Обложка Сделка-2. Бездна

Сделка-2. Бездна

shellina

0% прочитано
Стандартный
shellina

Сделка-2. Бездна

Пролог

Сьер Льеж являлся одним из самых влиятельных демонов Бездны, и именно он отвечал за вторжение на Кситион, которое должно было состояться еще год назад. Именно он разрабатывал план, именно он вышел на этого паршивого принца, и именно его запомнят как генерала, при котором это так тщательно запланированное наступление так бездарно прос..., которое в итоге не состоялось.

Были уже сформированы демонские легионы, подготовлены планы, намечены точки, для создания временных складов, потому что постоянно использовать порталы — слишком накладно, да и стабильного канала с Кситионом все еще нет — что-то эти хреновы Стражи в свое время намутили, так что агентов до сих пор выкидывает, где придется, а не в конкретной точке. Но самое главное, это ничтожество, готовящееся взойти на престол — принц Бэртхом всецело поддерживал воинов Бездны. Практически король этого задрипанного Кситиона, на который так давно точили зубы почти все высшие демоны, полностью находился под властью генерала Льежа. Такую удачу многие демоны ждут тысячи лет, и Сьер по праву считал себя везунчиком, когда откликнулся на зов принца, но... этот... этот... Сьер никак не мог подобрать слово, позволяющее охарактеризовать Бэртхома так емко, как тот того заслуживал. В общем, принц умудрился сдохнуть от рук какой-то девчонки, так и не успев надеть корону и, соответственно не открыл доступ легионам на Кситион.

А к новому королю найти подход было невозможно. Нельзя сказать, что лучшие агенты Бездны не пытались это сделать, еще как пытались, вот только потерпели неудачу. Мало того, что он отличался какой-то нездоровой для короля принципиальностью, и являлся магом, так его еще и начинало трясти от одного упоминания о Бездне. И что ему такого демоны сделали, если, по данным Сьера, этот король ни разу ни с кем из представителей Бездны не встречался.

План захвата Кситиона сейчас годился только на растопку камина, а Сьер из любимца Великого рогатого превратился в демона, потерявшего половину своего влияния, над которым теперь потешались все, кто еще недавно даже пикнуть не мог под его суровым взглядом.

Невеселые мысли Сьера прервал его секретарь, осторожно проскользнувший в кабинет шефа.

— Сеньор Льеж, у меня для вас любопытные новости.

— Говори, — Сьер откинулся на спинку кожаного кресла и мрачно посмотрел на подтянутого ухоженного беса с идеальным пробором и отполированными до блеска рогами, выглядывающими из стильной прически.

— Из достоверных источников нам стало известно, что у короля Кситиона Артура три дня назад родился сын.

— И что? Ты решил, что мне просто необходимо посмотреть на праздник человеческой части этого паршивого мирка?

— В том-то и дело, сеньор, что никакого праздника нет. Более того, похоже, Артур даже не подозревал о потенциальном наследнике до его рождения.

— Какой же это тогда наследник? Ну повалял этот Артур какую-то девчонку на сеновале, делов-то, — Сьер потерял интерес к разговору, поняв, что речь идет об очередном бастарде.

— Нет, сеньор, это именно наследник. Как оказалось, Артур женат на матери ребенка по обряду Ирвиан. Он не знал, что его жена была беременна, когда они расстались. Скорее всего, он думал, что женится более удачно и с рождением первенца все его обязательства перед бывшей исчезнут, но не получилось, она успела родить первой, тем самым застолбив за собой место местной королевы.

— Вот как? А вот это уже интересно, это очень интересно, — Сьер задумался. — А кто у нас мать?

— Да, какая-то помощница деревенской знахарки. Мы вычислили ее местонахождение, и теперь за домом ведется наблюдение. Только вот демонов на Кситионе очень мало. Отдел транспорта института экспериментальной генетики сообщил, что год назад туда была переброшена парочка бесов — практикантов, но они приземлились неудачно, нарвавшись на что-то вроде местной инквизиции. В дальнейшем связаться с ними не удалась, поэтому эту парочку объявили погибшей, а кроме них на Кситионе находятся только четверо наших агентов.

— Какая же это отсталая реальность, — вздохнул Сьер.

— И не говорите, сеньор, — секретарь открыл блокнот. — Что прикажите делать? Убить и мать, и ребенка?

— Нет, ни в коем случае, — Сьер глубоко задумался. — Ребенка необходимо похитить.

— Простите, что?

-Тебе уши помыть? — Сьер потер руки. Ему в голову только что пришла поистине демоническая мысль. — Слушай меня внимательно. Ребенка необходимо похитить и передать на воспитание... кому бы его передать на воспитание?

— Я, кажется, понимаю, что вы хотите сделать, сеньор. Могу я порекомендовать вам старшего лаборанта факультета точечных мутаций и генетического анализа нашего замечательного НИИ экспериментальной генетики Джорджика. Правда, в этом случае с занимаемой должности его придется снять. Не думаю, что он сможет совмещать два таких ответственных дела, во всяком случае, до тех пор, пока малышу не придет время пойти в демонические ясли, вы же не хотите изолировать его от общения со сверстниками? Это может негативно сказаться на его восприятии Бездны.

— Ты сейчас за этого Джорджика ходатайствуешь, или хочешь его подвинуть? — Сьер прищурился.

— Джорджик неплохой демон, но слишком осторожен, — секретарь поправил нашейный платок. — Это нехорошо для его научной деятельности, недаром он столько лет уже занимает пост старшего лаборанта, но это его качество прекрасно подойдет для воспитания ребенка, особенно учитывая то, что ребенок — человек. И да, мой кузен рассчитывает получить должность Джорджика и стать уже, наконец, старшим лаборантом.

— Демоны, — Сьер задумался. — Почти как люди. Этот Джорджик надежен?

— Как может быть надежен демон.

— Хорошо. Я поговорю с Сатаном. Пусть переведет Джорджика на новую должность. Пусть это будет называться экспериментом. Посмотрим, сможем ли мы правильно воспитать наследника человеческого королевства этого задрипанного Кситиона.

— Полагаю, ваш младший брат сделает все в лучшем виде, — секретарь направился к двери, чтобы отдать необходимые распоряжения.

— Постой, — Сьер принялся крутить в пальцах перьевую ручку. — Ты сказал, что Артур женат по обряду Ирвиан?

— Да, сеньор.

— Но, эта ветреница вроде бы давно того... или нет?

— Я не знаю. Мне уточнить?

— Да, — Сьер нахмурился. — Просто, если Ирвиан развоплотилась, но ее обряд продолжает работать, значит, все еще существуют Стражи.

— Это имеет значение? — секретарь настороженно посмотрел на шефа.

— Мы готовили вторжение, рассчитывая на то, что Стражи приказали долго жить, последовав за своими Богами. Ты хоть представляешь, на что способен хотя бы один обученный Страж? Хотя где тебе, молод еще, и пары сотен лет не разменял. А, может быть, это хорошо, что все сорвалось? Все-таки войну со Стражами Храмов нам пока не вытянуть. Этим тварям только высшие могут противостоять на равных. Нет, если бы дело касалось Земли, например, то нам выделили бы достаточно сил и средств, но вот Кситион... Слишком уж незначителен этот мирок, чтобы так тратиться на его завоевание, да и стычки со Стражами Храмов все еще живы в памяти у Великого рогатого, которому дважды пришлось вмешиваться лично! Дважды! Да даже на Земле он появлялся лишь однажды, и то, в качестве туриста. Вот что, сообщи нашим агентам, что после передачи наследника Джорджику, они должны землю носом рыть, но узнать все о Храмах и их служителях. Мне сейчас меньше всего хочется навлечь на себя гнев Великого рогатого, а такой промашки, как провороненные и все-таки живые Стражи Храмов, мне точно не простят. — Секретарь кивнул и поспешил выполнять приказания. Когда он уже подошел к двери, Сьер его окликнул. — Да, по выполнению доложишь.

— Всенепременно, сеньор, — и демон покинул кабинет шефа, прокручивая в голове план действий.

Глава 1

Ольга

Я покормила своего мальчика и уложила его в колыбель. Прошла уже неделя, после его рождения, а я все еще не могу полностью восстановиться: слишком быстро устаю, меня не покидает чувство общей разбитости, и я постоянно хочу спать.

Но одновременно с этим, все это время я по-настоящему счастлива, как еще не была ни разу со дня моего появления на Кситионе силами не слишком утруждающего себя проблемами местного населения дородного божества в полосатом халате. Еще бы этот браслет на запястье, который проступил в виде золотистой татуировки сразу после рождения сына, исчез куда-нибудь, было бы совсем замечательно, но что-то мне подсказывает, что он просто так никуда не денется. То, что я понятия не имела, что же он означает, заставляло меня нервничать, ведь я точно помню, что похожий на татуировку браслет, который я надела в Храме Ирвиан, исчез, растворившись под кожей, в тот самый момент, когда я рвала свиток малого исцеления, зажав руки Артура своими.

Когда я удрала из гостиницы от Артура с помощью жезла перемещения, то почему-то думала, что попаду на постоялый двор на границе Элронда и Кситиона. Но когда передо мной оказался печально знакомый пограничный пункт и, казалось бы, бессменный его таможенник Нэриэль Нодар, то я поняла, что ошиблась. Настройки жезла изменились таким образом, что теперь весь год меня будет выбрасывать на границе под пристальными взглядами пограничного контроля эльфов, если я решу снова воспользоваться жезлом. Глядя на вытянувшееся лицо Нэриэля, я тогда попятилась и вихрем вылетела с территории таможенного пункта в направлении королевства Кситион.

Так как я уходила с территории Элронда, а не пыталась туда проникнуть, мне просто дали уйти, не преследуя и не ставя в известность пограничную службу Кситиона. Хотя не исключено, что Нодар просто пребывал некоторое время в шоке, а потом, когда он пришел в себя, предпринимать что либо, было уже поздно.

Целую неделю я скиталась вдоль границы, избегая крупных сел и городков, попадающихся мне по дороге. То, что меня никто не ограбил и не убил в это время можно счесть чудом.

В одной деревушке мне удалось купить лошадь со всей полагающейся ей амуницией. Так что путешествовала я почти с комфортом. Почти, потому что ездить на лошади до этого времени толком все же не научилась, пришлось постигать все нюансы этой науки на практике. А рыцаря, готового в любой момент поддержать, рядом не наблюдалось, как что путешествие проходило в почти комфортных условиях. Но хоть не на своих двоих топала, и то хлеб.

Вглубь страны углубляться не хотелось, но и оставаться слишком близко от границы не следовало. Вряд ли этот эльф-пограничник будет долго молчать о моем эффектном появлении. В то, что Артур будет меня искать, верилось с трудом, у него сейчас своих дел выше крыши, но и давать ему повод для глупых мыслей не хотелось, а несчастные случаи, они такие несчастные... Артур еще и всплакнет над моей могилкой, уж во всяком случае, эпитафией точно озаботится, какой-нибудь типа этой: «Она не умела надежно спрятаться», — выбитой на белоснежном мраморе могильной плиты. Красивая могилка, цветы каждую четвертую субботу каждого десятого месяца, торжественно возложенные у памятника, под восторженными взглядами юных фанаток молодого короля: вот только мне от этого лучше точно не станет. Я почему-то предпочитаю оставаться малоизвестной личностью, зато живой.

Уж не знаю, чем меня привлекла деревня «Новый крыжовник». Возможно оригинальностью названия, а может быть, меня настолько разобрало любопытство, что я решила: никуда отсюда не уеду, пока не пойму, куда они старый крыжовник дели.

Деревня была небольшой, дворов шестьдесят, но очень уютной. Ухоженные домики, ухоженные огороды, ухоженный скот, ухоженные поля, ухоженные... В общем, в том, что деревня настолько ухоженная, была немалая заслуга старостыГеорга Трога — высоченного, здорового мужика, крепко держащего в кулаке все это, надо сказать, довольно непростое хозяйство. Староста был еще не старый, русоволосый, голубоглазый, и, как ни странно, холостой. Но это не мешало ему наводить почти идеальный порядок как в своем хозяйство, так и во всей деревне.

Все это я узнала позже от Ксаниты, к которой напросилась на ночлег в тот первый вечер, когда свернула с тракта в поисках старого крыжовника.

Ксанита — знахарка. Ее дар настолько скудный, что те кураторы, что отвечают за этот сектор Кситиона перед Академией, даже внимания на нее в свое время не обратили — она все равно никогда не смогла бы учиться в Академии и стать приличной магичкой. Но вот людей лечить в меру своих сил, приправленных неплохими знаниями в плане традиционной или народной медицины, она вполне даже могла. До ближайшего мага добираться было далеко, да и дорого они брали за свои услуги, не каждый мог позволить себе обратиться к магу за излечением, а лечить людей было все-таки желательно, дабы избежать слишком уж отрицательной динамики прироста населения, так что знахарки жили в каждой приличной деревне. Пользовались они уважением и на хлеб с приличной колбасой вполне зарабатывали, потому что страждущих на век любой знахарки во всех мирах хватит. В отличие от большинства своих коллег, Ксанита оказалась молодой тридцатилетней женщиной. Очень красивой молодой женщиной и очень независимой. А еще она являлась одной из причин того, почему видный староста все еще ходил бобылем, вот только пока в ее планы не входило становиться замужней дамой и обзаводиться обширным хозяйством и прилагающимся к этому хозяйству мужем.

Ее дом показал мне племянник старосты, которого я встретила на улице, когда проезжала по селу, оценивая его очень положительно в плане возможного места жительства. Приняла меня знахарка довольно благосклонно, но это понятно, ей было довольно одиноко — все ее ровесницы были замужем и с детьми, а поговорить с кем-то, кто близок тебе по возрасту и отношению к жизни иногда охота. Поужинав, мы разговорились. Выяснив, что я хотела бы поселиться в деревне наподобие этой, Ксанита задумчиво на меня посмотрела и спросила:

— А чем ты на жизнь зарабатывать будешь?

— Не знаю, придумаю что-нибудь, — я откинулась на стену, возле которой сидела на лавке и прикрыла глаза. — На первое время у меня деньги есть, немного, правда. — То, что у меня, кроме рыцарского шлема, в сумках находится небольшое состояние, знать не нужно было никому.

— А делать-то что умеешь?

— Я неплохо знаю анатомию и физиологию человека: как нормальную, так и патологическую...

— Прости, что? — задумчивость в глазах Ксаниты сменилась удивлением.

— Я знаю внутреннее строение человека, его реакцию на раздражители, и как проявляются разные болезни. Только лечить не умею, не успела научиться. Никаких трав не знаю. Вот и думаю к знахарке помощницей пойти, а там подучусь, да сама знахаркой стану, правда, без дара, но с моими знаниями — это сильной помехой быть не должно.

— А ну-ка, скажи мне, как болезнь горла проявляется, — Ксанита в упор смотрела на меня.

— Смотря какая, — я пожала плечами.

— Которая от холода наступает.

— Ангина, что ли? Так, значит, две группы признаков: общие и местные. Общие включают в себя лихорадку, слабость, потливость и другие. Местные — это состояние самого горла: может быть просто покраснение, а может и гной образоваться, — я говорила медленно, тщательно упрощая определения, и стараясь не углубляться в терминологию.

— Ольга, а ты все болезни так объяснить можешь?

— Все, какие знаю.

— Можешь считать, что нашла ту знахарку, которая тебя в помощницы возьмет, — торжественно произнесла Ксанита. — Только я одного не могу понять, почему ты не доучилась?

— Да так получилось, — я неопределенно пожала плечами.

— Понятно, мужик? — она понимающе кивнула и, поднявшись из-за стола, принялась готовить мне комнату. Отвечать не требовалось, мужчина — это самая распространенная причина, по которой женщины бросают учебу, работу, а иногда и семью, во всех существующих вселенных.

Дом знахарки был большим. Кроме кухни, в нем было четыре комнаты. Одна располагалась сразу за сенями, в ней Ксанита принимала больных. После этого своеобразного кабинета шла комната, выполняющая роль одновременно шлюза и лаборатории. В ней сушились травы, а в шкафах располагались другие ингредиенты для лечебных снадобий. В центре комнаты стоял массивный дубовый стол, где эти снадобья готовились. Да печь, куда же без нее.

Жилых комнат было две: спальня самой хозяйки и еще одна, в которой меня и разместили. Комната мне понравилась: большая, светлая, с выбеленными стенами и самоткаными половиками. На кровати перина, застеленная свежайшим бельем. Небольшой сундук для вещей, и туалетный столик с большим зеркалом. Последнее привело меня в недоумение.

— А это здесь откуда?

— Я все же женщина, да и ты тоже, — пожала плечами Ксанита. — Мужик-то стоил того, чтобы обучение бросить?

— Да, Ксанита, стоил, — я принялась распаковывать вещи.

— Кто хоть это был?

— Да так, рыцарь один, — я вытащила шлем, некоторое время печально рассматривала его, а затем решительно положила на дно сундука.

Вот так я и осталась в «Новом крыжовнике». Куда дели старый, я так и не узнала.

Через месяц меня стало подташнивать, и я стала остро реагировать на любые запахи. Находиться в комнате с травами стало для меня мучением.

— Ты не праздна, — Ксанита покачала головой, когда я вылетела из комнаты, зажимая себе рот ладонью.

— Я уже догадалась, — я положила руки на еще плоский живот и счастливо улыбнулась.

Местный божок сдержал слово, излечив от бесплодия, которое было последствием страшной аварии, случившейся еще там, в реальности Земля, как говорил один знакомый мне бес. И вот, у меня будет ребенок, выстраданный и долгожданный. Да и с генами у моего сына, я почему-то было абсолютно точно уверена, что ношу сына, все в порядке: где я отца с лучшей родословной, чем у Артура здесь на Кситионе нашла бы?

— И кто отец? Твой рыцарь?

— Да. А что, могут быть проблемы?

— Да какие проблемы? Людям все равно. Здесь тебя вообще вдовой считают. Осталась без мужа, вот и ушла, куда глаза глядят. Да, нужно мужиков попросить колыбель сделать, да пеленки начинать готовить, их много нужно, особенно в первое время.

— А ты не будешь против? — осторожно спросила я свою домохозяйку, прикидывая, куда могу податься, будучи беременной.

— Дети — это счастье, — серьезно ответила Ксанита. — Я не могу иметь детей, — она на мгновение отвернулась от меня, затем снова посмотрела и серьезно добавила. — У твоего карапуза не будет отца, зато у него будут две матери. Это судьба, Ольга. Теперь я верю, что это Бог привел тебя в мой дом.

— А вот это вряд ли, — хмыкнула я, вспомнив местное божество, одетое в полосатый халат. — Я рада, что все так получилось.

Беременность протекала на редкость спокойно. После двух недель тошноты все проявления прошли, и если бы не увеличивающийся живот, да отсутствие женских дней, то можно сказать, что беременности я не ощущала.

А вот когда родился мой мальчик, на левой руке проступила эта злосчастная татуировка в виде браслета из переплетенных ветвей. Сразу вспомнился Храм, где подобный браслет врос мне под кожу, когда я лечила Артура.

Потом вспомнился и сам Артур. Я жила слишком далеко от столицы, и до нас долетали только обрывки новостей о молодом короле, чаще всего в виде сплетен, рассказанных за столом на кухне. Любила ли я его? Вряд ли. Я еще хорошо помню, что такое — любить мужчину, потому что я очень сильно любила своего покойного мужа. К Артуру у меня подобных чувств не было, да даже похожих чувств у меня к нему не было. Мне было хорошо с ним, интересно. Он потрясающий любовник, но я спокойно жила все это время и без него. Хотела ли я его снова увидеть? Не знаю, скорее, нет, чем да. Я до появления этой татуировки и не вспоминала о нем месяцами.

Когда я немного пришла в себя после родов, Ксанита принесла мне моего мальчика, уже умытого и упакованного в белоснежную пеленку.

— Как мы его назовем?

Я задумалась. Первым порывом было назвать сынишку Сережей, в честь моего первого мужа, но я сразу же отвергла эту мысль. Вторым порывом — Артуром, в честь нашего короля. Я хихикнула.

— Константин. Так звали моего отца.

— Красивое и необычное имя, — Ксанита улыбнулась. — Покорми Константина, а то он голоден.

Сейчас же прошла уже неделя, с тех пор как Костя родился, и я была по- настоящему счастлива.

В дверь постучали. Я поморщилась. Ксанита ушла к жене кузница, Элька рожала первенца, и роды обещали быть тяжелыми. Костя сопел, смешно морща носик, в своей колыбели, и я, поправив на груди платье, отправилась открывать дверь.

Артур

Я стоял перед дверью дома знахарки в глухой деревне, куда, как оказалось, забралась Гвен, и терпеливо ждал, когда мне откроют.

Эта неделя превратилась для меня в непрерывную скачку, во время которой мы останавливались только за тем, чтобы дать отдых лошадям, да немного отдохнуть самим.

Бернар стоял за моей спиной и недовольно сопел. По всем правилам это он должен был сейчас долбиться в дверь, потом первым войти в дом, все осмотреть и проверить в плане безопасности, и лишь потом пропустить к входу меня, но уступать возле самой цели именно сейчас я не намерен никому.

За эту неделю я часто думал о том, что я ей скажу. Погнавшая меня из дворца злость постепенно сошла на нет, и сейчас я хотел задать ей только один вопрос: почему? Почему она так со мной поступила? Сбежала, не сказав ни слова. Не сообщила о беременности... Стерва.

Когда дверь открылась, то я сначала ее не узнал. Она заметно похорошела, уже не была такой болезненно худой, как в то время, когда мы мотались по стране в поисках ответов на мои вопросы, которые я так и не нашел.

Она меня узнала сразу, как только увидела. Побледнела и отшатнулась. Я поморщился, хотя и не ждал радостной встречи, но это уже немного перебор.

— Ты?! Что ты здесь делаешь?

— Мне захотелось узнать, как тебя зовут, ведь Гвиневра — это не твое настоящее имя? — я прищурился, пристально оглядывая ее с макушки до пят. Она покачала головой.

— Ольга, господа рыцари ранены? Тогда почему ты держишь их на пороге? — к нам подошла высокая, фигуристая, черноволосая, синеглазая красотка. Бернар чуть слышно присвистнул, даже меня пробрало, пока я не перевел взгляд на свою жену. Красота подошедшей женщины сразу отошла на второй план.

— Знаешь, Ольга, — я медленно произнес ее имя, буквально просмаковал его, — тебе очень сильно повезло, что ты забралась в эту дыру. Во всяком случае, мне пришлось слишком далеко ехать, и моя потребность в твоем немедленном убийстве несколько ослабла, но не ушла до конца.

— Ольга, вы знакомы? — красавица нахмурилась и подошла ближе.

— Ксанита, это Артур, — Ольга пришла в себя и сейчас, прищурившись, смотрела на меня, скрестив на груди руки, — отец Константина. Второго я не знаю.

— Значит, ты назвала нашего сына Константин? — я сделал еще один шаг в ее направлении. — А тебе не приходило в голову, что я имею право знать о его существовании?

— Кстати, а как ты узнал? — она снова попятилась.

— Видишь ли, дорогая, когда узнаешь, что являешься женатым человеком, причем довольно давно, то это еще полбеды. Но когда узнаешь, что твоя женитьба, о которой ты даже не подозревал, становится официальной после рождения твоего первенца, то первое, что тебе хочется, это убить женщину, которая скрыла от тебя, что ты стал отцом!

— Какая женитьба? О чем ты говоришь? — Ольга остановилась и теперь смотрела на меня широко распахнутыми глазами.

— У тебя должен быть такой же, — я закатал рукав рубахи и продемонстрировал ей свою золотистую татуировку, которая охватывала запястье в виде браслета.

Она бросила взгляд на свою руку и в панике посмотрела на меня.

— И что, ничего нельзя с этим сделать? — ее голос прозвучал так жалобно, что мне стало не по себе.

— И что же ты хочешь сделать?

— Ну, развестись, — я почувствовал, что теряю над собой контроль. Вокруг меня закружил мощный порыв ветра, готовый перейти в полноценную бурю.

В это время из глубины дома раздался плачь ребенка.

Ольга встрепенулась и бросилась к сыну. Так как мне никто больше не перегораживал дорогу, я быстро пошел за ней.

Бернар с Ксанитой мялись на пороге, не решаясь последовать за нами.

Раздавшийся из дальней комнаты вопль заставил меня перейти на бег.

Ольга сидела на полу перед колыбелью и смотрела на нее невидящим взглядом. Колыбель была пуста.

Я подошел к ней и опустился рядом на колени. Она перевела взгляд на меня.

— Это ты во всем виноват! Зачем ты явился?! — я перехватил ее за тонкие запястья. Пытаясь колотить меня в грудь, Ольга могла пораниться. Все-таки на мне был надет хоть и кожаный, но доспех.

— Гвен, что произошло? — ветер стих, и я говорил очень тихо, почти шептал. Не могу называть ее Ольга, не привык еще.

— Где мой сын?! Верните мне моего мальчика!

— Что случилось? — в комнату вбежала Ксанита. — Где Константин?

— Пусти меня, скотина, это ты во всем виноват! Ты!

Я продолжал удерживать бьющуюся в истерике жену. Знахарка вышла из комнаты, но очень быстро вернулась, неся склянку с каким-то зельем.

— Помогите мне, — она подошла к Гвен. Я понял, что нужно делать. Перехватив жену за талию, я рывком прижал ее к себе. Ксанита быстро поднесла к губам моей вырывающейся женщины склянку и выпоила ей содержимое.

Очень скоро рыдания Гвен сменились невнятными бормотаниями, и она уснула.

Подхватив жену на руки, я осторожно перенес ее на кровать.

— А теперь мне кто-нибудь внятно ответит, где мой сын? — я мрачно посмотрел на Бернара, который в это время заглянул в открытое окно.

— Младенца вынесли отсюда, и еще, милорд, посмотрите, я никогда не видел ничего подобного, — он указал куда-то на землю.

Я просто выпрыгнул из окна и склонился над местом, указанным моим телохранителем.

В этот момент я ничего не чувствовал, меня волновал только один вопрос: где мой сын? Кому могло понадобиться похищать его? Единственное, в чем я был уверен, те, кто это сделал, знали, что ребенок не просто сын деревенской знахарки.

Земля под окном была изрядно вытоптана. Похоже, эти уроды долго ждали подходящего момента. И тут я увидел то, что пытался показать мне Бернар. Небольшой, невнятный отпечаток копыта. Всего один, именно это привлекло внимание Бернара.

Я нахмурился. Что-то в этом отпечатке было знакомое. Где-то я подобное уже видел. Внезапно перед глазами встал образ Бездны и старшего лаборанта какого-то демонического института — Джорджика.

Глава 2

Артур

Я довольно долго разглядывал отпечаток копыта, затем поднялся и проговорил вслух, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Здесь были демоны. Это совершенно точно. Нужно было догадаться, что они просто так не отступят после смерти Бэртхома. Судя по той карте, которую я успел изучить, у Бездны были настолько грандиозные планы на Кситион, чтобы просто взять и утереться, после того как эти планы так бездарно сорвались.

— Демоны? Но, что им нужно, сир? — Бернар практически прошептал обращение ко мне.

Когда мы только выехали из столицы, я в категоричной форме запретил ему обращаться ко мне как к королю. Не стоило привлекать ненужное внимание. Тем более что ехали мы вдвоем, и это могло оказаться большим искушением для некоторых моих неверноподанных. Но полностью отказаться от впитанной с молоком матери почтительности к своему королю Бернару пока не удалось, так что кроме более нейтрального «милорд», в его обращении ко мне нет-нет, да и проскальзывало «сир». Виконт по праву рождения, он добился должности моего личного телохранителя вовсе не за свою лояльность или титул, но в вопросах придворного этикета проявлял просто непробиваемую твердолобость. Его понятие субординации было настолько велико, что порой даже несколько раздражало. В любое другое время это было хорошо, но не сейчас.

— Я не знаю, Бернар, — я еще раз посмотрел на отпечаток копыта. — Вероятно, меня начнут шантажировать. Может быть, потребуют, чтобы я подтвердил обещания, данные когда-то Бэртхомом, и принял на себя его обязательства. Может быть, это будет что-то еще, я не могу сейчас судить об этом.

— И что же вы будете делать, как вы сможете противостоять демонам?

— Я буду искать своего сына. И ты просто не представляешь, Бернар, как удачно все сложилось, если, конечно, эту ситуацию в целом можно назвать удачной, — я на мгновение прикрыл глаза и невесело усмехнулся. — Моего сына все равно бы похитили, сейчас это уже ясно. Но мое отсутствие в столице развязывает мне руки. Верховный маг не может принимать решения, касаемые моей семьи, это вне его компетенции. Так что, пока я не вернусь, вопрос о выдвижении мне каких-либо условий останется в подвешенном состоянии. А насчет того, как я могу противостоять демонам... Бернар, ты даже не представляешь, каким сюрпризом я могу оказаться для порождений Бездны.

— Но откуда похитители вообще узнали, что этот ребенок ваш сын?

— А вот это наталкивает меня на мысль о предательстве, возможно невольном, — я нахмурился. — Вот что, Бернар, если ты еще раз назовешь меня «сир», я придумаю как тебя наказать. Поверь, фантазия у меня богатая.

Мой телохранитель вздрогнул.

— Но... почему?

— Однажды Гвен сказала, что простые смертные не знают властьимущих в лицо, мол, королей узнают по профилям на монетах, а лошадей дворян, на чьей земле они живут, знают лучше, чем этих самых дворян. Моего профиля на монетах еще нет, а мой домен Фарли далеко отсюда. Так что существует прекрасный шанс остаться неузнанным. Если, конечно, кое-кто не прекратит раскрывать мое инкогнито, определяя мою принадлежность к правящему дому.

— Вы действительно верите...

— Да, Бернар, и в прошлое мое путешествие, я убедился в правильности слов моей жены. Меня ни разу никто не узнал, за исключением, наверное, только эльфов на границе с Элрондом.

— И как же мне к вам обращаться?

— Думаю, что Артур Свинг будет уместно.

— И кто вы по статусу?

— Наемник. Более того, с этого такта ты тоже становишься наемником, причем моим командиром.

— Но...

— Это приказ, Бернар.

— Мой долг повиноваться вам, А... Артур, — Бернар запнулся на моем имени, но справился с собой, произнеся его почти без заминок, — но это не значит, что я одобряю подобное положение вещей. Кстати, что вы намериваетесь делать с вашим эскортом?

— Насколько мы их обогнали?

— Почти на сутки, — Бернар недовольно поморщился.

— Значит, нужно увеличить отрыв, и в идеале «потеряться».

— Зачем? Нет, не отвечайте, — Бернар вздохнул. — Отряд нас демаскирует. Не слишком ли все сложно?

— На кону жизнь моего сына. Я не могу им рисковать.

Переговаривались мы тихо, так что в доме нас слышно не было, несмотря на открытое окно. Решив, что делать на улице больше нечего, я направился к двери, предпочитая вернуться не тем путем, каким покинул этот дом, давший приют моим жене и сыну.

Ксанита сидела на кухне за столом, обхватив голову руками.

— Что вы решили, — она подняла на нас заплаканные глаза.

— Завтра мы выезжаем, — я сел на лавку, стоящую у стены.

— Константин жив, и ему сейчас ничего не угрожает, — Ксанита встала и начала собирать на стол еду. — Я не волшебница, но и знахарки могут иногда «чувствовать». Я знаю, что наш мальчик сейчас в безопасности, но не могу понять, почему это вообще произошло.

— Когда мы его найдем, то узнаем, — я пересел поближе к столу. Утверждение знахарки полностью подтвердило мои догадки, и я немного успокоился. — Как вы определили, что мы рыцари?

— Если честно, я думала, что рыцарем является Бернар, — Ксанита покраснела. — Вы, Артур, больше похожи на наемника. — Ха, я усмехнулся и посмотрел на Бернара. Виконт поморщился. — Но, когда Ольга сказала, что вы отец Константина, то я поняла свою ошибку. А когда Бернар назвал вас милордом, то...

— Понятно, — я задумался. — А Гвен что-нибудь еще обо мне говорила, кроме того, что я являюсь рыцарем?

— Нет, — Ксанита покачала головой. — Она и по имени-то вас никогда не называла. Только рыцарь. Когда она так говорила, я прекрасно понимала о ком идет речь. Я же ваше имя узнала только сегодня. Вообще-то я, да и не только я, думала, что Ольга — вдова.

— Это она вам сказала? — я почувствовал, что снова начинаю злиться.

— Нет, она этого не говорила. Скорее, она просто нас не разубеждала. Но не припомню, чтобы Ольга вообще много о вас говорила, только о том, что вы стоили того, чтобы вас ждать. А почему вы называете ее Гвен? Ее же зовут Ольга.

— Скажем так, она меня тоже кое в чем не переубеждала. Даже тогда, когда некоторые личности в открытую издевались над сочетаемостью наших имен, точнее, их несочетаемостью, которая показалась Гвен забавной в то время, когда мы с ней познакомились. Хотя лично я ничего смешного в этом не вижу, — я приступил к ужину. — Если бы она не назвалась чужим именем при нашем знакомстве, то я нашел бы ее гораздо быстрее, и для меня рождение сына не стало бы большим сюрпризом.

— Ольга, похоже, не ждала, что вы вообще будете ее искать.

Я не ответил, просто продолжил молча есть вкусную похлебку. Как же плохо она меня знает. Я бы все равно ее нашел, даже не родись наш сын, чтобы все-таки узнать ответы на свои вопросы, точнее на один вопрос — почему она ушла?

— Мне тоже интересно, Артур, — надо же, на этот раз Бернар даже не запнулся на моем имени, — почему О... — а вот на имени ее величества виконт «подзавис», как выразилась бы Гвен, — Ольга, — наконец, выдал из себя Бернар, — назвалась другим именем при вашей первой встречи? Насколько я понял, это как-то связано именно с сочетаемостью ваших имен, но как именно?

— Какая-то древняя легенда про одного Артура и Гвиневру, у которой однажды возникла проблема с выбором.

— С каким выбором?

— Спросите у нее, лично мне не очень понятно, почему это казалось всем забавным, но у той Гвиневры, о которой думала в тот момент, когда называла мне свое имя Ольга, были определенные проблемы с выбором своего мужчины, — я резко встал из-за стола и направился в комнату, где спала Гвен.

Хоть был еще ранний вечер, я принял решение отдохнуть. Раздевшись, я прилег рядом с женой. Почти год назад я так привык спать рядом с ней, что в первое время долго не мог заснуть, ворочаясь на большой кровати. Мне постоянно чего-то не хватало, может быть тепла, которое излучало ее тело в то время, когда мы спали в одной кровати.

Я не монах и за время моих поисков мне доводилось делить ложе с придворными дамами, мечтающими стать хотя бы фаворитками. Тогда я не знал, что женат, и не считал эти нечастые шалости изменами. В конце концов, мы ничего друг другу не обещали.

Но я никогда не оставался с любовницами на всю ночь, и ни разу не пригласил ни одну из них в свою спальню. Почему-то это казалось мне неправильным.

Внезапно меня словно облили холодной водой. Гвен тоже не знала, что мы женаты. А вдруг и она... Я помотал головой. Это неважно, наверное...

Додуматься до чего-то еще более болезненного для моего самолюбия я не успел, потому что Гвен открыла глаза и посмотрела на меня затуманенным взглядом.

Я не удержался, прижал ее к себе и уткнулся носом в теплую, пахнущую молоком шею.

Ольга

Это было довольно странно, снова просыпаться рядом с рыцарем. Почему-то я никак не могу начать воспринимать Артура как его величество.

Когда он уткнулся мне в шею, захотелось плакать.

— Как ты думаешь, что с Костей? Он жив? — наверное, в моих словах было столько безнадежности, что Артур немного отодвинул меня от себя и внимательно посмотрел в глаза. Я в который раз удивилась этому странному контрасту: светлые, почти блондинистые волосы и темно-карие, сейчас в полумраке комнаты кажущиеся почти черными, глаза.

— Послушай меня, Гвен, — а еще он настырно продолжает звать меня Гвен, хотя мне было как-то все равно. — С нашим мальчиком все в порядке. Поверь, это фигура не того масштаба, чтобы не сдувать с пленника пылинки. Так что за его безопасность можешь не переживать. Константину ничего не грозит, по крайней мере, пока.

— Почему ты в этом так уверен? — меня немного потряхивало, но тот литр успокоительного, который влила в меня Ксанита, все еще продолжал действовать, и в истерику я не впадала. Но и совершенно спокойной меня назвать было сложно.

— Потому что принцев крови не похищают, чтобы просто убить. Особенно, если этот принц является наследником престола.

— Ему всего неделя, а он уже принц крови и наследник престола?

— Гвен, то, что ты не хочешь иметь со мной ничего общего, вот прямо сейчас не имеет значения, — Артур приподнялся на локте и сочувственно посмотрел на меня. — Как только Константин родился, он сразу же стал очень значимой фигурой на политической арене Кситиона. Хочешь ты этого или нет, но он мой единственный сын, он мой первенец, и он автоматически становится наследником престола Кситиона, даже, если ты найдешь способ разорвать наш брак, а ты его не найдешь, потому что это даже не магия, это благословение богини, то есть нечто, неподвластное простым смертным.

— Это бред, — я легла на спину и закрыла рукой глаза. — Это просто невероятный бред. Как может такой маленький человечек столько значить?

— Ты знала с кем в постель ложилась, — резко ответил Артур и сел. — И не могла не догадываться, что после ночи с мужчиной могут возникнуть последствия.

— Я не думала, что забеременею. У меня были... определенные проблемы с этим там, откуда я пришла, — грудь начало ломить. Черт, нужно молоко сцедить и сделать что-нибудь с лактацией. Перевязать грудь что ли? Иначе я загнусь от мастита, если, конечно, один знакомый недомаг не освоил, наконец, исцеление, а мне еще моего ребенка искать. — Так почему ты так уверен, что именно сейчас Косте ничего не грозит?

— Потому что его не убили сразу. Повторяю, заложников уровня наследников престола очень хорошо содержат. Часто таким пленникам живется даже лучше, чем домочадцам похитителя. Это политика, Гвен.

— Ты что-нибудь выяснил? Почему у тебя такой вид, будто ты знаешь, кто именно украл нашего сына?

— Здесь каким-то образом замешаны демоны, — Артур снова лег. — Не знаю, они просто участвовали в похищение, или все-таки были его организаторами. И это первое, что я постараюсь выяснить. Хотя пока понятия не имею, куда я могу двинуться, чтобы выяснить подробности.

— Ты никуда не поедешь без меня, — я поднялась и взяла пустую чашку с туалетного столика, понюхала ее, пытаясь определить, что в нее было раньше налито. Ничего не определив, просто махнула на данный факт рукой, да какая на самом деле разница, все равно молоко придется вылить.

— Я и не сомневался, — Артур внимательно смотрел, как я расшнуровываю лиф платья. — Что ты делаешь?

— А ты как думаешь? — огрызнулась я. Его взгляд меня сильно нервировал, но мне было не до стеснительности, которой я, впрочем, никогда не страдала.

Все-то время, пока я избавлялась от молока, Артур не сводил с меня глаз. Когда я принялась туго перебинтовывать грудь, чтобы немного нарушить кровоток, он продолжал внимательно наблюдать за каждым моим действием.

Я поморщилась. Было больно, но другого выхода я не видела. Здесь нет препаратов, уменьшающих лактацию. Надеюсь, что все обойдется без неприятных последствий.

— И когда ты снимешь бинты? — я обернулась. Артур встал с постели и теперь стоял возле столика.

— Когда-нибудь сниму, — я пожала плечами. — А что?

— Ты моя жена, — он ответил как-то неуверенно.

Мне внезапно стало смешно, только сейчас до меня дошло, как он попал. Если бы я не пребывала в ступоре от потери сына, то наверняка злорадно расхохоталась бы. А потом разревелась, скорее всего, от обиды. Всем нужен только мой сын. На меня саму наплевать даже моему мужу.

Впервые в жизни я ощутила себя племенной кобылой, которая сделала свое дело и теперь может где-нибудь тихонько удавиться к всеобщей радости.

— Не дождетесь, — зло прошептала я, смахивая предательские слезы, которые все-таки покатились по щекам.

— Что? — я повернулась к Артуру и почувствовала, как моя челюсть непроизвольно опускается.

— Ты что делаешь?! — он держал в руках чашку с моим молоком и совершенно очевидно собирался его попробовать.

— Мне интересно, что в этом находят дети, — немного сконфуженно пробормотал рыцарь и сделал маленький глоток. Меня передернуло. Это было настолько неприличное зрелище, что я впервые не знала, как реагировать. А Артур тем временем произнес: — Странный вкус. Совсем не похоже на молоко, которое дают коровы. Сладкое, — и он сделал еще один маленький глоток.

— Отдай немедленно, — я подлетела к рыцарю и вырвала у него из рук чашку. — Совсем от горя крыша поехала? — Недолго думая, я выплеснула молоко на улицу из окна. — Идиот!

После этого я, не раздеваясь, упала на кровать и закрыла глаза. Нужно поспать, завтра будет тяжелый день. Нужно будет собраться, обсудить наши дальнейшие действия, познакомиться, наконец, со спутником Артура, а то неудобно как-то получается, что я даже имени его не знаю. Зачем он болтается за рыцарем, догадываюсь, вот только почему охранник всего один?

Уверенность рыцаря в том, что моему мальчику ничего не грозит, странным образом передалась мне. Немного успокоившись, я даже не заметила, как крепко уснула.

Проснулась я утром, не прижатая как это бывало раньше к рыцарскому телу, а совершенно одна.

Перепугавшись, что Артур решил уехать без меня, я очень быстро вытряхнула из сундука мои старые штаны, рубаху и эльфийскую курточку, и натянула все это на себя. Обувшись, я побежала на улицу, на ходу пытаясь застегнуть куртку.

Ага, счаз. Куртка совершенно не хотела застегиваться на груди. После родов я заметно покруглела, но даже не могла себе представить насколько. В общем, куртка застегнулась на пуговицу, что находилась прямо под грудью, и на этом все.

Наверное, это было вызывающее зрелище. Потому что, когда я вылетела на улицу чуть не плача от досады, то на меня уставилось три пары мужских глаз. Точнее, все три пары уставились именно на то место, где куртка отказалась сходиться.

Кроме Артура и его спутника, которые были заняты сборами, на дворе возле калитки невысокого забора стоял Керн. Младший брат местного кузнеца, старательно обучающийся у брата и мечтающий в будущем поставить свою кузню. Внешне его размеры не поражали воображение, но насколько Керн был сильным, я могла только догадываться. Он не только учился у брата, но еще и помогал ему, выполняя работу молотобойца. Вот такой каприз природы. Молодой двадцатипятилетний парень, не то чтобы крепкий с виду, и молотобоец.

А еще он внушил себе, что испытывает ко мне чувства. Я его не поощряла, но и не возражала против этого порыва молодости. Ничего, перебесится, а пока Керн не хило так помогал нам. Мы уже и забыли, когда в последний раз воду таскали, да дрова кололи. Мне пришлось и этому научиться. А еще он соорудил замечательную колыбель для Кости.

— Доброе утро, Керн, — я улыбнулась. Под пристальными мужскими взглядами мне захотелось снять злополучную куртку, но я сдержалась, назло врагам выпрямив спину, что еше больше выставило эту часть моего тела напоказ.

— Ольга, доброе утро. А это кто? — парень указал на рыцарей. — Лечились что ли?

— Э-э-э... нет, Керн, я не спорю, что одному из них лечение не помешает, но, нет. Артур мой муж, Керн. Он внезапно... в общем, жив оказался, — я не пыталась опровергать легенду про погибшего мужа, которую сочинили деревенские, не подтверждала ее, просто позволяла им самим придумывать мое прошлое.

— Живее некуда, — буркнул Артур. — А тебе что здесь нужно? — он, прищурившись, посмотрел на парня. — Судя по всему, тебе лечение совершенно не требуется, так что давай, топай, куда шел.

— Да какой ты муж? — внезапно вскинулся Керн. — Название одно. Бросил бедную женщину одну с ребенком на руках и даже не появлялся...

— Да что ты говоришь? — Артур замурлыкал. — А ты уверен, что это я ее бросил?

— Да если даже она от тебя ушла. Значит, было за что.

— Так, брейк, — я встала между мужчинами. — Вы чего разошлись?

— Оля, да плюнь ты на него. Нечто мы пацана поднять не сможем? — Керн презрительно смотрел на наемника.

— Оля? Значит, просто Оля? — Артур повернулся ко мне. — А тебе не кажется, дорогая, что парень несколько молод для тебя? Помнится, ты так переживала, что я тебя на пару лет моложе. Неужели это было всего лишь кокетство?

Я пару тактов смотрела на звереющего рыцаря, потом плюнула, и пошла к дому.

— Ты зачем приехал? Оскорблять ее? — голос Керна зазвенел. В целом неконфликтный парень завелся вполне серьезно.

— А ты можешь ей предложить что-то большее, чем я? Кроме грязных рубах каждый день и по ребенку каждый год? — Артур при желании мог достать кого угодно, но это я и так знала. Покачав головой, я оглянулась.

Когда я буду умирать, то буду вспоминать именно этот момент: как обычный деревенский кузнец со всей дури бьет кулаком в глаз свое же величество.

Глава 3

Бернар

Парень напал настолько неожиданно, что я, к своему стыду, не сумел вовремя отреагировать. Опасности, даже потенциальной не наблюдалось, и я несколько расслабился. Мешало мне принять соответствующие меры еще и то, что его величество стоял слишком близко от серва и слишком далеко от меня. Любые предпринятые мною меры в этом положении демаскировали бы нас, а снова навлекать на себя гнев его величества мне не слишком-то хотелось.

Меч буквально прыгнул мне в руку, и я бросился на помощь своему королю, плюнув на возможное раскрытие нашего инкогнито.

Удар оказался неожиданностью и для Артура. Я стараюсь даже мысленно называть его по имени, но мне это не всегда удается. Для меня казалось таким странным то обстоятельство, что Артура никто до сих пор не узнал. А мальчишка, посмевший поднять на него руку, только подтвердил сказанные ранее слова о том, что если человек не демонстрирует своего положения в обществе, то узнать даже короля смогут только те немногие, кто имел счастье лицезреть его ранее. Глядя же на Артура, я к своему стыду признавал, что, если бы я не знал, кто передо мной, то сам никогда не заподозрил бы в грубоватом наемнике даже рыцаря, по праву носящего рыцарские шпоры.

От мощного удара кулаком в челюсть Артур упал на землю. Я знаю, что он прекрасный воин и носит меч не как дань традиции, и этот мальчишка ему не соперник. Тем не менее, мы оба пропустили тот момент, когда, доведенный подначками Артура до предела, парень полезет в драку.

Я подскочил к Керну в тот самый момент, когда Артур вскочил с земли на ноги, и уже приготовился обрушить на глупую голову кузнеца рукоять меча, как был остановлен предупредительным криком его величества.

— Не сметь! — коротко бросил мне мой господин и кинулся к парню. При этом он даже не подумал о том, чтобы обнажить оружие. Он кинулся к Керну с голыми руками.

Я замер, а затем убрал меч в ножны. Это все настолько неправильно, что мне становится не по себе. За эту неделю я узнал Артура в совершенно новом для меня свете, и никак не мог понять, нравится мне это знание, или я предпочел бы и дальше оставаться в счастливом неведение.

— Не хмурься, — раздался совсем рядом тихий голос ее величества. Почему-то звать королеву просто по имени, было еще труднее. Тем более что Артур постоянно сбивал меня, называя ее по-другому. — Он все равно сделает по-своему. Баран упрямый.

Я неодобрительно покосился на Ольгу. Почему-то мне казалось, что она должна выказывать немного больше уважения к своему мужу и королю.

— Я не думаю, что подобные высказывания насчет его величества уместны, — я не отводил взгляда от Артура, который ухитрился свалить Керна на землю и теперь сидел на спине соперника, старательно выворачивая тому руку, взятую в болевой захват. При этом он наклонился и что-то яростно шептал на ухо парню.

Сам же Артур выглядел не лучшим образом. Его лицо было залито кровью. Правая бровь рассечена, а на скуле наливался цветом огромный синяк.

— О, тебе никто не говорил, что быть занудой уже не модно? Брал бы пример со своего патрона. Он когда с Зангелем пообщался, почти на человека начал походить. Не ошибусь, если скажу, что феню Артур понимал к концу нашей встречи без переводчика, просто стеснялся демонстрировать свои новоприобретенные знания.

— Это неправильно, — я покачал головой. — Дело не в занудстве, дело в том, что эта драка... Это неправильно. Так не должно быть, и даже не потому, что мой господин является еще и ко всему прочему королем, а потому, что он рыцарь, а рыцарю не пристало... вот так... с севром.

— Он однажды мне сказал, что принцы крови никогда не бывают зерцалом рыцарства, планида не та, не с золотым нимбом, а фиолетовая в крапинку, — ее задумчивый голос и странные рассуждения заставили меня оторвать взгляд от своего короля и посмотреть на ее величество. — Послушай, Артуру сейчас тяжело, ему даже тяжелее, чем мне. А для меня Костя — это все. Это то, ради чего я вообще... — она закусила губу, а я в который раз удивился, каким образом Артур ее вообще заметил.

Насколько я помню, одиночество его величества скрашивали такие дамы, рядом с которыми Ольга... Нет, нельзя так думать, тем более, что Артур, похоже, действительно видит в ней что-то особенное. На него даже почти неземная красота знахарки не произвела особого впечатления. Да и вообще, еще в свою бытность Фарли, Артур славился своей холодностью и равнодушием. Его рекорд по отклоненным дуэлям так пока не смог побить никто. Ни одна женщина не смогла заинтересовать его настолько, что он потерял бы голову. Тем более странной выглядела эта безобразная драка, в которую он ввязался со страстью, с упоением, наслаждаясь, казалось бы, даже своими ушибами.

— Я не совсем понимаю, что вы хотите сказать, — я внимательно смотрел на Ольгу.

— Ему нужно выпустить пар, — она пожала плечами. На меня ее величество даже не взглянула. Ее внимание было приковано к Артуру и его сопернику. — Так, а вот это было явно лишним. — Она нахмурилась и быстро подошла к дерущимся мужчинам.

Я встрепенулся, и направился за ее величеством. Если она начнет их разнимать, то может подвергнуть себя совершенно ненужному риску, ведь разгоряченные хорошей потасовкой мужчины редко останавливаются, чаще всего не до конца понимая, что перед ними становится женщина, и обычно не соизмеряют своих сил.

Но, похоже, Ольга знала, что делает. Она схватила ведро с холодной колодезной водой и одним широким движением выплеснула воду на соперников.

Они практически сразу пришли в себя. Артур тяжело поднялся и тряхнул мокрыми волосами. Из-за этого простого движения кровотечение на лице возобновилось, а Артур выдохнул сквозь стиснутые зубы и схватился руками за голову.

Судя по решительному виду Ольги, помогать мужу, она не собиралась. Вместо этого она опустилась на колени перед стонущем Керном и принялась осторожно осматривать его раны.

Ольга

Нет, я, конечно, понимаю, что Артур на взводе. Мне тоже тяжело, но это же не повод кидаться на всех подряд: сначала словесно, а потом и с кулаками. Понятно же было с первой минуты, что Керн, хоть и обладает невероятной силой, соперником для отлично тренированного рыцаря не является. А Артур не просто отлично тренированный рыцарь. Его обучали таким образом, что он в любой момент может превратиться из рыцаря в хладнокровного убийцу. А если еще прибавить к этому всему магию?

Не удивлюсь, если этот год он совершенствовался как на воинском, так и на магическом фронтах. Сейчас Артур как никогда напоминал именно Стража Храма, за которого его принял однажды демон со смешным именем Джорджик. Бескомпромиссный, разящий, отстаивающий свои убеждения и интересы любыми доступными ему способами, и парочкой недоступных — именно этот мужчина легко мог вскружить голову. Наверное у меня что-то не так с восприятием.

Я осторожно осмотрела Керна, аккуратно пропальпировав его голову и тело. Вроде ничего не сломано, а синяки — это не смертельно. Все-таки Артур умеет себя контролировать в любых ситуациях, почти в любых, тут же поправила я себя. Бросив взгляд на рыцаря, я отметила, что ему досталось больше. Особенно мне не нравилась рассеченная бровь. Если Артур так и не освоил исцеление, придется шить и все равно шрам останется. Хотя, поговаривают, что шрамы вроде бы должны мужчину украшать. Только мне почему-то хочется, чтобы они украшали каких-нибудь других незнакомых мне мужчин.

— Что на тебя нашло, Керн? — спросила я парня, помогая ему подняться.

— Он тебя оскорбил, — кузнец насупился. Ему было неприятно осознавать, что его только что заломил невысокий блондинчик, да еще и на глазах у женщины, в которую он думал, что влюблен.

— Ох, Керн, — я вздохнула и потрепала его по волосам. — Давай уже, оставляй эти глупости. Вон Мени как засматривается на тебя. А у меня волосы уже одного цвета, так что...

— Можно подумать я из-за разноцветных волос... — однако большой уверенности я в голосе Керна не слышала.

— Нет, конечно, нет, — я улыбнулась. — Просто мой муж жив, и, как бы мне не было обидно, он прав, я уже старовата для тебя.

— Оля...

— Ш-ш-ш, — я поднесла палец к губам. — Иди домой, Керн. Я сегодня уезжаю, так что, прощай. И спасибо тебе. Ты очень мне помог, я этого никогда не забуду.

Парень вздохнул и, косясь на Артура, направился к воротам.

Вокруг рыцаря уже вовсю суетился его спутник. Вот ведь гадство, я опять забыла спросить, как его зовут.

— Только не говори мне, что ты так и не освоил исцеление, — я подошла к Артуру. Все же хорошо, что мы почти одного роста, мне не приходится задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

— А может быть, я все еще надеюсь, что ты хотя бы попробуешь мне помочь, — Артур скривился, когда попытавшись нахмуриться, потревожил разбитую бровь, из которой снова тонкой струйкой потекла кровь.

— Я тебе помогала, когда ты на самом деле нуждался в моей помощи, а в этой безобразной драке виноват все же ты! — я не удержалась и ткнула его пальцем в грудь.

Артур сверкнул глазами и поднял руки. Уже знакомое золотистое сияние окутало его, а когда оно спало, то стало ясно, что на этот раз Артур обойдется без шрамов. Только несколько кровавых разводов на его лице говорили о том, что рыцарь еще совсем недавно был довольно сильно избит.

— Гвен, сними уже эту проклятую куртку! — вдруг рявкнул рыцарь. — Ты что не видишь, что она тебе мала?!

— Я ее уже давно не надевала, — тихо пробормотала я. — Не думала, что так растолстела.

— Ты не растолстела, а, наконец-то, стала похожа на женщину, причем довольно... — он замолчал и, отвернувшись, вернулся к прерванным появлением Керна делам, сильно дергая ремни, что совсем не понравилось его лошади, которая, повернув голову, едва не укусила его за руку. Лошадь Артур тронуть не посмел, а принялся гладить по шее, успокаивая.

Я же направилась в дом, снимать злополучную куртку и собирать вещи.

Артур

Бернар присоединился ко мне, помогая седлать лошадей, потому что я был слишком зол, чтобы делать все правильно.

— Куда мы направимся? — наконец, нарушил он затянувшееся молчание.

— К магистру Вейну, — коротко ответил я, затягивая подпругу на кобылке Гвен.

— Почему именно к нему?

— Он демонолог и поможет нам выяснить подробности.

— Но, я слышал, что магистр решил податься в отшельники, — Бернар забросил сумку с продовольствием, собранным нам в дорогу Ксанитой, на заводную лошадь. — Где мы будем его искать?

— На берегу Великого океана. В последний раз его видели именно там. Вроде бы по данным архимага магистр построил там дом и сейчас предается любимому делу в гордом одиночестве.

— Нам придется пересечь Элронд, или вы рассчитываете повернуть в Фарли и в порту Кияза зафрахтовать корабль? Хотя через Элронд все равно получится быстрее, если нас в пути ничего не задержит.

— Бернар, если я решу ехать через Фарли, тогда нам лучше дождаться эскорт, — я вздохнул. — Надеяться на то, что и в Фарли нас никто не узнает, это уже идиотизм. Значит, остается Элронд. И ты прав, так будет быстрее.

— Артур, ты считаешь это хорошая идея брать с собой Ольгу? — Бернар затянул последний ремень на нашей поклаже и потрепал чалого жеребца по шее. После чего повернулся ко мне, внимательно глядя в лицо.

— Нет, я считаю, что идея просто отвратительная, но отправиться без нее... Я еще жить хочу. — Не удержавшись, я хмыкнул. В этот момент кобылка слегка расслабилась и прекратила надувать живот, и я наконец-то затянул ремень как надо.

— Ты боишься, что хрупкая женщина сможет тебе навредить? — Бернар удивленно приподнял брови.

— Если учитывать, что эта хрупкая женщина сумела убить бограза в то время, когда эта куртка была ей немного великовата, то да, я как минимум опасаюсь, — я улыбнулся, видя недоверие на лице виконта.

Бернар покачал головой, давая понять, что совершенно не поверил мне.

— Почему ты ввязался в драку? — Задавая этот вопрос, виконт нахмурился и скрестил руки на груди. Осуждает, то же мне поборник морали.

— Я не знаю, — я провел рукой по волосам. — Захотелось. — Поймав еще один изумленный взгляд, я усмехнулся. — Понимаешь, Гвен никогда не воспринимала меня кем-то большим, чем простой рыцарь, даже нетитулованный. Поверь, ей будет наплевать, что ты виконт. У меня всегда складывалось впечатление, что она не понимает всех этих нюансов и дает оценку не титулу, а человеку. Сейчас ты не можешь в полной мере оценить этот дар, но когда первый шок пройдет и появится надежда... Ты привыкнешь, — я снова усмехнулся.

— Ты думаешь?

— Ну, я же привык.

Гвен вышла из дома в то самое время, когда мы закончили сборы. Она несла в руках тяжелую сумку и... мой старый шлем.

— Э-э-э... — это все, что я смог из себя выдавить.

— Как оказалось, я очень сентиментальна, — Гвен подошла к своей кобыле и принялась крепить сумку на положенное ей место.

— Что в сумке? — я проглотил готовую сорваться с языка фразу о том, что она могла бы просто остаться. Тогда не нужно было обвинять себя в сентиментальности, храня старый шлем, который как только во время нашего совместного путешествия не использовали — даже похлебку в нем варили, но только не носили на положенном ему месте — на голове.

— Деньги, — Гвен стрельнула глазами в мою сторону. — Я их честно заработала, между прочим, рискуя жизнью. А тратиться сильно не пришлось.

— Там вроде бы половина должна мне отойти, — я не удержался от того, чтобы не поддразнить ее.

— Обойдешься, мне еще куртку покупать. Сам же сказал, что та единственная вещь, которая досталась мне, безнадежно мала. Куда поедем?

— На границу с Элрондом. Нам нужно будет пересечь страну эльфов и выехать к океану, там живет один маг, который сумеет нам помочь.

— Так может... — она выразительно дотронулась до жезла, как обычно прикрепленного к ее поясу.

— Нет, — я покачал головой. — Поедем так. Здесь недалеко, за пару дней доберемся. Заряд же не безграничен, а мы не знаем, что нас ждет впереди.

Кивнув на прощанье Ксаните, которая провожала нас, даже не сдерживая слез, я направил своего жеребца на дорогу, которая шла через всю деревню и дальше выходила прямиком на тракт.

Джорджик

В чем? В чем я провинился? Почему меня буквально вышвырнули из родной лаборатории и со складов и направили домой, снабдив перед этим кучей всевозможных инструкций, часть которых противоречила друг другу?

Когда меня вызвал к себе сам Сьер Льеж, я подумал, что все, хана пришла Джорджику. Наверняка Высший прознал про мои шашни со Стражем Храма Ирвиан, и решил примерно наказать, так, чтобы каждый житель Бездны, вспоминая имя Джорджика, начинал заикаться.

А ведь вроде бы я все следы тогда замел. Даже эту парочку пропавшей без вести объявил, придумав им имена, на тот случай, если дежурный, переправлявший их, внезапно вспомнит, что вроде бы кого-то отправлял на Кситион. Их пропажу списали на форс мажор, мол, место для высадки неправильно рассчитали и уволили какого-то абсолютно левого координатора, который даже не понял, за что его увольняют, потому что совершенно точно в глаза не видел пропавших практикантов и на Кситион никого не отправлял. До сих пор бедолага: то спиртным наливается, то пытается выяснить причину своего увольнения, а когда ему объясняют, то снова напивается, потому что никого он на Кситион не отправлял! А этих двоих даже наградили, ха-ха (посмертно). На имена (придуманные мною, между прочим) и Стража и его бабы большая такая сумма была в Адском банке положена в торжественной обстановке, да так там и хранится, уже проценты, поди, приличные накапали. Все ждут, когда безутешные родственники за компенсацией придут. Не дождутся! А вот Дорджик может и дождется когда-нибудь, годика через три, когда все сроки ожидания пройдут и можно будет левое завещаньеце забацать: мол, передаем все лучшему другану Джррджику. Ну а что? Я же старался, такую работу проделал, нужна же мне хоть какая-то компенсация.

Меня иногда так и подымало найти Стража и рассказать ему, как его в Бездне ценят и уважают. Даже счет открыли, вдруг заглянет в гости, а веселиться-то не на что. То-то у него рожу перекосит. Но как вспомню удавку из воздуха на моей шее, так все желание шутить куда-то пропадает. Ну его Стража этого к его богине поближе, благо, что хотя бы она тапки точняк откинула.

Но мои опасения не подтвердились. Моих похождений никто не открыл, а вот куда меня в итоге определили!

И вот сейчас я стою в полном офигивании, смотрю на вопящего младенца и перевожу взгляд на огромную кучу вещей, доставленных в мою скромную холостяцкую берлогу отделом снабжения. Здесь и смеси разные, чтобы человечка кормить и эти... как их... подгузники, а остальные вещи для меня просто загадка природы. И как же их много! Их что все надо как-то использовать? Да я даже не знаю, для чего половина из них предназначена!

— Ну что ты кричишь? — я склонился над принцем. Надо же, такой кроха, а уже целый принц. — Чего ты хочешь? Есть? Спать? Может тебе памперс надо поменять? Что мне сделать, чтобы ты не орал?

Я в отчаянье оглядел комнату, что же мне делать? Если с принцем что-то случится, то от Джорджика даже мокрого места не останется. Мама! Точно! Джорджику повезло, у Джордика есть мамочка, которая, конечно, не откажет своему бедному сыночку.

Я бросился к телефону. Мода на реальность Земля никогда не проходит, так же как и на их гаджеты, которые очень быстро вытеснили аналогичные, но более дорогостоящие артефакты.

— Мамочка! — завопил я в трубку. — Мамочка, ты мне нужна, ты мне просто необходима. Как это зачем? Затем, что я совершенно не знаю, что нужно делать с новорожденным ребенком! А он кричит, между прочим... Мама?

Я положил трубку, и сразу же подпрыгнул от звука сработавшей телепортации.

— Джорджик, ты с ума сошел? Какой новорожденный ребенок? — мама, я спасен. На время, по крайней мере. Мама тем временем склонилась над кроваткой. — Это же человек! Джорджик!

— Это наследный принц Кситиона, мама, — я вздохнул. — Мне поручено вырастить его лояльным к Бездне.

В это мгновение принц снова завопил, а в мамочке проснулись все ее материнские инстинкты.

— А кто это у нас тут такой горластый? — засюсюкала мама, осторожно вынимая принца из кроватки, затем повернулась ко мне. — Он же голоден! Джорджик, ты позор моих седин, немедленно приготовь еду нашему малышу!

— Как? — я схватился за рога.

— Вон, видишь коробки? — мама кивком указала на детское питание. — Там для таких идиотов как ты инструкция написана. Джорджик, не зли меня, немедленно готовь! Да, соску не забудь прокипятить.

О, Высший! Да что же Джорджик натворил? За что мне такое наказание?

Глава 4

Ольга

До таможенного пункта эльфийской границы мы добрались за три дня. По взглядам, которые время от времени бросал на меня Артур, стало ясно, что без меня мужчины ехали бы быстрее, но тут уж ничего не поделать, придется им терпеть. Ничего интересного по дороге с нами не произошло, а любоваться видами мне совершенно не хотелось. Когда сюда ехала почти год назад — насмотрелась, на три жизни хватит. Останавливались мы только для отдыха и ночевок, во время которых я впервые ощутила, что это такое — быть знатной дамой.

Бернар виконт Фенор (я в самом начале нашего путешествия поинтересовалась у Артура, как же все-таки зовут его телохранителя) полностью взвалил на себя обязанности прислуги венценосной семьи. На мои слабые попытки помочь, он ответил таким недоумением, что второй раз на эту тему мне говорить расхотелось. Хорошо еще, что рыцарь настоял на том, что дежурить они будут по очереди. Но Артуру хорошо, он просто приказать может, а мне этому еще учиться предстоит.

Вообще тон, с которым рыцарь отдавал приказы, мне не понравился. В прошлый раз он себя так не вел. А потом до меня дошло: на самом деле ничего не изменилось, Артур всегда был таким, просто он умеет приспосабливаться. Да и кому он бы приказывал тогда? Мне? Ага, а я прямо разбежалась выполнять его приказы со счастливой улыбкой на губах. Я ведь и послать могла, и рыцарь прекрасно это понимал, а оставаться в одиночестве он тогда просто категорически не хотел. Сейчас же я могла узнать его практически со всех сторон, так что в дальнейшем меня, надеюсь, не ждут неприятные сюрпризы.

То, что Артур не совсем рыцарь в классическом понимании этого слова, я узнала еще тогда. Тогда же я узнала, что он умеет лгать, глядя собеседнику в глаза, не гнушается воровством, если от этого зависит благополучие его страны (не забыть бы поинтересоваться судьбой очень интересных писем), а еще он вполне способен на осознанную и четко просчитанную жестокость. Сейчас же я узнала, что кроме всего прочего он очень властный, но обладает гибкостью эквилибриста, позволяющую засунуть эту самую властность куда подальше до лучших времен, если на этом настаивают обстоятельства. И его гордость вполне выдержит, если он будет улыбаться в лицо неприятелю, даже если тот в этот момент будет его страшно оскорблять.

А Бернар сам виноват, что уже к концу второго дня начал уставать. Сразу бы разделили обязанности, никто бы и не пикнул. Мы ведь инкогнито пробираемся к побережью, вот и нужно конспирацию во всем соблюдать. Для себя я решила, что пусть он эти три дня помучается, а когда мы поедем дальше, по местам, где нет таверн на пути, то я предложу ему еще раз перестать страдать идолопоклонничеством и разделить уже часть нагрузки на троих. Посмотрим, что мне на это ответят.

Я же не дура, я прекрасно понимаю, что во дворец мне переехать придется. Если я, конечно, хочу сына видеть и принимать участие в его воспитании. А лезть со своим уставом в чужой монастырь... Нет уж, увольте. Это молоденькие романтичные дурочки пусть пытаются наводить свои порядки, настаивать на панибратстве со стороны поданных и проводить совершенно ненужные реформы. Я еще жить хочу, причем желательно долго и счастливо.

Если бы не обстоятельства, я никогда не связалась бы с Артуром. Не охота мне почему-то яд в своих тарелка и бокалах искать каждый день. Но Костя родился, причем именно от рыцаря. Угораздило же меня. А божок этот, не мог потерпеть, когда я где-нибудь осяду, и потом только вылечить? Я прекрасно понимаю, что это ленивое божество просто сразу же закрыло все свои долги, чтобы больше к этой теме не возвращаться, и вообще забыть о моем существовании. Только вот то, что Артур все-таки стал королем... Может, у меня развилась паранойя, но очень все это на какой-то заговор смахивает, да и Зангель что-то мяукал про какое-то пророчество, которое вроде как с нами не связано, но, возможность связи все-таки имеется. Здесь было над чем подумать, вот только думать совершенно не хотелось.

Чем бы ни являлось в высших сферах рождение Кости, это мой сын! Выстраданный и долгожданный, и я честно отработала возможность его появления на свет. С моей стороны та сделка полностью закрыта, вон Артур едет живой и здоровый, а большего от меня не требовали. Так что, коронацию, или что там еще, я пройду как миленькая, да что там, впереди процессии побегу, лишь бы меня не турнули из дворца.

Скорее всего, у меня был бы шанс на жизнь без Артура, его короны и трона, если бы какая-то нелегкая не заставила меня взять этот злополучный браслет в Храме давно почившей богини. Который и связал нас с рыцарем покрепче иных веревок. Что еще можно сказать — судьба, или то, что это браслет вообще там оказался — как раз и есть часть заговора? У меня от этих мыслей начиналась мигрень, и я отложила их на потом. Что бы это ни было, надо воспринимать случившееся как цепь случайностей, которые как известно никогда не бывают случайными. Так получилось, и точка.

Так что во дворце, когда наше путешествие закончится, мне придется запереть моего рыцаря в какой-нибудь кладовке и заставить его показать мне мастер-класс на тему: «Что такое быть королевой». Но это будет там, а сейчас я хочу немного растормошить Бернара. Нужно учиться думать в будущем времени. Мне просто необходим будет кто-то, с кем я смогу поговорить на равных. И так уж получилось, что кроме виконта Фенора поблизости никого нет. Вот и посмотрим, смогу ли я сделать из него не просто телохранителя, а человека, хоть отдаленно напоминающего друга, на которого впоследствии я смогу положиться.

— Бернар, — я поравнялась с виконтом. А вот интересно все-таки, почему я приняла его сразу именно как виконта, а Артур у меня до сих пор дальше простого рыцаря не продвинулся? Бернар в это время внимательно посмотрел на меня.

— Да, Ольга, — на этот раз перед произношением моего имени не было задержки, что меня весьма порадовало.

— Меня интересует, почему у всех дворян фамилии начинаются на «Ф»?

— Что?

— Смотри, Фарли, Фенор, Фанирвиль, — последняя фамилия принадлежала кренделю, в чьем домене я жила. Крендель был по рассказам забавный, но я его ни разу не встречала.

— Это случайность, — Бернар улыбнулся. — На самом деле имена дворян на какую только букву не начинаются, просто так получилось, что у вас на слуху именно эти три. Что, кстати не удивительно. Да, могу я узнать, а в чьем домене вы жили до встречи с Артуром?

— Она в древнем Храме жила, под покровительством вороватого призрака, — Артур подъехал к нам, благо ширина дороги позволяла ехать рядом. — Вот поэтому такая дикая. Когда мне понадобилась помощь, Бог вытолкал ее мне навстречу. Гвен спасла мне жизнь и решила, что пора бы к людям податься, не все же время воровскому жаргону бывшего архивариуса внимать. Так что в вопросах геральдики Кситиона, Гвен почти полный ноль.

Я повернулась и пристально посмотрела на рыцаря. Тот ответил мне насмешливым взглядом. Понятно, Артур решил таким образом отомстить за мои прошлогодние выпады в его сторону и заодно исключить возможные вопросы о моем невежестве.

— Храм? — на Бернара было жалко смотреть. Он так удивился, что теперь стало совершенно очевидно, ему нет еще и тридцати лет. Просто суровое практически непроницаемое выражение лица, которое он пытался сохранять все время, делало его внешне старше.

— Храм Ирвиан, — процедила я. — В знак признательности за мою услугу, нас, не спрашивая нашего согласия, поженили, а Артуру достались ценные артефакты и пробудился дар мага. Мне же достались сапоги и куртка, которая сейчас безнадежно мала.

— Какая жуткая несправедливость, — хмыкнул рыцарь. — Только вот ты еще тогда жаловалась на нее, правда жалобы были не по адресу, я-то как мог повлиять на данные события? Подъезжаем, — внезапно он стал серьезным. — Приготовьтесь к досмотру.

— Я не уверен, что стражи границы вас не узнают, — неуверенно проговорил Бернар.

— Конечно, узнают. Это их работа, знать меня в лицо. Другое дело, что эльфам практически нет дела до людей. Мало ли, что здесь забыл король Артур. Может, он отдохнуть решил от короны и своих подданных, не привлекая внимания?

— Ну-ну, надейся, — я послала свою кобылку рысью, немного вырвавшись вперед.

Бернар

Я еще не отошел от шока, услышав, что Ольга долгое время провела в Храме мертвой богини, как мы подъехали к таможне.

Очереди не было, и мы вошли на пост, передав лошадей для досмотра дежурному магу.

— Старший страж смены этого цикла Нэриэль Нодар приветствует пут...

Нэриэль не договорил дежурную фразу и посмотрел на нас округлившимися глазами.

Ольга нервно хихикнула. Артур закусил губу. Я, молча, переводил взгляд со стража границы на венценосную пару. Похоже, что меня вообще не замечали. Все внимание Нэриэля было приковано к Ольге и Артуру.

Молчание стало затягиваться. Когда я уже начал нервно теребить рукоять меча, Нэриэль, наконец, проговорил.

— Артур Свинг с супругой, если не ошибаюсь?

— Нет, не ошибаетесь, — Артур прекратил терзать губу, и ответил стражу. — Наш спутник, виконт Фенор.

— Я могу поинтересоваться, что начальник личной стражи его величества короля Кститиона забыл здесь в вашем обществе? — Нэриэль полностью пришел в себя, и теперь просто наслаждался сложившейся ситуацией. Знать бы еще, что все это значит.

— А его величество грустить изволит, — Гвен решила прояснить ситуацию. То как она это делала, повергло меня в еще больший шок. Благо я вовремя вспомнил, что моя королева была долгое время оторвана от этого мира, поэтому и речь ее была для меня непривычна. — Он удалился от двора в свое дальнее имение, и теперь грустит в одиночестве. Вот, Бернара даже от себя отослал, зачем-то. В отпуск его отправил, на Элронд посмотреть. А тут мы подвернулись и решили составить виконту компанию. Он не возражал.

— И что повергло его величество в подобную тоску? — этот эльф явно издевался. Ведь понятно же, что он узнал короля. Более того, он узнал и его супругу. Причем страж границы знал, что Ольга является именно женой Артура, а не просто его спутницей. На мгновение мне стало обидно. Почему какой-то эльф знает мою королеву, причем, судя по всему, довольно давно, а ее поданные были лишены этого знания?

— Его величество не отчитывался нам в причинах его грусти, — буркнула Ольга.

— Мистрис Свинг, я вижу, что вы помирились с вашим супругом? В прошлый раз я имел честь лицезреть вас одну.

— Ой, ну что вы, в самом деле, — всплеснула руками Ольга. — Вы как будто никогда с женой не ругались, чтобы потом не помириться.

— Нет, должно быть потому, что у меня нет жены,- любезно пояснил Нэриэль.

— Правда? — вяло поинтересовался Артур. — Вам повезло.

— Что?! — Ольга гневно посмотрела на него. Я же только закатил глаза и покачал головой.

В это время к нам подошел дежурный маг и протянул Нэриэлю свиток с декларацией.

— С вас три золотых империала, — Артур протянул стражу деньги. — Я очень надеюсь, что его величество скоро придет в себя, и вы вернетесь в Кситион.

— Мы тоже на это надеемся, — кивнул Артур.

— Да, а еще я надеюсь, что все-таки увижу вас в следующий раз в несколько... другом виде.

— Ничего не можем обещать, — прощебетала Ольга и первой подскочила к выходу с поста.

Артур вышел следом за ней, и пошел по дороге. Мне же пришлось хватать лошадей под уздцы и догонять его. Зайдя за поворот, из-за которого пост не было видно, Артур расхохотался.

— Почему, — он с трудом говорил сквозь смех, — почему мы всегда проходим мимо Нэриэля? У них что, других старших смены нет?

Артур

Я с трудом дошел до поворота, за которым просто расхохотался. Этот нелепый досмотр снял с меня напряжение, которое не отпускала вот уже несколько дней.

Нэриэль, оказавшись в довольно непростой ситуации, смог выйти из нее без особых потерь. Нужно будет присмотреться к этому эльфу.

А ситуация была очень непростая. Как короля Кстиона меня вообще не должны были досматривать. Это касалась и Гвен, и Бернара. При проезде через границу лиц подобных мне, их слуги, телохранители и прочая приравниваются к движимому имуществу и досмотру не повергаются.

С другой стороны, делать вид, что абсолютно нас не узнал, Нэриэль не мог, это было бы слишком подозрительно. Так что то, что он определил меня как наемника, было хорошим выходом из положения. А также говорило мне о лояльности самого эльфа. Доложить, что границу пересек король Кситиона, он не мог, из-за возможного политического скандала: как так, без предупреждения! Без тщательной подготовки встречи, да еще и промариновали на таможне как простых смертных! Двоякая ситуация. Так что Нэриэль не доложит. А это значит, что у нас остается шанс остаться и здесь не узнанными.

Отхохотавшись, я вскочил на своего жеребца. Покосился на Гвен и решил кое-что для себя прояснить.

Мы практически не разговаривали друг с другом в эти дни. Как будто мы были друг для друга абсолютно чужими. Меня это положение категорически не устраивало. Поведение Гвен на таможне показало, что она начала приходить в себя, и можно было попытаться снова стать с ней ближе.

— Значит, ты сюда отправилась, — я покосился на жезл. — Я так и думал, но эльфы молчали, и мне пришлось прочесывать всю страну в бессмысленных поисках.

— Я не думала, что ты меня искать будешь, — тихо проговорила Гвен.

— Это означает только, что ты меня плохо знаешь.

— Артур, я тебя вообще не знаю, — она посмотрела мне в глаза. — Как и ты меня. Все, что нас связывало — это несколько совместных приключений и однажды разделенная постель, которая закончилась рождением Кости. Я не буду просить прощение за это, — Гвен дотронулась до запястья. — В конце концов, я не знала, что это. И в данной ситуации именно я здесь пострадавшая сторона, и даже не спорь, — она покачала головой, видя, что я хочу опровергнуть ее слова.

— Я не спорю. Просто... — я подбирал слова. — Почему ты назвалась Гвиневрой?

— Джорджик тебе объяснял. Мне показалось забавным такое сочетание наших имен.

— А мне вот оно не кажется забавным.

— Теперь да, одно радует, меня зовут не Гвиневра, а в твоей свите нет парня по имени Ланселот.

— Я все равно буду звать тебя Гвен, мне так привычней, — предупредил я ее. Потом задумался. Бернар ехал немного сзади, навострив уши, стараясь не пропустить ни слова. — Гвен, расскажи мне о Фанирвиле.

— Что? — она удивленно посмотрела на меня.

— Фанирвиль, что он собой представляет как правитель домена? Ты же почти год жила на его землях.

— Зачем тебе?

— Я еще не со всеми доменами разобрался. Бэрт успел за столь ничтожный срок столько наворотить... А времени, чтобы решить все проблемы у меня было не так чтобы много. Хотя твой портрет был разослан в каждый домен, но именно от Фанирвиля до сих пор не было ответа.

— Интересно, под каким предлогом ты меня искал? — Гвен усмехнулась. — Как коварную воровку, которая сперла твой любимый шлем?

— Как потенциальную заговорщицу, — наши взгляды встретились, и я не без удовольствия отметил в ее взгляде одобрение.

— Да? Разумно, — она задумалась. — Заговорщиков не судят сразу на месте, их холят и лелеют, чтобы передать в руки его величества в первозданном виде. К тому же, заговорщики — это весьма сомнительная категория преступников. Сегодня заговорщик, завтра фаворит. Бывает и наоборот. А бывает, что эти два понятия совместимы, и его величество сам еще до конца не разобрался: заговорщиком является данный крендель или все-таки фаворитом.

Бернар сзади закашлялся. Я повернулся и сочувственно спросил.

— Ты не заболел? — он покачал головой и покраснел. Ничего, привыкнешь. Я же привык.

— Портретик покажи, — вдруг попросила Гвен, протянув руку.

Я вытащил из нагрудного кармана миниатюру и передал ее жене.

Она долго рассматривала свой потрет, затем протянула его мне.

— Понятно, почему меня не нашли. Художник мне явно польстил. Нужно будет ему свой королевский портрет заказать. Тебе вообще не пришло в голову, что волосы отрастают? У меня после того гребешка они росли медленнее, но все равно росли. И я их остригала, так коротко, как только могла. Эти обесцвеченные пряди уже через полгода исчезли.

— Я как-то не подумал, — обескуражено пробормотал я.

— Мужчина, — Гвен фыркнула.

— Так что там Фанирвиль?

— Не знаю, — она задумалась. — Я же не в его замке от тебя пряталась.

— Хотя бы общее впечатление.

— Да никак. Такое чувство, что каждое поселение предоставлено самому себе. Что хотите, то и делайте, лишь налоги вовремя платите, да не отвлекайте господина герцога по пустякам. Да что уж говорить, от нашего «Крыжовника» недалеко совсем маленькая деревушка находится, только вот дороги туда нет. Пришлось всем миром скидываться и прокладывать.

— Зачем?

— Там же люди живут, вдруг что случится? — тихо добавила она. — Так что твой Фанирвиль как владыка никакой. Остальное из области слухов. Сплетни будешь слушать?

— Буду, — я кивнул, жадно запоминая каждое слово.

— Герцог тот еще крендель. По слухам он очень любвеобилен, но вот предмет его страсти не прелестные дамы, а...

— А? — я нахмурился, подозревая худшее.

— А он сам, — Гвен хихикнула. — Там такой явный нарциссизм. Он почти все деньги на драгоценности, тряпки и портреты тратит. Только не жене, а себе любимому. Жена, кстати, долго не терялась и нашла себе любовника, затем еще одного, потом еще... А что прикажешь бедной женщине делать? Она же герцогиня, должна соответствовать. Не в дерюге же ходить. Так что любовники у нее были очень даже обеспеченными людьми. Также у четы Фанирвиль трое детей, но, опять-таки по слухам, ни один из них к герцогу не имеет никакого отношения.

Я снова обернулся на Бернара. Виконт, нахмурившись, что-то высчитывал про себя. Пусть подумает, хоть ненамного отвлечется. Характеристика, данная Гвен, практически полностью соответствовала тому, что дал мне начальник Тайной службы. Вопрос с Фанирвилем давно был подвешен в воздухе. С одной стороны, безынициативный герцог был совершенно не опасен для меня, а с другой, домен граничил с Элрондом, и очень скоро я собираюсь воспользоваться письмами в переговорах с Владыкой. Значит, возможен очаг напряженности на границе, и во главе домена должен стоять сильный и верный мне герцог.

Нет, не могу долго думать. Скорее бы нашелся мой сын.

Глава 5

Бернар

Я ехал чуть позади венценосной семьи и прислушивался к их разговору. Нет, я вовсе не хотел подслушивать, но так уж получилось. С удивлением я слушал про то, как ее величество рассуждает о герцоге, в чьем домене она жила почти год. Мне было не очень понятно, как она могла прийти к почти тем же выводам, что и служба безопасности, основываясь на обрывочные сведения, сплетни и не отремонтированную дорогу. Ведь, насколько я понял, в столице домена она ни разу не была и с самим герцогом не то что ни разу не встречалась, она его даже ни разу не видела.

На ее рассуждениях о заговорщиках я даже закашлялся, ничего себе разговоры у них между собой. Но я не мог не признать, что Ольга абсолютно права в определении самой сути заговора. Ведь иногда вассалы таким образом хотят привлечь внимание своего господина к некоторым проблемам, которые не могут решиться по-другому. Не все заговорщики и не всегда оказываются в пыточной, а затем на плахе. Некоторые после развалившихся заговоров занимают вполне значимые места в структуре правления страной.

Когда Ольга закончила разбор Фанирвиля на составные части, а Артур о чем-то задумался, я не удержался и задал интересующий меня вопрос.

— Ольга, — она обернулась и поощрительно улыбнулась, как бы предлагая продолжать. — Как вам удалось прийти к вашим выводам, обладая столь скудной информацией? — я, наконец, сумел сформулировать фразу так, чтобы она не выглядела слишком оскорбительной.

— Будучи женщиной, вы это хотели сказать, Бернар? — она снова улыбнулась и, наклонив голову набок, посмотрела на меня. На этот раз в ее взгляде читалась насмешка. Я умудрился не покраснеть и выдержать ее взгляд, не отводя глаза. — Это привычка, виконт, я привыкла к большому количеству информации, которую было необходимо усвоить, обработать и систематизировать, причем быстро, пока не погрязла в еще большей куче разных фактов.

— Но... — я невольно нахмурился, не вполне понимая, откуда вообще взялась эта куча информации.

— В Храме огромная библиотека и очень нервный призрак, — перебил меня Артур. — И, Бернар, следи лучше за дорогой.

Мне не оставалось ничего другого, только последовать совету его величества. В определенные моменты Артура лучше было не злить, чтобы не получить очень непредсказуемые последствия, иногда даже смертельно непредсказуемые, и сейчас как раз наступил такой момент, когда желательно было бы помолчать.

На землях Элронда я уже бывал: несколько раз приезжал в страну эльфов, чтобы посмотреть на местные достопримечательности, да и просто отдохнуть, но это было до того момента, когда меня поставили во главе личной охраны моего короля. Как глава государства Артур еще ни разу не наносил визит в Элронд, поэтому побывать в свите монарха мне раньше не удавалось, а в бытность его величества герцогом Фарли я не входил в круг его приближенных. Но то, что произошло сейчас на границе... На визит короля соседнего государства это очень мало походило, но, кажется ни самого Артура, ни Ольгу процедура не смутила, что еще раз доказало мне то, о чем я по крайней мере догадывался — они ни в первый раз проезжают мимо старшего смены этого цикла Нэриэля Нодара и именно в качестве супругов.

Любоваться окрестностями не хотелось, хотелось посидеть в тишине и подумать. Но пока такой возможности мне не представилось, и это безумно угнетало, ведь, если я чего-то не пойму, то могу по незнанию поставить наши жизни в опасное положение, и тогда лучше мне самому будет зарезаться при бритье, чем держать ответ перед Верховным архимагом. Это в том случаи, если я по какой-то несчастливой случайности выживу, в то время как мои король с королевой погибнут. Может быть, мне удастся найти слова, чтобы переубедить Артура и дождаться наш отряд? С другой стороны, вооруженый отряд не пропустят на территорию Элронда, и пока будут утрясаться формальности — пройдет время, которого у нас и так не слишком много. Ведь похитителям, если они успеют выдвинуть свои требования, может надоесть ждать ответа, и тогда жизнь наследника повиснет на волоске.

Мои раздумья прервал Артур, когда мы подъезжали к первой таверне, расположенной недалеко от границы.

— Нам нужно остановиться. Нормально поесть, в перспективе переночевать на нормальной кровати. Думаю, эта таверна ничуть не хуже остальных, которые мы можем встретить на своем пути, поэтому не вижу необходимости ехать дальше.

Я молча кивнул и свернул к стоящему чуть в стороне от дороги зданию. Нам действительно нужно было хорошо отдохнуть, чтобы привести мысли в порядок, прежде чем двигаться дальше, потому что иногда чрезмерная спешка может только навредить.

Ольга

Мы остановились в той же самой таверне, что и в прошлый раз. Как я поняла, Артур не выбирал специально, но именно эта таверна была первой, а искать что-то еще не хотелось. Мы все находились в легком эмоциональном ступоре, поэтому даже не отреагировали на приветствие хозяина, который явно нас узнал, и теперь приветствовал со всем почтением как выгодных и постоянных клиентов.

Сняв комнаты, мы наскоро освежились, предварительно сделав заказ, а затем спустились вниз, чтобы приступить к ужину, который как раз к тому времени приготовился. Почему-то заказать ужин в номера даже не пришло нам в головы.

Ели мы молча и в полном одиночестве. Кроме нас в зале никого не было. Понятно, не сезон — вот почему хозяин вокруг нас ритуальные танцы танцевал, прибыли-то нету.

Когда ужин подходил к концу, и я отодвинула в сторону пустую чашку, из которой пила тэйти под неодобрительным взглядом Бернара, еще один противник энергетиков на мою голову, в зал вошел довольно богато одетый эльф. Оглядевшись по сторонам, он остановил взгляд на хозяине, протирающим в это время бокалы за стойкой бара. Хозяин кивнул ему как давнему знакомому, что было удивительно, все-таки социальный статус у них несколько разнился. Эльф повернулся в нашу сторону, смерил оценивающим взглядом, пришел к определенным выводам, которые ему, скорее всего, понравились, потому что после оценки он подошел быстрым легким шагом, практически подбежал, к нашему столику.

— Господа наемники! Мне вас просто Бог послал, — эльф сел рядом с Бертраном, по каким-то ему одному понятным признакам опознав в виконте предполагаемого командира отряда.

— Мы здесь на отдыхе, — Бернар покосился на Артура, который, не глядя на эльфа, продолжал доедать то, что еще оставалось в его тарелке, не вмешиваясь в ведение переговоров.

— Но вы просто обязаны мне помочь!

— С чего вы взяли, что мы чем-то вам обязаны? — Бернар снова покосился на Артура, явно ища помощи и поддержки у своего патрона. В такой ситуации он оказался впервые, а гибкостью мышления и смены ролей и масок своего короля он явно не обладал. К тому же никаких инструкций для ситуации, подобной той, в которой мы сейчас оказались, заранее не было озвучено, и Бернар заметно растерялся.

— Я просто в отчаяние, — эльф заломил руки, а затем схватил Бернара за рукав его куртки, видимо, пытаясь показать, в каком именно он пребывает отчаянье.

— Вы меня трогаете, — Бернар уставился на руку эльфа так, словно это была не рука, а тарантул, как минимум.

— Извините, но я не знаю, к кому мне еще обратиться, — и эльф, вместо того чтобы выпустить из своей клешни рукав камзола виконта, вцепился в нее еще сильнее, и начал трясти.

— Вы меня трогаете! — виконт выдернул рукав из рук эльфа и подвинулся, переставив свой стул на максимально возможное расстояние от стула, на котором сидел эльф.

Я незаметно ткнула Артура в бок, привлекая его внимание. Бернар слишком виконт, а у рыцаря все-таки был уже опыт найма именно здесь на территории Элронда, да и отчаяния разных там эльфов на него никакого влияния не окажет, плевать он хотел на эльфов с их отчаяньем, если только это отчаянье не приведет к чему-то, что будет весьма выгодно уже самому монарху Кситиона. Они ему и тогда были по барабану, он только о собственной выгоде заботился, и сейчас у него лучше получится послать подальше потенциального нанимателя, если тому просто необходимы наемники.

Артур вздохнул и отодвинул тарелку с остатками курицы от себя. Если он и хотел сделать Бернара командиром, то с этой идеей придется попрощаться, так как Бернар все равно не сможет принять решение без оглядки на него. А Бернар не сможет принять решение, если оно не было обговорено заранее.

— Простите, уважаемый, но на территории Элронда найм людей запрещен без прохождения множества формальностей, так что то, что вы можете нам предложить, вряд ли окупит всей этой волокиты, да и времени у нас нет, чтобы утрясать формальности и заниматься вашим отчаянным положением.

— Я все уже подготовил, — зачастил эльф. — Вот разрешение на работу, вот расписка гильдии, что стандартный налог уплачен. Осталось только вписать имя командира, количество участников, место работы согласно найма, и отправить копии в гильдию.

— Учитывая то, что вы так подготовились, идея нанять кого-нибудь пришла вам в голову не сегодня? — Артур посмотрел на кучу различных бумаг с изрядной долей уважения. Я тоже была впечатлена — эльф, похоже, действительно отчаялся, раз так тщательно подготовился, истратив при этом на оформление всех этих бумаг изрядное количество времени, нервов и денег. Ну а что поделать, бюрократию изобрели гораздо раньше всяких там велосипедов. Не удивлюсь, если узнаю, что какому-нибудь демиургу приходится подписать кучу различных разрешений, прежде чем создать очередной мир. С прилагаемым перечнем живых существ, которых он намерен в этом мире поселить, их характеристиками и справками от ветеринаров, что данные животные разрешены для заселения таким-то ФЗ. То-то количество разных живых существ в мирах несколько... эм, ограничено — чаще всего идет стандартный набор.

— Ну конечно, вы абсолютно правы, не сегодня. Я как добропорядочный эльф по всем правилам сразу же обратился в гильдию. Но в гильдии отказались заниматься моим делом. Надо мной посмеялись! Мне не поверили! Порекомендовали обратиться к людям, — эльф сник, а затем продолжил, размахивая при этом зажатыми в кулаке бумагами. — Я сделал все, чтобы нанятые мною люди не отвлекались на разные мелочи типа договора с гильдией, я уплатил все пошлины, чтобы господа наемники сразу же незамедлительно приступили к выполнению задания и решили уже, наконец, эту мою проблему...

— И?

— Так ведь нет никого! Вы первые наемники, кто здесь появился за эту неделю.

— Почему? — Артур нахмурился. Действительно это было как-то слишком подозрительно. Куда делись все наемники? Не частную же армию кто-то решил создать. Хотя, это первое, что приходит на ум, после таких заявлений. И это первое, что необходимо будет проверить после того как найдется Костя.

— Вы у меня спрашиваете? — всплеснул руками эльф. — Я-то откуда могу знать такие вещи, как исчезновение с территории Элронда наемников — людей?

— Так что у вас случилось? — покосившись на нахмуренное лицо Артура, которого сейчас вопрос исчезновения наемников захватил, похоже, с головой спросила я. Мне действительно стало любопытно, что же довело этого эльфа до такого состояния, что он собрал все это, лишь бы хоть кто-нибудь достаточно вооруженный и умеющий оружием пользоваться, незамедлительно приступил к решению его проблемы. Как бы здесь снова не оказались замешаны любовные письма и сомнительные интрижки в молодости...

— Демоны, — вздохнул эльф, внезапно успокоившись и взяв себя в руки, относительно, конечно, но все же. Вот только его заявление, прервавшее ход моих мыслей, чуть было не уронило меня на пол, настолько оно было неожиданным.

— Что? — Артур слегка подался вперед. По его виду было заметно некоторое любопытство, но кровную заинтересованность не определил бы никто. — Демоны? Это что, шутка? Или плод вашего воображения? Теперь мне становится понятно, почему Гильдия послала вас... э-э-э, к людям.

— По вашему, мне больше заняться нечем, только шутить подобным образом, тратя при этом очень много сил и средств?

— Мне-то откуда знать? Возможно, что и нечем. Может, это у вас хобби такое, — Артур с интересом принялся разглядывать нервничающего эльфа. — Мне необходимы подробности.

— Понимаете, где-то около месяца назад мой сын познакомился с одним молодым человеком, судя по первому впечатлению, с человеком. Но я никогда не был подвержен предрассудкам. И своего ребенка я воспитывал так же, — эльф схватил кружку с пивом, кажется, она принадлежала Бернару, и сделал шумный глоток. — Вначале я не придал этому знакомству особого значения, но затем начались странности. Олиендель — это мой сын, стал демонстрировать склонность к сомнительным развлечениям. А потом я случайно увидел, как его новый приятель переобувает ботинок...

— Дайте, угадаю, вы увидели копыто? — Артур облокотился на стол и смотрел на эльфа с изрядной долей сомнения, вялого любопытства и даже с некоторым сочувствием, словно сомневался в душевном равновесии конкретно этого эльфа.

— Да, — эльф снова приложился к кружке. — Я, конечно же, сразу доложил обо всем куда нужно, но проверка ничего не выявила, потому что проверять было попросту некого. Эта тварь просто испарилась, словно его и не было никогда. И мой сын ничего не мог сказать вразумительного, насчет того, куда его приятель подевался, просто бормотал про то, что ему пришлось срочно уехать по делам.

— Когда это произошло?

— Почти неделю назад, — я сжала руки в кулаки. Это не может быть совпадением. Болтающийся недалеко от того места, которое я уже привыкла называть домом, демон, который почти неделю назад снялся с насиженного места — это точно не совпадение. Я точно помню, что Джорджик говорил о том, что на Кситионе демоны бывают редко, и связано это со Стражами Храмов, которых вроде бы уже и нет, но которых до сих пор боятся в Бездне почти до икоты. — Мне никто не поверил! Меня обвинили в гиперопеке! Мне заявили, что я все выдумал, и что никакого приятеля у моего сына вовсе нет, ни человека, ни демона! Я не знал, что делать, но то, что эта пакость исчезла, позволило мне робко надеяться на чудо избавления нашей семьи от порождения Бездны. В конце концов, я сам начал сомневаться в том, что действительно видел собственными глазами. Целую неделю все было тихо, а три дня назад эта дрянь снова объявилась. Заявился как к себе домой, практически поселился у нас, и снова принялся склонять моего мальчика к разным сомнительным деяниям. Мое же присутствие полностью игнорируется, а мое влияние на сына сошло на нет. Я боюсь, что скоро мой мальчик совершит что-нибудь ужасное.

— И вы решили избавиться от приятеля своего сына с помощью наемников? — Артур приподнял светлую бровь, выразив тем самым некоторое удивление решением, принятым сверхзаботливым папашей.

— Я просто не знал, что еще сделать, — повторил эльф. — Сам я ничего не могу противопоставить этой отрыжке Бездны. Я понимаю, что простой наемник вряд ли справится, мне нужен именно маг. Среди наемников это конечно редкость, и все же маги встречаются. Но наемники просто испарились, как маги так и не маги, я был в таком отчаянье. И вот появились вы, вы же маг? — Артур медленно кивнул, подтверждая, что да, он — маг.

— И во сколько вы оцениваете избавление вашей семьи от предполагаемого демона? — спросил рыцарь лениво, откидываясь на спинку стула. Вообще я еще раньше заметила, что стульями заменили широкие скамьи, которые стояли здесь раньше, видимо, чтобы минимизировать разрушения, ведь, насколько я помню, наемники почему-то любят швырять тяжелые скамьи в своих оппонентов, нередко промахиваясь, и причиняя определенные неудобства хозяину, которому приходится восстанавливать интерьер.

— От предполагаемого демона?! — Эльф вскочил со своего стула, опрокинув его при этом.

— Согласитесь, наличие демона в Элронде, это настолько фантастично, что я готов согласиться с вашей Гильдией в том, что вы просто хотите удержать своего ребенка от сомнительного знакомства. К тому же, ваши слова насчет того, что вы лояльно относитесь к тому, что ваш сын тесно общается с человеком, ничем не подкреплены. Ведь может существовать малюсенький шанс на то, что вместо демона вы разглядели того, кем приятель вашего сына и является, а именно — человека?

— Сто золотых империалов, — сухо произнес эльф и бросил на стол кошелек, в котором явно звякнули монеты. — Совсем неплохо для того, чтобы прогуляться на расстояние меньше мили и разобраться с предполагаемым демоном, практически не прилагая к этому никаких усилий. Что, если следовать вашей логике, какой-то еще несовершеннолетний парень может противопоставить опытному наемнику, да еще и магу к тому же?

Похоже, наш наниматель обиделся, но Артур всегда мог достать кого угодно, если задавался подобной целью.

— На расстояние меньше мили?

— Демон сейчас находится у меня дома. Я же говорил вам о том, что эта дрянь фактически поселилась в нашей семье. Это недалеко отсюда, приблизительно около мили. Так что, вы согласны прогуляться, подышать свежим воздухом на ночь глядя и заработать очень легкую сотню при этом?

— И вы считаете, что мы вот так просто, даже не переварив наш ужин, встанем и пойдем за вами? Без подготовки, без изучения места предполагаемой встречи с гипотетической тварью Бездны? — Артур приподнялся, и теперь смотрел на эльфа, прищурившись, тяжелым взглядом. — За какую-то паршивую сотню монет?

— Ну, вы же уверены, что демон — это плод моего больного воображения, и что я просто хочу вышвырнуть из своего дома представителя вашей расы, напугав его при этом до полусмерти и потребности немедленной смены штанов, — эльф скривился. — А для того, чтобы припугнуть молодого парня... Не думаю, что вам нужна особая подготовка для этого дела.

— Знаете, господин... — Артур сделал паузу.

— Нарвиель.

— Знаете, господин Нарвиель, вы правы, это будет самая легкая сотня золотых в моей жизни, — рыцарь поднялся и кивнул на свиток найма. — Пишите, что командир отряда Артур Свинг принимает этот нелепый найм, и согласен выполнить его за сто золотых империалов, то есть практически даром.

— Подождите секундочку, господин Нарвиель, мне нужно кое-что уточнить у моего супруга. — Я вскочила из-за стола и потянула Артура в сторонку.

— Ты с ума сошел? — зашептала я ему в ухо. — А если это действительно демон?

— Я больше чем уверен, что это действительно демон. Более того, я всецело на это надеюсь. Просто он решил таким образом замаскироваться и старается не привлекать к себе внимание. И если бы не заботливый отец, никто бы в жизни не догадался. Ну чудит молодой Нарвиель, ну и что? Перебесится и успокоится.

— Да и по срокам совпадает, — я кивнула. — Но как мы будем его ловить? Ведь нам его нужно именно поймать, а не убивать. Убить-то просто, ты вон еще год назад едва Джорджика к его предкам не отправил просто походя.

— С помощью магии, конечно, — Артур внимательно посмотрел мне в глаза. — В то время, когда ты от меня бегала, я не сидел, сложа руки. Сейчас я гораздо более подготовлен, и мой дар уже развит достаточно, чтобы попытаться справиться с одним демоном, не причинив ему при этом особого вреда, но и заставив быть с нами максимально откровенным.

— Я не сомневаюсь в этом, но... Артур, это все же не занюханный лаборант какого-то НИИ, хоть и старший, а подготовленный агент, которого учили противостоять пыткам и...

Артур ничего не ответил мне и не стал дослушивать мои возможные возражения, а, отодвинув, направился к нанимателю.

— Мы пойдем вдвоем. Я и моя жена. Бернар, останешься здесь. Думаю, что это небольшое развлечение не требует большого количества воинов. Господин Нарвиель прав, чтобы припугнуть молодого парня, даже если это «демон», хватит и меня одного, ну а Гвен будет любопытно посмотреть на этого «демона», а вдруг он все же настоящий?

Глава 6

Артур

Пока я заключал сделку, то все время ждал, что Бернар начнет решительно возражать против этой абсолютно спонтанной авантюры, но он только скептически посмотрел на нашего нанимателя, покачав при этом головой. Контракт он все же взял и внимательно его изучил, явно ища какой-то подвох. Ничего не найдя, кроме уже озвученного, он бросил бумаги на стол и пожал плечами — контракт действительно не содержал в себе ничего, что уже не было бы озвучено. Скорее всего, виконт не поверил, что существо, находящееся сейчас в доме достопочтимого эльфа — самый настоящий демон. Более того, Бернар вряд ли поверил в то, что в доме эльфа вообще находится кто-то посторонний, и друг его сына не плод воображения гиперопекающего отца. По его виду было заметно, что он полностью согласен с результатами проверки, которую провели в доме Норвиеля, и готов прямо сейчас подписаться под каждым их словом. Он действительно считал, что это всего лишь легкая прогулка, а так как времени после нашего появления на землях Элронда прошло совсем ничего, то подготовить за такой короткий срок ловушку, которая включала бы в себя все то, что нам предоставил эльф — еще более фантастично, чем реальный демон, проживающий в доме Норвиеля. Так что виконт, если и волновался насчет того, что отпускает меня одного, то вида не подавал, чтобы не демаскировать нас перед первым встречным эльфом.

Бернар никогда не встречался с жителями Бездны и имеет о них только самые обрывочные представления, которые получил на уроках богословия, и которые, как я уже убедился в свой прошлогодний визит в Бездну, являются просто сборником различных несуразиц. Во всяком случае того же старшего лаборанта Джорджика он вряд ли отличил бы от человека, если бы встретил на Кситионе. И дело даже не в рогах и копытах, а в поведении. Джорджик вел себя как самый обычный среднестатистический человек, к тому же человек, не обладающий ни особой храбростью, ни умением за себя постоять.

— Артур, ты уверен, что сам справишься? — я кивнул в ответ на этот единственный вопрос, заданный мне Бернаром равнодушным тоном, и повернулся к Нарвиелю.

— Так мы идем, или вы передумали? — я поставил свою заковыристую подпись на последнем экземпляре контракта и повернулся к нанимателю. Самое забавное заключалось в том, что я ставил под контрактами свою истинную подпись, и брал на себя действительные обязательства по выполнению данных контрактов.

— Да-да, конечно идем. — Эльф снова засуетился, поднял стул, сгреб со стола бумаги, долго возился, прежде чем сумел сложить все в одну стопку, которую затем сунул во внутренний карман своего сюртука, и лишь после этого пошел к двери быстрым шагом, постоянно срываясь на бег.

Мы с Гвен последовали за ним. Идти пришлось быстро, потому что, как только мы оказались на улице, Нарвиель еще прибавил шаг, хотя, казалось бы, сделать это просто невозможно. Так как мы практически пробежали эту милю, поговорить по дороге, чтобы как-то согласовать наши действия не получилось, приходилось надеяться на слепой случай и на то, что там окажется действительно демон, который будет несколько удивлен, если не сказать больше, увидев перед собой Стража.

Где-то через полмили, мы свернули с наезженного тракта на проселочную дорогу. Хорошо, что погода стояла сухая и удивительно теплая, иначе нам пришлось бы месить грязь, что существенно снизило бы нашу скорость передвижения, это кроме причинения определенного дискомфорта и вероятности подхватить простуду по возвращению. Почему-то ни одному из нас: ни мне, ни эльфу, ни тем более Гвен не пришла в голову на самом деле очевидная мысль — миля, это все-таки довольно далеко, и можно было не бежать по пыльной дороге, а проехать по ней на лошадях с большим комфортом и гораздо быстрее, чем на своих двоих. К счастью ночь была лунная. На небе не было ни облачка, и ничто не застилало прекрасный серебристый свет висевшей так низко, что можно было разглядеть при желании ее поверхность, луны. Тропинка, по которой мы практически бежали, была ровной и ухоженной. За то время, пока мы по ней передвигались, я не заметил ни одной ямы или рытвины, способной покалечить путника, случайно наступившего в нее.

Вскоре проселочная дорога привела нас в эльфийский поселок, который отвоевал себе немного места у подступающего вплотную к крайним домам леса.

Нам, чтобы достичь нашей цели, пришлось идти вглубь поселка, который оказался на удивление крупным. У нас за занимаемые подобные размеры этот поселок назвали бы маленьким городком, если бы смогли соблюсти все полагающиеся условия, разумеется. Эльфы не изменяли себе. Все улицы были широкими с большим количеством зеленых насаждений, особенно рядом с жилыми домами. Дороги чисто выметены, а через центральную улицу проложена каменная мостовая.

Сами дома располагались довольно далеко друг от друга, что позволяло создать иллюзию одиночества, но в то же время доброго соседства, которого эльфы добились отсутствием высоких заборов, отгораживающих их вотчины от взглядов соседей и случайных путников, забредших в поселок. Уединение создавалось путем разбивки садов, вокруг домов. Некоторые деревья были настолько велики, что полностью заслоняли собой обзор домов и самое главное окон, не позволяя проникать нескромным взглядам в ярко освещенные комнаты.

Дома были преимущественно двухэтажными, и располагались на разных уровнях от дороги, из-за чего в поселке не было прямых линий выстроившихся в ряд домов. В этом присутствовало своеобразное очарование, которое заставляло Гвен внимательно рассматривать окружающую нас обстановку и одобрительно кивать головой.

Мы подошли к крайнему дому, за территорией которого сразу же без каких-либо переходов начинался лес. Ухоженный, стоящий в центре живописного садика, домик привлекал к себе внимание. В уже наступивших сумерках практически в каждом окне горел свет, а из раскрытого окна на втором этаже раздался громкий смех и звон разбившегося стекла.

— Полагаю, ваш сын с демоном находятся там? — Гвен показала рукой на окно, из которого раздавались звуки бурлящего веселья.

— Да, — шепотом ответил Нарвиель. — Это создание Бездны снова пытается втравить моего мальчика во что-то ужасное. Слышите, они что-то бьют. Наверняка в ход идет спиртное, а ведь мой сын еще несовершеннолетний.

— Тогда, сделаем так: вы сейчас вызовите сына из комнаты под каким-нибудь предлогом, главное, чтобы ни он, ни его приятель ни о чем не догадались. Самое главное, чтобы они не догадались о том, что вы не один. Когда он оттуда выйдет, то вы отойдете как можно дальше от комнаты, и я смогу приступить к выполнению моего контракта, — я, прищурившись, смотрел на силуэты, иногда мелькающие в ярко освещенном окне. Пока я не замечал ничего опасного, как и ничего криминального, но это могло быть временным затишьем. — Гвен останется здесь, на случай, если «демон», — я сделал акцент на слове «демон», еще раз продемонстрировав эльфу, что я не верю ни в каких демонов, — вдруг решит выпрыгнуть в окно. Тут его моя жена и встретит и сумеет что-нибудь предпринять, — я гадко усмехнулся, как бы намекая, что даже слабая женщина вполне может противостоять тому «демону», который в настоящий момент пытался что-то спеть, сильно фальшивя при этом. — Всем все понятно? — я отвернулся от окна и посмотрел на Нарвиеля.

— И как я вызову сына? Чем я могу мотивировать то, что пытаюсь извлечь его из комнаты, не выдавая при этом истинных мотивов? — этот эльф, так тщательно готовившийся к изгнанию демона из своего дома и из жизни своего сына, сейчас, когда пришла пора действовать, внезапно растерялся.

— Придумайте что-нибудь, — Гвен пожала плечами. — Скажите, что можно булки с кухни забрать, чтобы гостя угостить.

— Ах да, точно, угощение, — эльф хлопнул себя по лбу. — Ну конечно же. Как я мог забыть?

— Должен вас предупредить, что, скорее всего, буду вынужден как-то воздействовать на вашего сына, чтобы он в ненужный момент не смог предупредить приятеля об опасности.

— Что значит «воздействовать»? — эльф побледнел и вытер рукавом выступивший на лбу пот.

— Вероятно погружу его в легкий сон, — я пожал плечами. Странный он какой-то этот эльф. Испугался так, словно я только что предложил ему убить его сыночка, чтобы полностью решить проблему с демонами самым радикальным способом.

— А, да, меня это вполне устроит, — он выдохнул с облегчением и закивал в знак того, что понял и полностью одобряет.

— И еще, Нарвиель, у вас есть укромное местечко, где мы могли бы побеседовать с «демоном» и упросить его оставить вашу семью в покое? — я гадко хмыкнул. — Чтобы не волновать лишний раз ни вас, ни вашего сына.

Нарвиель несколько тактов смотрел на меня, затем злорадно усмехнулся и отошел чуть в сторону.

— Вот, с этой отрыжкой Бездны вы сможете «побеседовать» здесь, — эльф пошуршал чем-то в траве и откинул крышку искусно спрятанного погреба. — Здесь достаточно места для троих. Да и сделано все таким образом, что на улице вас слышно не будет, чем бы вы внутри не занимались. Но, нужно будет для этого крышку изнутри плотно закрыть.

— И что это, если не секрет? — Гвен заглянула в темный провал и поежилась.

— Это убежище. Так на всякий случай. — Эльф пожал плечами. — Сами знаете, сейчас у нас со всеми мир, но завтра всякое может случиться.

— Понятно. Ваша жена сейчас где? — я задумчиво смотрел на темный квадрат, который в свете, идущем от освещенных окон дома, выглядел чужеродно на ухоженном газоне. — Вы ни разу не упомянули о ней. Я даже грешным делом подумал, что вы, возможно, вдовец.

— Она уехала навестить маму пару недель назад, — равнодушно ответил эльф. По его виду было понятно, что ему плевать на то, где сейчас находится мать его сына. Вот это мне категорически не понравилось. Я очень надеюсь, что наши отношения с Гвен не превратятся в итоге в нечто подобное.

— А прислуга?

— Прислуга приходящая, и рабочий день уже окончился. Наина — наша домработница, и по совместительству кухарка, ушла как раз перед тем, как мне сообщили, что в трактире поселились наемники, и один из них маг.

— Ясно, — интересно, кто нам так удружил? Думаю, что это был хозяин трактира. Но каким образом он сумел послать сообщение? Да не все ли равно, если для нас все пока складывается очень удачно. Я еще раз посмотрел на окно, где два силуэта то приближались, то удалялись. — Тогда приступим к поимке «демона».

Нарвиель кивнул, и прокрался к входной двери. Я как можно более неслышно последовал за ним. Надо сказать, получалось у меня не в пример лучше скрывать свое присутствие.

Войдя в дом, мы оказались в просторном холле, из которого на второй этаж вела массивная, очень основательная лестница, ограниченная с обеих сторон широкими перилами. В Фарли было нечто подобное, и я часто, будучи мальчишкой, спускался вниз, минуя ступеньки, скатываясь по этим таким удобным для спуска перилам. Мотнув головой, прогоняя совершенно ненужные воспоминания, я сосредоточился на предстоящей задаче. Неслышно поднявшись по лестнице на второй этаж, я встал так, чтобы оказаться за дверью, когда она откроется.

Нарвиель, шедший за мной, поежился, вытер явно мокрые ладони о брюки и решительно потянул ручку двери на себя.

— Олиен, сынок, мне кажется, что вам с приятелем необходимо перекусить, — сказал он сразу же, как только дверь немного приоткрылась. — Пойдем за мной на кухню. Наина сегодня приготовила просто чудесные пирожные.

— Прекрасная мысль, отец, — молодой звонкий голос прозвучал совсем рядом с открывшимся дверным проемом.

Я напрягся и буквально вжался в стену, впервые благодаря Бога за свои не слишком внушительные габариты, позволяющие мне оставаться в подобных ситуациях незамеченным.

Нарвиель развернулся, полностью закрыв меня от вышедшего из комнаты стройного юноши, и ловко захлопнул за сыном дверь. Я скользнул за спину Олиенделю и, предварительно закрыв ему рот рукой, быстро погрузил в неглубокий сон. Подождал пару тактов, пока мальчишка перестанет трепыхаться с моих руках и обмякнет, после чего молча передал уснувшего парня его отцу и жестом показал, что тому следует убраться.

Эльф кивнул мне и, подхватив сына на руки, быстро спустился вниз, предварительно убедившись, что мальчишка действительно просто спит.

Первый этап нашей небольшой кампании был проделан виртуозно и в полной тишине, вроде бы ничего не должно было насторожить засевшего в комнате демона, ожидающего вкусных пирожных. Я дождался, когда эльф с сыном на руках исчезнет из поля моего зрения, и, выхватив меч, осторожно приоткрыл дверь.

— Эй, Оле, — с виду молодой щуплый парнишка стоял рядом с окном. — Твой папаша что маг? Я почувствовал небольшой всплеск магии воздуха.

— А это не Нарвиель колдовал, — я шагнул в комнату. — Он-то как раз не маг, и колдовать поэтому не может. Ну, здравствуй, демон.

В том, что это был именно демон, я уже не сомневался. Парнишка предпринял попытку вывести меня из строя, молниеносно бросившись в мою сторону, но был остановлен волной воздуха, сбившей его с ног. Меньше всего я хотел ему навредить. Это существо должно оставаться невредимым, чтобы ответить на все мои вопросы, и рассказать, где нам искать моего сына, кто его похитил и с какой целью.

Правильно оценив перспективу, демон вскочил на ноги и бросился к окну. Я попытался достать его воздушным арканом, но демон оказался слишком шустрым. Увернувшись от свившегося в плотный жгут воздуха, он на полном ходу вывалился из окна, которое на его счастье по случаю летней ночи было открыто.

Ольга

Я почти пропустила тот момент, когда нечто щуплое выпало в окно. Когда оно вскочило и попыталось сбежать, то бросилось почему-то в мою сторону, хотя прекрасная мощеная дорожка располагалась совсем рядом, правда, с другой стороны. Этот рывок был достаточно неожиданным, чтобы я растерялась. Но стояла я от окна все же на небольшом расстоянии, поэтому сумела вовремя сориентироваться и, вытянув ногу, поставила ему подножку, совершенно не заботясь о предполагаемом самочувствии существа после падения. Оно только что со второго этажа навернулось, что ему станет, если оно упадет с высоты собственного роста? Хотя, исходя из практики, вот такие травмы, которые с высоты собственного роста, бывают куда значительнее, чем падения со второго этажа. А все потому, что к падению из окна можно как-то подготовиться и даже попытаться сгруппироваться, а вот от падение плашмя из-за вовремя подставленной подножки всегда происходит неожиданно, так что здесь возможны варианты. Но мне действительно было плевать на его самочувствие, хоть оно все кости при падении переломает, главное, чтобы живым осталось.

В темноте меня видно не было, и перепуганное существо не заметило, что внизу его кто-то поджидает. Вообще-то оно применило правильную тактику — бежать лучше всего нужно туда, где тебя никто не будет искать. Ну кто будет искать его в лесу да еще и ночью? Даже собаку по следу не пустишь, не потому что собачка след не возьмет, а потому что, где ее искать потом — собачку? И кто потом будет искать того, кто пошел за собачкой? Но существующий во всех реальностях закон всемирной неудачи, направленный в эту ночь на демона, заставил меня встать именно вот так, чуть в стороне от дорожки, в тени, на полпути к лесу и в отдалении от окна.

Споткнувшись о мою вытянутую ногу, существо полетело головой вперед и очень удачно влетело в раскрытую крышку люка, ведущую в эльфийское убежище, созданное на всякий случай. Вот тут я слегка занервничала. Понятия не имею, насколько глубока эльфийская паранойя, то есть этот замечательный подвальчик, но упасть туда вниз головой — это реальный шанс сломать себе шею. А со сломанной шеей почему-то долго не живут даже демоны.

Артур появился передо мной спустя такт. Он просто выпрыгнул в окно вслед за демоном. Воздух подхватил его у самой земли, смягчив приземление.

Я поежилась под плащом. Все-таки лето только-только начало вступать в свои права, и ночью было еще прохладно.

— Где он? — рыцарь подскочил ко мне.

— Там, — я указала на люк. Сейчас, когда была реальная возможность узнать о судьбе Кости, я испугалась. Испугалась, что новости могут быть гораздо страшнее, чем мы себе представляем.

Артур щелчком пальцев зажег небольшой светляк и отправил его в открытый люк, чтобы хоть немного осветить царивший там мрак. Позер. Осмотревшись по сторонам, он спрыгнул внутрь вслед за упавшим демоном.

Я прыгать никуда не стала, а, внимательно приглядевшись, обнаружила вполне удобную лестницу, ведущую вниз, по которой без проблем могла спуститься даже я, со своей физической подготовкой нулевого уровня.

Спустившись, я оценила убежище по достоинству. Помещение было небольшим, но довольно уютным. С диванчиками, столом, дверью, ведущую в кладовку, доверху наполненную непортящейся едой, и парой стульев. В этом убежище, созданном на всякий случай, даже вода обнаружилась в виде маленького фонтанчика, заключенного в фарфоровую чашу. Фонтанчиком служил подведенный к чаше малюсенький подземный ручеек. Куда уходили излишки воды, осталось для меня загадкой, но есть предположение, что под чашей было нечто вроде водоотвода, уходящего в толщу земли.

К одному из стульев Артур привязал все еще находящегося в прострации демона, который в этот момент сидел и тряс головой, видимо пытаясь таким образом заставить себя лучше соображать, использовав в качестве веревки его же собственный плащ, разрезанный на несколько частей. Похоже, голова у демона просто чугунная — упасть с такой высоты, да вниз башкой и отделаться легким сотрясением... Да он счастливчиком был, пока с нами не встретился.

— Гвен, посторожи нашего друга, а я пока крышку закрою. Не нужно, чтобы хозяева что-то услышали, это не их дело. Контракт мы выполнили, сомневаюсь, что данный индивид когда-нибудь еще раз побеспокоит достопочтимых Норвиелей. А нам нужно очень многое у него выяснить.

Я кивнула и подошла к демону, наставив на него кинжал, который вручил мне рыцарь.

— Твой хахаль что, серьезно думает, что я ему что-то расскажу? — демон пришел в себя и решил, по всей видимости, что лучшая защита это наглость, и принялся качать права и пытаться наезжать на меня по-полной.

— Почему думает? — я усмехнулась, вспомнив реакцию Джорджика на Артура, когда тот опознал в рыцаре Стража Храма. — Он это знает. Ты, милый, расскажешь абсолютно все: и что точно знаешь, и что в этот момент вспомнишь, и даже то, чего и не знал никогда.

— Открою тебе страшную тайну, подруга, но разговорить меня может только служитель Храма здешнего Бога, да и то, если он большой святости разумный. А твой приятель, уж поверь, на святошу не похож. Обычный наемник, хоть и маг. Мне даже стало интересно, как именно он будет меня пытаться разговорить. Пытать? Фи, это даже как-то несерьезно, пошло слишком.

— Ну что ты, — я ласково улыбнулась нашему пленнику. — Ему не нужно быть служителем здешнего Бога. К тому же, теперь я открою тебе одну тайну, это божество так себе, на троечку, он даже не почешется, чтобы как-то помочь своему жрецу. Но этот наемник, является кем-то гораздо худшим, во всяком случае, для тебя.

— Да ладно, — демон расхохотался. — И кем таким грозным он может являться?

— О, пусть это будет для тебя сюрпризом, недоверчивый ты мой, — мой голос просто источал патоку. Еще немного и я в кому впаду от избытка ванили.

Артур в это время справился с крышкой, плотно закрыл ее, и не спеша подошел к нам.

— О чем вы так мило беседуете? — спросил он равнодушно. Если бы я не знала точно, какие бури сейчас бушуют в душе рыцаря, то даже я сочла бы, что ему действительно все равно, и спрашивает он исключительно для проформы.

— Этот крендель почему-то думает, что ты совершенно неопасное существо, представляешь? Что, мол, он будет здесь Штирлица изображать, а Мюллер в вашей реальности еще не родился.

— Правда? — Артур вытащил свой листовидный меч. — Я не знаю, о ком ты только что говорила, но насчет меня наш друг сильно ошибается. И я понятия не имею, с чем связаны его заблуждения, ведь когда он сиганул от меня в окно, я сразу же подумал, что он меня узнал, но, как оказалось, я зря себя накручивал. Наш друг просто перестраховывался.

Светлячок подлетел ближе к своему создателю, и отразился бликами на лезвии меча. И тут демон вдруг встрепенулся и уставился на кольцо, которое ясно осветилось на пальце Артура. Вставленный в оправу камень отразился каждой гранью в сверкающем полотнище лезвия, и выгравированная на камне гравировка повторила ту, что была нанесена на гарду меча: завихрения воздуха, обвивающие тщательно изображенный меч.

Демон отшатнулся от Артура, с ужасом глядя на кольцо. Попытавшись отодвинуться еще немного, он едва не завалился на спину вместе со стулом. Теперь он совершенно не хорохорился. Похоже, что даже намеки мыслей на подобное поведение испарились из его головы. Ну вот, давно бы так, а как сначала выступал: «Да меня, да никто из вас не сможет заставить говорить».

— Страж?! — он так уставился на Артура, что мне даже показалось — еще совсем немного и его глаза выскочат из орбит. — Но, как же так? Вы же все давно передохли!

На этой мажорной ноте демон все-таки отрубился. Его глаза закатились, и он даже слегка сполз по стулу вниз, несмотря на сдерживающие его веревки, словно намериваясь превратиться в жидкость и слиться куда-нибудь из этого проклятого подвала, лишь бы оказаться как можно дальше от Стража, которые все вроде бы сдохли, но один из них вон он стоит себе в полной тишине и похлопывает по ладони листовидным мечом.

Глава 7

Артур

Я некоторое время рассматривал закатывающего глаза демона и думал о Стражах Храмов. Что же они умели, если спустя тысячелетия представители Бездны падают в обморок, едва им стоит принять меня за воина одного из Храмов давно почивших богов?

Покосившись на Гвен, я вздохнул. Что понесло этого демона в окно? Когда я поставил ее внизу, я думал, что оставляю свою жену в самом безопасном на этот момент месте. Но я умудрился упустить демона, и подверг ее опасности, все-таки мне еще очень далеко до древних Стражей. Что-то мне говорит, что демон не ушел бы от одного из них так легко. Хорошо еще, что этому молодому на вид существу не с кем меня сравнивать, вряд ли он встречался с истинными Стражами Храмов и знает о них только по легендам, да историческим манускриптам, по которым их готовят явиться в мой мир.

Тем временем демон немного пришел в себя, бросил почему-то на Гвен затравленный взгляд и запричитал.

— Ну ты чего, а Страж? Нет, ну, правда?

— Ну, правда, — насмешливо протянула Гвен. — Я совсем не Страж. Ты что, не знаешь, чучело, что Стражи все как один были мужского пола? А я вроде бы на мужика не тяну.

— Что-то я тебя не совсем понимаю, — мне сильно захотелось сесть и вытянуть ноги, но я не мог себе позволить оказаться на одном уровне с демоном, когда я стоял над ним, и таким нехитрым образом подавлял его волю, шанс узнать правду у нас был гораздо выше. — Или ты, таким образом, выражаешь радость от нашей такой неожиданной встречи, или высказываешь свои переживания по поводу того, что я не вымер вместе со всеми?

— Ну что ты к словам придираешься? Понятно уже и так, что кто-то из вас своих Богов пережил. Что тебе от меня нужно?

— Для начала, поговорить.

— Поговорить? С каких пор Стражи разговаривают со своей потенциальной жертвой?

— Значит, ты хочешь, чтобы я просто тебя прирезал? — я не торопясь вынул меч и дотронулся кончиком до шеи демона. Я не интересовался его именем, мне это было безразлично. — Или, ты на это рассчитываешь? Ты же не будешь слишком разочарован, если я тебе скажу, что у меня весьма богатая фантазия, а перерезать глотку — для этого никакого воображения не нужно, правда ведь?

— Ну чего ты сразу угрожаешь? — демон попытался отодвинуться от меча. — Если хочешь, давай поговорим.

— Что ты здесь делаешь?

— Сижу, привязанный к стулу, — ответил демон.

— Я имею в виду Кситион.

— Ну... Положено же, чтобы в каждом, даже таком отсталом мирке, агенты находились, — демон снова посмотрел на молчавшую Гвен. На меня он вообще пытался не смотреть.

— Шпион что ли? — Гвен подошла к нам поближе, и сложили руки на груди.

— Почему шпион? Я же говорю — агент! — вскинулся демон. — У шпионов, знаешь, какая квалификация? Да если бы я был шпионом, еще неизвестно, кто бы победил, может быть сейчас Страж сидел бы здесь прикрученный к стулу, а я размышлял о том, какой именно бешбармак из него сделать, — я провел кончиком меча по коже его шеи, оставляя неглубокий, но весьма неприятный порез. — Хотя, конечно же, возможны варианты, — тут же отреагировал демон.

— И много на Кситионе шпионов? — я слегка опустил руку с зажатым в ней мечом. Теперь он не касался шеи пленника, а переместился на грудь.

— Ни одного. Правда, ни одного, ну скажи ему! — демон просительно посмотрел на Гвен, внезапно напомнив мне Джоржика. Тот тоже постоянно просил ее меня остановить.

— А сколько агентов? — я задал уточняющий вопрос.

— Четверо, — демон скривился. — После того, как двое стажеров-неудачников умудрились здесь что-то вроде инквизиции отыскать, то при транспортировке новые меры предосторожности стали применять.

— Что, кто-то так переживал за тех стажеров? — хмыкнула Гвен и придвинулась к демону еще ближе.

— Да нужны они кому-то, — демон сплюнул на пол. — Только вот компенсации всем выплачивать накладно оказалось. А все Джорджик сука подсуетился. Теперь мы здесь торчим безвылазно. Только задания раз в неделю получаем.

— Поговорим о твоем последнем задании, — я посмотрел на кусающую губы Гвен, и мысленно попросил ее успокоиться. — Куда ты дел ребенка?

— А... то-то мне твое лицо знакомым показалось, — демон, не отрываясь, смотрел на Гвен. — Мамашка, значит. — Гвен решительно сделала еще один шаг и подняла кинжал. — Эй, Страж, утихомирь свою бабу! Ничего мы с пацаном не сделали! Приказ был просто выкрасть, очень аккуратно, чтобы ни один волосок и так далее. Я двое суток ждал, пока какой-то хрен мамашку не отвлек, до этого было не подступиться: то она, то чувиха та, которая на топ-модель тянет, все время были с пацаном.

— Кому ты его передал? — Я почувствовал, что еще немного и взорвусь.

— Кому-то из начальства. Односторонний портал, только младенца принять. Да не дергайся ты, дура ненормальная! — Гвен не удержалась и поцарапала щеку демона. — Я не знаю даже, кто этот пацан, и почему он так важен! Сказали спереть, спер. Да еще услышал краем уха, перед тем как портал захлопнулся, что его воспитывать будут. Просто королевские условия создают: ну там памперсы, соски разные с подогревом — кто-то из отдела обслуживания отчитывался. Многое из реальности Земля доставали, пацан-то человек, наши беби-бумы для него не слишком подходят, особенно в плане разных смесей, этот, как его, обмен веществ разный.

— Значит, ребенок сейчас находится в Бездне?

— Ну, да. Но я не знаю где конкретно.

— Как туда попасть? — Гвен стояла практически вплотную к демону. Мне пришлось еще немного передвинуть меч, чтобы не задеть ее.

— Никак! Портал за мной откроют только через месяц.

— Тогда, возможно, другие «агенты» обладают большей информативностью?

— Может быть, я не знаю!

— Кто они?

В это время демон снова посмотрел на меч и злорадно расхохотался.

— Знаешь, Страж, попасть в Бездну можно еще и при достаточно серьезном ранении. При смерти тоже, это из-за тех лохов сделали. Мне как-то умирать не хочется, а вот ранение я все же потерплю, — демон с силой качнулся и налетел левым плечом на мой меч.

Как-то отстраненно я подумал о том, почему он просто не позволил себя подрезать? Потом я понял: демон уверен, что я Страж. А Страж не стал бы ранить. Он бы просто убил. Или пытал бы: не смертельно, но очень неприятно. Вот он и воспользовался своим, как ему показалось, единственным шансом, чтобы избежать пыток, которые в любом случае закончатся его гибелью.

Я успел вытащить меч из раны демона и одновременно накинуть ему на шею удавку из воздуха. Живым ты в Бездну все равно не вернешься, скотина.

А вот оттолкнуть от него Гвен я не успел. Портал, уносящий демона, открылся стремительно, а она стояла слишком близко к нашему пленнику.

Пару тактов я тупо смотрел на то место, где только что находились уже мертвый демон и моя жена, а сейчас не было даже стула, к которому тело демона было крепко привязано. Его так и унесло, прямо на стуле.

Время словно замерло на мгновение, а затем понеслось вскачь со скоростью взбесившихся лошадей. Все произошло слишком быстро. Я не успел среагировать, не успел. Я снова не смог ее защитить!

Я вылетел из убежища и бросился в таверну, не разбирая дороги. По-моему мне удалось кое-где даже сократить путь. Как я ничего не сломал, пока бежал в полной темноте? Потому что я точно несся не по той ухоженной тропинке, освещенной луной. Я не сумею вспомнить эту дорогу даже под пытками.

Бернар удивлено посмотрел на мою горящую физиономию, и вздымающуюся грудь, готовую разорваться от нехватки воздуха.

— Что случилось? Где Ольга? — спросил он меня, заметив, что я вполне способен отвечать.

— В Бездне! — я, пару тактов пытался выровнять дыхание, а затем, не обращая внимания на хозяина таверны, побежал наверх в наши комнаты. Так быстро я еще никогда не собирался. Комнаты были оплачены заранее, поэтому я, не останавливаясь в общем зале, выскочил на улицу. Оседлать лошадей и укрепить поклажу, было делом пятнадцати тактов.

Бернар только успел забежать в небольшую конюшню, когда я уже выводил лошадей.

— Да что случилось?

— Мы уезжаем, — я вскочил в седло. — Нам нужно как можно скорее найти Вейна. Мы уже не ищем демона. Нам нужен вход в Бездну.

Ольга

Мне что, обязательно нужно ходить по самому краю гибели, чтобы мой мозг начал работать? Никогда не замечала за собой адреналиновой зависимости, но, все, наверное, бывает в первый раз. И, чтобы начать соображать, мне, похоже, и правда нужны острые ощущения, причем, чем острее будут ощущения, тем быстрее начинают происходить мыслительные процессы в моем сером веществе, если, конечно, оно у меня есть. Так что — быть королевой с таким мужем как Артур — это будет как раз по мне. Уж экстримом меня и он, и его окружение обеспечат. А будет не хватать, так двор, полный змей, особенно женского пола, помогут постоянно быть в тонусе.

Вот и сейчас, только в тот момент, когда меня «засосало» в воронку портала, я, наконец, начала соображать в полную силу.

Шок от потери ребенка прошел, тем более что я верила демону. Он тогда еще не видел вариантов спасения, когда рассказывал подробности о похищении, поэтому не врал насчет Кости. Моему мальчику действительно ничего не грозит, в отличие от меня самой, в том случае, если меня здесь найдут и опознают во мне человека. А я далеко не Страж, чтобы давить авторитетом.

Приложило меня после того как выкинуло из портала обо что-то твердое, на мгновение вышибив дух. Когда я пришла в себя, то долго ругалась: вслух и очень нецензурно.

Во-первых, я почему-то оказалась в печально знакомом коридоре Адского НИИ экспериментальной генетики, кажется, так эта богадельня называется. Все те же темные стены, пол и потолок, когда абсолютно непонятно, где верх, а где низ, и не свалюсь ли я прямо с потолка, если в этот раз здесь проводили какие-нибудь эксперименты, и все-таки перепутали пол с потолком местами.

Во-вторых, тот гад, из-за которого я здесь оказалась, лежал рядышком, все еще привинченный к стулу. Только вот толку от него сейчас не было никакого. Гад был мертв, окончательно и бесповоротно. И ранение в плечо никакого отношения к его смерти не имело. Тонкая странгуляционная борозда ясно указывала на то, что этого козла задушили.

Нет, Артур, конечно, молодец, он в освоении магии достиг больших высот, особенно, если учитывать, что маги Кситиона не могли ему помочь в плане обучения — магия Стражей была другой, не подвластной многим. Так что рыцарь, безусловно, большая умница, но мне-то что сейчас делать?

Я быстро провела ревизию имеющихся у меня в наличии вещей. Мда, не густо. Здоровенный рыцарский кинжал и, в общем-то, все.

Покосившись на труп, я отбросила в сторону все сантименты и принялась обыскивать тело, предварительно перерезав удерживающие его на стуле веревки, чтобы обыскивать было легче.

То ли демон не носил с собой ничего ценного, то ли он просто был нищим неудачником, не знаю. Пара империалов, и одна странного вида монета — вот и все, что нашлось в карманах начинающего уже остывать и коченеть тела.

Я уже хотела плюнуть и прекратить обыск, но тут моя рука, которая в это время тщательно проверяла внутренний карман камзола, наткнулась на кусочек пластика.

Не веря своим глазам, я вытащила пластиковую кредитку.

— Единый Адский банк, — прочитала я. — Класс. Надеюсь, что деньги на ней есть. Еще бы Пин как-то узнать.

Иногда, очень часто на самом деле, все разумные создания записывают ПИН-коды, если не пользуются картами часто. Этот демон застрял на Кситионе без права выезда, скорее всего, пользовался он картой очень редко. Возможно, где-нибудь в укромном месте на его одежде найдется и бумажка с кодом.

Полностью оставив нормы морали на Кситионе, я принялась азартно раздевать труп. Затрудняло мое изыскание то, что тело все-таки начало понемногу коченеть. Значит, прошло уже не меньше трех часов, как я вожусь с этим дохлым демоном, пока еще без каких-либо позитивных результатов.

Укромное место нашлось на рубашке. К изнанке был пришит карман, полностью повторяющий форму наружного. Закрывался карман на пуговицу и был настолько мал, что стало понятно, почему карта не была засунута ближе к телу. Она просто туда не влезла.

Я вытряхнула на ладонь заветный клочок бумаги.

Положив бумажку с ПИН-кодом и карточку к себе в карман, я прикрепила к поясу кинжал. Когда я занималась креплением, то моя рука наткнулась на жезл перемещения. Обругав себя еще раз, я повернула навершие. Хрен вам, Ольга Константиновна. Жезл в Бездне не работал.

Посмотрев еще раз в обе стороны пустынного коридора, я покачала головой. Почему нас забросило именно сюда? Не думаю, что экстренное выдергивание раненного агента подразумевало его шатание по пустынным коридорам НИИ, в надежде, что кто-нибудь на него наткнется, и успеет оказать помощь до того момента, как он истечет кровью. Хотя, кто их этих демонов знает? Если агент откинет копыта в прямом смысле этого слова не в условиях другой реальности, а в родном НИИ, то как бы компенсация будет не положена, не на задании же откинулся, а сам виноват, лучше матчасть нужно изучать, чтобы вовремя помощь получать.

Вспомнив, что коридор кажется однообразным только на первый взгляд, и что по всей его длине располагаются комнаты, первое, что я решила сделать — избавиться от трупа. Чем дольше его ищут, тем больше форы я получу, и тем самым увеличу свои шансы выбраться из НИИ живой. В одной из комнат его долго еще не найдут, а вот про коридор я этого сказать не могу, кто-нибудь обязательно припрется, и сразу же наткнется на остывший труп теперь уже бывшего агента, которому не суждено стать полноценным шпионом. К тому же труп наполовину раздетый, а это уже могут расценить как изощренное глумление над телом агента, павшим смертью храбрых в неравном бою со Стражем Храма.

Подойдя к стене, я начала шарить по ней руками, пытаясь определить, где находится дверь.

Дверь обнаружилась в тот момент, когда я уже хотела прекратить бессмысленные поиски. А может быть, именно вот эта просто была открыта в отличие от остальных. Еще около часа я потратила на то, чтобы разобраться с устройством открывания и закрывания замка. Как оказалось, мне нужно было только приложить ладонь к определенному месту, примерно на том уровне, где обычно располагается дверная ручка, и дверь открывается. Закрытие происходило аналогичным образом. Исследовав помещение, находящееся за этой дверью, я готова была взять все свои слова о ленивом божестве Кситиона обратно. Потому что, если бы он мне не благоволил, то вряд ли я нашла бы здесь кладовку и прекрасными нишами, словно предназначенными для того, чтобы прятать в них трупы. Также с обратной стороны двери обнаружился прибитый к ней маленькими гвоздями прекрасный план для пожарной эвакуации. План был хорош еще и тем, что начал указывать мое местоположение, стоило только его коснуться, в виде маленькой движущейся точки.

Перетащив тело в кладовку, и затолкав его в нишу между полом и нижней полкой, я поставила стул так, чтобы он еще больше загораживал труп. Затем я очень осторожно сняла план с двери и свернула его так, чтобы всегда было видно мою точку. Предварительно прикинув, куда мне лучше идти, я решила особо не рисковать и выбрала первым пунктом моей остановки склад, где когда-то мы с рыцарем договаривались с Джорджиком о том, чтобы старший лаборант помог нам вернуться на Кситион. В итоге Джорджик сделал это совершенно добровольно и бескорыстно, всего-то под угрозой распрощаться с жизнью — Артур, если хотел, мог быть на редкость убедительным.

Этот склад я выбрала далеко не случайно. Я тогда запомнила, куда именно Джорджик затолкал коробку с рогами демонов. Мне необходимо было замаскироваться, чтобы хотя бы в первое время походить на местную. Я ведь все еще не Страж, с которым сначала побоялись бы связываться, и этого времени хватило бы, чтобы удрать.

Я вышла обратно в коридор, закрыла за собой дверь кладовки, последний раз посмотрела на нее, отметив, что она уже не выделяется на фоне стены, и сплюнула на пол.

— Чтоб тебя только по запаху нашли, козел. Кто тебя просил дергаться? Рассказал бы нам все как есть, и отправился бы сюда с честным ранением, а не с удавкой на шее, — высказавшись напоследок, я направилась дальше по коридору, периодически сверяясь с картой.

До склада я добиралась долго. Коридор казался мне почти бесконечным. Наконец я разглядела, как точка, обозначаемая меня саму, остановилась возле двери с надписью «Четвертый склад экспериментальных образцов». Так как других складов поблизости не было, я решительно открыла дверь.

Да, за дверью оказалось то самое место. Те же банки с формалином и частями тел, холодильники, которые я в прошлый раз просто не заметила и стол. Вот стол-то мне и нужен.

Полка с нужной мне коробкой находилась как раз напротив этого самого стола.

Найдя коробку и убедившись, что в ней находятся именно рога, пошарила рукой по этой же полке и вытащила местный супер-клей, который при возвращении на Кситион, я очень-очень надеюсь, что это возвращение все-таки состоится, придется убирать используя супермощный растворитель, который снова может обесцветить полосами мои волосы так, что они стану разноцветными и привлекающими много ненужного внимания.

Устроившись за столом, я заметила что-то напоминающее часы с объемным изображением. Обратив внимание на дату, я поняла, почему никого не встретила по пути сюда. Просто мне везет, хотя везение подобного рода довольно сомнительное. Как и в прошлый раз, я угодила в Бездну в воскресенье. А воскресенье даже в Бездне считался выходным днем. Во всем НИИ остались только дежурные смены, на сотрудники, проводящие какие-нибудь ответственные испытания.

Выбрав изящные, выкрашенные в золотой цвет с блестками рожки, я принялась тщательно приклеивать их к коже головы, подолгу разбирая пряди волос. Такой вызывающий цвет был выбран мною именно за его яркость. Такие рожки не останутся незамеченными, а вот у меня появился реальный шанс затеряться в толпе демонесс.

Убрав коробку с рогами на место, я поднялась. Ну вот, самая легкая часть моего плана выполнена. Теперь нужно найти Джорджика. Он однажды нам здорово помог, и его вполне можно попробовать этим шантажировать.

Глава 8

Артур

Бешеная скачка к побережью не прошла для нас даром. Лошади находились на последнем издыхании, нас с Бернаром шатало от усталости. Я как мог поддерживал лошадей, помогая им магией, но к своему стыду я все так же не был силен в общей магии, как и год назад.

Может быть, мои успехи были бы более впечатляющие, если бы мне не приходилось каждое заклинание переделывать под капризный ветер. Так что я делал ставку на боевых плетениях, из общих в совершенстве освоив только излечение ран. Как говорила Гвен, учитывая мою травмоопасность — это были самые главные заклинания в моем арсенале. Скоро закончится год, на время которого жезл перемещения изменил свои конечные координаты, и настройки вернутся к первоначальным, а это значит, что мы вполне сможем навестить Храм Ирвиан и хорошенько перетрясти ее библиотеку. Сейчас, когда мне не нужны основы, я вполне смогу заниматься по книгам, которые осваивали Стражи, во время своего обучения. Но это все будет потом, а сейчас мне нужно как можно быстрее найти Гвен и нашего сына, и потом уже будем все вместе думать о перспективах.

К нашему счастью хижина магистра-отшельника находилась именно там, где ее в последний раз видели, и нанесли на карту его приятели из Академии, включая самого Архимага.

Магистр Вейн выбрал для своего отшельничества очень живописное место. Практически на самом краю высокого утеса, под которым плескался, разбиваясь об его вертикальную стену Великий океан. Утес утопал в зелени, и пока мы поднимались наверх, запах начинающих цвести цветов наполнял воздух тончайшими ароматами, и создавая атмосферу умиротворенности и покоя.

Подъехав к хижине, я хмыкнул. «Хижина», надо же. Больше всего дом Вейна напоминал усадьбу мелкопоместного дворянина. То, что усадьба стояла в зелени роскошного сада, указывало на наличие в друзьях у магистра-демонолога магов земли и, скорее всего, жизни и земли. Наверное, в таких аскетических условиях приятно предаваться... хм, отшельничеству. Не удивлюсь, если обнаружу в «хижине» немало миловидных служаночек, которые должны скрашивать одиночество отшельника, дабы он не отвлекался на повседневные хлопоты от своих тяжелых трудов.

Окружала усадьбу изящная кованая ограда, сквозь которую прекрасно было видно и сад, и дом. Но подходить близко к этому произведению кузнечного искусства категорически не рекомендовалось. Опасность, которой веяло от ограды, ощущалась даже неодаренными, например, Бернар поежился, когда мы подъехали достаточно близко, чтобы искусно выкованные листья рисунка ограды угрожающе зашевелились. Мы остановились, чтобы не провоцировать эту систему защиты одиночества отшельника от непрошенных гостей на активные действия. Устало сползая с лошади, я приготовился к долгому ожиданию, пока кто-нибудь обратит на нас внимание и впустит в дом.

Бернар неодобрительно покачал головой и повторил мой маневр. Ему претило, что его король вынужден стоять возле закрытых ворот, и ждать, когда, наконец, ему откроют. Но что поделать, гости-то мы и правда непрошенные, так что подождем, ничего страшного с нами за это время не случится.

Однако долго ждать нам не пришлось. Не прошло и пяти тактов, как калитка распахнулась, и стало отчетливо видно, как от дома по подъездной дорожке к нам бежит невысокий лысеющий толстячок, в котором я с трудом опознал магистра Вейна. Я видел его лишь однажды и тогда я еще являлся герцогом Фарли, но точно помню, что лысины и брюшка у него в тот момент не было.

— Ваше величество, — Вейн буквально силой отобрал у меня поводья и потащил опешившую от его напора лошадь по дорожке. Одновременно с этим он говорил, обращаясь ко мне. — Нельзя же вот так без предупреждения! Я же не готов принимать столь высоких гостей, мне же нужно еще вашу свиту как-то разместить... — Тут он оглянулся и с удивлением посмотрел на шедшего чуть позади Бернара. Мой телохранитель криво усмехнулся, но продолжал молчать. Я вздохнул. Если бы Вейн дал мне сразу вставить хотя бы одно слово, не пришлось бы теперь объясняться.

— Магистр Вейн, Виконт Фенор — это вся наша свита. Мы здесь неофициально. Нам требуется ваша помощь, а дело довольно деликатное, — я совершенно невольно перешел на королевское «мы». Не то что я сноб и люблю официоз, просто я очень устал, а мне нельзя было позволить себе отдыхать. Здесь и в Бездне время течет по-разному, но мне неизвестно, какой опасности подвергается Гвен, и как быстро мне удастся до нее добраться. Поэтому я сразу расставил все акценты под удивленным взглядом Бернара, который редко слышал от меня подобные изречения.

— Конечно-конечно, ваше величество, как скажете, ваше величество, — Вейн засуетился еще больше. — Все ваши пожелания — это приказы для ваших верноподданных, которые будут просто счастливы их исполнить.

Похоже, магистр отшельничает не просто так, а проворачивая что-то не вполне законное. Какие-нибудь опыты ставит, скорее всего. Если не на людях, то плевать. Я сам частенько запирался в тайной лаборатории с книгами Храма, чтобы хоть чему-нибудь научиться. А в процессе обучения и кровь крысам пускать приходилось. Ритуалистика никуда без крови, даже если маг с родственной стихией давно определился.

Вейн тем временем передал узду подскочившему слуге, и мы вошли в дом. Обстановка мне понравилась: простота и ощущение пространства в относительно небольших комнатах. Такая простота стоила огромных денег, похоже, магистр не бедствовал. Да это и понятно, маги нищими бывают крайне редко.

Мы расположились в уютной гостиной. Через пару тактов столик передо мной был уставлен различными закусками. Бернар и хозяин подвинули свои кресла к столику, и Вейн, согласно принятому при дворе этикету потянулся к блюдам, чтобы приступить к еде первому.

— Не стоит, магистр, — я взял бокал с вином и откинулся на спинку кресла. — Всегда считал этот обычай небывалой глупостью.

— Почему? — Вейн немного успокоился и прекратил суетиться. Таким расслабленным с немного плутоватой улыбкой он нравился мне куда больше, чем подобострастный верноподданный, закатывающий глаза от экстаза при виде своего короля. — А если вас захотят отравить? Если я задумал злодеяние и приправил эту еду и превосходное вино тем, чего в них быть не должно.

— Если бы вы хотели нас отравить, то заранее приняли бы противоядие. Давайте оставим официоз, — я закрыл глаза. Спать хотелось просто жутко, но нельзя, никак нельзя расслабляться, не сейчас, возможно чуть позже, но не сейчас.

— Вы настолько лишены честолюбия, ваше величество?

— Нет, я очень честолюбив и не приемлю панибратства, но так будет проще озвучить мою просьбу, — сейчас я говорил истинную правду. Единственный человек, которому было позволено в общении со мной гораздо больше, чем всем остальным именно сейчас находится в Бездне, подвергается непонятным опасностям, и я ничего не могу сделать, чтобы как-то ее защитить.

— Я, безусловно, сделаю все, что потребует от меня ваше величество. Во всяком случае, я буду очень сильно стараться выполнить любую просьбу вашего величества. Так в чем она заключается?

— Мне нужно попасть в Бездну как можно быстрее.

Бернар

Когда Артур озвучил свою просьбу, в комнате воцарилось молчание. Вейн уставился на Артура и только приоткрывал рот, пытаясь выдавить из себя хотя бы один звук.

Тишина затянулась. Артур открыл глаза и пристально посмотрел на магистра, который под его взглядом снова начал суетиться.

— Магистр Вейн, что вам не понятно в нашей просьбе?

— Я могу поинтересоваться у вашего величества, зачем вам понадобилось такое странное и опасное путешествие? — наконец выдавил из себя маг.

— Политическая необходимость, — отрезал Артур и выпрямился в кресле.

Давненько я не видел в нем именно короля. Не то что корона была Артуру в тягость, вовсе нет. Его хорошо подготовили для того, чтобы занять трон. Но когда ты находишься в ближнем круге, то сюзерен воспринимается несколько по-другому. Перед магистром Вейном же находился именно король Артур Первый. Без всяких допущений. Теперь его никак нельзя было принять за наемника, несмотря на несколько потрепанный вид.

— А ваше величество знает что-нибудь про Бездну? — осторожно поинтересовался Вейн. Артур сдержанно кивнул. — Может так оказаться, что ваше величество уже когда-нибудь бывали в этом страшном месте?

— Доводилось, — усмехнулся Артур.

Я почувствовал, что уже устал удивляться. Конечно, некоторые намеки на это обстоятельство присутствовали в разговорах Артура с Ольгой, но слышать намеки и откровенное признание не совсем одно и то же.

— Эм, ваше величество, вы хотите попасть в определенное место в Бездне?

— Вы так говорите, словно это просто, магистр, — Артур снова откинулся на спинку кресла, но на этот раз не закрывал глаз, а с любопытством изучал сидящего перед ним мага.

— Конечно. Час подготовки и пятнадцать тактов воплощения заклинания и привязки к определенному образу, — Вейн задумался. — У демонологов давно налажена односторонняя связь с Бездной. Но только с Бездной. Другие реальности доступны, к сожалению, только богам. И еще, я обязан предупредить вас, ваше величество, что я смогу за раз перебросить только одного из вас. То есть, вы, скорее всего, пребудете в это столь негостеприимное для людей место в одиночестве.

— Не страшно. Думаю, вы найдете комнату для Бернара, в которой он сможет как следует отдохнуть и направиться на встречу с нашим отрядом.

— Что? — услышав про перспективу оказаться в одиночестве перед гневом Верховного архимага, я вскочил. — Это совершенно невозможно! — в этот момент я ощутил все прелести недостатка кислорода в воздухе, которым пытался надышаться, делая глубокие вдохи. Это абсолютно неприемлемое предложение, абсолютно!

— Сядь, — Артур махнул рукой. — Это не обсуждается. — И он повернулся к Вейну. — Вам нужен образ места, куда я хотел бы попасть?

— Желательно, — кивнул магистр. — Так будет проще. Ваше величество сможет передать мне образ?

— Я попробую, — Артур задумался. — Правда, подозреваю, что вам будет больно. Верховный архимаг всегда жаловался, что я не умею работать с мыслеобразами. У меня не было времени, чтобы научиться делать это тоньше.

— Ничего страшного, ваше величество, я потерплю.

Пока Артур и Вейн играли в гляделки, я сидел, сжимая и разжимая кулаки. Отправлять Артура куда-то без поддержки я был не намерен. И так слишком много отступлений от правил. А за то, что я позволил Артуру отправиться в Бездну одному, Верховный архимаг меня сам развеет, не будет ждать, пока я зарежусь при бритье.

— Это какой-то склад? — наконец произнес Вейн, массируя виски и морщась, видимо Артур действительно причинил ему сильную боль, передавая информацию о том месте, куда хочет попасть.

— Да, — коротко ответил Артур.

— А почему именно туда? — Вейн опустил руки, но сидел неестественно прямо и старался лишний раз не поворачивать голову.

— Там, напротив стола есть полка с коробкой. В коробке находятся рога демонов и где-то рядом клей. Чтобы не быть убитым за первым же поворотом придется немного замаскироваться под местного. А почему в Бездну никто не перемещается, раз существует устойчивый канал? — вяло полюбопытствовал Артур.

— Потому что дураков до этого момента еще не находилось, — тихо буркнул Вейн. Артур проигнорировал выпад магистра. — Как ваше величество намерены возвращаться?

— Это мои проблемы, не так ли? — Артур поднялся. — Скажем так, однажды я уже вернулся. Думаю, что вернусь еще раз. Вот в Бездне как раз имеются устойчивые каналы ко всем известным реальностям, так что эти дороги доступны не только богам, но и демонам.

— Вы не будете возражать, если я поставлю маячок на вашу одежду, который оповестит меня, когда вы вернетесь?

— Боитесь за себя? — хмыкнул Артур, но согласия пока не дал.

— Выполнить вашу волю — мой долг, но Верховному архимагу будет на это глубоко наплевать, когда он будет растягивать меня на дыбе, если вы не вернетесь, так что я лучше перестрахуюсь.

— Похвальная осторожность, вот только я не могу разрешить вам сделать это. Демоны, а точнее те артефакты, которыми они обладают, весьма чувствительны к различным проявлениям магии, и им точно будет все равно, что с вами сделает Верховный архимаг, когда они примутся сдирать с меня шкуру. Так что, нет, никаких артефактов. — Артур поднял руку и поморщился. Да мы практически срослись с седлом за эту неделю. Пахнет от нас явно не розами. — Магистр Вейн, вы не могли бы распорядиться приготовить нам ванну. Нам с виконтом желательно немного привести себя в порядок, а то меня примут за местного скорее где-нибудь в свинарнике, а не в Бездне.

— Разумеется, ваше величество, — Вейн хлопнул в ладоши, и в комнату тут же впорхнула юная красавица, поглядывающая на нас с Артуром с неприкрытым любопытством. — Кора, детка, его величеству и господину виконту необходимо принять ванну, позаботься об этом. — После того как он отдал приказ служанке, магистр повернулся к Артуру. — Кора сопроводит вас, ваше величество. А я пока приготовлюсь к проведению ритуала.

Ванные комнаты у магистра Вейна были чудесные. А две девушки, помогающие мне мыться, ненадолго сняли мое напряжение. Жаль времени Артур выделил нам маловато, чтобы насладиться жизнью с красотками в полной мере.

— Его величеству помогают такие же нимфы? — я не удержался и шлепнул по попке фигуристую блондиночку, помогающую мне одеваться.

— Нет, — девчонка сначала хихикнула, а затем надула губки. — Его величество сказал, что с таким делом как мытье он справится как-нибудь сам и просто выгнал Изабеллу и Джанни.

— Понятно, — я задумался. Во дворце, кстати, Артур также предпочитал принимать водные процедуры самостоятельно, в нарушении всех традиций. Видимо Артур не хочет изменять Ольге. Хотя, разве можно считать за измену невинные развлечения с мойщицами? Наверное, я отношения между Артуром и Ольгой никогда не пойму.

— Бернар, хватит развлекаться, накувыркаешься еще, когда меня проводишь, — Артур ворвался в купальню без стука.

Я оглядел своего короля. Он был полностью экипирован, затянут в доспех, а на правом боку, висел его странный меч, под левую руку, которая была у Артура ведущей.

— Идем, — поторопил он меня, не удостоив прелестниц даже мимолетным взглядом.

— Позвольте мне надеть доспехи, — я попытался немного задержать Артура, лихорадочно соображая, что же делать.

— Зачем? — он удивленно вскинул брови. — Тебе здесь ничего не грозит, так что доспехи могут подождать.

Артур развернулся и стремительно вышел из купальни. Мне ничего не оставалось делать, как последовать за ним. Хорошо еще, что камзол успел надеть, который теперь пришлось зашнуровывать на ходу.

Перемещать Артура Вейн собирался из специальной ритуальной комнаты, в которой все было приспособлено для выполнения магических ритуалов.

В центре была выплавлена прямо в камне пола стационарная пентаграмма. Горели свечи, и выпотрошенный петух уже лежал в центре, а его кровь заполняла лучи пентаграммы.

Артур стоял рядом с Вейном и внимательно следил за манипуляциями магистра. Мне все эти бормотания были не интересны. Я не разбираюсь в магии. Но я внимательно наблюдал, все это время лихорадочно соображая, что же мне делать.

В комнате начало нарастать напряжение, которое чувствовалось почти на физическом уровне. Внезапно в центре пентаграммы вспыхнул красный свет, который начал быстро разрастаться.

— Приготовьтесь, ваше величество, — прервался Вейн, и Артур шагнул к светящемуся кругу.

Тут я понял, что мне нужно делать. В две шага я поравнялся с Артуром и, оттолкнув его, вошел в пентаграмму.

— Простите, ваше величество, но это мой долг. Я постараюсь дождаться вас на месте, — и я просто прыгнул в портал, не дожидаясь ответа.

— Идиот! — последнее, что я увидел, прежде чем очутиться в комнате, действительно напоминающей какой-то склад, это орущий явно что-то нецензурное Артур, поднимающийся с пола, на который я его уронил.

Ольга

Найти Джорджика оказалось очень даже не сложно. Ориентируясь на план, я довольно быстро добралась до центрального холла НИИ. Правда мне пришлось пару раз сменить направление, потому что изначально казавшиеся бесконечными коридоры внезапно прерывались, перекрытые массивными дверьми, пройти через которые можно было только при предъявлении ключ-карты, которая одновременно являлась пропуском для сотрудников. Я внимательно разглядела подобную карточку, болтающуюся на шее у одного из демонов, который проходил в такие двери, а я делала вид, что прогуливаюсь мимо, или жду кого-то. Скорее всего, за дверьми располагались лаборатории, но проходить через них у меня не возникало ни малейшего желания, тем более, если судить по карте, хватало и обходных путей. Так что после пары часов блужданий по коридорам и лестницам НИИ экспериментальной генетики, я вышла к центральному входу, которому предшествовал искомый центральный холл, который был мне очень нужен.

На вахте сидел старый благообразный бес, в фуражке и с седыми бакенбардами, читающий какой-то бульварный романчик.

Бес, явно страдающий паркинсонизмом, послюнявил палец и, перевернув страничку замызганной книжонки, мерзко захихикал.

— Простите, — я подошла поближе.

— А ты кто? Что здесь делаешь? — бес шустро закрыл книжку и спрятал ее под стол. Нет, я ошиблась, это было что-то порнографическое, судя по полуголой девице на обложке, которая приняла о-о-чень развратную позу.

— Практикантка, — я хихикнула, стрельнув глазами.

— А чего ты тут в выходные делаешь? — бес окинул меня масляным взглядом, задержав его на вызолоченных рожках. — И где твой бейдж? — взгляд переместился на грудь, и мне захотелось стукнуть его прямо по фуражке.

— Отработка, — я вздохнула и принялась рассматривать свои руки. — А бейдж на халате остался висеть, я что должна его постоянно на себе таскать?

— А-а-а, бедняжка, — посочувствовал бес довольно равнодушно. — А чего хотела-то? — Ему явно не терпелось вернуться к полуголой девице. — Если отработку отработала, то чеши домой, еще на танцульки успеешь смотаться.

— Где старшего лаборанта Джорджика найти? — я не стала ходить вокруг до около. Вряд ли этот дед меня вспомнит уже через пятнадцать тактов. Старческий маразм такой загадочный.

— Зачем он тебе? — бес был явно удивлен. — Да еще в выходной.

— Так ведь он мой научный руководитель. Неделю назад назначил отработку, а сам исчез, ничего не сказав, — я потупилась. — Мне ему работу сдать нужно, чтобы отвязался.

— Так ведь Джорджика вроде турнули из института, — бес нахмурил лоб, пытаясь вспомнить, что же на самом деле случилось с Джорджиком.

— Как турнули? — я уставилась на беса, пытаясь усмирить колотящееся сердце. Нет, только не это. Где я теперь его искать буду? — А работу у меня кто принимать будет?!

— Да не ори ты, — замахал лапами бес. — Домой к нему сходи, может быть, что-нибудь выяснишь.

— А я знаю, где он живет? — я чувствовала, что перехожу на ультразвук. Бес поморщился, словно у него заболели все зубы разом и замахал руками, пытаясь таким нехитрым способом донести до меня, чтобы я заткнулась.

— Так он же прямо напротив входа живет. Дорогу перейдешь и вот он его дом. Квартира номер сто шестнадцать. На втором этаже.

— Ой, спасибо, я прямо не знаю, как вас отблагодарить, — я снова хихикнула. Бес снова махнул рукой, давая понять, что аудиенция закончена, а так как я появилась из святая святых, а не ломилась внутрь, то он и проявил такую преступную небрежность, выдав мне всю доступную ему информацию. Хотя я не исключаю вариант, что он просто забил на свои обязанности давным-давно и теперь просто пережидает на работе окончания смены, потому что на пенсию не проживешь, а полноценно работать уже просто сил никаких нет. Как же мне Бездна мою родную реальность напоминает, просто не вышепчешь.

— Да иди уже, не мешай, что маячишь? — в очередной раз махнул рукой бес и полез за книжкой с девицей.

Я же содрогаясь про себя из-за перспективы оказаться на улице, направилась к выходу. Все-таки когда я шаталась по коридорам НИИ, у меня была иллюзия хоть какой-то защищенности, которая лопнет как мыльный пузырь, как только я окажусь снаружи.

Тяжелая на вид дверь открылась удивительно легко. Набрав в грудь побольше воздуха, как перед прыжком в воду, я вышла на улицу и чуть не упала прямо на крыльце.

Бездна снаружи еще больше напоминала земной мегаполис, с сумасшедшим движением наземного транспорта всевозможного вида и толпой куда-то бегущих демонов.

Скорее всего, это и был какой-то мегаполис, просто вид города, выбил меня из колеи. Но, присмотревшись, я отметила, что город все-таки отличался от земного. Во-первых, архитектура представляла собой нагромождение различных стилей, выхваченных, впрочем, из разных стран и временных промежутков моей родной реальности. Чего тут только не было: султанский дворец мирно соседствовал с собором Святого Петра, а тот в свою очередь теснил дом, похожий на русский терем. Дом, стоящий напротив НИИ являлся монструозным сооружением из стекла и бетона высотой этажей этак в двести. Я задрала голову и полюбовалась уходящей в небо вершиной здания. Интересно, а какой вид открывается из пентхауса этого монстра?

Вторым отличием был цвет. Солнце, небо, земля — все было красноватого тусклого цвета. Как будто я находилась на Марсе, ну или в Аду, поправила я саму себя.

Покачав головой, я направилась прямиком к дому, в котором жил Джорджик. С трудом перейдя дорогу, точнее перебежав ее, так как никакого намека на пешеходный переход в зоне видимости не было, я уже через десять тактов стояла напротив двери с номером сто шестнадцать и жала на кнопку звонка.

Дверь распахнулась, и передо мной очутился взъерошенный Джорджик собственной персоной.

Увидев меня и сразу же узнав, он попятился, а на его лице отразился такой ужас, что я невольно обернулась. За моей спиной никого не было, так что Джорджик испугался именно меня. Решив, что обижаться пока не буду, я ловко заблокировала ногой дверь, которую попытались закрыть прямо перед моим носом.

Когда я открыла рот, чтобы поздороваться, в прихожей появилась женщина. Бесовке было на вид лет сорок-сорок пять. Искусный макияж, коротко обстриженные ногти не лишенные маникюра, рожки, выкрашенные в нежный розовый цвет, дама явно следила за своей внешностью.

— Джорджик, — проворковала она, расправляя невидимую складку на белоснежной блузке и поправляя массивную брошь в виде мухи, выполненную из самоцветов, на пышной груди. — У тебя появилась девушка? А почему ты ничего не сказал своей мамочке? Представь же мне, наконец, мою будущую сноху.

Глава 9

Бернар

Я впервые переносился с помощью заклятья. Никогда прежде мне не доводилось воспользоваться даже свитком перемещения. Ощущения, надо сказать, были не из приятных. Меня словно засосало в водоворот и потащило на дно, лишая возможности сделать вдох или хотя бы пошевелить рукой или ногой. В какой-то момент мне показалось, что мне в живот засадили здоровенный крюк и пытаются вытащить из меня внутренности, наматывая их на этот крюк, но тут все закончилось. Пару тактов я стоял, покачиваясь, и пытался сообразить, где я нахожусь. Нет, сначала я пытался определить, жив я еще, или уже нет, а потом, когда пришел к выводу, что все-таки жив, принялся осматриваться по сторонам, пытаясь понять, где я все-таки оказался. Голова кружилась, а еще меня сильно тошнило, и я благодарил Бога за то, что тот не позволил мне как следует набить живот — мы с Артуром едва прикоснулись к расставленным перед нами блюдам с многочисленными закусками. К счастью, мне удалось приземлиться на ноги, а не распластаться по странного вида полу. Присмотревшись, я определил, что пол был сделан из темного мрамора с вкраплениями мелкой серебристой крошки. Это было странно, но не лишено определенной мрачноватой притягательности.

Когда тошнота немного прошла, я принялся бродить по комнате, ища тот самый стол, о котором Артур говорил магистру Вейну. Содержимое шкафов привлекло мое внимание, и я снова испытал тошноту, с трудом удержавшись от того, чтобы все же не освободить содержимое желудка от тех крох, которые в нем все-таки находились на прекрасный мраморный пол. Вид частей человеческих и не только человеческих тел, плавающих в какой-то желтоватой жидкости, не способствовал улучшению самочувствия. Это было настолько отвратительно, и в то же время обладало какой-то странной необъяснимой притягательностью, что я никак не мог отойти от шкафов, продолжая тщательно рассматривать их содержимое.

Внезапно из-за входной двери раздался какой-то шум: звук шагов множества ног, приглушенные разговоры, которые невозможно было разобрать, громкая ругань. И все это приближалось, а затем послышался звук открываемых дверей, словно кто-то шел по коридору и планомерно открывал все двери, попадающиеся по пути. Я замер на одном месте, с тревогой поглядывая на вход в это помещение. Тошнить меня перестало мгновенно. Еще немного и те, кто обшаривал коридор, откроют эту дверь, а здесь я без какой-либо маскировки. И ведь было же у меня время хотя бы рога на голову налепить, так ведь нет, начал рассматривать эту отвратительную коллекцию.

Заметавшись по большому помещению, стараясь не смотреть лишний раз на полки со страшным содержимым, чтобы снова не отвлечься, я, наконец, заметил стол, о котором говорил Артур.

Найти коробку с рогами, стоящую на полке напротив стола было достаточно сложно, но раздававшийся все ближе шум, заставил меня шевелиться.

Коробка оказалась задвинутой вглубь полки и сразу не бросалась в глаза. Подозреваю, что назначение ее то же, что и для банок с фрагментами тел, только рога, в отличие от остального, можно и просто так хранить без заливки их тошнотворно-желтым содержимым. Практически не разглядывая содержимое коробки, я вытащил два одинаковых рога темного цвета и прикрепил их к коже головы, используя клей, оказавшийся на той же полке, что и коробка. Небольшое зеркало нашлось тут же на полке, и я смотрел в него, чтобы рога прикрепить на одинаковое расстояние, а то получилось бы странно: один рог ближе ко лбу, второй к затылку. Это было бы странно и совсем-совсем не подозрительно.

Я успел убрать коробку и клей и отпрыгнуть к ближайшему стеллажу, когда дверь открылась, и в комнату вошли два демона.

То, что это были именно демоны, я понял, разглядев рога, которые торчали из их голов. В остальном же внешне они совершенно не отличались от людей, а копыта в щегольских туфлях были не видны. Я, молча, разглядывал их, удивляясь тому факту, что демоны похожи на людей даже больше, чем те же эльфы, если бы не рога...

Оглядевшись по сторонам, демоны направились прямо ко мне. Стараясь подавить панику, я настороженно наблюдал за их приближением.

— Ты кто такой? И что ты здесь делаешь? — один из демонов — невысокий коренастый, казалось состоящий из одних мощных мышц, нахмурившись, смотрел на меня.

— Я... ну... я... — пока я пытался сообразить, как бы назваться, чтобы это выглядело хоть маленько правдоподобно, демоны остановились.

— Да это, наверное, один из практикантов. Помнишь, я тебе рассказывал, что их по складам распределили, инвентаризацию проводить, — второй демон — высокий, более умный на вид, чем первый, остановился, как-то странно разглядывая меня.

— А почему он здесь один? — недовольно пробурчал первый. — Их же парами всегда ставят. И куда только кураторы смотрят?

— Я жду друга, — выдавил я из себя. — Он скоро должен подойти.

— Друга? — и тут второй, тот, что повыше, толкнул коренастого локтем в бок и кивком головы указал на меня. При этом он выразительно скосил глаза и хмыкнул.

Проследив за взглядом напарника, коренастый скривился.

— Понятно, значит, дружка ждешь. Так как тебя зовут?

— Бернар, — придумать я ничего подходящего не успевал, поэтому решил назвать свое настоящее имя.

— Вот что, Бернар, — высокий демон насмешливо посмотрел на меня. — Ты вчера здесь был?

— Нет, — ответил я совершенно искренне.

— Ну конечно нет. Наверное, ты со своим другом, — высокий демон сделал ударение на слове «друг», — отдыхали в другом месте, все-таки выходной день и все такое.

Манера речи демонов чем-то напомнила мне манеру речи Ольги. Постаравшись как можно более тщательно скопировать мою королеву, я скрестил руки на груди и раздраженно спросил:

— А какое это вообще имеет значение? Вам не кажется, что вас это не касается, чем бы мы с моим другом не занимались — это наше личное дело! И вообще, кто вы такие и почему задаете мне все эти вопросы?!

— Тише-тише, успокойся, — высокий поднял руки вверх и, хохотнув, кивнул коренастому. — Покажи значок, а то, правда, неудобно получается. — Коренастый вытащил какой-то металлический знак, на котором крупными буквами было выгравировано «СОБ». — Следственный отдел. У нас нет к тебе никаких претензий, Бернар. Пошли, — он снова кивнул напарнику и направился к выходу.

— Подождите, — мне нужно было узнать, что происходит, чтобы предупредить его величество. — А что случилось-то?

— Да в пятом секторе какого-то хмыря убили, — равнодушно пожал плечами коренастый. — И в кладовке труп спрятали. Его только сегодня нашли, уборщица зашла за ведром и наткнулась на тело. Странный случай. Хмырь явно не имеет к нашему НИИ никакого отношения. Да и способ убийства...

— Кстати, мне так и не сообщили, как его убили, — высокий медленно направился к выходу. Похоже, про меня они уже начали забывать.

— Удавили его, только вот в чем странность. Никаких следов того, чем это было сделано, обнаружить не удалось. Если бы они все не вымерли, то я подумал бы, что кто-то из Стражей развлекался.

Когда они отошли на приличное расстояние, не переставая переговариваться, я услышал, как коренастый прервался на фразе о неизвестных Стражах и громко прошептал.

— Дожились, сначала бабы рога красили, теперь и эти принялись. Тьфу. — И они вышли из помещения, больше не посмотрев в мою сторону.

Я задумчиво посмотрел на дверь, за которой скрылись демоны и опрометью бросился к столу. Мне нужно было найти то зеркальце, которым я пользовался, чтобы приклеить рога к коже головы. Но так времени у меня было в обрез, я не разглядывал себя более тщательно, постоянно поглядывая в сторону двери. Единственное, что меня волновало в тот момент, чтобы рога сидели на голове ровно.

Кинув взгляд на свое отражение, я сначала даже не понял, что же привлекло внимание тех двоих демлнов, а когда разглядел... К счастью я находился на складе один и мог совершенно спокойно высказать вслух все, что я думаю о собственных умственных способностях. Рога, которые я так старательно наклеивал, только с виду казались черными. На самом деле они были покрыты темным лаком, и, когда на них падал свет, этот лак начинал переливаться и по всей поверхности рогов стали видны золотистые блестки, которые искрились и отражали свет всеми гранями, привлекая совершенно ненужное внимание.

Это что же получается? Демоны приняли меня за... за... моя рука рефлекторно потянулась за мечом, который остался на Кситионе. Убедившись, что оружие действительно находится где-то далеко от моего теперешнего места положения, я попробовал оторвать злосчастные рога от головы. Я не знаю, что это был за клей, но рога прилипли к коже намертво. Оторвать их сейчас можно было только вместе со скальпом. Когда у меня ничего не вышло в плане смены блестящих переливающихся золотом рогов на какие-нибудь более нейтральные, я в изнеможении опустился на стул и принялся совершено бездумно перебирать бумаги, лежащие в верхнем ящике стола.

Артур придет сюда, в этом я был уверен, не забыть бы предупредить его о той пикантной ситуации, в которую я угодил. Ему-то в любом случае уготована роль моего друга. Надеюсь, у его величества все же имеется чувство юмора и оно не такое черное, как мне всегда казалось.

Приготовившись ждать столько, сколько потребуется, я внезапно увидел знакомые буквы, складывающиеся в знакомые слова. Поворошив стопку бумаг, я вытащил все, что были написаны на империале, и погрузился в чтение.

Артур

Демоны бы побрали этого Бернара! Хотя он-то как раз сейчас у них в гостях. Только бы дров не наломал. Я раздраженно посмотрел на магистра Вейна. Для того чтобы повторить ритуал необходимо было время, а если быть более точным, то необходимо было три дня, чтобы магистр сумел восстановить силы, ушедшие на создание пространственного прокола.

Безумно раздражало меня еще и то, что сам я не мог ничего подобного провернуть. Увы, ветер не был приспособлен к построению таких сложных конструкций как порталы в Бездну. Возможно, я смог бы приспособить заклятье ритуала под себя, да, скорее всего, смог бы, тем более что Стражи были частыми гостями Бездны, судя по истеричным выкрикам Джорджика, но для этого мне нужно было время. Гораздо больше времени, чем три дня, требующиеся магистру для отдыха и развеивания остаточных эманаций после первого открытия портала.

Оставалось надеяться на то, что время течет здесь и в Бездне по-разному, и там пройдет не так много времени, прежде чем я попаду в оплот демонов. Так во всяком случае было в прошлый раз, и я не вижу причины, по которой ход времени в Бездне должен был измениться.

Бернар ушел без оружия, значит, нужно не забыть захватить с собой хотя бы его меч. О доспехах речи не идет, я не могу тащить с собой большой груз. Мне и так придется оставить почти все наше снаряжение здесь.

— Ваше величество, — Вейн подошел ко мне сзади. Я не оборачивался, продолжая рассматривать океан через большое окно, у которого я стоял. Сегодня он был спокоен, и величественные волны лениво разбивались о стену утеса. Океан был спокоен, а вот в моей душе бушевала буря. — Почему вы все-таки так стремитесь попасть в такое негостеприимное место как Бездна?

— Поверьте, магистр, вы не хотите этого знать, — я продолжал рассматривать накатывающиеся на берег волны. Это все-таки красиво. В Фарли есть порт, а на берегу океана у меня есть прекрасный летний домик. Когда все закончится, мы уедем туда: я, Гвен и наш сын, чтобы немного отдохнуть и познакомиться, наконец, как следует.

— Я просто хочу понять, насколько это важно.

— И что от этого понимания будет зависеть? — я нехотя отвернулся от окна и посмотрел на Вейна.

— Если это действительно важно, то я смогу несколько ускорить процесс подготовки...

Я встрепенулся и посмотрел Вейну в глаза.

— Магистр, если вы сможете переправить нас на место быстрее, то наша благодарность вам будет существенно больше, чем вы можете рассчитывать.

— Я понял, ваше величество, — Вейн склонился в полупоклоне. — Мне будет достаточно того, что вы вернетесь и защитите меня от гнева Верховного Архимага.

— Вернуться — это в моих же интересах, что касается Верховного, то не беспокойтесь. После моего возвращения у него появится очень много дополнительных обязанностей, так что вряд ли он найдет время, чтобы мстить вам за вашу несуществующую вину.

— Это весьма обнадеживает, ваше величество.

— Сколько времени вам потребуется, магистр?

— Дайте мне час, ваше величество.

— Вам это ничем не будет грозить? — я обеспокоенно посмотрел на Вейна. Терять сильных магов в ситуации, когда все-таки можно немного подождать, я был не намерен.

— Несколько дней в постели под непрестанным уходом за мной ласковых служанок, и я восстановлюсь. Я пойду, отдам распоряжения. Нужно заранее приготовится, чтобы слуги не растерялись и не оставили меня лежать на каменном полу дольше, чем это будет необходимо. В моем возрасте это несколько вредно для здоровья. Встретимся в заклинательской комнате.

Через час я стоял рядом со стационарной пентаграммой и с тревогой наблюдал за проводящим ритуал магистром. В этот раз открытие портала давалось Вейну с трудом. Он был бледен, и кисти рук подрагивали, когда он воздел их вверх произнося финальные аккорды заклинания. В тот момент, когда меня уже затягивала воронка переноса, я успел оглянуться и увидел, что магистр, закатив глаза, завалился на пол, а из носа у него хлынула кровь. К счастью, портал был полностью сформирован и дальнейшего участия мага не требовалось. Надеюсь, что с магистром все будет хорошо и забота, которой он будет окружен, станет выше всяких похвал.

Я устоял на ногах, и даже тошнота была не столь сильной, как при предыдущих переносах. Наверное, все дело в практике. Чем чаще скачешь через порталы, тем легче становится с каждым последующим переносом. Главное, чтобы такие перемещения не вошли у меня в привычку.

Оглядевшись, я отметил, что появился именно там, где и планировал, на складе под номером, кажется шесть, но я могу и ошибаться. Это на самом деле неважно, какой номер присвоен именно этому складу. Помещение склада практически не изменилось. Все те же стеллажи с образцами, как называл части тел Джорджик, все те же холодильники, как назвала шкафы с непрозрачными дверцами, расставленные по периметру комнаты Гвен. Тряхнув головой, я отправился к столу, чтобы найти маскировочный материал в виде рогов. Первоначальной задачей для меня после придания вида местного демона среднего порядка являлось отыскать Бернара, он не должен был далеко уйти, слишком мало пока прошло времени здесь в этой реальности, и лишь затем приступить к поискам моей жены и сына.

Бернара искать долго не пришлось. Он сидел за искомым столом и внимательно изучал какие-то бумаги. Услышав мои шаги, виконт поднял голову и, увидев меня, вздохнул с облегчением. Когда Бернар попытался вскочить на ноги, я жестом приказал ему оставаться сидеть. Сейчас не до этикета. К тому же, когда он сидел, я смог разглядеть его голову, особенно ту часть, которая привлекла мое внимание.

В умственных способностях командира моей охраны и личного телохранителя я никогда не сомневался. Бернар сумел услышать то, что ему необходимо было услышать, и сделал правильные выводы. Но вот его выбор.

— Бернар, — я не удержался от вопроса, разглядывая черные блестящие рога, переливающиеся золотистыми блестками, блеск которых казалось, слепит, когда свет падал на них под определенным углом. — А ты не мог найти что-нибудь менее... — я покрутил рукой, пытаясь подобрать достойное определение, — вызывающее, — наконец, выбрал я термин, характеризующий его выбор рогов.

Ольга

Сегодня Джорджик обещал сводить меня в банк, где на мое имя, оказывается, был открыт счет с приличной суммой денег, на которые за год уже успели накапать проценты. Счет этот был открыт как компенсация родственникам за гибель такой замечательной демонессы, которой я являлась до того момента, пока не попала в лапы инквизиции Кситиона. Также он пообещал мне помочь обнести карточку покойничка и перевести все полученные средства в золото или камни, если сумма будет более приличной, чем думает Джорджик. Но карточка — это как получится. Первоначальная задача — закрыть счет, чтобы иметь в распоряжении приличную сумму. Демоны — они же почти как люди, и просто обожают звонкую монету и переливающиеся блестяшки.

Когда бывший старший лаборант пришел в себя, он помог мне разместиться, рассказал свою незамысловатую историю, а потом заперся в своей комнате, оставив меня с сыном наедине.

Возясь с Костей, я, хихикая, вспоминала вчерашний день.

Джорджик переводил взгляд с меня на свою мамочку, а затем заголосил:

— Мама! Гвиневра не моя девушка! Она... она... она няня из агентства. Ну, ты помнишь, что я решил подобрать няню нашему малышу. Ты же не можешь все время находиться здесь, а я не слишком хорошо умею ухаживать за детьми, — я тут же сделала стойку, услышав о ребенке.

В это время из глубины квартиры раздался плач младенца. Кто бы знал, чего мне стоило не рвануть со всех ног в комнату, из которой раздался плач.

Мамочка Джорджика скептически посмотрела на меня, а затем на сына.

— Джорджик, а ты предупредил, Гвиневру, очаровательное имя, дорогая, что наш малыш не совсем демон?

— Думаю, что с этим проблем не будет, — пробормотал Джорджик.

— Ну что же. Сейчас посмотрим, как эта няня будет справляться. Я не уйду, пока не удостоверюсь, что малыш в надежных руках. Пошли, дорогая, — и дама направилась в направлении плача.

Я бросилась за ней. Мои инстинкты меня не подвели. В очаровательной кроватке лежал мой Костик и вопил, требуя внимание.

Подхватив ребенка на руки, я прижала его к себе и уткнулась носом в светлые отцовские волосики, с трудом сдерживаясь, чтобы не разреветься от облегчения.

Костя, оказавшись у меня на руках, сразу же притих. В который раз убеждаюсь, что между матерями и детьми до определенного возраста существует некая мистическая, или космическая связь. Ребенок никогда не спутает мать с другой теткой, что уж говорить о женщинах — не припомню, чтобы слышала рассказы о том, как кто-то сумел обмануть мать, подсунув ей чужого ребенка.

Прижимая к себе сына, я вспомнила замечательный наглядный пример того, что ребенка не обманешь. Со мной в группе учились близняшки — Лена и Маша. Ленка на втором курсе выскочили замуж и родила. Но учеба в меде требует слишком много усилий и без помощи со стороны здесь никак не обойтись. Мать близняшек с полгода жила с дочерью, а затем, забрав внука, отправилась домой в соседний городок.

Однажды я стала свидетелем интересной сцены: Машка отправилась навестить родных. Я поехала с ней, так как мои родители тоже жили в этом городке. На вокзале Машку встречала мать с племянником. Отличить близняшек всегда было неимоверно сложно, а они, словно издеваясь над окружающими, еще и стриглись одинаково и носили одинаковую одежду.

Максимка, увидев вроде бы маму, бросился к Машке, но на полпути остановился и побежал к бабушке, спрятавшись за ее спину.

— Ты не мама, — сурово произнес трехлетний ребенок, обличительно глядя на Машку.

Вот что бы понимал, спрашивается? Тем более мать-то видел на выходных, да и то не на каждых, но нет, сразу почувствовал обманку.

Так и мой мальчик, сразу почувствовал, что его мама наконец-то пришла к нему, и практически сразу засопел у меня на руках.

— Ну что же, вижу, что вы поладите, — мамочка Джорджика одобрительно посмотрела на меня. — Джорджик, мне нужно по делам. Я вернусь завтра. Гвиневра, а вас не смущает, что это человек?

— А почему меня это должно смущать? — я повернулась так, чтобы видеть демонессу. — Вот когда он вырастет, тогда и нужно будет опасаться, а вдруг он потенциальный Страж? — при этих словах Джорджик вздрогнул, затравлено глядя на меня. — А от такой крохи, что можно ждать хуже испачканных памперсов?

— Ну, наконец-то, в наших агентствах стали подбирать персонал, основываясь на профессиональные качества, — демонесса направилась к выходу. — Джорджик, проводи мамочку.

Когда бывший старший лаборант вернулся в комнату, я успела проинспектировать условия содержания моего мальчика, не выпуская Костю из рук. Условия были более чем достойные.

— Ты чего приперлась? — с порога начал наезжать на меня Джорджик. — Чего тебе нужно?

— Мне нужно домой попасть, и желательно с сыном, которого один ныне покойный недоумок посмел у меня украсть.

— Но ведь мне сказали, что этот мальчик — сын... а он, получается...

— Да, милый, Константин мой сын. Мой и Артура. Помнишь Артура? Думаю, что очень скоро наш папочка к нам присоединится, — последнюю фразу я произнесла, склоняясь к личику Кости.

Звук удара заставил меня поднять голову. Пару тактов я рассматривала лежащего на полу Джорджика, затем вздохнув, уложила Костю в кроватку и пошла приводить бывшего старшего лаборанта в чувства.

— Слабак, — резюмировала я, склоняясь над бледным демоном.

Глава 10

Ольга

В банк мы пошли втроем: я с Костей и Джорджик, показывающий дорогу, и постоянно причитающий.

— Вот зачем, ну скажи, зачем мы туда премся, а?

— Как это зачем? Деньги снимать. Не ты ли говорил, что для дальнейшего планирования нужно обналичить счет, пока никто не спохватился и не перекрыл лавочку.

— Ну я, и что? Это же не значит, что нужно сразу же в банк бежать. А вдруг там что-то заподозрят, а тут я? Все же решат, что я как-то причастен.

— Ты и так причастен, так что не нуди, тебя все равно заподозрят, — я приостановилась и огляделась по сторонам. Мы шли по какому-то скверу, мрачному, окруженному высоченными домами, но почему-то в этих домах со стороны сквера не было окон — сплошные темные стены, взмывающие ввысь. Все это создавало ощущение глубокого колодца, и лично у меня клаустрофобию. Костя тоже почувствовал давящие влияние этих зданий и захныкал. Я ускорила шаг, чтобы побыстрее покинуть это негостеприимное место. Проскочив под аркой, мы оказались на улице, заполненной обычным шумом большого города. — Ты зачем нас потащил по этой подворотне? — я остановилась, чтобы немного прийти в себя и набросилась я на Джоржика, стоящего рядом.

— Да я просто хотел дорогу срезать, — забубнил демон, шмыгнув носом. — Так быстрее, да и мало кто здесь ходит.

— Да ладно, интересно знать, почему? — я скептически посмотрела на Джорджика. — Далеко еще до банка?

— Почти пришли, вон он, видишь стеклянные двери? — и Джорджик ткнул пальцем в возвышающееся над остальными здание, словно сделанное из темного стекла. Вообще подобных зданий, которые казалось бы олицетворяли собой мою реальность, было на редкость много, но и среди них попадались такие, вроде здания Адского банка, весь вид которого просто кричал о больших деньгах. Этакий закос под Уолт-стрит в реалиях Бездны. — Ты помнишь, что тебя зовут Гвиневра Морган?

— Я помню, — я кивнула и сунула руку в карман куртки, нащупав в ней кусок пластика, являющегося удостоверением личности. Это удостоверение сделал Джорджик уже довольно давно, в порыве вдохновения, рассчитывая однажды поживиться за наш в Артуром счет. Ну, положа руку на сердце — вся авантюра с погибшими практикантами, конечно, была его гениальной идеей, так же как и возможность замутить эту компенсацию, но ведь воспользовался он при этом нашими именами, а также отпечатками пальцев, которые аккуратно снял на том складе, где мы с ним встретились.

Я быстро подкатила коляску к входу в банк. Как оказалось, там все было предусмотрено для удобства клиентов, даже въезд тех демонов, кто сам ездил на коляске, или для мамаш, которые не доверяют никаким агентствам и предпочитают даже в банк наведываться со своими чадами.

Прокатив коляску с Костей по удобному пандусу, я вошла в открывшиеся передо мной двери, и оказалась в помещении, которое все было облицовано блестящим темным мрамором, словно поверх мрамора кто-то настелил стекло. Пол напоминал шахматную доску, вот только белых клеток не было, были темные клетки и черные как сама Тьма. Я застыла в дверях не совсем понимая, а как вообще можно идти по этому стеклянному мрамору или мраморному стеклу? Неизвестно, сколько я бы простояла так с приоткрытым ртом, но тут мне на помощь неожиданно пришел Джорджик, который ткнул меня в спину, заставляя двигаться, и зашептал на грани слышимости.

— Ну чего ты встала, а? Двигай вон туда к кассе. Видишь, зеленый огонек горит, значит, кассир на месте и в данный момент ничем не занят, так что можно смело к нему обращаться.

Я присмотрелась, но, если честно, никакой кассы не увидела. Лишь пройдя несколько шагов, мне удалось разглядеть что-то вроде будки, выполненной из того же темного стекла, что и все остальное в этом странном помещении. Над будкой горел зеленый свет, отражающийся на стеклянном полу зеленоватыми бликами. Подойдя поближе, я поняла, что ошиблась: то, что показалось мне сначала будкой, на самом деле оказалось знакомой мне моделью устройства работы с клиентами не только банков, но и различных деловых центров, когда на длинной стойке места кассиров отделены друг от друга прозрачными перегородками. Здесь же присутствовали так же перегородки перед кассирами, полностью отгораживая их от посетителей, и друг от друга. Кассир присутствовал только в одном окне и как раз над этим окном горел зеленый свет. Молодая красивая демонесса, улыбаясь дежурной улыбкой, махнула мне рукой, призывая к себе.

Я подошла и развернула коляску к выходу, а сама встала перед высоким окном.

— Здравствуйте, добро пожаловать в Первый Адский банк, с вами сегодня специалист второго уровня Эжен, чем могу вам помочь?

— Я бы хотела закрыть счет, — решительно произнесла я, наступив на копыто в специальном ботинке. Как оказалось, эти копыта были очень чувствительными к различного вида травмам. Джорджик зашипел сквозь зубы, но не произнес вслух то, что хотел произнести.

— О, я могу поинтересоваться причинами столь радикального решения?

— Да, меня посылают в реальность Земля, в качестве компенсации моральной травмы, которую мне нанесли дикие люди на Кситионе, которые захотели меня сжечь, даже не узнав имени. А за что? Что я такого им сделала? — и я очень натурально всхлипнула, прижав к вискам платочек, который весьма своевременно извлекла из кармана.

— Вас хотели сжечь на Кситионе? Но, позвольте, что вы делали в этой отсталой реальност?

— Практику проходила, которая закончилась даже не успев начаться крайне неудачно, — мрачно ответила я, спрятав платок в карман.

— О, Так вы и есть та самая практикантка, которая попала при высадке прямо в лапы инквизиции? — демонесса даже подалась вперед, чтобы меня как следует разглядеть.

— Что значит, «та самая»? — я невольно нахмурилась.

— Ой, вы даже не представляете, какая началась шумиха после того как вы пропали, — всплеснула руками кассирша. — Родители требовали пересмотреть меры безопасности для своих детей, были митинги, а общем на этот раз никому не удалось все замять как обычно. Ваша трагическая судьба даже послужила основой самого кассового фильма последнего года, — Эжен закатила глаза. Я бы тоже закатила, если бы не пыталась в это время проглотить вертевшееся на языке ругательство. — Но... как вам удалось вырваться?

— Так нас не сожгли, а отдали... хм... в какой-то Храм... Стражам на опыты, в качестве бесплатных тренажеров, на которых Стражи молодняк натаскивали в плане пыток несчастных демонов.

— Какой ужас, — демонесса приложила руки с изящным маникюром на щеки. — Но, разве Стражи еще существуют?

— Как оказалось, существуют, но нам удалось их обмануть и сбежать по канализации. Пока мы прятались в канализации с моим напарником, мы немного сблизились, хм... — я взглядом указала на посапывающего в коляске Костю. Демонесса сразу же умилилась, и заулыбалась теперь уж более искренне. — И вот теперь мне предоставили уникальный шанс подлечить расшатанные нервы в реальности Земля, но там так все дорого...

— Конечно-конечно, — закивал Эжен, — давайте быстренько пройдем все формальности, пока ваш кроха не проснулся и не потребовал сменить ему подгузник. — Она уже представляла, как будет рассказывать подружкам про сегодняшнюю клиентку, жаль только ее спутник не пожелал навестить банк. — Приложите ладонь к считывающему устройству и передайте мне ваши документы, удостоверяющие личность.

Ну что же, вот он момент истины. Я бросила карточку в выдвинувшийся поддон, и с опаской положила ладонь на засветившуюся панель, где четко обозначился контур ладони. По коже побежали мурашки, и разлилось тепло, не скажу что неприятное. Я внутренне сжалась, но тут контур загорелся зеленым и через несколько секунд исчез. Я очень аккуратно сняла руку, мельком глянув при этом на ладонь, чтобы убедиться в том, что она в порядке и кожа с нее не слезла.

— Отлично, — Эжен вернула мне карточку с моим липовым удостоверением. — В чем хотите закрыть счет?

— А в чем вы мне предложите? — я растерянно посмотрела на Джорджика, но тот только пожал плечами, как зачарованный глядя на потухшую панель, словно сам не был до конца уверен в том, что его махинации сработают.

— Можно в наших адских долларах, но, боюсь, в реальности Земля они мало вам пригодятся, — я согласно кивнула. — Можно открыть карту на ваше имя, тогда вам не нужно будет закрывать счет, а валюта будет меняться автоматически. — Я задумалась. Если бы я действительно собиралась в свою родную реальность, то это был бы лучший выбор, но, там я умерла, а на Кситионе еще долго не будет банкоматов, если они вообще когда-нибудь появятся.

— А еще какие-нибудь варианты есть?

— Конечно, можно получить всю наличность в бриллиантах. Так даже лучше, и материальное подтверждение вашего состояния весьма существенно — бриллианты всегда производят впечатление, да и места они много не занимают. — Я кивнула. Это хорошо. Вряд ли банк выдаст мне супер классные камни, а средней паршивости можно всегда продать не привлекая ненужного внимания в любой ювелирной лавке по одному. — Тогда еще раз пройдите идентификацию. Политика банка, вы же понимаете, все-таки камни есть камни, — в голосе Эжен промелькнуло даже некоторое вполне искреннее сожаление. Я же только вымученно улыбнулась и снова приложила ладонь к панели. Через пару тактов, которые показались мне вечностью, а Джорджик даже прикусил губу до крови от напряжения, панель перестала мигать и погасла, а в поддон откуда-то сбоку вывалился мешочек, заполненный наполовину. Джорджик выдохнул, слизнул выступившую на губе кровь и вытер испарину на лбу рукавом своей рубахи. Я не удержалась и заглянула внутрь. Камешки были мелкие, но блестели просто на загляденье. Я даже заулыбалась, но тут понятно, лучшие друзья девушек и все такое.

— Спасибо, до свиданья, — я уже повернулась к выходу, когда Эжен проговорила.

— А ваш спутник не заслужил вознаграждение в виде отдыха в реальности Земля?

— Ну почему же не заслужил, заслужил, — я лихорадочно соображала, что ответить, но тут мне помог Джорджик.

— Артурчик сейчас часы дорабатывает в НИИ экспериментальной генетики под руководством самого шефа Сатана, — скучающе протянул бес. — Вы же понимаете, стресс стрессом, а часы должны быть отработаны.

— Бедняжечка, — сочувствия в голосе демонессы не было, зато было море любопытства.

— Но это не значит, что он скоро вас не навестит, чтобы тоже пополнить свой кошелек перед долгожданным отдыхом, — я улыбнулась, Джорджик сразу погрустнел, и мы, наконец, смогли выбраться на улицу.

После сверкающего зала Адского банка солнце показалось мне на редкость тусклым, несмотря на то, что цвет внутри здания был преимущественно черным.

— Уф, я думал, что ничего не выйдет, — Джорджик снова вытер лоб дрожащей рукой.

— Как это ты думал, что не выйдет? — я остановилась и, прищурившись, посмотрела на него.

— Да вот так. Я же оттиски ваших лап делал по тем фрагментам, что на складе нашел, когда вы все подряд лапали. И то, с Артурчиком хуже было, он-то почти ничего не касался. Приходилось почти наобум работать. Хорошо еще, что у меня доступ был тогда к лаборатории, чтобы с вашими ДНК работу провести.

— Что ты с нашими ДНК делал? — я почувствовала, как у меня дергается глаз.

— Да ничего, клянусь своей мамочкой. Просто ласты ваши смоделировал, чтобы оттиски сделать и удостоверения сворганить, что ты меня прямо за злобного гения держишь?

— Ну-ну, — я покачала головой. — Смотри, Артур слов-то таких как ДНК не знает, еще решит, что ты его страшно оскорбил.

— А че ты сразу угрожаешь? — Джорджик смешно насупился, но тут мы вошли в ту самую подворотню, напоминающую колодец, окруженную зданиями, у которых на эту сторону не выходило ни одного окна. Я поежилась и поспешила пробежать неприятный участок бегом. Когда я уже была на середине пути к арке, ведущей на улицу, из нее выступили шестеро демонов, которые, увидев нас, переглянулись между собой, заржали, и двинулись прямо на нас, беря в кольцо.

Артур

Я сам выбрал неброские коричневые рога и тщательно укрепил их на голове. Еще раз взглянув на блестки, переливающиеся на голове Бернара, только покачал головой, надеюсь, это не станет препятствием, и никто не обратит на данный факт внимания. И потом, что я знаю про Бездну? Вполне возможно, что здесь это в порядке вещей и мужчины покрывают рога сверкающим лаком. Была же у нас когда-то мода на высокие припудренные парики, помаду и белила для лица. Бернар проследил за направлением моего взгляда и его скулы слегка покраснели. Он явно что-то скрывал от меня, но выяснять прямо сейчас, что же именно он скрывал, было не ко времени. Да и место не располагало к подобным расспросам.

— Что ты так внимательно изучал? — спросил я, кивнув на бумаги, которые лежали аккуратной стопкой на столе.

— Это... хм... в общем, это бумаги, в которых говорится, что множество детских принадлежностей передано некоему Джорджику.

— Вот как, это очень интересно, — я, прищурившись, посмотрел на бумаги. За этот склад в прошлый наш визит отвечал как раз старший лаборант, поэтому неудивительно, что бумаги, адресованные ему, нашлись именно здесь, но сам факт передачи этому мелкому демону вещей для ребенка... — Ты узнал что-то еще?

— Нет, ваше... — Бернар стушевался под моим насмешливым взглядом и продолжил, лишь спустя такт. — Нет, Артур, я сумел вычленить только это. И еще, пока я тебя ожидал, приходили демоны из следственного отдела и интересовались, знаю ли я что-то про произошедшее здесь убийство, вроде бы было найдено тело со следами удушения, но следами очень необычными, что, если бы не определенные обстоятельства, то они решили бы, что это дело рук Стража. Я уже не в первый раз слышу о Стражах, и мне хотелось бы узнать...

— Не сейчас, — я покачал головой. — Я понимаю твой интерес, но... не сейчас. Сначала мы должны найти Гвен и моего сына, все остальное потом.

Бернар поджал губы, но спорить и настаивать на выяснении подробностей не стал. Я еще раз огляделся по сторонам, вроде бы больше нам здесь делать нечего, поправил на поясе ножны с мечом, проверив, чтобы не было видно весьма примечательного клейма, перевернул кольцо Стража так, чтобы камень находился со стороны ладони, так он меньше будет привлекать внимание. Бернар в это время цеплял к поясу свой меч, который я все-таки прихватил с собой, правда, мне пришлось при этом оставить на Кситионе даже свою кожаную броню, и я чувствовал себя несколько неуютно, находясь на вражеской территории в штанах, заправленных в невысокие сапоги, и котте, надетой поверх нижней рубахи. Пояс, к которому цеплялся меч, опоясывал меня прямо поверх котты — вот и все одеяние. Надо сказать, Бернар был и то одет лучше меня, во всяком случае, он успел набросить на плечи камзол, прежде чем, оттолкнув меня от воронки перехода, самому нырнуть в неизвестность. На мгновение я прикрыл глаза, но чего-то ждать, находясь на складе, было совершенно невозможно — нам было необходимо выяснить, где живет Джорджик, и как это сделать, я пока не представлял. Теперь время для меня и Гвен шло в одном режиме, и каждый такт мог стать решающим.

Решив, что буду решать проблемы по мере их поступления, я шагнул к двери, и тут она распахнулась, и в нее вошли два демона: один был пониже и потолще, второй — более высокий и худой.

— О, я так погляжу, ты дождался своего... хм... друга, — высокий гадливо улыбнулся, обращаясь к Бернару. Не понял, что это сейчас было? Я невольно нахмурился, а моя рука, словно невзначай, опустилась на простое навершие меча.

— И что? — буркнул Бернар. — Дождался, и что дальше?

— А чего это вы оба одеты, словно из-за круглого стола короля Артура только что выбрались? — хмыкнул тот, что был потолще.

— А что с этим есть какая-то проблема? — я все еще не понимал, что происходит, и почему эти демоны так странно себя ведут. Услышав про короля Артура, Бернар вздрогнул, я же только переводил взгляд с одного порождения Бездны на другого.

— Нет, никаких проблем, — покачал головой худой. — Совершенно никаких проблем. Разные ролевые игры — это ваше личное дело, которое совершенно не интересуют следственный отдел, в отличие от произошедшего недалеко от этого склада убийства.

Он постоянно поглядывал на Бернара, произнося свои в высшей степени непонятные слова. Я проследил за его взглядом, который остановился на голове виконта и сверкающих рогах, приделанных к этой самой голове. Они что, принимают нас за... я медленно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Подобный казус со мной происходит впервые. С другой стороны, пусть за кого хотят, за того и принимают, мне глубоко наплевать на то, то обо мне думают эти порождения Бездны, к тому же, так во мне меньше всего заподозрят Стража.

— А вот мне почему-то кажется, что у вас какие-то проблемы, связанные со мной и моим другом, — я сделал шаг назад и уцепил Бернара под локоть. Виконт попытался дернуться, но я вовремя надавил на весьма чувствительную точку на его локте, заставив стоять рядом со мной. — А еще мне кажется, что вы явно настроены против нас. Мне что, прямо сейчас садиться за этот стол и писать о полнейшей дискриминации шефу Сатану? А может быть, вы вообще хотите нас обвинить в этом убийстве, или как там тот труп погиб? Конечно, кого еще обвинять, если у вас такие прекрасные подозреваемые совсем недалеко от места предполагаемого преступления объявились, да? И свою ненависть к нам потешить и награду у шефа за быстро выполненную работу выпросить? И неважно, что истинные убийцы, возомнившие себя Стражами, где-то бродят, подкарауливая невинных демонов, главное самоутвердиться за наш счет! — Бернар снова попытался вырваться, но я еще жестче сжал пальцы, заставляя его выругаться сквозь стиснутые зубы, чтобы подавить стон боли. А ему сейчас очень больно, но ничего, в следующий раз думать будет, прежде чем подобное вытворять.

— Да чего ты завелся? — поморщился крепыш. — Никто вас ни в чем не обвиняет, нам вообще пох... наплевать, кто кого из вас... хм... дружит. Пошли, не видишь, практиканты нервничать изволют, жалобы грозят начать писать... тьфу, — и он сплюнул на в общем-то чистый пол этого склада и потащил своего напарника к выходу. Я провожал их взглядом до того момента, как за шедшим последним крепышом не захлопнулась дверь. Только после этого я позволил себе немного расслабиться. Выпустив руку Бернара, я медленно повернулся к нему лицом.

— Бернар, милый, и как ты только додумался растрепать о нас этим грубым животным?

— Ваше... — Бернар отшатнулся, сильно побледнев. — Я виноват, ваше величество, и готов понести любое наказание.

Я только покачал головой.

— Мы решим, что сделать с тобой за твою несмешную шутку, но пока попробуем использовать ее для того, чтобы найти Джорджика, — я не добавил, что считаю это унижение достойным наказанием для него, чтобы впредь не допускал таких незначительных на первый взгляд промашек, как с блестящими рогами. — Осталось только найти молодую демонессу, с повадками отпетой сплетницы, так что вперед, дорогой, — я не смог сдержать ухмылку, увидев, как лицо Бернара немного скривилось. Но долго рассуждать виконт себе не позволил и широким шагом направился к выходу со склада.

Глава 11

Бернар

Я в который раз поразился, насколько быстро его величество может преображаться в зависимости от окружающей обстановки. Но его речи насчет жалоб какому-то Сатану, немного выбили меня из колеи.

— Позволь спросить, Артур, — я заставил себя назвать его по имени, потому что в этот момент мы выходили со склада, и нас могли услышать посторонние.

— Спрашивай, — немного рассеянно кивнул Артур, осматриваясь по сторонам, словно пытался понять, куда нам нужно выдвигаться. Наконец, он определился с направлением, и мы пошли по странному черному коридору, попав в который я, если честно, даже не сориентировался сразу, где здесь верх, а где низ. Решив положиться на его величество, который уже побывал в этом странном и страшном месте, я пошел за ним, как это было положено на два шага сзади и чуть левее. Говорить на ходу было не слишком удобно, но приходилось терпеть определенные трудности.

— Зачем нам молодая демонесса, да еще и выглядящая отъявленной сплетницей?

— О, Бернар, детка, пусть это будет сюрпризом, — Артур гадко усмехнулся, а мне впервые в жизни захотелось ударить его по нагло усмехающейся морде. Тут же устыдившись своих мыслей, я пару раз вдохнул и выдохнул, прежде чем более развернуто сформулировать вопрос.

— Артур, я не знаю, что вы задумали...

— Что ты задумал, — снова рассеянно поправил меня Артур.

— Хорошо, что ты задумал, — на это раз мне было гораздо проще называть его на «ты», да еще и именовать без титула, — но я не смогу полноценно осуществлять свои обязанности, если не буду знать всех деталей предстоящей операции.

— Красиво сказано, — усмехнувшись, ответил Артур. — Ну, если сам догадаться не можешь, я тебя слегка просвещу. Молодая демонесса нужна нам, чтобы узнать обстановку в Бездне и попытаться найти старшего лаборанта Джорджика, не попадаясь больше на глаза представителям следственных и других отделов. Джорджик, по идее, должен находиться где-то здесь в этом здании, потому что он работает в этом НИИ старшим лаборантом. Хотя мне сложно представить, как он может все совмещать, если твои выводы правильные и именно ему передали моего сына. Но, что мы знаем про демонов? Возможно, такие нагрузки для них в порядке вещей. Не могу сказать, что идея выдать нас за демонов... хм... не совсем обычных пришлась мне по вкусу, но она может принести своеобразные положительные моменты, например, глядя на твои сверкающие рога, юная демонесса вряд ли ощутит опасность от нахождения в обществе двух вооруженных мужчин. Такие как мы с тобой, пупсик, являемся лучшими подружками продвинутых девчонок, — последние фразы Артур буквально пропел противным высоким голосом, отчего я почувствовал, как на моем лице сыграли желваки, а желание ударить его величество начало превращаться в навязчивое. Только вот Артур вряд ли благосклонно отнесется к подобным неуставным отношениям, так что придется терпеть и молча сносить насмешки. В конце концов, разве я виноват, что так с этими проклятыми рогами получилось? Меня никто никогда не готовил маскироваться в самой Бездне под местного жителя.

Молодая демонесса нашлась сразу за углом. Точнее она не нашлась, а Артур, который в этот самый момент, когда мы заворачивали за угол, повернул голову в мою сторону, чтобы, вероятно, сказать что-нибудь еще, не заметил девушку, которая в это время из-за угла вышла. Она рассеянно переворачивала страницы огромной книги, которую несла в руках, и не обращала внимания на окружающую обстановку. Это было предсказуемо, что они столкнутся. Артур сумел чудом сохранить равновесие, лишь окинул меня взглядом прищуренных глаз, словно не сомневался в том, что я мог легко это столкновение предотвратить. Вообще-то да, мог, но момент показался мне вполне удачным, для «случайного» знакомства. Девушка, а я не могу ее называть по-другому, потому что, если бы не кокетливые рожки, выкрашенные в золотистый цвет, отличить демонессу от обычной человеческой молодой женщины было бы просто невозможно, взмахнула руками и неловко села на пол. При этом ее книга взмыла вверх, и я с изрядной долей удивления увидел, что это не книга, а кипа не скрепленных друг с другом листов бумаги.

— Моя диссертация! — демонесса взвыла и даже не обратила внимания на поднимавшего ее с пола Артура. Я решил приложить к знакомству хоть какое-то участие, и бросился ловить и собирать обратно в кипу, разлетевшиеся на половину коридора листы.

— Ну что же вы так неаккуратно, — мягко укорил ее Артур и принялся ловко сортировать бумаги, ориентируясь на номер страницы, а листы оказались все пронумерованы. Теперь дело пошло гораздо быстрее, я собирал бумаги по коридору, а Артур составлял из них разлетевшуюся книгу. — Нужно смотреть, куда идете.

— А вы почему не смотрели, куда идете? — сердито прервала его демонесса, сунув в руки очередную порцию бумаг, которые мы теперь собирали вдвоем.

— Мне простительно, я не нес в руках в этот момент не переплетенный труд. — Артур ослепительно улыбнулся. Оказывается, он и так может. — Ну вот, вроде бы все, возвращаю в целостности и сохранности, — и он протянул ей аккуратно сложенную кипу.

— И все-таки, это именно из-за вас я сейчас опаздываю, — демонесса прижала бумаги к груди. — У меня идет последний этап моего опыта, посвященного межвидовому скрещиванию. Но лабораторию я делю еще с тремя генетиками, и скоро наступит мое время, когда я могу ею воспользоваться. И когда время выйдет, никто не спросит, на каком я этапе, меня просто попросят освободить помещение.

— О, это так интересно, межвидовое скрещевание, — мне показалось, что я произнес это весьма сухо, но демонесса благодарно мне улыбнулась, осматривая с ног до головы. Ее взгляд остановился на блестящих рогах, украшающих мою голову.

— Мальчики, вы можете загладить свою вину передо мной, если проводите до лаборатории и поможете разобраться с опытом. Халатами я вас обеспечу. Вы ведь практиканты?

— Практиканты, — кивнул Артур. — А как вы догадались?

— Это было несложно.

Артур мило улыбнулся и подставил демонессе локоть, за который она тут же уцепилась, и они пошли по коридору впереди меня, уже через пять тактов болтая, как две лучшие подружки. Мне не оставалось ничего другого, как следовать за ними. Я все время, пока мы добирались до лаборатории, пытался представить, каким образом Артур сумеет перевести разговор с межвидового скрещивания, что бы это не значило, к Джорджику. Особенно, учитывая тот факт, что конкретно в скрещивании ни он, ни я ничего не понимали. А если демонесса догадается, что мы полные нули в том предмете, который нам как практикантам должен был как минимум известен? Что тогда? Еще один труп будем в кладовке прятать? Я внимательно посмотрел на немного напряженную спину Артура. Почему-то я был практически уверен, что тот труп, убийцу которого ищут представители следственного отдела, сделал трупом именно Артур. Но, если это так, то оставалось выяснить, кто такие Стражи, и какое отношение к ним именно мой король.

Ольга

Когда шестеро гопников-демонов заржали и начали приближаться, я испугалась. Покосившись на Джорджика, убедилась, что испугалась я не слишком сильно, потому что бывший старший лаборант адского НИИ трясся и закатывал глаза настолько образцово-показательно, что даже окружившие нас бандиты остановились недоуменно переглядываясь. Помотав головой, один из них сделал еще один шаг вперед. Это был просто классический наезд, и вперед вышел самый низкорослый демон с наглой мордой. Как называл таких мой друг Димка в реальности Земля — генератор для залупания. Самый наглый, но обычно не самый ценный член банды. Обычно такие огребали первыми и все оставшееся веселье лежали тихонько в сторонке и не отсвечивали.

— В общем так, вы сейчас весь налик выкладываете вот сюда, — он ткнул растопыренным пальцем на землю перед собой, — и можете валить на все четыре с пересвистом.

— Конечно-конечно, — закивал Джорджик и принялся обшаривать свои карманы.

Я же только сжала побелевшими пальцами ручку коляски. Если я правильно понимаю, то просто так нам не дадут уйти, даже если мы отдадим им все бриллианты. Выхода я не видела. К тому же мне было очень страшно за Костю. Оставалось только одно — тянуть время. Может быть, мы не единственные идиоты, которые ходят этим путем, сокращая расстояние, и на нас наткнутся добрые демоны, которые не оставят в беде ребенка и вызовут представителей правопорядка.

— С чего вы взяли, что у нас вообще есть деньги? — я огляделась по сторонам. Отступать было некуда, сзади тоже стояли демоны, которые принялись демонстративно вытаскивать ножи. А вот это уже нехорошо, очень нехорошо. Костя словно почувствовал, что происходит что-то серьезное и опасное, заворочался в коляске и захныкал.

— Мы за вами от самого банка идем, — доверительно сообщил мелкий демон-зачинщик. — Я лично видел, как ты что-то в коляску сунула, когда вы оттуда выходили. А когда из банка выходят с чем-то, то это значит, что что-то из этого банка выносят, а не наоборот. Так что не выеживайся и кидай мешок, куда я показал.

Я только зубы стиснула, надо же какой глазастый. Похоже, демоны Бездны слишком много времени проводят в реальности Земля, и еще неизвестно, кто у кого какие привычки нехорошие перенял. Я мешочек с бриллиантами действительно в коляску сунула, чтобы он мне в руках не мешался. Пока я соображала, что нам делать, Костя начал капризничать все сильнее. Он уже не хныкал, а кричал и размахивал ручонками, сжатыми в кулачки.

— Заткни своего щенка, пока я его не заткнул, — развязно осклабился демон и сделал еще один шаг в мою сторону.

— Только сунься к моему сыну, — прошипела я, а Джорджик схватил меня за руку и запричитал.

— Да отдай им, что они просят, идиотка, что не видишь, нас же сейчас на ремни резать начнут!

— Нас и так резать скоро начнут, независимо от того, отдадим мы этим гопникам ценности или нет, — я попыталась сбросить лапу Джорджика, но тот, выпучив глаза, вцепился в мое предплечье так, что, наверное, останутся синяки. Другой рукой он швырнул на землю кошелек, который все-таки сумел найти в многочисленных карманах своего одеяния. — Да отпусти ты меня, — я раздраженно рванула руку, и на мгновение выпустила ручку коляски, которую держала второй рукой.

По земле между мной и Джорджиком прокатился сорванный ветром с дерева лист. Сначала он летел медленно, словно кружась, но буквально за секунду, бешено крутясь, исчез из поля моего зрения, подхваченный сильнейшим порывом ветра, хотя никакого ветра мы не ощущали. Джорджик тут же выпустил мою руку и ошалелым взглядом посмотрел в сторону коляски. Артура поблизости не было, и поэтому какие-то манипуляции с ветром мог проделывать только... Демона, неосторожно приблизившегося к коляске с орущим ребенком, снесло мощным порывом ветра и практически расплющило по стене дома. Ну вот, генератора драки шаблонно вырубили первым, теперь он вряд ли представляет какую-то опасность, и не будет представлять ее еще долгое время. Остальные пятеро стояли полукругом и уже не выглядели устрашающими или наглыми. Они растерянно оглядывались по сторонам, судорожно сжимая в потных лапах ножи, а вокруг них в это время нарастал локальный катаклизм в виде весьма натурального смерча. Самое главное, что понять, кто именно создал смерч не представлялось возможным, а то, что это не явление природы поняли все, включая самых отсталых. Помнится, отец Кости тоже однажды торнадо вызвал, которое от разбойников, что на нас напали, оставило не слишком аппетитный фарш, вот только Константин справлялся с бушевавшей вокруг стихией гораздо эффективней ничего не понимающего в то время Артура. Воронка смерча сделала рывок и разделилась на пять смерчей поменьше, каждый из которых ринулся к конкретному демону. Вот тут они заорали и бросились бежать, побросав на землю совершенно ненужные в данной ситуации ножи. Точнее, они попытались побежать, но сделать этого им не удалось, по причине того, что смерчи одним стремительным броском нагнали свои жертвы и накрыли их с головами. Крики ужаса постепенно затихали, пока не стихли совсем. Когда последний демон прекратил орать, Костя внезапно успокоился и, вздохнув, засопел совершенно обычным сном здорового младенца.

Смерчи исчезли, словно их и не было. Вокруг нас в весьма интересных позах лежало пять тел разной степени искалеченности. Я осторожно приблизилась в одной из жертв мага ветра, который все-таки вряд ли до конца понимал, что делает, учитывая свою, мягко говоря, сопливость.

Опустившись на корточки, я нашла пальцами на шее демона трепещущую жилку, так, пульс есть, Костик, похоже, не убил этих кретинов, а только переломал им несколько конечностей, ребер, обеспечил сотряс черепушки и, скорее всего, жизнь праведников после того, как их выпишут из больнички, а, судя по их состоянию, это произойдет нескоро. У стены застонал первый мелкий демон, который, считай, отделался легким испугом, если учесть то, как выглядели его товарищи.

— Бежим, че встала?! — заорал Джорджик, и, схватив одной рукой коляску, второй мою руку, потащил резвым галопом к выходу из этой подворотни. — Счас охранка нагрянет. Это шутка ли, стражеская магия прямо посреди столицы! Да тут фонит так, что у меня уши закладывает!

Я, находясь в дикой растерянности, просто перебирала ногами вслед за Джорджиком, пытаясь осознать одну неоспоримую вещь: все случившееся произошло явно по вине моего сына, которому нет и месяца от момента его рождения. Просто других вариантов не было. Джорджик не мог по причине своего происхождения применить магию Стражей, даже если вдруг у него магические способности внезапно прорезались. Я — вообще не маг, и никогда им не была. Не напавшие же на нас демоны все это провернули.

Мы немного задержались только один раз, когда Джорджик на бегу нагнулся, чтобы забрать свой кошелек. Когда мы пробежали бегом пару дворов, Джорджик выровнял шаг и прошипел:

— Спокойно. Иди нормально, не суетясь, мы просто семейная пара и прогуливаем своего бэбика, чтоб он воздухом мегаполиса надышался с самого раннего детства.

Я кивнула, перехватила у него коляску, и мы принялись спокойно прогуливаться в направлении дома Джорджика. Постепенно мое дыхание выровнялось, и я не напоминала самой себе загнанную лошадь. Мы шли степенно, рассеянно улыбаясь прохожим, когда мимо нас по проспекту пронеслись две машины с мигалками и сиренами. Похоже, обещанная Джорджиком охранка спешила к месту преступления. Интересно, а они что, реально думают, что справятся со Стражем, если вдруг это действительно один из них повеселился с гопниками. Хотя, скорее всего, охранка надеется, что Стража там уже нет, а ходить, разглядывая переломанных гопников, хмуря при этом брови и сжимая кулаки — это ничего, это безопасно.

Джорджик

В тот самый миг, когда поднялся этот проклятый ангелами ветер, который перерос в смерч, а затем начал делиться четко по количествам целей — это, кстати, момент доступный очень немногим высшим, меня не покидало только одно желание — бежать отсюда что есть силы, не жалея ног. Только совсем тупой демон, да даже ничтожный бес, который проспал все время обучения в школе, не смог не определить в этом ветре магию Стражей Ирвиан. Вот только, похоже, те дегенераты, судя по их виду торчки конченные, так ничего и не поняли. Иначе паника была бы в разы сильнее. Ну, это, наверное, к нашему счастью, потому что когда мы с Гвиневрой отдышавшись, чтобы не было заметно, что мы сейчас пробежали на крейсерской скорости пару кварталов, вышли на проспект, мимо нас пронеслись, завывая всеми сигналами две машины: охранки и вездесущей прессы — «Криминальные вести Бездны», которая неслась, опережая охранку на поворотах. Наверное, в надежде, что Страж еще не ушел и им посчастливится сделать хотя бы снимок. В окно машины журналюг высовывалась головка сексапильной ведущей и, пытаясь перекричать сирены, задавала вопросы старательно игнорирующему ее офицеру.

— Скажите, это правда, что данное происшествие каким-то образом связано с найденным в НИИ экспериментальной генетики трупом? По непроверенным слухам и убитый труп и покалеченные демоны носят на своих телах отпечаток стального вихря. Что это? Настоящий Страж проник в святая святых Бездны и теперь развлекается, но как тогда быть со слухами, что все Стражи вымерли много веков назад? Или это какой-то имитатор пытается таким образом посеять панику среди мирного населения?

— Без комментариев, — рявкнул офицер и принялся закрывать окно.

— Лучше бы он ответил, — я покосился на Гвен, которая толкала перед собой коляску. — Или она такого придумает... Замучаются опровержения писать.

— Тебе-то какая разница?

— Да, в общем-то, никакой, — она пожала плечами. — С одной стороны, я пребываю в легком шоке, а с другой, наверное, это даже хорошо, что пытаются два разных происшествия связать в серию. Тогда на Артура точно ничего не будет указывать, потому что сейчас его здесь нет и пришить ему этих гопников никто не сможет, даже если очень сильно захочет.

— А что там за убийственный труп в моем родном НИИ? — я внимательно посмотрел на женщину. Она точно знает про труп и как он образовался.

— Понятия не имею. — Гвен смотрела на меня такими кристально честными глазами, что я сразу понял — врет. — Какой-то труп, какого-то демона. А что за стальной вихрь?

— Ну, это как бы оттиск применяемой магии, — я попытался вспомнить что-нибудь об этом явлении. Вспоминалось плохо, потому что уже очень давно никто стальных вихрей не видел. — Как отпечатки пальцев, только они не на безобразника указывают, а на принадлежность той магической силы, которую индивид применял. Ну, как бы тебе объяснить-то...

— Да я, в общем-то, и с первого раза все поняла, — хмыкнула Гвен и остановилась возле подъезда моего дома.

Когда мы поднялись в мою квартиру, и я закрыл дверь на все замки, она вытащила ребенка из коляски, и понесла в комнату, что-то тихонько напевая. Я же направился на кухню, чтобы приготовить ему еды. Хоть пацан и был принцем, возможно, потому что Артурчик у меня ну никак с королем даже такого задрипанного королевства как Кситион не ассоциировался, жрал малой в три горла. Еще бы, на всякие магические финтифлюшки куча энергии нужна, а где ее взять? Правильно в бутылочке со смесью, которую сейчас приготовит дядя Джорджик. Интересно, а те, кто гениальный план по похищению ребенка утверждал, знали, что он — отпрыск самого настоящего Стража? Что-то мне говорит, что вряд ли.

Я вынес бутылочку Гвен, она кивнула, капнула на руку, проверяя температуру, и только после этого сунула соску сыну.

— Ты даже не проверила, прокипятил я ее или нет, — проворчал я, и направился в прихожую, чтобы убрать в сторону коляску, вытащить из нее брюлики и передать хозяйке, пускай прячет, где хочет, хоть в трусы запихивает. Мне лишних проблем не надо, мне хватает и того, кем пацан в итоге оказался, да перспективы обнаружить его папашу на пороге собственного дома.

— Почему ты так всполошился, там в подворотне? — Гвен спросила это, не поднимая головы, проигнорировав мое справедливое замечание.

— Как бы тебе сказать, — я прищурился, глядя на эту глупую курицу. В очередной раз убеждаюсь, что бабы все тупые, а все туда же, в науку лезть пытаются. — Наверное, потому что офицеру охранки было бы раз плюнуть, чтобы связать праздно шатающихся свидетелей, стальной вихрь, и младенца со всеми признаками урожденного Стража, с уже определившейся стихией, в один узел. Как-то так получилось, что в охранку по блату не попасть, там, чтобы офицерское звание получить, нужно действительно трудиться. И чтобы тогда делали? Я тебе скажу, что. Прятали бы трупы, потому что твой пацан еще совсем зеленый, он демонов от людей не отличает, а реагирует на непосредственную опасность, да и то интуитивно. А ветру плевать, он будет делать то, что ему прикажет Страж. А Артурчик где-то шляется, и ты не поверишь, сейчас я бы даже был рад его видеть, потому что только он может прервать шалости сынули! Теперь понятно, почему я переполошился? Или более подробно объяснить?

Глава 12

Артур

Пока мы шли по коридору к лаборатории, я уже знал многое из того, что происходит в данном заведении, которое носило странное и непонятное мне название «Научно-исследовательский институт экспериментальной генетики». Из этих слов мне было понятно только «научный», и то, с какой стороны посмотреть. У нас за спинами сопел Бернар. Я понимаю, что ему все это не нравится, можно подумать, что я в полном восторге. Я узнал, как зовут демонессу, все нюансы ее расставания с очередным дружком по имени Трикки, и какой он на самом деле козел. Так же я узнал, какую кличку она дала своему коту, которого еще будучи котенком ей подарили коллеги на день рождения, и какой он умница и лапуля, в отличие от козла бывшего. Улыбаться уже не было сил, как и поддакивать и выражать безграничный восторг, когда она демонстрировала мне портреты своего кота, которые она называла «фото». На этих фото огромный пушистый рыжий кот был запечатлен в самые различные моменты своей нехитрой кошачьей жизни, зафиксированные моменты настоящего. Это на самом деле был потрясающий опыт, и я делал пометки в памяти, что конкретно нужно выспросить у Гвен, возможно мне удастся привнести в жизнь Кситиона что-нибудь новое. Однако в совокупности это было невыносимо. Но основной цели я достиг, уже на середине нашего пути мы были с демонессой просто неразлучны. Мне даже казалось, что она думает о том, что знала меня всю жизнь и лучшего друга ей уже не найти. Были, конечно, в моей авантюре и подводные камни: я ведь действительно согласился помочь ей в лаборатории. А каким образом я смогу ей помочь, если понятия не имею, о чем идет речь, когда дело касалось ее диссертации. Пока я придумывал, как объяснить ей свою некомпетентность, ведь стажировка подразумевает закрепление полученных теоретических навыков практикой, мы довольно внезапно остановились возле одной из дверей.

— Ну вот, мальчики, мы и пришли.

Жюльет Бертран, как представилась мне демонесса, поднесла к двери карточку, которую она носила на шее.

— Добро пожаловать в лабораторию корпуса «Д», мисс Бертран, — женский голос, поприветствовал мою спутницу, и дверь отъехала в сторону, вглубь стены, а не привычно распахнулась. Голос был странный, какой-то неживой. Бертран вздрогнул и начал было оглядываться по сторонам, но я схватил его за рукав и втащил в открывшийся проем. Если дверь закроется, то мы не сможем ее заново открыть, ведь у нас нет таких карточек, как та, что открыла проход. А нам сейчас никак нельзя было терять такую поддержку, которую мы могли получить от Жюльет, к тому же у нас эти артефакты в виде карточек вряд ли появятся.

Карточки, — я задумчиво смотрел на то, как наша знакомая снимает карточку и вешает ее на ржавый гвоздь, торчащий из стены. Поверх своего довольно откровенного наряда, я старался не разглядывать стройные ножки, обутые в закрытые туфли на высоченном каблуке, которые тщательно скрывали наличие копыт, Жюльет надела белоснежный халат, который вытащила из шкафа.

— Артур, держи, думаю, что тебе он подойдет, — и она протянула мне халат, который действительно прекрасно натянулся на мои плечи, и даже прикрыл пояс с притороченным к нему мечом. — Ох, я думала, ты снимешь этот твой, — она щелкнула пальцами, стараясь подобрать подходящее слово, чтобы как-то обозначить коту из тончайшей шерсти, выкрашенную в темно-синий цвет и доходящую мне до середины бедер.

— Боюсь, дорогая, ничего не получится. Это часть костюма, называется котта и она не снимается. Ты бы слышала, как ругается Бернар, когда пытается ее с меня стянуть, ведь под ней еще и нижняя рубашка предусмотрена, — я махнул рукой, и жеманно улыбнулся. У Бернара лицо перекосилось, но он догадался промолчать. Хотя я совсем не покривил душой, он действительно в походе выполняет не только роль моего телохранителя, но и оруженосца, в обязанности которого входит помощь господину с доспехом. И хотя мой доспех был представлен одним кожаным нагрудником, он был гораздо лучшего качества, чем тот, в котором я путешествовал с Гвен. Но лучшее качество не исключала то, что система ремней также была гораздо сложнее. И хотя я мог надевать его самостоятельно, с посторонней помощью сделать это было гораздо удобнее. Как и снять, поэтому Бернар действительно иногда ругался, снимая с меня доспех, но не котту с рубахой, это было небольшое преувеличение.

— И что же ваши костюмы символизируют? Я поняла только, что это что-то из нескончаемой моды на Средневековье, — говоря, Жюльет активно копалась в шкафу, искала халат для рослого Бернара.

— Хм, период правления короля Артура, — ответил я довольно неуверенно. Не слишком помню, что конкретно говорили Джорджик с Гвен по поводу этого эпизода в истории реальности, из которой Гвен попала на Кситион.

— О, обожаю эту историю, — демонесса, наконец, вынырнула из недр шкафа и протянула Бернару халат, больше похожий на балахон служителей Храма. — Король Артур, Гвиневра, Ланселот — это все так романтично.

— Угу, особенно проблема выбора у королевы.

— Ну, — протянула Жюльет, — Ланселот ведь спас ее. Хотя да, проблема выбора присутствовала. С другой стороны, отблагодарила королева влюбленного в нее рыцаря таким пикантным способом, что в этом плохого? Конкретно в этом моменте я не понимаю Артура, люди такие люди, — и она пошла к прозрачной двери, которая вела из этой небольшой комнатки, полагаю, комнаты отдыха, потому что присутствие диванчика, пары кресел и стола с различной посудой, наталкивало именно на эту мысль, в другую комнату, смежную с этой. Часть той комнаты была видна через стекло двери, но ничего было по этой доступной взору части не определить, только то, что там все очень белое.

— Демоны, такие демоны, — услышал я бормотание Бернара, который, чертыхаясь, пытался натянуть белый балахон поверх богатого вышивкой камзола.

Двери перед демонессой открылись сами, стоило ей пересечь определенную невидимую черту. Наверное, это какая-то магия, хотя я, хоть убей, не ощущал присутствия посторонних магических эманаций. Этот год все же прошел для меня не зря в плане обучения, и хотя практически все, что я умел, мне приходилось переделывать под магию Храма, различать эти самые эманации я научился в первую очередь. Дверь за Жюльет закрылась. Я сделал шаг в ту сторону и как только я пересек условную линию, двери начали открываться, уже привычно расползаясь в стороны, скрываясь в стенах. Открывались они не стремительно, и я не стал ждать, пока они откроются полностью, а в один прыжок очутился перед стеной и сдернул с гвоздя карточку, наспех сворачивая ленту и пряча саму карточку в карман. Бернар смотрел на мои действия со слегка приоткрытым ртом. А что поделать, принцы крови никогда не бывают зерцалом рыцарства, и, если это необходимо, то я вполне могу опуститься и до воровства. Подбежать обратно к двери я успел как раз в тот самый момент, когда она открылась полностью. Потоптавшись с полтакта на пороге, я вошел в сверкающее ослепительной белизной помещение. Бернар все еще сражался с халатом, что-то бурча себе под нос.

Комната, в которой я оказался, была жутко белой. Она была белой в самом прямом смысле этого слова — ослепительно-белый цвет, и стекло, и все это в голубоватом свете, который давали лампы на потолке и даже на стенах. То, что испускающие свет приборы- это именно лампы, а не мудреные артефакты, мне объяснила Гвен еще год назад. Демонесса стояла перед блестящим столом — единственным сверкающим металлическим пятном в этом царстве белоснежного цвета и стекла.

— О, Артур, ты так неслышно подошел, — Жюльет повернулась ко мне и похлопала рукой по столешнице. Я встал рядом и с любопытством посмотрел на стол, на котором стоял странные приборы.

— Что это? Над чем ты работаешь?

— О, это частный заказ от Сьера Льежа. Он попросил сделать кое-что в частном порядке, но задача настолько захватила меня, что я захотела взять эти наработки и защитить на их основаниях докторскую.

— И что за заказ? Или это большой-большой секрет? А? — мы посмотрели друг на друга и демонесса захихикала.

— Ты та-а-кой милый, — протянула она. — Вообще-то, это очень большой секрет, но коль я хочу использовать наработки в личных целых, то он все равно будет скоро известен. К тому же, Сьер Льеж не настаивал на секретности. Скорее, — она задумчиво провела пальцем по столу, — он флиртовал. Но я поняла, что он сам не знает, что хочет получить на выходе, потому что требовал иногда диаметрально противоположных эффектов.

— Какой негодяй, — я покачал головой в фальшивом сочувствии. — Так в чем заключается работа?

— Я должна соединить ДНК демона и человеческого мага, и сделать это смешение жизнеспособным и готовым к имплантации ребенку. При этом ребенок должен усвоить матрицу и начать вырабатывать те качества, которые я туда заложу, — наклонившись ко мне, прошептала Жюльет, при этом косясь на дверь, в которой в этот момент появился мрачный Бернар. — Это должны быть общедоступные, такие как: повышенная сила, ловкость, ну подобные мелочи, плюс мне необходимо увеличить силу мага до неограниченных пределов и передать ее ребенку, ну и полная покорность самому Льежу, это естественно, — она махнула рукой, а я почувствовал, как мои руки сами собой сжимаются в кулаки. Будь я проклят, но она сейчас говорит про моего сына!

— А что ты делаешь именно сейчас? — Бернар смотрел на прибор, стоящий на столе с любопытством. Как и для меня, для него все произносимые слова были лишь забавным сочетанием букв, но на память я не жаловался, поэтому поставил перед собой задачу — спросить обо всем этом у Гвен.

— Секвенирую ДНК ребенка, которую мне передали, забрав у этого кретинского Джорджика, чтобы создать матрицу, на которую и упадут искомые качественные данные, — рассеянно ответила демонесса, проделывая при этом странные манипуляции. Она взяла младенческую соску, долго водила по ней палочкой, потом поместила палочку в какой-то раствор, и затем раствор засунула в прибор, стоящий на столе. Раздался щелчок, и с другой стороны прибора медленно пополз широкий лист бумаги, на котором были изображены странные знаки. — Ну вот, процесс пошел, теперь подождем.

— А я знаю Джорджика, — радостно заявил я, косясь на лист, на котором странных знаков становилось все больше. — Познакомился перед прошлогодним отправлением на практику. И где сейчас старина Джорджик — не в курсе? Что-то захотелось его навестить, поздороваться.

— Этот дебиликус обыкновенный позволил себя уволить, представляешь. А ведь как старший лаборант он многих устраивал: безотказный, звезд с неба не хватающий, полностью незаменимый в процессах опытов. Гад он все-таки.

— Гад, — кивнул Бернар полностью соглашаясь с демонессой. — И где интересно этот гад проживает?

— Да зачем он вам нужен? — Жюльет поморщилась и махнула рукой. — Он точно не из ваших.

— Денег должен. Занял еще год назад и не отдает, — прошипел Бернар. Надо бы ему звание повысить. Парень быстро справился с первым шоком и теперь работает практически без нареканий.

— Ах, денег, — демонесса хихикнула. — У вахтера спросите на центральном входе, он адреса всех знает, а я как-то к Джорджику приглашена ни разу не... — внезапно раздавшийся свист оборвал ее на полуслове. Мы все синхронно повернули головы к источнику свиста и едва не упали — по бумаге со странными знаками носился миниатюрный вихрь, подобный тому, что помог мне когда-то расправиться с разбойниками. Только вот этот был странного металлического оттенка. — О, Великий Рогатый! Стальной вихрь! Спасай...

На этот раз ей договорить не дал непонятно откуда появившийся в комнате ветер, а вихрь одним скачком с бумаги очутился на полу, где мгновенно увеличился до размеров взрослого багруза. Во все стороны полетели подхваченные ветром бумаги, а демонессу отшвырнуло к стене, основательно об нее приложив. Жюльет медленно сползла на пол, оставляя за собой кровавый след на белоснежной стене — ударившись, она сильно повредила голову. Глаза демонессы были закрыты, и по всем признакам она находилась без сознания.

— Бежим, — стараясь перекричать завывание ветра, проорал я Бернару, и уже бросился было к двери, но мой телохранитель меня остановил, схватив за рукав.

— А она? — он указал на лежащую на полу Жюльет, которая не подавала признаков жизни.

Бернар

Я остановил Артура, когда тот бросился к двери, спасаясь от выпущенной на волю магии неизвестного мага. Почему-то я не уверен, что на это мог быть способен ребенок, чью соску демонесса использовала в своих опытах. На мгновение мой король замер, видимо, всерьез раздумывая над тем, чтобы бросить демонессу здесь вместе в набирающей силу стихией. Но затем он принял решение, и, схватив находящуюся без сознания Жюльет за шиворот, поволок ее к двери. На этот раз двери открывались так медленно, что мне захотелось схватить их руками и придать ускорение. Наконец проход стал настолько широк, что Артур смог выйти сам и вытащить демонессу, следом протиснулся я, а затем двери перестали открываться. Они почти на такт замерли в таком положении полуоткрытия, а затем с грохотом захлопнулись. Кроме того на пол прямо перед нами сверху рухнула плита, полностью отгородив от той странной комнаты. Теперь мы даже не могли видеть, что же там происходит.

Одновременно с этим входная дверь распахнулась, и в комнату ворвались уже знакомых нам демоны из следственного отдела, которые расследовали убийство, совершенное где-то в недрах этого огромного здания. Если я, конечно, ничего не перепутал.

— Что у вас тут происходит?! — заорал плотный коротышка, затем, увидев нас, скривился и добавил. — И почему я не удивлен? Почти всегда рядом с местом, где творится какая-то неведомая херня, я сегодня постоянно встречаю вас двоих.

— Неудачный эксперимент произошел, — рявкнул Артур. — Вы что не видите, Жюльет плохо! Она ранена и возможно уже умирает! А вместо того, чтобы ей помочь, вы снова нас пытаетесь в чем-то обвинить!

— Расступись, — раздался зычный голос и к лежащей на полу демонессе подскочили два рослых демона с небольшими рогами и огромными мускулистыми руками. Поставив перед Жюльет носилки, они быстро переложили ее на них и, подхватив свою ношу, умчались в неизвестном направлении. Я только успел увидеть вышитый на спинах темно-синей форменной одежды красный крест. Подивившись этому способу помощи, я, тем не менее, взял его себе на заметку. Нужно выяснить, что я только что видел, и есть ли у этого применение на Кситионе.

— Так что здесь произошло? Сигнальные чары просто с ума посходили, — снова задал вопрос коротышка теперь уже менее эмоционально. Больше требующей немедленной помощи целителя демонессы у нас не было, поэтому нужно отвечать, но я не запомнил и сотой доли того, что она говорила по поводу опыта, к тому же часть ее объяснений благополучно пропустил, пытаясь надеть, а затем застегнуть эту белую хламиду, надетую сейчас на мне поверх камзола. Собственно, камзол, плотно расшитый изысканной вышивкой и явился одной из причин, по которой халат никак не хотел надеваться, постоянно застревая на полпути, цепляясь за элементы вышивки.

— Кто-то подсунул нам ДНК Стража Храма Ирвиан. И во время секвенирования произошел инцидент, — отрапортовал Артур, довольно уверенно, я же остался стоять с приоткрытым ртом. Интересно, а он сам-то понял, что сказал? — В общем, все пошло не по плану, почему-то на листе с результатом появился вихрь и разнес лабораторию к такой-то матери.

— Стальной вихрь, значит, — к коротышке подошел долговязый, посмотрел на меня с неприязнью и задумчиво взглянул на плиту, которая закрыла вход в ту комнату, где сейчас буйствовала выпущенная на волю стихия. — Знать бы, кто это шутник такие подарки нам раздает, ангелы его раздери. Сначала труп в кладовке, потом нападение в какой-то подворотне, теперь вот это...

— Вы уж разберитесь, — подбоченись, проворчал Артур. — А то честным демонам уже шагу ступить некуда. Того и гляди на Стража нарвемся. А если он еще и такой же нетерпимый как вы?

— Да мы уж разберемся, не сомневайтесь, — и верзила направился к двери, поманив за собой коротышку. Спорить со скандальным практикантом ему явно не хотелось, и он поспешил ретироваться.

Когда дверь за ними закрылась, Артур подошел к стене и принялся разглядывать висящую на ней картину. Подойдя поближе, я увидел, что это не картина, а что-то вроде карты, или какого-то плана, но исполнение было странное, более четкое, чем те, к которым я привык.

— Почему вы в итоге решили вытащить демонессу? — я наблюдал за его действиями, скрестив руки на груди. Судьба этой рогатой дамочки заботила меня меньше всего, но действительно хотелось знать ответ на этот вопрос.

— Потому что подозревал, что может пройти оповещение о произошедшем инциденте, что-то вроде тревоги, и нам нужно по возможности избежать ненужных вопросов. А первый ненужный вопрос звучал бы следующим образом: «А почему вы Жюльет оставили подыхать в той комнате?». Я понимаю, что на саму демонессу ее сородичам, скорее всего, наплевать, но то, как поставлена здесь охранная система, наталкивает меня на мысль, что сами демоны прекрасно осведомлены о своем патриотизме, и, чтобы минимизировать потери, предпочитают действовать наверняка, и наказывать виновных в назидание, дабы исключить подобные инциденты.

— Довольно спорные мысли.

— Возможно. Время покажет, прав я или все же ошибаюсь. Но, Бернар, признай, нам даже у демонов есть чему поучиться, — я пожал плечами. Вот тут я даже спорить не буду. — Так, нам нужно попасть вот сюда, — и Артур ткнул пальцем в какую-то точку на плане. — Мы же, судя по всему, находимся вот здесь, — и он ткнул пальцем в другую точку. — Так, необходимо пройти два поворота, пройти вот через эту дверь и спуститься по лестнице до центрального входа. Там должен сидеть вахтер, который и расскажет, как найти Джорджика. Ну что же, вроде бы ничего сложного.

Я кивнул, да, если судить по этому плану, который был очень наглядный и в котором я легко разобрался, найти этого вахтера, который, вроде бы, знает адреса даже тех сотрудников, которые позволили себя уволить, было действительно несложно. Посмотрим, как это окажется на самом деле.

Ольга

Я покормила Костю и уложила его в кроватку, в которой он тут же засопел. Его возраст был еще таков, что большую часть времени мой мальчик спит. И я считала, что именно сейчас это как нельзя более кстати. Постояв рядом с кроваткой пару тактов, я направилась на кухню, чтобы раскрутить Джорджика на кофе.

— Обалдела, да? Ты хотя бы знаешь, сколько он стоит? Еще мать называешься, хочешь кофе нахлебаться и дите кормить?

— Так, давай оставим из всех твоих причитаний только вопль о дороговизне. Этого хватит, чтобы ты меня кормил? — я бросила на стол маленький сверкающий камешек.

— Хватит, — буркнул Джорджик и одновременно схватил бриллиант и включил уже готовую к эксплуатации кофеварку. Мне оставалось только головой покачать. Все-таки демон, он и есть демон без каких-либо допущений. Сразу бы сказал, что не собирается меня кормить задаром, а не выделывался, изображая из себя святую невинность, якобы заботящуюся о здоровье малыша. Интересно, каким именно образом я могу ему навредить, опившись кофе до тошноты, если он питается искусственными смесями?

Кухня квартиры Джорджика так сильно напоминала кухню из реальности Земля, что я даже на мгновение подумала, что очутилась вовсе не в Бездне, а именно в родной реальности, насколько мне все здесь было знакомо. Словно зашла к соседу за солью и задержалась на чашку кофе.

Джорджик включил телевизор, чтобы не скучно было ждать, когда кофе приготовится. Я села за стол и с любопытством посмотрела на экран. Интересно, что смотрят обитатели Бездны? В это время шли какие-то криминальные новости, или что-то в этом роде. На экране мелькали мигалки и завывали сирены, а миловидная демонесса говорила печальным и строгим голосом, глядя прямо на нас.

— ... нашему корреспонденту удалось получить несколько снимков из НИИ. Даже учитывая невнятное качество фотографий, нетрудно заметить, что найденный труп был задушен, а идентификация показала, что действительно на месте преступления присутствует стальной вихрь. Действительно ли это Страж, чудесным образом выживший и попавший сюда с Кситиона, дабы сеять панику и разрушения, или чья-то неуместная и глупая шутка, попытается раскрыть наш корреспондент, аккредитованный в НИИ, как стажер.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге