на самом деле сын Теодена, а, значит, Иоланта была мужу верна. И объяснил, что сам он видит в ней лишь напарницу в сложном деле артефакторики, которым оба увлекаются.

И если принцу Тиану Тео поверил бы, то королю Себастиану, с чего-то вдруг начавшему проверять друга на ментальном артефакте, не очень-то верилось. Нет, теперь-то ясно, что Лан – действительно сын Теодена. Тут король не соврал. И в любви Ланты Теоден больше не сомневался. Но что-то все же было не так в той истории восемнадцать лет назад…

В тот день, как, впрочем, и последние полгода, двадцатилетний Теоден Райфорд чувствовал себя счастливейшим человеком в Гилдарии. Да что там в Гилдарии, весь Санмар можно было бы озарить светом его влюбленных глаз. И такой же свет лился из глаз его жены Иоланты. И даже свадьба, с которой прошло всего шесть месяцев, мало что изменила в их отношениях. Любовь оставалось такой же яркой, сильной и возвышенной, отчего хотелось писать стихи.

Но вот стихов Тео не писал. Давно.

С тех пор, как в двенадцать лет, его поэзию безжалостно высмеяла одиннадцатилетняя баронесса Нарина, главная красотка их детской компании. Вот перед всеми и высмеяла. Потом даже морду пришлось набить некоторым, что с первого раза не поняли всю уникальность его поэзии. Парням, естественно, не девиц же бить. Хотя очень хотелось. Да стихи были сыроваты, но благородная девушка не станет вести себя подобным образом. Впрочем, это ей и ее припевалам на следующий день доходчиво объяснила старшая сестра Тиана.

Пятнадцатилетняя принцесса Валерия, единственная дочь короля, на том балу пользовалась бешеной популярностью и к ним заглянула не совсем чтобы случайно - Себастиан обещал отвлечь внимание гувернантки, чтобы Лери могла преспокойненько целоваться… хм, вести целомудренные беседы в увитой плющом беседке с принцем из соседнего королевства. Ну и что тут такого? Все равно ведь они рано или поздно поженятся, с пяти лет как помолвлены. А целоваться… беседы беседовать видите ли, нельзя!

Отвлекать они отправились вдвоем с Тианом. И разозленному Тео вылитое… случайно опрокинутое на светлую юбку гувернантки ярко-бордовое вино показалось отличной шуткой. А Валерию, встретившуюся в беседке со своим кавалером, застукала одна противная фрейлина. И разразился скандал. Гувернантка получила нагоняй, что проворонила свою подопечную, но их с Тианом не выдала.

Теодену даже стыдно стало. Но Себастиан сказал, что княжичу не пристало перед прислугой голову склонять. Принц тогда быстро выкинул эту историю из головы, Тео, впрочем, тоже. Но все же велел дворецкому отправить женщине букет, которые во множестве водились у них дома. Куда ни плюнь, в букет попадешь. Выбрал поновее и поярче и отправил.

Сейчас вот, перед охотой, вспомнилось отчего-то. Вместе со стихами. Может, оттого, что любовь к молодой жене требовала стихоплетского выхода. Или оттого, что вчера Нарина, искусавшая себе все локти после его свадьбы, вертелась рядом и выспрашивала едет ли он на охоту. Хотя прекрасно знала, что едет. Убивать животных Теоден не любил, но если король едет, то княжичу Райфорду, лучшему другу принца Себастиана, сложно будет объяснить свое отсутствие. Тем более, что и отец Теодена едет, и матушка. И весь-то свет.

Ну да ладно, Тео всегда может затеряться в лесу и незаметненько вернуться к шатрам, где разместятся дамы и прочие, не желающие бегать за дичью. Иоланта вот не желала. В отличие от Нарины. Та, поняв, что с Тео ей уже ничего не светит, переключилась на второго принца. Первый был уже счастливо и бесповоротно женат.

Предвкушая легкую прогулку и обещанный Иолантой сюрприз, Теоден лично проверил приготовленных конюхом лошадей. В этот раз он выбрал не резвого быстрого Ветерка, а спокойного черного Котика, а для Ланты низенькую тихую Ласточку. Иоланта собиралась ехать в седле и потому надела новый модный костюм для верховой езды. Матушка ехала в карете, загруженной запасными нарядами, корзинкой со съестным (будто на охоте не кормят!) и… любимым артефакторным ящиком Ланты. Последний Тео едва не выкинул, чертовы артефакты безжалостно отнимали у него внимание Иоланты. Но решив, что ящик можно и на месте подальше задвинуть, а Ланту чем-нибудь отвлечь…

Песней?.. Цветами?.. Убитым медведем?..

Ладно, пока на цветах остановимся. В горах можно красивые экземпляры найти, эффектно забравшись по склону.

Интересно, какой сюрприз она ему приготовила?

Лето еще не вступило в свои права – шла последняя неделя весны, но жарко было совсем не по-весеннему. А значит, еще месяц-другой, и жара всколыхнет, запустит бег лесных пожаров, и придется Теодену, как и другим магам огня, вставать у них на пути, спасая города и веси. Даже дворянам не обойти эту обязанность. После той магической катастрофы (или магического жульства, как сказал был Тео) и самих магов стало чертовски мало. Особенно, магов льда и холода.

Вот бы кто смог бы справиться с жарой.

Те, прошлые маги…

А теперешние справлялись лишь с набиванием собственных карманов, да минимальной зарядкой охлаждающих амулетов.

Прохлада в матушкиной карете стоили им приличных денег, да и то хватало на пару недель. Его браслет и брошь отца были не столь магозатратны, но и температуру снизали не столь заметно и на очень малом расстоянии. И заряжались куда как чаще. Кроме кареты, матушка и Ланта прихватили холодильные веера, и Тео был спокоен за их благополучие. Этот жаркий день не станет для них проблемой.

Всевозможные модельеры, швеи и прочая братия сбилась с ног, выдумывая новые наряды, в которых гармонично бы сочетались воздушность и легкость с подобающей всем дворянам солидностью. И, что характерно, справлялись со своей работой. Огромная поляна, раскинувшаяся у подножия высоченных гор, пестрела всевозможными оттенками шелка, батиста и прочей женской дребедени, о которой во всю трещали их соседки, разместившиеся в креслах под открытым небом. А их слуги вовсю спорили со слугами семейства Райфордов, где чей шатер встанет. Пришлось прикрикнуть.

И словно бы по волшебству, сразу же нашлось место для обоих шатров, на столике перед Тео появились сок, вино и немудреные закуски, вкушать которые в одиночестве не очень-то хотелось.

Отец, уже переодевшийся к охоте, удалился на край поляны, где юнцы бахвалились перед друг другом и стариками, соревнуясь в стрельбе из лука. Победителям позволено будет набрать собственную охотничью команду. В соревнованиях Тео участвовать не пожелал – из боязни победить. Стрелял он преотлично, а вот сбежать на прогулку с Иолантой от собственной команды будет потруднее, чем затеряться в многочисленной команде принца Тиана.

Матушка подсела к соседке и двум ее занудным дочкам, обсуждающим наряды, прически и украшения заполонившей поляну толпы. Вот, кстати, что за дурость наряжаться на охоту, словно на бал, и прически разные вертеть. С другой стороны, они явно не собиралась покидать поляну с шатрами, столами с закусками, выпивкой и пирожными, скамеечками и креслами, позади которых возвышались слуги с веерами и опахалами. Кто-то в свой шатер и кровати умудрился приволочь.

И даже Иоланта покинула Тео и, прихватив пару слуг и тяжеленный сундук, помчалась в шатер Себастиана: у них там какие-то общие научные изыскания. Тео попенял ей, что замужней даме не пристало уединиться с холостыми принцами.

- А что, с принцами женатыми уединяться можно? – рассмеялась она, позвав Тео с собой: бдеть за ее целомудренностью.

Но Теоден со смешком отказался. За целомудренность жены он в данном случае не опасался – сложно «уединяться» в роскошном шатре с совершенно прозрачными шелковыми стенами. Да и вместо кровати там установили большой стол, заваленный какими-то бумагами, книгами, коробками, детальками и большим пузатым графином, едва нашедшим место на этом столе. И дураку ясно, о чем они там «шептаться» будут.

Но, если честно, то, что Тиан вертится рядом с его женой, чертовски раздражало. Ходят друг за другом, шушукаются, сидят едва ли не в обнимку.

Тео, как любящий муж, честно пытался вникнуть в научные рассуждения Ланты, желавшей похвастаться своими успехами. Но понимания ему хватало минут на пять, терпения еще на десять, а через двадцать и Ланта уже понимала, что мужа куда больше привлекает вырез на ее платье, чем формулы, выкладки, двойные дестабилизации и прочая заумная муть. Обычно такие «беседы» заканчивались в кровати. Но не на охоте же! Да и кровать они не взяли, в отличие от некоторых.

Так что Тео отказался от заманчивого предложения присоединиться к научному диспуту – тут и так мозги скоро на жаре закипят – и выпив бокал холодного вина, отправился осматривать достопримечательности и искать удобные лазейки, чтобы смыться с охоты.

Высокогорную поляну, куда добирались добрых два часа с толпой придворных, музыкантов и артистов, дважды пересекал мелкий, но удивительно чистый ручеек, где детишки и юные девицы, наплевав на вздохи-охи мамок-нянек-гувернанток и сбросив яркие туфельки, резвились в прохладной искрящейся воде. У подножия горных хребтов, огородивших поляну с двух сторон, разместились охотники с лошадьми, псари и их своры.

Густые смешанные леса зеленой волной спускаются с гор, обхватывая долину в мягкие лиственно-хвойные объятия и даря долгожданную тень. Близлежащие кусты уже оккупировали целующиеся парочки. Теоден пошел дальше, туда, где горную цепь рассекала широкая расщелина, образующая крутой каменистый обрыв и редкими выступами. Оттуда открывался живописнейший вид на бурную горную реку, мчащуюся где-то далеко внизу. И если взобраться вон на тот уступ, прихватив корзину с разными вкусностями, пару плетеных кресел и небольшой навес, можно отлично провести время.

Камердинер, неотступно следовавший за хозяином, выслушал указания, недовольно сморщил нос, тут же заменив гримасу широкой улыбкой, помчался выполнять приказ. И ничего там сложного нет – взобраться на выбранную им каменную терраску проще простого. А кресла можно и на спину привязать.

Вот самому Теодену будет куда сложнее: незаметно от Тиана и прочих слинять с охоты – это надо еще постараться.

За следующий час Теоден устал больше, чем за целое утро. И ладно стрельбы, куда его все-таки затащили, защищать честь отряда принца – с этой задачей он справился без проблем, и это были самые легкие пятнадцать минут, а вот потом начался кошмар. Кто бы знал, что слугами так трудно управлять. Казалось бы, что проще – отдал команду и ждешь результат. А в итоге… то кресла не так повернут, предварительно чуть не уронив их в пропасть, то тент перекособочат, то бокалы трижды разобьют, то лед забудут для шампанского, то защитный заборчик вдоль обрыва плохо закрепят, то вместо зеленой ковровой дорожки раскатают дурацкий мохнатый коврик, сплетенный из уродливых красно-желтых полос.

В общем, когда протрубил рог начала охоты, Теоден воспринял его с огромной радостью, махнул рукой на слуг, велев им активировать охлаждающие свойства тента и проваливать с места будущего пикника. А сам помчался к своему отряду – опаздывать к принцу не пристало. Но когда Тео добрался до своего коня, уже заботливо приведенного конюхом в нужное место, все, включая недовольно нахмурившегося Себастиана, были уже в седле.

- Поторопись, - велел он, оглядываясь на сидящего на возвышении неподалеку короля и его новую молодую жену.

Королевский подиум с шикарным шатром, мягкими креслами и круглым столом на тонких ножках, разместили подальше от основной толпы и шума, около подножия горы. Чуть в стороне развернули походную кухню, где суетились повара в белоснежных колпаках, обслуживающие королевскую чету и небольшую группу самых влиятельных приближенных, включающих отца, видимо, передумавшего охотиться, и матушку Тео, приветливо помахавшую ему рукой. Музыканты наигрывали тихую не мешающую беседе мелодию. А растянувшиеся цепью гвардейцы разворачивали всех неугодных куда подальше.

- Его величество разве не участвует? – удивился Райфорд, запрыгивая на коня.

- Упал вчера неудачно, ногу повредил, - ответил принц, пришпоривая коня. - Здесь нас будет ждать. Потом вручать награду победителю.

Отряд, оказавшийся последним по вине Теодена, стремительно набирал ход, и, промчавшись вдоль гор и обрыва, свернул к лесу, куда заранее отправились егеря с собаками. Отовсюду слышались крики, свист, лай и прочих звуки, сопровождавшие любую охоту. Стать победителем Теоден не стремился (да и вовсе подобные мероприятия недолюбливал), но статус обязывал. Проследовав за своим егерем, юноша подстрелил пару куропаток и чересчур уж пухлого зайца, словно бы специально выскочившего под копыта коня. Привязав добычу к седлу, он еще минут тридцать помелькал на глазах увлекшегося охотой Тиана и, велев егерю создавать видимость его присутствия (а случае необходимости сказать, что он вот только что отошел), помчался обратно, где его давно ожидала прекрасная молодая жена.

Н-да, как оказалось, не очень-то ожидала. Ланта как всегда возилась со своими артефактами, что-то подкручивая, измеряя, переключая.

- О, Тео, - обрадовалась она, когда перед ее носом поверх железок упал букет лесных цветов. – Посмотри, - она вдохнула аромат и тут же отложила букет на соседнее кресло, снова щелкнув каким-то тумблером, отчего над прибором заискрилось серебристое поле, - здесь какой-то странный магический фон.

- Странный? – удивился юноша. Магом он был не слабым, и магические искажения легко бы почувствовал (правда, лишь своей стихии). – Брось, здесь столько охраны. И магов в том числе. Они отследят любые возмущения. Да и нет здесь аномальных магических зон.

- Думаешь? – нахмурилась она. – А вот Себастиан говорил, что его артефакт тоже сбоил какое-то время.

Опять этот Себастиан! Скоро от этого имени из уст жены Теоден рычать начнет.

С трудом подавив раздражение, эр Райфорд протянул жене руку:

- Тебе не стоит беспокоиться. Уверен, что все мы в безопасности. Пойдем.

Девушка вложила пальчики в его ладонь, позволив поднять себя на ноги и поцеловать, под возмущенное пофыркивание тетушек из-под соседнего тента.

Ланта в этом легком шелковом костюме из воздушной белоснежной блузки и свободных синих брючек, с пришитой поверху длинной прозрачной юбкой, была чудо как хороша. Волосы, сплетенные в несколько затейливо переплетающихся косичек, были приподняты, а шея прикрыта короткой кружевной вуалеткой, закрепленной живым голубым цветком. Тонкие белые перчатки и удобные туфельки без каблука завершали образ утонченной леди. Разве что серый фартук со множеством карманов все портил.

- Конечно, - улыбнулся ей Тео, снимая с нее фартук и поправляя выбившийся из прически локон, - у меня для тебя сюрприз.

- Ах да! – Иоланта смущенно покраснела. – У меня тоже для тебя сюрприз. Я…

- Погоди, - Теоден остановил ее слова новым поцелуем. – Идем со мной.

- Идем. Хотя… стой, выключить надо, - она вернулась к столу, чем-то там защелкав и напоследок подхватив букет. – Готово. Теперь я все твоя!

Не торопясь и перешучиваясь, они пересекли поляну, были обрызганы холодной водой из ручья, отбили летевший в голову Ланты мяч, выпили с некоторыми знакомыми (не со всеми, а то бы не дошли) и наконец достигли начала выложенной цветами дорожки, охраняемой камердинером от любопытных мальчишек.

Тео поднимался первым, удерживая за руку жену и подсказывая, куда лучше поставить ногу. Иоланта смеялась, помахивая букетом в свободной руке как балансиром. Дурацкий полосатый коврик, словно путеводная нить, привел их к накрытому столику с пирожными, фруктами и шампанским. Усадив жену в одной из кресел и укрыв ее ноги пледом (все-таки ветерок здесь гулял прохладный), Теоден открыл бутылку и протянул девушке наполненный фужер.

- За тебя, любимая! – воскликнул он.

- Извини, милый, - Ланта поставила шампанское на столик. – Лучше я выпью сока или морса, если ты их вообще прихватил, - рассмеялась она, заметив, выглядывающую из корзинки бутылку вина.

Порывшись, морс Тео все же нашел, с трудом скрывая досаду от ее отказа. Так хотелось все сделать красиво.

В принципе, вишневый морс с кусочками льда в бокале смотрелся тоже неплохо.

- За нас, любимый! – улыбнулась Иоланта. – За нас троих!

- Троих? – недоуменно вскинул бровь Теоден, оборачиваясь.

На уступе больше никого не было. Слуги остались внизу. Хотя… с Тиана станется спрятаться где-нибудь и выскочить в самый ненужный момент. Только они уже не дети, да и принц должен быть где-то в лесу.

- Дорогой, - рассмеялась жена, заметив его метания, - я имела в виду, что скоро нас будет трое. Я жду ребенка.

- От кого? – машинально ляпнул Тео и тут же пожалел о своей глупости, но было уже поздно.

Сначала ему в лоб прилетел стакан с вином, слегка пробив бровь и залив лицо своим сладким содержимым, смешанным с кровью. Потом на голову опустился букет. Несколько раз так опустился, основательно. Что при этом кричала разгневанная жена в приличном обществе нельзя было повторять, а порядочная эри, а тем более, эра и знать-то не должна. Его жалкие попытки объясниться тонули в громовых раскатах ее голоса.

Громовых?.. Раскатах?..

- Постой, любимая! Потом доругаемся! Что-то не так!.. – Теоден повернулся к женщине спиной, торопливо обшаривая взглядом пространство.

- Что-то не так?! – не успокаивалась Ланта. – Да все не так! Я вышла замуж за идиота!

- Тихо! – рявкнул Тео. – Назад!

Он схватил жену в охапку и попытался оттащить от края, заодно закрыв ей рот поцелуем.

Странный гул нарастал. Огненные магические потоки всполохами застилали глаза, хотя обычно требовалось усилие, чтобы их увидеть. А сейчас хоть ложкой черпай и швыряй огненные шары направо-налево. Если и дальше так пойдет, то направляющих усилий мага не понадобится, стихия сама в разнос пойдет.

Иоланта, на мгновение ответившая на поцелуй, а потом пребольно укусившая мужа за губу, отстранилась и пораженно застыла, уставившись на гору напротив, у подножия которой и разместилось королевское семейство со свитой. До них, на самом деле, было не так и далеко, если по прямой через пропасть. Сюда даже отголоски музыки долетали и беззаботный смех гостей.

Но Ланта смотрела не на них. Расширившиеся голубые глаза затянуло блестящей поволокой, как и происходило каждый раз, когда только талантливые артефакторы – Иоланта и Себастиан - принимались изучать магические потоки, чтобы потом притянуть и закрепить их в своих изобретениях, основанных на переплетении магии и техники. В отличие от Тео, оперировавшего только одной стихией, зато в полной мере, его друзья магией не владели и применять заклинания не могли, зато были способны рассмотреть гораздо больший магический диапазон. А вот вливать силу в их изделия приходилось или Тео, или другим магам. После же артефактом мог воспользоваться любой, на кого будет сделана привязка.

Иоланту била крепкая дрожь, муж встал рядом и обнял за плечи. Девушка вздрогнула, но успокоиться не смогла. Как не успокоили Теодена ненужные занудные рассуждения об артефакторике, подкинутые цепляющимся за соломинку мозгом.

Теперь они тряслись вдвоем. И не только они. Окружающие горы решили поддержать их в этом безумном занятии.

- Сколько? – срывающимся голосам прошептал Тео.

- Три, - вздрогнув ответила Ланта. – Огонь, вода, земля.

- Воздух?

- Нет. Воздух словно кто-то держит.

- Наверняка король. Кроме Фората, здесь нет настолько сильных воздушников.

- Удержишь огонь? – вжавшись в него спиной, спросила девушка.

- Нет, милая. Я едва до пятого уровня дотягиваю, а здесь нужен седьмой, не меньше. Но мне кажется, отец его пока держит, - он развернул жену к себе и поцеловал, пытаясь ее отвлечь. – Как мы назовем сына?

- А если это будет девочка? – через силу улыбнулась она.

- Что значит, девочка? - притворно возмутился эр Райфорд. – Мне нужен сын. А в идеале сразу двойня. А вообще, мне нравится имя Орландо. Если мальчик, скажем, что оно означает «славный воин, защитник», а если девочка, то «открытый простор».

- Если выживем, - нежные губы Иоланты были мертвенно бледны. – Они смешались.

- Кто они?

- Огонь, вода и земля.

- Магические стихии?

- Уже не только магические. Что же будет?

- Боюсь, что ничего хорошего, - успел ответить Теоден, как его сознание померкло.

Дальнейшее он помнил лишь урывками.

Помнил изумление, с каким осматривался вокруг и будто не узнавал девушку в своих объятиях.

Помнил, как рассуждал о каком-то фреатическом взрыве, являющемся одним из наиболее опасных проявлений вулканической активности, когда при контакте воды с очень горячей магмой происходит внезапное испарение воды, что приводит к образованию паровых взрывов и выбросу камней и газов в атмосферу.

Помнил, как воочию наблюдал этот самый фреатический взрыв, разнесший соседнюю гору, разом лишивший Теодена отца и матери, многих друзей и знакомых, а вместе со всей Гилдарией – короля и королевы.

Помнил, как их снесло с утеса куда-то в пропасть. Как они чудом оказались на таком маленьком уступе, где и одному-то было тяжело стоять.

Помнил, как промчалось мимо него плетеное кресло с пледом и дурацкой ковровой дорожкой. Как зачем-то дернулся и ухватил край этой дорожки. Как балансировал практически на одной ноге, распуская ее на красно-желтые полосы, из которых плел веревку.

Помнил, как рыдала незнакомая девушка, прижатая к скале, требуя немедленно вспомнить и ее.

Помнил, как, обвязавшись веревкой, ползли они вверх по отвесной скале, еле живые от извергающейся в пропасть лавы и обжигающего пара.

Помнил, как окружил их поток мягкого и ласкового огня, спасая от разбушевавшихся стихий.

Помнил отчаянные крики народа, пытающегося сбежать с оказавшейся ловушкой поляны.

Помнил трубы в лесу, старающиеся перекричать общий шум и собрать охотников вместе.

Помнил чьи-то руки, втягивающие их на поверхность.

Помнил, как раздавал команды, как вести себя, чтобы не допустить паники и спасти как можно больше народу.

А вот потом не помнил ничего, почти месяц провалявшись без сознания.

Очнулся он в собственной кровати с болью по всему телу и раскалывающейся на части головой. Кровать резко тряхнуло, Теоден попытался вскочить и… ударился головой в потолок кареты, которую нещадно подкидывало на кочках, удивившись, как вообще умудрился задремать в таких условиях.

Этот сон… а если сказать точнее, кошмар снился ему с завидной регулярностью. Просыпался он неизменно в холодном поту. А сегодня еще и головой треснулся, пробуждая и так чересчур яркие воспоминания.

Тео почти месяц провалялся без сознания, а потом ещё три был как будто в тумане. Поначалу он ничего не помнил о прошлом. Потом стали всплывать воспоминания, но как-то странно. Урывками, это еще ладно. Но было ощущение, что этот день вспоминали два совершенно разных человека – один до магического взрыва и последовавшего за ним извержения вулкана, второй – после. И этот второй помнил только то что было после катастрофы. А иногда начинал говорить странные вещи и называл себя другим именем. Не узнавал жену, оставшуюся его единственной родственницей, друзей, помогавших чем только можно, слуг и даже любимую нянечку.

Нет, врачи, лекари и просто какой-то якобы целительский сброд, который целыми днями толпился в их с Иолантой доме и устраивал медицинские консилиумы, все-то парню объяснили. С физической составляющей болезни целители справились довольно быстро. Не без сложностей, но справились. А вот с головой… Тогда-то и высказали предположение, что психические проблемы как раз и являются продолжением проблем с порванными магическими каналами и общим физическим истощением.

- А вообще, повезло, - со смешком заявил один из врачей, столпившихся у кровати Тео, - что у него в голове мужчина завелся. Была среди моих пациентов одна бабулька. Так она вообразила себя собачкой. На людей лаяла, да еще противно, визгливо так, кости грызть начала. Внуки еле уговорили её с коврика на полу в коридоре перебраться хотя бы на брошенный на диванчик плед.

Наглеца Ланта из дома выперла, как и каких-то непонятных дальних родственников вместе с их мечтами признать князя Райфорда сумасшедшим и прибрать к рукам его титул и наследство. А после, как узнал Тео из шепотков слуг, и вовсе куда-то исчезли. Прочим лекарям под угрозой смерти запрещено было распространяться о здоровье князя. Это уже королем Себастианом запрещено, и сотрудниками специальной службы проконтролировано.

Собственно, именно принц Тиан… хотя теперь уже король Себастьян в очередной раз спас друга. Даже в такое сложное время он нашёл в себе силы создать артефакт для восстановления разума. И лично приезжал в их дом, выкраивая час-другой между всевозможными совещаниями. После этих сеансов многое стало проясняться, провалы в памяти становились все короче. А что он не мог вспомнить сам, нехотя рассказывала Иоланта, которую он узнал одной из первых, простившая «бедняжке» дурацкую выходку на утесе. И камердинер, которому удалось выжить в самом пекле.

Удерживая вслед за погибшим отцом огненную стихию, Теоден напрочь сжег свои магические каналы, а тот, второй, выбравшийся из пропасти с помощью какой-то матери и красно-желтого коврика, почти угробил тело. Живого места на нем практически не было. Иоланта пострадала меньше (даже ребенка не потеряла) – магические потоки Тео тогда разделились: большая часть уходила в бездонную бочку полыхавшей магической аномалии, отводя потоки лавы в сторону от них с Лантой и от поляны, где спаслось куда больше народу, чем могло бы быть; меньшая оберегала их с женой. Потом, когда сил не осталось, только жену.

Она же, рассказывая о том дне, припомнила странную фразу отца Теодена.

- Что-то огонь шалит, надо бы за ним присмотреть, - проговорил он, проходя мимо шатра, где Иоланта возилась со своим артефактом.

- За кем? - спросила мать. - За огнём или за королем?

- За обоими, - улыбнулся свекр.

И они отправились поближе к королю и своей гибели.

А один из слуг, побывавших на поляне, даже состояние хозяина объяснил, и ничуть не хуже консилиума.

- А каменюки там были ого-го-го какие! Огонь их в небеса как запулит! И в стороны! Они ж там как стая воронья летали. Вот наверняка одна княжича нашего по голове и шандарахнула. От того он и память потерял. И первого принца такой каменюкой пришибло, это все знают.

- Не каменюкой, - поправил другой. – Мародеры это. Принц Роан уже с добычей с охоты возвращался. И точно победил бы, а тут взрыв. Поганцы эти давай по палаткам шарить, украшения с дам срывать. А принц с соратниками с ними в схватку и вступили. Всех повылавливали, только кто-то принца-то нашего ножом успел пырнуть. Потом и принц Себастиан примчался. А целитель его госпожу нашу в чувство приводил. И за господином Теоденом потом бегал, чтобы полечить его, значится. А пока Себастиан целителя своего звал, пока другого искал, поздно уже было. Вот уж кричал он, убивался по брату. Я сам слышал. Помогал даже, воду приносил. Только глоток принц Роан и сделал. Сил-то уже не было. И помер. Жалко-то как. Хороший парень был. Брата любил-воспитывал, и господину нашему, помнится, спуску в детстве не давал. Строгий был. Ну, так на то и старший брат.

- Бедненький, - всплеснула руками кухарка, потчуя болтунов ужином. - А теперь-то он и вовсе один остался, Себастиан-то наш, всю семью в один день потерял.

- Как один? А принцесса Валерия?

- Так она ж больше шести лет как в соседней стране королевой стала, - заспорила кухарка. - Нет, приехать-то она приехала на поминки. Так все одно долго не пробудет. И опять наш молодой король один останется.

- Да не, вроде дядька у них какой-то дальний еще был, где-то за границей, - ответил кто-то, кого не видно было от двери.

- Вот именно что за границей, - вздохнула кухарка. – Так и наш-то один остался. Вот я им с Иоланточкой пирожочков напекла. Отнесть надо. Ну, чего расселись-то?

Дальше Теоден слушать не стал, как бы не застукали его. Неудобно будет. Пошел за молочком, а сам под дверью шпионит. Ну а как не шпионить, если «болезного волновать нельзя».

Вот и выходит, что выжили они с Лантой тогда благодаря принцу Тиану, который, заметив опасность, собрал участвовавших в охоте магов и вовремя (к сожалению, не для всех) вернулся из леса. А его личный целитель стабилизировал состояние Иоланты и погрузил Теодена в сон-стазис. Ну, после того, как отловили развившего бурную деятельность княжича. Хотя позже Тиан признал, что команды и советы Тео были очень даже дельные, и позволили принцу правильно организовать спасение людей. Тогда-то Себастиан и загорелся идеей создания службы спасения, которую и воплотил в жизнь где-то через год. Правда, наладить ее работу почему-то до сих пор не удавалось.

С тех пор прошло восемнадцать лет. Успел родиться, вырасти и даже сбежать балбес Орландо. Погибла Иоланта, когда их сыну исполнилось двенадцать. А память Теодена, сшитая прибором Себастина, словно лоскутное одеяло, так и не восстановилось полностью. Иногда приходилось часами вспоминать что-то важное, а иногда, как и сейчас, воспоминания всплывали в его голове кошмарными снами, что чертовски раздражало короля, периодически это «одеяло» штопавшего.

Как и когда восстановление памяти переросло в ментальные проверки, после ставшие обязательными и для Тео, и для других подданных, эр Райфорд даже не заметил.

Мужчина сжал виски руками, застонав от разрывающей голову боли. Выпил лекарство, которое возил с собой на такие случаи. И постарался отвлечься. Не стоить помнить об этом на следующей проверке. А мысленное составление отчета о работе службы спасания помогало как нельзя лучше.

Глава 5 попаданческого устава

Глава 5 попаданческого устава: тщательный осмотр помещения для отдыха и приема пищи личного состава, а также инвентаризация обмундирования

Денек обещал быть жарким, во всех своих смыслах.

Проснулась Ворона от того, что кто-то тяжеленький азартно сказал на ее голове, отбивая ритм на ее носу чем-то длинным и мохнатым.

- Убью поганца! – девушка попыталась схватить мохнатый хвост и его хозяина, но тот моментально исчез не только из рук, но со всей головы разом.

- Всецело поддерживаю! – отозвался мальчишеский голос, сопровождаемый звуком удара.

- Не трогай котика! – возмутился детский голосок, едва сдерживающий слезы.

- Да я сейчас эту помойную заразу!.. – прозвучали еще два удара где-то под потолком. – Он мою рубашку разодрал. Гад такой!

- Он не помойный, - шмыгнул носом детский голосок, - он наш! А твоя рубашка и так уже была драная!

- Она права, - вмешался третий голос, мужской ломающийся. – Вот это точно не следы когтей. Я бы поставил на то, что это ножницы.

- Что бы поставил?

- Любимую отвертку!

- Ну и поиграл! Кошак это!

- Ага, - не согласился мужской голос, - и кружево с твоей рубашки котик спорол, и пуговицы все пооткусывал. Эй, лохматый, ты их не проглотил случайно? – издевался голос. – А то потом в лоток ходить неудобно будет! Эй, ты чего?!

Над кроватью Вороны что-то просвистело, явно пытаясь достать новую цель под насмешливый мявк откуда-то из-под потолка.

Натянутое на голову одеяло от участия в разгорающемся конфликте Верочку не спасло. Спасать требовалось котика, как ей было категорично заявлено практически на ухо. Да и руку отобрать не вышло. Еще и нархан мысленно требовал усмирить маленьких чудовищ, иначе он за себя не ручается и вслух все, что о них думает, выскажет.

«Молчи», - велела она нархану и вслух добавила для малявки. – И ты молчи! Сейчас все решим!

Верочка нехотя откинул одеяло и встала. Ее тут же подтащили и поставили между мальчишкой, размахивающим непонятно откуда взявшейся шваброй, и сидящим на балке под потолком Фыррррком.

- Подмести решил? Умничка, сынок! – улыбнулась она пацану, тут же отбросившего швабру куда-то в угол и сунувшего мачехе под нос какие-то тряпки. – Еще и пыль хочешь вытереть?! Да о таком сыне можно только мечтать!

- Это моя рубашка! – прошипел Тэриан. – Была! Пока эта блохастая тварь, которую ты притащила, еще не порвала.

«Сам ты блохастый!» - разразился матерной кошачьей тирадой нархан.

- Ишь расшипелся, - усмехнулся со своей кровати наглый «братец». – Явно недоволен таким бессовестным поклепом.

- А ты вообще молчи! – развернулся к нему Тэр. – Увязался на нашу голову! Ты кто вообще такой?

- Дядюшка твой, - усмехнулся незнакомец. – Слышал же, что матушка твоя сказала.

- Она мне не мать! А ты не дядя!

- Так, - Ворона перехватила взлетевшую в направлении наглеца тряпку-рубашку, сцапала мальчишку в охапку и плюхнулась на жалобно скрипнувшую кровать, прижимая «добычу» к своему боку. – А ну сиди тихо! Будем разбираться!

Пацан вырвался из объятий и отодвинулся к краю кровати.

- С котом своим разбирайся! И с этим приблудой!

- А может, для начала перекусим? – с усмешкой предложил тот, поддерживаемый согласным радостным мявком с балки. – Вот и котик проголодался.

- Я тоже, - а вот малышка сама забралась на кровать и прижалась к боку Верочки. – А котик откуда взялся? Мы же его себе оставим, да? – спросила она, с надеждой заглянув в глаза девушке.

- Оставим, конечно, - Верочка погладила девчушку по растрепавшимся волосам.

«Как будто от него получится избавиться», - мысленно добавила она.

«Избавлялась тут одна такая!»

«Ты почему тут живым бегаешь? Договаривались же, что сначала игрушкой будешь».

Ворона, привстав дотянулась до соседней кровати, где валялся переворошенный узелок, и, выудив оттуда гребешок и ленточку, принялась расчесывать волосы девочки.

«А ты попробуй быть игрушкой, когда тебя за хвост хватают!»

- За хвост это нехорошо, - вслух согласилась Верочка, вплетая в коротенькую косичку простенькую голубую ленточку.

- Я не хотела за хвост, - засопела малышка, - я только погладить! А он как зашипит!

- Шипеть тоже нехорошо! – Ворона показала кулак потолку.

«А пусть хвост не трогает» - возмущенно отозвался «потолок».

- Предлагаю договориться, - улыбнулась Верочка, - ты не дергаешь его за хвост, а ты не кусаешься!

- Не буду, - согласилась девочка, любуясь аккуратными хитро заплетенными косичками в маленькое зеркальце, тоже нашедшееся в узелке. (Плести косы Верочка умела и с удовольствием плела, когда к ней заглядывали племянницы, а потом и внучки). - А моего Фырка ты не нашла?

- Нашла, конечно. Вот он, - улыбнулась девушка, указав на балку.

- Этот живой, - возразила малышка. – А мой плюшевый был.

- А Фырк на пожаре так испугался, что лапки отрастил…

«И хвост!»

- И хвост, - послушно повторила Ворона. – И взял он этот хвост в лапки и сиганул в окно на поиски своей хозяйки. А когда нашел, спать улегся. Ты же сама его во сне обнимала.

- Точно, - восхищенно припомнила девчушка, как тискала что-то мягкое.

А Верочка забрала у нее зеркальце и наконец-то смогла себя рассмотреть.

Молоденькая, года двадцать два - двадцать три. Круглое личико в обрамлении темно-каштановых завитков, большие синие глаза, маленький аккуратный носик, пухлые губки. Вот это Вороне повезло – куколка, да и только! И вкупе с невысоким ростом, которое она уже оценила в сравнении с другими людьми, миниатюрной и хрупкой (но достаточно сильной) фигуркой, высокой грудью просто мечта любого мужика.

Вот, кстати, а где этот самый мужик, от которого Верена двух детишек прижила?

Еще моложе красотку себе нашел, а детей на мачеху кинул? Или его тоже спасать нужно? Да не, Верена, вроде, просила только детей мужа спасти. Про самого мужа ни слова не было.

«А будешь хорошо себя вести расскажу!»

«А ты знаешь?»

«Пока нет, - отозвался нархан. – Это я тебя могу читать, как раскрытую книгу. А у остальных только то, что поверху. Вот если будут о нужном думать, тогда и узнаю».

«Отлично. Значит, главное, на нужный разговор Тэра вывести. И желательно наедине».

«Неа, главное, - Фррр спрыгнул ей на колени, – это хорошо себя вести: любить, кормить и гладить котика!»

- Главное, - теперь Верочка обращалась в Эрисе, поглаживая кота, - хорошо заботиться о Фырррке.

- И не забывать, что имени Фырррк три «р», - заявил наглый кот голосом Верены.

Хорошо хоть, этого никто не заметил.

- Ух ты, Фыррррррк! - Ириска сграбастали в объятия блаженно жмурящегося от этого имени нархана. – Я хорошо буду о нем заботиться!

- А я не буду! – заявил ее брат, пересаживаясь на свою кровать подальше от этого царства мурчания и умиления. – Ты зачем нам еще одного нахлебника приволокла?

- Это ты обо мне? – уточнил юноша, ощупывающий рану на затылке.

- И о тебе тоже! Сами с голоду вот-вот помрем, а туда же… подбирать разных.

- Вместе не умирают с голоду, - улыбнулась ему Верочка, подходя к старшему парнишке и легонько шлепая его по руке. – Куда немытыми руками. Дай сама посмотрю.

Рана, и до того не особо сильная, практически совсем поджила. Чересчур уж быстро, по мнению Вороны. Но кто знает, какой у них тут иммунитет.

- С твоей головой все в порядке, - вынесла она вердикт. – Хотя помыть волосы не помешает. Все в крови. Мог бы и вчера перед сном этим заняться.

- Да я вроде как мыл, - ответил он.

- Вот именно, что вроде как. Сейчас я попрошу принести нам таз с водой, умоемся, потом перекусим и будем знакомиться.

«Я бы со второго начал!» - заявил нархан.

«Ха! Со второго. Утром обычно кашку кушают».

«Тогда с молоком. И сосисками», - похоже, Фррр привык оставлять за собой последнее слово.

«Ты же вроде говорил, что сосисок тут не водится».

«Это в том кабаке, где я затоваривался, не было. А тут очень даже водятся. Я даже запах чувствую. Так что иди давай. Корми семью! И котика! Котика, в первую очередь!»

Вниз Верочка пошла с шикарным меховым воротником, решившим самолично проверить, чтобы котика не обделили.

Хозяин обнаружился в зале около похожей на мангал круглой жаровни, установленной в арке между обеденной зоной и кухней.

- Батюшка, - обратилась к нему старшая дочь, - чего это ты с утра пораньше сосиски-то жаришь? Мы же обычно на завтрак кашу делаем.

- Да мне, Камилла, откровение было. Божественное! – старик воздел к небу, то бишь потолку, подрумяненную сосиску, словно перст, указующий.

- Как это? – воскликнули Верочка и Камилла одновременно.

- А вышел я поутру воздухом подышать на крылечко…

- Опять курить начал? – нахмурилась его дочь.

- Да нет, говорю же, подышать. А тут голос из пустоты. И спрашивает: «А готовишь ли ты на завтрак сосисочки?». А вокруг-то никого. Я даже за угол забежал. Никого.

- И?

- Думаю, не иначе, как силы высшие со мной говорят. Или вообще, кто-то из богов, - он сложил все пальцы вместе и сделал круговое движение перед лицом, коснувшись кончиками пальцев лба. – И отвечаю. Есть у меня сосисочки. На ужин их подаю. А мне говорят: «Непорядок это! Сосиски должны быть и на завтрак, и на обед, и на ужин. Готовь, говорит, быстрее. А как первая партия зажарилась, так все сосиски ух!..

- Что ух?

- Испарились!

- Батюшка, да ты никак уже успел накатить с утра?

- Богами клянусь, Камиллочка. Не пил я. А сосиски и вправду исчезли. А потом голос и говорит: «Вкусно! Одобряю! Готовь дальше». Вот и готовлю.

«Хм», - усмехнулась Ворона. – Я правильно понимаю, что кое-кого уже кормить не нужно?»

«Чего это не нужно? Разве маленький голодный котик будет сыт какими-то тремя сосисками? Еще бери давай»

- Ну, тогда и мне положите этих божественных сосисочек, - громко заявила Верочка, заметив, что в двери заглядывают новые посетители. – Сразу на четверых…

«Шшшшшшш!»

- На пятерых давайте, - послушно исправилась Верочка. - И молочка. И на сладкое что-нибудь.

- Божественные? – язвительно усомнились от двери.

- А то! – повернулась к ним Ворона. – Сами боги сюда заглядывают, чтобы ими подзакусить!

А нархан, подыгрывая ей, утянул в пустоту еще одну сосиску.

- Ух ты! – восхитились посетители: два парня лет двадцати и черноволосая девушка.

Удивительно легковерный здесь народ, подивилась Ворона.

Или здесь и впрямь чудеса бывают. Или кто-то мохнатый внаглую жульничает!

«Ой да подумаешь, легкое внушеньице».

- А давайте и нам сосисок, - заявила девушка. – Там еще когда очередь подойдет, успеем перекусить.

- А что за очередь? Где? – не поняла Верочка.

- Да там, на пепелище. Берта сказала, что заезжая магичка экскурсию проведет, расскажет, как вести себя во время пожара и подарит всем по волшебному защитному амулету. Только ее что-то все нет и нет. Вот Берта нас сюда и послала поторопить.

- Подарит? – выцепила главное Ворона. – Ишь ты, поганка какая. Чужие амулеты хочет задарма всем раздать.

- Ой! – всплеснула руками черноволосая. – Так это вы та мачичка?

- Я, - кивнула Верочка. – Вы сбегайте, предупредите очередь, что бесплатная только лекция о поведении на пожаре, о стоимости экскурсии это вы с Бертой договаривайтесь. А вот о стоимости амулетов мы потом, после лекции поговорим. Тем, кто все рассказанное запомнит и повторить сумеет, тому подешевле амулеты отдам. И вообще, пока ждете, можете вон в Красную рыбку заглянуть, божественными сосисочками побаловаться.

- А с сосисками ожидать куда веселее! – поддержала ее пустота.

- Ого! – восхищенно подскочили все трое посетителей и умчались звать очередь.

А Верочка, попросив принести им сначала таз с водой, а потом завтрак, поднялась наверх. И наконец-то смогла внимательно осмотреть свое новое хозяйство и детишек.

И если первое было невелико (узелок с тряпками, некогда бывшими нарядной одеждой, и то, что было на них всех надето в момент встречи), то второе весьма обширное – трое детей сразу.

«Шшшшшш!» - раздалось недовольное в голове.

Ладно, четверо. Еще не лучше. И если четвертый в силу пушистости в одежде не нуждался.

«Чего это?!»

Цыц!

Итак, что мы имеем в сухом остатке.

У Верочки и раненого парня вообще нет никакой смены одежды.

У Ириски всего два платья – светло-коричневое с золотистыми узорами и некогда белоснежными рюшечками, пострадавшее во время пожара, и темно-синее из узелка с безжалостно оторванным кружевом. Пара теплых чулок и одни легкие: белые, черные и смешные зелено-полосатые. Несколько панталончиков с кружавчиками, на удивление, не тронутые. Одна теплая вязаная кофта с растянутыми рукавами и на пару размеров больше. Несколько лент и деревянный ободок, перевитый тесьмой. Плюс симпатичная голубенькая ночная рубашка с воланами и с большим пятном на длинном рукаве (словно кто-то свеклой там круги нарисовывал) и вторая из совсем простой небеленой ткани.

Повезло им все-таки с хозяевами: и малышку переодели в старенькое платьице, и ее наряд попытались отчистить (пятна сажи хоть и выцвели, но полностью не исчезли). А также повезло, что у тетки, которая выставила их из дома, осталась хоть капля совести – не оставлять ребенка полностью раздетым.

К сожалению, капля была всего одна – и гардеробу Тэриана она уделила куда больше разрушительного влияния. Если испачканный на том же пожаре темно-синий сюртук был в хорошем состоянии и Верочка собиралась почистить, потому как единственный, то помимо изрезанной в лохмотья и подпаленной рубашек, сохранилась всего парочка, не очень новых, но хотя бы относительно целых, а оторванные по шву рукава пришить куда проще, чем отмыть гарь. Панталоны всего одни с отрезанными на разной высоте штанинами. И единственные штаны, в которых он, похоже, и спал. Обувь у брата с сестрой тоже в единственном экземпляре – та, что была на них в момент пожара.

И в момент, когда они возвращались домой вечером неделю назад.

Когда умывались и разбирали узел с вещами, у Тэра мелькнуло воспоминание о том дне, которое удалось перехватить нархану.

Небольшой двухэтажный дом, окруженный ухоженным садом и резной решеткой, широкое крыльцо-веранда с круглым столиком и плетеными креслами. В одном из кресел сидит тучный мужчина средних лет, попивая чай. На ступенях, перегораживая вход, стоит высокая крупная женщина в нарядном зеленом платье, которое ей мало на пару размеров. Черные сильно завитые волосы уложены в некое подобие прически. Видать, сама крутила.

- Куда претесь? – рявкнула она тонких визгливым голосом.

- Домой! – заявил Тэр, взмахнув тонкой папкой с документами. – Адвокат сказал, что у нас есть шансы отсудить все, что ты оттяпала.

- Эр Тэриан, соблюдайте вежливость, будьте так добры, - одернула его Верена, одетая в свое единственное (сейчас) платье.

- Сама соблюдай! А вы выметайтесь!

- Это вы отсюда выметайтесь! Наше здесь все! – толстяк встал позади жены, закупорив любую попытку прорваться в щель между теткой и косяком. – По закону!

- По закону у нас есть месяц, чтобы заплатить долги отца, - заявил мальчик. – И только после этого векселя вступают в силу, а значит, и ваш договор об обмене. Так что сами убирайтесь в вашу развалюху!

- И где это ты собираешься за месяц сто золотых собрать, племянничек? – язвительно усмехнулась тетка.

На этом воспоминание Тэриана затопила жгучая злость, под радостное чавканье нархана, обожающего перчинку в чувствах. И дальше Верочка уже ничего не увидела.

Зато поняла главное, у них месяц… хм, уже три недели, чтобы собрать сто золотых. И надрать тощую задницу дорогой тетушки и толстую ее муженька.

«Фррр, а ты уверен, что всего неделя прошла?» – громко подумала Верочка.

«А я откуда знаю? – фыркнул Фырррк. – Я тебе исторический справочник, что ли? О чем пацан думал, о том я и сказал. И не фиг так мысленно орать! Я все прекрасно слышу».

«А где этот адвокат живет, ты случайно не выяснил?»

«Сама у него спрашивай! А я не нанимался лапки утруждать! Тем более бесплатно!»

«Ничего себе бесплатно! Да я… да…»

Ворона задумчиво перебрала все воспоминания с нарханом и действительно, выходило, что пользы от кота было куда больше, чем ему от Верочки.

«А я тебя домой верну!» - предложила она.

«А я авансом не работаю!»

«А вкусненькие сладенькие, кисленькие и остренькие эмоции, которые вокруг нас витают? Да мы тебя выкармливаем, можно сказать».

«Еще скажи собственно грудью», - хохотнул нархан, развалившись на кровати и подставляя пузико ласковым ладошкам Иришки.

«Сосисками!» - радостно воскликнула Верочка, когда дверь распахнулась и внутрь вплыла нагруженная снедью Камилла.

«Ладно, - муркнул Фррр, первым оказываясь у стола. – За сосиски, так и быть, поработаю».

- А что там внизу за шум? – спросила Ворона, когда хозяйка, сгрузив закрытый салфеточкой поднос на стол, собралась уходить.

- Очередь за божественные сосиски дерется, - хохотнула женщина. – Кто-то слух пустил, что на всех сосисок и божественного откровения не хватит. Теперь вот спорят, кто за кем стоял и по сколько штук в одни руки давать. Если ваш поднос спрятать сумела. Весь запас сосисок уже извели.

«Как это весь?!» - так отчаянно взвыл (разумеется, на кошачьем) нархан, что хозяйка поспешила сообщить, что сестрицу уже на рынок послала за новой партией.

- А вы не беспокойтесь, - Камилла доброжелательно улыбнулась Верочке. – С вашим появлением у нас уже такая прибыль, что можете и жить бесплатно, и питаться хоть всю жиз… хм, - смутилась она, - неделю.

Ну, неделю, так неделю. Хоть чуток сэкономят.

Хозяйка убежала раздавать благодать и сосиски. Тэриан и Ириска трескали эти самые сосиски и изумительно пахнущими пирожками, запивая молочком, которое налили и котику. А Ворона перехватила за локоть второго мальчишку, с которым не помешало бы познакомиться.

- А ты куда? – усмехнулась она. – А волосы помыть?

- А я уже! – заявил тот, жадно поглядывая на быстро исчезающие сосиски.

Волосы парня были изрядно мокрые, но уж точно не чистые. Видать, просто в тазик их мокнул и все.

- Камилла, - крикнула Верочка, выглянув в коридор и свесившись с лестницы. – Нам бы через десять минут повторить. Получится?

- Получится, - подмигнула ей хозяйка. – Я специально отложила. Как знала, что парнишки твои за четверых есть будут.

Ага, и кот сразу за пятерых!

Вернувшись, подцепила за локоть незнакомца, спешно запихивающего в рот сосиску и кусок пирога с луком, и подтащила к тазу с водой.

- Наклоняйся! – велела она, поставив рядом пустой таз и беря в руки ковшик.

Юноша дожевал и послушно склонил голову.

Верочка зачерпнула воды и принялась промывать волосы парня, осторожно перебирая пряди.

- А звать-то тебя как? – резко спросила она.

- Лан, - от неожиданности парень, похоже, назвал настоящее имя, сообразил и принялся выкручиваться. – Ланнар.

- А фамилия?

«А фамилия его слишком известная, чтобы ее называть!» - хохотнул нархан.

«Ты-то откуда эту фразу знаешь?» – удивилась Верочка.

«Можно подумать, я на Земле никогда не бывал».

Воспользовавшийся заминкой Лан, продолжил вдохновенно сочинять:

- Ланнар Ордан.

«Врет, - безапелляционно заявил нархан. – Райфорд ихняя фамилия!»

- Студент я. В смысле, будущий. В академию поступать буду. На теорию артефакторики. Тут один известный ученый преподает.

«А вот это правда!»

- В таверне у Берты что делал?

- Искал где подешевле.

«Ха! Спрятаться там хотел. Думал, что в такой дыре искать не будут».

«И просчитался, - мысленно рассмеялась Ворона. – А наш красавчик эр парню кем приходится?»

«Папа. Батько. Отец. Предок. Папаня. Папахен. Папулик. Прародитель»

«Спасибо. А то я с первого слова бы не догадалась!»

- То есть все твои вещи сгорели? – спросила Верочку у хитреца.

- Неа, - усмехнулся тот, принимаясь вытирать вымытую голову. – Я еще не успел вещи с вокзала перенести. Только-только собирался комнату посмотреть. А тут эти два дурака с огнивом.

- И эр Райфорд со своими спасателями, - поддакнула Верочка.

Лан ощутимо вздрогнул, но быстро успокоился, потирая простенькое деревянное колечко на пальце.

«Ну?» - поторопила Фырррка Верочка.

«Не нукай, не запрягла!»

«Ну, котичек!»

«Не узнал его папаня», - соизволил ответить Фррр.

«Кольцо?» - предположила наблюдательная Ворона.

«Похоже».

«А точнее?»

«Я тебе детектор лжи? Сработало, слава богам. Это все, что он подумал».

От расспросов парня спасла раскрывшаяся дверь, новый поднос с завтраком и радостный мявк нархана. Потеснив Тэра и Ириску, за шкирку отодвинув кота, Ворона подсела к столу, еле успевая брать быстро исчезающие с блюда сосиски.

А этот эр Райфорд-младший – тот еще проглот.

Ах ты ж! Он еще и под стол сосисочки передает.

Н-да такие жалобные глазки и мягкая лапка, аккуратно трогающая за ногу, любого тронут.

Почти любого! Показав подстолью кулак и попытавшись (безуспешно) пнуть пушистого обжору, Верочка переключилась на пироги и морс.

Кое-чьими усилиями завтрак закончился очень быстро. Нарядив Ириску в темно-синее платье, с которого кое-где пришлось аккуратно состричь остатки кружев, но и без них очень даже симпатично смотрелось. С Тэром было сложнее. Мальчишка собирался надеть белую (когда-то) рубашку. Если рукава и спина, которые были прикрыты сюртуком, не пострадали во время пожара, то передняя часть на пару с жабо восстановлению не поддавалась: то ли пацан с головешками обнимался, то ли руки вытирал.

- Куда? – возмутилась Верочка. – Грязным ходить собрался?

- Жилетом прикрою, - надулся Тэр.

- Стой! – Ворона перехватила его руку, пока и жилетка не пришла в негодность. – Брось каку!

- Это не кака! – хихикнула Эриса. – Это жилет.

- Я про это, - девушка потянула на себя грязно-белую тряпку.

- Вообще-то, это моя любимая рубашка! – не выпустил ее из рук Тэриан.

- Была любимой рубашкой. А будет возможностью купить новую любимую рубашку. Вот эту лучше надень, - Ворона протянула ему единственный возможный вариант: зеленую рубашку с воротником-стоечкой, у синей еще рукава не пришиты.

- Здесь тоже пятно. На спине.

- Жилетом прикроешь. Зеленое с коричневым отлично смотрится. Нет, сюртук оставь. Потом узнаем у Камиллы, как его и платье твоей сестры лучше и дешевле очистить.

- Дешевле? Мы что, нищие? – взвился Тэр и тут же пристыженно замолчал.

- Нет, не нищие, - спокойно ответила Верочка. – А скоро и вовсе разбогатеем.

- И как же?

- Амулеты продадим после экскурсии.

- Откуда у нас амулеты? – удивился Тэр, а Лан заинтересованно навострил уши.

- А это чем не амулеты? – Ворона приподняла обрывки рубашки из узелка, добавив к ним безвозвратно испорченную рубаху, в которой Тэриан выбирался из таверны. – А эти и гарью пахнут, и подпалины какие красноречивые. Осталось только это рванье чем-то зарядить для правдоподобности.

Верочка припомнила, как от ее рук разбегались на пожарище морозные дорожки, подняла ладони над обрывками и пожелала, чтобы каждый кусочек взял бы частицу мороза, да в нужный момент погасил пожар.

- Не смей! – отчаянный крик Ланнара и чьи-то подхватившие ее руки – последнее что запомнила Верочка прежде, чем потерять сознание.

В себя она пришла под привычную уже ругань.

- Ты что с ней делаешь?! – разъяренным котом шипел Тэриан, под жалобные всхлипывания Эрисы и не менее жалобное мурлыканье.

- Спасаю, не видишь, что ли, - отозвался Лан, втыкавший ей в руки и ноги какие-то иголочки. – Да успокойтесь вы. Я знаю, что делаю. Отца после того, как он сжег магические каналы, больше десяти лет так лечили. Ну, не только так. Иглоукалывание лишь один из методов. Я его неплохо знаю. Мне в детстве нравилось папу иголочками тыкать.

- Оно и видно, садист, - пробучал Тэр. – Она что, магические каналы сожгла?

- Не думаю, что все так плохо. Но повреждения явно есть.

- С чего ты взял?

- С того, как она со всей дури морозом своим по тряпкам шарахнула.

- Ты маг?

- Нет, вижу кое-что.

- Артефактор, что ли?

- Ну, артефактор, - с деланым безразличием произнес Ланнар.

- Так что не так с тряпками?

- С тряпками-то все так. Теперь это реально амулеты, и неплохие. Те, которые больший заряд получили, можно серебрушки за три продать. Да и прочие не меньше серебрушки стоят. И заряд держать будут долго, месяца два, не меньше.

- Ты вот так просто это все видишь? – не поверил Тэр.

- Что-то вижу, а что-то просто знаю, - рассмеялся Лан.

- А с Вереной что?

- Ну, если по-простому, там, где нужно было ювелирно тонкой струйкой влить силу, она словно целую бочку выплеснула.

- Целую бочку? – восхитилась Ириска. – Так это же хорошо. Значит, она сильная.

- Сильная – это, конечно, хорошо, а что выплескивает эту силу бездумно, - покачал головой артефактор, - это плохо. Так и без каналов остаться недолго.

- Ты же ее вылечишь? – Верочкину ладонь сжали маленькие теплые пальцы.

- Конечно, - Ланнар воткнул очередную иголочку совсем рядом с ладошкой Ириски.

- Эриса, - Тэриан подхватил сестру на руки, закружил по комнате и плюхнул на соседнюю кровать, - поиграй здесь.

- Эриса, помнишь, о чем мы договорились? – улыбнулся ей Лан.

- Ага! – обрадовалась девочка, подтягивая к себе валяющиеся на кровати тряпки.

- Молодец, - кивнул артефактор. - Как Верена очнется, я тебя позову.

- Что ты ей наговорил?

- Предложил увеличить количество амулетов, - засмеялся Ланнар.

- Как это? Она же не маг.

- Чтобы разорвать большую тряпку на более мелкие, не нужно быть магом.

- Умник, да? – огрызнулся Тэр, усаживаясь на кровать рядом с Верочкой.

- Разумеется, - со смешком ответил Лан. – Я лучший.

«Эй-ей-ей! Это я тут лучший, - возмутился Фррр. - Что за наглое воровство идей!»

- Но странно… - продолжил Лан. - Она на удивление быстро восстанавливается. Словно ее каналы, кроме меня, еще что-то стабилизирует.

«Сам ты что-то! - возмущенно фыркнул в голове Верочки нархан. – Я и без твоих иголок справляюсь!»

Верочка неплохо себя чувствовала (разве что легкая слабость) и отлично видела всю комнату, не открывая глаз. Правда, в каком-то странном серо-желто-зеленом цвете.

«Вот и помогай ей после этого, - обиженно пробурчал в голове нархан. – Все-то ей не нравится».

«Все мне нравится, - подольстилась к нему Верочка. – Что бы я делала без такого суперского помощника. И мысли читаешь, и эмоции внушаешь, и лечить можешь. Прямо настоящий маг».

«Ха! Мы получше любых магов будем».

«Правда?» - закинула удочку Ворона.

«Маги чаще всего ограничены одной или несколькими стихиями. Особенно в этом мире. Они чужой заемной силой пользуется. А нарханы сами по себе существа магические. У нас издревле сила внутренняя, магическая. А эмоции и вовсе наша обыденная пища, так что повлиять на человека, чтобы послаще или поострее было, так вообще запросто. А после того, как папуля Империю основал, у нас особая способность прорезалась – чужие способности ворова… одалживать».

«И много наодалживали?»

«Да не, совсем чуточку».

«Ага, верю, - мысленно рассмеялась Верочка. – Например, лечение?»

«Это ваше земное заблуждение, что все кошки лечебные! А мы нарханы, а не кошки! Хотим лечим, хотим…»

«Калечим…» - продолжила Ворона.

«Да запросто. Последнее, кстати, намного легче выходит».

«Так тяжело меня лечить было?»

«Неа. Ты не сильно пострадала. Так, небольшое магическое перенапряжение. Само бы прошло дней за пять. Но ты нам уже сейчас живая нужна. Так что я чуток тебя стабилизировал и силой подпитал. Вот если бы тебе ногу там оторвало, или башку тупую, то и я бы не справился».

«То есть, полноценно лечить нарханы не умеют», - сделала логический вывод Ворона.

«Ха! Все мы умеем, просто не всегда хотим!» - торопливо ответил нархан.

И Верочка поняла, что вывод ее был верен.

«Слушай, а дети не заметят эти твои способности? Или Лан?»

«Ха! Если уж с нами сам Коровейн, величайший маг Калейдоскопа, не справился, местные так точно ничего не увидят. Мы с древних лет маскироваться умеем, иначе как бы мы от магов прятались, которые нас усыпить пытались».

«Да, я уже поняла, что сила и величие нарханов не оспоримы!» - спешно согласилась Верочка, продолжая наблюдать за детьми сквозь закрытые веки.

«А вообще, заканчивай спящей притворяться. Думаешь, я тебе все время картинки показывать буду. Глаза есть, сама и смотри».

Верочка хотела уже последовать этому совету и раскрыть глаза, но замешкалась, ругая себя последним словами. Совсем, старая, с ума сошла! Магией она швыряться вздумала налево и направо, ничегошеньки об этой магии не зная. Да и об элементарной технике безопасности позабыла. Позор тебе, подполковник Воронцова, как есть позор! Да ты такими безрассудными поступками и в зеленой юности не грешила. А тут…

А тут новое молодое тело. И не это ли причина глупой импульсивности? Ведь о Верене (как там ее по батюшке) Верочка тоже ничего не знает. Насколько Ворона помнила из уроков психологии, некоторые ученые утверждали, что структура тела определяет темперамент. И, похоже, с темпераментом у девицы было не все в порядке. Одно только желание сбежать от проблем, сбросив детей неизвестно на кого, о многом говорит. И эта вот рефлексия не была свойственна Верочке Воронцовой. Скорее уж, решительность и четкий просчет собственных действий.

Но кое в чем эта минутка самокопания Вороне все же помогла. Не успевшая «прийти в себя» девушка услышала кое-что интересное.

Эр Райфорд-младший заканчивал втыкать в нее свои иглы, Ириска на соседней кровати увеличивала их благосостояние, пытаясь рвать тряпочки не абы как, а художественно – цветочек там или солнышко, опознать которые можно было весьма условно. Придется во время продажи малышке озвучивать, что за кособокое чудо они приобретают. А Тэр сидел рядом и, к удивлению Верочки, держал ее за руку.

- Не переживай, - подмигнул ему Лан, - с вашей матушкой всё будет в порядке.

- Она нам не мать! - привычно огрызнулся Тэриан.

- Да слышал уже, - язвительно фыркнул юный артефактор. - Только за мачеху так не переживают.

- А я и не переживаю!

- Ага, и сидишь тут, за руку ее просто так, случайно держишь.

Пальцы, стискивавшие запястье Вороны, тотчас исчезли.

- Пульс пытался прощупать, - торопливо пояснил Тэриан, отодвигаясь.

- Да понимаю я тебя. Я бы тоже беспокоился. В приют никому неохота, по себе знаю. А если других родственников нет, то в приют прямая дорога. Или есть? Отец? Мать?

Тэриан обернулся на увлекшуюся творчеством сестру и ответил шепотом:

- Нет. Мать давно умерла. Через месяц после рождения Эрисы, горячка. Почти и не приходила в сознание весь этот месяц. Никого не узнавала. А тот, последний день сама меня позвала. Прощалась, - мальчик тихонько шмыгнул носом, удерживая слезы.

«Фррр, ты с эмоциями не перебарщиваешь? – возмущенно подумала Верочка. – Пацан вот-вот заплачет».

«Ну нам же надо побольше узнать, - беспечно фыркнул нархан. – Вот так стараешься-стараешься, а никто не ценит».

«Ценят-ценят, - спешно похвалила его девушка. – Только давай чуточку мягче, не передавливай».

Мальчишка вздохнул и продолжил:

- Просила об Эрисе позаботиться. Ведь я самый лучший брат. Отца вот звала…

- А его как всегда не было дома? – предположил Лан.

- Что, - горько усмехнулся Тэр, - знакомая ситуация?

- Ага, - кивнул артефактор, проверяя пульс Верочки, спешно расслабившейся и попытавшейся утихомирить бешено бьющееся сердце. – Когда отец нужен, так его вечно дома нет. Работа. То совещания, то проверки, то еще какая-то ерунда приключится, которую без отца не решить.

- Вот и у нас почти также. То кабак, то скачки, то бордели.

- Н-да, какая насыщенная у наших отцов жизнь, - покачал головой эр Райфорд.

- Как по мне, уж лучше работа, как у твоего отца, - вздохнул Тэриан, - чем загулы, как у нашего. Как мама заболела, так и началось. А после смерти иногда месяцами дома не было.

- И моего месяцами. И это к лучшему. А то как приедет и давай воспитывать. Хватит заниматься этой ерундой. Не достойно. Не солидно. Опасно. Глупо.

- Ха! Еще немного, - язвительно буркнул Тэр, - и я подумаю, что у нас один отец. Мой тоже воспитывать любил. Только слова не всегда цензурные использовал. Да и трезвым последние годы редко бывал.

- Неа, папаши у нас точно разные. Мой не пьет. Магам вообще пить нельзя. Опасно.

- Пить всем опасно, - хмыкнул Тэриан. – Фабрики после этого пропадают, дома и деньги.

- Ого! Это ж сколько нужно выпить, чтобы это все пропить.

- Проиграть. И на скачках, и в карты. Выпивка - это не причина, а следствие. Причина - азарт и желание рисковать. Скучно ему было заниматься доставшейся от маменькиного деда небольшой ткацкой фабрикой. Хотел что-то новое выпустить и прославиться. Матушка только его и умела остановить. А платья и рубашки по ее эскизам с стилизованными ей народными узорам очень хорошо продавались. Скатерти там разные, шторы. Как говорил отец, глупые обыденные вещи. А как сам у руля встал решил все поменять. И ткани новые выбрал, и модельера нашел якобы модного. И…

- Прогорел?

- Ага. В газете писали, что этот бред сумасшедшего даже по пьяни никто не наденет. Богатые предпочитают более сдержанный стиль одежды, и ткани с фурнитурой должны быть получше. А простой народ и выбирает что-то попроще, да попрактичнее. И вообще, в стране не наберется столько шутов, чтобы всю партию выкупить.

- Там реально такой ужас был? Уж больно на заказную статью похоже.

- Заказную? – не понял Тэриан.

- Отец как-то обсуждал с товарищем, что за деньги писаки и мать родную продадут. Там, правда, речь шла в научных достижениях в магии. Но, думаю, писаки и про одежду не откажутся писать.

- Не знаю, продажные там писаки или нет, но одежда реально жуткая. Одни цвета чего стоят. Да такие яркие, хоть глаз выколи. На наше с Эрисой счастье, детской одежды в той партии не было, а то пришлось бы нам носить. И не фиг хихикать.

- Извини, - сдерживая улыбку, отозвался Лан.

- Ну, короче, одежду ту ни одна лавка не взяла. Поставщики потребовали деньги за свой товар. Модельер еще раньше исчез. Потом была еще пара-тройка гениальных коммерческих идей. После чего фабрику пришлось продать, зарплату работникам этой самой одеждой выдали. Они потом к нашему дому приходили, шумели, деньги требовали. Слуги говорили, что работницы эту яркую хрень на ленты разрезали и коврики плели на продажу.

- Ярко-желтые? – спросил Лан, припоминая коврик, который спас его отца и мать, и похожие, которые во множестве водились в их доме.

- И не только. Тот дом тоже пришлось продать и переехать. Отец все чаще стал пить, все чаще проигрывать и все чаще надеяться отыграться. Постоянные кредиторы. Постоянные переезды в дома попроще. Два года назад он сумел закрыть все долги, женившись на Верене.

- И кто это, интересно, отдал дочь за такое ничтож… достойного кавалера?

- Никто и не отдавал. Отец как-то хвастался дружкам по пьяни, что задурил девчонке голову, она и сбежала из дома, чтобы с ним тайно обвенчаться. И кстати, только рада была. Ей от ее давно умершей матери было завещано небольшое наследство и домик, которые ее папаша с новой женой хотели прибрать к рукам, выдав Ворону замуж за кого-то там. А тут мой папаша и подсуетился, и женился по-быстрому, и все, что у Вороны было на себя переписал, чтобы ее ненавистная мачеха не отобрала.

- И отобрал сам, - резюмировал Лан. - А почему ты её вороной называешь?

- Так Ворона и есть, - усмехнулся мальчишка. – Все деньги проворонила. Только и твердила: «Он же меня любит. Ну он же меня любит». Любит он ее, как же. Клубы он свои любит и скачки.

- И что в итоге?

- Кредиторы перестарались, когда пытались кулаками ему объяснить, что деньги нужно возвращать. Он тогда на скачках правильную ставку сделал, выиграл много. Клятвенно обещал мне памятью мамы, что все долги отдаст, и завяжет с игрой. А чтобы нас обезопасить, если вдруг какие-то долги все же всплывут, он договорился со своей дальней сводной сестрой, что перепишет на нее свой… хм, дом Верениной матушки, с условием, что тетка Агата о нас позаботится. Типа, и брать-то с нас нечего, сами из милости у родни живем.

- Но что-то пошло не так, - поддакнул Лан.

- Да все пошло не так. Как сказала милая тетушка, в дарственной нет ни слова о том, чтобы мы там жили. Подарил и подарил. Да и мало ли что он там на словах говорил. И говорил ли вообще.

- То есть последнего дома вы тоже лишились?

- Пока нет. В дарственной говорится, что если через месяц после его смерти на нас останутся какие-то долги, то дом Агате переходит.

- И долги остались?

- Уже не так много. Основную часть он все же успел выплатить. Но даже тех денег, что мы остались должны, у нас нет. Вот и остались без дома, без денег. Втроем. Я, Эриса и глупая Ворона.

- Глупая? - удивился Лан. – Я ее знаю всего полдня, но я бы не сказал, что она глупая.

- Это да, последнее время она странно себя ведет. Решительнее, что ли.

- Наверное, поняла, что теперь она главная и за вас отвечает, и что надеяться не на кого. В этом случае люди быстро меняются и взрослеют.

- Ну, может, - неуверенно протянул Тэр.

- Есть еще вариант, - продолжал размышлять Лан, - что она всегда такой и была. Просто влюбилась в твоего отца без памяти, вот и поглупела. Я слышал, что влюбленные женщины глупеют и безоговорочно верят своему возлюбленному.

- Где это ты такое слышал?

- Король как-то говорил.

- И где это, интересно, ты, сиротинушка, с королем встречался? – насмешливо фыркнул Тэриан. - В приюте?

- В журнале читал, - попытался выкрутиться эр Райфорд, - научном!

- А ну-да, ну-да, в котором твой отец – маг и ученый статьи пишет. Заврался ты, друг дорогой, вот что я скажу.

Разговор грозил перейти в весьма неприятную плоскость, но раздавшийся стук в дверь вовремя разрядил обстановку.

В комнату зашла Камилла, смущенно теребящая краешек фартука:

- Вы простите, что беспокою. Но там это… очередь волнуется. Сосиски все съели («гады», - явственно прошелестело по комнате), теперь экскурсию требуют.

- Хлеба и зрелищ, - хихикнула Верочка и под недовольное «так-так-так» поняла, что ляпнула это вслух.

- Не спим значит? – прошипел ей на ухо Тэр. - Подслушиваем? И давно?

- Не очень, но про папу-ученого, который статьи про магию пишет, услыхать успела, - попыталась перевести стрелки Ворона.

- Не вру, - прошептал на второе ухо Лан. – Все чистая правда. И папа есть. И ученый. И статьи про магию. И в приюте был. Какое-то время.

«Ишь ты, - хохотнул уже внутри головы Фррр, - ни словом не соврал. Все, как есть, правда. Только по отдельности».

Хитер, - мысленно похвалила Верочка.

- Потом разберемся, - вслух заявила она. – У нас там очередь еще не отоварена.

- Чем? – опешил от резкого перехода Тэр.

- Кусочком счастья в виде твоей рубахи.

- Чего?!

- Амулеты, говорю, собирай. Продавать пойдем!

Глава 6 попаданческого устава и устава спасательной службы королевства Гилдария

Глава 6 попаданческого устава и устава спасательной службы королевства Гилдария: должностные лица подразделения и проблемы с личным составом

Ириска гордо продемонстрировала результаты своей работы, под еле сдерживаемые смешки парней.

- Это солнышко, - поясняла она, - это птичка, это яблочко, это котик.

«Котик не похож», - резюмировал котик, развалившийся на плече Верочки.

«А, по-моему, вылитый нархан!» - мысленно хихикнула девушка, рассматривая покрытую копотью пятилапую амебу. – А вы чего застыли? – добавила она вслух. – Изучаем ассортимент, запоминаем. Потом будете покупателям рассказывать.

- А мы тут при чем? – опешил Тэриан. – Мы, что ли, этим тряпьем торговать будем?

- А кто? У меня экскурсия на пепелище и лекция о поведении на пожаре. А вам у входа столик поставим. Торгуй - не хочу! И за сестрой приглядывай.

- Вот именно, что не хочу! – взвился мальчишка. – Не собираюсь я там стоять и позориться! И вообще, за тобой на пепелище тоже присматривать нужно. А этот… хм, Ланнар с Эрисой пусть торгуют.

- Я так-то не умею торговать, - пожал плечами Лан.

«Да что там уметь, - усмехнулся Фррр, - наливай да пей».

«Чего?»

«Заливай да пой! Заливай послаще и пой погромче. Так что угодно продашь».

Ворона послушно перевела торговые постулаты нархана еще больше озадачившимся мальчишкам. Одна Ириска радостно закивала, что поняла и сделает.

- Так, - велела Ворона, - Ланнар, бегом к хозяину, попроси маленький столик и скатерть. Тащите его с Тэром ко входу в таверну Берты и с помощью Ириски раскладывайте товар. Лан, посмотри там повнимательнее на наши артефакты, как ты умеешь. Нужно будет цену назначить соответственно оставшейся в этом клочке силе.

- Это я могу, - юноша вихрем промчался по лестнице, на ходу выкрикивая имя хозяйки.

Эриса схватила в объятия тряпки-амулеты, Тэр саму Эрису вместе с ее добычей. А Верочка, поумилявшись, пошла следом, почесывая недовольно шипящего нархана за ушком.

«Сейчас-то что не так?» - недоуменно спросила она.

«Что не так?!» - кот резко мотнул хвостом и с силой вогнал когти Верочке в плечо.

- Ай, зараза! – взвыла она, тут же заулыбавшись обернувшимся на нее детям. – Все в порядке. Споткнулась просто.

«Когти убрал! И объяснил человеческими словами, что не так!»

«Я, значит, стараюсь вовсю. Помогаю ей. Лапки сбиваю. Кормлю, пою, лечу, чужие секреты выпытываю. А она о нашей договоренности вообще забыла. Или забила. Или и то, и другое».

«Ничего я не забыла. Вернем мы тебя домой, когда придумаем как».

«А второе обещание?»

«Второе?..»

«А я говорил! - нархан подпрыгнул на плече Верочки и всей тушей шмякнулся обратно. – Забыла».

«Говори уже, не томи».

«А кто обещал меня наследным принцем сделать?»

«Ой, точно. Только как? Мы здесь. Они там».

«Как-как? А подписи собирать кто будет?»

«Думаешь, кто-то станет подписывать петицию о назначении нархана Фррра наследным принцем? - усмехнулась Верочка. – А вот в листе инструктажа по технике пожарной безопасности очень даже распишутся».

«Ага, а ниже мы мелким шрифтом про Империю и наследование вставим. А потом верхнюю часть с инструктажем оторвем. И всех делов».

***

Это был уже шестой город на пути эра Райфорда, ничем от всех предыдущих не отличающийся. И в плане архитектуры, и в плане народонаселения, и, как предполагал Теоден, в плане работы спасательной службы.

У Тео даже подозрение возникло, что создаются городские отряды спасателей по одной методичке. Набрать первой попавшейся швали за мизерную оплату, назначить начальником кого-то из родственников градоначальника, обеспечение выдавать по минимуму, и грести денежки по максимуму.

В первый город Тео удалось въехать инкогнито. Осмотреться, оценить обмундирование, хозяйственные службы, оборудование. Весьма низко, надо сказать, оценить. С сотрудниками пообщаться. И самое смешное, его даже не выгнал никто. Были робкие попытки заявить: «Шел бы ты отсюда, господин хороший». На которые «хороший господин» не реагировал. А пара мелких монет и вовсе любые двери открывала.

За этим последовал серьезный разнос всех причастных лиц, не желающих выполнять свою работу по всем правилам. Экзамен на знание устава, который сдал лишь один паренек-возничий и был тут же повышен до звания сержанта. Прочие начальники были изгнаны поганой метлой. Перед носом градоначальника Теоден своевременно помахал бережно хранимым во внутреннем кармане распоряжением короля, и пообещал ревизоров прислать, чтобы дела города проверили, и доходы нетрудовые изъяли, ежели препятствия чинить будут новому начальнику спасательной службы.

По магической почте были отправлены письма: одному из своих лейтенантов о новом звании капитана и новом назначении с распоряжением прихватить с собой десяток спасателей и в срочном порядке заняться реорганизацией вверенной ему спасательной службы города N; третьему секретарю короля с отчетом; ну и в казначейство, чтобы прислали-таки ревизоров. За обман эру Райфорду даже стыдно не было: во-первых, слова он не давал, просто обещание, во-вторых, обманщики сами виноваты, и в-третьих, не верил Теоден, что его людям мешать не будут.

Во второй город князь успел добраться раньше, чем предупрежденный градоправитель сумел замести все следы. В остальном ситуация повторилась почти один-в-один. Разве что все уже знали, кто он такой. Но так было даже проще раздавать команды и новые назначения. С третьего по пятый город пришлось поменять тактику. Сам эр Райфорд ехал медленно, а вперед отправлялся нанятый частный сыщик, который разведывал все куда быстрее самого Теодена.

С частными сыщиками, кстати, эр Райфор работал долго (почти пять лет), плодотворно и эффективно. Правда, по другому случаю. Мелкий поганец… хм, дорогой сынуля повадился сбегать из дома с завидной регулярностью. И в годовщины смерти Иоланты, и в «юбилеи» того самого дня охоты, между которыми было по странному стечению обстоятельство всего десять дней (это если не считать прошедших тринадцати лет). И просто поругавшись с отцом. И главное, сбегал только при хорошей погода. А если вдруг в эти дни заряжал дождь, выжидал пару-тройку дней и пускался в бега.

Первый год за пределы столицы ему выбираться не удавалось. И побеги были скорее спонтанные, неподготовленные. Сыщики срабатывали четко, да и капитан городской стражи, старинный приятель Тео, предупредил своих людей на воротах. В дальнейшем побеги стали продуманнее, дольше и дальше. А гонорары поисковиков больше. Потом уже в пригороде столицы и соседних городках ловили. Но вот последний раз все они дружно сели в лужу. И в прямом, и в переносном смысле. Мало того, что сбежал Орландо в самую сильную грозу, основательно подготовившись (и деньги у отца из сейфа прихватил, не очень много, но на пару месяцев хватит, и сумку-артефакт из хранилища Ланты утащенную, снедью забил, и другие полезные (и недорогие) артефакты взял. Лекарства, одежду, палатку. И никто-то его не видел. Ни слуги, ни сыщики, ни стража на воротах, ни прочие любители легких денег (откуда только узнали о побегах, эр Райфорд тщательно это скрывал).

Еще и король, как нарочно, проверку эту придумал. На неделю Теодена задержал. Теперь у Лана серьезная фора, а у его отца лишь примерное направление. Магия огня вообще поисковыми заклинаниями не славится. Тут бы лучше воздух помог, или вода. Через огонь разве что курильщиков можно отследить или поваров там, кто с огнем дело часто имеет. Спасателей опять же. А вот Орландо с огнем дел не имел. Разве что, когда за алхимию брался. Это была вторая их с Лантой любовь, после артефакторики.

Так что вели Теодена лишь минимальные намеки огня, отцовское чутье и браслет, созданный когда-то Лантой, о котором он вспомнил в последний момент. Оставалось только надеяться, что вели правильно.

Постучав кулаком в окошко в передней части кареты, эр Райфорд велел кучеру ускориться. О чем, очень скоро пожалел. Трясло нещадно. Карета, проведенная по балансу спасательной службы, как представительские расходы, представлять могла разве что убогость этой самой службы. Или намекать на липкие пальчики интенданта, закупающего подобную рухлядь по цене хорошей дорогой кареты. А также на его безмозглость – выдать собственному начальнику (пусть и соблюдающему инкогнито) еле стоящее на колесах позорище мог только полный кретин. Ведь с него же потом спросят. И вообще, начальство нужно знать в лицо!

А лошади?! Хотя стоит признать, выданные в столице еще могли называться лошадьми (а интенданта точно ждет всесторонняя проверка), то с каждым новым городом клячи становились все хуже и хуже. Тайный заговор градоначальников, не иначе.

Как ни пытался Теоден отвлекать себя рассуждениями о работе, мысли все равно перескакивали на сына. В детстве Лан был очень хорошим мальчиком. Любил проводить время с отцом, хвастался своими поделками, помогал целителю в лечении Тео – иголочки по нужным точкам расставлял, которые видел не хуже лекаря, да порошки отмерял и смешивал не хуже весов. Идеальные качества для артефактора и алхимика – как говорила Иоланта.

Они вдвоем с Орландо целыми днями пропадали в лаборатории, а Тео усаживался за специально размещенный для него столик в углу у камина, в котором то и дело нагревались какие-то железяки. Отсюда, попивая терпкий чай с пирожками, Теоден любовался своей семьей.

Двенадцать лет любовался. До того самого страшного дня в его жизни.

Теоден задержался на работе, дорабатывал инструкции по технике безопасности. Сам-то князь на разные происшествия, пожары и наводнения, разумеется, не выезжал, но благодаря гибкому уму и хорошим консультантам, разработал инструкции для каждого случая, которые были розданы на места. И после их обкатки и поступления рекомендаций от короля и отчетов с мест требовалось внести необходимые правки. А главное, понять, какие из них действительно необходимы, а какие приспешники короля, желающие активно поучаствовать и поющие в уши королю разную чушь, могут засунуть в одно место. И так это дело его увлекало, что иногда ему эти инструкции даже снились. И если сразу поутру записать, пока из головы не выветрилось, получалось просто отлично.

Кстати, и для работы артефактора-алхимика Теоден инструкцию составил. А вот заставить Иоланту и Лана ей следовать было сложнее. Ругались с Лантой даже.

Мало, получается, ругались.

После взрыва в лаборатории, который разнес весь флигель и забрал жизнь его любимой жены, Теоден корил себя последними словами, что не настоял, не проверил, не убрал опасные вещества, не обезопасил. И Орландо обвинял его в этом же. И в том, что его не было дома. Ведь тогда бы он спас маму. Или сам Лан бы спас, если бы его не отправили тощую дуру выгуливать.

В тот злополучный день Орландо сопровождал в походе по магазинам неожиданно нагрянувшую сводную сестру Теодена, которую эр Райфорд-старший нагулял где-то на стороне, официально не признал и много лет прятал от своей жены и Тео в соседнем городишке. О существовании старшей сестры Теоден узнал после смерти отца. Оказалось, что эра Матильда Гус была указана в завещании. Причем, ее содержание было прописано весьма жестко. И больше обозначенной небольшой суммы раз в полгода банк ей не должен был выдавать. Как и сам Теоден. Специальные поверенные должны были следить за его расходами, и если этот пункт будет нарушен, то и сам Теоден будет лишен наследства, а все имущество перейдет церкви и приличный процент самим поверенным. Отчего те старались изо всех сил.

И если поначалу Тео, придумавший, как обойти запрет, водил сестру по магазинам и покупал ей дорогую одежду, то очень скоро понял, отчего отец внес в завещание подобный пункт – женщина оказалась исключительно жадной. Третья прогулка, на которую он отправил Орландо, выделив ему определенную сумму на расходы (и на его собственный подарок – награду за терпение), должна была стать последней. Эр Райфорд планировал дальнейшие расчеты с дамочкой передать поверенным. А в идеале вообще проверить, является ли эра Матильда его сестрой.

Но взрыв смешал все планы и перевернул жизнь Теодена с ног на голову.

Ланта погибла. Орландо винил в этом отца. И с этим Теоден не спорил потому, как и сам так думал. Сестрица же отошла на второй план. Проверять ее желания у Тео больше не было, как и видеть. Он бы и вовсе о ней забыл, если бы Лан не напоминал бы ему о той злополучной прогулке по магазинам.

А еще больше Орландо разозлила попытка отца запретить ему заниматься артефакторикой. Долго они тогда спорили. И Тео под конец сдался и в память о Ланте восстановил и флигель, и лабораторию. Правда, наладить отношения с сыном ему это не помогло.

И сейчас, трясясь в раздолбанной карете, Теоден пообещал и себе, и мирозданию, что будет всерьез интересоваться артефакторными идеями сына, не станет его критиковать, а что касается ремонтов… не обеднеют. А вообще, нужно будет заново магов приглашать, чтобы подновили и усилили защиту. Причем, так, чтобы максимальная безопасность. Жаль, что долго эта защита не держится. Вот и Ланта из-за этого погибла - как показала присланная королем проверка защита давно истощилась, а увлекшаяся женщина этого даже не заметила. С тех пор эр Райфорд тщательно следил и обновлял чары в лаборатории. А когда был занят, поручал секретарю.

Только уследить они не всегда могли. Тратился заряд неравномерно – вечером проверишь, под завязку, а днем уже пшик. Сильных разрушений, как в тот раз, не было. Разбитые окна и колбы, трещины в стенах, сломанные столы и снесенная с петель дверь – право слово, такие мелочи. Слава богам, Орландо больше нескольких ушибов и пары ожогов ничего не получил.

Городишко со странным названием Чиллар (морозный огонь, если вспомнить древнюю книгу заклинаний) был меньше столицы раза так в три. Но все же имел свой театр, газету, ипподром, кучу ресторанов и лавок и, что куда хуже, службу спасения, которую требовалось проверить. А самое противное - рынок, который уже закончил работу и народ дружно ломанулся на выезд из города, устроив нехилый такой затор.

Все это, подобострастно кланяясь, пояснил возница.

- Двадцать минут, - заявил он, - и стражники растащат эту сцепку. И поедем.

- К черту! – рыкнул эр Райфорд, выпрыгивая из кареты.

Перебраться через месиво из телег, мешков, свертков и ругающихся мужиков удалось довольно легко. А зажженный на ладони огонь позволил избежать пару зуботычин и прочей критики. А россыпь мелочи и вовсе примирила народ с бегающим по их вещам эром. В конце очереди обнаружился молодой наемник с короткой бородкой и луком за плечами на крепкой гнедой лошадке. Вернее, обнаружилась крепкая гнедая лошадка с неплохим седлом и ненужным бородатым дополнением. Вопрос решился всего за пару минут и пару золотых. Жадные ныне наемники пошли. А пошел он, кстати, на ту сторону ворот охранять «особо ценное имущество спасательной службы» и доставить этот гроб на колесах к лучшей гостинице. А сам Теоден верхом помчался в дальнюю часть города, откуда поднимался столп дыма.

Поисковый браслет продолжал обжигать запястье, словно Лану угрожала опасность. Отчаявшийся отец все пришпоривал и пришпоривал коня, не обращая внимания на шарахающихся в разные стороны прохожих.

На площади, перегораживая доступ к горящему зданию, собралась большая толпа зевак. Пробраться через нее верхом не стоило даже думать. Пришлось разгонять пинками. Параллельно раздавая команды – пожар-то сам себя не потушит. Хотя, стоит признать, местным хватило ума взяться за ведра и даже почти выстроить цепочку от колодца.

Интенсивность огненных уколов браслета снизилась несколько минут назад. И тревога немного отпустила. Опасность миновала. Орландо был жив и где-то рядом.

Зорко осматривая толпу и не замечая сына, эр Райфорд отогнал женщин и детей подальше. А мужчин и юношей, среди которых не было никого даже отдаленно похожего на Орландо, пристроил к делу. Но такого примитивного способа тушения в данном случае уже недостаточно. Пожар слишком сильно разгорелся.

Развернув цепочку, велел поливать соседние близлежащие постройки, чтобы огонь не перекинулся. А сам, мимоходом подивившись собственным действиям (у него сын где-то тут, а он больше пожаром интересуется!), перехватил управление огнем, постепенно снижая его интенсивность. Вернулись мальчишки, которых он отправил за почему-то до сих пор не объявившейся службой спасения, и сообщили, что те прибудут, как только воду нальют.

- Воду нальют?! – прорычал Теоден, напугав мальцов. – Совсем от рук отбились в этой провинции! Устав для кого пишется!

Почувствовав на себе чей-то взгляд, заметил молодую красивую девушку с длинной темно-каштановой косой и высокой грудью, затянутой в корсет со шнуровкой. Невысокую, хрупкую и при этом удивительно решительную. Судя по запачканной гарью одежде и она, и дети побывали в пожаре, но никто из них даже не рыдал. Девушка быстро и ловко успокоила детей и принялась перевязывать раненого парня. Теоден машинально склонился проверить не Орландо ли это, но девушка поднялась и перекрыла ему путь.

- Как вы? – с неподдельной тревогой спросил мужчина. – Сильно пострадали? Помощь нужна?

- Нет, - обворожительно улыбнулась красотка и, как показалось Теодену, собиралась успокаивающе похлопать его по плечу, но спешно отдернула руку. – Не пострадали, разве что перепачкались.

- А с ним… - эр Райфорд предпринял вторую попытку рассмотреть лицо раненого, который чересчур уж заметно дергался.

Орландо он напоминал только комплекцией, а вот волосы были не черные, а русые (хотя их можно перекрасить), магией от него не тянет (в отличие от девицы), значит, иллюзию тоже можно исключить. А вот мелькнувший из-под повязки и гутой челки глаз был ярко-синий. Глаза без магии Орландо бы точно не изменил.

- А с ним тоже ничего страшного, - важно кинула девчонка. - Кожу на голове содрал немного. Я перевязала. До свадьбы заживет.

- До свадьбы? Чьей? – машинально ляпнул Тео.

«Нашей!» - судя по хитринкам в глазах едва не ляпнула чумазая красотка.

- Возможно, вы имели в виду «до красного солнца»? – снисходительно улыбнувшись, эр Райфорд попытался сгладить неловкость.

- У вас в столицах, может, и до солнца, - огрызнулась девчонка. – А у нас в провинции – свадьбы поважнее будут!

- Совершенно не возражаю против этого тезиса, - улыбнулся Теоден (особенно, если это их общая свадьба).

Боги, о чем он вообще думает!

Посоветовав ей обязательно посетить местного доктора, чтобы он осмотрел детей, травмы могут быть серьезнее, чем она думает.

Хотя силы духа ей не занимать. Выжить в пожаре и отшучиваться, что братца ее трясет от слез из-за молодых девок и синяка на поллица, не каждый сможет.

- Хорошо, - скептически хмыкнул Теоден, - не буду вас пугать. А доктору вы все же покажитесь. Надеюсь, доктор у них не испарился, - пробормотал он себе под нос, - вместе с водой из резервной бочки.

- Ох, придется кому-то устав наизусть учить! – поддакнула удивительная девушка.

Да что это с ним?! Гормоны, что ли, играют?

- Ну хоть кто-то в этом городе понимает всю важность спасательной службы! – усмехнулся Тео. - Благодарю вас за вашу гражданскую позицию, эри…

- Эра Верена Варлис, - заявил мальчишка.

Он явно ей не сын, слишком взрослый для этого. И малышка очень похожа на брата. Дочь? Может быть. А может, это дети ее мужа, раз она вдова. Надо будет потом выяснить побольше. Заодно и показания снять. Нужно же выяснить, что здесь произошло.

- Эр Райфорд, - спасители наконец-то явились. - Ваше сиятельство.

- Какое сиятельство! – прорычал тот, недовольный подчиненными и тем, что девицу его титул совершенно не впечатлил. – Мы с вами на балу, что ли! А ну закончили расшаркивания и за работу!

Красотка, прихватив свою семейку, постаралась незаметно улизнуть, но один из мальчишек-гонцов, получивший новое задание, проследил их до места и сообщил, что задержатся они в той таверне как минимум до завтра. За сутки заплачено. Вернее, обещано. А значит, пока не заплатит, «Красную рыбку» ей не покинуть – ни один трактирщик свою выгоду не упустит. А Теоден, хоть и не трактирщик, тоже упускать не собирается…

Хм, выгоду, естественно! Девица какую-то там экскурсию с лекцией обещала. Вот пусть его… личный состав спасательной службы города Чиллар в рамках обязательной подготовки и поприсутствует. И даже если там ничего-то умного и полезного не будет, всегда можно сказать, что это было сделано для проверки и пусть теперь уже они объяснят народу, как вести себя на пожаре.

А пока можно начать с устава и усиленных тренировок. Ну и что, что ночь. Спасатели должны уметь работать и в ночное время суток!

Велев подчиненным заканчивать с пожаром (который благодаря его усилиям и так почти угас) и ждать его в расположении части, эр Райфорд отправился в гостиницу, где нанятый им владелец лошади уже подготовил для него лучший номер и заказал ужин. А также проследил, чтобы возница как следует позаботился о карете и еле живой кляче. Выяснил, где можно найти лошадь поприличнее, и кто в кратчайшие сроки отремонтирует карету. Хотел одежду передать на чистку, но лезть в личные вещи не стал, а ждет дальнейших распоряжений. И все это за не полные два часа, пока сам Теоден разбирался с пожаром и красотками. Хм, похоже, он нашел нового главу спасательной службы Чиллара.

- Как тебя зовут, дружище? – эр Райфорд указал наемнику на место напротив, а официанту велел принести и для него оказавшееся весьма недурным рагу.

- Тигром кличут, - отозвался тот, неспешно принимаясь за еду.

Особого трепета перед князем (наверняка ведь выяснил кто такой Теоден), мужчина не проявлял. Так, легкое любопытство. И уверенность в собственных силах. Высок, крепок, хороший боец. Лицо симпатичное (такие девкам нравятся), умные карие глаза, темные волосы гладко зачесаны и собраны на затылке в короткий хвост, перевязанный полосатой черно-рыжей лентой. Щегольские усики и аккуратная бородка. Форма военного образца, серьга в ухе. И если присмотреться внимательнее, чего Теоден не сделал у ворот, то в парне чувствовалась порода. Вероятно, бастард какого-то знатного рода, отправленный в свободное плавание.

- Какие у тебя планы на ближайшее время?

- Судя по вон тому парню в форме, болтающему у окна, в ближайшее время нас ожидает небольшая прогулка.

- Хм.

Отличная наблюдательность. Парень переминающийся с ноги на ногу за окном из команды, тушившей пожар, и явно послан сюда, чтобы проводить Теодена в казармы.

- А что… - начал он.

- А что я планировал делать раньше, уже не имеет значения, - широко улыбнулся наемник, лихо подкрутив ус. – Таким способом, как вы, меня еще никто не нанимал. Это, как минимум, интригует. Было бы интересно, услышать подробности моей работы.

- Работа в режиме многозадачности в большом дружном коллективе, - усмехнулся эр Райфорд, - который следует заставить лучше работать.

- О, - поддержал его усмешку наемник, - это то, что я умею делать лучше всего.

- Тогда считай, что ты принят!

- Озвучьте сумму моего гонорара, и будем считать, что я принят.

- Пять золотых в месяц, - подумав, ответил Теоден.

Столько в мелких городишках получал младший командный состав. Начальники получали в три раза больше. И, видимо, то что наворуют вместе с градоначальниками.

- Отлично, - кивнул Тигр, хитро блеснув глазами, - по пять золотых в месяц с выплатой каждую неделю, с премией по итогам работы, и я весь ваш.

Двадцать золотых - не такая и большая сумма для начальника спасательной службы. Больше чем обычно, но бюджет (если его основательно почистить от ненужных трат), вполне потянет. А вот для того, кто найдет и устранит все эти недостатки, грамотно организует работу службу, вероятно, поможет отыскать Орландо, слишком мало.

Через стол пролетел мешочек с десятью золотыми.

- Премия по итогам работы за сегодня, - заявил он.

- Когда выходим, эр Райфорд? – кошелек исчез, словно его и не было.

Но никакой магии Тео не почувствовал. А скорость получения информации этим щеголем впечатляла. Похоже, он все же сделал весьма выгодное приобретение.

- А вот сразу после десерта, - улыбнулся Теоден, подзывая официанта, - а пока поговорим. Расскажи о себе.

- Не люблю заготовленные речи. Они мало информативны. Лучше задавайте вопросы. Так есть шанс неожиданным вопросом сбить оппонента с толку и узнать гораздо больше.

- Почему ты решил так расстараться для меня? – с неожиданными вопросами у Тео не очень-то складывалось.

- Ну, это элементарно, - излишне серьезно отозвался Тигр, - еще в тот момент, когда вы решили спереть…

- Хм!

- Одолжить мою лошадь за ничтожную сумму…

- В пару золотых за два часа! – возмутился эр Райфорд.

- И это показало вашу платежеспособность, что сыграло решающую роль. Заказов у меня пока нет. А ехать в соседний город ради нескольких монет, когда можно получить много больше, глупо. Ваш наряд сообщил о благородном происхождении. А значит, вероятность обмана резко снижается.

- И это наряд тебе сообщил о моей честности? – усмехнулся Тео, отдавая должное восхитительной корзинке с воздушным кремом.

- О честности – глаза. А происхождении – наряд, - наемник сделал большой глоток (компот здесь тоже был неплох). - Серебряная вышивка, пуговицы с драгоценными камушками, запонки. Особенно, запонки. Китель еще можно было бы объяснить. Но ни один ревизор, даже закоренелый взяточник, столько не наворует, чтобы купить такие запонки.

- Н-да, надо было попроще надеть, - пробурчал себе под нос Тео и явно был услышан. – Я просто переодеться не успел, - добавил он громче.

- А это не важно. В гардеробе «ревизора» вообще не должно быть ничего, что могло бы разрушить легенду.

- Да ты никак учить меня вздумал? – повысил голос эр Райфорд, но Тигр на этот показное возмущение не купился.

- Почему бы не обучить того, кто хочет учиться. А обычной благородной спеси я в вас не заметил. Я более чем уверен, что прямота и открытость вам больше импонируют, чем интриги. По крайней мере, пока нас никто не слышит.

- Официант…

- Думает, что мы обсуждаем ближайшие скачки, где вы планируете сделать ставки.

На стол поверх белоснежной скатерти лег небольшой амулет в виде все той же запонки, но куда более незаметной. И незаменимой. Для тех, ко секретничает. Разработки Иоланты, и даже запонки знакомые. Вроде бы у старого их дворецкого такие видел.

Тигр опять переиграл его, позаботившись о том, о чем сам Тео даже не подумал. Это должно было разозлить. Но почему-то злиться на него не выходило. Тео вообще казалось, что они с детства знакомы. И на правах старого друга Тигру многое позволено.

Заподозрив ментальную магию, Теоден скосил глаза на одно из своих колец. Тоже работа Ланты. При ментальном воздействии камешек в кольце становится более насыщенного синего цвета. Ненамного, чтобы король и архимаг не заметили, что их воздействие отслеживают. Поначалу-то они свои проверки еще маскировали. А потом прятать свои намерения перестали. А кольцо Тео носил больше по привычке и в память о Ланте. Сейчас вот пригодилось.

Воздействия не было. Этот наглый и умный парень ему действительно нравится. Но справки о нем Теоден все же наведет.

- Только не у того болвана, которого вы в город на разведку отправили, - любезно подсказал Тигр.

- Ты и о болване знаешь? – восхитился Тео. – И почему, кстати, он болван. Вроде в прошлых городах этот детектив неплохо себя проявил.

- И неплохо подзаработал, если прошлые доклады были такие как этот.

- Успел прочитать? – эр Райфорд недовольно поморщился.

Этот проныра везде свой нос сунул. И если будет служить верой и правдой (а другого впечатления наемник не производит), то цены ему не будет. Как профессионалу. Но все же немного обидно, что сам Теоден все время немного позади.

Хотя у Тео свои сильные стороны. И одна из них, умение разбираться в людях. И подбирать себе отличные кадры. После всесторонней проверки и попытки якобы подкупа, все будет с этим Тигром ясно. Нужные люди у Теодена для такой проверки есть. Правда, им еще судя из столицы добираться.

А пока поверим ему, пожалуй. Здесь и сейчас у Теодена особых секретов и нет.

- Нет, не читал, - усмехнувшись в усы, ответил наемник, - видел, как писали.

- И как писали?

- Под диктовку какого-то странного типа с толстым кошельком.

Эр Райфорд призадумался. Похоже, и прошлые отчеты подделаны. Есть в них что-то общее. И хоть нарушения там есть, они не слишком серьезные.

- И где этот деятель?

- В том же трактире, где я его заметил в первый раз, когда мы с возницей сюда добирались. Тогда он был еще относительно трезв. Когда приходил сюда с докладом, уже шатался. Не нашел вас и вернулся обратно в трактир, продолжив пропивать взятку.

- Кучер где?

- Спит. Как говорится, крепче спишь, меньше знаешь.

- Тоже взяточник?

- Нет, просто болтун. Большую часть информации о вас я от него получил. Нельзя подобных типов при себе держать.

- Тебя, можно подумать, можно! – огрызнулся Теоден.

- Меня можно. Я всегда честно отрабатываю контракт. И только по окончании работы меняю нанимателей. И информацией, кстати, не торгую.

- Ой ли…

- Не торгую информацией о своих нанимателях. Прочая же информация всегда в свободной продаже, - улыбнулся он, вновь крутанув ус. – Так я нанят?

- Нанят-нанят, - вздохнул Тео. – Куда ж от тебя денешься, наемник по особым поручениям. При такой-то нехватке кадров.

- А я в вас не ошибся, князь, - учтиво склонил голову Тигр. – С наблюдательностью у вас все в порядке. А вот с оценкой ситуации и доверием стоит еще поработать.

Ложечка, измазанная в креме, полетела точно парню в лоб, но была перехвачена в воздухе и с почтением плюхнута в чашку Тео.

Теоден молча рассматривал парня, пытаясь понять, можно ли ему доверять. Интуиция и прочие чувства твердили, что можно. А вот ум с логикой сопротивлялись. К счастью, недолго. Если бы некие силы хотели подсунуть Тигра в качестве шпиона, то как бы они могли просчитать действия Тео, которые и он сам не контролировал.

Активация поискового браслета. Допустим, могли бы это сделать. Если Лан у них. Но опасности для сына он не чувствовал. Кроме недавней. В огне. А ведь должна было быть и раньше. Во время похищения, к примеру. Значит, этот пункт не подходит. Да и откуда им знать о браслете, если даже сам Тео позабыл о нем на многие годы.

Безумная гонка. Ее бы не было без активации браслета. Значит, смотри пункт первый. Не подстроено.

Давка у ворот. Скорее всего, это привычное явление после окончания работы рынка. И если активировать браслет в нужное время. И опять все упирается в первый пункт.

Браслет завязан на крови, и если бы Орландо что-то угрожало, он бы показал. Но ничего не угрожало, кроме тех тридцати минут. Повезло, что Тео уже был рядом с городом, а источник дыма оказалась гораздо ближе, чем он думал. После вспышки страха, смешанного с возмущением, ощущения пропали – возможно, Лан был без сознания. Затем снова страх. И любопытство. Снова страх, но будто бы другого толка. Не как от опасности. И под конец спокойствие и уверенность.

Эмоции сменялись быстро. А сейчас дорогой сынуля, явно, веселится.

Что-то это мало похоже на жертву похищения.

Значит, и Тео можно не беспокоиться.

Парень точно где-то в городе. До этого браслет не ловил отголоски его эмоций. Видимо, все дело в расстоянии. Насколько помнил Тео, через всю столицу браслет раньше добивал.

Поисковым браслетом он тогда не был. Да, собственно, никогда-то он им не был. Скорее, обручальным. Ланта придумала создала эти два широких серебряных браслета, унизанных разномастными драгоценными камешками и изрезанный непонятными (Тео) символами. Браслеты должны были объединять два любящих сердца, позволяя им быть всегда на связи и постоянно ощущать любовь друг друга. Знать, что с твоим любимым все в порядке. В принципе, идея была хорошей. В период самой яркой влюбленности, когда ни о чем другом, кроме любви и не думаешь. Но этот период не так и велик. А кроме любви ты ощущаешь и прочие чувства. Гнев. Злость. Жалость. Раздражение. Вроде бы мимолетные, но все же способные пошатнуть чувство любви… А еще физические составляющие. Боль, голод, расстройство желудка и прочие мало приятные вещи, которые не хотел бы демонстрировать никому, особенно, любимой. Да ты знаешь, что сейчас любимая жива и более-менее здорова – это плюс. А кроме того ты знаешь, что купленные тобой пирожки не пошли ей на пользу. И сидя, например, на встрече с королем ты ощущаешь рвотные позывы или еще чего похуже. Да и постоянные контроль тоже безумно раздражает. А раздражение еще и транслируется.

Выдержали они тогда меньше недели. Ланта первой сняла браслет с Тео, сообщив, что она его любит и без непрерывных напоминаний об этом. И на патент не станет подавать. Ведь такие браслеты можно использовать для шпионажа или, к примеру, шантажа пытками близких. Да мало ли способов использования.

Иоланта сделала для Тео копию браслета, уже не наделенную никакими свойствами, спрятав оригинал где-то в лаборатории. Там он и сгинул во время взрыва. А свой браслет продолжала носить (все ж таки обручальный), поменяв в нем часть камней, чтобы не работал.

Только как сейчас вот выяснилось он продолжал работать с усеченными возможностями. Совсем усеченными. Либо Ланта именно таким его и сделала. Либо он тоже пострадал во время взрыва. Теоден снял браслет с руки любимой и положил в шкатулку с памятными вещицами, где он и пылился пять последних лет.

А перед последними поисками Орландо, на которые пришлось ехать самому, вспомнил вдруг. И первое, что ощутил – Лан жив. Сигнал был слабый, прерывистый. Не передавал ни эмоций, ни физических подробностей. Не артефакт, а призрачная его тень. Но он позволял выбрать хотя бы направление. Прежде чем двинутся дальше, эр Райфорд объезжал город по периметру, ловя более четкий сигнал. Похоже, дальность действия браслета и раньше была высока, у них просто возможности проверить не было.

А теперь эта чертова возможность появилась.

Уж лучше бы ее не было. Лан бы сидел дома. Браслет пылился в шкатулке. И все было бы хорошо.

Но нет, Теоден сейчас здесь в Чилларе. Пьет чай и пытается просчитать Тигра.

И по всему выходит, что без подстроенного первого пункта с активацией браслета, остальные не более чем случайность. Но чтобы подстроить, нужно знать об этой разработке Ланты, которая даже не увидела свет.

Но, допустим, знали и подстроили. Тогда со стороны Тигра более чем глупо демонстрировать свое превосходство и злить свою цель. Что подобное поведение будет импонировать Теодену, его вероятные враги не могли знать. Обычно он никому не давал спуску, мог и на дуэль наглеца вызвать. При дворе вообще не принято проявлять слабость.

Только сейчас, общаясь с этим парнем, Тео не чувствовал себя слабым. Равно, как и хозяином. Скорее, другом. По крайней мере, так ему казалось. И даже некоторая язвительность была на пользу делу.

Но полностью доверять эр Райфор все же повременит. Пусть делами покажет.

Да и не получит Тирг никакой секретной информации.

Что он может узнать? Что служба спасения работает исключительно хреново? Так это Теоден и сам в рапорте напишет. Кстати, а пусть Тирг сам этот рапорт и напишет. Должна же быть от него максимальная польза.

А пока проверим сделанные наемником выводы. Подозвав одну из официанток и бросив мелкую монетку, попросил переговорить с его возницей. За каждый новый факт, рассказанный ей возницей, получит по такой же монетке. За те десять минут, что Тео с Тигром допивали чай с мясными пирогами, девица стала богаче на двенадцать монет. Факты были, конечно, так себе, простоваты. Но действительности соответствовали.

А на пути в казармы проверили детектива. И он пил именно там, где и было сказано. Типа, отплатившего отчет, не было, зато был тугой кошелек, из которого детектив щедро оплачивал и выпивку, и закуску.

Что ж, два - ноль в пользу Тигра.

Н-да, а если придумает, как превратить одиннадцать сотрудников, как минимум в пятьдесят, а лучше в сотню, чтобы недокомплект в соседних городах перекрыть, то и все десять – ноль будет.

Эр Райфорд оглядел казарму, плац и полосу препятствий и понял, что дополнения к уставу с правилами организации быта и обучения личного состава градоначальник и бывший капитан службы спасения Чиллара все же читали. Казарма на территории базирования городской стражи. Пожалуйста! Вон тот склад с дырявой крышей вполне подходит. А вытащенные из него ржавые бочки пригодятся на полосе препятствий. И плац неплохой, если скосить на этом пустыре траву и камни убрать.

О! А вот и бочка, которую вернули с пожара и спешно наполняли водой из заросшего пруда позади пустыря. Вот вам стратегический источник воды.

Все, как заказывали.

Судя по язвительным усмешкам Тигра, эти дополнения он тоже прочел и был в таком же оху… восхищение, что и Тео.

Так! Сюда нужно вызвать самых лютых ревизоров. Завтра же письмо в секретариат короля отправить!

А личный состав – это отдельная песня. Причем, исключительно ругательная.

Да тут из одиннадцати сотрудников, что самом по себе просто рекорд по всем проверенным городам, можно смело выгонять половину.

- Не передумал? – шепотом уточнил он у Тигра.

- Трудности – не причина отступать от намеченной цели.

- Ну и как, по-твоему, мы должны превратить этот сброд в пятьдесят обученных спасателей?

- Не попробуем. Не узнаем, - улыбнулся Тигр и рявкнул на весь «плац». - А ну стройся! Перекличка. Называем имя, фамилию, звание.

Голоса зазвучали нестройным хором. О порядке и дисциплине тут тоже не знали.

- А деньгу когда выдадут? – донеслось от сборища, изображающего строй. – Я свои четыре серебряника честно заработал. Пожар сегодня тушил.

- А я бочку тягал, - крикнул другой.

- А мы воду таскали!

От этих криков Теоден опешил минимум дважды. От озвученной зарплаты в четыре серебрянника против положенных десяти. И от связи между конкретными действиями и выдачей зарплаты. То есть, если пожара нет, то нет и зарплаты?

Расспросив служащих, Теоден выяснил, что для получения зарплаты им требовалось составить для капитана спасательной службы отчет о проделанной за месяц работе. Это ведь даже в уставе есть - отчет о проведении спасательных операций. И если такой работы было мало (что оценивалось, похоже, на глазок), капитан выписывал штраф – от трех до шести медных монет.

Ничего себе! Даже устав для своих махинаций приспособили. Да, там был отчет о проведении спасательной операции. Но составлялся он не раз в месяц с перечислением всего, что делали, а сразу после завершения спасательной акции для оценки сложности и эффективности действий спасателей.

Удивительно, что местные спасатели еще не додумались сами происшествия устраивать, чтобы было что в отчет писать.

- Вот это размах! – восхищенно присвистнул Тигр. – Знают здесь толк в воровстве! Шестьдесят процентов себе в карман с каждого.

- Ты-то откуда знаешь, сколько с каждого… тьфу, сколько каждому? – почти без удивления спросил Теоден.

- Так там в документах, помимо устава было еще и штатное расписание, - наемник уставился на Тео преданным бесхитростным взглядом, заставив того чертыхнуться.

- В подштанниках моих тоже рылся? – прошипел эр Райфорд.

- А чего в них рыться, - пожал плечами Тигр. – Я их просто на полке разложил. Красные в желтый цветочек справа, синие с сердечками слева.

- Шутник, блин! – вздохнул Теоден, предпочитавший только черный и белый цвет нижнего белья. - Делать-то чего будем?

- С этими, - парень кивнул на недовольно шумящих спасателей, - или с их начальством?

- Сначала с этими, потом с начальством. Хотя… я сейчас этим построение устрою, перекличку. А ты давай в контору, изыми всю документацию.

- Вряд ли там есть что-то ценное.

- Не сомневаюсь в этом, - кивнул Тео. – Но зато и подделать не смогут. Одного из этих возьми свидетелем, запечатаешь магией, - он снял и протянул наемнику кольцо-печатку. – Знаешь, как пользоваться?

- Прикладываешь узором к коробке с документами и говоришь: «Запечатать». Только на мою кровь перстень не сработает.

- Надевай, - велел эр Райфорд, крикнув во все горло, - а вы там тихо! Построиться в шеренгу!

Когда Тигр нацепил перстень, Тео надавил на пару камешков и отдал команду на временное запечатление.

- На эту ночь хватит, - сообщил он. – А там посмотрим.

- Ясно, - усмехнулся наемник, подкрутив ус, - сон мне сегодня не светит.

Парень стрелой промчался мимо строя, прихватив стоящего с края тощего мужичка, и, пинком распахнув дверь, скрылся в конторе.

Перекличка и опрос на знание (а вернее, незнание) устава заняли минут двадцать, большую часть которого служащие хором повторяли за Теоденом параграфы устава. И учились стоять ровно по линии, которую в прямом смысле слова пришлось начертить прямо на земле. И клятвенно пообещать экзамен на знание устава через пару дней. Пусть учат. Особым энтузиазмом народ не горел, и Теоден всю голову себе сломал, как же их заинтересовать. Самый простой вариант – повышение зарплаты до положенной согласно штатного расписания – вполне логичен. Но такое резкое повышение может вызвать не только недоверие к руководству (а вдруг и новое начальство жульничает, а платить им должны еще больше), но и еще больше охладить желание работать (а на фига, если и так денежек прибавили).

Вскоре вернулся Тигр в компании тощего мужичка и двух таких же тощих папочек.

- Больше ничего, - развел руками наемник, отправив мужичка в общий строй. – Успели попрятать. Может, мне в ратушу наведаться, к градоначальнику?

Эр Райфорд вручил устав высокому плечистому парню с короткими рыжими волосами, который проявил наилучшее его знание и энтузиазм, и, назначив его сержантом, велел продолжать декламировать хором устав.

- Если ночью явишься, - ответил он Тигру, - потом заявлять станут, что подкинули. Отправимся днем, в компании ревизоров и журналистов. Где бы только неподкупных найти. За одну-то ночь. Из столицы-то я утром вызову. Но явятся они только дней через пять-шесть. Или через два, если воспользуются порталами, как я и велел.

- Заодно и столичное руководство проверим, - подмигнул ему Тигр, - как они приказы выполняют.

- Ты словно мысли мои читаешь… - недоверчиво протянул Теоден.

- Просто я бы сам именно так поступил. Мы с вами словно на одной волне, - обезоруживающе улыбнулся Тигр.

- Вот только не нужно на мне свои приемчики отрабатывать. Лучше нам пару-тройку ревизоров нормальных раздобудь. Это на дневную смену. К ним вдобавок понадобится отряд городской стражи. Обратишься к капитану городской стражи прямо сейчас – сошлешься на меня и приказ короля. Пусть людей выделит в полное твое распоряжение. Если будет возмущаться, ко мне отправляй. Со стражниками переговоришь, выберешь хотя бы десяток понадежнее. Но для начала нам нужны люди по твоему ведомству. Чтобы проследить за градоначальником, его подручными и бывшим капитаном спасательной службы.

- Без проблем, - понимающе кивнул наемник, - есть у меня нужные знакомые. И друзей пусть приведут на помощь, если понадобится.

- Приведи друга… - задумчиво протянул Тео. – Акция.

- Что? – недоуменно нахмурился Тигр. – Какая еще акция?

- Акция «приведи друга», - разулыбался Теоден, громко крикнув. – Тишина! Слушай мою команду! Объявляется акция «приведи друга, получи увеличение к зарплате».

Ляпнул и сам опешил от этого.

Иногда у него прорывались вот такие вот мысли и слова. С той самой охоты. Когда он считал себя другим человеком. Недолго, впрочем, считал. Ему еще тогда все объяснили. Выжить в эпицентре буйства стихий – не каждый без последствий сможет, тем более после полного магического истощения. И много других заумных объяснений, который Тео даже не запоминал. Главное, что он – это он. Будь он другим человеком, разве помнил бы он маму и отца. Как в четыре года споткнулся, треснувшись головой об край стула, а потом этой же головой о тот же стул, но уже снизу, когда пытался встать. Потом ходил весь вечер, сияя крестом на лбу.

Отец придерживался суровых методов воспитания. Убедившись, что нет ничего опасного и дважды прикрикнув на мать, отец велел Тео быть мужественным и терпеть. И это в будущем научит его осторожности. А няньку, которая должна была за ним присматривать, как и охранника, с которым она целовалась в соседней комнате, Теоден больше не видел. Как подслушал потом маленький Тео, их выгнали с каким-то билетом для волков.

Или та история с фрейлинами. Не мог какой-то чужак знать, что в десять лет Теоден с Себастианом подсматривали за фрейлинами в купальне. К счастью, их тогда застукал секретарь второго Советника, а по совместительству отца Теодена. Притащил их в кабинет эра Райфорда-старшего (Тео за ухо, Тиана с почтительным поклоном). А стоило секретарю выйти, начался один из немногих, но на всю жизнь запоминающихся «уроков».

Теодену отец велел снять штаны и укладываться на диван. А Тиану усаживаться в кресло, смотреть и осознавать, что командир (а в данном случае принц) отвечает не только за себя, но и за подчиненных. Розги оставили немало отметин на заднице Теодена. Напоследок отец оставил их вдвоем, заявив, что лечебной мазью может воспользоваться только принц. Иначе для Тео урок продолжится.

И никакой чужак не мог бы знать, что в десять лет принцы не так заносчивы и не считают для себя зазорным смазать другу задницу. Правда, с обещанием эту самую задницу оторвать по самые уши, если проболтается.

И этот урок об ответственности за подчиненных очень хорошо запомнился Теодену. И сейчас глядя на Тигра, терпеливо выслушивающего сгрудившихся вокруг него спасателей, Тео подумал, а смог бы он сам смазывать обожженную на боевом задании жопу Тигра (в камин он, что ли, со всего маху жопой сел?). Пожалуй, что и смог бы. Без свидетелей.

Так, а о чем, вообще, эти свидетели галдят?

- А почем дают за каждого, кого приведешь?

- Неужто, и впрямь, по серебрушке?

- Ну, тогда я не меньше десятка приведу!

- А я двадцать!

- Ха, у меня в деревне и сорок наберется!

Сообразив, что так они разбазарят весь бюджет, эр Райфорд хотел было вмешаться. Но решил еще немного послушать и понял, что не прогадал. Ни сейчас, ни когда решил взять Тигра на работу.

- Да, - решительно заявил тот, когда навел-таки тишину. – За каждого по серебрушке. Спокойно! За каждого, кто пройдет испытательный срок, сдаст экзамен на знание устава и физические нормативы. Если ваш кандидат провалится, вы ничего не получите, поэтому нет смыла тащить сюда всякую шва… всех подряд.

- Так это ж когда еще будет, - возмутился кто-то из спасателей.

- Испытательный срок два месяца.

- А мне деньги сейчас нужны.

- И мне!

- Тихо! Вы и раньше двух месяцев сможете получить повышение. Каждое ваше действие будет работать на ваш рейтинг. Сдал экзамен на знание устава с первого раза, получил дополнительные баллы. Был лучше всех на кроссе или в других соревнованиях, тоже баллы. Все ваши баллы, я буду заносить в специальный табель. Если постараетесь, уже к концу этого месяца сможете поднять свою зарплату до десяти серебрянных.

- А ежели друга привесть?

- Как я уже говорил, если друг пройдет все испытания, то через два месяца получите за каждого по серебрушке. Разово. Так что все зависит от вас. Ищите подходящих людей. Помогайте им, обучайте. И будет вам счастье.

- И можете начать прямо сейчас, - вмешался в разговор Теоден, - завтра утром мы все отправляемся на экскурсию и лекцию по правилам поведения на пожаре. Сейчас всем спать, а утром перед экскурсией обновите знания по этой теме. Возможно, вас попытаются подловить на незнании. И чем больше ошибок в лекции вы заметите, тем больше баллов заработаете. Сержант… как там тебя?

- Марк, эр Райфорд.

- Отвечаешь за подготовку. Утром собираетесь все здесь. Погоняешь их немного по уставу и вокруг здания. Потом, часам к десяти, отправляетесь в Таверну Рыжей Берты.

- Это там, где мы пожар тушили?

- Да, - кивнул эр Райфорд, добавив мысленно, - это где я пожар тушил.

Глава 7 попаданческого устава и устава спасательной службы королевства Гилдария

Глава 7 попаданческого устава и устава спасательной службы королевства Гилдария: боевое дежурство осуществляется личным составом дежурного караула непрерывно в течение рабочего дня

Обеденный зал таверны Красная рыбка был забит под завязку, только один столик у окна пустовал, ожидая дорогих гостей. Камилла усадила их завтракать со словами: «Малыши, поди, и не наелись». Первым за столом… вернее, на столе оказался нархан, как самый голодающий. Но сосиски, к сожалению, уже закончились, поэтому ограничились чаем с сырниками и сладкими булочками. Фррр, лениво помахивая хвостом, развалился среди тарелок (вернее, тарелки расставили вокруг него), макал лапку в миску со сметаной и старательно облизывал ее. «Голодные малыши» сметали все подряд, будто и не еле час назад, и только Ириска с Верочкой просто пили чай.

Посетители, давно расправившиеся со своими заказами, недовольно пожирали глазами Верочку и шептались, как им надоело с раннего утра экскурсию ждать.

- Чего это они? – спросила Ворона, когда Камилла принесла еще молочка для котика. – Реально с утра ждут? Так на экскурсии хочется?

- А какие тут у нас развлечения? Городок у нас хоть и не маленький, и даже театр свой есть. Да только простым-то людям не по карману. Как и скачки. Всех развлечений напиться в кабаки и подраться. А сейчас вон сидят, обсуждают, будете вы для эффекту экскурсии снова из окон сигать, али нет.

- Я им цирковая лошадь, что ли, через препятствия сигать?! – возмутилась Ворона. – Хотя… могу за пару медных монеток объяснить всем желающим, как правильно группироваться перед прыжком, а потом и самим попробовать.

Стоило им выйти на улицу, как таверна моментально опустела (даже хозяев лишилась), а позади выстроился большой хвост человек из двадцати.

- Эй, вы, - обратилась Верочка в четверке крепких парней, - прихватите с собой пару столиков. Лан…нар, ты же договорился? Какие нам разрешили взять?

- Да любые бери, - пристроился с боку хозяин, - только с возвратом.

- Конечно с возвратом. Парни, и пару лавок прихватите. И получите скидку. Ланнар с Тэром вам помогут днести.

- Я?! – прошипел эр Варлис.

- Забыл, о чем мы договорились? – шепнула ему на ухо Верочка. – При посторонних не спорим и не ругаемся. Потом наедине на меня порычишь.

Тэриан нехотя кивнул. Похоже, он уже жалел о своем обещании, которое Верочка выманила из него, пока спускались по лестнице.

У входа в таверну Рыжей Берты обнаружились сама Берта, двое перепачканных золой поджигателя и еще дюжина зрителей.

Велев парням устанавливать столы и лавки с двух сторон от входа, народу выстраиваться в очередь (а кто будет шуметь, сразу же отправится в конец очереди), Ворона, подхватив Берту под руку, утащила ее внутрь поторговаться, буркнув напоследок, что народу многовато, хватило бы им амулетов.

Через десять минут ругани (да такой что хвостом очереди и не отделаться), договорились, что Берта берет по одной медной монетке за вход и вынос мусора, то бишь, «заговоренный оберег», который нужно зарыть около своего дома. Верочка по той же медной монетке за лекцию и аттракцион «правильно выпрыгни в окно». Плюс амулеты холода, цену на которые Ланнар назначит, а Берте не фиг туда совать свой длинный нос. И вообще, пусть спасибо скажет - если бы не Верена, то ничего бы не было.

Вернувшись на улицу, Ворона полюбовалась почти ровной очередью, Тэрианом, который под руководством котика раскладывал на столе подписные листы инструктажа по технике пожарной безопасности и магическое перо, не оставляющее клякс, и обернулась ко второму столу, за которым, подперев щеку ладонью скучал Лан. А за его спиной… высилась гора бывших амулетов, превращенная мизерные ошметки, больше ничем не напоминающие рубашку. И радостно улыбалась Ириска.

- Это что? – ласково скрипя зубами, спросила Верочка.

- Амулетики, - горделиво задрав нос, пояснила малышка, - чтобы всем хватило и больше денежек дали.

- А ты почему за ней не следил? – прошипела Ворона.

Обращалась она к Тэру, но первым ответил Лан.

- А я что ли за ней следить должен? Она никуда не уходила, здесь сидела. Если бы пошла, я бы проследил, конечно. А так сидит ребенок тихонько. Чего следить?

Верочка, как опытная тетка мелких племянников и племянниц, могла бы ему объяснить, что если ребенка не слышно, то нужно незамедлительно бит тревогу. Он либо обои раскрашивает, либо вырезает из штор цветочки, либо запихивает кота в стиральную машину.

«Ты где это таких злобный детишек видела? - возмутился в ее голове нархан, который успел уже куда-то слинять со стола с листочками. – Я бы их сам запихал! В духовку!»

«Ты где?»

«Скоро вернусь. Есть одна идея!»

- А ты почему за сестрой не присматривал?

- И когда бы я успел? – фыркнул Тэриан. – Сама же велела за листочками бежать!

- Я? – опешила Ворона, которая совершенно точно этого не говорила.

- Ты, когда с Бертой внутрь заходила, из-за двери крикнула. Голос точно твой был!

«Ага, - захихикал Фррр, - точно-точно твой!»

«Не смей моими детьми командовать, поганка мохнатая!»

- И что нам теперь с этим делать? – Верочка приподняла горсточку амулетов и отпустила их плавно рассыпаться по столу.

- Продавать! – Ириска недовольно подгребла кучу к себе.

- Конечно, продавать, - Лан погладил малышку по голове.

- Думаешь?

- Уверен, - улыбнулся парень, - теперь их как индивидуальные амулеты продать можно. Магия в них, к счастью, сохранилась, но, к сожалению, не так и много. Больше одного человека они от огня не защитят. Да и то ненадолго. Максимум на час.

- Вполне хватит, - бросился на защиту сестры Тэр. – И не фиг на пожаре рассиживаться. Амулет активировал и беги себя наружу.

- Хорошо, только кому мы такую толпу амулетов продавать-то будем? - кивнула Верочка, оглядев не такую и большую, как оказалось, очередь.

- Так я возьму, оптом, - от этого голоса Верочка едва не подпрыгнула.

Эр щеголь подкрался со спины так незаметно, что Ворона мысленно отругала себя за беспечность, а вслух любезно разулыбалась:

- Рада вас видеть, эр Райфорд.

- А мы вот нет! – подкрался со стороны очереди какой-то дедок.

И вот как он крадется Ворона уже видела, вернее, слышала стук его палки.

- Ишь чего выдумал! – разорялся дед. - Мы тут с утра стоим, амулеты ждем. А он тут оптом!

- А что значит оптом? – Ириска подергала Верочку за рукав.

- Это значит, - ответил ей щеголь, протянув леденец на палочке, - что я заберу все амулеты, какие есть.

- А мы! – заорала толпа, позабыв про пиетет перед благородными. - Нам тоже нужно! Его тут не стояло!

- Я могу еще порвать! – Эриса попыталась всех примирить.

- Не нужно! – перехватил ее руку Лан. – Совсем магии в них не останется.

- А ты что магию видишь? – заинтересованно вскинул бровь эр Райфорд.

- Нет, не вижу, - спешно открестился парень. – Скорее, чествую немного, и только магию сестры.

Ворона лихорадочно придумывала, чем бы отвлечь мужчину – похоже, они спалились по полной. Но спасение пришло, откуда не ждали. Растолкав возмущенно гомонящую толпу, вперед выдвинулась колоритная девица с длинными черным волосами, эффектными волнами спускающимися до талии. Белоснежная блузка с небольшим вырезом на высокой груди, пышная желтая юбка с воланами, маленькая красная шапочка, черные глаза с хитринкой, носик-кнопочкой, губки-бантиком. В руках большой изящный блокнот и перо. Не девица, а тьфу, картинка.

«Сама ты тьфу!»

«Вот ведь, - мысленно фыркнула Ворона, - прям чем-то родным и лохматым повеяло. Не думала, что ты и в людей можешь».

«Нарханы могут все!»

«Интересно, а почему девица? Ты же вроде кот, а не кошка».

«Это традиционная нарханья забава. Называется…»

- Ты еще кто? – попыталась возмутиться очередь, но гневный взгляд хитрых черных глаз (или, что вероятнее, эмоционально воздействие) зарубили это начинание на корню.

- Красная Ша… - ответила «красотка» и Верочке, и очереди, и спешно исправилась. - Шарлотта. Красная. Это фамилия у меня такое, - тут красотка-Фррр загорщицки подмигнул Вороне, показывая, что и земные мультики он отлично знает.

- Рад вас видеть, эри Шарлотта, - приветственно поклонился ей щеголь. – Что вас сюда привело?

- Правда! – пафосно возвестила «девица», потрясая блокнотиком. – Ничто не может остановить правду для народа!

- Хм… - высказал всеобщее мнение незаметно подошедший колоритный парень с усами, увидав которого Ириска позабыла обо всем на свете, облизываясь на эти усы, словно кошка на сметану.

Но остальные его как будто бы и не заметили, любуясь разными достоинствами «девицы».

- Свободная пресса! Это судьбоносное событие должно быть правдиво освещено!

- Свободная? – опешил эр Райфорд.

Видимо, с таким понятием в этом мире знакомы не были.

- Свободная, - выпятила грудь «красотка», - значит, не продающая свое перо за жалкую горку монет.

- Это смотря какая горка, - шепнул остановившийся за ее спиной усач.

- И смотря из чего, - поддакнула Верочка, имея в виду сосиски, но понимающе усмехнувшийся парень подумал явно о чем-то другом.

Их болтовню прервала ревниво вклинившаяся между ними Эриса, вцепившаяся в руку парня.

- Так, а это что у нас? – «Шарлотта» почти без усилий отодвинула от стола с подписными листами всех троих. – Интересненько. Экскурсия. Лекция. Инструктаж. Это надо задокументировать для истории. Эй, - крикнула «она» очереди, - не забудьте расписаться перед входом, и ваше имя войдет в историю! А мы поймём, сколько человек посетили лекцию.

- Отличная идея, - кивнул Райфорд. – Найдется там лишний… хм, свободный лист? Пусть мои люди тоже запишутся, а потом, после окончания, можно выставить баллы по результатам активности.

«Ишь, примазался к чужим подписям, - прошипел нархан. - Дублировать придется».

- Конечно, - улыбнулась «Шарлотта». – Сейчас, ага, готово. Значит, вот это лист инструктажа по технике пожарной безопасности. Вот это лист согласия на экскурсию. Это лист прослушивания лекции. Это лист, по которому будут продаваться амулеты.

- А я хотел оптом… - начал Райфорд.

- Фиг ему! – заорала очередь.

- Сначала народ! – наставительно заявила «представительница древнейшей профессии» (и это журналистика, а не то, что вы подумали). – А с вами мы потом договоримся.

- Мы? – иронично изогнул бровь усач.

Эриса к этому времени уже забралась ему на руки.

- Они, - отмахнулась «красотка», ткнув пальцем в Тэриана и Лана. – А свободная пресса всегда на страже справедливости. И не даст детишек в обиду! И вообще, не сбивайте даму с подсчета.

Нархан продолжил сортировать бумаги.

- Это лист, разрешающий вынос мусорного оберега.

- Чего? – усач едва не расхохотался, но заметил нахмуренные бровки Ириски и замолчал.

- Любой уважающий себя артефактор знает, - продолжала вещать «Шарлотта», - что если взять предмет из недавно горящего дома и, оставив вместо него хозяйке медную монетку, правильно обработать, а потом зарыть около своего дома, то пожар обойдет его стороной.

- Чего?! – хором отозвались Райфорд и Лан, который, как оказалось, не все знал об артефакторике.

Но заметив оскаленные зубки «журналистки», торопливо поправился:

- Чего я должен делать, я хотел сказать?

- Все просто, смотришь, что тебе принесли. Оцениваешь, - шепотом (но так, чтобы слышал Райфорд) продолжил нархан. – Машешь поактивнее руками. Берешь денежку. И отправляешь счастливчика домой. Цену не задирай. Будем брать числом.

- Ваш специалист хоть немного в артефакторике разбирается? – подмигнул «Шарлотте».

- Главное, он разбирается в деньгах.

- Видимо, также как вы в журналистке?

- Думаешь, мне слабо статейку в газету написать? – почти искренне возмутилась «красотка». – Да завтра утром во всех газетах будет!

Когда Теоден с Тигром добрались до места, там уже толпился народ. К счастью, лекция… экскурсия… или что там выдумала эта красотка еще не началось. Сотрудники службы спасения, отправленные на пробежку по городу, подтягивались неравномерно.

- С последних сними по баллу, - велел он Тигру, - нужно же нам физическую подготовку подтягивать.

- Хорошо, - кивнул новый капитан спасателе, - только не снять балл, а добавить, и не последним, а первым. Так лучше простимулируются.

- И где ж вас таких умных учат? – риторически пробурчал себе под нос эр Райфорд, но получил вполне конкретный ответ.

- Ну, есть тут одна специальная школа, - улыбнулся Тигр. – Секретная.

- И что за школа?

- Какой звук в слове «секретная» вам не понятен? – съязвил парень, ловко увернувшись от начальственного подзатыльника.

- Надеюсь, хоть не преступная?

- Не переживайте. Закон мы чтим. И кодекс у нас есть. Особый.

- И как же так оказалось, что такой «особый» специалист мне достался совершенно бесплатно? – иронично изогнул бровь Теоден.

- Бесплатно? – притворно изумился Тигр. – Не припомню за собой подобного альтруизма.

- Ты прекрасно меня понял. Специально у ворот торчал? Меня ждал?

- Не поверите, вот это точно чистая случайность.

- А что не случайность?

- Мое желание работать именно с вами. У вас отличная репутация. Направление вашей работы мне не знакомо, и оттого особо любопытно. Особенно на фоне ого задания, которым я планировал заняться. Поэтому случайно столкнувшись с вами, решил, что нам стоит продолжить знакомство и плодотворную работу. Тем более что на тот момент никакими обязательствами я не был связан.

- Вот даже не знаю, - протянул Тео с улыбкой, - и чего это я в тебя такой влюбленный…

- За мои добрый честные глаза? – Тигр старательно распахнул эти самый глаза.

- Ладно, шутник, пошли. Похоже, скоро начнется.

- Вы идите, - ответил наемник. – Я пока рекогносцировку проведу. Заодно проверю, безопасно ли в дом людей пускать.

- Безопасно, - обиженно пробурчал Теоден. – Пожар вовремя остановили.

- Неужели вы? – усмехнулся Тигр, на этот раз уворачиваясь от пинка.

- Иди уже, рекогнисцируйся, гений!

Теоден слышал про наемников для особых поручений. У его отца, как и у многих знатных эров, был такой. Правда, самого Тео с ним не знакомили. Да и никто о них не знал точно. Обычно их готовили индивидуально. А что касается школ, Теоден о таком не слышал. Но почему бы таковым и не существовать? Теоден был далек от политики. И подобным раньше не интересовался.

Эр Райфорд издали понаблюдал за подозрительной красоткой и ее не менее подозрительной семейкой, развивших бурную деятельность. Особенно старался лохматый черный кот, развалившийся на столе, лапкой передвигающий туда-сюда какие-то бумаги и время от времени грозно шипевший на толпу, которая послушно выстраивалась в очередь.

Последовав примеру кота, Теоден выстроил своих подчиненных, сообщим первым трем, что они получаю в свою копилку заслуг три, два и один балл, соответственно. А прочим следует постараться. Новобранцам, которых набралось уже человек тридцать, велел вставать рядом с теми, кто их привел, чтобы можно было сразу оценивать и их потенциал, и поощрять за это их кураторов. Узнав, что кураторы несут полную ответственность за своих подопечных и могут быть даже оштрафованы за их косяки, некоторых новобранцев тут же отсюда погнали едва ли не пинками. Отметив для себя тех, кто обнял или поощрительно похлопал подопечного по плечу, Теоден отправился к столу, где малышка старательно драла на части какую-то тряпку.

Ан нет, не тряпка. Это, оказывается, амулеты.

А ведь и правда. Тянет от них магией холода.

В чужой магии Тео, разумеется, не разбирался, но направленность засечь мог.

Выходит, кто-то из этой семейки маг холода.

И хорошо бы это была красотка. Интересно, какую магию их общие дети унаследуют?

Девушка поворошила гору «амулетов», недоумевая, что с ней делать.

Теодену так захотелось помочь красотке, что он ляпнул быстрее, чем подумал:

- Так я возьму, оптом.

И только потом в голову пришла мысль, что идея-то неплохая. Можно каждого спасателя обеспечить пусть и небольшой, кратковременной, но зато индивидуальной защитой. А как действие закончится, можно новый прикупить. Надо будет обговорить этот вопрос с эрой Варлис.

Но очередь не дала ему это сделать – ни купить, ни обговорить. Расшумелась, раскричалась, палками размахалась. Еще и малышка едва не разревелась.

Вспомнив, что он припас для нее сладость, купленную в лавке по пути, мужчина протянул девочке леденец. Во время спора неожиданно выяснилось, что магом действительно является Верена. А брат может чувствовать ее магию. Теоден слышал о подобных случаях, когда один дар делился на двоих (и не всегда поровну), но обычно это происходило между близнецами.

Но обдумать эту мысль ему не позволили. Растолкав толпу, перед столом нарисовалась еще одна подозрительная красотка в красной шапочке (и эта шапочка вызвала какой-то особый внутренний смешок). И если первую подозрительную красотку хотелось обнимать и защищать, то вторую (непонятно отчего) – взять за шкирку и хорошенько потрясти.

«Извращенец!» - мелькнула в голове странная мысль.

Действительно, трясти девиц, да еще и за шкирку очень странно.

- Рад вас видеть, эри Шарлотта, - Теоден приветливо склонил голову. – Что вас сюда привело?

Журналистка? Хм…

- Хм… - повторил за ним Тигр, на которого, словно обезьянка, вскарабкалась малышка.

А журналистка принялась ворошить и так перепутанные котом бумаги.

- Отличная идея, - поддержал девицу Райфорд, сообразив, что и ему это пригодится. – Найдется там лишний… хм, свободный лист? Пусть мои люди тоже запишутся, а потом, после окончания, можно выставить баллы по результатам активности.

Шарлотта недовольно на него глянула, будто на врага народа, всплыло в голове. И народ вокруг расшумелся.

- Сначала народ! – успокоила очередь журналистка. – А с вами мы потом договоримся.

- Мы? – усмехнулся Тигр, усадивший малышку на плечо.

- Они, - Шарлотта указала на мальчишек. – А свободная пресса всегда на страже справедливости. И не даст детишек в обиду! И вообще, не сбивайте даму с подсчета.

Своей хитростью и деловой хваткой Шарлотта напоминала Тигра, который с немалым восхищением смотрел на обеих девиц и гладил по голове третью.

Похоже, они (Тигр, Верена и Шарлотта) в одной школе учились. И, разумеется, они тоже здесь совершенно случайно.

«Даже не представляешь насколько случайно», - прошелестело в голове.

Отмахнувшись от дурацких мыслей, эр Райфор сосредоточился на Шарлотте. А разбирается ли она вообще в журналистике…

- Думаешь, мне слабо статейку в газету написать? – возмутилась красотка его сомнениям. – Да завтра утром во всех газетах будет!

- И где же вы раньше издавались? Не припомню ваш псевдоним.

- В женских!

- И при чем тут пожары? – всерьез удивился Тео. – Разве женщинам это интересно?

- А что, - девица возмущенно уперла руки в бока, - по-твоему, бабы не горят?

- Хорошо, - скрывая улыбку, ответил эр Райфорд, - тогда жду вашу статью в утренней газете.

И добавил мысленно, не пряча сарказма: «Особенно, если учесть, что завтрашний номер начинают печатать сразу после обеда».

Шарлотта вдруг замерла, оставив в покое свои листочки, и погрозила Теодену пальцем. «Вот же поганец!» - явственно прочитал он в глазах девушки.

«Танки грязи не бояться!» - Верена решительно шагнула внутрь таверны, где несколько минут назад скрылась журналистка «Шарлотта», собираясь «рассмотреть виды», чтобы через миг выскочить назад черным котом. Мимоходом укусил Тэриана пытавшегося перемешать листочки для подписей и умчался вдаль, куда ранее торопливо прошагал тощий очкастый парень, с которым Фррр шушукался еще будучи девицей.

Следом за Вороной потянулись зрители и эр Райфорд. Его люди по соглашению договаривающихся стороны (Верены, очереди и самого князя) должны были пойти второй экскурсионной партией, а пока бегали вокруг таверны, отрабатывая нормы ГТО. «Гнать таких отсюда», кто не справится – заявил им усач, и народ впечатлился, принимаясь старательно бегать. Сам же князь протянул Тэриану, взявшему на себя роль казначее их малого предприятия, золотой, попросив записать его подчиненных в отдельный список, а уже потом подсчитать общую стоимость их участия во всех мероприятиях, включая амулеты, а эр Райфорд потом доплатить недостающую часть.

И, кстати, перед этим внимательно переворошил все листы, едва ли не на зуб попробовал. Эх, нархана не него нет. К счастью, Тэр сумел все по местам разложить.

Память никогда не подводила Верочку, тем более, когда дело касалось любимой работы. Рассказ лился, словно река. Сухие строчки инструкций Ворона перемежала историями из жизни, в последний момент вспомнив, что и жизнь эта не ее, и мир другой, а значит, историю нужно максимально адаптировать под реальность. Не забыла и про безопасное обращение с артефактами поведать. А так как и сама ничего про эти артефакты не знал, то ограничилась общими фразами.

Теоден, как он сам попросил себя называть, вертелся рядом, заглядывая в какую-то книжицу и разочарованно хмыкал, будто бы хотел ее подловить, но не смог.

Прошла первая партия, вторая, гора мусора… хм, волшебных оберегов стремительно рассасывалась (все стремились ухватить что-то покрупнее под радостные вздохи Берты), а очередь все не заканчивалась.

Верена уже себе весь язык смозолила, когда Теоден, улыбнувшись, вдруг сменил ее и принялся вещать, почти не уступая ей в знаниях, правда, иногда все же заглядывал в свою книжечку. Когда он устал, Ворона вновь взяла инициативу в свои руки. Правда, когда подтянулись спасатели, так много говорить ей не пришлось. Эр Райфорд подсказал, что лучше провести не лекцию, а своего рода экзамен, когда спасатели отвечают на вопросы, а Тэриан ставит на списке спасателей баллы за каждый правильный ответ.

А фраза Тэра во время рассказа об их спасении из пожара: «А вам слабо в окно выпрыгнуть» - перевела мероприятие на новый этап.

И, что намного хуже, затянуло.

Эр Райфорд, напрыгавшись в окна, решил докопаться до Вороны. Сначала комплементы расточал, зубы заговаривал, а потом хоп, а откуда вы всё это знаете? Пока растерявшаяся (от усталости) Верочка лихорадочно соображала, что же соврать. Но, как назло, ничего путного в голову не приходило. Ворона уже хотела ответить уклончиво: «А не пойти бы вам нахрен!», как спасение пришло откуда не ждали. И это оказался вовсе не нархан. Тот, как вернулся, плюхнулся на стол и шипел на каждого, кто пропускал хотя бы один подписной лист. А спас Ворону Тэриан, шагнувший вперед и решительно задвинувший девушку за спину.

- И что здесь такого? – иронично изогнул бровь мальчишка. – Я тоже все это знаю.

- Тоже знаешь? – опешил Райфорд.

- Защитник ты мой! – промурлыкала на ухо Тэру Верочка.

- Знаю, - важно кивнул парнишка. – Отец одно время водил дела с капитаном… бывшим капитаном спасателей.

- Какие дела? – заинтересовался усач, вернувшийся чуть позже нархана.

- Мокрые, - фыркнул Тэриан.

- Чего? – удивились все хором.

- Да выпивали они, - расхохотался наглый пацан. – Так капитан этот приволок кучу каких-то брошюрок и жаловался, что его подчиненным все это выучить нужно. И что всего хуже, и ему тоже. А такой бред не то что выучить, даже прочитать сложно.

- И ничего не бред! – обиделся Теоден.

- Вот и папуля сказал, что не бред. И это вполне можно выучить.

- И что? – усмехнулся усач со странным именем Тигр. – Выучили?

- Они нет, - насупился мальчишка. – Для начала эксперимент провести решили.

- Какой?

- Научный! Сразу после шестой рюмки эксперименты хорошо идут.

- Кто больше выпьет? – предположил Тигр. – А ты, значит, рюмки считал?

- Если бы только рюмки, - вздохнул Тэриан. – Да и эксперимент «кто больше выпьет» они почти каждый день проводили с переменным успехом. А сейчас захотели проверить, сколько нужно времени, чтобы эти инструкции выучить. Они по очереди читали, а мы с Вереной учили.

Ворона, поначалу рушившая, что мальчишка просто сочиняет, но, похоже, он не врал. К тоже нашлось этому и вполне материальное подтверждение.

- И малышка учила? – не поверил Тигр, подкидывая Ириску, которая снова на него взобралась, в воздух.

- Неа, - хихикнул Тэр, - солнышки какие-то рисовала, букашек.

- Это не букашки! – возмутилась Эриса. – Это цветочки!

- Действительно, очень похоже, - Теоден, с трудом сдерживая смех, вытащил из кармана брошюрку, по страницам которой бегали разноцветные букашки… ой, цветочки, конечно же.

- И что, все выучил? – эр Райфорд пролистал книжицу, отчего букашки словно полетели. – Можем проверить?

- Неа, я сумел удрать. А Верена осталась. Вот ее и проверяйте!

Эр Райфорд только рукой махнул, понимая бессмысленность этой проверки.

Пока распрощались, пока цепкие пальчики Ириски оторвали от рубахи Тигра, пока сгребли в кучу и подписные листы и кота, прошло много времени. Так что обедать они отправились, когда у всех честных людей давно уже полдник был.

По итогам мероприятия и довольному мурчанию Фрра они получили вполне приличную сумму, которой хватит надолго (если не шиковать), и кучу подписей для будущей политической борьбы. Можно было бы снять если не домик, то гостиницу получше. Но не понадобилось. Хозяин таверны Красная рыбка с дочками одними из первых побывали на экскурсии и успели подготовиться.

Когда Верочка с детьми вошли в таверну и хотели было подняться по лестнице, старик их остановил, а смеющаяся Камилла повела к совсем другой лестнице, которая привела их к небольшой площадке с тремя крепкими деревянными дверьми. И все они теперь были в распоряжении Вороны и ее семейства. Одна комната для мальчишек, вторая для девиц, третья… для кота.

В свое время, когда таверна перестраивалась, хозяин задумал комнаты для особых гостей. Вроде как номер люкс, хотя в этом мире так и не говорили. Две спальни соединялись одной гостиной, были неплохо обставлены. Но… публика, которой по карману и статусу были такие апартаменты в этой части города обычно не селились. Комнаты простаивали. И хозяин стал продавать их по отдельности, закрыв и завесив гобеленами межкомнатные двери. А сейчас для дорогих гостей все по возможности вернули как тогда и было. Благо как раз постояльцев там не было.

Сегодняшний день им было разрешено пожить тут бесплатно.

- Тест-драйв, - непонятно для всех рассмеялась Верочка, пообещавшая завтра с утра обсудить с хозяином все денежные вопросы.

Обед им накрыли в этой же гостиной. Тоже за счет заведения.

Даже удивительно, что при такой коммерческой жилке хозяина, таверна Красная рыбка не процветала. Видимо, удачи не хватало.

«Ага, - фыркнул кот, подтягивая к себе миску со сметаной, - а теперь счесья привалило полные штаны!»

Как бы ни устала Ворона, не смогла устоять и поддалась на уговоры детей. И, передохнув полчасика, отправились они за покупками. Ну, или на прогулку, как это завуалировано называлось. Лан с ними идти отказался, сообщив, что ему нужно за своими вещами на вокзал сбегать.

Нужно было бы еще зайти к адвокату, но в такое время он вряд ли еще работает. А вот лавка готового платья очень даже. Еще в таверне Верочка вручила деньги Тэриану, заявив, что он, как старший мужчина в их семье, и должен расплачиваться. А знать, что Ворона совершенно не разбирается в ценах и боится ошибиться, ему вовсе не обязательно.

Мальчишка прямо весь возгордился. Азартно торговался за каждую тряпку. Хозяин лавки бросал на Верочку восхищенно-недовольные взгляды, но та даже не думала осаживать парнишку. Тем более что сидеть в кресле и смотреть, как Ириска вертится в разных нарядах, не составляло ей труда. Себе она давно уже присмотрела парочку подходящих платьев, а примерка показала, что она не ошиблась. Через час и несколько седых волос хозяина, они обзавелись пусть и немногочисленным, но вполне приличным гардеробом для всех. Даже Лану купили костюм тройку и рубашку. Целый золотой отдали. Вместо двух запрошенных. Денег жалко, конечно. Да не последний же золотой отдали. Еще парочка наберется серебряными, да мелочи хватает. Ее даже считать пока не стали, на утро оставили, спрятав в мешочке среди рваных тряпок… хм, будущих амулетов. Договор на поставку оных спасателям был Вороной уже заключен с эром Райфордом. Правда, устный. Но на балабола Теоден совсем не похож.

Ночь прошла спокойно, как и завтрак. А вот потом начался спор. Считать деньги хотели все. Кроме Вороны, быстро разрулившей ситуацию. Деньги были разложены на три кучки: мелочь, серебро и золото. Дети расставлены по местам и приступили к счету. Первой справилась Ириска, благо золотой был всего один. По итогу, общая оставшаяся сумма, переведенная Ланом в золотые, показала, что владеют они теперь четырьмя золотыми (одной золотой монетой, четырьмя серебряным и остаток медными) с маленьким хвостиком из еще двадцати медяков. Люкс и питание стоили им четыре серебряных в неделю. То есть в два раза больше, чем коморка. И это очень даже недорого, если учесть, что комнат с улучшенной планировкой три, да и нархан жрет в три горла. Ну, и мальчишки вполне прожорливы.

Ворона понимала, что их здесь оставили, можно сказать, в рекламных целях. И зал таверны, и комнаты были забиты под завязку. Но наглеть не стала. Где она еще хороших людей найдет, чтобы за детьми присмотрели в случае необходимости. Да и готовит Камилла, может, и простовато, но зато вкусно.

Спрятали богатство внутри небольшой стеклянной бутылочки с пробкой, опущенной в большую непрозрачную вазу с живыми цветами. Может, тайник и так себе, но нархан обещал накинут еще и отваживающую от комнат ауру.

Стоило им выйти на площадь у трех таверн, как их внимание привлекли громкие крики.

- Та-та-тарата-та-та! Верена – молодец! Та-та-тарата-та-та! Верена – молодец! – распевали юркие мальчишки. Предлагая прохожим свежий номер газеты.

- Чего?! – прошипела «Шарлотта», присоединившаяся к ним у входа в таверну в виде девицы. – Этот идиот что, прямо так и написал?

Прикупив газетку, нархан-девица вчиталась в текст.

- Н-да. Действительно, идиот, - заявила «она» со вздохом. – Полчаса ему объясняла, что в статье должно быть!

- Что объясняла? – усмехнулась Ворона, читавшая статью из-за плеча «Шарлотты». - Про тарататуту?

- Что? – нахмурился будущий знаменитый журналист, который примчался к таверне встречать свою музу и будущую учительницу. – Я ни про какую тарататуту не писал! Все, как эри Шарлотта объясняла. Сначала описал сложную обстановку в городе в плане пожаров и работы спасательной службы при полном попустительстве градоначальника. Потом рассказал о чудесном спасении из пожара юной эры Верены Варлис, которой было в огненном вихре божественное откровение, коим она и решила поделиться со всем народом.

- Та-та-тара-та-та! Верена – молодец! – продекламировала Верена.

- Что? – сбился с мысли очкарик. – Где это написано?

- А вот здесь, - Ворона ткнула пальцем в газету. – А что ты там дальше писал?

- Далее я сообщил об успешно прошедшей экскурсии-лекции о противопожарной безопасности, совмещенной с тренировкой действующих спасателей.

- Та-та-тара-та-та! Верена – молодец! – хихикнул Тэриан, пристроившийся с другого плеча «Шарлотты».

- Опять? – ужаснулся автор статьи.

- Не опять, а снова! – продолжала веселиться Ворона. – Жги дальше.

- Что жечь?

- Рассказывай дальше.

- Ну, я кратенько описал основные тезисы поведения на пожаре.

- Ага, совсем кратенько, - поддакнула Верочка, - всего на полстраницы.

Статья занимала весь первый разворот газеты, пестрела парой красочных картинок с выходящей из огня прекрасной девой и… хм, стоящим перед строем спасателей князем со вкинутой в пафосной речи рукой.

- Далее написал о чудодейственных свойствах защитных и недорогих амулетов, которые даже заезжий князь из столицы оптом покупает.

- Ага, - усмехнулся Тэр, - а также лучшие дубовые бочки и пеньку у купца Ардаши.

- Про бочки точно не было, - замахал руками очкарик. – Разве что про первую, которая на пожар опоздала.

- Ну, это есть, - утешил его мальчишка, - как и то, что если бы бочку купца Ардаши везли на телеге от купца Ардаши лошади из его же конюшни, то и опоздания бы не было.

- Н-да, - хмыкнула Ворона, - реклама – наше все!

- Реклама? – недоуменно нахмурился будущий журналист.

- Реклама – это, конечно, хорошо, - протянула «Шарлотта». – А вот то, что реклама – не наша, плохо! Но об этом я потом с хозяином газеты еще переговорю!

Пока нархан выплескивал праведное возмущение, Ворона пробежала статью глазами до конца, встретив строчку про «тарататуту» еще пять раз. Увидев подпись под статьей, Верена согнулась пополам в приступе дикого хохота.

«Красная Ш. и Серый В.» - гласила подпись.

Нархан поддержал ее звонким девичьим смехом.

Очкарик обиженно выхватил газету, заглянув в конец текста.

- И что смешного? Это моя фамилия.

- Серый волк, - сквозь смех простонала Ворона.

- Не волк, а Виктор, - пробурчал молодой человек.

- Это все, конечно, смешно, - вмешался в разговор Лан, стоящий неподалеку с Ириской на руках. – Но разве никто не обратил внимание на явную подставу?

- Подставу? – обернулся к нему Тэр.

- Если в статье говорится, что Верена – молодец, а мэр – гов… не очень молодец, то кому будет предъявлять претензии этот самый мэр?

- Князю Райфорду, - ответила Ворона, внимательно читавшая статью, которая совпадала с замыслом автора весьма условно.

Над текстом, кроме незамысловатого рекламщика, поработал кто-то еще, отчего общее одеяло повествования аккуратно и грамотно перетягивалось на эра Райфорда. Вроде как это он тут супер-пупер и приехал бороться с мэром и несправедливостью. И чуть ли не саму Верену из огня вытащил.

Интересный ход, хотя стоит признать, чертовски опасный. Местный мэр, может, не самый умный тип – иначе бы так явно не воровал деньги спасателей (тут даже подставные лица не спасут), но просвечивающий между строк посыл почесть сумеет. А послали мэра весьма грамотно. Хотят спровоцировать ответные действия?.. Что ударил сразу и на эмоциях, а не ждал и готовился?

Неплохой ход. Если есть хорошая охрана.

А есть ли она?

Впрочем, это дело самого князя.

Только кто же это все провернул? Нархан подрядил очкарика писать статью, пообещав пристроить его в газету. Интересно, как?

«У владельца газеты рыльце в пушку. По бабам бегает. А газета, кстати, куплена на деньги тестя и на жену записана. Так что газетчику огласка ни к чему».

«А тесть у него… дай догадаюсь… купец Ардаши?»

«Он самый. Над рекламой, конечно, стоит поработать».

«Не скажи, - усмехнулась Ворона. – Для простого народа такая реклама самое то. Главное, запоминается. Надо бы им идею про «куплю жене сапоги» подкинуть».

«Эй-ей-ей! – нархан-девица возмущенно дернула плечом и газетой. – Нефиг из дома идеи тащить! Сами используем».

Так, с рекламой все понятно. Но вот третий автор этого опуса пока не ясен. Точно не эр Райфорд. Он во время лекции-экскурсии был на глазах Вороны, даже пару раз прыгнул через окно вместе с своими подчиненными. Ворона тогда сама еле от прыжка удержалась. Ну кто ж виноват, что она лучше знает, как правильно группироваться и уходить в перекат.

А вот, кстати, усача там не было. Какое-то время. Вот кто бы без проблем прыгнул. Чувствуется в нем отличная подготовка. И не только физическая. Он-то чем владельца газеты взял?

- А ты-то чего дергаешься, Ланнар? – обратилась Верочка к артефактору.

- Беспокоюсь, - кратко ответил тот.

– Все будет хорошо, - успокоила его Верочка. - К нам, конечно, тоже могут прийти. Но, скорее, с предложением сыграть против князя, используя мою тарататуту.

- Мы ведь не будем играть против князя? – глаза малышки наполнились слезами.

- А тебе-то чего переживать? – удивился ее брат.

- А у князя друг такой красивый. Я на нем женюсь! – важно задрала носик Ириска.

- Женишься?! – хором удивились все.

- Ага, - кивнула девочка. – Только потом, когда принцем станет.

- А зачем ему становиться принцем?

- А как я иначе принцессой стану?