Седьмая параллель

Пролог

Седьмая Параллель

Пролог

­­­­­­­2025 г. Москва

В офисах Останкинской телебашни будто взорвалась бомба. Такой суеты и беготни не видели эти стены очень давно. Примерно с того момента, когда предыдущий лидер державы объявил о своем уходе с поста президента страны, оставив народу дефолт, криминал и коррупцию, вызывающие у людей старшего поколения не самые приятные воспоминания о страшных временах 90-х.

Потные ладони еле удерживали резко ставший тяжелым планшет последней модели. Мелко дрожащие руки мешали маленьким глазкам, которые судорожно, наискосок, снова и снова бегали по написанной на сайте статье. Мозг человека, будто не в силах поверить в случившееся, отказывался воспринимать новость и пытался найти хоть какое-то опровержение набранному тексту.

Крохотные ладошки, совершенно не сочетающихся с огромным животом, натягивающим рубашку до такой силы, что, казалось, нитки скоро не выдержат и, не оправдав доверия, дорогие перламутровые пуговицы с сверхзвуковой скоростью улетят куда-то в сторону стены, приговорили к смерти чашку с кофе. Разлитый напиток даже не успел остыть, когда маленький ростом, но считающий себя очень большим по значению человек резко откинул в сторону гаджет и противным голосом начал кричать в переговорное устройство:

– Лена, срочно готовьте студию! Мы совершенно не успеваем! – исходя на ультразвук верещал директор, а по совместительству оперативный продюсер новостей одного не очень крупного, но уже известного телеканала, – быстрее, быстрее, мать вашу...

Спустя 10 минут

– Здравствуйте, в эфире срочный выпуск новостей! – сообщила приятным, глубоким голосом красивая девушка в строгом офисном костюме всем тем, кто имел удовольствие лицезреть её на экранах своих телевизоров в 14.00 теплым летним днем, – В Монголии, недалеко от города Сайншанд было обнаружено крупнейшее месторождение кварца с высокой примесью амекситов. Для уважаемых телезрителей не является секретом, что из этого крайне полезного минерала ученые синтезируют Амиксан, являющийся мощнейшим катализатором.

Залежи кварца с амекситами крайне редки и до этого считались крайне бедными, а Амиксан используют в различных областях, начиная от производства медицинских препаратов и заканчивая авиационной и космической промышленностью. Монголия получит несомненное преимущество перед другими странами, если, конечно же, сможет удержать территории с залежами. Теперь к другим новостям: хлеб снова подорожает, со специальным репортажем…

К сожалению, большинство полезных ресурсов нашей планеты исчерпаемы, и амекситы пополнили список вещей, ради которых лидеры мировых держав готовы на все. Нефть, золото, земля… Теперь еще и эти минералы. В игру вступили все: Россия, Америка, Китай, Канада, Германия, Англия, Франция.

Монголия в течение одной недели из страны с прекрасной природой и безграничными просторами превратилась в безграничное же поле боя. Регулярные армии и частные военные корпорации, убийство, шантаж, вымогательство и подкуп. Ветераны говорили, что на местах военных операций видели даже наемников «П.А.Н.Т.Е.О.Н» - как многие считают, современного ордена масонов.

2022 г.

Филиалы «П.А.Н.Т.Е.О.Н» открываются во всех странах мира, «новые масоны» занимаются в основном развитием науки и медицины. Из доступной обычному человеку информации можно было узнать лишь то, что иерархия в корпорации была выстроена по принципу пантеонов.

Люди, входящие в Греческий пантеон, занимали низшие должности корпорации, по сути являясь обычными работниками, которых мы можем видеть каждый день – кассиры, уборщики и прочий обслуживающий персонал. Несомненно, важные люди, без которых корпорация не могла бы существовать, но банально неинтересные.

Выше были сотрудники с доступом Римского пантеона – менеджеры, начальники отделов, немного посвященные в тайны корпорации. «Человека из Рима» увидеть на улице практически невозможно, менеджеры и управленцы «П.А.Н.Т.Е.О.На» предпочитали перемещаться в дорогих и комфортных автомобилях, за дверями которых они оставляли душных воздух своих городов и мирскую суету.

Главенство корпорации занимали люди, входящие в так называемый Славянский Пантеон. Велес, Мара, Хорс и Мокошь были известны в медийном пространстве, часто появлялись на приемах высшего общества. И только о личности владельца корпорации под кодовым именем Перун не было известно вообще ничего.

5 человек, имеющих огромную власть и доход. 5 высших богов в «П.А.Н.Т.Е.О.Н».

Отдельной строкой в иерархии располагались только ученые. Инские боги. Мозговой штурм. Создатели.

Амиксан впервые был открыт и синтезирован «Инками» в 2023 году, спустя год после открытия амекситов. Невозможно описать словами, какой толчок развитию всех отраслей дало это открытие. Новые типы топлива, почти не наносившие при сгорании вред экологии, новые типы двигателей, в разы экономичнее ДВС, новые лекарства, помогащие против неизлечимых ранее болезней, словом – Амиксан стал новой главой в мировой науке.

Но даже такая масштабная корпорация, как «П.А.Н.Т.Е.О.Н» не могла сохранить производство Амиксана только в своих руках. Никто бы этого не позволил. «Инков» пытались подкупить, похищали из собственных постелей, даже банально убивали, пытаясь остановить обогащение и без того весьма небедной корпорации и получить секрет синтеза Амиксана в свои руки. Тогда корпорации пришлось сделать два шага вперед.

Первым было полное рассекречивание процесса синтеза Амиксана, а вторым – создание своего маленького военного подразделения, выполнявшего бы функции охраны объектов «П.А.Н.Т.Е.О.На», его сотрудников, а так же, защищавших бы интересы корпорации.

Так и появился отдел Египетских богов. Военные. Разрушители.

2025 г. Монголия.

Прошедший день в моей памяти слабо отложился. Рано утром нас привезли в Монголию. Нас – это меня, инка, научного сотрудника, и отряд сопровождения из трех египтян. Три здоровяка и я, щуплый, в очках, зато несомненно самый умный из присутствующих. «П.А.Н.Т.Е.О.Н» приказал нам провести исследования нового Сайншандского месторождения амекситов, а потом… А потом началась война, которую позже историки назовут Сайншандским конфликтом.

Слава богу, что сами боевые действия проходили немного в стороне от Сайншанда, километрах в 30 на юг. В момент начала всего этого я находился в карьере у выхода породы, сканируя процентное содержание амекситов в кристаллах кварца. Содержание зашкаливало, прибор показывал что-то около 30% амекситов. Очень много, учитывая обычное количество в районе 1-3%, так и просто безумие.

Вдруг ко мне подбежал Сет - мой старый друг еще со школьной скамьи, но пошедший другим путем, отличным от науки и, схватив меня за плечи и развернув к себе, проорал в мое лицо:

– Побежали, придурок! Бросай свою научную приблуду и бежим! – Бешеные глаза Сета смотрели на меня, но, видя мой ничего не понимающий взляд, он немного успокоился и уже нормально сообщил, – Через 30 минут здесь будут войска. Разные войска. Видимо, они решили устроить здесь чертову войну.

– Еще бы, 30%... – начал было я, приняв все за шутку.

– Какие проценты, ты дебил, Апо!? Война идет, я запросил эвакуацию! Анубис и Ра ушли на разведку и не вернулись! – Тон военного не оставлял вариантов. – По внутришлемной связи они тоже не отвечают. Бегом на выход, мать твою!!! Мы сваливаем!

Сет развернулся и начал взбираться по откосу наверх.

– Сет, погоди, образцы и инструменты…

– В жопу образцы, Апо, – боец повернул голову и посмотрел на меня. – Лезь бегом за мной, если хочешь выжить и еще раз увидеть детей. У меня приказ. Не заставляй меня применять силу.

Я подчинился, и мы вдвоем начали выбираться из карьера. Почва и песок сыпались из под ног и рук, благо залежи располагались неглубоко под землей, так что через 3 метра я уже поднялся на ноги рядом с Сетом, усмешливо смотревшим на меня.

– Точка эвакуации на север, 24 километра. Ближе никак, – виновато развел он руками, – Сам понимаешь, собьют птичку.

Сет пристегнул к воротнику боевого костюма шлем и глухо произнес:

– Когда мы выберемся отсюда, я нажрусь, как скотина.

Согласно кивнув головой, я поднял с земли рюкзак, лежавший на краю карьера.

– Двинули, ученый… – нахмурился Сет и показал рукой направление. – Нам туда. Вечером нас заберут. Побежали…

И мы выдвинулись в сторону предполагаемой точки эвакуации. Шли быстрым шагом, временами переходя на бег. Солнце давно уже прошло половину своего дневного пути.

Вы когда-нибудь бегали по песку? Не по пляжу вдоль моря в одних шортах, а по пустыне и в одежде, совершенно не предназначенной для бега? Нет? Я расскажу, каково это. Через десять минут бега пот застилает глаза, а у тебя нет сил, чтобы его вытереть. В рот при каждом вздохе набивается песок. И жажда. Нестерпимо хочется пить. Но останавливаться нельзя, выстрелы и взрывы, которые в начале можно было принять за отдаленные раскаты грома раздавались все ближе и уже мало напоминали природное явление, четко давая понять, что, хотя ты быстро бежишь, рукотворная смерть все равно тебя догоняет.

Таким вот образом пролетели 5 часов. До точки эвакуации оставалось чуть меньше 3 километров.

– Какого хрена!? – Сет закричал и исчез. – Ай, мля, больно то как… Я найду этого бедуина, который вырыл тут эту сраную яму и заставлю его жрать его жопу!

Я приблизился к краю ямы, которая была заботливо прикрыта тряпкой с набросанным на нее песком. Правда теперь материи сверху ямы не было, но зато я увидел Сета, сидящего на глубине двух метров и потирающего грудь. Он злобно зыркнул на меня.

– Что смотришь, ученый? – огрызнулся он и снова потер грудь. – Руку дай!

Я осмотрелся вокруг, и, не заметив ничего подозрительного своим неопытным взглядом, лег на краю ямы, протянув другу руку. Спустя две попытки моего немощного тела превозмочь и 35 невероятных матерных конструкций, невероятные усилия по вытягиванию накачанной туши Сета увенчались успехом и мой приятель оказался на свободе.

– В зал бы тебе походить, что ли… – протянул он, тыкая пальцем в мой дряблый бицепс и улыбнулся. – Но спасибо, Апо!

– У меня мозг накачан, – буркнул я в ответ

На эту фразу Сет рассмеялся, но потом скривился, согнулся, закашлявшись и сплюнул кровь на землю.

– Вот черт, кажется, я легкие отбил, – не выпрямившись, произнес он. – Не повезло мне, дружище…

– Все будет хорошо, Сет, нам осталось пройти совсем чуть-чуть, час ходьбы и мы на месте, – пробормотал я, помогая другу разогнуться и взваливая его мощную руку на плечо, чтобы помочь идти. – Все будет хорошо…

Спустя где-то час

– Знаешь, Апо, мне кажется, что жизнь моя пошла не по плану, – Сет в песочном камуфляже, привалившись спиной к камню, тяжело дышал, изредка сплёвывая на грунт тягучую, вязкую кровь, – не по плану, брат… Посмотри на меня: сижу тут, блюю кровью на сраный песок из-за интересов «славян».

– Заткнись, Сет. Свои «сраные интересы» славяне щедро оплачивают, не так ли? – проговорил я, пытаясь выровнять дыхание, не особо надеясь на успех. Годы в лаборатории, а не на свежем воздухе явно не пошли на пользу. Да и помогать товарищу идти было совсем не просто. – Помнишь, благодаря кому твоя дочка учится в хорошей частной школе, а не в бюджетном учреждении, а, Сет?

– Пусть они и козлы, которые плевать хотели на «Египет», но именно благодаря им твоя жена может хорошо одеваться и не готовить дома, а ужинать в ресторане. – Я скривился. Боль не желала уходить из легких.

– Да так то оно так, Апо, но почему все пошло именно так? Почему операция инков при поддержке Египта пошла по бороде? Что такого важного в этой сраной Монголии? – Здоровяк в песчаном «пикселе» оглянулся вокруг, проверяя, нет ли за нами погони. Удовлетворенный результатами, потянул из кармана дорогие сигареты.

– Вот же мляяя… – протянул он. На огромной ладони лежала одинокая, сломанная под фильтр сигарета, – Покурил, мля.

Сет хлопнул себя по ногам, закашлялся и сплюнул на песок Гоби очередную порцию своей крови.

– Вот, видишь? Курение действительно убивает! – рассмеялся я, сбрасывая напряжение.

Перевел взгляд на горизонт, где солнце заканчивало своей очередной путь по небу. Красиво, черт меня побери. Будто ребенок щедрой рукой налил красной краски в синюю тарелочку, еще не зная, что его мама вряд ли оценит его художественные способности. Скорее всего, такого ребенка ждало бы наказание в виде ремешка по попке, а не признание его талантов.

– Вон, Апо, смотри, – здоровяк, прищурив глаза, указал мне на черную точку, видневшуюся на небе. – Вон наш вертолет, брат… Мы смогли…

Сет снова закашлялся кровью. Поднял на меня глаза, которые темными овалами выделялись на белой коже лица, чуть подкрашенной алыми лучами закатного солнца.

– Если я не выживу… – начал было он.

– Никаких «если», друг, – резко прервал его я, на что он кивнул и закрыл глаза, – не желаю этого слышать. Сет, ты обязан выжить ради своей семьи.

– Хорошо, брат, договорились, – протянул он, явно засыпая.

Я посмотрел на него, поправил свой воротник и начал следить за приближающимся вертолетом.

Наша птичка шла очень низко, почти задевая посадочными шасси песок, шла прямо к нам, изредка приподнимаясь, чтобы обогнуть рельеф местности или чуть изменяя курс, чтобы обогнуть отдельно стоящие чахлые деревья. Машина приближалась, знаменуя этим окончание нашего пребывания в оказавшейся совсем негостеприимной Монголии.

Через 10 минут

Рев винтокрылой машины разбудил Сета. Подняв на меня взгляд, он едва заметно улыбнулся и шепнул: «Скоро будем дома». Вертолет снизил тягу, и, приподнявшись, начал снижать скорость, чтобы совершить посадку рядом с нами. Через обзорные стекла кабины пилотов я видел лица членов экипажа, сосредоточенных на посадке и окружающей обстановке. Вертолет был очень близко, может, каких-нибудь 40 метров.

Среди шума винтов и звука двигателей вдруг резко и четко возник свистящий звук. Я удивленно повернул голову в сторону этого звука и увидел быстро приближающуюся точку, оставляющую после себя белый след из дыма. Один из пилотов, заметив это, тоже повернулся в эту сторону и вдруг резко дернул ручку штурвала от себя, накренив вертолет вперед.

Дальше все произошло, как в замедленной съемке: я вижу вертолет, накренившийся в нашу сторону так, что кончики лопастей чуть не задели землю, испуганно матерящегося Сета с перекошенным от боли лицом, который машет мне рукой, чтобы я спрятался за камень, и точку, которая вдруг стала сильно больше и оказалась ракетой.

Раз… Два… Три…

Три удара сердца потребовалось ракете, чтобы долететь до корпуса машины, что должна была стать нашим спасением.

Взрыв.

Пламя.

Краем глаза успеваю заметить кусок лопасти, летящей прямо в мою грудь на бешеной скорости.

Четыре…

Один удар сердца.

Боль.

Темнота.

Глава 1. Начало

Глава 1. Начало

Новый человек появляется в мире через страдания.

Это аксиома.

Боль от родов матери.

Удушье и давящая на младенца плоть.

Боль и ужас от неизвестности впереди.

Внутренние часы не могли мне подсказать, сколько времени я плыву по течению в кромешной темноте. Мне кажется, что само понятие времени перестало для меня существовать. Я помню свою жизнь, помню её конец. Я умер, да…

Факт, несомненно, печальный. Хотя я никогда и не верил в загробную жизнь, но как-то горько от того, что для меня нет ни ада, ни рая, ни даже вшивого чистилища. Самое печальное для меня, как для ученого, пожалуй, то, что я не смогу ни с кем поделиться тем фактом, что ее не существует, пусть меня бы и заплевали за это верующие разных религий.

Есть только темнота и мое сознание, по привычке получающее сигналы от несуществующего больше тела о теплой и спокойной воде вокруг.

Знаете, если бы был кто-то рядом, с кем бы я мог поделиться своими мыслями, я бы сообщил ему, что в таком состоянии есть свои плюсы. Так как времени для меня больше не существует, то, хех, у меня куча времени! Забавно, не так ли? Времени подумать над своими ошибками и тем, куда они меня привели.

Уроки в школе, первое знакомство с Глебом, теперь известным как Сет, институт, первые пробы себя в музыке, несмотря на сложную учебу на физико-химическом факультете, загубленные мечты и неоправданные надежды родителей, мечтавших, что сын закончит Академию ВВС и пойдет работать пилотом. А ведь я всегда мечтал летать, подобно птице… Но суровая реальность в лице летной комиссии выдала суровый и четкий вердикт: «Не годен».

Вдруг краешком сознания ровно по середине всей этой необъятной темноты я замечаю крохотную светлую точку. Может вот он, мой свет в конце туннеля? А может, религии в чем-то не врали? Пожалуй, подожду, посмотрю, что будет дальше.

Проходит еще несколько мгновений, а может быть часов, а может и дней, не знаю. Мое сознание продолжает наблюдать за светлой точкой, уже изрядно увеличившейся в размерах. Свет отвоевывает пространство у тьмы, при этом наблюдается странный градиент от наиболее светлой части в центре к бледно-зеленоватой периферии, градиент не строго радиальный, он как будто колеблется, можно сказать, что идет волнами, постоянно чуть перемещаясь. Забавный эффект, ничего не скажешь.

Спустя неизвестное количество времени

Свет занимает большую часть пространства. Если представить мое видение в виде сферы с центром в том месте, где располагается мое сознание, то 40 процентов нижней полусферы прямо подо мной занимает тьма. Все остальное пространство принадлежит свету. Море оттенков, блики, все тот же странный переход от слепяще белого к темно-зеленому. И все та же рябь волнами.

Иногда надо мной пролетают овальные тени, странно. От такого посмертия очень хотелось ущипнуть себя, причинить боль, чтобы очнуться.

БОЛЬ

БОЛЬ в несуществующих легких, БОЛЬ в несуществующей груди, в том месте, куда ориентировочно должна была ударить лопасть того злосчастного вертолета.

Я совершаю плавательные движения несуществующими руками, чтобы поскорее достичь света, пока мой несуществующий мозг подает сигналы о том, что ему не хватает кислорода для нормального функционирования. Судорожные движение сквозь угасающее сознание несут меня к светлой неизвестности…

Вдруг руки вместо привычной тягучести всего вокруг ощущают свободу и... воздух? Тело преодолевает поверхностное натяжение воды и легкие делают глубокий вдох, сопровождающийся резкой болью.

– ААААААААААА!!! – я кричу так громко, как только могу, словно полностью отдавая себя первому звуку, который снова могу услышать спустя неизвестное мне количество времени…

А потом сознание гаснет.

Я пришел в себя лежа на твердой поверхности, неровной, но такой приятной. Открыв глаза, обнаруживаю себя на берегу у воды; волны ласкают мои ноги, а солнце приятно нагревает кожу, даря умиротворение и радость.

Быстро осмотрелся вокруг, но не заметил потенциальных угроз для жизни. Полное спокойствие. Штиль, солнце, вода, деревья, по внешнему виду похожие на среднюю полосу России. Метрах в двухстах от меня расположились скалы, грядой уходящие в море и грозящие в скором времени спрятать от меня солнечный свет, укутав своей тенью. Мягкий желтый песок без малейшего следа мусора промялся подо мной, когда я принял сидячее положение.

– Выкуси, сука! Я живой! ЖИВОООООЙ!!! – Я неверующе поднял руки перед глазами, ладонями повернув к себе, и рассмеялся, чуть не застонав от терзающей меня боли.

Наверное, такой чистой радости я не испытывал со своего детства, с того момента, как мои тогда еще молодые родители сказали маленькому мне, что мы первый раз в моей жизни поедем отдыхать на море…

Минут через 10 я успокоился, и, хотя радость, судя по всему, будет сопровождать меня еще долго, решил осмотреть и ощупать себя. Две руки, две ноги, половые признаки тоже мужские – живем! Кожа наощупь оказалась молодой и очень гладкой, ноги и руки не имели травм и нормально функционировали, а мышцы оказались даже больше, чем у моего старого тела.

Боль постепенно отступала. Я принял решение посмотреть на себя со стороны и уже хотел подниматься на ноги, чтобы дойти до воды, как не смог и упал, потеряв равновесие. Мой теперешний рост оказался сантиметров на 20 выше, чем в прошлом теле, а вот рефлексы не изменились, сознание очень неохотно расставалось со старыми рефлексами. Изменение центра тяжести, чтоб его…

Спустя полчаса я все же смог совладать с оказавшимся непослушным телом и медленно добрел до воды. Из отражения на меня глянул молодой парень лет 16-17, с резкими, будто рубленными чертами лица и яркими фиолетовыми глазами. Похоже, у моего тела были четкие германско-английские корни. Четкие острые скулы, резкий подбородок, высокий лоб, почти полная симметрия лица – необычно, но довольно красиво, думаю, девушкам понравится. Единственной странностью были длинные, до плеч волосы. Точнее, волосы были нормальные, чуть волнистые, но странным был их цвет. Полностью белый, белее самого чистого снега в Финляндии, а поверьте, я знаю, о чем говорю. От такой неожиданности я сел в воду, в которой стоял по колено. Как оказалось, очень вовремя.

– Hey!? Are you okay? – донесся до меня мелодичный женский голос. – What happened to you?

Английский? Странно, где же я…

– Столько всего произошло, что я теряюсь, – пробормотал я себе под нос. – Надо все это разгребать, мля.

Я махнул рукой, решив разбираться со всем постепенно. Проблемы надо решать по мере их поступления, верно? Так вот эту поступившую кучу я буду разгребать, судя по всему, до конца моей новой жизни.

– HEY!? – Вот же назойливая, я тут мировые проблемы со своей головой вообще-то решаю. – Can you hear me?

Я резко повернулся и удивленно уставился на зияющую дыру ствола вороненого пистолета, который держал амбал похлеще Сета. Метра два ростом, высеченное будто из камня лицо, банки на руках такие, что можно столбы забивать, словом - медведь в шкуре человека. Desert Eagle в его руке лежал так, как в моей – пишущая ручка – уместно и профессионально. Сопоставив услышанное и увиденное, я почувствовал, как шарики в моей голове начали заезжать за ролики, явно освобождая место для пришедшей туда обезьянки, уже начавшей распаковывать тарелки.

Сглотнув и мысленно перекрестившись, я не нашел ничего лучше, чем ответить в стиле Зайца из известного мультсериала «Ну, погоди».

– Слышу, слышу… – пропищал я сорвавшимся на фальцет голосом.

Мужик нахмурил брови. Кажется, я услышал треск камня… Решено, если я буду жить, буду звать его Скалой, по аналогии с актером Дуэйном Джонсоном.

– О, вы знаете русский? Что же с вами случилось, герр!?– произнес чарующий голос откуда-то из-за спины ожившей горы. –Почему вы на берегу Черного моря, один и, простите, не одеты? Прошу, Павел, отойди в сторону, я хочу видеть человека, с которым разговариваю!

Ага, да из меня герр, как из палки хер. В прошлом мире меня звали Сергей Валерьевич Иванов. Ни грамма немецкой крови, исключая ту, что проливал мой дед, воюя с фашистскими захватчиками во Вторую Мировую.

Гора, по недоразумению названная Павлом, видимо что-то подобное прочитала в моих глазах и нахмурилась еще сильнее. Ей богу, что-то трещит…

– Госпожа, вам не стоит тратить время на этого бродягу. – пробасил громила, обернувшись к обладательнице прекрасного голоса, но все же убрал свой огромный пистолет в кобуру. – Он больше похож на крестьянина, чем на голубую кровь и вообще... не одет. Такой юной леди, как вы, не стоит…

– В этот момент, Павел, ты очень сильно напоминаешь мне папеньку, – едко сказала девушка, а я услышал странный гул, напоминающий электростанцию, а в воздухе четко запахло озоном. – Я совершеннолетняя и могу сама решать, что мне делать! И ни отец, ни тем более ты не в праве мне указывать. Я приняла Вторую параллель, мне 16 лет! Отойди немедленно в сторону!

– Вторая параллель? Что? В 16 лет учиться во втором классе? Либо она умственно неполноценная, либо я оказался там, где такое образование считается нормой… Ой-ееееее, куда же я попал? – подумал я, мысленно схватившись за голову.

– Да, госпожа… – протянул большой человек и сдвинулся в сторону, открывая моему взгляду ЕЁ.

В 10 метрах от меня стояла девушка… Нет, не так… Самое прекрасное существо, которое я когда-либо встречал в своих жизнях. Навскидку можно было отметить, что нимфа обладала великолепно тренированным телом, в данный момент скрытым от меня только черным платьем, настолько облегающим фигуру, что, не особо всматриваясь, я нашел взглядом очертания раздельного купальника, треугольниками прикрывающего только небольшую грудь, примерным размером от полутора до двоечки, и самое сокровенное. Подняв взгляд выше плеч со странной формы светлыми татуировками, которые платье оставляло открытыми вечернему солнцу, я скользнул взглядом по приоткрытым пухлым коралловым губам и задержал свой взгляд на аккуратном, чуть вздернутом носике превосходной формы.

Вдруг у меня резко заслезились глаза, и я, не в силах терпеть резь, закрыл веки и потер их, сжав кулаки своих новых рук. Легкий ветерок резким порывом коснулся моей кожи и так же быстро пропал. Убрав конечности, я приоткрыл один глаз и с трудом удержал свое тело от того, чтобы не отшатнуться, когда взгляд прояснился. Девушка, резко очутившаяся около меня, присела на колени в воду рядом со мной и замерла на расстоянии локтя, бесцеремонно разглядывая мое лицо и уперев кончик указательного пальца правой руки себе в нижнюю губу.

– Хмммм, фиолетовые? – задумчиво протянула она, смотря прямо в мои ошалевшие глаза, пока я вдыхал чудесный аромат вишни, исходящий от девушки.

Когда она разглядывала меня, я успел заметить разошедшиеся по ее стального цвета радужке белые искорки, позже пропавшие и возникнувшие вновь на темных, длинных волосах. Искорки появились на корнях волос и пробежали по всей длине прически, которую девушки зовут хвостиком.

Резко поднявшись на ноги, нимфа отошла на пару шагов назад, продолжая сверлить меня взглядом. Ее взгляд скользнул ниже, пройдясь по моей шее, торсу, намечавшимся кубикам пресса и хотел было пойти дальше, но я ойкнул и благоразумно успел прикрыться ладонями. Девушка улыбнулась и мило покраснела.

– Простите, герр, я не знаю вашего имени, но… – промолвила она смущенно, но вдруг резко поменяла выражение лица на хищное; ротик исказился, прекрасные губки сложились в ехидную улыбку. – Папенька учил меня, что противника необходимо хорошо изучить, чтобы его было очень легко убивать!

Не сразу я смог осознать перемены, произошедшие с девушкой. А секунд через десять, когда грустная обезьянка не менее грустно начала паковать свои тарелки обратно, уступая место вновь появляющимся мыслям, принял единственное верное решение, достойное мужчины в такой ситуации. Тикать!

– Н-н-н-н… Не надо! – вскрикнул я, двигая ногами под водой и пытаясь отползти от фурии, в которую внезапно превратилась прекрасная девушка. – Что я вам сделал!?

Девушка вскинула руки с загнутыми крюками пальцами, направленными в мою сторону. Прекрасные глаза сузились в светящиеся белым бойницы. Под кожей рук от татуировок начали свое неспешное движение две яркие точки, по одной на руку, неспешно двигаясь к кистям, они оставляли за собой светящиеся белым полосы, так не кстати напоминающие собой след от ракеты, попавшей в злосчастный вертолет. Я старался отползти от девушки все дальше и дальше, не в силах оторвать от нее взгляд. Слуховые рецепторы отметили сухой щелчок замка кобуры Павла, находящегося чуть в стороне от нас.

Точки на руках девушки дошли до кончиков пальцев и замерли, видимо закончив формирование светящихся линий. Девушка вдруг замерла, немного опустив руки, будто решая, стоит или нет использовать эти неведомые мне линии, очевидно, выступающие в роли некой сверхъестественной силы или оружия. На ее лице вдруг оставил свой отпечаток страх, быстро сменившийся задумчивостью.

– Быть может, ты хочешь сдаться? – голос девушки немного дрожал. Повысив голос, чтобы скрыть его дрожание, она почти прокричала. – Или активируй свои Параллели и сражайся со мной!

– Параллели? Какие к черту параллели? – думал я, пытаясь быстро принять решение, чтобы спасти свою жизнь, а вслух сказал. – А-а-а-а, я понял. Я у тебя первый, да?

– Т-т-т-тыыыыы! Ты еще и смеешься!? – голос девушки выражал смесь смущения и ярости. – Сдавайся или готовься умереть, немецкая свинья!!!

Девушка вновь вернула руки в прежнее положение, наставив на меня свои полусогнутые пальцы-крюки, повернув их большими пальцами внутрь так, что они видимо выполняли роль своеобразного прицела. Она явно решилась на мое убийство, потому что лицо ее теперь выражало только холодную решимость. Линии на руках засветились еще ярче, вновь обновляя воспоминания о прожитых мною событиях.

На меня вдруг нашла какая-то неподходящая в этой ситуации отрешенность. Я прекратил двигаться, сел на свою задницу, согнув ноги по-турецки и закрыл глаза. Набегающие волны с небольшой силой толкали меня в спину, словно прощаясь и напоследок даря мне свою ласку. Щекотно… Снова раздалось непонятное гудение, как от трансформаторной станции, а в воздухе разлился запах озона.

– Один раз уже умирал, – промелькнуло у меня в голове. – Вряд ли сейчас случится что-то новое.

– Русские. Не. Сдаются. – по словам отрубил мой голос, почему-то ставший очень низким.

Мое лицо словно замерло в выражении абсолютного спокойствия, со стороны я, наверное, был очень похож на громилу-Павла, он такой же каменный.

Все мысли внезапно тоже исчезли, оставив только одну.

Русские не сдаются.

Думаю, мой дед мной бы гордился…

Приготовившись к неизбежному после таких слов, я расправил плечи, выпрямил спину и мысленно попросил у родных прощения еще раз. Я ждал очередной порции боли и последующую за ней спасительную темноту, убивающую время, но взамен избавляющую от забот, чувств и переживаний, однако ни боли, ни удара не последовало…

– Кто ты такой, черт тебя подери!? – спросил успокаивающийся, но все же чуть подрагивающий женский голос фурии – Кто ты, млять, такой!?

– Госпожа… – укорительно прогудел следом человек-гора. – Негоже вам так, госпожа…

Не жмись, товарищ, ставь свой лайк!

Пиши коммент, я буду рад!!!

Не, ну серьезно...

Глава 2

Глава 2.

Как много смысла для человека содержит такое короткое слово «дом».

Радость от встречи с близкими людьми, грусть от одиночества – у каждого «дом» свой.

– Мя…? – спросил котик, старательно вылизывающий свои причиндалы в моем подсознании.

Появление черного чудовища, отвлекшегося от своего чрезвычайно необходимого занятия на один короткий мяв, было первым, что мое сознание смогло воспроизвести в пустой голове. Где-то разочарованно вздохнула обезьянка, опустившая тарелки и огорченная отсутствием внимания к своей, несомненно важной персоне. Звуки слов «русские не сдаются» все еще пытались наполнять мое сознание, но постепенно сдавали позиции, проигрывая сражение вновь появляющимся мыслям о суровой реальности.

– Тыыы… ты кто такой, мать твою? – прошипела девушка, по всей видимости отойдя от непонятного мне шокового состояния. – Откуда такой, как ты…

– Госпожа, не стоит. – уже тверже повторил телохранитель, пришедший к каким-то своим выводам. – Очевидно, этот человек не так прост, как я подумал.

Охранник смотрел на меня, пытаясь обнаружить любое мое действие, способное навредить его госпоже. Прищурив глаза, он всем своим видом ясно давал мне понять, чем закончится любое мое неосторожное движение, держа руку у расстегнутой кобуры. Я, тихонько офигевая, смотрел на странную парочку, не в силах что-либо произнести из-за недавно пережитого стресса.

– Что мне с тобой делать, чужак? – спросила девушка, опустив руки и успокоившись. – Убить тебя я теперь не могу, а оставить невиновного нуждающегося мне не позволит кровь…

«Чужак…», – пронеслось в моей голове. Что это вообще значит? Судя по деревьям, я находился где-то в Европе или России, а учитывая язык, на котором говорила со мной незнакомка, я скорее всего очутился где-то на побережье, недалеко от Крыма, Сочи или, быть может, Ростова-на-Дону.

В типичную картину мира не вписывалось только неизвестное мне оружие, имплантированное в руки девушки. А, еще их странные, старомодные слова – «герр», «госпожа» …

– Ой, ёёёё… – протянул я, сложив в общую картину факты. Картина сюрреалистичная, а оттого пугающая.

– А где это я? – тихонько спросил я, ни к кому не обращаясь.

Пришедший с моря (вода оказалась чуть солоноватой) ветер поднял своими руками небольшую тучку песка, и пронес её между мной и двумя моими невольными знакомыми. Часть песчинок попала в мое лицо, вызвав резь и слезы. Которые так кстати подходили к свалившейся на меня грусти из-за пришедшего в голову осознания – больше никого из своих старых знакомых и друзей в своей новой жизни я никогда не увижу.

– Да ну нееееееет, – протянула девушка. – Плакать не нужно, чужак. Наш мир, Аррея, подарил тебе жизнь, так проживи ее так, как будет достойно!

Взяв из рук Павла-громилы полотенце, девушка подошла ко мне и протянула его. Сквозь заплаканные глаза я смог разглядеть сожаление на ее лице.

– Вытри слезы, воин! Аррея рождает лишь достойных! – пробасил громила, застегивая кобуру

– Спасибо… – прошептал я девушке, поднимая руки и вытирая влагу с глаз и щек. – Спасибо…

Протянув руки к незнакомке, я увидел заинтересованность и легкую ухмылку на ее лице. Фурия усмехнулась, а я услышал гневный голос Павла.

– Дебил, млять! Прикройся! ­ – крикнул здоровяк. – Перед тобой леди, а не девка из борделя!

Ойкнув и мысленно себя обматерив, я быстро схватил полотенце из рук краснеющей девушки и, отвернувшись, встал из воды и быстро обмотал бедра куском материи. Полотенце приятной мягкостью обернуло мои бедра, прикрывая мое достоинство и защищая его от взглядов окружающих. Не то, чтобы я чего-то стеснялся, но громила прав, с нами все же леди. Я повернулся обратно и увидел, что девушка вновь отошла к своему телохранителю на берег и теперь стояла вровень с ним у кромки воды.

– Давайте знакомиться, это Павел, мой личный телохранитель, приставленный ко мне дорогими родственничками, родом Воронцовых, – улыбаясь, словно пропела она. – а меня зовут Екатерина. Екатерина Воронцова, как вы могли догадаться, сударь. Я Вторая параллель. Ну а вы…?

И вот опять эти параллели…

Тоска по дому постепенно отпускала меня, вытесненная недавней стеснительностью и открытостью этой опасной девушки, которая совсем недавно желала меня убить. Эх, ну раз у меня началась новая жизнь, то и старое имя взять с собой я уже не хотел. «Это было бы неправильно», – пришла в голову мысль. Быстро перебрав в голове разные имена и ники персонажей из прошлого мира, я представился одним из них:

– Остай. Меня зовут Остай.

История этого ника, теперь ставшего моим именем, была до боли проста. Свободное от работы время я очень любил проводить в вовке – World of Warcraft, если кто не понял. И, хотя моя зарплата позволяла мне приобрести платную подписку до конца моей жизни, я почему-то предпочел официальным серверам пиратский. И вот в один момент сервер забанили. 10 тысяч игроков потеряли весь прогресс, трудом и потом заработанный в онлайн игрушке. 10 тысяч мужиков вытерли суровую слезу и отправились на другой сервер, начинать все сначала. В их числе был и я, взявший на новом сервере новый ник.

– Необычное имя, Остай… – задумалась девушка, но потом расцвела. – Наверное, у всех чужаков они странные, все же вы пришли не из нашего мира! Приятно познакомиться!

– Позволь, мы отведем тебя к нам в резиденцию, – словно что-то для себя решив, продолжила она, – она, конечно, не такая большая и дорогая, как наш дворец на Садовой улице в Петербурге, но…

– Госпожа, я бы не рекомендовал вам вести этого чужака в ваш дом. Чужак определенно опасен, но проблема даже не в этом. Что подумает ваш отец, светлейший князь Воронцов, который сегодня вечером приедет забрать вас обратно с каникул?

– Вопрос с папенькой я решу сама, Павел. – вскинулась девушка и злобно посмотрела на него. – А вот если ты еще раз позволишь себе прервать меня, Павел… Я откажусь от твоих услуг. Надо ли говорить, чем это закончится для тебя, а?

– Прошу меня простить, госпожа… – виновато прогудела гора мышц, видимо осознав непонятную мне угрозу. – Больше такого не повторится, госпожа…

– Раз мы все решили, то пойдем, Остай!

Спустя примерно полчаса неспешного шага в неизвестном мне направлении, из-за очередного поворота показалась усадьба, обнесенная высоким забором. За это время Катя рассказала мне о том, что мы находимся на берегу Черного моря, в Крыму, а ведет она меня в летнюю резиденцию ее рода. Которая, как с гордостью она поведала, стоит аж 10.000 рублей, не считая земли, ее Государь подарил в собственность Воронцовым примерно 80 лет назад.

Охранник Кати повелительно взмахнул рукой, привлекая чье-то внимание, и немолодой страж, одетый в красную ливрею, начал открывать ворота. Разошедшиеся створки скрывали за собой чудесную мощеную плиткой дорогу к высокому крыльцу, обрамленному каменными перилами. По краям проезда раскинулся великолепный сад. Деревья, стоящие стройными рядами параллельно дороге, два небольших прудика и газон, укрывающий землю. Думается мне, что содержание этого чуда требует либо очень больших усилий для хозяев, либо не менее больших денег.

Усадьба представляла собой небольшой, примерно на 300-400 квадратных метров, дворец, выстроенный в стиле ампир. Довольно массивное здание, что странно для загородной усадьбы на берегу моря, словно олицетворяло власть и богатство ее владельца. Желтые стены отлично смотрелись вместе с белыми мраморными колоннами и строгим декором, украшавшим проемы окон и дверей постройки.

Мы прошли в широкие ворота, поздоровавшись с стражником. На крыльце начала выстраиваться прислуга дома, одетая в одинаковую униформу. Примерно 15 человек – горничные, повара, садовники. Склонившись в приветствии, они ждали владелицу и ее гостей в моем лице. Катя, взмахнув рукой и распуская слуг по их делам, легко взбежала по ступеням и остановилась на вершине крыльца, повернувшись ко мне.

– Вот здесь я и живу! – улыбаясь, сказала она. – Ну, правда, только в каникулы, летом.

– Учитесь, леди? – спросил я, поднимаясь вслед за ней – Расскажите, где?

– Никакого секрета тут нет, Остай. Первая магическая школа Москвы, под патронажем Воронцовых.

Я немного сбился с шага, осознавая услышанное. Магия! Пожалуй, жителям Арреи никогда не понять мой восторг и ожидания, связанные с этим словом.

– Как вы думаете, Екатерина… – начал смущенно я.

– Пожалуйста, Остай, если тебе не сложно, давай на «ты». – перебила меня девушка. – Я не привыкла «выкать» сверстникам вне светских приемов. И можешь звать меня Катей, а то мне не очень нравится полное имя.

– Да, конечно… Так вот, Катя, как ты думаешь, у меня может получиться… – все так же смущаясь, продолжил я. – Ну, стать магом…

– Да почему нет, в принципе! – рассмеялась она, весело глядя на меня. – Подумаешь, нужно всего лишь какие-то жалкие 200 тысяч рублей, потраченные на обучение и сродство к реагенту параллелей, которым обладает от силы один человек из ста тысяч…

– Да не переживай ты, чудик! Нашей стране всегда требуются инженеры, строители, ученые, простые солдаты! – продолжила она, видя мой ступор от открывшихся обстоятельств. –Ты, конечно, мой первый чужак, но, думается мне, все вы мечтаете стать великими магами!

Это что получается… Даже если у меня есть это самое «сродство» с неизвестным мне реагентом, то я просто не потяну учебу финансово? По словам Кати, обучение будет стоить как 20 таких усадеб! Мой мозг ученого бунтовал, понимая, что получение новых знаний откладывается на неизвестное количество времени или вообще навсегда.

– Магия – это привилегия, доступная лишь избранным! – важно подняв палец вверх, вещала девушка, проходя в двери дома и направляясь внутрь. – Привилегия и обязанность. Каждый мечтает быть магом, но не каждый осознает, что это не так просто.

Войдя в прохладные помещения здания, Катя остановилась и посмотрела на меня. Девушка чудесно смотрелась на фоне строгих линий и прямых углов интерьера. Пол покрывал паркет, который, конечно же, не издавал ни звука. Стены белого цвета были украшены золотым орнаментом геометрических форм и отчасти были прикрыты красными шторами, сейчас собранными по краям высоких и широких окон зала. Прямо напротив входа, в окружении двух мраморных лестниц, ведущих на этаж выше, на стене находился большое полотно с гербом рода. Два коня держали серебряный с красным щит, разделенный по диагонали. На линии находились две розы и лилия промеж них. Двуглавый орел Российской империи на вершине, и корона и три шлема чуть ниже него. Внушает, однако!

– Ты пока подожди меня в гостиной, Маша проводит. – кивнула девушка на горничную, стоявшую рядом с ней. – Я переоденусь и присоединюсь к тебе.

Сказав это, девушка быстро ушла наверх. Кивнув Марии, как назвала ее девушка, я проследовал за ней в одну из дверей дома. Гостиная, как и весь остальной дом, была богато обставлена. Мазнув взглядом по небольшой лепнине, таким же стенам с похожим орнаментом, я плавно опустился в одно из трех кресел, стоявших посередине комнаты вокруг небольшого круглого чайного столика. Девушки горничные, поинтересовавшись моим мнением о напитках, принесли мне чай и печенье, после чего, отпустив их, я принялся ожидать Катю.

День постепенно заканчивался, в сторону моря задул небольшой, но приятный ветерок, попадающий в открытые окна и охлаждающий кожу. Прохлада дома отлично контрастировала с великолепно заваренным чаем, хотя я и не эксперт в данном напитке, но аромат и вкус были действительно чудесны! Печенье легкой сладостью таяло во рту, крепкий напиток удалял возникшую сухость – что еще требовалось мне на тот момент!

Впрочем, я так и не смог насладиться напитком до конца, потому что в моей голове метались мысли. Магия! Ваааааааау!!! Я начал воображать себя великим магом, как в фэнтези моего мира, уничтожающим взмахом руки толпы врагов. Или наоборот, целителем, спасающим безнадежно больных людей, родственники которых потом благодарят меня, чуть ли не падая на колени. Столько разных применений одной способности, которые зависят только от обстоятельств, окружающих мага! Убийца и спаситель в одном лице!

– А вот и я! Простите за ожидание! – сказала девушка из-за моей спины, отвлекая от моих размышлений о будущем могуществе. Ну просто не могу я, являясь попаданцем, что так популярен у отечественных авторов, не быть магом!

Катя вошла в мое поле зрения, и я обомлел. Она сменила свое пляжное платье с купальником на одежду в виде хлопчатой свободной футболки и довольно коротких шортиков. Но за довольно фривольным внешним видом, заставляющим затискать так по-домашнему выглядящую девушку, все еще скрывалась аристократка и та фурия, что пыталась убить меня буквально 40 минут назад. Девушка плюхнулась в дорогое кресло напротив меня и сложила ноги по-турецки.

– Че сидишь? – спросила она и повелительно махнула рукой. – Наливай!

– Мя… – открыл дверь в моем сознании черный кот, вновь призванный контрастом в общении. Впрочем, так же быстро ее закрыл, испуганный тапком в руке обезьянки с тарелками.

Я налил девушке чаю в принесенную прислугой чашку. Катя откинулась на спинку кресла с чаем в одной руке и украденной из-под моего носа последней печенькой в другой. Движение тигрицы за печеньем я так и не смог заметить.

– Ну, спрашивай, – разрешила девушка, жуя печенье, – вижу, что вопросов у тебя много.

– Первый вопрос ­– почему ты привела меня в свой дом, а не поместила в домики для рабочих?

– Ну потому что я могу. – не повела и бровью девушка, смотря на меня. – Мой дом, я здесь хозяйка, а вы – чужаки, почти всегда являетесь носителями знаний, которых в мире нет ни у одной страны. Ты просто полезен мне, роду и России.

– Хорошо, тогда второй вопрос – как я могу определить, могу ли я пользоваться магией?

– Смотри… – протянула Катя, собираясь с мыслями. – Все просто и сложно одновременно. Проверить твое сродство я могу и прямо сейчас, тут ничего сложного – тестер стоит в кладовке на полке, его уже давно никто не доставал, правда…

Фурия рассказала мне, что, согласно Высочайшему Императорскому Указу, приборы для определения способности усваивать организмом реагент должны обязательно быть в каждом уважающем себя доме знати. А каждый бедняк или крестьянин, которыми владеют эти дворяне, может спокойно прийти и попросить проверить его на способности. Другое дело, что этими способностями он пользоваться не сможет, в силу обстоятельств, но все же. Указ обязывает дворян помогать в определении возможных магов в государстве. Правильный ход, Ваше императорское величество!

– А без денег, но со сродством, я смогу учиться? – очередной мой вопрос.

– Да, в принципе, роды или государство в праве заплатить за тебя стоимость обучения, которую ты потом должен будешь отработать. Срок зависит от условий людей, давших тебе такой контракт. К примеру, стандарт у Воронцовых это 20 лет. Время отработки уменьшается, если у тебя будут высокие навыки после обучения, при участии в военных конфликтах и так далее. А если ты достигаешь Пятой параллели, то государство освободит тебя от отработки, выплатив долг, а взамен даст тебе возможность основать свой род, получив дворянство.

– И последний вопрос, Катя, если можно. – Дождавшись кивка, я продолжил. – Что скажет твой отец, если сейчас зайдет в комнату и увидит, что его дочь в таком легком наряде, не соответствующем аристократке, сидит в компании неизвестного и неблагородного молодого человека?

– Хорошо ведь, что этого не случится, да, Остай? – лукаво спросила девушка, допив напиток и поставив чашку на столик. – Папенька бы точно не понял…

В спину дунул легкий сквознячок, заставив меня покрыться мурашками. До моих ушей донесся легкий, почти незаметный скрип двери. Подняв глаза на Катю, я увидел испуганно расширенные глаза. Губы девушки беззвучно произнесли: «Пиздец…»

– Здравствуй, Катенька! Я приехал, чтобы забра… – произнес низкий мужской голос, принадлежащий суровому человеку. – Екатерина, не соизволишь познакомить меня со своим гостем!?

– Действительно, пиздец… – успел подумать я.

Интересно, товарищ?)

Тогда добавляй книгу в библиотеку, ставь свой товарищеский лайк и пиши комментарий!

Каждое твое действие ускоряет выход проды.

И прости за просьбы, просто для меня, как для Автора, это очень важно!