Секс в Аду

Глава 1

— Совсем не уважаемые, противные грешники! Адский экспресс отправляется через шесть минут. Повелеваем вам немедленно явиться внутрь, — рупор сделал паузу. — В противном случае мы забудем о вашем существовании. С отвращением, ваша Адская железнодорожная компания! Горите с удовольствием!

Рупор замолчал. Поезд ответил низким гулом, из выхлопных труб повалил сизый дым и растворился в красном небе.

Шапка кондуктора сползла мне на глаза. Я поправил её за козырёк.

— Всё корректно. Вот ваш билет, — я протянул бумажку в когти пассажира.

Демон в деловом костюме и бабочке недовольно фыркнул. Костюм был дорогой, сшитый на заказ, но сидел тесно: живот выпирал, пиджак натягивался на пуговицах, бабочка съехала набок. Лицо широкое, с маленькими глазами и двумя короткими клыками из нижней челюсти. В этот момент он больше напоминал разжиревшего кабана, чем грозное чудище.

— Мог бы и побыстрее, малодушная душонка, — он сунул мне в руки свой багаж: тяжёлый кожаный саквояж с металлическими углами. — Обслужи меня! Сейчас же!

— Свин, перед тобой кондуктор, а не обслуга, — я усмехнулся и вернул саквояж ему в руки. — Резво бегите кабанчиком внутрь, господин.

Демон покраснел ещё сильнее. Кожа на его лице пошла пятнами, клыки обнажились.

— Да ты хоть знаешь, кто я…

— И знать не хочу. Следующий!

К демону тут же прильнула белокожая женщина в чёрном облегающем платье. Высокая, с длинными тёмными волосами, уложенными волнами, и красными губами. На шее — тонкая цепочка с кулоном. Уши длинные. Эльфийка. Экзотично даже для ада.

Девушка провела пальцем по груди демона-свина.

— Ну… чего ты, моё обжорство, — ласково сказала она. — М-р, не трать силы на всяких бесов, моё ты злодейшиство.

Демон заулыбался. Пара ушла.

— Так опозорить самого князя тьмы Асмодея, — передо мной появилась Анна, секретарь начальника поезда. Невысокая, с короткой стрижкой и острыми скулами, в белой блузке с высоким воротом и узкой юбке. На поясе висела папка с документами, а хвост с кисточкой выдавал в ней суккуба. — Мой дорогой Марк, ты так торопишься в котёл? Или распятие тебе больше по душе?

Она посмотрела на меня невинно и прикусила ноготь.

— Надеюсь, твой длинный язычок не донесёт на меня, — я обнял её за талию и будто невзначай расстегнул верхнюю пуговицу её блузки.

— Дистанция, мужчина! — Анна с визгом вырвалась. — Ты на работе!

Она быстро пошла к поезду, цокая туфельками. У двери обернулась:

— А вот вечером жду тебя в своём купе, бесёнок. Хи-хи-хи…

Я усмехнулся.

— Следующ… — начал я и замолчал.

Очередь колыхнулась, и передо мной появился он. Высокий, шире меня в плечах. Белые волосы до плеч, ровные, будто их только что расчесали. Лицо молодое, гладкое, без единой морщины, с длинным прямым носом и светлыми глазами. Добрая улыбка. Золотые доспехи: наплечники, нагрудник, наручи — всё подогнано по фигуре, без вмятин и царапин, только на левом наплечнике темнело пятно копоти. Над головой горел нимб. За спиной — белые крылья, длинные, с широкими перьями; на них тонким слоем лежал вулканический пепел, серый, как дорожная пыль. В руке ангел держал небольшой чемодан из светлой кожи.

Я уставился на ангела. В голове было слишком много вопросов сразу. Что мог забыть ангел в Аду?

Он улыбнулся ещё шире:

— Вот мой билет, дорогой друг.

Я взял кусок пергамента. На нём золотыми чернилами было написано: «Ангел Самуэль, дипломат».

— Всё верно, — автоматически произнёс я. — Удачной Вам поездки!

— Мой милый друг, позволь поправить тебя, — ангел похлопал меня по плечу. — Пусть и с добрыми намерениями, но сейчас я в стане Великого Врага. Поездка не может быть удачной, она должна быть ужасной. Мы ведь в Аду, а не в Раю. В преисподней должны страдать.

— Хорошо. Ужасной Вам поездки.

Ангел улыбнулся и скрылся в тёмном дверном проёме. Я проводил его взглядом.

В мире серы и пороха сияющий ангел казался чудом.

«В мире серы и пороха, - я усмехнулся. - Как высокопарно… для бывшего следака. Сложно забыть тот день, когда моя душа попала в руки дьявола.»

— Марк, скорее! У нас тут свежак!

Пара полицейских стояла у опечатанной квартиры. Один из них — седой, с усами — мой прямой начальник, Николай. Полный, с обвисшими щеками и красными глазами недосыпающего человека. Форма на нём сидела мешковато, галстук был завязан криво, а на груди не хватало одной пуговицы.

— Вроде следак, а такой нерасторопный, — повторил он, подгоняя меня.

Я усмехнулся, входя в квартиру:

— Будет тебе, Коля. Поспешишь — людей насмешишь.

— Никакой субординации, — выругался Николай, войдя следом. — Ты тут для галочки. Дело плёвое. Супруг убил жену из-за измены. И думать нечего. Гада ждёт электрический стул!

Мы вошли в спальню.

Слушая Николая вполуха, я осмотрел квартиру. В углу, в наручниках, сидел подозреваемый. На кровати лежала жена с перерезанным горлом. Убили её жестоко.

Я подошёл к подозреваемому. Он не поднял головы.

— У вас накануне были родственники?

— Да, брат, — безжизненно ответил мужчина, глядя в пол. — Он принёс водку, закуски. Мы праздновали годовщину свадьбы с Ирочкой.

Я посмотрел на его руки. Обручальное кольцо на месте. Свежая царапина на костяшке. Я перевёл взгляд на стол. Две рюмки, одна перевёрнута. Бутылка водки, почти пустая. Тарелка с закуской, нетронутая.

— Кроме брата, у вас не осталось иных родственников?

— Верно.

— И только он и может наследовать ваше имущество.

Подозреваемый поднял на меня взгляд. В глазах появились слёзы.

— Мои соболезнования, — я похлопал мужчину по плечу и вернулся к Николаю.

— Убийца — брат. Он подсыпал супругу снотворное. Подставил его, убив жену, дабы мужа направили на казнь. И тогда брат уголовника останется единственным наследником. Хитрый чертилла, — я усмехнулся.

— Надо ещё доказать, что брат что-то подсыпал, — огрызнулся Николай.

— Ну, вот и займись. Начальник не должен сидеть на шее у подчинённых, — ответил я. — Но поверь, ошибки быть не может.

Выйдя с места преступления, я первым делом отправился в кафе. Там заглянул в уборную. Сделав дела, закурил прямо у туалетного зеркала, наплевав на табличку «Не курить».

Напротив меня стоял рыжеволосый мужчина средних лет — подтянутый, с веснушками.

— Ого, парень, да ты крут, — с усмешкой сказал я. — Это же умнейший детектив Москвы!

«А эта умнейшая ищейка не позабыла, кому обязана своей гениальностью?» — чужой голос раздался в моей голове.

В зеркале позади меня появилась тень. Высокая женская фигура. Её рука сжала моё плечо — ледяная, будто из морозильника.

— Вот и настал твой час платить по счетам, ягнёнок, — прошептал некто мне на ухо.

Холод сковал тело. Я хотел обернуться — и не смог.

— Изыди, демонюга, — я рассмеялся. — По долгам плачу. Но сейчас мне на ту сторону ещё не пора!

И от смеха втянул сигарету в горло.

Смех оборвался. Я закашлялся, схватился за шею. Окурок застрял глубоко — инородный, горячий. Я хрипел, царапал горло пальцами, но предмет не выходил. В зеркале рыжий детектив с веснушками смотрел на меня с ужасом.

Через секунду я лежал на полу туалета. Мёртвый.

— Гениальный сыщик умер в туалете. Забавно, не правда ли? — услышал я властный женский голос. — Надеюсь, тебе понравится быть кондуктором.

***

Как только все гости оказались внутри экспресса, я направился в вагон-ресторан.

Навстречу мне вышел уже знакомый Асмодей. Демон снова был чем-то недоволен. Я проводил его скучающим взглядом.

— А тебе идёт эта форма, ищейка, — услышав голос начальницы поезда, я почувствовал, как по спине пробежали мурашки.

— Добрый вечер, Ваше Темнейшество! — громко и чётко отрапортовал я, невольно отдав честь по старой привычке.

Лилит, ныне хозяйка моей души, неспешно шла по вагону-ресторану. Высокая, статная, в чёрном платье с длинным шлейфом. На шее — золотое ожерелье с крупными камнями. На голове — тонкая корона из тёмного золота, с шипами, загнутыми внутрь. На висках проступали рога.

Каблуки её туфель стучали по полу размеренно, как метроном. Гости вагона-ресторана замолкали. Кто-то опускал глаза, кто-то кланялся.

Лилит остановилась рядом, оглядела меня сверху вниз.

— Твой просчёт с Асмодеем будет занесён в личное дело. Это ничтожество испортило мне всё настроение, — бросила она. — Работай усерднее, ягнёнок.

Я сглотнул и не двинулся, пока Лилит не исчезла в проёме вагона. После нервно выдохнул и вошёл в вагон-ресторан.

Он оказался полупустой.

Из знакомых лиц я увидел ангела, который со скучающим видом смотрел в окно, и неожиданно… Николая!

Мой бывший начальник сидел на месте для вип-персон. На столе стояла аккуратная табличка «Для Князя Асмодея». Николай был в том же мятом костюме, что и при жизни, только теперь на его груди красовался значок с гербом Ада. Усы он подкрутил, отчего лицо стало ещё более самодовольным.

— Дьявол ты мой, да это же звезда нашего отдела! — я развёл руки в стороны и сделал шаг навстречу бывшему начальнику.

Николай, если и удивился, виду не подал.

— Марк, — он заскрипел зубами. — А ты, я вижу, всё в прислуге ходишь?

— Вот как мы заговорили, — на моих губах появилась злая усмешка.

— Да-с, да-с, — продолжил Николай. — Не то что я, ныне доверенное лицо Князя Асмодея!

— Да ну, — я театрально удивился, про себя отметив, что доверенное лицо обычно не ходит в форме для прислуги. Этот олух лгать не научился. — Самого тёмного князя…

Николай усмехнулся, явно довольный произведённым эффектом. Потом наклонился ко мне и заговорщицки подмигнул:

— Слушай, не примешь со мною дурь, за компанию? А то одному боязливо…

— Уважаемый посетитель поезда, — тут же перешёл я на официально-деловой стиль, говоря специально громко. — Дурь запрещена на нашем экспрессе.

Услышав мои слова, ангел вдали бросил неравнодушный взгляд сперва на меня, а после и на моего собеседника.

— Что в жизни был крысой, что сейчас, — огрызнулся Николай. — Не давал нам зарабатывать. По-настоящему! По-крупному! Даже гроб тебя не исправил!

— Ага, — сухо ответил я и ушёл, оставив недовольного Николая наедине со своим негодованием.

Работа не могла ждать. Необходимо уважить гостей Адского экспресса.

***

Через несколько часов, закончив с делами, я оказался в своём купе.

Сменив форму кондуктора на белую рубашку и чёрные брюки, я взял букет цветов. Даже в аду женщины остаются женщинами. Почему бы и не уважить эту горячую суккубу?

— Этой девочке сильно повезло, — сказал я, любуясь собой в зеркале. — Сегодня она переспит с этим красавцем.

В мою дверь постучали. С удивлением я увидел Анну на своём пороге. Она пришла сама и, мило улыбаясь, подмигнула.

— Марк, вы заставляете девушку ждать! Как нестыдно! Где ваша нотка джентльмена?!

— Ух, мелкая негодница, твоим стандартам сложно угодить, — улыбнулся я, обняв её за талию и прижав к груди.

Но нас неожиданно прервали.

Тишину коридора разорвал громкий выстрел.

В коридоре запахло порохом — этот запах я узнал бы где угодно, он въелся в меня ещё при жизни.

Из вип-вагона доносился шорох. Кто-то быстро удалялся.

— Ну конечно, — пробормотал я, сделав шаг от Анны, оставив её наедине с букетом. — Наша любовь подождёт. У нас тут опять кто-то умер.

Я вышел из купе, не оборачиваясь. Но даже спиной мне удалось почувствовать раздосадованный взгляд жгучей красотки.