Счастье народов

Глава 1

Вмаленьком кабинете, второго этажа красного дома, в полумраке за дубовым столом, работы позапрошлого века, сидел человек. Всем видом своим вызывающий животный ужас, лиц хоть как-то относящихся к силам мечтающим изменить мир. Мир, который дался миллионам такой ценой. Мир, который был вскормлен кровью, как палачей, так и тех, кого в свое время объявили врагами прогрессивного человечества.

Владлен Котов всегда знал свое место в мире. Можно сказать еще до своего рождения. Он родился в семье офицера МГБ СНРС. Как бы это ни было странно, но и среди стражей существующего порядка бывают и те, от кого нужно защищать этот порядок. Порядок сложившийся после «Желтых войн». Защищать от самих себя. Человек, к сожалению, существо хрупкоев психологическом плане.

Размышляя о судьбах мира и о месте человечества в нем, Владлен пил зеленый чай и рассматривал картину, висящую на стене. Картина изображала древнюю легенду, популярную среди секты христиан. Демоны штурмуют врата рая. Заставляет задуматься о вечном. Стук в дверь вывел Владлена из раздумий.

— Да, входите.

Дверь открылась и вошла молодая женщина, одетая в форменный женский мундир офицера вспомогательной службы. На мундире красовались погоны поручика. По давней традиции, официально женщины не могли служить в государственной охране.

Со временем, причислять женщин к вспомогательным службам превратилось лишь в дань традиции. Функции их сводились не только к работе секретаря и охраны в женских лагерях, но и к вполне обыденной службе, что несут и мужчины. Разумеется с той поправкой, что это все же дамы.

Всех своих наиболее важных агентов, а иногда и простых охранников, Владлен обязательно проверял на специальных осциллографах. Синусоидальные графики очень многое говорили специалисту. Но ее это не касалось. В конце концов, постель, лучше любого полиграфа.

— Разрешите, товарищ майор?

— Да входите, — я хотел с вами поговоритьо задании, которое хотел бы поручить вам.

— Задание? Задание, какого плана?

— Думаю, нечего такого, что вызовет у вас трудности. Обычное. Прошу присаживайтесь.

Какая выдержка у Савельевой, — подумал Владлен. Еще утром она была моей женщиной, сладострастно жаждущей отдаться мне. Сейчас же она образцовый офицер, ведущий деловой разговор с шефом.

— Это командировка в шестой дистрикт, в небольшой городок под названием Кутомара. Дистрикт, как известно, носит особый статус. Урановые шахты и скопления концентрационных лагерей. Плюс наличие зараженного, но все же леса, оставляют всякие надежды на спокойствие граждан и вольно поселенцев. Огнеметчики из Минздрава так и не могут справиться с партизанами.

Знаете Савельева, мне кажется было большой ошибкой поручить борьбу с партизанами медикам, а не нам. Триумвират здесь явно допустил промах.

— Но товарищ майор, ведь партизаны душевно больные, а значит, ими должны заниматься специалисты с медицинским образованием.

— Хм, возможно, возможно. Хотя знаешь, там теперь не врачи, а больше знахари, и откровенные садисты. Им бы я не поручил лечить и простуду, не говоря уже о душе. Они сами сумасшедшие.

— Только сумасшедший может понять сумасшедшего. Я где-то читала, что подобное лечат подобным. Кажется так?

— О да, как говаривали на Руси, клин клином вышибают. Но не будем отвлекаться, вернемся к нашему делу.- Владлен взял листок и стал читать.

— В девяностые в научных кругах все чаще озвучивается теория, что наша Вселенная имеет одиннадцати мерное пространство. Она могла бы вместить в себя три трехмерных мира, которые были бы разделены двумя переходными измерениями. И все невидимые друг для друга миры, как бы размещались на трех этажах планеты. В одном — земляне, а в двух других — те, кого принимали за инопланетян.

Более того, есть сохранившиеся документы, подтверждающие, что ученым удалось проникать в эти измерения, но это требует колоссальных затрат. Технология представляет собой смесь науки и магии. Необходимо заметит, гремучая смесь. Ее пестовали еще в прошлом веки различные тайные общества.

Относительно недавно, лет двадцать назад, медиум из бывшей провинции Альбион, они были популярны в разгар войны, некаяДама Форсайт, сделала заявление, шокировавшее общественность.

Она сообщила, что нашла переход в параллельный мир. Открытая ею реальность оказалась копией нашего мира, только без проблем, болезней и какого-либо намека на агрессию.

Надо сказать, это событие не осталось не замеченным.

Еще во время войны, примерно в начале девятнадцатого года все чаще стали замечать исчезновения целых групп людей, объектов, зданий, транспорта, в основном воздушного. Во время войны, конечно, все это списывали на происки врага, но вот спустя тридцать лет события дают новый виток. И теперь это достаточно трудно скрывать.

Единственное, что смогли достаточно точно установить по сохранившимся записям, наши лучшие умы из научной конфедерации, да что там наши, оставшиеся умы всего бывшего Союза. Процесс этот связан с ядерным синтезом, мощной энергией, нарастающей посмертной эманацией и еще какой-то энергией. Кто во что горазд, главное ничего не понятно и невразумительно.

— Посмертной эманацией? Я правильно услышала?

— Да. Нечто вроде газового облака, или раскалённого от солнца воздуха. Люди суеверные и не знающие природу этих посмертных газообразных эманации объясняют их присутствием «страдающей» души, личного духа, парящего над могильной плитой. Один из так называемых «ученых с погонами», в девяностые, продвигал это мракобесие как научное знание. Фамилию его не помню. Посмотрю потом. Хотя, тебе это не важно. — Владлен продолжил читать.

— Так, где это. А, вот. Это явления связано с гибелью людей, массовыми убийствами. Хоть скептики и материалисты отрицают, существование души и Бога. Понятно признай душу, то пришлось бы признать и Бога, или Богов. Встал бы вопрос: «Как он или они смогли допустить такое»? Позволить людям сотворить это с миром.

— Понятно. Людям легче сваливать вину на руководителей, чем признать, что у них есть душа, которую они засунули далеко. Самоотверженно стараются не дать ей подать голос. Легче быть бездушной трусливой обезьяной, чем взять на себя ответственность за грехи и получить за них сполна.

-В общем, твое задание сводиться к поездке в этот городок. С экологией как сама понимаешь там печально. Сбором всевозможных сведений, что выходит за рамки привычного заниматься не нужно. Этим теперь, я думаю уже никто не занимается, времена другие. Если вкратце, то твоя цель расследовать убийства, по возможности поймать маньяка, который терроризирует маленький городок.

В этих местах начала творится чертовщина. Она нас не интересует, думаю это все антураж. Сектанты, живущие в общине за городом говорили, что видели окно рая. Лучшею землю, и лучший мир, мир божий. Для нас, как ты сама понимаешь, в этих тяжелых условиях, когда требуется мобилизация всего человеческого материала, слухи о том, что есть мир, куда можно легко соскочить от всех проблем и обязанностей, не есть хорошо.

Честно, не знаю верить ли этим допотопным сведениям о порталах в параллельные миры, но руководство посчитало нужным меня поставить в известность, я в свою очередь сообщил тебе. Сама понимаешь, между нами. Надя кивнула.

— К тому же, как нам известно из сведений сохранившихся в архивах, в этом так называемом раю есть капиталисты, евреи-космополиты, они рулят там финансами. А может есть и что пострашнее. Вообще тот мир политически неоднороден. Эти пожалуй будут, похлещи наших... — Владлен осекся. — Это, по крайней мере, для меня уже не рай.

Только представь, у них может, и хвосты даже есть, кто знает, какое скотство может быть в вывихнутом мире, где коммунизм не победил. Ха-ха!

Надю тоже слегка повеселила, нарисованная воображением картина, забавного существа.

— У меня все.

— Разрешите идти?

— Да можете идти.

Савельева стукнула каблучками, отдала честь, затем быстро подошла к столу, за которым сидел Владлен. Нагнулась к лицу сидящего майора, страстно поцеловала его в губы. Затем левой рукой погладила его по голове и прошептала на ухо томным голосом, полным похоти и желания: — Котик вечером жду тебя у себя, будет сюрприз.

— Не люблю сюрпризов Надя, знаешь такая работа,- сказал Владлен полушепотом с легкой улыбкой на лице. Улыбка выдавала, что он не против.

— Он тебе понравится милый. Обещаю! — сказала Надя. Медленно покачивая бедрами, от чего юбка эротично колыхалась, вышла в коридор, захлопнув за собой плотно дверь. Майор остался в полумраке кабинета, со своими мыслями наедине.

Вмаленьком кабинете, второго этажа красного дома, в полумраке за дубовым столом, работы позапрошлого века, сидел человек. Всем видом своим вызывающий животный ужас, лиц хоть как-то относящихся к силам мечтающим изменить мир. Мир, который дался миллионам такой ценой. Мир, который был вскормлен кровью, как палачей, так и тех, кого в свое время объявили врагами прогрессивного человечества.

Владлен Котов всегда знал свое место в мире. Можно сказать еще до своего рождения. Он родился в семье офицера МГБ СНРС. Как бы это ни было странно, но и среди стражей существующего порядка бывают и те, от кого нужно защищать этот порядок. Порядок сложившийся после «Желтых войн». Защищать от самих себя. Человек, к сожалению, существо хрупкоев психологическом плане.

Размышляя о судьбах мира и о месте человечества в нем, Владлен пил зеленый чай и рассматривал картину, висящую на стене. Картина изображала древнюю легенду, популярную среди секты христиан. Демоны штурмуют врата рая. Заставляет задуматься о вечном. Стук в дверь вывел Владлена из раздумий.

— Да, входите.

Дверь открылась и вошла молодая женщина, одетая в форменный женский мундир офицера вспомогательной службы. На мундире красовались погоны поручика. По давней традиции, официально женщины не могли служить в государственной охране.

Со временем, причислять женщин к вспомогательным службам превратилось лишь в дань традиции. Функции их сводились не только к работе секретаря и охраны в женских лагерях, но и к вполне обыденной службе, что несут и мужчины. Разумеется с той поправкой, что это все же дамы.

Всех своих наиболее важных агентов, а иногда и простых охранников, Владлен обязательно проверял на специальных осциллографах. Синусоидальные графики очень многое говорили специалисту. Но ее это не касалось. В конце концов, постель, лучше любого полиграфа.

— Разрешите, товарищ майор?

— Да входите, — я хотел с вами поговоритьо задании, которое хотел бы поручить вам.

— Задание? Задание, какого плана?

— Думаю, нечего такого, что вызовет у вас трудности. Обычное. Прошу присаживайтесь.

Какая выдержка у Савельевой, — подумал Владлен. Еще утром она была моей женщиной, сладострастно жаждущей отдаться мне. Сейчас же она образцовый офицер, ведущий деловой разговор с шефом.

— Это командировка в шестой дистрикт, в небольшой городок под названием Кутомара. Дистрикт, как известно, носит особый статус. Урановые шахты и скопления концентрационных лагерей. Плюс наличие зараженного, но все же леса, оставляют всякие надежды на спокойствие граждан и вольно поселенцев. Огнеметчики из Минздрава так и не могут справиться с партизанами.

Знаете Савельева, мне кажется было большой ошибкой поручить борьбу с партизанами медикам, а не нам. Триумвират здесь явно допустил промах.

— Но товарищ майор, ведь партизаны душевно больные, а значит, ими должны заниматься специалисты с медицинским образованием.

— Хм, возможно, возможно. Хотя знаешь, там теперь не врачи, а больше знахари, и откровенные садисты. Им бы я не поручил лечить и простуду, не говоря уже о душе. Они сами сумасшедшие.

— Только сумасшедший может понять сумасшедшего. Я где-то читала, что подобное лечат подобным. Кажется так?

— О да, как говаривали на Руси, клин клином вышибают. Но не будем отвлекаться, вернемся к нашему делу.- Владлен взял листок и стал читать.

— В девяностые в научных кругах все чаще озвучивается теория, что наша Вселенная имеет одиннадцати мерное пространство. Она могла бы вместить в себя три трехмерных мира, которые были бы разделены двумя переходными измерениями. И все невидимые друг для друга миры, как бы размещались на трех этажах планеты. В одном — земляне, а в двух других — те, кого принимали за инопланетян.

Более того, есть сохранившиеся документы, подтверждающие, что ученым удалось проникать в эти измерения, но это требует колоссальных затрат. Технология представляет собой смесь науки и магии. Необходимо заметит, гремучая смесь. Ее пестовали еще в прошлом веки различные тайные общества.

Относительно недавно, лет двадцать назад, медиум из бывшей провинции Альбион, они были популярны в разгар войны, некаяДама Форсайт, сделала заявление, шокировавшее общественность.

Она сообщила, что нашла переход в параллельный мир. Открытая ею реальность оказалась копией нашего мира, только без проблем, болезней и какого-либо намека на агрессию.

Надо сказать, это событие не осталось не замеченным.

Еще во время войны, примерно в начале девятнадцатого года все чаще стали замечать исчезновения целых групп людей, объектов, зданий, транспорта, в основном воздушного. Во время войны, конечно, все это списывали на происки врага, но вот спустя тридцать лет события дают новый виток. И теперь это достаточно трудно скрывать.

Единственное, что смогли достаточно точно установить по сохранившимся записям, наши лучшие умы из научной конфедерации, да что там наши, оставшиеся умы всего бывшего Союза. Процесс этот связан с ядерным синтезом, мощной энергией, нарастающей посмертной эманацией и еще какой-то энергией. Кто во что горазд, главное ничего не понятно и невразумительно.

— Посмертной эманацией? Я правильно услышала?

— Да. Нечто вроде газового облака, или раскалённого от солнца воздуха. Люди суеверные и не знающие природу этих посмертных газообразных эманации объясняют их присутствием «страдающей» души, личного духа, парящего над могильной плитой. Один из так называемых «ученых с погонами», в девяностые, продвигал это мракобесие как научное знание. Фамилию его не помню. Посмотрю потом. Хотя, тебе это не важно. — Владлен продолжил читать.

— Так, где это. А, вот. Это явления связано с гибелью людей, массовыми убийствами. Хоть скептики и материалисты отрицают, существование души и Бога. Понятно признай душу, то пришлось бы признать и Бога, или Богов. Встал бы вопрос: «Как он или они смогли допустить такое»? Позволить людям сотворить это с миром.

— Понятно. Людям легче сваливать вину на руководителей, чем признать, что у них есть душа, которую они засунули далеко. Самоотверженно стараются не дать ей подать голос. Легче быть бездушной трусливой обезьяной, чем взять на себя ответственность за грехи и получить за них сполна.

-В общем, твое задание сводиться к поездке в этот городок. С экологией как сама понимаешь там печально. Сбором всевозможных сведений, что выходит за рамки привычного заниматься не нужно. Этим теперь, я думаю уже никто не занимается, времена другие. Если вкратце, то твоя цель расследовать убийства, по возможности поймать маньяка, который терроризирует маленький городок.

В этих местах начала творится чертовщина. Она нас не интересует, думаю это все антураж. Сектанты, живущие в общине за городом говорили, что видели окно рая. Лучшею землю, и лучший мир, мир божий. Для нас, как ты сама понимаешь, в этих тяжелых условиях, когда требуется мобилизация всего человеческого материала, слухи о том, что есть мир, куда можно легко соскочить от всех проблем и обязанностей, не есть хорошо.

Честно, не знаю верить ли этим допотопным сведениям о порталах в параллельные миры, но руководство посчитало нужным меня поставить в известность, я в свою очередь сообщил тебе. Сама понимаешь, между нами. Надя кивнула.

— К тому же, как нам известно из сведений сохранившихся в архивах, в этом так называемом раю есть капиталисты, евреи-космополиты, они рулят там финансами. А может есть и что пострашнее. Вообще тот мир политически неоднороден. Эти пожалуй будут, похлещи наших... — Владлен осекся. — Это, по крайней мере, для меня уже не рай.

Только представь, у них может, и хвосты даже есть, кто знает, какое скотство может быть в вывихнутом мире, где коммунизм не победил. Ха-ха!

Надю тоже слегка повеселила, нарисованная воображением картина, забавного существа.

— У меня все.

— Разрешите идти?

— Да можете идти.

Савельева стукнула каблучками, отдала честь, затем быстро подошла к столу, за которым сидел Владлен. Нагнулась к лицу сидящего майора, страстно поцеловала его в губы. Затем левой рукой погладила его по голове и прошептала на ухо томным голосом, полным похоти и желания: — Котик вечером жду тебя у себя, будет сюрприз.

— Не люблю сюрпризов Надя, знаешь такая работа,- сказал Владлен полушепотом с легкой улыбкой на лице. Улыбка выдавала, что он не против.

— Он тебе понравится милый. Обещаю! — сказала Надя. Медленно покачивая бедрами, от чего юбка эротично колыхалась, вышла в коридор, захлопнув за собой плотно дверь. Майор остался в полумраке кабинета, со своими мыслями наедине.

Вмаленьком кабинете, второго этажа красного дома, в полумраке за дубовым столом, работы позапрошлого века, сидел человек. Всем видом своим вызывающий животный ужас, лиц хоть как-то относящихся к силам мечтающим изменить мир. Мир, который дался миллионам такой ценой. Мир, который был вскормлен кровью, как палачей, так и тех, кого в свое время объявили врагами прогрессивного человечества.

Владлен Котов всегда знал свое место в мире. Можно сказать еще до своего рождения. Он родился в семье офицера МГБ СНРС. Как бы это ни было странно, но и среди стражей существующего порядка бывают и те, от кого нужно защищать этот порядок. Порядок сложившийся после «Желтых войн». Защищать от самих себя. Человек, к сожалению, существо хрупкоев психологическом плане.

Размышляя о судьбах мира и о месте человечества в нем, Владлен пил зеленый чай и рассматривал картину, висящую на стене. Картина изображала древнюю легенду, популярную среди секты христиан. Демоны штурмуют врата рая. Заставляет задуматься о вечном. Стук в дверь вывел Владлена из раздумий.

— Да, входите.

Дверь открылась и вошла молодая женщина, одетая в форменный женский мундир офицера вспомогательной службы. На мундире красовались погоны поручика. По давней традиции, официально женщины не могли служить в государственной охране.

Со временем, причислять женщин к вспомогательным службам превратилось лишь в дань традиции. Функции их сводились не только к работе секретаря и охраны в женских лагерях, но и к вполне обыденной службе, что несут и мужчины. Разумеется с той поправкой, что это все же дамы.

Всех своих наиболее важных агентов, а иногда и простых охранников, Владлен обязательно проверял на специальных осциллографах. Синусоидальные графики очень многое говорили специалисту. Но ее это не касалось. В конце концов, постель, лучше любого полиграфа.

— Разрешите, товарищ майор?

— Да входите, — я хотел с вами поговоритьо задании, которое хотел бы поручить вам.

— Задание? Задание, какого плана?

— Думаю, нечего такого, что вызовет у вас трудности. Обычное. Прошу присаживайтесь.

Какая выдержка у Савельевой, — подумал Владлен. Еще утром она была моей женщиной, сладострастно жаждущей отдаться мне. Сейчас же она образцовый офицер, ведущий деловой разговор с шефом.

— Это командировка в шестой дистрикт, в небольшой городок под названием Кутомара. Дистрикт, как известно, носит особый статус. Урановые шахты и скопления концентрационных лагерей. Плюс наличие зараженного, но все же леса, оставляют всякие надежды на спокойствие граждан и вольно поселенцев. Огнеметчики из Минздрава так и не могут справиться с партизанами.

Знаете Савельева, мне кажется было большой ошибкой поручить борьбу с партизанами медикам, а не нам. Триумвират здесь явно допустил промах.

— Но товарищ майор, ведь партизаны душевно больные, а значит, ими должны заниматься специалисты с медицинским образованием.

— Хм, возможно, возможно. Хотя знаешь, там теперь не врачи, а больше знахари, и откровенные садисты. Им бы я не поручил лечить и простуду, не говоря уже о душе. Они сами сумасшедшие.

— Только сумасшедший может понять сумасшедшего. Я где-то читала, что подобное лечат подобным. Кажется так?

— О да, как говаривали на Руси, клин клином вышибают. Но не будем отвлекаться, вернемся к нашему делу.- Владлен взял листок и стал читать.

— В девяностые в научных кругах все чаще озвучивается теория, что наша Вселенная имеет одиннадцати мерное пространство. Она могла бы вместить в себя три трехмерных мира, которые были бы разделены двумя переходными измерениями. И все невидимые друг для друга миры, как бы размещались на трех этажах планеты. В одном — земляне, а в двух других — те, кого принимали за инопланетян.

Более того, есть сохранившиеся документы, подтверждающие, что ученым удалось проникать в эти измерения, но это требует колоссальных затрат. Технология представляет собой смесь науки и магии. Необходимо заметит, гремучая смесь. Ее пестовали еще в прошлом веки различные тайные общества.

Относительно недавно, лет двадцать назад, медиум из бывшей провинции Альбион, они были популярны в разгар войны, некаяДама Форсайт, сделала заявление, шокировавшее общественность.

Она сообщила, что нашла переход в параллельный мир. Открытая ею реальность оказалась копией нашего мира, только без проблем, болезней и какого-либо намека на агрессию.

Надо сказать, это событие не осталось не замеченным.

Еще во время войны, примерно в начале девятнадцатого года все чаще стали замечать исчезновения целых групп людей, объектов, зданий, транспорта, в основном воздушного. Во время войны, конечно, все это списывали на происки врага, но вот спустя тридцать лет события дают новый виток. И теперь это достаточно трудно скрывать.

Единственное, что смогли достаточно точно установить по сохранившимся записям, наши лучшие умы из научной конфедерации, да что там наши, оставшиеся умы всего бывшего Союза. Процесс этот связан с ядерным синтезом, мощной энергией, нарастающей посмертной эманацией и еще какой-то энергией. Кто во что горазд, главное ничего не понятно и невразумительно.

— Посмертной эманацией? Я правильно услышала?

— Да. Нечто вроде газового облака, или раскалённого от солнца воздуха. Люди суеверные и не знающие природу этих посмертных газообразных эманации объясняют их присутствием «страдающей» души, личного духа, парящего над могильной плитой. Один из так называемых «ученых с погонами», в девяностые, продвигал это мракобесие как научное знание. Фамилию его не помню. Посмотрю потом. Хотя, тебе это не важно. — Владлен продолжил читать.

— Так, где это. А, вот. Это явления связано с гибелью людей, массовыми убийствами. Хоть скептики и материалисты отрицают, существование души и Бога. Понятно признай душу, то пришлось бы признать и Бога, или Богов. Встал бы вопрос: «Как он или они смогли допустить такое»? Позволить людям сотворить это с миром.

— Понятно. Людям легче сваливать вину на руководителей, чем признать, что у них есть душа, которую они засунули далеко. Самоотверженно стараются не дать ей подать голос. Легче быть бездушной трусливой обезьяной, чем взять на себя ответственность за грехи и получить за них сполна.

-В общем, твое задание сводиться к поездке в этот городок. С экологией как сама понимаешь там печально. Сбором всевозможных сведений, что выходит за рамки привычного заниматься не нужно. Этим теперь, я думаю уже никто не занимается, времена другие. Если вкратце, то твоя цель расследовать убийства, по возможности поймать маньяка, который терроризирует маленький городок.

В этих местах начала творится чертовщина. Она нас не интересует, думаю это все антураж. Сектанты, живущие в общине за городом говорили, что видели окно рая. Лучшею землю, и лучший мир, мир божий. Для нас, как ты сама понимаешь, в этих тяжелых условиях, когда требуется мобилизация всего человеческого материала, слухи о том, что есть мир, куда можно легко соскочить от всех проблем и обязанностей, не есть хорошо.

Честно, не знаю верить ли этим допотопным сведениям о порталах в параллельные миры, но руководство посчитало нужным меня поставить в известность, я в свою очередь сообщил тебе. Сама понимаешь, между нами. Надя кивнула.

— К тому же, как нам известно из сведений сохранившихся в архивах, в этом так называемом раю есть капиталисты, евреи-космополиты, они рулят там финансами. А может есть и что пострашнее. Вообще тот мир политически неоднороден. Эти пожалуй будут, похлещи наших... — Владлен осекся. — Это, по крайней мере, для меня уже не рай.

Только представь, у них может, и хвосты даже есть, кто знает, какое скотство может быть в вывихнутом мире, где коммунизм не победил. Ха-ха!

Надю тоже слегка повеселила, нарисованная воображением картина, забавного существа.

— У меня все.

— Разрешите идти?

— Да можете идти.

Савельева стукнула каблучками, отдала честь, затем быстро подошла к столу, за которым сидел Владлен. Нагнулась к лицу сидящего майора, страстно поцеловала его в губы. Затем левой рукой погладила его по голове и прошептала на ухо томным голосом, полным похоти и желания: — Котик вечером жду тебя у себя, будет сюрприз.

— Не люблю сюрпризов Надя, знаешь такая работа,- сказал Владлен полушепотом с легкой улыбкой на лице. Улыбка выдавала, что он не против.

— Он тебе понравится милый. Обещаю! — сказала Надя. Медленно покачивая бедрами, от чего юбка эротично колыхалась, вышла в коридор, захлопнув за собой плотно дверь. Майор остался в полумраке кабинета, со своими мыслями наедине.

Глава 2

Ее волосы никогда не лежали в порядке, что-нибудь да растреплется. Белые, ровные зубы и голубые глаза, в которых плясала веселая искорка. Яркие, чуть припухлые губы. Ее строгая, классической формы юбка колыхалась в такт размашистым шагам, дразня ненасытные взгляд идеальными, влекущими коленями.

Она была сложной натурой, целеустремлённой и очень образованной девушкой. Она получила прекрасное классическое образование и превосходные рекомендации одного из лучших лицеев страны.

Оглядываясь назад, можно предположить, что все эти части биографии данной особы, не считая конечно ее привлекательную внешность должны были бы многих настораживать. Особенно форма на ней. Увы, все считали иначе, попадаясь в ее ловушки как мухи в паутину. Единственным кто был исключением это Владлен, ее начальник, возможно, поэтому он ей и нравился.

Сколько раз, она задавала себе вопросы: "Почему ее тянет к нему? Почему она хочет быть рядом с ним, всегда"?

Как это было прошлой ночью. Может быть, она любит его? Хотя при современной жизни это рискованные, и громкие слова.

Наверное, все же да, - отвечала она сама себе. Жаль, что они не могут быть вместе открыто. Ведь он ее начальник, связи на службе не одобряются. У Владлена и у нее самой могут быть серьезные проблемы, узнай кто.

Кутомара был маленьким городком, жители в основном работали на заводе и железной дороге при шахте, на самой шахте работали пленные ниппонцы и различные не благонадежные элементы, диссиденты, партизаны. После ментальной обработки, они и могли разве, что только работать кайлом и быть вместо гужевого скота. Медики старались на совесть, да и технология применяется уже лет сто, по превращению человека в безмолвного робота, способного выполнять лишь четкие лаконичные команды. Не какого остаточного разума, не каких инстинктов, они даже не способны самостоятельно питаться. Это хуже чем смерть.

Дистрикт не был благополучным местом, из всех дистриктов Даурии он пострадал больше остальных во время тридцатилетней войны с Ниппон Хоку. По мимо кровопролитных боев за контроль над урановыми и золотоносными шахтами, здесь самураи отыгрались по полной. Воздух был отравлен, приходилось ходить в респираторах, лес был практически мертв в нем водилось голодное зверье, постоянно совершавшее набеги на городские окраины и партизаны занимавшиеся тем же. Мутации среди населения были частыми, многие ходили в силиконовых масках, что бы скрыть физические уродства на лице. Многих детей приходилось умертвлять еще в утробе матери, если генетические аномалии носили ярко-выраженный характер. Мера жестокая, но вынужденная. Законов Союза о генетической чистоте и запрете оборотов, ни кто не отменял в республике.

Применялось химическое и бактериологическое оружие. Ядерное оружие, применялось лишь локального действия. И то, в основном грязные кустарные бомбы из отходов производства завода. Их взрывали отступавшие вместе с ниппонцами троцкисты-регионалы.

Вообще Забайкалью повезло больше чем остальному Союзу. Такие города как Москва, Берлин, Ленинград, Красноярск, Иркутск были уничтожены ядерными взрывами. От этих взрывов говорят, небо светилось на протяжении недели, а пепел выпал даже в Антарктиде. Если сравнивать с бывшим Союзом, то в Даурской земле было спокойнее, чем на остальной территории.

Во время Европейской войны судьба Евразии была решена в 1943 году. Войну против СНРС Ниппония так и не начала, ни в сороковые ни в шестидесятые. Запала тридцатых не было. Империя боялась остаться один на один с США, уже имевшими ядерное оружие и мечтавших о Луне. Наши, советские ракеты Королева-Оберта[i] были хороши как для войны, так и для полетов в космос, поэтому мы были первыми. Красное знамя было водружено на спутнике Земли.

Японцы знали, что Евразия, вооружившись расовой доктриной, рано или поздно возьмутся и за них. Император понимал, что дружба с ним для СНРС лишь необходимость, вынужденный шаг, чтоб расправиться с США и окончательно лишить янки достоинства.

Так и вышло, Японцы разгромили штаты. В 1978 сбросили ядерною бомбу на Нью-Йорк. На востоке бывших США была создана подконтрольная СНРС, «Американская социалистическая директория». Запад,исключая Аляску и Канаду отошел к Японии. Мир завоеван, остались лишь две страны, что же делать?

Ответ был очевиден: последняя война.

В 2019 была расстреляна Куйбышевская пятерка, которая почти год возглавляла разрозненное сопротивление регионалов на территории европейской России. В Сибири троцкисты смогли продержаться до 2022 года. В апреле месяце под ударами армии пала Чита.

Последние троцкистские правители не были самостоятельными, тот огрызок некогда единой страны был негласным сателлитом Ниппон. Затем на руины некогда великой страны пришел триумвират, с ним долгожданный мир. Эпоха доживания на пепелище былого.

Первое, что планировала сделать Надя,прибыв в Кутомару это посетить местное отделение Департамента государственной охраны.

Здание комендатуры Департамента было недалеко от вокзала, его можно было сразу узнать по стандартному монументу у входа в виде небольшого обелиска, увенчанного щитом с изображением металлического меча в пятиконечной звезде с серпом и молотом. Надя Савельева двинулась к нему.

Глава 3

Здание комендатуры представляло собой типовую постройку. Ни чем не отличалось отпровинциальных штабов чекистов во всех дистриктах. Получив пропуск в дежурке, Надя прошла по узкому светлому коридору в самый конец, где располагался кабинет коменданта. О ее скором прибытии, его должны были предупредить еще вчера.

Забавно, но после войны «Государственная охрана» была единственным, что не изменилось, и была там, где и полагалось быть.

Союза уже нет, а ДГО как наследник МГБ сохранило единство.

Комендант встретил Надю довольно дружелюбно.

Это был седой сухощавый человек лет пятидесяти, с узким бледным лицом и выпуклыми серыми глазами.

Форма на нем, типичное обмундирование специальных войск «Департамента Государственной охраны»,сшитое из тонкой черной кожи, серебряные кубари очень эффектно смотрелись на красных околышах.

На столе, обделанном красным сукном в кабинете стоял ЭВМ «Кристал Х3». На мониторе маячила хроника времен войны, из колонок звучал старенький марш, кажется Эрнст Буш «Всемирная республика», причем на немецком языке.

Setzt alle Herzen in Brand! Pflanzt eure roten Banner der Arbeit Auf jede Rampe, auf jeder Fabrik. Dann steigt aus den Trümmern Der alten Gesellschaft Die sozialistische Weltrepublik! Dann steigt aus den Trümmern Der alten Gesellschaft Die sozialistische Weltrepublik![i]

- А, товарищ Савельева, - сказал комендант с улыбкой. - Начальник линейного отдела уже был у меня с рапортом, и доложил, что вы должны приехать. Последнее время совершенно не нахожусь в кабинете, напрямую со столицей не говорю.

- Как добрались?

- Спасибо хорошо, nureinwenigmüde, im Zug, dermichschaukelt [ii]- ответила Надя.

- О, у вас превосходный немецкий! - удивительно. - Где учились?

- Дома. Мой отец был в состоянии оплатить хорошего учителя.

- Похвально. Коньяку?

- Спасибо, нет. Я подумала, что мне стоит известить вас о своем появлении.

- Как я понимаю, вы по делу? -комендант все-таки вытащил из стола бутылку и бокалы.

- Да как мне понадобится вся имеющаяся у вас информация по серии убийств, произошедших в городе, и территории дистрикта за последние три года. И да в интересах следствия, мне необходимо поговорить со всеми кто имел хоть какие-то отношения с жертвами. Можете мне оказать содействие?

- Вы удивляете меня. Информацию по убийствам за последние три года?- Мне трудно представить, как нам это удастся сделать. Половина убийств вообще не учтены, а другая как правило «висяки» или «бытовуха», местные стараются разобраться со своими делами по своему. Наша функция как властей сводится лишь к поддержанию хоть какого-то порядка, хотя-бы здесь в центре города, на окраинах и то бардак, Про дистрикт я и не говорю, один участковый на семь деревень. А хутора?Самопоселенцы? Я служу тут уже седьмой год и ненавижу Кутомару всей душой. В прочем, чем смогу, помогу. Да и вот еще мой вам совет - не покупайте на местном рынке мясо. Можете съесть какого-нибудь не учтенного убиенного. Когда я жил в столице мне говорили, что на востоке жрут человечину, а я дурак не верил. К сожалению это оказалась правда. Пирожки на рынке с человеческими пальцами, дело обычное. Вот совсем недавно, в прошлый четверг кажется завели дело.- комендант пошарил по столу, достал папку и бегло стал читать. -Так-так, да, вот. Следственные органы возбудили уголовное дело по факту убийства тремя бомжами двадцатипятилетнего жителя города, чьи останки затем были проданы в ларек. Они нанесли ему множественные удары ножом и молотком, мужчина скончался на месте. После совершения преступления труп был ими расчленен и часть употреблена в пищу. - Любопытно. - попыталась улыбнуться Надя, но внутри у меня все оледенело. - Неужели все так печально? - но мне отведать такие деликатесы не грозит, я вегетарианка.

- Дорогая, буду говорить с вами как обычный человек, повидавший жизнь. Вы живете в столице, где власти республики сумели навести порядок. Здесь у меня связаны руки, потому, что Кутомара подчинена не столице, а является сама центром особого дистрикта. Да к тому же эти места, еще со времен царя, были местом ссылок и каторг.

Здесь с 1764 года добывали свинец и серебро. Город Кутомара возник на месте одноименной деревни, позже появилась каторжная тюрьма. В начале двадцатого века тюрьму расширили, режим в этой тюрьме был самым жестоким во всей Российской империи, при советской власти мало, что изменилось, коренное население это потомки заключённых. Как известно в тридцатые годы, паспортов отпрыски врагов народа, не получали, соответственно и передвигаться по территории Союза не могли. А расовая политика вообще все запутала.

После войны этим дорвавшимся до власти уголовникам во главе с мародером Бледновичем были развязаны руки, и мы имеем то, что имеем.

Служил в штрафбате, смыл кровью, считай реабилитирован!

Население города почти тридцать тысяч человек и ни одного действующего завода, ни одного предприятия. Последний закрыли летдевять назад. Население пьет, разворовывает старые заводские склады, торгует наркотиками, благо, что растительными, добывает серебро варварскими методами. Постоянные завалы шахт. В общем, мрут как мухи. Мы особо не вмешиваемся, пусть сами решают свои проблемы. Наша задача помогать Минздраву в борьбе с партизанами. Все, что я могу сделать, как комендант - это обеспечить хотя бы относительный порядок. Следить, чтобы в городе не орудовали враги из Китая и ниппонские недобитки из лесов. Троцкистских партизан тоже много, сидят и молятся на иконы «Льва иудушки». Называют себя повстанцами. - лицо коменданта перекосило от неудовольствия. Как если бы он съел очень кислый лимон. - Была бы моя воля, я бы вывез отсюда всех более - менее приличных граждан и взорвал в центре города ядерный боеприпас, чтобы выжечь эту смердящую помойку из человеческого мусора. Хотя людьми их назвать язык не поворачивается, да и животных они хуже. Животные заботятся о детях, а эти твари мало того, что не в состоянии предохраняться, разносят всякую венерическую заразу, да еще и детьми торгуют. Не могут растить, не рожали бы.

Так с середины девяностых годов, почитай полвека.

Нам лишь остается терпеливо ждать, когда весь этот человеческий мусор сам передохнет от скверного самогона, голода, сифилиса. Перережет друг друга ножами в пьяных драках или замерзнет зимой. У республики слишком мало солдат, слишком много проблем, что бы провести зачистку.

- А много ли здесь «приличных граждан»? - спросила Надя, чувствуя, что необходимо сменить тему.

- Примерно тысяч пять. Учителя, врачи, служащие железной дороги, солдаты. Все те, кто по каким либо причинам не опустил руки и не потерял человеческий облик. Все они живут в центре города и в казармах разумеется. Окраины не безопасны.

Эта беседа мягко говоря, была неприятна Наде, но хоть как-то показать это было для нее нетактично.

- Где я могу получить материалы по интересующим меня делам?

- Хорошо, хорошо, я сейчас распоряжусь, - комендант спешно нажал кнопку на селекторе. - Дежурный, сейчас принесите дела по последней серии.

- Спасибо.

- Минуточку. Простите, а вы где остановились?

- Пока нигде.

- Подождите! - открыв ящик стола, комендант достал визитку и протянул ее Наде. - Вот адрес гостиницы, покажите ее консьержке. Она поймет от куда вы, заселит вас. Там спокойно и безопасно, платить не нужно. Я знаю, что суточные у вас не велики.

- Спасибо вам еще раз! - Надя взяла карточку, пожала руку коменданту.

В дверь постучал дежурный, вошел, положил четыре не толстых папки на стол.

- Ну, что же приступим? И так, рабочий обнаружил на заброшенной стройплощадке женский труп.

Мы, по правде сказать решили, что ни чего особенного не произошло. Просто умерла бомжиха, ее ни кто не закапал.

На место происшествия все же отправилась следственная группа. Они как раз и сообщили, что на смерть бомжихи это не тянет.Дело серьезное, убийство молоденькой девушки. Убийство особо жестокое, ее выпотрошили.

Следователю показалось странным, что вокруг кружится много ворон. Вскоре причина стала ясна. По округе были разбросаны внутренние органы жертвы.

За пару часов удалось, собрать их. Экспертиза принесла страшное открытие. Органы принадлежали разным людям.

На следующий день прочесали местность, рядом с местом где была найдена девушка. Были найдены тела еще двух молодых женщин. Вырисовывалась серия.

У жертв преступления также были вырезаны половые органы.

Эксперты подтвердили, что убийства совершены одним и тем же человеком. Так же было установлено, что женщин вначале душили.

- Хм. Интересно. Зачем такие сложности?

- Надежда Сергеевна, думаю жертвы не чувствовали опасности и подпускали убийцу близко к себе.

- Скорее всего так и было. - Надя о чем то задумалась.- Личности были установлены.

- У двоих да! - Штернберг пролистал бумаги, и продолжил.- Дня через два обратились родители одной из жертв. Они беспокоились за дочь, та не вернулась со школы. Она и раньше бывало задерживалась, говорила, что гостила у подружки.

Как мы выяснили, она не была ни у какой подружки, а обслуживала солдат. В общем маленькая шлюшка.

- Сколько же ей было лет?

- Почти тринадцать.

- Совсем ребенок!

- Оставьте Надежда Сергеевна! Здесь не столица. Люди зарабатывают как могут. Деньги, которые приносила девочка были единственным источником дохода для ее семьи.

- Но родители не могли не знать....- Савельева не успела закончить мысль, как Штернберг уже ответил.

- Они и знали, но делали вид, что не знают. Им так проще, так легче. Врать самому себе и верить. Не правда ли удобно. Ведь так делают все.

- Но все же...

- Все же хорошо, что она сама решила так зарабатывать, что бы помочь семье. Бывает, что какая ни будь мамашка продает свою дочку, а деньги пропивает. А здесь все же ситуация иная, семья в целом хорошая.

Надя не знала, что сказать. Логика была чудовищной, но простой, объясняющей многое.

- Вторую жертву звали Людмила Сумарокова. Об ее пропаже заявила подруга. На кануне она была у нее в гостях, мылась в бане.

Подружка заявила, что ее скорее всего убил муж. Он постоянно ее избивал и издевался над ней.

Жертва жила на окраине города, достаточно далеко от места где нашли ее тело. На это решили не обращать внимание.

- Понимаю.- Надя кивнула, выражая согласие.

- Мы его конечно же задержали. Не церемонясь выбили из него признание и тут же во дворе комендатуры расстреляли.

- Быстро вы! - Скорость привидения в исполнение приговора вызвала у Нади восторг и восхищение.

- А чего церемонится с маньячиной. - комендант улыбнулся. - вот протоколы и чистосердечное признание.

- Спасибо. Можно мне это взять с собой, почитать.

- Конечно! Если честно, то пьяный бред. Потом конечно мы поняли, что ошиблись.

Через три дня было найдено новое тело. Кого теперь расстреливать мы не знали. - Виктор Карлович развел руками, демонстрируя бессилие. - Что бы народ не роптал, мы сообщили, что у убийцы был сообщник.

- У вас есть предположения, кто это мог быть? Что показало расследование?

- Да конечно. Мы здесь не даром хлеб едим. Хотели арестовать парня убитой, с которым та встречалась. Он работает кочегаром в школьной котельной. Жертва там училась.

- Что, ей тоже двенадцать?

- Нет, что вы! - Штернберг смущенно улыбнулся.-Уже семнадцать. Выпускница.

- Понятно. - Надя не много разочаровалась. Она уже предвкушала допрос с пристрастием мерзкого педофила. - Почему хотели? Значит не арестовали?

-Да решили больше не рисковать. Перестраховаться. Да и моя жена сказала, что кочегар парень хороший.

- Жена?

- Да, она у меня директриса в местной школе. Ко всему прочему эксперты усмотрели в убийствах явный религиозный подтекст. Попросту - это по всем признакам, ритуальные убийства. А подобное уже не в нашей компетенции, сами понимаете.

Надя кивнула, соглашаясь со сказанным.

- Я незамедлительно сообщил в столицу, своему начальству.

Мы с ним к тому же старые друзья. Был так сказать лишний повод пообщаться. Правда я не рассчитывал, что это дело вызовет интерес и реакция будет быстрой.

- Видно заинтересовала. По правде я и сама не мало удивлена, что меня сюда отправили. - как можно искреннейвысказала свое негодование Надя, а сама подумала, что Котов, сволочь не мог найти кого-нибудь другого.

- Понимаю. Молодой девушке нечего делать в подобных местах, как наш городок. - Надя молча снесла комплимент, но он ее порадовал. Она даже подумала, что от Котова такого не дождаться.

- Пожалуй, я бы поговорила с кочегаром и со школьным окружением жертвы.

- Да конечно. Моя жена окажет вам полное содействие.

- Спасибо вам товарищ комендант!

Выйдя из дверей кабинета Штернберга, Надя уже четко понимала, работа будет не из легких. Ничего, позвоню Владлену, - думала Надя, напоминая себя о том, что она профессионал. - Он, что не будь придумает. - А пока с чего начать? Наверное, с душа.

Глава 4

Первой стала, - молоденькая официантка в кафе. Ее я заприметил достаточно давно, но не было подходящего случая, Однажды во время моего обеденного перерыва, она случайно опрокинула на меня стакан с водой. Так мы и познакомились. Я предложил ей встретиться вечером после ее работы. Сказал, что заеду за ней, только пусть она подойдет к памятнику героям желтых войн, а от туда я ее заберу. Девчонка прям расцвела на глазах. Видимо ей льстило, что за ней заедет взрослый кавалер на собственном авто. Она с гордостью посмотрела на других официанток, видимо подружек. Всем своим видом показывая - Завидуйте мне! Я королева мира. Какая же она была дурочка. Когда она села в мою машину, я предложил ей поехать за город, видь весна, природа благоухает и навивает мысли о романтике. Она не раздумывая согласилась! Я убил ее ножом, она даже не успела ни чего понять. просто нанес ей три быстрых удара в спину, после чего она даже успела повернуться ко мне. Помню у нее был такой вопросительный взгляд, кажется она пыталась, что-то спросить, но уже не могла. Думаю это скорее всего был вопрос: - За что? А потом я перерезал ей горло. Я не знал, как продолжить дело. Из багажника машины я достал приготовленное ведерко. Я держал тело над ним и пытался собрать красную жидкость выливающуюся из горла бедной девочки. Затем кровью вокруг тела я стал чертить необходимые узоры. Все должно выглядеть точно как на схемах, скольких трудов стоило их достать. Иначе все зря. Завершив свои художества, я почувствовал глубокое удовлетворение. Как ни странно угрызений совести я не испытывал. Девочку мне было искренне жаль. Жаль, потому, что ей просто не повезло. "Наверное меня будут, называть, безумцем, маньяком, чудовищем. Хотя почему меня, не меня, а того психа который сделал это" - с улыбкой подумал тогда я. Со следующими было намного проще, как говорится рука набита.

Окружающий мир, совсем недавно сузившийся до размеров комнаты гостиницы, с мелькавшей перед глазами тусклой лампочкой, начал казаться нормальным.

К сожалению, был он сплошь серым с желтыми разводами на стене, от когда-то просочившейся через крушу дождевой воды, и не слишком просторным. Потратив на изучение дел почти два часа, Надя поднялась из-за стола.

"Надо закурить", - мысль родилась сама собой. Надя невесело улыбнулась под плотным гидрофобным слоем медицинской маски, сейчас насквозь мокрой от испарины. Вот ведь как бывает, когда в голове содержится много полезной и научно подтвержденной информации, а приходится сталкиваться с банальным провинциальным бардаком. Достав сигарету из пачки, Надя дрожащей от холода рукой зажгла спичку и прикурила. Сделав глубокую затяжку, выпустила дым в закрытое окно. Дым ударился о стекло и медленно стал расползаться по номеру. За окном был тоскливый пейзаж грязного города, с такими же грязными людьми, медленно, бесцельно слоняющимися по улице как неприкаянные. Цель может и была, но в провинции ни кто, ни куда, не спешит. На небе наконец-то стали видны звезды. Яркие и высокие, смотрящие вниз снисходительно и дарующие созерцателю умиротворение.

-Итак, что же мы имеем,- произношением в слух, мысль пыталась прийти в некую логическую цепочку, эта привычка все систематизировать выработалась у Нади еще в годы учебы в старшей школе. - Систематические серии убийств, в основном девушки, молодые, система явно есть, но с чем она связана. Плюс ко всему прочему аномальные молнии и проблемы с электромагнитным полем, веерные отключения электричества и сбои в работе связи.

В бумагах которые мне дал Владлен говорится, что подобное происходило в 90-х в ряде южных районов Союза.

Так, так. Вспоминай. Кажется Владлен рассказывал.

Дело было в пространственных установках для прорыва в другие измерения, вроде, проект назывался «Счастье народов», впрочем он потерпел неудачу, были диверсии, да и он был затратным, слишком много требовал мощности и энергии. Чисто математические расчёты, не позволяли добиться стабильной работы. Бомбежки ниппонской авиацией поставили жирную точку. Многие тогда потеряли свои посты, а кто-то и головы.

А может котлеты отдельно, а мухи отдельно, может правда просто погода разыгралась. Последние двадцать лет с климатом совсем плохо, а убийства дело рук какого-нибудь маньяка или сектантов, здесь их всегда хватало. Буддисты, христиане еще всякие доморощенные течения с собственными божками.

Удивительно сто с лишним лет атеизма и борьбы с «опием для народа» дали обратный результат. Наверное, вера в разум умерла тогда в девяностые, с первыми ядерными грибами над городами.

- Что же тут происходит на самом деле? - задала она вопрос сама себе, и в дверь номера постучали.

- Открыто, входите. В дверь зашла консьержка, та самая к которой комендант отправил. Дама весьма колоритная, типичный советский гостиничный работник. Хамоватая, наглая, полная, с чудовищной вычурной прической на голове, с претензией на моду лучших салонов столицы. При этом конечно же, услужливо-заискивающая перед кем надо. Как и все «осведомитель» охранки. «Стучать» на всех и вся - привычка выработанная еще со сталинских времен.

- Извините, Надежда Сергеевна вас ждут внизу, какая-то женщина.

- Хорошо я сейчас спущусь, спасибо.

Глава 5

- Извините за поздний визит, просто хотелось бы с вами заранее познакомится. Я Лидия Николаевна Штернберг, жена Виктора Карловича, коменданта города. Он сказал, о вашей просьбе, что вы хотели бы посетить школу и допросить учеников и персонал.

- Очень приятно. Я Надежда Сергеевна. Все верно, только не допросить, а просто поговорить. Вы должны понимать, что это недолжно сильно афишироваться. Скажем это доследование, необходимо уточнить детали. Не думаю, что муж вас посветил во все, но наверняка сказал о роде моей службы.

- Да, да конечно, я все понимаю.

- Как я понимаю, в вашем городе, население мягко говоря не благополучное. И я думаю, что мне будет проще разобратьсяво всем не вызывая подозрений. Скандалы нам не нужны, я понимаю, что ворошить воспоминания этой страшной трагедии, нежелательно, но порядок того требует.

- Завтра у нас будет как раз педагогический совет, а после еженедельный медицинский осмотр. Приходите пораньше, я представлю вас коллективу.

- Хорошо Лидия Николаевна, я приду пораньше. Всего доброго.

- И вам всего доброго. До свидания.

Интересно в такой глуши и искалеченном войной мире еще встречаются нормальные люди. Родители мне рассказывали. Что когда-то давно, в далеком прошлом все было проще, возможно не легче, но проще. Люди добрее, еды больше, фанатизма не было, но была идея, идея в светлое будущее, в счастье для всех.

Лидия Николаевна производит благоприятное впечатление, типичная учительница из хорошей по местным меркам школы, напоминает мою первую учительницу. Наверное, если бы не должность мужа, она вполне могла бы работать в столице и учить детишек граждан первой категории, - думала Надя.

Интересно, если как говорил Владлен, существование альтернативных миров было подтверждено учеными, то может быть, люди в этих мирах тоже схожи, то есть должны же существовать двойники. Хотя нет, двойник это всего лишь внешне похожие люди, а это будет по сути тот же человек. Известно же что близнецы на протяжении всей жизни чувствуют друг друга.

Групповые самоубийства сектантов и жестокие террористические акты должны отмечать в тех мирах по идеи, даты наших ядерных бомбардировок. «Их» пророки видеть видения, объяснить которые мог бы любой наш пионер, и многое другое.

Обратная связь тоже существовала - ядерная бомбардировка нашей Москвы ниппонцами в 1991 году, например, имела наверняка вполне конкретный отзвук в их истории. Интересно как выглядит их Москва, и есть ли там Ленин, хотя Владлен говорил, что там похоже капиталисты. Из каких-то секретных протоколов следует, что туда оправляли разведывательные зонды. Владлен сам лишь мельком видел эти бумаги.

Бабушка рассказывала, что наша Москвабыла красивым городом. Вообще, террористическая активность, самоубийства, особенно самосожжения - групповые или одиночные, были наиболее очевидным следствием ядерных ударов, можно сказать, четким психическим отзвуком, по всей территории СНРС. Так называемое ядерное эхо. Интересно, а что могло происходить там? Наверное, тоже, что то было, не совсем хорошее.

Религиозный фанатизм, особенно у старшего поколения в этот период принимал причудливые формы.

Тогда же начала формироваться основополагающая доктрина будущей республики: "колыбели-одра". Явно чувствуется веяние христианства, альфа и омега, что начало, то и конец.

Не античная цивилизация, если смотреть узко, была рождена гуннским переселением. Свой путь они начали из степей Забайкалья. Сейчас остатки цивилизации, порожденной переселением древнего народа, пришли к своему старту. Под эти размышления Надя заснула.

Из учебника истории Союза Нерушимого. Москва «Просвещение» 1986. 8 класс.

17 октября 1945 годы был подписан договор о создании Союза нерушимого Республик Советских. Странами-учредителями Союза стали СССР, ГДР (ассоциация с СССР с 1933г.), Монголия, Польша, Румыния, Болгария, Греция, Венгрия, Албания, Югославия, Чехословакия, Финляндия, Дания, Голландия и Бельгия. Из остальных стран большинство вошло в СНРС после Освободительной войны. Евразийский Союз стал фактически главным участником Второй Мировой войны со стороны социалистических государств. После победы в войне к нему присоединились практически все страны Евразии, т.к. убедились, что именно за социалистическим строем будущее. СНРС образует мировую систему социализма, составляющую главную и решающую силу прогресса современного человечества. В ходе дальнейшего экономического противоборства и гонки вооружений со странами НАТО, СНРС первым запустил спутник и человека в космос, опередил НАТО в развитии промышленности (особенно хорошо это заметно в электронной промышленности и нанотехнологиях) и т.д. Что привело к сильнейшему экономическому и политическому кризису в странах НАТО, выйти из которого они не смогли — в итоге, блок НАТО распался. Австралия, при поддержке местного населения, была захвачена союзными войсками СНРС и Боливарианского Союза. Наступил окончательный крах капиталистической системы как таковой, Ниппон Хоку капиталистической как таковой не являлась. Ниппон Хоку была основным союзником по борьбе с капитализмом и США. В 1978 году японцы сбросили ядерную бомбу на Нью-Йорк. Мировое сообщество одобрило бомбардировку этого бесчеловечного государства, в своей агрессивной отсталости смеющего себя противопоставлять, всему шагающему в ногу человечеству. На территории бывших США, освобожденным народом от капиталистической тирании были образованы прогрессивные республики, под защитой дружественных народов Евразии. В первые более, чем за двухсотлетнюю историю американский народ получил право самому выбирать свою судьбу, а не подчиняться диктату Вашингтона. Мечта Техаса о свободе сбылась. В последние годы, после развала НАТО и фактического уничтожения всех сильных капиталистических стран, между странами СНРС и союзниками, прежде бывшими едиными перед лицом общего врага, начали нарастать противоречия. По большей части, они связаны с тремя вопросами: верховенство в блоке, территориальные претензии и идеологические различия. В части европейских территорий, еще с 30-х были сильны «троцкисты» и их клевреты, такие как Маньчжурская ССР на дальнем востоке, к 70-м все больше тяготеющая к Японии.

Земля героев и легенд,

Воспрянь из тьмы, увидев свет

Священная Даурия,

Заветам мудрым ты верна…

Надю разбудил телевизор, гимном государства, традиционно включившись в половине седьмого утра. Начиная для всех граждан трудовой день.

В Даурской республике все должны были служить, точнее все граждане первой и второй категории. Остальные на них вкалывали физически - это деклассированные элементы, калеки не военные. Военные инвалиды приравнивались ко второй категории и им платили пенсию. К остальным относили зэков и конечно же партизан. Впрочем последних нужно было еще поймать, что бы заставить работать. Чаще их просто уничтожали. Стратификация общества была вынужденной мерой. Ресурсов на всех не хватит.

Даурская республика это неоспартанское государство, где расслоение общества сдерживается искусственно, методами деления на "приличных граждан" первой и второй категории и «остальных». Вторые батрачат на первых, тем самым поддерживая для них достаточно высокий, стандартизированный по современным меркам уровень жизни. В реальности он конечно очень низок, почти нищенский. Но большинство граждан об этом не догадываются, просто не помнят или не знают, что может быть по-другому. «Разделенное едино»,- девиз нашего общества.

- Вот такие пироги с котятами. Интересно, а их здесь продают? Кажется, на картах я не видела не одной кото-фермы. - отхлебнув большой глоток бурды, имеющий запах пластмассы и почему-то названной кофе, произнесла Надя. Она говорила с Владленом по сети.

- Не знаю Надюшка, может и продают. Как продвигается дело?

- Я же просила! Не называй меня так.

- Хорошо, хорошо, не буду.

- Обещаешь? - Надя сделала вид будто ее правда обидело обращение Владлена.

-Обещаю милая! И все же, как там дело?

- Честно, пока ни как! Одна из жертв, девочка была кажется пятой жертвой. Сейчас уточню. Да действительно пятая. Синицкая Екатерина Павловна. Семнадцать лет. Из дела следует, что ее тело нашли на пустыре недалеко от школы.

Кстати завтра у меня с директрисой встреча. Расспрошу и парня жертвы. Может чего прояснится. Комендант кажется, чего-то не договаривает. Как в поговорке, гладко стелет, но жестко спать. Дал мне папки с делами, разбираться. Полевые не сильно то, нас жалуют, - штабных, но он приветливый.

- Ладно, позвоню, как условились, через два дня, в четверг. Работай!

- Так точно, товарищ майор.

- Надя тебе перевести, сколько не будь марок?

- Спасибо у меня пока есть. Ладно мне пора! - поцеловав пальцы, Надя поднесла их к камере на планшете Fujitsu. По ту сторону дисплея, Владлен улыбнулся. Надя свернула программу Sakura и вышла из сети.

Подойдя к зеркалу у выхода, Надя не вольно заметила проглядывающую из под надорванных обоев газету. Привычка все читать, не позволила пройти мимо этой мелочи.

Газета «Амурская правда» 19 июля 2021 г.

Многие аспекты участия граждан СНРС в войне на стороне регионалов-перверсионалистов советской стороной замалчивались. Для начального периода войны это было вполне объяснимо: нельзя было подрывать боевой дух советских людей. «При помощи угроз, шантажа и «пятой колонны», при помощи продажных холопов, готовых за тридцать сребреников предать свой народ, клевреты гнусных идей псевдокоммунизма, еретического течения выпестованного в больных мозгах психически ненормальных диссидентов. Жаль, что гуманная советская власть не смоглавылечить эту социальную язву, семью граммами свинца, а пыталась лечить их в диспансерах (ПНД). Регионалы смогли осуществить свои гнусные намерения в Болгарии, Хорватии, Словакии… Даже в Польше, в Югославии и Греции…потом была Сибирь, внутренние противоречия между нациями и классами и многочисленные измены как на фронте, так и в тылу ослабили силу сопротивления внутренним оккупантам. Но грабительские козни троцкистских партизан неминуемо будут разбиты в прах теперь, когда они вероломно напали на образованную конфедерацию. Враг будет разбит, и победа будет за нами! Советские государства выстоят против орд извращенцев. Дальний восток не падет. - Хм, забавно, неужели тогда это было важно, и кто-то в это верил? Кто бы знал, что от мира через пару лет останутся руины.

Сегодня ночь бумажной работы. Надя оторвала кусок обоев, желая посмотреть, что там еще написано под ними.

Глава 6

Путь Нади до школы, лежал по мосту, через небольшую реку. Рекой это назвать было трудно, скорее ручей, но берега пологие и русло достаточно глубокое. Ручей имел искусственное происхождение. В «лучшие времена» русло прокопали и с гор пустили по нему ручеек или речушку, точно не известно уже ни кому. Городу нужна была вода. Глубинные скважины решить вопрос не могли. Слишком твердая порода, а ручьи в лесах были. Надя шла медленным шагом, погрузившись в собственные мысли, по улице к мосту. По обе стороны дороги стояли дома, давно заброшенные людьми. Стекла еще сохранились в некоторых окнах, но трещины шли по серым панелям пятиэтажек. Кучи строительного мусора неприятно били по глазам. Запах гниющих отбросов витал в воздухе.

«Мне не нравится это место», - подумала Надя.

Она прибавила ходу. И увидела в дымчатом предрассветном полумраке фигуру. Человек стоял и держал наперевес большую палку. Он глядел на нее. Наде удрученной живописными видами города еще стало и страшно. Она знала, что на окраины поселений юга заходят дикие племена из Китая. Что они могут напасть на человека. В лесах и в горах совсем не осталось дичи, а та, что осталась, скорее сама съест нерадивого охотника. Жрут друг друга. Кто успел тот и съел. Надя быстро развернулась и побежала по улице обратно. Спрятаться во дворах было рискованно. Надя совсем не знала местность.

«Ничего он мне не сделает. Это, наверное, местный абориген, может тунгус, буриад. Тунгусов я не видела, или маньчжур? Буриады - это бабкины сказки. Буриады вымерли. Да, вымерли еще в двадцатом веке от сифилиса. Последний кажется в пятьдесят шестом, нет в пятьдесятвтором. А вот маньчжуры, всегда водились в северных лесах, еще со времен Чингисхана. Тогда их звали джурчжени. Сейчас я выйду на большую улицу. Я поймаю такси. Боже, какое такси, а чем ядумаю. Я же не дома. Дура! Или просто встречу приличного человека и спрошу его, как лучше добраться до гостиницы. А этот… Это так просто. У страха глаза велики», - Надя всячески пыталась сама себя успокоить. И все же слышала шаги, позади себя.

«Какого черта? Я всё-таки офицер и проходила подготовку», - Надя резко остановилась и достала из под плаща свою табельную саблю. Дань когда-то существовавшему казачеству. Угрожающим жестом направила холодное оружие вперед, на неизвестного врага. Она подумала, что сейчас, должна быть похожа на героиню старых ниппонских мультфильмов. Разница лишь в том, что на нее в ряд ли будет пускать слюни какой-нибудь педофил.

Существо стояло совсем недалеко, метрах в десяти от Нади. Теперь офицер вспомогательной службы Государственной охраны четко видела его лицо. Маленькие, слезящиеся и часто мигающие глазки. Красная распухшая физиономия. Нечесаные серые волосы, стоящие дыбом. Грязные огромные руки, сжимающие длинную дубину, оборванная одежда из шкур животных с элементами ткани. От него пахло фекалиями, настоящим дерьмом.

Существо медленно двинулось в сторону Нади. По мере того как оно приближалось, Надю начинало подташнивать. Еще немного и из ее рта хлынет поток прямо на этого монстра. Это существо было не только грязным и невыносимо вонючим. Оно, совершенно очевидно, было очень больным. Кожа казалась неестественно красной, с землистым оттенком. Кровь вперемешку с гноем текла из носа, из раскосых глаз, из трещин в углу рта. «У него иммунодефицит», - осенила Надю догадка.

Из кровоточащего рта, без губ, Надя вдруг явственно услышала сквозь хрип.

- Помоги. Убей.

Существо встало на колени, и Надя увидела, что из его глаз течет совсем не кровь, а слезы. Слезы. Человеческие слезы, из человеческих глаз. Глаз человека измученного и обреченного. Глаза Нади предательски заблестели, один раз моргнув, и капля потекла по ее розовой от осеннего морозца щеке.

Взмах и четкий удар сабли по горлу. Удар, отработанный до автоматизма за годы тренировок, в одно мгновение снес голову с плеч этого несчастного. Из тела фонтаном хлынула кровь, брызгая во все стороны, попав Наде на лицо. Вскоре под замершим телом образовалась кровавая лужа. В луже, у ног, лежала голова, того кто обрел покой.

Дальше за мостом дорога была спокойнее, иоставшийся путь обошелся без происшествий.

Подходя к школе, я услышала громкий голос. Какая-то юная пионерка, что-то кричала в мегафон. Она направляла вновь прибывших в одну из дверей карантинного корпуса на еженедельный медицинский осмотр.

Подойдя ближе к толпе, я увидела директрису.

- Здравствуйте Лидия Николаевна!

- А, товарищ Савельева, здравствуйте! - учтиво улыбнувшись, ответила на приветствия жена коменданта. - Сейчас первым потоком пойдут дети, а мы школьные работники идем вторым потоком. После осмотра мы сможем заняться делами. Понимаю, что с вами, да и со мной это всего лишь формальность, но таков порядок. Я смотрю вы при параде?

- Да, я решила надеть форму для солидности. Как видно не зря. Сабля мне пригодилась.

- Боже, что-то случилось?

- Да, так ни чего особенного. Просто бешеная собака. - Соврала Надя, что бы не расстраивать интеллигентную женщину.

Ученики прошли, за ними пошли мы и учителя. Всего как я поняла, школьный штат состоял из восьми человек. Мы шли по узкому коридору метра четыре и остановились у решетчатой двери. Через парусекунд над решёткой загорелась зеленная лампочка, с характерным сопровождающим звуком электрического сигнала. Наконец решетки дверей раздвинулись и в проеме появился человек. Он был в маленьких круглых очках, простой серой униформе врача эпидемиологических сил Минздрава. Волосы на его голове коротко острижены. Особенно бросалась в глаза его почти ненормальная незаметность. Он выглядел как самый обычный человек. В толпе людей на него никто бы не обратил внимания. В руках перед собой он держал коричневый пакет со знаком красного креста. Из пакета он вынимал, и улыбаясь, давал каждому из нас, по одноразовому шприцу и мини жгуту.

Сбоку на столе стояла корзина для личного оружия или того, что могло бы им послужить, пришлось положила в нее свою саблю.

- Вы ее сможете забрать, после процедур. - Пыталась как бы оправдаться Лидия Николаевна.

- Спасибо. Все в порядке. Я пониманию.

К сожалению, процедура забора крови стала привычной для многих, но менее болезненной и более приятной она, к сожалению не стала. Хотя в столице с недавнего времени используют "Бесконтактную систему биометрической идентификации", которая позволяет производить анализ крови или идентифицировать личность посредством поднесения датчика к венам, расположенным на ладонях рук. Конечно система ниппонская, фирмы «Fujitsu». Аппарат может применяться не только для проведения анализа крови, но и для идентификации личности. Подобно отпечаткам пальца, расположение вен в области ладоней уникально у каждого человека и, кроме размера самих вен, остается неизменным на протяжении всей его жизни. Это очень удобно для спецслужб.

Идя по коридору, вдоль стен, которого стоял один длинный стол, за которым сидели три врача и секретарь, я как и все остальные, привычным движением, с годами отточенным до автоматизма, прямо на ходу произвела забор крови у себя на левой руке.

Шприцы с кровью мы по очереди уложили на стол перед первым врачом. Он ставил на шприце и у нас на руке маркер с номером, после чего шприцы шли на экспресс анализ крови с помощью тестовых полосок. Медицинская служба своё дело знает строго, уже к концу медосмотра мы все получим сертификат недельного санитарно-генетического соответствия. Там будет четко прописана вся информация по всем анализам, от нарушений липидного обмена в организме и образование бляшек в сосудах, до клеточной дегенерации крови. Здоровая кровь, здоровье нации.

Проблема дефицита донорской крови стоит как никогда остро. Каждую минуту кто-либо в республике нуждается в переливании крови. На тысячу человек приходится в среднем три донора при необходимом количестве - сорок. Именно поэтому государственная программа по развитию добровольного донорства оказалась провальным проектом, привлекшим особое внимание сомнительных компаний. Они занимались похищениями людей, и выкачивали из них кровь до последней капли. Сбывали ее на черном рынке, после войны лучевая болезнь явление частое. Триумвират понимает жизненную необходимость развития донорского движения, высоко оценивают необходимость взаимодействия и объединения усилий органов государственной власти для решения социальных задач, стоящих перед обществом. Нехватка крови для переливания также весьма затрудняет оказание медицинской помощи раненым. Военные власти и Советы принимают все меры к тому, чтобы народ не узнал о действительном положении.

Следующий врач протянул Наде большой, синего цвета аспиратор.

- Будьте любезны подуть туда, - сказал он. - Это биохимический анализ выдыхаемого вами воздуха. Выдох здорового респондента окрасит стенки баллона в зеленый цвет. Наде этот тест был отлично знаком - один из базовых тестов медицинского анализа. Как и следовало ожидать, индикатор тут же изменил свой цвет на ярко-зеленый.

- Анализ выдоха. Результат положительный, - громко сказал врач, и секретарь тут же сделала отметку в соответствующей графе. Медик подал стеклянный широкогорлый сосуд.

- Не откажите в любезности, плюньте сюда. Это тест на химический состав вашей слюны и соответствие ДНК норме человека.

Я сделала, что от меня требовалось, представляя, что передо мной лицо какого-нибудь мерзкого троцкиста, а не плевательница. Троцкист при этом обязательно должен извергать из своего рта нескончаемый поток фекалий, на голове его должна быть шляпа цилиндр со звездами и полосками. Не знаю почему, может по тому, что все они, прихвостни давно сгнившего запада.

О, и на нем должно быть платье и развратный макияж, ведь троцкисты дегенераты, отбросы, враги народа, предатели, и гомосексуалисты. Все троцкисты гомосексуалисты. Так нас учили в школе. Порочное сознание рождает как физические перверсии, так и умственные.

УРОК СОЦИОЛОГИИ. 9 класс. Гимназия имени Н.В. Устрялова. 2039 год. - Итак, ребята. Современный мир таит много опасностей. Эпидемии, война, террористы, мутанты, ниппонцы, регионалы, - все это страшно, но главная опасность это не та что мы видим явно, а та что скрыта, что угрожает нам не явно, а исподтишка. Все, что я перечислил есть лишь внешние проявления в материальном плане. Кто знает, какая это опасность? Ну же не вижу рук, смелее ребята,- в классе поднялась одна рука. - Ну, что же, Надя ответь нам, скажи классу. - Эта опасность, внутренний враг, оппозиция, троцкисты. - Молодец Надя, садись. И так класс как нам сказала Савельева, и это совершенно верно, опасность это троцкисты. И не подумайте, что вся их опасность лишь в том, что их политические взгляды не совпадают с нашими, и они не любят Родину как мы. Напротив это меньшее из зол, троцкисты представляют угрозу не просто для политической системы, но и для основы основ, для всего рода человеческого. Человечество как вид стало жертвой преступного троцкизма, троцкизма как политического проявления дегенерации человеческого вида, всей европейской расы. То же самое относится и к знаниям в области высшей социологии (дегенерологии), однако дегенераты - более эффективны в разрушении стран, чем ядерное оружие. Они почти также эффективны (но одновременно и также опасны) как биологическое оружие. Поэтому они и ввергли мир в ядерный кошмар. Их мечта мировая революция, мировой хаос порабощение и вырождение народов в мерзких человекоподобных скотов, рабов для троцкистов. Такие планы вынашивал их вождь Лев Троцкий. - А что такое дегенерат?- послышался вопрос из класса. - Термин - дегенерат, чисто медицинский термин, если говорить проще то это вырожденец. Выродок. Дегенерация - есть неотъемлемая часть жизненного цикла. Рождение, юность, зрелость, старческий закат, смерть. На уровне индивидуального человека этот процесс хорошо знаком всем нам и его не нужно никому объяснять. Мы будем здесь говорить о дегенерации на уровне семьи, рода, нации.

Глава 7

Интересно как там Наденька? Не терпится с ней поговорить. Странно мне ее всегда не хватает, даже когда она рядом. До конца рабочего дня осталось каких-то пару часов. Пожалуй, сегодня не буду сидеть допоздна в кабинете, поеду сразу домой. Надо подготовиться, завтра вечером выезжать. Сидеть бы в уютном кабинете, а не мотаться по всяким помойкам. В прочем если б не новые обстоятельства. -Проект не терпит! - так кажется, сказал товарищ генерал.

- Проект не терпит, майор! Ты сам должен понимать, что любое промедление есть настоящая смерть для нас. Для всех нас. Для всего мира.

- Я понимаю товарищ генерал. Но у меня недостаточно информации, шестой отдел работает как проклятый в три смены, но результат, лишь крупицы, слухи, сплетни, бред сумасшедших.

- Никаких но! - генерал стекнул кулаком ао столу. - Владлен, не мне вас учить работать.

- Товарищ генерал, я понимаю. Я послал туда своего, человека, она хороший оперативник. Я боюсь у нее мало опыта, долго работала в кабинетах. Завтра, я поеду туда сам.

- Сам говоришь, ну-ну…

Не нравится мне это его «ну», - подумал Владлен.

- Ладно, дело твое. Лишь бы не мешало делу.- скрытый смысл, с явным намеком был в этих словах. - Когда едешь?

- Завтра вечером. Первым же поездом.

- Хорошо, приятной поездки.

Ага, как же, скорее ты, жирный боров подумал, - «Скатертью дорожка».

- Разрешите идти.

- Свободен. Как приедешь, с докладом сразу ко мне. Да и вот передай пожалуйста это, моему старому другу и боевому товарищу, он комендант в Кутомаре. - генерал передал Владлену красивую коробку. В коробку была упакована бутылка дорогого коньяка. - Спарапет восемьдесят девятого. Такого он там точно не найдет. - гордо произнес генерал.

Придя домой, Владлен сел в своем любимом кресло и включил телевизор. Он не любил яркого света, в небольшой его квартире, оформленной в японском стиле, стоял полумрак. Простота и строгость в сочетании с функциональностью, максимум свободного пространства, вот что нравилось Владлену. «Офицер ни когда не должен привыкать к роскоши», - эти слова отца Владлен запомнил на всю жизнь. И то верно, если завтра война, если завтра в поход.

За просмотром новостей или какого-нибудьфильма, с чашечкой чая в руке, Владлен обычно обдумывал важные вопросы. Не спеша, все в мыслях. Писать на бумаге, что-либо он не любил, а если и приходилось, то, как правило, после он сжигал написанное. Конечно, отчетов и прочей писанины по работе это не касалось, ну или почти не касалось.

- Завтра трудный день. Пожалуй, нужно утором, первым делом зайти в академию наук. С профессором Красинским я сегодня уже договорился, - думал вслух майор, прихлебывая чай. - Ладно, утро вечера мудренее. Нужно позвонить Наде. Предупредить о скором приезде. Пусть подготовит отчет.

Солнце поднялось уже высоко на сером осеннемнебе. Пожухлая трава у подъезда была покрыта росой, веяло освежающей прохладой. Глубоко вздохнув Владлен направился к машине. Владлена сильно беспокоило, что поговорить с Надей вечером ему так и не удалось. В сети ее не было, а телефон не отвечал. Хотя, может, просто выключен? Позвонить я обещал только в четверг, то есть завтра.

Пока не буду об этом думать. На месте разберемся.

Под эти мысли Владлен доехал до академии наук.

Зайдя в двери научной конфедерации, Владлен сразу же наткнулся на охранника.

- Извините, товарищ майор. Ваш пропуск или служебное удостоверение. Хоть я и вижу, откуда вы, но все же порядок требует!

- Не извиняйся! Все правильно, - сказал Владлен и развернул перед охранником служебное удостоверение Департамента. - К Красинскому как пройти?

- По лестнице и налево, товарищ майор. Там на двери будет написано.

- Спасибо.

Встав перед белой дверью, Владлен прочитал черную обрамленную в позолоту табличку. Буквы тоже были позолочены. Надпись гласила: профессор Красинский. Регалий и прочей информации больше не было. Владлен же знал, какой умница этот профессор. Те, физические и метафизические дебри, в каких бродит это профессор, на всем земном шаре способны разуметь лишь от силы пара или тройка человек. Да и его заслуги, в бывшем Союзе не оспоримы. Лауреат Ленинской премии, и бог весть еще чего. Освежив в памяти имя, майор глубоко вдохнул, постучав в дверь, вошел.

Кабинет профессора представлял собой белую, некогда просторнуюкомнату, сейчас заставленную всевозможными приборами, о назначении которых можно было лишь догадываться. На стенах висели непонятные схемы. Это скорее был не кабинет, а лаборатория. У окна, за столом сидел старичок в очках. Всклокоченная седая шевелюра, окладистая бородка клинышком, зеленый халат. Из-за этого, нужно сказать, он порядком походил на легендарного председателя Совмина Калинина. Он внимательно рассматривал что-то на мониторе. Казалось происходящее вокруг, его не касается.

- Виктор Иванович, здравствуйте! - Я майор Котов. Мы с вами вчера говорили по телефону.

При слове "майор", старичок, сразу вышел из ступора, взгляд его стал осмысленным и острым.

Посмотрев на Владлена он ответил: - Ах да, проходите, проходите, присаживайтесь! - Вы уж простите старика, я совсем заработался. Знаете ли люблю уединение. Ко мне сюда редко кто заходит.

- Это вы меня извините Виктор Иванович, за беспокойство. Занятой человек, светило науки.

- Но будет, будет, прямо неудобно. Я всего лишь скромный слуга народа. Просто чуть образованней других. Спасибо Родине!

- Не скромничайте, профессор.

- Ну ладно, хватит любезностей. Что вас привело ко мне, чем обязан визитом? Из вчерашнего разговора, я не совсем понял.

- Профессор, что вы знаете о проекте «Счастье народов»?

- «Счастье народов!», на лице Красинского проявилось напускное, удивление.

- Не делайте удивленный вид профессор, я по долгу службы допущен к тайнам государственной важности. Пусть моя молодость вас не обманывает? Если не верите, мне я могу прямо сейчас позвонить людям, которые вас быстро убедят.

- Ну что вы, обойдемся без этого, я вам и так верю. - в поведении и манере говорить у Красинского сразу произошли изменения. Он стал более серьезным и его обманчивое добродушие и старческая инфантильность, сразу улетучились. - Что вас конкретно интересует по этому вопросу?

- Как я понял из документов, этот проект должен был позволить расщеплять пространство и переносить на далекие расстояния грузы или предметы практически мгновенно. Ну и в ходе экспериментов были выявлены и побочные стороны, и проект закрыли. Это конечно все по официальной версии. Но один ваш коллега, профессор Сазонов в приватной беседе мне рассказал о том, во что я не сразу поверил.

- О мирах, да?

- Да, совершенно так! - ответил майор. - Но что это такое, параллельный мир, и как, я не совсем понял. Технических тонкостей, он как выяснилось не знает.

- А вам собственно это зачем знать? И поправлю не параллельных, а об альтернативных мирах.

- Не все сразу профессор! Вы ответите на мои вопросы. Потом может быть, я и отвечу на ваш. И в чем разница?

- Хорошо раз так. Слушайте.

Вот, вроде бы, хорошее определение: "параллельным миром следует называть любой мир, отличающийся от объективной реальности минимум на одно событие". Таким событием может оказаться зарождение жизни на планете, а может и наименование штрассеровского аэропорта[i], цвет калитки чьей-нибудь дачи или пристрастия к сигаретам, сексуальные вкусы. В первом случае миры будут отличаться разительно, во втором - незначительно, в третьем и четвертом - практически не будут отличаться. Откуда вам знать о пристрастиях того или иного человека, и с кем он спит? Заметить эти отличия сможет только специалист. Вот такими специалистами я и командовал. У меня был целый институт, - с неподдельным чувством гордости, граничащим с гордыней, похвастался Красинский.

- Сколько существует параллельных миров?

- Достоверно неизвестно. В научно-популярной литературе и фантастике по-разному отвечают на этот вопрос. Писатель-фантаст Александр Петрович Казанцев считал, что существует два параллельных мира (с нашим миром -три). Первый относительно нас слегка спешит во времени, а второй - слегка тормозит в развитии. Существуют произведения, в которых количество реальностей исчисляется десятками, сотнями или тысячами. В последнее время наиболее вероятным числом является бесконечность, поскольку из недоказанности постоянства Времени следует вывод, что любой наш поступок, действие или бездействие под воздействием внешних факторов может создать отдельную реальность. Впрочем, лет двадцать пять назад, физики из Императорского университета Тайхоку[ii]снова удивили мир: они подсчитали приблизительное число параллельных вселенных. В гибнущем мире подсчитывать гипотетически существующие миры, не правда ли похоже на не прикрытый мазохизм?

- Ниппонцам это свойственно. Не так ли профессор? - на замечания Владлена профессор улыбнулся и продолжил.

- В результате ученые пришли к выводу, что всего может существовать около 10 в 1010000000 степени альтернативных реальностей. Только проблема в том, что они - миры расположены в определенной последовательности. Скажем с Земли 1(наша), можно попасть на Землю 2 и Землю 3 соответственно, а вот с Земли 2 можно попасть на Землю 1 (к нам) и на Землю, скажем 3.1, с Земли 3 опять к нам и на Землю 2.1,тоесть с каждого из миров можно попасть лишь в два новых.

- Напоминает пчелиные соты.

- Да, пожалуй вы правы, сходство есть.

- Профессор можно с вами говорить откровенно?

- Попробуйте.

- Я серьезно! Дело в том, что у нашего ведомства есть основания предполагать, что эксперименты подобные вашему, повторяются.

- Это вздор! - Красинский вскочил с кресла и беспокойно заходил по кабинету. - Этого не может быть! Для работы станции нужны колоссальные объемы энергии. Минимум ядерная электростанция!

- Но, тем не менее, это так.

Нами зафиксированы возмущения электромагнитного поля, и атмосферные аномалии подобные тем, что наблюдались у вас. И все показатели примерно соответствуют тем цифрам, что остались в архивных документах.

- Как это возможно? Как, я вас спрашиваю? Я лично присутствовал при разрушении последней станции под Красноярском. Ниппонская авиация сравняла там все с землей. Эвакуация проходила в спешке. Даже если что-то из оборудования и уцелело, то радиационный фон там просто чудовищный и теперь, спустя годы. Да и как я сказал питание, требует энергии, а сейчас даже электричество в городах и то с перебоями.

Ядерные электростанции были уничтожены в первый год войны. В Забайкалье к тому же их никогда и не было.

- Не горячитесь профессор. Из архивных документов я выяснил, что были и другие способы.

- Вы имеете ввиду те, с позволения сказать «научные изыскания» проводимые шестым отделом. До меня доходили слухи об этих мракобесах. Но это же сборище сумасшедших сектантов от науки. - Красинский не пытался скрыть призрения к тем, о ком ему пришлось говорить. Разговор явно раздражал профессора, выдавала пурпурная краснота лица.

- Может быть, но факты вещь упрямая. Есть документы и свидетели подтверждающие, что шестой отдел добился некоторого успеха.

Глава 8

На остановке у школы из автобуса вышла женщина в светлой косынке и красном платье до колен. Это единственное, на что водитель обратил внимание. Одета была не по погоде.Больше никто так не бросался в глаза, все было как обычно. Обычные люди, обычный рейс. Только одно но, не успел автобус отъехать раздался чудовищный взрыв, все вокруг содрогнулось.

Завуч пригласил меня в свой кабинет, поскребя в грязной жестяной банке, заварил какой-то особенно противный чай. Чаем это варево назвать трудно, какая-то смесь местных трав. Право, лучше бы он пил эрзац-кофе, химия, но хотя бы запах. Потом он протянул мне списки учеников школы с полной информацией о них и их семьях.

Бумага, на которой был отпечатан документ, была похожа на ту, что получали наши солдаты, чистоплотно справлять нужду. Наливая кипяток, он весь чесался, как это делают дети, солдаты-инвалиды и собаки. В кабинете стоял такой холод, что даже было видно наше дыхание. Неудивительно, местному населению кроме бухла, и потребности что-нибудь своровать, больше нечего не надо. Так кажется говорил комендант города.

"Если бы не власть центра, они давно бы все передохли от холода и голода. Просто пьяные в хлам не смогли бы привезти дров из ближайшего леса".

Я просматривала написанное и курила, а он поглаживал свою грязную бороду и наверняка думал про себя, о том сколько на мне сэкономил, притом проявив вежливость. Напоить чаем гостей, в этих краях всегда считалось обязательным. Хороший китайский кирпичный чай он пил только сам, когда ни кого не было поблизости. Об этом мне уже успели напеть сплетницы-учителя.

- Спасибо, я вижу у вас тут все по полочкам?

- А как же, порядок превыше всего.

И только старик хотел еще что-то добавить, как все вокруг затрясло. Из окон полетели стекла. Какой-то чудовищный вихрь швырнул меня к стене, а потом стало темно.

После взрыва, я отключился на несколько секунд, время остановилось, через мгновение, началась паника. Люди пытались открыть двери. Двери школы выгнуло от взрыва так, что даже не могло сработать аварийное открывание. Люди вылезали через разбитые окна, которые выбило взрывной волной. Потом уже все, кто уцелел, ломали двери и вытаскивали раненых, но это продолжалось недолго. В коридоре послышались автоматные очереди и крики.

Открыв беспорядочную стрельбу, боевики приказали всем присутствующим в здании собраться в коридоре и выстроится в шеренгу. Старшеклассники и взрослые пытались разбежаться. Те кто находился в классах, выпрыгивали в окна, но им стреляли в спину.

Нас выстроили вдоль стены. Голова чудовищно болит и каждое громкое слово отдается с эхом.

- И так! - рявкнул один из боевиков, видимо командир. - Сейчас мы будем заниматься спортом. Все построятся по двое и мы пройдем в спортзал.

Нас повели в зал, точнее просто погнали.

В зале всех поставили у окон, видимо чтобы закрыть обзор и сделать из нас живой щит.

- Если будете слушаться и хорошо себя вести, то с вами не чего не случится, Уже вечером вы все будете дома. О, а это у нас что? Сучка из охранки. Может позабавиться с тобой.

- Не трогайте ее!- Лидия Николаевна встала грудью на защиту Нади.

Боевик пристально посмотрел на нее.

- А! - хотел было выругаться, но вместо этого сказал: - Заберите у нее саблю. К Наде подбежал один из террористов и отстегнул ее оружие.

Дети дрожали, а одна малышка, видимо первоклассница плакала навзрыд.

Командир боевиков подошел к ней, погладил по голове, сказал: - Не плачь маленькая, хочешь к маме?

Девочка кивнула.

- Хорошо, в знак того что мы не хотим не кому зла, в конце концов мы не бандиты, а освободительная армия, мы отпустим девочку.

Он подошел к одному из боевиков сказал, что-то на ухо, а потом приказал девчушке идти вмести с ним.

Прошло несколько часов, что происходило с наружи было не известно, и эта неизвестность пугала. Еще через полчаса с улицы послышалась стрельба.

"Неужели штурм?" - подумала Надя иукрадкой посмотрела в окно.

Танк стремительно пошел вперед по улице к школе, примерно на расстоянии квартала. Солдаты, сидевшие на броне, поливали окрестности очередями из пулеметов, превращая деревья в опилки и труху. Круша проволоку, разрушая траншеи, наматывая трупы на траки и приводя в ужас укрывающихся за баррикадами троцкистов. Танк продвигался к школе.

Боевики в панике выскакивали из укрытий, гонимые безумным страхом, натыкались на огонь пулеметов. Это заградительные отряды троцкистов били по своим паникерам. Неожиданно из здания вышла рыжаядевица в красном вечернем платье. По всему виду было ясно, что она под воздействием каких-то наркотиков, она шла прямиком на танк.

Произведенный эффект от этого действа был потрясающ. Солдаты прекратили огонь, и тупо как бараны уставились на нее. Она приблизилась вплотную к танку, подняла голову, рассеяно осмотрела сидящих наброне солдат и мило им улыбнулась. Они улыбнулись ей в ответ, и в туже секунду раздался взрыв. В воздухе повисло густое облако гари. Половина солдат погибла, зато у остальной половины не было сомнения, что это была смертница. Жилет со взрывчаткой был скрыт под платьем.

- Собаки, они не хотят с нами по хорошему, значит будем действовать с позиций силы! - сказал командир террористов. - Что же, вы видели, что нашу добрую волю и не кровожадность, система восприняла за слабость! Значит у нас не осталось выбора!- командир махнул рукой и тут же двое террористов подбежали к заложникам, отделили от толпы пять учителей. - За ошибку солдат вы будете казнены. Мне жаль. По щекам его текли слезы.

Тут же пятерку увели куда-то. Командир террористов проследовал за ними. Через пару минут послышались выстрелы во дворе школы.

Глава 9

Выйдя из конфедерации, Владлен тут же позвонил на службу и сообщил начальству, что вечером выезжает в Кутомару.

- На машине это займет часов семь, может и больше? - думал в слух Владлен.

Нужно поторопиться, какие-то плохие ощущения.

Выехал поздно, сборы отняли больше времени, чем предполагал. Уже по темну в одиннадцатом часу вечера, в сторону юга. Густая как чернила ночь, завораживающая, с россыпью звезд. Меня обогнала старенькая Шкода, в районе Песчанки, на приличной скорости под сто пятьдесят километров. "Я бы больше ста десяти не шел", - подумал Владлен. Вокруг лес, под холодным и пронизывающим ветром прижимаются друг к другу молодые березки. Того и гляди, что лис или зайчишка на дорогу под колеса кинется. Отпустив "чешку" на полкилометра перед собой и ориентируясь по габаритам, погнал за ней. Было немного не комфортно, но когда знаешь, что хоть кто-то впереди на пустой трассе есть, то спокойнее. "Ненавижу когда кто-нибудь сзади пристраивается по ночи, чувствуешь себя совсем неуютно", - поддерживая внутренний диалог, Владлен включил радио. Без пассажира можно легко заснуть.

Как и предполагал Владлен дорога отняла около восьми часов.

- Вы не совсем вовремя товарищ майор, у нас ЧП!

- Что случилось, эээ... .

- Можете называть меня Виктор Карлович, мы с вами в одном звании.

- Хорошо! Тогда вы меня просто Владлен. Простите, что не вовремя, но тут меня просили вам передать.

- Что? - непонимающе, и слегка возбужденно и немного резко сказал Штернберг.

- Вот это вам просил передать генерал Гущин. Он шлет вам привет. - Владлен, достал из пакета коробку и передал коменданту коньяк.

- О благодарю, благодарю, честно не ожидал! Передайте Петровичу мою благодарность. Да, когда теперь сам с ним свижусь, даже и не знаю.

- Обязательно передам. - Владлен дружески улыбнулся. Неподдельная радость коменданта, растрогала его. - И все же вернемся к нашим баранам! Что у вас тут случилось?

- Террористы будь они неладны, захватили школу! В заложниках почти три сотни человек, по нашим данным, а может и больше. Они держат их в спортзале.

- Жертвы есть?

- Знаете, пока нет.

- Какие требования? И что за террористы.

- Требования, как всегда просты, передать им в руки местных руководителей гражданских структур, главу совета, также военных командиров, судей, милицейских начальников, нас соответственно, освобождение заключенных, вывод войск из всех населенных пунктов республики. А кто они, шут их знает! В лесах сейчас много всякой нечисти развелось! Что не банда, то народные мстители и освободительная армия. Вопрос кого и от кого освобождать хотят?

Да и ваша коллега Надежда сейчас тоже там!

- Там, в смысле у школы вместе с оперативниками?

- Да нет, вместе с заложниками.

Мурашки пробежали по спине Владлена. Предчувствия его не обманули.

- Нужно срочно, что-то делать! - сорвался Владлен.

- Не порите горячку. В лице аж побледнели. Я вижу она вам дорога, вы непросто коллеги. - спокойно проговорил комендант.

- Мы эээ ... , - хотел было что-то сказать Владлен.

- Дело ваше, дело молодое, надо все делать с холодной головой. У меня самого там жена в заложниках! Ладно не будем терять время, проедим на место!

Сев в "Таргу" [i]Виктора Карловича, поехали к школе. Городок маленький, школа оказалась всего в двух кварталах от департамента.

Первое, что бросилось в глаза, выйдя из машины - это кричаще желтое здания клуба. Оно раздражало кислотным цветом глаза. Клуб амбициозно, с вызовом заявлял о себе на фоне окружающей серости и нищеты. В нем расположили оперативный штаб исемьи заложников. У входа, на крыльце, курила группа мужчин. Женщины все в слезах с бледными лицами тут и там сидели в холе. Кто расположился на креслах, а кто прямо на полу. - Это майор Котов из столицы, находится здесь по служебной надобности. - комендант представил меня начальнику оперативного штаба .

- Полковник Синица. - начальник штаба протянул мне руку и мы обменялись крепким рукопожатием.

Начальник штаба взялся провести нас к школе. Как оказалось, ее окружали три кольца оцепления.

- Примерно раз в полчаса, мы объявляем для родственников текущую обстановку. - зачем-то сказал он нам. Мы прошли метров сто от клуба по направлению к пустынной улице. Вход в нее преграждал импровизированный блокпост.

- Доска. - наш проводник сказал пароль.

- Машина.- в ответ услышал отзыв, и мы безболезненно миновали преграду. Электричество отключили, жителей близ лежащих домов эвакуировали. Возле домов, по обе стороны от дороги, стояли два танка. В окнах трехэтажек признаков жизни не было. Лишь в подъездах курили солдаты, о чем-то шептались.

Мы зашли в третий подъезд дома, что был ближе всех к школе. Поднялись на последний этаж. Из окна была видна школа, и улица просматривалась как на ладони. Нам сказали, что в сотне метрах от школы по всему периметру проходит первое кольцо оцепления.

- Там залегла штурмовая группа и ждет команды, - сказал начальник штаба операции.

- Будет ли штурм? - я спросил у него.

- Скорее всего, будет.

Через два часа, под давлением родственников, руководство операции по освобождению заложников решилось на штурм.

Для отвлечения от основных сил первого кольца оцепления, был отдан приказ выдвинуть один из танков к школе, в сопровождении группы солдат.

Танк проехал не больше двух сот метров, как из ограды школы, через калитку вышла девушка в красном платье.

Наблюдая за происходящим из окна третьего этажа, Владлен не мог понять, что происходит и кто это. Как впрочем, и все наблюдавшие.

Девушка подошла к танку близко, солдаты ничего не предпринимали, смотрели на нее как завороженные. Видимо нелогичность ситуации ввела их в ступор. Только успел подумать об этом Владлен, и о ужас раздался взрыв. Осознание произошедшего пришло ко всем не сразу.

Через несколько минут на крыльце школы начали появляться люди, трое с оружием и пять без. Те, что без оружия по виду учителя, три женщины и два мужчины. Их выстроили в шеренгу, и двое с оружием пустили очередь по ним. Трупы в лужах крови лежали у ног третьего террориста.

- Мы вас предупреждали, вы не захотели с нами по-хорошему! Теперь если наши требования не будут выполнены в течении трех часов, каждые двадцать минут мы будем казнить по два человека. Их кровь будет на ваших рылах. Свиньи! По истечении трех часов, если вы нас проигнорируете, мы взорвем здание.

В штабе шло совещание.

- Что будем делать товарищи? Выбора у нас нет. Требования их заведомо невыполнимы. Значит остается только одно - штурм любой ценой. Думаю бомбы это блеф.

- Извините, можно меня тоже включить в группу штурмовиков? Опыт участия в спецоперациях есть. - Владлен обратился к начальнику штаба.

- Выполняли бы свои надобности товарищ майор, а не лезли куда не просят!

- У меня! У меня там жена! - выпалил Владлен.

- Жена... - многозначительно произнес начальник штаба.

- Серега, разреши ему! Моя Лида тоже там.

- А Бог с вами, идите получите оружие. Штурм через 10 минут.

Глава 10

Учителя пытались успокоить младших школьников. Они повторяли правила, каждому знакомые с детства. - Ребята, давайте с вами повторим. Что нужно делать в той ситуации, в которой оказались мы? - шепотом спросила молодая учительница, кажется первоклашек. На вид, ей самой не больше двадцати. Маленькая девчушка с русыми хвостиками на голове и худеньким тельцем, и молочно-белой, тонкой кожей, ответила ей. - Нужно вспоминать то, что любишь. И молиться если веришь в Бога. - Правильно Катя. Это поможет отвлечься. А еще что? - Еще нужно не злить террористов, не паниковать, не спорить! - ответил мальчик. - Да ребята. Все верно. - Эй вы там, замолчали быстро! - рявкнул один из террористов. - Простите, я просто пыталась отвлечь их. Это же дети. Я не хочу, чтоб они плакали и боялись. - пыталась оправдаться молодая учительница перед террористом. - Ладно, только не галдите громко! Тут же послышался взрыв, стены спортзала задрожали. Разъяренные штурмовики ворвались в холл школы, перед этим бросив туда пару гранат. Из дверей кабинетов, тут же один за другим стали выскакивать террористы, что-то не членораздельно кричать и палить из автоматов наугад, дым и пыль мешали видеть обстановку в полной мере. Среди боевиков раздались крики боли и ужаса, как только головы их товарищей стали разлетаться кровавыми ошметками под автоматными очередями. Десятки троцкистских подонков. Их тела тут же рделись кровавыми бутонами и падали ниц.

Владлен ощутил, как безмерная мощь наполнила его. Что-то дикое, ликующее и кровожадное проснулось в нем, в самой глубине его естества. Вырвалось стремительно, подобно ракете выпущенной из системы залпового огня. Не став менять магазин у автомата, перевернув его прикладом вперед, с первобытной жестокостью, он обрушил свое оружие на головы врагов. Под раздачу попали сразу два троцкиста. Наносимые удары превратили их лица и черепа в мясную кашу.

- Все хватит! - прокричал ему в ухо командир штурмовой группы. - Надо идти вперед!

На лицах четырех боевиков охранявших заложников в зале читалось удивление и страх. Меж тем, главарь хранил непроницаемое спокойствие. Ни один мускул не дрогнул на его лице, при звуках идущего боя в холле.

- Они все таки решились на штурм, значит у них есть яйца! - рявкнул он своим подчиненным. Те, зачем-то посмотрели на свою паховую область. - Сейчас же, вы двое ко мне, вместе с тремя заложниками, авы охраняйте остальных! Если что, вам известно как поступать!

Схватив троих заложников, среди которых была и Надя, приставив дула пистолетов к их вискам, террористы стали ждать. Заложники тоже стали ждать.

Толковый словарь определяет ожидание как «акт сознания, нацеленный в будущее, преимущественно к потенциально приятным событиям». - вспомнилось Наде. Сколько прошло времени минуты или секунды, трудно сказать. В экстремальных ситуациях время сжимается или наоборот растягивается. Послышались голоса совсем близко, у в хода в зал. Через секунду в зал осторожно вошла группа из семи человек, в форме и масках.

- Всем стоять или мы убьем заложников.

- Тихо, тихо, я положу автомат на пол и мы поговорим.

Один из семи медленно положил автомат на пол и снял маску. Сердце Нади забилось сильнее. Это был ее Котов.

- Здравствуйте, я врач. Я здесь проверить все ли в порядке с людьми. Может и вам тоже нужна помощь?

- Все нормально, не чего не нужно. Выпустите нас! И подгоните машину ко входу с полным баком!

- Извините, но я не компетентен решать такое, мне нужно позвонить. Можно? У меня телефон с собой.

Что произошло в следующие мгновения понять трудно. Владлен молниеносно, смотря в глаза главарю бандитов, достал из-за спины свой табельный ИЖ. Произвел выстрел. Все происходило как в старом американском вестерне. Дикий Запад какой-то.

Во время войны была легенда, что какой-то канадец, за четверть секунды мог достать пистолет и застрелить шесть человек. Говорят, что советским командованием была объявлена даже награда за его голову. Владлен владел такой ковбойской техникой стрельбы в совершенстве.

Еще в детстве он слышал историю о канадце и тогда же загорелся желанием научиться так же стрелять.

- За секунду шестерых - это круто и полезно. Если бы все в нашей армии так стреляли, то мы бы победили всех врагов за пару дней! - говорил маленький Влад отцу.

Грохот выстрела чувствительно бьет по ушам. Когда окружающие услышали выстрел, то уже все было кончено. Террорист медленно стал оседать на пол. В его лбу виднелась красная, кровавая отметина. Тут же остальные террористы стали полить по штурмовикам и по заложникам. Послышались женские и детские истошные крики, полные ужаса и отчаяния. Мобилизовав все свои силы и применив все инстинкты в доли секунды, Владлен бросился к Наде. Повалив ее на пол, прикрыл собой. Стрельба не прекращалась пару минут, что происходило в зале ни Владлен ни Надя не могли видеть. Вскоре стрельба и крики утихли.

- Сволочь, а если бы он в меня выстрелил, или ты бы попал в меня? - шептала Надя в ухо Влада.

- Нет!

- Что нет?

- Нет - это значит, нет не попал бы в тебя.

- Сволочь, ты Котов. - Надя стукнула Владлена кулаком.

- Все в порядке, можете вставать! Все кончено! Выходите на улицу там вам окажут помощь!

Владлен и Надя поднялись с пола. Их взору открылась картина изображающая кровавую баню. Трупы валялись на полу в лужах крови. Дети и учителя, в слезах, сидели у стены, сбившись в кучки, дрожали. Было убито примерно пятьдесят заложников, все террористы, двое штурмовиков. Один террорист ранен, сколько ранено заложников сказать трудно. В воздухе витал не с чем не сравнимый запах крови и мочи. Многие считают, что именно так пахнет страх.

- Проклятые ублюдки! - с яростью и злобой сказал Владлен куда-то в пустоту. Обращаясь не к кому и сразу ко всем. За руку его держала Надя.

- Лидия Николаевна! - прокричала Надя и подбежала к жене коменданта. - С вами все в порядке, у вас кровь?

- Все в порядке, все хорошо Наденька! Это не моя, здесь повсюду кровь.

- Хорошо! Я рада, что мы живы! - сказала Надя Лидии Николаевне и подняла глаза на Владлена. - А ты почему здесь? - только сейчас эта мысль пришла ей в голову.

- Планы меняются милая. Расскажу когда мы отсюда выберемся.

Наши губы вновь встретились, но простых поцелуев уже было недостаточно. Сначала я расстегнул её блузку, от которой она быстро избавилась. Мои руки нашли её тело, я начал медленно гладить её. Я ощущал как с каждым движением, её мышцы всё более расслабляются. Постепенно мы добрались до кровати. Я уже успел избавиться от рубашки, а Надя - от брюк. На ней красовался белый комплект кружевного белья, который, несомненно, шёл ей и заводил меня. Оторвавшись от её губ, я начал покрывать поцелуями нежную шею, вдыхая её прекрасные запахи. Пальцы меж тем уже нашли застёжки бюстгальтера и успешно расправились с ними. Затем мои руки спустились ниже, поглаживая её бёдра. Наденька тоже не теряла времени и расстёгивала мои штаны. Она издала тихий стон, когда моя рука скользнула под влажную ткань трусиков. Лаская Надю губами и руками, я не без удовлетворения заметил, с какой отзывчивостью извивалось её тело. Да думаю и она и я, соскучились друг по другу. Наконец я вошёл в неё, медленно, стараясь растянуть этот момент.

Она чуть подалась мне навстречу, и вот мы уже слились воедино, растворились друг в друге, нащупывая свой особенный ритм. Надя впилась пальцами в мою спину и обвила меня своими ногами. Горячее дыхание вырывалось из её полуоткрытых губ, а ресницы чуть подрагивали от каждого малейшего движения. А дальше лишь ночь и надеюсь не скорое утро.

Глава 11

Как хорошо бы было, если вопреки расхожему выражению после многократного повторения слова халва все становилось бы слаще, включая и жизнь. Увы, dolce vitae осталась лишь в далеком прошлом мира. Думаю, скорее всего, этого прошлого никогда и не было. А были нескончаемые проблемы, вечная борьба за жизнь, которая не стоит и ломаной копейки. Утверждение идеалов, таких далеких от реальной жизни, что большинству люмпенов они просто до лампочки. Ленин как-то сказал: - «Если долго говорить ложь, она станет правдой». Вот она и стала. Только, думаю не та ложь, которую имел ввиду Владимир Ильич, а лубочная, ложь в которой долгожданный коммунизм оказался ни где-то в будущем, а в прошлом. Просто его ни кто не заметил. Сам коммунизм, так впрочем, и само прошлое.

- Знаешь милая, что мне кажется странным? - под одеялом появилось движение. Вскоре оттуда показалась с растрепанными волосами, довольной, хитрой улыбкой голова Нади.

- Ты о чем Котов?

- Я о нашем деле!

- Котов, ну ты даешь! - взмутилась Надя. - Даже сейчас, ты думаешь, о работе.

- Прости! - Владлен поцеловал Надю.

- Ладно, давай, что у тебя там? - Надя рукой пробралась к причинному месту Владлена, и сделала массирующие движения.Владлен улыбнулся и продолжил.

- В деле есть странность. Эта странность никак не укладывается в то, что мы здесь.

- Объясни.

- Качество оперативно-розыскных мероприятий по убийствам было отвратительным. Вопиюще отвратительным. По многим делам проводилась формальная работа, а в тех случаях, когда женщина числилась просто пропавшей без вести и того порою не было. В папки были вложены два-три листочка с запросом и ответом на него. Больше трети вещественных доказательств было просто утеряно. Даже не утрачено, а именно утеряно. Все дела об убийствах находились у разных следователей, пересечения в них никто даже не пытался искать. - Кажется, я понимаю. А потом вдруг как по мановению волшебной палочки, дела объединены в одно. Хотя грамотно. Дела действительно серия. Только почему до недавнего времени никто этого не видел? - Вот! И я о том же! Мне кажется, просто следаки здесь спустя рукава работали. Лишь бы отвязались. Это понятно любое серийное преступление немедленно ставится на контроль и в департаменте государственнойохраны, в департаменте юстиции. По нему начинают спрашивать отдельно и строго, требуют результат. -И это видимо не входило в планы нашего клиента. К тому же единственный свидетель, кочегар, погиб в школе. - Да, все так. - И что ты предлагаешь? – с соблазнительным придыханием прошептала Надя. - Хм. Не знаю, не знаю. Надо подумать! У меня от тебя голова кругом.- Надя улыбнулась. Владлен еще раз поцеловал ее. И онинакрылись одеялом с головой.

Привычно скользнув в душевую, Надя встала под желтоватые струи воды. Теплые струи воды омыли ее тело, смывая все признаки прошедшей ночи и минувшего дневного кошмара. Через несколько минут, запахнувшись в халат, она вышла оттуда и пошла на кухню, ставить чай. Включив чайник, Надя вышла на небольшой балкончик, и решила убить свободную минутку, пока варится чай, сигаретами. На дереве за окном заворковали голуби. Через пару минут в проеме двери появился Владлен.

- Привет милый! Твой любимый зеленый чай не предлагаю, потому что нет. А вот смесь, каких то местных трав, их тут называют чаем, могу предложить.

- Спасибо, милая хоть, что-то. - Владлен подошёл к Наде сзади и нежно, обнял ее. - Знаешь, Савельева, мне пришла в голову мысль, а не наведаться ли нам в лес, «по грибы, по ягоды». Думаю отработать надо все варианты. Кажется последнюю жертву нашли где-то там? - Согласна с тобой. Мне такая мысль приходила в голову и самой. Вот только говорят опасно! Комендант предупреждал меня. Каких только ужасов там только, не происходит, и Бог знает, кто там водится.

- Мы же всесильная "охранка". Это нас должны бояться Наденька. Зайдем в комендатуру, я распоряжусь, чтоб снарядили отряд. Думаю, придется пошуметь.

За окном продолжали ворковать голуби. Стоящая на столе кружка, с чаем пускала пар и разносила бодрящий аромат по кухоньке. В эту минуту перед ним не было ни кого, кроме нее. Владлен давно не помнил такого утра, когда все хорошо, и кажется счастье так близко. И все же какая-то внутренняя тревога не покидала его. Последний раз это чувство было так остро в далеком детстве, когда ему было шесть лет.

- Знаешь, Надя как то тревожно. Да и сон видел плохой.

- Что тебе снилось милый?

- Да так, воспоминания из детства. Мне это часто снится.

- Расскажи, пожалуйста. - Надя подошла к Владлену, он сидел за столом, нежно прижала его голову к своему животу и погладила.

Я хорошо помню тот день, это было первого сентября. Мы с родителями тогда жили недалеко от Новосибирска в одном из множества закрытых городов. Отец мой был военным. Собственно я и пошел по той дороге, которую он проложил. Помню, как вечером из эксплуатационной части пришло распоряжение затемнить окна, ожидался толи авианалет, толи еще что, ни кто толком не знал. Следующим утром мать как всегда готовила мне завтрак, а я собирался в школу. Тогда я только пошел в первый класс. Этого дня я ждал очень долго. Отец находился в части на работе, он был особистом. Только взяв в руки портфель, я присел на стульчик, стоявший в прихожей и начал надевать туфли, как, где-то на улице раздался сильный взрыв и в квартире вылетели окна. Как в замедленной съемке я вижу маму, которая падает на пол, а осколки сыплются прямо на нее. Дальше были еще взрывы, стена и потолок в соседней комнате обвалились, на улице слышался рев самолетов, скрежет металла слышались крики, стоны. От испуга я закрыл глаза, а когда открыл, то увидел, что стена упала прямо на маму, часть ее тела завалило, но она была жива. Я подбегаю к ней и начинаю ее откапывать руками. У меня это получается, мама что-то говорит, пытается меня успокоить, по ее лицу бегут слезы, я вижу, что ей очень больно. Я откопал е. Везде была кровь, как оказалось моя. Шрам, что у меня на щеке, я получил тогда, осколок стекла разрезал ее мне. У мамы была раздроблена ключица. Я пытался ее вытащить, но моих сил не хватало и она постоянно теряла сознание. Не знаю, сколько я с ней так просидел, тщетно пытаясь ее спасти. Может час, или часы, время тянулось бесконечно долго. И вот после очередного обморока, она больше не пришла в сознание. - Ладно, милая не будем о грустном. Давай пить чай. Потом пойдем в комендатуру. Нам за сегодня нужно успеть осмотреть то место, где были найдены последние жертвы. Да, и оденься теплее, все же на природу у нас с тобой выезды бывают не часто. Вдруг простудишься. - Владлен улыбнулся и хлопнул Надю по попке, после чего залпом выпил чай.

Глава 12

- Отлично! Да, быстро на вокзал. Да и без лишнего, я сказал без лишнего шума. Да сразу же ко мне. Все поняли? Все.

Когда мы пришли в кабинет Штернберга, он с кем то оживленно беседовал по телефону. Даже можно сказать разговор шел на повышенных тонах. Комендант прибывал слегка во взвинченном состоянии.

Поздоровавшись, мы зразу перешли к делу.

Виктор Карлович возражать о проведении осмотра места преступления не стал, а тут же распорядился собрать группу для нашего сопровождения.

- Вы уж простите старика, что я с вами так скоро, но сами понимаете работа. Навалилась знаете ли? После, вечером все же жду вас двоих в гости. Непременно. Лидия Николаевна до сих пор под впечатлением от вас Владлен. Как вы лихо действовали, там в школе?

- Бросьте Виктор Карлович. Я почти ни чего и не делал.

- Будет вам скромничать! А вы что молчите Надежда?

- Да, действительно товарищ майор просто герой.

- Ну что же, тогда до вечера. У меня дома. - любезно с нами распрощавшись, комендант поднял трубку телефона, тем самым давая окончательно понять - разговор окончен.

Выехали за город к полудню. Группа состояла из пяти военных и подпоручика службы криминалистов - девушки двадцати пяти лет. Девушку звали Эвелина. Ее посоветовал сам комендант, как молодого, но тем не менее опытного специалиста. Да и к тому же, по словам Виктора Карловича,она хорошо разбирается в местной флоре и фауне .

Через десять минут на сопках и вдоль дороги стали появляется редкие чахлые деревья. Еще через десять минут микроавтобус оказался в лесу. Пусть больном, чахлом с иссушенными деревьями, но все же настоящем лесу.

Наде показалось, что она очутилась в сказке. Чудилось, вот-вот из-за кого-нибудь дерева выглянет леший или кикимора.

Очень давно не была она в лесу. Когда-то в детстве, вместе с отцом, он был учителем литературы и русской словесности. Он всегда любил рассказывать ей русские народные сказки, а она любила их слушать. Каждый вечер перед сном он читал ей новую сказку, почему-то он считал важным привить любовь к чтению дочери.

Надя в свою очередь этому и не сопротивлялась.

Первым делом, вылезая из машины, вся группа проверила показания на счетчиках Гейгера.

Счетчики показывали приблизительно один миллирентген в час. Допустимую норму это превышало многократно. Хотя сократив время непрерывного нахождения до нескольких часов, люди могут без особого вреда своему здоровью перенести излучение такой мощности. Да и защитные комбинезоны снижают риск для здоровья, практически до нуля.

В Республике радиоактивные леса занимают почти десять процентов ее территории. Конечно, они разбросаны в пространстве и не составляют сплошной полосы. Но отдельные зараженные «пятна» вынуждают правительство поддерживать в ряде дистриктов особый режим радиационной безопасности. Леса являются массированным источником облучения населения. Во время войны многие пытались укрыться именно в них. И в этот лес много людей подались. По дороге мерли пачками, кто от радиации, кто от ран, кто от голода и холода. Была зима, на редкость холодная. А позже когда троцкистов выбели из столицы, они двинулись на север, обосновались в горах и лесах. Исподтишка до сих пор ведут свою преступную, террористическую деятельность. Здесь же радиация была в основном из-за разрушенной до основания АЭС на самом юге республики. До войны там были урановые шахты. В семидесятых построили небольшой город Союзного подчинения. В девяностых из-за близости сырья построили завод по обогащению урана и электростанцию попутно. Сейчас это город призрак. Впрочем как сотни тысяч больших и малых городов планеты.

- Эвелина, а почему эти места считаются гиблыми, ведь уровень радиации вполне терпим? - нарушила тишину вопросом Надя.

- Да как вам сказать? - она на секунду задумалась. - Раньше, да и сейчас тут исчезали люди, беженцы и просто случайные люди. Во-первых, дикое зверье, окончательно оголодавшее. Было время, когда звери гонимые голодом заходили и в город. А основная причина это голодные люди. Лет пятнадцать назад в ходе спецоперации Минздрава была ликвидирована последняя ферма, на которой держали людей как скот. Считается что, человечина по вкусу похожа на свинину. Вот на хуторе, к которому мы направляемся, была такая ферма. Рабов держали в сараях на привязи. Орудовала целая семья, ловили на дорогах людей, заманивали под различными предлогами к себе, а кто-то и сам приходил в поисках ночлега и пищи. В общем, семейка каннибалов.

До последнего времени массовых случаев каннибализма больше не наблюдается. Но люди до сих пор боятся. Ходят слухи,легенды, страшилки для ребятишек на ночь.

А два месяца назад как раз на этом заброшенном хуторе нашли три трупа, в сарае, зверски замученных. Каннибализмом там и не пахло, а народная молва всегда все преувеличивает и додумывает подробности. Плюс последние события, добавили ореол мистицизма.

- Мистицизм - признак вырождения. - произнесла Надя. Кивнув при этом. Как будто соглашаясь с произнесенным.

В лесу было холодно. Немного моросил дождь, Надя думала о том, что в лесу необычно тихо. Сама погода и тишина вокруг, нагоняла тоску и тревогу.

Идем уже больше получаса, а вокруг все та же унылая картина. Деревья, камни, кочки, листья шуршат под ногами, хотя и влажно.

"Тихо, такое ощущение, что птиц и зверей что-то вспугнуло. Может это мы", - думала Надя.

Еще через четверть часа, основательно продрогнув и увитые с ног до головы паутиной, часто развешанной пауками по деревьям, мы вышли на поляну. На поляне разместился большой дом, обнесённый по периметру бревенчатым забором. Остатки ворот были разбросаны по округе. Видимо, когда-то их разнесло взрывом.

- Глядите! - шепнул один из солдат и указал на дом.

Рядом с домом стояло семь вооруженных человек.

- Интересно, кто это такие? - прошептал Владлен. Надю почему-то дико раздражало когда он шептал. Ей казалось это сопоставимо, со звуком стеклореза, мерзким и писклявым. - Слушай мой приказ: сидеть тут и не высовываться. Я иду вперед, узнаю кто они. Если что, как только свистну, сразу стреляйте по ним.

Войдя во двор, Владлен демонстративно вытянул руки, показывая, что не вооружен.

- Ребята привет, я тут это заблудился. Не подскажете где…, - не успел договорить он фразу, все четверо вскинули автоматы и начали стрелять. Только благодаря тренировкам, Владлен быстро успел упасть на землю. Из-за спины послышались ответные выстрелы. Под прикрытием он успел выбежать за ограду.

Бой разгорался сильнее. Группа смогла укрыться за бревнами ограды, а противник засел в доме.

Было понятно, что штурмовать дом не имеет смысла, только понесем потери, почем зря.

- И так товарищи, что будем делать, какие будут соображения? - спросил Владлен, оглядев всех. Все молчали. - Лезть на рожен, смысла нет. Ждать пока у них кончатся патроны тоже не возможно. Невозможно потому, как мы не знаем, сколько их у них. У нас же их не так много. Стрелять они будут, только если будем мы. Конечно, мы можем просто уйти, но зачем они здесь? Значит им здесь, что то нужно, так же как и нам. Что нужно нам, даже я не знаю. Пока не увижу. Они же, должно быть знают. Мне, я думаю, как и вам любопытно, что это? В общем, нам нужно туда, по-всякому.

- Товарищ командир у меня есть идея. - сказал один из солдат.

- Излагай, прошу!

- Дело такое, в доме как я думаю, наверняка есть подполье.

- И что? Нам то от этого проку? Оно же в доме, до грибочков с вареньем нам и до зимы не добраться.

- Нет, я не о том! В подпольях, как правило, делают отдушину, вентиляцию. Ну это как бы отверстие внизу дома выходящее наружу. А что если кому то из нас подобраться к нему. Бросить в это отверстие дымовые гранаты, благо у нас они есть. Думаю, одного человека они не заметят, если остальные их здесь отвлекут.

- Так-так-так понятно, идея хорошая. Вот только кто пойдет? - задал вопрос Владлен.

-Как кто? Я и пойду. - ответил солдат. - Опыт у меня есть, подобную штуку мы проводили уже с китайцами. Они засели в доме, ну мы их так и выкурили без единой потери для себя.

- Имя?

- Старший сержант Соколов! - прокричал солдат.

- Молодец Соколов! Выполнять задачу!

- Есть выполнять задачу. Служу народу!

- И так, все поняли? Надо пошуметь, пока Соколов, делает свое опасное дело, - обратился майор к остальным. - Начали!

Все начали стрелять по дому, в его окна. Ни в кого конкретно попасть мы не пытались, даже если бы захотели не смогли. О тех же, кто был в доме, этого не скажешь. Стреляли прицельно, двое наших было ранено. Среди них был и Владлен.

Надя испугалась, что то екнуло у нее внутри. Ей показалось, что Владлен вот-вот упадет и его добьют. Владлен, не смотря ни на что продолжал стрелять. Уверено лавировал между стволами сосен растущих во дворе.

Через какое-то время раздался взрыв.

Двери дома распахнулись и из дома в клубах дыма начали выбегать люди.

Надю трясло от ярости. С судорожным наслаждением она разрядила автомат в эту толпу нелюдей, подонков, выродков рода человеческого и быстро вставила новый рожок. Краем глаза она различала Владлена и Эвелину. Пот стекал по их бледным лицам, кадык Владлена ходил вверх-вниз. Видно было, что его тошнило от происходящего вокруг. От грохота автоматных очередей закладывало уши. В воздухе остро пахло порохом.

Через каких-то пару минут, а может секунд, в бою время всегда меняет свой ход, Надя точно не знала, все затихло.

Владлен резко повернулся и увидел, что один из солдат, нагнувшись, держит за горло какую-то окровавленную, но еще живую тушу. Стоило Владлену взглянуть в глаза умирающего, как он понял, что перед ним не человек, а гнусный троцкистский партизан. Вспомнились все зверства, что он видел в детстве в выпусках новостей. Зверства, чинимые регионалами - волками в овечьей шкуре. Холодная ярость, горевшая в мрачных глазах «существа», не оставляла никакого сомнения и жалости.

- Это троцкисты! Кто они ясно, по их отмороженным глазам. Фанатики гнусной свободы. Мать родную сожрут! - сказал он с явной брезгливостью.

- Товарищи, а давайте возьмем эту троцкистскую мразь и расстреляем. И потом подвешаем к дереву, выпустим кишки в назидание другим. Я помню, как эти глумливые твари издевалась над моими бабушкой и дедушкой.

Они были колхозниками. Эти твари заставили их взять бессрочные облигации государственного займа. В то время когда от государства и ножек не осталось. А уже после войны пришли, твари и спросили! Страны уже не было, а правительство регионалов спрашивало с тружеников села, как наследник советского.

А они, что? Бесправные крестьяне, бес паспорта, и прочего. Прикреплены к колхозу! Это Республика дала нам гражданские права. А тогда?

Еще они отбирали детей из семей, проводили социальный эксперимент. Все троцкисты-регионалы были или не традиционной ориентации или сочувствовали таковым.

Давайте их расстреляем! Хотя нет! Дайте мне с ними поговорить пол часика! А там, делайте с ними что хотите! - сказала Эвелина многозначительно. Все стоящие и наблюдающие эту тираду, поняли, что с партизанами потом делать нечего будет.

С улыбкой глядя на юношеский энтузиазм Эвелины, Владлен вытащил из-за пояса табельный ИЖ-71 и протянул его девушке.

- На держи, праведный гнев да обрушится!

Эвелина взяла пистолет и, вытянув руку, направила дуло на обезображенное лицо партизана.

- Зачем вы здесь были? И что делали? - майор задал вопрос умирающему.

- Чтоб вам утонуть в собственном дерьме, мерзкие ублюдки! - партизан судорожно втянул в себя воздух.

- Смерть для тебя милость. Если задуматься, такая мерзкая тварь, как ты ее и не заслуживает. - произнесла Эвелина.

Это было последнее, что услышал троцкист. Раздался выстрел, и взгляд его потух. Потух навсегда.

Глава 13

Краснодарский край. Российская федерация. 2017 год. На раз, два, три - студенты перетаскали вещи в желтый школьный пазик.

После того, как мы набились в автобус, я поняла, каково приходится индийцам в пригородных поездах в час-пик. Места не было вообще, мы положили сумки с вещами на колени. И эта теснота была не приделом, еще предстояло заехать к Санычу и погрузить сюда же продукты, а это на минуточку представьте, целая прорва еды - на три недели для двадцати голодных студентов. Не стоит вдаваться в подробности, как мы таскали еду, как с матами пихали ее на второй и третий ярус, как ехали потом сидя на своих сумках и сверху придерживали чужие сумки. Пазик был забит под завязку и казалось не двинется с места. Но все же, скрипя и издавая звуки сравнимые с теми, что можно услышать в туалете, он отважно двинулся в путь, увозя студентов бескрайние степи, навстречу приключениям на все места.

Промучившись чуть больше трех часов и проехав по колдобинам чуть больше двухсот километров, мы наконец то приехали к месту нашего будущего лагеря - село Вольное. Нас высадили на полянке посреди соснового бора, которая должна была стать нашим домом почти на месяц. Вдобавок пошел дождь, настроение было совсем не боевое.

Под дождем, с горем пополам стали устанавливать палатки и разбивать лагерь. Благо дождик был мелкий и не сильно моросил, погода была безветренной.

Ночь прошла беспокойно, почти не спала, а вот моя соседка по палатке Аня дрыхла как сурок.

Саныч накануне вечером за ужином рассказывал, что в шестидесятые, когда только начинали раскапывать курганы в этих местах, археологи наткнулись на интересное захоронение.

- Их было несколько человек, в основном студенты, и научный руководитель во главе. Курганы вскрыли. По всей видимости домина, принадлежала, что вероятно, знахарю или колдуну. Его тело было помещено в огромный, корытообразный гроб, выдолбленный из цельного дерева. Голова была отделена от тела и лежала лицом вниз; на виске - рана; несколько костей перекрещены; стопы вывернуты. Колдуна, скорее всего, убили. Любопытно, что обычай хоронить подобным образом неспокойных покойников был известен в более поздний исторический период. Так, например в Румынии уже в двадцатом веке хоронили тех, кого подозревали в колдовстве. Как бы там ни было, тело был похоронено нетрадиционным способом.

При раскопках следующего кургана, в верхних слоях, обнаружили кости младенца, датируемый, скорее всего, началом двадцатого века. Местные бабульки, явившиеся на кладбище с целью покачать права, да попортить нервы, вскоре сами остались там из любопытства. Тут же нашлись те, кто вспомнил, что по рассказам, передаваемым из поколения в поколение, дочь помещика забеременела от простолюдина, родила, но боясь гнева отца, убила ребенка и тайно зарыла в одном из курганов. После чего сошла с ума, не простив себе греха детоубийства.

Ни чумные, ни холерные могильники, к счастью, не были потревожены. Интересно в этой истории то, что ночью, когда археологи вскрывшие захоронения ночевали в нескольких метрах от раскопа, кто под открытым небом, а кто в палатках, по деревне, многие это слышали, проскакали всадники. Утверждать, что кто-то их видел, было бы неправдой, но можно говорить, что археологи действительно слышали топот, ржание лошадей, возгласы и крики сражающихся воинов. Это стопроцентный факт.

Раскапывать могилы по началу было как-то неприятно, но за неделю постепенно все пообвыклись.

В субботу второй недели Коля предложил вшестером сгонять на соседнюю поляну, она была примерно в километре от нашего лагеря.

- А что там делать? - спросила Аня. Она была вроде как девушкой Коли.

- Ну мы та думаю найдем, чем с тобой заняться! - с ехидной улыбкой ответил он.

- Дурак, не при всех же. - надув по детски губки, с показной обидой, типа "я с тобой больше не играю", оскорбилась Аня.

- Хорошо. А если серьезно, то там есть озеро. Просто чудо! Вода как кристалл, можно искупаться, отдохнуть, ну и заняться сексом в стороне от посторонних глаз. - с энтузиазмом выпалил он.

- А ты откуда знаешь про озеро? - спросил Сережа.

Из нас шестерых он был самый взрослый. Мне он безумно нравился, но он был со своей белобрысой Ксюхой. Что он только в ней нашел? Ни рожи ни кожи, не сиськи не ... .

- У местных выведал.

- Понятно. Значит у местных. Значит все, про это так сказать "укромное" место знают. - с иронией сказал Сережа.

- Не ссы, местные туда не суются.

- Почему?,- выпалили все в голос.

- Считают, что место типа проклятое, там привидения всякие, духи, в общем не знаю. - отмахнулся он. - Не ходят и все. Боятся. Да не бойтесь вы. Нам то это на руку, отдохнем своей компанией. У меня кое-что припасено.

- Вы ребята идите, а я здесь отдохну, отосплюсь! - сказала я.

- Лида ну ты чего! - стали меня отговаривать ребята. - Ты чего давай с нами, а то, вот Димону скучно будет! Да и он тебя лично приглашает, сказал, что без тебя не пойдет. Димон скажи же!

- Дима высокий, среднего роста, с пшеничной шевелюрой на голове и загорелой до красна не сказать, чтобы атлетической фигурой, но без пивного живота, залился пунцовой краской на щеках. Это в дополнении к загару придало его лицу цвет яркого редиса. Он промямлил, что-то невнятное.

- Ой совсем парня засмущали! - сказала Аня. - Ну что подружка идем. Возражения не принимаются.

Глава 14

Как оказалось полянка с озерцом была чуть подальше, примерно в двух километрах от лагеря.

Вышли мы по утру не рано, на часах около одиннадцати было. Не торопясь пошли через лесок. Настроение у всех было приподнятое, даже можно сказать, что отличное.

Примерно на полпути до места нам повстречался дедок, старенький такой, с белой реденькой бородкой, на голове одета кепочка, а в руках ветка на подобии трости. Видимо грибник.

Мы конечно же хором с ним поздоровались.

- И вам не хворать ребятки. Студенты видать ?

- Да студенты, археологи. - опять же в один голос, с какой-то напускной гордостью ответили мы.

- Археолухи! Ишь ты! - многозначительно произнес дедок.

- У нас тут лагерь неподалеку. Знаете наверное?

- Да как же! Как не знать-то, почитай каждный год копають тут. - деловито проговорил дед. - А чего же вы тута, а не тама, позвольте полюбопытствовать, али за грибочками пришли?

- Да, нет дедушка, у нас выходной. Вот решили отдохнуть, искупаться. Говорят тут озеро где-то неподалеку есть. Не подскажете ли правильно идем? - сказал Сережка.

- Говорять! Говорять в Москве кур доять! - присказкой с недовольством протороторил дед. - Чего же не подсказать-то. Да только ребятки не ходили бы вы туды. Места там проклятые, гиблые!

- Спасибо за заботу, но мы народ бесстрашный! Рискнем! Ну что подскажете?

- Да что же подсказывать то? Правильно идете, еще минут двадцать в этом же направлении не сворачивая и окурат к озеру выйдете.

- Спасибо! - распрощались мы с дедом и пошли дальше.

- А все таки в ту сторону, в лес, уже лет сорок никто не ходит, не делайте этого. Проклято место, проклято! - уже вдогонку прокричал дедок.

Не придав значения напутственному предупреждению старичка мы только рассмеялись.

Что самое удивительное совсем рядом деревня, вроде озеро есть, а лес просто девственный, нигде никаких следов человека. Нет даже намека на обрывки целлофана, консервных банок, фантиков и прочее…

Как и сказал дед, минут через двадцать, плюс-минус пять минут, мы вышли к озеру. Как оказалось полянка была не одна, просто лес был разреженный. Среди нескольких небольших полянок было озеро. От озера веяло живительной прохладой, а вода в нем была действительно прозрачная. До такой степени, что в принципе не с чем сравнить.

Решили разбить лагерь на самой ближайшей полянке.

Мы с девчонками пошли осмотреться в округе,точнее пописать, а мальчики стали устанавливать палатки.

Пройдя подальше метров на сто вдоль берега озера, я, Анька и Ксюха отвернули в лес и спрятались за кустики.

- Лид слушай, ты заметила как на тебя Димка смотрел, когда мы шли?

- Пфф... Нет! - соврала та. Хотя на самом дели давно знала, что он не ровно к ней дышит.

- Ты бы присмотрелась к нему, а то парень по тебе сохнет. - не унималась Анька.

- Ладно присмотрюсь! - кокетливо ответила девушка.

Сделав все необходимые дела, мы решили все же осмотреться, первое, что мне бросилось в глаза, при всем природном великолепии, гармонии, нетронутости места, тут и там, вообще практически везде на земле, на каждой полянке попадались с настораживающей частотой довольно странные участки, от одного до пяти метров в диаметре.

Странным в этих участках было то, что они были совершенно лишены растительности. Неровные круги выглядели посреди леса явной аномалией, как плешины на голове с густой шевелюрой.

- Ой девочки, как странно! - проговорила Ксюха. - Помните, что дед тот говорил?

О предостережении, о проклятье подумаливсе, но озвучила только Ксюха.

- Да брось ты трусиха, это скорее всего следы от молнии. Я где-то слышала, что молнии бьют чаще в места, где есть скопления воды. Вот поэтому в грозу и нельзя купаться! - с тоном профессора проговорила Аня. - Лид, ну скажи же! Я права?

- Может быть! Ладно пойдемте. Мальчишки наверное уже поставили палатки. Да, и искупнуться уже хочется!

Глава 15

Вчетвером мы купались, а Дима с Сережей готовили шашлык и накрывали поляну.

- Все к столу, а то вам не достанется изысканного фуагра! - позвал нас Сережа.

Погода была прекрасная, выйдя из озера я даже не ощутила холода.

Время мы проводили весело до самого вечера .

Как стемнело, разбившись на парочки потихоньку все стали уединяться. Первыми от костра отошли Коля с Аней. Посидев еще немного и выпив по чуть-чуть из одноразовых стаканчиков водки, запив яблочным соком, в свою палатку ушли и Сергей с Ксю.

Мы же с Димой остались сидеть у костра. Оставшись вмести наедине, мы оба ощутили некую неловкость, казалось воздух стал вязким и в нем застыла тишина.

Через несколько мгновений тишину нарушили охи и стоны из соседней палатки.

У меня и Димы на лицах появилась улыбка.

- Ну что, так и будим молчать? - сказала я.

- А эээ.... - что-то хотел сказать Дима, но я не дала ему начать, первая поцеловала его в губы.

Он смотрел на меня немного растерянными, но довольными, полными желания глазами.

Я взяла его за руку и потянула за собой.

- Пойдем. Только возьми покрывало. - полушепотом произнесла я. Потянула парня в сторону, к большому валуну, за которым можно было уединиться не слыша соседей и самим не кому не мешая. Многих конечно, наличие милующихся пар не останавливало, но мне же требовалось соблюдение интима.

Только мы зашли за валун, как Дима набросился на меня и жадно стал целовать и раздевать.

- Димочка .... аа! Димочка постой, не так, ах нет! - нужно понимать, что это маленькое "нет", было большим "да". - Димочка возьми меня, ааа! Вот так. Да.

Мы слились во едино, казалось ни что не может нарушить нашего соития. Неожиданно, что называется "вдруг", раздался оглушительный хлопок. Послышались крики, кажется это была Аня.

- Надо идти! - сказала я. Быстро одевшись мы побежали к палаткам. О ужас, мы увидели горящую палатку и сидящую в стороне Аню. Девушка ревела навзрыд. Так же из леса бежали к нам Сережа с Ксюхой.

- Что случилось Аня? - тряс ее Дима. - Отвечай же. Где Коля?

- Тааа там! - указала она на горящую палатку. Запах горелого мяса витал в воздухе. Только сейчас до меня стало доходить, что это не запах от съеденного шашлыка.

- Что случилось? Аня успокойся! - пытались мы привести ее в чувство. Не выдержав, я отхлестала ее по щекам.

Это возымело силу, она стала приходить в себя.

- Не знаю, не знаю я! Я , я вышла в туалет, а потом... потом хлопок и вот, я подбежала и вижу он , коля он горит и даже не успел вскрикнуть. Только она произнесла это, как небо озарили яркие всполохи. Похоже было на северное сияние, но видь здесь юг. Красивое и завораживающее зрелище.

Мы все подняли головы к небу и как заколдованные или под гипнозом смотрели в перламутровую, переливающуюся высь. Затем началось страшное, непонятно откуда и как, в воздухе стали появляться огромные шары. Их диаметр варьировался от десяти сантиметров, до пары метров. Шары эти казалось, состояли из чистой энергии. Больше всего они напоминали гальванический шар, но только без стекла. Шар из чистой тягучей плазмы. Шары стали беспорядочно кружиться в воздухе, в затейливом танце. Казалось, в их движении нет ни какой системы, но неожиданно они стали приближаться к нам. Вот, они уже совсем близко и я слышу крик, чей-то крик, а может и мой собственный. Вижу Аньку впереди себя - это она кричит. Шар в паре десятков сантиметров от нее, Сережа бросается перед ней перекрывая путь для шара. Опять оглушительный хлопок и яркий как сотни фотовспышек обволакивающий все свет.

Глава 16

Очнувшись я услышал девичий голос. Голова сильно болела.

- Помогите! Есть тут кто-нибудь! Вау-у! - надрывался девичий голосок. Судя по голосу - это была Ксюха. Вот дура, не вау , а ау! Я, кое-как поднялся и быстрым шагом, хотя меня шатало из стороны в сторону, пошел на голос.

- Что случилось? Чего так орешь? - я подскочил к Ксю. Зареванная, она сидела, прислонившись к стволу дерева.

- Дима, Димочка, это ты, слава Богу! Я очнулась, а вокруг ни кого и так холодно. - Ксюха кинулась ко мне на шею, обнимая. - Где мы Дима? Где все?

- Не знаю! Я сам, только что очнулся и услышал тебя! - ответил я. - Суди по всему мы в лесу. Смотри, а вон и озеро. - сквозь ветви деревьев пробивался блеск отраженного от водной глади солнца. - Пойдем туда.

Как не странно, лес казался более густым и травы было значительно больше, чем предыдущим утром. Немого же все вырасти за одну ночь?

Подойдя к озеру мы действительно увидели ребят. Все они валялись на берегу озера примерно в том же месте, где мы поставили палатки. Вот только ни палаток, ни следов от сгоревшей палатки не было. Следов нашего костра не наблюдалось.

Подойдя ближе мы увидели, то чего ни как не ожидали, точнее не хотели думать о том, что такое вообще может быть.

- Сережа! - с надрывом заставляющим сердце замирать, вскричала Ксюша. Она бросилась к телу своего парня. - Сережа, Сереженька миленький! - кричала она вцепившись руками в траву, проливая горькие слезы над бездыханным обуглившимся в некоторых местах телом. Ожоги были в основном на лице и правой руке. Видимо он перед смертью пытался остановить, нечто. В голове сразу всплыли смутные образы, переносящие сознание во вчерашний вечер. Рядом с Серегой лежало бездыханное тело Ани. Ожогов на ней не было, видимо весь удар принял на себя Сергей. Только пугающие черные, пустые глазницы зияли на ее бледном лице.

- Кто так кричит? С утра самого, ммм дайте поспать!- послышался голос в паре метров.

- Лида, Лида ! - с тобой все в порядке? - подбежал я к ней, прижал к себе.

- Да все, все нормально. Голова только трещит, отпусти, а то раздавишь.

- Лида, ты, что ни будь помнишь?

На секунду на лице Лиды застыло непонимание, сменившееся морщинками на лбу, как признак усильной работы мозга. Казалось можно было услышать как скрытые в голове шестеренки приходят в движение, затем на лице отчетливо проявился страх.

- Помню! Коля?

- Да Коля. Серега с Анькой тоже!

Лида приподнялась и увидела рыдающую, с бешенными глазами Ксюху. Слезы выступили на ее глазах, и потекли по испачканным в земле щекам, грязным казалось нескончаемым ручьем.

Только у меня не было, казалось ни горя, ни страха. Мне конечно было жаль ребят, но то, что Лида была жива, радовало меня. Эта радость перекрывала общее горе. И к тому же, я один среди девчонок, нужно не раскисать, а выбираться от сюда, идти в лагерь и звать на помощь.

Лес был густой, но в тоже время какой-то мертвый. Это не передать словами, это нужно чувствовать. Как в детстве, когда боишься бабайку или темноту. Вроде все так. Никто не нападает, а все ровно жуть такая, что кажется выворачивает наизнанку и желудок шевелиться, а по спине мурашки. Я понял не сразу в чем дело, только когда мы стали приближаться к месту, где должен быть лагерь. В лесу была тишина не просто тишина, а настоящая, не пения птиц не насекомых. А про лагерь, я сказал "должен быть" потому, что его не оказалось.

- Что за чертовщина? Ни чего не понимаю! - как вкопанный застыл я на месте. Там где должен был располагаться археологический лагерь, не было ни чего, то есть было, трава, деревья. Вот только ни палаток, ни следов, что здесь были люди, совершено нет.

- Постой Дима, может мы не туда вышли? - растеряно проговорила Лида. Хотя, думаю она понимала, что место именно то. А сказала она это больше для успокоения, толи нас с Ксюхой, толи самой себя.

- Да нет девчонки, место то. Видите, вот камень, у камня стояла палатка. На нем я носки сушил, на следующий день после нашего приезда. Потом мы на нем маркером с пацанами расписались, вроде как место застолбили. Ни чего не понимаю, камень чист! - удивлению моему не было предела.

- Ты что? Шутишь? Такого не бывает! - сказала Лида.

- Какие шутки, блин, сама посмотри! - прокричал я. Указал пальцем на камень.

- Ой мамочки, что это значит? - пропищала Ксюха, снова начала реветь.

- Да не реви ты! - Лида отвесила ей пощечину от всего сердца. На щеке Ксюхи остался красный след, но реветь она все же перестала.

- Мы что в прошлое попали? - с натянутой улыбкой задала вопрос Лида.

- Может быть, может быть, постой-ка. - я отошел немного в сторону к сосенке стоящей немного обособленно от всех, посмотрел на землю. - Хм. Так и есть.

- Что так и есть?

- Посмотри! Лида здесь должна быть выкопана яма для мусора!

- Да! - с совершенно обескураженным выражением Лида уставилась на место, где должна была находиться мусорная яма.

- Что да? Видишь, нет? Земля девственно чиста!

- Блин ни чего не понимаю! - я присел на землю, спиной прислонился к сосне и посмотрел на небо ища там ответ.

- Дима, что это значит? Что нам делать? - в голосе Лиды совершенно не было энтузиазма и проскальзывали жалобные, даже растерянные нотки. Ксюха же стояла совершенно с бессмысленным выражением лица, вся зареванная и чумазая. Не знаю почему? Она мне напомнила, некогда популярную, американскую певицу - Перис Хилтон.

- Помните, Саныч нам всякие страшилки рассказывал?

Так вот, в старину в этих местах, говорят пропадали дети, некоторые навсегда, а некоторые возвращались. Кто через неделю, а кто и через пять лет. Только те, кто возвращались не в себе были, умом навсегда повредились. И ладно бы это только, возрастом по легенде они какими пропали такими и возвращались. Как будто для них прошло всего пару часов.

А еще помню, я читал когда-то легенду о Рипе ван Винкль[i]. Не сказать чтобы я любитель читать американскую классику, меня просто заинтересовало имя. Так звали героя одного японского аниме. В средних классах я увлекался аниме. Так вот, в этой легенде было нечто похожее.

Дело было до американской войны за независимость, охотник по имени Рип, (имя было голландским) отправился на охоту в лес, где встретил незнакомцев. Они угостили его отличным бухлом, что выпив пару кружек он вырубился. Очухавшись утром и подобрав необъяснимым образом изрядно проржавевший мушкет, Рип не нашел тропинки, по которой пришёл. На её месте тек ручей. Добравшись до родной деревни, он увидел, что там многое изменилось. Дома и жители, его никто не узнавал . Потом он увидел свое отражение в оконном стекле - он превратился в старого деда. Как потом выяснилось, его давно похоронили заочно, а с времени как он ушел на охоту прошло двадцать лет.

- Пфф. Но мы то не превратились в деда с бабками.- проговорила Лида.

Я улыбнулся. Если чувство юмора не потеряно, значит не все так плохо.

- Да, но у этой истории есть много вариантов, в одном из них есть феи, вместо незнакомцев и загадочные огни в воздухе. Ты понимаешь? Ни чего тебе не напоминает? - зря я разворошил в памяти события вчерашнего вечера. - Ладно надо идти в село. Здесь близко, там и разберемся.

Глава 17

Дорога до села заняла не много времени, чуть больше получасу, да и то, только потому, что Ксю была сама не своя и ели плелась. Приходилось идти медленнее чем хотелось.

Подходя к околице села, опять же, я почувствовал, что что-то не так.

- Дим! Тебе ни что не кажется странным? - взяв меня за руку спросила Лида.

- Странным? Да, кажется! Вот только не могу понять, что?

- Тут совсем не слышно шума людей. Ни машин на улицах. Село же большое так-то, население тысячи три будет.

Тут, я действительно обратил на это внимание. Лида была права. Не могут же все по домам сидеть. Да и улицы без машин, дорога ведущая в село заросла травой, а видь именно по ней мы и ехали на раскопки.

Справа от дороги показался ржавый дорожный знак, свидетельствующий о въезде в населенный пункт. "Вольное"- было написано на нем.

Село показался каким-то живым, только больным, может быть, смертельно больным или скорее запущенным. Все кругом заросло травой по пояс, с яблоневых деревьев плоды валялись прямо в траве. А еще мох, огромные лужайки мха. Яркого, зеленого, мягкого как ковер. - Здесь, что-то не так? Это явно не прошлое. - Дима, здесь как в чернобыле! - я там была два года назад. Мы с друзьями ездили в Припять. Там так же, все зеленое и людей нет. - сказала Ксюха, наконец-то она пришла в себя.. - О, я смотрю ты очнулась. Ты хочешь сказать, что здесь тоже радиация.- сказал я. - Не знаю. А вы сами как думаете? - Если честно, я уже не знаю, что думать! Голова кругом. Ловлю себя на мысли, что это дурной сон и я сейчас проснусь. Ай! - Лида больно ущипнула меня за руку. - Ну что? Больно! Значит не сон! - улыбнулась она. - Тихо! Вы слышите?- сказала Ксюша и остановилась. - Что? - в один голос проговорили мы с Лидой. - Послушайте. Откуда-то доносился громкий собачий лай. Он становился все сильнее. Вдруг со спины, из-за угла появилась свора бездомных собак, грязных взъерошенных, худых и очень агрессивно настроенных. Они гнались за собакой, явно ухоженной, она с визгом бежала в нашу сторону. Ждать развития событий мы не стали. Желают ли псинки познакомиться с нами поближе или сожрать нас на десерт, после обеда своим ухоженным собратом. Мы дали деру, так быстро, как только могли. Мне казалось, что я бежал как Флэш[i]. Забор вдоль дороги, слился для меня в непрерывную ленту. - Бежим за поворот, а там в какой ни будь дом. Поняли! - прокричал я девчонкам. Только мы стали подбегать к перекрестку, как неожиданно с перекрестной улицы выскочил дед с ружьем. -Лягай на землю! - прокричал он. Мы по команде, рухнули в грязь. Раздался выстрел. Собачий визг. Затем, второй выстрел. - Ну что? Кончай в грязи купаться, чай не свиньи. Быстрее-быстрее-быстрее, пойдем за мной, а то двуногие нагрянут, а мне то не надыть. - Трезорка! Ко мне милой.- старик подозвал к себе собаку, ту за которой гналась свора и ласково погладил ее по голове. Желтая дворняга махала хвостом, благодарно смотрела в глаза своему хозяину и спасителю. - Вы ребятки от куда будете в нашей глухомани? - Мы та, вы не помните, мы виделись вчера в лесу! - проговорил я. - Вчера! - изумленно проговорил дед. Я милой, почитай уже больше года как людей не видал. Если б кого встретил, то уж точно запомнил бы. Путаешь ты, чего-то, парень. Мы непонимающе переглянулись между собой. - Нечего стоять то. Кому сказал, быстрее пойдем ко мне.

Дед жил всего в трех домах от места нашей с ним встречи. Пройдя в дом мы оценили обстановку. Чистый, ухоженный деревенский дом. Дом был из двух комнат. В большой стоял старый шкаф, телевизор у стены, у противоположной диван, на стенах висели ковры. Комната поменьше, была кухней, где располагалась печка, стол и гарнитур. На стене у входа висела вешалка с одеждой. - Ну что? Проходите ребятки, давненько у меня гостей не было. - Спасибо дедушка! - проговорили мы по очереди и прошли к столу. Сели на стулья на которые указал старик. - Давайте, что ли знакомиться. Меня Иваном Дмитриевичем величать. Можно просто дед Митрич. А вас как будут? - Я Дмитрий, можно просто Митя, а это Лида и Ксюша. С нами еще было трое, но они... В общем нет их больше. - Чудны дела твои... - сказал старик и пригладил бороду. - Откуда же вы взялись-то тут в зоне? - В зоне? - хором воскликнули мы, подскочив со стульев. - Кажется я была права! - сказала Ксюха. - Все-таки радиация есть. - Радиация, оно конечно есть, но не такая сильная как у станции. Так что девонька, не боись! - успокоил Ксюшу дед Митрич. - Я и не боюсь! Просто откуда? Не понимаю? - Как откуда? Вы что ребятки, с луны свалились! - Нет, мы просто не здешние. - Нездешние говорите. - хитро прищурив глаза проговорил Митрич. - Как нихондзи ракетные удары в прошлом годе по Мостовской нанесли, так тут и девятая (Армавирская) зона радиационного заражения. - В прошлом году. А какой сейчас год? - спросил я. - Семнадцатый был с утра. - удивленными глазами посмотрел Митрич на меня. - Ты милок не заболел ли? - Нет, спасибо. Две тысячи семнадцатый значит. А число сегодня, число какое. - Семнадцатое июля. - Ни чего не понимаю! Все правильно, число правильное, год правильный. Только что это, что все это? - я соскочил со стула и стал кричать размахивая руками. - Митька, да что с тобой? Успокойся милой. - пытался успокоить меня дед. - Дима, Димочка! - жалобно, девчонки просили меня. - Сядь, пожалуйста, успокойся, мы во всем разберемся. - Ради меня успокойся. - сказала Лида, посмотрев мне в глаза и обхватив мою голову ладошками. Это возымело силу, я сел. - Все, я спокоен. Не знаю, что на меня нашло? Извините. - На-ка выпей! - Митрич достал из шкафчика бутылку и налил в кружку, я выпил. Терпкий вкус во рту и немного обжигающий, а затем я сглотнул, почувствовал тепло внутри, потом закашлялся, дыхание перехватило. "Самогон". - подумал я. Самогон я ни разу не пил, не доводилось. С непривычки, показалось сильно жестко для меня. - Двойной перегонки! - с гордостью сказал дед.- Нате девоньки и вы выпейте и я с вами за знакомство. - Митрич налил всем. На этот раз самогон пошел у меня лучше, мне даже понравилось.

Глава 18

У Митрича мы пробыли три дня. Немного пришли в себя и кое в чем разобрались. Особо подавать виду, что что-то не так, мы не стали. Просто сидели тихо и ловили крохи информации из разговоров с дедом. Что стало ясно из разговоров, только то, что мы не в нашем мире. Грешным делом я даже подумал, что мне все же снится кошмар или я умер и попал в ад или в чистилище. Хотя, насколько я был знаком с религией, на "тот свет" - это не было похоже. Митрич как-то пошел в лес, а нам наказал ни куда не выходить со двора. - Девчонки вы поняли? - Поняли что? - -Лида, Ксю мы не дома! - Мы и так знаем, что не дома! - Да нет же. Вы не поняли? Мы не в нашем мире! - В смысле не в нашем! - с вызовом воскликнула Лида. - На другой планете что ли? Говори яснее! - Нет же! Это тажа земля, только мир другой. А ладно, сейчас объясню. Это параллельная реальность, альтернативная если быть точнее. Здесь история пошла немного не так как у нас! - Ого, и это ты считаешь немного. Чернобыль не в Украине, а в Армавире? - возмутилась Лида. - Подожди Лида, давай по порядку. Здесь как я понял СССР не распался, ну или если быть точнее, страна которая называется Союз Нерушимый Республик Советских. А в то время когда у нас была хрущевская оттепель, примерно середина шестидесятых, здесь наоборот появился экономический союз, наподобие ЕС. Его назвали Евразийский социалистический союз. В общем коммунизм здесь победил. - Откуда ты это узнал? - Вот смотрите! - я достал из-под стола в комнате, под которым было множество книг, учебник "Отечественная история. 10 класс". - Здесь все написано. Девчонки сидя на диване внимательно рассматривали книгу, с полчаса они листали ее и не могли поверить своим глазам. Не могли поверить в то, что там написано и написанное скорее всего правда. В учебнике попадались некоторые знакомые фамилии, но события были совершенно не те, о которых они знали. - Постой Дима. Учебник заканчивается 1995 годом, десятым съездом КПСН. - Да, учебник старый. Посмотри на дату, он отпечатан в девяносто седьмом. - А что было дальше? - А дальше Лида был шок и трепет. Я не хотел говорить, но что уж теперь. Мысли, что мы не в нашем мире меня посетила почти сразу, как мы подошли к месту, где был наш лагерь, но просто сам себе верить не хотел. Ни когда бы не подумал, что сам стану героем постапокалептической антиутопии в стиле Fallout. - Почему антиутопии? Я думала здесь коммунизм победил, типа равенство, все бесплатно. - удивилась Лида. - Нет милая. Здесь все не так. Коммунизм и вправду победил, только не такой, как у нас при Брежневе был. Здесь он воинственный. С сороковых война шла почти беспрерывно. Америку конечно победили, сейчас такой страны нет. С японцами стычки постоянные были, они здесь империя, мощная и тоже воинственная. А сейчас девчонки самое страшное, сейчас уже второй год идет война между Ниппон Хокку, так тут называют японскую империю и Россией, то есть этим самым Союзом нерушимым. Ядерные бомбы все кидают не стесняясь. Это мне дед позавчера в баньке за самогонкой рассказал. В общем девчонки мы в полной.. этой самой! - А так, нам даже повезло. Мы по крайней мере все еще живы. - Ни хрена себе везение, до сих пор живы! Как будем выбираться то отсюда. Мне домой хочется, в тепло, к маме, в горячей ванной поваляться. - опять запричитала Ксюха.

- Все! Нечего реветь. Надо выбираться в город к ученым каким не будь. К властям на худой конец. - предложила Лида.

- Ага Лида, к властям. - съязвил я. - Ты вспомни про наш ГУЛАГ. Тут наверняка такая же система есть. В лучшем случаи нас отправят в дурдом.

- Но, что же делать? - взмолилась Ксю.

- Власти точно отпадают, по крайне мере пока. А вот с учеными, да. Действительно можно попробовать. Это вариант, при том самый оптимальный.

Нужно идти в Ставрополь, до него ближе всего. И территория как я понял не радиоактивна.

- Сколько до него?

- Примерно сто пятьдесят километров если по дороге, а так около сотни наверное. Но по прямой, я идти не рискну. Дороги не знаю, местность не знакомая, а на трассе есть шанс найти транспорт.

Глава 19

Утвержден постановлением Минобороны СНРС от 07.08.2001 N 31 Протокол проверки станции пространственного перемещения (перехода). (тип стационарная) (в/ч 55274 ,ВФМИ) В периодс по 04.06.2019 г. по 08.06.2019 г. инженерной группой выполнена проверка станции пространственного перемещения (перехода) (вид проверки комплексная) в ходе проверки нарушений обеспечения работы станции не выявлено, оборудование исправно.

Нужно, что-то предпринять! Срочно! Сидеть просто на месте уже не получиться. Как странно, я думал, что такое уже невозможно и живых свидетелей совсем не осталось. Да, точно не осталось, я уверен. Но как быть? Этот майор четко дал понять, что сейчас кто-то в точности повторяет ритуалы которые проводили эти безумцы во главе с генералом Ханцеверовым. Совершенная глупость без техники пробивать дыры в пространстве и времени. Они помню много чем занимались, и телепортацией, и чтением мыслей, и порчу насылали. Пользовались какими-то, мало историчными записками, не то Брюса, не то Скалиха. Разве, что на метлах вместо самолетов не латали. Хотя с них станется. - обдумывая все на ходу, Виктор Иванович Красинский подошел к проходной и привычным движением руки вставил карточку в прорезь турникета. - До свидания Виктор Иванович. Вы сегодня припозднились.- попрощался охранник. - А! Да, заработался! До свидания! Красинский вышел за территорию Научной конфедерации и привычным маршрутом, под моросящим дождиком, направился к троллейбусной остановке. Сегодня в новостях говорили, что кислотность дождя близка к норме, но все же, осторожность не будет излишней. Даже слабо кислотный дождь, ужасно сушит кожу. Собственной машины он не имел, да и водить никогда не умел. Да и желания научиться, тоже ни когда не возникало. Раньше у него был личный водитель и служебная машина от министерства, а теперь скромному профессору на заслуженном отдыхе таковая не положена. И если честно, то и здоровье уже не то, чтобы быть в одиночестве. Вдруг сердце прихватит, а рядом ни кого, а так все равно, в общественном транспорте кругом люди. Глядишь может кто и поможет, скорою вызовет. И врач, пешие прогулки настоятельно рекомендовал. Кабинетная работа до добра не доводит. От службы до его дома было пять остановок, но сначала Виктор Иванович зашёл в гастроном, купил батон хлеба. На остановке, выйдя из дверей рогатого транспорта на пустынную улицу, Виктор Иванович угодил в лужу. Неприятные радужные разводы пошли от ноги по поверхности воды. Далее профессор привычным, отработанным до автоматизма маршрутом, направился во внутренний двор пятиэтажного дома, к своему подъезду.

"В феврале, когда снег был совсем рыжий, на день рождение, коллеги решили устроить банкет в мою честь. Ну и как водиться надрался я изрядно. Домой добрался на автопилоте, практически со всегда закрытыми глазами". - вспоминал Красинский.

Также привычно поднявшись на третий этаж, конечно медленно, с отдышкой и бешеным стуком сердца, Виктор Иванович вошел в свою квартиру. Повесил портфель на вешалку. Снял защитный дождевик, пальто, - они отправился туда же. Разулся.

- Я дома!- громко сказал профессор. Тут же к нему стремительно пронеслась из комнаты девчушка четырех лет, с куклой медсестры в руке. Громко, радостно во весь голос прокричала: - "Деда!".

- Привет, привет моя хорошая, как у вас дела? Чем занимались с мамой? - обнимая внучку, сказал довольный дедушка. Сам дедушка присел на небольшой стульчик в прихожей. Внучку посадил себе на колени.

- Мы ф мамой ихрали. Потом мама убилалась. И готовила!- проговорила девчушка.

- А ты ей помогала?

- Угу! - девочка покраснела от смущения и потупила взгляд.

- Алиса, слезь с дедушки! Дай ему нормально раздеться. - строго проговорила девушка лет тридцати пяти, неожиданно появившаяся в дверном проеме кухни. Алиса тут же соскочила с колен деда. Как будто она сидела не на нем, а на раскаленной плите. Мигом умчалась в комнату, в которой работал телевизор.

- Ничего, Катюша. Все хорошо.

- Ой, намаялась я с ней сегодня. Дождь сегодня, даже не погулять. Пап, ты хлеб купил?

- Конечно! Как я мог не купить! - весело, с напускной гордостью сказал Красинский. - Ты бы меня потом весь вечер пилила, а потом, еще допиливала бы, когда я сходил бы и все же купил его. Вся в мать.

- Ой, да не говори! Прям всего испилила, одна труха осталась! А я думаю, что это везде песок сыпется! Понять не могу от куда? Как не начну убираться, то песок, а это труха! - так же весело парировала Катя колкость своего папы.

- Ну доча, я не такой и старый. - с напускной обидой сказал Виктор Иванович.

- Ладно, пап, мой руки, и к столу будем ужинать!

Поужинав. "Надо сказать, Катюша готовит божественно, прямо как Машенька готовила". - подумал Красинский.

- Спасибо доча! Все вкусно было. Пальчики оближешь!

- До мамы мне далеко! - ответила Катя. - Мне ее так не хватает.

- Мне тоже милая. Мне тоже. Дня не проходит, чтобы я ее не вспоминал. Ладно доча, не будем о грустном. Мне нужно тебе кое-что сказать. Я должен уехатьпо делам не надолго.

- Папа! Какие поездки? У тебя же сердце! - возмутилась Катя.

- Катюша, да что ты в самом деле, меня совсем инвалидом представляешь? Мне после операции, намного лучше, я сейчас о-го-го! Как в тридцать лет. Молодым фору дам! - наигранно хорохорился Красинский, пытаясь убедить дочку в своем мнимом здоровье. Сам же прекрасно понимал, что здоровье его оставляет желать лучшего.

- Нет, я категорически против! Мне нужен живой отец. Какие могут быть поездки? Хватит отъездил свое! - дочь Виктора Ивановича была непреклонна.

- Ты как хочешь, но я все ровно поеду. Это очень важно. Если и суждено умереть, то нужно с чистой совестью!

- Папа, ты меня пугаешь! Что случилось?

- Да нет, ни чего, милая. Прости! Просто одно дельце связанное с моей работой, которой я занимался в молодости. Ни чего такого. Просто это важно для меня.

Да и звонить буду каждый день. Обещаю. Меня не будет, от силы дней пять.

- Ой - тяжело вздохнула Катя. - Далеко хоть едешь?

- Да что ты! Какие в наше время дальние поездки? Обитаемый мир сузился до каких-то сотен километров! На юг еду, в городок под названием Кутомара.

Глава 20

- Котов, что думаешь? - обняв за плечи любимого произнесла Надя.

- Думаю, что нас тут ждали. Засада была организована не умело, работали дилетанты, притом обнаглевшие! - ответил Владлен. - А у тебя на этот счет, что другое мнение?

- Нет! Я думаю так же! - Надя на секунду задумалась. Это ни как не могло ускользнуть от внимательного взора Владлена.

- О чем думаешь солнце?

- Да так! Просто одна мысль, ни как не покидает меня!

- И какая же? Если не секрет? Не ужели думаешь: - " Сволочь отправил меня в Тмутаракань, в меня стреляют, захватывают заложники, хожу вся мокрая по лесу, сижу в грязи. А этот эгоист только о работе думает! На работе по ночам пропадает вместо того, чтобы быть со мной в теплой постельки! Брошу я его ко всем чертям!"

- Дурак! Будешь так шутить, правда брошу. Возьму да и уйду к другому. В конце концов идеала не существует!

- Ну знаешь это хамство! Все ни чего, но сомневаться в моем существовании! - Владлен игриво возмущался.

Надя уставилась на него и озадачено хлопала глазами.

- Дурак! - обижено произнесла она. - Я ему серьезное хочу сказать, а ему все шуточки.

- Ладно, ладно, давай серьезно. Что у тебя?

- Я вот думаю, а ведь их должен был кто-то предупредить. Ведь так! - повернув голову вопрошающе, Надя посмотрела на Котова.

- Без сомнения милая. И так, что дальше? Развивай мысль!

- То, что мы сюда отправимся сегодня утром, мы сами только решили. Поэтому заранее об этом никто не мог знать. Так?

Следующее. Нас всего восемь, плюс Штернберг в курсе, итого девять.

Нас двоих можно сразу исключить. Значит кто-то из оставшихся семи.

- А как? Как предупредили? Когда?

- Ой, да что ты как маленький. Как только узнали, что в лес пойдем, на хутор, так сразу и предупредили. Взяли да позвонили.

- А, ну да! Ну да. Слушай Надя! А ты случайно не заметила во время боя ни кто из солдат, ни старался отсидятся, за спины прятаться?

- Знаешь, как-то не заметила, ни до того было! - зло сказала Надя. Я тоже не со стороны наблюдала. А что?

- Да, нет ни чего. Ладно, давайте осмотрим место, где два месяца назад произошло жертвоприношение.

Хотя, эти ублюдки все истоптали.

Блин как я и думал. Словно табун лошадей прошелся.

- Кстати нужно будет спросить в комендатуре, почему не организовали должное оцепление и охрану места преступления.

- Надя о чем ты? Тут и так все ясно для местных властей было. Некий психопат, свихнувшийся на коком-то культе, кромсает баб, ой извини женщин направо и на лево, по известным линь ему самому мотивам.

- Да так-то оно так, но все равно нужно было сделать как полагается.

- Брось, солнышко. Если уж наша контора зацепилась за это дело, и то только потому, что какой-то чудик из архивного отдела наткнулся на документы. Точнее на какие-то остатки бумаг конца прошлого века.

- Котов не строй из себя циника всезнайку, тебе не идет. Когда ты меня отправил сюда, я не поленилась навести справки: кто? куда? и почему? И вот, как ты выражаешься "чудик из архива" - это сам начальник центрального архива ДГО Рогочьков Сергей Владимирович.

- Да ладно! - искренне удивился Владлен. - Птица высокого полета и низошла до самоличного рытья в архиве как канцелярская крыса. Не верю!

- А вот поверь! И мне тогда это тоже показалось странным. Но теперь я думаю, что ему кто-то подсказал, что нужно обратить внимание на то, что происходит в этой дыре.

- Хм. Наверное ты права. Да и в прицепи все сходится.

- Что сходится?

- Да нет ни чего!

- Котов, сказал "А", говори и "Б". Не темни, отвечай быстро все равно я от тебя не отстану!

- Мне это дело подсунул генерал Гущин. Он еще постоянно меня торопит и интересуется "как там проект?". Я и приехал то сюда как раз потому, что Гущин дал мне понять, что дело требует моего личного присутствия, как более опытного и старшего по званию. Пока ехал сюда и думал, почему мы должны переться в эту Кутамару и заниматься на первый взгляд обыденным делом. Этих сектантов по деревням и весям полным полно. Да к тому же дело непонятным образом связано с научным проектом из прошлого. Правда перед отъездом, я тоже навел справки, поговорил с одним профессором, который более сведущ в проекте "Счастье народов". Да что там, он сам принимал в нем активное участие. Я ему конечно не подал виду, что сам ничего практически не понимаю в том, что мне поручено расследовать. Он мне поведал, точнее подтвердил, что все эти ритуалы действительно имели место во время проведения экспериментов в начале века. Занималась ими какая-то оккультная группа МГБ Союза, и что вроде, как это было не серьезно. Профессор этот высказывался о колдунах в погонах нелицеприятно и с большим скепсисом, ему я поверил.

Но тем ну менее Гущин отнесся к этому делу со всей серьезностью. А когда ты сказала про Рогочкова, то картина в голове сложилась. Рогочков и Гущин давние друзья. Но все равно это дело не могло так просто заинтересовать столь высоких бонз. Если генералитет высшего ранга заинтересован, то скорее всего ноги растут из самого правительства. Это уже не просто интерес ведомства, а всего государства.

- Понятно. В первый вечер здесь, я изучала протоколы обследования мест всех убийств. Меня кое, что поразило. Маньяки как правило импульсивны во время совершения убийств, то есть находятся в неком трансе что ли. Если судить по фото со всех мест преступления, видно, что преступник методично воспроизводит что-то, то есть нет ни малейших изменений от трупа к трупу.

- Не совсем понимаю к чему ты клонишь.

- ААА Котов! Какой же ты тугодум! Смотри, священник, жрец, военный, выполняя свои ритуалы, обряды, снятие с караула, ежедневно по сути делают одно и тоже.

- Ну да. Это очевидно.

- Очевидно да не совсем. Все мы люди и не можем повторять все как машины до мелочей, все равно любое действо и при многократном повторении, в чем то будет отличатся от аналогичного действия совершенного ранние.

- Блин ты мне прямо съела мозг, но я кажется понял. Ты хочешь сказать, что наш преступник или машина или маньяк-педант.

- Да нет же! Мы просто имеем дело с имитатором. Он просто воспроизводит то, что видел где-то. Скорее, воспроизводит некий, четкий алгоритм действий. Как по инструкции или как художник специализирующийся на репродукциях. Просто копирует картину, а в нашем случаи, наверное фото.

- Владлен, ты чего? - она повернулась к Котову, смотрящего себе под ноги с задумчивым видом.

- Кажется, я догадался! - Владлен заулыбался, той неповторимой улыбкой, которая могла бы быть у чеширского кота, если бы он оставил подарок у вас в тапке. - Только при чем тут игры с электричеством? Непонятно.

Глава 21

Они сидели под большим раскидистым дубом растущим посреди пшеничного поля. Могучие ветви как огромный зонт защищали от обрушавшихся на землю небесных вод. Сокрытые от посторонних глаз ночною тьмой и буйством колосьев, пришельцы из другого мира, за долгий, как им казалось почти бесконечный месяц, чувствовали себя в относительной безопасности и могли хоть немного отдохнуть. Дима расстелил на земле куртку. Все же было немного сыровато, мешали летающие белые мошки, которые больно кусались. Они видимо тоже прятались от дождя. Дима обнял Лиду за плечи,чувствовал жар ее тела и как она трепещет от холода. Вся промокшая, Ксюха сидела рядом с Лидой прижималась к ней с другой стороны. За последние недели Ксюша сильно исхудала и у нее был очень болезненный вид. Лида и Дима очень за нее волновались, но она не хотела ни чего слушать.

Однажды, когда мы все же увидели опустевший, обезлюдевший Ставрополь, она произнесла: - Я так больше не могу, еще чуть-чуть и все. Затем упала на асфальт и зарыдала.

Увидев опустевший большой город, на душе стало муторно. Идя сюда мы уже знали, что увидим. Не часта встречающиеся на нашем пути, не особо жаждущие общения люди, рассказывали, что Ставрополь и другие более менее крупные города с развитой промышленностью эвакуировали на восток. И все же какая-то призрачная надежда оставалось, что здесь есть те, кто сможет нам помочь. С того дня прошло уже две недели, город-призрак остался позади.

Где-то в ветвях издавали свои неповторимые звуки местные птицы, кто это был определить в ночи невозможно.

Думая обо всем, о том, что было, и о том, что будет с ними дальше, Дима не заметил как девчонки погрузились в царство морфея. Лида мирно посапывала прижав голову к его плечу, дыхание ее сливалось с шумом дождя и погружало Диму в транс. Ксюха напротив, дышала тяжело и с каким-то свистом. "Не подхватила бы воспаление." - подумал Дима.

Неожиданно, где-то неподалеку послышался хлопок. Лида проснулась и вскочила. Дима поднялся вслед и решил осмотреться. Через тьму и стену дождя видно было немного. Ксюха продолжала спать прислонившись к дереву. Через какое-то время, метрах в ста к северу появился луч света, послышались голоса.

- Это люди, кто-то ходит с фонариком. - прошептала Лида. Дима кивнул в ответ. Звук голосов постепенно нарастал, люди приближались.

Дима и Лида стояли прижавшись друг к другу, почти не дышали.

Трое в армейской форме, у одного из них был автомат, застыли присматриваясь к тому, что впереди. Перед ними в десятке метров был дуб. Луч фонаря выхватил из тьмы рядом с ним, две человеческие фигуры. Осмотревшись по сторонам камуфлированная троица, уверено зашагала в сторону дуба. Прямиком к ребятам.

- Опа, а это у нас кто тут? Вик ты только глянь!- проговорил плюгавый, рыжий, конопатый солдат. У него был отвратительный заискивающий голос. Солдат откровенно напоминал шакаленка из "Маугли" илипромокашку из "Эры милосердия" братьев Вайнеров.[i]

Подошедшая к ребятам троица была солдатами.Того, что был с автоматом, как понял Дима звали Вик. "Какое странное имя. Вроде немецкое. Он у них за главного", - подумал он.

- Здравствуйте! Э мы немного заблудились. И дождь, нечего не видно. Не подскажете как нам пройти до дороги или до ближайшего населенного пункта? - неуверенно обратился к солдатам Дима. Доверия они у него не вызывали. И еще, он тут же пожалел о своем вопросе. Он заведомо дал понять, что они не местные и идти им не куда.

"Идиот, какой же идиот. Головой об стену! Может обойдется. Вдруг нормально. Хотя, посмотреть на их рожи. Гопники, типичные гопники. С такой армией и врагов не надо. Умная мысля, приходит опосля", - подумал Дима. Лида стояла за его спиной, а Ксю продолжала лежать у дерева сжигаемая лихорадкой.

- Здрасти! Дороги тут нет, а укрыться от ненастья можно, только...- проговорил Вик и посмотрел на своих товарищей, как то хитро улыбнулся. Те тоже стали лыбиться - это придало им сходства с еще одним неприятным животным. - Только за укрытие нужно будет заплатить.

- Заплатить, конечно. Только у нас денег совсем мало, рублей семьсот. - ответил Дима. Улыбка Вика ему не понравилась.

- Деньги это всего лишь бумага. Кому они нужны. Заплатить можно и по-другому.

- Но у нас ничего нет.

- Это как посмотреть! У вас может и нет, аконкретно у тебя есть.

Дима лихорадочно, думал, что у него есть. Затем он увидел сальный вожделеющий взгляд всех троих солдат обращенный к девушкам. Дима все понял. Вик тоже понял, что тот понял.

- Не понимаю. - надеясь, что его догадка не верна, ответил Дима. Но догадка оказалась верна.

- Брось ты все понял, парень. Надо делиться. Как говориться в такое ненастье, погреться об Настю самое оно. - засмеялся Вик. Двое других, подхватили и заржали как кони. Смех их был дебильный, полон похоти.

- Дима о чем это он? Дима? - Лида схватила Диму за руку.

- Лида иди к Ксюхе подними ее. Если что бегите. - как можно спокойнее, полушепотом обратился он к Лиде.

- Дим может...

- Делай, что я сказал дура! - грубо и раздраженно, сквозь зубы процедил он, не сводя глаз с автомата. Лида повиновалась.

- Ну что? Договоримся по хорошему? - Вик нагло улыбался. Правой рукой стучал по прикладу автомата.

- По хорошему? Не ребята! По-хорошему не получится! Лида бегите!- прокричал Дима, а сам кинулся на Вика.

Лида одним рывком подхватила Ксюшу и попыталась вместе с ней бежать. Попытка была не удачной. Бежать с пусть и худенькой, но находящейся без сознания девушкой все равно, что бежать с пятидесяти килограммовым мешком муки на спине.

- Михась, Трик за девками! Я пока разберусь с героем! - только Дима дернулся с места, Вик отдал приказы своим подручным.

Не успев ни чего сообразить, Дима ощутил резкую боль в голове. Темнота, не та, что была вокруг него в дождливой ночи, а совсем иная, густая. Обволакивающая как кисель и нежелающая отпускать темнота, неожиданно накрыла его. И где-товдалеке, все дальше и дальше, тише и тише девичий крик.

Диме показалось, что он лежит на дне бассейна, заполненного ньютоновской жидкостью. Взгляд его обращен в небо. В безлунной ночи, только россыпи гаснущих, то вспыхивающих вновь звезд были его спутниками и маяками, указывающими путь из сковывающего студня чистейшей тьмы.

Глава 22

На вокзале всегда болтается много жуликов. Наверняка, кому-то из них понравился чемодан в руках приезжего. Несомненно и бесспорно, вот только профессор Красинский был намного прозорливей любого приезжего. Он как истинный ученый зрел в корень, проблему с краденым чемоданом решил убить в зародыше. Так сказать до ее возникновения. Как можно предотвратить кражу чемодана? Вариантов множество! Например, пристегнуть наручниками к руке, чемодан умыкнуть можно будет разве только вместе с рукой. А для этого потребуется отрезать руку, а это опять же время и помещение нужно, наконец ножовка. Какому замшелому жулику нужен такой геморрой. Так же можно надеяться, что достопочтенному жулику удастся умыкнуть чемодан, но все же он не сможет вскрытькодовый замок и прочие "рубежи безопасности". Потому, недолго помучавшись и заворожено смотря, как баран на новые ворота, на чудо безопасности вьючной мысли, на непробиваемую, непреступную поклажу, гордо именуемую чемодан, несчастный плюнет и оставит свою добычу где-нибудь неподалеку от законного хозяина. Еще конечно можно установить на чемодан противоугонную систему, но это будет уж очень экзотично, да и дорого наверное. Зачем такие проблемы, да и народ смешить как-то не хочется. Профессор Красинский был "тертый калач". Решение, которое он нашел для еще не сложившейся проблемы чемодана, было элегантным и как все гениальное простым. Он просто поехал в Кутомару налегке, не брав с собой чемодан, несмотря на все уговоры дочери. Хотя, по правде сказать, чемодан он не то, чтобы не взял, а скажем нарочно забыл. Дочка его уже собрала. Некрасиво конечно получилось. "Лишний груз, да и без чемодана внимание привлекать меньше буду". - рассуждал про себя профессор. Ступив на перрон, с его вечным шумом и снующими туда-сюда людьми, со злополучными чемоданами и рюкзаками, Красинский понял, что рассуждения его были напрасны и преждевременны. - Товарищ Красинский? Виктор Иванович? - обратились к профессору неожиданно материализовавшиеся из человеческого потока два службиста. Почему двое именно являются агентами ДГО? Красинский объяснить не смог бы. Он просто это знал. Годы службы научили его незамедлительно определять этот человеческий слой. Себя же к нему профессор так и не смог причислить, себя он всегда больше ассоциировал с наукой, нежели со спецслужбами Союза. - Да, чем могу быть полезен. - Виктор Иванович изо всех сил старался изобразить спокойствие, а сам подумал, что влип по самое не хочу. - Пройдемте с нами. С вами Хотят поговорить. Прошу. Сказано это было спокойно и достаточно вежливо. Вот только это самое "Прошу", казалось бы безликое и не персонифицированное имело легкий налет команды. Человеческое сознание его воспринимало как четкий приказ: "Шагом марш! За мной! Шаг влево шаг в право..." Профессор повиновался этому завуалированному приказу.

В комендатуре как правило допросы производились ночью, в следственной, расположенной на цокольном этаже. Оно и понятно, все темные дела совершаются под покровом ночи, но крики и стоны арестованных слышны были и днем. В основе своей это были как правило те, кто не давал нужных показаний. Душе раздирающие леденящие кровь крики, вызывающие не жалость, а страх, были слышны и сейчас. В ту самую минуту, когда двое агентов департамента государственной охраны вели профессора Красинского по коридору.

- Слышите, товарищ Красинский? И с вами такое может случиться. Музыка для моих ушей. - с хищным оскалом произнес один из сопровождающих профессора службистов. Вскоре они оказались у двери, "хищный оскал" постучал в нее.

- Товарищ комендант. Разрешите?

- А да, да, конечно, конечно, проходите. - произнес человек сидящий за столом.

Красинский прошел вперед, а двое службистов остались стоять позади него, у входной двери.

- Дорогой Виктор Иванович! Что же вы, вот так, без предупреждения. Мы бы вас встретили. Ой, что это? Простите. Разрешите представиться, Виктор Карлович Штернберг, местный комендант.

- А я... - хотел было представиться Красинский.

- Ну что вы, что вы, Виктор Иванович. Вас светило науки и так все знают.

- Я собственно, эээ...- в полной растерянности мямлил профессор. Все для него происходящее было полной неожиданностью. Он думал, что его будут пытать, в лучшем случае бить.

- О понимаю вашу растерянность. Думали будим бить? Мы же охранка, только бить, пытать и умеем. Хлебом не корми, только дай попытать! - Штернберг с иронией произнес и шутливо, по-дружески нанес легкий удар кулаком в живот профессора. - Как видите дорогой Виктор Иванович, я на работе всегда в форме и во время допроса арестованных даже ремня с себя не снимаю. Считаю это неприличным, а пользуюсь только лаской и дружеской беседой.Красинский облегчено вздохнул.

- А вот о моих подчиненных, я такого сказать не могу! - весело подмигнув, произнес комендант. - Ну что же это я. Присаживайтесь! - Виктор Карлович указал на стул рядом со столом. Красинский сел, сам же комендант продолжал стоять.

- Итак Виктор Иванович, я так и думал, что вы скоро к нам нагрянете. В наш милый городок.

Вот только я удивлен, что так скоро.

- Я простите, не понимаю.

- Ну как же, профессор. Как я понимаю, дела давно минувшие покоя не дают. Седина в бороду, а бес в ребро. Ладно не будем вокруг да около. - Штернберг говорил и неспешно прохаживался по кабинету.

- Я правда не понимаю. О чем вы?

- Брости играть товарищ генерал. Я говорю о достопамятном проекте. В узких кругах именуемом "Счастье народов"! - комендант многозначительно поднял указательный палец правой руки вверх.

Красинский переменился в лице. Губы его старчески задрожали по рукам прошла дрожь.

Перед глазами встали образы прошлого. Великий эксперимент, который должен был, нет, обязан был спасти наш народ, но глупая, чудовищная война порушила все. И вот теперь край ссылок и каторг, место куда ссылали бунтовщиков, декабристов еще русские цари, потом коммунисты, стало последним домом. Нет же, ни домом, смертным одром того, что было великой страной, великим народом, нерушимым союзом.

- Нам нужна ваша помощь. Если хотите, можно сказать консультация.

Видите ли, у нас есть желание повторить эксперимент.

-Повторить! Вы сумасшедший! - с призрениемвыпалил Красинский.

- О нет! Я в своем уме. Даже сам удивляюсь. Как все еще остаюсь в здравом уме живя в этом раю, который построили коммуняки[i].

- Что! Офицер говорит такое! Вы действительно сумасшедший! - Красинский не верил собственным ушам. Право или не право, но это мое отечество. В бедах не виноват кто-то конкретно, это коллективная ответственность всех. Только все вместе, так мы сможем исправить то, что все же допустили в прошлом. Правительство есть плоть от плоти народ, все для народа, от имени народа и во имя народа. Если народ недоволен правительством, значит народ недоволен собой, значит проблема в народе. Если правительство принимает законы, годные лишь для ума клиента психушки, значит и народ болен душой. Значит народу нужно лечиться. Красинский лихорадочно прокручивал в голове эти прописные истины, которые знает каждый школьник. - Как, как вы смеете такое говорить, я вас спрашиваю? Все беды от внешних врагов. Наш народ в большинстве своем здоров! Правительство оно заботится о нас! Так было всегда! Здоровье народа - богатство страны! Жизнь же стала лучше.? Ведь так? Так, я вас спрашиваю?

- Профессор вы, что серьезно верите в этот бред? - Штернберг не без иронии посмотрел на Красинского. Губы Красинского продолжали дрожать, казалось он силился, что-то произнести но не мог. В глазах его читалась растерянность.

- Я вам помогать не буду! - все же смог выдавить из себя профессор.

- Глупо! Особенно потому, что я даже не сказал, что мне от вас нужно!.

- Поверьте, меня это не интересует в любом случае.

Комендант искренни удивился глупому геройству, бездумной браваде престарелого ученого. Почему-то на мгновение это даже восхитило коменданта.

- Мне нужна подробная инструкция по управлению установкой пространственного прохода Мориса-Торна.

- Тем более! - как можно решительнее и вызывающе смело, были брошены эти слова в лицо коменданту. Красинскому даже показалось, что они эквивалентны пощечине. - Мой ответ это не меняет.

- Жаль. Что же, лаской как вижу не вышло. Ребятки он ваш. Надеюсь через часок, вы будете более расположены к сотрудничеству.

Профессору очень захотелось в туалет. Нестерпимо и мучительно, еще немного, еще чуть-чуть и теплый ручей устремиться вниз, влекомый хрестоматийной силой притяжения, прямо по гаче.

"Эх, жалко новые брюки" - подумал профессор.

Глава 23

Любая внезапная мысль. Нет. Не мысль, а озарение, приводит любого человека в восторг или возбуждение. Под час ускользающее, пограничное с экстазом, не физиологическим, а религиозным.

Сидя в микроавтобусе в окружении солдат, Надя прошептала в ухо Владлена: - Что будем делать?

- Пока не знаю. - так же шепотом ответил Владлен. - Но знаю одно, стопроцентно, двоим нам не справиться. Да и несолидно как то.

- Так что?

- Как будем подъезжать к комендатуре, сделай вид, что тебе кто-то звонит, а потом, сделай вид, что сообщаешь мне на ухо, что-то очень важное. Поняла?

Надя еле заметно кивнула.

За пять минут до момента остановки у комендатуры у Нади зазвонил телефон. Перед этим она включила будильник.

- Да, алло. Здравствуйте! Что! Поняла. Хорошо, хорошо. Все, ага. Все ясно. Хорошо! - Надя завершила вызов и посмотрела на Котова. Затем ее губы приблизились к его правому уху. Надя прошептала, что бы ни кто кроме него не услышал: - Все я сделала, как ты просил.

Владлен лишь кивнул.

Автобус остановился и как только группа покинула его, майор обратился ко всем.

- Товарищи! Только что, поручику Савельевой позвонила жена товарища коменданта. Дело в том, что здание комендатуры захвачено партизанами, а все присутствующие там состоят с ними в сговоре.

Я как старший по званию, приказываю немедленно вместе со мной пойти в здание комендатуры и освободить заложников.

- Есть товарищ майор. - все в один голос ответили.

- За мной! Бегом, группа направилась в комендатуру.

- Заложники? Ты что? - спросила Надя, чтоб никто не слышал.

- Больше ни чего в голову не пришло! - растеряно прошептал Владлен.

- Котов ну ты и даешь! Я удивляюсь, как они тебе поверили? Это же откровенный бред. Они, что идиоты?

- Нет Наденька, они не идиоты. Да и думаю не поверили они мне. Просто это солдаты. Они привыкли выполнять приказы старших по званию, как хорошие солдаты не обсуждать их и не думать.

Группа ворвалась в здание.

- Вы к ком... - дежурный привстал со стула и не успел договорить, как тут же был прижат к стене сильной рукой натренированного спецназовца. К его подбородку было приставлено дуло А - 545.

Остальные спецназовцы двинулись за майором.

-За мной! - скомандовал Котов. - Вы двое. Проверить кабинеты и всех в коридор. Надя, вы с Эвелиной выведите всех на улицу и охраняйте.

В четырех кабинетах комендатуры, оказался только толстый капитан и секретарша.

Майор и двое спецназовцев подошли к двери кабинета Штернберга. Он оказался заперт. Котов подергал ручку двери, затем отошел от двери на шаг и с пинка вышиб замок.

В кабинете ни кого не было. Переполняемый яростью, он быстрым шагом, как гепард увидевший жертву, устремился к дежурному.

Котов схватил его за горло и приставил к его виску свое табельное.

- Сука говори, где Штернберг, а то вышибу мозги!

- Тыты тама. На цокольном вв комнате дознания. - Весь бледный и от страха, заикаясь, дежурный, указал рукой запойного алкоголика на лестницу ведущую на цокольный этаж . Котов наконец-то отпустил дежурного, тот с облегчением рухнул на пол.

- Ты остаешься с ним! - майор пнул сидящего на полу дежурного. - Остальные за мной, не отстаем. Ведомые Котовым направились в низ по лестнице.

Через один пролет лестница уперлась в толстую дверь. Судя по всему, дверь имела звукоизоляцию. Дверь была не заперта.

- Пойдемте! Все смотрим в оба. Огонь на поражение.

Открыв дверь, группа вошла в коридор. Освещение здесь, ни в пример верхнему этажу было тусклым. Коридор освещали лишь две красные лампочки, в начали и в конце.

Дверь была лишь одна, где то посредине. У нее стоял человек в гражданском костюме.

- Что за черт! Вы кто? - человек направил пистолет на группу и тут же получил пулю в лоб. Обильная струя хлынула из образовавшегося отверстия в черепе. Человек рухнул на бетонный пол и под ним, образовалась черная, вязкая лужа, блестевшая в тусклом, багряном свете.

Владлен с группой ворвался в дверь, она была не заперта. Его взору предстала картина, человека не привычного, введшая бы в исступление.

На стуле сидел пожилой человек, его руки и ноги были привязаны кожаными ремнями к подлокотникам и ножкам мебели.

Лицо его было превращено в сплошное, кровавое месиво, на груди его под разорванной рубахой видны следы ожогов, от чего-то по форме напоминающим подошву старого утюга. В воздухе витал терпкий запах мочи. То, что это был именно этот запах имелось подтверждение в виде золотистой лужицу под стулом. Лишь по бороде испачканной в крови, слюнях и соплях и пиджаку лежащему на медицинском столе у стены, Котов признал в этом несчастном профессора Красинского.

- Какого черта вы здесь делаете? - прокричал ошеломленный комендант. Застыв со скальпелем в руках. Во взгляде его отчетливо читалось изумление. - Майор, как вы здесь оказались? В чем дело?

- Виктор Карлович, я вижу вы здесь развлекаетесь с профессором?

- С каким профессором? Что вы, такое несете? Вы сошли с ума? - Штернберг не выпуская из руки скальпеля, сделал шаг в сторону Котова.

- Не двигайтесь! - приказал майор. - Виктор Карлович, бросьте скальпель.

- Как вы смеете повышать голос, на старшего по должности.

- Хватит игр Виктор Карлович! Я все знаю. Вы арестованы.

- Арестован! Вы сошли с ума! А вы, что стоите? Вы не видите, что он не в себе! - комендант обратился к спецназовцам.

Только Владлен собрался подойти к Штернбергу, чтобы арестовать того, как резкая тупая боль пронзила его голову.

"Как обухом..." - только и успел подумать он.

Свет померк, все закружилось. Владлену показалось, что он тяжелый мешок, который сбросили с двухметровой высоты.

Через мгновение картинка перед глазами стала четче, он увидел чьи-то ботинки. Кто-то присел рядом с ним.

" Я что лежу на полу. Пол похож на тундру" - подумал Владлен.

Присевший приподнял голову Владлена за волосы. Это был Штернберг. Он произнес: - Не чего ты не знаешь щенок! И знать не можешь!

Штернберг опустил волосы и голова Владлена рухнула тяжелым грузом на пол. Густая темнота окутала Владлена своим холодным одеялом и только одно слово эхом летало в ней - "Есть".

Глава 24

- Хочу есть! - Владлен услышал сквозь сон, и тут же сильная головная боль, тысячью акупунктурных игл вонзенных прямо в мозг окончательно пробудила его сознание. Вырвало саму мысль, о собственном "Я" из тьмы забытья.

- Ауч, блин, что за ...? - простонал Котов, не надеясь получить ответ, на свой вопрос.

- Очнулся? Быстро же ты! - с усилием продрав глаза, Владлен силился идентифицировать не ясный силуэт. Мутной, расплывчатой картинкой без фокуса сидящий у стола.

Но голос был знаком.

-Попить? - силуэт налил до краев стакан воды из графина на столе. Подошел к лежащему на полу Владлену.

Только теперь Владлен сумел рассмотреть кто это. Это была, та девушка, криминалист. Кажется, Владлен немного напряг память, кажется ее зовут Эвелина.

- Эвелина, спасибо! - Котов сделал глоток из поднесенного к его рту стакана. Рефлекторно он хотел взять стакан рукой, но не смог ей пошевелить. - Какого хрена, я что связан? В чем дело?

Эвелина сидела на корточках у его головы и смотрела на него, стакан стоял на полу рядом, в нем оставалось половина.

Казалось она думает о чем-то, принимает решение. Немного поразмыслив Эвелина, медленно вылила оставшуюся воду тонкой струйкой прямо на голову, в ухо Владлена. Вода была холодная и вызывала неприятные ощущения. Ощущения как ни странно гармонировали с сильной головной болью.

- Какого черта, ты творишь сука?- заорал Владлен.

- Молчать! Мне не велено с тобой говорить! Подонок! - с безразличной ненавистью процедила девушка. Раньше Владлен думал, что безразличие хуже ненависти, ведь ненависть это чувство и очень сильное, а чувства это всегда человечность, а там где есть человечность, есть место состраданию. Безразличие же напротив, это равнодушие, отсутствие чувств, эмоций. Тонкая психическая машинерия человеческого бытия, лишенная психической, то есть душевной составляющей оставляет лишь машинерию. А машинерия это уже не человек - это робот. С машиной уже не договоришься, она бесстрастна в своей логике. Глупо считать, что пистолет убивает человека, потому, что он его ненавидит. Ненавидит человек стреляющий из него, кого убивать пистолету наплевать. У ненависти может быть придел, а у безразличия предела нет.

В Эвелине же эти два понятия сочетались, единство в противоположности.

- Ты что? - совершенно невинно, со взглядом человека искренне удивленного, что его называют тем, кем он не является. Или же таковым себя не считает.

- Молчать, гнусная террористическая мразь!

- Что? Полегче на поворотах девочка, ты говоришь со старшим по... . - майор не успел закончить свою реплику, тут же получил пинок армейским тяжелым ботинком от "девочки". - А! Сука!

- Заткнись или получишь еще! - зло сказала Эвелина. - Как же так, товарищ майор? - произнесла она, кажется задавая вопрос самой себе.

- Ладно, ладно. Хорошо, я не буду, только успокойся.

Эвелина отрешенна отошла обратно к столу и присела на его край, скрестив руки на груди, не отводила глаз от лежащего на полу, связанного, совершенного беспомощного майора государственной охраны. Владлен с ракурса, продиктованного его неудобным во всех смыслах положением, доставившим удовольствие лишь какого-нибудь банальному мазохисту, мог наблюдать лишь ноги своей жестокой надсмотрщицы.

Необычность и пикантность ситуации немного его возбудила и придала решимости.

- Эвелина! - спокойно обратился он к криминалисту. С ее стороны агрессии не последовало. Послушайте! Не знаю, что вам сказал Штернберг, но это все неправда.

Девушка сделала шаг вперед. Котов подумал было, что сейчас последует новый удар ботинком, но его не было.

- Мне плевать на вашу гнусную ложь, но я послушаю, просто потому, что ... - Эвелина осеклась. Она подошла к майору, с усилием приподняла его и прислонила к стене, придав сидячее положение. Туловище у стены, а ноги вытянуты по полу. Владлену сразу же стало намного удобнее, только он почувствовал себя мешком картошки. Но как сказал доктор: - "Внутренние ощущения пациента, волнуют мало, а вот физические, да". Физически Владлену стало бесспорно лучше.

- Спасибо. - со слов благодарности Владлен начал свою душераздирающую тираду.

Первое правило которое нужно помнить человеку, который пытается убедить другого, в чем либо - это то, что его оппонент априори стоит "выше", в случаи с Владленом и Эвилиной это была не метафора, а объективная реальность. Потому, что она стояла, а он сидел на полу. Если же серьезно, то она была "выше" в том плане, что не смотря на все аргументы, приводимые Владленом "что он хороший парень", какими железобетонными они бы не были, она всегда может сказать "НЕТ!"

Владлен распинался перед ней в изложении своей версии истории, в том, кто виноват, и что делать. Что Штернберг, жестокий убийца, что это по его приказу была организована засада на них в лесу, что человек пытаемый им здесь, знаменитый ученый, гордость Союза в прошлом, лауреат ленинской премии, и кто знает каких еще, что они вместе с Надей почти, его Штернберга арестовали, но.. .

На этом "но" Эвелина ранее молча слушавшая, остановила его.

- Хорошо, допустим. Тогда почему бы вам, не рассказать все сразу там, в лесу, а не устраивать это представление с якобы находящимся в опасности Штернбергом.

Котов секунду подумал.

- Честно? Я просто импровизировал. Сказать в лесу я не мог, потому, что боялся, что спецназовцы не поверят. Может они служат Штернбергу как говорится не по должности, а на совесть. Кто это может знать? Вот и решил подстраховаться, чтобы нас они в лесу не пристрелили.

Эвелина согласно кивнула.

- Ладно, я не сказать, что особо вам поверила, но это похоже на правду. Да и на заядлого террориста-троцкиста вы не тяните. Те больше на психов бесноватых похожи.

- Спасибо, утешила.

- И к тому же у меня приятель знакомый, он в милиции работает, рассказывал, как они во время рейдов, что бы план по троцкистам выполнить, гранату какого-нибудь свихнувшемуся бомжу подбрасывали. Потом обрабатывали его хорошенько, он и сознавался, что троцкист, террорист, педераст, и что готовил покушение на "звезду". В общем весь набор. Пару тройку таких клиентов и у ментов премия и звездочки падают на погоны. - Эвелина помолчала немного. - Нехорошо это как то. Думаю и с вами что-то, похожее сделали.

Подпоручик подошла и развязала майора. На пару секунд она посмотрела ему в глаза. Что она хотела там увидеть?

- Надеюсь, я не пожалею, что решила вам поверить.

- Поверь! Это правильное решение!

Глава 25

Сказать по правде, а правда это не что иное как некое внутреннее сугубо индивидуальное суждение об истинности явления или предмета. Я думал, что дорога до аэродрома будет как опасное приключение, в духе девочки Дороти Гейл, шедшей к волшебнику. Мои ожидания, вернее опасения, оказались неверны. Путь был фатально скучен и банален. Нигде не было видно засад, пулеметчиков и прочей геройско-шпионской лабуды, которая бывает лишь в фильмах. Хотя, нет в реальности ей тоже есть место, но как-то не весело, без маньячного угара.

Отсутствие препятствий меня настораживало. С другой стороны, а откуда им взяться?

Штернберг уверен, что я сижу в подвале под присмотром Эвелины. Так, что оставлять кого-то в качестве преграды для уже несуществующей опасности в лице меня, как он считает, сто процентов не будет. Но настораживает именно это. Почему? Да потому что, в комендатуре ни кого не было, кроме обгадившегося при виде меня дежурного, видимо в первый раз напрудить в гачу ему показалось мало, он решил идти до конца. Реализовать свои извращенные наклонности.

Дежурный и поведал нам с Эвелиной, что комендант, взял спецназовцев и направился на машинах к аэродрому. Больше он ничего не знает и умолял не трогать его. Трогать такого вонючку, желания не возникало.

У Эвилины на лице было подобие улыбки, такой загадочной и мечтательной, сравнимой разве, что с улыбкой Джаконды. Картиной, уничтоженной еще во время Европейского похода, более сотни лет назад.

Я спросил ее, не хочет ли она его потрогать. На предложение она отрицательно помотала головой. Немного растерянно, как человек нагло вытащенный из мира сладких мечтаний, неуместным, неожиданным вопросом.

Поэтому я и не понимаю зачем корове седло, то есть Штернбергу группа кровожадных головорезов, если их не на кого кинуть. Или может я о себе слишком большого мнения. Почему я решил, что их непременно кинуть должны на меня? Тогда на кого? Слишком много вопросов. Слишком мало ответов. И главный из них: куда он собрался лететь? Второе: откуда взялся Красинский?

- Приехали! От сюда, через КПП пешком. - остановив машину, Эвелина вывела меня из лабиринта мыслей.

Вышли из машины. Ворота отсутствуют, вместо них вход перекрыт сегментами металлического забора с табличкой, запрещающей проникновение на объект.

Рядом цветет куст сирени, отчего в воздухе стоит приятный запах. КПП выглядит мертвым и совершенно заброшенным.

Миновав ворота, мы продолжили путь уже по территории аэродрома.

- Странно. Нет охраны? - спросил я. Тут же получил вразумительный ответ на свой, как оказывается идиотский вопрос.

- Зачем охрана. Это же военный аэродром! - пояснила Эвелина.

Я понял. Зачем корове седло? Военной авиации, лет двадцать как не существует, а из гражданской применяются лишь старые конца двадцатого века геликоптеры, да относительно новые, времен желтых войн конвертопланы. С тех времен новых машин не делали, если кто-то и захотел бы, то просто не смог, не осталось специалистов. Инженеров, технарей, тех кто хоть немного понимал как они устроены. Летчиков впрочем тоже почти не осталось. Последний выпуск Борисоглебского центра подготовки лётного состава, одного из действующих до конца, был больше тридцати лет назад. Конвертопланы летают на автопилоте. Просто задаешь координаты и летишь. На то, чтобы задать координаты географической точки в пространстве, ума у людей пока хватает. Собственно этому, наверное тоже разучимся в скором времени. И верно зачем такое знание в мире, где нет больших расстояний. По настоящему больших, как раньше. Поэтому и нет охраны. -Тогда на чем собрался лететь Штернберг? - Думаю на конвертоплане[i], там есть ангар, который охраняют. Там стоит несколько рабочих машин на всякий случай. Они в медицинском ведомстве. Тут я заметил, что несмотря на заброшенность, территория аэродрома огорожена забором и судя по всему изредка патрулируется. Видны следы людей и собак. -Понятно!- я кивнул, соглашаясь и в тоже время благодаря за пояснение. На случай экстренной эвакуации властей или чтобы распылить отраву. Третьего не дано. Вот и Штернберг куда-то бежит. Первая сотня метров пути была пройденадовольно бодро, но потом дорога нырнула в непроходимые кусты сирени, видимо разросшаяся, бывшая алле. Запах сирени напоминает мне о детстве. У нашего дома под Новосибирском тоже росла сирень. Мама всегда ругалась, что летом под окнами всегда много орущих и дерущихся котов.

По сторонам от аллеи, среди бурной вегетации, просматриваются заброшенные здания.

Так мы и шли, несколько минут по главной аллее городка в тишине, погрузившись в атмосферу и каждый в свои мысли. Пока впереди, метрах в пятнадцати перед нами, не возник парень в форме охранника, справлявший малую нужду.

Видимо он не ожидал здесь кого-то увидеть, в глазах читалось удивление и немного смущение. Его щеки зарделись алым цветом.

- Ай-яй-яй, не хорошо перед девушкой хозяйством сверкать. Эксбиционист хренов. - пошутил я и нанес удар прикладом автомата, по голове.

- Вы его убили? - спросила меня Эвелина.

Я наклонился и почти сразу нащупал пульс у охранника на шеи.

- Нет. Жить будет, поспит пару часов. Правда головушка будет бо-бо, а так повреждений не совместимых с жизнью нет. - я засмеялся.

Эвелина улыбнулась в ответ. Наверное думает про меня "какой он остроумный", или "какой он придурок".

Через пару минут мы добрались до взлетно-посадочной полосы аэродрома, соединенной с двумя параллельными рулежными дорожками. По сторонам от дорожек располагались бетонные площадки, сооруженные для стоянки самолетов. Сейчас разумеется ни каких самолетов не было и в помине. Только ржавый полусгнивший остов армейского Урала, видимо заправщика, одиноко стоял между двух площадок. Примерно в ста пятидесяти метрах от полосы стояли два небольших ангара. У одного из них была открыта раздвижная крыша.

Ожидание столкнуться с хоть сколько ни будь внушительной охраной не оправдались.

В ангаре, за импровизированным столом, из старых лысых покрышек, накрытых листом фанеры, толи чего-то пластикового, возможно часть обшивки летательного аппарата, сидел персонал, на старом драном диване. В воздухе витал стойкий запах алкоголя, смешанный с ни с чем несравнимым запахом авиационного керосина и сигарет. Пьяные охранники и два, судя по комбинезонам инженера-техника, сидели и смотрели на нас невменяемыми глазами. Все как один курили. Кумар стоял такой, что топор вешай.

- На технику безопасности всем по хрен, твари! - зычно рявкнул майор Котов.

-Ты че, блядь!- один из охранников двинулся в сторону Владлена и Эвелины. Майор не долга думая тут же нажал на спусковой крючок автомата. Короткая очередь прошила нерадивого стража порядка авиационного объекта насквозь. Остальных это немного привело в чувства.

- И так алкаши, я вижу вы здесь как на курорте! Но ни чего мы вам сейчас немного малину подпортим. Быстро встали все и к стене.

Персонал торопливо, с большим трудом поднимался с дивана. От количества выпитого алкоголя такая простая задача, казалась непосильным испытанием, сродни чистки авгиевых конюшен. Чтобы хоть как-то ускорить процесс, Владлен пустил еще очередь раскаленного свинца по верх хмельных голов.

- Считаю до трех! Быстро. К стене. Раз…

Процесс передвижения действительно ускорился.

- Два.

Спотыкаясь, пытаясь перегнать друг друга, три охранника и два инженера, кто бежал, кто полз к стене.

- Два на ниточки. Три. Я предупреждал. Владлен в очередной раз нажал на курок. Очередь пронзила спины двух охранников. Не успели на их спинах проступить красные пятна, как они уже валились на бетонном полу бездыханные. Оставшиеся из спринтеров стояли лицом к стене. У всех их в нижней части комбинезонов проступили характерные темные пятна, а на полу под ботинками появились лужицы мочи. Желтые лужицы смешивались с кровью их не столь расторопных товарищей.

Владлен подошел к импровизированному столу. На нем в обилии было водки и мало закуски. Из закуски соевая колбаса, хлеб и какой-то консервированный грибной паштет.

Присмотри за ними! - сказал он Эвелине. А сам взял бутылку, понюхал. Запах ему показался ни столь отвратительным, хлебнул прямо из горла.

- А! - выдохнул он в рукав. И так у меня к вам три вопроса. И от того удовлетворят меня ваши ответы на них или же не удовлетворят. - Владлен сделал паузу. Он любил такие театральные приемчики. В его голове в этот момент играла драматическая музыка. - Будет завесить будете ли вы жить или нет. Повернитесь ссыкуны.

Оставшийся и без того малочисленный персонал аэродрома повернулся лицом к человеку, который пять минут назад нарушил их маленький праздник.

- Я понятно излагаю?- троица утвердительно кивнула, Владлен продолжил.- Первое. Здесь есть еще охрана?

Тот, что был охранником, ответил: - Нет. Мы тоже были не охранники кивнул он на лежащих на полу товарищей. Мы сторожа. Настоящую охрану ставили раньше, когда военные были. Потом убрали, сейчас сторожей держат, дешевле.

- Не понял! А в чем разница, кроме денег?

- Сторож фиксирует нарушения и сообщает куда нужно, ответственности минимум, и то моральной, а охранник предотвращает и устраняет нарушения плюс полная материальная ответственность. А я, не за что не отвечаю. Утащат что, то мне пофиг. Просто сообщу если что, а предотвращать это дело не мое. Ну если шпана какая, то гоняю.

- Понятно. Второй вопрос. Давно ли улетел комендант и кто был с ним?

- Минут сорок назад! - хором ответили допрашиваемые. - А был комендант, две бабы, одна старая, на училку похожа, другая молодая в наручниках и хрен какой-то весь в камуфле да в коже.

- Спецназовец? Были спецназовцы?

- Да нет, не было. Этот не похож тоже. Больше на распиздяя похож.

- Понятно. Куда полетели?

- Да хрен знает! Сели. Нам коробку водки оставили. Говорит, гуляйте ребята. Покидаю я ваши края. Веселый такой. Мы и решили, что в столицу на повышение. Не сволочь какая-нибудь, а по-человечески с душой человек. Широкий жест, но мы и присели за здоровье выпить.

- Так ответ мне не нравится.- Владлен вставил новый магазин и передернул затвор автомата.

- Да ей богу не знаем! Куда? - взмолились несчастные чувствуя скорый конец. - Да и зачем нам знать?

- Действительно зачем? Но ответ мне все равно не нравится. Владлен выстрелил в сторожа, того впечатало спиной в стену. Он медленно сполз вниз, из рта его потекла кровь.

- Не надо! Не надо! - запричитали техники. -Там, там в каждом стоит панель. Там координаты задаются и сохраняются, они все связаны друг с другом. Можно посмотреть.

- Ага. Это хорошо, это мне нравится. Видите, показывайте.

Техники с поднятыми руками засеменили к стоящему в пятидесяти метрах конвертоплану. Мощная, красивая машина, сейчас таких ни за что, ни сделают. Внутри крыльев проложены многие метры трубопроводов, подающих топливо и гидравлические жидкости, а фюзеляж обладает достаточной прочностью, чтобы выдержать деформации под воздействием двух двигателей весом по полтонны. Помимо этого есть еще одна особенность: лопасти пропеллеров складываются, чтобы машина занимала как можно меньше пространства.

Конвертопланы начали производить только в две тысячи десятых. Первой серийной модели предшествовало тридцать лет разработки. Инженеры раз за разом выявляли и исправляли пороки в конструкции этого аппарата. И смогли-таки добиться совершенства.

Взобравшись через дверь за кабиной пилотов, мы вошли в грузовое отделение. Там все заставлено, что с трудом можно протиснуться. Стоит топливный контейнер высотой по грудь, насос, уложены скрученные шланги.

- Не дурите! - предупредил Владлен.- Если что, шмальну и мы все взлетим на воздух.

По всей площади, стены грузового отсека, увиты туго стянутыми лианами ничем не прикрытых проводов и гидравлических шлангов.

Процессия вошла в кабину пилотов. Владлен кивнул Эвелине. Она проходит вперед, садится в правое кресло и держит на прицеле инженеров. Сам же стоит позади.

- Показывайте! - приказал он.

- Тут вот! - ткнул техник на сенсорную панель. - Режимы полета задаются через канал телеметрии с помощью команд от наземной станции или меняются с помощью пульта. Пульт вот! Как на плеере вверх-вниз.

Красноречием, если исключить инженерные термины парень явно не блистал.

-Автопилот может проложить маршрут до заданной точки. В автоматическом режиме довести аппарат до пункта назначения. По карте вы можете визуально посмотреть маршрут, информацию по системам, через которые он пролегает. Задание точки назначения. А вот вектор сопряжения с другими машинами. Вот их. Так, вот координаты! Пятьдесят шесть и два северной широты, сто один и семь восточной долготы.

- Это у нас где? Так, смотрим по карте. Это Иркутск!

У всех на лицах явственно читалось удивление. Что комендант мог забыть в заброшенном городе за кордоном.

- Пилотировать кто из вас умеет? -техники непонимающе переглянулись. –Не слышу ответа!

- Ни кто. Тут не надо. Просто задаешь координаты. Вот здесь, техник ткнул по сенсору. И давишь на пуск. Затем поднимаем рычаг в верх и направляем вперед. Все летим.

- Понятно. Спасибо парни за споспешествование.[ii] А теперь выходите.

Выйдя из конвертоплана техники уставились на стоящих в проеме люка машины Владлена и Эвелину.

- Ну что будем прощаться ? - Владлен направил автомат на парней бледных как сама смерть. От страха вся кровь прилила к ногам, не давая им пошевелиться.

Владлен было хотел уже выстрелить, но почувствовал, Эвелина дергает его сзади за армейскую ветровку. Он повернулся и его взгляд пересекся со взглядом лейтенанта. В ее глазах была укоризна. До этого момента Эвелина ничем не выдавала неприятие происходящего, но сейчас. Что изменилось?

Владлен вспомнил, что он говорил ей, что ему можно доверять, и ее выбор правильный. «Значит верить». - Владлен усмехнулся.

- Я обещал, что если меня все устроит, я не убью вас! - громко и уверено его слова, подобно раскату грома, отражаясь о стены прокатились по ангару. - Меня устроили ваши ответы. Только помните, я держу свое слово. Если что, то здесь были не мы, а повстанцы.

Инженеры-техники дружно кивнули.

Владлен и Эвелина закрыли люк летательного аппарата. Через несколько секунд гандолы заработали. Аппарат стремительно поднялся вверх, развернулся над ангаром на девяносто градусов. Гандолы перешли в горизонтальное положение, создавая теперь не подъемную силу, а поступательную тягу. Конвертоплан полетел в режиме самолета.

- А это разве не повстанцы были? - спросил один техник у другого. Тот пожал плечами.

- А хрен их знает. Пойдем допьем. Помянем ребят.

Глава 26

Газета "Восточно-Сибирская Правда" 23 октября 1995 год.

Мирный атом в Иркутске. Технические достижения в наше время почти перестали удивлять людей. Несмотря на временные трудности в европейской части союза и не смотря на утрату древней столицы, дух советских людей не сломить ни чем. Это еще раз доказали сибиряки. В Иркутской области пущена первая в мире подземная АЭС. Это событие мирового значения, достойное если не первых полос, то хотя бы обширных обзорных материалов на тему развития отечественной атомной энергетики. Диаметр обоих реакторов всего-то по паре метров. А ядерного топлива они будут сжигать лишь несколько сотен граммов ежедневно. Это ли не чудо? В Союзе несмотря на подлые, вероломные удары со стороны Ниппон прямо сейчас обкатывают технологии будущего. У нас атом ни смотря ни на что, продолжает оставаться мирным. И строительство электростанции под землей способствует дополнительной защите от радиации в не предвиденных случаях. Хотя как нас заверило руководство новой АЭС, таковых (не предвиденных) быть просто не может.

Тысячи лет человек мечтал летать, наверное, от того, что на земле ему всегда ни хватает воли, свободы. Обязательно лететь, обязательно в небо. Все выше и выше. Даже предлоги были, вроде исследования космоса, освоение околоземного пространства. Вот океан, например, практически не исследован, не освоен, всегда был и остается сферой непознанной. Вот в него человечество как-то не тянет, а в небо пожалуйста.

Если разобраться, эволюция авиатехники была странной. Вот самолет сложнее геликоптера, а появился раньше. Вертушки из бумаги дети начинают делать еще в детском саду. Леонардо да Винчи модели разработал еще в шестнадцатом веке, а первый рабочий образец геликоптера создал Алексей Черемухин лишь в тысяча девятьсот тридцатом. Хотя конвертоплан это не совсем геликоптер. Дитя любви самолета и геликоптера. Лучшее от обоих родителей. Как в той старой песни. Самоходку танк любил, в лес гулять её водил. От такого рóмана вся роща переломана.

Лопасти из композитных материалов мелькают за стеклом кабины пилотов очень близко, рассекая воздух, превращая его в темно-серое месиво. Надо же, воздух как будто сгущается, становится плотным. Кажется его даже можно потрогать.

Летим на высоте четыре с половиной километра, почти полтора часа. До Иркутска расстояние чуть больше тысячи километров по прямой, около двух часов полета, осталось лететь минут двадцать.

Эвелина смотрела на неустрашимое лицо Владлена, с волевыми чертами, с испариной на лбу. Сосредоточенный, сейчас он казался ей героем из древности, а может даже полубогом.

«Дурочка, только не влюбись!» - подумала она. Сложные чувства обуревали ее, она вела внутренний диалог с собой.

- Знаете Эвелина, я вот подумал, что конвертоплан - это плод любви самолета и геликоптера.

Лицо Эвелины зарделось румянцем.

«О чем он? Смущает меня» - в голове Эвелины появились пошлые мысли, точнее сюрреалистические эротические картинки. Но в слух она произнесла только: -Угу!

На панели приборов замигали огоньки - значит подлетаем. В кабине тепло, а снаружи дождь. Он все сильнее хлещет по лобовому стеклу. Под ногами едва содрогается пол. Владлен наклонился, уперев локти в колени, повел плечами, немного размялся. За два часа полета, тело затекло. Эвелина следуя его примеру потянулась, выгнула спину.

Едва слышный шум гондол стал еще тише. Конвертоплан немного развернулся.

- Снижаемся. Кажется прилетели.

Владлен очень давно не был за пределами республики. В последний раз еще школьником, во время эвакуации. Лет двадцать назад. Точно, двадцать один год прошел. Эвелина же не покидала ее ни разу. Она родилась уже там.

- Смотрите! Что это? - восхищенно воскликнула Эвелина, увидев огромные трубы вырастающие из земли.

- Это конечная точка нашего пути - Иркутская АЭС.

- АЭС! - задумчиво повторила она.- Надо же. Я ее как-то иначе себе представляла.

- Неудивительно, для вас атомный, ассоциируется наверняка с бомбами. Ведь так?

Эвелина утвердительно кивнула.

- Это последняя АЭС построенная в бывшем Союзе. Тогда, с империей заключили перемирие. Они разрушили Москву, мы затопили половину острова Хокайдо - это один из главных их островов.

Станцию эту строили по новым технологиям, безопасной на тысячу процентов. - Владлен улыбнулся.

- От куда вы это знаете? Вы ведь не на много моложе.

- Спасибо! Что не сказала, что не настолько старый! - Владлена это позабавило. - Просто мы это изучали в академии.

Когда регионалы наступали, армия хотела взорвать электростанцию, но потом посчитали это нецелесообразным. Урон для противника был бы минимальный, станция действительно сверхбезопасна. В целом, овчинка выделки не стоит. Взорвать затратно и по материалам, и по усилиям, а толку не будет. Так и оставили.

Прилетели. На удивление. Владлен такого не ожидал. Машина села очень мягко. Двигатели остановились мгновенно.

С автоматом на перевес Владлен выбрался из конвертоплана. Эвелина за ним, совершила первый шаг в неизведанное. Рядом стоял еще один конвертоплан.

Оба изрядно напряглись, когда мимо с характерным пищащим звуком в траве почти у самых ног, потревоженный появлением людей, пробежал какой-то грызун.

-Что теперь? - подпоручик задала дельный вопрос .

- Теперь. Теперь будем действовать быстро. Сели мы бесшумно, нас никто не ждет. Будем надеется, что до входа на станции доберемся без приключений.

-Почему вы решили, что они на станции?

- А где им еще быть? Здесь кроме нее ни чего интересного нет. Ни грибочки же Штернберг полетел собирать за тысячу верст.

Ни чего, кроме как согласиться Эвелине не оставалось.

Под моросящим противным дождем, по мокрому асфальту, озираясь по сторонам Котов и Эвелина подкрались к КПП. В небольшом здании горел свет. Это не удивило майора. Что здесь есть электричество он предполагал с самого начала.

Другого пути на территорию станции не было. Только через КПП.

- Эвелина! Будем действовать так, я с пинка выбиваю дверь, стреляю, вбегаю. Ты быстро за мной. Не теряйся, сразу бери всех, кто будет, на мушку. Поняла? - быстро, четко, полушепотом разъяснил план действий майор.

Эвелина кивнула.

- На счет три! - Владлен по одному загнул пальцы на поднятой вверх левой ладони.

Резко с пинка вынес дверь, сделанную, как оказалось из тонкой фанеры. Выстрелил короткой очередью в пространство комнаты, на угад.

- Всем стоять! - с криком Владлен устремился в КПП. Эвелина не отставала.

Только Эвелина смогла сориентироваться в ситуации, как ее тут же вырвало. Картина, представшая ее взору, для неокрепшей девичьей психики оказалась столь шокирующей, что рвотные позывы не заставили себя долго ждать. Реакция произошла мгновенно.

Подобное, с ней было в первом классе. Одноклассник плюнул ей в лицо. И это спровоцировало приступы рвоты. Они длились на протяжении восьми часов, с четким интервалом в двадцать минут.

В больницы не могли понять в чем дело. Сдала все анализы. Все анализы были отличные, то есть все в порядке.

Через восемь часов все само прекратилось. Врачи сказали: - Это такая реакция на шок. Кто-то седеет, кто-то писается, у кого-то начинается зуд, у Эвелины же была рвота.

Эвелина увидела то, что рушило ее картину мира. Можно сказать взрывало мозг. Конечно она о таком слышала, но не думала, что увидит воочию.

На стене висел портрет, курчавый мужчина с козлиной бородкой и в очках, почитаемый всеми "партизанами-революционерами". Это был Троцкий в обнимку с Карлом Радеком, а рядом портрет какой-то бабы. Наверное, Коллонтай.

Под пристальным взором интернациональных вождей, взирающих с портретов, облокотившись о стол стоял парень со спущенными штанами, а сзади стоял мужик и они предавались "греческой любви" воспетой самим Платоном. Ритмично под вздохи и ахи, не замечая ни чего.

Противоестественная картина вызвала отвращение и омерзение у Владлена. Ему показалось, что на него вылили ушат помоев.

На вошедших, любвеобильная парочка не успела обратить свой гнусный взор. Тут же раздалась автоматная очередь, на этот раз это стреляла Эвелина. Нервы девушки не выдержали надругательства над естеством.

Невезучие любовники мгновенно превратились в кровоточащее месиво, бьющееся в конвульсиях не от экстаза, а от боли.

Подойдя ближе к кровавому позору, Эвелина выстрелила в головы содомитов. Вышибив порочные мозги из черепной коробки.

- Сдохните! Сдохните! Сдохните! - остервенело продолжала повторять милая, невинная, девушка. Полчаса, тому назад смущавшаяся от слов о любви самолета к геликоптеру. Рисовавшая в голове романтические образы.

Воистину каким чудовищным должно быть увиденное, что вызвало такую перемену в ней.

-Успокойся! Все тихо! Тихо, милая. Все хорошо. Все хорошо. Все кончено. -Владлен успокаивал бедную Эвелину как мог. Он обнял ее и прижал к себе. Грудь его мгновенно стала мокрой от ее горячих, горьких слез. - Успокойся. Ты молодец.

- Как я не могу понять, как? Как такое возможно! - спросила она Владлена. Подняла голову и посмотрела на него взглядом полным печали и горючих слез. - Я не понимаю. Люди практически вымерли на планете. Нас осталась, так мало. В мире столько горя. Многие женщины и мужчины мечтают стать родителями, но не могут. Бесплодие.

Война практически уничтожила будущее всего вида. А эти! Эти выродки, здесь занимаются этим!

- Все верно милая. Все так. Только ты должна понять. Эти. - Владлен указал на два трупа под ногами. - Вот они, они не совсем люди. Они троцкисты-регионалы. Предатели, извращенцы различных мастей, либералы. Они нанесли удар по Союзу в самое сердце, когда победа была так близка. Мировое счастье. Счастье для всех народов. Они украли, они вырвали победу, они растоптали счастливое будущее миллионов не родившихся по их вине детей.

Они разрушители, они разрушают все. Включая и себя. Для них важны либеральные ценности и личные свободы. Удовольствие сиюминутное для себя, эгоизм возведенный во главу всего.

Не здоровый эгоизм, а деградированный, выродившийся. На западе они требовали, чтобы все были такими как они.

Ты помнишь, чем это закончилось? Вспомни уроки высшей социологии. Этот предмет, не просто так сделали в наших школах обязательным. Там все разъясняют. Да, что это я в самом дели, ты же не маленькая, сама все знаешь! - Да конечно, я все понимаю, но… Но чувства.

- Да, я понимаю. - Владлен прижал ее к себе сильнее и перешел на шепот. – Все хорошо. Эвелина нам надо идти дальше.

Глава 27

АЭС работала. Как я понимаю, свою работу она и не прекращала. Место, обжитое, похоже все контролируется повстанцами. Интересно, где Штернберг и Надя?

- Эвелина! Для начала нужно идти к тому зданию. Оно похоже на административное. - Котов указал на двухэтажную постройку в ста пятидесяти метрах от КПП.

На этом отрезки пути им никто не попадался. Подойдя к зданию, майор увидел зияющие бойницы окон, стекло давно выбито. Рам тоже нет, стены исписаны надписями из разряда: «Здесь были Киса и Ося». Бывший административный корпус смекалистые «лесные братья» приспособили под туалет класса сортир. Вонь стояла неописуемая.

- Пойдемте! - Эвелина дернула Владлена за край рукава. Так по-детски. И пошла вдоль здания.

Только она хотела свернуть за угол. Как раздались выстрелы. Повезло пули ее не задели. Попали в угол здания.

- Ложись! - крикнул Владлен. По сути, это можно было и не делать. Эвелина упала на землю быстрее. Владлен быстро втянул ее за ноги под прикрытие здания. - Ты как? Порядок?

-Да, все хорошо! - Эвелина присела к стене опершись на свой АЕК, осмотрела себя.

- Ты видела от куда стреляют?

- Да! Там стоят трое уродов.

- Хорошо. Подпустим их поближе. Меня они не видели. Я встану здесь, у окна, а ты ляжешь вон там. - Владлен показал на канализационный люк в паре метров. - Пусть подумают, что ранили тебя и ты потеряла сознание. Подойдут к тебе проверить. Тут я их и оприходую.

- Понятно.

-Вот и умница! Давай!

Владлен подумал:

«Молодец девчонка, с полуслова понимает. Исполнительная».

Войдя в здание и пройдя в изрядно загаженный отходами жизнедеятельности, бывший кабинет, краем глаза увидел висящий на стене поблекший от солнца и непогоды план электростанции, с прилегающей территорией и еще какие-то агитки. Вроде «Пятилетку канбан».

В области управления, в Союзе у Ниппон многое перенимали. Хоть они и враги были. Диалектика, единство противоположностей. Все такое.

На плане, красным была обозначено какое-то подземное помещение, в пятистах метрах от администрации. Над ним было обозначено большое здание. Две массивные трубы, были обозначены выше кругами. Значит. Что это значит? Значит подземные помещения - это реактор. Здание - вход и управление. Значит Штернберг где-то там, а с ним и моя Надя. Котову захотелось выть от переполнявшей его злобы и какой-то мистической энергии, казалось если ей позволить вырваться наружу,то она уничтожит все на своем путь.

На улице появились двое. Один высокий, в армейской форме, с бородой клинышком и очках. Видимо следует имиджу вождя. Точно псих. Говорят, что все заядлые, махровые троцкисты носят бородку и очки. У них это вроде особого шика. Второй чуть по ниже, худой с длинной мелированой челкой зачесанной на левый глаз. Одет он был тоже в форму, только выкрашенную в нелепый для армейского обмундирования розовый цвет.

- О, бабенка! Кажись жива! Сейчас мы с ней позабавимся.- обрадовался длинный троцкист.

- Фу. Вообще-то я и сам как бабенка. - жеманно произнес второй.

- Блин угораздило же с связаться со страдающими педерастией.

- Зачем так грубо. Не страдающими, а наслаждающимися. Я всегда готов научить тебя изысканной любви. И позволить наслаждаться мной. Как Великий Александр своим Патроклом. В конце концов, мы же одно дело делаем. Мы сражаемся за свободу! За свободу любить друг друга, всегда и везде, и во всех позах! - мелированый обнял сам себя.

- Не Патрокл, а Гефестион. Патрокл у Ахилла был. - длинный поклонник вождя блеснул эрудицией.

Владлен прячась за стеной у оконного проема еле сдержался, чтоб не засмеяться и не обнаружить себя. Разговор двух повстанцев его веселил.

- От того не легче! Главное же ни это?

- Хорош гундеть! Посмотри как там она.

Тот, что с мелированой челкой подошел к Эвелине и приклонил колено, чтобы было легче проверить пульс.

Владлен не мешкая выстрелил в его голову. Второй, было хотел обернуться, но не успел. Поэтому пуля вошла не в затылок, а чуть ближе к левому уху и вышла аккуратно над правой глазницей. Ошметки серого вещества, первого, забрызгали лежавшую девушку.

- Эвелина! Все готовы! - радостно прокричал Владлен.

Только после этого девушка поднялась и как-то особенно по-женски стала стряхивать ошметки чужой плоти с себя. Словно это капли дождя или нежная невесомая пушинка, ненароком упавшая на бархатную девичью кожу, приятно щекоча ее.

Продолжая любоваться, Владлен подошел к ней, вытер каплю крови на мочке уха. - Нам нужно идти! Туда! - указал на здание, что видел на плане.

В здании сильно пахло чем-то гнилым. Такой запах есть во всех заброшенных зданиях. Возможно гниет отделка, бумаги, ткань. Прежде чем преодолеть расстояние в пару, тройку метров. Мы молча, неспешна, педантично осматривали каждый уголок пространства просторного вестибюля. Проверка на предмет обнаружения камер наблюдения или отмороженных на всю голову психопатов с оружием, жаждущих нас покромсать на мелкие кусочки и употребить в пищу с соусом тартар. Или просто часовых на входе. Но пока фортуна была явно на нашей стороне. Я шел вперед, Эвелина за мной, продолжая осматриваться, ей явно нравилось происходящее. Захватывающее приключение. Так мы дошли до лифта. Я надавил на кнопку, попробовал вызвать кабину. Надо же заработало. Стало слышно как снизу по шахте поднимается лифт. Створки раздвинулись и мы вошли в кабину люфта. На панели кнопки было всего две первая и минус первая. - Как думаешь на какой остановить выбор? - конечно вопрос был риторический, но лейтенант ответила. - На первом мы были. Так, что попробуем, что-нибудь новенькое. Я нажал. Двери закрылись и через пару секунд открылись вновь. Мы вышли в пустой коридор. Коридор шел под уклон, вглубь. Больше всего он был похож на больничный, только более чистый, более стерильный что ли. Воздух был чистый, фильтрованный, слышался шум вентиляторов под потолком. Должно быть вентиляционная шахта. Коридор вывел нас к массивной металлической двери с бело-красной табличкой. На ней были восклицательные знаки в желтых треугольниках и надпись «Внимание! Вход только по пропускам». Подобные двери ставят в банковских хранилищах. Я повернул в право рычаг-ручку, как по-другому назвать устройство я не знаю. Ручка поддалась довольно легко, можно сказать плавно. Она по-видимому была электронной, наподобие выключателя и приводила в действие внутри двери механизмы замка. Дверь легко и плавно открылась.

Коридор за дверью был точно таким же как и перед ней. За исключением колон вдоль стен. Без всяких неприятностей мы прошли еще метров пятьдесят и оказался на перекрестке с другим коридором. Пришло время решений. -На право пойдешь проблем огребешь, прямо пойдешь люлей получишь! В таком духе! В таком разрезе! Надо подумать, как нам быть - идти вперед, сворачивать направо или же налево?- спросил я лейтенанта. Ответить Эвелина не успела. Из глубины поперечного коридора раздался стук, похожий на цокот. Марш кованых сапог. Я немедленно отступил назад, притянул Эвелину, прикрыл рукой и мы скрылись в нише образованной колоннами. Тут появились двое вооруженных повстанцев, шли и оживлено беседовали о чем-то на не русском языке. Единственные слова, которые я смог разобрать были: Штернбер и "Приказал","Идти", "Проверить". Должно быть, здесь где-то стоят камеры. Наверняка так и есть. «Черт! Эффект неожиданности не получится! Я же помнил про камеры!» - корил себя Владлен. Эти двое дали понять в каком направлении двигаться. Один из повстанцев остановился чуть поодаль от пересечения с коридором, в одной из ниш которого прятались Владлен и Эвелина. Иноговорящий троцкист снял с левого плеча снайперскую винтовку, правой прижал к уху наушник. Второй беспокойно прохаживался рядом, все время причмокивая и сплевывая.

- Онхо дар ин чо!- отрывисто произнес тот, что с винтовкой. Второй сразу же перестал беспорядочно ходить, стал более собранным.

- Фахмидам! - Беспокойный, сделав несколько шагов, остановился под решеткой вентиляции.

Не знаю как, но я понял, что они знают. Знают, что мы здесь. Блин хреновы камеры. Засунуть бы их в задницу тому уроду, что их придумал. Чтобы не совершить фатальную ошибку и не попасть под неожиданный обстрел, я решил нанести превентивный удар. Другого выхода не нашел. Похоже, я могу рискнуть и попытаться прикончить сладкую парочку. Тем более, что выхода нет.

"Пан или пропал. Кто не рискует тот не пьет шампанского. Риск благородное дело. Трус не играет в хоккей. Или грудь в крестах или голова в кустах". - воодушевлял я себя.

Ладно нужно быть спокойным. Они, кажется, не знают, о том, что я знаю, что они знают и не знают.

- Спокоен как удав. - прошептал для себя, приготавливаясь пристрелить злокозненного троцкиста, трусящего идти к нам напрямую. - Задержи дыхание и… На блядь! - неистово издал я воинственный клич. Головорез дернулся нелепо, как все его позорное существование. Мой свинцовый подарок угодил ему в шею и почти оторвал окаянную голову. Он еще не упал, а я уже переключился на другую цель. Направил ствол на второго ублюдка. Завалить его с одного выстрела не получилось. Уж не знаю, куда я попал, но повстанец не упал замертво, лишь болезненно скрючился и затряс головой издавая звук похожий на яростное мычание минотавра. Надо было целиться. Я не мешкая отправил следующую пулю вдогонку, которая наконец-то прикончила его. И тут я заметил, что по коридору бежит третий террорист. На этот раз славянской наружности. Он стремительными прыжками преодолел расстояние метров в десять. Ловким ударом ноги выбил у меня из рук автомат. Второй его удар, я отбил уже рукой. Затем, ногой пнул прыткого гада в живот. Быстро достал нож из закрепленных на ноге ножен и прирезал ретивого мерзавца. Троцкист упал на колени, раскрашивая бетонный пол въедливыми кровавыми пятнами. Изящным, лёгким движением, я полоснул лезвием ножа по его горлу. Багряный фонтан, тотчас оросил все вокруг. Отойдя немного в строну, чтобы кровь не попала на меня, я вытер лезвие о левое плечо фонтанирующего. - Ну что ублюдки? Теперь я иду за вами! Меня вы не достанете! Хрен вам! - грозно прокричал я, показывая характерный жест средним пальцем на камеру. - Мне никто не достался. - сказала Эвелина. - Ничего там еще много таких! Мы направились по коридору туда откуда пришли повстанцы. Пока все складывается более-менее хорошо для нас. "Как там Надя?" Мысли о ней не покидали меня. Совершенно неожиданно перед нами возник троцкист. - Осторожнее! - закричала Эвелина. Выводя меня из задумчивости, чуть не стоившей мне жизни. Как я его проглядел? Еще мгновение назад коридор был абсолютно пуст. Пуля, выпущенная в меня подонком угодила аккурат в правое плечо. Если бы в комендатуре, я поленился одеть бронник, сейчас у меня наверняка оторвало бы руку и я бы стопроцентно почил в бозе. Резкая тупая боль пронзила мою руку, я вскрикнул, немного пошатнулся. Левой рукой инстинктивно схватился за правое плечо, автомат выпал из рук. Я был в ярости и полнейшем замешательстве. Наглое, гнусное лицо было прямо передо мной. Разившее перегаром и смрадом, искаженное яростью, с осоловевшими наркоманскими глазами. Недолго думая, я пнул ушлепка по яйцам. Моя правая была недееспособна, а левой рукой я много не навоюю, я не левша. Пришлось поработать ногами. Это не по-джентельменски правда, но выбирать не приходится. C’est la vie [i]как говорили французы! Троцкист схватился за причинное место, позабыв о всем на свете. Он упал на колени передо мной с выпученными глазами, жутко крича от сковавшей его боли. Собрав все силы в кулак и превозмогая боль, я кое как смог удержаться на ногах. Эвелина не долго думая вонзила нож в глазницу горемыки. Лезвие поразило мозг, троцкист сразу затих. Он мгновенно умер. Радости, его смерть мне не принесла, хотя и была нелепой и комичной. Даже как-то жаль его. А вот лейтенанта позабавила. Надо полагать не смерть, а именно мой удар в пах. Парень явно не ожидал такого. Плечо чудовищно ныло. - Надеюсь, что ключица цела. Мой автомат был немного подпорчен, от удара о бетонный пол разбился прицел. Не велика потеря, им я все равно не пользовался. Пока я поднимал автомат, Эвелина осмотрела убитого, и забрала десяток гранат бывших при нем на ленте. Только я успел повесить автомат на шею, наученный тем, что он может упасть, как заметил движение у бокового коридора в паре метров от нас. Видимо из него и появился смердящий повстанец. На этот раз я не стал рисковать. Кинул в боковой коридор гранату, за ней еще одну, и еще. Затем мы с моей спутницей, с упоением, решительно стали добивать из автоматов противников. Кося их как сорную траву. Следом появился еще отряд повстанцев. - Вот безмозглые твари! Числом хотят взять! - прокричал я, что бы Эвелина услышала мой голос в звуках выстрелов. Мы расправились с двумя десятками негодяев не моргнув глазом. Новых поползновений против нас предпринято не было. Удовлетворившись проделанной работой, я осмотрел феерию крови и плоти. Груды трупов немного затруднили нам проход, но мы преодолели это незначительное препятствие на пути к моей заветной цели. К моей Наде. Надо же, когда она рядом, вроде по фиг, а когда нет, то она мне нужна до безумия.

Глава 28

Коридор закончился, и мы оказались в просторном помещении, в котором располагались пульты и щиты управления. Большую часть зала занимали модули какой-то установки, собранной явно недавно. Она явно выбивалась из технического ансамбля управления АЭС. Суди по всему это был зал управления электростанцией. Освещение в зале было ярким.

- А, товарищ майор! А вас подпоручик нужно отдать под суд за неисполнение приказов и пособничество террористам! - шутя произнес стоящий на пристенном коридоре второго этажа Штернберг. Погрозив указательным пальцем. Как будто журил непослушных ребятишек.

- Товарищ комендант, я в не настроении шутить! Где Надя?

- О, мой мальчик, не беспокойтесь! С ней все в порядке, она здесь в реакторном помещении под охраной! Моя супруга составляет ей компанию, чтобы не было скучно! - Штернберг указал на дверь позади себя.

Владлен схватился за автомат и хотел выстрелить в коменданта. Ухлопать его, желание, впрочем как и шансы были велики, но нога Владлена подкосилась от резкой боли. Послышался глухой шлепок. «Снайпер», - подумал Владлен, а вслух выругался: - Бдядь!

- Не советую шутить. Вы под прицелом. Еще раз позволите подобное и следующий выстрел будет в голову. Лиза, ты поняла? - Штернберг обратился к кому-то позади нас.

Я оглянулся назад, Эвелина тоже. Только сейчас мы увидели стоящую на втором этаже девушку со снайперской винтовкой. Она держала меня на прицеле. Правильно говорят ненависть застилает глаза.

Увлекся комендантом и забыл о наблюдении за обстановкой.

- Прошу за мной. Komm zu mir![i]- комендант жестом пригласил нас подняться к себе. - Удивительно, как за все эти годы, я привык притворяться немцем.

- О, я вижу вы удивлены?

- Признаться да. - ответил я. Эвелина кивнула и произнесла, что-то типа "угу".

- Я объясню, но всему свое время, оrdnung muss sein[ii]. - Виктор Карлович, сделал приглашающий жест пройти в дверь. - После вас, прошу.

Мы вошли.

В огромном помещении реакторнойчувствовалась сильная вибрация и шум. Как и в зале управления, помимо реактора, здесь было явно много лишнего. Владлен ни чего не смыслил в устройстве АЭС, но понять это мог и профан.

-Чувствуете! - прокричал комендант. - Главный рабочий элемент пространственной установки ! Огромная магнитная сфера, которая вращается на оси и создает мощную гравитацию, которая искривляет пространство! Сфера раскручивается как чертов волчок! С постоянным ускорением, пока не начинает вращаться с бешеной скоростью, создавая мощнейшее гравитационное поле. Все гениальное просто.

- И к чему это? - прокричал Владлен. - А шут его знает! - пожал плечами Штернберг и посмотрел на стоящего в окружении охранников Красинского. Он, что-то настраивал в терминале пространственной установки. Надя была рядом. С ней была и жена коменданта. - Просто пытаюсь объяснить вам. Даже, если честно, не знаю зачем? Может стар стал, может выговориться хочу. Знаете, никому не объяснял, может время настало. Как я и сказал я не немец, да и не местный я. - Удивили! Да здесь все не местные. - О, понимаю вашу мысль, но я совсем не местный. Как и Лида. Мы как это говорилось не от мира сего. Только не такие! - Виктор Карлович сделал характерный жест рукой у виска и присвистнул. Владлен был немного заинтригован. В прочем сумасшедшие умеют заинтересовать своим бредом, а он у них как водится, весьма убедителен. - Понимаете, я не злодей, я жертва! - Штернберг сделал театральную паузу, придав тем самым драматизма. - Да, да! Именно жертва бесчеловечного эксперимента, коммунистических ученых. Эксперимента, стоящего многих жизней моих друзей, исковеркавшего мою жизнь и жизнь Лиды. Много лет назад мы были студентами, учились на историческом, летом поехали в поле на практику, раскапывать скифские курганы в Ставрополье. Как - то мы с друзьями решили прогуляться по лесу, отдохнуть, развеяться. Дело молодое. Ближе к ночи началось светопреставление. Потом все как в тумане. Очнулись утром, в живых нас осталось четверо. Один парень вскоре умер. Я остался с двумя девушкам. В ситуации мы не ориентировались. Набрели на заброшенный дачный поселок. Там повстречали одного дедка, с ним мы были знакомы, только вот он нас не узнавал. Но на это мы внимания и не обратили. Вскоре поняли, что идет война, и еще, что мы не дома. Все было, похоже. Названия, города, местность. У деда я нашел учебник по истории. Прочитав его, я убедился совершенно точно в том, что это не наш мир, не наша реальность. Решили пробираться в Ставрополь, найти каких ни будь ученых, кто мог бы понять, что с нами случилось и как-то помочь. Ставрополь нас разочаровал. Город был разрушен, людей не было. Однажды ночью мы решили заночевать в лесу, был дождь, укрылись под большим деревом. Теперь наши злоключения дополнились тем, что на нас напоролись дезертиры. Это было только начало для полного осознания в каком дерьмовом мире мы очутились. После неприятной встречи, когда я пришел в сознание, голова у меня сильно болела. Я еще подумал, что-то я часто в последнее время теряю сознание. Девчонок ни где не было. Я встал осмотрелся, из головы текла кровь.

Глава 29

Дверь распахнулась, Ксюша в ужасе отпрянула, узнав вошедшего. Он молча ступил через порог и стоял, глядя на нее, облизывая тонкие губы. - Ждешь кого другого, может быть? Внезапно девушка почувствовала, что вошедший подонок раздевает ее сальными глазами. Ксения съежилась, как испуганный кролик, инстинктивно скрестив руки на груди и сжав колени. - Что вам надо? Что вы хотите? Солдат захлопнул дверь ногой, подошел ближе. Стук подкованных армейских берц заставлял ее сердце биться сильнее. - Дрожишь милая? Старшина сказал, чтобы я позаботился о тебе! - дрожащим, возбужденным голосом, полным желания и звериной похоти произнес солдат. - Сейчас я позабочусь о тебе! Ксю вскрикнула как только солдат стремительно набросился на нее, схватив за щиколотки. Он стремительно стягивал с нее мокрые джинсы, вмести с ними и трусики. Если он войдет в меня, - подумала Ксю, - я не вынесу. От солдата пахло потом и застоявшимся перегаром. Солдат начал радостно и в тоже время страшно смеяться, схватившись за вырез футболки притянул Ксю к себе. Он спешил, движения его были резки, его била мелкая дрожь. Ксю кричала и дрожала как осенний лист на ветру. Лихорадочный жар ее тела приводил насильника в неистовство. Девушка пыталась отбиваться, махала руками. Она было похожа на пойманную рыбу, бьющуюся о гальку. Храбрый солдат левой рукой держал Ксю за плечо, а правой нанес увесистую оплюху по ее лице. - Заткнись тварь! Ну что, поумнела? Хорош брыкаться! Ведь ты же хорошая? - солдат перешел на шепот и стал быстро спускать свои штаны.- Ты же хорошая девочка. Тише, тише! Он вошел в нее. Девушка страшно заорала и забилась как припадочная. - Что же ты не успокаиваешься блядина! - солдат еще раз ударил ее, продолжая насиловать. Двери открылись и вошли еще двое. - Ну что пацаны, я ее смазал. Кто следующий. Что было дальше Ксю не могла помнить. Точнее не хотела. После четверти часа, она стала терять периодически сознание. Точнее не терять, а просто отключаться. Как будто все происходящее было не с ней. Что она где-то далеко, и просто наблюдает со стороны. - Ну что? Перекур, и займемся второй. - сказал старшина. Именно его звали Вик. - Ага. Только давайте выпьем, по одной. - Да точно. А то, что-то у меня башка разболелась пока я ее усмирял. У, сучка с норовом.- подонок замахнулся на растерзанную девушку и плюнул на нее. Она не реагировала. Он взял ее за подбородок и крепко сжал, посмотрев в глаза. Ксения что-то несвязно бормотала. - Эй, да она кажись того. Умом тронулась. - Да и хрен с ней. Нам до ее ума какое дело. Дырки есть и хватит с нее. - засмеялся старшина. - И то верно! - поддержали его остальные. По лицам их блуждали зловещие улыбки. Улыбкам этим позавидовал бы самый искусный в своих извращенных желаниях маньяк. Друзья пошли бухать, готовясь к новой сладостной жертве.

Тем временем, в предрассветном лесу, пытаясь привести мысли в порядок, превозмогая жуткую головную боль, молодой парень решал как спасти девчонок и в какую сторону идти. Ответ на второй вопрос ждать долго не пришлось. Мокрая трава была примята и подобно сказочному полозу из таежных легенд, указывала путь к заветной, милой сердцу цели. Мокрая трава очень раздражала. До нитки промокший, Дима шел по тропинке, проложенной в густой, высокой траве. Его джинсы были тяжелы от влаги, вода уже не впитывалась в них и стекала с лоснящихся штанин в низ, в кроссовки. Нейлоновая, сетчатая структура которых, подобно губки впитывала всю эту жидкость, погружая ступни в мерзкую сальную от пота жижу.

- Ух ептыть! - выругался Димон, запнувшись о кочку и распластавшись на склизком травяном ковре, пахнущем лесом, природой. Рассвет плавно переходил в полноправный день. В воздухе начинали реять гнусы. Мысли парня были лишь о том, как выбраться из этого леса, в котором деревья подобно мачтам затонувших кораблей вздымались в травяном море. Встав на ноги, Димон осмотрелся.

Неподалеку, в паре сотен метров от него виднелся домик, по-видимому охотничий или лесника. Других домов в понимании Димы в лесу в принципе быть не могло. Разве, что домик был из пряников, тогда совсем другое дело. Логика и инстинкт самосохранения говорили, что на ведьмочку рассчитывать не нужно. А вот минимум три вонючих гоблина, там точно будут.

Подкравшись к домику, Дима заглянул в окно, стараясь делать это как можно тише и незаметнее.

В комнате, на диване и в кресле, судя по заставленным пустыми и недопитыми бутылками столе, в развалку дрыхли в усмерть пьяные дезертиры.

Подойдя к соседнему окну, Димон увидел привязанную к изголовью старой тяжелой панцирной кровати Лиду. Рот ее был завязан. Глаза алели припухлостями век, от пролитых слез. Дима тихо постучал в окно, Лида увидела его, в глазах ее вспыхнула надежда на спасение. Взгляд ее неистово вопил, ликовал в предчувствии скорого вызволения. Такой взор может быть только у человека, уже смирившегося со скорым концом. И вот он яркий лучик надежды, даже скорее твердой уверенности, что все будет хорошо, порушил обреченность. Дима приложил указательный палец к губам, тем самым показав девушки вести себя тихо.

Осмотрев раму, Дима как можно аккуратнее постарался выбить стекло, точнее не выбить, а расколоть. По задумке, аккуратно вытащить избежав шума. Как говорится гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Стекло выломалось и нижняя часть его упала в комнату, разбившись. Димон зажмурил глаза.

«Только бы не услышали, только бы не услышали». - думал он. Открыв глаза Дима прислушался к происходящему, сделав шаг к соседнему окну, он заглянул в него. Увидел, что ушлепки продолжали спать.

«Слава Богу!» - парень перекрестился.

Вернувшись к разбитой стеклине, Дима аккуратно вынул оставшиеся осколки из изрядно рассохшейся рамы. Вспомнив известную присказку про кошку: «Если пройдет голова, то пройдет и все остальное».

Дима решил лезть на выручку к любимой головой вперед.

«Только в фильмах, рыцарь или какой другой герой, в духе «крепкого орешка», бесстрашно, с шумом и помпой, отпуская шуточки в адрес врагов вламываются в цитадель зла спасая красавиц. Кроша уродов в капусту. На деле же, вот так. Без оружия, трясясь от страха, боясь обделаться, но по-геройски принимать решение головой или жопой лезть в окно. Торпу такое в голову бы пришло? Думаю, что нет! Мактирнану тем более». - думая о высоком Дима оказался в комнате.

Тотчас подобно сайгаку, не мешкая устремился к любимой.

- Ты как? С тобой все в порядке? - спросил Димон, развязывая импровизированный кляп и высвобождая руки Лиды из веревочного плена.

- Да, да! - торопливо прощебетала захлебывающимся голосом девушка, крепко обняв своего спасителя за шею.

- Где Ксюха?

-Где-то там.- Лида указала на дверь. - Нас сразу же разделили. Я слышала, как она ревела. Они кажется ее… - девушка осеклась, посмотрела на Диму. Дима все понял без слов. Слезы навернулись на глаза Лиды.

Пусть Дима и не мог понять весь трагизм произошедшего, но к горлу его подступил комок. Тошнотворное чувство от осознания того, что с твоей знакомой, сделали что-то унизительное, отвратительное, заполнило все естество психически здорового мужчины.

- Нужно найти ее!- Дима поднял на ноги не отпускающую его шею девушку. - Нужно идти. Соберись.

Пара пошла к двери. Дверь оказалась не заперта. В коридоре никого не было. Выбор направления, куда двигаться дальше был очевиден. Чуть наискосок, напротив была еще одна дверь. В противоположно конце коридора был тот самый зал, где продолжали мирно спать, три любителя насиловать беспомощных, больных девиц.

Подойдя к двери Димон еще раз убедился, что ублюдки уверены в своем всесилии. Они не удосужились запереть и эту дверь. Вероятно, у них просто нет ключей от двери или же они просто самоуверенные разгильдяи.

Войдя в небольшую комнату, гораздо меньше по размерам предыдущей, ребята увидели сидящую на кровати, поджавшую ноги девушку. Лицо ее было одним большим синяком, губы и нос были разбиты. На теле виднелись следы высохшей спермы. Она сидела обняв ноги и хныкала.

Не сразу ребята смогли распознать в этом истерзанном создании свою подругу.

- Ксюха! - только и смогла произнести, оцепеневшая от увиденного Лида.

Девушка ни как не прореагировала.

Дима подошел к ней и попытался дотронуться. Девушка как ошпаренная соскочила с кровати и забилась в угол комнаты.

Дима все понимал. Он молча посмотрел на Лиду.

Лида тихонько подошла к девушке, опустилась перед ней на корточки и протянула руку.

Ксения дрожала.

- Ксюша, посмотри на меня! Посмотри! - Лида произнесла как можно ласковее.

Ксюша продолжала дрожать.

- Посмотри на меня! Это я! Это я! Ты видишь! Посмотри. Это я, Лида.

- Ли-да. - по слогам, нехотя все же произнесла Ксюша.

- Да. Это я. Вот так. Умница. А это Дима.

- Дима. - произнесла уже более твердо. Ксюша обняла Лиду, и заревела.

- Успокойся, успокойся, милая. Все позади. - говорила Лида. Гладила подругу по голове, а сама тоже ревела.

- Девчонки, я все понимаю, но надо выбираться.

С большим трудом Лида и Дима подняли Ксюшу. Девушка была похожа на забитого зверька, запуганного и беззащитного.

«Подонки». - зло думал Димон. В слух же произнес шепотом: - Идем тихо.

Когда они подошли к залу, Дима осмотрел его. Троица дезертиров храпела как целая рота, один из них, кажется Вик, пускал газы во сне.

- Пердист блин!- произнес Димон. Лида сморщила носик. Запах перегара и дерьма витал над лежбищем. - Идемте. Не шумим.

Троица, как когда-то Персей проходящий через логово горгон, не привлекая внимания пробиралась к выходу. Цель была близка, но Димон решил обзавестись оружием. Рядом с главарем насильников стоял автомат и его Дима решил взять себе. Показав девушкам жест идти дальше, сам стал подкрадываться к автомату. И когда оружие было уже в его руках, сзади раздался стук бьющегося стекла.

Ксения еще плохо стоящая на ногах, даже не смотря на то, что ее придерживала Лида, завалилась на бок и толкнула бедром стол. Бутылка стоящая на нем упала, покатилась к краю столешницы и влекомая силой притяжения упала, вдребезги разбившись на сотни осколков.

Подобно стае монстров, жутких упырей, насильники встрепенулись. С истошным пьяным воплем, один из них закричал: - Вик, Трик бля… ! Э..

Вик открыв глаза, среагировал достаточно быстро, но не достаточно для того, чтобы увернуться от пули, выпущенной практически в упор.

Второй подонок тоже получил свою долю свинца. Тот, что кричал, схватил лежащее на столе ружье, но раздался громкий выстрел.

Дима обернулся, ведь это стрелял не он.

Ксюша стояла с ружьем, которое она взяла у уже мертвого второго, того, что звали странным именем Трик.

Пуля угодила в живот подонка, кровь пошла у него ртом.

- Сука! - задыхаясь, он с ненавистью произнес лишь это.

Из последних сил нажал на спусковой крючок своего ружья.

Лида взревела не человеческим голосом. Выстрелом подонка, Ксюхе практически полностью снесло голову. Кровавое месиво и ошметки разлетелись по стене.

Димон выстрелил в ублюдка, потом еще раз и еще. Посмотрев зло на автомат, парень поставил переводчик на стрельбу очередью и выпустил всю обойму в подонка. Яростно крича при этом, словно желал заглушить шум стрельбы. На глазах его были слезы, слезы ненависти, а не боли и страха.

В этот момент Димон решил, что больше он не будет слабым. Осознал, что у него нет в этом чужом мире никого кроме Лиды. И он сделает все, чтобы вернуться с ней домой. Домой любой ценой.

Глава 30

- Вот, собственно так появился Виктор Карлович Штернберг.

Хочется добавить человек и пароход, но вы Владлен не оцените. Этого мультфильма здесь не сняли и книжки не написали. Автор летал и воевал.

Владлен продолжал слушать с интересом и не перебивал.

То, что он знал из архивов департамента по проекту «Счастье народов» вполне укладывалось в логику рассказа коменданта.

- Я обыскал трупы дезертиров. Тот, которого звали Вик, то есть Виктор был моих лет. Да и можно сказать даже немного похож. Я взял его документы. А различия на фотке со мной можно списать на издержки войны, недоедания и болезней. Ведь сходство все же было.

Дальше мы с Лидой пробирались через лес, вскоре выбрались на автотрассу, шли на восток. Через какое-то время мы наткнулись на колонну беженцев в сопровождении солдат. Их командиру я представился уже как старшина Виктор Штернберг, а Лиду своей женой. Я рассказал, что на нашу часть был авианалет и все погибли. Я уцелел потому, что был в увольнении и встречался с женой. Теперь пытаюсь добраться до действующих частей. И вообще, как зашибись, что мы набрели на вас.

Особо разбираться со мной никто не стал. Особиста у них не было. Они собственно и сами шли на восток, в надежде найти крупные армейские соединения.

А дальше была война, потом «желтые войны», академия Сибирской армии, офицерский чины, жизнь, награды. Итог вы сами знаете. Доживать век, в заднице почти мертвого мира.

Но я не терял надежду. Надежду вернуться домой.

Уже в Новосибирске в 2025 году я наткнулся на документы подтверждающие, что с конца восьмидесятых правительственные научные лаборатории проводили эксперименты. Суть их не совсем ясна, но они явно были связаны с тем, что мы оказались здесь. Я стал копать и в тогдашней неразберихе на меня никто не обращал внимания. Я узнал, что пятое управление проводило эксперименты по переходу в параллельные миры. Звучит дико. Я бы и сам не поверил в этот бред, если бы не был из другого мира. Эксперименты были призваны открыть устойчивый портал в другое измерение, чтобы эвакуировать партийную верхушку и ей приближенных, избранных мудаков, деятелей искусства, в общем жополизов всех мастей. Они хотели бежать в безопасный мир, подальше с этой доведенной до гибели планеты.

Не знаю удалось ли им свалить от сюда, но из-за войны эксперименты стали сворачивать. Попросту перестало хватать энергии. Затраты на работу установки требуют колоссальной энергии.

Следующие двенадцать лет у меня ушли на поиски оборудования, по различным заброшенным складам в Сибири и тех кто его мог его собрать. Представляете каких усилий это мне стоило.

- Хорошо Виктор. - майор осекся. - Или лучше Дмитрий.

- Говорите как вам привычнее. - Штернберг улыбнулся.

- Допустим я вам верю. - Владлен на самом деле, действительно верил старику. Его рассказ был настолько невероятен, что скорее всего был правдой. - Только не могу понять, зачем все эти убийства.

- О, да очень просто. - Виктор Карлович развел руки и сделал небольшой театральный выпад. - Мне не хватала последнего пазла, последнего живого винтика. Человека, который знал бы как запустить всю эту хренотень, чтобы она заработала. Произвести расчеты, координаты определить. В общем нужен тот, кто знает, как и куда.

- И этот человек Красинский.

- Бинго! - воскликнул Штернберг. - Так и есть! Вот только этот старый хрен, уж очень осторожен. Похитить его открыто я не мог. Чтобы выманить его из столицы, нужно было исхитриться. Вот я и исхитрился.

- Убийство это хитрость? - язвительно, с нотками призрения произнес Владлен.

- В данном случаи, да! - парировал комендант.- По другому этого затворника было не заманить в мои сети. - Штернберг улыбнулся и посмотрел на профессора, который трясущимися руками проводил какие-то настройки на панели управления загадочной установки. Без жалости на него не возможно было смотреть.

Штернберг кажется заметил это во взгляде Владлена.

- Я смотрю, вы мой мальчик не лишены сострадания. Я же за долгие годы начисто его лишился.

Владлену стало жаль старика, что грустное и печальное всколыхнулось в его душе. Что-то, что уносило его мысли в потоке реки времени в те года, когда он был еще ребенком. У него была любящая семья, мама - самая лучшая на свете, папа - самый сильный и добрый.

А у Штернберга не было ни чего, только воспоминания о том, что его лишили дома. Не просто уничтожили дом, разрушили убежище, тихую безмятежную бухту, а именно вырвали молодого парня, с мечтами, желаниями, стремлениями из мира, где у него было все.

Мир, тот его мир, до сих пор существует без него. Даже не подозревает о его потери, а он мучается всю жизнь. Должно быть для него это все равно, что умереть и попасть в ад.

Кто знает, возможно мы действительно все умерли, попали в ад и забыли об этом, а этот несчастный и его жена помнят. Они помнят, что есть лучший мир, может не рай, с проблемами, со злом, но все же родной и более приспособленный для жизни.

- Ну что пойдемте, вниз. Так сказать в гущу событий. - как старый добрый друг, Штернберг взмахнул рукой, приглашая следовать за ним.

Как выразился Штернберг мы спустились в самую гущу событий. Красинский возился с оборудованием, Надя стояла рядом с Лидией Николаевной, та не сводила с нее глаз. Была всегда наготове. Если что, с легкостью могла вышибить ей мозги из пистолета. При этом она вела себя как будто они старые подруги.

- Виктор Карлович, еще одно... Там в школе. Зачем это все?

- А, это совсем просто. Тот кочегар видел меня с девочкой, ну и шантажировал мою жену. Я бы его просто убил, но Надежде Сергеевне какого-то черта захотелось с ним поговорить.

Мне пришлось импровизировать. К сожалению были лишние жертвы, но к счастью не многочисленные.

- И еще?

- Да!

- Перебои с электричеством?

- А, ну это совсем просто. Имитация сбоев происходивших при запусках станций межпространственного перехода.

- Значит наша догадка верна. Вы просто все эмитировали, подражание, копирование по писаному.

- Можно сказать и так. Единственное, я не рассчитывал, что сюда пришлют толкового следователя. К тому же двух. Вам, конечно же не лично вам, а кому-то из столичного департамента, я отводил всего лишь роль средства подтолкнуть Красинского к приезду в Кутомару.

Поэтому пришлось подстраиваться под стремительно меняющуюся обстановку на ходу. Спешка без огрех не бывает. Вы уж извините! Голова хотя бы не сильно болит?

- Спасибо, не сильно! - соврал Владлен.

Неподалеку от Нади с Лидией Николаевной было еще несколько боевиков. В поле видимости трое. И конечно еще одна, позади нас с комендантом, постоянно «дышит в затылок», фигурально выражаясь. Неприятное ощущение.

- Ты как? Все в порядке?

- В целом, да. Неплохо. - ответила Надя, взглядом оценщика окинула Эвелину.

«Черт, она даже сейчас ревнует». Эта мысльпорадовала Владлена.

- Профессор, как у нас дела! - окрикнул Красинского комендант.

- Еще немного. И все будет готово! - дрожащим от страха, старческим голосом, произнес профессор.

- Прекрасно.

- Ну что, товарищ майор. Не держите зла. Будем прощаться. Скоро меня тут не будет. - Штернберг радостно улыбнулся. Такая же веселая, неподдельно радостная улыбка появилась и у его жены.

- Дмитрий эээ

- Сергеевич! Если вы об этом? - подсказал комендант.

- Дмитрий Сергеевич, я вам верю. Дело в том, что я в курсе существования программы «Счастья народов», но в тех бумагах было сказано, что это был эксперимент сумасшедшего ученого, который использовал некротическую энергию, вообще глупость полная. Бред сивой кобылы.

- Да, все верно. Шестой отдел умел прятать сокровище среди мусора. Действительно был болван, некто Ханцеверов.

- Болвану генеральские звездочки бы не дали! - возразил Владлен.

- О, звездочки на погоны, дают не за ум. Поверьте старому солдату.- парировал Штернберг.

Владлену нечего было возразить.

- Он действительно занимался сомнительным мракобесием. Оккультизм и прочая чертовщина. Народу этот мясник укокошил предостаточно. Дело в том, что руководство шестого отдела, к успешному выполнению поставленных задач шло по нескольким направлением. Одно было провальным, как раз то, которым занимался колдун в погонах, но и его провал сослужил доброе дело, даже два.

Первое: послужил хорошим прикрытием для успешно реализованного проекта нашего дорогого профессора. - Красинский скукожился от этих слов.

Второе: садистские эксперименты, обряды сумасшедшего чернокнижника, точнее их имитация помогли заманить профессора ко мне.

Красинский, что-то пробубнил не внятное. Наверное, проклинал себя за любопытство.

- Все оказывается просто. Если знаешь. - понимающе кивнул майор.

- А как вы поняли, что это я?

- Если честно, я до последнего сомневался. Просто сложил два и два. На моего начальника выход есть здесь только у вас. Рогочко, Гущин и вы. Вы сами мне сказали, что знакомы, а дальше немного удачи.

Приехав сюда, я окончательно убедился, что инсценировка все это. Пусть жестокая со смертями, но инсценировка.

- Да, я не думал, что так получится. Вы должны были лишь подтолкнуть дорогого профессора к действию. Воистину господь располагает, а …

- Человек предполагает! - закончил за коменданта Владлен.

Владлен лихорадочно думал, что делать. Как спасти Надю и самому остаться целым?

- Чувствую я, что вы не доброе замышляете супротив меня.- Штернберг улыбнулся. Как-то по-доброму. Как старый учитель, которого позабавил ответ нерадивого ученика. - Могу вас заверить, вы, Надежда, и наш лейтенант, хоть она и расстроила меня самовольством и нарушением приказа, можете рассчитывать, на мое расположение к вам. Вам ничего не грозит.

- Что вы, я и не думал…- Владлен, чувствовал себя неловко. Неужели его мысли так легко угадать?

- Думали, думали. - комендант погрозил пальцем. - Вы мне не помеха, да и думаю, вам самим будет интересно увидеть врата в другой мир.

- Уж не в рай ли?

- О! - Штернберг театрально удивился. Вытаращив глаза.

«Ему бы в театре работать!» - подумал Владлен.

- Вы религиозны. Я полагал, что в этой стране вытравили веру в Бога, пару поколений назад.

- Нет не религиозен, просто, кое-что читал. Для общего развития, скажем так.

- Понятно, понятно. Нет не рай, но лучше, чем все это. - Дмитрий, медленно от груди развел руки, как бы раздвигая пространство от себя. Пытаясь отодвинуть от себя весь ему ненавистный мир. Омерзение и какое-то величественное призрение, переполняло его очерствевшую душу, но где-то в глубине он сохранил искру счастья, любви, веры.

С упорством маньяка все эти годы он шел к своей цели, мечте, он шел не для себя, а для любимой женщины, волею судьбы и гнусных яйцеголовых оказавшейся вместе с ним в кошмаре, длинною в жизнь.

- Вы так ненавидите мир, людей?

- Нет, что вы? Мне жаль всех вас, искренне жаль. Вы же не знаете, что может быть иначе. Вы скоты и свиньи, только потому, что вы не знаете какими должны быть люди. Блажен не ведающий. Слепцы, ведомые слепцами. Знаете, чем вам рассказывать, проще показать. Как говорится лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

- Вы прямо кладезь поговорок. Хорошо! Вы предлагаете, мне увидеть, что?

- Я предлагаю вам всем пойти с нами, со мной и Лидой. В том мире от куда мы, не было этой безумной войны. Не было Союза Нерушимого, он не был создан, не было освободительной войны. Была вторая мировая, тоже с Германией. СССР и союзники победили, американцы сбросили на Японию атомные бомбы, потом был полет в космос советского человека Юрия Алексеевича Гагарина. Далее гонка вооружений с США, перестройка и распад СССР. Мы жили в России. Всех ужасов, что произошли здесь не было. Ядерное оружие массово не применяли ни разу с 1945 года, мировой смуты не было. Не было "желтых войн". Обитаемый мир не превратился в чистилище с глобальным адом во круг.

Да там не рай, там были проблемы. Был терроризм, но не такой как здесь, кризисы, но экономические, безработица, вечная борьба за демократию. Сейчас мне правда кажется, что это было раем. Люди любили, рожали, строили, умирали. Просто жили.

Идемте со мной. Вы ничего не потеряете.

- Я вам верю и понимаю. - Владлену действительно были понятны чувства коменданта. Ему и самому осточертел весь этот гротескный бред в котором он обитает. Ему хотелось согласиться на предложение коменданта. Вот так запросто, плюнуть на все и исчезнуть, как будто его и не было здесь никогда. - Я не знаю…

- Что тут знать! Решайтесь!

Владлен посмотрел на Надю. Она смотрела на него и еле заметно помотала головой.

Владлен читал, что был раньше славянский народ болгары, и у них кивок означал «нет», а мотание головой означало «да».

«Как жаль, что мы не болгары» - подумал Владлен.

- Пожалуй я пас, как и Надя. А вот что на счет Эвелины?

Девушка растеряно посмотрела на Владлена.

- Эвелина иди с ними. Здесь тебе делать не чего. Ты заслужила. Там у тебя будет будущее.

В глазах ее предательски блестели слезы.

- Что же! Решено. Профессор, как там у нас продвигается?

- Все готово! - прокричал Красинский.

"Бедный старик. Его обработали конечно основательно, но видно он заслужил. Хоть Штернберг и говорит, что ему жаль всех нас, что мы такие какие есть, думаю он не прав. Мы все виноваты во всем. Мы сами не делаем, чтобы стало лучше. Даже если хотим, то уже поздно, что-либо исправить. Мы заслужили наказание, за наши грехи. Поэтому я и остаюсь. Поэтому остается и Надя. Это наш мир. Плох он или хорош, но он для нас. А там мы чужие". - размышлял Владлен, а тем временем Красинский запустил установку пространственного перехода.

Глава 31

Желание и поиск. Желание поиска ответа на извечные вопросы: «зачем?» и «почему?». Вопросы, которыми задается любой мыслящий человек. Некоторых поиск ответа, приводит к решению уйти, не дожидаясь естественного завершения. Вопросы эти способны довести до безумия.

-Лиза! Милая, пришло время сбросить балласт!- Штернберг прокричал девушке снайперше, стоявшей позади нас.

Никакой стрельбы, точнее характерных, громких выстрелов не слышалось. Девушка стреляла из винтовки с глушителем. Звука не было, а следы выстрелов были. Мгновенно стоявшие в стороне повстанцы, один за одним, обрушивались всем своим весом на пол, сраженные стремительными пулями. Тела их принимали нелепые, подчас причудливые позы. Комичность им придавали наряды, вычурная смесь милитари и чего-то кричащего гомосексуализмом. Это было неожиданно. У Нади и Эвилины от удивления открылись рты. Я тоже прибывал в растерянности.

- Девушки закройте рты, а то муха залетит или наш майор вставит.- пошлая шутка Штернберга привела девушек в чувства и немного смутила. Особенно Надю.

- Убираем свидетелей? - я задал вопрос. Сам при этом думаю, что следующие мы.

- Свидетелей? Что вы Владлен, всего лишь балласт. Признаться терпеть не могу эту падаль, но увы кроме них работать было не с кем. Фанатики, думающие лишь о какой-то своей, особенной свободе. И конечно о своем очке. Сплошные догмы, идеи провонявшие нафталином.

- Понимаю.

- А это? - Надя посмотрела на молниеносную снайпершу.

- О, извините не представил. Это наша с Лидой дочка, Лизонька.

- Я не знала, что у вас есть дети.

- Надежда Сергеевна, мы с вами не настолько близко знакомы, чтобы вы знали о моей семье все.- Штернберг улыбнулся.

- А я все думал! У меня не складывалось.

Штернберг вопрошающе посмотрел.

- Да нет, ни чего. Просто я не мог понять, как вы находясь там. Контролировали этих здесь. - Владлен кивнул в сторону партизанских трупов.

- Надо же держать этих скотов в узде. Вот дочка и помогала папе. Мы с Лидой воспитали ее хорошо. Как в поговорке, настоящая русская женщина. И в избу и коня на скоку и готовит чудесно. Ну что-то мы заболтались.

- Так, профессор! Скоро ли откроется портал.

Седовласый старичок, в пропитанных мочой брюках и забрызганном, уже запекшейсякровью дорогом пиджаке, уставился испуганными глазенками, выставил вперед руки, делая ими успокаивающий жест. Почему-то он напомнил мне старика Хатабыча из старого фильма. Помню смотрел его в детстве. Интересно, осталась ли где-нибудь его копия, в пленке или цифре. Скорее всего нет, все погибло в войне. Красинский как рыба на суше распахнул рот, хватая воздух. Старался что-то сказать, но получалась сумбурная нелепица.

Лишь увидев раздраженный взгляд Штернберга четко произнес:

- Да все готово, минуту.

- Хорошо. Ты знаешь, что нам нужно. И соберитесь профессор, в конце концов вы всего лишь исправляете свою же ошибку. Редкий случай, выпадает не многим, шанс искупить грехи. Откроете портал. Вы должны быть благодарны.

Красинский растерянно кивнул. Старик просто не мог, что либо возразить. Удел рефлексирующей интеллигенции, молча сносить все оплеухи.

- Ты понимаешь! Быстро! Уши развесил! - комендант теперь зычно рявкнул. Как здорово этот человек менял характеры. Ему бы быть актером. Все же какой он на самом деле?

Старый ученый поморщился, молча кивнул и подошел к пульту. Спешно, что-то переключал.

- Пап, вдруг он, что не будь сломает? - впервые за все время подала голос снайперша.

- Не думаю милая. Профессор не такой человек. Ведь правда профессор?

Тут же после слов коменданта прозвучал громкийхлопок, как раскат грома. То, что это происходило в закрытом помещении, усиливало не обычность происходящего. Будь это на улице, все решили бы, что это просто гром. Профессор закрыл глаза, схватился за голову и присел. Так обычно делают дети, когда в небе сверкает особо сильная молния и следует раскат, такой по силе, что земля дрожит.

- Ежкин кот! Я и забыл, что это происходит так! - прокричал Красинский. От неожиданности и триумфальности момента в нем вдруг открылся дар красноречия.

В зале появилось три светящихсяшара. Шары были похожи на огромные клубки, в диаметре по два метра, сотканные из энергии. Электричеством или плазмой это назвать было нельзя. Это было, нечто, совсем другое. Шары кружились по залу, пока не заняли близкое друг к другу положение, но не соприкасались. Они медленно по воздуху плыли к людям.

Красинский бегом в присядку побежал к нам.

- Дмитрий вам нужно спешить. Я не знаю на сколько минут хватит энергии. Шары созданы из трансдементной энергии[i], по неведомым нам причинам они стремятся к живым объектам. Возможно это как-то связано с антивеществом. Суть не в том, что при соприкосновении с живой материей происходит реакция. Происходит, что-то на подобии направленного взрыва, который разрывает пространство и время, создавая пресловутый мост Эйнштейна - Розена. Все живое втягивает в него и выбрасывает по другую сторону моста.

- Понятно!

- Спешите! Это вам надо туда, а мне старику и здесь не плохо! Я не хочу чтобы меня засосало.

- Лиза, Лида, вы готовы!

- Да папа!

Лидия Николаевна просто кивнула.

- Майор, ну что? Не надумали? А вы Наденька?

Мы отрицательно помотали головой.

Ну а вы подпоручик? Эвелина, такое выпадает лишь раз в жизни. Поверь, там точно не хуже, чем здесь.

Эвелина вопрошающе посмотрела на нас. В ее взгляде был и страх и решительность. В общем и хочется и колется и мамка не велит.

Я посмотрел на Надю, она понимающе кивнула. Самому мне было бы трудно принять решение, винил бы себя. Хотя здесь играет роль,я думаю, простая женская ревность. Смазливою девчонку хоть куда, лишь бы подальше.

- Эвелина можешь делать, что хочешь! - ответил я на не заданный вопрос.

Девушка тут же устремилась к коменданту.

Четверка. Две женщины - мать и дочь, во всем полагавшиеся на отца. Отец защищал их всегда и ему они доверяли во всем. Его они любили всем сердцем.

Мужчина - видавший многое военный, мечтавший о спокойной жизни для себя и своей семьи. Человек волей случая лишившийся всего, но сумевший из осколков старой жизни создать семью на пепелище полумертвого мира. Поклявшийся вернуть любимых в отнятый дом.

И с ними в неизвестность шла девушка, у которой не было ни чего, кроме ненависти и боли. По существу ей было все равно куда и за кем идти, лишь бы не одной. Наверное это и было главной причиной, по которой она поверила Владлену.

Штернберг обернулся, махнул рукой на прощанье.

- Не поминай лихом майор! - радостная улыбка была на его лице.

По настоящему радостная, его лицо просто светилось от счастья и это не был свет от висящих в десяти сантиметрах от них энергетических шаров.

Четверка сделала последний шаг к заветной цели. Секунда и...

Красинский сидел на полу весь в ошметках человеческой плоти.

Надя и Владлен стояли рядом с ним и не шевелились. На них были тоже останки того, что секунду назад было четверкой людей.

- Какого хрена? - яростно прокричал Владлен и уставился на Красинского.

Красинский рукавом обтер лицо, размазав кровавое месиво, противно захихикал.

- А я говорил ему, что ни чего не выйдет, а он не верил. Я говорил, а он не верил. Я говорил, а он не верил. - профессор повторял как заведенный.

- Профессор! - прокричал Владлен.

Красинский обратил свой взор на него.

Не смотря на то, что тот находился внизу, во взгляде его было так много высокомерия и надменности.

- Ну что? Как я его? А, майор? - оскал самодовольного психопата пририсовывался на окровавленном лице, неожиданно преобразившегося старика. От страха не осталось и следа.

- В каком смысле?

- Его дочка была права. Мерзкая шлюшка. Зря он ее не послушал.

До Владлена только сейчас дошел весь ужас и трагизм произошедшего.

- Ах ты ублюдок! Мерзкий старик! - Владлен со всей силы пнул Красинского, тот скрючился, но продолжал смеяться.

- Майор остыньте, а то вам потом не сдобровать! Пользуйтесь моментом, пока я добрый.

- Ах ты мразь!- Владлен в порыве ярости схватил брошенный Эвелиной автомат. Хотел выстрелить в Красинского, но его остановила рука Нади.

- Не надо милый, он этого не стоит. Будь выше.

- О да, слушайте свою бабу, она дело говорит.

Владлена трясло от ярости, но оружие он опустил.

- За что? Ладно Штернберг. Пускай его жена и дочка, но Эвелину то за что?

Красинский пожал плечами.

- Лес рубят, щепки летят. - Столько пафоса, как будто высказал высшую мудрость.

- Она не щепка, она человек! - Владлена переполняла ярость.

- Понимаете майор? Я старый коммунист и этим все сказано. К тому же важно и место. Эксперимент не случайно проводили в Ставрополье. Место тоже имеет значение. Там особое магнитное поле. Так называемая геопатогенная зона планеты. Установка Мориса-Торна [ii]просто помогает открыть то, что и так есть. Хотя чего я вам объясняю. - Красинский пренебрежительно махнул рукой.

Я посмотрел на Надю, она на меня. Надя кивнула. Как всегда поняла меня без слов. Умница моя.

Я выстрелил.

- Лес говоришь рубят? А про пни забывают. Вот и выкорчевали старый пень.

Надя прижалась к моей груди.

- Ну что Котов? Пойдем?

Я молча кивнул.

Вместо эпилога.

- Знаешь? - Владлен посмотрел на откинувшеюся на спинку пассажирского сиденья Надю. От нее не ускользнуло, душевное метание, которое обуревало Владлена, но ввиду его напускной отрешенности внешне практически не проявлялось.

Что-то мучило его. Надя это понимала, но пока не знала как ему помочь.

- У меня в кабинете есть старая картина, на ней демоны штурмуют врата рая. Надя мысленно перенеслась в хорошо знакомый ей кабинет.

- Да, я помню. - Надя положила свою ладонь на правую ногу Владлена. Этим жестом, как ей казалась, хотела сказать ему, что она рядом и любит его. Владлен продолжал сосредоточено смотреть вперед, в дорожную, кажущуюся бесконечной даль, не выпуская руль. Дорога была пуста. Легкий сумрак заволакивал небо, окрашивал его в стальной цвет. Бесшумный моросящий дождь, сеногной, нагонял тоску и печаль.

- Хочется верить, что не смотря ни на что, демонам все таки не удалось завладеть небесами. Надеюсь нам есть куда уходить, хоть мы этого и не заслужили.