Седьмой Рубеж

Глава 1

Алаирская Империя. Город Светлый.

– Тревога!!! – внезапно разорвал ночную тишину отчаянный вопль с улицы. – Тревога!!! Прорыв на Четвертом!!!

Голос удалился вместе с топотом ног, но орать их обладатель не переставал. Обитатели ближайших к крепостной стене городка домов в ужасе вскакивали со своих постелей и тревожно прислушивались к шуму снаружи. В голове каждого билась только одна мысль: может, пронесет?

Не пронесло. Спустя несколько минут над городом поплыл звон магического набата. Главный городской маг подтвердил наличие опасности. Опытные воины могли различать тональность сигнала тревоги и каждый, кто хоть немного в этом разбирался, стремительно мрачнел.

На юге Алаирской империи было множество подобных поселений. Император щедро платил отставным военным, чтобы обеспечить дополнительную защиту внутренних территорий государства. Каждый второй мужчина в Светлом прошёл подготовку в регулярных войсках. Каждый четвертый служил на Рубежах. И все эти люди первым делом пошли не к окнам, а к сундукам с ожидавшими своего часа доспехами и мечами. Практически все понимали, что спасти никого из родных не получится. Оставалось только умереть во благо Империи и Императора.

До противоположного края поселения тревога докатилась чуть позже. Стражники не успели добежать до бедного квартала, и всех его жителей разбудил магический набат. Худой парень, крепко спавший на чердаке одного из домов, резко подорвался и ударился головой о низкую балку. Хрустальный амулет, болтавшийся на шее, с размаху врезался в глаз самой острой гранью.

– Гадство! – потирая ушибленное место, прошипел парень и рванул к лестнице. Под ногами скрипнули ветхие ступени. Внизу уже слышались голоса близких. – Мама! Прячься в подпол! Я завалю двери!

– Поздно, Дир, – послышался снизу голос дядьки Ивара и внутри у парня всё оборвалось. Дядька жил в соседнем доме. Раз он уже был здесь, значит, дело совсем скверное. – Спускайся живее.

Дир рванул вниз с удвоенной скоростью и едва не сломал себе шею по пути. Дядька был старым сослуживцем отца и взял на себя заботы по обучению парня, после гибели его родителя. Учил всему, что знал сам, и Дир хватал всё на лету. Вот только не думал, что придется проверять свои навыки на практике так скоро.

– Ивар, может, обойдется? – тихо спросила у стоявшего в крохотной прихожей крупного воина хозяйка дома. Ивар был в полном доспехе, и его массивное тело занимало практически всё пространство. Рядом с ним практически терялась тонкая фигура стройной женщины в простом сером платье. – Ну зачем его брать с собой? Чем он тебе поможет? Там, поди, уже и без того полно воинов.

– Полно не полно, а ещё один лишним не будет, – категорично ответил дядька Ивар, и женщина только тихо вздохнула. – Коли выживем, то станет твой сын героем, Мира. А коли нет, то и спросить будет не с кого.

– Всё настолько плохо? – оживленно спросил Дир. Для него общая тревога была не первой в жизни. Светлый уже дважды слышал магический набат на памяти парня. Оба раза орды прорвавшихся тварей проходили стороной и их успешно уничтожали Стражи Границ. – Меч можно взять?

Дир жадно уставился на второй клинок воина, который тот держал в руках. Закаленная сталь, вытравленная в крови Гнусов и ещё десятка тварей из-за стены. Дядька привез его после службы на Втором Рубеже вместе со всем остальным снаряжением.

– Мал ещё для этого клинка, – хмуро ответил Ивар и протянул парню обычный меч. Он был почти в полтора раза короче и вдвое легче. Следом дядька сунул Диру в руки тяжелый сверток. – Снаряжайся, да побыстрее!

Меч тут же лег на комод. Дир взялся за сверток, и в его руках с шелестом развернулась кольчуга. Черная и с редкими отметинами от клыков и когтей разных чудовищ.

– Отца твоего броня, – негромко произнес дядька, но тут же опомнился и его голос превратился в рык рассерженного зверя. – Живее, кому говорю!!!

От этого рыка Дир едва не влетел в кольчугу. Меч занял своё место на поясе парня, и опытный воин придирчиво осмотрел своего спутника. Поправлять ничего не стал, и это означало, что ученик всё сделал правильно.

– Ты вот что, Мира, – перед тем, как выйти за дверь, произнес Ивар. – Иди-ка к дому градоначальника. Там рядом благородные квартируют. Внутрь не пустят, но можно рядом местечко найти. Городская стража площадь держать до последнего будет. Там хранилище камней и связные артефакты. Всяко безопаснее будет.

– Ивар… – порывисто прижав руки к груди, воскликнула женщина, но воин уже вышел за дверь.

– Всё будет хорошо, мама, – быстро обняв женщину и торопливо шагнув к порогу, произнес парень.

– Шустрее, Дирик, – рыкнул с улицы дядька. – Времени мало осталось.

Парень пристроился рядом с дядькой и постарался придать себе уверенный вид. Внутри всё трепыхалось от предвкушения невероятного приключения. В прошлую тревогу они стояли на стене до самого рассвета, пока не пришёл сигнал от Стражей Границ. Тогда он стоял рядом с ветеранами имперской армии и представлял, как вместе с ними отбивает с гребня стены Грызней и прочую нечисть.

В этот раз до стены дойти не удалось. На одном из перекрестков, пару заметила группа бойцов. Все такие же старые, как и дядька Ивар. Кто-то был полностью седым, кто-то прилично хромал, но все в полном снаряжении и с таким оружием, которое не всякий боец мог себе позволить.

– Зачем пацана притащил, Конь? – хмуро спросил один из бойцов. Здороваться они почему-то не стали, словно только пару часов назад виделись.

– Чтоб под присмотром был, – неожиданно оскалился дядька. – Дури много. В бой рвется. Того и гляди на стену первый полезет. А там Дрисень.

Все воины громогласно рассмеялись, а Дир неуверенно улыбнулся. Смысла шутки он особо не понял, но он определенно имелся. Наверное, что-то из понятного только опытным ратникам, служившим на Рубеже.

– Старшой где? – когда смех немного утих, спросил Ивар.

– Идем к Баламутной, – ответил кто-то. – Там собираться условились.

– Успеем ли только? – хмуро произнес тот ветеран, который заговорил с дядькой первым.

– Если тебя здесь бросим, то точно успеем, Одноногий, – хмыкнул дядька и десяток мужчин снова рассмеялся.

Отряд двинулся дальше. Дир отлично ориентировался в городе и точно знал, что до нужной улицы им идти всего несколько минут. Люди вокруг него молчали. Только изредка слышались тихие ругательства Одноногого, который отчаянно пытался не задерживать остальных.

Место сбора увидели издалека. Там уже собралось несколько десятков мужчин. Дир не заметил среди них ни одного молодого. Только седые ветераны. Баламутная относилась к тем улицам, где жили зажиточные горожане. В обычное время здесь с оружием ходила только императорская стража. Поэтому видеть столько вооруженных воинов парню было немного странно и страшновато.

Сбор был назначен возле высокого каменного дома. На ограде висели магические фонари, и это означало, что хозяин этого места имеет немало связей, а может, и сам владеет магией. Этим могли похвастаться далеко не все жители Империи. За последнюю тысячу лет количество одаренных сильно уменьшилось, и каждый из них на особом счету у государства.

Дир вытянул шею, чтобы не пропустить момент, когда из дома выйдет его хозяин. Поэтому не обратил внимания, что все разговоры вокруг как-то быстро стихли. Парень шагнул вперед и неожиданно ткнулся носом в спину дядьки Ивара.

– Ой… – растерянно пробормотал Дирик, но воин никак не отреагировал. И вскоре стало понятно почему.

– Зачем пацана притащил, Конь? – прозвучал справа негромкий и удивительно спокойный голос. Дир моментально повернулся на звук и увидел подтянутого мужчину с аккуратной седой бородкой. – Своих забот мало? Почему не отправил на площадь с остальными гражданскими?

– Под мою ответственность, ваше благородие, – вытянулся перед мужчиной дядька Ивар. – Сам учил мальчишку. Базу он знает и мешаться под ногами не будет. Прошу разрешить ему участие в защите города, господин капитан.

– Как знаешь, – безразлично ответил мужчина. Дир старался не дышать, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимания. Происходящее вокруг переставало напоминать приключение. Слишком все вокруг были напряжены и сосредоточены. – Под твою ответственность.

Мужчина плавно развернулся и подошел к небольшой каменной тумбе, с которой имперские глашатаи объявляли указы государя. В свете магических фонарей блеснул изящный вороненый доспех этого человека. На его груди парень заметил крупный магический камень в золотой оправе.

– Одиннадцатая рота, рад, что не все из вас сдохли в праздности и лени, – забравшись на камень, громко произнес капитан. – У нас появилась отличная возможность сдохнуть во благо нашего любимого императора и его замечательной свиты. Сегодня в полночь Четвертый Предел перестал существовать. Стражи Границ ждут окончания волны. Основное направление удара идет через Светлый. Если повезёт, сможем немного придержать тварей, чтобы Стражи успели разработать тактику противодействия Орде. На данный момент известно, что впереди волны идут Грызы, Жабы и Дрисни. Если их переживём, то запрошу информацию о составе ядра. Послед увидеть можете не рассчитывать.

– Дрисни… – не сдержавшись, тихо рассмеялся Дирик и, в поисках одобрения, посмотрел на дядьку и соседних воинов. Но поддержки на их лицах не увидел. Только лицо дядьки мгновенно покраснело и превратилось в чудовищную сливу.

– Простите, ваше благородие, – выпалил Ивар и больно треснул парня по затылку. – Больше не повторится.

– Что смешного я сказал, мальчик? – не обратив внимания на слова воина, негромко спросил капитан. – Будь добр, поясни.

– Дрисни… – едва слышно пробормотал Дирик. В голове у него слегка звенело от удара латной рукавицей, и он не мог понять, что сделал не так. Ведь совсем недавно все воины смеялись над шуткой дядьки. – Ну… Это тварь такая… И название у неё смешное…

– Смешное… – пару раз кивнул мужчина с бородкой. – А ты знаешь, почему их так называют?

– Нет, – помотал головой Дирик и тут же получил ощутимый удар локтем в бок от своего дядьки. – Нет, ваше благородие господин капитан. Я не знаю.

– Дрисни – одни из самых распространенных тварей за стеной, – пристально глядя в глаза собеседника, пояснил капитан. – Они умеют высоко прыгать и отлично карабкаются по стенам. Кожа этих тварей покрыта слизью и, когда они видят врага, эта слизь превращается в ядовитый пар. Если его вдохнуть, то кишки скручивает невыносимая боль. Спазм настолько сильный, что боец не может контролировать себя и гадит в портки. После этого тварь прыгает вперед и вскрывает брюхо жертвы своими когтями, как консервным ножом. Если ты слишком торопишься и вовремя не заметишь эту тварь, то гарантированно вдохнешь яд. А потом умрешь.

Взгляд капитана перешел на дядьку Ивара и тот упрямо набычился. Некоторое время маг смотрел на своего подчиненного, а потом махнул рукой.

– Как знаешь, Ивар, – произнес он. – Моё дело ‒ предупредить. Но пацан будет третьим рангом.

– Есть, ваше благородие, – тяжело ответил дядька. Капитан ушёл и пока он не начал снова говорить, Дирик подвинулся ближе к своему учителю.

– А что значит третий ранг, дядька Ивар? – тихо спросил он.

– Ещё ляпнешь что-нибудь и одним подзатыльником не отделаешься, – так же тихо ответил воин. – Позору с тобой не оберешься! Третий ранг значит, что тебя я могу спасать, только если все остальные вокруг уже погибли.

– А… – растерянно начал было Дир, но Ивар обжег его злым взглядом.

– Тихо! Командир ещё не закончил, – рыкнул воин.

– Нам выделили седьмой участок стены, – произнес тем временем капитан. – Мы примем основной удар вместе с седьмыми и тринадцатыми ротами. Авангард Стражей идет перед волной. До Светлого им тридцать минут хода, если твари нигде не задержатся.

– А они никогда не задерживаются, – тихо проворчал стоявший неподалеку Одноногий.

Через десять минут, когда капитан распределил все цели и задачи, отряд двинулся в сторону стены. Город к этому времени словно вымер. Сигнал тревоги давно замолчал и появится снова, только если защитники стен не выдержат. Только в этот момент Дир полностью осознал, что никакого дежурства до утра не будет. И все те чудовища, которых он знал только по названиям, скоро появятся под стенами города.

Парень судорожно ухватился за висевший на груди амулет. Обычный горный хрусталь, оправленный в почерневшее от времени серебро. Никакой магии в нем никогда не было, но отец передал его Димке перед тем, как вернуться на Рубеж. Тогда парню только исполнилось десять. И он до сих пор помнил те слова, которые сказал ему отец.

«Носи и не снимай. Когда твоему сыну исполнится десять – передай ему, как это сделали мой отец и мой дед. Это важно, Дирик. Эта штука приносит удачу, если ты в это веришь».

Отец погиб через месяц после этого и Дирик часто думал о том, что это всё из-за амулета. Что он забрал удачу своего родителя и тот умер. Но сейчас парень был готов поверить во что угодно, чтобы пережить эту ночь.

На гребне стены было ветрено и холодно. С поля летел запах мокрой травы и каких-то цветов. Где-то в темноте шелестели деревья. Со всех сторон звякало железо и слышалось дыхание защитников города.

– Они здесь! – послышался громкий голос капитана отряда и со стены ударил в темное небо залп горящих стрел. Они втыкались в землю и тут же гасли. Сначала парню показалось, что это из-за мокрой травы, но потом он увидел множество двигающихся внизу теней. А потом воздух внезапно разрезал многоголосый рев орды тварей.

– Залп под стену! – холодно произнес капитан и все его подчиненные направили луки вниз. Чудовища приближались с какой-то невероятной скоростью, словно двигались в пять раз быстрее обычных живых существ. Бойцы успели выстрелить ещё дважды, а потом над гребнем стены взметнулась туша первого противника.

Откуда-то появилась размытая фигура командира отряда. Черный доспех полыхал такого же цвета пламенем. Один короткий удар длинного меча и здоровенный монстр, развалившись на две неравные части, упал в толпу своих сородичей. В воздух взлетел мощный фонтан темной крови. Часть волной накрыла Дира. Тяжелый запах смерти забил ноздри, а к горлу подкатил мощный ком тошноты.

– Клинки к бою! – сухо произнес капитан. – Шестое построение. Живее, сукины дети!

Дирик попытался выхватить меч. На тренировках это у него отлично получалось, но сейчас руки предательски вспотели и дрожали. Клинок никак не желал покидать ножны. Сбоку свет факелов заслонила массивная фигура и парень ощутил мощный толчок. Он неловко отступил на несколько шагов и шлепнулся на задницу. Впереди него стоял дядька Ивар, а чуть левее него занял позицию Одноногий.

Над зубцами стены появилась башка следующей твари. Димка не видел ничего, кроме оскаленной пасти и голого черепа, с которого словно содрали кожу. Дядька шагнул к чудовищу и ловко подсек одну из его лап, цеплявшихся за стену. Следом атаковал его напарник, и тварь исчезла из вида.

– Если ещё не обосрался, то неси факелы, малой, – быстро произнес дядька Ивар. – В темноте нам совсем несподручно будет.

Дирик рванулся к лестнице. Там стояла целая бочка с готовыми факелами и несколько вёдер смолы. Бежать было всего пару десятков метров, но это расстояние далось парню с огромным трудом. Ноги подкашивались, каждое мгновение в поле зрения появлялась очередная тварь, и хотелось просто спрыгнуть со стены и бежать подальше без оглядки. Все страхи, которые раньше казались такими далекими и нереальными, навалились на Дирика и угрожали ему скорой смертью.

– Построение семь! – внезапно взревел капитан. – Держите центр. С ними Кузнечики!

Дирик в этот момент уже поджигал пару факелов. Он резко обернулся и увидел, как в темноте промелькнула крупная тень. Ею словно выстрелили из гигантской катапульты. Черные когти, массивные задние лапы, тонкий длинный хвост…

– Дядька!!! – враз охрипшим голосом заорал парень. Тварь, словно врезавшись в стену, резко остановилась прямо в воздухе и обрушилась на учителя Дира. В свете факелов мелькнули клыки. Брызнула кровь.

Тварь скинули со стены уже через секунду, но дядьке Ивару это уже помочь не могло. На камнях осталось неподвижное тело. Дирик тупо смотрел на растекающуюся лужу крови и не реагировал ни на что вокруг. Темнота за стеной внезапно ожила и из неё посыпались десятки тварей. Больших и маленьких. Они врывались в ряды защитников и платили за каждую жизнь десятком своих. Вот только монстров такой размен полностью устраивал.

– Вниз! – выкрикнул капитан. Он метался по узкому пространству на вершине стены и сеял вокруг себя смерть. Твари гибли от ударов меча и вспышек магии. – Перегру…

Голос оборвался и Дир заторможенно смотрел, как тело мага сплющивается под весом упавшей из темноты твари. Сбежать он уже не успевал. На стене ещё боролись за свою жизнь десяток защитников, но ни о какой обороне города речи не было. Люди сражались за свою жизнь.

Чудовище, убившее капитана, молниеносно повернулось в сторону парня. Странные темные глаза монстра на мгновение закрылись пленкой и оно выстрелило своим телом прямо с места. Дирик ощутил сильнейший удар в грудь. Под кольчугой что-то громко хрустнуло. Изо рта парня хлынула кровь. Он ударился спиной о зубец стены и медленно сполз вниз. Рука с трудом дотянулась до счастливого амулета и нащупала только обломки и смятую оправу.

– Не помог… – едва слышно прохрипел Дирик и упал на бок. Разгорающийся над обломками хрусталя голубоватый свет парень уже не видел. Как и замершую в последний момент тварь, которая начала нервно нюхать воздух и злобно шипеть.

Глава 2

Где-то в Алаирской Империи.

Ненавижу холод. Сколько себя помню, никогда не любил мороз. Сковывающий пальцы озноб пробирает до костей. Руки немеют и перестают слушаться. А после того, как вернешься в тепло, тебя ещё час потряхивает. Будто тело пытается согреть себя, не доверяя всяким непонятным каминам и одеялам.

К сожалению, большинство магических ритуалов выше десятого ранга имели одну общую черту. Что бы ты ни делал, какую бы стихию ни использовал, на последних секундах формирования рисунка всегда приходило это отвратительное ощущение. Будто всё тело засунули в ледник, а демоны холодных миров вцепились в пальцы и пытаются их откусить.

Только в этот раз всё было гораздо хуже. Задуманный мной ритуал прошёл успешно. Вроде бы. Последнее, что я помнил – это ледяная волна, поднявшаяся над гигантским магическим рисунком, в центре которого я стоял. Думал, что приходить в себя после этого буду очень долго, но не до такой же степени?!

Пытка холодом продолжалась целую вечность. Зрение перестало работать практически сразу. Следующим отказал слух. Осталась только колючая боль во всем теле. В какой-то момент я просто устал ждать, когда побочный эффект пройдет. Особых результатов это не принесло, но внутренне мне стало гораздо легче. Даже пальцы начал ощущать вполне нормально. И потому изрядно удивился, когда всё тело внезапно занемело от обморожения.

В темноте передо мной возник источник голубого света. Он был очень похож по форме на ту тварь, которую мы несколько лет назад убили в западных землях. Я дал им прозвище Кукольники. Попытался дотянуться до этого сияния и понял, что оно двигается, будто убегает от меня. После пытки холодом, подобные фокусы не вызывали у меня доброго отклика.

Тело мага ‒ его главное оружие. Это моё личное убеждение, которое я прививал всем своим ученикам. Ты мог быть слабым магом или вообще не иметь доступа к сырой мане, но упорные тренировки и правильное развитие каналов энергии творили чудеса. Я был сильным магом изначально. Сильнейшим за всю историю Алаирской Империи и всего Алриса. А потому терпеть выходки непонятного огонька не стал.

Тело резко ускорилось, и я мгновенно оказался в полушаге от источника света. Оставалось только влить в атакующий рисунок энергию, чтобы поймать гадкий огонёк. Это даже проще, чем зажечь свечу. Вот только ничего у меня не вышло.

Рука провалилась в огонек, а в созданном магическом рисунке так и не появилось ни грана маны. Словно у меня её вообще никогда не было. Смутное отражение призрачного Кукольника внезапно оскалилось во всю ширь. Пасть распахнулась, и меня поглотил голубой огонь.

********

Холод. Снова долбанный холод, который я ненавидел всей душой. Руки едва двигаются. Грудь вся мокрая, а рубашка мерзко прилипла к телу. Воздух вокруг пропитан запахом крови и смерти. И ещё чем-то, похожим на вонь дохлого животного, неделю пролежавшего на солнце. Неужели ритуал убил всех обитателей моей крепости?

Промерзшие до дна мозги работали с трудом. Запах тварей из уничтоженных земель он распознал с непростительной задержкой в пару секунд. Тело дернулось в сторону, и я наконец распахнул глаза.

В пяти метрах от меня стояла хилая тварь с заляпанной человеческой кровью мордой. Судя по строению организма – Кузнечик. Что происходит и где я оказался, разбираться некогда. Монстр был слегка оглушен, как после вспышки высокоуровневого заклинания. Беглый взгляд вокруг дал понять, что тварь не одна. А ещё, что я нахожусь где-то совсем не там, где был только что.

Пока этого достаточно. Рука инстинктивно рванулась к поясу, и я облегченно выдохнул. Ладонь легла на шероховатую рукоять меча. Уже что-то. Вряд ли я сейчас смог бы уложить противника голыми руками. Потому что тело слушалось крайне хреново. Ну и ещё потому, что оно явно было не моим.

Оглушение выбросом маны действовало секунд десять. Половина этого времени уже прошла. А может, чуть больше. Тварь мотнула башкой, словно пытаясь скинуть оцепенение, и я тут же бросил тело вперед.

С шорохом покинул ножны меч. Хреновенький клинок, которым даже рыбу чистить не стоило. Но сейчас это моё единственное оружие. Кузнечик смог сфокусироваться и оскалил клыки. Я внимательно следил за глазами монстра, чтобы не пропустить нужный момент.

Мой рывок внезапно превратился в нелепый перекат. Вместо длинного прыжка с места, я приземлился в метре от чудовища. Похоже, бывший хозяин этого тела был крайне далек от полноценных боевых тренировок.

Глаза Кузнечика затянула пленка, и я в то же мгновение поднял перед собой меч и упер его рукоять в плечо. Тварь выстрелила собой в мою сторону, а я максимально напрягся.

Удар!

Меч выдрало из рук, но я ни о чем не жалел. Клинок до рукояти погрузился в тело твари у основания правой лапы. Это единственное уязвимое место этого вида западных тварей, с помощью которого можно гарантированно убить Кузнечика одним ударом. На второй у меня просто не оставалось времени.

Монстр молча врезался в зубец стены позади меня. Пару раз, оставляя на камнях глубокие царапины, дернулись массивные задние лапы. Вытаскивать клинок времени не было, но это проблемой не стало. Вокруг лежало множество тел защитников и рядом с ними их оружие.

Попытка дотянуться до средоточия маны своего тела с треском провалилась. Вместо полыхающей красной звезды, в центре груди едва тлела слабая искра. Это крайне дерьмово, потому что сил у меня оставалось отвратительно мало, а врагов рядом неприлично много. И ждать, пока я приду в себя, они не собирались. Не в их это правилах.

Тяжелый кувырок вперед. Мимо проносится крупная туша, покрытая зеленоватой шкурой. Монстр был похож на жабу-переростка, которая вымахала с быка. Хватаю первый попавшийся под ногами меч и прыгаю следом за тварью. Жабы обладали чудовищным весом и способностью пробить практически любой строй. Но скорость реакции у них сильно ниже, чем у других сородичей.

Меч с хрустом врубается в основание короткого толстого хвоста. Сил не хватило и пришлось навалиться всем телом, чтобы обычный стальной клинок погрузился достаточно глубоко. Я продолжал давить, пока не услышал сухой щелчок и тут же бросился в сторону.

Оставаться на одном месте ‒ равносильно самоубийству. Я и так тратил слишком много времени на каждого монстра. Непозволительно много и это дико раздражало. Тело мне досталось очень молодое и неповоротливое. Приходилось буквально заставлять его двигаться в нужном ритме, но долго так продолжаться не могло.

Я прижался спиной к стене башни. Дверь находилась в трех метрах левее, но её наглухо блокировала своей тушей Жаба. Я перерубил монстру основной нервный канал, который обеспечивал работу задней части тела. Передние лапы у этого вида были слабые и не могли тащить тварь. В итоге Жаба, упрямо и безуспешно пытаясь подняться, громогласно ревела и издавала массу других раздражающих звуков.

Сверху послышалось гадкое клокотание и я, непроизвольно задержав дыхание, сорвал со стены ближайший факел. Снаряд отправился в сторону опасных звуков, и там полыхнула яркая огненная вспышка. Дрисень.

Раздался отчаянный визг. Со стены рухнуло уродливое пылающее тело. Слизь этих монстров отлично горела. Любой стихийник запросто мог остановить волну этих мерзких ядовитых уродов. Даже гребаный слабенький огненный амулет мог надежно защитить человека, но у меня и такого не было!

Твари массово прыгали со стены в сторону города. Маленького и очень бедного, судя по количеству освещения на улицах. Везде, где имелись фонари или магические светильники на стенах домов, можно было заметить горбатые силуэты монстров. На другой стороне башни стихли последние звуки сопротивления защитников. Волна тварей рванулась к беззащитным жителям поселения и до одинокого человека, притаившегося между стеной и бочкой смолы, им не было дела. Впереди их ждала более интересная добыча.

– А стража императора куда смотрит? – покачав головой, едва слышно произнес я. – Маги где? Совсем они тут охренели уже!

Словно в ответ на мои слова, над городом послышался вой Пугача. Простенький артефакт использовался для передачи подобных сигналов по всей империи. Основной его функцией было создание звуковых волн одинаковой мощности по всей зоне работы. И сейчас эти волны говорили, что защитников на стенах больше не осталось. Значит, и мне здесь делать нечего.

В авангарде орды тварей всегда шли самые мелкие монстры. Расходный материал. Они пробивали дорогу для более крупных сородичей и ослабляли защитников. Пушечное мясо, которое непрерывно валило из западных земель на протяжении многих лет. Скоро на стены полезут более крупные твари и тогда мне, с моим прекрасным молодым телом, наступит трындец.

Далеко впереди возникла череда вспышек разного цвета. Где-то в центре городка наконец вступили в бой маги. Можно немного расслабиться. Скоро над центральной площадью поставят нормальный щит и начнут уничтожение прорвавшихся чудовищ. Странно только, что они ждали так долго и дали монстрам вырезать всех защитников на стенах. Почему местный правитель сразу не отправил магов на стены ‒ мне было непонятно.

Я внимательно следил за развитием ситуации в городе. В некоторых местах вспыхивали стихийные схватки с тварями, но они быстро заканчивались, и волна чудовищ двигалась дальше. Видимых признаков работы заклятий стало значительно больше, но полноценный щит местные маги так и подняли. А потом камни подо мной вздрогнули от тяжелого удара. Прибыла кавалерия монстров.

Благодаря толчку старших сородичей, Жаба наконец сумела себя перевернуть и освободила дверь. Несильно, но просочиться в щель я смог. Внутри было пусто и тихо, словно все до единого воины на этом участке уже погибли. Только в самом низу башни слышалась какая-то возня. Звук постепенно усиливался. Стены башни ещё дважды вздрогнули от тяжелых ударов, и я озадаченно поднял брови.

– Не может быть, – прошептал я. В это слишком трудно поверить. В первые годы нашествия тварей крупные монстры встречались не так часто, а некоторые вообще появлялись только во время штурма пограничных крепостей. Но они никогда не добирались до внутренних земель империи. Слишком специфическая у них была задача и способы передвижения.

Я приложил руку к стене и привычно запустил небольшую волну энергии. Попытался запустить, потому что всё ещё считал себя магом. Видимо, придется долго избавляться от подобных привычек и вспоминать старые навыки. Но для этого тоже понадобится время. Если буду просто стоять и ждать, то его у меня точно не будет.

Старался дышать медленно и размеренно. Хорошо, что лестница в башне была каменной. Любой неосторожный звук мог привлечь внимание копающейся на дне твари. Скорее всего, это Крот. Почти наверняка. Я знал ещё несколько разновидностей штурмовых монстров, способных выжрать тоннель в камне за пару минут, но только Кроты делали это относительно тихо.

От настоящего животного этому чудовищу досталось только имя. Массивная туша тянулась метров на семь в тоннель и непрерывно работала множеством лап, расширяя проход. Пока этот урод не выберется полностью, атаки можно не опасаться. А вот после – уйти из замкнутого пространства башни будет уже слишком сложно. Полтора десятка конечностей Крота изменят форму и он начнет охоту.

На стену возвращаться точно не стоило. Из-за двери уже слышался тяжелый грохот и омерзительное чавканье. Крупняк подкреплялся перед следующим рывком. Кто именно это был, я проверять не собирался. Одна тварь всегда более безопасный противник, чем десяток. И размер тут особого значения не имел.

Из оружия у меня только меч. Приходилось двигаться максимально медленно, чтобы разорванная на груди кольчуга лишний раз не звякала. Именно поэтому я всегда предпочитал зачарованную одежду. Прочность у неё значительно выше, а лишнего шума никакого.

Первым делом осмотрел площадку у двери. Стойка для оружия была практически пуста. Пара копий сейчас ничем не могла мне помочь. Рядом стояло несколько полных колчанов стрел, но ни одного лука я не заметил. Хотя, учитывая навыки моего тела, мне бы гораздо больше подошёл арбалет. С зачарованными болтами. Заряженный и готовый к бою. Да где его взять?

Следом глаз зацепился за пару бочек. Точно такие же стояли снаружи и в них находилась смола для факелов. Крышки плотно закрыты, но от бочек всё равно тянуло легко узнаваемым запахом. В принципе, подойдет.

Я прислушался к шуму внизу. Света недостаточно, чтобы рассмотреть монстра, но передняя его часть уже находилась внутри здания. Осталось убедиться в правильности моих предположений и как-то перетащить бочки к краю площадки. Желательно бесшумно. И желательно быстро.

Сковырнув пробку на крышке мечом, макнул палец в прохладную жидкость и поднес её к глазам. В полутьме разобрать сложно, но характерные зеленые крошки и запах из бочки говорили, что я прав. Должно сработать.

Последняя часть моего плана оказалась самой сложной. Силачом бывший обладатель моего тела не был и это заметно с первого взгляда. Даже сдвинуть бочку с места мне оказалось очень сложно. О том, чтобы перенести её бесшумно, вообще речи не шло. Я крутнул своё главное оружие на месте. По всей башне разлетелся мучительный скрип дерева по камню. Возня внизу немедленно прекратилась. Крот уловил чужое присутствие и начал поиск добычи. Останавливало его только то, что тоннель для более мелких собратьев ещё готов не до конца.

Скрываться дальше уже не имело смысла, и я налег на бочку, пытаясь поскорее преодолеть оставшиеся метры. Тварь внизу издала громогласный рёв, который эхом отразился от стен и больно ударил по ушам. Бочка двигалась еле-еле. Я не стал дожидаться, пока Крот перейдет в боевую форму, и просто завалил её набок, толкнув к краю площадки ногой. Через секунду услышал громкий удар и рёв превратился в мучительный визг.

– Жри, тварь, – зло прошипел я и рванул вниз по лестнице. Если концентрация раствора для уничтожения останков тварей окажется слишком низкой, то Крот придет в себя через пару минут и будет очень и очень злым. Если местные снабженцы ничего не сперли, то о противнике можно забыть. Но время в любом случае терять не стоило.

На последнем пролете бежал, прижимаясь к стене. Весь пол первого этажа завален обломками камней, а у дальней стены бесновался Крот. Бочка разбилась о голову монстра и накрыла своим содержимым всю переднюю часть его тела. Тварь размахивала свободными лапами, периодически срывая с себя когтями целые куски плоти. Воздух наполнился вонью разлагающегося мяса и кислым запахом раствора. Снабженцы работали на совесть. Зря я так переживал.

Дверь из башни была заперта на мощный засов. Целиком сделанная из металла, она могла выдержать удар полноценного тарана. Я даже успел порадоваться тому, что засов находился внутри, а не снаружи. Иначе бы дело могло принять скверный оборот.

Я рывком убрал засов в сторону и на пару десятков сантиметров приоткрыл дверь. Этого достаточно, чтобы осмотреться и при этом успеть убраться назад в башню, если снаружи всё слишком плохо. Подыхающий от кислотных ожогов Крот был не самым приятным соседом, но это гораздо лучше, чем с разгона ворваться в стаю голодных монстров.

Однако снаружи оказалось пусто. Большая часть волны тварей ушла в сторону центра города. Там гремел бой, и виднелись вспышки магии. Крупняк всё ещё пировал на стене и не торопился спускаться. Чем больше съедали эти твари, тем сложнее с ними справиться. Но это уже не моя проблема. С этим должны разбираться городские маги и гарнизон императорской стражи. Нужно понять, куда двигаться дальше, чтобы дожить до утра.

Горячка битвы и муть после странного пробуждения начинали спадать. Полученные за время боя ушибы и мелкие раны превращали усталое тело в один ноющий кусок плоти. А я при этом не мог даже простенькое заклинание восполнения телесной энергии накинуть, чтобы облегчить своё состояние. О практиках работы с собственным телом бывший хозяин то ли вообще не знал, то ли все его знания исчезли вместе с ним. Крот в башне наконец затих и надежно перекрыл своей тушей вырытый тоннель.

Расположение улиц городка я запомнил достаточно, чтобы найти дорогу к центральной площади. Вот только идти туда смысла уже никакого не было. На мостовую позади меня, с дробным стуком посыпались мелкие камни. Потом рухнул крупный обломок и следом за ним должен был приземлиться первый представитель второй волны монстров. А я стоял и смотрел в сторону центра города, пытаясь убедить себя, что радужное сияние над крышами мне просто мерещится.

– О нет… – медленно отступая к башне и ощущая на коже усиливающийся поток воздуха, пробормотал я. – Это же полный идиотизм!

Глава 3

Я узнал это заклинание сразу, но верить в то, что его использовали посреди населенного города, не хотел до самого конца. Ветер Перемен ‒ один из самых распространенных ритуалов последнего шанса. Он пожирал жизни всех участников и использовал эту энергию для массовой атаки врагов. Во время войны с Западной Маркой, произошло несколько десятков подобных случаев, но тогда вокруг были только враги, и у наших магов не имелось другого выбора.

Метрах в десяти от меня на землю рухнула здоровенная туша. Брусчатка разлетелась в стороны, как от взрыва среднего огненного шара. Один из камней больно шарахнул в плечо, и меня развернуло на месте. Я болезненно зашипел и юркнул в приоткрытую дверь башни. Хорошо ещё, что не в голову зарядило. Мог бы так и остаться снаружи.

Засов занял положенное ему место, и я с сомнением посмотрел вверх. Если башня начнет разваливаться, то выбраться из-под завала я не смогу. Потом перевел взгляд на Крота и неохотно двинулся вперед. Из мелких щелей между дверью и косяком за моей спиной пробились первые кинжальные струи воздуха.

– Ну какой же бред, – потрясенно качая головой, проворчал я. – Неужели не могли найти другой способ?

Дверь вздрогнула и загудела, как городской набат. Снаружи прилетел какой-то булыжник или что-то подобное. Со стен начала обильно сыпаться пыль. Ещё минута и заклинание выйдет на максимальную мощность. Скорее всего, от тварей в центре города уже ничего не осталось. Впрочем, от магов и гражданских, которые искали там убежище, тоже.

Я неохотно ткнул острием меча в одну из лап монстра, чтобы отодвинуть её в сторону. Тело Крота расширялось к задней части и был шанс, что он успел завершить раскопки до того, как сдох. Ну или начал переход в боевую форму. Тогда туша чудовища перераспределяла массу более равномерно.

Если ничего не изменилось в повадках монстров, то за стеной сейчас спокойнее всего. Мощные проявления магии тварям не нравились. Когда рядом не было Кукловодов, чудовища пытались в таких случаях убраться подальше. С потолка башни рухнул кусок кровли, и я услышал воющий наверху ветер.

– Омерзительно, – произнес я и протиснулся в щель между трупом Крота и стенкой прорытого им тоннеля. Это были самые мерзкие четыре метра за все последние годы моей жизни. Раствор практически разложил половину тела чудовища, и часть этой массы стекла в тоннель. Даже то, что я решил пробираться к выходу по спине монстра, не особенно помогло.

Одежду и кольчугу можно смело выкидывать. После встречи с жидкостями чудовища использовать их точно не получится. Нужно избавиться от испорченных вещей сразу за стеной, чтобы не получить отравление. Лечить меня в ближайшее время точно будет некому, а сам я этого сделать не смогу.

Свод прохода находился на высоте около полутора метров, и идти крайне неудобно. Меч держал перед собой, чтобы колоть врагов, если они вдруг появятся. Размахнуться было негде, и я очень надеялся, что не встречу в этой норе Жабу или кого-то подобного. Твари этого типа обладали запредельной лобовой броней. Мне, с моей зубочисткой, останется только сдохнуть максимально быстро, чтобы не мучиться.

Туша Крота блокировала поток воздуха, и это немного сбивало с толку. Ветер Перемен, в максимальной точке, запросто сдирал мясо с костей и разрушал здания. Но я, согнувшись пополам, шёл вперед практически в полной тишине. Даже эха не было, потому что земляные стены надежно гасили все звуки.

Минут через десять я добрался до выхода из тоннеля. Снаружи было удивительно тихо и спокойно. Словно мне показалось, и городские маги не совершили самоубийство, попутно уничтожив большую часть поселения. На стенах удар заклинания практически не сказался. Разве что обвалились крыши башен и погасли все факелы.

До рассвета оставалась ещё пара часов, но непроглядная темнота уже начала меняться и становилась более прозрачной. Скоро наступит время сумерек, а там уже и солнце взойдет. Мои расчеты полностью оправдались. Рядом не оказалось ни одного монстра. Только трава вокруг жестоко истоптана и больше напоминала коричневое месиво.

Я втянул носом воздух и прислушался к своим ощущениям. После атаки орды чудовищ, воздух всегда напоминал концентрированную помойку. Но, при определенном опыте, некоторую информацию получить из этой мусорки было возможно.

И сейчас я испытывал смешанные ощущения. С одной стороны, большая часть тварей успела перебраться через стену и от орды остались только жалкие ошметки. Уцелевшие твари сейчас бежали в ужасе подальше от опасного места и остановятся они нескоро. В идеале, их должны были встретить отряды загонщиков, которые полностью уберут все следы прорыва монстров.

За несколько месяцев до ритуала, мы провели ряд исследований, которые дали очень неприятные результаты. Если чудовища оставались на одном месте достаточно долго, то отравляли своим присутствием не только почву и растения, но и магический фон. Земля начинала меняться, превращаясь в часть зараженных территорий. То же самое происходило, если чудовища умирали в пределах империи и их тела оставались не обработанными. Нормальные животные, даже умирая от голода, и близко не подходили к подобным источникам пищи.

Всё это я отлично понимал головой, но события сегодняшней ночи заставляли проявлять осторожность. Состав орды и поведение монстров казалось мне странным. Город и действия его защитников тоже вызывали массу вопросов. Напрашивался вывод, что я многого не знал о происходящем вокруг. А значит, мог упустить что-то важное.

Кожу по всему телу начало неприятно покалывать. Кровь и слизь монстров постепенно разъедали одежду. Меч в моей руке стремительно ржавел. Им и раньше пользоваться было не особенно комфортно, а через час можно будет просто выбросить разваливающийся кусок ржавчины.

Пришлось раздеться полностью и обтереть тело сухой землей. Потом, сильно подумав, надел обратно штаны, им прилично досталось, но носить ещё можно. Подол кольчуги и высокие сапоги приняли на себя основной удар. Выглядел я при этом весьма неприглядно, но это единственный доступный способ убрать следы тварей со своей кожи. Вода в этом случае особо не помогала. Или земля, или песок, или раствор для уничтожения останков монстров. Но от последнего у меня всё начинало невыносимо чесаться.

Я неспешно выбрался из норы и ещё раз осмотрелся. Крот начал рыть в ста метрах от крепостной стены. В той стороне стояла гробовая тишина. Только в светлеющих сумерках просматривались очертания крепостной стены. На таком же расстоянии в другом направлении виднелась стена леса. Вполне обычного. По крайней мере, пальм или чего-то похожего, я не заметил.

Сомнений в адекватности происходящего становилось всё больше. По-хорошему, нужно найти хотя бы одного человека, чтобы нормально поговорить и понять, что за хрень тут творится. Вот только до этого момента мне встречались только трупы и монстры. Ни первые, ни вторые особой болтливостью не отличались.

Нужно решить, что делать дальше, но голова совершенно отказывалась нормально работать. Сказывались усталость и общее безумие ситуации. Я был хрен знает где, без возможности использовать магию и информации об окружающем мире. Вариантов дальнейших действий мне виделось всего два.

Можно вернуться в город и попробовать найти там выживших или какие-то артефакты. Связаться с императором и узнать, что за ерунда творится на его земле. При этом возникал серьезный риск встретиться с уцелевшими тварями. Причем, я полностью уверен, что всякая мелочь Ветер пережить не могла. Если я хоть что-то понимал в правилах безопасности границ империи, то скоро к стенам города должны прибыть отряды зачистки. Вот с ними и можно будет побеседовать. Но в том, что меня кто-то будет слушать, имелись большие сомнения.

Я поднял руки и внимательно их осмотрел. Перемазанные землей, жилистые конечности покрыты ссадинами ушибами. Если бы не ноющая боль по всему телу, то ему можно дать лет восемнадцать-девятнадцать. Привет розовым щечкам и томным вздохам под окнами столичных красоток.

На момент проведения ритуала, мне было сто семьдесят пять лет. Для верховного мага империи возраст крайне юный, если не сказать детский. Но мне на это глубоко плевать и тогда, и сейчас. Я занял этот пост по праву силы, а не из-за длины бороды. Сейчас ничего не изменилось, если не считать того, что у меня не присутствовало даже намека на магию.

Вторым вариантом был поиск живых людей за пределами города. Направление движения орды понятно по первому удару, значит, с другой стороны города можно найти уцелевшее поселение. Где именно, сказать сложно. Однако люди имели привычки селиться в одних и тех же местах. Риск встречи с разбежавшимися чудовищами никуда при этом не девался, но арьергард орды чаще всего состоял из падальщиков и всякой мелочи.

– Но без меча всё равно гулять не стоит, – вслух произнес я и озадачился вопросом поиска оружия.

В поле его найти нереально, а возвращаться в город через тушу Крота мне не хотелось, и я решил попытать удачу под стеной. Твари часто сбрасывали защитников своим сородичам, чтобы потратить силы на другие цели.

От слов до дела меня отделяло минут пять. Пройти сто метров по ровному полю оказалось несложно, а вот отыскать в куче дохлых монстров человеческое тело оказалось далеко не так просто, как я думал. В итоге чистую одежду найти так и не удалось. Среди пары десятков упавших со стен бойцов, всего двое остались относительно целыми. Остальных можно опознать только по отдельным частям. Зато оружия достаточно. Я нашёл себе пару кинжалов, травленный в крови монстров меч и крепкий пояс, чтобы всё это добро распределить.

– Мародер… – зло сплюнул я на оскаленную морду лежавшей неподалеку Жабы. – Верховный маг Алаирской Империи обдирает трупы своих солдат. Светлый герцог Миар, разыскивающий себе сапоги на поле боя… Если бы меня увидел кто-то из моих учеников, то ни за что бы не поверил, что это я.

Хотя, узнать меня в новом теле было крайне сложно. Короткие русые волосы, рост чуть больше, а мышц знатно меньше. Что бы там ни говорили маги старой школы, качество развития тела очень сильно сказывалось на возможностях работы с маной.

Я отыскал в десятке метров от стены какого-то бедолагу, которого одна из тварей швырнула сверху. Ему повезло приземлиться на крупный валун и этим избавить себя от мучений. Соратники смогли отомстить за убитого товарища. Рядом с валуном лежали трупы двух Рвачей, которые успели полакомиться внезапной добычей.

В итоге я оставил бессмысленные поиски и пошёл в обход городской стены на другую сторону поселения. Там виднелись две вынесенных вперед башни. Между ними должна быть дорога к главным воротам. А дорога всегда куда-то да выведет.

По пути начал изучать своё тело. Каналы маны находились в зачаточном состоянии. По всем признакам, даром бывший хозяин моей новой головы или вообще не обладал, или он должен был раскрыться на втором этапе развития тела. То есть, где-то через год или два.

Представив, сколько времени придется провести без доступа к магии, я недовольно поморщился и принялся за дело. В памяти хранилось множество способов развития личных способностей, начиная с самых простых упражнений, но начать я решил с головы.

Для работы с большими объемами маны и, тем более с энергией Осей, требовалось полностью контролировать собственный разум. Для этого использовалась особая методика, доступная всем одаренным империи. Всего в ней было десять уровней. Я называл её Кладовка. В документах империи числилось какое-то другое название, потому что имперские бумагомараки сумели отстоять свои позиции и не стали использовать придуманное мной название.

Суть заключалась в том, что пользователь мог систематизировать все свои знания и воспоминания. На первом уровне просто улучшалась память, а на десятом человек мог в любой момент воспроизвести дословно даже услышанный в детстве разговор между родителями. Человеческое сознание ‒ удивительный инструмент, который подарила нам природа. Вот только люди, со свойственным нам упорством, день за днем превращали этот дар в гору мусора. Менталисты, с самого начала обучения плевались и говорили, что у большинства людей в голове плавает один только мусор.

Дополнительным бонусом освоения этой методики был полный контроль над своим разумом и возможность противостоять ментальным атакам без применения полноценной защиты. Я, например, просто запрещал доступ к своему разуму и любые попытки врагов взломать защиту заканчивались очень печально. Незаметно это сделать невозможно, а если я обращал внимание на вмешательство, то без раздумий наносил ответный удар.

Телом можно будет заняться позже. Для этого как минимум нужно нормальное питание и безопасное место. Там тоже имелись свои нюансы, но база у моего нового тела была неплохая, хоть и немного однобокая. Словно развитием занимался кто-то из простых бойцов, а не полноценный мастер.

Чтобы снять хотя бы часть вопросов по текущей ситуации, решил покопаться в воспоминаниях бывшего владельца тела. Судя по тем повреждениям, которые я обнаружил в момент своего пробуждения, память этому парню не понадобится уже никогда.

Несколько простых дыхательных упражнений, концентрация в конкретной точке сознания и я коснулся последних воспоминаний мальчишки. Ни имени, ни конкретных знаний там не оказалось. Только ужас от появления жутких чудовищ и страх близкой смерти. Единственное более или менее внятное воспоминание связано с погибшим на глазах парня старым воином. Звали его Ивар и он приходился мальчишке то ли дядей, то ли другим родственником. Больше узнать ничего не получилось, но и это неплохо для первой попытки. Может, позже получится погрузиться глубже.

Это самый простой способ разобраться в случившемся. Вот только он требовал длительной подготовки. Даже самый отсталый человек, проживающий далеко от больших городов, обладал массой знаний, на которые просто не обращал внимания.

Пока всё моё внимание было направлено на пристальное изучение окружающего пространства. Чувствовал себя так, будто мне напрочь заткнули уши и плотно завязали глаза, оставив только узкую щелочку. Через неё я и смотрел на мир, пытаясь не пропустить возможную угрозу. Только сейчас осознал, насколько привык полагаться на пассивные заклятья и мелкие, но удобные артефакты, помогавшие заранее обнаружить угрозу.

– Обленился… – покачал головой я. – И не заметил даже…

Я невольно остановился и посмотрел назад. За мной оставалась цепочка заметных следов, которые легко могли вывести на мой след даже неопытного человека. Раньше я убирал подобное с помощью Легкого Шага. А ещё раньше просто ходил так, чтобы следов не оставалось, но об этом мало кто знал.

Дальше двигался более аккуратно и в одном месте накрутил несколько петель. В целом, спешить особо некуда. Если ничего в империи не изменилось, то окрестности города уже должны были оцепить войска государя. С ним я непременно пообщаюсь, но сначала нужно привести себя в порядок и обеспечить нормальное обоснование для встречи.

Я понимал, что времени на это потребуется немало и готов был подождать. Если с ритуала прошло всего несколько минут и меня просто выкинуло из тела в результате побочных эффектов, то этот вопрос можно решить достаточно быстро. Но что-то мне подсказывало, что всё гораздо сложнее.

Дорога, начинавшаяся у городских стен, выглядела весьма плачевно. Разбитая до крайнего состояния колея уходила куда-то в поля. Рассвет раскрасил их яркими красками и стало понятно, что на дворе лето. А ещё я понял, что нахожусь гораздо южнее своей крепости. Ну и последним открытием стало то, что твари из западных земель перестали так сильно бояться солнечного света. По крайней мере, те две, что подняли головы над высокой полевой травой и уставились в мою сторону.

– Дерьмовое начало дня, – моментально узнав характерные гребни на головах обоих монстров и быстро оглядываясь по сторонам в поисках укрытия, пробормотал я. Сбежать от Гончих на открытой местности не смог бы даже адепт стихии воздуха.

Глава 4

Времени на принятие решения было критически мало. Секунд пять-шесть. До кромки леса я добраться не успевал. Сто метров моё новое тело не пробежит за несколько секунд даже по ровному полю. Переждать атаку монстров на дереве тоже не панацея, но гораздо интереснее схватки в открытом поле. По дороге бежать смысла нет. Если и имеется какое-то поселение неподалеку, то добраться до него я не смогу.

Самое неприятное в том, что Гончие никогда не ходили поодиночке. Минимум парами, но это в редких случаях. Обычно стая насчитывала пять-семь особей, а значит, где-то рядом могли скрываться ещё несколько противников. Это станет понятно буквально в течение пары мгновений.

Одна из тварей задрала к небу уродливую башку и издала хриплый стон. Вожак. Этот звук странным образом мог преодолевать огромное расстояние. Все члены стаи слышали его в радиусе нескольких километров. Оба чудовища, а следом за ними и я, прислушались к шорохам ветра в поле и кронах далеких деревьев. Ответного сигнала не последовало.

Гончие неспешно двинулись в мою сторону, а я медленно потянул из петли на поясе меч. Разум быстро просчитывал возможные варианты. Тактика атаки чудовищ была достаточно простой. Наиболее крупная особь атаковала жертву в лоб, а остальные члены стаи набрасывались со всех сторон. Этап с погоней за ослабленной добычей я сразу пропустил. Бежать ‒ глупо и гораздо опаснее, чем стоять на месте.

В левую руку взял обратным хватом один из кинжалов. Лезвие прижал к запястью, чтобы небольшой металлический шарик на рукояти смотрел в землю. Неприятно это признавать, но шансов у меня не очень много. Похожие на подгнивших волкодавов, твари были созданы для охоты. Это их стихия. Для одинокого путника подобная встреча означала гарантированную смерть.

Вожак чуть ускорился. Жилистые лапы оставляли в сырой земле следы, размером с тарелку. Чудовище чуть наклонило голову, выставив в мою сторону острый костяной гребень, и призывно зарычало. Вторая Гончая тут же сменила траекторию и пошла по кругу. Пришлось тоже наклонить голову, чтобы расширить угол обзора.

Времени на один удар. Перед глазами мелькнула схема строения противника. Сколько мы таких вскрыли, чтобы помочь парням из Стражи Границ? Десяток? Сотню?

Плавный шаг в сторону. Нога скользит по земле. Вожак упирается задними лапами в землю и прыгает. Костяной гребень на голове всего лишь обманка. Настоящая опасность исходит от передних лап. Вижу, как мгновенно вылезают длинные, ядовитые когти.

Доворачиваю корпус. Вкладывая всю инерцию тела, бью металлическим шариком в плечо старшего монстра и падаю на землю. Сверху проносится вторая тварь. Успеваю вскинуть меч, но клинок только скрипит по костяным пластинам на брюхе Гончей. В последний момент чуть меняю угол атаки и цепляю кончиком меча небольшой выступ под задней левой лапой чудовища.

Перекат.

На землю потоком льется черная кровь. Вожак поднимается с земли. Правая передняя лапа висит без движения. Я вдребезги разбил противнику небольшую косточку, под которой прятался нервный узел. Гончая пошатывалась от накатывающей волнами сумасшедшей боли, но всё ещё была опасным противником. За спиной билась на земле вторая тварь. Сдохнет в течение пары минут, даже если я ничего не буду делать.

Дыхание с хрипом рвется из груди. Всего пара примитивных атак, и я уже едва держусь на ногах. С этим определенно что-то надо делать. Понимаю, что состояние ухудшается, и удивленно смотрю на небольшую царапину, появившуюся на голом плече. Оскал вожака напоминает наглую улыбку. Он успел достать меня когтями задней лапы.

Отвечаю такой же усмешкой и бросаюсь вперед. Секунд двадцать у меня ещё было. Организм молодой, а рана небольшая. Может, и справится без помощи лекарей. Если меня не сожрут раньше. Бросаюсь вперед. Где-то в стороне слышится тяжелый топот.

Атакую слева, чтобы заставить противника опереться на раненую лапу, но тот взлетает в воздух и обрушивается на меня сверху. Успеваю вывернуть тело, чтобы тварь не выпустила мне кишки задними лапами, и засунуть меч в жадно щелкающую пасть. Слышу двойной резкий свист. Топот усиливается.

Вожак рычит. Из его пасти потоком льется вонючая слюна. Если попадет в глаза, то со зрением можно попрощаться. Руки слабеют. Сил хватает только чтобы удерживать меч, но клыки чудовища быстро приближаются.

Удар!

Монстр исчезает, а я качусь по залитой кровью земле несколько метров. Слышу басовитый рев и предсмертный вой Гончей. Хватаю горсть земли и быстро вытираю лицо.

В пяти метрах от меня мельтешит здоровенная волосатая задница. Её обладатель скачет на месте, превращая вожака Гончих в кровавое месиво. Хаграл! От облегчения едва не теряю сознание. Яд продолжает действовать, но тело ещё слушалось, а значит, были хорошие шансы выжить. Теперь уже реально хорошие. Глаза невольно закрылись, и я без сил рухнул на землю.

Хагралов дрессировали для войск Алаирской Империи с незапамятных времен. Здоровенные зверюги в две сотни интев весом могли спокойно везти на себе до пяти снаряженных бойцов. Толстый слой шерсти защищал этих животных от стрел, а спрятанные под кожей пластины брони могли выдержать даже удар из метателя огня. Лобовые атаки наездников на Хагралов не раз обращали в бегство войска Западной Марки.

Справа дохнуло жаром. Надо мной нависла огромная тень и мощное дыхание коснулось кожи на груди. Хаграл оглушительно фыркнул и толкнул меня мордой, едва не перевернув.

– Что у тебя, Юргас? – послышался сверху грубый мужской голос.

– Закончили, – отозвался с другой стороны довольным басом Юргас. – Как Алаир морского змея разделали. – У тебя что, Микад?

– Оборванец какой-то, – с сомнением ответил Микад. – Малыш говорит, что живой. Эй, пацан! Шевельнись, если меня слышишь.

Я вяло поднял руку и помотал ей в воздухе. Наездник спрыгнул со своего зверя и подошёл ближе. Я услышал скрип, а потом сверху хлынул поток вонючей жидкости. Ноздри тут же забила кислая вонь и я начал мучительно уворачиваться.

– Потом спасибо ещё скажешь, – хмуро произнес Микад. – Повезло тебе, малой, что мы рядом оказались. Если бы вожак Гончих не был ранен, то сидел бы ты уже в очереди на встречу с Алаиром. На вот, оботрись.

Воин сунул мне в руку какую-то тряпку и принялся остервенело тереть лицо. Раствор для обезвреживания западных тварей ‒ обязательная часть экипировки всех Стражей. Без него можно запросто потерять половину снаряжения уже после первого боя.

– Спасибо, – очистив лицо и глаза, произнес я. Рядом стоял усатый воин в травленой черной броне. На спине его Хаграла сидели ещё двое. Один держал в руках многозарядный арбалет, а у второго на коленях лежал метатель огня. Оба сидели на боевой платформе. Она располагалась чуть выше седла наездника, чтобы бойцы могли стрелять во всех направлениях.

Чуть в стороне стоял такой же зверь, но его всадники спустились на землю в полном составе и уже обрабатывали останки вожака. Один из них, по виду старший в группе, подошёл ко второй Гончей и присел рядом. Боец удивленно цокнул языком и покачал головой.

– И, правда, поцелованный Алаиром, – произнес воин и по голосу я понял, что это Юргас. Он был едва ли не больше дядьки Ивара из воспоминаний бывшего хозяина моего тела. Но Ивар уже был на этапе угасания, а этот человек находился в самом расцвете своих сил. – Что страх с людьми делает?!

– Что там? – с интересом спросил Микад и направился к дымящейся туше монстра. – Вроде Ригер хорошо пальнул. Шар ровненько лёг.

– Зря потратил заряд метателя только, – хмыкнул Юргас. – Пацан-то угрохал тварюгу.

– Врешь! – недоверчиво воскликнул Микад, а остальные члены отряда вытянули шеи, чтобы увидеть, о чём говорят старшие.

– Сам смотри, – пожал плечами Юргас. – Или я не провел два года при высоколобых, или этот мальчишка вскрыл твари главный кровяной канал.

– Он же снизу… – пробормотал Микад и, повернувшись, окинул меня долгим пристальным взглядом.

– Тварь прыгнула, – пожал плечами я. Воин выглядел очень опытным и я решил, что нет смысла что-то выдумывать. Его пристальный взгляд из-под густых бровей требовал внятного ответа. – Я упал и выставил меч. Он соскочил с пластины брони и ушёл в сторону.

– Повезло так повезло, – громогласно рассмеялся Юрагас. – Один подранок, а второго случайно убил. Может, его в Стражу возьмем, Микад? Будет нашим талисманом.

– Как звать тебя, счастливчик? – спросил Микад. Он ощупывал меня взглядом и пытался понять, вру я или нет. Я видел, что наездник мне не верит и мне непонятно ‒ почему. Как будто есть разница, как именно я убил монстра!

– Не помню, – совершенно честно ответил я и Микад бросил мимолетный взгляд на серебряную вставку своей перчатки. Видимо, там скрывался какой-то артефакт. Я попытался нащупать источник магии, чтобы понять, с чем имею дело, но только зря потратил время.

– Откуда ты здесь? – задал следующий вопрос Микад. Наша беседа всё больше напоминала допрос, и это начинало меня раздражать.

– Оттуда, – качнув головой в сторону поля за спиной, ответил я. – А в чем проблема? Или западные твари уже начали принимать обличье людей, что вы меня допрашивать решили?

– Ишь какой! – восхищенно цокнул языком Юргас. – Не деревня явно. Думаешь?

Вопрос был адресован Микаду, который задумчиво смотрел на меня. Я спокойно смотрел в ответ и ждал. Единственное, что мне абсолютно ясно – сейчас не лучший момент для того, чтобы задавать вопросы.

– Не знаю, – наконец произнес Микад. – Вряд ли. Амулеты молчат. Или пацан говорит правду или он маг выше пятого ранга.

– Малой, ты из города? – дружелюбно спросил Юргас. Он использовал другую тактику и вообще не смотрел на такую же серебряную вставку на своей перчатке. – Что там ‒ в курсе? Мы в авангарде идем. Надо проверить, что с местными. Никто из них не отзывается на связные артефакты.

– Я на стене был, – ответил я. – Очнулся после первой волны. Потом ветер поднялся и меня сбросило вниз.

Пластины в перчатках Стражей одновременно почернели. Всего на мгновение, но оба воина это моментально заметили. Микад подозрительно прищурился, а Юргас, наоборот, широко улыбнулся.

– Всякое бывает, – произнес Юргас. – Ты мелкий ещё. Вообще не понимаю, как тебя на стену взяли…

– Дядька с собой взял, – ответил я. – Он служил раньше.

– Понятно, – пару раз кивнул здоровяк. – Ты не переживай так, везунчик. Всякое бывает. Первый бой – дело страшное. Мало кто прежним остается. Я сам так вообще только на третий день вспомнить смог, что вообще было. Куда шёл-то?

– Туда, – махнул я рукой в сторону дороги. – Людей искал. Живых…

– Мы тут закончили, – крикнул один из бойцов, обрабатывавших тушу Вожака. Я заметил пару кожаных мешков с рунами укрепления на боках, которые были в руках Стражей. Видимо, что-то ценное после атаки Хаграла всё же осталось.

– Пора нам, – возвращаясь к своему зверю и по пути зацепив Микада, произнес Юрагас. – Командир доклад из города ждёт. Ты к родным топаешь, малой?

– Нет, – покачал головой я. – Не помню ничего.

– Ну, бывай тогда, – забравшись на спину Хаграла, махнул рукой здоровяк. – Пора нам. Монстров берегись. В той стороне чисто вроде. В трех милях отсюда деревня стоит. Холмовая. Там тихо всё – утром проходили.

Я всё ещё ощущал на себе подозрительный взгляд Микада. Наезднику что-то не нравилось, но спорить с Юргасом он не стал. Я осторожно поднялся и побрел в указанную Стражем сторону. По дороге нужно было обойти зверя Микада. Хаграл неожиданно шагнул вперед. Рядом оказалась здоровенная мохнатая морда и я, по привычке, почесал животному перегородку между ноздрями. Зверюга довольно булькнула и потянулась следом, но я уже ушёл дальше.

– Да брось, Микад! – донесся до меня голос Юрагаса. – Обосрался пацан на стене. С кем не бывает? Алаир его сберег, так не нам вмешиваться в его волю. Амулеты говорят, что он чистый. Чего тебе ещё надо?

– Странный он, – проворчал в ответ Микад. Я не останавливался и старался делать вид, что уже ничего не слышу. – Не нравится мне это. Местным приказали Ветер Перемен использовать. Значит, совсем хреновая ситуация была…

– Вот и посмотрим, – произнес Юргас и направил своего хаграла в сторону города. Микад забрался в седло, и я услышал удаляющийся топот. До линии деревьев оставалось около сорока метров, и это расстояние я преодолел с большим трудом.

Едва над головой появилась тень листвы, рухнул на землю и устало выдохнул. Невыносимо хотелось пить. От меня воняло раствором не хуже, чем от обработанного вожака Гончих. Тело болело и невыносимо чесалось. Я потерял один кинжал, но меч всё ещё при мне. Я даже успел стереть тряпкой с раствором разводы. Микад позаботился о моей коже, но до остального снаряжения ему дела не было. Штаны схватку с тварями не пережили. Ещё одна такая стычка и дальше я пойду совсем голым.

– Три мили? – в землю перед собой выдохнул я и упрямо поднялся. – Не так уж и много…

Решил, что дальше идти по дороге не стоит. Если основные силы Стражей двигаются с этой стороны, то я гарантированно их увижу. Судя по первой встрече, эти ребята не очень настроены на беседы с ободранными незнакомцами. Пара неосторожных вопросов и я мог встретиться совсем не с теми людьми, с которыми собирался. Глупо, конечно, что мне приходится опасаться людей императора, но выводы делать пока рано. Нужно больше информации.

Я двинулся параллельно с дорогой и старался держаться в тени деревьев. Вряд ли это обманет амулеты Стражей, но был шанс, что они не обратят внимания на одинокого человека. После нашествия монстров, многие выжившие спасались именно так. Поодиночке и группами пробираясь к уцелевшим поселениям.

Где-то через час я нашёл ручей и долго с наслаждением пил. Потом смыл с себя грязь и пот, превратившись из грязного голодранца в относительно чистого. В лесу было удивительно тихо. Животные очень чутко реагировали на появление западных тварей и старались убраться подальше. По-хорошему, людям стоило брать с них пример. Вот только бежать бесконечно ‒ невозможно. Орды существ, постоянно приходившие с земель Западной Марки, будут гнать людей до тех пор, пока последний из нас не утонет в восточном море.

В сознании постепенно складывалась картинка текущей реальности. Я заставлял усталый разум фиксировать каждую мелочь и любой увиденный факт, чтобы разобраться в происходящем. Снаряжение Стражей мне знакомо, значит, времени прошло не так уж много. Но точно больше, чем мне хотелось бы. Воины реагировали на появление тварей, как на что-то привычное и обыденное. Говорили о прорыве, но до моего ритуала прорывать было нечего. Граница Алаирской Империи представляла собой цепочку крепостей. Для чудовищ понятия удобных переправ и дорог не имели смысла. То есть, ритуал прошёл успешно.

Ещё через час далеко справа послышался топот. Я не стал приближаться. Судя по звукам, к городу шли основные силы Стражей. Шли кучно. Одной колонной. Значит, охота на отдельных тварей уже завершилась и дальше можно идти спокойно. Как я и думал, на меня не обратили особого внимания. Может, издалека проверили какими-то заклятьями, но узнать об этом я не мог.

Вскоре добрался до большого поля пшеницы, которое начиналось сразу за деревьями. Вдалеке поднимались над крышами домов струйки дыма. Поселение оказалось крохотным. Десятка два домиков, но для меня это было настоящим чудом. Еда, постель, сон, а главное – люди, с которыми можно нормально поговорить.

Невольно ускорил шаг. Чуть левее виднелась небольшая тропа через поле, и я поспешил к ней. По дороге внимательно изучал дома и прикидывал, чего можно ожидать от местных. Стражи должны успокоить жителей и подготовить к приходу беженцев. Может, даже дом для них уже выделили. Это было обычной практикой. Император щедро платил своим подданным за помощь пострадавшим.

Метрах в пятидесяти от крайнего дома я резко остановился и медленно поднял руки.

– Я бы не советовал этого делать, – глядя на здоровенный ком соломы справа от тропы, произнес я.

– А нам насрать, что ты там советуешь, щегол, – послышался в ответ сиплый голос. Из-за кучи вышел хмурый мужик с дубиной наперевес, но не он был главной моей проблемой. В поле находились ещё три человека и у двоих из них имелись луки. – Нам тут заразные не нужны. Стреляйте, парни, покуда этот голодранец не опомнился.

Глава 5

Алаирская Империя. Дворец Императора.

В коридорах дворца царила непривычная суета. Множество людей торопились выполнить свои обязанности и не попасть при этом на глаза Императору. Дворцовый комплекс занимал огромную площадь и со стороны похож на отдельный город. За последнюю тысячу лет добавился четвертый пояс защитных стен и множество новых строений. Ориентироваться в этом месте могли только опытные служащие и потомственные аристократы. Для всех остальных Дворец был настоящим лабиринтом.

На фоне общей суеты, пара прогуливающихся в обширном парке мужчин выглядела очень странно. Один из них уже довольно стар. Седая борода и массивная цепь с камнем силы невероятной чистоты, выдавали в нём мага. Его спутник одет в простой черный камзол без намёков на украшения. Только меч на поясе, который могли позволить себе в пределах дворца очень немногие, говорил о высоком статусе этого человека.

– Что думаете делать, господин Рикер? – негромко спросил маг. – Его величество в гневе. Он ждёт ваш отчёт.

– Он уже готов, архимагистр, – спокойно ответил Рикер. – Если бы не ваша просьба о встрече, то я был бы уже в покоях Императора.

– Вы мне льстите, герцог, – усмехнулся старик. – Ставить беседу со скромным магом выше воли правителя – это слишком даже для вас.

– У меня есть около часа, – улыбнулся в ответ герцог. – Господин сейчас принимает доклады от главы Стражи Границ. Вероятно, слушает очередные оправдания графа Бирса.

– У него есть все основания сохранить свой пост и голову на плечах, – ответил архимагистр. Пара мужчин миновала изящный фонтан и свернула в тень большой арки. – Ситуация вышла за пределы привычной. В этот раз атака монстров была невероятно мощной. Четыре Рубежа подверглись одновременной атаке. Четвертый не выстоял, и твари уничтожили целый город.

– Вы замечательно осведомлены о событиях этой ночи, господин Крей, – слегка кивнул герцог. Светский тон совсем не вязался с холодом во взгляде Рикер. Данные о подобных происшествиях первым делом попадали к нему на стол, и никто посторонний не имел к ним доступа. – Если быть точным, то город был уничтожен по вашему приказу. Артефакты Серой Стражи зафиксировали мощный выплеск маны во время штурма Светлого.

– Об этом я и хотел с вами поговорить, господин Рикер, – сделав вид, что не заметил предупреждения в словах собеседника, ответил маг. – Дело в том, что в этом городке находилось несколько моих подчиненных. Группа магистров должна была доставить мне один артефакт. Мы занимались его поиском последние триста лет. Этот предмет имеет огромную ценность для магической науки нашей Империи, и я отдал приказ магистру Вирону уничтожить его, если возникнет угроза со стороны западных чудовищ.

– Вы хотите сказать, что прорыв четвертого Рубежа связан с вашей находкой? – нейтрально уточнил герцог.

– Определенно нет, – улыбнулся архимагистр. – Просто неприятное стечение обстоятельств. Я бы не хотел, чтобы этот инцидент стал причиной гнева нашего повелителя. Дело в том, что городские маги сделали всё возможное для защиты города, но не смогли справиться. Атака оказалась слишком неожиданной и сильной. Использование ритуала последнего шанса было единственным разумным выходом, чтобы облегчить мучения жителей города. Я скорблю о каждом погибшем и готов назначить компенсацию от лица академии Виора всем пострадавшим или их родственникам, если те обратятся к представителям Императора.

– Это достойный поступок, – ответил Рикер, – но деньги не могут вернуть жизни погибших.

– Не только деньги, – возразил архимагистр. – Главная Академия нашей империи готова открыть свои двери для всех нуждающихся. Лекари и Менталисты окажут пострадавшим всю необходимую помощь, если они этого пожелают. Также мы готовы предоставить им временное жилье в предместьях столицы и достойную работу.

Герцог с интересом посмотрел на своего собеседника. Верховный маг империи занимал свой пост уже больше сотни лет. Этот человек всегда славился преданностью императорскому трону и требовательным отношением ко всем своим подчиненным. Но это была информация для обычных граждан Алаирской Империи. У Рикера имелся целый архив, который показывал архимагистра с другой стороны. И попытка откупиться от произошедшей катастрофы хорошо сочеталась с имеющимися в нём документами.

– Ветер Перемен не оставляет живых, архимагистр, – негромко произнес герцог. – Мы оба это знаем. Даже если кто-то выжил, он никогда не доберется до столицы, чтобы об этом сообщить. Ваше предложение очень щедрое, но им вряд ли кто-то сможет воспользоваться.

– Увы, но большего для жителей погибшего города я сделать не в силах, – вздохнул старик, и герцогу пришлось приложить определенное усилие, чтобы сохранить на лице невозмутимое выражение. – Выделенные средства будут ждать в течение пяти лет. Если никто не появится, то я верну деньги в казну академии. Я доложу императору о своём решении и о своей ошибке. Это будет справедливо. Единственное, о чем я хотел бы вас попросить, господин Рикер, это подтвердить мои слова. Как видите, я с вами полностью откровенен и не скрываю ничего.

– Что это за артефакт? – неожиданно спросил герцог и архимагистр недовольно поджал губы. Рикер умел задавать неудобные вопросы. Это был его личный талант.

– Вы отлично знаете, что сейчас магическая наука империи развивается огромными шагами, герцог, – спустя несколько секунд, произнес старик. – Мы добились огромных успехов в направлении повышения комфорта наших граждан и улучшения качества их жизни. Магические источники энергии на основе кристаллов монстров сейчас доступны многим жителям.

Рикер едва заметно усмехнулся, но перебивать собеседника не стал. Магия империи, по его личному мнению, находилась в глубоком упадке. Даже в семьях аристократов рождались маги с очень слабым даром. Многие могли использовать ману только с помощью кристаллов, которые добывали из крупных западных тварей. Те фокусы, о которых говорил маг, были всего лишь остатками от великого прошлого Алаирской Империи. В те времена, когда она простиралась на весь континент, имперских магов уважали во всех обитаемых землях.

– Пять тысячелетий назад наша империя понесла ужасную утрату и едва не была уничтожена, – продолжил тем временем архимагистр. – Орды тварей хлынули с территории Западной Марки и дошли до самой столицы. Нам ещё пять сотен лет пришлось вычищать свою землю, чтобы вернуться к прежней жизни. И всё это стало возможным только благодаря одному-единственному человеку. Хотя многие считали его живым воплощением Алаира.

– Спасибо за экскурс в историю, господин архимагистр, – нейтрально произнес Рикер. – Все мы прекрасно знаем историю герцога Миара и ценим его вклад в выживание нашей страны.

– Да… – мелко покивал старик. – Подумать только, что всего один человек сумел сделать столько всего на благо империи. А ведь он даже не был аристократом по рождению! Невероятная сила и воля! Благодаря созданной им великой преграде, император Аскир сумел собрать достаточно войск и отбросил чудовищ. Это было темное время, когда на переднем краю умирали лучшие воины и маги. Многое было утеряно тогда.

– Безвозвратно, – вынужденно согласился герцог. Величайший маг империи бесследно исчез в день проведения ритуала. Многие говорили, что Алаир забрал его к себе, но в подобное верилось с трудом. Человек, который разработал совершенно новый вид магии, не мог просто умереть.

– Так считают очень многие, – кивнул старик, и герцог внимательно посмотрел на своего собеседника. – Магия Осей, созданная герцогом Миаром, позволила магам империи раздавить Западную Марку и уничтожить орды прорвавшихся монстров. Проблема в том, что только сам создатель этого метода знал все нюансы работы с Осями. Дюжина его учеников, выполнив волю Миара, погибла во время массового вторжения. Остальные маги владели только отрывочными сведениями, которые так и не удалось свести в единую систему. Двести лет назад, в развалинах одной из первых крепостей у второго Рубежа были найдены записи шестого ученика Миара. Граф Маркус Силд писал, что его учитель вел подробный дневник со своими исследованиями. За годы практики, у него скопился целый архив. Мой предшественник расшифровал записи Маркуса до конца и нашёл место расположения архива герцога Миара.

– Для этого не надо было столько напрягаться, – улыбнулся Рикер. – Наверняка архив хранится в замке герцогства Миар. Там же, где был проведен ритуал создания великой преграды. Вот только герцогство осталось на другой стороне и полностью уничтожено. К тому же маловероятно, что величайший маг в истории империи хранил свои записи в обычной библиотеке.

– И тут мы подходим к сути нашего разговора, герцог Рикер, – кивнул старик. – Что, если я скажу вам о цели поисков группы магистров? Если вы узнаете, что им удалось найти артефакт, который служит ключом к архиву Миара? Что этот артефакт, магистры, рискуя жизнью, нашли на другой стороне стены?

– Поход, который начался два месяца назад, – тут же прищурился Рикер. – Три десятка магов разных рангов ушли на разведку западных территорий и вернулись только несколько дней назад. Они нашли ключ… И растревожили тварей на той стороне. Это из-за них были атакованы сразу четыре Рубежа. Вы хоть понимаете, сколько людей при этом погибло, архимагистр?!

– А вы понимаете, что они добились своей цели и вернулись с победой, герцог? – неожиданно резко ответил старик. Он перестал играть доброго дедушку и на мгновение показал своё настоящее лицо. – Мы можем получить доступ к магии Осей и уничтожить всю ту погань, которая лезет на наши земли уже пять тысяч лет. Миар бы так и сделал!

– Вместо этого он построил стену, – жестко произнес герцог. Разговор потерял последнюю видимость приличной беседы. Мелькавшие неподалеку люди старались убраться подальше, чтобы не стать свидетелями перепалки пары могущественных мужчин из ближнего круга императора. – Значит, у него были на это причины.

– С тех пор многое изменилось, – ответил маг. – Думаю, повелитель оценит возможность получить доступ к древней магии, которая в прошлом уже не раз спасала империю. Мой доклад будет следом за вашим, герцог. И я постараюсь дать господину максимум информации, чтобы он принял верное решение. Если вы не хотите остаться не у дел, то мой вам совет – передайте приказ своим ищейкам, чтобы они начали поиски ключа и доставили его во дворец.

– Хорошего вам дня, архимагистр, – слегка кивнул Рикер. – К сожалению, время нашей беседы подошло к концу. Меня ждет император.

– Я ищу зачарованный ларец, – в спину уходящему мужчине, произнес старик. – Серебро и дерево Кри. На крышке руна герцога Миара. Буду признателен вам за помощь в обнаружении этого артефакта, господин Рикер. Очень признателен.

*********

Алаирская Империя. Город Светлый.

Шесть сотен хагралов южного крыла Стражей Границ окружили поселение редкой цепью. Разведчики уже вернулись и принесли плохие новости. Выживших в городе не осталось. Использованный магами ритуал последнего шанса уничтожил тварей вместе с защитниками. Десяток магистров южного крыла отработали следы всех разбежавшихся монстров и сейчас они уже уничтожены. С момента прорыва прошло меньше суток, и это отличный результат. В другое время. Потому что в этот раз погибло просто чудовищное количество граждан империи.

– Даже идти туда не хочется, – проворчал одни из наездников и покосился на своих стрелков. – Может, запросим патруль территории. За стенами наверняка одни трупы. Слышали, что местные использовали?

– Ветер Перемен, – флегматично ответил один из бойцов. Он бережно чистил метатель огня и не обращал внимания ни на что вокруг. – Микад сказал, что центр городка превратился в руины. Повсюду скелеты людей, а камни красные от крови.

– Умеешь ты поднять настроение, Марик, – зло сплюнув в сторону, произнес наездник.

– Меня больше интересует, почему мы торчим снаружи, – произнес третий боец. – Командир ничего не говорил, Брис?

– Если бы говорил, то вы были бы в курсе, – ответил Брис. – Вроде ждут кого-то.

– Серых? – уточнил Марик.

– А шут его знает, – пожал плечами наездник. – Не наше это дело.

– И то верно, – кивнул Марик, но тут же добавил: – Кажись, дождались.

Со стороны северной дороги на поле вылетел десяток харсов. Крупные ездовые ящеры буквально стелились над землей. Эти зверюги бегали в три раза быстрее обычных лошадей и могли держать скорость целые сутки. Правда, жрали потом, как демоны из ледяного мира. На спинах харсов сидели люди в обычной одежде. Длинные серые плащи скрывали фигуру, но Стражи уверенно могли сказать, что доспехов на наездниках не было. Они в них просто не нуждались. Через пару секунд на груди Бриса ожил связной амулет.

– Выдвигаемся в город, – прозвучал из него немного искаженный голос командира крыла. – Сбор на главной площади. Первые четыре пера занимают стены. В течение часа к вам прибудет представитель Серой Стражи. К этому времени вы уже должны знать в деталях, что произошло на вашем участке.

– Что произошло… – проворчал Брис. – Прорвались эти твари, а местные старики не смогли их остановить. На кой хрен ещё и Серых к этому приплетать?

– Значит, есть смысл, – флегматично ответил Марик. – Двигаем в город, сержант? Раз на дозор договориться не успели.

Брис направил своего хаграла к ближайшим воротам. Разведчики открыли их заранее. Следом топали ездовые животные третьего пера. Харсы Серых пролетели через ворота, не останавливаясь, ненадолго опередив силы Стражей Границ.

Через несколько минут группа Бриса добралась до своего участка стены и спешилась. По пути они миновали пару кварталов и в полной мере оценили масштабы разрушений в городе. Разведчики не врали. Местами на стенах домов виднелись красные и черные пятна, словно кто-то плеснул на камни из ведра. Красные принадлежали людям. Черные – западным тварям.

Сама стена тоже была причудливо раскрашена черными разводами. Судя по размерам костяков, ядро тварей только успело перебраться через стену, и это очень странно. Потому что Ветер Перемен должны были использовать не раньше, чем твари доберутся до центра города.

– Наверх, – коротко приказал Брис и начал успокаивать нервно фыркающего хаграла. Обилие пролитой крови монстров беспокоило зверя, и он мог легко впасть в ярость. Вот только врагов вокруг давно не было.

– Что у вас? – поднявшись на стену, спросил наездник.

– От тел защитников почти ничего не осталось, – ответил Марик. – У тварей имелось достаточно времени, чтобы запастись дополнительным топливом. А так всё обычно. Первыми шли Грызы и Дрисни. За ними Жабы и Кузнечики. На этом участке работала полноценная рота с какого-то Рубежа.

– Почему так решил? – осматривая поле боя, спросил Брис.

– Тварей уложили очень прилично, – ответил Марик. – Да, Видар?

– Точно, – подтвердил третий член группы. – Даже странно для старичков. Наверное, благодаря ему.

Видар присел и осторожно коснулся тела какого-то воина в остатках черного доспеха. – Не повезло бедолаге. Кузнечик приземлился, судя по состоянию трупа. Кто-то из офицеров. Точнее не скажу.

– Этого хватит, – отозвался Брис. Он подошёл к двери, ведущей в башню, и попытался её открыть. Лежавшая рядом туша Жабы помешала это сделать, но упорствовать наездник не стал. Достаточно того, что внутри башни совершенно тихо. Тварей там точно не было.

Ровно через час на стену поднялись два человека в серых плащах. Капюшоны лежали на плечах и Стражи с удивлением поняли, что Серые достаточно молоды. Один вообще казался почти мальчишкой. Он направился осматривать стену, а его старший товарищ сразу подошёл к Брису, безошибочно определив главного в группе.

– Докладывайте, – негромко произнес Серый. Голос у него оказался совершенно безликий. Вроде бы понимаешь, что слова звучат четко, но уже через минуту вообще не можешь вспомнить, как именно.

– Атака произошла ночью, – привычно проигнорировав манеру Серого, ответил Брис. – На этом участке несла дежурство группа бойцов, которые раньше служили вместе. Командовал ими подготовленный офицер с возможностью использовать малые кристаллы. Авангард тварей прорвал заслон и хлынул в город. Потом на стены поднялось ядро волны. Удар ритуала последнего шанса застал крупняк у подножия стены. У меня всё.

– Ничего необычного не заметили? – уточнил Серый. Мимо прошёл его молодой напарник и ненадолго замер над телом человека в черных доспехах. Потом пошёл дальше и начал странно кружить возле входа в башню. Прошёлся несколько раз по одному и тому же месту, а потом вдруг подобрал с брусчатки меч и начал им размахивать.

– Разве что количество убитых тварей, – пожал плечами наездник. – Мои парни обратили внимание, что монстров уничтожили достаточно много. Больше, чем на соседнем участке. Что он делает?

– Значит, больше ничего, – не обратив внимания на вопрос Стража, кивнул Серый и повернулся к своему напарнику. – Что у тебя?

– Тут был мастер. Или кто-то близкий по уровню, – увлеченно размахивая мечом, ответил младший. Он упал на колени и сделал длинный выпад в сторону частично ободранной ветром туши Кузнечика. Проследив направление, Брис заметил в теле твари ржавый остаток стандартного армейского клинка. Потом странный парень подскочил и принялся осматривать труп Жабы. – Очень качественная работа. Не видел такого раньше.

– В башню заглядывали? – заметив, как его напарник начал ковырять дверь, спросил Серый.

– Мельком, – ответил Брис. – Там пусто.

– Уберите Жабу, – приказал Серый и как только его приказ был выполнен, зашёл в башню. Остальные последовали за ним и все вместе остановились на краю площадки. Некоторое время Серый молчал.

Гениально! – радостно заорал его напарник и унесся вниз по лестнице.

– Пусто, говоришь, сержант? – не оборачиваясь, холодно спросил Серый.

Глава 6

Алаирская Империя. Неподалеку от деревни Холмовая.

Десять метров до мужика с дубиной. Вдвое больше до ближайшего лучника и его напарника. Ещё один стрелок скрывался в траве на другой стороне тропы. Местные были хреновыми воинами, но неплохими охотниками. Прятались достаточно качественно. Если бы не вонь алкоголя, то я мог бы пропустить засаду.

На лице медленно появилась зловещая улыбка. Деревенские жители были крайне далеки от военного дела. Раньше убивать людей им явно не доводилось. Главарь защитников поселения неуютно дернул плечами и бросил быстрый взгляд в сторону ближайшего лучника. Это выдавало позицию стрелка с головой. Если бы у меня был доступ к мане, то жизнь затаившегося в траве человека на этом бы закончилась. Хотя, если бы я мог использовать даже самые простые заклинания, то вряд ли мог попасть в такую глупую ситуацию.

– Похоже, твои друзья никогда не стреляли в людей, – ровным и максимально спокойным голосом произнес я. Двигаться старался очень плавно и лишний раз не провоцировать противников. Нервы у стрелков могли сдать, и для меня это закончится весьма плачевно. Сейчас мне и одной простой стрелы хватит, чтобы сдохнуть. – Это требует определенной решимости. Не каждый готов убить случайного путника, который просто ищет ночлег и миску еды.

– Стреляйте уже, олухи! – уже не так уверенно выкрикнул мужик. Он пытался сохранить уверенный внешний вид, но даже алкоголь в крови не помогал это сделать.

– Я сейчас расскажу, что будет дальше, – негромко произнес я. Голос понизил специально. Это заставляло противников прислушиваться, и они частично теряли концентрацию, которой у них и так было недостаточно. – В деревне два десятка домов. Это около тридцати взрослых мужчин. Некоторые старые. Способных держать оружие в руках ‒ меньше половины. К поселку ведут штук пять тропинок и две большие дороги. У тебя в отряде четыре человека. Два пацана и один старик, которые съел на завтрак четыре головки лука. Дед добежать до места не успеет. Молодняк вряд ли попадет даже с двадцати метров в движущуюся мишень. Поэтому ты взял дубину, которую намерен пустить в ход. И уже потом зарезать чужака, чтобы подтвердить свой статус перед всей деревней.

Я внимательно следил за реакциями мужика и слегка корректировал фразы, в зависимости от выражения его лица. Подавляющее большинство привычных навыков было мне недоступно, но как разговаривать с людьми я помнил отлично.

– Это твой план, – продолжил я и медленно потянул из петли на поясе меч. – Но вот что произойдет на самом деле. Мальчишка справа слишком нервничает. Он выстрелит первым. Чтобы это сделать, ему придется подняться. Увидев промах, ты попытаешься меня оглушить дубиной, и я тебя убью. Потом доберусь до стрелка за твоей спиной. Он попытается убежать, потому что даже сейчас дрожит всем телом так, что над ним трясется пшеница. Пока дед заберет лук и прицелится, я буду уже рядом. Метну кинжал в спину убегающего и проткну мечом старика. Пацану на другой стороне тропы придется пройти через меня, чтобы вернуться в деревню. Поэтому он побежит в лес. И не факт, что сможет оттуда вернуться.

– Что тебе надо? – нервно спросил мужик с дубиной. Костяшки пальцев на рукояти его оружия побелели от напряжения, а всё тело напряглось перед броском.

– Я уже сказал, – резко меняя угрожающий тон и убирая меч, дружелюбно улыбнулся я. – Только кров на одну ночь и миска еды. Если ты так переживаешь из-за монстров, то скажу, что обработал тело раствором очистки. Никакой угрозы нет, и я не хочу вредить никому из вас.

С обеих сторон от тропы послышались вздохи такого облегчения, что их сложно было пропустить. Страх делал с людьми ужасные вещи. Иногда обычные граждане империи превращались в настоящих чудовищ, похлеще тварей с запада. Только чтобы выжить и заглушить свой дикий ужас перед неотвратимой смертью.

– Болтать все горазды, – всё ещё пытаясь сохранить лицо, проворчал мужик. – Откуда тебе вообще знать, сколько нас? В деревне ждет сигнала целый отряд. Только дернись, и мы будем гнать тебя по лесу, как дикого зверя.

– Да брось, Морок! – послышался из травы скрипучий голос. – Чего ты вообще взъелся на этого доходягу? Брага в голову ударила?

– Заткнись, Пекто! – рыкнул в ответ Морок. – Сначала у вас поджилки трясутся стрелу пустить, а потом вся деревня в тварей диких превращается! Кто тогда виноват будет?

– Ну, он же сказал, что обработал себя… – послышался с другой стороны голос одного из лучников. – Чего ещё надо?

– Чего надо… – проворчал мужик и, угрожающе взмахнув дубиной, грозно посмотрел на меня. – Место на сеновале у нас есть. Еды тоже дадим, как Алаир велел. Но в поселок с оружием тебе хода нет. Отдавай клинок. Ножик можешь оставить себе. Чай, не звери мы какие.

– Без проблем, – легко согласился я и, подойдя ближе, протянул Мороку свой меч рукоятью вперед. – Заберу перед уходом.

Спутники Морока поднялись из травы и торопливо пошли к нам. Я не ошибся. Лучниками оказались два пацана лет по пятнадцать. Следом за одним из них шустро ковылял ветхий старик. Я смотрел на приближающихся людей и растерянно качал головой. Вот так вот запросто покинуть позиции и подойти к вероятному противнику на расстояние удара… Пацаны даже луки закинули на плечи!

– Что со Светлым? – спросил подбежавший первым парнишка. Соломенные вихры закрывали половину его лица, и он всё время тряс головой, как раздраженный харс. – Ты же оттуда? Выжил кто? Может, видел тетку мою? Она зеленью торговала на центральной площади?

Поток вопросов немного дезориентировал. Я не сразу понял, что мальчишка говорит о городе. Зато теперь я знал, как он называется. Морок не торопился присоединяться к остальным и крутил в руках мой меч.

– Город уничтожен, – хмуро произнес я. И лица окружающих меня людей мгновенно помрачнели. – Твари прорвались за стену, и маги использовали что-то серьезное. Вряд ли там кто-то выжил. Мне жаль.

На глазах соломенноголового выступили слезы, и он быстро отвернулся, чтобы не выдать себя. Старик подошёл к мальчишке и похлопал его по плечу, пытаясь как-то поддержать.

– Твари… – выдохнул второй лучник и зло сжал кулаки. – Ненавижу! Вы как знаете, а я с первым же вербовщиком иду на Рубеж. Нельзя, чтобы эти чудовища ещё раз прорвались!

– Сколько таких уже уходило, – буркнул стоявший в стороне Морок. Мужик угрюмо смотрел в сторону погибшего города и качал головой. – Мои вот двое тоже… Справедливости хотели… Империю защитить… И где они теперь?

– Они же на одиннадцатом службу несут, – проскрипел Пекто. – Почитай другой край.

– С весны вестей нет, – тихо ответил Морок. – А тут ещё на четвертом такое…

– Идем в деревню, чужак, – произнес один из парней и тут же смутился. – Извини, ты не говорил, как тебя зовут. Имя есть?

– Ничего, – улыбнулся я и тут же попытался выжать из памяти моего нового тела необходимую информацию. От напряжения в глазах потемнело. Я прошёл по воспоминаниям немного дальше, чем в прошлый раз и сумел найти нужную информацию. – Можете звать меня Дир.

– Совсем мелкий, что ли? – удивленно произнес Морок. У него явно в голове возникло жесткое противоречие между тем, как я себя вёл недавно и прозвучавшим именем. Короткие имена давали детям по всей империи. Потом имя становилось длиннее. У аристократии всё ещё сложнее, и мало кто мог запомнить с первого раза все нюансы имен представителей знати. Там и предки учитывались, и статус и личные подвиги…

– Дирик можно, – невозмутимо ответил я. – Но друзья зовут меня Дир.

– Идем, Дир, – потащил меня в сторону деревни мальчишка. В противовес соломенноголовому, у этого лучника волосы были полностью черными и короткими. – Меня Джеро зовут. Я покажу тебе, где сеновал. Пока ещё никто, кроме тебя, не пришёл со стороны города, так что будешь один. Хотя теперь понятно почему. Стражи Границ утром были. Сказали, что тварей можно не опасаться. Полегло их много в Светлом. Всё благодаря магам. Говорят, орда огромная прошла. Если бы не благородные и Стражи, то крышка бы нам всем. Не сейчас, так через пару месяцев. Слава Алаиру, что смогли остановить чудовищ!

Джеро болтал без умолку. Видимо, сказывался пережитый страх. Парень вообще не нуждался в моих ответах и просто вываливал на меня горы информации. Полезной и не очень. А я, тем временем, просто кивал и внимательно смотрел по сторонам.

Деревня была предельно обычной. Одна улица. Небольшой вытоптанный пятак у самого большого дома. Остальные строения плотно прижимаются друг к другу бревенчатыми стенами, образуя подобие хлипкой стены вокруг поселка. На входе и выходе короткие вставки частокола и довольно крепкими на вид воротами. Местные жители могли защититься от случайной твари или лихих людей, но не более. Джеро провел меня через небольшую калитку во двор одного из домов. Внутри оказался приличных размеров сарай для скота и курятник.

– А мы тут перепугались все, как Стражей Границ увидели, – повернувшись ко мне, доверительно сообщил парень. – Они на зверюгах таких жутких ехали, что я даже подумал про монстров западных. Только потом увидел, что люди наверху сидят. Они нам сказали к обороне готовиться и место для пришлых подготовить.

– А чего тогда Морок на меня накинулся? – спросил я. – Раз вы людей из Светлого ждали?

– А кто его знает, – пожал плечами Джеро. – У дядьки Морока каждый раз такое случается, когда про тварей вести доходят. Ему как-то сын весточку передал, что у них на Рубеже новая тварь появилась, которая людей в монстров превращает. С тех пор и чудит дядька. Всё подвох ищет. Даже наших пару раз пробовал проверять. Как в Светлый ездил, так каждый раз флягу раствора с собой привозил от тварей. Все деньги на это дело спустил. А их у наших не так и много. Знаешь, пшеница из нашей деревни отменного качества. В городе её скупают на раз, но больше нам торговать особо нечем. А налоги ого-го какие. Но мы не жалуемся. Благодаря императору и графу Корсу живем спокойно и сыто. Если твари не одолевают.

– Графу Корсу? – уточнил я, пытаясь направить поток красноречия своего спутника в нужное русло. Мы миновали двор и вышли на улицу. Я заметил в окне дома бледное женское лицо, которое практически сразу исчезло.

– Конечно! Кому же ещё? – удивленно обернулся ко мне Джеро. – Графу принадлежит эта деревня, и целых три города. Ростер, Бирес и Светлый. Было три. Теперь два. Проклятые западные монстры! Стражи Границ наверняка уничтожат остатки города, чтобы зараза не прижилась в землях империи. Я слышал, что на севере именно так сделали пятьдесят лет назад, когда десятый Рубеж твари вынесли. Наверное, и раньше тоже так делали.

– Пятьдесят лет – большой срок, – внутренне похолодев, произнес я. – Маги императора могли что-то получше придумать за это время.

– Какое там! – отмахнулся парнишка. – За столько тысяч лет с появления стены ничего не придумали и не придумают уже, как по мне. Так и будем жить под страхом постоянных нападений тварей. Хорошо ещё, что Стражи Границ своё дело знают, и государь наш средств на Рубежи не жалеет. Там только лучшие учителя и воины. Лучшие маги. Коли отслужишь пять лет на Рубеже, то и сам станешь великим воином. Это почет и уважение. Налоги меньше и в дружину графа попасть можно. Я вот так и хочу сделать, чтобы не только на Рубеже, но и после империю защищать. Чтобы ни одна тварь не губила больше людских жизней. Они же настоящее… как это?

Разум фиксировал слова парня, а я пытался понять, что мне теперь делать. За столько тысяч лет… Я вообще сильно удивлен, что империя всё ещё существует. На момент начала войны с Западной Маркой, Алаирской империи было уже больше тысячи лет. Уже тогда возникали вопросы, которые могли привести к развалу огромного государства. Часть из них мне удалось решить ещё в зародыше, но далеко не все. Появление общей угрозы сплотило людей вокруг императора, но не до такой же степени!

Но хуже всего то, что я теперь вообще не понимал, с чего начинать. Глупо рассчитывать, что остался в живых кто-то из знакомых мне людей. Даже Вечный владыка царства Илиритов вряд ли протянул столько времени. Не факт, что само царство медиумов всё ещё существовало.

– Проклятье! – едва слышно выдохнул я.

– Точно! – радостно воскликнул Джеро. – Они настоящее проклятье наших земель! Забыл слово, представляешь? Вот если бы нашёлся кто-то, кто смог бы приструнить этих чудовищ! Говорят, что верховный маг империи способен на это. Мой дед говорил, что видел его в деле. Он метал молнии и крушил землю, когда на десятом твари прорвались. Только благодаря его помощи прорыв удалось остановить. Титул архимагистра, знаешь ли, не всякому дают, друг Дир.

– Да… – рассеянно ответил я. Особого удивления описания действий мага у меня не вызвали. Я бы даже сказал, наоборот. Зачем сильнейшему магу империи использовать примитивные молнии, если можно просто лишить тварей подвижности? Я знал десятки разных заклинаний, которые в разы эффективнее удара молнией. Но для деревенского мальчишки магия была вообще чем-то невероятным и сказочным. – Действительно… А кто он?

– Как кто? – озадаченно посмотрел на меня Джеро. – Верховный маг Алаирской империи. Его светлость граф Бирес. Архимагистр и глава столичной магической академии. Сильнейший маг современности, способный уничтожить целую орду чудовищ в одиночку.

– Понятно, – нейтрально произнес я. – Действительно сильный маг. Что насчет еды, Джеро?

К этому времени мы добрались до крупного строения, из которого вкусно пахло свежим сеном. Усталость последних суток начинала сказываться, и глаза начали слипаться. Эликсир бодрости или пара простеньких заклинаний могли убрать неприятную слабость в теле, но сейчас это лишнее. Да и не было у меня ничего такого. Сон ‒ идеальный период для работы со своим сознанием, и я планировал использовать это время по максимуму.

– Конечно, Дир! – спохватился парень. – Ты располагайся пока, а я сбегаю к тетке Метуле за похлебкой. Наши недавно добыли целое стадо косуль. Может, и мяса раздобыть смогу.

– Спасибо, – кивнул я и неспешно направился к узкой лестнице. Она вела на второй этаж громадного сарая, который был полностью завален сухой душистой травой. Второй ярус занимал две трети первого, чтобы можно было перекладывать сено, не выходя из-под крыши.

Лестница оказалась до ужаса скрипучей и неудобной. То, что нужно для спокойного сна. Пока не развил в тело до третьего уровня погружения, придется качественно подходить к выбору места для отдыха. Потом будет легче. Разум сможет контролировать окружающее пространство в пассивном режиме, и внезапного нападения можно будет не опасаться.

Забравшись наверх, ушёл в дальний угол и залез в кучу сена. Настроил себя на погружение в память своего тела. Пары урывков для понимания ситуации мало. Мне нужно узнать больше, чтобы иметь возможность ответить собеседникам хотя бы кто я и откуда.

Усталость в этой ситуации была даже плюсом. Не нужно будет дополнительно контролировать тело. Вот только организм не согласен с такой постановкой вопроса. Внизу послышались шаги, и в сарае появился одуряющий запах мясной похлебки.

– Ты где, Дир? Я еду принес! – громко спросил Джеро. У меня в желудке что-то оглушительно булькнуло, а рот наполнился слюной. Парень у дверей сарая громко рассмеялся и пошёл к лестнице. – Слышу, слышу! Держи!

Я мгновенно оказался у лестницы и забрал из рук Джеро объемистую глиняную миску. Она оказалась заполнена до краев, и на пальцы плеснул обжигающе горячий бульон, но я даже не поморщился. В этот момент я готов был пить похлебку прямо из миски.

– Не буду мешать, – весело произнес парень, протягивая мне деревянную ложку. – Тебе, наверное, надо отдохнуть с дороги. А мне пора обратно на пост. Морок уже матерится за стеной.

– Спасибо! – быстро кивнул я и вернулся в своё логово.

Парень ушёл, еда перекочевала в желудок и по телу начала разливаться тяжелая волна покоя. Она буквально втаптывала меня в сено. Со стороны могло показаться, что я стремительно вырубаюсь, но это не так. Я готовил себя к погружению. Все потребности закрыты и теперь можно сосредоточиться на работе. Первый уровень Кладовки планировал взять уже сегодня. Я зарылся поглубже, накинул на себя ворох сена и закрыл глаза. Первый этап займет часов десять. Пришло время узнать, кем на самом деле являлся владелец моего нового тела. Вот только моим планам не суждено было сбыться.

Глава 7

Стандартная методика внезапно дала сбой. Я был полностью уверен, что этот способ работы со своим сознанием доступен абсолютно любому человеку. Даже дети могли им пользоваться. По крайней мере, на первых трех уровнях. Дальше изменение сознания выходило на совершенно другой уровень, но это позже. Для первого этапа достаточно правильно настроить разум и создать несколько якорей в сознании. С концентрацией у меня всё отлично, но пройти дальше верхнего слоя не получалось.

Я видел только последние часы жизни парня, которого звали Дир. Видел, как он проснулся на чердаке бедного домика на окраине Светлого. У парня была мать, но её, скорее всего, уже не было в живых. Дядя Дирика отправил её в самое безопасное место, которое только могло быть в момент атаки монстров. Он не мог знать, что городские маги совершат массовое самоубийство.

Проблемы с погружением вызывали массу вопросов. Учитывая, что их и так немало – это немного раздражало. За моментом пробуждения Дира стояла плотная пелена, которая мешала мне продвинуться дальше. Она имела такой же оттенок, как и сияние той твари, что я увидел в пустоте. Теперь стало понятно, что я находился в холодном мраке очень долго. А вот как я там оказался, понять не удалось.

Мои личные воспоминания заканчивались на моменте активации ритуала. Судя по тому, что мне удалось вывернуть в реальность одну из Осей, и я, и мои ученики отработали отлично. Также я теперь знал, что империя пережила первое полноценное нашествие тварей и сохранила свою структуру. Что ещё?

Местный правитель был графом и имел собственное войско. Вряд ли большое, но точно хорошо обученное. Ещё были Стражи Границ и войска императора. Последние выполняли обязанности стражи в городах. Основные силы находились на Рубежах. Скорее всего, это те точки, где мои ученики выстроили опорные структуры. Без них вся моя затея обречена изначально.

По вариантам действий можно двигаться в двух направлениях. Попытаться выйти на контакт со Стражами Границ. Для этого достаточно вернуться в Светлый. Там сейчас должно быть много воинов императора и найти их не станет большой проблемой. Вот только что я им буду говорить? Что я тот самый герцог Миар, который несколько тысяч лет назад защитил империю от нашествия тварей? В лучшем случае, оборванного голодранца сочтут сумасшедшим. Я, конечно, мог подтвердить свои слова на реликвиях империи. Для них время не имело значения, и корона государя точно помнила мою ауру. Но взять её в руки мне вряд ли позволят.

Ещё у меня в запасе были знания из прошлого. Работа с физическим и энергетическим телом, структура и способы обучения магии Осей… Очень много всего. Очень много такого, что легко могло меня превратить в бесценный источник информации. Но становиться им я не хотел. Потому что это никак не поможет мне разобраться в ситуации. Ценность подобных источников зачастую измеряется их покорностью и желанием сотрудничать. Вряд ли что-то сильно изменилось за время моего отсутствия и высшие аристократы империи с радостью станут выполнять приказы безродного бродяги. Эти высокородные говнюки и раньше не отличались особой сговорчивостью, пока не получали по шее.

Второй вариант заключался в самостоятельном развитии. Он был очень долгим и довольно опасным. О каких-то дорогих зельях и личных тренерах говорить пока рано. У меня сейчас не имелось денег даже на еду. Всё, как в старые добрые времена…

Оказывается, иногда судьба делает очень забавные выверты. Задолго до того, как меня стали называть герцогом Миаром, у меня было другое имя. И тогда я начинал примерно в такой же дыре, только у меня даже меча не было. Так что сейчас я в отличном положении и с массой преимуществ. Осталось только понять, что за ерунда происходит с памятью моего нового тела и каким боком к этому относится первый убитый мной Кукловод.

Дальше тратить время на бесплодные попытки пробить пелену памяти я смысла не видел. На текущий момент для меня это невозможно. Раньше я был полностью уверен, что ничего невозможного не существует. Любые чудеса можно объяснить. Любые преграды снести, если у тебя достаточно маны и знаний. Всё остальное ‒ вторично. Маны у меня было меньше, чем у новорожденного Грида. Пока не решу этот вопрос, о памяти тела можно забыть. О памяти крови тем более.

Разум находился в состоянии полной концентрации, и мне достаточно сменить точки фокуса, чтобы переключиться на более насущные задачи. Если с памятью ничего не вышло, то стоило заняться структурой сознания. Сейчас она больше напоминала пленку из древесной шелухи, плавающую на поверхности глубокого озера. Где-то в центре этого образования светилось ядро моей личности. Старой личности, которая выглядела инородным образованием в теле мальчишки.

Связующие нити этого образования были достаточно прочными, но их критически мало. Я знал с десяток заклинаний, которые запросто могли обрубить эти каналы одним ударом. Так рисковать и снова возвращаться в холодную тьму мне не хотелось. Из монстров практически ни одна тварь не обладала серьезными магическими способностями, но далеко не всегда главной угрозой являлись западные твари. Среди людей тоже хватало неприятных личностей, которые с радостью использовали свой дар на более слабых сородичах.

Мне понадобилось несколько часов, чтобы создать три дополнительных якоря. На фоне основных они смотрелись детскими поделками рядом с работой опытного кузнеца. Сказывался недостаток маны и общая слабость организма. Достаточно развитое тело само цепко держится за разум. Поэтому истинных мастеров меча практически невозможно было взять под контроль даже опытным менталистам.

Ещё час я потратил на стабилизацию созданных якорей. Это отняло последние силы и, полностью измученный, я вывалился из медитации и крепко уснул. Настолько крепко, что утром следующего дня с удивлением увидел рядом с лестницей ещё одну миску похлебки.

В желудке разразилась буря возмущения, что еда стоит без дела, а я позволяю себе просто на неё смотреть. Ночные упражнения забрали все имеющиеся ресурсы тела, словно я вообще никогда не ел. Это был ещё один минус моего нового положения.

Из-за недостатка запасов маны в ход шли все имеющиеся средства. Первой организм использовал еду, потом наступала очередь жировых запасов и мышц. Если слишком перестараться или глубоко погрузиться в медитацию, можно запросто себя убить. Лишних запасов у моего поджарого тела не имелось и следовало соблюдать осторожность. Далеко на юге континента жили племена, где у магов недостаточно своей маны для ритуалов. Они компенсировали это обильной диетой и выглядели, как праздничные шары в дорогих одеждах. Я знал другой путь, но он требовал больше усилий, чем пара запеченных кабанчиков в день.

Где-то между этими размышлениями в моих руках оказалась миска с похлебкой. Магия была мне недоступна, но иначе как волшебством я это назвать не мог. Вторым чудом стал могучий скрип, когда ложка добралась до дна тарелки. Еда исчезла практически мгновенно и кваканье в животе сообщало, что пропала она в неизвестном направлении.

Снаружи послышались голоса. Я узнал Джеро и Морока. С ними шел кто-то третий, судя по манере речи, староста деревни или старший воин. Разобрать слова было трудно, но они постепенно приближались.

– Да спит он! Как вчера днем лёг, так и не просыпался, – уверенно произнес Джеро. – Я недавно в сарай заходил, чтобы еду оставить, так он даже не пошевелился. Думал, разбудить, но побоялся.

– И правильно сделал, – ответил Морок. – Пырнул бы тебя кинжалом и даже не поморщился. Не нравится мне этот пацан.

– Дирик ‒ нормальный парень! – возразил деревенский мальчишка. – Мы с ним по пути в сарай хорошо поболтали. Молчаливый только, но это разве беда?

– Ты когда трепаться начинаешь, даже у коров уши вянут, – рассудительно произнес третий гость. – Морок говорит, что сильно странный этот парнишка. И с мечом обращается лихо.

– Откуда ему знать? – удивленно спросил Джеро. – Дирик же мечом при встрече не махал! Мы всего не слышали, но он даже не грубил вроде, как графовы бойцы.

– Не грубил он… – проворчал Морок. – Ты его не слушай, Барис. У меня от одного взгляда этого пацана мурашки по коже. Чисто убивец из гильдии. Не иначе.

– Вполне может быть, – ответил Барис. – Обычные воины мечом владеть долго учатся. Мой кум до сих пор в младших подмастерьях ходит, а он уже, почитай, третий год на Рубеже. У настоящего мастера учится! Каждый день пот льет, чтобы науку воинскую освоить. Где там мальчишке с ним тягаться. Если и учили его, то только в гильдии. Там убивать быстро учат, но такой молодняк разве что пару стоек, да несколько ударов знает. Зато гонору на пятерых хватит.

Я неспешно поднялся и подошёл к лестнице. Сразу спускаться не стал и сел рядом, свесив ноги. Босые ступни холодил утренний воздух. За ночь я немного промерз и не прочь согреться. Но начинать разминку до разговора с местными жителями смысла не было.

– Доброго утра, господа, – когда троица гостей зашла в сарай и уставилась в мою сторону, произнес я. На лицах у всех совершенно разное выражение. Джеро радостно улыбнулся и помахал мне рукой. Морок подозрительно сощурился и внимательно осмотрел меня с ног до головы. Третий человек, оказавшийся мужчиной средних лет с густой бородой, оценивающе окинул взглядом мою расслабленную фигуру. – Благодарю вас за ночлег и еду. Рад, что на землях империи ещё не перевелись добрые люди. Могу отплатить за вашу доброту по мере сил.

– Складно говоришь, Дирик. – произнес Барис. – Из города?

– Да, – кивнул я. Скрывать очевидные вещи не было смысла, но стоило сразу обозначить границы любопытства деревенских. – Жил на Прохожей улице с матерью. Во время атаки тварей дядька взял меня на стену с собой. Там он и остался, вместе со своими старыми сослуживцами с Рубежа.

– А ты, значит, выжил… – задумчиво произнес староста. Наверное, всё же староста. На воина этот человек не очень похож. Пластика движений не та, да и взгляд выдавал привычку Бариса говорить с людьми, а не махать мечом. – Как же это получилось, если опытные ратники полегли все?

– Я в башне спрятался, – ответил я и слегка отвел взгляд. Изобразить стыд было не так уж сложно. Мало кто из новобранцев стойко переносил свой первый бой. – Оказалось, что сражаться на стенах не так здорово, как мне думалось.

– Кровь лить не языком болтать, – кивнул Барис. – Выжил и хорошо. Что дальше делать думаешь?

Люди внизу стояли, задрав головы. Уверен, это вызывало у них неприятное ощущение, и я решил спуститься, чтобы не провоцировать дополнительное напряжение. Если всё пройдет гладко, то я проведу в этой деревне ещё пару спокойных дней, немного приду в себя, а потом двинусь дальше. Делать в Холмовой мне совершенно нечего, а терять время не хотелось.

– Если позволите, подожду в вашей деревне ещё несколько дней, – остановившись перед старостой, сказал я. – Дождусь вестей из Светлого. Может, выжил кто из родных или знакомых. Я готов отработать еду и ночлег, если это необходимо. Нахлебником никогда не был и быть не планирую.

– Пара дней не срок, – покачал головой староста. – Бывало, что и через месяц кто-то приходил после прорыва. Но тут явно не тот случай.

– Почему? – спросил я.

– Обычно твари рассеиваются после прорыва, – ответил Барис. – Ищут малые селения, вроде нашего, или одиноких путников. Но тут орда прямиком на Светлый пошла, словно манил её кто. Может, кто из проклятых, не к ночи будь помянуты. Так что ждать тебе, Дирик, особого смысла нет, я считаю. Лучше сразу к новой жизни готовиться, да Алаира о милости просить. На моей памяти впервые целый город под чудовищами полег.

– Почему вы так уверены, что все жители погибли? – прямо спросил я. О том, что городские маги провели ритуал последнего шанса, я говорил вскользь, и это вряд ли могло стать аргументом для опытного старосты. Я предположил, что у него есть более надежные источники информации, чем одинокий бродяга. Подтвердить свои мысли можно было только одним способом. – Может, за стенами кто-то выжил. Не все же твари прорвались в город.

– Серые вчера проезжали, – хмуро произнес Морок, словно это что-то объясняло. Кто такие эти Серые ‒ я знать не знал. Поэтому пришлось изобразить на лице недоверие. – Карид своими глазами видел. Десяток харсов пронесся без остановок мимо деревни и на такой скорости, что рассмотреть наездников было невозможно. Только и заметили серые плащи на каждом.

– Так только Серые Стражи передвигаются, – взволнованно воскликнул Джеро. Для него это стало новостью едва ли не более интересной, чем для меня. – Я в Светлом один раз двойку видел. Лица, что твой камень. Ни одна мышца не дрогнет! Настоящие маги. Герцог Рикер только лучших к себе берет! Эх, жаль, у меня ни грана маны нету! А так бы тоже мог в тайную стражу империи попробовать поступить!

Я готов был искренне поблагодарить Джеро за его бесконечную болтливость. Сейчас она сыграла мне на руку и помогла определить ещё одну действующую силу Алаирской Империи. В моё время ничего подобного не было. Тогда император обходился своими войсками и коллегией магов-дознавателей. Этого вполне достаточно, чтобы найти виновного в подавляющем большинстве случаев. Но сейчас ситуация изменилась. Судя по реакции деревенского пацана, который бесконечно далек от дворцовых дел, вес у этих Серых Стражей очень весомый. Как и у их лидера – герцога Рикера.

Новое имя отправилось в Копилку. Позже можно будет добавить к нему новую информацию и собрать полноценный портрет организации, действующей от имени императора. Если с происхождением Серых всё ясно, то их связь с уничтожением города и уверенность старосты, остались для меня непонятными.

– Куда тебе! – рассмеялся Морок. – Туда и благородных-то не всех берут! Только те, кто могут без камней силы обходиться подходят. А ты даже светляка из камня вызвать не можешь!

– Может, проверка обычная, – бросил пробный камень я, и Барис покачал головой.

– Не того полета птицы, Дирик, – произнес староста. – Сам посуди. Орда в город пролезла, и ты сам это видел. Вчера Стражи Границ прошли, а значит, в округе тварей не осталось. Если бы двойка Серых прошла или четверка хотя бы, то, может, и обошлось всё в Светлом. А десяток герцог только на зачистку поселения отправить мог. Иначе не было нужды столько лучших магов в одно место отправлять. Так что погиб Светлый, а скоро и стен от него не останется. Придется нам до Калиры зерно возить, если граф позволит. До Биреса ближе вдвое, но там через Рыжий лес дорога идет. Вряд ли нам охрану выдадут. Тогда никакой выручки не хватит…

На лицах людей появилось мрачное выражение, словно над деревней нависла очень серьезная угроза. Что бы ни находилось в Рыжем лесу, встречаться с этим жители деревни не хотели. Я сделал ещё одну отметку в Кладовке и решил, что поговорю об этом с Джеро немного позже. Общительный парнишка вряд ли будет против поделиться информацией. Гораздо больше меня сейчас интересовал отряд Серых Стражей.

– Зачем какая-то зачистка, если город всё равно сровняют с землей? – удивленно спросил я. Возможно, староста что-то напутал. Одно дело – обработать поселение растворами, чтобы заражение не распространилось дальше. Для этого годились и обычные воины. Магов высокого ранга для этого привлекать не было никакого смысла.

– Ты в подполе, что ли, до прорыва просидел, Дирик? – озадаченно спросил Барис. – А вдруг в Светлом Проклятые промышляли? Или ещё кто тварей привлек? Вот разберут Серые город по камешку, проверят, чтобы никакой магии запретной не было, да возмущений стихийных, тогда и начнут зачистку.

– То есть… – стараясь не выдать своего напряжения, произнес я. – Они приехали изучать магический фон? Или как это называется?

– Может, и фон, – пожал плечами староста. – Мне-то почем знать? Одно точно известно, если в Светлом что-то странное произошло, Серые Стражи это непременно узнают и доложат герцогу Рикеру. А там уже не уйти виновным от казни.

– Почему сразу казни? – понимая, что в городе уже работает группа ищеек, спросил я.

– Положено так потому, – наставительно ответил Барис. – Эдиктом Императора. Ежели заподозрен будет кто в связи с Проклятыми, то подлежит немедленной казни. Каждый, в ком хоть искру западных тварей найдут, тут же убит должен быть на месте.

Я невидяще уставился в пространство перед собой, пытаясь понять, что мне делать с этой информацией. В это время, где-то на краю моего сознания широко скалился Кукловод, который вытащил моё сознание из холодного мрака.

Глава 8

Это откровенно хреновая новость. На момент проведения ритуала, контакты с западными монстрами ограничивались прямым боем. Ни о каких заражениях людей речи не шло. По всей видимости, за время моего отсутствия многое изменилось. Если твари научились заражать людей, то ничего удивительного в приказе императора не было. Может, где-то в глубинах магических академий и разбирали на части зараженных людей, но все жители империи обязаны убивать подобных существ при любом подозрении.

Уверен, в первое время после выхода этого указа, аристократы устранили массу неугодных личностей. Судя по спокойствию Бариса, действовало это распоряжение очень давно, и даже деревенские жители о нём прекрасно знали.

– Неужели такое возможно? – потрясенно произнес я, и мне даже не пришлось притворяться. Сам факт того, что кто-то из людей мог мутировать в чудовище, уже был ужасен. Это означало, что заражение западной части континента вышло на совершенно другой уровень.

– Ещё как! – охотно подтвердил Джеро. – Лет десять назад император целый род барона Ригхита вырезал. Наследник барона оказался слишком слабым, чтобы попасть в столичную академию магии и отец решил ему помочь. Заодно и свои силы увеличить за счёт запретных знаний. Серые Стражи опознали в баронете Проклятого и убили. А когда добрались до владений его отца, то выяснилось, что в подземелье замка уже созрело целое гнездо тварей. Шуму было! Ужас!

Парень рассказывал совершенно жуткие вещи с таким одухотворенным лицом, что мне захотелось ему врезать. Достичь могущества можно разными путями. В моё время некоторые маги заключали контракты с демонами ледяного мира, но это ни разу не закончилось ничем хорошим. Обычно я находил таких умников раньше и лишал головы. Однажды пришлось для этого закрыть портал в мир холода, чтобы демоны не смогли защитить своего повелителя. На том месте осталась настоящая стеклянная равнина. Может, и сейчас ещё есть.

– Ты вот что, Дирик, – произнес Барис, – подумай хорошенько о том, как жить дальше. В деревне можешь оставаться, сколько хочешь, но бездельников у нас не любят. Если решишь задержаться больше, чем на пару дней, то Джеро покажет тебе, где найти инструменты. Можешь работать в поле с остальными. Глядишь и приживешься.

– Спасибо, Барис. Я подумаю, – кивнул я. Предложение действительно было щедрым, но воспользоваться им я не мог. Уже сейчас меня тревожила мысль о том, что Серые могут найти в городе следы моего появления.

Как именно выглядел процесс переноса, я сказать не мог. Подобные ритуалы требовали тщательной подготовки и соблюдения множества условий. Пару раз я возвращал души из-за грани, но это единичные случаи, к которым мы готовились очень долго. Посреди поля боя провернуть такое б не под силу даже мне. Если только рядом не было подходящего артефакта и запаса зелий, которые стоили золотом по своему весу вместе с фиалом.

У пацана ничего подобного не имелось. Безделушку на груди за что-то серьезное я не считал. Родовые амулеты подобного типа всегда пользовались популярностью у простого народа и иногда даже работали. Если несколько поколений их обладателей искренне верили в ценность своего оберега.

Сильных магов я рядом тоже не заметил. Единственным, кто подходил на роль мага — командир дядьки Ивара. Но он, к моменту моего пробуждения, был безнадежно мертв. И причиной его смерти стал не сложный ритуал, а банальный Кузнечик.

Единственным, что меня обнадеживало, как бы странно это ни было, оказался Ветер Перемен. Ритуал последнего шанса не только уничтожал всё живое в зоне своего действия, но и перепутывал все магические потоки до состояния полного хаоса. Что-то разобрать в этом месиве можно только при огромном опыте. Если и имеется какой-то след переноса моего сознания, то найти его будет очень сложно. А вот с обычными следами дело обстояло значительно хуже. Меня могло оправдать только полное непонимание происходящего и серьезная угроза собственной жизни. Хотя, это вряд ли кого-то будет волновать.

Мозг начал судорожно перебирать события на стене. Барис попрощался и пошёл к выходу из сарая. Морок, который за весь разговор проронил всего пару слов, окинул меня недовольным взглядом и пошёл следом за старостой. Джеро хотел было что-то у меня спросить, но я его остановил.

– Мне нужно ещё полежать, друг, – произнес я. – Что-то голова кружится.

– Конечно, Дирик! – не стал спорить парень. – Я вечером тогда забегу ещё. Сейчас нужно на пост вернуться, а то за тропой только дед присматривает.

Голова действительно шла кругом. Если Ветер не уничтожил трупы чудовищ на стенах, то определить причину их гибели будет не так уж сложно. Я не сделал ничего необычного. Любой боец, который хоть немного разбирался в анатомии тварей, сделал бы то же самое. Уязвимые места есть у всех монстров и солдат обязаны были учить их использовать. А вот с Кротом дело обстояло хуже. Его однозначно найдут, и он точно не пострадал от заклинания городских магов. Это вызовет вопросы у Серых. Что будет потом?

Потом они пойдут по тоннелю и выйдут за стену. Там найдут следы всего одного олуха, который даже не удосужился их спрятать. Походят по развалам дохлых монстров и выйдут к дороге. Там я тоже наследил. Не просто наследил, а серьезно облажался. И пара дохлых гончих были тому реальным подтверждением. Найти разведчиков труда не составит, а там уже и до Холмовой недалеко. Если у Серых не полный завал в городе, то они уже едут в сторону деревни. Я бы на их месте точно поехал.

– Стоп, – едва слышно произнес я и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. – Ты не такая уж большая шишка. Подумай.

Я всё ещё пребывал в стойкой уверенности, что единственное подозрение в моём возвращении могло поставить на уши всю империю. Вот только при этом я считал себя верховным магом империи и благородным герцогом Миаром. А это было не так. Сейчас реален только тощий пацан из бедного района крохотного городка. Дирик. Даже фамилии у этого парня не имелось. Скорее всего, в документах имперской канцелярии я имел фамилию по названию города. Дирик Светлый. А этот мальчишка вообще никого не интересовал.

Я исходил из того, что Серые могли знать, но совершенно не думал о том, что они знают на самом деле. Город уничтожен. Твари мертвы. Защитники поселения тоже погибли. На стене лежит завал трупов. Время работает против слуг императора. Если слишком задержаться с зачисткой, то заразу будет уничтожить гораздо сложнее. Дел по горло. Среди массы трупов можно найти пару необычных, но разбираться с ними всё равно некогда. Вполне вероятно, что на убитых мной монстров вообще не обратят внимания. А если обратят, то могут посчитать жертвами капитана отряда защитников. У него было достаточно опыта, чтобы эффективно убить чудовищ.

Крот был проблемой, но тоже несильно выделялся на фоне отчаянной обороны города. Любой из защитников мог заглянуть в башню, а увидев там чудовище, использовать подвернувшуюся бочку, даже не заглядывая внутрь. А вот со следами в тоннеле и за стеной сделать уже ничего нельзя. Как и с памятью отряда разведчиков. Но все эти вещи ещё нужно связать вместе. А для этого нужен веский повод. И свободное время, которого у Серых сейчас нет.

Итог – прямо сейчас меня искать не будут, но задерживаться в Холмовой нельзя. Это ближайший к городу населенный пункт, куда меня направил отряд Стражей Границ. Если поиск начнется, то здесь искать будут в первую очередь.

Вывод – нужно сосредоточиться на восстановлении, собрать дополнительную информацию и уходить. Пока просто уходить, потому что конкретики всё ещё не было. В идеале, нужно сменить поселение. Ещё лучше – сменить статус и имя целиком. Пока не разберусь с влиянием Кукловода на моё сознание, любые контакты с магами империи или проверочными артефактами могут закончиться для меня очень печально. Даже огромный багаж знаний вряд ли поможет, если меня попытается убить группа солдат. Я и сказать ничего не успею.

Определение порядка действий всегда помогало мне снять напряжение. Были вещи, на которые я мог повлиять, и те, которые от меня не зависели. Если правильно провести границу, то эффективность сильно возрастет.

С Кладовкой я зашёл в тупик. Следующей на очереди была работа с новым телом. Нужно понять границы возможного и потенциальные зоны наиболее быстрого развития. Желательно, не в процессе боя, а в спокойной обстановке. Как сейчас.

Я ушёл в дальний угол сарая. Сено навалено огромной горой, но не вплотную к стенам строения. Небольшого пятачка свободного пространства достаточно, чтобы провести короткую разминку и оценить уровень развития тела.

Всего таких уровней я выделял десять. Методика называлась путь Риит-Гар. Название и некоторые моменты взял из боевой системы Илиритов, а остальное придумал сам и доработал под человеческую расу. Суть состояла в полном контроле над собственным телом и его возможностями.

На первом уровне адепт становился более выносливым и сильным. На десятом мог полностью контролировать процессы в своём теле и мозге. Между первым и последним рангом была пропасть длиной в целую жизнь. Некоторым и этого не хватало. Мне хватило десяти лет. Даже возникла мысль, что можно оформить одиннадцатый уровень, но до него я так и не добрался. Теперь всё придется начинать заново.

Я сел на пол и начал мысленно прощупывать мышцы. Напрягал и расслаблял их одну за другой, пока не добился полного взаимодействия. Только после этого можно начинать. Мало кто знал, но люди часто использовали своё тело, даже не задумываясь, как оно работает. Чтобы идти или дышать, использовалось огромное количество мышц и энергии. Контроль над этими процессами позволял получить удивительные результаты даже без зелий и эликсиров. Вот только это было долго, а ждать никто не любил.

Поднявшись, попытался принять базовую стойку Риил-Гар. Разум отлично помнил, что и как нужно делать, но в реальности всё оказалось гораздо сложнее. Мне недостаточно помнить. Нужно научить новое тело выполнять базовые упражнения с нуля. Дирик действительно оказался учеником простого солдата и вообще ничего не знал даже о базовых правилах Риил-Гар. В моё время эта практика входила даже в курс новобранцев и ополчения империи.

Несколько попыток завершились грандиозным провалом. Ноги становились не туда, а руки держали неверный угол. Каждый раз ошибки были разными и это неимоверно бесило. Я внезапно сам стал нерадивым учеником, который не мог выполнить даже самые точные указания учителя.

После часа мучений, смог принять правильную базовую стойку и тут ощутил, как поток энергии тела становится почти осязаемым. Это лучший признак того, что я на верном пути. Использовать эту энергию для создания заклинаний ‒ невозможно, но этого и не требовалось. На текущий момент мне достаточно того, что на этом пути внезапных препятствий не предвидится. По крайней мере, на первых этапах. Дальше я пока не заглядывал.

Следующую пару часов потратил на оттачивание основы Риил-Гар. Решил сразу не требовать от себя многого и просто повторял базовые упражнения. Открытие доступа к первому уровню при таком темпе было не за горами. Ещё сто литров пота и я буду у цели.

Когда ноги начали гудеть от усталости, а руки уже с трудом поднимались, сделал небольшой перерыв и решил прогуляться по деревне. Вряд ли найду что-то интересное, но для меня важна каждая крупица информации.

На единственной улице было пусто. Скотины в Холмовой не так уж много, но за стенами то и дело слышалось мычание коров и какая-то возня. Заборы почти незаметны и больше напоминали обычные ограды для домашней птицы. Своим в деревне доверяли, а вот внешнему миру ‒ не особенно.

Я добрался до главных ворот, которыми заканчивалась улица, и ощутил на себе несколько любопытных взглядов. В тени сидела троица крупных мужиков. Ребята крепкие и явно привыкшие к тяжелой работе. Им было откровенно скучно, потому что охранять ворота они считали несусветной глупостью. Мне для того, чтобы это понять, даже не надо с ними разговаривать.

– Доброго дня, стражи! – с улыбкой произнес я. – Как ваш дозор? Не появлялось ли тварей поблизости?

– А тебе что до этого, пришлый? – с издевкой спросил один из мужиков. – Или удачи в охоте поискать решил? Ножиком своим монстров щекотать будешь?

У каждого из охранников деревни за поясом заткнут топор, а у стены рядком стояли рогатины. Вот только ни то, ни другое боевым оружием никогда не было. Мой кинжал ‒ гораздо более полезная вещь, чем рабочие инструменты деревенских громил.

– А если и так? – улыбнулся я. – Щекотки все боятся. Главное ‒ правильное место найти.

– Не так ты страшен, как Морок болтал, – проворчал другой мужик. – Вчера вечером все уши прожужжал, что злыдень какой-то в деревню пробрался. Пацан как пацан. Чего по улице шастаешь?

– Барис не выделил мне место дозора, – ответил я. – Сказал, что могу пару дней ничего не делать. Но я так не хочу. Решил прогуляться и дело для себя поискать.

– Слушай, а ты ведь правильно сделал, что сразу к нам подошёл! – одобрительно прогудел первый мужик. – Меня Сидар зовут. А ты у нас будешь…

– Дирик, – подсказал я.

– Вот что Дирик, – чуть наклонившись вперед, произнес Сидар, и на меня пахнуло густым запахом чеснока и кислого пота. – Народу у нас тут не так много, а дел навалом. Если решил себе работу поискать, то я тебе помогу. Ты за меня до вечера на воротах постоишь, а я за тебя словечко замолвлю перед нашими. Глядишь и переберешься из сарая своего в нормальный дом.

– Идет, – ни мгновения не раздумывая, ответил я. Более удобного случая поболтать с местными искать было глупо.

– Сидар, ну ты и ушлый засранец! – возмущенно рыкнул второй мужик. Он попытался придумать хоть какой-то аргумент, чтобы занять место находчивого товарища, но не смог.

– А ты от Алаира милости не жди, Карад, – засмеялся Сидар и хлопнул меня по плечу. – Сам жизнь свою за нитку держи. Принимай пост, Дирик. Вечером увидимся.

Вот только уйти предприимчивый мужик не успел. За воротами послышался далекий топот, и вся троица тут же насторожилась, а потом полезла на специальные ступени, чтобы выглянуть за ворота. Я решил присоединиться к стражам деревни и забрался следом.

Сразу за воротами начиналась дорога, видимо, та самая, что вела в Светлый. Она делала петлю вокруг Холмовой и уходила дальше. На границе поля начинался лес и там виднелся перекресток. Топот доносился от группы всадников на чахлых лошадках, которые торопились куда-то по своим делам. Я заметил блеск брони и шлемов, но на Стражей Границ эта группа не походила. Скорее, на представителей какого-то бедного гарнизона.

– Жиград едет, – приставив ладонь козырьком ко лбу, сообщил Сидар. – Видать в этом году раньше будет.

– У него с Барисом договор, – ответил Карад. – В этом году наборщиков у нас не будет. А то много слишком молодых да глупых. Только и думают, как будут деньги на Рубеже грести. Будто не знают, что оттуда только каждый третий возвращается.

– Договор договором, а после прорыва всякое может быть, – рассудительно ответил Сидар. – Если приказ придет, то Жиград весь молодняк выгребет. Дыру на Рубеже надо же кем-то затыкать? Поди и не только стена рухнула. Может, ещё и поселение всё твари проклятые вычистили. А там ведь мастера и семьи офицерские. Да и с обычными бойцами нередко жёны идут. Контракт на пять лет ‒ не шутка. Хорошо ещё, что проверка на проклятое семя сложная и дорогая. А так бы вообще всех подряд гребли.

– Может, так и будет, – хмуро произнес молчавший до этого третий стражник. – С других рубежей гарнизоны снимут, чтобы дыру закрыть, а все пополнение на седьмой отправят. Там никакие проверки не делают. Выжил первый месяц – молодец.

– Чтоб тебя Алаир испепелил, Ридра! – зло прошипел в ответ Сидар. – Если по-твоему будет, то плач на всё графство поднимется! На седьмом Рубеже больше года вообще никто не выжил! Слава Алаиру, что из наших краев никого туда не отправляют!

– Потому и говорю, что проверки там не делают, – пожал плечами Ридра. – Они до трех месяцев идут. До этого только половина пополнения доживает.

Я делал вид, что усиленно рассматриваю удаляющийся отряд наборщиков, а сам внимательно слушал разговор стражников. Похоже, первый вариант смены статуса у меня уже появился. Осталось найти способ встретиться с этим Жиградом и договориться о конкретном месте службы.

Глава 9

Отряд наборщиков скрылся в лесу, но спускаться с наблюдательного пункта никто не торопился. Даже Сидар забыл о своих неотложных делах и внимательно смотрел на дорогу. Чего ждут местные ‒ я не понимал, но лезть с расспросами не стал. Потому что сам в это время смотрел на другую ветку дороги, которая вела к Светлому. Там земля вытоптана по обеим сторонам, словно места на дороге не хватило. Такую просеку могли оставить за собой только Хагралы. Здоровенные кучи зеленого навоза подтверждали моё предположение. Вот только животных было гораздо больше, чем я видел в отряде разведчиков.

– А куда этот Жиград поехал? – спросил я. – Город же в другой стороне…

– А что наборщику делать в мертвом городе? – вопросом на вопрос ответил Сидар. – Ему же новобранцы нужны. Так что в Болотину он поехал. Будет там несколько дней народ трясти. А с развалинами Стражи будут разбираться. Это не его забота.

– Наверное, кто-то из Стражей Границ уже добрался до Светлого, – нейтрально произнес я. – Или они по лесам ещё рыскают?

– Вчера ещё добрались, – хмуро произнес Карад. – Днем целое крыло мимо прошло. Я столько хагралов за раз никогда не видел. Жрут эти твари немеряно. И чем только их кормят?

Крыло было стандартным боевым соединением Алаирской Империи. Его ввели ещё задолго до того, как я появился на свет. Покровителем государства считался бог света и правды рукокрылый Алаир. По легендам, у этого существа имелось двенадцать крыльев, в каждом из которых по двенадцать сияющих перьев. Каждое перо являлось отдельным отрядом. Где-то в них входили всего три-четыре бойца, а где-то по несколько тысяч. Стражи Границ, судя по тому, что я видел, относились к элитным войскам. Значит, крыло насчитывало до тысячи бойцов. Такого количества опытных воинов вполне достаточно, чтобы быстро устранить все последствия атаки чудовищ.

Разум тут же пересчитал ситуацию с учётом новой информации. Мне приходилось постоянно контролировать этот процесс, добавляя специальные формы. На первом этапе развития Кладовки таких форм было больше, чем пользы от анализа. С этим приходилось мириться, потому что дальше пропорции постепенно менялись.

– Пойду я, – спохватился Сидар и спрыгнул на землю. – До вечера, мужики. Не скучайте!

– Засранец, – проворчал Карад. – Всегда найдет способ выкрутиться…

– А что плохого в страже? – спросил я. – Дело-то важное! А вдруг тварь какая из леса вылезет.

– Смешной ты, Дирик, – хмыкнул Ридра. – Будто мы с этой тварью сделать что-то сможем! Хорошо, если предупредить баб успеем, чтобы малышню попрятали. Это в городе ветеранов и магов много было. А у нас люд простой. Только на графа да императора и остается надеяться.

– А почему войска графа не пришли на защиту города? – воспользовавшись случаем, решил спросить я. – Это ведь его прямая обязанность. Он же налоги собирает и вообще…

Карад с сомнением посмотрел на меня, и я понял, что задал очень странный вопрос. Хотя сам я ничего такого не заметил. Любой аристократ обязан защищать выделенные ему императором земли. Уверен, в этом ничего за прошедшее время не изменилось.

– Ты точно из Светлого? – после долгого молчания, спросил Карад.

– Ну да, – кивнул я.

– И не знаешь, что граф в наших краях только раз в год бывает? – задал следующий вопрос охранник деревни.

– Ну… – протянул я, судорожно соображая, как объяснить собеседнику, почему я не знаю таких простых вещей. – Одно дело, редко в своих владениях появляться. И совсем другое, когда сигнал о прорыве пришёл. Я бы вот на его месте сразу всех солдат своих взял и на защиту города отправил. А может, и сам бы пришёл.

– Но ты не на его месте, – усаживаясь на прежнее место в тени стены, проворчал молчаливый Ридра. – Его сиятельство, может, и вообще не в курсе, что у нас такая беда приключилась. Новости они, Дирик, до столицы долго идут. А уж про то, что граф сам на стены полезет, так вообще смех один.

– Но ведь он же аристократ, – возразил я. – Сильный маг с потомственным даром и артефактами. По правилам благородных родов…

– Тебе-то откуда знать, что в тех правилах написано, парень? – покачал головой Ридра. – Или ты сам из аристократов? Может, видел те правила или сам магичить умеешь?

– Наш владетель ‒ хороший человек, – немного опередив меня, произнес Карад. – Только мот знатный. В столице уже который год живет. Знакомая моей золовки из Болотного говорила, что в родовом замке уже все стены ободрали. Ни картин, ни мебели почти не осталось. Столица жрет денег немерено. А благородные пуще смерти боятся пред остальными опозориться. Нет для них хуже зла, чем бедным показаться. Зато простых людей граф не гнобит и до последней нитки не обдирает. Может, поэтому и бедствует, но то пусть уже Алаир судит. Нам от этого только лучше.

– Это точно, – кивнул Ридра. – У барона Кридла недалеко от нас четыре деревни. Так в них люди с хлеба на воду перебиваются. И девок барон портит без счету. Так что дай Алаир здоровья графу, чтобы подольше он под небом ходил.

В этот момент мне стало понятно, что жизнь аристократии не особенно изменилась. Кто-то продолжал кутить в столице на все доходы и наследство прошлых поколений, кто-то развлекался в своих владениях всеми доступными способами, а кто-то воевал. Последних, как это обычно и бывало, считали безумцами и идиотами.

– И то верно, – произнес я. – А если вторая волна тварей прорвется?

– Сплюнь! – резко ответил Карад. – Не было такого никогда, чтобы твари дважды один рубеж за такое время атаковали. Кроме седьмого. Там вообще постоянно чудовища в стены бьются, как волны в реке.

– А почему? – спросил я. Мои расчёты были абсолютно точными. Распределение точек нагрузки позволяло минимизировать давление на Ось. Если бы я ошибся хотя бы на десяток гранов, то стена разрушилась бы сама в течение первого года. Значит, дело не в магическом фоне. У тварей имелась какая-то причина атаковать именно седьмой Рубеж, и у меня появился шанс узнать, почему они это делали.

– А кто его знает, – пожал плечами Карад, одной фразой разрушив все мои ожидания. – Может, нравится им там, а может, логов много слишком. Тварей-то на седьмом убирать не успевают. Никакого зелья на них не напасешься. Вот и становится их больше и больше с каждым годом.

– Понятно, – разочарованно вздохнул я. Видимо, придется искать ответы в другом месте. Но это однозначно стоит сделать раньше, чем я попаду на Рубеж.

А я однозначно должен туда попасть. Это решение я уже принял. Несмотря на внешнее безумие, оно было оптимальным для меня во всех отношениях. Чтобы становиться сильнее и качественно развиваться, нужно учиться у лучших или в самых сложных условиях. Смертность на седьмом была просто невероятной, и это отпугивало многих. Они просто не понимали, какие потрясающие возможности при этом открываются.

Я не верил в то, что вчерашних новобранцев сразу бросают в бой. Это непростительная трата человеческих ресурсов. Подготовка не могла быть долгой, об этом прямо сказал Ридра. Значит, мастера на самом опасном участке обязаны иметь высочайшую квалификацию. Иначе они просто не успеют ничему научить новичков. Ещё одним несомненным плюсом был свободный или почти свободный доступ к крайне ценным ингредиентам, которые добывались из западных тварей. Большая часть эликсиров развития, которые я знал, строились на потрохах разных монстров.

До катастрофы в Западной Марке, подобные составы стоили заоблачных денег. Ими могла пользоваться только высшая аристократия империи и гвардия государя. Одно снежного грилла можно было выслеживать больше года, а потом ещё ждать нужной фазы для переработки его желез. А монстры с запада несли в себе готовые ингредиенты.

В первые годы алхимия в империи взлетела до небывалых высот. Большая часть регулярной армии прошла обучение первым уровням Риит-Гар, каждый второй солдат получил доступ к эликсирам развития. Только благодаря этому удалось отразить первое нашествие тварей. Почему этого не делали сейчас ‒ я не понимал. Но мог выяснить прямо на месте.

– Жарит сегодня знатно, – после недолгого молчания произнес Карад. Ему было скучно, а тема предыдущего разговора исчерпала себя. Вернее, я не хотел её развивать дальше, потому что это могло вызвать массу ненужных вопросов у стражников. – В полдень придется до колодца идти. Своей воды точно не хватит.

Ридра ничего не ответил. Я тоже. Карад недовольно посмотрел на нас и достал из-за пояса топор. Пару секунд на него смотрел, а потом подкинул в воздух и поймал за рукоять. Я с минуту наблюдал за нехитрым развлечением нового знакомого. Судя по движениям, сражаться Карад не умел. Несмотря на внушительные размеры, серьезным противником я его не воспринимал.

– Хорош выпендриваться, – лениво проворчал Ридра. – Я эти твои трюки видел сто раз уже. Лучше бы топор наточил.

– Лучше бы ты свои советы при себе держал, ворчун, – хмыкнул в ответ Карад и, ловко перехватив оружие за самый конец рукояти, швырнул его в сторону. Раздался мощный стук. Я повернул голову и увидел, что топор торчит из массивной колоды в десятке метров от нас. – А мой топор твоему не чета. Настоящий металл из городской кузни. Видал, что могу, Дирик? Вас, поди, такому в городе не учат.

– Не учат, – подтвердил я. Спорить с деревенским жителем мне не хотелось. Более идиотского поступка, чем выкинуть в бою своё основное оружие, я даже представить не мог. Даже если противник всего один, придется идти забирать топор, рискуя напороться на внезапный удар. Если врагов было несколько, то всё обстояло ещё хуже. Однако Карад вопросительно смотрел на меня, в ожидании какой-то реакции. – Здорово метнул! Давно тренируешься?

– Недавно, – отчаянно стараясь сохранить лицо, соврал Карад. – Как-то само получается.

Я чуть не рассмеялся. Если бы что-то подобное выкинул Джеро, то вопросов бы не возникло. Но видеть такое поведение от взрослого мужика ‒ очень странно. Карад искренне гордился своим умением и явно демонстрировал его при любом удобном случае.

– Спорим, что не сможешь повторить? – тут же произнес он, видимо, посчитав моё восхищение недостаточным.

– Я не люблю спорить, – улыбнулся я.

– Особенно когда знаешь, что проиграешь, – рассмеялся Карад. Наверное, подобные штуки отлично работали на его деревенских друзьях, но я давно привык к гораздо более сложным манипуляциям со стороны собеседников. – Из наших только Морок смог повторить. Да и то не с первого раза.

– Морок тоже молодец, – кивнул я. – И ты молодец. Очень красивый навык и абсолютно бесполезный.

– В смысле, – нахмурился Карад. Ответная шпилька знатно задела здоровяка, и он приготовился отстаивать свою правоту. На лице Ридры я заметил едва заметную улыбку. Этот молчун был гораздо более интересным, чем мог показаться. – Раз не можешь повторить, то и говорить с тобой нечего.

– Малой дело говорит, – неожиданно произнес Ридра.

– Да чтоб вы понимали! – обиженно фыркнул Карад. — Я как-то слышал, что голова Гончей не намного прочнее коровьей. Так я своим броском череп быка в дребезги расшибаю! Ридра, помнишь, у Кализы бык был? Вот на его черепушке я своё умение и опробовал!

– Гончие никогда не ходят по одной, – флегматично ответил Ридра, и я с новым интересом посмотрел на этого человека. – Тебе вообще повезёт, если замахнуться успеешь до того, как тебе кишки выпустят.

– Ой, да тебе-то откуда знать?! – возмущенно отмахнулся Карад. – Или ты Гончих видел до того, как к нам пришёл?

– Может, и видел, – пожал плечами Ридра.

Карад не нашёлся, что ответить, и угрюмо протопал к колоде. Пару секунд пыхтел, вытаскивая топор, а потом подошёл ко мне и сунул оружие в руки.

– Метай, – произнес он. – Если в колоду попадешь хотя бы, то я до колодца иду. Если промажешь, то идешь ты.

– Я не люблю спорить, – спокойно выдержав недовольный взгляд мужика, повторил я. Карад неожиданно набычился, словно почувствовал угрозу в моих словах, но отходить не стал. Так и стоял надо мной, как тень Алаира над грешником.

– Брось ты уже этот топор, Дирик, – проворчал Ридра. – А то он не отстанет. Тебе и так, и так идти за водой, как новенькому. Если проиграешь, то ничего страшного. Если выиграешь, то сможешь посидеть в тени подольше. В любом случае – это займет какое-то время и развеет скуку.

– Можешь считать это ритуалом принятия в стражи Холмовой, – улыбнулся Кадар. – Два года назад, когда Ридра к нам пришёл, он тоже бросил топор и проиграл.

– Была зима и мне не пришлось идти за водой, – добавил молчун. – Но дров наколол. Это было.

– Один раз брошу, – произнес я. – Если для тебя это действительно настолько важно.

– Важно, – кивнул Кадар.

Я поднялся со своего места и взвесил в руке топор. Снаряд достаточно тяжелый, а навыков у моего тела недостаточно. Но расстояние было смехотворным. Я решил проверить себя. Про балансировку оружия его хозяин ничего не знал. Мне достался обычный плотницкий инструмент, который вообще не предназначен для бросков. Лучшим его применением была обработка дерева.

Кадар выжидательно смотрел на меня. Он даже перетаптывался на месте от нетерпения. Я немного изменил положение ног и напряг мышцы. Где-то далеко ощутил отголоски энергии тела. До стоек с оружием ещё очень далеко, и я действовал исключительно на воспоминаниях из своей прошлой жизни. Этого недостаточно для идеального выполнения броска, но у меня и не та ситуация, при которой от этого зависела жизнь.

Резкий выдох и топор устремляется к цели. Делает пару оборотов в воздухе и бьет обухом в колоду. Инерция удара отбрасывает оружие назад, но сила броска оказалась недостаточной. Вместо того чтобы вернуться ко мне в руки, оружие падает в нескольких метрах на землю. Я инстинктивно кладу руку на рукоять кинжала и делаю несколько скользящих шагов вперед. Сзади слышится оглушительный смех Карада.

– Что я говорил?! Что теперь скажешь, Ридра? – выкрикнул стражник. – Ведра вон там, Дирик. Мне что-то дико захотелось пить. Может, не будем тянуть до полудня?

Я поднял топор и только после этого окончательно расслабился. Если бы дело происходило в реальном бою, то подобная ошибка могла стоить мне жизни. Гончую, о которой недавно шла речь, оглушить удалось бы всего на несколько мгновений. Этого не хватило даже на то, чтобы подобрать оружие. Зато теперь я полностью уверен, что ничего подобного в ближайшее время делать не буду.

– Отличный бросок, – невозмутимо произнес Ридра. Я повернулся, чтобы отдать оружие его владельцу и поймал на себе мимолетный заинтересованный взгляд молчуна.

– Пожалуй, мне бы тоже не помешало освежиться, – возвращая топор счастливому Кадару, произнес я. Ведра стояли недалеко и я сразу направился к ним.

– Я с тобой прогуляюсь, – неожиданно произнес Ридра. – Покажу, где колодец.

– Что ж, я тогда ещё немного потренируюсь, раз вы решили бросить меня одного на посту, – разочарованно проворчал Карад. Он однозначно хотел обсудить свою победу с напарником, но тот не оправдал его ожиданий. Стражник развернулся на месте и метнул топор в измочаленную колоду.

– Мы скоро вернемся, – ответил Ридра и, проходя мимо, кивнул головой в сторону домов. – Идем, Дирик, а то Барис будет ворчать, что Кадар один остался.

По пути к воротам я видел единственный колодец деревни и вряд ли мог потеряться. Напрашивался очевидный вывод, что молчун пошёл со мной не просто так. Я переложил ведра в одну руку, а вторую расслабленно заткнул за пояс. Поближе к кинжалу.

Шли в полной тишине. Ридра невозмутимо топал впереди, а я шагал следом. Только когда мы удалились достаточно далеко от ворот, молчун обернулся и бросил на меня мимолетный взгляд. Холодный, жесткий и очень профессиональный. Я сразу напрягся. Обычный деревенский мужик не обладал даже десятой частью необходимых знаний, чтобы так быстро оценивать возможного противника.

– Знаешь, Дирик, – остановившись у колодца и демонстративно сложив руки на груди, нейтрально произнес Ридра. – А ведь я бы мог получить огромную награду за твою голову. Не каждый день в деревню приходят носители пути Риил-Гар. И ещё реже они появляются после неожиданного прорыва чудовищ.

Глава 10

– Мог бы, но не получишь, – невозмутимо произнес я и прошёл мимо спутника колодцу.

– Почему так решил? – с интересом спросил Ридра.

– Иначе не стал бы мне об этом говорить, – просто ответил я. – И не оставил бы свой топор у ворот. Шёл бы позади меня и атаковал без предупреждения.

– Топор – это настоящая шутка местных, – хмыкнул молчун. – Он мне вряд ли понадобится, чтобы тебя убить. На каком ты сейчас шаге?

– Ни на каком, – ответил я. Слова молчуна заставили меня более внимательно его осмотреть. Ридра был полностью расслаблен, а такое бывает, только когда человек уверен в своих силах. Он спокойно говорил об убийстве, как будто это что-то заурядное и простое. Что-то, что он делал множество раз. – Деревенские знают о твоём прошлом?

– В этом нет нужды, – безразлично ответил мой собеседник. – Если думаешь им рассказать что-то новое, то у тебя вряд ли что-то получится. Барис в курсе и этого вполне достаточно. Кто тебя учил?

– Дядька Ивар, – ответил я. – Он раньше служил на Рубеже. Погиб во время защиты Светлого.

– С каких пор обычных вояк обучают методикам развития тела Серых Стражей? – насмешливо спросил молчун.

– С тех самых, как простые деревенские мужики что-то знают о правилах и видах тренировок воинов-магов, – улыбнулся я.

– Один ‒ один, – весело ответил Ридра. – Тогда давай сделаем иначе. Я расскажу что-то о тебе, а ты обо мне. Если сойдемся во мнениях, то продолжим разговор.

Я кивнул, прицепил к веревке на вороте ведро и опустил его в колодец. Молчун некоторое время смотрел на меня, а потом отошёл на пару шагов.

– Ты двигаешься очень грязно, – произнес он. – У меня сложилось впечатление, что ты долгое время наблюдал за тренировками опытного мастера и просто пытаешься повторить. Судя по тому, что смог использовать Риит-Гар с оружием, мастер был не ниже третьего шага. Таких в Светлом проживало всего двое и ни у одного из них ты учиться не мог. Тебя бы просто не взяли в ученики, потому что у тебя нет дара. Твоя очередь.

Вытащив ведро, поставил его на край колодца и внимательно осмотрел собеседника. Длинные русые волосы лежали на плечах. Густая борода закрывала большую часть лица. Ридра не был таким огромным, как Сидар, но ему это и не нужно. Мешковатая одежда скрывала фигуру, превращая мужчину во что-то бесформенное и непонятное.

– Ты раньше служил в Серой Страже, – произнес я. – Пару лет назад что-то произошло. Возможно, узнал что-то такое, чего не должен был знать. После этого решил спрятаться. Исчезнуть. Может, даже подстроил всё так, чтобы Серые думали, что ты погиб. В деревне стараешься не привлекать к себе внимания. Скорее всего, в город не ездишь совсем или очень редко, чтобы не нарваться на старых знакомых. Но и далеко не уезжаешь, на случай, если ситуация изменится. Твоя очередь.

– Неплохо, – хмыкнул Ридра. – Но с Серыми промашка у тебя, малой.

– У тебя тоже много неточностей, – ответил я.

– Если ты не учился в Светлом, то приехал из другого города. Не из столицы – там неодаренных могут обучить только в гильдии убийц. А ты на убийцу не похож, – в этот момент Ридра ещё раз оценивающе меня осмотрел с ног до головы. И с сомнением произнес: – Ты вообще на воина не похож. Двигаешься хреново, гонора нет, но и не скрываешься за маской доброго мальчика, как гильдейские. Я бы сказал, что раньше у тебя было много власти, но ты слишком мелкий для этого. Если только бастард кого-то из младших аристократов. Тогда папаша и учителя тебе мог подобрать. Но способностей не хватило, и тебя отправили подальше от родных владений. Даже снарядили помощником и наблюдателем в роли дядьки или друга семьи.

– Неплохо, – улыбнулся я. Способности анализа у молчуна были очень высокими. Я бы предположил, что он занимается не только Риит-Гар, но и работает со своим разумом. Или у него просто очень большой опыт работы с самыми разными людьми. – Твоё подразделение занималось поиском всяких странностей, связанных с западными тварями. Возможно, ты служил на одном из Рубежей. Поэтому знаешь повадки тварей и способы им противостоять. Дара у тебя нет или он очень слабый. Иначе бы ты нашёл себе место поинтереснее, чем крохотная деревня в захолустье.

На лице Ридры появилось странное выражение, словно мои слова о его магических способностях сильно задели молчуна. Оно было очень мимолетным и, если бы я не следил за его лицом, вполне мог его пропустить. Телом своим Ридра владел просто отлично.

– На Рубежах служат только обычные вояки, – холодно произнес он. Без презрения, но однозначно ставя себя гораздо выше простых солдат. – Они сидят на стенах и ждут очередного нападения монстров. Это слишком скучно и уныло. Пожалуй, на этом закончим. Когда ты уходишь?

– Почему ты решил, что я уйду? – прямо спросил я. Собеседник слишком быстро свернул разговор с неприятной для себя темы, и я сделал вывод, что происшествие двухлетней давности связано именно с его магическим даром. Что именно произошло ‒ сказать сложно, но Ридра лишился своих способностей, и это заставило его скрываться от бывших сослуживцев и всего мира.

– Обижаешь, малой, – усмехнулся молчун. – Ты появился здесь сразу после атаки тварей. До икоты напугал Морока, даже не вынимая из ножен меч. Потом спал почти сутки, словно после сильнейшего магического истощения. А проснувшись, первым делом пошёл гулять по деревне и болтать с местными, чтобы узнать последние новости. Пытался разведать про ситуацию в Светлом и деятельность Жиграда. Мне продолжать?

– Простое любопытство, – пожал плечами я.

– Простое любопытство человека, который хочет убраться подальше от Светлого и ищет способ не попасться на глаза Серым, – хмыкнул Ридра.

– Ты говоришь, как человек, уже попробовавший проделать то же самое, но потерпевший неудачу, – ответил я. – Не стоит подозревать всех окружающих в том, что собирался сделать сам.

– Тебе не стоит идти на Рубежи, Дирик, – спокойно произнес молчун. На мои слова он особого внимания не обратил, хотя я почти уверен в своей правоте. – Это не лучшее место для тех, кто не хочет лишнего внимания. Я не знаю, откуда ты пришёл и куда идешь. Теперь это не моё дело. Но мой тебе совет – если планируешь пожить подольше, то никому не показывай свои навыки Риит-Гар и постарайся добраться до Царства Илитридов. Там у тебя будет гораздо больше шансов, чем в империи.

– Если ты думаешь, что я что-то понимаю, то ты ошибаешься, Ридра, – набирая второе ведро, произнес я. – Может, есть смысл нормально всё объяснить?

– Ты не знаешь? Ты действительно ничего не знаешь? Ледяные демоны и горящая задница Алаира! – удивленно посмотрел на меня молчун, и некоторое время пытался понять вру я или нет. Я видел, что с ним что-то происходит, но что именно ‒ понять не успел. Ридра резко закашлялся и едва не упал прямо на меня. Я поддержал молчуна, а тот виновато отвернул голову и пробормотал: – Прости, Дирик. Знаешь, на меня иногда накатывает всякое… Местные знают, что в такие моменты не стоит со мной разговаривать. Похоже, тебе не повезло узнать об этом в первый же день в Холмовой.

Поведение Ридры резко изменилось, словно тот человек, с которым я только что разговаривал, бесследно исчез. Молчун виновато смотрел на меня и разводил руками. Я озадаченно смотрел в ответ и пытался понять, что происходит. Поверить в то, что Ридра слабоумный, слишком сложно. Вернее, я не верил в это ни секунды.

Больше похоже на то, что у странного деревенского обитателя действительно две полноценные личности, которые живут независимо друг от друга. Или он банально врет. Но врёт настолько мастерски, что без заклинания правды или специального амулета, понять это невозможно. По крайней мере, моего опыта не хватало. Всё тело Ридры кричало о том, что ему очень стыдно, и он не знает, как себя вести дальше.

– Ну, где вы там! – послышался крик Кадара от ворот. – Я тут уже сдохну скоро от жажды!

– Уже идём! – выкрикнул в ответ молчун, подхватил одно из вёдер и поспешил к воротам.

– И что это было? – едва слышно произнес я. Потом взял ведро и пошёл следом за Ридрой.

Кадар выхватил из рук молчуна его ношу и вылил на себя сразу половину ведра. Я поставил своё под стеной и сел подальше от странного мужика. Кадар некоторое время смотрел на нас.

– Случилось чего? – участливо спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Нет, – тут же ответил Ридра и Кадар посмотрел на меня, а я в ответ пожал плечами.

– Что он тебе наплел? – спросил Кадар.

– Да ничего особенного, – ответил я.

– Ты внимания не обращай особо на него, Дирик, – посоветовал стражник, а Ридра тяжело вздохнул. – У него бывает всякое. То командиром войска себя возомнит, то про нашествие чудовищ болтает. Как-то раз был случай, когда они с Мороком сцепились из-за нового указа императора. Потом оба два дня подняться после драки не могли, а Ридра даже не вспомнил, из-за чего они друг на друга набросились.

– И часто у него такое бывает? – спросил я. В голове крутился разговор с молчуном и я с каждым мгновением всё больше убеждался, что тут что-то не так. Не мог обычный человек знать столько нюансов. Бред помешанных выглядел совершенно иначе, и я точно знал, что они не могли связно излагать сложные мысли. А Ридра не только делал сложнейший анализ, но ещё и двигался совершенно иначе.

Такое могло быть, если человек пережил какое-то глобальное вмешательство в своё тело или побывал в магической аномалии запредельной силы. В период расцвета культа ледяных демонов, мы не раз находили подобных безумцев. Маги запихивали обычных людей в ледяной мир, чтобы получить идеальных воинов. Что с этими рабами делали демоны ‒ неизвестно, но с результатом их работы мне пришлось столкнуться не один раз.

В обычном состоянии подобные существа ничем не отличались от нормальных людей. Они были слугами и поварами, работали садовниками и дворецкими. Но стоило их хозяину активировать магическую метку, эти люди превращались в настоящих монстров. Ни страха, ни сомнений, ни боли. Убить их сложно даже магам.

Однако сходство было слишком отдаленным. Проблема в том, что обе личности Ридры вполне вменяемыми. А судя по словам Кадара, были и другие варианты. Что-то похожее применяли илитриды, когда пытались проникнуть в магические тайны империи. Долгоживущие вырастили целую армию людей, которые даже не знали, что работают на Царство. Их вторая личность просыпалась только в определенные моменты и совсем ненадолго. Но люди этой методикой не владели.

– Один-два раза в седмицу, – пожал плечами стражник. – Мы все уже привыкли за два года. Ридра обычно в это время старается не выходить из дома или держится подальше от остальных.

– А как вы определяете, что это состояние прошло? – спросил я.

– Он сам приходит и спрашивает, что натворил за это время, – ответил Кадар. – Думали показать его городским лекарям, но он уперся и сказал, что его посчитают сумасшедшим. Так и живём.

– Весело живёте, – хмыкнул я.

– Не обращай внимания, – повторил стражник. – Так-то он никому не вредит, а пользы ‒ масса. Просто про магию и всякие такие штуки с ним говорить не стоит. И про императора. И про Серых Стражей тоже. Это мы сегодня только тут болтали про всё сразу. Надо было мне подумать, что может накатить на молчуна.

– Понятно, – кивнул я. – Буду знать теперь. Спасибо.

– Обращайся, – улыбнулся Кадар. – Топор метнуть не хочешь ещё разок?

– Пожалуй, нет, – с улыбкой покачал головой я и зачерпнул из ведра пригоршню воды.

– Как знаешь, – ответил стражник и швырнул топор в колоду. – У тебя неплохо получилось для первого раза. Если бы немного докрутил рукоять, то мог бы попасть.

– Может, в другой раз, – произнес я и прикрыл глаза.

Ключи. Если Ридра использовал свой вариант Кладовки, а потом с ним что-то произошло, то должен остаться способ вернуть ему память. Уже на пятом уровне этой методики полностью лишить человека доступа к его воспоминаниям практически невозможно. Разум молчуна срабатывал на разные варианты ключевых фраз, как и у марионеток илитридов, но при этом обе личности на стороне империи. В моём случае, это была даже не фраза, а что-то знакомое этому человеку.

По большому счету, меня эта ситуация вообще не касалась. Через пару дней я собирался покинуть деревню и отправиться в Болотину на встречу с наборщиком. Проблемы жителей деревни останутся в прошлом. Как и странный мужик с непонятным прошлым. У меня хватало своих забот. Одни Серые Стражи, рыскавшие в развалинах города, чего стоили.

Я повернулся к молчуну и тот моментально уронил взгляд. Ридра сутулился и старался смотреть куда угодно, лишь бы не встречаться со мной глазами. Такое поведение тоже достаточно необычно. Он давно уже должен был привыкнуть к подобным вспышкам, а испытывать столько смущения из-за едва знакомого пацана — странно.

– Слушай, если хочешь, можешь тоже идти по своим делам, Кадар, – неожиданно для себя самого, произнес я. – Мы тут вдвоём подежурим.

– Барис надаёт по шее всем троим, – покачал головой стражник деревни.

– Да брось! – отмахнулся я. – Стражи Границ уже в Светлом, тварей в округе нет, солнце жарит невыносимо. Чего тут сидеть всем троим? Если что, я скажу, что проиграл тебе спор и обязался дежурить до самого вечера.

– Ну не знаю, – неуверенно проворчал Кадар. – Бариса это никогда не останавливало. Нам и так может влететь, если он увидит, что Сидар ушёл.

– Ну он же уже ушёл, – возразил я. – Хуже точно не будет, но ты однозначно сможешь провести несколько часов дома до того, как староста начнет возмущаться. Я постараюсь его убедить, что это всё моя вина. Тебе останется только это подтвердить.

– А тебе-то это зачем? – подозрительно спросил Кадар.

– Сегодня действительно очень жарко, – улыбнулся я и подставил лицо солнечным лучам. – Око Алаира разошлось не на шутку. А я так промерз за последнее время, что хочу погреться. В тишине. Ридра молчун, а ты всё время болтаешь.

– Зато честно, – хмыкнул стражник. Он ещё некоторое время сомневался, а потом махнул рукой и быстро пошёл по улице.

– Ну вот, – открывая глаза, произнес я и посмотрел на молчуна. – Теперь мы остались вдвоём. Как себя чувствуешь?

– Нормально, – неохотно отозвался Ридра. – Голова немного болит, но я уже привык. Так всегда бывает после помешательства.

– Почему думаешь, что это помешательство? – спросил я.

– А что ещё? – невесело усмехнулся молчун. – Каждый раз что-то разное. То сражения, то убийства… Люди знаешь, что говорят? Что я чужие жизни вижу. Скоро опять деревню менять придется…

– И давно это с тобой? – уточнил я.

– Сколько себя помню, – проворчал в ответ мой собеседник. – Я в Холмовой третий год живу. Вроде неплохо всё, но люди всё равно подозрительно относятся. Уже вторая деревня за пять лет.

– А из прошлой почему ушёл? – задал следующий вопрос я. – С теми, кто тебя знает, всегда проще договориться, чем заново всё объяснять.

– Убил, – тихо ответил Ридра. – Старосту деревенского. Очнулся у него в доме, а вокруг всё в крови… А я не помню ничего. Дело поздно вечером было, ну я и ушёл, пока местные не накинулись всем миром.

– Неприятная ситуация… – понимающе кивнул я. – Слушай, а нет у тебя, случайно, травм на голове или шрамов странных?

– А ты лекарь, что ли? – спросил в ответ молчун.

– Доводилось врачевать, – уклончиво ответил я.

– Ну, есть шрамы, – неохотно ответил Ридра. – У кого их нет? На ноге пара. На теле с десяток. На голове не замечал раньше.

– Гончие, Кузнечики, Дрисни. Император приказал сдать Рубеж, – негромко произнес я, и молчун ощутимо вздрогнул и непонимающе посмотрел на меня. – Ты не против, если я осмотрю твою голову?

– Зачем? – тут же спросил молчун.

– Думаю, есть способ тебе помочь, – ответил я. – Может, не вылечить полностью, но хотя бы найти причину приступов.

– Что ты сказал перед тем, как попросил меня осмотреть? – потирая лоб и морщась от неприятных ощущений, спросил Ридра.

– А ты не слышал? – удивленно спросил я.

– Нет, – покачал головой молчун. – Только шум какой-то…

– Сказал, что Серые Стражи делают что-то запрещенное, – ответил я и увидел, что взгляд Ридры начал мутнеть. Он тряхнул головой и попытался прийти в себя, но я тут же продолжил: – Западные твари нападают не просто так. Нужно узнать, кто за этим стоит. Рубежи будут уничтожены.

Я сидел прямо перед Ридрой, чтобы не пропустить нужный момент, но всё произошло слишком быстро. Молчун молниеносно схватил меня за руки и ударил головой. Я отлетел на пару шагов, а сверху тут же нависла чужая тень.

– Тебе не стоило этого делать, малой, – где-то рядом холодно произнес Ридра, и я довольно улыбнулся.

Глава 11

– Сколько у тебя времени? – быстро спросил я. Никакого страха не было. Я отчетливо понимал, что делаю, и какие могут быть последствия. Если я хотя бы частично прав, то Ридра мог убить меня голыми руками и никакое оружие мне не поможет. Но без боя сдаваться всё равно не собирался, и мой кинжал слегка колол живот молчуна в районе печени.

– Мне хватит, чтобы заставить тебя замолчать навсегда, – безразлично ответил Ридра. Мгновением раньше я чувствовал, как под острием кинжала натягивается кожа, а теперь словно упирался в твердое дерево. Риит-Гар не ниже четвертого шага. – Это моё последнее предупреждение, Дирик. Не лезь ко мне. Если попробуешь ещё раз, то я тебя убью.

– Как старосту в прошлой деревне? – прямо спросил я. – Он тоже узнал твой секрет и ты решил от него избавиться?

– Ты ни хрена не знаешь, малой, – жестко ответил молчун. – Мираз тоже думал, что может мне помочь. Думал, что за несколько раз сможет что-то понять.

– Какое количество сеансов в день максимальное? – тут же уточнил я. – Когда срабатывает блок?

– Кто ты такой? – чуть отодвинувшись от меня, спросил Ридра. – Откуда знаешь про блоки?

– Человек, – улыбнулся я. – Просто человек, который хочет помочь. Ты можешь мне не верить, но я вообще ничего не знаю о текущей ситуации в империи. Не знаю, кто ты такой на самом деле и почему используешь методику Царства Илитридов, чтобы спрятаться. Если честно, то мне это вообще неинтересно. Тебе достаточно сказать, что тебя всё устраивает, и больше ты меня никогда не увидишь. По крайней мере, когда вынырнешь из своей тюрьмы в следующий раз, меня уже точно не будет в этой деревне.

Ридра медленно отступил ещё на несколько шагов. Он не спускал с меня подозрительного взгляда. Я видел, как отчаянно он пытается найти хотя бы одну причину, чтобы отказаться от моего предложения, но я точно знал, что сделать этого он не сможет.

– Ты же понимаешь, что я не могу тебе ничего рассказать? – наконец спросил молчун. – Если ты действительно ничего не знаешь, то гарантированно убьешь нас обоих. А я думаю, что ты реально не в курсе того, что сейчас происходит. С чего ты вообще взял, что тут замешаны илитриды?

– Долгоживущие всегда интересовались делами империи, – пожал плечами я. – Ты используешь их способ маскировки и пытался направить меня в сторону царства. То есть владеешь подходящей информацией.

– Маскировка? – непонимающе посмотрел на меня молчун. – Что за чушь, малой? Я даже ни разу не был в царстве.

– Тогда где ты научился прятать свою настоящую личность за ключами? – прямо спросил я. – Людям этот навык недоступен.

– Простым людям недоступен, – криво усмехнулся Ридра. Его взгляд на мгновение потерял фокус и я понял, что наше время на исходе. – Но тут всё гораздо сложнее…

– Сколько сеансов в сутки до срабатывания блока? – настойчиво повторил я.

– Два, – коротко ответил молчун и непонимающе уставился на меня. Секунду мы смотрели друг на друга, а потом Ридра заметил кинжал в моей руке и побледнел. – Прости. Это в первый раз со мной такое, чтобы дважды подряд… Прости, Дирик! Я тебе угрожал? Что я говорил.

– Всё в порядке, Ридра, – дружелюбно улыбнулся я и быстро убрал кинжал в петлю на поясе. – Мы разговаривали, а потом я решил потренироваться с кинжалом и споткнулся. Ты не имеешь к этому отношения.

На лице молчуна появилось невероятное облегчение, и он торопливо подошёл ближе, помогая мне подняться. Я вёл себя максимально спокойно, хотя в голове творился настоящий бардак. Мысли скакали и бились в стенки черепа с внутренней стороны, вызывая тупую боль в затылке и висках.

Что за дерьмо ледяных демонов тут происходит? Шпионов илитридов крайне сложно обнаружить. Второе сознание всплывало всего на несколько минут и бесследно исчезало. Процесс проходил без малейших внешних признаков. Только опытные менталисты могли заметить, что человек изменился. При этом, как только нам удавалось вычислить предателя и начать забрасывать его ключами, человек немедленно впадал в состояние берсерка и начинал уничтожать всё вокруг.

Главное отличие подобных созданий — полное отсутствие магии или крайне слабый дар в обычном состоянии и мощь адепта пятого ранга в период боевого безумия. Моих способностей сейчас недостаточно, чтобы определить ранг Ридры, но наличие или отсутствие дара я ощутить мог. И у молчуна его не имелось вообще.

При этом схема работы методики была точно такой же. Даже более жесткой. Всего две активации в сутки и на третьей включался берсерк. Скорее всего, староста другой деревни не смог поверить предупреждениям странного человека и решил по доброте душевной помочь ему выкарабкаться из сложной ситуации. Вот только сильно ошибся в своих расчетах.

Я так рисковать не собирался. Не только потому, что Ридра сам озвучил максимальный порог безопасных активаций, но и потому, что я его проверил лично. Но маскировка оказалась слишком жесткой даже для моего времени. Илитриды закладывали в своих марионеток пять сеансов, чтобы они могли нормально вести свою деятельность. У молчуна было всего два запуска в сутки и за это время невозможно даже понять, где ты и что происходит вокруг. К тому же, сам Ридра максимально постарался убраться подальше от всех мест, где даже случайно мог услышать ключи активации.

– Это бред какой-то, – усевшись обратно под стену и уныло уронив голову, пробормотал молчун. – Я уже так устал от этого безумия… Никогда не знаешь, что будет завтра. Может, проснешься веселым и бодрым, а может по локоть в крови…

– Алаир справедлив, Ридра, – пожал плечами я. – Если ты всё ещё жив, то всё идет правильно.

– А если я умру, то всё тоже будет правильно, – невесело рассмеялся молчун. – Алаир каждому отмерил свой срок.

– И твой ещё не пришёл, – уверенно ответил я. – Может, позже станет понятно, что с тобой и зачем это было нужно.

– Странно слушать тебя, Дирик, – неожиданно покачал головой Ридра. – Вроде вижу перед собой обычного мальчишку, а рассуждаешь, как не всякий взрослый муж. Может, ты и прав, да только узнать это никак нельзя. Ты говорил, что врачевать умеешь. Может, у тебя что получится?

– Это дело небыстрое, – осторожно ответил я. Всего набора ключей я не знал и теперь следил за каждым своим словом, стараясь использовать максимально нейтральные выражения. Нарваться на ещё один ключ и активировать у собеседника режим берсерка мне не хотелось. – Сегодня ты и так перенапрягся. Может, в другой раз попробуем.

– Когда? – жадно спросил молчун.

– В другой раз, – невозмутимо ответил я. – А пока стоит отдохнуть, раз есть возможность. Вряд ли деревне угрожает какая-то опасность.

На самом деле мне хотелось поскорее свернуть разговор, потому что я увидел, как из самого большого дома неподалеку от нас вышел Барис. Староста несколько секунд смотрел в сторону ворот и пытался найти фигуру недостающего стражника, а потом направился к нам. И лицо его не предвещало ничего хорошего.

– Это что тут такое?! – возмутился Барис, когда подошёл ближе. – Где Сидар и Карад, Ридра? Почему на воротах с тобой пришлый сидит?

– Староста… – начал было молчун, но я его остановил.

– Прости, Барис, – произнес я. – Это моя вина. Ты сказал, что в деревне не любят бездельников, и я решил поискать себе занятие. Чтобы жителям польза какая-то была. Только глупость сморозил, поспорил с Карадом, что топор лучше него метнуть смогу. Они с Сидаром против нас с Ридрой ставили. Вот мы и остались вдвоём на воротах.

– Шеи бы им открутить за такие споры! – возмущенно рявкнул староста. – Нашли, с кем спорить. Одни первый день в деревне, а второй ‒ блаженный! Где эти умники?!

– Не сердись, уважаемый, – улыбнулся я. – Они же не со зла. Я сам предложил такой спор. Парни сказали, что к Светлому ещё вчера целое крыло Стражей Границ ушло. Значит, в лесах рядом всё спокойно уже. А от лихих людей мы и вдвоём отбиться сможем. По крайней мере, уж тревогу точно успеем поднять.

– Успеют они! – фыркнул Барис. – А если на Ридру накатит чего? Ты вообще знаешь, что он сам может на тебя напасть?

– Барис… – недовольно проворчал молчун. – Ну зачем ты так? Я же извинился за прошлый раз…

– И ты меня извини, Ридра, – неожиданно успокоился староста. – Достали меня все. Три дня всего-то надо было подежурить, а я уже замучился за всеми следить. Кто спит на тропе, кто дома отсидеться пытается. Как будто мне одному это надо!

– Если не понимают люди, то заставить их не получится, – улыбнулся я. – Не близко им ратное дело просто. Думаю, может и хорошо это.

– Хорошо-то хорошо, но что делать, если тварь какая бродячая нападет всё-таки? – хмуро спросил Барис. – Кто тогда виноват будет?

– Староста, – уверенно ответил Ридра.

– Вон, даже Ридра это понимает! – наставительно поднял палец Барис. – Зато сейчас все жалуются, что тяжко им на постах стоять. А виноват опять я.

– Работа такая, – пожал плечами я. – Ответственность ‒ дело тяжелое.

– И то верно, – вздохнул староста и задумчиво посмотрел на меня. – Решил чего насчет жизни дальше, Дирик?

– Нет ещё, – покачал головой я. – Но мысли разные бродят.

– На Рубеж, поди, собираешься? – проницательно посмотрел на меня Барис. А я мельком взглянул на Ридру. Молчун понял, что буря миновала и расслабленно сидел в тени. К нашему разговору он особо не прислушивался.

– Есть такие мысли, – не стал спорить я.

– И правильно, – неожиданно кивнул староста. – Не место тебе в Холмовой.

– В смысле? – удивленно спросил я. Ещё утром этот человек предлагал мне остаться в деревне навсегда. Что могло так сильно измениться за прошедшее время.

– Ты не подумай плохого, Дирик. – тут же поднял руки Барис. – Ты парень хороший и гнать тебя никто не будет. Но правильно заметил, что у нас живут простые люди. Мы к земле близкие, за урожай и скотину болеем. А ты первым делом пошёл работу на страже искать, а не в поле за инструментами. Да и в разговоре чувствуется, что скучно тебе у нас будет. Говоришь хорошо и складно, мечом вроде орудовать умеешь. Самая дорога тебе на Рубеж, а потом в войско аристократа какого-нибудь. Глядишь, лет через пятнадцать и станешь большим офицером.

Я внимательно смотрел на старосту и отчетливо понимал, что он говорит от чистого сердца. Во все времена, для простого народа служба при аристократах считалась почетной и сытой. Мало кто думал о том, сколько дерьма и грязи эти слуги видят. Обычные граждане империи вообще воспринимали благородных, как что-то недосягаемое и идеальное, если они не были совсем уж кончеными ублюдками. Но тут включался другой механизм – многовековая покорность текущему порядку, которая позволила Алаирской Империи просуществовать не одно тысячелетие.

– Было бы здорово, – улыбнулся я. – Но для этого хотя бы надо попасть на военную службу.

– Не только попасть, – кивнул Барис. – Но ещё и выжить на Рубеже. Это дело не такое простое, как кажется. Особенно сейчас. Не дай Алаир, император решит новобранцами дыры закрыть. Одно хорошо – первые несколько месяцев тебе в лагере провести придется. Пока проверку пройдешь, уже подучат тебя против тварей сражаться. А там и привыкнете уже.

Только в этот момент мне стало понятно, что Барис не просто так завел этот разговор. У старосты был свой интерес. Одна небольшая оговорка сразу расставила всё на свои места. Только я не мог понять, почему глава деревни решил, что я подойду на выбранную им роль.

– Кто? – коротко спросил я.

– Джеро, – нехотя ответил староста и недовольно поморщился. – Он и так мечтал о воинской службе. Хотел показать себя и защитить земли империи от западных тварей. Как будто не знает, что один солдат не может решить исход сражения! За пять тысячелетий с создания великой преграды, всем силам императора не удалось что-то сделать с волнами чудовищ. А тут один пацан вдруг решил, что у него это получится.

На своём месте в тени завозился Ридра. Я быстро посмотрел в его сторону и увидел, что молчун зажмурился и схватился руками за голову. Это был очень плохой знак. Если сработает блок, то наш разговор закончится самым неприятным образом.

– Стоит обсудить это в более удобной обстановке, уважаемый, – быстро произнес я. – Прогуляемся? А Ридра посторожит один.

– Да нет в этом смысла. Большая часть наших охранников или спит, или по домам разбежалась, – отмахнулся Барис. – Ридра, ты тоже топай домой. Отоспишься хотя бы. Завтра в поле надо выходить.

Молчун тяжело поднялся и, слегка покачиваясь, побрел куда-то в сторону дальних домов. Ему было однозначно хреново, но он справлялся. А может, его вторая личность пыталась удержать контроль, потому что староста наговорил много такого, что могло спровоцировать третью активацию маскировки.

– Можем в том сарае поболтать, который мне под ночлег выделили, – предложил я.

– Ко мне пойдем, – хмуро произнес Барис. – Заодно поешь нормально. Голодный, наверное?

– Немного, – спокойно ответил я.

Староста кивнул, и мы направились к тому дому, из которого он недавно вышел. Во дворе увидел стройную женщину с полным ведром зерна. Она быстро посмотрела на меня, а потом торопливо отвела взгляд.

– Джеро не приходил ещё? – на ходу спросил Барис.

– Не было, – тихо ответила женщина. – В поле где-то, наверное. С Мороком.

– Нам поговорить нужно, – произнес староста. – Если искать кто будет, скажи, что я занят.

– Как скажешь, – тихо ответила женщина. Она настолько сильно волновалась, что едва не уронила своё ведро.

В доме Барис провел меня в просторную комнату и указал на место за большим столом. Достал из здоровенного ящика каравай хлеба и кусок вяленого мяса. Следом поставил на стол объемистую плетеную флягу и пару кружек.

– Почему думаешь, что я буду опекать твоего сына? – не спеша прикасаться к еде, спросил я. Староста замер над ящиком и некоторое время стоял молча. Потом развернулся и сел напротив меня за стол.

– Ты похож на человека, который умеет добиваться своего, – произнес староста. – Джеро ‒ мой третий сын. Он почти твой ровесник, но всё ещё ведет себя, как ребенок.

– Почему тогда решил его отпустить? – спросил я. – Ремня и работать в поле.

– Он сбежит, – негромко ответил Барис. – И тогда я даже не буду знать, где он и что с ним происходит. А так будет хотя бы небольшая надежда, что он успеет привыкнуть к новой жизни. Я не прошу тебя присматривать за ним постоянно. Хотя бы первые полгода. Потом будет первый отпуск у всех новобранцев, и он сможет приехать домой ненадолго.

– Насколько я знаю, Рубежи не то место, где стоит учиться юному мечтателю, – нейтрально произнес я. Брать на себя дополнительные хлопоты не хотелось. С одной стороны, мне всё равно нужно было идти к наборщику, и там бы я однозначно встретил Джеро. Тут ничего не менялось. Но одно дело – простая встреча со знакомым. И совсем другое – дать обещание, что я буду за этим знакомым присматривать. С тех пор, как обнаружил в себе магический дар, я очень внимательно относился к обещаниям и клятвам всех разновидностей. – Гарантий нет никаких. Ситуация сложная. С большой долей вероятности он погибнет в первый же год службы.

– Именно поэтому я и обратился к тебе, Дирик, – кивнул Барис. – Потому что ты понимаешь, что на Рубеже запросто можно умереть. Я очень мало видел новобранцев, которые рассуждали так же, как ты. И все они многого добились. Мне нечего тебе предложить за эту услугу, кроме как снарядить вас обоих в дорогу.

– Ну почему же, – улыбнулся я. – Если у меня получится, то первое время присмотрю за твоим сыном. Но у меня тоже будет к тебе просьба, Барис. Как говорится, услуга за услугу.

– Слушаю, – сосредоточенно кивнул староста. – Я готов выполнить всё, что в моих силах.

Глава 12

– Мы не можем отправляться вдвоем, – внимательно наблюдая за реакцией собеседника, произнес я. – Нужен третий человек, потому что я не смогу постоянно находиться рядом с Джеро. Никаких сложных задач этому человеку выполнять не придется. Просто присмотреть за твоим сыном во время моего отсутствия и не дать ему наделать глупостей. Может быть, Морок?

Ворчливого мужика я предложил с полным осознанием того, что Барис немедленно откажется. Староста обязан хорошо знать всех жителей деревни и понимать, кто и чем дышит. И Морок был из тех, кто мог ворчать и строить теории заговора всю свою жизнь, но даже не подумает что-то менять. И это точно не тот человек, который решится покинуть родную деревню до того, как её сожгут или разрушат.

– Не знаю, – нахмурился староста. – Морок неплохо орудует дубиной, но против тварей она не поможет. Понимаю, что на Рубеже вас будут учить обращаться с другим оружием, но Морок никогда не был силен с мечами. Если бы он хотел служить империи, то уже давно бы это сделал. У нас вообще уже давно никто в солдаты не уходил. Оседлые все. Даже и предложить некого. Ты уверен, что это обязательно?

– Нет, конечно, – отмахнулся я. – Могу и так обойтись. Нас же в один отряд определят? В крайнем случае попрошу перевод. Может, меня даже послушают.

– Не послушают, – напряженно обдумывая мои слова, рассеянно пробормотал. – Ты прав. Нужен третий. Тогда вас обязаны распределить по общинному признаку. Лысая задница ледяного демона! И, как назло, никто из мужиков идти не хочет! Семьи у всех. Дети…

– Ну не у всех, – возразил я. – Ридра вот бобылем ходит.

– Так он приблуда, – ответил староста, и мы молча уставились друг на друга. Через некоторое время Барис произнес: – Мне это не нравится. Он блаженный и неизвестно что вообще может выкинуть. Лучше уж вдвоём идти, чем с ним. Когда хочешь, прямо посреди боя на него накатит, и он сам тебе клинок в спину вгонит.

Говорить о том, что Ридра, скорее, в одиночку выкосит орду тварей, чем даст себя сожрать, я не стал. Даже в случае активации режима берсерка, молчун в первую очередь будет уничтожать основную угрозу и только после этого займется свидетелями. Судя по тому, что он смог сбежать из старой деревни, безумие у него длилось не очень долго и ровно до того момента, пока существовала реальная опасность. Нам в это время достаточно будет просто держаться от него подальше.

– Но он из одной с нами деревни, – возразил я. – Для наборщика этого будет достаточно, чтобы определить нас в один отряд. Насколько я понял, вы уже привыкли к его вспышкам и знаете, как на них реагировать. Других вариантов всё равно нет.

– Нет, – подтвердил Барис. – Но это тоже не лучшая идея.

– Если ты расскажешь мне, в каких ситуациях на Ридру находит безумие, я смогу обезопасить Джеро, – настойчиво произнес я. – Остальное уже моя забота. Тебе нужно только убедить Ридру идти со мной.

– Это не будет проблемой, – неохотно ответил староста. – Наши его не особенно жалуют. Он и сам пару раз собирался уходить, но у нас посевная была. Рук и так не хватает. Могу с ним прямо сейчас поговорить.

– Сейчас не нужно, – тут же остановил собеседника я. Ридра находился на грани срыва после двух активаций блока, и разговор о службе в имперской армии мог закончиться кровью старосты, а может, и не только его. – Завтра утром будет отлично. Раньше мы всё равно не соберемся. Как поговорите, отправляй его ко мне. Буду ждать в сарае.

– Договорились, – будто бросаясь с головой в прорубь, кивнул Барис. – Ешь давай, а я пойду по сундукам посмотрю, чем вас снарядить. Оружие какое предпочитаешь?

– А есть выбор? – с интересом спросил я.

– Не особо большой, но несколько мечей и копий у меня есть, – ответил староста. – Броню на тебя не подберу – мал слишком. Да и странно это будет, если ты в полном доспехе на пункт сбора придешь. Жиград не дурак – сразу поймет, что тебя всем миром собирали. Он у нас не так часто бывает, но память на лица у старика хорошая. Возникнут вопросы…

– Скажу, что из другой деревни пришёл, как Ридра. – пожал плечами я. – Когда Жиград вас посещал в последний раз?

– Весной, но проездом, – ответил Барис. – Даже в деревню не заехал. Той осенью три дня у нас был, пока дорога в Болотный размытой стояла. Ливни тогда сильные шли. Только врать ему не надо. Говори, как есть, что пришёл из Светлого после нашествия тварей. Жиград всех новобранцев амулетом проверяет. Если учует вранье, то не видать тебе императорской службы.

– Это уже мои проблемы, – ответил я.

– Смотри сам, Дирик, – поднимаясь из-за стола, произнес Барис. – Моё дело предупредить.

Староста ушёл, а я принялся активно грести к себе всё, до чего мог дотянуться. Только флягу не тронул, потому что алкоголь сильно портил концентрацию. Многие продвинутые пользователи Риид-Гар вообще от него отказывались до четвертого уровня. Потом уже могли контролировать степень воздействия на свой организм и количество алкоголя переставало иметь значение. Можно пить всю ночь и лечь спать совершенно трезвым. Были среди аристократов и такие, кто только ради этого тратил годы жизни на сложные тренировки. Как говорится, у всех свои цели и свой путь.

Через некоторое время вернулся Барис. Он притащил с собой несколько посредственных мечей, пяток кинжалов и пару копий. Откуда у старосты этот арсенал, я уточнять не стал. Особого значения это не имело. К сожалению, ничего приличного найти не удалось. Оружие хоть и хранилось по всем правилам, но изначально было предназначено для рядовых бойцов. Одноразовое, если говорить о любом столкновении с западными тварями.

– Я бы хотел вернуть свой меч, – наконец произнес я. – Его забрал Морок. И ещё возьму вот этот кинжал. Остальное не подходит.

– Почему не хочешь взять копье? – спросил Барис. – Оно отличного качества и древко зачаровано на прочность.

Я внимательно осмотрел зарубки на дереве, которые староста считал рунами, и слегка улыбнулся. Если он купил эту поделку у какого-то проходимца, то деньги потрачены зря. Никакой магии в оружии не было и в помине.

– Копья не подходят для сражения с тварями, староста, – произнес я. – Монстры весят слишком много и ломают такое оружие, как хворост. Меч мне привычнее и надежнее.

Барис некоторое время внимательно смотрел на меня, а потом медленно кивнул. Вопросов у него было очень много. Особенно в плане того, что меч всегда считался оружием опытных воинов, на которых я не похож даже близко. Однако своё любопытство староста оставил при себе.

– Мне нужно будет поговорить с Джеро, – поднимаясь и шагая к выходу из комнаты, сообщил я. – Желательно сегодня. И, желательно, чтобы я сам сообщил ему о том, что хочу пойти к наборщику.

– Почему? – осторожно спросил староста.

– Потому что в любом другом случае он будет считать, что я работаю на тебя, – просто ответил я. – А мне нужно его доверие, чтобы выстроить нормальные отношения.

– Хм… – озадаченно почесав затылок, промычал Барис. – Если честно, даже не подумал об этом. Хотел сам ему всё рассказать.

Мы вышли из дома, и я снова поймал на себе встревоженный взгляд жены старосты. Женщина не понимала, почему Барис так со мной носится, и безумно волновалась за своего сына. Чтобы это понять, мне даже не надо было с ней разговаривать.

– Где мне Морока найти? – перед уходом, спросил я.

– Он на том же месте дежурит, – ответил Барис. – Наверное, единственный из всех деревенских, кто нормально к своим обязанностям относится. Джеро с ним, скорее всего. Передай им, что все могут идти по домам.

– Спасибо, – кивнул я и направился к тому дому, через двор которого в первый раз попал в деревню. – Передам.

Найти засаду Морока не составило труда. В этот раз мужик подошёл к вопросу своей маскировки более тщательно, но его всё равно было видно за полсотни шагов. Я спокойно подошёл к укрытию из вороха сухой травы и слегка толкнул торчавшую из него ногу дежурного. От неожиданности Морок вздрогнул и попытался подскочить. Сено разлетелось во все стороны, превратив дежурного в подобие пугала.

– Какого хрена ты делаешь?! – взревел он и с ненавистью уставился на меня. Пережитый страх требовал выхода, но Морок понимал, что справиться со мной у него вряд ли получится. А позориться на глазах у остальных ему не хотелось. – Совсем охренел так подкрадываться? А если бы я тебя убил ненароком? Ты хоть понимаешь, что я даже остановил себя с трудом?!

– Понимаю, – улыбнулся я. Мужик даже за меч, который висел у него на поясе, не схватился, а дубина так и осталась лежать где-то на земле. Если он что-то и собирался сделать, то это с оружием было не связано. – И очень тебе за это благодарен. Барис просил передать, что ваше дежурство окончено. Можете расходиться по домам.

– С чего я должен тебе верить? – подозрительно нахмурился Морок.

– Вообще не должен, – безразлично пожал плечами я. – Можешь тут хоть до самой ночи оставаться. Меч только мой отдай.

– А с чего это… – начал было Морок, но наткнулся на мой жесткий взгляд и сбился.

– Меч, – коротко повторил я. Мужик, словно загипнотизированный моим взглядом, медленно вытянул из петли на поясе мой клинок и протянул его рукоятью вперед. – Благодарю. Где Джеро?

– В лес ушёл, – нехотя ответил Морок. – Я ему велел ближние подступы к деревне осмотреть. Если вдруг чего случится, то он должен…

В этот момент из леса послышался переливчатый свист. Неподалеку зашевелилась ещё одна куча соломы и из неё выглянула испуганная физиономия напарника Морока. Сигнал повторился, и охранник деревни начал затравленно бегать глазами по сторонам.

– Что должен означать этот сигнал? – прямо спросил я. Внутри поднималось глухое раздражение. По всей видимости, свои обязанности няньки мне придется выполнять даже раньше, чем я думал.

– Опасность… – выдохнул Морок. – Я не знаю! Думал, пацан просто прогуляется и вернется. Мы так регулярно делали! В окрестностях деревни даже крупных зверей не осталось. Наши охотники на несколько верст в лес уходят, чтобы кого-то добыть!

– За мной, – направляясь к кромке леса, приказал я.

– Я… – сбивчиво пробормотал Морок. – Я не могу покинуть пост! Мы должны защищать деревню. Разведчик выполнил свою задачу, и мы теперь предупреждены. Уходим за стену!

Какие ещё оправдания придумает себе этот трус, я слушать не стал и перешёл на бег. Мозг начал отрабатывать и отбрасывать одну вероятность за другой. Западных тварей я исключил практически сразу. После рейда Стражей Границ рядом не должно остаться ни одного чудовища. Скорее всего, вторжение монстров изменило привычные маршруты диких животных и Джеро напоролся на кого-то из них. Может, волки или медведь.

Свист прекратился. Сзади что-то кричал напарник Морока, а сам мужик так и стоял на прежнем месте. До границы леса оставалось метров десять, когда сын старосты снова подал сигнал тревоги. На этот раз звук шёл значительно левее. Джеро двигался и я сильно сомневался, что деревенский пацан настолько плохо ориентируется у себя возле дома, что не смог найти дорогу. Значит, он уводил опасность за собой.

Я проскользнул через густой кустарник и словно перешёл в другой мир. Вокруг стало сумрачнее, звуки изменились, тени стали значительно гуще. Местные выгребли в окрестностях деревни весь валежник и бежать было легко. На ходу осматривал влажную землю на предмет следов и пытался понять, что так напугало Джеро, что он решил сбежать подальше от селения, а не укрываться за стенами.

Далеко впереди слышался треск веток. Я ускорился, стараясь догнать мальчишку. У меня складывалось стойкое овпечталение, что он бежит один. Если это какая-то шутка, то она была совсем не смешной. Если же нет, то моя изначальная оценка Стражей Границ могла оказаться очень сильно завышенной.

Я привык всегда исходить из самых скверных прогнозов. Поэтому дальше передвигался от одного дерева к другому, стараясь держаться в тени. Позади послышалось натужное дыхание, и я мельком обернулся. Через кусты продирался Морок. Видимо, ответственность за жизнь сына старосты пересилила его страх, и мужик решил присоединиться ко мне.

Джеро бежал далеко впереди, и я временами видел его силуэт. Он иногда резко менял направление, словно на его пути возникала стена, и тогда свист повторялся с новой силой. Мне пришлось остановиться, чтобы дождаться очередной смены направления и срезать путь. В этот момент меня догнал Морок и, тяжело отдуваясь, остановился рядом.

– Ну что там? – спросил он. – Что с Джеро?

– Пока не знаю, – ответил я. – У вас рядом с деревней нет странных мест? Опасных или злых?

Подобные точки имелись по всему континенту. Обычно это места концентрации магических энергий, которых очень боялись местные жители. Иногда в таких местах можно найти что-то интересное, вроде камней Ирс, которые могли накапливать большой заряд маны. А иногда это просто суеверия диких крестьян. Ещё бывали случаи, когда в подобные места попадали животные и люди. Тогда результат был непредсказуемый.

– Полно, – тут же ответил Морок. – Кривая излучина, омут на дальних подступах, поляна средоцвера в версте от перекрестка, яма Олучи…

– Что? – тут же насторожился я. – Откуда здесь Олучи? Ты уверен?

Эти твари были очень редкими и практически не встречались на территории Алаирской империи. Из-за уникальных свойств костей этих тварей, в моё время они стали предметом глобальной охоты гильдии Добытчиков. Потом, когда появились западные монстры, интерес сошёл на нет, но я уверен, что этих существ осталось критически мало для продолжения своего рода и они давно вымерли.

– Мой прадед видел эту тварь, – уверенно ответил Морок. – Ростом с быка. Бегает быстрее молнии и жрет только теплое человеческое мясо.

– Понятно, – хмыкнул я. К описанию настоящей Олучи слова мужика не имели никакого отношения. Скорее всего, предок Морока даже близко не подходил к этому существу. – Он сам это видел?

– Ещё бы! – яростно закивал мужик. – Насилу сбежать смог! Почти сутки тварь его по лесам гоняла.

Джеро снова сменил направление и теперь бежал практически в нашу сторону. Я толкнул Морока в тень ближайшего дерева и сам спрятался за соседним. Он пронесся метрах в десяти от нас. На лице парня было выражение смертельного ужаса. Свисток свой он где-то уже потерял, как и оружие. Морок побледнел до синевы и затравленно посмотрел на меня. За парнем оставались только его следы. В лесу больше никого не было.

– Олучь, – касаясь груди жестом верующего в Алаира, нервно прошептал Морок. – Олучь гонит его!

– Очень на это надеюсь, – кивнул я, потому что сам пришёл к тем же выводам. – За мной.

Мы побежали за Джеро, держась на приличном расстоянии. Парень метался по лесу и иногда подвывал от ужаса, а я внимательно следил за пространством вокруг. Мне нужен хотя бы намек на то, что я прав. Иначе придется принять тот факт, что парень просто сошёл с ума. Но я в это не верил.

Шорох ветвей, скрип коры, что-то проскочило в траве. Джеро испуганно вскрикнул и резко свернул в сторону. Я увидел странный блеск на его пути и резко увеличил скорость. Последние сомнения исчезли, и можно начинать действовать.

– Забирай правее, – крикнул я Мороку. – Через тридцать шагов он повернёт в твою сторону.

– С чего ты… – удивленно посмотрел на меня мужик, но тут же увидел, что Джеро резко остановился и побежал в его направлении.

Я догнал парня и пристроился рядом с ним. Нужно было выждать буквально несколько мгновений, чтобы увидеть тот ужас, который гнал Джеро вперед.

На нашем пути внезапно полыхнула серебристая вспышка и за ней возникла бездонная зубастая пасть, в которой мог поместиться целый олень вместе с рогами. Она дважды щелкнула зубами и дернулась в нашу сторону. Джеро вскринул и метнулся влево, где его встретил Морок, а я на полном ходу прыгнул вперед. Прямо в центр закрывающейся пасти чудовища.

Глава 13

Жуткая пасть сомкнулась. Со стороны могло показаться, что меня проглотило жуткое чудовище. Судя по воплям Морока, не обошлось без дополнительных эффектов в виде крови и жутких воплей умирающего.

Я вывалился на траву и быстро осмотрелся. Пара деревенских жителей убегала без оглядки в сторону деревни, а в десятке метров от меня с земли поднималась уродливая тварь, полностью состоящая из костлявых рук и зубов. Вместо глаз у неё светились по всему телу серебристые провалы.

– Симпатичная, – улыбнулся я. – И где только подсмотрел такое?

Тварь оглушительно взревела и бросилась вперед. Я на неё почти не смотрел. В этот момент мне безумно не хватало своих старых возможностей. Даже сотой доли достаточно, чтобы ощутить все источники магии на километр вокруг, но мне приходилось пользоваться исключительно возможностями своего нового тела. А они были очень далеки от идеала.

Рывок в сторону. Перекат. Загребаю рукой высокую траву. Уродливый монстр на мгновение замедляется, но потом продолжает наступать на меня. Промах! Досадно, но теперь спешить некуда. Можно попробовать ещё раз.

Достаю кинжал и, не глядя, рассекаю тушу приближающегося чудовища. Как и думал, клинок не оставляет даже следа и проходит через уродливое тело без препятствий. Сам при этом слежу только за пространством вокруг. Делаю пару шагов в сторону монстра и прохожу сквозь него.

Шелест справа! Новый рывок. В длинном прыжке цепляюсь за пушистый хвост и слышу отчаянный писк. Есть! Перед глазами начинается хоровод видений. При физическом контакте все ощущения усилились в десятки раз. В мой руке то шипела громадная змея, то извивался пучок склизких щупалец. Что-то шипело и ревело прямо в уши, но я продолжал цепко держать свою добычу. В какой-то момент противник извернулся и попытался меня укусить, но я был настороже.

– А вот это лишнее, – тряхнув рукой, проворчал я. Олучь обиженно пискнул и затих, безвольно повиснув в моей руке.

Хоровод видений прекратился и я наконец смог нормально рассмотреть свою добычу. Небольшой зверек огненно-красного цвета был размером чуть больше куницы. Мягкая шерсть ещё не превратилась в грубую щетину, и это говорило о малом возрасте животного. На самом деле, магические грызуны практически безвредны. Если бы не их природный дар к магии иллюзий удивительной силы, то вряд ли бы ими кто-то заинтересовался. Но люди любопытны. Зверьки вселяли настоящий ужас в целые поселения крестьян. Особенно, когда популяция сильно увеличивалась.

Кто-то из магов обнаружил, что железы Олучей можно использовать в составе зелий невидимости и это стало приговором для магических грызунов. В искусственных условиях грызуны умирали в течение года, поэтому алхимикам требовались всё новые и новые ингредиенты. Гильдия Добытчиков серьезно обогатилась в период массовой охоты на этот вид магических животных. В отличие от подавляющего большинства других существ, Олучи почти не представляли угрозы.

– Угомонился? – с интересом рассматривая грызуна, спросил я. – Если покажешь сокровища, то я тебя отпущу.

Разума у моей добычи не так уж много. Совсем молодой попался. Некоторые старые особи даже разговаривать могли, но у меня явно не тот случай. Моему экземпляру не больше двадцати лет – считай, детёныш. Вряд ли даже мог понять, чего я от него хочу.

Олучь смотрел на меня блестящими бусинами глаз и не делал попыток сбежать. В обычной ситуации я просто передал бы существу нужный образ. Хотя… В обычной ситуации мне бы и в голову не пришло ловить этого грызуна. Он бы на несколько верст не подошёл к деревне, если бы почуял там мага моего уровня. С чутьем у этих малышей всё в порядке.

– Что же с тобой делать, – нахмурился я. – И убивать смысла нет, и отпустить без выкупа жалко.

Зелья невидимости стоили очень дорого даже в моё время. Одной из причин их высокой стоимостью был очень малый расход маны. Практически полное отсутствие следов и возможность использовать эту маскировку всем без исключения. Для многих сложных эликсиров требовалась хотя бы небольшая искра дара. Зелья на основе желёз Олучей не требовали вообще ничего. Однако востребованность в гильдиях убийц и воров была только одной из причин истребления этого вида магических животных. Второй стала человеческая жадность.

Охотники всегда стремились найти гнезда грызунов. Причем, детёныши их не интересовали, потому что они не годились для алхимиков. Зато в норах можно найти много другой добычи, иногда в несколько раз больше по стоимости, чем тушка хозяина логова.

Олучи любили всё блестящее. Особенно их привлекали магические предметы. Грызуны обитали на огромной территории и, пользуясь своим природным даром, находили даже мельчайшие источники маны. И тащили всё это к себе в нору, чтобы усилить способности подрастающего потомства. Через некоторое время предметы теряли свои свойства, но золото всегда оставалось золотом. А мне даже показать зверьку нечего для примера. Кроме пары кинжалов и меча, никакого имущества у меня не было.

На ум приходило только отпустить грызуна и попробовать за ним проследить. Вот только я сильно сомневался, что у меня это получится. Олучи умели не только пугать случайных путников, но и мастерски использовали иллюзии для собственной маскировки. Мне удалось поймать зверька только потому, что он был полностью сосредоточен на создании образа большого чудовища. Ну и потому, что опыта на две параллельных иллюзии у этого малыша слишком мало.

Некоторое время я так и стоял посреди поляны, рассматривая свою добычу. Грызун понял, что прямо сейчас его убивать не будут и немного оживился. Он зацепился за собственный хвост и забрался ко мне на руку. Веса в нем совсем немного.

Я протянул вторую руку и погладил животное по голове. Олучь издал забавный треск и слегка зажмурился от удовольствия. На поведение дикого животного это не очень походило, но этот вид и не являлся в полной мере диким. Грызуны часто селились недалеко от людей, чтобы пополнять свой арсенал разных страшилок. Удивительным образом, чем более тревожными были соседи Олучей, тем изобретательнее становились зверьки.

– Похоже, ничего у нас с тобой не получится, дружок, – хмыкнул я. Как и в случае со многими животными, грызуны очень хорошо ощущали страх. Так же хорошо, как и твердую уверенность противника в своих силах. Иногда они предпочитали обойти стороной случайного путника, если понимали, что шансов его напугать нет. – Беги домой и постарайся не попадаться местным. Мне ещё с ними объясняться придется теперь, как я в пасти монстра выжить смог.

Я опустился на одно колено, усадил зверька в траву и подтолкнул рукой в сторону леса. Скорее всего, Джеро наткнулся на грызуна случайно, и оба они перепугались до ужаса. Это и привело к дурацкому забегу парня по лесу. Олучь пытался выгнать чужака со своей территории и немного увлекся. Наверное, вторжение Стражей Границ напугало зверька, и он оказался далеко от логова.

Олучь пару секунд смотрел на меня своими блестящими бусинами, а потом красное тельце исчезло в траве. Начала работать маскировка, которую, к моему глубокому разочарованию, я не мог различить обычным зрением. Грызун просто слился с травой. Даже очертаний его тела увидеть не получалось.

До деревни идти недалеко, и я был полностью уверен, что никто из жителей не пойдет меня искать. Два перепуганных человека, которые видели мою смерть, сумеют убедить всех, что выходить в лес сейчас точно не стоит.

Шагов через десять я вдруг снова услышал бодрый треск в ближайшем кустарнике. Мельком взглянув в ту сторону, заметил пару качающихся веток, но Олуча найти не смог. Больше звуки не повторялись, и я сделал вывод, что зверёк ушёл по своим делам.

Уже на выходе из леса прямо передо мной пошёл волнами воздух и появилась здоровенная зубастая морда. Я только улыбнулся и прошёл сквозь неё. На другой стороне иллюзии сидел красный зверек. Он держал в лапках деревянный свисток Джеро и сосредоточенно смотрел на меня.

– Это замечательный подарок, малыш, – усмехнулся я и протянул руку, чтобы забрать подношение. – Уверен, его хозяин будет благодарен тебе.

Однако грызун отскочил на пару шагов и громко затрещал. В воздухе над ним возникло изображение перекошенного человеческого лица. Странное существо, в котором с трудом можно узнать сына старосты, отчаянно дуло в точную копию деревянного свистка. Звуков не было, но понять смысл этого послания несложно.

– Так, – усаживаясь на землю перед Олучем, произнес я. – Давай по порядку. Я благодарен тебе за обнаружение этой свистульки, но у меня не так много времени, чтобы разгадывать твои загадки. Если не хочешь отдавать, то можешь оставить её себе. Гоняться за тобой по лесу я не стану. Если хочешь, могу Джеро позвать. Вы с ним отлично побегали.

Грызун недовольно застрекотал и отбежал к краю зарослей. История с иллюзией повторилась, только в этот раз к ней добавился звук тревожного свистка. Олучь понесся в лес. Картинка над ним дрожала и рвалась от встречных веток и кустов, но зверёк упрямо восстанавливал её, тратя на поддержание большого образа все свои силы. Звук давался ему особенно тяжело и быстро начал прерываться, теряя стабильность.

Если я хоть что-то понимал в происходящем, то вывод напрашивался сам собой. У лесного обитателя что-то случилось, и он пытался найти помощь. Возможно, Джеро он гонял по лесу именно с целью привлечь внимание жителей деревни. Вот только никто на тревогу не откликнулся, кроме меня. Да и я уже собирался уходить.

Главная проблема ‒ сложность общения. Если бы Олучь мог понимать человеческую речь, то было бы в десятки раз проще. Универсальным языком животных, который использовали анималисты, я не владел. Это не моя область и я особо не уделял ей внимания. В случае необходимости, использовал свои способности к ментальной магии. Обычно этого хватало для решения большинства вопросов.

– Ну, веди, если не шутишь, – с сомнением произнес я и сделал пару шагов следом за грызуном. Зверёк разразился победным треском и понесся куда-то вглубь леса. Мне пришлось перейти на бег, чтобы не потерять его из вида. – И зачем мне это нужно?

Первые минут десять я бежал спокойно, но потом внутри начало просыпаться недовольство. Вместо того чтобы готовиться к встрече с наборщиком или хотя бы нормально отдохнуть, я носился по лесу за полуразумным существом. Только тот факт, что Олучи были очень восприимчивыми к магии и не представляли опасности для людей, заставлял меня продолжать бежать следом.

Сил на большую иллюзию у моего проводника уже не осталось, и он только временами обозначал направление при помощи серебристых вспышек. Потом вообще сократил дистанцию и просто бежал впереди меня, иногда высоко подпрыгивая в траве.

Направление не менялось. Олучь вёл меня напрямую к известному ему месту. Не в сторону Светлого, а куда-то западнее. Примерно в том направлении, откуда пришла орда чудовищ. Вскоре нам попались на пути первые признаки зачистки, которую проводили силы императора. На большой поляне лежало несколько выпотрошенных трупов монстров. Их обработали алхимическим составом и оставили растворяться. Следующие лет десять в этом месте вряд ли будет что-то расти, но это небольшая плата за остановку заражения земли.

Олучь выходить на поляну побоялся и сразу свернул в сторону. Мне хватило беглого взгляда, чтобы определить уничтоженных монстров, поэтому приближаться к останкам тоже не стал. Гончие. Штук пять или чуть больше. В месиве тел определить точное количество б сложно. Вся поляна была истоптана, а чуть в стороне лежала туша погибшего в бою хаграла. То ли Стражи что-то не рассчитали, то ли монстры напали на них внезапно.

Дальше воины императора работали более внимательно. Ещё трижды мы находили похожие места сражений, но там были только западные твари. Олучь начал выдыхаться и бежал уже значительно медленнее, а я всё чаще думал, что вернуться до вечера точно не успею.

Вскоре я понял, что совершил ошибку. Олучь начал рыскать из стороны в сторону, словно впервые оказался в этой части леса. Мы ушли уже достаточно далеко, чтобы добраться до противоположного края территории грызуна. Больше он контролировать не мог, потому что был слишком мелким. И сейчас мой проводник явно не знал, куда идти дальше.

– Потерялся? – негромко спросил я. Что мы ищем ‒ я не знал, поэтому искать какие-то ориентиры — глупо. Оставалось надеяться, что грызун разберется в ситуации и сможет наконец показать мне, что его так встревожило.

Красная шкурка мелькнула в траве и скрылась за кустами. Оттуда послышался знакомый треск, и я осторожно пошёл следом. В воздухе стоял едва уловимый кислый запах, который всегда оставался после крупных западных тварей. Судя по количеству уничтоженных монстров, Стражи прошли здесь частой сетью. Запах мог остаться от одной из стай гончих, которые просто пробежали мимо. Однако это оказалось не так.

За кустами открылось большое дерево. Между массивных корней виднелась большая дыра. Раз в десять крупнее Олуча, который меня сюда привёл. Сам зверёк беспокойно кружил рядом и тревожно нюхал воздух. Оказалось, он не потерялся, а просто боялся подходить к своей норе. Мне она тоже не особенно нравилась.

Я достал меч и медленно подошёл ближе. Логово Олуча было старым. Здесь прожило не одно поколение этих магических существ. Об этом говорила странная дрожь воздуха над входом. Не тепло, а что-то вроде магической завесы. В случае опасности обитатели норы могли сделать её совершенно невидимой. И даже опытные маги не смогут найти это место. Эта мысль заставила меня удвоить осторожность.

Если какая-то из сбежавших западных тварей воспользовалась укрытием, то вполне могла избежать зачистки. Вот только верилось в это с огромным трудом. Подобные хитрости полностью противоречили обычному поведению монстров. Голая мощь, жажда человеческой крови, тупая агрессия – любое определение подходило больше, чем хитрый ход с поиском подходящего укрытия. Мало того, что эту нору нужно было найти, так ещё и отсидеться в ней чудовище могло, только полностью понимая, что за ним идёт полноценная охота. А это уже совершенно другой уровень мышления. Другой уровень разума…

Подобрав с земли крупную ветку, запустил её в дерево. Послышался глухой стук, и я приготовился встретить мечом прячущуюся под землей тварь. Однако ничего не произошло. Нора осталась такой же тихой и темной. Ни малейшего звука из неё не донеслось.

– Ты уверен, что у тебя гости? – покосившись на Олуча, спросил я. Зверек что-то прострекотал в ответ и попытался создать объемную иллюзию, но у него ничего не получилось. Тогда грызун издал воинственный треск и вздыбил шерсть. Правда, подходить к норе не стал. – Ну, давай попробуем иначе.

Я взял палку подлиннее, встал сбоку от входа и принялся шерудить внутри, создавая максимум шума. Кто бы ни занял логово Олуча, он обязан был на это отреагировать. Вскоре я убедился, что мой метод не работает и решился заглянуть в нору. Обычно они глубиной не больше человеческого роста, но ход всегда изгибался. Жилая полость находилась выше входа, чтобы убежище не затопило в период ливней. Размеры входного тоннеля сильно меня настораживали, и я держал перед собой меч, готовый в любое мгновение выскочить из хода.

Шаг, другой… Впереди было темно, а сзади слышался нервный треск хозяина норы. Я принюхался, но привычной кислой вони не ощутил. Если бы внутри находилась западная тварь, то скрыть запах у неё бы точно не вышло. Какой-то призвук имелся, словно монстр давно покинул это место, но не более того. Дальше пошёл уже более уверенно и вскоре увидел заваленное золотыми безделушками жилище моего мохнатого спутника. Все его сокровища выглядели довольно странно. Будто их усиленно втаптывали в грязь. Или сверху лежало массивное тело. Или всё ещё лежит. Я качнулся назад и услышал басовитое шипение. Вот только шло оно не из норы, а снаружи.

Глава 14

Ситуация мгновенно изменилась. Если из логова и был другой выход, то воспользоваться им я не смогу. Просто не пролезу. Тварь, прятавшаяся в норе Олуча, поджидала свою жертву снаружи. Может, поэтому зверёк настолько осторожно подходил к своему дому. Решение нужно принимать быстро и я пришёл к выводу, что принимать бой надо на открытом месте. Там у меня значительно больше шансов выжить.

Я рванулся к выходу. Его перегородила массивная тень, но пространства оставалось достаточно. По крайней мере, чудовище ещё не засунуло голову в нору, запирая меня в ловушке. Причина такого поведения обнаружилась, едва я выкатился из тоннеля.

На поляне возле норы свернулась кольцом массивная туша, и я даже не поверил сначала своим глазам. Этого не могло быть, потому что подобных тварей пропустить Стражи Границ не имели права. На траве лежал здоровенный червь. Они встречались среди западных тварей настолько редко, что мне даже не пришло в голову связать странное поведение сбежавшего монстра со знакомыми повадками.

Вокруг твари красной молнией носился Олучь. Чудовище пыталось придавить противника кольцами, но скорость у зверька была просто фантастической. Он непрерывно перемещался, вынуждая гигантского червя сконцентрироваться на трещащем без умолку противнике. Благодаря бешенству моего спутника, у меня появилась возможность потратить пару драгоценных мгновений на оценку ситуации и выработку тактики боя. Хотя больше всего мне в этот момент хотелось просто сбежать в лес и не возвращаться на эту поляну никогда. Потому что на ней басовито шипел Пожиратель магии.

Эти монстры отличались от своих сородичей не только внешним видом, но и наличием своеобразных способностей. Для упрощения способов борьбы с тварями, я всегда старался давать им максимально простые названия, которые сразу говорили о главной опасности этих существ. И покрытый толстой хитиновой броней червяк-переросток был одним из самых неприятных противников для человеческих магов.

На него практически не действовали атакующие заклинания и стихии. Его нельзя сжечь или утопить. Тварь впитывала даже атакующую ману, как сладкий десерт. А самое хреновое в том, что она могла использовать часть полученной энергии и вернуть её обратно в том же виде. Базовая защита воинов императора заканчивалась в течение нескольких секунд. Амулеты переставали работать, а артефакты лишались зарядов, превращаясь в бесполезный хлам. Однако Алаир сделал так, что в нашем мире за всё нужно платить.

У этого вида тварей не было полноценной пасти, и они не могли использовать убитых врагов в качестве топлива. Пищей для Пожирателя служили любые источники маны, до которых он мог добраться. Судя по мерцанию шкуры и прозрачности некоторых слоёв брони, этот монстр выпил весь запас магии иллюзии из логова Олуча. Может, и кого-то из его родственников опустошил, чтобы пережить охоту.

В моём распоряжении имелось только простое оружие, но этого должно хватить. Главное, чтобы не подвело моё новое тело, потому что ему предстояло настоящее испытание. Я достал кинжалы, пару раз глубоко вдохнул и запрыгнул на верхнюю часть чудовища. Где у него спина, а где брюхо ‒ понять невозможно. Одним из главных способов уничтожения врагов для Пожирателя было что-то вроде пресса. Тварь начинала кататься по земле, размазывая противников тонким слоем. Особенно неприятно это было в условиях крепостей.

Острие кинжала всадил под пластину брони. На руку капнула вонючая кровь чудовища. Второй клинок загнал в следующую щель. Тварь резко дернулась. Руки чуть не вырвало из суставов, но я удержался. Олучь продолжал дразнить Пожирателя и даже попробовал его напугать. Что это за иллюзия ‒ я не увидел. В пространстве мелькнула серебристая вспышка и её тут же затянуло в тело чудовища.

Рядом со мной начала пузыриться броня твари. Она словно разогревалась. По хитину побежали красные прожилки, в лицо дохнуло жаром и мне пришлось приложить немалое усилие, чтобы убедить себя остаться на месте и продолжить ковырять пластину брони. Если бы в распоряжении Пожирателя была магия огня, то он бы уже атаковал. Удерживать долго полученную ману эти существа не могли.

Олучь понял свою ошибку и перестал использовать способности. Вместо этого зверёк принялся носиться вокруг чудовища, заставляя его поворачиваться следом. Я продолжал упрямо ковырять плотную шкуру кинжалами. Почти вырезал одну пластину. Руки уже по локоть вымазаны кровью монстра. Оружие точно придется выкидывать.

Тварь содрогнулась и начала заваливаться набок. Я успел спрыгнуть в самый последний момент. Перед этим отогнул частично срезанную чешуйку и загнал кинжал под неё. Монстр попытался применить привычный трюк и покатился по поляне. Однако в лесу для таких маневров откровенно мало места.

На середине второго оборота Пожиратель врезался в дерево. На ствол потоком хлынула кровь. Про первый кинжал можно забыть. Он попал под удар и скрылся где-то в теле чудовища. Но своё дело он сделал. Теперь нужно повторить процедуру ещё раз пять, чтобы противник ослаб и его можно было добить. Проблема в том, что инструментов у меня для этого мероприятия недостаточно.

Я отбежал на несколько метров от взбешённого чудовища, выжидая момент для новой атаки. Наверное, впервые с момента пробуждения, я порадовался тому, что в моём теле нет ни крошки магии. Тварь видела меня очень смутно и это позволяло нормально подготовиться к следующему нападению. Зато Олучь для Пожирателя был заметен, несмотря на всю скорость и проворство грызуна.

Во время отражений первых волн западных тварей, мы узнали удивительную особенность этих существ. У каждого монстра своя функция в орде, которая делала его частью общего механизма. В то время как Грызы и Кузнечики уничтожали обычных солдат, Пожиратели охотились за магами и лишали защиты воинов императора. Восприятие у червей настроено так, чтобы находить свои цели даже при сильнейшем возмущении магического фона вокруг. Среди тварей даже встречались грузовые особи, которые доставляли Пожирателей к месту боя. Но этот монстр был один.

Мне пришлось ждать почти минуту, пока противник немного успокоится. Червь сделал несколько оборотов по поляне и возобновил попытки поймать магического грызуна. За это время я наметил себе две следующие точки атаки. Если повезёт, то этого хватит для победы над врагом.

Без магического зрения обнаружить средоточие энергии червя крайне сложно. Внешних признаков слишком мало. Нужная чешуйка немного отличалась цветом, но сейчас монстр был покрыт слоем грязи и остатками перемолотой травы.

Олучь взлетел на дерево и оттуда спрыгнул на спину монстра. Тварь изогнулась, пытаясь достать грызуна, а тот, вместо отступления, начал яростно скрести лапками одну из чешуек. И не угомонился, пока не процарапал несколько внушительных полос. Для меня разницы особой не было, и я решил, что зверек пытается мне помочь.

Кожу на руках начало ощутимо щипать и это подтолкнуло меня к действию. Новый заход оказался неудачным. Едва ощутив лишний вес на спине, червь перекатился по поляне, едва меня не расплющив. Пришлось ждать новой возможности. За это время Олучь повторил свою атаку, и её целью стала та же чешуйка. А потом в дело вступил я.

Орудовать мечом в таких условиях было неудобно. Я вогнал кинжал в тушу монстра и принялся подрезать чешуйку размером с боевой щит. Получилось это только с третьей попытки. За это время поляна превратилась в месиво грязи и перемолотых растений. Я стал частью этого пейзажа, и только красное тельце Олуча оставалось относительно чистым.

– Пробуй заманить его к дереву! – вгоняя меч в открытую рану и упирая его рукоятью в чешую, выкрикнул я. Командовал без особой надежды на то, что зверёк меня поймет, но тот мгновенно разразился воинственным треском и едва не попал под тело червя.

Грызун начал царапать тело чудовища снизу, вынуждая его начать перекатываться. Без поддержки обычных тварей, Пожиратель оказался не таким уж страшным противником. По крайней мере, мгновенно он нас убить не мог. А этого уже достаточно, чтобы у нас появился шанс.

Массивное бронированное тело перевернулось и врезалось в дерево. Я с тревогой следил за начавшимися судорогами чудовища. Казалось, что оно вот-вот восстановится и вернется в бой. Однако, дернувшись ещё несколько раз, тварь затихла и обмякла.

Я без сил опустился на землю, сгреб ближайший комок грязи и начал тереть руки. Зуд сводил с ума, и я мечтал только о фляге с алхимическим раствором, который видел у Стражей Границ. Мне потребовалось минут пять, чтобы очистить кожу, но этого мало. Контакт с кровью чудовища оказался слишком продолжительным. Нужно средство посерьезнее, но ничего подходящего у меня не было.

Олучь забрался на тушу поверженной твари и выдал треск, похожий на барабанную дробь. Я вяло улыбнулся и отполз к дереву, чтобы не валяться в грязи. Сил удерживать себя в вертикальном положении просто не осталось.

– А ты смелый малый, – когда зверёк спрыгнул с туши и подбежал ко мне, проворчал я. – Жаль, что твоя нора теперь безнадежно испорчена.

Олучь посмотрел в сторону громадной ямы в земле. Во время сражения, Пожиратель несколько раз бился в дерево, под которым находилось логово зверька. Судя по размерам ямы, нора имела этажа четыре и с десяток соседних полостей. Для одного грызуна места даже слишком много. Наверняка в норе проживала целая колония из пары десятков особей.

Грызун осторожно подошёл ко мне вплотную и обнюхал мои руки. Потом смешно чихнул и рванул к руинам своего дома. Долго рылся там и горестно трещал о нелегкой судьбе потерявшего своё жилище домоседа. Я в это время пытался прийти в себя и понять, что делать дальше.

Безусловно, уничтожение спрятавшегося от тотальной зачистки монстра ‒ дело хорошее. Если бы тварь осталась здесь надолго, то могла оставить потомство и необратимо нарушить магическое поле, заразив этот участок леса скверной западных земель. В принципе, труп червя сделает то же самое, только за гораздо большее время. Лет пять-шесть и растения вокруг начнут меняться. Потом в зону заражения попадет какое-нибудь животное. Мутанты начнут разносить заразу дальше, пока вести об этом не дойдут до имперских магов.

В целом, если я прямо сейчас уйду и вернусь сюда через полгода, то ничего страшного произойти не должно. Был ещё вариант вернуться к завалам дохлых тварей и поискать остатки алхимических растворов. Иногда группы зачистки оставляют баклажки, чтобы любой путник мог повторить очистку. Но Стражи Границ пользовались только своими припасами и маловероятно, что они сделали подобные закладки.

– И так плохо, и так нехорошо, – проворчал я. Справа мелькнула красная тень, и передо мной возник Олучь. Зверёк держал в лапках невзрачное серебряное колечко. Ни гравировок, ни каких-то рун на нём не было. – Это подарок?

Грызун положил передо мной награду за помощь и отступил на пару шагов, словно приглашая меня изучить подношение. Я дотянулся до кольца и взял его в руки. Не знаю, сколько оно пролежало в норе, но магии в нём ещё меньше, чем в моём теле. Некоторое время, под пристальным взглядом Олуча, я рассматривал украшение. Не найдя никаких опасных признаков, надел кольцо на палец и показал зверьку.

– Отличная штука. – улыбнулся я. – Спасибо.

Грызун встопорщил шерсть и со второй попытки создал в воздухе небольшую иллюзию. На ней странно одетый человек черпал землю руками и вытирал ею кожу на лице. На руке иллюзорного мага надето то же кольцо, которое мне притащил Олучь. Мохнатый маг старался изо всех сил, но все нюансы передать всё равно не смог. Только и было понятно, что кольцо как-то воздействовало на грунт, придавая ему особые свойства. Может, если показать эту штуку кому-то из магов, то станет более понятно. Сам я определить свойства артефакта смогу ещё не скоро. Но повторить действия человека всё же решился.

Ковырнул кусок грязи под ногами и растер в левой руке, на которой было кольцо. Как и думал, ничего не произошло. Олучь издал разочарованный треск и ускакал в развалины норы. Я прикинул оставшееся время и решил, что пора выдвигаться в обратную дорогу. В голове крутился грядущий разговор со старостой деревни. Придется многое объяснить Барису. В том числе, почему я лишился оружия и снова похож на грязного бродягу.

Вставать не хотелось, но я пересилил себя. Дорога предстояла неблизкая, а бежать в том же темпе я точно не смогу. На окраине поляны меня догнал Олучь. На этот раз зверёк притащил оружие. Небольшой стилет, который больше подходил какой-нибудь даме, чем воину ‒ рукоять украшена крупным красным камнем. Гарды не было вообще, будто это оружие предназначалось для домашних дел. После первого же удара рука соскользнет на лезвие, и владелец останется без пальцев ‒ если у хозяина ножа нет достаточного опыта для обращения с таким оружием. У меня такой опыт был. Но принял я новый подарок не поэтому.

Этот клинок сделан по всем правилам артефакторики. Идеальные пропорции и баланс. Многослойный металл имел характерные следы травления в крови западных чудовищ, а по всему лезвию шла густая вязь древних рун. Я всмотрелся внимательнее и удивленно присвистнул. Это был не просто подарок. Это был настоящий императорский дар. Если однажды у меня получится заполнить камень в основании этого стилета маной, то я получу очень серьезный аргумент в любом противостоянии. Не как моё прежнее оружие, но очень близко к нему.

Если бы руны наносил я, то добавил бы к ним ещё несколько. Для стабилизации и уменьшения расхода энергии. По сути, текущая комбинация рун могла использоваться для единственного удара. Но его не смогла бы остановить ни одна защита. Оружие убийцы, а не воина.

– Удивил ты меня, Рыжий, – покачал головой я. – И чего только не найдешь в ваших норах…

У меня даже мелькнула мысль устроить раскопки логова Олуча, но я тут же от неё избавился. Во-первых – на это требовались время и силы. Во-вторых – грызун и так был мне благодарен. Уверен, он притащил самое ценное из своей коллекции. Может, и имелось среди трофеев зверька что-то более подходящее моим целям, но найти и опознать подобные вещи будет непросто. Я и так получил больше, чем ожидал от этого похода.

– Ну, удачи тебе, Олучь, – направляясь в сторону далёкой деревни, произнес я. – Только нору придется тебе рыть новую. Рядом с дохлой тварью оставаться опасно. Мой тебе совет…

Договорить я не успел. Грызун скользнул вперед и вихрем взлетел по моему телу, устроившись на плече. Шею щекотнуло мягким мехом и рядом с ухом раздался удовлетворенный вздох.

– Или так, – улыбнулся я. К анималистам я отношения не имел никакого, но подвезти Олуча до ближайшего безопасного места был не против. – Но место выбирай подальше от деревни. Иначе местные натравят на тебя стражу. Ты слишком отличаешься от обычных местных животных.

День был в разгаре, и я рассчитывал, что доберусь до деревни ещё дотемна. Грызун на моих плечах растянулся во всю длину и бессовестно уснул. С одной стороны свисал длинный красный хвост, а с другой щекотало щеку подергивающееся ухо.

Мы отмахали почти половину пути, когда Олучь проснулся и начал осматриваться по сторонам. Слезать он отказался наотрез, хотя я ему несколько раз предлагал. Уже на подходе к деревне, решил высадить своего пассажира.

– Ты не можешь со мной идти в деревню, – твердо произнес я. – Как только местные тебя увидят, нас обоих сдадут императорской страже.

Зверёк секунду смотрел на меня, а потом его шерсть начала менять цвет. Иллюзия была достаточно убедительной, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Многие путники заводили себе питомцев, чтобы не так скучно было в дороге. В принципе, это не выходило за рамки обычного. Разве что внешний вид Олуча иногда немного менялся. Но для этого за ним надо долго и внимательно наблюдать.

– Ну, давай попробуем, – с сомнением произнес я.

За деревьями уже виднелось поле, а за ним стены Холмовой. Идти оставалось совсем немного. Ноги уже гудели от усталости и разбираться с прибившимся ко мне зверьком не было сил. Хотелось забраться на сеновал и улечься спать. Даже работу с телом и разумом решил отложить на следующий день.

Ворота деревни были заперты, но это меня не удивило. Скорее всего, все жители деревни прятались по домам после жутких рассказов Джеро и Морока. Мне оставалось пройти всего метров двадцать, когда над воротами поднялись сразу три головы.

– Алаир всемогущий… – донесся до меня потрясенный вздох и я узнал дрожащий голос Морока. – Он вернулся из ледяной пустыни, чтобы забрать нас с собой! Готовьте огонь!

Глава 15

Столица Алаирской Империи. Магическая Академия Виара.

Верховный маг империи мерил шагами свой просторный кабинет. Это продолжалось уже несколько часов. С того самого момента, как глава Серой Стражи сообщил об успехе поисков. Архимагистра подмывало бросить всё и отправиться в канцелярию Рикера, чтобы забрать драгоценный ларец лично. Единственное, что его останавливало – это приказ императора, который требовал присутствия главы Серых во время вскрытия ларца.

Вчерашний разговор с повелителем оказался невероятно тяжелым и нервным. Ещё никогда в жизни архимагистр не был так близко к плахе. Проклятый глава Серых сделал всё возможное, чтобы император впал в ярость. Учитывая, что глава Алаирской Империи считался сильнейшим магом современности, подобное его настроение могло закончиться гибелью для любого его подчиненного. Но архимагистр выжил. Несмотря ни на что. И даже смог добиться права продолжить поиски наследия Миара.

Личность этого человека вызывала у верховного мага настоящие приступы ненависти. Граф Эльзебар Крей был потомственным аристократом. Его предки правили своими владениями ещё во времена первых императоров. Уже тогда род Крей славился чистотой своей крови и непримиримым отношением к любым низкорожденным. Тем более, если эта чернь претендовала на звания магов или пыталась встать на одну ступень с настоящими аристократами.

А Миар был именно чернью. Обычным наемником, который заставил склониться перед ним самого императора. Он вынудил отдать ему процветающий край на западной границе империи и получил титул герцога, хотя даже близко не имел отношения к высшим слоям имперского общества. Каждый раз, когда ему приходилось читать лекции о подвигах самозванного герцога, архимагистр давил в себе злость и ненависть. Этот человек заставил всех поверить, что магия может быть доступна всем. Даже хуже – он показал это своим примером, и простые крестьяне поверили в это.

Почти тысячу лет после исчезновения этого самозванца приемную комиссию академии штурмовали всевозможные деревенские знахари и самоучки. Однако, предки архимагистра были не одиноки в своих убеждениях. К текущему моменту, всё давно пришло в норму и чернь наконец заняла своё место. В стенах академии больше не училось ни одного простолюдина, как и положено самому престижному учебному заведению.

Однако отрицать вклад Миара в магическую науку ‒ глупо. Сил этому самоучке было не занимать, и он умел находить новые пути для решения привычных задач. Разработанный герцогом метод развития тела до сих пор стоял на вооружении сил империи. Часть знаний утеряна, но даже пятого уровня Риит-Гар достаточно, чтобы сильно повысить продолжительность жизни магов и аристократов. Для простых людей эта методика недоступна и считалась тайным знанием лучших военных частей империи.

Примерно так же дело обстояло и с магией. Только сохранить большую часть наследия Миара не удалось. Слишком мощным было нашествие тварей в первые годы после создания Преграды и слишком много погибло опытных магов. И сейчас, когда появился малейший шанс восстановить утраченные знания, архимагистр готов на всё.

Глава Серой Стражи сделал правильные выводы, но доказать что-то у него не вышло. Группа магистров, которая отправилась на другую сторону Преграды, обязана была вскрыть место захоронения последнего ученика Миара. Проблема в том, что это захоронение находилось глубоко в зараженных территориях. Такова последняя воля архимагистра Риджеса. На момент гибели он занимал пост верховного мага империи и с ним никто не смел спорить. К тому же, отдельный поход для этого устраивать не пришлось – Риджес погиб во время длительного рейда в Западных Землях. Там его и похоронили.

Причину такого решения предшественник графа Крея нашёл в дневнике другого ученика. Миар дал своему сильнейшему последователю ключ от своих знаний и тот забрал его с собой в могилу. Проклятый глупец! Как можно было так поступить и обречь всю империю на тысячи лет бессмысленной войны с полчищами тварей?!

Глава поисковой группы сообщил Крею, что захоронение окружено множеством гнёзд чудовищ. Они словно специально собирались в этом месте. Хотя, архимагистр абсолютно уверен, что никаких случайностей тут нет. Архимагистр Риджес обладал чудовищными возможностями и его тело, даже после смерти излучало потоки магии Осей. Граф считал, что именно это привлекало тварей. Это, и оставленная в склепе шкатулка с ключом от архива герцога Миара. Если и были какие-то другие причины, то они не имели значения.

Верховный маг империи прикрыл глаза и коснулся рукой черепа древнего чудовища, который столичные мастера превратили в камин. Каждый предмет в кабинете архимагистра должен внушать посетителям мысли о величии хозяина этого места. За каждой костяной статуэткой или шкатулкой стояли целые истории, и мало кто знал, что почти все они — ложь. Графу Крею приходилось постоянно доказывать всем, что он достоин своего места у трона императора. Это дико раздражало. В основном потому, что старик знал правду.

В империи имелось много более сильных магов. Были среди них и более опытные. Но все они уступали графу в умении интриг. Части конкурентов это знание стоило жизни. Для графа важно только то, что императора устраивает его кандидатура на посту верховного мага. Остальное и остальные Крея не интересовали.

Сознания архимагистра коснулся зов сети сигнальных артефактов. Границу академии пересёк экипаж герцога Рикера. Ожидание почти закончилось. Старик глубоко вдохнул и неспешно направился к своему креслу, больше похожему на трон. Встретить гостя он должен в полном спокойствии и ничем не показать, что ждал этого все последние часы.

– Архимагистр Крей, – прозвучал из установленного в массивных дверях артефакта голос секретаря верховного мага. – Герцог Рикер прибыл в академию и требует немедленной встречи.

– Я готов его принять, – выждав положенное время, холодно ответил старик. – Не обременяйте герцога проверками.

– А что насчёт его спутников, архимагистр? – тут же уточнил секретарь. – Герцог требует присутствия троих его подчиненных из Серой Стражи на вашей встрече.

– Если это необходимо, – скрывая недовольство, ответил архимагистр. Посторонние ему точно были не нужны во время вскрытия шкатулки. Но глава Серых сейчас находился в более выгодном положении и добился от императора права прямого контроля над поисками архива. Ссориться с ним архимагистру не с руки. Тем более, Рикер и так недоволен ситуацией.

Ждать гостей пришлось недолго. Уже через несколько минут двери открылись и в них зашла четверка Серых. Герцог был в привычном камзоле, а на его спутниках серые дорожные плащи. Одежда покрыта пылью, а от людей едва ощутимо тянуло алхимическим нейтрализатором и кислой вонью западных тварей.

Однако в большей степени хозяина кабинета интересовали не сами гости, а их груз. Один из подчиненных Рикера держал в руках небольшой сундук, полностью покрытый защитными рунами. В таких Серые перевозили особо опасные и ценные артефакты.

– Рад приветствовать вас в стенах академии, герцог Рикер, – радушно произнес архимагистр. – Не каждый день к нам заглядывают наши лучшие выпускники.

– Я бы заглядывал чаще, но поводов не было в последнее время, – холодно улыбнулся герцог. – К счастью.

Слова облеченных силой людей часто имели множество значений. Сейчас верховный маг империи отчетливо услышал предупреждение о том, что Серые готовы вмешаться в любую подозрительную деятельность в стенах академии, если обнаружат хотя бы малейшую причину. Так произошло во время прошлого визита Рикера пять лет назад. Тогда были с позором уволены несколько магистров, но самому Крею удалось избежать последствий участия в запрещенных ритуалах.

– Уверен, мы сможем выстроить взаимовыгодное сотрудничество, господин Рикер, – тонко улыбнулся хозяин кабинета.

– Не сомневаюсь, архимагистр. – кивнул Рикер.

– Представите мне ваших спутников? – поинтересовался старик.

– Пока в этом нет необходимости, – невозмутимо ответил герцог и дал знак своим подчиненным. Двое разошлись в стороны, а третий прошёл прямиком к небольшому столику у камина и поставил на него свой груз. – Они выполнили свою задачу и доставили груз в столицу.

– Тогда, быть может, стоит дать отдохнуть вашим людям? – нейтрально уточнил архимагистр. – Они проделали большой путь и огромную работу. Я готов предоставить им комнаты отдыха, если вы считаете, что они должны быть рядом с вами. Понимаю, что статус обязывает заботиться о собственной безопасности, но в стенах академии Виара вам точно ничего не угрожает.

– Благодарю вас за заботу, архимагистр, – усмехнулся Рикер. – Пара суток на ногах не скажется на моих людях. Повелитель приказал мне обеспечить безопасность найденного артефакта, и я намерен выполнить его приказ. Эти люди охраняют не меня, а сундук. Можно сказать, что они мне не подчиняются в данный момент. Если возникнет угроза содержимому этого ларца, то они примут меры.

– Интересно, – внимательно осматривая троицу Серых, протянул старик. Теперь стало понятно, почему его поисковые артефакты ничего не сказали о спутниках герцога. Вернее, хозяин получил образ трёх существ без малейших признаков угрозы. Рикер знал, куда идёт, и взял с собой лучших из лучших своего ведомства. Среди магов этих Серых называли Вестниками Льда. По сути, это были убийцы на службе империи. – Тогда предлагаю перейти к тому, ради чего мы все здесь собрались.

Верховный маг империи открыл ящик рабочего стола и достал из него дневник ученика герцога Миара. Он и так помнил ключ, который Маркус оставил в своих записях, но сейчас малейшая ошибка могла обернуться катастрофой.

– Это будет самое правильное решение, – кивнул глава Серых. – Наша помощь понадобится?

– Нет, – покачав головой, улыбнулся архимагистр. – Ларец заперт печатью на основе энергии Осей. Я уже несколько раз проверил структуру ключа – он работает отлично. Вам нужно только достать артефакт из защитного сундука. Насколько я понимаю, это можете сделать только вы, герцог?

– Император велел обеспечить максимально возможную безопасность, – кивнул Рикер. – Моё присутствие обязательно при открытии ларца. Его поместили в этот сундук, как только нашли в развалинах погибшего города. Один из ваших магистров до последнего оставался рядом с артефактом и потратил всю свою ману на защиту этого предмета, включая энергию своего тела.

– Иного я от верных слуг императора и не ожидал, – тяжело вздохнул старик. – Это достойная смерть. Вам удалось выяснить имя героя?

– Им был магистр Вирон, – коротко ответил герцог. – Меня очень заинтересовал тот факт, что один из сильнейших магистров потратил все свои силы на защиту деревянной шкатулки, вместо того, чтобы помочь своим братьям в обороне города.

– У него был приказ обеспечить сохранность артефакта любой ценой, – невозмутимо ответил старик. – И он выполнил свой долг, чтобы мы могли выполнить свой.

Архимагистр выжидательно посмотрел на главу Серой Стражи и тот коснулся крышки сундука. Порядок активации защитных рун известен только ему, но это лишь часть активной защиты. Вокруг хранилища возник рисунок атакующего заклинания, и Рикер тут же создал длинную череду мелких заклятий, блокировавших каждый отдельный блок рунной цепи.

Рисунок погас так же быстро, как появился, и крышка сундука со щелчком приподнялась. Герцог отошёл в сторону и приглашающе указал архимагистру на сундук. Наверное, впервые за последние годы руки верховного мага империи дрогнули. Он отбросил крышку и жадно уставился на темно-серую шкатулку с грубой эмблемой герцога Миара на крышке. Этот самоучка даже что-то изящное не потрудился придумать в качестве своей подписи. Так и оставил пару рубленых линий, больше похожих на удары меча.

Архимагистр осторожно коснулся деревянной поверхности и тут же ощутил запредельную мощь этого артефакта. Ни о чем подобном он даже мечтать не мог, а ведь это всего лишь защита на обычной шкатулке, которую поставили ученики этого дикаря. Даже не он сам!

– Мне потребуется некоторое время на подготовку, – предупредил хозяин кабинета и осторожно перенес шкатулку на свой рабочий стол. Пара Серых почти незаметно сместилась, оказавшись на расстоянии одного рывка от верховного мага империи. Старик с трудом подавил улыбку.

У него никогда не было невероятной силы, которой обладали маги древности, но нанести вред архимагистру в его личном кабинете смог бы разве что сам император. О собственной защите старик думал в первую очередь и средства на неё никогда не жалел.

Поверхность рабочего стола преобразилась. Красноватое дерево покрылось сеткой рун, а в центре проступил магический рисунок для работы со сложными артефактами. Сам стол имел массу дополнительных возможностей, о которых гостям знать не следовало. И старик активировал только видимую часть своего рабочего пространства.

Архимагистр очень медленно установил шкатулку в центр круга и влил немного маны в защитный контур. Магия Осей требовала чудовищного напряжения и определенного состояния тела. Верховный маг империи обладал пятым уровнем Риит-Гар и таким же в системе Нидригар. Это позволяло ему считать себя одним из самых продвинутых адептов техник герцога Миара. Но даже так старику тяжело удерживать образ рисунка на основе магии Осей. Если бы не предварительная тренировка, то граф мог потерять контроль. Но он был готов.

В пространстве над шкатулкой, одна за другой, проявились магические символы, такие же грубые и рваные, как подпись их создателя. Некоторые даже считали, что сама подпись герцога Миара несёт в себе его силу.

Вокруг Рикера возник рисунок защитного заклятья на основе стихии воздуха. Герцог изначально был силён в этом направлении магии и решил сразу максимально подготовиться к последствиям вскрытия шкатулки. Примеру своего лидера последовали все Серые.

Материал, использованный для создания шкатулки, оказался гораздо сложнее, чем казалось на первый взгляд. Дерево разошлось на десятки слоев, открывая всё новые и новые строки рун. Сложность артефакта поражала воображение. Вот только восхищаться работой древних магов было присутствующим некогда.

Архимагистр уже тяжело дышал. Удержание структуры ключа давалось ему с большим трудом. Во время испытаний он работал с магией Осей не больше нескольких мгновений, а сейчас прошло уже гораздо больше времени. Старик дернул ногой и коснулся массивного кристалла, установленного на обратной стороне стола. Для мага его уровня и положения, использование подобных подпорок могло стать настоящим позором, но Рикер даже не подумал обратить на это внимание. Самое главное, что ритуал вскрытия артефакта прошёл успешно.

Об этом говорили погасшие на шкатулке руны и пропавшее давление смертельной угрозы, которое исходило от работающей защиты артефакта. На столе перед архимагистром осталась самая обычная деревянная коробка. Содержимое было скрыто от герцога поднятой крышкой и ему пришлось ждать, пока старик придет в себя.

Архимагистр заставил себя выпрямиться и бросил мимолетный взгляд внутрь ларца. Потом посмотрел снова и Рикер прочел в глазах старика ужас и недоверие.

– Что-то не так? – поинтересовался глава Серой Стражи.

– Этого не может быть, – прошептал старик. – Защита шкатулки не нарушена. Содержимое не могло пострадать от Ветра Перемен. Я же всё рассчитал…

– Да что там?! – напряженно воскликнул Рикер и, быстро подойдя ближе, заглянул в шкатулку. На дне, которое оказалось вдвое глубже, чем казалось снаружи, лежал амулет. Идеально ограненный кристалл невероятной емкости, оправленный в редчайший металл империи, способный выдержать даже давление энергии Осей. Кристалл был расколот на десяток неровных частей, а оправа из кридриса почернела и обуглилась, словно побывала в жерле вулкана. – Что это значит, архимагистр?

Верховный маг империи поднял взгляд и растерянно посмотрел на главу Серой Стражи.

– Я не знаю, Рикер, – произнес он. – Этого не может быть. Никто из древних не мог положить в ларец обломки просто ради шутки. Я не понимаю, почему он разрушился. Ты можешь отправить в Светлый ещё одну поисковую группу? Может, они найдут следы какого-то мощного возмущения энергии?

– После Ветра Перемен? – прямо спросил герцог. – Даже если бы это было возможно, то сейчас город уже сравняли с землей. Ничего найти там не получится.

– Тогда нужно опросить всех участников зачистки, – постепенно приходя в себя, произнес старик. – Они могли что-то видеть. У меня только одно предположение – нас обманули. Возможно, в городе находился кто-то из Проклятых. Может, у них была родственная структура или что-то похожее, что разрушило ключ на расстоянии. Если в руках Проклятых окажутся знания герцога Миара, то это будет катастрофа похуже, чем падение Великой Преграды!

– Герцог Рикер, – внезапно произнес один из Серых и архимагистр удивленно посмотрел в его сторону. Голос у этого убийцы был почти детским. Подчиненный Рикера скинул капюшон, и хозяин кабинета увидел мальчишеское лицо. – Разрешите доложить.

– Докладывайте, капитан, – неохотно ответил герцог и архимагистр понял, что этот юнец только кажется таким. Должность капитана Серой Стражи можно получить только после десяти лет службы в канцелярии Рикера. И нужно не просто служить, а приносить реальную пользу. – Во время осмотра крепостной стены Светлого я обнаружил несколько странностей.

Глава 16

Алаирская Империя. Деревня Холмовая.

Реакция жителей деревни была очень неприятной, но вполне предсказуемой. Однако основана она только на страхах людей. Простые жители империи мало что знали о законах магии и, тем более, о работе с телами живых существ. Некроманты среди магов встречались довольно редко и были сильно ограничены в своих возможностях. Алаир бдительно присматривал за своими детьми и не давал никому нарушать их покой после смерти.

Для поднятия обычного зомби или скелета нужно потратить в десять раз больше маны, чем для призыва малых элементалей. Расход просто не стоил того, да и времени это требовало очень много. Некромантией занимались только энтузиасты, которые искали способы продлить жизнь. Желательно до бесконечности. Я не знал ни одного успешного эксперимента с участием живых людей. Вернее, не знал тех, кто остался жив и в здравом рассудке после гибели. В лучшем случае, таким экспериментаторам удавалось нарушить влияние Алаира на своё тело и превратиться в тупую нежить. Но желающих лишиться покровительства бога света, всегда исчезающе мало.

За воротами деревни началась суета. В сгущающихся сумерках я увидел свет разгорающегося костра. Настроены защитники деревни очень серьезно и стоило остановить их до того, как они наделают глупостей. К счастью, сделать это не так сложно.

– Завязывайте, парни! – заорал я и Олучь на моём плече вздрогнул от неожиданности. – Что ты им наплел, Морок? Где Джеро? Позовите Бариса и дайте мне воды умыться!

– Не слушайте его! – истошно выкрикнул Морок. – Это старый разум в нём говорит! Я своими глазами видел, как его та тварь сожрала! Может, это она притворяется Дириком, чтобы в деревню попасть и всех наших сожрать! Огнем его! Если ночь простоим, то к утру сам уберётся!

– Какую ночь?! Ты из ума выжил, Морок? – выкрикнул я. – Мертвяки, которых ты так боишься, вообще после полуночи только приходят. А сейчас ещё солнце не село! Дайте воды хотя бы, а то я от жажды тут сдохну.

– Крови тебе нашей надо, а не воды! – уверенно заорал в ответ Морок. – Проваливай в ледяную пустыню, отродье демонов! Будто западных тварей нам мало.

– Бесит, – устало проворчал я и уже в полный голос добавил: – Кто там ещё с тобой, Морок? Есть нормальный кто-нибудь? Сидар? Карад?

– Здесь я, – послышался в ответ напряженный голос Карада.

– Кидай топор, – предложил я. – Если попаду отсюда в ворота, то вы мне спустите ведро воды.

– Не попадешь, – хмыкнул в ответ Карад. – Если только рукоятью.

– Не слушай его! – прошипел Морок. – Сейчас голову тебе закружит, и сам не заметишь, как ворота ему откроешь.

– Да вроде нормальный он, – с сомнением ответил Карад. – Мертвяки двух слов связать не могут. Так ещё мой дед говорил. А этот говорит, да и помнит всё, что днём было.

– Оттого и страшен он! – упрямо произнес Морок, и мне захотелось от души врезать этому упёртому барану. Мог бы уже ополоснуться у колодца и завалиться спать в сарае. – Значит, хитрый мертвяк какой-то. И Дирик этот странный. Может, и Алаир его своим благословением обошёл.

– Ну, от ведра воды точно хуже не станет, – рассудительно ответил второй стражник. – Дирик! Я сейчас на веревке ведро тебе спущу. Только ты не дури. У нас факелы наготове.

– Да без вопросов вообще! – с облегчением произнес я. – Только Морока подальше уберите, чтобы он чудить не начал. Пусть за старостой пока сходит.

– Вы не понимаете! – возмутился Морок.

– Иди, иди… – произнес ещё кто-то из охранников деревни. – Мы тут сами разберемся.

Я подошёл к воротам и задрал голову. Сверху появилось ведро. С края плеснула вода. Я успел подставить грязные руки и вытер лицо. Особо это не помогло. Разве что разводов на моей физиономии стало больше. Когда ёмкость опустилась на землю, принялся отмываться.

– Где пропадал весь день? – спросил сверху Карад. – Морок такого страху на всех нагнал, что мужики сами на ворота пошли.

– На запад ходил, – ответил я. – Сам не ожидал, что так долго по лесу таскаться придется.

– А от твари как ушёл? – с интересом спросил охранник.

– Не было никакой твари, – насмешливо ответил я. – Обман сплошной.

– Джеро до сих пор трясётся от ужаса, – хмыкнул в ответ Карад. – Они с Мороком насилу сбежали, пока тебя тот монстр жрал. Кровищи, говорят, было, как с быка.

– А как так получилось ‒ они рассказали? – уточнил я. Олучу не понравились мои водные процедуры и он спрыгнул на землю, скрывшись в траве. – Почему мы вообще оказались в лесу?

– Так это… – удивленно проворчал охранник. – За Джеро тварь гонялась, и Морок тебе предложил пацана выручить. Сына старосты спасти удалось, а тебя тварь сожрала и костей не оставила.

– Вот как… – протянул я. – А Морок герой, оказывается…

– Ну, герой не герой, а пацана в деревню вернул, – возразил Карад. – Ты-то сам как выбрался? И зачем на запад ходил?

– Олучь к деревне пришёл, – ответил я. – Знаешь про них что-нибудь?

– Твари жуткие, – проворчал второй стражник. – Могут по лесу до потери сил человека гонять. А как наиграются, так и бросят. Или сожрут. Тут как повезёт.

– Верно, – кивнул я и покосился в сторону. Там виднелась сердитая мордочка магического грызуна. Судя по его виду, мнение людей он категорически не одобрял. – Только тут другая история. Олучь за помощью пришёл. Хотел Джеро направить к себе в логово, чтобы от западной твари избавиться.

– Врёшь, – тут же воскликнул Карад. – Не бывает такого, чтобы одна тварь с другой воевала.

– Всякое бывает, – пожал плечами я. – Особенно если твою нору чужак занимает и родичей твоих жрет.

– Ты видел логово Олуча? – тут же заинтересованно спросил Карад. О богатствах этих существ среди простого народа ходили настоящие легенды. Некоторые считали, что Олучи тащат в свои норы пойманных путников и жрут их заживо. Поэтому в логове можно и деньги найти, и другие сокровища.

– Видел, – кивнул я. – Только вам там делать нечего, если раствора для уничтожения западных тварей нет. Чудовище знатно наследило возле норы и внутри. Не уверен, что что-то из сокровищ уцелело.

– А сам Олучь? – тут же спросил второй стражник и над воротами появились две головы. – Выжил?

– Погиб, – не моргнув глазом, соврал я. – Тварь сожрала во время боя.

– Пустое, значит, стоит, – посмотрев на своего напарника, пробормотал Карад. – Зелье, говоришь, нужно?

– А есть? – вместо ответа, спросил я.

– Пару фляг найдем, – неохотно ответил Карад.

– Мне бы одну, чтобы отмыться, – нейтрально произнес я. – А то руки зудят невыносимо…

– Флягу ему… – тихо пробормотал второй стражник. – А тварь мы чем обливать будем? Эй, Дирик! Место показать сможешь?

– Могу, – невозмутимо ответил я. – Там овраг длинный рядом. И деревьев старых много очень. Если отсюда на запад идти, то как раз к месту выйдете.

– Яма, – тут же понял, о чём я говорю Карад. – Знаем это место. Если не врёшь, то свою долю с сокровищ чудовища тоже получишь.

– Может, ворота уже откроете? – спросил я. – Надоело тут стоять.

– А это уже староста решать будет, – ответил напарник Карада. – Ты извини, Дирик. На мертвяка ты, действительно, не похож, но сами мы решать такое не можем. Вон уже и Барис идёт.

Вскоре к дозорным присоединилась третья голова. Староста пристально посмотрел на меня и скинул вниз факел.

– Возьми и подойти к воротам, – произнес он. Я спорить не стал. В империи верили, что мертвецы очень боятся огня и это была очень простая проверка. Факел рассыпал искры, которые неприятно покалывали кожу. – Сейчас ливну зелья алхимического. Если не сгоришь, то откроем ворота.

– Дай флягу лучше, – предложил я. – Чего зелье зря тратить?

Барис несколько мгновений смотрел на меня, а потом бросил вниз объемистую баклажку. Даже не думал, что у местных в закромах лежит столько. Я поднял емкость, вылил немного на руки. Серебряное кольцо, едва на него попала эта жидкость, едва заметно засветилось, и всё зелье разом исчезло с моих ладоней.

– Что за ерунда? – озадаченно произнес я и вылил побольше. История повторилась, но зуд начал быстро утихать, словно я одновременно обработал все раны. Интересный эффект, но для жителей деревни этого явно недостаточно. Поэтому я поднял флягу над головой и демонстративно вылил часть зелья на голову. Заряда кольца не хватило, чтобы быстро поглотить весь алхимический раствор.

– Откройте ворота! – повелительно выкрикнул староста, и я облегченно вздохнул. Из травы послышался тихий треск. Олучу не нравился факел в моих руках, но возвращаться в лес зверёк не торопился.

– И что с тобой делать? – пробормотал я. Пока местные открывали ворота, я воткнул факел в землю и подошёл к грызуну. Немного подумав, показал мохнатому флягу, которую демонстративно прицепил к поясу штанов. Олучь подбежал ближе и свернулся на земле колечком. Мгновением позже он превратился в подобие грубой сумки из меха. – Нормально.

– Как ты смог выжить? – первым делом спросил Барис, когда я прошёл через ворота. Староста внимательно осматривал меня, пытаясь найти раны от того жуткого монстра, о котором говорили Морок и его сын.

– Давай утром поговорим, Барис, – устало ответил я. – Устал, как собака. Спать хочется, что хоть падай.

– Тебе принесут еду и одежду, – кивнул староста. – Но у сарая будет всю ночь дежурить один из наших. Не обессудь, но просто так оставить тебя на ночь мы не можем.

– Без проблем, – даже не подумав спорить, ответил я. – Утром пришли ко мне Джеро.

– Хорошо, – кивнул староста. – У нас всё в силе?

– Да, – произнес я. – Только не Морока у сарая ставь, пожалуйста. Он мне своей паникой спать не даст.

– Договорились, – улыбнулся Барис. – Иди, отдыхай.

Я с трудом дошёл до своего сарая и забрался наверх. Кто в итоге пришёл меня охранять, уже не слышал. Последним, что запомнил, был запах свежего сена и ощущение теплого меха Олуча, который забрался мне под бок. Проснулся только утром от дикого вопля снаружи.

– Дирик! Дирик!!!

– И чего ты надрываешься? – разлепив глаза, спросил я. Первым делом проверил Олуча. Зверёк забрался глубоко в сено и блестел оттуда любопытными глазками. У входа в сарай топтался Джеро, которому не терпелось зайти внутрь. – Еду принёс?

– А то! – продемонстрировав холщовый мешок, гордо ответил парень. – Тут и соленья, и хлеб свежий, солонины мать положила и овощей немного.

– Неси сюда, – чувствуя, как рот наполняется слюной, быстро ответил я. Джеро мигом взлетел по лестнице и протянул мне мешок. Сам парнишка осторожно уселся на край и восторженно смотрел на меня.

– Отошёл? – выгребая из мешка содержимое, спросил я.

– Ну… – отвел взгляд Джеро. – Даже не знаю. Я такого страха в жизни не видел.

– На Рубежах и пострашнее бывает, – усмехнулся я.

– Так там с ужасом сражаться можно! – запальчиво ответил мальчишка. – И соратники рядом. И маги! Я эту тварь сначала из лука пытался подстрелить, но куда там! Только злее стала. Как ты её одолел?

– Никак, – разрывая руками кусок свежего хлеба, ответил я. – Морок это. Иллюзия.

– Ого! – восторженно выдохнул Джеро. Я в его глазах был настоящим героем и победителем чудовища. Видеть подобную реакцию мне привычно, только повод в этот раз не такой уж значительный. – Как ты это понял?

– Монстр гонял тебя по лесу, но не съел, – пожал плечами я. Матушка парня действительно постаралась на славу и собрала всё самое лучшее. Отвлекаться от еды физически тяжело. – Ты же не думал, что мог убежать от такого чудовища?

– Я хорошо бегаю, – смущенно ответил Джеро. – Но ты прав. Тварь однозначно была быстрее меня и всегда появлялась на пути.

– И всегда разная, – подтвердил я и внимательно посмотрел на своего собеседника. – Я сегодня ухожу из деревни. Планирую идти к наборщику в императорскую армию. Знаешь дорогу до Болотной?

– Конечно, знаю, – яростно закивал Джеро. – Много раз там был. И дом, где наборщик всегда останавливается, тоже знаю. И его самого. С собой надо смену одежды иметь и запас еды на неделю. Ещё оружие, если есть…

– Откуда знаешь? – с интересом спросил я.

– Так это… – снова покраснел парень. – Сам собирался. На Рубеж… чтобы империю защитить… Вот…

– Понятно, – вздохнул я. – Стоит ли? Обратной дороги не будет, пока первые полгода не отслужишь.

– Конечно, стоит! – пылко воскликнул Джеро. – Да и готово у меня уже всё! И одежда, и припасы. Все в лесу спрятал…

Парень сбился и замолчал, словно понял, что сболтнул лишнего. Я молча продолжил есть, делая вид, что ничего не понимаю.

– Ты только отцу не говори, – попросил Джеро. – Иначе он меня в подполе запрёт. Не хочет меня отпускать. А я всё равно сбегу!

– И монстры тебя не пугают? – насмешливо уточнил я.

– Не пугают, – твердо ответил парень.

– Тогда у меня к тебе предложение, – произнес я. – Мне нужно попасть в Болотную. Если ты серьезно настроен, то сейчас самое время. Сбежать тебе не предлагаю и, если хочешь, могу поговорить с твоим отцом. Может, отпустит тебя, под мою ответственность.

– Ты, правда, это сделаешь? – спросил парень. В этот момент он мне очень напоминал Олуча, который увидел перед носом долгожданное угощение. Где-то в глубине души я тяжело вздохнул. Подобные восторженные юнцы часто гибли самыми первыми. Когда-то давно я сам был почти таким же. Правда, очень недолго.

– Конечно, – спокойно кивнул я. – Но ты будешь должен выполнять все мои приказы без раздумий. Иначе ничего не выйдет.

– Я готов! – тут же ответил Джеро. – Что нужно делать?

– Бегом четыре круга вокруг деревни, – ответил я и парень непонимающе посмотрел на меня.

– Прямо сейчас? – осторожно уточнил он.

– Прямо сейчас, – подтвердил я.

– А… – начал было Джеро, но я его перебил:

– А если ты этого не сделаешь и попытаешься меня обмануть, то я это пойму, – произнес я. – И у нас ничего не получится. Где живёт Ридра?

– Второй дом по другой стороне от этого сарая, – спрыгивая на землю, ответил Джеро.

Я кивнул. По моим расчетам, Барис уже должен был поговорить с молчуном, и можно было заняться переговорами со вторым членом моего нового отряда. На первых этапах неплохо иметь рядом знакомых, которые могут прикрыть тебе спину. С Ридрой пока всё сложно, а Джеро, скорее, сам нуждался в защите. Но я уверен, что с первым смогу договориться, а из второго воспитать неплохого бойца. Дело осталось за малым – добраться без приключений до соседней деревни и поступить в армию императора.

Я негромко свистнул, и из горы сена высунулась красная мордаха Олуча. Со зверьком был отдельный вопрос. В идеале, нужно найти магический ошейник, чтобы нормально общаться с питомцем. Но для этого мне придется потратить все деньги за полгода службы. Если не получится придумать ничего другого.

Спустившись по лестнице, вышел из сарая и сладко потянулся. До жилища Ридры совсем недалеко. Нужно только пересечь единственную улицу. Я дошёл до забора и увидел во дворе молчуна, который чинил какую-то корзину на крыльце.

– Привет! – помахал рукой я. – Как настроение?

– Отлично, – ответил Ридра. – Барис говорил, что ты решил податься в императорское войско.

– Так и есть, – кивнул я. – Мне бы пригодилась твоя помощь во время службы.

– Мне и здесь хорошо, – усмехнулся молчун. – Старосте я так и ответил.

– Понятно, – вздохнул я. – А что насчёт твоей болезни? Может, тогда попробуем, пока я не ушёл?

Мне нужно было пообщаться со второй личностью молчуна. Может, настоящий Ридра знает рычаги давления, которые могли помочь вытащить этого человека из деревни.

– За один раз точно ничего не выйдет, – улыбнулся Ридра. – Так что пробовать я не вижу смысла. Рад, что ты не сердишься на меня за вчерашнее.

– Бывает, – ответил я и посмотрел в сторону собирающихся у ворот деревни жителей. – У вас сегодня праздник какой-то?

– Вроде бы нет, – оставив корзину и подойдя к забору, с сомнением произнес молчун. – А что такое?

Со стороны деревенских ворот слышались голоса местных жителей. Я указал в ту сторону, где радостно галдел десяток женщин и мужчин. Рядом с ними носились дети, и все эти люди с нетерпением смотрели на медленно открывающиеся ворота.

– О нет... – увидев за ними группу Стражей Границ, пробормотал я. – Только не сейчас!

Глава 17

Лицо Ридры как-то разом изменилось. Нельзя сказать, что молчун сильно напрягся или у него сработал блок, но воины императора ему явно не нравились. Я дважды похвалил себя, что не стал давить на собеседника и вытаскивать на свет его вторую личность прямо посреди улицы. Вряд ли настоящий Ридра поверит мне, что я не имею отношения к появлению в деревне Стражей Границ.

Молчун поморщился, как от головной боли и отступил от забора. Даже в нормальном состоянии у него срабатывали определенные реакции на возможную опасность. Может быть, идея тащить его с собой в расположение имперских войск была не такой уж замечательной, раз один вид солдат вызывал у него такую тревогу.

– Давай я схожу, узнаю в чём дело, а потом зайду к тебе? – предложил я. – Расскажу, что и как.

– Не стоит, – покачал головой Ридра. – У меня голова что-то разболелась. Пойду я в дом. Бывай, Дирик.

– Жители деревни Холмовая! – разлетелся над поселением усиленный магией голос кого-то из Стражей Границ. – Общий сбор на центральной улице. У нас важное объявление.

Молчун прошипел что-то матерное и замедленно развернулся. В этот момент я очень хорошо его понимал. Идти на встречу со Стражами не хотелось. Просто у нас с Ридрой для этого были разные причины.

– Как бы не вышло чего, – неохотно шагая к калитке, проворчал молчун.

– А если не идти? – спросил я.

– Если проверять станут, то только хуже будет, – покачал головой мой собеседник.

Со дворов ближайших домов потянулись обитатели деревни. Наша пара в общем потоке почти не выделялась. Немного подумав, я пришёл к выводу, что прямой опасности для меня нет. Если бы Стражи прибыли по мою душу, то им нужно говорить со старостой, а не со всеми сразу.

Ридра держался. Пока воины императора молчали, дополнительной нагрузки на блоки молчуна не было, а вот как дело пойдет дальше ‒ сказать сложно. Я решил держаться в середине толпы деревенских жителей. Так меньше шансов привлечь внимание.

Всего отряд Стражей включал в себя пять хагралов по три бойца на каждом. К счастью, никого знакомого среди них не присутствовало. Все воины выглядели отдохнувшими и свежими. На людей после долгого перехода или сражения они не похожи.

– Граждане империи! – громко выкрикнул один из наездников. – Мы прибыли сообщить вам, что угроза вторжения западных тварей полностью устранена. К сожалению, город Светлый был полностью уничтожен во время защиты. Нам не удалось найти ни одного выжившего жителя. На данный момент, зачистка города завершена. Приближаться к поселению запрещено в течение следующих пяти лет. Владетель вашей земли сообщит обо всех остальных изменениях. Южное крыло Стражей Границ прочесало территории на пути орды тварей и рядом с городом. Все монстры уничтожены, и вы можете спокойно жить дальше.

– А если какие-то твари спрятались от вас? – послышался откуда-то справа голос Морока и я сжал челюсти, чтобы не застонать от злости. Быстро добраться до болтливого мужика у меня точно не выйдет, а тихо заткнуть его тем более. – Мы слышали, что…

Морок внезапно закашлялся и затих. Я заметил рядом с ним Карада, который без затей сунул болтуну в бок кулаком. Вряд ли Карада волновало, что Морок перебил представителя императора. Скорее, он заботился о сохранности логова Олуча, куда непременно обязан был наведаться отряд зачистки. Но даже так я очень благодарен любителю топоров за своевременное вмешательство.

– Простите, господин военный, – прогудел Карад. – Болтает неизвестно что. От страха, видать…

– Ты сомневаешься в воинах императора? – пристально посмотрев на Морока, рыкнул наездник. – Может, считаешь, что мы не знаем, как делать свою работу?

– Нет-нет! – тут же замотал головой Морок. – Это я просто… Извините…

– Армия императора понесла чудовищные потери из-за прорыва тварей, – обводя взглядом людей, выкрикнул наездник. – Прямо сейчас четвертый Рубеж лежит в руинах. Все силы наших магов брошены на восстановление защитных стен. Выжившие бойцы держат оборону в чистом поле. Они жертвуют своими жизнями, чтобы вы могли спать спокойно! Если кто-то из вас считает, что мы хреново делаем нашу работу, то пусть скажет это прямо сейчас. Каждая минута, которую мы тратим на поиски разбежавшихся тварей, стоит крови и жизней наших братьев на Рубежах. Они умирают, чтобы вы жили. И если среди вас есть настоящие мужчины и воины, то они уже сегодня отправятся в соседнюю деревню, где сейчас находится наборщик императорской армии. Нам нужно время, чтобы затянуть раны и восстановить гарнизон Рубежа. Войска из внутренних территорий прибудут ещё нескоро, а твари могут повторить атаку уже завтра. Если ваши мужчины не готовы выполнить свой долг перед империей, то хотя бы не мешайте это делать другим. Южное крыло Стражей Границ идёт к четвертому Рубежу. Мои соратники пройдут по всем деревням этого края, чтобы сообщить новость о новом наборе в армию императора. Алаирской Империи требуется ваша помощь, люди.

Я мельком взглянул на Ридру, но тот выглядел почти спокойным. Похоже, ничего такого Страж не говорил. Припомнив те ключи, которые использовал для активации блока, понял, что молчун может отреагировать только на те новости, которые не укладываются в привычный образ мышления жителей империи.

В любом случае, неожиданную первую проверку Ридра прошёл нормально. Лично для меня подобный призыв Стражей Границ был даже на руку. После пламенной речи о долге перед империей, со всех деревень в Болотную потянутся добровольцы. Их будет очень и очень много. Может, даже больше, чем нужно. Тогда возникнет необходимость распределить новобранцев на самые проблемные участки. На данный момент, это был четвертый Рубеж. Вот только я немного сомневался, что командиры имперской армии попытаются заткнуть дыру необученными новичками. Кроме как умереть под волной тварей, сделать они ничего не смогут.

Наездники толкнули своих зверей и те величественно развернулись. Через пару минут группа Стражей Границ покинул деревню и направилась куда-то на юг. Наверное, к следующему поселению, которое нужно оповестить об окончании зачистки.

– Какого хрена ты полез к Стражу с вопросами? – зло прошипел Кадар Мороку. Последний старался выглядеть невозмутимым, но получалось у него плохо.

– А что такого? – спросил Морок.

– Что такого… – передразнил его Кадар. – Вот дошли бы они до логова Олуча и сами всё забрали. Кому от этого хорошо будет?

– Может, и нет там ничего, – неуверенно ответил Морок. – И Дирик этот…

В этот момент он поднял глаза и наткнулся на мой пристальный взгляд. Договаривать Морок не стал, а я подумал о том, что именно этот человек представляет для меня наибольшую угрозу. По-хорошему, его надо было закопать где-нибудь в лесу, но местные точно этого не поймут.

– Что думаешь? – повернувшись к Ридре, спросил я.

– Что надо сейчас выходить, – тяжело ответил молчун. – Пока со всех деревень народ не собрался. Толкотня будет неимоверная, Жиград мужик скупой. На всех транспорта точно не хватит. Так что последним на своих двоих топать придется.

– Передумал, значит, – кивнул я. У Ридры было какое-то странное отношение к ситуации в империи. С одной стороны, он явно имел какие-то сложности с властью. Причем очень серьезные. А с другой стороны – настолько близко принимал проблемы Рубежей, что на это реагировала даже внешняя форма его сознания. – Рад, что кто-то знакомый будет рядом.

– На многое не рассчитывай, малой, – неожиданно ответил молчун. – Сегодня остался один сеанс. Я пойду с тобой, но сделай так, чтобы нас не проверяли. Иначе погибнем оба.

– Мне нужен нормальный ключ, чтобы быстро начать сеанс, – поняв, что спокойствие молчуна оказалось мнимым. Для себя только принял к сведению, что смену личности спутника я банально пропустил. И это плохо. Потому что означало, что у меня банально не хватает возможностей, чтобы увидеть этот переход.

Деревенские не торопились расходиться, но на нас никто не обращал внимания. Люди обсуждали новости и пытались понять, что им делать дальше. Кто-то говорил, что нужно идти в Болотную, но большая часть была против. Особенно женщины.

– Ридрагораз Эдраг. Седьмое подразделение Спящих, – так же негромко ответил Ридра. – Если я очнусь в окружении Серых, то буду знать, что это ты передал им этот ключ.

– Понял, – кивнул я. Приходилось внимательно следить за лицом собеседника, чтобы уловить момент перехода. Настоящий хозяин тела молчуна мог влиять на поведение внешней оболочки, а это был уже другой уровень.

– Нужно зайти к старосте, – немного изменившимся голосом, произнес Ридра. – Может, снарядит нас в дорогу. Вряд ли кто-то ещё решится пойти служить, а нам любая помощь будет к месту.

– И то верно, – кивнул я и попытался найти в толпе Бариса. Староста стал центром внимания всех жителей и пытался успокоить всех и сразу.

– У нас нет необходимости идти к наборщику! – громко сообщил Барис. – Стражи сказали, что это личное решение каждого. Что мы можем остаться дома, если не чувствуем в себе духа воинов!

– А если Жиград донесёт, что из Холмовой никто не пришёл? – спросила одна из женщин. – Мы и так в плохом положении, Барис. Придется возить зерно в другой город. Кто этим будет заниматься? Если нас посчитают нарушителями законов империи?

– Мы ничего не нарушаем! – уверенно ответил староста. Он заметил меня и вопросительно посмотрел на Ридру. Я молча кивнул и увидел на лице Бариса изрядное облегчение. – И мы не останемся в стороне от проблем империи. От нашей деревни будут три добровольца. Это немного, но вопросов к нам не будет. Вместе с отрядом будущих защитников империи пойдет мой сын. Жиград его знает. Расходитесь по домам! Всем, кто остается в деревне, придется тяжело работать, чтобы доказать нашу преданность императору.

Народ потянулся в стороны, но я был уверен, что обсуждать ситуацию люди будут ещё долго. Для нас сейчас имело значение только то, что к нам вопросов никаких не будет. Скорее всего, местные постараются забыть о существовании двоих чужаков. И только староста будет ждать возвращения своего сына.

– Нам нужны припасы в дорогу, – когда мы остались одни, произнес я. – С Джеро я уже поговорил. Ридра готов составить нам компанию.

– Это хорошие новости, – тяжело вздохнул староста деревни. – У меня уже всё готово.

– Четыре! – послышался задыхающийся голос от ворот деревни. – Я всё сделал, Дирик!

– Ты молодец, – улыбнулся я. – Идем.

Сборы много времени не заняли. Староста передал нам три тугих мешка с крепкими лямками. Я даже проверять их не стал. И так понятно, что туда напихали всего, что только было в кладовых.

– Оружие ещё надо, – угрюмо произнес Ридра. – Хотя бы кинжалы.

– У меня лук есть, – тут же встрепенулся Джеро.

– Дома оставь, – ответил я. – На Рубеже он точно не понадобится.

Луки вообще против тварей почти не использовались. Слишком мало у чудовищ слабых мест, а усиленных стрел на каждого лучника не напасёшься. Да и тренировать стрелков дорого и долго.

Вскоре мы покинули дом старосты и вышли на улицу. Барис нас провожать не пошёл, а его жену мы так и не увидели. Видимо, слишком тяжелым для них оказалось решение отпустить сына. И я их понимал. Время совсем неподходящее, даже по меркам гарнизонов Рубежей.

– Подождите меня тут, – попросил я и направился к сараю. – Скоро вернусь.

Был шанс, что Олучь уже сбежал и мне не придется изгаляться, чтобы взять его с собой. В то же время я понимал, что успел привязаться к любопытному зверьку. И хоть моей вины в разрушении его дома не было, я чувствовал некоторую ответственность за грызуна.

Зайдя в сарай, негромко свистнул. В ответ послышался тихий треск и над краем второго этажа появилась мохнатая физиономия. Зверёк с любопытством осмотрел мой новый наряд, который выдал староста, и презрительно фыркнул.

– Тебя только не спросил, – поправляя простую холщевую рубаху, проворчал я. – Спускайся давай. Мы уходим.

Олучь не сдвинулся с места. Мне пришлось снять с плеча сумку и освободить в ней немного места для питомца. Потом ещё некоторое время объяснять грызуну, что ему нужно делать и только после того, как я показал ему пригоршню орехов, мохнатый упрямец рванул вниз и с ходу нырнул в сумку.

– Сиди тихо, – предупредил я. – Если будешь шуметь, то высажу тебя в лесу.

Из деревни вышли втроём и сразу направились к лесу. Молчун явно страдал от головной боли после пробуждения второй личности и пытался не ворчать по поводу и без. Сын старосты едва не подпрыгивал на месте от нетерпения. Наверное, он один так горел желанием попасть на императорскую службу во всех окрестностях погибшего города.

– Показывай дорогу, – произнес я, и Джеро тут же возглавил наш отряд.

Настроение у меня было не особенно радужным. Вместо того чтобы нормально разобраться в текущей обстановке, отлежаться и заняться своим развитием, я всё время куда-то бежал. А к ночи настолько уставал, что сил работать с сознанием просто не оставалось.

Прошло уже два дня с момента штурма Светлого. Раз Стражи сообщили о зачистке города и не задали ни одного вопроса насчёт выживших, то часть моих забот можно отбросить. Следующим шагом было поступление в императорскую армию, и я уже почти добился своего. Там лучшие условия для развития тела и постоянной практики в работе с оружием. Одной памяти о прежних навыках недостаточно. Правда, мой груз при поступлении на службу оказался значительно больше, чем я рассчитывал изначально.

Джеро вёл нас какими-то тропками. Мы всего один раз вышли к заросшей дороге, но почти сразу свернули обратно в лес. Парень шагал уверенно и даже не задумывался о маршруте. Видимо, действительно бывал в Болотной довольно часто.

Иногда в сумке за плечами шевелился Олучь. Зверёк чем-то хрустел, но я решил, что часть припасов была приемлемой жертвой за отсутствие лишних вопросов у спутников. Может, позже представлю им своего питомца, но сейчас положение вещей меня вполне устраивало.

Мы внимательно смотрели по сторонам и почти не разговаривали. До Болотной идти не так далеко, но последний кусок пути оказался довольно неприятным. Стало понятно, за что деревня получила своё название.

Местность медленно понижалась. Сначала под ногами начала хлюпать влажная земля, а потом мы шагали по щиколотку в черной воде. К счастью, дальше этого дело не пошло. Когда далеко появился шум множества голосов, земля под ногами была уже практически сухой.

– Мы почти пришли! – невольно ускоряя шаг, воскликнул Джеро. – Вон за теми деревьями уже начинается луг болотников. Они зерно не растят, но скота в деревне много. Отец менялся с местным старостой. Масло у болотников вкуснейшее!

– Отлично, – прислушиваясь к голосам, ответил я. – А большая деревня?

– Почти как наша, – произнес Джеро. – Может, чуть больше.

– Тогда мы явно не первые пришли, – сделал вполне очевидный вывод я.

Оказалось, что я очень сильно приуменьшил масштабы преданности местных жителей делу империи. Когда мы вышли из леса, то увидели огромный луг, на котором повсюду сидели и лежали люди. В основном мужчины, но и женщин я заметил немало.

Места для всех добровольцев в деревне не хватило. У ворот стояла длинная вереница людей. Многие были с оружием. Между ними ходили воины в форме имперской армии. Они что-то спрашивали и делали пометки в свитках.

– Это помощники Жиграда, – тут же возбужденно пояснил Джеро. – Наверное, наборщик не справляется.

– Ещё бы, – пробормотал я. – Идем на край поляны. Если они начали опрашивать людей снаружи, то в деревню нам точно не попасть. Подождем своей очереди в сторонке. Уверен, никого не забудут.

Мы расположились на краю луга. Джеро тут же вскрыл свою сумку и достал какой-то сухарь. Парень не отрывал взгляд от людей в форме, а я в это время смотрел совсем в другом направлении.

Неподалеку от деревенского частокола, были установлены два просторных алых шатра. У входов стояли люди в таких же алых плащах. Головы стражников закрывали сияющие на солнце шлемы. Отводили туда новобранцев по одному и группами. От чего это зависело ‒ я пока не понял.

– А там кто, не знаешь? – кивнув в сторону шатров, спросил я.

– Там, наверное, офицер с четвертого Рубежа, – ответил Джеро. – Не знаю точно. Может, и с другого какого-то. Самых сильных и опытных воинов отводят к нему. Ветеранов и тех, кто уже сражался с тварями. Иногда такие счастливчики сразу получают повышенное жалование и звание!

– Понятно, – кивнул я.

Через какое-то время к нам подошёл усталый боец с большим свитком. Он окинул нас мутным взглядом и что-то отметил на пергаменте.

– Из одной деревни? – спросил боец.

– Да, – кивнул я.

– Опыт службы есть? – задал следующий вопрос человек.

– Нет, – опередил меня Джеро.

– Тварей видели вживую?

– Да, – ответил я.

– Ждите, – произнес солдат и пошёл к следующей группе добровольцев. Интересно, что ни имён, ни хотя бы название нашей деревни солдат не спросил.

– Даже имен не спросил, – неожиданно озвучив мою мысль, как-то обиженно проворчал Джеро.

– Слишком много людей, – лениво сообщил Ридра. – Наборщик сам спросит. Если надо будет.

За нами пришли только ближе к вечеру. Джеро дремал на своём мешке, а мы с Ридрой валялись в траве. Большая часть добровольцев уже ушла на другую сторону деревни, где формировали отряды для переброски в учебные лагеря. Об этом сообщил неугомонный сын старосты, который сбегал на разведку.

– Вы трое! – произнёс шагавший в нашу сторону солдат. Джеро подорвался и сделал вид, что спал в последний раз вообще в детстве. – Идите за мной. Пройдете проверку и добро пожаловать в имперскую армию.

– А что за проверка? – спросил сын старосты.

– Обычная, – буркнул в ответ солдат, но, увидев волнение парня, решил пояснить: – Народу много, а тут ещё Серые Стражи прислали артефакт для поиска Проклятых. Мы поэтому так долго сегодня. Не дрейф, пацан. Зашёл-вышел и ты солдат империи.

У меня в голове мгновенно поднялась настоящая буря. Это не помешало мне спокойно подняться и последовать за воином, но я при этом не спускал глаз с Ридры. А в памяти звучало предупреждение этого странного человека.

Глава 18

Я специально узнавал у жителей Холмовой процедуру приема в императорскую армию, чтобы не попасть в подобную ситуацию. Но соломки подстелить не получилось. Думать, как избежать проблем, нужно прямо сейчас и думать очень быстро.

Отказаться от проверки точно не получится. Скорее всего, даже вопросы насчёт её необходимости могут вызвать определенное подозрение. Если Ридра очнется посреди проверки и у него сработает блок, то он будет убивать всех вокруг, пока не умрет сам. Подобное начало военной карьеры в мои планы точно не входило. О ресурсах учебных баз имперской армии можно смело забыть. Проще уйти прямо сейчас и медитировать в лесах до посинения. Или пока меня не найдут Стражи Границ. Потому что просто так уйти нам вряд ли позволят.

– Здорово, что слуги императора придумали новый способ проверки, – преувеличенно радостным тоном, произнес я. – А то говорят, что раньше проверка на Проклятых занимала несколько первых месяцев…

– Так ничего не изменилось, – на ходу обернулся наш проводник. – После прибытия на Рубеж начнется настоящая проверка. Эта штуковина, которую Серые притащили, простая формальность. Только время на неё тратим весь день. Ещё ни разу не сработала. Жиград вообще обмолвился, что ему просто пугач передали. Даже без маны. Может, он и вовсе не работает.

– Не знал, что наборщик тоже маг, – восхищенно произнес я. – Думал, только они могут определить рабочий артефакт или нет.

– Маг не маг, а опыта у старика поболе нашего будет, – пожал плечами солдат. – Раз говорит, что нерабочий этот орех стеклянный, значит, есть на то основания.

– Орех? – удивленно воскликнул Джеро и я облегченно выдохнул. Природное любопытство деревенского парня сейчас было очень кстати. Мне нужна была информация о странном артефакте и чем её будет больше – тем лучше. Только сам я её выпытывать из проводника мог очень долго. – Не знал, что орехами можно проклятых найти. Это какой-то особенный сорт?

– Какой тебе сорт, деревня? – рассмеялся солдат, и Джеро обиженно надулся. – Говорят тебе, артефакт это волшебный. Выглядит, как стеклянный орех. И размером такой же. Даже цветом похож. Если цвет изменится, когда его в руки новобранец возьмет, значит, есть в нем сила западных тварей. Ежели не произойдет ничего, то можно контракт заключать. А там уже полная проверка будет. Если повезёт…

– Что ты имеешь в виду? – спросил молчун.

– Скоро узнаете, – тут же свернул разговор солдат, хотя ответ на вопрос Ридры мне услышать очень хотелось. Единственным адекватным вариантом было назначение на седьмой Рубеж. Вроде бы только там проверку не проводили из-за высокой смертности новобранцев.

До деревенских ворот оставалось всего полсотни шагов, а плана действий у меня всё ещё не было. Я перебирал в голове варианты и ни один мне не нравился. В лучшем случае у нас получится выбраться из заполненной солдатами деревни без особых потерь. С нашей стороны. В худшем – очень скоро мы все умрем.

В сумке неожиданно шевельнулся Олучь. Зверёк весь день вёл себя настолько тихо, что я почти о нём забыл. Я тут же засунул руку в сумку и нащупал мохнатое тельце. Грызун потерся о мою ладонь и положил в неё что-то твердое. Я достал руку и увидел скорлупу от ореха. Все запасы, которыми я заманил питомца в сумку, давно закончились и Олучь намекал на необходимость добавки.

– Джеро! – позвал я. – У тебя есть орехи?

– Вроде бы, – наморщив лоб, ответил парень. – Если не съел. Сейчас посмотрю. Тоже проголодался?

– Ага, – кивнул я. В голове постепенно вырисовывался странный план. Рискованный, но вполне реальный. Осталось придумать, как договориться с питомцем и объяснить ему, что нужно делать. – Вот заговорили про орехи и сразу захотелось.

Джеро передал мне небольшой мешочек с угощением, и я тут же достал пару орехов. Один расколол, высыпал скорлупу в сумку. Оттуда раздался едва слышный недовольный треск. Олучь попытался выбросить обидную подачку через горловину, но у него ничего не вышло. Потом я отдал ему очищенное ядро.

Мне пришлось немного отстать, чтобы не привлекать к себе внимания. Времени критически мало, а говорить с грызуном у меня возможности не было. Приходилось постоянно менять условия задачи, чтобы зверёк пытался заранее определить, что ему дают. На десятом орехе дело сдвинулось с мёртвой точки.

Я отдал Олучу очищенное угощение, но руку убирать не стал. Вместо этого требовательно пошевелил пальцами, словно ждал плату за угощение. Грызун недовольно завозился и сунул мне в руку половинку скорлупы. Я её отбросил и снова пошевелил пальцами.

– А где все деревенские? – с интересом оглядываясь по сторонам, спросил Джеро. – Почему на улице нет никого?

Олучь начал пихать мне в руку всё подряд. Нож, кусок солонины, краюху хлеба… Я отбрасывал оплату и в конце концов понял, что ничего не получится. Поэтому показал зверьку целый орех и тут же его убрал.

– Так по домам все сидят, – ответил наш проводник. – Скотину уже по стойлам загнали. Чужих много, вот и не высовываются. Мы вообще не ожидали, что столько добровольцев придет. Славно Стражи Границ по окрестным деревням проехались!

Грызун начал нервничать. Он отчетливо понимал, что у меня есть ещё угощение, но я при этом не хочу его отдавать. Содержимое сумки он перебрал почти полностью и, когда я снова засунул руку в сумку, в ответ послышался раздраженный треск. Ридра озадаченно посмотрел в мою сторону, но я успокаивающе улыбнулся в ответ.

Питомец слегка грызанул меня за палец и я едва не выдернул конечность от неожиданности. А когда достал. То едва не заорал от радости. На ладони, как приклеенная, лежала иллюзия целого ореха. Он в точности повторял последний и я тут же сыпанул в сумку пару гостинцев. Олучь удовлетворенно заурчал и принялся грызть угощение. Иллюзия почти сразу исчезла, и я снова требовательно засунул руку в сумку.

– Пришли, – остановившись у одного из домов в центре деревни, сообщил солдат. – Вы же вместе пришли? По одному пойдете или разом? Как служить планируете?

– Разом, – поняв, что Джеро и Ридра смотрят на меня в ожидании ответа, произнес я. – Мне говорили, что это возможно.

– Конечно, – кивнул солдат. – Я предупрежу Жиграда и скажу, когда можно будет заходить.

Солдат ушёл в дом, а мы остались снаружи. Я продолжил дрессировку Олуча. Ридра оперся о забор и флегматично смотрел по сторонам, а Джеро тянул шею, пытаясь заглянуть в окно дома. Мне предстоял самый сложный момент обучения своего питомца. Если с орехами он уже разобрался, то с неизвестным артефактом могли возникнуть проблемы. Зверёк мог неправильно истолковать появление нового объекта и банально не разобраться, что его нужно копировать. Хотя с обычными орехами всё получалось уже просто отлично. Иллюзия держалась достаточно долго, и её даже можно было продлить новой порцией угощения.

– Джеро, ты пройдешь проверку первым, – произнес я. – На все вопросы наемщика буду отвечать я. Ридра, ты последний.

– Без проблем, – пожал плечами молчун.

– А почему я первый? – тут же спросил Джеро.

– Потому что больше всех хотел служить в армии императора, – ответил я. – И потому, что я так сказал. Ты забыл наш договор? Если скажу, что надо прыгать…

– То я прыгаю, – понятливо кивнул парень.

– Заходите! – крикнул появившийся на крыльце солдат. – Жиград готов вас принять.

Сам провожатый не остался и сразу направился к выходу из деревни. На лугу за стенами оставалось ещё несколько групп добровольцев. Это мне на руку. Вряд ли подчиненный успел передать своему начальнику весь наш разговор.

– Вперед, – коротко произнес я.

Внутри дома была всего одна большая комната. В ней, за тщательно выскобленным столом сидел пожилой мужчина в форме лейтенанта имперской армии. Короткие седые волосы, лицо пополам из шрамов и морщин, одного глаза нет… идеальный образ опытного ветерана, которые знает все тяготы военной службы. Наверняка Жиград ещё и хромал. Или что-то такое, чтобы дополнить образ.

– Доброго дня, граждане империи, – устало произнес наборщик и внимательно осмотрел нас своим глазом, остановив его на мне. – Почему решили пойти на службу?

– Тяжелое время у защитников империи, – тщательно изображая волнение, ответил я. – Решили помочь в защите нашего государства от тварей.

– Это дело хорошее, – кивнул Жиград и посмотрел на свиток, лежавший перед ним на столе. Кроме свитка, перед наборщиком стояла чернильница с пером и лежал на подставке небольшой артефакт. Наш проводник оказался прав на сто процентов – предмет был похож на самый обычный орех. Только размером чуть больше. – Обычно я много рассказываю, как хорошо и сыто живется на армейской службе, но сейчас этого делать не буду. Если вы пройдете проверку, то впереди вас ждет очень насыщенное будущее. Скорее всего, недолгое. Слишком тяжелое сейчас время.

– Как-то не очень вдохновляюще, – улыбнулся я. В этот момент я отчаянно жалел, что у меня нет доступа к магии или хотя бы к высоким уровням Кладовки. Насколько проще было бы передать Олучу нужный образ и задачу! – Нам бы хотелось услышать о привилегиях новобранцев в это смутное время. Что будет тяжело ‒ мы и так понимаем.

– Вот как, – с интересом посмотрел на меня Жиград. – Значит, решили половить рыбку в мутной воде? А опыт есть хоть какой в этом деле?

– С какой стороны за меч браться знаем, – максимально самоуверенно ответил я. – А там научат хитростям всяким.

– Тогда давайте начнем проверку, – слегка улыбнулся Жиград и шрамы на его лице сложились в причудливую сетку. Что-то подобное я видел после атаки Сосунов. Эти твари относились к самым мелким и кидались на лица бойцов, впиваясь множеством острых когтей-зубов. В случае если тварь удавалось быстро убить, солдат на всю жизнь становился носителем причудливых шрамов, которые невозможно убрать никакой магией. – Если всё нормально пройдет, то, может, и сговоримся о чем-то. Кто первый?

– Я! – тут же шагнул вперед Джеро. Наверное, он это сделал бы даже без моей просьбы. Слишком много в этом парне было энтузиазма по поводу военной службы. Чересчур много, я бы сказал. – Что нужно делать?

– Камень бери, – кивнув на артефакт, произнес наборщик. – А там видно будет.

Парень тут же, без малейших сомнений, схватил с подставки хрустальный орех, подержал его в руке пару мгновений и положил обратно.

– Я прошёл? – нервно спросил Джеро.

– Ишь, торопливый какой, – хмыкнул Жиград. – Магия – штука тонкая, парниша. А новая магия ещё тоньше. Ты не спеши. Камень привыкнуть к тебе должен. В нутро твоё всмотреться, чтобы там скверну западных тварей рассмотреть. Бери в руки артефакт и держи крепко. К сердцу приложи или в карман засунь.

Судя по качеству инструкций, сам наборщик не особенно понимал, как работает магический предмет. Обычно в простых артефактах была очень примитивная схема активации. И времени для срабатывания ей нужно не так много. Достаточно небольших изменений магического фона рядом с телом человека, чтобы артефакт их уловил.

У Джеро ничего подобного не было, и поэтому я не сомневался, что парень пройдет проверку. Время тут особого значения не имело. А вот со мной и Ридрой всё гораздо сложнее. Молчун однозначно имел какую-то связь с энергией западных тварей. Может, случайно, а может, намеренно, но этот факт отрицать глупо. Насчет меня самого тоже неясно. Смущал образ Кукловода, который я видел во время своего пробуждения в новом теле и странная пелена на памяти Дирика. И то, и то могло стать причиной активации хрустального камня.

Я расколол очередной орех, и этот звук оказался неожиданно громким. Жиград посмотрел в мою сторону, и я виновато улыбнулся.

– Извините, – произнес я. – Всегда есть хочу, когда нервничаю.

– Хреновая привычка, – наблюдая за тем, как Джеро крутит в руках артефакт и пытается придумать, куда его деть, безразлично ответил наборщик. – Когда кишки набиты, выжить после укуса в живот практически невозможно.

Я в этот момент разламывал второй орех, и пришлось сделать вид, что слова ветерана меня изрядно напугали. Очищенный орех бросил в сумку и стал внимательно следить за действиями Джеро.

Камень в руках парня молчал. Наборщик очень спокойно отреагировал на то, что мой спутник ненадолго засунул артефакт в карман. Потом Жиград поднял руку и указал на подставку для камня.

– Следующий, – холодно произнес он. Ридра посмотрел на меня. Я сделал шаг к столу Жиграда и протянул руку.

– Погоди, – сосредоточенно осматривая артефакт, остановил меня наборщик. – Остыть нужно камню. Я скажу, когда можно.

От этого заявления я едва не рассмеялся. Ничего более глупого я уже давно не слышал. Если бы Жиград хоть что-то понимал в работе артефактов, то никогда бы не выдал подобный бред. Возможно, ветеран таким образом пытался создать особое впечатление для деревенских мужиков, которые в глаза никогда не видели подобных предметов.

Теперь, когда стало окончательно ясно, что наборщик вообще не понимает, как работает его артефакт для проверки, можно сосредоточиться на выполнении основной задачи. Я дисциплинированно дождался, пока Жиград разрешит мне коснуться камня. В это время намотал на левую руку мешок от орехов, который дал мне Джеро. Камень взял этим мешком и тут же засунул его в мешок.

Жиград внимательно следил за моими действиями и молчал. Я потряс рукой в сумке и сунул Олучу под нос новый предмет. Грызуны этого вида славились своей любовью к разным магическим безделушкам, но к камню мой питомец особого интереса не проявил. Понюхал, потрогал и слегка куснул меня за палец. Я снова потряс рукой, демонстрируя важность артефакта, и медленно потянул руку вверх.

Жиград не отрывал взгляда от сумки. Несмотря на то, что он за целый день проверил десятки новобранцев, к своим обязанностям наборщик относился очень ответственно. В помещении стояла полная тишина.

– Апчхи!!! – оглушительно чихнул Ридра, и от этого звука все присутствующие в комнате ощутимо вздрогнули.

– Очень интересно… – задумчиво пробормотал Жиград. – Я так понимаю, что в этой сумке всё твоё имущество, новобранец?

– Так и есть, – мельком взглянув на свою руку, быстро ответил я. Внутри всё гудело от напряжения. В основном потому, что увидел я вовсе не то, что хотел.

– И самым ценное для тебя — еда, – уверенно продолжил наборщик. – Это пройдет. Ну а теперь я хотел бы увидеть проверочный артефакт.

Жиград выразительно посмотрел на крупный орех в моей руке. Я виновато улыбнулся и быстро раскрыл завязки на сумке. Из темноты на меня удивленно уставились две бусины. Олучь держал в лапках оставленный мной артефакт и пытался понять, что с ним делать. Самое неприятное в том, что камень уже сменил цвет и пульсировал мягким коричневым светом. Пока ещё почти незаметно, но интенсивность постепенно нарастала.

– Я сейчас, господин Жиград, – быстро произнес я и начал активно рыться в сумке, постоянно подставляя Олучу разгорающийся камень. Теперь уже сомнений в том, что я провалил проверку, не было. Нужно выкручиваться. – Под солонину камушек ваш провалился. Мигом достану!

– В твоих интересах, чтобы я увидел камень как можно быстрее, новобранец, – хмуро произнес Жиград. Я заметил, что ветеран очень естественно убрал со стола руки. Вряд ли у него был меч. Скорее, что-то стрелковое, вроде небольшого арбалета.

– Сейчас-сейчас, – быстро ответил я. Олучь каждый раз озадаченно нюхал артефакт в моей руке и потом смотрел на меня. Дважды превращал его в орех, но это мне не подходило. Я уже залез в сумку обеими руками и изображал бурную деятельность. Видимо, с первоначальным планом придется расстаться. В какой-то момент под руку попала рукоять стилета, и я её уже не отпускал.

– Считаю до трех, – сухо произнес Жиград. – И ты показываешь мне артефакт.

– Не надо считать, – подняв взгляд на наборщика, ответил я и быстро вытащил руку из сумки. – Вот он.

Глава 19

Я не отрывал взгляд от Жиграда, пытаясь уловить момент, когда тот выстрелит. Держал руку с артефактом на отлете, чтобы выиграть пару лишних мгновений, пока ветеран посмотрит в мою сторону. Второй, которая оставалась в сумке, держал стилет. Наборщик несколько мгновений смотрел на мою руку, а потом на его лице появилось выражение крайнего отвращения.

– За сегодня я проверил этим камнем три сотни добровольцев, но это уже перебор! – с возмущением произнес он. – Когда я говорил, что камень должен побыть рядом с тобой, то не имел в виду… Это!

Я быстро посмотрел на магический предмет в своей руке и понял, что полностью разделяю мнение Жиграда. Камень был покрыт каким-то салом и волосами. К нему прилипли крошки и осколки ореховой скорлупы. Но самое главное – выглядел он почти прозрачным, если его хорошенько почистить.

– Простите, господин наборщик, – с невероятным облегчением произнес я. Стилет тут же отпустил, засунул руку в карман и щедро сыпанул в сумку горсть орехов. Завязки пришлось тут же затянуть, чтобы не было слышно возни мохнатого иллюзиониста. Так близко к провалу ответственного задания я ещё никогда не был. – Не знаю, как так вышло. Сейчас всё исправлю!

– Утомили вы меня, – хмуро проворчал ветеран и я услышал едва ощутимый щелчок. После этого руки Жиграда снова оказались на столе, и он требовательно посмотрел на Ридру. – Ты следующий. Отдай ему камень.

– А как же… – начал Джеро, но наборщик только отмахнулся.

– А вот так, – резко ответил он. – А то ещё этот начнёт ценное имущество по полу валять или ещё куда его засунет. И чего вам только дома не сиделось?

– Так мы же ради безопасности империи! – осторожно вытирая хрустальный орех пустым мешком от орехов, воскликнул я. Грязь отваливалась, как и положено. Как в этот момент выглядел артефакт ‒ неизвестно, но мой питомец старался. Иногда под тряпицу попадали соринки, которых не было видно обычным взглядом за иллюзией. – Чтобы ни одна тварь не прорвалась и вредить честным гражданам не вздумала!

– Знаю я таких радетелей, – фыркнул в ответ Жиград. – До первого жалованья служат, а потом домой норовят сбежать.

Я быстро вложил артефакт в руку Ридры и увидел, как тот болезненно поморщился. У нас в запасе была ещё одна активация до срабатывания блока, и я надеялся, что молчун может как-то видеть происходящее снаружи из своей темницы. Это единственный вариант обойтись без убийства наборщика и неизбежного бегства.

– Что там у вас? – грубо спросил Жиград.

Я в этот момент закрыл Ридру от наборщика, чтобы понять, как поведет себя иллюзия без привязки к моему телу. До этого все трюки Олуча работали только в контакте с моими руками. К счастью, всё обошлось. Молчун покатал артефакт в руке и показал его Жиграду.

– Слава Алаиру, – проворчал ветеран. – Думал, вы сегодня не управитесь. Давайте камень сюда. Только вытрите нормально. У меня ещё два десятка новобранцев за вами пройти должны.

– Держи, – забирая камень у Ридры и передавая Джеро, произнес я. – Вытри хорошенько. Там много чего налипло.

Парень с энтузиазмом принялся тереть магический предмет, а Жиград недовольно следил за его действиями. Расчёт прост: если камень реагировал только в моменте, то нам требовалось время, чтобы прошёл остаточный эффект. Всё это предприятие больше походило на выступление бродячих артистов. И может, я бы даже посмеялся, если бы не было так грустно.

С текущими возможностями мне приходилось серьезно изворачиваться, чтобы пройти проверку примитивным артефактом. Это неимоверно раздражало и печалило одновременно. Вопрос восстановления прежних возможностей вставал в полный рост и, на данный момент, я сделал всё возможное, чтобы обеспечить себе максимально выгодные условия.

– Ставь уже, – не выдержал издевательств над артефактом наборщик. Джеро сильно увлекся и пытался оттереть с камня часть сальных разводов, который были созданы с помощью иллюзии.

– Сейчас, господин Жиград, – отозвался Джеро. – Чуть-чуть осталось…

– У тебя орехи есть? – тихо спросил я у молчуна.

– Что ты на них помешался сегодня? – так же тихо спросил в ответ Ридра, но быстро выудил из своей сумки точно такой же мешок, какой был у меня и Джеро.

– Давай потом это обсудим, – высыпая всё содержимое в свою сумку, устало ответил я. – Когда нас в лагерь переведут.

В момент, когда грызун развеял свою иллюзию, у меня внутри все замерло. Джеро всё ещё тер артефакт и непонимающе уставился на то место, где только что видел соринку. Камень сиял чистотой и свеже отполированными гранями.

– Так-то лучше, – проворчал Жиград и тяжело посмотрел на нас. Если при встрече ветеран излучал доброту и отеческую заботу, то сейчас был гораздо больше похож на сварливого деда, которому отдавили больную мозоль. – Теперь по поводу вашего места службы.

Наборщик наклонился в сторону, где стоял окованный железом сундук и откинул его крышку. На стол легли шесть листов пергамента, на каждом из которых были магические печати императорской канцелярии. Подделать их было невозможно ещё в мои времена. Как дело обстояло сейчас, я не знал, но надежность защитных арканов для важных документов всегда была на очень высоком уровне.

– У вас два варианта, – пристально глядя на нас своим единственным глазом, произнес Жиград и положил руку на три листа справа. – Здесь стандартный контракт на пять лет. С небольшими поправками.

– Что за поправки? – спросил я. – Можно посмотреть контракт?

– Грамоте обучен? – удивленно поднял брови наборщик. – Это хорошо. Но я не хочу тратить своё время, пока ты сумеешь разобрать все буквы. В имперской армии не принято обманывать. Мы не ростовщики, чтобы вводить в заблуждение своих солдат. Изменения довольно простые. Учитывая сложную ситуацию в империи и колоссальные потери из-за прорыва тварей, жалованье новобранцев урезано в два раза. Если подпишите, то вас направят в распределительный лагерь. Дальше решение о месте вашей службы будет принимать комендант лагеря. Там мне же будет проведена полноценная проверка и первичное обучение.

– А второй вариант? – кивнув в сторону левой кучки листов.

– Вы же хотели заработать? – усмехнулся Жиград. – У вас есть отличный шанс вернуться домой богачами. Это годовой контракт на седьмой Рубеж. Жалованье увеличено в четыре раза, но получите вы его только после окончания службы. Не только в полном объеме, но ещё и с прибылью. Каждый месяц положенное жалованье будет передаваться в отдельное хранилище императорской канцелярии. В конце года вы получите ещё четверть к общей сумме.

– И сколько же это? – жадно спросил Джеро.

– Это самоубийство, – одновременно с парнем высказался молчун.

– Без малого, три тысячи полновесных золотых, – выдержав эффектную паузу, произнес Жиград. – Можно купить небольшой домик в пригороде столицы и жить без хлопот до самой старости. Ветеранам седьмого положена увеличенная пенсия для ветеранов Рубежей. Неплохо за год службы? А?

Я смотрел на Жиграда и понимал, что этот человек просто делал свою работу. Ветеран прекрасно знал, что на седьмом ещё никто не отслужил полный срок. А изменение условий контракта превращало эту затею практически в рабство. У новобранца, решившегося подписать такой договор, даже не будет денег, чтобы вернуться домой на время отпуска. Если даже жители небольшой деревни знали о сложной ситуации на этом Рубеже, то наборщик знал это всё в деталях. Но людей ему набрать было необходимо.

– Каким образом происходит распределение после учебного лагеря? – наконец спросил я.

– Очень правильный вопрос, – одобрительно улыбнулся Жиград. – Вариантов не так много. Если очень сильно повезёт, то вас распределят на последние три Рубежа. Там относительно тихо. Насколько это вообще возможно, когда крепость постоянно атакуют твари. Но и потери там минимальные, а гарнизон укомплектован. Если повезёт меньше, то назначат затыкать дыру на Четвертом. Перспектива не очень радужная, но туда должны перевести несколько частей с других направлений. Всех оставшихся направят на Седьмой. А это больше половины. Так что думайте, парни.

По сути, оба пути вели на седьмой Рубеж. Только в первом варианте мы получали скромное жалованье каждый месяц, а во втором большое, но недосягаемое. Недосягаемое по мнению наборщика. Я рассчитывал не только продержаться первый год, но и закрыть большую часть других задач. Для меня критичным было не столько жалованье, сколько отсутствие повторной проверки.

– Деньги никогда не бывают лишними, – с улыбкой произнес я. – Нам подходит вариант с седьмым Рубежом. Где надо подписать?

– Поставь какую-нибудь загогулину, – толкая вперед левую пачку листов пергамента, ответил Жиград. – Печать запомнит тебя.

– Имя? Деревня? – уточнил я.

– Не надо, – покачал головой наборщик. – После зачистки города весь набор местных числится жителями Светлого. Не знаю, зачем прислали это распоряжение, но приказ есть приказ. Представляться будете уже вашему непосредственному командиру. Мне эти знания ни к чему.

На последних словах Жиград всё-таки не выдержал и отвел глаза. Только в этот момент мне стало понятно, почему у нас не спросили имена. Вполне вероятно, что в случае выбора другого контракта, нас бы оформили по всем правилам. А так наборщик просто не хотел, чтобы в его памяти оставались образы юных добровольцев, которым он подписал смертный приговор. Так себе оправдание, но каждый выживает как может.

Я подошёл к столу первым и взял в руки перо. Что писать, не мог решить до последнего момента. Подпись герцога Миара оставлять было глупо, своё прежнее имя тоже вписывать в аркан имперской печати не хотелось, имя моего нового тела могло оставить слишком заметный след… В итоге, просто поставил жирный крест, но рука в последний момент чуть дрогнула и линия ушла в сторону, сформировав руну Дрит – базовый символ разработанной мной магии Осей. Хорошо, что маны в моём теле было меньше, чем в орехах, которыми я угощал Олуча. Иначе бы пергамент превратился в небольшую кучку пепла.

Следом за мной подписали контракт Ридра и Джеро. Второй о грамоте имел самое отдаленное представление и просто нарисовал несколько черточек. Молчун пару секунд внимательно смотрел на меня, а потом нарисовал на листе небольшой кружок.

– Служил уже? – тут же оживился наборщик и с интересом посмотрел на Ридру.

– Нет, – покачал головой тот и слегка поморщился. – Слышал про такие штуки просто.

– Ну, за смекалку и хорошую память, добавлю вам от себя повышенный рацион, – усмехнулся Жиград. – За деревней стоят шатры седьмых. Забирайте контракты и шагайте туда. Вас проводит мой помощник.

– Спасибо, – поблагодарил ветерана Джеро.

– Было бы за что, – криво усмехнулся Жиград. – Хорошей службы, воины империи.

Снаружи нас встретил тот же солдат, который провожал к наборщику. В отличие от своего начальника, держать лицо он совершенно не умел.

– Ну что, парни? Проверку прошли? – бодро спросил он. – Идем в лагерь?

– Жиград сказал, что нам в шатры за стену нужно, – с улыбкой ответил Джеро. Судя по его виду, парень всё ещё не понимал, что мы подписали не годовой контракт, а расписались за собственную смерть во славу империи. Ридра был необычайно мрачен и молчалив.

– О как… – моментально утратив всё веселье, пробормотал солдат. – Так вы это…седьмые, что ли?

– На седьмой Рубеж распределены, – кивнул я. – Веди, служивый. Хочется уже закончить со всеми этими переговорами.

– Конечно, – как-то суетливо сбежав с крыльца, отозвался помощник Жиграда. – Идемте. Господин капитан ещё не уехал, хотя шатры уже начали сворачивать.

Всю дорогу до деревенских ворот боец старался на нас не смотреть, словно уже вычеркнул нас из рядов живых. Мы тоже не лезли с вопросами. Каждый думал о своём. Мы держали в руках листы с контрактами и у всех были разные ощущения от этого. Хуже всех было Ридре, который вообще не понимал, на хрена он с нами поперся служить. И тем более на седьмой Рубеж.

Подобный конфликт двух личностей мог сильно сказаться на установленном в сознании молчуна блоке. Пока он находился в деревне и жил обычной жизнью, риск срыва был минимален. Мне стоило заняться поиском способов обхода защиты Ридры в самое ближайшее время, потому что дальше ситуация будет только ухудшаться.

– Вам туда, парни, – указав в сторону лежащих на земле алых шатров, произнес наш проводник. – Удачи, воины.

После этого помощник Жиграда торопливо ушёл, а мы остались стоять у ворот. Люди, собиравшие шатры, на нас внимания не обращали. За стоянкой офицера седьмого Рубежа обнаружилась небольшая тропинка, которая убегала в лес. Только сейчас я понял, что весь день видел, как в шатры заходили люди и ни разу не заметил, что кто-то из них выходил.

– Чего встали, бойцы? – послышался голос со стороны работников. – Подходи, не робей!

Нам помахал рукой один из работников. На нем была простая рубаха и кожаные штаны. Я внимательно осмотрел этого человека и первым двинулся вперед.

– Чего ищете? – когда мы подошли ближе, спросил мужчина. Ростом он был чуть выше меня, а шириной плеч превосходил вдвое. На гладко выбритом лице сияла дружелюбная улыбка.

– Нас наборщик к офицеру с Рубежа направил, – привычно ответил за всех я. – Нужно контракты ему передать.

– Так вы семерки, что ли? – удивленно поднял брови работник.

– Семерки, – кивнул я.

– Отчаянные, – покачал головой мужик и внимательно нас осмотрел, особенно задержавшись на молчуне. Ридра из нашей компании особенно выделялся. Он был значительно старше и крупнее. – Ну, с этими понятно всё – кровь играет, деньги шальные… А ты-то чего поперся? Мужик вроде взрослый. Понимание должен иметь, что к чему. Чего не отговорил?

– Вместе решение принимали, – пожал плечами Ридра. – Втроем служить шли. А где и как – неважно, раз империи помощь нужна.

– Помощь… – странно хмыкнул работник. Остальные продолжали упаковку шатров и только изредка посматривали в нашу сторону. – Верные граждане значит… Хреново дело.

– Почему? – удивленно спросил Джеро. – Разве не долг каждого мужчины империи встать грудью на защиту обычных людей от западных тварей? Разве не для этого сюда пришли сегодня все эти люди?

Работник потрясенно смотрел на парня. Остальные люди рядом с нами удивленно замерли. Джеро, впечатленный такой реакцией, неправильно оценил ситуацию. Видимо, он подумал, что его красноречие поразило всех работников и они вот-вот побегут подписывать смертельный договор с Жиградом.

– Каждый гражданин империи обязан встать на защиту Рубежей, – срывающимся от волнения голосом, продолжил свою речь Джеро. – Особенно сейчас, когда твари прорвали четвертый и уничтожили целый город. Когда императору требуются новые рекруты, чтобы уберечь мирных граждан от когтей и клыков западных тварей. На стенах могучей крепости мы обязаны сдержать напор монстров и не дать им пройти дальше!

– О чём он? – тихо спросил один из работников у другого.

– Не мешай, – едва сдерживая улыбку, отмахнулся тот. – Новик, похоже, идейный.

– Беда… – качая головой, проворчал ещё один мужик.

Я всё это время смотрел только на нашего первого собеседника. Судя по его реакции, этот человек имел достаточно опыта общения с самыми разными людьми и отлично умел изображать внимательное восхищение.

– Прекрасная речь, – когда Джеро выдохся, с чувством произнес этот работник. – Замечательная просто. А теперь послушай меня, мальчик. Если ты прямо сейчас разорвёшь эту бумажку, то мы сделаем вид, что вы сюда просто не дошли. Искать вас не будут. Зато ты будешь жить долго и счастливо.

– Это ещё почему? – возмутился Джеро. – Ты вообще кто такой, чтобы это решать? Где капитан с Рубежа?

– Ты просто не представляешь себе, куда ты собрался, парень, – даже не думая возмущаться, ответил мужчина. – На стенах крепости… нет, вы это слышали?

В ответ раздался дружный и очень обидный хохот. Работники хватались за животы и едва не валились с ног. Джеро обиженно смотрел на этих странных людей и старался выглядеть независимо. Получалось у него откровенно хреново.

Со стороны леса появился солдат в полном снаряжении, который быстро подбежал к нашему собеседнику и вытянулся по стойке смирно.

– Господин капитан, у нас первые беглецы, – четко доложил солдат. – Трое из утренних.

– Судя по всему, документы нужно передать вам, – протягивая контракт капитану, произнес я. Ошибки не было. Поведение и реакции этого человека говорили больше, чем его внешний вид.

– Судя по всему, мне, – усмехнулся капитан. – Считайте, что свой шанс вернуться домой вы упустили. Зато посмотрите, с кем вам придется служить. Погнали, парни! У нас облава!