Счастливое Рождество

Глава 1

Джессика остановила свое такси у большого каменного особняка, расположенного за кованной чугунной оградой с фонарями-шариками на опорных столбах. Она опустила стройные ноги в бархатных вечерних туфлях на шпильке на извилистую дорожку, выложенную серым камнем, ведущую к воротам особняка и выбралась с водительского сиденья. Был вечер Рождества, в воздухе пахло праздничным настроением и грудь девушки вздымалась от волнения. Сегодня на праздничном ужине, где должно было собраться множество гостей, ее любимый собирался познакомить ее со своими родителями, – матерью Мэри и отчимом Фредом Райдер. Фамилия Райдер была очень известна в стране, эта аристократическая семья вращалась в самых высоких кругах, близких к королевской семье. Семейство владело несколькими престижными поло-клубами и дорогими конюшнями в Англии, поэтому тренироваться верховой езде и заниматься поло именно у них считалось у аристократической молодежи хорошим тоном. Дела у семьи Райдер шли очень даже неплохо, поэтому они могли позволить себе построить особняк в Ист-Хорсли, где земля стоила баснословную цену.

Девушка с трудом представляла себе как она сможет сегодня «держать марку» на ужине среди всех этих важных особ, ведь она была простой девушкой, начитанной и умной, но никогда не имевшей близкого общения с сословьем аристократов. Она предложила Роберту познакомить ее в родителями в другое время, а не в Рождественский вечер, но парень настоял на своем. Девушке оставалось только надеяться, что времена сейчас не те, а нравы в обществе гораздо более демократичные, чем раньше, поэтому вероятнее всего семейный ужин пройдет вполне мирно и спокойно. Она надеялась, что если по какой-то причине родители Роберта останутся ей недовольны, то они, как истинные аристократы будут держать свое мнение при себе, свое недовольство плохими манерами выскажут только Роберту, так, что она сама этого не услышит.

Джессика глубоко вздохнула и постаралась выбросить из головы тревожные мысли, которые норовили испортить ей праздничное настроение. Она и так уже была немного расстроена и перенервничала с утра. Дело в том, что утром у нее состоялся очень неприятный разговор с отцом и братом насчет машины для работы. Семья Джессики не была особенно состоятельной, всем ее членам приходилось работать, чтобы содержать себя. Джессика работала в такси и кроме этого занималась трансфером туристов и доставкой личных посылок в курьерской службе. Машина девушки была порядком изношена работой, да и по правилам работодателя через два года автомобиль уже не мог бы работать по тарифу такси и трансфер, а годился только для тарифа доставки. Это грозило девушке тем, что ей пришлось бы отказаться от съемной квартиры, где она жила самостоятельно, и вернуться обратно, - в дом родителей и брата. У семьи девушки было несколько автомобилей, которые они сдавали в аренду и использовали для работы. Но все они были, по большому счету, не многим лучше, чем ее старая рабочая машина. Только одна из машин привлекала девушку, – белый Порше Панамера, который и по внешнему виду и по оформлению салона и по году выпуска мог обеспечить ей выгодную работу по дорогому тарифу "Трансфер" бизнес-класса. Но именно об этой машине ни отец, ни брат не захотели даже и разговаривать с Джессикой, сказав ей, что больше заработают, сдавая Порше в аренду, чем позволив Джессике убивать автомобиль работой в такси. "Значит", - вздохнула девушка про себя, - "мне теперь надо беспокоиться о покупке новой машины в кредит. Впрочем, я могу не особо волноваться об этом, у меня есть еще пара лет, чтобы решить этот вопрос".

Именно на работе Джессика и познакомилась с Робертом. Однажды юноша опоздал на поезд, идущий из поселка в Лондон к вокзалу Ватерлоо, и решил воспользоваться такси. За рулем желтой машины сидела очаровательная молодая девушка, и Роберт заинтересовался тем, как и почему Джессика выбрала такую мужскую работу. Поездка до Лондона оказалась достаточно длинной, чтобы они смогли выяснить что, несмотря на разницу в сословном происхождении, у них было достаточно много общего в представлениях о мире, и для того, чтобы обоих охватило стойкое ощущение близости и взаимопонимания. Именно эти чувства и подтолкнули Роберта снова найти девушку впоследствии и начать с ней встречаться. Их встречи продолжались уже больше года и именно в этот Рождественский вечер юноша решил пригласить Джессику в гости и познакомить с родителями.

Подойдя к черной металлической калитке с ручкой в виде большого кованного кольца, висящего в ноздрях у кованного же металлического льва, Джессика нажала светящуюся фиолетовым светом кнопку звонка и дождавшись пока щелкнет замок калитки, толкнула ее и прошла по каменной дорожке к крыльцу особняка.

Дверь ей открыла женщина средних лет в переднике и чепце горничной. «Прямо, как в фильмах про аристократов», - подумала девушка. Назвав себя, она вошла в полумрак передней, она огляделась. Комната была освещена небольшими светильниками, имитирующими горящие свечи. Стены закрывали блестящие темным лаком панели из дорогого дерева, вверху под потолком таинственно поблескивала хрустальными подвесками громадная, выключенная сейчас, люстра. У стен расположились небольшие мягкие диванчики и пуфики темных цветов. Под ногами девушка ощутила что-то мягкое, скорее всего это был пушистый ковер скромных расцветок, но сейчас, в полутьме, девушка не могла определить каких именно. От всей обстановки передней веяло устоявшимися традициями аристократических английских семейств, чуждых новомодному пластику, ярким, кричащим цветам, неоновым или галогеновым лампам. Девушка порадовалась про себя, что выбрала для вечеринки темно-вишневое облегающее шерстяное платье до колен. Платье выгодно подчеркивало красивую фигурку девушки, ее женственность и ее тонкую талию, а легкий блеск люрексовой нити в шерстяной ткани и небольшая золотистая брошь у высокого ворота, говорили о торжественности и праздничности момента.

Сверху девушка надела свой единственный меховой предмет одежды, – песцовую безрукавку, которая очень ей шла. Свои шикарные темные волосы, которые Роберт называл прекрасными и часто любил зарываться в них носом, наслаждаясь их запахом, Джессика уложила длинными спиральными локонами и они красиво обрамляли ее лицо.

Девушка уже начала было расстегивать меховую безрукавку, чтобы снять ее и передать горничной, но та отступила на шаг и произнесла: «Сэр Райдер просил Вас, мисс Хейли, подождать в передней». Девушка немного удивилась. Она не поняла чего именно она должна ждать. Может быть Роберт сам хотел прийти за ней и повести к праздничному столу? Девушка, также, не совсем поняла стоило ли ей пройти к одному из диванов и ожидать там, или ей следовало оставаться около двери? Но так как горничная не проявляла желания помочь ей раздеться, то Джессика решила пока оставаться там, где она была и просто подождать.

Внезапно в приемную выбежала девочка лет восьми, одетая как маленькая принцесса, с убранными в высокий пучок волосами. Она с любопытством уставилась на Джессику голубыми глазами и выпалила: «Привет, ты кто? Ты,- та девушка Роба, которая сегодня должна придти на ужин?» Джессика смущенно улыбнулась и ответила: «Привет, малышка! Да, я Джесс, девушка Роберта. Меня пригласил Роберт отметить сегодня Рождество с тобой и твоими родными. А ты кто?» «А я сестра Роба – Кейтлин!», - выпалила девчушка. В этот момент в переднюю почти вбежала женщина, гувернантка Кейтлин, как поняла Джессика, и что-то строго выговаривая девочке, увела ее в глубину дома.

Спустя минуту в переднюю торопливым шагом вышел и сам Роберт. Девушка в очередной раз глядя на него, снова удивилась тому, какой необыкновенной красотой обладает ее любимый. Самая ее изюминка для девушки состояла в том, что облик Роберта весь состоял из контрастов, гармонично переплетенных между собой. Высокий и юношески стройный, с прекрасными золотистыми волосами и белой кожей, он вызывал у Джессики ощущение хрупкости и даже беззащитности, хотя парень обладал широкой костью, широкими плечами и крепкими, спортивными руками и ногами, закаленными долгими тренировками в верховой езде и играми в поло. Это ощущение детской беззащитности усиливали чистые, прозрачно-голубые глаза, спадающая на глаза светлая челка, прямой аккуратный носик и симпатичные ямочки на пухлых, как у ребенка, щеках. И в то же время, в облике Роберта не было абсолютно ничего женственного или слабого. Ощущение хрупкости юноши исчезало при внимательном взгляде на твердый мужской подбородок, четко очерченные, выразительные губы, высокий лоб, выдававший недюжинный ум и совершенно завораживавшее Джессику, характерное для него задиристое выражение глаз, как будто у парня на уме все время был какой-то веселый розыгрыш.

Одетый сейчас в темно-темно синюю, облегающую фигуру рубаху с бриллиантовыми запонками и бриллиантовой булавкой для галстука, в темных классических брюках и туфлях, Роберт выглядел как безупречный аристократ. Но Джессика знала, что юноша был заправским озорником, которого в свое время выгнали за драку и нарушение распорядка из престижного колледжа и сейчас он учился в королевской театральной Академии.

Еще не подойдя к Джессике он спросил: «Джесс! Почему ты стоишь здесь? Почему не раздеваешься?». «Почему Вы не доложили о ней?», - обратился он тут же к прислуге. «Сэр Райдер приказал, чтобы девушка ожидала в передней, сэр», - поджав губы чопорно ответила служанка. «В приемной? Зачем?», - удивленно переспросил Роберт. Он шагнул к Джессике и она, не удержавшись, сделала шаг ему навстречу. Он обнял ее и она в ответ обвила руками его стройный торс. Ее руки заскользили по шелку, девушку обдало пряным запахом его любимого парфюма, в котором девушка могла разобрать нотки корицы и аниса и благородный запах натуральной кожи. Все это смешивалось с легким запахом его Мальборо. Роберт, обняв ее, как обычно не удержался, чтобы не уткнуться носом в ее волосы и не вдохнуть их аромат. Джессика ощутила, как мелко задрожало его сильное тело и как ток желания охватил их обоих. Она вздохнула, с трудом поборола желание подставить ему губы, и немного отстранилась от него. Сейчас для этого не было ни времени, ни места.

Служанка стола, поджав губы, и делала вид, что смотрит в сторону. Джессика стала пунцовой. «Милый, где я могу снять верхнюю одежду?», - спросила она. «Давай сюда», - весело сказал Роберт, принимая от Джессики меховую безрукавку. «Вы что, забыли как нужно принимать гостей?», - снова обратился он к прислуге. «Почему Вы, хотя бы, не предложили девушке раздеться?» «Мне было приказано только передать, чтобы мисс Хейли ждала в приемной», - ответила служанка. Роберт перестал улыбаться, в его голубых глазах мелькнула настороженность, но он промолчал, ничего не сказав в ответ.

В этот момент в доме раздался мелодичный звук дверного звонка. Служанка нажала кнопку домофона и через минуту на ее вопрос из-за двери женский голос промурлыкал что-то вроде «Клубничка-Мэг». Роберт, который, взяв Джессику под руку, дошел с ней уже до половины комнаты в сторону двери в гостиную, остановился, выпрямился и развернулся к входной двери. В это время, служанка уже успела отворить, и в переднюю вошла ярко накрашенная девушка с ушками Плей-боя на голове. На ней было надето короткое, очень открытое платье, стройные ноги покрывали чулки с яркими принтами, лицо было обильно разукрашено разноцветными блестками.

«Что Вам угодно, мисс?», - спокойно спросил Роберт у вошедшей девушки. «Вас кто-то пригласил сюда?», - еще раз обратился он к ней. «Да, меня ангажировали в качестве подарка на мальчишник для мистера Роберта Райдер», - жеманясь ответила девушка с ушками. «Что?» Джессика почувствовала как сжимаются кулаки Роберта и увидела как побелела его и без того белая кожа. Голубые глаза, чистые и открытые, вдруг приобрели такое холодное и отстраненное выражение, что Джессика испугалась. Таким она его еще никогда не видела. На красивых, всегда готовых к улыбке и к шутке губах Роберта, появилась жесткая усмешка, не обещавшая ничего хорошего тому, кому она была предназначена.

Сначала девушка подумала, что гнев Роберта вызвала девица, которая пришла сюда в этом нелепом наряде, но потом до нее вдруг стал доходить смысл происходящего. Роберту его родные подарили проститутку! Подарили именно в тот день, когда он позвал в гости ее, Джессику, чтобы познакомить их с ней, - своей девушкой! Ее, - Джессику, - заставили ждать в приемной, явно для того, чтобы обе девушки столкнулись здесь нос к носу и Джессика увидела бы с КЕМ ее сравнивают родные Роберта! Сам Роберт мог бы ничего не узнать, если бы о пришедшей Джессике ему бы не сообщила младшая сестра, и спокойно ждал бы Джессику в гостиной до тех пор, пока проститутка не вошла бы и не стала приставать к нему прямо на глазах у всех собравшихся гостей. Конечно, она же не была в курсе ситуации и начала бы отрабатывать свою роль подарка на мальчишник!

Таким образом, родные Роберта унизили его в его самых лучших его надеждах, собирались опозорить его перед всеми гостями, - молодыми аристократами, - показали ему как мало для них значат его выбор, его желания, его чувства. А попутно они растоптали и буквально размазали и саму Джессику, навсегда отвратив ее от ворот своего дома. Как говориться, чтобы неповадно было.

Когда Джессика поняла это, она почувствовала, что слезы обиды и отчаяния закипели на ее глазах и рыдания подступили к самому горлу. Чтобы не зарыдать вслух, она спряталась за спину Роберта и прижалась щекой к его лопатке, уткнувшись лицом в его синюю рубаху. Она отчаянно боролась с подступившими слезами, потому что не хотела, чтобы эта девица, или служанка увидели бы ее обиду и ее слабость и не рассказали бы потом родственникам Роберта как Джессика плакала, перед тем, как уйти из этого дома навсегда.

Вдруг она услышала, как Роберт спокойным голосом спросил у девицы оплатили ли ей ее услуги заранее или она ждет оплату после вечеринки? «Мне уже все оплатили, сэр», - сказала раскрашенная девица. Роберт вынул бумажник из заднего кармана и вытащив купюру, протянул ее служанке, чтобы она передала ее Клубничке-Мэг. «Возьмите Ваши чаевые», - сказал он спокойно. - «Я думаю, что на сегодня Вы свою задачу выполнили и мы больше не нуждаемся в Ваших услугах». «Почему? Как?», - девушка растерянно закрутила головой, - «У меня номер, и есть специальный сюрприз для мистера Роберта Райдер», - пыталась объяснить она. «Спасибо, нам сегодня сюрпризов хватит», - сказал Роберт. «Возможно, Вы захотите как-нибудь зайти к нам еще?», - спросил он, улыбнувшись холодной, вежливой улыбкой. «Да, но…», - проститутка поняла, что ее вежливо, но непреклонно выпроваживают, пожала плечами и стала натягивать норковую шубку на открытое платье. «Как хотите, мне только лучше», - раздраженно фыркнула она выходя за дверь, - «Не поймешь этих богатых!» Это было последнее, что донеслось до Джессики из-за двери.

Джессика сглотнула, наконец. слезы, вытерла глаза рукой и обошла Роберта, чтобы заглянуть ему в лицо. Жесткая ухмылка уже не кривила его рот, но глаза оставались такими же холодными, отстраненными и бескомпромиссными. «Миссис Полби, подайте мне вон то блюдо», - произнес Роберт спокойно и указал рукой на огромные расписные блюда, даже не блюда, а скорее фарфоровые подносы оригинальной формы, украшающие стены прихожей. Похоже что это были какие-то индийские или китайские коллекционные блюда, и наверняка довольно древние. Джессика не очень-то разбиралась в таких вещах. Служанка испуганно вскинула на Роберта глаза: «Но ведь это запрещено, сэр!», - воскликнула она. «Реально? Запрещено?», - только и спросил он, и жесткая усмешка снова на секунду покривила его рот. Служанка испуганно охнула и полезла на диван, чтобы снять со стены одно из блюд. Взяв блюдо в руки, Роберт кивнул Джессике и сказал, что он сейчас подойдет, она пока может подождать его на диване. «Не надо, Роберт, не делай этого!», - испуганно воскликнула Джессика, - «Я этого не стою! Не порть себе жизнь из-за меня!». Девушка обняла парня и попыталась взять блюдо из его рук. Но он отстранился и только улыбнулся ей, ничего не сказав в ответ. «Тебе же будет плохо, милый!», - все еще пыталась остановить его Джессика. «Подожди меня, я скоро вернусь», - только и ответил он.

Поняв, что спорить бесполезно, Джессика как во сне опустилась на один из диванов и закрыла лицо руками. Когда из гостиной донеслись голоса, говорящие на повышенных тонах, Джессика убрала руки от глаз и закрыла ладонями уши. Через эту преграду до нее приглушенно донесся звон посуды, потом женские вскрики, опять разговоры на повышенных тонах, опять крики, снова звон посуды, – было похоже, что со стола сдернули скатерть со всей сервировкой и все, что было на скатерти полетело на пол.

Когда Роберт вернулся в переднюю, Джессика встала и взглянула на него. Он был совершенно спокоен и улыбался своей обычной милой улыбкой с ямочками. "Неужели, - мама?", - расстроенно спросила она. "Нет, - отчим.", - грустно усмехнувшись, ответил Роберт, - "Как всегда", - добавил он, и в его глазах на мгновение промелькнула боль. Впрочем, с лица парня тут же исчезли все следы переживаний и в его голубых глазах засияло привычное озорное выражение. Джессика восхитилась его чисто аристократическим умением "держать лицо" в любой ситуации. Но она хорошо понимала что скрывается за этим веселым выражением лица ее любимого. «Пойдем, Джессика?» - спросил он. «Да, милый», - сказала Джессика, - «А куда?». «А, все-равно», - отозвался он, - «Впрочем…», - Роберт оживился, - «Ты с машиной?» «Да, Роберт, я приехала на своей рабочей машине», - отозвалась Джессика. «Тогда поехали на дворцовую площадь, к Рождественской елке!», - воскликнул он.

Через некоторое время, они уже стояли у огромной, наряженной Рождественской елки. Вокруг мерцали огни, множество людей гуляло по площади, в крохотных, возведенных на один день киосках с разноцветными тряпичными крышами, продавали кофе, праздничные свечи, елочные украшения, открытки и всевозможные подарки к Рождеству. Роберт подвел Джессику прямо к елке и вдруг на глазах у всех, опустился перед ней на одно колено. Джессика растерялась, а Роберт в это время вынул из внутреннего кармана своего пальто маленькую коробочку. Держа ее перед собой, он сказал, виновато глядя на Джессику: «Знаешь, я хотел сделать это на нашем семейном рождественском ужине. Я хотел ввести тебя в свой дом, как хозяйку. Я хотел подарить тебе обеспеченное существование. Но я сильно ошибся. Я не могу этого сделать. Я никто и звать меня никак. У меня больше нет дома, нет родных. Я даже оставил им свое фамильное гербовое кольцо, которое все члены нашего рода носят на мизинце левой руки. Я, - обычный студент Королевской театральной академии и это все, что я могу предложить тебе. Согласишься ли ты выйти за меня замуж?», - Роберт улыбался своей обычной милой улыбкой и глаза его были по-прежнему озорными. Но Джессика видела с каким напряжением он ждет ее ответа и как дорого ему дается это видимое спокойствие.

Джессика открыла коробочку и увидела внутри тонкий обруч золотого кольца, с торчащим вверх из тонкого золотого основания прозрачным камнем в виде бутона розы. «Скромно, но вероятно, очень дорого», - подумала Джессика. Она взглянула в его прозрачные голубые глаза. «Самые родные глаза на свете», - подумала она, - «Такое ощущение, что я тысячу лет в них смотрела до этого. А может быть и миллион лет. А может быть, мы даже спали в одной колыбели. Или мы вообще близнецы». «Конечно, да, милый, как ты мог сомневаться?», - сказала она.