Секрет Рорренгема

Приложение

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

Банда Зелёного Льва

Сир Бенджин Дарби, старый главарь Зелёных Львов, умер до начала повествования.

Сир Джон Дарби, сын Бенджина Дарби, настоящий главарь Зелёных Львов.

Гийом Грязный Рот, глашатай банды (сейчас устаревшее, скорее номинальное звание), советник главаря банды.

Трой Третий Зуб, счетовод, бухгалтер и советник главаря, занимал эту должность ещё при Бенджине Дарби.

Тревис, телохранитель главаря Зелёных Львов.

Кори (Громила) Картер, Великанша Зелёных Львов, присоединилась к банде за несколько лет до начала повествования, боец на ринге без правил (в Яме).

Бёрн Барнеби, один из представителей «старой гвардии», застал расцвет банды при старом главаре.

Клейтон Маккензи, давний друг Джона Дарби, игрок, один из лучших фехтовальщиков Рорренгема.

Бриана Бэйли, присоединилась к банде за пол года до начала повествования. Не имеет татуировки и по правилам Эрмеса (Бога счастливого случая, хитрости и воровства) фактически не принадлежит ни к одной из банд города. Её брат, Дилан Бэйли, умер в Клетке, когда девочке было 9 лет.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

Банда Красной (Кровавой) Пики

Сир Рэндалл Акерли, главарь банды Красной Пики. Потомок знаменитого своей красотой рода Акерли.

Алиссанда Акерли, мать Рэндалла Акерли, умерла до начала повествования.

Грейсон Акерли, дядя Рэндалла Акерли.

Дункан Рид, правая рука главаря банды, боец на ринге без правил (в Яме).

Нил Нортон, юрист, советник главаря банды.

Ребекка (Бекка) Броук, куртизанка борделя Синей Лилии, принадлежащего банде Красной Пики.

Гловер, телохранитель Рэндалла Акерли, главаря Красных Пик.

Брент, телохранитель Рэндалла Акерли, главаря Красных Пик.

Барри Батч Кровавые Руки, палач банды Красной Пики, получил своё прозвища из-за любви к пыткам.

ПРИЛОЖЕНИЕ 3

Банда Грошового Волка

Банда Медной Розы

Банда Чёрной Лисицы

Банда Немого Паука

1. Бриана

Таверна находилась на южно-восточной границе Рорренгема. В ней было шумно и тесно, пахло пивом и жареной свининой. Люд был довольно разношерстный: попадались и заношенные куртки рабочих из рудников, и серые камзолы городской стражи, и аляповатые плащи приезжих. Откуда они, Бриана не знала. Она плохо разбиралась в людях, никогда не могла отличить представителя одной банды Рорренгема от другой, не говоря уже об иноземцах. От волнения девушка постоянно чесала запястье, замирала, нервно одёргивала руку, приказывая себе прекратить, а через мгновение опять машинально принималась раздирать зудящую кожу пальцами.

От дыма, витающего в воздухе, слезились глаза и хотелось кашлять. Девушка несколько раз моргнула и опять уставилась на дверь. Она знала, что выглядит странно. Сидит одна, не пьёт, да и одета не так, как все. За соседним столом играли в карты. Бриана не видела ни игроков, ни карт, однако слышала всё, о чём они говорили. И неосознанно подсчитывала в уме комбинации выбывших и оставшихся на руках карт. Козырных короля и дамы уже нет, как и тузов остальных мастей. У мужчины, что ругался громче всех, судя по всему, несколько девяток да козырной туз, придававший ему уверенности.

Рядом раздался стук кулака по дереву, затем смех. Бриана тоже легонько стукнула сжатым кулачком по столу. Нечётное количество действий, будь то чиханье, стук или свист, всегда казалось ей незавершенным и причиняло дискомфорт. Девушка не сводила глаз с двери. Прошло уже почти четыре часа, как она здесь. Если они не появятся в ближайшие пол часа, значит она ошиблась.

В таверну вошла парочка не по погоде одетых девушек из борделя Синей Лилии, уж их-то смогла опознать даже Бриана. Затем краснощёкий пожилой мужчина. За ним ещё один. Девушка прищурилась. Тёмно-зелёный камзол, цепочка часов, явно золотых… Это они? Мужчина был похож на бурундука, запутавшегося в твидовой ткани. Он что-то негромко сказал своему спутнику. Сказал вроде бы без акцента. В акцентах Бриана тоже не разбиралась, оттого уже ни в чём не была уверена. Вот если бы в мире людей всё было бы точнотак же подчинено правилам, как в картах. Ограниченное количество комбинаций, и всё, что требуется, так это просто быть внимательным.

Опять скрипнула входная дверь. Двое мужчин. На этот раз одетых в простую добротную одежду. Без ярких украшений, без воспаленных глаз работников рудников и размашистых движений любителей попоек и карточных игр. Один из них что-то спросил у пробегающей мима девушки с подносом, и сердце Брианы как будто пропустило один удар. У него определенно был акцент выходца из Южных Земель. Значит сегодня Эрмес, покровитель всех банд Рорренгема, Бог счастливого случая, хитрости и воровства, был на её стороне.

2. Клейтон

День не задался с самого утра. Вместо того, чтобы дежурить у Часовых ворот, как велел ему сир Джон, парень опять просидел за карточным столом. Надеялся выиграть немного денег, а вместо этого умудрился заложить часы отчима, тем самым только увеличив свой долг. Придётся опять просить Джона помочь…

Клейтон сделал глоток из стоящего на столе стакана и огляделся. В Рорренгеме было много старых зданий, построенных задолго до той-самой-чумы, обветшалых и утративших свой блеск, но продолжавших служить верой и правдой. Этот дом был явно не из их числа. Создавалось впечатление, что он изначально был сложен из дешёвых трухлявых досок, склеенных мхом. Запах плесени не выветривался из гостиной даже в летний зной.

- Неудачный день? - спросил подошедший к парню старый Бёрн, садясь рядом.- Проблемы на любовном фронте?

Клейтона всегда удивляло, почему старики так любят все проблемы сводить к делам сердечным. Как будто других сложностей в жизни просто не существовало.

- Почти, - ответил он неохотно. - С деньгами.

- Да ну,- присвистнул старик. - Сир Джон будет недоволен.

«Как будто я этого не знаю»,- подумалось Клейтону, а Бёрн тем временем продолжил, - Тяжёлые времена для Зелёных Львов. На улицах почти нет торговцев, приезжих мало, а тем, что есть, уже мало выпивки, игр и женщин. Им подавай крови и криков.

«Люди всегда любили смотреть на жестокость. Просто раньше у гильдий было больше власти и они держали банды в ежовых рукавицах, не позволяя в открытую проводить бои в Яме и открывать бордели на подобии Клетки», - подумал Клейтон, но возражать не стал. Бёрн любил порассуждать о делах давно минувших дней, и перебивать его парню не хотелось.

Он откинулся на спинку стула. Нужно поговорить с Джоном до того, как ему доложат, что Клейтона не было у Часовых ворот.

Недалеко от лестницы сидел Гийом Грязный Рот. Клейтон понятия не имел, откуда у мужчины было этопрозвище, но оно определённо ему подходило. Он докладывал сиру Джону о проделках Зелёных Львов чуть ли не быстрее, чем те успевали дойти до дверей дома банды.

Из угловой комнаты вынырнула фигурка в чёрном. Она на миг задержалась перед лестницей, словно сомневаясь туда ли она попала,а затем потопала наверх. Клейтон прищурился. Он редко задумывался о принятых Джоном решениях, особенно после того, как тот стал главарем банды. Однако эта девочка не давала парню покоя. Она казалась странной даже для Рорренгема, а ведь город был свалкой для бездомных калек, воров, шлюх и прочего сброда. С короткими волосами, нервными движениями, в своей мешковатой тёмной одежде, она была похожа не то на контуженную ворону, не то на опозоренную монашку. Клейтон не мог взять в толк, на кой чёрт Джон принял её в банду. Зарабатывать самым логичным для женщин в бандах ремеслом с её внешностью и стилем одежды она точно не сможет. Воровать и обманывать тоже, уж слишком она была неуклюжей и нервной. Клейтону порой даже казалось, что у девочки не всё в порядке с головой, настолько странно она себя вела. Смотрела в стену в комнате полной народу, без конца чесала руку или голову, поправляла вещи, которые, видимо, по её мнению, стояли не так, как нужно.

С речью у Брианы вроде бы всё было в порядке и ещё она неплохо считала, однако, какую пользу она могла принести банде, Клейтон не понимал. «А какую пользу приносил он сам?»,- вдруг подумал парень. Он фехтует лучше всех в этой забытой солнцем скважине, но что толку от его меча в месте, где принято нападать вчетвером на одного и колоть в спину?

Джон любил разговаривать с Брианой, и Клейтон ловил себя на том, что ревнует друга к этой взявшейся из ниоткуда девчонке. Если бы она была красивой, как девушки из Синей Лилии, или умела хорошо драться, как ГромилаКори, парня бы это так не волновало. Но вот это несоответствие между никчёмностью Брианы и интересом главаря было выше его, Клейтона, понимания.

- Интересную малютку приютил наш главарь, верно?- вдруг спросил Бёрн, словно прочитав мысли Клейтона. Тот вздрогнул и посмотрел на старика. Бёрн провожал девчонку взглядом. - Бриана, не так ли?

- Вроде так,- кивнул Клейтон.

- Это видно у них семейное. Предыдущий главарь Зелёных Львов тоже любил развлекаться с весьма хм...специфическими дамами. Ты помнишь одноногую Джоан?

Старик посмотрел на Бриану, как будто задумался, а затем продолжил:

- Хотя Джоан была всё же похожа на женщину, пусть и без ноги. А эту девчонку легко спутать с мальчонком. Но о вкусах короля, как говориться…

- С чего ты взял, что они...что Джон…, - перебил Бёрна Клейтон. Ему самому такое даже в голову не приходило.

- Ну, а зачем иначе он принял её в банду?- поднял бровь Бёрн и отхлебнул из своей кружки.

На этот вопрос у Клейтона не было ответа.

3. Кори

В голове всё ещё гудел шум голосов. Крики, ликующие, утробные, словно в Яме вместо толпы людей сегодня вечером выли звери. Хотя какая разница? У этих людей были звериные лица. Раньше Кори казалось, что Яма вытягивала из людей самое плохое, что только было в их чёрных душах. Но с течением времени она начала понимать, что вытягивать-то ничего и не нужно было. Людская жестокость всегда плескалась прямо на поверхности, лишь слегка припорошенная правилами приличия.

Сегодня девушка легко отделалась. Пару царапин да синяк под скулой. Она знала, как её называли. Громадина Кори, Великанша Зелёных Львов. В отличие от большинства представителей банды, она не была сиротой. Где-то там, в прошлой жизни, у неё были мать и брат. Наверное, они ужаснулись бы, узнав, что Кори участвует в боях за деньги. А может, наоборот, испытали бы облегчение. Им всегда было стыдно за неё. За её рост и внешность, за неспособность найти кого-то, кто согласился бы на ней жениться. Если бы Кори начала помогать ухаживать за больными в приюте или устроилась ещё на какую-нибудь достойную уважения работу, это заставило бы родню чувствовать себя не в своей тарелке. А вот скатись она на самое дно, совесть бы мучила их куда меньше. Тут уж всё одно к одному. И внешность подкачала, и нутро под стать.

Девушка села на кровать и начала разматывать бинты с рук. В дверь негромко постучали, на пороге появилась невысокая фигурка. Она молча проскользнула в комнату и села на соседнюю кровать.

Кори не понимала, зачем стучать в дверь собственной комнаты, даже если ты с кем-то её делишь. За годы в банде она отвыкла и от стыдливости, и от вежливости. Однако стук был далеко не самой большой странностью Брианы, поэтому Кори предпочла не поднимать этот вопрос.

Кори знала, что многие удивились, когда она присоединилась к банде Зелёных Львов. Громадина была хорошим бойцом, многие банды с радостью сделали бы девушке свою татуировку на плече. А она выбрала самую слабую, самую бедную на тот момент банду. С умирающим отболезни лёгкихглаварем Бенджином Дарби во главе.

Кори сама до конца не знала, зачем это сделала. Скорее всего потому, что в Зелёных Львах на неё не смотрели с жалостью. Не смеялись за спиной. Не отпускали неуместных шуток по поводу еёпола и внешности.

В банде Зелёных Львов было полно персонажей более жалких, чем она сама. Взять хотя бы новую находку Джона, сидящую напротив неё. Груда чёрного тряпья, надетого на худое тельце, не позволяло определить мальчик это или девочка. Бриана сидела на краю кровати, поджав под себя ноги и по-птичьи склонив голову.

- Ты всегда уклоняешься влево, когда тебя бьют, подставляешь предплечье. Из-за частых ударов по одному и тому же месту, пусть и несильных, образуется гематома. У неё нет времени зажить. С каждым разом тебе все больнее. Нужно делать более долгие перерывы между боями, - Бриана умолкла, а затем продолжила,- или перестать уклоняться влево. Поменять стратегию отхода. Её можно поменять только, если ты делаешь это осознанно. Если только на инстинктах, то вряд ли получится так легко начать уворачиваться в другом направлении.

Кори перестала разматывать бинты и уставилась на соседку по комнате.

- Ты была в Яме? Видела бой?- удивленно спросила она. Вот уж не думала, что Джон пустит новенькую в такое кровавое место.

- Нет,- ответила Бриана.- Гематома на левом предплечье становится темнее день ото дня, а на правом синяки появляются и исчезают. И порезы всегда только с левой стороны лица. Они симметричные. Как прожилки на кленовом листе, между черешком и рваными краями. Разной длины, но одной ширины.

Кори никогда не слышала, чтобы кто-то так говорил о порезах. На своём веку она повидала много странных людей, однако от внимательного взгляда Брианы её порой бросало в дрожь. Девушка как будто смотрела на мир совсем не так, как обычные люди. Игнорировала то, что лежало на поверхности, и подмечала то, на что другим и в голову не пришло бы посмотреть.

-СирДжон уже вернулся?- спросила Кори просто для того, чтобы прервать этот странный диалог.

- Ещё нет, - ответила девочка, оборачиваясь на дверь.- Я тоже его жду.

Кори только сейчас заметила, что дверь Бриана оставила чуть приоткрытой, видимо, чтобы услышать шаги главаря.

Девушка размотала бинт и посмотрела на окровавленные костяшки пальцев. Не мешало бы сделать примочки из отвара трав на ночь, но она слишком устала, чтобы идти кипятить воду. Кори стянула с себя верхнюю рубаху и легла на узкую кровать. Затем посмотрела на Бриану. Та нервно чесала руку. Даже со своего места Кори были хорошо видны незаживающие раны на тонких запястьях. Вот уж кому ещё не помешала бы ванна с целебным отваром люцерны и женьшеня.

- Зачем ты это делаешь?- вдруг спросила Кори, удивившись сама себе. Обычно она редко первой начинала разговор, но сейчас ей отчего-то не хотелось молчать. Жалость в ней смешалась с досадой и даже злостью. Девушка родилась необычайно высокой и мужеподобной, с большими крепкими руками кузнеца и некрасивым лицом. Она никак не могла пойти против природы. Ни характер, ни поведение, как ни старайся, не могли изменить того, какой её видели окружающие.

В случае с Брианой всё было с точностью данаоборот. Она была среднего роста, с довольно правильными чертами лица и блестящими каштановыми волосами. Девушка никогда не снимала своего мешковатого тряпья, даже ночью, и Кори не могла оценить её фигуру, но была уверена, что там нету чего-то откровенно отталкивающего. Чудаковатость облику придавала одежда, движения и то, что Бриана говорила. Всё то, что по мнению Кори, как раз можно было изменить, если постараться. И тот факт, что девочка, похоже, даже этого не замечала, казался странным. Неужели она, и правда, безумна? Слышит голоса или что-то вроде того? Или же Джон что-то разглядел в ней такого, чего Кори разглядеть не могла?

«А может он просто пожалел её так же, как тебя», - подсказал ей внутренний голос.

- Зачем расчёсываешь руку? - опять спросила Кори.

Бриана замерла, опустила рукав и сложила руки в замок на коленях.

- Прости.

- Мне-то что,- отмахнулась девушка. - Ты ведь себя калечишь, не меня.

- Мне жаль, - опять извинилась Бриана.

Кори пожала плечами, словно отмахиваясь от летающей мошкары. Прекрасная беседа под конец прекрасного дня.

- На это неприятно смотреть,- произнесла Бриана,- Я буду стараться не чесать руки, когда ты в комнате и бодрствуешь.

Кори опять взглянула на сидящую напротив девочку. Та выпрямилась, убрала ноги с покрывала и теперь была похожа на прилежных учениц воскресной школы. Сцепленные на коленях руки были напряженно сжаты. Было заметно, что Бриане стоит огромных усилий сидеть не двигаясь. Это усилие, эта внутренняя борьба электризовала воздух. За годы, проведенные в Яме, Кори казалось, что она давно позабыла, что такое эмпатия. Она редко восхищалась людьми, жалела их еще реже. Однако сейчас, кожей чувствуя, насколько сильно старается этот ребёнок, она как будто вернулась в детство. Как будто снова ощутила детскую боль и обиду.

«Уродливая Кори! Громадина Кори! Пошли с нами в лес, будешь отпугивать волков и медведей!»

- Можешь чесаться, сколько влезет,- резко буркнула она, прогоняя воспоминания, и отвернулась к стене.

4. Бриана

Джон вернулся поздно и был не в духе. Он вошёл в комнату, служившую ему кабинетом, на ходу снимая плащ. За ним по пятам шёл Гийом Грязный Рот, следом Клейтон. Бриану зайти никто не приглашал, и в любом другом случае она бы не осмелилась последовать за мужчинами, однако сегодня дело не терпело отлагательств.

Джон сел за стол и устало откинулся на спинку высокого отцовского кресла. После смерти старого главаря он мало что поменял в этой комнате. Разве что снял потрёпанный гобелен со стены, а на его место повесил большую карту Рорренгема. На ней были изображены все каналы и узкие улочки города, дома банд и борделей. А так же кратчайшие пути отходов от пристани, Часовых ворот и Красной площади, где чаще всего случались стычки между бандами. Мазки на карте были аккуратными, а буквы чёткими, и Бриана любила разглядывать нарисованный Рорренгем, каждый раз находя на карте что-то новое.

Гийом Грязный Рот положил перед главарем несколько конвертов и начал что-то говорить своим скрипучим голосом, то и дело вставляя между словами ругательства. Его речь не сильно отличалась от речибольшинства представителей банд.

В другом кресле у стола развалился Клейтон, вытянув вперёд свои длинные ноги. У мужчины было тело профессионального фехтовальщика и длинный нос с горбинкой. Он был старше девушки всего на несколько лет, однако смотрел на неё так, словно их разделяли тысячелетия людского бытия. Будь его воля, Бриану бы вышвырнули вон из комнаты, но Джон ничего не говорил, а Клейтон, видимо, не хотел с ним спорить на глазах у посторонних.

Девушка несколько минут молча стояла у противоположной от Клейтона стены, затем села на потрёпанную кушетку. Она почти не слушала, что говорил Джону Гийом Грязный Рот, сосредоточившись на том, чтобы сидеть ровно и не совершать лишних движений.

- … этот ебливый старый петух посмел высказаться против шлюхи ГрошовогоВолка, упомянув при этом и…

Бриана закусила губу. Сидящий напротив Клейтон игрался с цепочкой шейного медальона, то и дело открывая и захлопывая крышку. Звук получался чётким, ритмичным. Бриана неосознанно считала каждый хлопок и, если мужчина делал паузу на нечётном количестве хлопков, девушка испытывала прямо-таки физический дискомфорт. Ей всё больше и больше хотелось начать расчёсывать руку или же подойти к мужчине и захлопнуть крышку часов еще раз, чтобы число хлопков получилось чётным.

Клейтон от нечего делать снова начинал крутить цепочку, и отсчёт в голове у девушки шёл с начала. Парень всё чаще и чаще останавливался на нечётномколичестве раз, и Бриане отчего-то казалось, что он делает это специально. Она осторожно подняла на него глаза. Клейтон наблюдал за ней с непонятным выражением лица. Бриане тяжёло давалась интерпретация человеческой мимики, однако сейчас она готова была поклясться, что это было выражение крайнего неудовольствия.

Наконец Гийом закончил свой доклад и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Главарь вопросительно посмотрел на Бриану, она в свою очередь встала и неуверенно глянула на Клейтона. Тот, похоже, и не думал уходить. Девушка знала, что они ссиром дружили с детства и вряд ли у Джона были от него секреты.

Она перевела взгляд на сираДжона, набрала в лёгкие побольше воздуха и торжественно произнесла:

- Фермеры из Южных Земель приехали брать кредит в банке Рорренгема.

В комнате повисла тишина. Её слова не оказали ожидаемого эффекта. Взгляд Джона был совершенно уставшим и пустым, а Клейтон перестал играться с медальоном и смотрел на неё так, словно она измазалась гусиным пометом и приглашала его потанцевать.

Бриана постаралась собраться с мыслями. Клейтон не знал предыстории, от него и не стоило ожидать понимания, однако сир Джон должен был помнить их предыдущий разговор.

- Уже поздно, Бриана, - мягко проговорилглаварь Зелёных Львов, потирая переносицу. Его светлые волосы в свете тусклой лампы казались совсем белыми, и Бриане вдруг почудилось, что перед ней вместо молодого мужчины сидит седовласый старец.

- Ценные бумаги, дающие права на получения процента от прибыли от текстильных хранилищ сейчас стоят столько же, сколько и год назад. Игра на бирже почти никак не отражалась на их цене, если верить статистике последних нескольких месяцев, - начала быстро объяснять Бриана, боясь, что Джон выставит её за дверь, не дослушав.

- Рынок ценных бумаг довольно нестабилен, угадать, что будет с ним завтра, сложно, - перебил её Джон, видимо, всё же вспомнив о том, что девушка говорила ему в прошлый раз.

- Не нужно ничего угадывать, у меня есть все данные по стоимости акций, относящихся к текстильной промышленности.

- Зелёные Львы не брокеры и не банкиры, - Джон внимательно посмотрел на девушку.

- Я запомнила, сколько акций сейчас находится в свободном доступе и готовы к продаже. Мы можем вложиться в каждое из семи текстильных предприятий, не покидая Рорренгем.

- Это...

- Я запомнила процентные ставки по каждому из них, - проговорила Бриана, случайно перебив главаря. Она умолкла, сообразив, что, как обычно увлеклась, и быстро глянула на Джона проверить, не злится ли.

Клейтон, переводивший взгляд с друга на девушку и обратно, наконец не выдержал:

- На кой чёрт нам ввязываться в текстильное производство? Грядет бум на кружевное исподнее или что?

- Фермеры с Южных Земель приехали в Рорренгем брать кредит,- повторила Бриана то, с чего начала, глядя на парня своими зелёными глазами из-под рваной челки.

- И что с того?- спросил Клейтон.

- 99 процентов Южных Земель засеяно хлопком, сбор урожая недавно закончился. То есть фермеры должны искать пути сбыта товара и набивать свои банковские счета деньгами. Если только…

- Если только год не выдался совсем неурожайным, -закончил за девушку Клейтон, наконец понимая, к чему она вела.

- Да. Почти весь хлопок на полях был уничтожен паутинным клещом. А это значит, что цены на все имеющиеся запасы хлопчатника и готовой ткани, а также на текстильные предприятия взлетят в десятки раз.

- Нам нужно выкупить как можно большесвободных акций,- подытожил Клейтон с воодушевлением в голосе.

С его лица исчезло угрюмое выражение, и Бриана воспрянула духом. Она и не думала найти в его лице кого-то, кто поддержит её идею.

© Данный текст защищён авторским правом. Только для чтения. Любое распространение запрещено.