Сделка с Ведьмой

Сделка с Ведьмой

Сделка с Ведьмой

Татьяна Михаль

Глава 1

* * *

- Максимилиан Вербицкий - единственный оставшийся в живых при крушении прогулочного самолёта. Его только что доставили в город. Мы надеемся, что позже сможем сообщить вам о том, насколько сильно он пострадал. Вместе с ним в лётной прогулке участвовали банкир Пётр Семёнович, генерал Александр Эдуардович и пилот. Они погибли мгновенно. Максимилиан Вербицкий, владелец сети отелей и ресторанов «Полёт», пользуется международной известностью. Он…

- Проклятье! – выругался Геннадий. – Макс, как же так?

Геннадий резким движением выхватил из кармана телефон и набрал номер.

- Алло? – раздался мелодичный женский голос.

- Оля, ты где? – немного грубо поинтересовался мужчина.

- На курорте, - ответила девушка. – А что? С чего это ты мне звонишь?

Геннадий взъерошил волосы и произнёс:

- Судя по всему ты ещё не слышала новости о… о Максе…

- Что произошло? В чём дело? – прозвучал в телефонной трубке девичий голос. - Я догадалась — случилось нечто ужасное. Что-то с Максом?

- Его любимый прогулочный самолёт... Самолёт, на котором Макс совершал полёт с потенциальными партнёрами, разбился, - произнёс он страшную новость.

- Боже! — воскликнула девушка. — Он мёртв?

- Нет, но серьезно ранен. Его увезли в больницу. Я сейчас еду туда.

- Серьёзно ранен? Но что с ним? А как же наша с ним свадьба? Столько гостей приглашено и столько денег потрачено!

- Я не знаю, Оль… Думаю, свадьбу вам придётся отложить.

- Позвони мне, как только всё выяснишь, - сквозь рыдания попросила девушка. – А я прямо сейчас собираюсь и вылетаю домой первым же рейсом!

- Хорошо.

* * *

Доктор обречённо вздохнул, но твёрдо озвучил состояние важного пациента:

- У него многочисленные переломы. Разрыв селезёнки… Но самое сложное - повреждена спина.

Геннадий, многочисленные друзья Максимилиана и журналисты издали вздох отчаяния.

- Неужели сломан позвоночник? – спросил Василий, управляющий и правая рука Макса.

- Нет, но он сильно повреждён… Требуются операции, много операций, которые смогут провести квалифицированные специалисты.

- Раз нужны операции, то будем делать. Готовьте все данные, доктор, я сегодня же свяжусь со всеми клиниками. Только скажите, доктор, какие, на ваш взгляд прогнозы?

Мужчина ответил прямо, как есть:

- Я не знаю…

Геннадий кивнул. Зато честно.

Он снова позвонил невесте Максимилиана.

- Да! – воскликнула девушка. – Что? Какие новости?

- Оля, у Макса повреждена спина, но он жив. Нужны множественные операции и когда он придёт в себя, ему будет необходима твоя любовь и поддержка.

- Конечно же я его не брошу!

* * *

Спустя год

Руслан с опаской постучал в дверь хозяйской спальни. Он прикатил сервировочный столик с завтраком.

- Что опять нужно? – проворчали за дверью.

Руслан, невысокий и худой мужчина лет шестидесяти отворил дверь и вкатил столик.

Максимилиан, у которого снова было настроение ни к чёрту с яростью воззрился на своего помощника.

- Убирайся! Я ничего не хочу! – прорычал Максимилиан.

- Вам нужно поесть, Максимилиан Александрович, – с дрожью в голосе промямлил Руслан.

Несмотря на то, что Хозяин был прикован к кровати, он его боялся, как впрочем и все обитатели дома; его друзья, которых становилось всё меньше и особенно, медицинские работники, которые сбегали от вредного пациента буквально на следующие сутки, улетев домой первым же рейсом.

- Руслан, черти тебя дери, ты что, оглох?! Не хочу я никакой каши! Никаких жареных и вареных яиц! Не хочу десертов и фруктов! Ничего я не хочу! Просто оставьте меня в покое, и дайте спокойно сдохнуть!

Помощник, продолжая трястись от страха перед гневом своего хозяина, поставил перед ним поднос с утренней кашей из риса, что так старательно готовила пожилая кухарка, Ивара, местная жительница острова Бали, где находился в данный момент Вербицкий.

Макс разозлился на своего помощника, который словно не слышал его просьб и приказов. Он схватил дрожащими руками поднос и швырнул его в стену. Еда разлетелась по комнате.

- Во-о-н! – словно зверь взревел Вербицкий.

Руслан, который готов был прямо сейчас грохнуться в обморок, развернулся и вылетел из спальни.

Пока он спускался по лестнице, несколько раз перекрестился.

Только долгая работа у Вербицкого, когда он не был ещё инвалидом, и клятва, данная самому себе, не давали Руслану покинуть хозяина и сбежать от него, как это сделали уже многие.

Например, как поступила его невеста, Ольга. Девушка долго рыдала возле искалеченного жениха, когда ему вынесли приговор, что он никогда не встанет с кровати и даже не сможет сидеть, и не став ничего говорить, просто сняла помолвочное кольцо и ушла.

С тех самых пор жизнь Максимилиана Вербицкого разделилась на До и После.

- Ну что там? – спросил Геннадий, когда Руслан вышел из дома, чтобы глотнуть свежего воздуха.

- То же самое… Отказывается есть. Рычит. Никого к себе не подпускает… Гена, он ведь и правда помрёт, если не начнёт есть и не поверит в себя… Врачи сказали, что чудеса порой случаются…

Геннадий посмотрел на взошедшее солнце и протянул:

- Чудеса иногда случаются… Чудеса… Точно! – вдруг воскликнул он, - Рус, да ты гений! Мне же рекомендовали одного специалиста...

Геннадий тут же бросился в свой дом, в котором жил неподалёку, так как жить в одном доме с Максом стало просто невыносимо.

Мужчина вошёл в свой кабинет и перерыв визитницу, наконец, нашёл клочок бумаги с номером телефона.

Однажды, ему порекомендовали одного специалиста, который работает с самыми трудными и безнадёжными случаями. Правда, использует нетрадиционные методы… Но кто знает, кто знает, что именно и кто именно сможет порой помочь его самому лучшему другу, практически брату, которому он всем обязан.

Как говорили люди у этого человека не было ни одного раза, чтобы он не смог помочь. Он и в самом деле творил чудо. Жаль, что он тогда со скепсисом отнёсся к этим словам. А вдруг поможет. Только вот имя он не помнит.

- Миленькая на проводе! – вдруг очень громко раздался в трубку звонкий девичий голос.

Геннадий даже опешил на секунду.

- А-а-а… - протянул он и скинул звонок.

Кажется, он ошибочно набрал не тот номер.

Набрал номер снова.

- Слушай или говори, что надо, или не звони больше! У меня дел невпроворот, чтоб с полоумными ещё общаться по телефону! – рявкнул тот же голос, только уже гневно.

Может она секретарша? Точно! Как же он сразу не догадался?

- Простите, - немного изумлённо произнёс Геннадий. – Я звоню специалисту по работе с пациентами, которым не могут помочь никакие врачи… Я бы хотел договориться...

- Олимпиада Назаровна Миленькая! – представилось это чудо-юдо. – Я и есть нужный вам специалист. Что у вас?

- Э-эм… - человек, который дал ему этот контакт, не относится к тем людям, что устраивают розыгрыши и по-дурацки шутят. – Вы точно можете помочь?

- Вот вы мне обрисуете ситуацию, тогда я вам скажу, могу помочь или нет, - произнесла девушка тоном, словно разжёвывала прописные истины пятилетнему ребёнку.

Геннадий почесал макушку и вкратце рассказал историю Макса, и его нынешнее положение.

- … Макс смирился с тем, что останется парализованным до конца дней. Поэтому он отказывается от лекарств, убирающих боль, от еды и массажа. Честно говоря меня куда больше беспокоит его психическое состояние…

- Позвоночник не был сломан? – уточнила девушка.

- Нет. Но серьёзно травмирован.

- Пожалуй я смогу вам помочь, но это будет нелёгкий и не мгновенный процесс. Только у меня будет несколько условий.

- Какие условия? – вздохнул Геннадий. Честно говоря, он не верил, что она может помочь, но как говориться, пока не попробуешь – не узнаешь.

- Со мной будет кот. И его присутствие не обсуждается, иначе не поеду. Мне также нужна отдельная комната, желательно в подвале, но, обустроенная со всеми удобствами и полный доступ к пациенту. Ах, да, ещё кое-что: если мне что-то вдруг понадобиться для работы, вы должны будете это достать, не задавая вопросов, даже если вам покажется моя просьба полным бредом. Согласны?

- Думаю, что будет лучше, если мы заключим договор, в котором вы всё это и перечислите.

- Отправьте мне сообщением вашу электронную почту, я пришлю вам готовый договор, в котором впишите полное имя и дату рождения пациента, и обязательно укажите сумму благодарности за мою работу.

- Эм… Но вы не озвучили сумму, - в замешательстве сказал Геннадий. Девица явно не от мира сего.

- Сумму вы назначаете сами, - огорошил Геннадия её ответ.

Мужчина нервно хохотнул.

- А если я укажу один рубль?

- Значит, так тому и быть, - как ни в чём не бывало, ответила девушка.

Геннадий вздохнул.

- Хорошо, я согласен. Главное, помогите ему. Очень надеюсь, что вы сможете, иначе я буду сильно разочарован…

Девушка только хмыкнула.

- Ждите, скоро буду.

И отключилась.

«Странная особа». – Подумал Геннадий. – «Но да ладно, главное, чтобы она помогла Максу».

* * *

Лима, сокращённо от имени Олимпиада, как только получила сообщение от Геннадия с его почтой, крикнула своему фамильяру:

- Фома! Отправь договор на адрес, что пришёл мне на телефон!

- А сама-у чегось? Руки, мау, отвалились? – проворчал толстый и пушистый кот, он же неизменный помощник Лимы и её фамильяр, причём фамильяр потомственный в каком-то там энном поколении. Правда он сам уже не помнит, в каком.

- Я делаю запас зелий! Не могу отойти! Быстро давай и отравляй!

Фома только-только так уютненько устроился на диване, распластав своё тельце так, чтобы ветерок от вентилятора охлаждал его всего. А тут, вредной Лимке снова что-то понадобилось. Эх, зря он выбрал добрую ведьму. Говорила же его мама, нужно выбирать злую и чем злее ведьма, тем лучше.

Мало того, что добрая, так ещё и целительница. Вечно с этими страдающими возится. Правда, возится, слово не подходящее. У Лимы своеобразные методы работы. Уж что-что, но она никогда ни с кем не сюсюкает.

- Фома! – раздался её гневный крик, усиленный магией, отчего вентилятор опрокинулся на пол, и затих. Кот снова почувствовал, как жара просачивается под его идеальную шерсть. Ну вот, сейчас он снова вспотеет, и его превосходная шёрстка скрутится в противные барашки и сосульки.

- Иду уже-е-е-э ма-а-о-у-а, - недовольно ответил ведьме Фома и тяжело скатился с дивана. Направился к рабочему месту Лимы.

Фома был кот очень любопытный и с прогрессивными взглядами на жизнь, от того быстро научился работать с техникой, и был в дичайшем восторге от интернета.

Кот выпустил острые когти и, нажимая на нужные клавиши, отправил ведьмин договор на оказание целительских услуг по нужному электронному адресу.

- А куда мы едем? – спросил Фома, входя в соседнее помещение, которое являлось лабораторией Лимы. – И что на это-у-ут раз?

Ведьма хитро улыбнулась, блеснув зелёными глазами и сказала:

- На Бали, Фома. Мы летим на Бали! И будем ставить парализованного человека на ноги!

Фома сначала обрадовался, когда прозвучало волшебное слово Бали, но когда услышал про парализованного, скривился.

- Самые противные пациенты… - проворчал Фома. – Весь отдых мне испортит. Ну, ладно-у, пойду что ли свой чемода-ун соберу, а то ты вечно мои вещи забываешь.

- Иди-иди… - отмахнулась от него Лима, отмеряя нужное количество слюны древесной жабы в зелье от судорог мышц.

- Ты бы хоть купальник, мя-а-о-у, новый купила, а то в старье поедешь… - снова проворчал Фома, но ведьма его не слушала, произнося заговор и наполняя зелье магией, лишь на секунду отвлеклась.

- Мы едем не отдыхать, а работать, Фома.

Кот надул губы и сказал:

- Работа, работа… мя-ау, вот ты и работай. Тогда-у я сам тебе закажу новый купальник через интернет.

И дёрнув пушистым хвостом, в первую очередь побежал в свою комнату, собрать вещи, как вдруг, Фома со священным ужасом вспомнил, что у них даже нет крема для загара!

Глава 2

* * *

Лима упаковала в свой сундучок все необходимые зелья, мази, отвары и просто заготовки. Попросила домового духа Василия собрать ей чемодан в поездку. Проверила метлу, ввела нужные настройки и координаты пункта назначения и тут пришло уведомление по электронной почте от Геннадия.

Фома деловито открыл письмо, распечатал несколько экземпляров договора и воскликнул:

- Мя-а-у-о-у-у! Лима! Ты только посмотри, какое он вознаграждение вписал! У меня-а-у чуть усы не отвалились!

Лима взяла лист и пробежалась взглядом по имени пациента: Вербицкий Максимилиан Александрович. Хмыкнула, не у неё одной идиотское имя. Зато фамилия у него нормальная.

А за фамилию Лиме стоит «благодарить» свою маменьку ведьму Елену, которая специализируется в любовной магии и ещё хороший поисковик чего и кого угодно.

Как говорила маменька, отец Лимы, которого ведьмочка никогда в глаза не видела был тем самым-самым, с отличным генофондом, красавец и вообще военный. И она сразу поняла, что именно от этого мужчины она родит себе дочь. А у ведьм принято давать фамилии не свои, а настоящих отцов, которые после определённых манипуляций ничего не помнили. Мамуля довольно любвеобильная особа и решила не связывать себя узами ни с одним мужчиной.

Конечно, ведьма могла выбрать одного единственного мужчину и даже выйти за него замуж, связав его с собой, отчего срок жизни представителя сильного пола увеличивался, а старение и вовсе замедлялось о-о-чень сильно. Но таких ведьм единицы и чаще всего они старались не влюбляться. Ведь если впустить в своё сердце любовь, то всё, деваться уже некуда. Придётся ведь тогда признаваться о том, кто ты и вводить суженого в «семью», в ведьмин Ковен.

Дальше Лима пробежалась по тексту и округлила глаза, издав удивлённое:

- О-о-о…

- А я тебе-у о чём, - сказал Фома. – Мы что к королю направляемся?

Лима сложила губки бантиком и посмотрела на своего фамильяра.

- Ну-ка, посмотри в интернете, кто это такой, Вербицкий Максимилиан Александрович, - дала она указание Фоме.

- Сейча-ус - сейча-ус, - покивал пушистой головой кот, входя в сеть.

А Лима снова посмотрела на обозначенную сумму с шестью нулями.

Деньги, которые поступят ей на счёт, ведьма не будет использовать на себя и для себя, они все уйдут на благотворительность.

По магическому закону ни одна ведьма не может пользоваться средствами за свою магию, иначе прилетит от Вселенной наказание. Сами ведьмы были не бедными существами, Ковен очень богат и для каждой новой родившейся ведьмы открывался счёт с неограниченным лимитом.

Откуда деньги у Ковена?

Первый капитал они получили от Тамплиеров, которые люди продолжают усиленно искать. Правда, ведьмы так же поделились с человечеством своими сокровищами, опять же помня о магических законах Вселенной. И впоследствии ведьмы научились находить зарытые и затонувшие клады. Так что они совсем не бедствовали. А вот пользоваться магией на благо мира они обязаны, иначе опять же природа и Вселенная накажет.

Бывали случаи, что помнит ведьминская история, когда некоторые ведьмы ослушивались этих непреложных законов и в итоге вместо привлекательных красавиц превращались со временем в злобных, уродливых, бородавчатых старух. Ведьмы – не люди, и они учатся на ошибках своих предков. Не зря говорят, что они мудрые и практически совершенные существа. Ну а то что характер в основном вредный… так у всех есть свои недостатки.

- Итак, - заговорил Фома, - Вербицкий Максимилиан Алекса-у-ндрович – владелец сети пятизвёздочных отелей. Мя-ау. Его-у франшизу купили чуть ли не все-у страны мира. О-учень богат и уважаемый человек. Довольно молод, мя-у-о и привлекателен. Ему всего-у тридцать семь лет. Гостиничный бизнес достался ему от отца, правда, в полуживом состоянии, а он смог его развить во-о-ун до каких высот! Смотри фотографии, краса-ау-вчи-ик.

Лима склонилась над компьютером.

На неё с монитора немного насмешливо смотрел весьма-весьма привлекательный мужчина.

Лима отметила дорогие часы, лёгкую небритость и спортивные очертания под хорошим костюмом. Судя по всему его характер - это уверенность, уверенность и ещё раз уверенность. Небрежная полуулыбка. И ох уж этот взгляд. Будто знает о тебе всё.

Она бы его охарактеризовала как каменная стена.

- Ну-у-у… ничего так, - протянула ведьмочка.

Фома фыркнул и выключил компьютер. Посмотрел своими янтарными умными глазами на свою ведьму и спросил:

- Когда выезжаем-то-у? Я уже всё-у собрал для отдыха. Самое главное, купальник тебе прикупил и себе красные купальные штанишки, – доложил он Лиме.

Она удивлённо посмотрела на кота.

- А штаны тебе зачем?

Кот дёрнул хвостом и объяснил этой недалёкой ведьме:

- В океане медузы водятся, вдруг меня-у ужалят! А мне мои бубенчики очень дороги!

Лима рассмеялась.

- Василий! Мы готовы отправляться! Следи за домом! – крикнула ведьма домовому духу, который тут же материализовался невысоким мужичком ростом чуть выше самого Фомы.

Василий погладил свою густую бороду и пышные усы.

- Езжай, езжай, Лимочка. Пусть твоя дорогая будь безветренной и быстрой, и вылечи захворавшего. А как вернётеся, побалую тебя и Фомушку пирожками с вишнею.

- Спасибо, Василий, - поблагодарила его ведьма.

- Ты самое главное за моими рыбками следи! – потряс лапой Фома. – Пойду, попрощаюсь со своими детками, а то папочка их покидает, неизвестно на ско-улько...

У Фомы было хобби – он разводит маленьких рыбок. И нет, рыбки не магические, а самые обычные. У него в любимцах сомики, гуппи и неончики.

Любит Фома смотреть, как они плавают. Это его умиротворяет и успокаивает.

Лима уложила на свою метлу чемодан, собранный её домовым, сундучок с магическими атрибутами, установила поудобнее кресло, нанесла заклятие невидимости и начала злиться, потому что Фома, как всегда снова перепроверял все свои вещи, всё ли он взял.

Но вот котик вышел из дома, двери которого Василий плотно закрыл. Теперь никто не сможет войти даже в сад, не то, что в её дом.

Лима рассмеялась, когда увидела своего Фому.

- Мама дорогая! Ну ты и вырядился!

Кот шевельнул длинными усами и вальяжно вышагивая, двинулся к своей ведьме.

На нём была смешная широкополая шляпка, джинсовый комбинезон и объёмный рюкзачок в форме мультяшной кошечки Kitty Kat. На свою плоскую персидскую мордочку он умудрился нацепить маленькие солнцезащитные очки в форме звёзд.

К слову сказать, сама расцветка Фомы была очень красивой – белая шерсть с золотистыми узорами. Пушистый и большой кошачий самец в комбинезоне, шляпе, очках и рюкзаком. Смех да и только!

У Лимы от смеха, аж слёзы побежали.

- Что-у ты смеёшься? – зафыркал Фома. – Я оделся по последнему писку моды! Лучше на себя-у посмотри, вырядилась в жёлтое платье и на голову нацепила дурацкую повязку! И маму свою не поминай, я ещё после прошлого её приезда не пришё-ул в себя-у...

- Ладно, ладно, - сквозь смех выдавила Лима, - давай уже, забирайся ко мне, и полетели. Нас пациент ждёт, помирать вздумал.

- Не помрё-ут тако-уй краса-увчик... Не дадим...

* * *

Лима устроилась в кресле на метле, сзади был устроен её багаж, кот запрыгнул на колени к ведьмочке, вертясь вокруг себя, удобнее устраиваясь.

Лима активировала купол, чтобы никакой ветер и никакие катаклизмы не мешали им лететь, затем произнесла нужное заклинание и взмыла в небеса.

Метла летела на высоте десять тысяч метров, над облаками и скорость была запредельной.

Пока длится полёт Лима решила изучить справочник. Она его достала и открыла.

- Давай-ка, Фома посмотрим, что водится и растёт на Бали. Соберём редкие ингредиенты.

- Я тебе-у сразу скажу, что на Бали нужно наловить лягушек. Их слизь в одном редком заклинании используется.

Так за разговорами с Фомой и изучением флоры и фауны острова, они летели туда, где уже перестали верить в чудо.

* * *

Лима восхитилась богатством экзотической растительности Бали. Всё такое яркое, пахучее и цветущее… Ммм...

Бабочки порхают, попугаи хлопают яркими крыльями, издавая громкие и резкие звуки, пахнет влажной землёй и океаном.

Её поразило и поместье, к которому она вышла из пальмовой рощи, где специально приземлилась, да подальше от людских глаз.

Фома вышагивал рядом, шевелил усами и по магической связи с ведьмой мысленно общался, рассуждая на тему, чем же его, Фому будут здесь кормить.

Кот расписывал экзотические блюда из морепродуктов, фруктовые десерты... В общем, он мечтал, мечтал и ещё раз, мечтал. А ещё иногда ныл, что жарко ему здесь, и когда же вредная Лимка укрепит охлаждающее заклинание, чтобы держало прохладу вокруг котика, а не слетало через пару часов.

Лима предполагала, что дом Вербицкого окажется симпатичным, но то, что она и Фома увидели превзошло все ожидания.

Особняк был великолепен и отлично вписывался в окружающий зелёный пейзаж.

Вымощенная белоснежной брусчаткой дорожка бежала к величественной входной двери из узорчатого толстого стекла.

Таща за собой багаж, Лима приблизилась к двери и нажала кнопку звонка. Спустя несколько мгновений дверь распахнулась. Сначала ей показалось, что она раскрылась сама собой. Но потом ведьма опустила взгляд и увидела невысокого пожилого мужчину, чьё морщинистое лицо оказалось на уровне её бюста.

Он осмотрел Лиму, удивлённо округлил глаза при виде модно одетого огромного пушистого кота и спросил:

- Вы кто?

- Я - скорая помощь для Вербицкого Максимилиана Александровича. Моё имя Олимпиада Назаровна Миленькая. Геннадия спросите обо мне. И хватит нас уже держать на солнцепёке, - ответила она мужчине, который удивлённо захлопал глазами.

- П…проходите, - немного заикаясь произнёс дядечка, пропуская Лиму и Фому в прохладу дома.

«Какой-то он нервный, мя-а-у-ур», – отметил Фома.

«Видимо доконал дядечку наш пациент. И вообще, ты чувствуешь, как сильно напряжён воздух в доме, да атмосфера негативная… Пройдись-ка Фома быстренько, пообщайся с местным домовым, пока я с людьми налаживаю контакт».

«Ужё побежа-ул», - вильнув хвостом, сказал Фома и бесшумно скрылся в коридорах особняка.

Тем временем, дядечка вернулся и за ним следовал высокий мужчина, блондин, который выглядел бы привлекательно, не будь у него тёмных кругов под глазами и печального выражения лица.

«Похоже тут похоронное настроение у всех обитателей дома», - мысленно наморщила нос Лима.

- Вы - Олимпиада Миленькая? – осматривая Лиму с ног до головы, спросил блондин.

- Она самая, но обращайтесь ко мне Лима, - лучезарно улыбнулась ведьма и протянула руку для рукопожатия. – Вы, очевидно, Геннадий?

Мужчина кивнул, продолжая, рассматривать девушку и всё больше хмурился.

- Зовите меня Геной, - ответил он. – Это наш хозяйственник и временный медбрат Макса, Руслан Фёдорович.

Мужчина и девушка кивнули друг другу.

Тем временем, Руслан взял из рук у Лимы чемодан, сундучок она не отдала, и унёс в неизвестном для Лимы направлении. Наверное, в её комнату.

Геннадий жестом пригласил её пройти в роскошную и огромную гостиную, пол которой был выложен квадратами из чёрного с белыми прожилками мрамора.

- Я не ожидал вас так рано, - задумчиво произнёс мужчина, - вы были где-то рядом? После нашего разговора прошло чуть больше двенадцати часов.

Лима рассмеялась и махнула рукой.

- Нет, я прилетела из Москвы. Для меня это пустяки.

Геннадий нахмурился снова.

- Точно знаю, что прибывших рейсов из столицы не было в это время...

- Я добралась на метле, - блеснула своими зелёными глазами Лима.

Геннадий вздёрнул брови и хмыкнул:

- Ведьма что ли?

- Она самая.

Как говорится, хочешь, чтобы тебе не поверили – скажи правду.

- Ладно, не хотите говорить – не надо, - пожал плечами Геннадий.

Глава 3

* * *

Лима подошла ближе к мужчине и прошептала на ухо:

- А пациент знает, что я должна приехать?

Лицо Геннадия тут же скривилось.

Лима всё поняла без слов.

- Ладно. Где он? — голубые глаза Гены метнулись на потолок.

- Наверху? — спросила она.

Мужчина хмуро кивнул и спросил:

- Вы голодны? Как раз время обеда…

- А что у нас на обед? – уточнила она.

- Жареные креветки, паштет и салат, – ответил Гена.

«Фома, креветки будешь?» - обратилась мысленно она к своему фамильяру.

«Спрашиваешь! Конечно-у! Кстати, домовой о-учень рад, что ты прилетела и жаждет с тобой пообщаться».

«Обязательно пообщаюсь».

- Отлично, тогда приготовьте обед на двоих и несите в комнату к пациенту, - дала распоряжение Лима.

Гена снова нахмурился.

- Макс не будет есть… Он отказывается. Даже предлагать не стоит, поверьте…

- А это не для него, - ответила Лима. – Мой кот любит креветочки.

Мужчина удивился.

- И где же ваш кот?

- Исследует дом. А теперь отведите меня к пациенту и жду туда обед.

Они поднялись по широкой лестнице. Подойдя к первой двери, Лима обернулась и вопросительно посмотрела на Гену. Он кивнул и тут же развернулся, и поспешно покинул девушку.

- Трусишка, — прошептала ему вслед Лима.

Она громко постучала в дверь. В ответ раздалось рычание:

- Убирайся!

Она постучала снова.

- Убирайся, я сказал, ты что, оглох?! Не хочу я ничего! Сколько можно повторять одно и тоже?!

Лима решительно распахнула дверь:

- Какой упёртый и вредный мальчик!

Макс от удивления даже рот раскрыл. Как только он убедился, что яркая девушка ему не привиделась, его голова упала на подушку, на лице появилось выражение отчаяния.

Он безрадостно рассмеялся:

- Бог мой я видимо очень сильно согрешил в своей жизни раз очутился в таком аду! Ты кто такая?!

- Привет, Макс. Я именно та, кто поставит тебя на ноги.

Её босоножки на каблучках застучали по деревянному полу. Лима подошла к больничной кровати. Она остановилась в ногах и позволила Максу окинуть её воинственным взглядом.

Насмешливо хмыкнув, он заметил:

- У других женщин хватило бы вкуса не навешивать на уши эти фруктовые грозди.

Лима покачала головой, серьги в виде фруктов, чуть звякнули.

- Рада, что тебе они понравились. Эти серьги - одни из моих любимых.

- А вот платье отличное. Как раз для стриптизёрши в ночном клубе, - едко заметил он.

Лима радостно улыбнулась, вернее, оскалилась и, крутанувшись вокруг себя, отчего подол платья взметнулся, оголяя длинные стройные ноги, заметила:

- Отлично! Тогда я буду одеваться именно так, Максимилиан Александрович.

Прозвучал скрежет зубов и если можно было испепелять взглядом, то Лима бы уже полыхала.

- Какого чёрта тебе здесь нужно? – вновь задал он вопрос. – Мне не нужна ещё одна сиделка-шарлатанка!

- Я всегда выполняю данные обещания. Это одна из моих добродетелей, - невозмутимо произнесла Лима.

- Нет у людей никаких добродетелей!

Лима, вдруг, спохватившись, сказала:

- Я же не представилась.

- Мне плевать, как тебя зовут! Убирайся вон из моего дома! – зарычал Максимилиан.

- Олимпиада Назаровна Миленькая, - не обращая на его вопли внимания, продолжила свою речь ведьма. – Сокращённо, Лима.

- Ты тупая?! Я требую, чтобы ты покинула мой дом! – не унимался мужчина.

- О-хо-хо, что же ты такой вредный-то? Плохое настроение с утра?

Макс свирепо нахмурился.

- Я имею право на плохое настроение, — процедил он. — По сравнению с последним годом моей жизни любая война покажется увеселительным мероприятием. Я попал в руки шарлатанов, которые на все мои вопросы отвечали только: «Мы должны подождать и посмотреть». Я оказался несчастной жертвой жадных зарубежных вымогателей в клиниках, которые просто получали мои деньги и кормили меня чёрт знает чем. Меня бросила невеста и отвернулись многие друзья. Мне кажется, что у меня пролежни. И я точно знаю, что у меня на языке волдырь, потому что меня не хотят слышать!

Он замолчал, чтобы перевести дух.

— И в довершение всего здесь появляешься ты в своём платье, расцветки вырви глаз. И это возвращает меня к моему первому вопросу — за какой чёртовой матерью ты здесь?!

- Не поминай мою маму, - вздохнула Лима. – Для всеобщего же блага. И мне твой диагноз ясен. Вы, Максимилиан - эгоист, который не привык к подобным трудностям и не можете поверить, что всё возможно.

- Пошла. Вон, – по слогам произнёс Максимилиан.

- Ты и вправду совсем свихнулся, да? Уймись, всё равно я уже здесь и не уеду, пока не станцуешь со мной танго.

В этот момент в дверь тихонько постучались. Лима открыла.

Это Руслан прикатил сервировочный столик с ароматным обедом.

«Ммм… Фома! Ты где там ходишь? Обед уже принесли! Поднимайся ко мне, будем вкушать заморские деликатесы!» - сказала она мысленно своему фамильяру.

«Ура-а-у! Уже бегу! Я осматривал до-ум, у них тут полная засада. Надо чистить жилище от негатива, мя-у-о-а. От твоего пациента волнами исходят эманации гнев-у-а, что у меня вся-у шерсть электризуется. Надо-у было захватить гель для укладки, а ты коне-учно его не взяла…» - высказывал свои мысли Фома.

Лима забрала столик у Руслана и взмахом руки отослал его.

Когда она обернулась к злому Максу, вдруг почувствовала своего рода азарт и непреодолимое желание начать его лечить.

Состояние Макса и его психологический настрой стали для неё, как для ведьмы-профессионала в своём деле, настоящим вызовом, и она не смогла не принять его.

Максимилиану необходима хорошая встряска, ему надо поверить в себя, а эта вера приходит с достижением первой цели.

С этой мыслью она припеваючи стала накрывать стоящий в комнате небольшой круглый стол.

Макс молчал, фиксируя её каждое движение. Только её не проведёшь, Лима, будучи ведьмой, отчётливо ощущала его злость и ярость.

Тем временем, она придвинула ещё один стул, для Фомы и, оглянувшись вокруг, нашла на диванчике подушки. Сложила подушки, чтобы её котик мог удобно устроиться за столом.

- Ты чокнутая, - прорычал Макс. – Я не собираюсь ничего есть. Ты не сможешь меня заставить.

Лима взглянула на него недоумённо.

- А тебе никто не предлагает.

Дверь в комнату тихонько открылась.

Фоме, как существу магическому никакие замки не помеха.

Макс натурально выпучил глаза, когда фамильяр вальяжно вошёл в комнату. Не каждый день можно увидеть упитанного очень большого пушистого кота в синем комбинезоне и с очень умным взглядом.

Фома остановился рядом с кроватью больного и мысленно воскликнул:

«Фу-у-у-у! Лимка! От него же несёт, как от помойки! У него, наверное, уже-у и блохи завелись! Ты не можешь подвергать меня-у такой опасности! Мы что, не може-ум покушать кревето-учки на свежем воздухе? И от его взгляда у меня-у начинается изжога…»

«Не вредничай, Фома. Сам понимаешь, что так надо. Да, попахивает от Макса прилично. Боюсь, он наложил табу не только на еду, но и на водные процедуры. Но ничего, исправим и это. Лучше запрыгивай на стул. Я голодна как стая ведьм!»

- Это что? – ткнул пальцем Макс в Фому. – Ты ещё притащила хомяка-переростка в мой дом?

Кот на его пренебрежительное отношение вздыбил усы и показал клыки, оскалившись.

«Если он хоть слово скажет про мой костюм, то я за себя не ручаюсь!» - возмутился мысленно Фома.

«Это ещё что, он обозвал мой наряд безвкусным и пошлым», - пожаловалась ему Лима.

«Ну, всё. Я как мужчина-у обязан его-у наказать за тебя-у, Лима. Он бросил мне вызо-ув. И мстя моя-у будет страшна!»

- Ты что собираешься кормить это чудовище креветками? – возмутился Макс.

- Да, - коротко ответила Лима, повязывая Фоме салфетку вокруг шеи.

Её фамильяр очень чистоплотный и крайне не любит, когда его наряды и тем более шёрстка в чём-то пачкаются.

- И он не чудовище, а очень умный кот. Он мой помощник. Его зовут Фома.

- Ты ненормальная! Тебя надо закрыть в психушке и не подпускать к людям! Я же больной человек! Здесь нельзя находиться никаким животным! – ревел Макс.

Как же ему сейчас хотелось вскочить с этой кровати и расколотить всю комнату.

«Лима! Он назвал меня животным! Сделай что-то! Или я сейча-ус покажу ему рассерженного Фому!» - негодовал кот.

Лима вздохнула и сделала пасс рукой, словно поймала в кулачок мушку. Тут же крики и вопли Макса прекратились.

«Так-то лучше», - одобрительно сказал кот.

Ведьма всего-навсего для себя и Фомы убрала мешающий им звук. А Макс продолжал что-то вещать. Он себя, конечно же, слышал, зато ведьма со своим фамильяром спокойно и в тишине обедали.

* * *

Девушка с тёмно-русыми волосами и её бело-рыжий кот восседали за круглым стеклянным столом, украшенным орхидеями и незажжёнными свечами в хрустальных подсвечниках. Они с упоением обедали.

Креветки в устричном соусе, салат и паштет были просто восхитительными.

Макс отлично знал вкус этих блюд. Он прекратил истерить, когда понял, что его крики не приносят результата.

Эта странная особа невозмутимо ела и с блаженством прикрывала глаза, откусывая очередной кусочек. И так завораживающе у неё это выходило…

Только всю красоту портил ужасный кот в нелепой одежде. Этот монстр словно аристократ аккуратно брал по одной креветке, придерживал лапкой хвостик морского гада и откусывал, медленно прожёвывая и снова откусывал.

Мерзость.

Если бы у Макса и был бы аппетит, то при виде этого кота, он бы сразу пропал.

Тем не менее, истощённый организм, учуяв запахи еды, дал о себе знать – живот громко заурчал.

Когда Лима с Фомой завершили обед, она вернула звук.

- Ваш повар готовит великолепно. Мне уже здесь нравится.

Максимилиан наградил её совершенно убийственным взглядом.

- Тебя Гена нанял, верно? – процедил он.

Лима кивнула.

- Убирайся! – вновь заорал он.

«И не надоело ему крутить одну и туже пластинку, мя-у-о-а…» - задал риторический вопрос Фома.

- Пф… И не надейся, - фыркнула Лима.

Макс вздохнул, яростно сжал-разжал кулаки и тихо произнёс:

- Пойми, это бесполезно. Если даже я встану на ноги, то всё равно не стану полноценным. Я слишком долго лежу без движения. Мои мышцы начали отмирать… Не мучай меня. Если хочешь, отдохни на Бали, посмотри остров, всё за мой счёт, но исчезни...

«Вторая стадия», – нравоучительно заметил Фома. – «Понял, что истерика не помогает от тебя избавиться и начал давить на жало-усть… Как предсказуемо…»

Лима подошла к нему и немного сморщив нос от амбре, исходящего от мужчины, уверенно сказала:

- Я даю тебе слово, Максимилиан, что ты будешь, как новенький после моего лечения. Если не лучше.

Мужчина горько рассмеялся и вдруг, ухватил Лиму за руку. Хватка его была крепкой и жёсткой.

Ведьма почувствовала, как от его прикосновения её словно ударило током. Волна жара пронеслась по всему телу, отчего все волоски встали дыбом. В комнате резко запахло озоном.

Макс, не обращая внимания на ошарашенный вид девушки притянул её к себе и грозно прошептал:

- Дура. Ты не представляешь, с кем связалась.

- Уже представляю, - ответила она, всё ещё шокированная тем, что произошло. Она смотрела на его руку, что сжимала её запястье и не верила случившемуся.

Он брезгливо откинул от себя её руку и упал на подушку.

Что теперь делать в такой ситуации?

Радоваться или бежать, сломя голову?

Фома забегал вокруг Лимы, чувствуя взбудораженное и паническое состояние ведьмы.

«Лима! Лима! Что происходит? Что с тобой?»

«Это он…» - пропищала ведьма мысленно. – «Фома! Это ОН!»

«Кто-у? Кто-у Он?»

«Фома! Макс тот самый мужчина, от которого я могу родить ведьму! Он тот, кого я могу связать с собой!»

«ЧТО?!» - взвизгнул Фома. - «Думай, думай, думай… Так, Лима, без паники! Ведьмочку родить – это хорошо-у... это просто замечательно-у, а вот связывать его-у с собой нельзя! Я не потреплю такое хамло-у в своём доме!»

Лима измерила комнату шагами, задумчиво поглядывая на притихшего Макса, который решил, что напугал её, и она вскоре уедет.

Но тут она подошла к нему с решительно настроенным видом и сказала таким голосом, в котором звучали какие-то вибрирующие новые нотки, а зелёные глаза, словно светились потусторонним светом.

Макс даже тряхнул головой, прогоняя странное видение.

- Предлагаю тебе сделку, Максимилиан, сын Александра, потомственный Вербицкий. Я дам тебе своё нерушимое слово, что ты будешь таким как и до катастрофы – здоровым и сильным…

Макс почувствовал, как в комнате стало значительно прохладней, а её отвратительное животное запрыгнуло к нему на кровать в ногах и смотрело своими жёлтыми глазищами, нервно шевеля ушами и усами.

Макс сощурил глаза, всматриваясь в девичье лицо и спросил:

- Ты уже заключила договор. Зачем тебе ещё какая-то сделка? И я тебе не верю.

- Это совсем другое, Макс.

- И в какие же сроки ты поставишь меня? – насмешливо и немного брезгливо спросил он.

- Через три месяца ты уже будешь прежним. Но… я кое-что попрошу с тебя… - требовательно произнесла Лима.

- Погоди с условиями. Я тебе не верю, но хорошо - я дам тебе эти три месяца. Но если ровно через указанный срок я снова не пойду, в чём я абсолютно уверен, то ты будешь ещё три месяца танцевать каждую ночь передо мной в неглиже, ублажать меня и выполнять все мои прихоти.

Лима снова сверкнула глазами, в которых явно промелькнули яростные огоньки негодования.

Кот громко зашипел и выпустил длинные острые когти, но успокоился. Лима мысленно попросила его не мешать переговорам.

Она протянула руку для рукопожатия и твёрдо сказала:

- Идёт.

Макс рассмеялся и спросил:

- И что же ты хочешь получить от меня помимо тех денег, что тебе отвалил Гена?

- Ты дашь мне дочь.

Вербицкий яростно рассмеялся:

- Ты что, исчадие ада?

- Я хуже, Макс, - мило улыбнулась ему Лима.

- Таких сделок я ещё не заключал. Ладно, давай. Но я всё равно не верю тебе, так что уже предвкушаю, как ты будешь вертеться и извиваться передо мной…

Лима посмотрела прямо в его глаза, отчего Макс замолчал, неуверенно чувствуя под её взглядом, который словно проникал в его душу.

Пронзительные зелёные глаза сияли, и это не могло быть видением или больной фантазией его мозга. Кто она такая, чёрт возьми?

- Сделка заключена, - произнесла Лима, крепко пожимая его руку.

И в этот момент за окном раздался яростный раскат грома, завыл ветер и внезапно хлынул ливень с градом.

* * *

На следующий день

- Знаешь, мне как-то довелось работать с пациентом, который был ещё большей сволочью, чем ты, Вербицкий. Короче, если ты ещё хоть раз бросишь салфетку, столовый прибор на пол...

Лима одарила мужчину улыбкой крокодила, выдержала театральную паузу и закончила мысль:

- То я сброшу тебя с кровати. После будешь забираться на неё сам без посторонней помощи. И я уверена, что у тебя ни черта не получится. Кстати, на Гену и Руса можешь даже не рассчитывать. Эта парочка на моей стороне.

Уперев руки в бёдра, ведьма стояла возле кровати Макса и гневно смотрела на капризного мужчину. Он ответил ей не менее неприязненным взглядом и прорычал точно зверь:

- Забери свой чёртов поднос с чёртовой едой, свои чёртовы манеры, и отправляйся со всем этим, знаешь куда?! Или тебе дословно описать маршрут?! Я. НЕ. ГОЛОДЕН!

- Хм. Пластинку заело? Я уже всё это слышала, — бесцеремонно и спокойно произнесла Лима. — Это не самое твоё оригинальное оскорбление из того, что мне много-много раз доводилось выслушивать. Твои истерики и примитивные оскорбления меня не трогают. Так что побереги свои силы, Вербицкий и не трать моё время, оно, знаешь ли, бесценно. Бери приборы в руки и начинай есть. Чем быстрее съешь, тем быстрее избавишься от меня. Видишь, как всё просто?

Лима поставила поднос на постель и села на кровать рядом с ним, сложила руки на груди. От этого движения её бюст приподнялся в топике. Она видела, как Макс перевёл взгляд на её формы, но ведьма не изменила позы. На её лице сохранялось бесстрастное выражение, когда он бесстыдно взглянул ей в глаза.

- Осмотр твоих форм входит в стоимость услуг?

- Дополнительный бонус, — Лима обворожительно улыбнулась, — не оплачивается.

- Я видал и получше.

- Нет, за такие деньги не видал.

Он в отчаянии вздохнул.

- Ты попусту теряешь время. Я никогда не встану на ноги. Я буду просто лежать и смотреть в потолок.

Лима беспечно рассмеялась:

- Придумай уже что-нибудь новое. А теперь будь хорошим мальчиком и съешь эти сочные, вкусные овощи, которые для тебя так старательно приготовила Ивара.

- Я не голоден.

- Этого не может быть и ты опять повторяешься. Макс, ты не ел несколько дней. Мне Гена всё рассказал. — Лима выловила из салата кусочек помидора и съела. — Руслан так вообще морщится всякий раз при упоминании твоего имени. Чем это ты его так напугал, кстати?

- Сказал, что скормлю его акулам.

Лима рассмеялась.

Макс отвернулся.

- Просто уйди отсюда и всё. Оставь меня в покое.

- Пока ты не позавтракаешь, никуда не уйду.

- Ты не можешь заставить меня есть.

- А ты не в состоянии заставить меня уйти. Ты не можешь двигаться, забыл?

Глаза Максимилиана опасно потемнели.

- Убирайся! — это слово он произнёс сквозь сжатые белоснежные зубы.

- Я не уйду, пока не испробую на тебе всё, что умею.

Лима расстелила льняную салфетку на его торсе.

- Отличные мускулы, кстати. И волосы симпатичные. Ммм... Можно пальчиками зарыться в них или… эпиляцию сделать…

- Иди к чертям собачьим!

- Рискую повториться и всё же скажу: я уйду только тогда, когда ты съешь свой завтрак.

Она взяла на вилку немного овощей и поднесла ко рту мужчины. Он отказался разжать губы.

- Послушай, ты и так уже ослабел от недоедания. Из-за атрофии мускулов и костей у тебя возник отрицательный азотный баланс, а это очень печально. Тебе необходимо подкормить свой организм протеинами, и тогда я смогу начать лечение. Но опять же после того, как ты немного вернёшь свой вес. И потом, если ты нарастишь немного мяса на костях, то они не будут так выступать, и ты не будешь страдать от пролежней на своём теле. Иначе мне придётся сделать вид, что я не заметила, как ты оголодал до смерти, и не обращать внимания на остеопороз, атрофию мягких тканей, контрактуру мышц и прочие милые вещи, что всегда сопровождают тех, кто просто лежит и ничего не делает. Я в принципе могу начать лечить тебя и в таком неприглядном состоянии, но тогда тебе будет очень неприятно и больно. Подведём итог, Вербицкий, будешь ты есть или не будешь, мне всё равно. Я ведь в любом случае начну тебя лечить. Ну? И что будем делать?

Макс взглянул на Лиму, потом на вилку, которую она держала у его губ.

- С руками у меня всё в порядке. Я могу есть самостоятельно.

- Отлично. Я знала, что ты умный и хороший мальчик.

Макс на её слова лишь скривился.

Лима передала ему вилку. Макс долго смотрел на неё, потом начал есть. И сразу стало видно, насколько он проголодался.

После первого куска он жадно набросился на еду. Вилка так и мелькала в воздухе. Ввиду того, что Макс был слишком занят пережёвыванием и глотанием пищи, Лима завела разговор.

- Природа на Бали класс. Фома тоже в восторге. Он сейчас лежит в шезлонге у твоего бассейна и загорает.

Максимилиан даже поперхнулся от её слов.

- Как пушистый кот может загорать?

Лима улыбнулась.

- Элементарно.

Она вспомнила как Фома с самого утра просил её намазать его подушечки на лапках и носик кремом для защиты от солнца, а потом опрыскать его шёрстку мицеллярной водой для кошачьих. Затем он натянул на себя свои красные купальные плавки с прорезью для хвоста, надел кепку и очки-звёздочки, в таком виде направился загорать.

Руслан тогда даже выронил вазу из рук, в которой менял цветы, когда увидел кота. В тот момент Фома с удобствами устраивался на лежаке в позе морской звезды.

- Очень смешно. Я прям рыдаю со смеху над твоим котом, - с сарказмом сказал Макс и закрыл глаза, опустив голову на подушки. — Ладно, я поел, а теперь скройся с глаз моих.

- Нет, я не могу. Во всяком случае, пока.

Его глаза широко открылись.

- Ты же сказала, что оставишь меня в покое и уйдёшь, если я поем!

- Что ж, я немного слукавила. Да ладно, не смотри на меня так. Мы только начинаем веселиться.

- Я почему-то в этом сомневаюсь, - проворчал он.

Лима убрала поднос с колен Макса, поставила его на пол у двери и открыла её. Она наклонилась, демонстрируя Максу свои красивые полукружия филейной части, которые были обтянуты цветастыми шортиками и что-то подняла с пола. Этим чем-то оказался старинный коричневый сундучок.

- Гена, мы готовы, поднимайся! — крикнула она. Её голос эхом разнёсся по всему дому.

- К чему готовы? Послушай, я поел, разве этого не достаточно? – с опаской поинтересовался Максимилиан.

- Не-а. Мы только-только начинаем...

- Что начинаем?

- Наш роман. Рома, Рома, Рома-ан... — пропела Лима слова из песни.

Макс в изумлении поднял на неё глаза. Лима расхохоталась.

Глава 4

* * *

- Разве тебе этого не хочется? Но если честно, то я прямо сейчас проведу осмотр твоего тела при помощи пальпации. Если изъясняться простым языком, то прощупаю тебя от и до. Во всех местах.

Не будет же Лима рассказывать Максу, что её руки настоящие рентгены, даже круче. Она с помощью рук, точнее ладоней и кончиков пальцев «увидит» все поражённые участки его организма.

- Далее я нанесу мазь собственного приготовления, которая впитает в себя все токсины и снимет ороговевший кожный слой. Потом мы тебя хорошенько помоем и я снова измажу тебя одной чудеснейшей мазью, правда пахнет она специфически… Ну, да ничего, потерпишь…

- Не нужны мне никакие осмотры и мази! От этого не будет никакого толку! Я не собираюсь подвергать себя такому унижению. Гена, убери её отсюда!

Геннадий, который как раз вошёл в комнату коварно улыбнулся и отрицательно покачал головой.

- Предатель!

- А ещё мы с завтрашнего дня начнём заниматься с тобой на тренажёрах, их сегодня вечером соберут и установят прямо здесь, – «обрадовала» она Макса. – Гена, молодец, оперативно всё приобрёл и даже сегодня всё доставят. Очень скоро эта спальня превратится в настоящий спортивный зал. А сейчас Гена, мне нужно, чтобы ты помог мне раздеть нашего подопытного и попереворачивал его туда-сюда.

- Гена, если ты дорожишь нашей дружбой, если тебе дорога твоя репутация, ты даже не вздумаешь помогать этой…

Гена снова улыбнулся и сказал:

- Для твоего же блага, Макс.

- Отлично! Убирайся! Я больше не хочу тебя видеть! Ты, уволен! Гена, ты что меня не слышишь?

Помолчав, Макс продолжал с интонацией упрямого ребенка:

- Я говорю абсолютно серьёзно, слышите, вы, оба? Вы понапрасну тратите время! Гена не смей с меня снимать одежду! ГЕН-А-А!

Геннадий остановился и замешкался и пока не стал откидывать даже простыню.

- Почему бы тебе не умолкнуть?! — рявкнула на него Лима.

- Это мой дом, — Макс уже едва сдерживался, глаза метали молнии, у рта чуть ли не пена была. — Я не просил тебя работать со мной, Олимпиада! Мне не нужны твои чёртовы услуги! И ты сама мне тоже не нужна!

- Поздно пить боржоми, Макс…

- Это всё ерунда! Я просто хочу…

- Дуться. Жалеть себя. Хандрить. Купаться в жалости к себе, потому что ты, наконец, обнаружил нечто, что нельзя купить за деньги! – выпалила Лима прямо ему в лицо.

- Да! — выкрикнул Вербицкий. — А почему бы и нет?!

Он руками сердито ткнул в неподвижные ноги, прикрытые простыней.

- Посмотри на меня!

- Я как раз собиралась это сделать, — и прежде чем Макс успел помешать ей, она сдёрнула с него простыню.

Гена прикрыл лицо ладонью…

Сначала сводил всех с ума один Макс, теперь к его истерикам добавилась и эта экстравагантная Олимпиада Миленькая.

Макс даже задохнулся от неожиданности, и Лима тоже, хотя и попыталась это скрыть.

Она видела множество человеческих тел: худых и толстых, мускулистых и дряблых, загорелых и бледных, красивых и некрасивых, но ещё никогда ей не доводилось видеть настолько пропорционального, даже идеального мужского телосложения. Тело Максимилиана было похоже на статую Давида работы Микеланджело. Только его тело было намного более мужественным, покрытым мягкими тёмными волосами, к которым Лиме вдруг неудержимо захотелось прикоснуться.

Было очевидно, что Макс несколько дней ничего не ел. Явственно проступили ребра. Но не оставалось никаких сомнений, что до несчастного случая Вербицкий много занимался спортом — пресс, мускулы на торсе и на ногах были хорошо развиты. Оказывается, мужчина находился в кровати абсолютно без ничего, и Лима с удовольствием рассмотрела все его «детали». И ей не приходилось сомневаться, что Макс хороший партнёр во всех делах.

- Очень мило. У тебя прекрасное тело, Макс. И я буду с удовольствием с ним работать.

Лиме удалось сохранить привычную ведьминскую невозмутимость.

- Я могу понять, почему тебя так расстраивает тот факт, что такие замечательные мускулы больше на тебя не работают.

Она бросила белое полотенце ему на низ живота.

- Начинаем. Гена, ты так и будешь изображать статую или поможешь мне?

* * *

- Это пустая трата времени, - ворчал Максимилиан, когда Гена его перевернул на живот и проклятая женщина начала прощупывать его спину, спускаясь ниже и ниже!

- Это моё время, Макс. И его мне оплачивает Геннадий, если ты забыл. Ну, а тебе все равно нечем заняться. Так что ты можешь просто лежать, молчать и получать удовольствие.

Несколькими совершенно непристойными фразами Макс обозначил то, что хотелось бы ему сделать с Лимой.

Она лишь хмыкнула, а Гена тяжело вздохнул и с укоризной посмотрел на своего друга.

- Это у тебя пока не получится, уж извини. Но боюсь, когда ты достигнешь необходимой для вышесказанного тобой формы, то ты меня уже не захочешь, так как я тебе надоем до истерики. И если тебе кажется, что ты сейчас меня ненавидишь, ты увидишь, что будет, когда мы займёмся ПНП.

- Это ещё что за гадость?

- Психоневрологическая помощь.

Глаза Макса опасно загорелись.

- Звучит ужасно и я не псих.

- Конечно же не псих, я этого не говорила. Но пока будет достаточно и моего массажа, физических упражнений и мазей. Завтра утром мы сразу начнём с упражнений стоя, а затем переведём тебя на специальный стол для гимнастики.

- Упражнения стоя? Ты головой стукнулась? Я не могу стоять, дурья твоя башка!

- На наклонном столе и трапеции мы будем заниматься, – не обращая внимания на оскорбления, продолжила ведьма. - Ты же не хочешь застоя крови, верно? А потом упражнения стоя помогают опорожнить мочевой пузырь. Мне очень не хочется, чтобы тебе пришлось вновь пользоваться катетером, пока ты лежишь. Это может привести к возникновению инфекции, образованию камней в почках, циститу и сперматоциститу.

- Мы не могли бы поговорить о чём-нибудь другом? - лицо Макса побледнело и исказилось в отвращении.

- Разумеется мы можем. О чём бы ты хотел поговорить?

- С тобой - ни о чём.

Лима взяла его правую ногу и начала прощупывать, прикрывая глаза и «просматривая пальцами» его тело.

- Как часто тебя переворачивали?

Макс промолчал.

- Ты этого не позволял, - резюмировала Лима, с негодованием взглянув на Гену, который виновато потупил взгляд.

- Потому что - это унизительно! – воскликнул Максимилиан.

- Вообще, тебя надо переворачивать и массажировать каждые два часа.

- Бред... ничего мне надо.

Ведьма раздражённо вздохнула.

Геннадий покивал головой на её раздражение.

- Ничего удивительного, что у тебя пролежни. Почему ты не разрешаешь людям помогать тебе?

- Я привык обходиться без посторонней помощи.

- Как же, как же, настоящий мужчина во всём полагающийся только на себя, – хмыкнула Лима.

- А что в этом плохого? – проворчал Макс.

- Учитывая обстоятельства - это просто глупо и не приносит пользы. Но, — поспешила добавить Лима, видя, что Вербицкий собирается возражать, — если ты хочешь всё делать сам, тогда ты должен научиться сам поворачиваться в кровати.

Увидев его интерес, она объяснила:

- Вот тут-то тебе и помогут тренировки и мои мази вкупе с массажем.

«Ну и, конечно же, моя магия», - добавила она мысленно.

Вербицкий печально вздохнул, но промолчал.

Лима обошла кровать и принялась за вторую ногу. Геннадий сел в кресло и закинув ногу на ногу закачал ей.

- Хочешь поговорить о несчастном случае? – спросила она Макса.

- Нет, - резко ответил он.

- Мне очень жаль, что так произошло и что твоя жизнь изменила курс.

- Мне тоже, — спокойно ответил Макс, закрывая глаза. — Но возможно погибшим повезло больше, чем мне.

- Какая чушь! Неужели ты на самом деле думаешь, что лучше было бы умереть?

- Да, — резко ответил Макс. — Это куда лучше, чем остаться никчёмным инвалидом до конца своих дней!

Олимпиада наклонилась к его лицу и прошептала:

- А кто говорит, что ты таким останешься? Твой позвоночник избежал переломов. Я знаю людей, которые его даже ломали, но сейчас их никто бы не назвал никчёмными инвалидами. Они работают, имеют семьи, бегают, прыгают, плавают, ходят в походы... Ты встанешь на ноги, Максимилиан. Даю тебе слово.

Лима поднялась и, кивнув Гене, сказала:

- Переворачивай Макса обратно на спину.

Геннадий сделал, как она сказала.

Ну что ж, она прощупала и «просмотрела» организм Макса и с уверенностью может сказать, что все врачи, кто занимался Вербицким - настоящие болваны и шарлатаны. У Макса был частично повреждён костный мозг. Параплегия.

Доктора в таком случае проводят нейрохирургическую операцию, после которой пациент будет очень долго восстанавливаться. Но самое главное это лечится, только одно Но - лечение должно быть своевременным...

Лима вздохнула и мысленно не единожды четвертовала всех врачей, что обследовали и лечили Макса. Гады!

Ладно, она с помощью своих способностей, быстро и безболезненно поставит Вербицкого на ноги. Пусть мужчина хоть раз в жизни поверит в чудо!

* * *

- Спасибоси, ведьмоська зя оцисение моегось дома. И фамилияру твоему тозе спасибоси… - ужасно картавя и шепелявя, поблагодарил Лиму местный домовой, со смешным именем Кусь-Кусь. – Давнось тут такось хоросё не было… Этот Максимис узясно злился! Узясно! Я узе себе другое место стал искатись, а тутось такое чудось! Ведьма прилетелась! Столько Максимис страдаль. Ох, как страдаль! Пересталь страдать толькось, как ты ступила в этот дом!

Вдруг дверь в комнату распахнулась и Кусь-Кусь мигом исчез.

- Ваш кот утопился! – на высокой ноте прокричала на корявом английском повариха Ивара.

- Он лежит на самом дне бассейна и не шевелится! – вторил женщине Руслан. – Мы не виноваты, Олимпиада Назаровна! Он сам туда упал!

- Геннадий побежал в гараж за длинным сачком, чтобы выловить кота… - пуская слезу, сказала Ивара, комкая в руках свой фартук.

Лима изогнула вопросительно бровь.

Ивара вместе с Русланом ворвались к ней в комнату на цокольном этаже. Лима как раз варила раствор для мази, чтобы нанести её на Макса.

- Господа, с чего это вы решили, что Фома утопился? – спросила она перепуганных людей с усмешкой, а сама взяла в руки половник и начала мешать зелье.

Не нужно, чтобы люди увидели, что половник сам мешается в котелке…

«Фома!» - мысленно позвала Лима своего фамильяра. – «Тут люди решили, что ты утопился… Опять дурью маешься?»

«Да будет тебе-у известно, что я-у дурью никогда не маюсь», – ответил недовольно Фома. – «Я тренирую задержку дыхания. Ведь я обязан, мя-о-у-а, увидеть кораллы, рифы, рыбок… Доста-уть из морских глубин жемчужину себе на кулончик. Для умных котов люди ещё-у не придумали акваланги для плавания под водой. Во-ут и приходится всё самому, да самому…»

Лима хмыкнула про себя. Фома в своём репертуаре.

«Ладно, поняла. Но лучше тренируйся в ванной, а не при людях. А то стоят тут два человеческих представителя, перепугались за тебя… Кстати, спасибо, что дом почистил. Кусь-Кусь благодарил».

«Злая ты… хоть и добрая… Мя-а-о-у-а… Выхожу из бассейна, выхожу… Скажи, пусть пова-ур мне клубничного коктейля принесё-ут в круглой мисо-учке… Эх, жизнь моя сложная, даже не могу попить из соломинки, чтобы людей не напугать…»

Все мысленные переговоры между ведьмой и её фамильяром заняли меньше минуты.

- Фома не простой кот, - сказала она Руслану и Иваре. – Он очень умный и любит водичку. Фома может задерживать дыхание под водой. Я думаю, что он уже снова загорает. Ивара, будьте так добры принесите ему клубничного коктейля в мисочке.

Лима прыснула со смеху, так как лица мужчины и женщины смешно вытянулись в изумлении.

- Хорошо, - деревянным тоном ответила повариха.

Они переглянулись и покинули комнату Лимы.

Ведьма сразу расхохоталась.

Эх, люди, непривычные вы к волшебству. И почему вы не видите его? Оно же под самым вашим носом.

Жизнь полна фантастических и совершенно невероятных совпадений, но люди умудряются все их проморгать, даже не догадываясь, что они встречаются на каждом шагу.

* * *

- Мне кажется, что моя-у шёрстка стала светлее… - рассматривая себя в зеркало со всех сторон, произнёс Фома. – Лима-а-у, ну посмотри-и-и… Моя шё-у-рстка выгорела, да-а-у?

- Нет, не выгорела. Ты же наносил на себя мицеллярную воду, в которую я добавила заклинание. Так что перестань разглядывать себя и пошли работать. Мне понадобится твоя помощь.

Ведьма поставила на тележку приготовленную мазь с магическими составляющими.

Мазь поможет организму начать восстанавливаться и нормализует кровообращение, вытянет токсины из организма и сделает ещё многое-многое другое.

Конечно, чудодейственная мазь сделает достаточно много, но Макс сразу же не встанет на ноги и не побежит. Тело просто не выдержит таких резких изменений. Физические законы всё-таки никто не отменял. Всё будет проходить плавно и, самое главное, прогрессирующе.

Макс заметит изменения уже буквально на днях.

А Фома, как магическое существо и ведьмин фамильяр будет ей помогать.

Лима будет делать массаж, направляя свою магическую исцеляющую силу в организм Максимилиана. Сила у Лимы большая, но как бы то ни было, нуждается в подпитке и подзарядке.

Как раз фамильяр и выступает в роли батарейки, который берёт энергию у природы и передаёт по магическим узам своей ведьме.

Сам кот от этого никак не страдает, но Фома был бы не Фомой, если бы не придумал, как извлечь для себя выгоду.

Он заранее заказал для себя после «процедур» печёночного пирога и рыбного не острого супчика.

Лиме пришлось долго объяснять Иваре, как приготовить пирог из печени, как любит её кот.

Что не сделаешь ради любимого фамильяра.

Глава 5

* * *

Близился вечер.

Макс «мечтал» как бы помучительней убить противную Лиму, что измазала его вонючей гадостью, которую оставила сохнуть на несколько часов!

Мазь была прозрачной, но она засохла и стянула кожу, уродливо сморщившись и скукожившись. Он пытался отодрать её, но она словно приросла намертво к нему!

- О! Как же хорошо впитала в себя всю гадость моя мазь! – радостно произнесла Лима, ногтем постучав по засохшей корке.

Магическим зрением она взглянула на дело рук своих и осталась довольна.

- Сейчас Гена с Русланом тебя перенесут в ванную и я хорошенько тебя помою. После этой мази, твоя кожа будет как после бани!

«Ещё-у скажи, что она будет у него как попка младенца… Тогда-у он тебя точно-у сгрызё-ут… Посмотри, как зыркает!» - сказал мысленно Фома.

«Да вижу я. Представляю, как у него сейчас чешется тело в тех местах, где есть чувствительность!» - хмыкнула в ответ Лима.

Кот забрался на кресло и удобно устроился в нём. Прикрыл глазки и решил чуток вздремнуть, а то он так устал от жары, пока загорал…

- Я говорил тебе, что ненавижу тебя? – процедил Макс.

- Ещё нет, - задумчиво произнесла Лима. – Я думала, что в своих чувствах ко мне ты признаешься чуть позже.

Вошёл Геннадий и Руслан.

- Ну что? Ванна готова? – спросил он, улыбаясь Максу.

- Вас обоих я тоже ненавижу, - сказал Макс мужчинам.

- И я тебя люблю, дружище, - ответил ему Геннадий.

Руслан только вздохнул.

- Так, любезности будут позже, – хлопнула в ладоши Лима. – Берите Макса и несите в ванную, она уже полная.

- Меня может вымыть Рус, — окликнул скрывшуюся в ванной Лиму.

- Это не его работа, - ответила она, выглянув из-за двери.

- Он будет делать то, что я скажу!

- Тобой занимаюсь я, Максимилиан Александрович и хватит уже вредничать, — пожурила его Лима.

Руслан и Геннадий осторожно взяли тело Макса и под руководством Лимы перенесли в ванную с густой пеной и очень аккуратно опустили его в воду. Макс тут же ухватился обеими руками за бортик ванной.

- Всё, уходите. Я вас позову, - отпустила Лима мужчин.

- Я не подозревал, что твои услуги распространяются и на моё мытье.

- Так оно и есть.

- Где это видано, чтобы взрослого мужчину мыла женщина! Это унизительно.

- Зарасти грязью куда как унизительнее. Да и вообще, любовные парочки порой моют друг друга. Разве это унизительно?

- Мы не любовная парочка! – буквально выплюнул Макс.

Придав своему лицу небрежное выражение, Лима намочила губку и чтобы сменить тему, спросила:

- Ты предпочитаешь какой-то особенный гель для душа?

- Вот этот, — проворчал Вербицкий, ткнув пальцем на полку с различными гелями, указав на первый.

Гель пах дорогим мужским одеколоном.

- Очень приятный запах, — сказала она, нюхая гель. — Запоминающийся, но не навязчивый.

- Рад, что тебе нравится, - в голосе мужчины прозвучала ирония.

- А туалетной водой ты пользуешься?

- Всегда.

- Когда побреешься, сможешь воспользоваться ей.

- Побреюсь?

- Ну, если ты хочешь, чтобы я тебе побрила…

- Я сам могу это сделать, — бросил сухо Макс.

- Тогда мне остаётся только гадать, почему ты этого не сделал раньше? — Лима одарила своего пациента неискренней, слащавой улыбкой. — Или ты планируешь отрастить пышную бороду, в которой с удовольствием заведутся блохи, вошки, а ещё миллиарды бактерий, микробов...

Вербицкий погрузился в упрямое молчание. А Лима налила на губку геля и несколько раз сжала её, пока на ней не образовалась пышная шапка белоснежной пены.

Мазь с соприкосновением с водой и гелем легко смывалась.

Сначала Лима вымыла Максу ноги. Когда губка коснулась подошвы, она спросила:

- Щекотно?

- Очень смешно, — буркнул Макс.

- Да ладно тебе, Макс, не будь таким брюзгой.

- А что, паралич — это новая разновидность анекдота?

Лима нахмурилась:

- Смех ещё никому не причинил вреда. Он только помогает. Тебе было щекотно, когда трогали пальцы на ногах?

Вербицкий повернул к ней голову и посмотрел на неё совсем другими глазами. Он вызывающе-непристойно оглядел её с ног до головы. Его взгляд был таким горячим, обжигающим.

- Когда я вернусь в своё нормальное и подвижное состояние, возможно, тебе удастся это выяснить, - его голос прозвучал низко и очень многообещающе.

- Тогда я уже не буду мыть тебя.

- Для этого необязательно меня мыть. Ты можешь сделать и кое-что ещё в отношении пальцев на моих ногах.

- Что, например?

За этим вопросом последовал ряд предложений, одно похотливее другого.

Губка в руках у Лимы застыла на несколько секунд, потом она снова окунула её в воду. Ведьма мрачно посмотрела на Макса, который ухмылялся, как кот.

Её зелёные глаза опасно сверкнули.

- Какой разврат! – выпалила она яростно.

- Зато весело, - хохотнул Вербицкий.

- Отнюдь, - ответила Лима.

- Ладно, успокойся. Я пошутил. Ты не в моём вкусе. Я предпочитаю грациозных, женственных и нежных женщин, желательно блондинок, а вот ты…

* * *

Лима с любопытством посмотрела на Макса:

- А что я?

- Ты упрямая, вредная и агрессивная шатенка.

- То есть, я не женственная и не грациозная? Вот спасибо!

Ведьма разозлилась.

Ещё никто не смел называть её неженственной! Да она само совершенство! Если бы не сделка, то она бы сейчас за эти слова утопила Макса в ванной!

Она стала с остервенеем мыть его правую руку, добираясь губкой до подмышки.

- Прости, - спустя минуту сказал Максимилиан. - Я не хотел тебя обидеть.

- Да что ты говоришь! - прошипела Лима.

- Правда. Я хотел пробить твою невозмутимость. Вот и всё. На самом деле, ты очень красивая.

Лима улыбнулась.

- Спасибо.

Вдруг рука Макса на мгновение прикрыла её пальцы, но он тут же её убрал, словно обжёгся.

Лима сделала вид, что ничего не заметила.

Она вымыла ему голову, отметив, что неплохо бы ещё его и подстричь.

После она быстро намочила губку и отжала её.

- А теперь вымой уши, шею и… и всё остальное. Это тебе по силам.

- Отвернись, - буркнул Макс.

Лима отвернулась.

- Всё, – коротко сказал он спустя несколько минут.

Губка плавала в ванной. Когда Лима наклонилась, чтобы выловить её, Макс ухватил её за руки. Его руки явно не потеряли ни своей гибкости, ни цепкости, ни силы.

- Ты хочешь, чтобы я что-нибудь почувствовал? — вдруг медовым голосом пропел он.

- Ты чего, Макс? Пока я стояла к тебе спиной ты успел головой удариться о бортик ванны?

На губах Вербицкого появилась очаровательная улыбка, разбивавшая сердца женщин по всему миру. Он подмигнул Лиме со словами:

- Да ладно тебе. Ты такая страстная и сладкая кошечка, что я даже не сомневаюсь, что ты сумеешь придумать для меня что-нибудь приятное, какой-нибудь фокус, который даже мёртвого поднимет. Почему бы тебе не забраться ко мне в ванную? Давай посмотрим, что из этого получится.

- Отпусти меня, - процедила разозлённая ведьма.

Макс не послушался. Вместо этого он лишь усилил хватку на её руках и притянул ближе к себе. Её топ коснулся воды, отчего сразу ткань обрисовала её формы.

- Я весь день лежал и смотрел, как ты ходишь туда-сюда, командуешь моими людьми, словно этот дом и все люди принадлежат тебе. Я слушал твою непрекращающуюся раздражающую и бессмысленную болтовню, пока меня от неё не затошнило. Этот милый ротик наверняка способен на кое-что получше, чем произносить раздражающие меня слова. Давай посмотрим, насколько хорошо ты справишься с другой работой.

Макс рывком притянул Лиму к себе и впился губами в её губы жёстким, злым и требовательным поцелуем. Его ловкие пальцы пробрались под топ...

Вдруг раздался оглушающий грохот, словно гром прозвучал не на улице, а прямо в ванной. Запахло озоном и подул сильный ветер, снёс со всех полок все банки, коробочки, тюбики и прочее.

Лима вырвалась из объятий Вербицкого, залепила ему хлёсткую пощёчину, а после поправила вздёрнутый топ.

Макс открыл рот в изумлении. Он даже на пощёчину внимания не обратил.

Её волосы развивались от ветра, который дул непонятно откуда! Зелёные глаза женщины гневно сверкали!

Губы её покраснели от его поцелуя, но сложились в недовольную гримасу.

«Лима!» - воскликнул Фома мысленно, ворвался в ванную и застыл, яростно вздыбив шерсть: – «Он тебе сделал больно? Навредил?»

«Нет, Фома. Он просто разозлил меня. Сильно разозлил».

- Вам придётся придумать что-то получше, чем непристойные предложения, господин Вербицкий. Этим вы меня не испугаете. Но хочу предупредить вас, что я отнюдь не безобидная женщина, и вам абсолютно не стоит меня таким образом злить! Всему своё время, Макс! А сейчас ты меня взбесил! Не делай так больше. Никогда.

- Ты кто такая? – яростно прошептал Вербицкий.

Фома приблизился к Лиме и встал рядом с ней, гневно размахивая пушистым хвостом и буравя злыми янтарными глазами мужчину.

- Ведьма, - коварно улыбнулась ему Лима.

- Чушь… - процедил Вербицкий. – Лучше бы делом занялась…

Лима взяла себя в руки, сделала вдох-выдох и успокоила свою магию.

- Ты ведёшь себя как подросток и в этом ты не оригинален, Максимилиан Александрович. Все нормальные мужчины, попавшие в твоё положение ведут себя подобным образом только для того, чтобы доказать себе, что они по-прежнему остаются мужчинами. Ты можешь быть распущенным и омерзительным, если тебе это так нравится. Только помни, Макс, что это отразится на тебе, а не на мне.

Она подошла к Максу и, подцепив его подбородок пальцами, сказала зловеще:

- Плохой, плохой мальчик. Но на первый раз я тебя прощаю.

- Да пошла ты! – выкрикнул Макс и отмахнулся от её руки.

Фома снова зашипел.

«Давай я его цапну где-нибудь!» - предложил фамильяр.

«Ещё успеешь», - ответила ему ведьма.

- Тогда хватит заниматься ерундой, Макс. Бриться будешь?

Он хмуро кивнул.

- В правом верхнем ящике всё найдёшь.

* * *

Руслан и Геннадий покинули комнату, переместив Макса из ванной на кровать.

Лима открыла баночку с мазью и напевая незатейливую мелодию себе под нос, подошла к кровати.

- Ты мне так и не ответила на вопрос, что это было в ванной?! Что за фокусы ты устраиваешь? Решила запугать меня? Или может ты какая-нибудь сектантка, а?

Лима лишь демонстративно закатила глаза.

Фома мысленно фыркнул.

«Преврати-у его в жабу, Лима. Ему как ра-уз пойдёт смена образа, а то расквакался, тут, понимаешь… мя-а-о-у-у…»

«Боюсь, тогда у него случится сердечный приступ», - заметила Лима мрачно.

«Ничего-у… откачаешь. Ох… бедная моя-у судьба-судьбинушка! И от этого ты собралась ро-удить дочь? М-да-у… А если она характером в этого штиблета пойдёт? Лима! Я не выдержу! Мне-у уже плохо-о-о…»

Лима лишь послала своему фамильяру волну любви и нежности.

- Макс, никаких фокусов не было. И прекрати вести себя, как дитя малое. Ты же мужчина. Сам недавно пытался мне это доказать.

В ярости Макс замолотил кулаками по матрасу:

- Господи! Зачем ты мне её послал? Отзови её обратно, молю тебя!

- Он сделал благое дело, послав меня к тебе. Я – твоё спасение, Макс, - нравоучительно высказалась Лима.

- Всё! Ты достала меня! — угрожающе прорычал Вербицкий. — Я лично выкину тебя пинками из моего дома и отправлю обратно, откуда ты там прикатила!

Лима удивлённо моргнула.

- Мне казалось, ты называл себя никчемным инвалидом.

Она рассмеялась, увидев ошеломлённое выражение его лица.

Макс понял, что сам попал в свою же ловушку.

- Вот так к этому и относись. Пусть желание вышвырнуть меня отсюда помогает тебе преодолеть трудности. Ради этого стоит потрудиться. А теперь давай-ка смажем тебя моей исцеляющей мазью и сделаем тебе массаж.

* * *

На протяжении всей ночи Лима заходила к Максу в спальню и бережно переворачивала его. Сначала он был неоригинален и ругался. Она не обратила внимания на его ругань и коротко спросила:

- Удобно?

- Иди ты!

- Спокойной ночи, Макс.

- Вали к чёрту!

Во второй раз, когда звонил её будильник, она, спотыкаясь, вошла в его спальню и услышала, как Макс стонет во сне.

- Макс! - негромко окликнула его Лима.

Она перевернула мужчину на спину. У него по лицу текли слёзы.

Он говорил, бредил во сне, заново переживал катастрофу.

Ведьма приложила пальцы к его вискам, прошептала заговор на спокойный и целебный сон и выдохнула в его полуоткрытый рот магию, которая золотистой искрящейся пылью наполнила его.

Макс тут же успокоился и его лицо, полное ужаса и страданий разгладилось.

Когда она заходила ещё несколько раз мужчина крепко и спокойно спал.

Когда Лима прикасалась к его теплой коже, у неё появлялось странное ощущение бабочек в животе.

Утром она надела белые шорты и белую футболку с огромной разноцветной бабочкой, вышитой из пайеток и бисера. Девушка вышла из своей комнаты.

- Благослови тебя Геката, Ивара, — произнесла она, входя в кухню и вдыхая аромат свежемолотого и сваренного кофе.

С широкой улыбкой кухарка налила ей большую чашку. Лима лишь покачала головой, отказываясь от предложенных сливок и сахара. Потягивая горячий и терпкий напиток, она села у бара.

Фома запрыгнул на барный стул.

- Ветчина, яйца, оладьи? — спросила на ломаном английском Ивара.

- Мне нет. А для Фомы яичницу и ветчину. Оладьи и сметанку. А я выпью кофе, ещё эти маленькие булочки выглядят отлично, — заметила Лима. Ивара как раз раскладывала на блюдо с противня свежеиспечённые булочки. — И если можно сливочное масло и какое-нибудь варенье. Есть новости сверху?

- Есть. Он говорит: «Мне надоело мочиться в судно».

«Пусть попробует помочиться в коша-учий лоток», - съязвил Фома.

Лима рассмеялась, поглощая свой лёгкий завтрак.

- Отлично. Может быть, он захочет пользоваться тренажёрами и потом пересесть временно на коляску, чтобы получить возможность добраться до ванной комнаты.

Она стряхнула с рук крошки булочки.

Лима отказалась от помощи подошедшего Руслана и сама отнесла поднос наверх.

Фома остался поглощать завтрак с салфеткой, повязанной на его шее под удивлённые и заинтересованные взгляды Руслана и Ивары.

Геннадий по словам того же Руслана уехал в город по делам. К обеду вернётся.

Постучав один раз в двери комнаты Макса, Лима сразу же открыла дверь.

- Доброе ут… — второй слог замер у неё на губах. Она едва сумела поставить поднос на столик и сразу же бросилась к Максимилиану. — Высшие силы, что случилось?!

Лицо Макса исказилось от боли.

- Левое бедро. Это... чёртова... судорога, - еле выдохнул он. - Невыносимо... Как же... больно...

Лима сбросила с мужчины простыню и быстро осмотрела ногу. Она только прикоснулась к ней и сразу сказала:

- Мышцы сократились.

Её уверенные руки промассировали его бедро и она незаметно для мужчины направила исцеляющую магию.

Макс дважды вскрикнул.

Она продолжала массировать бедро. Наконец, мускулы расслабились и с лица Макса исчезла гримаса боли.

- Спасибо, — поблагодарил он, медленно поднимая веки. — Чёрт, Лима... Это было ужасно… Чему ты улыбаешься? Здесь нет ничего весёлого и забавного!

- Ты не понимаешь? Макс, это отличный знак, глупый! Твои мускулы оживают. Я же тебе много-много раз говорила, что поставлю тебя на ноги! А вот из-за того, что тебе не делали массаж и ты не упражнялся на специальных тренажёрах ты получил такую сильную судорогу. Но я что-нибудь придумаю, чтобы ты не испытывал вновь подобную боль.

Макс мгновение смотрел на неё.

Когда до него дошло, почему улыбается Лима, он просиял ей в ответ такой же радостной улыбкой.

- И-и-и?

- Отёк спадает, Макс. Нагрузка, давление на позвоночник уменьшается, и мышцы начали сокращаться. Это прекрасно. Чувствуешь? - она ущипнула его за бедро.

Он мрачно посмотрел на неё:

- Я чувствую лёгкое давление, но мне не больно.

- Но ты ощущаешь?

Макс кивнул.

- А вот здесь? - Лима ущипнула ногу над коленом.

- Нет, здесь ничего не чувствую.

- А тут? - Лима провела пальцем по подошве и пощекотала её.

- Ничего.

- Не надо падать духом. У тебя появились ощущения в бедре, потом они спустятся ниже. А как насчёт правого бедра? - она легко поскребла его ногтями.

Макс промолчал. Она подняла на него вопрошающий взгляд. Вербицкий смотрел на то место, где её рука лежала высоко на его бедре.

- Я ощущаю давление, - сдавленно пробормотал он, потянулся за простыней и натянул её на себя.

Лима быстро отвернулась.

- Очень хорошо. Это замечательные новости. Правда, тебе будет очень неприятно, когда мускулы станут сокращаться. Но как я уже сказала я что-нибудь с этим придумаю. Мы будем проводить больше времени вместе, работать больше и чаще.

Лима поставила поднос ему на колени.

- А теперь на этой радостной ноте ты должен позавтракать.

* * *

«Лима-у…», - протянул мысленно Фома. – «Я пойду на берег, хочу посмотреть рыбок. Мя-а-у-о-у…»

Лима, которая варила новую мазь, удивилась и ответила своему фамильяру:

-Ты смотри, не упади там никуда. А то попадёшь опять в приключения и попортишь свою шёрстку, а я снова виноватой буду.

«Не попорчу… И ты бы давно-у уже придумала для-у моей шёрстки заклинание, чтобы она не пачкалась и была-у всегда-у пушистой и блестящей. Всё-у, я ушёл. Присмотрю для-у своей коллекции новых рыбок».

«Иди», - рассмеялась Лима.

Фома, одетый в свои красные купальные трусики, кепку и очки-звёздочки, вышел на берег.

Окинул взглядом морские просторы.

Море... Очень красиво...

Оно переливалось различными цветами на свету - то синий, то зелёный, то фиолетовый.

А волны какие! Оно пенится и белые шапки волшебно выглядят на фоне тёмного моря. Ничего красивее Фома никогда не видел.

Ой! Ошибся. Конечно же он видел красивее. С красотой Фомы не сравнится даже море. Да-да...

- И всё-таки, красота-у… - сказал вслух Фома и тут же завертел головой, а то вдруг кто услышит говорящего кота.

Фома прошёлся по берегу и вышел на каменистые уступы, которые вели к рифам.

Несмотря на свои округлые и объёмные габариты Фома был довольно проворный и ловкий кот, особенно когда ему это было выгодно.

Он перепрыгнул несколько камней поближе к рифам и сунул свою мордочку в воду, предварительно задержав дыхание.

Фома с самого детства мечтал нырнуть в морские глубины, например, на подводном батискафе. Он мечтал и мечтает исследовать, как и Жак-Ив Кусто исследовать подводные глубины, познать волшебство и тайны подводного мира. И пусть кто-то и посмеётся над толстеньким котиком и его мечтах, но вот в данный момент его мечта близка к свершению, хоть и частично.

Вот, например, проплывает рыба-ёж. Фоме всегда её жалко, когда он видит её в сувенирных лавочках и магазинах – надутую в виде шарика. Сама по себе она чудо природы – покрыта колючей бронёй. В обычном состоянии рыбка-ёж очень незаметное, неброское существо.

А вот многощетинковый червь, как тихоокеанский палоло. Он размножаться умеет вопреки тому, что его съедают хищники.

Уи-и-и! А вот любимые котейкины морские коньки!

Они смешно покачиваются в тёплых прибрежных водах морей, такие забавные.

Фома отлично разбирается в обитателях подводного мира. Не зря Лима для него покупает книги по этой теме. Да и сам Фома часто «зависает» на сайтах.

«Наверное, я-у в прошлой жизни был морским обитателем», - подумал Фома. - «Был каким-нибудь большим китом или мудрым дельфином… Да, наверное, дельфином. Не зря же я такой умный!»

Но тут его внимание привлекла стайка каких-то странных головастиков, плывших чуть дальше от его места, где он вёл наблюдение. Фома приблизился, чтобы получше разглядеть необычных существ.

Разноцветные длинные тельца, от которых отходили длинные усики и на этих усиках шевелились цветные шарики. Когда эти странные существа проплывали мимо, произошло нечто странное: они все как один развернулись и уставились прямо на Фому.

«Ыыы… что за мо-унстры?» - подумал в ужасе котик и почувствовал, как его шерсть становится дыбом.

И только тут Фома догадался, что никакие это не монстры, а настоящие плавучие раки-богомолы. Смешные, даже пугающие бусинки, извивающиеся на их усиках, – глаза! Пока Фома сам себя мысленно хвалил за догадливость, стайка раков уже уплыла далеко и довольно быстро скрылась в глубинах вод.

«Рак-богомол!» – радостно вспомнил Фома.

Рак-богомол - агрессивный охотник, роскошный красавец, обладатель уникального зрения! Фома бы с удовольствием завёл парочку.

А их икра так полезна в зельях! Нужно срочно просить Лиму, чтобы она пошла с Фомой и они вместе наловили этих рачков.

Хоть аквариумисты избегают заводить таких раков у себя дома, Фома знал, что сможет с ними справиться. Раки с лёгкостью бьют стекло и истребляют всю живность по соседству, но с Фомой такие номера не пройдут.

Нет, надо поглядеть ещё! Вдруг они ещё где-то здесь плавают!

А то они мелькнули мимо так быстро, что Фома не успел их толком разглядеть. Но рачков уже след простыл.

Вскоре у Фомы зачесались усы. Так всегда бывало, стоило ему проголодаться.

На обратном пути Фома вытряхнул воду из ушек и задумался, а что если провести дополнительную психотерапию для пациента?

Обустроить в его комнате напротив его койки большой аквариум и заселить его красивыми рыбками и раками-богомолами…

Будет он смотреть и успокаиваться…

А насчёт жителей аквариума позаботиться сам Фома.

«Надо скорее обсудить эту наигениальнейшую мысль со своей ведьмой!» – радостно подумал Фома и побыстрее засеменил к дому.

Глава 6

* * *

- Аквариум? – переспросила ведьма своего фамильяра, который уплетал за обе кошачьи щёчки сочный стейк, ловко орудуя столовыми приборами в обеих лапках.

И не спрашивайте, как он так делает, но столовые приборы Фома держит аккуратно и под правильным углом, словно истинный аристократ.

Лима, Фома и домовой Кусь-Кусь обедали в комнате ведьмы, точнее, в подвале.

Если бы сейчас кто-то к ним зашёл, то беднягу однозначно бы хватил удар.

- А что-у? Я никогда-у плохих идей не предлагаю, - прожевав очередной кусочек, сказал Фома.

- Зивность дома - это зе хоросё! Максимису не повредит и дому моему луцсе будет. Как только ты, ведьмоська в доме ентом со своим котейкой появилась, таки сразу мой дом посветлел и хоросё так стало-о-о! А Максимису надось-надось выздолавливать скорее! А рыбки – это оцень и оцень славно!

- Раз даже ты Кусь-Кусь не против, то я тем более не вижу возражений. Сейчас пообедаем и скажу Гене, чтобы организовал покупку, доставку и установку аквариума. Фома, ты уже решил, какие рыбки там будут обитать?

Фома вальяжно и немного грузно сполз со стула и, порывшись в своём маленьком рюкзачке, вынул сложенный вдвое лист бумаги.

- Я уже составил список, мя-у-о-а, какие рыбки нужны, водоросли-у, кораллы… Пусть заселяют аквариум по этому списку.

Лима пробежала глазами по составленному её фамильяром списку и её брови поползли в удивлении и затерялись в волосах.

Кусь-Кусь с огромным любопытством по приглашению ведьмы уменьшился и сел к ней на плечо.

- Фома! Но здесь же сплошь одни хищники! Они не будут умиротворять Макса! В аквариуме же настоящий рыбий бойцовский клуб будет!

- То-то же-у и оно! – показал когтём в небо Фома. – Твой пациент насмотрится на этот кошма-ур и захочет поскорее избавиться, а избавиться сможет только тогда, когда-у на ноги встанет… Всё-у тебе разжёвывать приходится. А вроде учёная ведьма-у.

Фома забрался обратно на стул и осмотрев все блюда, недовольно протянул:

- Ли-има-а! Я же просил ещё-у пу-уди-инг молочный! А его нету!

- Не ной, Фома. Ивара просто не успела его приготовить. Будет тебе пудинг на ужин.

Лима ещё раз посмотрела на список с рыбками и подумала, что Фома-то прав!

А что если устроить Максу помимо рыботерапии ещё и цветотерапию и музыку включать, классическую, например?

Человеческий мозг такая хитрая штука, что начинает включать и запускать спящие процессы организма быстрее, когда раздражители настойчиво его беспокоят.

Надо над этим подумать и не перегнуть палку.

Лима посмотрела на время.

Так, её обед подошёл к концу. Пора начинать тренировать Макса на тренажёрах.

- Ладно, хорошие мои. Я пошла работать.

- Уда-учи! – махнул лапкой Фома.

- Спасибоси тебе ведьмоська, что помогаесь. Кусь-Кусь оцень сцястлив!

Лима послала им воздушный поцелуй и напевая себе под нос песенку:

«В море ветер, в море буря

В море воют ураганы

В синем море тонут лодки

И большие корабли, ха-ха-ха

Корабли на дно уходят

С якорями, с парусами

На морской песок роняя

Золотые сундуки,

Золотые сундуки…»

- Я смотрю у тебя хорошее настроение, - едко заметил Макс, как только Лима вошла в комнату.

Лима широко улыбнулась мужчине.

- Ты даже не представляешь, какой подарок я для тебя приготовила! – «обрадовала» его Лима.

- Мне уже начинать заикаться и кричать о помощи? – сложил руки на груди Максимилиан.

- Пф-ф… Так говоришь, будто я тебя уже достала. Что-то рановато.

Она подошла к изножью кровати и, кокетливо похлопав ресничками, сказала:

- Скоро в этой замечательной комнате появится чудеснейший аквариум с чудесными морскими обитателями.

Она окинула взглядом стену напротив Макса и задумчиво её оглядев, снова сказала:

- Думаю, аквариум во всю стену здесь будет замечательно смотреться. И тебе приятно будет, а телевизор можно перенести в тот угол.

- Ты совсем с катушек съехала? – подал голос Макс. – Мне не нужен аквариум, поняла? Давай без лишней самодеятельности, я и так тебя уже еле перевариваю, не беси меня ещё больше.

Ведьма сверкнула своими глазами и хитро улыбнулась.

- Считай, что аквариум уже тут.

Макс открыл рот в возмущении.

- И даже не вздумай спорить! Лучше давай займёмся делом!

* * *

Спустя тридцать минут…

- А-А-А-А! Прекрати эту пытку! — Вербицкий начал даже заикаться.

Лима попыталась согнуть ему колено под прямым углом, но нога не поддавалась.

- Прекрати упоминать мою маму... Не к добру это.

Лима надавила сильнее.

Макс заскрипел зубами.

- Тебе больно? – невозмутимо спросила она.

К сожалению за всё приходится платить, особенно, когда в процесс включается магия. И небольшая боль и дискомфорт – незначительная плата за возможность снова ходить, бегать, прыгать и быть полноценным.

- Да! — выдохнул он. Их взгляды встретились. — Но это... хорошо ведь?

Лима улыбнулась.

- Да, Макс. Это прогресс, который с каждым днём ты будешь видеть всё больше и больше. Давай теперь потрудимся вместе, чтобы согнуть твою "упрямую" ногу. И поверь, дорогой мой, настанет-настанет тот чудесный день, когда ты будешь пытаться её согнуть, а я стану тебе мешать. Вот тогда ты меня по-настоящему возненавидишь, Макс.

- Сделай так, чтобы я начал ходить, Лима и я тебя полюблю…

На мгновение их взгляды встретились.

Олимпиада первая отвела взгляд.

Она еще несколько раз попыталась согнуть оба его колена. Ох, им обоим пришлось изрядно попотеть. Потом Лима с Русланом перенесли Макса на наклонный стол, и он провёл на нём ещё полчаса в положении стоя.

- Ты молодец, Макс. Ты уже веришь в себя. Это отлично, просто прекрасно.

Он улыбнулся, гордый собой.

- Как только ты привыкнешь к этим милым упражнениям, мы приступим к более серьёзным…

Когда Максимилиан растянулся на кровати, то с облегчением вздохнул.

- Я рад, что мы закончили...

- Не расслабляйся, Макс. Мы ещё не закончили. Это была лишь разминка.

Вербицкий взволнованно посмотрел на неё.

- Что ещё ты задумала?

Лима коварно улыбнулась, сверкнув зелёными глазами.

Дошла до двери, театральным жестом открыла её и так же театрально скрылась за ней. Вернулась она, сидя в инвалидной коляске.

Макс сильно нахмурился. На его лице появилось выражение искреннего ужаса и отвращения.

- Убери эту мерзкую штуку с глаз моих!

- Ты чего, Макс? Я думала, ты будешь в восторге.

- Мне плевать, что ты там думала! Я не собираюсь унижаться! Ты сама сказала, что я уже делаю успехи. Этого вполне достаточно.

- Нет. Этого не достаточно, Макс.

Лима поднялась с кресла и склонилась над ним.

- Ты что же, собираешься всю жизнь провести лёжа?

- Если придётся, то проведу. Не твоего ума дело!

Она упрямо покачала головой:

- Что ж, может быть, ты и решил сдаться, но я точно нет.

- А тебе какое дело?

- Ты - мой пациент.

- Что с того?

- Пока ты не сможешь меня выгнать, ты в моей власти.

- Что ты имеешь в виду?

Вместо ответа Лима размашистым шагом подошла к двери, распахнула её и рявкнула командным голосом, прямо как в армии:

- Руслан! Живо сюда!

Спустя несколько минут, пришёл Руслан.

- Что такое?

- Помоги мне пересадить Максимилиана Александровича в это кресло и помоги спустить его с лестницы.

- Э-э-эм…? – промычал Руслан. – А зачем нам спускать его с лестницы? Зачем же так жестоко?

- Что? – Лима распахнула удивлённо глаза и расхохоталась под гневным взглядом Макса и недоумённым Руслана. – Ты не так меня понял, я не собираюсь скидывать Макса с лестницы. Мы будем спускать его в коляске, пока он сам не научится этого делать. Гляди, вот здесь есть специальная функция для спуска и поднятия по лестницам, но её нужно хорошенько освоить.

- Я хочу выгулять Макса на солнышке, на свежем воздухе, а то засиделся в четырёх стенах.

Лима указала головой на Макса.

Тот сидел с каменным лицом, упрямо поджав губы.

- Я не собираюсь садится в эту коляску и не хочу на солнце.

- Да-да, конечно, ты находишься здесь и в этой комнате и тупо ждёшь смерти. Ты предпочитаешь плевать в потолок и жалеть себя, а между прочим, вот эти великолепные мускулы на ногах уже начали оживать, — она ткнула его кулачком в грудь. — Я тебе не позволю уничтожать начальные результаты моего труда, понял меня?

- Ты не можешь заставить меня делать то, чего я не желаю делать.

Лима коварно улыбнулась, плюнула на ладошку и протянула её Максу.

- Спорим?

- Да иди ты, знаешь куда?! – проревел Макс.

- Фу-у-у… как грубо, - пропела Лима и подмигнула ему.

Макс заскрипел зубами и недовольно сложил руки на груди.

- Рус! Бери его за подмышки, а я за ноги, пересадим нашего буку в чудесное креслице.

- Только попробуй Руслан и вылетишь с работы сразу же! – рявкнул Вербицкий.

- Не вылетит он никуда, - парировала Лима и указала рукой Руслану действовать. – Пока я в этом доме, Я - Главная.

- Смотри, как бы корона не раздавила тебя, - процедил Макс и взбрыкнул, когда Руслан подхватил его тяжёлое тело.

У несчастного Руслана от натуги даже пот на лбу выступил. Всё-таки, Максимилиан Вербицкий – большой мальчик. Они усадили его в кресло и Лима вдруг заливисто расхохоталась.

- Блин, Макс, мы же не одели тебя!

- Очень смешно, - буркнул Макс, прикрывая ладошками свои причиндалы.

Руслан почесал затылок.

А Лима от хохота даже пополам сложилась.

- А знаешь, - утирая слёзы, сказала она, – это будет здорово выгулять тело нагишом.

- Я тебя убью, - процедил он.

- Сначала встать надо, а потом попробуешь и убить, и выгнать, – заявила она.

Она посмотрела на него внимательно.

- Прости за смех. Я не над тобой смеялась, а над ситуацией, что не подумала тебя одеть. Прости, пожалуйста, – извинилась Лима.

- Потому что ты – дура! – рявкнул он.

Лима закатила глаза и хмыкнула.

- Рус, где гардероб Макса?

- Здесь, - указал Руслан на дверь.

Лима её распахнула и присвистнула.

- Хорошая гардеробная.

- Здесь находится только самое необходимое для Максимилиана Александровича.

- Не смей шариться в моих вещах! – воскликнул Макс. – Я сам выберу одежду!

Макс прокрутил колёса кресла и немного неуклюже приблизился к своей гардеробной.

- Поздно, - безапелляционно заявила Лима. – Надо было сразу соглашаться на прогулку и кресло. Теперь наденешь то, что я сама выберу.

Она прошлась по полкам с футболками, свободными рубашками…

* * *

В итоге остановила свой выбор на шортах цвета хаки и выбрала чёрную футболку-сетку и сланцы. Порывшись ещё, достала из недр полок солнечные очки и кепку.

- Из всего многообразия одежды ты предлагаешь надеть мне то, что было запрятано в самые глубины гардеробной? У тебя отвратительный вкус, Лима!

Ведьма сверкнула глазами и подошла к Вербицкому.

- Хватит зудеть и ныть, будто ты старпёр.

Она всучила ему футболку и приказала:

- Надевай! Руслан помоги надеть бельё и шорты на Макса.

- Отвалите от меня оба! – заорал он бешеным зверем и отшвырнул протянутую футболку.

Лима сощурила в гневе зелёные глаза и сказала грозно:

- Мне казалось, ты согласился на прогулку.

- Вот именно! Тебе показалось! Верните меня обратно в кровать!

И сам покатился к койке и начал пытаться с помощью рук забраться на неё.

Руслан с мольбой в глазах посмотрел на Лиму и хотел было уже пойти, чтобы помочь Вербицкому забраться на кровать, но Лима ухватила его за руку и покачала головой.

- Побереги силы, Макс, – сказала она, – всё равно будет так, как я задумала.

Она подошла и, применив чуточку магии, вернула мужчину в кресло.

- Отпусти меня, кошмарная женщина! — Максимилиан попытался оторвать её пальцы от себя, но Лима крепко впилась в его тело, даже немного вонзила отросшие от своей магии ногти, отчего у мужчины в плечах останутся розовые полумесяцы.

- Если ты прямо сейчас не успокоишься, я тебя сама очень быстро успокою! Я тебя свяжу, Макс!

Она обернулась к шокированному Руслану, который не знал, что делать: то ли спасать хозяина, то ли вызывать МЧС, то ли звонить Геннадию или просто следовать инициативе сумасшедшей женщины.

- Неси верёвку, Руслан.

- Ты совсем что ли? Нет! - закричал Макс. - Иди ты к такой-то матери!

Лима тихо выругалась и сказала:

- Прекрати упоминать мою маму… Так, Руслан, поставь его ноги на подножку кресла.

Руслан, которому отчаянно не хотелось вмешиваться, всё же выполнил указания Лимы и поставил ноги Макса на подножку кресла.

Макс немедленно вцепился в подлокотники и попытался приподняться. Но Лима хорошо знала этот фокус. Прежде чем ему удалось выбраться из коляски, она грозно над ним нависла.

- Даже не пытайся этого сделать. Если попробуешь, я тебя сразу привяжу, клянусь. Мы едем на прогулку. Либо ты едешь с достоинством, либо без него. Тебе решать. И никаких других вариантов! Так что будь хорошим мальчиком и надевай уже чёртову футболку и чёртовы трусы. Или может тебе нравится трясти передо мной своим хозяйством?

Его тёмные глаза смотрели на неё с такой ненавистью, что Лима физически ощущала её. Но она знала — это было совершенно нормально, все пациенты себя так ведут.

И почему люди такие упрямые?

Макс высказал заковыристую фразу, состоящую сплошь из одних матов и оскорблений, что он сделает с Лимой, как только встанет на ноги.

Руслан покраснел и смущённо выдохнул.

Лима изо всех сил старалась не обращать внимания на его хамство и оскорбления, и не отвечать своему подопечному тем же. Но на какое-то мгновение она еле удержалась, чтобы не отхлестать его по щекам, и не отпинать.

- Руслан, сходи на кухню и попроси Ивару, пусть соберёт нам корзинку для пикника и сразу возвращайся.

Руслан с огромным удовольствием и облегчением тут же испарился.

Вербицкий рваными и резкими движениями натянул на себя футболку, даже не распрямив её у пояса и с остервенеем, но неуклюже начал надевать трусы и шорты.

Сланцы ему надела сама Лима.

Руслан вернулся и помог Лиме спустить Макса по лестнице.

Конечно же Лима могла его спокойно сама левитировать, но тогда ведь вопросов не оберёшься.

Вышла с кухни Ивара и передала Лиме полную корзинку вкусной еды.

Лима надела на плечи, приготовленный заранее рюкзак, где находилось сложенное покрывало и мысленно позвала своего фамильяра:

«Фома, ты идёшь с нами на прогулку?»

«Мя-а-у-о-у-а… Не-е-ет… Я так нае-улся, что не могу да-уже перевернуться… Я чуть позже выйду во-узле бассейна позагорать…» - ответил Фома.

«Хорошо, тогда как отойдёшь – очисти комнату Макса, там опять негатива набралось».

«Будет сдела-уно», - мяукнул Фома.

Лима дала распоряжение и Руслану. Как только вернётся Геннадий, чтоб тут же занялся приобретением аквариума, и выдала список рыбок, какими нужно заполнить его.

Руслан почесал затылок и только кивнул.

Макс сидел хмурый. Вибрации гнева и недовольства исходили от него волнами, Лима ощущала их всем своим существом.

«Эх, Макс, я скоро и гнев твой усмирю», - подумала про себя ведьма и взялась за ручки кресла.

- Тебе даже неинтересно, куда мы отправимся? - спросила она, вглядываясь в отчуждённое лицо Макса.

То, что мужчина ей ответил, едва ли можно было принять за ответ.

Она хмыкнула.

- Думаю, это и есть ответ на мой вопрос.

Глава 7

* * *

Лима везла Макса по пляжу. Она уходила всё дальше от дома, пока не набрела на поистине великолепное место, скрытое от людских глаз.

Лима – ведьма. Она чувствует природу и мысленно обратилась к Душе острова, обменявшись с ним энергиями. Остров с удовольствием направил и вывел к таинственному и чудесному месту, где Лима собиралась продолжить лечение Макса, а точнее, возвращение его мыслей и сознания в нормальное и благое русло.

- Здесь мы и остановимся, - сказала довольная Лима, рассматривая местные красоты.

Их окружала бесконечная игра красочной природы.

Рядом с океаном находился сад, утопающий в ароматах жасмина и орхидей, магнолий и водяных лилий, бугенвиллий и гибискуса. А свежий аромат франжипани заполнил, казалось, весь остров.

Это была частичка нетронутой природы, скрытая от людских глаз мороком местного Духа, и только видящие, ведьмы и шаманы могут прийти сюда, если позволит сам Хозяин.

Их окружала волшебная сказка, героем в которой хотел бы побывать, наверное, каждый…

- Здесь чудесно, не правда ли? – спросила она Макса.

Мужчина скептически осмотрел красоту и хмыкнул.

- Ничего особенного.

- Ну, ты и зануда! – ответила она сердито.

Она демонстративно сняла с себя одежду, оставшись в ярком жёлтом купальнике.

Максимилиан смотрит на эту женщину и отмечал про себя, что она очень красивая. Длинные стройные ноги, тонкая талия, высокие и упругие прелести. Лицо очень милое; тёмные волосы она всегда собирала в высокий хвост, а спереди косая чёлка спадала на весёлые сияющие зеленью красивые глаза. Если б они встретились при других обстоятельствах, и если бы не её ужасный характер, Макс бы в неё непременно влюбился…

- Снимай с себя одежду, - сказала она Максу.

- Ты мне не дала купальные трусы, - процедил мужчина.

Лима в негодовании закатила глаза.

- Значит, будешь в обычных трусах или вообще их снимай. Нас здесь никто не увидит.

- Ты меня видишь, - буркнул Макс.

- Я тебя уже в каких только ракурсах не видела, - засмеялась Лима.

Макс словно ребёнок надул губы, но начал стягивать с себя футболку.

Шорты и сланцы помогла снять ему сама Лима.

Макс остался в обычных плавках. Не совсем обычных – дизайнерских.

Лима хихикнула про себя.

Небольшая гавань, что пустила их к себе была уникальна и Лима всем своим существом чувствовала целебную силу этого места.

- А теперь мы тебя сейчас спустим с кресла и ляжем с тобой в этот кратер, что омывается волнами. Я буду тебя держать, - заверила его Лима.

- Зачем? Мне и так неплохо, - недоумённо произнёс Макс. – И вдруг меня смоет волной в океан.

Лима засмеялась.

- При всём желании, но не смоет. Не бойся, Макс.

- Я не боюсь, - сказал он.

Лима подкатила кресло к самому кратеру, который выглядел, как чаша, наполненная кристально чистой водой и в это чашу набегали белоснежные пенные волны.

Это место манило Лиму сильнее с каждой секундой.

Она установила кресло на тормоза и, подхватив Макса под мышки, применив магию левитации, перенесла в воду.

Села и прислонила Макса к себе спиной, крепко обхватила его.

- Я удивлён, - вдруг сказал Максимилиан. – Ты перенесла меня в воду и даже не задохнулась от усталости.

- Пустяки, - отмахнулась Лима. – Лучше сейчас прикрой глаза, выкинь все мысли из головы и слушай.

Макс хмыкнул.

- Что слушать? Как бьются волны о камни? Неинтересно…

Лима легонько стукнула его по рукам.

- Ты хоть раз можешь сделать так, как тебя просят?

- Я привык сам давать всем указания и приказы, а не слушаться кого-то, - ответил он недовольно.

Лима досчитала до десяти и, успокоив свой гнев, произнесла:

- Просто закрой глаза Макс и послушай, что я тебе скажу.

Мужчина мгновение молчал, всматриваясь в синюю даль и вздохнув, ответил:

- Ладно.

- Вот и умница, Макс. Слушай.

Море, океан...

Миллионы голосов, запахов, прикосновений и переполняющих чувств, которым даже не даны названия.

...Тихий берег, песня волн, ароматы чувств, блики света и человек возрождается, чтобы вернуться в свою реальность и истреблять себя законами социума, бизнеса и прочей бесполезностью суеты... Чтобы на последнем выдохе сил, упав с вершины, сломав себя и убив мечту, вернуться к морю - молить его о воскрешении...

- Море равнодушно к людям. Взрослые и малыши, толстые и худые, бледнокожие и цветные – все они стремятся войти в целительную колыбель, совершенно не задумываясь, а нужны ли они морю? Ведь они его не слушают и не слышат. Не слышат, что оно порой шепчет…

В отличие от людей, крабы, мидии, рыбы, кораллы и другие его обитатели

- его дети, которых оно кормит, взращивает и оберегает.

Теряя своих детей, которые повстречались с человеком, море начинает плакать. Кутается в серые одеяния дождевых туч и стонет громовыми раскатами, а свирепые штормовые волны разбрасывают ненавистные морю корабли и лодчонки. И только солнце может утешить горе, приглаживая его воды ласковыми лучистыми прикосновениями.

А люди равнодушны к происходящему, они не слышат стонов моря, его просьб и молитв… Людям вообще свойственно быть равнодушными. Люди привыкли потреблять и ничего не отдавать взамен…

Но только те, кто услышит голос моря, поговорит с ним, того оно наградит своими дарами, подарит исцеление и навсегда будет считать своим ребёнком…

Слушай море Макс, слушай, что оно говорит и рассказывает…

И если тебе захочется ему сказать что-то в ответ – говори, море тебя услышит…

Макс слушал…

Этот шум, который поначалу казался слишком громким, вдруг стал очень ласковым…

Его посетила мысль, что неплохо бы остаться здесь... да. Быть рядом с морем, дышать, наполняться и насыщаться им, быть его частью, но не им самим... Море изменчиво, непостоянно, но… море преданно.

Максу казалось, что он может приручить его, познать и понять. Стать ему другом, но мгновение спустя море может обрушиться со всей своей силой, яростью и чувством. Оно не подпускает близко никого, у него нет друзей - только симпатии и только на мгновения.

У него нет времени, нет зла и нет добра. Оно вне понятий света, тьмы, справедливости, любви и мести. Оно просто чувствует, эмоционирует - и живёт сообразно этому. В этом вся его искренность и привлекательность. Пусть говорят, что «море коварно» или «море ласково», но Макс теперь знал, что море - всё и ничего, альфа и омега, друг и враг, начало и конец. И оно является самой большой загадкой, тайной, которая всегда останется нераскрытой и незабытой.

Мужчина лежал, закрыв глаза и не видел, как сияющая магия этого удивительного места и моря наполняли его целебной силой, очищали душу, смывали все сожаления, обиды, печали, оставляя чистый лист, на который он нанесёт новые чувства, новые эмоции. Начнёт новую жизнь.

Лима чувствовала себя чудесно и была очень довольна. Она мысленно снова обратилась к Духу острова и сказала ему: «Спасибо тебе…»

* * *

На следующее утро Лима дала Максу личное время, чтобы самостоятельно позавтракать и побриться. Только потом вошла в его спальню.

Вчера вечером они долго провели у моря. Оба молчали. Макс был серьёзен и было видно, что он усиленно о чём-то думает, размышляет, делает выводы…

Потом Лима отвезла его домой и при помощи Геннадия переложила в кровать и ушла, не сказав ни слова, дав ему возможность прочувствовать эмоции в одиночестве, которые обрушились на него после общения с морем.

А то, что общение получилось, Лима не сомневалась. Она повлияла на это. Обычному человеку такая щедрость была бы недоступна от такой мощной стихии, но к ведающим оно бывает порой благосклонно. Вчера как раз у моря было хорошее настроение и всё получилось.

И вот теперь она остановилась на пороге его спальни, не зная, что её ожидает на этот раз.

Увидев Лиму, Максимилиан не запустил в неё чайной чашкой, как обычно, а аккуратно поставил посуду на столик возле кровати и вежливо поздоровался:

- Доброе утро, Лима.

- Доброе утро. Ты хорошо сегодня спал?

- Часа в четыре были судороги в ногах.

- Тебе следовало меня позвать.

Она указала на специальную кнопку вызова, что находилась рядом с его рукой.

Он небрежно пожал плечами:

- Я воспользовался трапецией, чтобы переменить положение тела. Всё обошлось.

- Было сильно больно? – она подошла к мужчине и смахнула ладошкой крошки от печенья с его груди.

Вербицкий проследил за её рукой.

- Очень напоминало разрыв мышц, - ответил он тихо.

- Судороги случились в икрах? – поинтересовалась она деловым тоном, укатывая в сторону столик с посудой и доставая с полочек свои целебные мази.

- Они были в задней части бедра.

Лима кивнула.

- Ты теперь видишь прогресс, Макс. Ещё буквально неделя и ты начнёшь делать первые шаги.

После короткого молчания Вербицкий поднял на неё глаза и сказал:

- Почему ты раньше не дала мне хорошего пинка?

- Это когда у тебя весь зад в пролежнях? Ты считаешь меня таким жутким монстром?

Лима откинула простыню и принялась втирать свою мазь, добавляя к ней магическую силу. Сильные руки ведьмы разминали мышцы и суставы мужчины. Макс следил за её уверенными движениями. Вдруг уголки его чувственного рта изогнулись в подобие улыбки, но глаза оставались серьёзными.

- Я вёл себя ужасно. Прости меня.

Лима взглянула на него строго и ответила:

- Так и есть. И ты не дождешься от меня возражений.

- Откуда ты узнала о том месте? Море… Лима, вчера что-то случилось. Я думал, долго думал и размышлял что возможно я схожу с ума? Но нет. Я в трезвом уме…

Лима молчала, давая ему возможность собраться с силами и выговориться.

- Я слышал его голос… голос моря. Хорошо слышал, как тебя или кого-то ещё… Объясни мне, как такое возможно?

Лима перешла на другую сторону кровати, занялась второй его ногой. Она посмотрела на мужчину и сказала:

- А разве так важно, как это произошло? Главное, что тебе помогли.

- Море говорило! Чёрт! Я чувствую себя идиотом.

Он посмотрел на неё, ожидая увидеть усмешку, насмешку или признание его действительно идиотом, но нет, Лима была абсолютно серьёзной и внимательно смотрела на Макса.

Он сглотнул и нервно сжав простынь, продолжил:

- Море сказало, что я потерял себя, забыл, кто я есть такой…

- Оно сказало, что помнит каждого, кто хоть раз заходил в его воды и неважно, в каком месте это случилось. Я всю ночь слышал и слушал морской шёпот волн. Я слушал и вдруг ощутил мягкое покачивание, словно на волнах. И ещё чувствовал аромат бриза…

- Море ещё сказало, чтобы я смело доверял тебе во всём, потому что ты – ведающая. Что это значит?

Лима щёлкнула его легонько по носу.

- То и значит, Макс. Стихия привела твои мысли в нормальное состояние и уничтожила все сомнения, которые тебя одолевали, так ведь?

- Да, - ответил он.

- А это значит, что ты полон сил, энергии и твоё выздоровление произойдёт быстрее. Ведь самое главное - ты начал верить мне и в самого себя.

- Я владею этим домом многие годы, но я даже не подозревал о существовании того места, куда ты меня вчера привела, — заметил Максимилиан.

- Такие места не каждому взору открываются, - сказала Лима. – Знаешь, за то что сегодня ведёшь себя так хорошо и примерно я прощаю тебе то, что ты вёл себя как настоящий козёл. И потом, если бы ты сегодня вёл себя иначе я решила бы, что с твоей головой не всё в порядке.

- Лима, я боялся, что даже встав на ноги я никогда больше смогу быть с женщиной!

- Эх, вы… мужчины, — рассмеялась Лима. — Такие мужчины...

Макс фыркнул, но тут же посерьёзнел.

- Но я ведь смогу? У меня всё будет... работать?

Лима облокотилась руками о кровать и наклонилась над лицом мужчины, внимательно смотря в его глаза.

- Я тебе сказала, что после моего лечения ты будешь полностью здоров. Говоря полностью, я имею в виду не только ноги, но и его самого.

Она ткнула пальцев в нужном направлении и Макс широко ей улыбнулся.

- Это очень радует.

Теперь они засмеялись вместе и оба с удивлением поняли, что за этим разговором совсем неплохо провели время.

- Ладно. Пока не забивай себе голову. Подумай лучше о том, как сам сейчас пересядешь с кровати в кресло.

- Это невозможно, Лима... - Максимилиан обречённо покачал головой. - Я не смогу... Никогда не смогу...

- Разумеется сможешь. Ты всё сможешь, Макс.

Лима постаралась придать себе серьёзный вид.

- Так, Макс, сейчас я превращусь в сурового и беспощадного надсмотрщика.

Мужчина заворчал.

- Давай, садись.

- Даже в инвалидном кресле я никуда не смогу поехать.

- Сможешь. Гена сейчас находится внизу с плотниками и аквариумщиками. Тебе установят в комнате чудесный аквариум и не с псевдоморем, а настоящий морской. Понимаешь, о чём я?

Она заговорщицки подвигала бровями, отчего Макс снова рассмеялся.

- И плотники сделают настилы на все пороги в доме, во всех комнатах и ты сможешь кататься по всему дому и во двор.

- Ну, ты даёшь! И когда всё успела организовать? - присвистнул Вербицкий.

- Организует всё твой друг, Гена, я лишь даю ему задания, - улыбнулась Лима. – Так ты этого хочешь или нет?

Она стояла перед ним, заложив руки за спину и чудесный лиф её сарафана натянулся на высоких формах.

Макс мгновенно оценил её внешний вид. Очень привлекательный вид.

- Мне нравится, когда ты вот так скандалишь.

- Это ещё что! Тебе следовало бы посмотреть на меня, когда я по-настоящему разогреюсь.

Его глаза широко распахнулись от удивления, потом он прикрыл веки и мечтательно произнёс:

- Я не против познать твой огонь.

- Не сомневаюсь, - произнесла ведьма и подарила Максу обворожительную улыбку, но тут же стала серьёзной и заявила: — Но не сегодня.

- Тогда тебе следует быть поосторожнее.

- Поосторожнее?

- Я вижу очертания твоих округлостей...

У Лимы перехватило дыхание, но она постаралась не подавать виду, что он её будоражит такими откровенными разговорами.

- Это поможет тебе выбраться из постели? – спросила она томным голосом.

- Возможно. Давай попробуем? – произнёс охрипшим голосом Макс.

Он протянул руку к вырезу её платья, но Лима отвела его руку в сторону:

- Сегодня, Максимилиан, это дело в программе не значится. Не время ещё, совсем не время.

Мужчина наигранно печально вздохнул, но глаза выдали его – в них бушевала страсть и вожделение.

Лима почувствовала, что сама начинает гореть.

- Слушай, а давай, наконец делом займёмся? - сердито поинтересовалась она.

Он пожал плечами.

- Давай.

- Как твои руки и бицепсы?

Он недоумённо приподнял бровь.

- Всё прекрасно с ними… А что?

Лима коварно улыбнулась.

- Сейчас и проверим, сколько в них силы. Тебе придётся опираться на руки, чтобы приподнять всё своё тело и перенести его в кресло.

Макс серьёзно кивнул:

- Понял. Начинаем?

Глава 8

* * *

- Как твои руки и бицепсы?

Он недоумённо приподнял бровь.

- Всё прекрасно с ними… А что?

Лима коварно улыбнулась.

- Сейчас и проверим, сколько в них силы. Тебе придётся опираться на руки, чтобы приподнять всё своё тело и перенести его в кресло.

Макс серьёзно кивнул:

- Понял. Начинаем?

- Подожди Макс, - Лима, улыбаясь, взяла его за плечи и силой опустила на подушки. - Есть специальная техника.

Он фыркнул.

- Так чего ты ждёшь? Показывай скорее! - выпалил Вербицкий своим обыкновенным повелительным и властным тоном, от которого резвее начинал бегать любой персонал, выполняя работу, а у слабонервных начинался водопад горьких слёз.

Лима усмехнулась и показала ему язык, и принялась инструктировать.

Потребовалось почти полчаса, чтобы пересадить Макса с кровати в кресло. Они оба устали, взмокли, а Макс ещё и тяжело дышал.

- Я не уверен, что это стоит таких усилий, - он поднял на Лиму усталый взгляд. Прядь тёмных волос упала ему на взмокший лоб. Машинально Лима протянула руку и убрала её.

- Будет толк, Макс, тем более это ненадолго. Скоро ты и на ноги встанешь. А сейчас был всего лишь первый раз. Вспомни, как ты впервые вставал на горные лыжи или на доску для сёрфинга. Уверена, что тогда ты тоже говорил: «Не уверен, что это стоит таких усилий».

Макс согласно кивнул:

- На второй день я уже легко спускался с гор. А в сёрфинге после первой же тренировки поймал волну. Но скажу тебе по правде, что жаркая ночь оказалась единственным видом спорта, где я сразу понял, что дело того стоит.

- Ты весьма спортивный мужчина, я это сразу заметила. И неужели, плотские утехи всегда были для тебя только спортом?

Он посмотрел на неё удивлённо:

- Разумеется. Разве для тебя это не так?

- Абсолютно не так.

Их взгляды встретились. И прошло немало времени, прежде чем Лима прервала молчание:

- Ну-у… Раз ты уже в кресле, не отправиться ли нам на прогулку?

- Я не против, - он вальяжно откинулся на спинку сиденья.

И так как Лима не сделала ни единого движения, чтобы сдвинуть кресло с места, Вербицкий выжидательно поднял на неё удивлённый взгляд:

- В чём дело, Лима?

Она сузила гневно глаза.

- Если ты решил, что я буду тебя возить, то ты серьёзно ошибся.

- За три штуки зелёных в день ты должна тут летать и всячески меня ублажать, если я того захочу! – вдруг вспылил он.

- Ха! То есть ты проверил сумму моего гонорара, что перечислил мне Геннадий?

- Естественно, - раздражённо бросил он.

Она нахмурилась и сурово посмотрела на него:

- Я не простой человек, Макс и не одна из твоих служащих, которые спят и видят, как бы только ублажить требовательного и сурового босса.

Она упрямо сложила руки перед собой и добавила:

- Я возвращаю тебе здоровье. Здоровье, которое тебе не смогли вернуть никакие врачи даже за большие деньги. И сейчас не ты, а я босс. Всё уяснил?

Когда стало ясно, что Лима его не повезёт, Максимилиан прорычал:

- Тогда бери и показывай, как работает и двигается это чёртово кресло! И поехали уже... к чёртовой матери...

Лима демонстративно закатила глаза

- Снова маму вспомнил… - и подойдя к нему, начала показывать принцип работы кресла.

* * *

Лима и Макс вышли из дома. Точнее это Лима вышла, а Макс выехал в своём кресле.

Геннадий был рад видеть друга и наблюдать положительную динамику лечения. Не зря он обратился к этой Олимпиаде Миленькой. Как же он был сейчас рад, что есть эта женщина, сумевшая повлиять на Макса и более того, начала возвращать ему здоровье!

- Куда направляемся? – с энтузиазмом спросил Макс после того, как перебросился с другом парой слов.

- В джунгли, - улыбнулась Лима, надевая рюкзак.

Макс в неверии посмотрел на эту безумную женщину.

Лима тем временем мысленно обратилась к своему фамилияру.

«Фома, ты где? Я уже готова! Ты же хотел насобирать редких лягушек!»

«Иду-у-у! Бегу-у-у! Я никак не мо-уг найти свою кепку… Нашё-ул! Без меня не уходи!»

- Ты же не серьёзно? Ты же пошутила? – спросил её Макс.

- Я всегда говорю серьёзно. А в чём проблема? – спросила она недоумённо.

- В чём проблема? – хохотнул он. – Да ты спятила! В джунгли даже местные аборигены стараются лишний раз не ходить. Там же любая растительность и живность либо ядовитая, либо смертельно ядовитая! Ты что решила меня угробить таким образом?

Лима расхохоталась и похлопала Макса по плечу и пояснила:

- Макс, со мной тебе не грозит никакая опасность, уж поверь на слово. Никто тебя не отравит – ни растение, ни букашка, ни кто-то другой…

Вербицкий набрал в грудь воздуха, чтобы высказать этой сумасшедшей, что он думает о её глупой идее и что он никуда не поедет, но в этот момент выбежал радостный Фома. На спинке у кота был рюкзачок. На мохнатой голове кепка с прорезями для ушек. И были ещё надеты джинсовые штанишки, тоже с прорезью для пушистого кошачьего хвоста.

Макс, увидев её кота скривился, будто съел недозревший лимон.

- Лима, только не говори, что ты берёшь на прогулку своё чудовище!

Фома вздыбил в недовольстве усы и гневно махнул хвостом.

- Ты угадал, - сказала Лима с улыбкой. – Фома идёт с нами. И не смей называть его чудовищем.

- Он же потеряется в джунглях, - Макс стукнул руками по колёсам кресла.

- Ты переживаешь за моего кота? – удивилась Лима.

Фома тоже заинтересованно посмотрел на Максимилиана.

Тот только фыркнул.

- Ещё чего. Просто если твой кошак потеряется, ты не сможешь нормально меня дальше лечить! Я знаю, как вы женщины катаете истерики из-за своих пушистых тварюшек. Я требую, чтобы твоё животное осталось дома! Если ты сейчас же меня не послушаешь, я выкину это недоразумение из своего дома!

Лима сжала руки в кулаки. Магия заискрилась в её зелёных глазах.

- Да как ты смеешь? - прошипела она рассерженной кошкой.

Фома, разозлённый оскорблениями в свой адрес надулся, отчего стал похож на пушистый шарик и, не выдержав, рявкнул:

- Са-ум ты недоразумение! Избало-уванный, нево-успитанный, грубый и ужа-усный, преужа-усный челове-учишка! Имбецил!

Лима зло глянула на своего фамильяра, но было поздно. Она перевела взгляд на Макса. Объяснять мужчине сейчас что-либо бессмысленно, придётся стереть ему из памяти этот неловкий момент.

Макс выпучил глаза, открыл в беззвучном крике рот и сдавленно произнёс, тыкая пальцами обеих рук в Фому:

- Говорящий кот! Говорящий кот! Кот говорит! А-а-а-а-а!

- Идио-ут, - фыркнул в усы Фома.

Макс икнул и потерял сознание. Его голова упала на грудь, а руки безвольными плетьми опустились вдоль кресла.

Как же хорошо, что в этот момент никого рядом не было.

* * *

- Фома! – шёпотом рявкнула на кота Лима. – Вот что ты наделал? Мне придётся ему память стирать, а это знаешь, сколько сил требует!

«О-ун сам винова-ут! Мя-а-у-о-а-у!» - мысленно прокричал Фома, чувствуя за собой вину и одновременно обиду.

Лима почувствовала его эмоции и послала фамильяру волну нежности.

- Ладно, не обижайся. Просто больше так не делай. Ты же знаешь, какие люди нервные… И я бы не дала тебя в обиду, Фома.

«Знаю-ю-у… но не сдержа-улся… Он вообще-у странный. Са-ум говорит, что же-унщины переживают за своих пито-умцев и тут же гро-узится меня-у выбросить…»

Лима вздохнула.

Она проверила состояние Макса. Глубокий обморок.

Перехватила поудобнее ручки кресла и направилась вместе с Фомой и спящим мужчиной в джунгли.

Как только они оказались далеко от дома и лишних глаз, Лима применила заклинание, которое позволяет удалять из памяти ненужные и неудобные моменты жизни.

- Странно, - произнесла Лима.

Она сделала очередной пасс рукой, посылая магию и заклинание на Макса, но оно рассеивалось.

- Фома? - обратилась она к фамильяру.

Кот деловито обнюхал Макса, запрыгнул к нему на колени и приподнял лапкой одно его веко. Потом посмотрел озадаченно на Лиму.

- У на-ус про-ублемы… - вынес вердикт Фома. – Ты не смо-ужешь стереть ему память о себе и обо всё-ум, что касается тебя-у…

Лима в ужасе посмотрела на Макса.

- Он влюбился! - одновременно простонали Лима и Фома.

* * *

Максимилиан медленно приходил в сознание. Он слышал, как поют птицы вокруг, шелестит листва, звучит женский голос, такой знакомый и…

Макс тут же распахнул глаза и вцепился руками в своё кресло.

Так и есть, он находился в джунглях.

Мужчина переводил настороженный взгляд с Лимы на кота, с кота на Лиму. Макс понимал, что он не сошёл с ума, и ему не привиделось, и не послышалось – кот говорил! По-настоящему!

- Кто ты? – задал он один-единственный вопрос женщине, которая смотрела на него со сложенными руками.

- Ведьма, - ответила она. – Я – ведьма. Настоящая. Летаю на метле, варю зелья, а для твоего лечения применяю магию. И у меня имеется фамильяр – Фома.

Макс как-то обречённо хмыкнул и покрутил головой, словно ища спасения у диких растений.

- Ты чего мне голову морочишь? Я знал, что ты чокнутая! Сбежала со своим котом из цирка уродцев?

- Мо-ужно я его немно-уго поцарапаю? – поинтересовался Фома у своей хозяйки.

Макс нервно дёрнул руками и сжал челюсти. Он привык контролировать всё и вся, а тут происходит что-то, что не поддаётся его осознанию!

- Тебе придётся поверить и дать мне магическую клятву, что не будешь трепаться об этом знании, - печально произнесла Лима.

Она грустно подумала, что её матушка будет очень и очень сильно гневаться. Ведь Максу теперь не стереть память, никак не стереть.

- Я. Тебе. Не верю, – отчеканил мужчина. – И требую вернуть меня домой, а тебе убраться прочь и далеко от меня. Я обойдусь без твоего чёртового лечения.

В его глазах застыло непонимание, страх и раздражение.

Лима вздохнула и, проделав несложный пасс рукой, призвала свою метлу.

Прямо из воздуха материализовалась метёлка - красивая, расписная, да с глянцевым покрытием…

Лима любовно её погладила и под изумлённым мужским взглядом запрыгнула на неё и вознеслась в небо.

Макс подумал, что только что весь мир его перевернулся с ног на голову…

- Ну? Что-у балбес сидя-учий, теперь веришь? – поинтересовался у него Фома весьма деловитым тоном.

Максимилиан посмотрел на шарообразного кота в кепке и как-то безумно хохотнув, задал риторический вопрос:

- И чем же это меня опоила эта ..., что у меня появились слуховые и зрительные галлюцинации?

Фома произвёл движение рука-лицо при помощи своей лапки и сказал:

- Ты непробиваемый ба-улбесина! Нет никаких галлюцинаций! И сам ты ...!

Как раз вернулась Лима и лихо спикировав на метле, спрыгнула прямо перед Максом.

- Убедила? – спросила его Лима, поправляя выбившиеся из хвоста волосы.

Вербицкий хмуро спросил:

- Это был розыгрыш? Или всё-таки у меня галлюцинации?

Фома издал нервный смешок, а Лима недоумённо посмотрела на мужчину и сказала:

- У тебя нет галлюцинаций, Макс. Всё происходит прямо здесь и сейчас, в самом деле и в том виде, что ты видишь и слышишь.

- Я тебе не верю. Это плод моей фантазии. Однозначно, у меня галлюцинации.

- Я-у сейчас сам устрою тебе-у галлюцинации! – воскликнул Фома и вздыбил на загривке шерсть.

- Погоди, - сказала остановила его Лима.

Она плавной походкой приблизилась к Вербицокому и облокотившись о его кресло, низко наклонилась, отчего вырез её топа оказался прямо перед носом у мужчины. Приблизила своё лицо к его и коснулась губами плотно сжатых мужских губ.

Против поцелуя ведьмы не сможет устоять ни один мужчина. Не смог и Макс.

И уже через мгновение их губы слились в страстном поцелуе, исполняя наполненный обжигающей страстью танец.

Макс притянул Лиму к себе, заставив её сесть на свои безвольные колени, и запустил руку в копну её густых волос.

Он гладил её шелковистые волосы, пальцами с нежностью обводил правильные черты её лица.

- Кхе! Кхе! – раздалось недовольное покашливание Фомы. – Лима, я всё-у понимаю, что-у у него совести нет, но у тебя-у!

Ведьма прервала поцелуй и спустилась с мужских колен.

Взгляд Макса был поддёрнут дымкой желания, страсти и блаженства. Лима потрогала свои припухшие губы и улыбнувшись, спросила:

- Теперь-то ты убедился, что всё происходящее - реальность?

Макс протёр лицо руками и с каким-то священным ужасом на лице произнёс:

- Чёрт возьми! Ведьмы существуют!

* * *

Когда они возвращались домой Фома и сама Лима готовы были придушить Макса.

Он вытрепал ведьме и её фамильяру все нервы. Засыпал вопросами о ведьминском сообществе, об их обычаях, магии, истории, затронул финансовую и социальную сторону их жизни!

Замучил Фому вопросами, как он может вставать на задние лапки и ходить спокойно? Почему он умеет читать и писать? Как устроена его физиология в таком случае… И многое другое.

В итоге сбор трав, цветов и лягушек превратился для Лимы и Фомы в настоящую пытку. Только Макс находился в хорошем расположении духа. Он всё приговаривал:

- Удивительно! И как люди ничего не замечают?

Хорошо, что он легко дал ведьме клятву о неразглашении её сути и Фоме.

Макс продолжал сыпать и сыпать вопросами, в итоге ведьма попросила его составить список этих самых вопросов, а сейчас просто помолчать, иначе она применит магию.

Буквально в десяти метрах от дома у Лимы неожиданно зазвонил телефон. Ну как неожиданно… просто прозвучавшая мелодия была особенной.

- Домамкался, - мрачно изрёк Фома.

Лима обречённо посмотрела на входящий звонок и под любопытным взглядом Макса приняла вызов.

Если не ответить, то однозначно будет хуже.

- Привет, мам...

- Привет-привет! У тебя всё хорошо? – раздался низкий женский голос, обволакивающий собеседника словно тяжёлый бархат.

Это была особенность старшей ведьмы, так как она, ведьма любви. Но только на Лиму и других ведьм эта особенность не действовала, а вот Макс наоборот, начал прислушиваться.

- У меня всё отлично, мам. Сейчас нахожусь у пациента, - с нажимом сказала Лима, намекая матери скорее завязывать разговор.

- Не знаю, что там за пациент у тебя, но только больно часто меня вспоминали в последнее время. Я ещё тут карты на тебя разложила… В общем, не нравится мне ситуация, что сейчас происходит в твоей жизни. Лима, доченька, ты случаем не влюбилась?

- Нет! – поспешно ответила Лима. – Мама, давай поговорим позже. Я сейчас очень занята и…

- Ты где сейчас находишься территориально? – прервала её мать.

- Э-э-эм… На Бали, - с опаской ответила Лима. Скрывать нет смысла, так как мама в любом случае легко узнает её местоположение.

- Бали! Это же просто замечательно! Не зря мне Виола позавчера предсказание сделала, чтобы я купила новенький купальник и приготовила отпускной чемодан! – обрадовалась ведьма старшая. – В общем, так дочь! Сейчас в твоей жизни происходит какая-то любовная суета и я не могу оставить тебя на произвол судьбы! Я должна увидеть этого субъекта собственными глазами. Не хватало ещё, чтобы моя дочка влюбилась в какого-нибудь мерзавца! Да и генофонд его надо проверить…

- Мама! – в панике воскликнула Лима. – Не нужно никуда приезжать! Слышишь меня?!

- Всё, доча, целую. Жди. Скоро буду.

- Нет! Мама! Стой! – закричала в телефон Лима, но ведьма уже отключилась.

Фома пошевелил хвостом из стороны в сторону, дёрнул ушками.

- Что-у? Беда-у? Да? – спросил он.

Лима посмотрела на Фому, потом на Макса и прикрыв на секунду глаза, чтобы успокоиться, сказала:

- У нас ОГРОМНАЯ проблема. Моя мама через пару часов будет здесь.

- ЧТО-У???!!! – воскликнул Фома и даже подпрыгнул. – Только-у не это-у! Она же привезё-ут с собой свою гадкую кошку!

Макс недоумённо почесал затылок и спросил:

- А что страшного-то?

Лима истерично засмеялась.

- Сам скоро увидишь и узнаешь. Я только тебя прошу, нет, даже умоляю... не вздумай говорить моей маме о том, что ты знаешь о нас ведьмах.

Глава 9

* * *

Мать Лимы, Елена Алексеевна прибыла через четыре часа после разговора с дочерью.

Для неё заранее был приготовлен отдельный гостевой домик, так как Лима не желала, чтобы её мать находилась рядом с её пациентом.

С неё станется проверять его всевозможные прошлые, настоящие и будущие «возможности»…

Кхе-кхе, надеюсь понятно о каких «возможностях» идёт речь.

Геннадий был в недоумении, для чего приезжает её мать, да ещё и со своей живностью, но лишних вопросов задавать не стал. Надо – значит надо. Главное прогресс есть в лечении его друга, хоть и странные у неё порой методы, но результат виден невооружённым глазом. Макс даже внешне выглядеть стал лучше!

Возвращаемся к ведьме Елене, матери Лимы.

Прибыла она к ужину. Вышла из ниоткуда на брусчатую дорожку, что вела к дому, а за ней следовали четверо местных жителей острова Бали и несли тяжёлые чемоданы.

Лима, Макс и Геннадий находились на террасе.

В доме завершали установку специальных покрытий для кресла Макса, чтоб ему было легко перемещаться в пространстве, а в его спальне уже практически установили и заполнили живностью морской аквариум.

И вот когда Макс и Геннадий пригубили прохладный лимонад, в этот самый момент в поле их зрения и попала чудо-женщина.

Мужчины одновременно поперхнулись напитками и разинули рты, вдобавок выпучили глаза… Только капающей слюны не хватало.

Лима только демонстративно закатила глаза.

Лежащий на её коленях Фома фыркнул и прикрыл лапкой рот, чтобы не засмеяться в голос.

Кстати, Фома очень не любил кошку Елены Алексеевны, точнее, он её боялся.

А тем временем, походкой от бедра в алом длинном шифоновом платье, что было выполнено наподобие сари, приближалась к дому, словно царица, золотоволосая женщина невиданной красоты.

Рядом с ней шагала чёрная, как сама ночь, большая, гибкая гладкошёрстная кошка. Её глаза сверкали, будто два разноцветных драгоценных камня – один глаз янтарный, другой – небесно-синий.

- Очуметь! – выдохнул Геннадий, не отрывая восторженного взора от прекрасного видения. – Лима, это... твоя мама?

- Да, - мрачно ответила Лима. – Рот прикрой только, а то жаба туда запрыгнет.

Геннадий со стуком закрыл рот и даже покраснел от смущения. Он встал со своего места и быстро помчался встречать приближающуюся к ним женщину.

Макс тоже прикрыл рот и посмотрел на Лиму. Она его предупредила об особенном врождённом флёре своей матери.

Ведьма любви – это вам не просто так.

- Я немного ошарашен, - сказал он. – Ты хоть и предупредила, но я всё равно не ожидал, что твоя мать Такая!

Лима вздохнула.

- Главное, не поддавайся на её провокации.

Макс хмыкнул.

- Поверь, они будут,

Геннадий уже ворковал с матерью Лимы и что-то восторженно ей говорил. Елена заливисто смеялась и кокетливо хлопала длинными ресничками.

«Похоже Генке пришё-ул криндык», - резюмировал Фома, передав Лиме свою мысль. – «Как бы у тебя-у сестрё-унки не появило-усь».

Лима улыбнулась.

«Если появится сестрёнка, я буду только рада. Мама хоть переключится с меня на неё».

Фома промолчал.

И вот мама подошла к дочери.

- Привет, мама.

- Здравствуй, моя дорогая.

Троекратный поцелуй в воздух, объятия и Лима представила матери своего пациента, Максимилиана Вербицкого, а ему - свою маму.

Ведьмина чёрная кошка, тем временем, обошла людей и приблизилась к Фоме.

«Ты как всегда-у всё-у такой же толстячо-ук», - промурлыкала кошка по имени Африка. – «Тебе-у не помешает диета».

«Тебя-у забыл спросить…» - фыркнул Фома, отвернув от неё свою мордочку.

«Мы не виделись почти шесть месяцев. Чему ты-у научился, после нашей встречи? Твой уровень подро-ус?»

«Подрос, подрос…» - ответил Фома, содрогнувшись.

Он боялся Африку. Эта кошка была такой мудрой и древней, сменила так много хозяев и сама уже не помнила сколько ей лет – сотен или тысяч. Единственная в своём роде магическая кошка-фамильяр, которая не погибает вместе со своим хозяином, а живёт дальше.

Она сама выбрала себе ведьму – Лимину маму и она многому её научила.

А ещё Африка очень любила учить Фому. Только уроки у неё порой бывают жестокими.

Фома содрогнулся, когда она коснулась его своим хвостом.

* * *

Елену Алексеевну и её кошку обустроили в гостевом домике. Заселением прекрасной мамы Лимы занялся Геннадий, который в буквальном смысле пускал слюни на красивую женщину.

Лима только вздыхала. Её мама такая МАМА. Всегда в своём репертуаре – она обожает, когда мужчины сходят по ней с ума. А ещё этот её флёр.

Как только Елена разбросала свои вещи при помощи магии по местам, она тут же направилась в дом к своей дочери. Ведьму неизменно сопровождала Африка.

«Фома-у не повы-усил свой маги-уческий уровень», - доложила Африка ведьме.

«Так в чём проблема? Подтяни его! У моей дочери должен быть лучший фамильяр!» - ответила ведьма.

«Лучше-у меня-у всё равно-у не станет», - промурлыкала кошка.

Елена рассмеялась.

Они вошли в дом. Её дочь показывала своему пациенту способы передвижения в кресле по специально установленным для него покрытиям.

Фома вертелся рядом с Лимой.

Геннадий как только увидел вошедшую женщину, тут же взял её под ручку и повёл показывать дом и местные окрестности. Об этой услуги его попросила Лима и Геннадий был очень рад побыть гидом у такой восхитительной женщины.

Елену увидели и другие жители дома – повариха Ивара и Руслан. У обоих раскрылись рты.

Испытал шок и домовой Кусь-Кусь.

«Две ведьмоськи в доме! Сьто твориться! Сьто твориться! Я сямый-сямый сцястливый домовой!»

Домовёнок бестелесным духом носился по дому, чтоб его не увидели люди и радовался!

Ведьма добрая в доме – это счастье, уют и здоровье! А две добрые ведьмы – это всё то же самое, но в двойне!

Когда Лима и её мама остались наедине в комнате ведьмочки, Лима не хуже рассерженной кошки зашипела на мать:

- Ты зачем приехала? Мама ты мне работу можешь застопорить!

Елена Алексеевна грациозно опустилась в кресло и накручивая локон на палец сказала:

- Не переживай. На этот раз я пакостить не буду. Согласись, что тот твой пациент грубо со мной обошёлся. Я не прощаю оскорблений.

Африка фыркнула и посмотрела на Лиму своими разноцветными глазами. Фома жался к ногам своей ведьмы и старался казаться незаметнее.

- Я посмотрела на твоего Макса магическим зрением… между вами протянута нить судьбы. Ты нашла своего мужчину и на первый взгляд у него отличный потенциал – ведьма от него получится сильная.

- Мама! – воскликнула Лима. – Я всё знаю! Только прошу, не вмешивайся! Поклянись!

Елена Алексеевна опасно сверкнула своими глазами и произнесла:

- Клянусь, вмешиваться не стану…

«Клятву отклоняю и не возвращаю», - произнесла мысленно Африка, снимая со своей ведьмы бремя клятвы.

Об этой особенности Африки никто не знал, кроме Елены. Даже её дочь не в курсе. Этот дар помог Елене во многих делах.

- Хорошо, мам, - выдохнула Лима. – А теперь скажи мне, зачем ты притащила с собой столько чемоданов?!

Ведьма старшая рассмеялась.

- Три чемодана мои. В одном - магический инвентарь, а два чемодана принадлежат Африке.

Фома зафыркал. Девочки есть девочки. Даже древняя Африка любит прихорашиваться…

* * *

Когда в свои права вступила ночь, Лима помогла Максу принять ванну, уже в открытую пользуясь магией. Она переносила его тело при помощи левитации.

Мужчина только удивлялся и восхищался. Немного посетовал, что он так не может. Ещё он серьёзно задумался над списком вопросов для ведьмы. У него было что у неё спросить, ведьма ведь так знает много о сотворении мира и тайнах…

Фома был всё время рядом. Он старался не попадаться на глаза Африке. Не нужна ему наставница, он и сам всё умеет и знает!

Лима тем временем нанесла на тело Макса свою мазь, втирая её кончиками пальцев, попутно разминала его мышцы.

- Как тебе аквариум? – спросила она его. – Ты ничего не сказал. Нравится или нет?

В аквариуме неспешно плавали в своих естественных условиях рыбы, креветки-лекари, рыбки-хирурги и еще довольно много других видов морских обитателей.

Морской аквариум отражал красоту тропических рыб и морских рифов. Он завораживал и вызывал восхищение, как и само море.

- Очень красиво, - серьёзно ответил Макс. – Я благодарен тебе. И прости меня за моё свинское поведение…

Лима улыбнулась.

- То-то же, - хмыкнул Фома. – Ведьму зли-уть – себе-у дороже…

Теперь хмыкнул Макс.

* * *

Когда все обитатели дома находились в объятиях Морфея, в распахнутое окно второго этажа на метле влетела ведьма Елена.

В этой комнате спал Максимилиан.

Елена находилась под пологом невидимости и тишины. Впереди ведьмы на метле восседала, словно царица, чёрная как сама ночь, кошка Африка.

«Домового усыпила?» - поинтересовалась Елена.

Африка обижено стрельнула глазами на свою ведьму.

«Я не дилетант», - ответила она.

Елена кивнула, обходя по периметру комнату Макса и рассматривая обстановку. Потом подошла к самому мужчине и небрежно сдёрнула с него простыню.

«Хм… Неплохо сложен», - прокомментировала кошка, запрыгнув на торс мужчине и вглядываясь внимательно в его безмятежное лицо.

«Как думаешь, Лима сильно рассердится?» - с усмешкой поинтересовалась ведьма, заинтересовано разглядывая спящего мужчину.

«Если ты вмешаешься, то процесс выздоровления пойдёт быстрее. Ты окажешь им услугу», - ответила Африка.

«О!» - вдруг воскликнула Елена. - «Рика, погляди на его чакру свадхистану! Она просто великолепна! Даже совершенна! Но сейчас заблокирована из-за его проблем со здоровьем…»

«Я тебе о чём и говорю», - мурлыкнула кошка. – «Прокачай её, только не перестарайся, а то Лима точно догадается и разозлится».

«Хм…»

Елена провела ладонью над расположением чакры мужчины и открыв магическое зрение, наблюдала, как её любовная магия, чистая энергия наполняет и пробуждает заблокированную часть энергетического тела мужчины.

«Жаль, я не могу восстановить и другие его чакры...» - вздохнула ведьма.

Кошка спрыгнула на пол.

«Ничего, твоя дочь на это способна. Теперь она быстрее его поднимет на ноги. Помни, что если у Лимы родится дочь к пяти тысячелетней вальпургиевой ночи – она унаследует и твои, и Лимины магические возможности, помимо своих уникальных, что ей подарит мир».

«Это было бы замечательно! Ведьма с магией целительства и любви!»

«Вот поэтому и следует поторопиться. И расскажи своей дочери об этом. Я думаю, она тоже захочет сильную дочь».

«Ой», - вдруг испуганно сказала Елена. – «Кажется, я перестаралась…»

Африка недовольно махнула хвостом.

«Теперь Лима поймёт, откуда ноги растут! Я же говорила тебе-у, чтобы была аккуратней!»

«Не ори! Сама заболтала меня!» - раздражённо ответила ведьма. Она не любила, когда что-то выходило не так.

«О, Геката! У него же теперь Он стоит как камень! И это будет всю ночь и весь день!»

Африка шевельнула усами.

«Делаем ноги! Лима разозлится!»

«То есть, совсем делаем ноги?»

«А ты думаешь, твоей дочери понравится этот результат?» - фыркнула кошка, показывая лапкой на дело рук ведьмы.

Елена сделала губки бантиком, а потом хитро улыбнулась.

«Я думаю, что я всё сделала правильно, Рика. И предлагаю прямо сейчас улететь на соседний остров, чтоб переждать бурю по имени Лима и вернёмся дня через три, посмотрим, что получилось».

«Полетели ведьма!»

* * *

Ранним утром Лиму разбудил настойчивый стук в дверь.

- Ммм… - промычала она, не раскрывая глаз.

- Ну что-у за-у люди? С утра-у пораньше будя-ут нас… - недовольно пробурчал Фома, переворачиваясь на другой бок. – Та-ум Руслан к тебе-у стучится…

Лима тут же распахнула глаза и подскочила с кровати.

Быстрый взгляд на часы – четыре утра.

Она накинула на себя полупрозрачный халат и распахнула дверь.

Руслан стоял перед ней в смешной пижаме и переминался с ноги на ногу.

- Что случилось? – спросила она.

Руслан указал пальцем вверх.

- Хозяин стонет громко. Я проходил мимо и услышал его. Хотел войти, а он заорал, чтобы его никто не беспокоил и не входил, иначе голову открутит. Он очень-очень злой… Наверное, опять судороги.

Она нахмурилась.

«Очень странно», - подумала Лима. – «У Макса не должно быть никаких судорог. Я перед сном сделала ему расслабляющий массаж и смазала тело целебной мазью. У него, наоборот, должно быть всё хорошо и даже появиться чувствительность в ногах».

Когда они подошли к комнате Вербицкого, тут же раздался стон, наполненный страданиями.

Лима сильнее нахмурилась, взялась за дверную ручку и махнула Руслану, чтоб уходил.

- Я сама справлюсь. Если что-то понадобиться - позову.

Руслан кивнул и быстро ушёл. Лима тут же отворила дверь и очень тихо вошла внутрь. Представшая перед ней картина была просто невероятна.

Лима даже разинула рот в удивлении.

Простынь, что укрывала Макса, небрежно валялась на полу. Подушка под его головой взбилась и была похожа на комок, а сам мужчина был покрыт бисеринками пота.

Лима знала, что является великолепным целителем, но ещё ни разу не было таких побочных эффектов и явлений, чтобы у пациентов начиналась такая яростное набухание отвердение органа.

Максимилиан уже устал орудовать рукой и не знал, как убрать эту утреннюю неожиданность, которая начинала приносить ему невыносиму боль.

- Макс? - тихо позвала его Лима.

Он открыл глаза и простонал:

- Я конечно рад, что у меня всё прекрасно снова работает... Но... ты не могла бы… Чёрт! Ты же ведьма! Я не могу достичь разрядки, мне кажется, у меня сейчас всё взорвётся. Боль ужасная… Лучше бы я ещё раз испытал судороги, чем это…

Он говорил прерывисто, сильно морщась от боли. И никакого стеснения не было, Максу действительно было очень больно.

- Как давно это началось? – спросила она и отодвинула его руку от органа.

«Какой Он красивый», - промелькнула у неё мысль.

- Часа два назад… - простонал он, стиснув зубы. – Сделай же что-нибудь…

«А что сделать-то?!» - в панике задала она сама себе вопрос.

- И ты два часа пытаешься… э-эм, ну того?

- Да! – воскликнул он.

Лима сосредоточилась и перенастроила зрение на магическое, руками начала водить возле Него.

«Вот же гадство! Мама!» - рассвирепела Лима.

Магию своей матери она не спутает ни с чем!

Вмешалась всё-таки, хотя поклялась, что не будет! Она прокачала его спящую чакру раньше положенного времени!

«Урою!» - подумала она.

Своими действиями её мать активировала парасимпатическую нервную систему, что привела к подобному эффекту. И снять это можно только естественным путём!

«Ну, мама!» - прорычала про себя Лима.

Она убрала руки и мрачно посмотрела на Макса.

- Говори… всё плохо?

Лима вздохнула.

- Я помогу тебе, Макс. Только закрой глаза, пожалуйста и не открывай, пока я не закончу.

Он издал лишь один-единственный звук:

- О-о-о…

Лима тяжело вздохнула и уперла руки в бока.

- Глазки закрывай уже.

Массаж расслабляющий сделаю, чтобы высвободить заряд энергии.

- Жаль, - сказал Макс и послушно закрыл глаза.

«Ну, мама!!!»

После её манипуляций, Максимилиан практически потерял сознание, но зато получил нереальное наслаждение и долгожданную разрядку.

* * *

Она обтёрла Макса влажным полотенцем и укрыла. Мужчина сладко спал, приоткрыв немного рот. Лима вздохнула и погладила его по щеке.

Полюбовавшись на безмятежно отдыхающего Максимилиана, она тихо вышла из его комнаты и, сжимая-разжимая кулаки, направилась в домик матери.

Лима сейчас была похожа на рассерженную фурию. Глаза сверкали ядовитой зеленью, лицо было хмурым, губы сжаты в тонкую линию. Она шла размашистым и чётким шагом.

Но как и предполагала Лима мать её смылась с места преступления. Она обошла весь домик – вещи матери и её фамилияра были на месте. Значит, она сбежала на недолгое время – переждать гнев дочери.

«Но ничего мамочка, так просто я это не оставлю! Вмешиваться в мою работу, да ещё оставлять такие сюрпризы после себя… Да это ни в какие ворота!»

Она вернулась и зашла в свою комнату, где раздавался тихий храп Фомы.

Лима подошла к котику и разбудила его.

- Ну? Что-у такое? – недовольно спросил Фома, приоткрыв один глаз и хмуро взглянул на Лиму.

Но стоило ему увидеть, в каком состоянии его ведьма, тут же взвился в своей кровати и, вскочив на задние лапы, передними лапками обхватил лицо ведьмочки и спросил:

- Что-у случило-усь? Пожа-ур? Кто-то умер? Скажи-у, что это Африка-у лапы откинула-у!

Лима обняла своего фамильяра и зарылась лицом в его шелковистую шёрстку, подключилась к нему и мысленно протранслировала недавнее событие.

- Какой кошма-ур! – заорал Фома.- Ведьмочка-у моя несчастная! Что-у же тебе пришло-усь-то сделать!

Он начал ходить взад-вперёд на задних лапах, а передние заложил за спину и рассуждал вслух:

- Это всё-у её кошка драная виновата! Это-у только она-у могла придумать! Озабоченная дре-увность! Я ей хво-уст оторву и усы-у обрежу, а уши ба-унтиком завяжу! Это же надо такое придума-уть!

Лима рассмеялась.

- Чего ты-у смеёшься? Твоя-у мать смогла-у клятву обойти! Я думаю, в этом тоже Африка-у замешана!

Лима прекратила смеяться.

- Ты прав. Это уже не смешно.

Она вздохнула.

- Как только мама вернётся, будем сразу же гнать и её, и Африку. Нечего в мою работу лезть со своей любовной магией!

- Да! Да! Да! Надерё-ум им уши! – радостно запрыгал Фома.

Лима снова рассмеялась и посмотрела на часы.

- Можем ещё часик поспать, а можем пойти и пособирать травок, что скажешь?

- Некоторые травки только утром и надо-у собира-уть… И слизь лягушек…

- Тогда собирайся. Идём за травками и слизью.

Глава 10

* * *

Прошло два дня.

Лимина мама не возвращалась, чему сама Лима и её Фома были рады.

Геннадий грустил и говорил, что такой женщины как Елена никогда не встречал и желал, чтоб она скорее вернулась.

Фома на его слова изображал рвотный рефлекс, когда Геннадий этого не видел.

Макс каждый день тренировался на специальных тренажёрах.

Лима делала ему массаж и втирала в его тело свои мази.

О небольшом происшествии, что случилось два дня назад оба не вспоминали. Точнее, вспоминали, но не говорили об этом.

Лима и Макс по-прежнему нередко цапались, как кошка с собакой, но их отношения в корне изменились.

Он по-прежнему ругался и называл её бесчувственной ведьмой, которая без всякой на то причины заставляла его проявлять чудеса выносливости и терпения, подвергая подчас невыносимо болезненным испытаниям.

Она по-прежнему осыпала его ругательствами и называла слабохарактерным богатым нытиком, которому в первый раз за всю его волшебную жизнь пришлось преодолевать невзгоды.

Макс говорил, что какая Лима к чёрту ведьма-целительница, если совершенно не умеет ладить с пациентами.

Лима говорила, что Макс просто бесится, когда ему противоречат.

Он говорил, что она издевается над ним.

Она говорила, что он постоянно ноет.

И так продолжалось уже два дня подряд...

Но зато дело шло на лад.

Макс однозначно ей верил. Он прислушивался к её словам и советам, когда Лима упрекала его в том, что он недостаточно старается и не концентрирует на упражнениях всё своё внимание. И он не возражал, когда она говорила, что он перестарался и ему пора немного отдохнуть.

- Разве я тебе не говорила об этом? — Лима массировала его стопу, безжалостно выворачивая её в стороны.

- Я ещё не готов танцевать танго.

- Но ты ведь уже чувствуешь ногу.

- Конечно, когда ты выламываешь мне большой палец! Лима! Мне больно!

- Зато ты чувствуешь, — Лима перестала выворачивать ему ногу и требовательно взглянула ему в лицо, ожидая подтверждения.

- Да, я почувствовал ногу, — признал Макс и ему не удалось скрыть довольную улыбку.

- И всего за одну неделю, — гордо добавила она. — Ты молодец, Макс. Сегодня же дам задание Гене, чтобы заказал параллельные брусья. Очень скоро ты сможешь стоять между ними.

Его улыбка увяла.

- Боюсь, что не смогу этого сделать.

- То же самое ты говорил и о других тренажёрах и об инвалидном кресле, вспомни. Когда ты, наконец, перестанешь спорить со мной?

- А ты?

И застонал от боли, когда ведьма согнула ему ногу в колене и потом с силой выпрямила.

- Не раньше, чем ты начнешь ходить.

- Если ты будешь и дальше носить такие облегающие платья, я не только пойду, я - побегу. Догоню тебя, и тогда держись, ведьма!

- Обещания, обещания! – фыркнула Лима.

- Кажется, я просил тебя одеваться скромнее.

- Мы же на Бали, Макс. Не будь занудой. Тем более, я ведьма и априори не могу одеваться скромно. Теперь ты упрись в мою руку ногой, а я буду оказывать тебе сопротивление. Вот так. Чуть сильнее. Отлично!

- Жесть, - выдохнул Макс сквозь стиснутые зубы. Он следовал инструкциям Лимы, пытаясь укрепить мышцу икры. - У тебя вся спина красная, ты обгорела. Неужели не можешь убрать своей магией эту красноту?

- Ты заметил?

- А как я мог не заметить? Ты же мне демонстрируешь своё тело при каждом удобном случае. О чём мы там говорили?

- О том, почему я не уберу покраснение со спины. Хорошо, Макс, отдохни немного, потом повторишь ещё раз. Да ладно, нечего мне строить рожи. Давай ещё разочек.

Лима завела этот безобидный разговор, чтобы отвлечь его от боли.

- Я обгорела, потому что вчера днём заснула возле бассейна. Моя магическая мазь сняла боль, а покраснение уйдёт уже к вечеру. Так что всё хорошо.

- Так вот за что тебе платит Гена? Чтобы ты спала возле моего бассейна? Лима! Это неприемлемо! И мне всё равно, что ты ведьма!

- Разумеется, мне не за это платят! — возразила она и после эффектной паузы добавила: - Я ещё и купаюсь в твоём бассейне.

Макс наградил её мрачным взглядом и нажал ступнёй на её ладонь.

- Хорошо, Макс, очень хорошо. Ещё раз.

- Ты же сказала, что это последний.

- Я солгала.

- Бессердечная ведьма.

- Трусливый нытик-богатейка.

Всё шло просто замечательно.

Потом она делала Вербицкому массаж.

Он расслабился и ведьму это радовало. Ему на самом деле пришлось несладко этим утром, и теперь его мышцы подрагивали от усталости.

- Теперь нам надо перевернуться. И прошу, избавь меня от стонов. Ты можешь это сделать.

Макс перевернулся, помогая себе руками. Он пересел с массажного стола в кресло, потом из кресла в кровать, и Лима лишь чуть-чуть ему помогла.

- Вот так. На сегодня мы закончили, - объявила она, когда Макс опустился на подушки. - Тебе что-нибудь нужно? Скажи, пока я не ушла.

- Да. Есть кое-что, что ты могла бы для меня сделать, - произнёс он с хитрой улыбкой и озвучил своё пожелание.

Несмотря на собственный весьма острый язык и ядовитое остроумие, Лима покраснела.

- Этого не повторится, Макс. По крайней мере пока ты не встанешь на ноги.

- Но ты же уже делала мне...

- Тебе было больно и сам себе ты помочь не мог.

Она фыркнула и повернулась уже, чтобы уйти.

- А кто только сейчас интересовался, не нужно ли мне что-нибудь?

Лима обернулась.

- Я имела в виду воду, фрукты, журнал, пульт от телевизора и так далее и в этом роде.

- В таком случае, нет, спасибо, мне ничего не нужно.

- Хорошо, позже увидимся.

Лима снова повернулась, чтобы уйти.

- Ты торопишься? Собираешься куда-то?

- Хочу съездить в город и пройтись по магазинам.

- Зачем?

- Мне нужны кое-какие вещи.

- Что за вещи?

- Для личного пользования и моей магии.

- Например?

- Рррррррр….! Всё, я ухожу. Скоро увидимся. Не скучай.

- Ты полетишь на метле?

- Нет, машину мне дал Гена.

- Я поеду с тобой.

Лима покачала головой:

- Мне придётся много раз останавливаться. Ты устанешь раньше, чем у меня появится желание вернуться назад.

- Нет, я не устану.

- Устанешь.

- А как же я?

- А что с тобой такое?

- Как долго тебя не будет?

- Не знаю, Макс. Три-четыре часа, может больше… - Лима уже начала терять терпение. - И какое, собственно, это имеет значение? Мы же выполнили программу на сегодня.

- Ты не можешь вот так взять и уйти, - остановил её Макс. - Ты можешь мне понадобиться.

- Гена или Рус сделают для тебя всё, что будет нужно. Чао-какао!

- Лима!

- Ну что ещё?! - она снова повернулась к мужчине. На её лице отчетливо читалось нетерпение.

- Не убегай.

Макс сменил тактику. Он больше не сердился, он умолял:

- Пожалуйста, возьми меня с собой. Я буду слушаться тебя.

- Со мной едет ещё и Фома.

- Я разве не говорил, что обожаю котов! – улыбнулся он во все тридцать два зуба.

* * *

- Лима-у! Я не хочу к нему на колени-и-и! – проныл Фома.

- Тогда поедешь на заднем сиденье, - развела руками ведьма.

- Не хочу-у-у! – снова заканючил кот. – Заче-ум ты вообще его-у с собой берёшь? Пусть до-ума сидит! Он инвалид вообще-то.

- Может лучше тебя оставить дома? – огрызнулся Макс.

- Да ты вообще-у молчи! – обиделся Фома. – Заче-ум привязался-у к на-ум? Сиде-ул бы дома…

- Вот сам дома и сиди, - буркнул Макс.

- Я вас сейчас обоих дома оставлю! – рыкнула Лима.

Фома и Макс замолчали и только недовольно переглянулись.

- Ла-удно, - смиловистился Фома. – Уговорили. Только-у держи меня-у крепче.

Фома запрыгнул на колени к Максу и Лима наконец-то смогла сесть за руль.

Она плавно выехала со двора особняка и направилась в город.

В салоне играла приятная музыка.

Макс и Фома молчали, только угрюмо смотрели в окно.

Лима украдкой увидела, как Фома недовольно ёрзает в руках мужчины, а тот специально дёргает его за шерсть.

- Прекрати-у портить мою шёрстку! – воскликнул Фома. – Лима-а-а! Ска-ужи ему!

- Я тебя не дёргаю! Ты сам ёрзаешь, всё никак место найти не можешь – сиди смирно!

- Так! Или едем в тишине, или я сейчас развернусь и высажу вас. Будете оба сидеть дома!

Они снова замолчали и слава Гекате, больше не ворчали и не ныли.

Доехали до города без происшествий.

Лима въехала в довольно грязный и бедный переулок и остановилась у двери с ободранной краской и надписью на фасаде «Мотылёк».

- Мотылёк? Серьёзно? – шокировано спросил Макс.

- А что такого? – пожала плечами Лима. – Не смотри, что тут всё так страшненько. Внутри совсем по-другому. Зато любопытствующие туристы сюда точно не заглянут.

- Но это же самый злачный район на всём острове! Здесь можно получить всё запрещённое!

- Знаешь по собственному опыту? – с усмешкой спросила его Лима. – Здесь находится скрытый от людских глаз магический магазин.

- Не смешно, Лима. Я сейчас в том состоянии, когда не смогу тебя защитить, в случае чего! И мне плевать, что магазин магический!

Фома проделал жест лапа-морда и покачал головой.

- Во-ут, заче-ум ты взяла с собой этого остолопа?

Макс на его высказывание побагровел. Только что пар из ушей не повалил.

Лима ему улыбнулась и сказала:

- Макс, ты забыл, кто я?

- Нет, - сказал он, всё ещё багровый от злости.

- И не забывай никогда. Я накинула на всех нас полог невидимости и тишины. Нас никто здесь не увидит. И большая просьба – хватит кричать на всех.

- Я не кричу! – воскликнул он и тут же замолчал под ехидным взглядом Фомы.

- Подождёшь нас тут или с нами? – спросила Лима.

- Я тебя одну не отпущу. Магия магией, а место здесь всё равно опасное.

- Ты та-ук и скажи, что тебе-у страшно оставаться одному, - съехидничал Фома.

- Фома! – погрозила пальцем Лима.

Макс только фыркнул.

Лима достала кресло из багажника и при помощи левитации перетранспортировала мужчину с пассажирского сиденья в кресло.

- Макс, запомни: всё что ты сейчас увидишь или услышишь – не плод твоих фантазий, а реальность. Просто не паникуй и веди себя прилично.

- Со-умневаюсь, что он будет вести себя-у прилично. Ведь ему не знако-умо это слово.

- Я кому-то скоро хвост прищемлю, - процедил Макс.

- В посте-уль тебе-у блох насыплю, - не остался в долгу Фома. – Или налысо-у побрею, пока-у ты будешь спать. Я много чего-у умею, в отличие от некоторых…

- Прекратите оба. Ну, сколько можно? Как малые дети! – возмутилась Лима.

Она вкатила Макса внутрь пустого помещения.

- И где магазин? – удивился он, не наблюдая ничего, кроме старых обшарпанных стен, мусора, надписей граффити и аромата обезьяньей мочи.

- Имей терпение, Макс.

Лима подошла к стене и постучала по ней. Она стучала, отбивая кулачком определённый ритм.

Прошло несколько секунд и стена пошла рябью. Появилась дверь – массивная, деревянная и добротная. Дверь отворилась и Лима взяла за ручки кресло Макса и покатила его внутрь. Фома следовал за ними.

Сначала на Макса обрушилась темнота, но глаза быстро привыкли и он услышал странный разговор.

Повернулся к говорившим и изумился ещё больше.

- Тем не менее… ты не поверишь, чего можно добиться при помощи саранчиного помёта, – говорил человеческим голосом... муравьед!

И определённо он говорил на незнакомом для Макса языке, но он понимал муравьеда!

- Это довольно многофункциональный компонент, - заметила серая крыса.

- Но кто же захочет подобное нюхать? – отвечала муравьеду и крысе белка.

Макс зажмурился, открыл глаза и сделал вдох и выдох. Потом почесал затылок. Главное, не сойти с ума.

Он стал оглядываться дальше.

Обстановка внутри оказалась довольно занятная. Три молодые и красивые женщины сидели в плетёных гамаках из лозы, подвешенных к потолку перед очагом и кушали какой-то салат.

Неровный пол выглядел так, будто его сплели из древесных корней – длинных извилистых корней, которые образовывали вполне прочную поверхность.

На стене красовалась коллекция старинного оружия: в основном там были потускневшие мечи, но попадались и довольно необычные орудия, например шипастая палица, трезубец или алебарда.

В центре комнаты висел улей из прутьев и воска, сияющий от светляков, которые кишели внутри и вокруг него.

Многочисленные полки были заставлены всевозможной непонятной Максу дрянью – какие-то сухие цветы и насекомые, баночки с переливающимися жидкостями, книги в старых переплётах, которые вот-вот рассыпятся пылью и многое-многое другое.

«Невероятно», - подумал он и сглотнул, когда на него уставились три пары одинаковых ярко жёлтых женских глаза.

- Ведьма! Ты привела в нашу обитель человека?

- Так они связаны, ты только глянь! Между ними проходит нить судьбы!

- А какой он хорошенький! Ты посмотри на его потенциал! Вот бы дочку от такого родить!

Фома вздыбил шерсть и встал впереди Макса.

«Лима-а-у! Что-то-у эти ведьмы чересчур активно-у эманацируют на нашего-у Макса-у!»

«Да сама вижу, как эти кошёлки губу раскатали!» - раздражённо ответила ему Лима.

Она подошла к ведьмам и произнесла ритуальную приветственную речь – вежливо и достойно, сдерживая себя и свою силу, хотя хотелось оттаскать ведьм за их космы.

Ведьмы ответили и ей, но потом вновь переключили своё внимание на мужчину.

- Где ты такого хорошенького нашла?

- А может, с нами поделишься? Доченьку хочется!

- Дура старая! Связь нужна! Связь! Ты только посмотри – они же связаны!

Одна ведьма из троицы надула пухлые губы:

- Жизнь строга к нам и несправедлива.

- О нет, Маришка! Не заводи свою нудную философию! Достала уже! – заорала на высоких нотах одна из ведьм, а другая дёрнула эту самую Маришку за волосы.

Макс хотел было уже перекреститься. Похоже, предложение остаться в машине было хорошей идеей, да поздно. Эти ведьмы больше походили на психически больных, сбежавших из клиники - такие же безумные взгляды и крики. Если бы он не знал о ведьмах, то так бы и решил, глядя на них.

Лима прокашлялась, возвращая к себе внимание.

- С чем пожаловала, ведьма? – поинтересовалась, очевидно, старшая из них.

- Мне нужна кора тысячелетнего дерева Пикабу, лепестки Тамбак Раджи, собранные в день солнцестояния и мешочек коконов бабочки Птицекрыла, - перечислила Лима.

- Хм... недурно, – прокомментировала средняя ведьма, та, что звалась Маришкой.

- Плата какая? – спросила третья, что дёргала Маришку за волосы.

- Два грозовых бутылька, - назвала свою цену Лима.

«Грозовые бутыльки» - это так называемые зелья, в которых ждёт своего часа магия грозы. Откроешь бутылёк – и гроза обрушиться на то место, где его открыли. Одного пузырька хватает на три грозы. Грозу поймать сложно, но у Лимы дома хранится много таких пузырьков, так как её подруга – погодная ведьма и они часто менялись зельями.

- Ого!

- О-о-о…

- Какая редкость!

В один голос воскликнули ведьмы.

- Сейчас соберу твой заказ, - наполненная радостью, сказала старшая ведьма.

- Возьми ещё саранчиного помёта, - порекомендовал Лиме муравьед.

- Вы рекомендуете? – поинтересовалась у него Лима.

Муравьед важно кивнул.

- Сам собирал. Свежий и отменного качества.

- Хм… - задумалась Лима.

«Не вздумай бра-а-уть!» - заверещал Фома. – «Он вонючий!»

«Зато какой полезный ингредиент, Фома! Ты только вспомни курс «Отходной Магии». Отходы жизнедеятельности насекомых закрепляют любые зелья, направленные на укрепление результата на постоянной основе».

«Ведьма-а-у! И почему ты у меня-у целительница-у? Вечно-у со всякой вонючкой работаешь!»

- Ещё заверните мне грамм пятьдесят саранчиного помёта, - попросила Лима.

Муравьед довольно оскалился.

* * *

- Ты серьёзно? – брезгливо поинтересовался Макс и посмотрел на недовольного Фому. – А ты что молчишь? Скажи, чтобы не брала с собой никакого помёта!

- А что-у я? Она меня не слушает! – надулся шариком Фома. – Целительница-у, что с неё возьмёшь... У них вечно всякая дрянь в хозяйстве пригодиться может.

Макс посмотрел ТАКИМ многозначительным взглядом на Лиму и сказал:

- Даже не вздумай покупать и везти в мой дом какашки саранчи!

- Помёт! Саранчиный помёт! – исправил его муравьед и приблизился к Максу, отчего тот убежал бы в крике, да не мог.

Муравьед был страшненьким, да ещё и говорящим!

- И вы не правы, уважаемый человек мужской половины земного населения, называя помёт какашками.

Макс как-то нервно хихикнул и посмотрел уже умоляющим взглядом на Лиму.

Фома запрыгнул на колени к Максу и сказал ему:

- Не бойся. Он не кусается. И мы тебя в обиду не дадим!

- Да я и не боюсь…

- Ага, ага… - съязвил кот.

Зато ведьмы с удовольствием следили за Максом и его поведением.

Одна другой шепнула:

- И всё-таки хорошенький он. Сладкий. Пахнет так вкусно... Нам бы такого в хозяйство.

Другая ведьма тяжело вздохнула.

- Давай сегодня приворотного зелья наварим и пойдём в клуб. Развеемся!

- Ммм… Я согласна!

Лиме уже весь этот цирк порядком надоел и, наконец, вышла из подсобки третья ведьма и всучила Лиме объёмный холщовый мешочек.

Лима развязала его, чтобы проверить содержимое.

- Здесь вместо лепестков Тамбака Раджи лежат лепестки Гибискуса, – процедила Лима, сверкнув зелёными глазами на ведьму.

- Да-а-а? – протянула удивлённо ведьма и захлопала недоумённо глазками.

Две другие навострили ушки и сунули свои носы в мешочек, потом переглянулись и посмотрели на свою сестру, что собирала товар.

- Очевидно, ошибочка вышла, - пропела она. – Сейчас поменяю.

Лима сощурила глаза и сказала:

- Смотри, не ошибись во второй раз.

Ведьма остановилась и медленно развернулась, тоже блеснула своими глазами и сказала:

- Осторожнее с выражениями, ведьма. Ты не на своей территории.

Лима сложила руки на груди и склонила голову набок.

Ведьма хмыкнула и ушла в подсобку.

«Вот же-у драная кошёлка! Решила-у нас обмануть! Проклянё-ум!» - разъярился Фома.

«Да не говори, Фом. Совсем оборзели. Своих уже обманывают и ещё угражают!»

«Бо-ульше не пойдё-ум к ним», - сказал Фома.

«Конечно не пойдём. Мало того, что на моего Макса слюни пускают, так ещё и обмануть хотели».

Две другие ведьмы попереглядывались и вернулись к поеданию своего салата.

Макс почувствовал, что в помещении как-то стало трудно дышать, воздух уплотнился и даже запахло озоном.

«Что происходит?» - подумал он и вопросительно посмотрел на Фому, поигрывая бровями.

- Что ты бровями машешь? Я не понимаю… - пробубнил кот.

Макс вздохнул и прошептал:

- Как-то атмосфера изменилась, чувствуешь?

Фома хмыкнул и прошептал в ответ:

- Ещё-у бы. На-ус обмануть хотели, а не получилось. Вот ведьмы и расстроились. А расстроенная ведьма-у испускает тяжёлую энергию. Вот она-у и давит. Но мы уже скоро уходим отсюда-у.

Макс почесал макушку. Как-то ему всё это не нравится. На свежий воздух хочется и подальше от всех этих ведьм, и их жутких фамильяров.

Его только устраивает Лима и её Фома. Всё.

Больше он никого видеть и знать не намерен.

Вернулась ведьма и передала Лиме необходимое. На этот раз всё было правильно.

Лима оплатила своё приобретение грозовыми бутыльками и, произнеся ритуальную прощальную речь, удалилась вместе с Фомой и Максом из магазина.

Когда они покинули магическое пространство ведьмы посмотрели друг на друга и средняя сказала:

- Посмотрела на мужчину и тоже захотела себе такого же сладенького.

- Тогда надо найти.

- Я предлагаю слетать сегодня в клуб и найти для себя по сладкому мужчинке. Проведём ночь весело!

- ДА! - крикнули ведьмы и захлопали в ладоши.

- Ох. Ведьмы, ведьмы! Совсем тронулись умом, лучше бы искали «своих» мужчин для продолжения рода, - пробурчал муравьед.

Белка только лапками развела.

* * *

В остальное время прогулки никаких происшествий не было. Даже Фома и Макс были хорошими мальчиками – не спорили, не ругались, кажется, даже начали симпатизировать друг другу.

- Лима, неужели все ведьмы такие… - Максимилиан взмахнул руками, показывая жестом своё возмущение. – Даже слово подобрать не могу!

- Ха! Тебе-у повезло, что-у Лима не такая, как многие! Она-у ещё молодая и смотрит на жизнь немного по-другому, чем другие ведьмы.

- Спасибо, Фомочка, - улыбнулась она своему фамильяру. – Видишь ли, Макс, определённый вид дара накладывает свой отпечаток на характер и поведение. Я работаю с людьми долго и много и неважно, что у них проблемы со здоровьем. А многие ведьмы работают только с природой со стихиями и они не очень жалуют людей. Те ведьмы, которых ты видел – это сёстры, они стихийницы. Работают со стихией земли и как ты уже понял с людьми не очень хорошо контактируют.

- М-да, - хмыкнул он. – А ещё этот их жуткий муравьед. Брррр…

- Между прочем очень вежливый и галантный муравьед в отличие от его хозяек.

- Знаешь, я, конечно очень впечатлён и даже немного дезориентирован от того, что всё-таки магия и ведьмы реальны и существуют. Может, будь я моложе, то прыгал бы от счастья, а сейчас мне как-то не по себе от этого знания и хочется держаться подальше. Я готов общаться с тобой и Фомой, но других знать не желаю. И хорошо, что твоя сила никаких последствий, кроме моего возвращённого здоровья не несёт.

Макс высказал своё пожелание немного резко и пылко, но Лиме его винить в этом не было нужды.

Она переглянулась с озадаченным Фомой и тяжело вздохнула.

- Что? – спросил её Макс.

- Со-увсем ничего-у, - протянул Фома и накрутил усы себе на коготок.

- Ты что-то не договариваешь… - подозрительно произнёс он. – Я чего-то не знаю? Меня ждёт какой-то неприятный сюрприз?

Фома и Лима одновременно вздохнули.

- Та-а-а-к, - протянул он. – А ну быстро выкладывайте.

Снова вздох.

- Понимаешь… Как бы это мягче сказать… - произнесла медленно Лима.

- Говори как есть! – начал злиться Вербицкий.

- Ты тон-то свой поумерь, мя-а-уо-а! – рявкнул на него Фома.

- В общем, помнишь про наш уговор в самом начале лечения? – спросила она его, плавно ведя машину на крутых поворотах.

- Да, - сухо ответил он. – Подожди. То есть про ребёнка – это правда? Не шутка?

В его голосе появились истеричные нотки.

Фома взглянул на него как на умалишённого.

- Ты совсе-ум бум-бум? Ты же-у сделку с ведьмой заключи-ул, балда! Конечно-у всё правда! Или ты думал, что она шутки шутит?

Лима взглянула на него тоже снисходительно.

- Макс, ты же мне столько раз делал интересные предложения, забыл? Так вот, когда ты будешь снова ходить и бегать – тебе придётся показать мне свои… хм, «способности»…

- Это совсем другое! Это… это же… Я не готов стать отцом! Лима! НЕ ГОТОВ!

- Во-ут балда-у балдо-увская! Чучундра-у ко-унченная! – разозлился на него Фома.

- А кто сказал, что ты будешь отцом? Ты мне дашь ребёнка и гуляй, Вася, как говориться. Дочка будет только моя. Родится-то ведьмочка. Тебе с ней не справиться.

- ЧТО?! Ты ещё и ребёнка себе забрать хочешь? Так не пойдёт, Лима! Моя дочь или сын – это моя дочь или сын!

- Ты же-у сказал, что-у не гото-ув стать отцом? Или у тебя-у раздвоение ли-учности?

- Фома, помолчи! – рявкнул на него Макс, не сводя злого взгляда с Лимы. – Ведьма! Никакого ребёнка не будет! Поняла?

Лима резко нажала на тормоз, отчего Макс едва успел опереться руками на автомобильную панель и не удариться. Зато Фома улетел на пол с громким «Мя-я-а-а-в-ф-ф!»

Лима крепко сжала руль и повернулась к Максу.

Мужчина хотел было отругать её за резкое торможение, но прикусил язык, так как ведьма была очень зла.

Нет, не так. В ДИКОЙ ЯРОСТИ!

Её глаза полыхали зелёным огнём, атмосфера в машине накалилась и воздух стал плотным. Её волосы развивал магический ветер. Магия струилась и была практически осязаема. Это было страшно красиво!

- Лима-у! Я ушиб свой хво-уст! – заныл Фома, запрыгивая обратно на колени к Максу и тоже резко замолчал, увидев в каком гневе его ведьма. – Ой! Что-у сейчас буде-ут!

- Ты. Заключил. Со мной. Магическую. Сделку, – произнесла она по слогам и чуть порыкивающим голосом. - И если не выполнишь её условие, то тебя ждёт…

- Смерть? – съязвил Вербицкий.

Ведьма как-то зло усмехнулась и от её улыбки Макс внутренне содрогнулся.

Она покачала головой.

- Кое-что похуже. Всё моё благое дело обернётся против тебя страшными муками и страданиями. Ты снова станешь инвалидом, Макс и уже тебя никто не сможет вылечить, ни люди, ни ведьмы, никакая магия, даже я не смогу. Твоё тело будет умирать медленно, будет уродовать тебя день за днём до самого твоего конца…

- Прекрати! Я понял, понял! Чёрт тебя побери, ведьма! Свалилась ты на мою голову!

Лима ничего не сказала в ответ, лишь рывком завела автомобиль и тронулась в путь.

Макс пыхтел, дулся, злился, но молчал. Он уже понял, что с магией шутки плохи. Не верить ей он не может. Он немного узнал её. Лима не из тех женщин, кто будет лгать или говорить приукрашенную правду, она скажет «в лоб» всё как есть.

- Хорошо, - сказал он и его голос прозвучал как гром среди ясного неба, так как в салоне машины до этого стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь звуком шин, что неслись по гладкому асфальту.

- Будто у тебя есть выбор, - произнесла безэмоционально Лима.

- Но почему именно такая плата? Почему я? – не унимался Макс.

- Потому что ты – моя вторая половинка. Моя судьба.

Глава 11

* * *

Вернувшись домой Лима помогла Максу переодеться и в полнейшем молчании собралась уже уйти, как вдруг с силой и ловкостью, изумившими Лиму, Макс протянул руку, схватил её за запястье и притянул к себе.

От неожиданности она неловко плюхнулась к нему на колени. Он обхватил её руками.

- Что ты делаешь?!

- Что я делаю? — серьёзно переспросил он. — А ты не догадываешься? Я собираюсь поставить на тебе моё клеймо! Ведь мы половинки одного целого, ты сама так сказала. И мне нет причины не верить тебе…

От этих слов сердце у Лимы затрепетало, но она сурово посмотрела на Макса.

- Прекрати, Макс. Ты можешь навредить себе. Такая импульсивность тебе не на пользу.

- Я действовал совершенно не импульсивно. Я думаю о тебе на протяжении всех тех дней, что ты находишься здесь…

- О чём это ты? – Лима спросила так, словно не поняла о чём идёт речь.

Максимилиан просто взял и поцеловал её.

Да, он умел целоваться.

Отвечая на его голодные стоны Лима вернула ему поцелуй. И тут же спохватилась. Она оторвалась от его жадных губ.

- Нет, Макс. Пока нельзя.

- Можно. Я разрешаю.

Его ищущие губы коснулись её шеи и двинулись ниже.

- Нам всё можно… Тем более, я хочу, чтобы наша дочь получилась прекрасной…

- Прекрати сейчас же! Это не входит в систему занятий. Вербицкий! Я на работе, вообще-то!

- Зато это входит в мою систему. Ты же ведьма, тебе должно быть наплевать на мнение окружающих. На работе ты или нет, кому какое дело…

Он рывком разорвал лиф её топа и припал губами к нежной коже.

Лима всхлипнула. Этот звук мог означать и удовольствие, и сожаление, и чувство вины. Или сочетание всех трёх чувств сразу.

- Макс, пожалуйста, остановись. Слишком рано. Просто нельзя. Ты не понимаешь, что делаешь…

Она попыталась оторваться от себя его голову.

- Всё я понимаю! - рявкнул он.

- Я тоже хочу, но слишком рано… Да пойми же ты!

- Как мне приятно слышать, что ты хочешь меня… Ох, Лима, ты чертовка, а не ведьма. Моя чертовка, моя ведьма.

И снова сладкий поцелуй.

Лима застонала от наслаждения:

- Макс, потерпи, пожалуйста…

Он не обратил никакого внимания на её слабый протест, продолжая соблазнение.

- Ты такая сладкая, - бормотал он.

Пальцы Лимы скользнули в густую шевелюру мужчины. Она собиралась оторвать его голову от себя. Но она так и не смогла на это решиться. Огонь желания, страсти опалял, лишал воли, она почувствовала прилив тепла, принесший ей сладкую и невыносимую боль.

- Есть кодекс ведьм, - простонала она. – Мы не можем вступать в близкий контакт до тех пор, пока работаем. Ты – мой пациент, Макс. И пока не встанешь на ноги – нам нельзя… Иначе, меня ждёт суровое наказание...

Его губы снова завладели её ртом.

Лима положила руки ему на плечи. На Максе рубашка была расстёгнута. Его кожа, знакомая ей даже на ощупь была тёплой и гладкой. Ей так хотелось обвить руками его шею и прижаться самой, но она устояла перед этим искушением. Нельзя!

Она оттолкнула мужчину и рывком встала.

Не говоря ни слова и с профессионализмом, на который только была способна, она встала за его креслом и толкнула её вперед к кровати и помогла Максу перебраться в неё. Как только он устроился на подушках, она взглянула ему в глаза.

- Ты – мой мужчина. Во всех смыслах. Но быть вместе нам можно будет только после того, как ты встанешь на ноги. Запомни это.

- Моя ведьма, - произнёс он с улыбкой. - Я всё понял. Поставь уже скорее меня на ноги! Ведьма ты или нет?

Лима рассмеялась и поцеловав его в лоб и с улыбкой покинула его спальню.

* * *

- Доброе утро Лима. Ты в купальнике? – удивился Макс, пересаживаясь в кресло.

- Да. После утренней гимнастики и массажа мы идём к бассейну. Хочу поплавать.

Глаза Макса заинтриговано загорелись и он хитро улыбнулся.

- А может без купальника поплаваешь? Порадуешь мой взор? Ты же можешь сделать себя невидимой для чужих глаз?

- Могу, но не буду, - она шлёпнула его по руке, когда он потянулся к её нижним формам.

- Лучше давай хватайся за трапецию…

Спустя тридцать минут…

- Лима, иногда я тебя ТАК сильно ненавижу, - простонал Макс и перенёс с тренажёра своё тело в кресло. - Я больше не могу... Не могу и не хочу…

- Ты мне тоже дорог, Макс. И ты - большой молодец. А сейчас давай-ка ты попробуешь встать.

- Что? Но я не могу!

- Можешь, Макс. Ты всё можешь.

Она подошла к нему со спины и положила ладони ему на виски.

- Закрой глаза и отпусти свои страхи. Вспомни, как ты бегал, ходил, прыгал, плавал… Вспомни очень подробно все эти ощущения… Вспомни, как твоя стопа твёрдо ступает по земле и как работают твои мышцы…

- Помню… - выдохнул он. – И так хочу снова ходить…

- И обязательно пойдёшь… Не открывай глаза, а медленно поднимай своё тело на руках и вставай на ноги…

Макс продержался на ногах ровно семь секунд и рухнул обратно в кресло.

- Я стоял! Лима-а-а-а! Я стоя-а-ал! Я хочу снова!

- Нет! - остановила она его.

- Но почему? Ты же сама видела! Меня ноги держали!

- Макс, ты мне веришь?

- Верю.

- Вот и верь сейчас. Этого было достаточно. Это невероятный прогресс, но больше нельзя. Давай-ка перебирайся на кровать, надо размять твои мышцы и втереть мазь.

- Диктаторша, - пробубнил Вербицкий. Но в его голосе не было раздражения или злости. В нём слышались предвкушение и радость. - Моя диктаторша.

Лима рассмеялась.

- Твоя, твоя…

И тут, дверь распахнулась, являя перед Максом и Лимой взъерошенного и взволнованного Фому.

- СОС! Твоя мать вернулась!

* * *

Лима сделала массаж Максимилиану и нанесла на его тело свою магическую и целебную мазь и только потом, едва сдерживая свой гнев направилась в домик своей матери.

Фома шёл следом, мысленно посылая Африке и ведьме старшей мыслимые и немыслимые кары.

«Я их в гусе-униц превращу! Я их крокоди-улам скормлю! Африку на сумочку пущу!»

Лима ворвалась в домик и с порога воскликнула:

- Как ты могла так поступить?! Ты же дала мне магическое обещание, что не будешь вмешиваться в мою работу!

- О! Дочь моя! Как я рада тебя видеть. А что кричим? Подумаешь, небольшой сюрприз для твоего мужчины оставила.

- Сюрприз?! Мама! Ты совсем что ли повернулась на своей любовной магии?

- Мужика-у ей надо-у, а то совсем от рук отбилась и уже-у всяких коше-ук драных слушает, - изрёк Фома.

- Замолчи-у, неуч мордатая, - произнесла Африка, которая возлежала на подушках, словно царица.

- Ха-ха! – воскликнул Фома. – Как ра-уз ты и показала свой уровень знаний, старуха-у!

- Шшшш! – зашипела Африка. Она вздыбила шерсть, засверкала глазами, словно самоцветами и выпустила длинные и острые когти.

- Рика! Прекрати, дорогая! Мы не будем ссориться, тем более мы сами виноваты.

- Конечно, виноваты! - всплеснула руками Лима. – Мама! А если бы ты больше выплеснула своей магии и она бы коснулась и меня? Ты понимаешь, что было бы тогда?

- Ты бы соединилась со своим мужчиной. С Максимилианом… - мрачно произнесла Елена Алексеевна.

- Вот именно! А я ещё не выполнила свою работу! Меня бы наказали! Лишили бы магии! МАМА! Меня. Бы. Лишили. Магии. На неопределённый срок. Ты понимаешь?!

Женщина подошла к своей дочери и крепко её обняла.

- Прости меня, дочка. И знай, я никогда бы не навредила тебе. Никогда. Даже использовав больше обычного своей магии, я бы ни за что не подвергла бы тебя опасности. Просто знай это. А твоему мужчине это нужно было, я видела. Поверь мне.

- Мама. Я тебя конечно люблю. Но я тебя умоляю, больше никогда не смей влезать в мою работу. Иначе я не ручаюсь за себя!

- Поняла, поняла! – подняла руки Елена Алексеевна. – Клянусь, что больше не буду.

- Лима-у… Клятва-у… - напомнил ведьме Фома.

- Точно! Клятва! А ну-ка, расскажи-ка мне, моя любимая мамочка, как это ты обошла клятву?

- Ой, - прикрыла рот ладошкой ведьма старшая и покосилась на Африку.

- Не «Ой», а рассказывай.

Ведьма рассмеялась и сказала:

- Хорошо. Слушай.

* * *

- Почему ты мне раньше не сказала, что Африка обладает такой чудесной особенностью? – сокрушалась Лима. – Я же твоя дочь, а не случайная прохожая!

Африка и Елена Алексеевна переглянулись.

- Прости дочка, но есть некоторые вещи, которые не стоит тебе знать… Это было только во благо.

Лима лишь рукой махнула. Её мать в своём репертуаре. Порой она напоминала Лиме не зрелую женщину, а сопливую девчонку! Всё же долгая жизнь накладывает свой отпечаток на личность.

«Просто-у мужика-у ей надо-у», - мысленно и на полном серьёзе сказал Лиме Фома. – «И тогда-у дурь из головы-у выйдет. И Африке надо. А то-у слишком умная…»

«Наверное, ты прав, Фомочка. Совсем они уже с катушек слетели. Не дай Геката моя мать станет такой же дурной, как те ведьмы из лавки!»

«Ох! Свят! Свят! Свят!» - мысленно воскликнул Фома. – «Она-у итак у тебя-у иногда странная».

- Лучше скажи, Лимочка. Твоему Максику понравился мой сюрприз? – с предвкушением поинтересовалась ведьма старшая.

Лима скривила нос.

- Не называй его так. И в наказание за твой поступок я ничего тебе не расскажу.

- Лима! Не поступай так с матерью! Давай-ка рассказывай и в подробностях!

- Нет, - упрямо ответила она матери. – Вот и мучайся догадками теперь. Фомочка, пошли. Нас Макс ждёт. Будем купаться и загорать у бассейна.

- Ура-у! – воскликнул Фома.

- Будь потише-у, а то своими криками привлека-уешь излишнее внимание, - недовольно произнесла Африка.

- Разуй глаза-у, старушка или очки-у надень! Здесь кроме ведьм никого-у нету! – немного грубо и вполне заслужено ответил ей Фома.

- Манерам тебя никто-у не учит, глупый кот, - фыркнула Африка. – Не зря тебя Фомой обозвали. Это-у имя отражает твою глупую суть!

- Африка! – грозно воскликнула Лима. – Мама укажи своей кошке её место! Я не позволю обижать Фомочку!

- Рика! Не обижай фамильяра моей дочери!

Фома обижено выпятил нижнюю губу и грустно прижав ушки к голове, пошёл на выход.

- Да ладно вам, - вновь фыркнула вальяжно Африка. – Пошутила-у я…

- Шутка шутке рознь, - недовольно сказала Лима: – Я тебя мам, конечно люблю, но всё таки я здесь на работе и…

- Я тебя поняла, - улыбнулась Елена Алексеевна. – Прости за Рику, у неё иногда бывают дни плохого настроения. Мы сегодня же улетаем, точнее прямо сейчас, так как меня вызывают. Нужна моя помощь в одном деле.

Лима счастливо улыбнулась. Фома тоже облегчённо выдохнул. Как же хорошо, что эти две ненормальные сваливают.

- Я хочу пожелать, чтобы твой Макс скорее выздоровел и пошёл на своих ногах и вы с ним заделали прекрасную ведьмочку! Я так хочу внучку!

- Может быть, ты лучше родишь ещё одну дочку и выйдешь замуж, а, мам? – раздражённо спросила её Лима.

- Ты что! Какое, замуж? – воскликнула Елена Алексеевна. – А дочку ещё одну хотела бы, да вот только мужчины подходящего нет…

- А мой отец?

Ведьма нахмурилась.

- У него уже есть своя собственная семья, Лима. Да и времени прошло слишком много. Наша связь оборвалась, я проверяла.

- Ясно, - вздохнула Лима. – Тогда пока, мам.

- Пока, дочь.

Ведьмы обменялись поцелуями и объятиями и когда Лима ушла, Елена Алексеевна очень серьёзно произнесла:

- Не упусти свой шанс, дочка.

* * *

Лима подтянулась на руках, села на бортик бассейна, где мягко плескалась голубоватая вода и потянулась за большим махровым полотенцем. Вытираясь, она чувствовала, как Макс её разглядывает.

Солнце ярко светило высоко в небе. День был великолепный. На ясном голубом небе не было видно ни облачка. Густой аромат цветов наполнял воздух и громко щебетали птицы.

Настоящий Рай.

- Ну что, поплаваешь со мной, Макс? Ты же знаешь, что я тебе не позволю утонуть…

- Знаю, - улыбнулся мужчина. - Ладно, уговорила.

Фома лежал на шезлонге в своих красных плавках и загорал. Он с интересом взглянул на Макса, который сидел в своём кресле в пляжных шортах.

- Давно-у пора, - изрёк Фома и оглянулся. Никто из посторонних его не слышал? Но нет, всё в порядке.

Ивара была на кухне и занималась будущим ужином.

Руслан и Геннадий уехали в город, чтобы пополнить провиант, а также по своим личным делам.

Мать Лимы, как и обещала отбыла сразу после разговора.

Лима помогла Максу снять шорты и мужчина остался в одних купальных плавках траурного цвета.

- Я думала ты наденешь те красные плавки, что я нашла в твоём гардеробе, - произнесла Лима, погружаясь в бассейн и при помощи левитации, перемещая в воду Макса.

- Ага, - хмыкнул он. – Чтобы мне кое-кто мохнатый сказал, будто я стал его подражателем?

Фома навострил уши и посмотрел на свои красные плавки.

Лима рассмеялась.

- Тогда я бы сказа-ул, что у тебя-у отличный вкус, - изрёк Фома и, перекатываясь на бок спрыгнул с лежака, потом подпрыгнув, нырнул в бассейн.

Глава 12

* * *

Бежали дни… Проходили недели…

Уверенность в себе больше не покидала Макса ни на один день.

Однажды, ранним утром до того момента, когда придёт Лима он отбросил в сторону простынь и на мгновение, забывшись, хотел спустить ноги с кровати и сделать несколько упражнений. Так он поступал каждое утро своей жизни до несчастного случая.

Если постоянно думать о своём бессильном состоянии, то можно снова впасть в депрессию. Но на этот раз Максимилиан лишь улыбнулся.

Благодаря Лиме он поверил в то, что непобедим всё может. Очень скоро он снова сможет ходить, бегать. И всё благодаря ведьме, которую он полюбил.

Да, стоило уже признаться, что он влюбился. И ни за что не отпустит ведьмочку. Как только он окончательно поправится, встанет на ноги, он сделает ей предложение руки и сердца. На её пальце появится самое красивое, самое дорогое кольцо.

Его женщина, его Лима, она не просто ведьма, она - настоящая львица. Сильная, дерзкая, яркая, смелая и она полностью его.

Макс сам себе завидовал. Когда делаешь всё, как того хочет Лима, то она мурлычет. Когда её злишь, рычит. Но не дай бог, чтобы её кто-нибудь укротил.

Он натянул шорты и пересел в кресло. Теперь ему не нужно было думать над каждым движением. Они превратились из явно невыполнимых в привычные, и всё благодаря неустанной работе и заботе Лимы.

Ох, не сосчитать, сколько раз ему хотелось уничтожить её, раздавить, когда она с невозмутимым выражением на лице и монотонным голосом требовала ещё раз выполнить то или иное мучительное на тот момент для него упражнение. А теперь Макс благодарен ей за её труд, упорство и даже тиранство. Достаточно посмотреть, что она для него сделала.

Выехав в коридор и спустившись на первый этаж по специальным полозьям, Макс взглянул на дверь её спальни и увидел, что она приоткрыта.

Он взглянул в щель и увидел, что его ведьма сладко спит, чуть посапывая.

Оно и понятно, ещё даже пяти утра нет.

Её фамильяр смешно спал в импровизированной кроватке рядом, укрывшись кукольным одеялом.

Макс фыркнул в кулак и развернувшись, направился в кухню.

Он самостоятельно приготовил кофе, так как Ивара тоже ещё не проснулась. Поставил кофе на поднос вместе с двумя чашками и двумя кусочками вчерашнего пирога. Подумал и поставил на поднос креманку со сливками для Фомы и маленькую чашечку для него же.

Макс уже понял, что с этим котом выгодней дружить, чем ссориться. Фома очень много знал интересного, в том числе и про свою ведьму. И посплетничать любил. Ой, как сильно любил.

Макс принесёт Лиме завтрак в постель.

Его будоражило само предвкушение, что он сам принесёт ей лёгкий завтрак, да ещё и в постель. А ведь они даже ещё не были близки. Но это скоро случится. Макс это чувствовал и даже как будто знал. Его организм стал сильнее, ноги и спина вернули чувствительность и даже стали двигаться.

Как сказала Лима, осталось совсем чуть-чуть, последний шаг и торопиться не стоит…

Он верит ей.

Он быстро вернулся, держа в руке самый красивый белый цветок лилавади, которым Лима украсит свои чудесные волосы.

Лилавади. Великолепный цветок. Благодаря тому же Фоме он узнал, что его название в переводе значит красивая девушка. А сам цветок символизирует совершенство, искренность, веру, преданность и стремление.

Макс благодарен Фоме, что он поведал, какие есть предпочтения у его ведьмы и сам понял, что очень много рассказал о себе. Наверняка котик поведает своей ведьмочке об этих знаниях. Но это даже к лучшему.

Макс поставил поднос к себе на колени и вернулся к спальне Лимы. Он не стал стучаться, а просто толкнул дверь.

Когда мужчина въехал в комнату, на его лице сияла глупая улыбка отчаянно влюблённого.

- Макс? – раздался удивлённый возглас ведьмы. – Я услышала звук колёс твоего кресла и собиралась идти к тебе.

Перед Максом предстала сонная, растрёпанная прекрасная женщина с припухшими после сна губами и в одной короткой сорочке. Но она уже надевала на себя халат, который скрыл от его жадного взгляда "вкусные" прелести ведьмы.

- С добрым утром, - произнёс он хриплым от желания голосом.

- Оу-у! Ты та-ук во-увремя, - протянул немного сонно Фома. – Мне-у как раз снились сливки. Мя-а-у-о-а…

Макс подъехал к журнальному столику и поставил на него поднос, и под изумлённым ведьминым взглядом стал разливать кофе по чашкам.

Потом повернулся к ней, держа в руках белый цветок и сказал:

- Это тебе.

- Спасибо, - пролепетала она. – Я не ожидала такого странного утра, Макс. На тебя это не похоже. Ты ведёшь себя неожиданным образом и…

- Я удивил тебя? – спросил он.

Лима взяла цветок из его рук и поднесла к лицу, вдыхая нежный аромат.

- Очень удивил, но приятно. Спасибо, Макс.

- Хва-утит тут расшаркивания устраивать, - произнёс Фома. – Лучше-у мне сливочек да-уйте.

Лима рассмеялась, глядя на Макса, который тоже продолжал улыбаться.

- Кофе? – спросил он.

- Не откажусь, - кивнула она, присаживаясь в кресло.

Макс налил в отдельную маленькую чашечку сливок Фоме и они все вместе принялись за ранний завтрак.

* * *

Весь день они провели, как и предыдущие – тренировки, массаж, ведьмина мазь и отдых.

Фома занимался тем, что бегал в лес и собирал редкие травки, складывал их в свой рюкзачок, а потом дома уже сушил их. Если бы кто-то увидел пушистого кота за таким чудным занятием, то решил бы, что он сошёл с ума. Не кот.

Всё шло хорошо до тех пор пока не вернулся Геннадий в обществе незнакомого мужчины.

Макс отдыхал после утомительной тренировки и расслабляющего массажа, а Лима, сидя возле бассейна, перебирала лепестки цветов, которые собрал Фома.

Сам Фомочка купался в бассейне, нырял на глубину и задерживал дыхание. Фома не оставил идею погрузиться в море и рассмотреть подводный мир, а для этого ему нужно не дышать под водой довольно долго.

Их идиллию нарушили подошедшие мужчины.

Лима поднялась со стула и внимательно посмотрела на незнакомца.

- Олимпиада Назаровна! – представил Геннадий Лиму незнакомцу на чистом французском.

- Филипп Буланже, - произнёс Геннадий.

- Enchantee (Приятно познакомиться, фр.), - ответила тоже на идеальном французском Лима и протянула руку для пожатия.

Француз изящно принял её ручку и приложился к ней губами.

- Et je suis tres heureux, belle Mademoiselle (И мне очень приятно, прекрасная мадмуазель, фр.), - с жаром ответил мужчина, который и выглядел как истинный француз – высокий, худощавый, с длинным носом и тонной изящных манер.

Лима выдернула руку из его потной и холодной ладони и еле подавила желание вытереть её о ткань своей футболки.

- Вы знаете французский, Лима? – удивился Геннадий.

- Знаю, - уклончиво ответила она. Не говорить же ему, что любая ведьма владеет способностью говорить на всех языках. Тем более он не знает, что Лима – ведьма.

- Филипп был когда-то партнёром Макса и прилетел сюда, чтобы справиться о его здоровье и узнать о дальнейших планах в бизнесе, - объяснил Геннадий. – Я рассказал Филиппу, что Макс идёт на поправку.

- Ясно, - сказала Лима. – Макс отдыхает после дневных тренировок, но думаю, он уже проснулся. Пойду и проверю. Ждите в гостиной.

Геннадий кивнул и начал рассказывать французу о том, какая замечательная Лима.

Ведьма поднялась к Максу.

Мужчина уже одевался и был в хорошем настроении.

Она посмотрела на его взъерошенные чёрные волосы. Максимилиан был просто великолепен. Безупречный профиль, прямой и длинный нос, квадратный и сильный подбородок. Не слишком густая щетина не только не умаляла его красоты, но даже подчеркивала её. Лима улыбнулась – ей повезло. Не мужчина, а конфетка.

- Лима! Ты вовремя! – радостно воскликнул Макс и подъехал к ней в кресле, держа в одной руке две футболки. – Какую надеть – красную или белую?

Лима посмотрела на свою футболку, которая была кислотно-жёлтого цвета и ответила:

- Белую.

Макс кивнул и натянул на себя футболку, а красную небрежно бросил на кровать.

Лима снова улыбнулась.

- Как самочувствие?

- Знаешь, у меня ощущение, что я могу хоть сейчас горы свернуть, - вдохновенно ответил мужчина.

Лима была довольна. Совсем скоро лечение завершится и Макс пойдёт на своих двоих.

- Внизу тебя ждёт Геннадий и гость, - сказала она.

- Какой гость? – насторожился Макс. – Я никого не звал.

- Гостя зовут Филипп Буланже, - доложила она.

Лицо Макса вдруг словно окаменело, а черты лица исказились в гневной гримасе.

- Поганый лягушатник снова явился требовать продать ему мои гостиницы! - прорычал он. – Какого чёрта Гена его пустил?! Чёрт, я совсем забыл! Гена не знает о той ситуации и что Буланже подонок!

* * *

- Максимилиан! – наигранно радостно воскликнул француз, как только Макс и Лима спустились к ним. – Ты отлично выглядишь!

- Прекрати это цирк, Буланже, - на идеальном французском ответил Макс. В его голосе чувствовалось неприкрытое недовольство и раздражение. – Какого чёрта ты тут забыл?

Геннадий удивлённо вздёрнул брови и взглянул сначала на Макса, а потом на француза. Определённо, он не понимал, что происходит.

- Может, господа хотят перекусить или выпить прохладительные напитки? – поинтересовался вошедший с кухни Руслан.

Геннадий быстро перевёл Филиппу предложение Руслана.

- С удовольствием, - улыбнулся француз.

- Нет, - жёстко ответил Макс на французском. – Гость уже уходит.

- Максимилиан, давай поговорим как деловые люди. У меня для тебя выгодное предложение… - начал француз.

- Знаю я твои предложения! – рявкнул Макс, оборвав его. – Ты подставил меня дважды, Буланже! С предателями и крысами я дел не имею! Рус, проводи гостя на выход, пусть катится отсюда пока я ему не дал пинка под лягушачий зад!

Лима сделала несколько незаметных пассов руками, успокаивая Макса своей магией. Кивнула Гене, чтобы он скорее уводил нежеланного гостя.

- Макс! Посмотри правде в глаза! – разозлился француз и стал действительно похож на крысу. – Ты – инвалид! И не сможешь полноценно управлять огромной компанией! Не я, так кто-то другой придёт и отберёт её у тебя, потому что ты слаб, болен и уже никогда не сможешь...

Лима взмахнула рукой, направляя магию на француза. Тот неожиданно поперхнулся собственной слюной и сильно закашлялся.

Геннадий готов был его уже сам придушить его за эти слова.

Лима же хотела превратить Филиппа Буланже в таракана и раздавить. Мерзкий мужчинка. Такой же мерзкий и гадкий, как таракан.

- Заткнись! – прорычал яростно на него Макс.

Фома почувствовал гнев своей ведьмы и тут же пушистой пулей влетел в гостиную. Он выскочил прямиком из бассейна, отчего оставил за собой мокрую дорожку.

«Что-у случилось? Почему фон в доме такой, будто кого-то убить хотя-ут?» - мысленно поинтересовался котик у Лимы, подбегая к ней.

«Случилось то, что Макса обижает вот этот длинноносый! Он назвал его инвалидом и больным!»

- Ррррр...Мррря-а-а-у-у-о-аррр… - утробно зарычал Фома на француза и вздыбил мокрую шерсть.

Смотрелся Фомочка весьма устрашающе. Кот был одет в красные плавательные плавки. Мокрая шерсть стояла дыбом, глаза зло метали молнии, зубы оскалены, когти выпущены…

И тут произошло несколько событий одновременно.

- Что за дикий мокрый спаниель тут рычит? – визгливо воскликнул француз и попытался пнуть Фомочку!

Котик успел увернуться от остроносого ботинка француза, но довольно больно ударился о журнальный стол, отчего громко и жалобно мяукнул.

Макс, разозлённый тем, что подлый француз, который уже два раза пытался его подставить и забрать гостиничный бизнес, посмел приехать сюда, оскорбил его и чуть ли не покалечил фаильяра его любимой ведьмы!

Макс вскочил с кресла и подлетев к французу врезал тому по холёному лицу.

- Пошёл вон из моего дома! – громом разнёсся голос Макса. – ВОН!

Француз, утирая кровь из носа и набежавшие слёзы, ринулся прочь, что-то бормоча себе под нос.

Геннадий и Руслан застыли памятниками самим себе с разинутыми ртами и смотрели шокировано на Максимилиана.

Фома, занятый своим ушибленным боком не сразу заметил, что обстановка в комнате изменилась.

Но как только увидел, что Макс стоит радостно мяукнул. Хотя ему очень хотелось сказать на человеческом языке… в общем много чего ему хотелось сказать, в том числе и нецензурные выражения.

Лима прижала ладошки к щекам и радостно произнесла:

- Макс! Ты пошёл! Ты ходишь! Сам!

* * *

Макс самостоятельно стоял на своих ногах, провожал взглядом француза, но на слова ведьмы резко обернулся и посмотрел на Лиму. Потом медленно опустил взгляд на свои ноги.

Его глаза расширились в удивлении, радости, неверии, шоке… Бесконечно много эмоций промелькнуло на его лице, но самое главное, это была искренняя радость.

- Невероятно… - прошептал он. – Я сам… я стою сам! Смотрите! Я могу ходить! Я иду! Сам иду!

И он действительно уверенно сделал несколько шагов, потом даже присел и встал и снова прошёлся по комнате под радостными и удивлёнными взглядами всех присутствующих.

- Я хожу! Я хожу! Лима! Душа моя! Я хожу! Ты вылечила меня! Ура-а-а!

Лима, наученная опытом взяла за руку Макса и легонько потянула к креслу.

- Это замечательно Макс, просто великолепно! Но сядь, пожалуйста обратно. Я должна тебя осмотреть и потом вынесу окончательный вердикт.

Он сначала хотел возразить, но увидев её серьёзное выражение лица, согласно кивнул и опустился обратно в кресло. Радостный Фома запрыгнул к нему на колени, отчего намочил мокрой шерстью его одежду. Да кто бы обратил на эту мелочь внимание!

- Гена, Руслан! Пусть Ивара приготовит праздничный ужин! – распорядилась Лима и быстро укатила Макса в спальню.

Она уже поняла, что произошло. В порыве гнева, точнее в порыве сильного гнева, его мозг отдал команду, что нужно встать и пойти. И он пошёл.

Такое случается. Редко, но случается. Конечно, не будь перед этим событием долгих изнуряющих тренировок, специального массажа, магической мази и ведьминой магии, то сегодня Макс не встал бы и не пошёл.

Лима ожидала, что Макс встанет и пойдёт дня через три, но случилась эта радость раньше. И это здорово!

Она испытывала счастье, когда видела его облегчение и радость в глазах.

Лима вкатила кресло в комнату. Как только дверь закрылась, Фома не выдержал первым и воскликнул:

- Све-уршилось! Хвала нашей ведьме-у и самому лучшему в мире коту!

Макс поднялся и провёл ладонями по своим ногам вверх и вниз. На его губах застыла счастливая улыбка.

- Не могу поверить… Это случилось. Я чувствую ноги, чувствую пол под собой. Всё чувствую. Лима – ты чудо.

Она ему улыбнулась и указала на кровать.

- Ложись чудо, я проведу диагностику. Кстати, здорово ты вмазал французу. Ты такой злой был…

- А про-у меня-у почему не спрашиваешь? Я ведь больно-у ударился! – вклинился в разговор Фома. – Я хоте-ул Макса защитить!

- Ты у меня самый лучший кошачий защитник! – похвалила его Лима. – Я направила тебе свою силу и поэтому у тебя синяка не останется.

- Ты, Фома, действительно герой. Спасибо, что пошёл на француза, чтобы меня защитить, - серьёзно сказал Макс. – И когда он хотел тебя пнуть – я не выдержал. Вы даже не представляете, какой гнилой этот лягушатник. Нужно дать задание службе безопасности, чтобы контролировали каждый его шаг и каждое действие.

Лима прикрыла его рот ладошкой, призывая умолкнуть и прикрыв глаза, сосредоточилась и настроилась на тело Макса.

Она проверила его физическое состояние и энергетическое.

Абсолютно и полностью здоров.

Лима открыла глаза и встретилась с глазами Макса.

- Ну? – нетерпеливо спросил он.

Она широко ему улыбнулась.

- Ты здоров, Макс.

* * *

Ничто так не поднимает настроение, как совместный ужин со всеми домочадцами.

За столом собрались Олимпиада, Максимилиан, Геннадий, Руслан, Ивара и Фома.

Для котика к столу специально придвинули высокий барный стул и поставили на столе для него тарелку.

Правда, ел он без приборов, чтобы ещё больше не шокировать озадаченных людей. Давно они заметили странности за котом, а привыкнуть всё никак не могли.

Очень долго поздравляли Макса с выздоровлением. Хвалили Лиму.

Геннадий нарадоваться не мог, что его друг теперь ходит. Ведь Макс для него как брат. И теперь он снова здоров и полон сил, всё как и прежде. Гена ещё не знал, что и само здоровье Макса стало намного лучше.

- Забыл сказать. Твой кот вчера лазил по занавескам, — обратился вдруг к Лиме Руслан, взмахнув вилкой. – Занавески теперь подранные и восстановлению не подлежат.

Фомочка гневно сверкнул в его сторону янтарными глазами.

- Ох… — Лима пожала плечами и улыбнулась своему Фоме. — Мышь, наверное, ловил. Больше ничего.

Руслан возмутился.

- Но в доме нет ни одной мыши.

- Очевидно, есть, - сказал Макс с улыбкой.

«Я лови-ул вчера редкого мотылька! Нам для особых заклятий он понадобится», - обиженно произнёс мысленно Фома.

«Я знаю, милый мой», - ответила ему Лима.

- Так что насчёт кота? — спросил Геннадий.

- Кот здоров, — весело объявил Макс и подмигнул Лиме.

Лима рассмеялась.

- Какая-то странная беседа за столом выходит, - заметила Ивара. – Причём тут кот, если Максимилиан выздоровел!

Все рассмеялись.

Ужин продолжался, но недолго.

Макс положил руку на коленку Лиме и легонько её сжал.

Она хитро ему улыбнулась и начала подниматься из-за стола. Потянула за собой Макса.

- Вы куда? — крикнул им вслед Геннадий.

- Погуляем по берегу. Долго-долго погуляем...

Глава 13

* * *

Как только Лима и Макс ушли, Ивара произнесла с улыбкой:

- Они такая красивая пара!

- Да не дай Бог, - проворчал Руслан. – Представь, что будет, если они будут вместе. Максимилиан имеет взрывной характер, а Лима так вообще ураган!

- Зато весело будет! – рассмеялась Ивара.

- Не прилично обсуждать Макса и Лиму, - сказал Геннадий и улыбнулся. – Хотя пара из них и правда отличная вышла бы.

Фома доел последний кусочек рыбки и хмыкнув про себя, спрыгнул со стула и направился в их с Лимой в комнату.

В комнате сидел домовой на спинке кресла и махал ножками.

- Как зе здорово-ся стало-ся! Максимус выздоровел-ся! - и тут же Кусь-Кусь загрустил. - Это значит-ця, что вы вскоросе уедите, да-сь?

Фома ему ответил:

- Скорее всего, да-у. Но ты не расстраивайся, Кусь-Кусь. Когда-у у Лимы и Макса родится дочка-у, мы будем сюда часто-у приезжать.

- Уря-я-а!

* * *

- Я хочу признаться... Я... Я люблю тебя, - произнёс Макс, когда они сидели обнявшись на берегу моря.

Его признание беспрепятственно проникло в душу ведьмы.

- И я, Макс. И я тебя полюбила.

Она потёрлась щекой об его руку и поцеловала.

- Мне не верится, что это всё происходит наяву. Что я хожу. Что даже намёка нет на то, что я не мог ходить. И ты, Лима – настоящее чудо…

- Всё наяву, Макс. Всё случилось именно так, как я и обещала, - она зубками легонько прикусили его кожу, разжигая страсть и дикое желание. - Кстати, ты мне обещал кое-что. Обещал мне дочь, Макс.

Он зарылся пальцами в её густые волосы.

- Моя ведьма… Сделаю для тебя всё, что только захочешь… - хрипло произнёс он. – И я так хочу тебя. Всю хочу.

Она обхватила его лицо руками, приблизила губы и пробормотала:

- А я хочу тебя. Люби меня Макс, как в первый раз, как в последний раз, как в единственный раз.

Устоять было невозможно.

Её руки его обнимали, а губы искушали.

Большего и не пожелаешь — сплошной мёд и молоко. Тело казалось невесомым.

Время остановилось, можно было не спешить, наслаждаться мелочами — шёлком её струящихся волос, манящим ароматом и вкусом её губ, упоительным запахом её кожи. Тихий вздох напоил воздух сладостью.

Макс поднял голову и она улыбнулась. Он обвёл её лицо кончиком пальца, и глаза его потемнели, засияли звёздами, как целая вселенная.

- Ты такая красивая, Лима...

Он снова прильнул к её губам. Её губы открылись навстречу. Поцелуй быстро стал крепким, глубоким, сердце билось сильно, быстро и будто замерло под ладонью.

Медленно были расстёгнуты маленькие жемчужные пуговицы на платье, руки осязали мягкую, тёплую кожу роскошных сливочных оттенков.

Он довёл её до безумия своими поцелуями. Она крепко вцепилась ему в волосы, тело выгнулось, напряглось, содрогнулось, в глазах плескалось блаженство. Её руки гладили мужчину требовательно, по-хозяйски. Под её пальцами чувствовались крепкие перекаты мышцы.

В этом уголке рая они творили свой собственный рай.

Магия связала их тела, даря ещё более сильные ощущения.

Зарождалась новая жизнь.

Дрожа и тая всем телом, она устроила голову у него на плече, закрыла глаза, убаюканная биением его сердца.

Сколько они так лежали обнявшись на берегу моря неизвестно. Но они были счастливы в эти минуты.

Макс сильнее прижал ведьмочку к себе, зарылся лицом в её волосы и с восторженным изумлением вымолвил:

- Как же хорошо с тобой, Лима… Даже не знал, чёрт возьми, как хорошо любить и быть любимым. Я, конечно, не подарок. Наверняка что-то испорчу, напутаю... Не привык, чтобы рядом со мной кто-то был. Но отдам тебе всё, что имею. Клянусь.

Лима застыла и приподнявшись на локтях спросила:

- Это ты о чём?

Макс занервничал, выпустил Лиму из объятий. В бархатной ночной темноте мужчина начал ощупывать свои брюки, он что-то искал. Наконец достал из кармана и хрипло произнёс:

- Олимпиада, самая прекрасная женщина, прошу, пожалуйста, выходи за меня замуж. Как-то так.

- Что значит «как-то так»?

Макс резко выдохнул.

- Слушай, я очень хочу, чтобы ты стала моей женой. Да, я точно не умею делать предложение руки и сердца. Если надо поставить декорации, пустить фейерверк, пролить шампанского рекой, пасть на колени, держа кольцо на вытянутой руке, то я всё это сделаю. Я люблю тебя, Лима. Слишком сильно люблю и не могу ждать... И я... я не догадывался, что способен на столь сильное чувство. Позволь мне показать и доказать свою любовь.

- Мне не нужны декорации, Макс. Всё может быть очень просто.

- Не хочешь, за меня выходить?

- Я хочу с тобой жить. Макс, если мы поженимся, то тебе придётся принять не только меня…

Он просиял.

- Ты имеешь в виду свою мать, Фому и… э-э-э… ведьминские правила? Дорогая, мне нужна ты вместе со всем прочим. Любить ведьму даже интереснее.

Она растроганно погладила его по щеке и сказала:

- Тебе придётся предстать перед ковеном ведьм, Макс. Дать Верховной Ведьме клятву о неразглашении: о ведьмах, магии и прочем. И…

Она замялась.

- И? – протянул он.

- И ещё ведьмы попросят с тебя что-то вроде дара за меня. Они просмотрят всё, чем ты владеешь и сделают свой выбор, который тебе озвучат. Если ты откажешься отдать, то мы не сможем пожениться…

- Я отдам. Хоть всё отдам, - с горячностью выпалил Макс.

Лима счастливо улыбнулась.

- Тогда нам нужно лететь в Ирландию.

* * *

Ирландия. Три дня спустя

- Лима, ты уверена? Может всё-таки стоит показаться врачу? – беспокойно поинтересовался у неё Макс.

Лима рассмеялась.

- Макс, моя магия никогда не ошибается. Я сама её чувствую.

- Да беременна она-у! Беременна! – махнул хвостом Фома. – От неё-у теперь-таки и фони-ут новой жизнью, мя-а-у-о-а!

- Я стану отцом! - воскликнул Макс, пробуя слова на вкус и на слух, потом лихо ухнул, подхватил Лиму на руки. - Мы сделали ребёнка!

Она со смехом обхватила его за шею:

- Да, сделали!

- У нас семья!

- Почти. Ковен изучает тебя, Макс. А потом мы сможем стать уже законной семьёй.

- Жду и не дождусь!

Он поцеловал её. Поцелуй получился долгим и сладким.

- Какие же вы пошляки-у! Ухожу я от ва-ус!

Фома запрыгнул на подоконник и выскользнул в открытое окно.

Лима рассмеялась.

- Удивительно, Лима, у нас будет ребёнок. Мой ребёнок. Я уже вижу интерьер его спальни. Комната с голубыми и синими стенами, много игрушек, ещё шведская комната с лестницами, канатами, лабиринтами... Я куплю ему крутые машинки, велосипед…

Лима наморщила нос.

- Не с синими и голубыми, а с бежевыми стенами будет комната. У нас родится девочка, Макс.

Он на миг застыл, закрыл со стуком рот, а потом произнёс:

- Хорошо. Пусть девочка. И пусть с любым цветом стен будет комната. Будет слышен её лепет, смех... А пухлая ручка ловит мой палец, а потом моя дочка называет меня... папа… - он вдруг остановился. - Ох! Боже мой!

- В чём дело, Макс?

- Только что пришло в голову. Сколько шансов? То есть, я имею в виду, какова вероятность, что младенец унаследует твои таланты? Наша дочь с младенчества будет колдовать?

Лима с улыбкой намотала на палец прядь своих тёмных волос.

- Магия у ведьмы пробуждается в пять лет, когда ребёнок уже полностью осознаёт себя и свои поступки. Понимает, что такое хорошо, а что такое плохо. В пять лет к ведьме приходит её фамильяр и начинается обучение магии.

Макс выдохнул.

- Ладно, а то я уж подумал, что малышка будет колдовать прямо в колыбели.

Лима рассмеялась.

- У нас девять месяцев впереди и я тебе подробно расскажу, как нужно воспитывать ведьмочку. Ну и тебе придётся ещё прослушать небольшой ликбез на тему «Как быть мужем ведьмы и не свихнуться». Лекцию проведёт супруг Верховной Ведьмы.

Макс лишь хмыкнул.

Он ко всему готов...

Точнее, он так думал.

Эпилог

* * *

И как вы думаете, что запросили ведьмы у Макса в дар за ведьму Олимпиаду?

Так как Максимилиан Вербицкий владелец сети отелей по всему миру, ведьмочки посовещавшись и решили, что неплохо бы заиметь в каждой стране штаб-отель только для ведьм. И выдвинули требования:

- Отель должен находиться в живописном месте и подальше от цивилизации.

Сами ведьмы потом наложат на отели заклинания и скроют их от людских глаз.

- Отели должны начать работу максимум через полгода.

- Персонал отеля – фамильяры.

Ведьмы их сами подберут.

Каждая ведьма написала, в каком стиле и каких цветовых гаммах хочет для себя комнату. И все ведьмы попросили написать на комнатах не номера, а их имена.

И такие отели должны быть в каждой цивилизованной стране!

Немного поспорив (точнее, бурно и яростно поспорив) все стороны сошлись на мнении, что таких отелей будет по всему миру пять штук.

Макс, когда изучал их условия - багровел, бледнел, уловил насмешку в глазах малочисленных супругов ведьм и, оскалившись сказал:

- Через полгода все пять отелей будут вас ждать, «дорогие» ведьмы.

После этого он мысленно помолился, чтобы больше не встречаться с ковеном ведьм!

Дамочки были те ещё засранки!

Им было скучно и когда они узнали, что одна из ведьм выходит замуж, то решили устроить Максу «особенный проверочный приём».

Макс должен был прийти к ним сам. Один.

В большом неприветливом замке его встретили многочисленные жуткие фамильяры – змеи, пауки-переростки, летучие мыши, гигантские крысы в смокингах, вредные коты… И это только начало!

Потом его повели по тёмным коридорам, обвешанным кривыми зеркалами, в которых отражались ужасные рожи монстров. Слабый духом, наверное бы, испугался, развернулся и убежал. Но Лима предупредила Макса, что ему скорее всего утроят проверку на прочность, поэтому он шёл только вперёд, не обращая внимания на противные звуки, жуткие прикосновения каких-то белесых созданий – неужели призраки?

Потом его ожидал коридор, наполненный обнажёнными красотками, которые извивались перед Максом, хватали его за брюки, пиджак, старались утянуть за собой, обещали райское наслаждение.

Он откидывал от себя цепкие ручки женщин и пролетел по этому коридору быстрее пули. Позади раздался протяжный коллективный женский вздох полный разочарования.

Крыса в смокинге распахнула перед Максом последнюю дверь и наконец, он вошёл в зал, где ожидали его любопытные ведьмы.

Вы думаете, что ведьмочки сидели на каких-то возвышениях, словно судьи, ожидая его, Макса?

А вот и нет.

Перед Максом предстал цветной хаос.

Каждая ведьмы вырядилась ярко, насколько это было возможно, нацепив на себя каменья, украсив причёски, кто цветами, кто фруктами. Про макияж промолчим.

Воздух был плотный и тяжёлый – всё-таки столько ведьм в одном месте собралось. Их было больше двух сотен, а может и больше!

Помимо ведьм в зале сновали туда-сюда разномастные животные.

Стоял громкий смех, раздавались крики: кто-то ругался, не стесняясь в выражениях; кто-то показывал новые магические плетения. А несколько ведьм даже соревновались в скорости на мётлах, рассекая под потолком большого зала.

Лиму Макс нашёл довольно быстро. Точнее, это она нашла его, помахав ему рукой.

Мужчина был дезориентирован. Не такого он ожидал.

И только после того как Верховная Ведьма на пятый раз заставила всех умолкнуть, свистнув так, что Макс едва не оглох, на него обратили внимание.

Ведьмы заняли места: кто сел в кресло, кто на диван, стул или стол, кто стоял, а кто-то вообще развалился на расстеленном покрывале на полу, как восточная царица.

Когда Макс дал согласие на выдвинутые требования ведьм вновь начался жуткий хаос. Ведь теперь пару по их правилам нужно было благословить!

Каждая ведьма подходила к паре и желала что-то от себя хорошего и благословляла.

Кто-то благословлял окуриванием благовониями, кто обрызгивал их водой или пахучим маслом, кто-то осыпал пухом, зерном, песком, землёй… В общем, Макс терпеливо стоял, скалился и мысленно убивал каждую ведьму. Особо жестоким способом.

Когда благословение завершилось, началась вечеринка, но на ней Макс ни в коем случае не хотел оставаться. Но он не успел уйти. К нему подошли семеро мужчин. Семь мужей ведьм.

Они поздравили Макса и представились. Один из них сказал с усмешкой:

- У тебя такое же выражение лица, как у каждого из нас когда-то. Мы все прошли через это.

Макс запустил пальцы в волосы и произнёс:

- Я думал, что ведьмы организованные и здравомыслящие существа, а тут какой-то детский сад для девочек-переростков!

Мужчины рассмеялись.

- Ведьмы отрываются, когда собираются вместе. Не осуждай их. Они обладают огромной силой и всегда сдерживают себя, а здесь могут быть самими собой и чудить, как им хочется.

- Ты главное побыстрее свою ведьму к алтарю веди, а то помню я, как моя на следующий день передумала, решив, что ещё не нагулялась.

Мужчины снова расхохотались и похлопав Макса по спине, пожелали тому удачи и счастливой семейной жизни, которая теперь будет о-о-очень долгой и совсем нескучной.

Но с вечеринки Лима и Макс всё-таки сбежали. Даже Фомочка предпочёл уйти с праздника.

Лима и Макс теперь получили благословение и могли беспрепятственно стать мужем и женой.

- Давай поженимся прямо завтра, - предложил он Лиме, когда они покинули сумасшедший замок.

Лима улыбнулась.

- К чему такая спешка?

Макс нервно ослабил галстук и ответил:

- Просто с вами ведьмами всё так нестабильно... Короче, я хочу, чтобы ты стала моей женой уже завтра!

Лима расхохоталась.

- Хорошо, хорошо. Завтра так завтра.

* * *

На диком песчаном берегу острова Бали у бурного моря стояла величественная усадьба.

В эту тёмную магическую Вальпургиеву ночь блестели молнии, гром сотрясал чёрное небо, ветер бил в деревянные оконные переплёты, стёкла дрожали, рассыпая алмазные блики.

Мужчина держал на руках пушистого двухцветного кота. Напротив него сидела красивая женщина и пила горячий чай. Другие странно одетые женщины сидели тесным кружком в ожидании возмущённого крика, возвещающего о рождении новой жизни.

В комнате пахло ароматическими свечами и травами.

Шли долгие часы.

Уже и буря ушла прочь и тёмную ночь сменил рассвет.

И вдруг, наконец-то раздался долгожданный крик, громкий как раскат грома.

Макс с Фомой тут же понеслись наверх.

Лима лежала в той самой комнате, где когда-то лежал он, Макс.

- Родилась здоровая малышка, - произнесла ведьма-повитуха. Она передала девочку ему на руки.

Лима улыбалась Максу счастливой и усталой улыбкой.

Макс, прослезившись, смотрел на розовую кроху, которая продолжала кричать.

Она была такая маленькая и такая красивая. Его дочь.

Макс передал Лиме дочку. Она нежно прижалась губами к шелковистой щёчке.

- Моя малышка. Назову тебя Аврора.

- Красивое имя, любимая. Вербицкая Аврора Максимилиановна.

- Звучит гораздо лучше, чем Олимпиада Назаровна, - засмеялась Лима.

Макс с улыбкой смотрел на жену. Фома запрыгнул к Лиме на кровать и обнюхал младенца.

- Она па-ухнет молоко-ум, - произнёс он, мурлыча.

- Хочешь, чтобы все пришли? - ласково спросил он Лиму.

- Не хочу, но надо. Зови.

Все столпились в комнате, радостно переговариваясь.

Три приглашённые ведьмы станут ведьмами-крёстными малышки. Они умилялись, рассматривая кроху.

Елена, мать Лимы плакала от счастья, с удовольствием взяв на руки свою внучку.

- Я буду тебя баловать моя красавица. Ах, Лима, конфетка моя, ты только посмотри! У внучки мои глаза.

- Нет, ведьма-у, глаза-у у Авророчки Макса-у, - возразил Фома.

- Ты-у не пра-ув, - протянула Африка.

Они заспорили.

Обняв жену Макс смотрел на свою любимую, пока его дочь впервые жадно пробовала материнское молоко.

В окнах плясал рассвет.

И дальше они жили долго и счастливо.

КОНЕЦ