Сделка

Пролог

Когда мне было шесть лет, мы с мамой переехали в город из маленькой старой деревни. Бабушке нравилось жить в тишине и глуши. Маме, наоборот, нет. Она всегда мечтала жить в крупном мегаполисе. Мечте её не суждено было сбыться полностью. Мы перебрались в маленький провинциальный город. Ей там нравилось больше, чем в деревне. Так сложилось, что каждым летом я уезжал к бабушке. Мне нравилось бывать там. Были друзья, игры и веселье. Помогал бабуле в огороде.

Когда мне стукнуло двадцать, я окончил техникум, и пошел работать. Больше не было возможности так часто бывать в деревне. В двадцать пять я уже работал на неплохой должности и прилично зарабатывал. В тот же год у мамы начались проблемы со здоровьем. Её стали мучить разного рода галлюцинации. Пришлось положить в больницу. Дошло до того, что она перестала меня узнавать, разницы между фантазией и реальностью в её сознании стерлись окончательно. На душе было паршиво. Я выпросил первый за четыре года отпуск и уехал к бабушке.

Меня туда не тянуло. Откровенно говоря, мне не хотелось туда ехать в таком ужасном состоянии. Я знал, что бабушка взволнована не меньше меня и что ей тоже очень нужна поддержка. Поэтому я без промедления собрал необходимые вещи и поехал.

Глава 1

Я подъехал к дому бабушки в шестом часу вечера. Июльское солнце клонилось к закату. Было непривычно тихо на улице. Из всей компании ребят остался в деревне только Лёха. Он работал в соседней деревне на заводе, производившем пленку. Собирался жениться на Аньке.

Я открыл старые ворота и въехал во двор.

В воздухе витал знакомый запах лета и бабушкиных пирожков. Больше всего мне нравились с земляникой. Я вошел в дом и сразу заметил бабушку, которая хлопотала возле большого деревянного стола. Запах дрожжевого теста заполнил кухоньку. Бабушка заметила меня не сразу. Когда она обернулась, на её лице застыло удивление.

- Внучик! – воскликнула она и кинулась меня обнимать, - что ж ты не предупредил, что приедешь?

- Хотел сделать сюрприз, но ты итак подготовилась, - сказал я и кивнул в сторону теста и земляники.

- Да это ж я так, решила напечь немного.

Я ответил, что мне много и не надо. Она поинтересовалась, почему не приехала мама. Я соврал, что маме пришлось уехать за границу по работе. Бабушка, казалось, мне поверила, однако, если это было не так, то она не подала виду.

Дом бабули несколько изменился с того момента, когда я последний раз её навещал. Она переклеила обои. Теперь они были розовыми. На окнах красовались длинные фиолетовые шторы. В центре комнаты стоял большой кухонный уголок.

- Ты и ремонт сделала, - сказал я, усаживаясь на мягкое сидение.

Бабушка перемялась и ничего не ответила.

- Почему ты не позвонила? Я бы мог приехать помочь или хотя бы дать денег.

- Деньги тебе и самому нужны. Я заплатила Петрову, и он всё сделал.

- Если тебе что-то нужно, то обращайся ко мне, - попросил я бабушку.

- Хорошо, внучек.

Я сказал бабушке, что пойду в гости к Лёхе.

- Только не долго, скоро будут пирожки. Я суп с грибами сварила.

- Хорошо, бабуль! – воскликнул я и пулей вылетел из дома.

Настроение улучшилось, и я знал, что смогу помочь маме. Заработаю денег и отвезу её в самую лучшую больницу, какую только смогу найти. Тогда я еще не знал, что это не понадобится к моему возвращению.

Я шагал к дому друга, но когда пришел, Анька сказала, что он ушел на сутки минут двадцать назад и вернется только завтра. Мне оставалось попрощаться с ней и уйти, что я и сделал с большим удовольствием.

Мы недолюбливали друг друга с восьмого класса. Она тогда не очень хорошо поступила с Лёхой. Вообще не представляю, как вообще можно было до такого додуматься.

Когда нам всем было по шестнадцать, мы гуляли окраине. Лёша с Аней выпили и пошли на сеновал, а когда через время эти разговоры дошли до родителей Ани, она сказала, что Алексей её изнасиловал. Закончилось все тогда не очень хорошо. Честно говоря, я не могу представить, почему он её простил.

Я решил прогуляться в лес. Мальчишками бы там постоянно играли в прятки. Странно, как мы вообще там не терялись.

Хвойные деревья, как и всегда, источали дивный аромат, я шел вглубь леса, хотелось сесть и вспомнить старое, подумать о том, как помочь маме. Я прошел метров семьсот и уперся в заброшенный старый дом с выбитыми окнами. Как и планировал, я принялся ворошить свои воспоминания.

Мне тогда было года четыре, и мы еще жили здесь. В этом доме, жила девушка, звали её Марина. Местные женщины её недолюбливали. Причем, это еще мягко сказано. Её считали ведьмой. Причем, причин для этого как таковых не было. Если в деревне дох скот – виновата ведьма, чей-то муж загулял – это всё проделки ведьмы, и все остальные неурядицы тоже вешали на ведьму.

Бабушка считала, что Марина не причем. Потому что, как известно, дерьмо случается.

Сама Марина была очень самодостаточным человеком и практически никак не реагировала на упреки в свою сторону. Видимо, считала, что если она не виновата, то и смысла реагировать на обвинения смысла нет.

Так монотонно и медленно начинался скандал. Однако до точки кипения он дошел довольно быстро. Всё закончилось тем, что местные женщины избили её до полусмерти и ушли. Больше Марину никто не видел.

Одни говорили, что она ушла глубь леса, другие – что покончила с собой, третьи – что нечисть, которой она служила, по их мнению, каким-то образом с ней расправилась.

Суть этой истории я понял, когда стал старше, и из этого извлёк один важный для себя урок: большинство женщин очень завистливы и коварны.

Воспоминание нагнало на меня печальные мысли. Я стоял и рассматривал дом, пустовавший ни один год.

Многие женщины, которые участвовали в том избиении, уже стали бабушками и радовались подрастающим внукам. Насколько мне было известно, у Марины не было детей. Невольно задумался о том, есть ли у неё сейчас дети или внуки, или её самой давно нет в этом мире? Я склонялся к первому варианту. Точнее мне очень этого хотелось. Больше всего меня поразило то, что виновные в этом избиении остались безнаказанными.

Всё дело было в том, что её никто не хватился, никто не искал, и в соответствующие органы не сообщал.

Когда мне было восемнадцать, мой друг подрался с парнем из соседнего района, мамаша пострадавшего написала на Лёшу заявление. Скорее всего, у неё были связи в органах, потому что другу дали три года. Все мальчишки дрались, но Лёша за это заплатил слишком высокую цену.

Глава 2

Я вернулся домой в очень скверном расположении духа. Бабушка как раз ставила на стол тарелки с горячим грибным супом. Мы сели и пожелали друг другу приятного аппетита.

- Ба, а как думаешь, куда Марина делась?

Она, казалось, некоторое время пыталась понять, о ком я.

- В город уехала, что же ей ещё оставалось? – бабушка помолчала и добавила, - Марина всегда держалась особняком. За это её многие не любили.

Мне показалось это странным. Избивать людей, потому что те кажутся им странными или подозрительными могли только инквизиторыТайной канцелярии или КГБ-шники, что по сути одно и то же. Это входило в их обязанности, пусть и негласные. Должна быть на это причина.

Больше эту тему я не поднимал. Мы поужинали и ушли спать.

Я улегся в мягкую чистую постель и надеялся заснуть, но сон не шел. Спустя пару часов, мне это всё же удалось.

Хорошо помню, что снился лес, как я вхожу в этот злополучный дом. На этом мои глаза открылись, и я увидел свою темную комнату.

Нет, я не проснулся в холодном поту, меня не била дрожь, Просто пришло осознание, что я хочу разгадать эту тайну, узнать, что случилось там на самом деле. Мне не хотелось возвращаться в это неприятное место, но в голове твердо засела мысль «надо». Не представлял я в тот момент, что могу или должен там найти, но я оделся и пошел в нужном направлении.

Ночь сделала этот разваленный дом каким-то зловещим. Пустые глазницы окон смотрели на меня, и видели насквозь, покосившиеся стены, словно ухмылка на лице окоченевшего трупа вызывала ужас. Мне казалось, что со страхом я знаком не понаслышке, но тут до меня просто парализовало. «Зачем пришел?», спрашивал я себя, и тут же отвечал: чтобы войти. Пришлось выдохнуть, набраться храбрости и сделать шаг вперед. Спустя минуту я уже осматривал покосившийся дом изнутри. В голове пронеслось издевательское « вот он тебя и сожрал». Загорелась керосиновая лампа на столе. Я услышал тихие шаги и резко обернулся. Моё сердце стояло комом в горле и едва не выскочило через рот.

- Пришел, значит.

Желудок буквально свело от страха. Передо мной стояла Марина, живее всех живых.

- Ну, чего ты испугался? Или думаешь, тебя кто-то здесь сожрёт? – спрашивала она.

Увидев, что Марина жива я начал потихоньку приходить в себя. У меня было к ней много вопросов. Начал я немного некорректно.

- Что ты здесь делаешь?

Она округлила и без того большие карие глаза, и ответила:

- Что я здесь делаю? Время от времени навещаю эти развалины. Мне, в общем-то, нужна помощь. Без разницы чья, главное, результат.

Мне стало заметно лучше.

- И что тебе нужно?

Она рассказала о том, что была у неё старшая сестра, Кира. У Киры был старый медальон, передающийся в их семье по женской линии. Сестра заболела и медленно умирала, никто уже не мог ей помочь. Марина повздорила с сестрой и та не захотела ей передавать семейную реликвию.

- Так Киру и похоронили с медальоном на шее. Вот он мне и нужен, но сама его взять не могу. Видишь ли, не будет он мне тогда служить.

Любой дурак бы понял, к чему клонит эта сумасшедшая барышня.

- Я не стану этого делать, - сказал я и направился к двери.

Дверь захлопнулась, едва я успел сделать два шага.

- Мы не договорили, - сказала она спокойным тоном. Словно это было запланировано.

- Это не всё, что мне нужно.

Я повторил, что ни за что не стану ей помогать. Марина скользнула по мне глазами и спросила, уверен ли я, и добавила, что больше мне такое предложение с неба не упадет. Мне ничего не приходило в голову, я был ошарашен.

- Дорогой Павел, тебе точно так же нужна моя помощь, как и мне твоя. Мне рано или поздно помогут, ты или кто-нибудь другой, это не так уж важно, а вот тебе могу помочь только я. Так что решай. Послезавтра ночью я буду тебя здесь ждать с медальоном, другого шанса не будет.

Я начал парировать:

- Зачем он тебе нужен? И что я должен сделать, а главное, зачем?

Марина смотрела на меня как на идиота.

- Зачем он мне нужен – не твоего ума дело, ты должен раскопать могилу моей сестры и забрать оттуда медальон, сделаешь, что попрошу, и твоя мама будет жить долго и счастливо. Могила Киры в западной части кладбища, надгробие в форме ангела.

Она явно была не в настроении. Внезапно распахнулась входная дверь, и я вылетел из дома быстрее, чем успел осознать, что происходит. В эту же секунду дверь захлопнулась, и погас свет.

Глава 3

Утром все казалось дурным сном. Я бы смог убедить себя в том, что это был сон, если бы не ныло плечо. Ударился им, когда приземлялся. День прошел как в тумане, помню, что помогал бабушке, вел себя как обычно. Только беспокоил меня один вопрос: соглашаться ли? Глупо спрашивать такое, когда это единственный шанс спасти маму.

Мало по малу наступил вечер, а затем ночь, бабушка ушла спать. Я выждал еще минут двадцать, взял из кухни фонарик, нашел в сарае лопату и ломик, и пошел.

Долго искать не пришлось, ангел был всего один. Сидел на небольшой плите, скорбно сложив крылья и руки. Голову скульптуры покрывал капюшон. Я недолго раздумывал, потом принялся копать. Прошел ни один час пока я добирался до крышки гроба. Сил уже не было, руки и ноги ныли, фонарик должен был скоро погаснуть. Я в очередной раз изо всех сил воткнул лопату в землю. Послышался треск дерева и лопата провалилась, вместо того, чтобы упереться в твердую землю. Я был у цели. Открыл крышку с помощью лома. От тела Киры почти ничего не осталось. Обрывки одежды, несколько костей и пыль. Среди пыли и находился предмет, который был мне нужен. В серебре, почерневшем от времени, виднелся огромный красный камень. Я отправил находку к себе в карман и выбрался из ямы.

- Прости. Так было нужно, - сказал я останкам.

- А ты бы простил? – послышался сзади женский голос. Я от страха и неожиданности едва не свалился в могилу. Обернувшись, увидел полупрозрачный светящийся силуэт. Я онемел и затрясся. Зашибись, подумал я, мне только призрака для полного счастья не хватало.

- Да не трясись, все равно не смогу тебе ничего сделать. Просто хотела спросить, сестра моя тебя прислала?

- Н-нет, - ответил я, едва узнавая свой голос.

- Врунишка. Скажи Марине, пусть медальоном этим, - голос призрака стал грубее, и появилось эхо, - подавится.

Подул ветер и ночная гостья растворилась во мраке. Я в полуобморочном состоянии засыпал могилу и побрел домой.

Утром я пил кофе и думал о случившемся. Мысли то и дело прерывала бабушка, она явно переживала, потому что постоянно задавала вопросы о том, как я себя чувствую.

Кофе не помог взбодриться, я проспал до обеда. До вечера время тянулось очень медленно. До ночи еще медленнее.

Тем не менее, долгожданная ночь наступила, и я пришел в полуразвалившийся дом снова. Марина сидела за столом, в свете лампы её лицо блестело, словно было обмазано воском.

- Здравствуй, Паша.

- И тебе не хворать, - ответил я без энтузиазма и положил на стол перед ней медальон.

Она сгребла его в охапку и поблагодарила меня.

- Это всё? Мы ведь в расчете? - спросил я с надеждой.

Марина ответила:

- Ох, нет же. Еще одна просьба. Более простая. Мне нужно, чтобы ты привел мне сюда девушку. Любую девушку завтра вечером. Твоя мама будет здорова, а я счастлива.

- А ты меня не обманешь? Ведь гарантий нет, - я не унимался.

- Гарантий нет, но поверь мне, это последняя просьба. Сделаешь, и каждый получит то, что хочет.

Я возвращался домой в непринужденном расположении духа. Казалось, что всё наконец-то налаживается.