Сбой реальности (ТЭ-4)

Глава 1

ТОРГОВЕЦ ЭПОХАМИ

КНИГА ЧЕТВЁРТАЯ

СБОЙ РЕАЛЬНОСТИ

ПРОЛОГ

- Значит так, повторяю в последний раз! – Купидон Азаров навис своим телом над мальчишкой лет двенадцати, который с круглыми от усердия и послушания глазами, сложив руки на коленях, сидел на малом, весьма подходящим для его роста стуле. – Как только оказываешься во дворе замка, сразу начинаешь бежать к главному входу! Там всего двадцать метров и потом девять ступенек крыльца. Ни на вой собак, ни на рёв других тварей, которые могут тебя заметить, или даже за тобой погонятся, не обращаешь внимания. Только бежать! Останешься на месте, тебя сильно покусают, и мне придётся тебя долго лечить. Как только проскочишь створ центральной двери – там ты уже в безопасности! Сбрасываешь с себя рюкзак и можешь заскочить в любые иные открытые двери. Всё равно в следующий момент ты окажешься в этом кресле.

Мальчик проследил за рукой читающего инструкции колдуна и нервно кивнул. Метрах в пятнадцати от торчащего из земли чёрного, каменного цилиндра, на котором они располагались, стоял помощник Купидона, удерживая за ручки огромное, совсем непривычное для повседневного быта кресло на колёсиках. На спинке этой конструкции из металла и кучи проводов, торчал уродливый рычаг, и висела склянка песочных часов.

Колдун удовлетворительно хмыкнул, но голос его после этого стал ещё строже:

- И не забывай о самом главном: на счёт «три», ты прекращаешь любое движение! Даже дышать не имеешь права. Закрываешь глаза и считаешь до десяти, как я тебя учил. Как досчитаешь, в тот примерно момент и почувствуешь перенос в другое место. Сразу открывай глаза, срывайся на ноги и беги! Всё, начинаем!

Азаров легко, несмотря на кажущийся древний возраст, спрыгнул с плоскости выступающего из земли цилиндра и поспешил к креслу. Встал за его спинкой и начал поднимать руки для заготовленного заклинания. Тогда как помощник, хоть и считался отличным, перспективным и особо доверенным магом, просто завалился ничком на травку чуть сбоку и прикрыл ладонями затылок. Тоже преднамеренная команда, данная заранее: меньше видит, следовательно, позже достигнет опасного могущества. Конкурентов в своей магической вотчине никто не любит, хотя и без грамотных помощников очень трудно. Сам всё не потянешь.

Ещё раз осмотрев свой огромный сад, в котором и проводился очередной эксперимент по переходу в пространство безвременья, Купидон вернулся взглядом к юному посланнику и встряхнул поднятыми вверх руками. Тотчас голубоватое сияние потянулось из пальцев сплошными потоками, быстро накрыло площадку каменного цилиндра прозрачным, переливающимся куполом, а сам цвет каменного основания вдруг изменился на ярко белый. Причём настолько яркий, что видимое марево резало глаза и вызывало слёзы. Но и привыкнуть великий колдун к данному свету не успевал: между ним и кандидатом для переноса возникла метровая в диаметре шаровая молния. Тотчас изо рта колдуна понеслось угрожающее рычание:

- Не вздумай шевельнуться после счёта! Закрывай глаза! Раз, два, три…!

Шаровая молния ослепительно вспыхнула, заставляя Азарова секунд на десять после этого усиленно промаргиваться и прикрывать лицо ладонями. Но и он, похоже, вёл внутренний счёт, потому что после короткого грохота присмотрелся к опустевшей площадке вновь почерневшего цилиндра и быстро перевернул песочные часы. Как только последняя песчинка упала из верхней чаши в нижнюю, колдун поднял рычаг на спинке кресла верх и несколько минут стоял замерший в напряжении. Потом разочарованно выдохнул, разразился привычным набором ругани, страшных проклятий и лишь значительно «выпустив пар», пнул ногой своего помощника:

- Вставай! Опять неудача! – после чего повернулся и, не оборачиваясь, потопал к своему замку, невидимому отсюда из-за густого сада и привычной, вездесущей фиолетовой дымки. При этом он продолжал с досадой бормотать: - Что же такое получается?.. Чего я не учёл?.. Ведь такая книга не должна врать! Чёртов замок и все его дикие твари! Тьфу!

Самый страшный и злобный маг мира Кабаний и мысли не допускал, что за ним в его собственном саду кто-то может наблюдать, а уже тем более помешать. Но затаившийся в кронах гигантской яблони подросток, с полным презрением к смерти и к собственной судьбе еле сдерживался от того, чтобы издевательски не расхохотаться над Купидоном Азаровым. Как раз этот юный отрок, по имени Хотрис Тарсон, и являлся причиной последних «неудач» кровожадного, циничного, не имеющего ни капли человеколюбия, волшебника.

Мальчишке как раз завершился тринадцатый год, а он морально чувствовал себя уже шестидесятилетним старцем. Настолько он наловчился бороться за собственную жизнь, настолько он презирал всех окружающих, и настолько он разочаровался в добре, счастье и справедливости. Казалось бы, опустошённое горем, мытарствами и трагедиями сознание уже ничего не ждало хорошего, да что там хорошего, вообще ничего не ждало. И всё равно оптимизма и веря в себя Хотрису было не занимать. Ну и его физическая выносливость поражала многих. Только благодаря молодому, довольно ловкому к всеобщему удивлению телу, умению выкрутиться из любой ситуации, да порой удивительной везучести, Хорис продолжал не просто жить на этом свете, но ещё и по инерции делать какие-то попытки к избавлению от валящихся на него напастей, стремился к самоопределению или хотя бы достижению частичной независимости.

Мало того, он без раздумий готов был бросаться в любую авантюру, лишь бы спасти ни в чём не повинных людей. На данном месте он уже находился пятый раз и уже четвёртый раз за время своих засад на дереве сумел помешать Азарову отправить малолетних по возрасту отроков в неизвестно какие дали. Никто из них не возвращался обратно: ни на торец чёрного каменного цилиндра, ни на обещанное странное кресло. Но зато они, благодаря небольшому шевелению от удара яблока, попадали совсем в иное место, чем направлял их злой волшебник. Наверняка их переносило в такое место, где отсутствовали дикие, неизвестные звери. Потому что ещё в самый первый раз, оказавшись в этом саду случайно, Хорис Тарсон увидел сцену перемещения в пространство впервые и догадался, что несчастная жертва больше не вернётся. Да и как было не догадаться, видя и слыша следующую сценку. Азаров, после исчезновения объекта своего опыта вместе со стулом, и ещё пытаясь проморгаться, деловито перевернул песочные часы и стал в волнении притоптывать и приговаривать, поторапливая неведомо куда девшегося паренька:

- Ну! Быстрей! Быстрей волоки маяк в замок! Иначе и тебя сожрут, как остальных. Ну! …Три, два, один!..

После этого, выждав ещё мгновение, колдун поднял рычаг на спинке стального кресла. Оно всё загудело, затряслось…, но на нём так никто и не появился. С минуту Купидон Азаров просто ругался, а потом перешёл на более конкретные словосочетания, обращаясь к своему, продолжающему протирать глаза помощнику:

- Ну вот, и этого сожрали! Что бЫ эти твари подавились, наконец! И наши посланники – хуже тряпок! Уже какой по счёту маяк не могут донести, уроды мелкие! Тьфу!

- Ваше магическое могущество, - осмелился тогда спросить чёрных дел подмастерье, - А почему вы здорового воина не пошлёте? Да в броне, с оружием?

- Недоумок! Забыл, насколько мы мальца тщательно взвешивали перед тем? Общий вес посланника вместе с маяком не должен превышать пятьдесят килограмм. Это уже потом, когда маяк окажется в замке, я смогу отправлять туда хоть рыцаря с конём! А пока…, будем пробовать через неделю со следующим кандидатом. Походи лично по городу и подбери какого-нибудь сироту из самых жилистых и выносливых.

- Может девочки подойдут?

- Ещё чего! Они хоть тоже попадаются выносливые да сутяжные, но там каждый миг решающий. Начнёт визжать от ужаса, точно перебежать двор не успеет. Да, честно говоря, и у самых резвых мальчуганов никаких шансов нет, но…! Будем пробовать до тех, пока хотя бы случайно не получится. Может, перенос посланника совпадёт с удачным моментом, когда тамошние хищники сыто спят после еды, или в сторону отошли. Эх, жаль, что портал можно открыть только раз в неделю!

Оба повернулись, и двинулись по аллейке к замку Азарова, но до ушей Гарика донеслось тогда ещё несколько предложений. Помощник злого колдуна, усердно толкающий перед собой странное кресло на колёсах, спросил:

- А что будет, ваше могущество, если посланник во время перехода чуть сдвинется с места? Или всё-таки шевельнётся?

- Неужели сам не понимаешь? – сердился его наставник. – Идеальная настройка портала собьётся. Тогда нашего доставщика маяка выкинет куда угодно, хоть в иные миры. Как записано в книге: «…в места, где сладкие воды, обильные сады и много вкусной пищи». Но вот маяк там действовать не будет, на наш призыв не отзовётся, поэтому и вернуть мы никого не сможем. Как и рыцаря отправить по его следу…

Вот с того самого времени, раз в неделю Хорис Тарсон и пробирался в ночное время в сад, на который все остальные люди соседних околиц даже посматривали с нескрываемым страхом. Располагался в наиболее удобном месте среди верхних веток, и ждал несколько часов до определённого срока. А когда начиналось действо и раздавались последние указания, выбирал самое огромное, с каждым разом всё более спелое яблоко, и метким броском отправлял в нужный момент в голову фактически приговорённого к съедению паренька. Благо рука, натренированная с самого детства метанием ножей, топориков и тонких дротиков, уже давно не подводила своего хозяина. Может паренёк и сознание терял при этом от такого удара, но всё равно его голова дёргалась, не совсем понятные «настройки» сбивались, и жертва в любом случае оказывалась в совершенно ином, гораздо более безопасном месте. Уж всяко лучше очнуться в дивном, сказочном месте с обилием воды и пищи, нежели самому стать пищей для каких-то кровожадных хищников. Яблоко тоже исчезало вместе с посланником и стулом за секунду до грохотания.

Ну и заслуженная гордость распирала после такого поступка малолетнего сорванца: помешать самому Азарову! Помешать тому, кем пугают непослушных детей и от одного имени которого, даже бургомистр города начинает бледнеть, покрываясь потом. Да не просто помешать, а сделать это незаметно, оставаясь в тени и спасая при этом других, предательски схваченных, затянутых обманом, а то и купленных на рабском рынке детей.

Дождавшись пока сад опустеет и обитающие там пичуги вновь займутся самозабвенным пением, Хотрис змеёй соскользнул с дерева, не пошевелив траву прополз до высоченного каменного забора и взобрался на него словно ящерица, используя малейшие выемки старого кирпича и щели в кладке. Лёжа на гребне забора, тихонечко свистнул, а когда дождался в ответ приветственное хрюканье, спустился на другую сторону. Там несколько минут угощал громадного вепря запасёнными в карманах желудями, и только потом, пользуясь своей худобой и врождённым умением выворачивать собственные суставы, протиснулся между прутьев ещё более высокой, металлической ограды. Ещё несколько десятков метров полз в густой траве, перемежающейся мелким кустарником, и только затем встал на ноги. Осмотрелся, и, как ни в чём не бывало, отправился к выходу из городского парка, который этой стороной примыкал к территориям страшного Купидона Азарова. Правда перед этим пришлось ещё разок, но уже гораздо громче успокоительно свистнуть на требовательный рык вепря, мол, не переживай, скоро опять наведаюсь и принесу гостинцев.

Собственно как раз со знакомством с этим самым вепрем и началась история с проникновением в запретный сад. Однажды Хорис забрёл в этот парк с целью насобирать желудей, которые только здесь были самые крупные и красивые. Он потом делал из плодов дуба смешных человечков, изредка скрашивая незатейливыми играми свои ночёвки на чердаке родовой усадьбы. Да вот только влип в большие неприятности: его заметили ребята из портняжьего района. Более старшие, хорошо организованные и чем-то озлобленные, они заметили юношу среди деревьев и требовательно окликнули. А когда тот повернулся, один портняжка его опознал с изумлённым возгласом:

- Да этот тот самый! - и непроизвольно потрогал незажившую губу.

Именно ему более младший, но умеющий отменно драться Хорис, несколько дней до того знатно накостылял и по шее, и по всем остальным местам. Да и было за что: туповатый недоросль злостно обижал двух десятилетних девочек, доведя их до слёз страхом и унижением. Ну и получил, как следует. Зато теперь, вся свора не сговариваясь бросилась вслед защитнику справедливости. Пришлось уходить от них не пределе изворотливости, сил и ловкости. И так получилось, что уползая по высокой траве, он упёрся в высоченную ограду и нос сносом столкнулся с огромным секачом, который на узкой полоске земли между заборами считался наилучшей охраной для заблудившихся смертников. Такой вепрь мог играючи уничтожить и порвать клыками бронированного рыцаря вместе с лошадью, так что первое оцепенение паренька можно было понять. Да и кабан в первые моменты не стал воинственно визжать и атаковать неожиданного пришельца. Только стоял и недоумённо рассматривал пыльного человечка то одним, то вторым глазом. Этой паузы беглецу хватило, чтобы прийти в себя и стать действовать. Животных он вообще-то не боялся с самого раннего детства, мог безбоязненно подойти и приласкать любого боевого пса, сидящую на цепи *лахессу, или даже охранного варана. Но вот с такой тушею встретился впервые. И всё равно успел подумать:

«Да что с него взять? Обычная свинья, только в три раза больше».

И безбоязненно ткнуть под самое рыло горсть собранных желудей. Огромные клыки мешали секачу сразу заглотать поданное угощение, так что пришлось ему и второй рукой помогать. Карманы очистились в несколько приёмов, а потом и голоса обозлённых преследователей стали удалятся. Осмелевший парнишка на этот раз уже целеустремлённо насобирал целую пазуху крупных желудей и скормил новому знакомому. Так и началась их дружба, а со временем Хорис и сквозь решётки протиснуться рискнул, и на забор взобраться. А рассмотрев какие гигантские фруктовые деревья произрастают в том саду, не смог удержаться, чтобы не полакомиться запретными плодами. Так и подсмотрел в первый раз попытку отправки посланца в неведомый замок, а потом, когда опомнился от пережитого страха и ужаса, решил обязательно помочь следующим жертвам. Что у него и получалось весьма оригинально: после счёта «три» он плотно зажмуривался, чтобы его не заслепила вспышка шаровой молнии, а досчитав до восьми открывал глаза и метко бросал яблоко.

*Лахесса – боевая, охранная кошка в виде леопарда, но с толстенными, не приспособленными для быстрого бега лапами.

И сейчас, возвращаясь домой после удачного спасения четвёртого по счёту посланника, Хотрис кипел справедливым негодованием:

«Как только земля такого бездушного монстра носит? И ведь пожаловаться на Купидона нельзя: ни народ не поверит, ни его осведомители молчать не станут. Живо разыщут, хоть весь город вверх дном перевернут. Если попадёшь к этому колдуну в лапы, можно считать себя покойником. Не дай мне Судьба с этим подлым кровопийцей встретиться лично!»

И не знал в ту минуту парнишка, что его Судьба куда-то надолго отлучилась.

Глава первая

КОРОТКАЯ ПЕРЕДЫШКА

Вторую ночь Дмитрий Петрович Светозаров, он же Торговец, он же граф Дин Шахматный Свирепый и многая, всякая, и его обворожительная супруга Александра, носящая теперь по праву массу новых пышных титулов, спали как нормальные люди. Конечно, не для всех нормальных людей подобные бурные излишества показались бы настолько уж спокойными, но тут уже как говорится: на вкус и цвет, держащего свечку советчика нет. Самому сну естественно отвелось ничтожно малое время, но всё-таки молодая пара выспалась прекрасно, чувствовала себя отменно, и на второе утро проснулись полные сил и желания продолжить свои любовные утехи. Разве что томная расслабленность и утренняя леность их всё-таки на какое-то мгновение просто уютно сплела в крепком объятии, заставила замереть, а потом и обычный праздный интерес, заставил женщину поинтересоваться:

- Когда ты за ними прибыл, они там не замёрзли? Всё-таки пять часов тебя не было.

После отправки в космос огромного корабля хаерсов, парочка сбежала с торжественного банкета в горах Бавванди, уединилась в замке Свирепой долины и устроили в главной спальне некое подобие брачной ночи. Подобие растянулось на пять часов, возможно продлилось бы и дольше, но разгорячённая Александра всё-таки вспомнила о заснеженных вершинах горного массива, откуда взлетел космический корабль хаерсов. Вспомнила и довольно строго оторвала от души льнущее к ней мужское тело. Торговец тоже проникся переживаниями о друзьях и высших сановниках нескольких миров, поэтому через пять минут был столкнут с кровати. После этого он ещё больше ускорился, быстро приоделся, поправил растрепанные волосы и пропал с небольшим грохотом прямо из спальни. Вернулся через три четверти часа, так же молниеносно разделся и рыбкой нырнул в кровать. А на вопросы супруги только и отмахнулся коротким ответом:

- Всё в порядке, потом расскажу.

Сейчас же, вспомнив о своих мельканиях между мирами сутки назад, заулыбался и с некоторым возмущением стал жаловаться:

- Так они к тому моменту только раскраснелись, подружились и начали пить на брудершафт. Представь: всё спиртное и все закуски умяли! И весьма настойчиво требовали продолжения банкета. Вели себя, словно перепившиеся малолетки, я даже себе представить их не мог такими…. хм, весёлыми. Ведь солидные же все люди! А император вообще оказался самым настойчивым заводилой.

- Ну его понять можно, - промурлыкала Александра, припоминая своё знакомство. – Он чуть не плакал от счастья, когда поверил, что Чёрный Монолит улетает и воевать империи Рилли, да и всему миру Зелени больше не придётся. Когда корабль улетел, мне даже удалось расслышать его восклицание: «Теперь и умереть можно!»

- М-да…, если бы выпивки было больше, я а прибыл позже, то кто их знает, какие бы они пляски на платформе устроили. А ведь пропасть кругом, мало ли что…

- И как справился?

- Спасибо королеве Власте. Она вначале муженька Бонзая за шкирку, отвела в сторону и я всю делегацию Ягонов отправил. Потом уже легче стало. Титела Брайса из общего круга выманил озабоченностью про Эрлиону. Он как про волшебную, ожившую суспензию вспомнил, сразу вокруг себя делегацию целителей собрал. Судя по тому, что нас никто не побеспокоил, сейчас он с остальными учениками в подвалах академии прозябает.

- Что, никто другой в наши апартаменты права войти не имеет?

- Да в другое время – пожалуйста! И управляющий, и прочие, кто командные посты в Свирепой долине занимает. Но ведь у нас всё-таки брачная ночь, так что наверняка ректор своей властью запретил любому к нашим покоям приближаться. – Дмитрий в порыве нежности так стиснул супругу в объятиях, что та застонала от удовольствия, но тут же потребовала продолжения рассказа:

- А остальные?

- Ну а потом и сам император немного опомнился. Встретил меня напыщенным, важным и ошарашил упрёком: «При вылазке в такое чудесное место, шампанского следует брать в удвоенных количествах!» Строго так отчитал. Пришлось извиняться, ссылаться на нехватку времени и твёрдо обещать, что уж на нашей свадьбе всего будет вдосталь.

- Оговорили конкретную дату? – полностью открыла глаза Александра.

- Как можно! Без согласования с тобой? И со всеми остальными событиями? Пока с делами не разгребаемся, назначать дату - опрометчиво…

Его супруга довольно настойчиво вырвалась из объятий, быстро накинула на себя халатик, чтобы не пустить насмарку свои намерения соблазнительным видом, и капризно воскликнула:

- Значит так! Хочу как можно быстрей свадьбу! Самую, самую, самую! А чтобы она состоялась как можно раньше, заканчиваем короткую передышку и приступаем к отложенным делам. Чем быстрее мы их завершим, тем быстрей я тебя подпущу к своему телу.

Светозаров нахмурился:

- Да я и сам заинтересован в скорейшем спасении сестры, улаживанию всех дел с детьми на Земле и в прочих мирах. Но мы теперь что, и спать вместе не будем?

- Будем, мой любимый. Но только очень редко, и только спать. И не смотри на меня так! А то разденусь и лягу! Я ведь тоже себя изо всех сил сдерживаю, а если сорвусь? Что тогда будет с твоей совестью?

- Да-а-а…, - протянул печально Дмитрий, затем резко вздохнул и признался: - Тогда моя совесть накроется…, хм, или прорастёт…? Как правильно сказать?

- Не столь суть важно, главное, что она у тебя уже проснулась. – Александра направилась к выходу из спальни. – Но вначале я бы не отказалась хорошенько подкрепиться…

Граф Дин Шахматный Свирепый недоумённо прислушался к своему урчащему желудку и вихрем взлетел с постели:

- Мамочки родные! Чего же это, я думаю, мне так не хватает!? А во мне ни грамма сала не осталось! Скоро без крыльев летать начну.

И уже сидя за столом в малой гостиной, чуть утолив голод, Дмитрий вдруг что-то вспомнил, и его лоб прорезали глубокие морщины. Понятно, что госпожа Светозарова сразу же поинтересовалась:

- Что не так? Надо куда-то «прыгать»?

- Наоборот, придётся вначале побыть в замке.

- Хочешь помочь ректору?

- Он и без меня справится, тем более что моя помощь заключается не в личном присутствии возле Эрлионы. Но мы забыли про мой заработок. И про те подарки, которые хаерсы добавили от себя.

- Точно! Там же всего столько! – сразу загорелась Александра, поспешно хватаясь за чашку с недопитым кофе, а второй рукой выбирая понравившийся её плод из вазы с фруктами. – Шевели зубками!

Но Торговец явно не спешил, продолжая завтракать с прежней скоростью:

- Успеется. Тем более что инструкции пояснения прилагаются. Меня больше волнует тот факт, что хаерсы вытребовали с меня слово Торговца никогда и никакой цивилизации не передавать, и не разрешать скопировать подаренные мне устройства и приборы.

Действительно, улетевшие из мира Зелени обитатели далёкой Вселенной, особо настаивали на вышеупомянутом условии. Причём утверждали при этом, что подобное слово Торговца дорого стоит и никогда не нарушается. Естественно, что Дмитрий в виде встречного требования попросил хаерсов рассказать всё, что они знали о других Торговцах и подсказали, как с теми состыковаться.

К огромному сожалению Светозарова, сведения оказались лишь наполовину оптимистичными. В истории далёкой, техногенной вселенной, имелось весьма много упоминаний о контактах и сотрудничестве с большим множеством Торговцев. Но в последние тысячелетия, эти контакты сошли практически на нет, и утверждалось что лишь только три разумные сущности, могущие преодолевать пространства между мирами, выходили с хаерсами на прямые, но весьма непродолжительные контакты. Происходило это чуть более девяти веков назад. С тех пор ни слуха, ни духу. Когда они появятся вновь, в каком месте и согласятся ли выслушать весточку об их коллеге, колоссально развитая цивилизация не знала. Как подозревали, как раз по причине своей невероятной развитости. Понятно, что торговля или обмен между мирами возможен и желателен всегда, но как-то складывалось мнение: Торговцы в наивысшие космические сообщества прекращают любые хождения. То ли боятся убийственной мощи далеко зашедших миров, то ли просто теряют нужные для визитов тропы, то ли ещё по каким неведомым причинам.

Потерю троп Дмитрий исключил сразу. Потому что сам добрался в мир хаерсов по заданным ориентирам легко и быстро. Никаких особых сложностей не составила и доставка особенного топлива для Чёрного Монолита, а также свежего технического пополнения в виде нескольких инженеров-астронавигаторов. Да и якобы нежелание просто появляться в переразвитой технической общности – несколько не укладывалось в сознании. В любом случае снующая между мирами личность просто обязана быть по своей сути любопытной и тянуться к приключениям. Другой вопрос, что боязнь попасть в западню - могла иметь под собой веские основания. Ведь чего только технари не придумают! Причём не обязательно в специальной задумке выловить, или навредить шастающим по безвременью личностям. Просто создали некий ускоритель сверхчастиц тапа коллайдера, а все Торговцы, что где-то тасуются в пространстве между соседними мирами, вдруг взяли и растворились единовременно. Или ещё какая напасть, всё-таки даже такие уникальные создания как Дмитрий Светозаров и смертны, и ранимы, и подвержены разложению плоти.

Но тогда могло получиться, что кроме Светозарова уже подобных существ больше не осталось. Наверняка Александра пришла к подобным выводам, потому что не на шутку заволновалась:

- Слушай, может тебе вообще больше не стоит к хаерсам наведываться?

- Тогда придётся и про мир Ситулгайна забыть и про многие другие, ему подобные. А я себе этого и не представляю.

- Чего тут представлять, - пыталась супруга упростить все сомнения. - Тебе и так на века хватит забот по защите королевства Ягонов, усовершенствованию академии целителей здесь и наведения порядка на Земле. Разве я не права?

Дмитрий подвигал в сомнении челюстью в стороны и пожал плечами:

- Ну-у-у…, даже не представляю… Ты просто не догадываешься, насколько меня порой тянет в неведомые миры…

- Тянет? А кто совсем недавно утверждал, что хочет спокойно выспаться и понежиться безвылазно годик, два со мной в кроватке? Кто упрашивал родить для него много, много детишек? И кто обещал мне собой не рисковать и всё отныне делать с оглядкой на свою семью?

Прежде чем ответить на эти, вполне справедливые и ожидаемые от супруги упрёки, Светозаров долгое время мимикой изображал досаду, покаяние, озабоченность и массу чего иного. И только потом начал с паузами давать объяснения. Причём подошёл к главному объяснению издалека:

- Вот сама подумай, что с тобой в последние дни творится?

- Да много чего! – пожала одним плечиком графиня. – Без работы осталась, чуть жизни несколько раз не лишили, массу приключений пережила, в том числе немыслимых и прекрасных. Но это не значит, что мы и наши будущие дети…

- Стоп, стоп! Давай пока не будем заглядывать в желанное и счастливое будущее, а вернёмся к твоему организму. Ведь стоит признать, после оживления тебя вертушкой, а вернее виртуальной богиней Элеонорой или её предшественницей, ты ведь стала другой. Вспомни про твои обмороки. Вспомни, как тебя всю корёжит в преддверии очень близких и страшных неприятностей. И как? Ведь благодаря этому ты спасла не только высших правителей Гинвейла, но и сам правопорядок в том мире, будущее всех его рыцарей и возможную помощь этих рыцарей в ином мире, полном магических хищников и чудовищ.

Теперь Александра сидела словно мышка и с каким-то опасением прислушивалась к своему организму:

- Ой…! Вдруг у меня начнутся осложнения? Или ещё чего похуже?

- Не говори глупостей! – осадил супругу Дмитрий. – С тобой всё в порядке и некие особенности твоего организма наверняка пойдут нам во благо. Конечно, ещё необходимо провести над тобой комплексные исследование как всем сонмом целителей академии во главе с ректором Брайсом, так и при ментальном воздействии Эрлионы.

- Эрлионы? – графиня смешно наморщила носик. – Но вдруг она выйдет из-под контроля? Вдруг она что-то сделает не так? Хоть она и жутко могущественная, но всё-таки…, как бы точнее выразится…, искусственная. Да и молода слишком! Всего несколько дней от роду, а уже пытается перевоспитать такого преступника, как бывший император Успенского государства.

- Нет. По поводу Эрлионы можешь даже не сомневаться, - в мужском голосе слышалась уверенность и твёрдость. – Если уж некая одухотворившаяся субстанция, вышедшая из-под рук целителей, окажется негативной к человеку, то значит и вся наша с Тителом великая затея с созданием академии и распространению целителей в иных мирах гроша ломаного не стоит.

- Ну если ты уверен…

- Полностью! Так вот, возвращаясь к твоим изменениям. Ты вот чувствуешь, предвидишь то, что иным и близко не дано. Думаю, ты с этим согласишься и спорить не станешь? – дождавшись согласного кивка, Дмитрий ответил тем же: - Отлично! Значит по логике, ты должна признать, что и у других людей могут быть некие, не раз уже проверенные на практике предвидения.

- Ты хочешь сказать, что и ты…?

- В некотором роде! Причём тех опасностей, которые замечаешь ты, я и кончиком своих эмоций не прочувствовал. У меня предвидения несколько иного плана, более глобальные, перспективные и расплывчатые. Например, я как-то подспудно чувствую правильное направление моих разведывательных перемещений. Вернее не так даже…, - он коротко задумался, пытаясь конкретнее сформулировать свои сомнения. – Скорей я просто чувствую: если я не стану исследовать нечто меня очень интересующее и притягивающее в ближайшие сроки, может случиться беда. Именно так, путешествуя не раз в Ягоны, я таки познакомился при дикой случайности с Бонзаем, потом спас его и королевство, потом помог навести порядок на Юге, да и во всём тамошнем мире. Но самое главное, я отыскал Зелёный Перекрёсток. А это мне кажется неким краеугольным камнем во всех моих будущих планах. Вот чувствую я, чувствую! Надо его исследовать, пройти зелёные болота и во всём разобраться.

- А если не разберёшься?

Графиня терпеливо дождалась ответа от своего задумавшегося, ушедшего помыслами в иные миры супруга. Наконец он приоткрыл глаза, и признался:

- В противном случае, чувствую, нам будет очень худо. Более того, если мы забудем про исследование Зелёного Перекрёстка, некая контурная линия, обозначающая наше будущее обрывается где-то во временных границах года, максимум двух. Более конкретно я выразиться не могу. Но всё равно в этакое предвидение твёрдо верю. Так что, дорогая, как бы нам не хотелось уюта, тишины и полного покоя, вряд ли у нас что получится. Скорей всего длани неведомой Судьбы сотворили меня не для отторжения от всех дел и попыток отсидеться в глухом лесном углу.

- Ну раз так…, - Александра покорно вздохнула, - То мы ещё повоюем! Или ты собираешься всё делать в одиночку?

Под строгим прищуром любимых глаз, Торговец опять заглянул в туманные клубки своего предвидения и пожал плечами:

- Да нет, рядом со мной тебе опасность вроде как пока не грозит.

- Пока?

- Естественно, что пока. Когда я себе представляю любимую супругу с округлившимся животиком, всё во мне сразу восстаёт против твоего участия в любой, мало-мальски рискованной авантюре.

- Хи-хи! Отсутствие моего общества, тебе ещё не скоро грозит. Ведь с моим слабеньким здоровьем, обмороками и непонятной слабостью мне ещё не скоро стать матерью.

- Это мне надо смеяться и хохотать в ответ на такие слова, - возмутился Граф Дин Шахматный Свирепый. – Да с твоим здоровьем, после излечения в вертушке, ты можешь рожать каждые девять месяцев в течении десяти лет! Причём без негативных последствий для организма.

Казалось графиня собралась возмутиться изначально, от такой перспективы. Но чуть подумав, она радостно хмыкнула, посмотрела почему-то на потолок, а потом неожиданно согласилась:

- А что! Очень даже неплохо получается! Вначале нарожаем детей, потом оставим под их присмотром твою башню, а уже только затем будем смело бросаться в любые авантюры и приключения! – но тут же спохватилась и погрустнела: – Не выйдет. Забыла, что тебя тянет в опасные места именно сейчас. А значит – я должна тебя прикрывать. Так что ни о каких беременностях пока даже не заикайся.

- Э-э-э…!?

- И не «э-кай»! Ещё и сама при обследовании у Эрлионы или Титела Брайса попрошу, чтобы меня предохранили магическим образом от случайной беременности. И не спорь! Понял?

- Да как тут не понять…, - что-то слишком быстро согласился её супруг. И уже поднимаясь из-за стола, резко перевёл разговор на другую тему. Как раз ту тему, на которую с лёгкостью клюёт любая женщина: - Ладно, пошли осматривать дары хаерсов. Заодно будем думать, как и где эти новшества нам могут помочь больше всего. Причём в первую очередь думаем о применении их на Земле при поиске Елены.

Вскоре, приодевшаяся пара хозяев замка, поспешила в помещения с сундуками. Упоминания о томящейся в неведомых застенках Елене, родной сестре Дмитрия Светозарова, сразу подстёгивали как работоспособность, так и воображение.

Глава вторая

ПРОТИВОЗАКОННАЯ ПРОДАЖА

К себе домой, Хотрис Тарсон возвращался довольный и гордый. Хотя и не забывал при этом внимательно просматривать улочки и окрестные переулки, обрезанные пределом видимости вездесущего тумана. Не хватало, чтобы законную радость испортило столкновение с какой-нибудь конкурирующей группировкой молодёжи. Нельзя сказать, чтобы они так сильно хулиганили в наибольшем имперском городе, всё-таки стража работала на удивление чётко и слажено как в предотвращении преступлений и обычном патрулировании, так и при раскрытии уже совершённых преступлений. В последнем вопросе ещё и маги преизрядно помогали. Но всё равно мелкие стычки и обычные драки среди подростков происходили очень часто. К тому же всегда и везде Хотрис смело влезал и в рукопашные баталии наедине и разборки улица на улицу, умел здорово поколотить более старших и наглых, так что врагов у него хватало. Если учесть, что в последнее время и соседская уголовная шушера на парня въелась, то его опасения становились понятны.

Хотя с соседями было не всё так однозначно. Всё-таки большинство из них относилось к парню не просто прекрасно, а готово было защитить в случае неприятностей, так что вначале нежданная активность уголовников была неприятна. Те уже несколько раз пытались прижать Хориса в глухом углу и за что-то поколотить. Если чего не хуже сотворить. И причину такой активности, вернее её инициатора искать не приходилось: родной дядя Грэг. Брат давно умершей матери спал и видел себя в мечтах носителем печати родового наследства, которая по несправедливости, как думал сам дядя, принадлежала его мерзкому племяннику. Правда Грэг и так фактически распоряжался домами, всем небольшим поместьем, садом, небольшим участком земли и средней по величине ткацкой мануфактурой, но этого ему было мало. Грабил, прятал собранные деньги в иных местах, и даже сейчас потребуй кто отчёта, оказалось бы в поместье нет и гроша ломаного. Но такое положение опекуна не устраивало. Он хотел стать истинным, единственным и законным владельцем всего имущества, которое когда-то принадлежало отцу Хотриса. И не раз даже вслух проклинал свою покойную сестру, за то что она передала, умирая, печать родового наследства своему единственному сыну. Тому в то время было всего пять лет, так что вполне естественно, что до его совершеннолетия старшим опекуном-распорядителем автоматически становился родной дядя. И того вначале невиданное богатство удовлетворяло. Но время шло, он захотел большего. С каждым годом всё больше и больше превращаясь в циничного скота, Грэг делался более злым и раздражённым. И было от чего: болезненный племянник не только выжил, справившись с болезнями, но и стал жилистым, вёртким как угорь и довольно сообразительным малым. А уж умирать совсем не собирался. Мало того, видя к себе жуткое отношение ближайшего родственника, настолько на него ополчился и возненавидел в ответ, что, даже умирая, не прошептал бы формулу перехода наследства.

Пожалуй, печать родового наследства, была единственным магическим атрибутом, которая хоть как-то сдерживала в мире Кабаний безудержную и страшную власть распоясавшихся колдунов. В противном случае они бы наверняка превратили весь мир в свою вотчину, а остальных людей сделали бы своими полными рабами. Неизвестно кто именно и как давно, но видимо некто из первичных магов развеял над планетой особую структуру заклинания, благодаря которой у праведного, обозначенного законами преемственности наследника, появлялась в районе сердца несмываемый знак в виде квадратной печати родового старшинства в наследовании. Имеющий печать мог словесно передать всё состояние иному, можно сказать любому человеку, но только достигнув совершеннолетия. Если смерть наступала неожиданно, и носитель печати не успевал прошептать речитатив передачи, то всё решала древняя магия. Убивший наследника лично, хоть и сам являясь следующим в списке, навсегда из этого списка исключался. И порой печать появлялась у совсем далекого, нежданного родственника. Тот приходил на всё готовое и владел с полным на то правом. Так что Грэг хоть и мечтал об убийстве, но сам убрать племянника с этого света не мог. Зато мог и пытался натравить на мальца кого угодно.

А уж про их личные отношения и рассказывать было стыдно. Дядя трактовал племянника хуже приблудного служки. Хотрис ходил в обносках, ел самое худшее вместе со слугами, а спал так вообще или в каморке рядом с комнаткой привратника, или на чердаке собственного дома. Только там ему и разрешали делать, что заблагорассудиться. В ином случае дядя орал, брызгая слюной, что не потерпит на своей шее бездельника, разносящего грязь по чистым комнатам, и заставлял работать или на конюшне, или на переноске тюков с шерстью и льном для ткацкой мануфактуры. Только за этот труд сирота получал в последние два года мизерный заработок, который волен был потратить или на сладость, или на понравившуюся вещь. Так что ему только и оставалось ждать своего совершеннолетия, чтобы вышвырнуть на улицу распоясавшегося родственника. Ждать, надеясь при этом, что выживет за оставшиеся пять лет. А для тринадцатилетнего ребёнка такой срок казался невероятным во временном пространстве. Поэтому отрок не загадывал так далеко и не надеялся, что столько проживёт, пускался в любые авантюры и приключения, часто не ночевал дома и ни во что не ставил дядины приказы и распоряжения. Наивно думал, что они его не особо касаются. А зря…

Как оказалось, Судьба готовила очередную, на этот раз смертельную подножку.

Приблизившись к дому, Хорис не стал входить через главные ворота, а пройдя по окраинному переулку, использовал два дерева и перемахнул играючи через забор усадьбы. Он здесь действовал нагло и совсем не скрываясь: не в чужой дом залез. Затем, прикрываясь хозяйственными постройками, отправился ко второму, так сказать чёрному входу на свой чердак. Как правило, его всегда кто-то замечал из дворовых, мануфактуры или слуг: кто здоровался, кто просто брал его вид на заметку, чтобы при вопросе опекуна доложить, где сирота находится и в каком виде обретается. Но сегодня вроде повезло прокрасться незамеченным, взобраться на чердак и с облегчённым вздохом оглядеть свою вотчину и место для детских забав. Причём юноша сразу заметил, что здесь кто-то побывал, в его хозяйстве кто-то неумело копался. Волна злости окрасила моментально лицо розовым приливом: опять этот Грэг посылал своего приказчика с проверочным обыском! И ведь всё равно не отыщут даже единственного тайника, так зачем показывать свою временную власть опекуна и в этих мелочных вопросах?

Сдерживая бешенство и стараясь успокоиться, сирота пробрался по чердаку над всем огромным домом и осторожно выглянул из окошка, смотрящим на парадный двор и ворота. Успел выглянуть в самый благоприятный и нужный момент, дядя как раз спросил у подошедшего приказчика, внушительного роста детины, который по совместительству и личным телохранителем считался:

- Ну и где этот маленький поганец?

- Нет нигде, - развёл мужчина огромными ручищами. – Гуляет где-нибудь…

- Что б его кашель разорвал! – не сдержался дядя от проклятий. – Когда он нужен, никогда не сыщешь.

- Жрать захочет – явится.

- Да он сейчас нужен! Сейчас! – плевался слюной Грэг. – Вот, вот к нам маг пожалует, и кого я ему покажу?

- Ого! Маг? А чего магу показывать? – изумился детина. – Неужто хотите в магическую школу племяшку сдать?

- Дурак ты, хоть и большой! Ни тебя, ни этого засранца и близко к такой школе не подпустят. А вот сдать в ученики или подмастерья к большому колдуну – мальца можно. Право на то, как опекун, имею.

Приказчик теперь уже совсем не понимал своего хозяина:

- Зачем это надо? Вдруг он там чему научится? Поумнеет…, того и гляди, что на пользу пойдёт.

Всё-таки он со своим покровителем сидел в одном корыте и хлебал из одной кормушки. Поэтому соображал, что к чему.

- Ха! – самодовольно ухмыльнулся временный распорядитель в усадьбе. – Ты бы только знал, к кому я Хориса отдать в прислужники сообразил. Ещё и денег за это отвалят.

- А толку с тех денег? – продолжал «тупить» детина.

Прежде чем ответить, Грэг быстро осмотрелся вокруг, но успевшего отклониться племянника в чердачном окне так и не заметил. Затем приглушил голос и стал с ехидной улыбкой объяснять свою хитрость:

- Я тут услышал, что сам Купидон Азаров ищет для своих лабораторий подмастерьев и помощников. Причём берёт на работу только щуплых, невысокого роста и обязательно круглых сирот. И, самое главное, эти сирот больше никто никогда не видит. Вот я и дал весточку о нашем хулигане в поместье Азарова. Понял?

- А-а-а…, - осознал, наконец, приказчик и глазки у него заблестели. – Как не понять! У самого Азарова работа очень рискованная. Мало ли что случается в лаборатории… Да ещё с тупыми сопляками…

Он басисто хохотнул, но от этого подслушивающий Хорис только ещё больше отпрянул внутрь чердака, покрываясь потом:

«Какой кошмар! Надо же так всему совпасть? – ужасался он. – Уж я-то знаю, насколько у этого подлейшего колдуна опасная работёнка! Да что же это творится? И слухи по городу ходят, а никто ничего сделать не может? Боятся…! Азарова все боятся… Сам император его боится, как поговаривают, потому и отстроил новый замок в другом городе и перенёс туда свою столицу. А всё равно главная столица империи здесь осталась… Подлым колдунам – никакая власть не указ… Сволочи! Но мне-то что делать?»

Хотя решение уже сформировалось и лежало на поверхности: следовало немедленно уходить! Бежать! Куда угодно, хоть в другой город. Тем более что его не заметили и некоторое время у него имеется. Существовали, конечно, некоторые надежды, что дядя не имеет юридического права отдать племянника на погибель. Можно было поднять скандал, крик, позвать соседей и приставов бургомистра. В крайнем случае можно было рискнуть и поведать миру о творящихся в саду Азарова преступлениях. Но последнее было просто смешно: соседи и приставы разбегутся только при одном имени самого сильного и самого подлого мага мира Кабаний. Да и с другой стороны, если захотят всё оформить в приличном виде, могут сказать что отдают юношу в руки Купидона Азарова или кого-то из его помощников, как ученика. А оплачиваемое благодетелем ученичество считалось обязательным к исполнению каждым подданным империи.

Замкнутый круг, который следовало немедленно разорвать безотлагательным побегом. Вдобавок и со стороны ворот послушался стук колотушки: явился какой-то гость и в его причастности к недавнему разговору внизу сомневаться не приходилось. Маг! Помощник Купидона Азарова!

Хорис словно тень заметался по чердаку, стараясь не скрипеть досками и не создавать грохота отодвигаемыми сундуками. В считанные минуты он собрал всё самое ценное и дорогое, что у него было, уложил всё это во внушительный заплечный мешок и приладил на спину. На пояс повязал широкий пояс со своими сбережениями и фамильным кинжалом рода. На кисть и локоть правой руки закрепил самодельное оружие, бамбуковая палка с жёстко закреплённым коротким лезвием на конце. В карманы распихал жалкие остатки сухарей, огрызки колбасы и несколько яблок. Напоследок окинул взглядом своё уютное пристанище последних лет, горестно вздохнул, поминая так рано ушедших из жизни родителей, и поспешил к чёрному выходу чердака.

Осторожно выглянул наружу: хозяйственный двор словно вымер. Хотя в такое обеденное время так вроде и соответствовало обычным порядкам. Колобком скатился по лестнице и устремился к ближайшему сараю. Вот тут и началось веселье: неожиданно на беглеца из-за угла выскочил приказчик, расставив в стороны свои руки-грабли. Нырок под эти грабли, и вдруг сразу четыре руки двоих охранников пытаются схватить юношу за шиворот, одежду, рюкзак или растрёпанные волосы. Ящерицей проскользнул и между ними, хотя пришлось при этом повернуть совсем в иную сторону движения. И только потом Хорис сообразил, что ловить его выгнали во двор всю прислугу и даже работников мануфактуры. Желающих схватить беглеца было не много, а очень много! И любой другой мальчишка оказался бы пойман в считанные мгновения.

Но не такой лёгкой добычей оказался юный обладатель печати наследия рода. Не снижая скорости, он метался по двору с невероятным проворством, заставлял своих преследователей сшибаться лбами, падать в пыль всем телом и разочарованно выкрикивать вслед проклятия. При этом мальчуган ни кинжал не потерял, ни мешок заплечный не сбросил по простой причине: некогда. И он таки сделал невозможное: обошёл всех, выскользнул из цепких скрюченных пальцев двух десятков мужчин и удивительными скачками взобрался вначале на поленницу дров, потом на крышу малого сарая, затем на крышу большого склада готовой ткани, и уже оттуда запрыгнул на дерево, с которого намеревался перемахнуть через забор. Удайся ему этот последний манёвр, спасся бы! Только бы все и увидели его мелькнувшие каблуки сапожек. Но, увы, беглец совершенно забыл про колдуна. Пусть тот и числился просто помощником великого Азарова, но и сам мог сжечь собственными силами всё поместье и при нужде умертвить всех его обитателей.

Уже приготовившись прыгать на забор, Хорис вдруг ощутил, что у него отнимаются ноги. Когда он всё-таки попытался дотянуться руками до гребня каменного ограждения, те тоже ему отказали. Со стоном сорвав несколько ногтей о кирпичную кладку, юный наследник всего поместья рухнул на землю с высоты в два с половиной метра и задохнулся от удара. Пока приходил в себя и пытался отдышаться, его как нашкодившего котёнка ворчащий ругательства приказчик отнёс к стене дома и бросил под ноги хорошо знакомого визуально человека. Того самого, который участвовал к экспериментах по отправке посланников в неизвестный мир. Подручный чёрных дел мастер нагнулся, бесцеремонно сорвал с беглеца заплечный мешок и взвесил в руке:

- Ого! Солидная тяжесть! – затем отбросил мешок в сторону и точно так же прикинул на руке весь самого Хориса: - Надо же! В самый раз! – и уже после этого с восторгом в голосе обратился к мнущемуся рядом Грэгу: - Подходит! Забираю на учёбу. Но ещё раз напоминаю: у нас там строгости и жуткая дисциплина, мальца скорей всего долгие годы в город не выпустят. Наука – требует жертв.

- Ну, раз требует, то мы готовы! – с мерзкой подхалимской улыбочкой многозначительно ответил подлый родственник. – Плакать и тосковать по этому сорванцу никто не станет. Пусть ума набирается.

К тому времени Хорис набрал в грудь воздуха и собрался хоть криком рассказать про страшные дела, которые творятся в саду у Купидона Азарова. Всё равно ведь умирать. Но сделать ничего не успел: при первом же звуке рот у него совместно с языком стали словно чужие и вместо членораздельных обвинений получилось непонятное мычание. На что подлый колдун ещё и ёрничать стал, задорно оглядывая столпившийся вокруг служивый люд:

- О, как малец обрадовался! От счастья, словно язык проглотил. Ну ещё бы, теперь будет жить словно сыр в сметане. И будущее у него обеспечено. Отнеси его в повозку…, вместе с вещами!

Последнее распоряжение он не терпящим возражения тоном отдал приказчику и тот с показной прытью его исполнил. Парализованный юноша ничего не мог этому противопоставить, разве что услышать последние предложения, которыми обменялись на прощания колдун с Грэгом:

- Надеюсь, ты не в обиде? Тебе заплатили за два ученических года.

- Да, более чем щедро, - угодническим тоном лепетал дядюшка-работорговец. – За остальные года можете и не платить. Я отказываюсь от всех претензий.

- Вот и хорошо, что ты сам дал клятву. Она зафиксирована и не вздумай больше мне попадаться на глаза с этим вопросом.

- Да, уважаемый! Конечно, уважаемый…! – неслись слова вслед тронувшейся повозке.

Тогда как Хорис вдруг совершенно успокоился и перестал переживать о своей участи:

«Это ведь здорово, что я не успел раскричаться про их секреты! Зато теперь я постараюсь притвориться наиболее исполнительным паинькой и покажу готовность выполнить все распоряжения Азарова. Уж неделю как-нибудь вытерплю. А когда досчитаю до восьми после вспышки, сдвинусь и собью настройки его портала. Лучше уж попасть в какой угодно другой мир, чем продолжать жалкое существование в этом мерзком, вездесущем фиолетовом тумане. А если в иных местах и в самом деле есть вода, сладости и нормальная пища, то я готов для такой райской жизни даже сам вызваться добровольцем для переноса странного маяка в не менее странный замок. Ха-ха! Может, и выкручусь после такой подножки Судьбы? Наверняка теперь мне уж точно богиня Случайностей поможет!»

Не мог знать носитель печати наследия рода Тарсон, что и эта богиня в выборе своих шалостей никогда не руководствуется здравым смыслом или элементарной рассудительностью.

Глава третья

ЗАСЛУЖЕННЫЕ НАГРАДЫ

В столице империи Рилли, бывшим сотрудникам оставшейся в неизвестности, а вернее почившей вбозе конторы предоставили для временного проживания вполне приличный домик. Причём строение находилось недалеко от императорского дворца, имело шесть спален, два зала для приёмов, огромную кухню и штат из четырёх человек в виде поварихи, прачки, очаровательной молоденькой служанки и пожилого, но ещё крепкого на вид истопника-сторожа.

Невзирая на внутренние симпатии, интересы или увлечения «третьей», каждому выделили отдельную комнату, а в комнатах женщин ещё и оказалось по персональной ванной. Радуясь, что никто из местных не понимает по-русски, передвигающийся в очень удобной и современной инвалидной коляске Пётр, в привычной для него манере с упоением возмущался:

- Ну нет, где вы такое видели?! Мне, тяжело раненому человеку, для омовения придётся вламываться в комнату госпожи Маурьи и выслушивать в ответ от неё несправедливые упрёки. А у меня от её упреков выздоровляемость уменьшается. Точно вам говорю! Мало того, от её волшебного голоса меня сразу в сон клонит…, так что после омовения я уже до своей комнаты не дойду.

Чернобровая красавица Дана, только ещё недавно ставшая целительницей второго уровня, но уже прекрасно осознающая своё высокое звание Маурьи, делала вид, что полностью игнорирует словоблудие штатного снайпера группы и своего любовника в одном лице. Она деловито металась от главного входа, разнося сумки с оружием, боеприпасами и обмундированием, как в свою комнату, так и в комнату Петра. При этом она не переставая общалась с Сильвой, которая занималась аналогичными перемещениями грузов, всё-таки Василий тоже ещё не совсем оправился от ран, полученных во время похищения караванов с ларцами Кюндю. Командир группы, теперь уже вроде как формальный, оставался на улице и пристально, с недоверием посматривал за кучей боевого имущества. Вкруг которого так и толпились собравшиеся местные зеваки. Всё-таки Торговец доставил всю группу в столицу империи Рилли не просто для получения баронских титулов и обещанных наград. Судя по куче уникального оружия и полного боекомплекта, воинам пятёрки, когда-то интенсивно защищавшей пресловутую надгосударственную контору, или предстояло это оружие беречь, или…

Как раз на эту тему и переговаривались женщины весьма интенсивно, стараясь в целенаправленном движении с тяжеленными сумками и баулами не сбить с ног катающегося в коляске по коридору между комнат Петруху. Хотя его восклицания и балагурства и заставляли их частенько, но скрытно улыбаться.

- У меня такое подозрение, - рассуждала Сильва. - Что Торговец ещё не раз намерен у нас попросить помощи в каком-нибудь штурме или набеге.

- Сомневаюсь, - фыркнула Дана. - Мы ведь ему уже намекнули о готовящихся в нашем коллективе свадьбах. Это раз. И второе, меня как целительницу привлекать к боевым действиям – уже бесполезно. Как мне кажется, я уже убить никого не смогу…

- Уф! – обрадовано воскликнул прижатый в тот момент к стенке Пётр. – В таком случае меняемся комнатами! Живо! Неси мои сумки туда…!

Его приказ тоже был проигнорирован.

- Тогда может быть, в наших баронствах мы будем обучать кого-нибудь другого? – высказала Сильва предположение. – Всё-таки зарывать такой преогромный опыт, который есть у нас – безрассудно. В любом случае и во все времена хорошие воины ценились на вес золота. А от и больше.

- Ты себе льстишь, подруга! – целительница с уханьем забросила очередную сумку в комнату своего потенциального супруга. – Ну сама посуди: зачем Торговцу вообще нужны воины? Да он сам справится с любой по количеству армией, а уже если на помощь ещё и Александру прихватит, то целому миру не поздоровится.

- Ничего я себе не льщу. Разве с Чёрным Монолитов без нас бы справились? Да и с с императором Успенским следовало очень деликатно сражаться. Возьми пример с нашего Казика Теодоровича: даже такого старого и опасного, в некотором роде типа, Торговец отправил в Лодзь для проведения тайного расследования. И ведь старик будет стараться изо всех сил, но обязательно что-нибудь нароет. Учти, красавица, при всей своей вездесущности и небывалом магическом умении, Светозаров никак во все дыры не успеет. Разорваться он не может, коллег у него нет…

- Уверена?

- Конечно уверена! Как и все вы! – Сильве пришлось резко затормозить, чтобы не столкнуться с мешающимся под ногами больным, и она в раздражении возопила: - Дана! Убери ты это недоразумение с моей дороги! А то я его затопчу!

Пётр стал в позу, хоть и прижался спиной к стене:

- Ты не смотри, что я прыгаю и без винтовки…

Закончить ему не дала подошедшая целительница. Подхватив штатного снайпера жёстко под локоть, она его выдернула из коляски, почти внесла в свою комнату и опрокинула на кровать:

- Всё! Лежать здесь!

- А помыться…?

- Разрешаю. Но если ещё раз будешь мешать в коридоре, усыплю на сутки! Мало того, что не помогаешь, так ещё и вредишь своим товарищам. И не дёргайся! Понял?

- Вот она, справедливость! – завопил мужчина, дотянувшись до костыля и размахивая им как последним оружием отчаяния. - А ведь я на тебя своё баронство хотел переписать…, - но видя что его красавицу такие намёки совершенно не трогают и она устремилась за новыми сумками и ящиками, он с обидой выкрикнул вслед: - А чего это немцу такие поблажки? Или его уже…, усыпили?

Курт Вайсон, пятый боец элитной группы, как только осмотрел свою комнату, так в ней и закрылся, словно возня с расселением его не касалась. Но порой оттуда слышалось какое-то странное постукивание. По этому поводу отозвалась более сердобольная Сильва:

- У Курта своя задачка. Помнишь, ему Торговец, при захвате нашего багажа небольшой чемоданчик дал? Так вот он – универсальное пособие для самых лучших минёров. Из какого-то шибко технического королевства. Чемоданчик надо вскрыть, разминировать, как бы, и за самое короткое время. Любая неудача или ошибка и…, ну сам понимаешь. Вот нашему немцу и дали поиграть, поставив задачу сделать как можно меньше промахов.

- Так чего же я тут валяюсь? – удивился Пётр, упираясь костылями в пол и пытаясь подняться. – Мне ведь тоже жутко как интересно…

Но тут же замер от вида показавшейся в дверном проёме Даны:

- Кому сказала лежать? И вид у тебя какой-то сонный…

- Всё, всё! – больной демонстративно отставил костыли в сторону и поднял руки. Но как только целительницы ушла, заорал вслед мелькнувшей Сильве: - Красотка, а мне, почему про чемоданчик не сказали? Я ведь тоже умею разминировать…

В последние дни боевая подруга и в самом деле преобразилась, после уникального излечения целительницами. Если раньше она пугала своих врагов, да и не только их, жуткими буграми прыщей, рытвинами оспы на лице, то в данный момент она если и не стала писаной красавицей, как Дана, то уж в любом случае выглядела весьма симпатичной и притягательной. Поэтому любое упоминание о излечении сразу приводили женщину в восторг, трепет и отличное расположение духа.

Потому она даже приостановилась, дабы дать боевому товарищу более подробные объяснения:

- За красотку – отдельное спасибо. А вот хитрёное пособие для минёров – дело личное для каждого профессионала. Поэтому Курт занимается с ним первым. Все его ошибки, вернее их количество высветится на табло. Затем ты второй на очереди. Ну и только потом мы будем пробовать. Вот и посмотрим, кто из нас лучше умеет разминировать любое опасное устройство.

- Чего тут смотреть?! – Пётр ударил себя в грудь, но тут же вспомнил: надо отблагодарить Сильву за раскрытие секрета и стал перестраиваться на ходу:

- Первое место займёшь ты. Второе…, - в комнату с тяжеленным рюкзаком ввалилась раскрасневшаяся Дана, и так глянула на своего приятеля, что тот и дальше сумел выкрутиться: - Второе место получит моя ненаглядная баронесса, совладетельница сразу двух наших баронств, ну а третье…

- Забыл русские пословицы? – строго прикрикнула на него госпожа Маурьи. – «Не говори гоп, пока пинка не дадут!…», «Не дели шкуру неубитого медведя, когда ещё и бежать не начал…», «На чужой каравай, роток не открывай…»

- А последняя причём? Намекаешь, что я уже должен на тебя свою долю имперского вознаграждения переписать?

- Да куда ты денешься! – фыркнула женщина, подталкивая подругу в коридор. – Я тут совсем о другом…

После неё в проемё показалась молоденькая, лет восемнадцати девушка в короткой чёрной юбочке, белом блузке с фартучком и таком же по цвету небольшом кокошнике. Остановившись напротив дверей, она громко воскликнула на языке мира Зелени:

- Дамы и господа! Обед готов, прошу всех к столу!

- Да, да, конечно! – зачастил словами Пётр, подхватываясь на костыли. - Полноценное питание – залог быстрого выздоровления и гарант здорового потомства. Да и вообще: потехе - время, а еде, как говорят в народе – всё остальное время.

В коридоре опять появились женщины «третьей» с последними сумками и с сопровождающим их Василием. И Дана сходу просекла игривое настроение своего интимного приятеля:

- Слышь, «народ». Я тебе пословицу про каравай недаром напомнила, можешь без жевалок остаться. А то и ещё без кой-чего, и тогда точно придётся тебе забыть о здоровом, и даже о гипотетическом потомстве.

- Злая ты, - нисколько не обиделся на подругу ковыляющий в сторону столовой раненый. – Особенно когда голодная и не выспавшаяся.

- Вот и не зли меня ещё больше!

За стол усаживались с шумом и восторженным шевелением носами: пахло преотменно. Зато вошедший в столовую Курт, выглядел так, словно жевал только что лимон. Понятное дело, товарищи сразу догадались о постигшей профессионального минёра неудаче.

- Не удалось? – поинтересовался Василий.

- Да так…, - буркнул немец, отводя взгляд.

- И сколько раз? – нахмурил брови старший группы.

Минёру не хотелось бы отвечать на этот вопрос, но он знал, что от него не отстанут, да и данные на светящемся табло учебного пособия не утаить. Поэтому он вздохнул и признался:

- Восемнадцать…

- О-о-о! – затянул Пётр. – Да у тебя до сих пор после отлёта хаерсов руки трясутся? Вовремя тебя на пенсию в баронство спихнули, вовремя!

Сильва решилась вступиться за погрустневшего товарища:

- Может ты иноземные хитрости, аль технологии не раскусил?

- Точно! – ожил немец. – Там такого наворочено, что никто не разберётся. Мне такого и в страшном сне не снилось.

Стали уже подавать на стол блюда и раскладывать по тарелкам, но Пётр ещё успел посоветовать, пока напихал разной вкуснятины в рот:

- Ничего, проспись, прими ванну, глядишь, руки и перестанут трястись.

- Ничего, ничего! Вот я на твои результаты посмотрю! – пригрозил Курт, и вгрызся зубами в кусок сочащейся жиром колбаски.

После чего выходцы с Земли набросились на еду с присущим им старанием. Разве что Василий успел озабоченно пробормотать:

- С чего это вдруг Торговец затеял для нас подобные тесты?

Что дало его товарищам лишнюю порцию размышлений.

Обед только закончился, как прибыл курьер из императорского дворца, с письмом-распоряжением. Старший группы зачитал его сразу вслух, добавляя в конце своё мнение:

- Однако! Уже сегодня нас примет Телиан Пятый. Мне казалось, для получения наград и титулов нам придётся несколько недель здесь торчать. Да и Светозаров предупреждал, что такие мероприятия каждый день не проводятся. А тут вон оно как, всего восемь часов осталось.

- В принципе, всё зависит от самого императора, - стала рассуждать Сильва. - Банкеты во дворце, как приёмы с торжественными мероприятиями чуть ли не каждый день происходят. Так что процедуру награждения пяти заслуживших людей титулами баронов, дело нехитрое. Сколько на нас общего времени уйдёт? Ну по минуте на особь, ну по две, максимум. Итого десять. Как раз между тостами наше появление и уложится.

Тогда как Дана, озабоченно хмурилась по другой причине:

- А что там с одеждой? Потому что если следует покупать определённый набор, то мы можем и не успеть.

- Точно! – всполошилась и вторая женщина. – И деньги? Дмитрий нам дал каких-то два мешочка с монетами, но вот что за них можно купить?

Василий перевернул послание и там мельчайшими буковками оказался напечатан некий свод правил, в том числе часть, касающаяся парадных одежд, и удивлённо присвистнул:

- Зачёркнуто! И от руки приписано: «Ваши светлости, в первую очередь – воины. Поэтому его императорские величество распорядился дать вам выбор одеяний по вашему усмотрению. Можете являться на мероприятие хоть в своей любимой полевой форме». Вот так вот…

- Уф! Уже легче! – в один голос вздохнули без нескольких часов бароны.

Зато Пётр чуть не плакал от досады и сожаления:

- А мне что делать со своими костылями? Через пару дней мне обещали, что я уже и без них смогу ходить, но сегодня? Ужас какой! Будут шептаться разные: «…калека, а тоже в бароны прётся!»

Госпожа Маурьи начало строго:

- Меньше надо было метаться, где не надо, заглядывая на разных служанок, а лежать в спокойном режиме. Уже бы к этому времени мог спокойно часик без костылей пройтись. – Но заметив, в каком угнетённом состоянии её сердечный приятель, не сдержалась от сочувствия. Обняла его ладошкой за шею, развернула к себе, и попыталась утешить: - Да чего ты так расстраиваешься? А то во время отлёта хаерсов тебя император на костылях не видел! Он с тобой и шампанское пил на площадки, и обнимался как со старым приятелем.

- Ну…, если так относиться к вопросу…

- Или пьяненький был и ничего не помнишь?

- Если честно, то смутно всё помню, - признался парень. – Последние годы мы вообще редко себе алкоголь позволяли. Но больше всего меня вогнало в транс сознание того, что всё кончилось и мы каким-то чудом остались живы. Всё-таки иные миры у меня до сих пор в голове не уложились, хоть и могу видеть, трогать…. Ну и что там ещё…, щупать…

Дана проследила за его бессмысленным взглядом, который как раз упирался в служанку очаровашку, принесшую на подносе десерт, ехидно фыркнула и наподдала раненому лёгкий подзатыльник:

- Ты у меня «пощупаешь»! Не просто на костылях на приём попадёшь, а вообще на носилках!

Но теперь уже общепризнанный балагур и весельчак отбросил своё уныние в сторону, на глазах принимая роль шутника и любителя хохмить:

- Не понял?! Раньше я у тебя не раз «щупал», и ничего, жив остался.

- Невоспитанный нахал! – пряча улыбку, буркнула Дана и под смешок товарищей набросилась на свою порцию десерта.

В итоге всем коллективом приняли решении идти во дворец в парадной форме своего родного мира. Тем более что и поводов одевать эту форму представлялось крайне редко за всю карьеру элитных русских воинов. А эту форму Торговец прихватил вместе со всем резервным снаряжением, которое «третья» держала на одной конспиративной квартире, о которой не знали даже в конторе. Не рыцарские, конечно, латы и доспехи, но тоже стыдно не будет.

Так что в период подготовки к вечернему приёму, все только и занимались, что приведением своего внешнего вида в идеальный порядок. Ну и по очереди, минут на сорок каждый, уединялись в своей комнате с пресловутым учебным пособием в виде среднего по размерам чемодана.

Результаты тестов у всех оказались удручающими. И когда коротко сошлись для подведения итогов, все товарищи посматривали на немца как на истинного героя. Против его восемнадцати ошибок, у других показатели выглядели воистину смертельными для любого минёра: Пётр – сорок шесть; Василий – пятьдесят четыре; Сильва – пятьдесят семь: Дана – тридцать девять. И то целительница сразу честно призналась, что она использовала свои новые возможности по просмотру в неживом веществе энергетических каналов и мизерные намётки на эти каналы. Вот потому и вышла на второе место.

Зато теперь немец с гордостью мог посматривать на своих товарищей:

- Так это у кого руки трясутся с похмелья? Учитесь, пока я добрый: точным надо быть, расчётливым, вдумчивым и каждое движение выверять скрупулёзно.

- О! Наш великий гуру! – не преминул возможностью ёрничать Пётр. – Только тебе позволительно учить заблудших, ибо сам ты лишь восемнадцать раз «взлетел на воздух» или «был разорван в клочья»!

Так на эту тему они и спорили впоследствии, уже отметившись, а потом и ожидая своего вызова в кулуарах императорского дворца. Порой и товарищи вставляли парочку слов в общую перепалку, но всё равно находили члены «третьей» себя несколько нервными и взвинченными. Даже на красоты архитектурного ансамбля, частично открывающиеся из окон, и внутреннее убранство, окружающее в зале ожидания, не слишком любовались. Хотя Дана напомнила:

- Это строение, как утверждал Торговец, самое, самое, самое не только в мире Зелени, но и во многих иных измерениях.

На что Василий, как командир группы, больше общавшийся с принимавшими их клерками, добавил:

- Как меня заверяли, любая отмеченная наградами или титулами особь имеет право беспрепятственно входить во дворец и любоваться собранными здесь произведениями искусств. Исключения делаются лишь во время чрезвычайных обстоятельств. И для некоторых участков дворца.

- То-то я смотрю, здесь от зевак не протолкнуться! – хмыкнула Сильва. – А теперь точно поняла, что они на туристов похожи как две капли воды. Ну а если сюда простые обыватели захотят войти и полюбоваться, их тоже пропускают?

- Понятия не имею. Только ещё и слышал, что у очень многих дворян в самом дворцовом комплексе имеются скромные апартаменты и во время больших, продолжительных празднеств они со своими семьями стараются жить здесь.

- Феноменально! – Пётр закатил глаза на лоб. – Мало того, что жить среди такой роскоши, так ещё и питаться за счёт императора! Мне это нравится. Кстати, мне Александра в двух словах проболталась, что она ещё сама в здешних комнатах графа Дина Свирепого не была, но зато восторги Казимира Теодоровича, который прожил в них несколько дней, даже её заинтриговали. Получается, дворяне живут здесь не совсем скромно.

- Ну ты сравнил! – возмутилась Дана, не забывая ревниво присматриваться во время разговора к тому, как проходящие мимо люди рассматривают совершенно диковинные в данном мире парадные офицерские мундиры. – Кто такой Торговец, и кто такие остальные дворяне? Да Дмитрий при желании целое крыло комплекса может для своих прихотей выкупить. А то и сам император подарит в безвозмездное пользование. Хм! Всё-таки, девчата и ребята, мы смотримся в нашей форме очень неплохо. Ни у кого на лице я не заметила кривых насмешек или презрительных взглядов.

Её боевая подруга на это тихонько рассмеялась:

- Ещё бы! В таких юбках, корсетах да рюшах я бы от жары задохнулась. Да они же нам завидуют! Особенно женщины. Не удивлюсь, если мы своим появлением тут новую струю в моде запустим.

Ждать в общей сложности, пришлось сравнительно недолго. Перед воинами Земли, в зал для церемоний с важным видом и апломбом, с дрожащими от счастья коленками прошествовало несколько пышно наряженных личностей. Наверняка тоже за какими-нибудь наградами или титулами. Судя по интенсивности их вхождения, на каждого из них на приёме уделялось минуту, максимум полторы. Так что предварительные расчёты Сильва, Василий посчитал правильными:

- В самом деле, больше чем десять минут на нас не потратят. Стоило так тщательно отутюживать форму?..

Ошибся он вместе со своей будущей супругой в расчётах. «Третью» вызвали всех разом и когда они встали метров за пять от трона, вставший рядом с ним чтец, мягким, но на диво проникновенным голосом зачитал вначале длинный перечень всех подвигов, заслуг и отличий, которые совершили воины с Земли. Только на это ушло не менее четверти часа. Затем чтец огласил указ императора о присвоении титулов баронов и о награждении ленными землями с правом наследования. Также помпезно провозгласили об отмене любых налогов на целых пять лет. Потом каждый из награждаемых подходил к императору, и получал на шею широкую, атласную ленту с внушительным, инкрустированным драгоценными камнями медальоном. Скорей это баронское отличие напоминало больших размеров блюдце, чем обычный символ. Да и судя по тому, как зашептались от удивления все остальные придворные и гости, медальоны явно выделялись некоей уникальностью. Как потом успели рассмотреть земляне более пристально, ни у кого подобных знаков отличия не было. То есть их уже одними баронскими «бляшками» выделили из сонма всех остальных аналогичных баронов.

Но на этом торжественная часть мероприятия не закончилось. Император остался стоять на ногах, и в течении нескольких минут лично благодарил уникальных воинов за смелость, отвагу, заступничество справедливости и ратные умения. Дождавшись окончания шумных, рукоплесканий, правитель Рилли уселся на свой великолепный трон, и продолжил более неофициальным, раскрепощённым голосом:

- Прекрасные дамы! Истинные рыцари! – при этом он обращался только к воинам «третьей». – Теперь нам осталось решить лишь вопрос с земельными наделами. Вы ведь хотели иметь свои владения по соседству друг с другом?

- Так точно, ваше императорское величество! – отчеканил Василий.

- Из этого мы и пытались исходить. Но ведь вам за огромные, удвоенные заслуги было обещано спаренные участки земли. То есть уже в два раза больший надел. А таких единых, незанятых пространств в нашем государстве отыскать трудно. Конечно, мы и такие участки отыскали, расположенные рядом или на максимально близком расстоянии. Все документы и планы на них находятся вот здесь, - рука Телиана Пятого легла на изумительной отделки папку из кожи. – И я готов вам их вручить немедленно. Но у меня есть и добавочное предложение, - рука сместилась на иную, более пухлую, и несколько большую по размерам. – Вот здесь единая территория, в общем понятии ещё в два раза превосходящая по масштабу ваши сдвоенные участки. Удивительные, плодородные, богатейшие земли, превосходящие по размерам средние графства. И они могут по вашему желанию стать ваши. Но! Как вы догадываетесь, не всё так просто на этих землях. Там испокон веков обитают дикие кайреги, весьма злобные хищники, по виду: прямоходящие бескрылые драконы.

После этих слов вокруг прошелестела волна гула и приглушенных восклицаний. Стало понятно, что любому в этом зале, кроме пяти только что титулованных баронов хорошо известно, что из себя представляют вышеназванные кайреги. Кажется, эти зверюшки могли вызвать только своим названием не только искреннее умиление.

По возникшей паузе земляне догадались что именно от них Телиан Пятый ожидает ответного слова. Но в этот раз заговорила Дана, так как уровень целительницы второго уровня всё равно ставил её в иерархии гораздо выше, чем любого войскового командира среднего звена. И она спросила самое главное:

- Ваше императорское величество, нам придётся для собственного спокойствия лишь уничтожить этих…, кайрегов?

- Да нет, я бы так не сказал. Если уж на то пошло, то громадный Лудеранский лес мы бы при желании, в любом случае очистили от хищников и построили бы там новые города и веси. Но самое интересное, что существуют легенды, утверждающие, что в древности кайреги считались ручными и во многом помогали человеку. Это сейчас они устроили себе гнёзда в Лудеранском лесу, не давая проехать по заброшенным дорогам ни повозкам, ни одиноким путникам. Только и стоит там одна, сравнительно безопасная крепость, с которой удаётся поддерживать регулярную связь и вести доставку продовольствия.

В наступившей неожиданно тишине, раздался восторженный шёпот Петра:

- Ух ты! Целая крепость?! Я согласен!

Но госпожа Маурьи только бровью повела с некоторой досадой, догадавшись, что не только она расслышала каждое слово:

- Выходит нам, для расширения своих угодий предлагается стать ещё и дрессировщиками?

Вопрос прозвучал несколько грубо и не совсем корректно к первому лицу самой великой империи этого мира. Но Телиан Пятый лишь дружески улыбнулся и пустился в пояснения:

- Вам ведь не составило труда забраться в самое сердце Успенской империи, пройти на тракт и даже там найти себе верных и знающих союзников. О проникновении непосредственно в Чёрный монолит и устройстве там диверсии, с последующим отходом – вообще упоминать не стоит. А значит, вам по плечу решить любые трудности в любом направлении. И что весьма важно: в вас нет присущей многим воителям кровожадности, вы довольно взвешенно подходите даже к истреблению явного противника, которого надо уничтожать безжалостно. Вот в этом наше интересы совпадают, и я уверен, что вы не просто уничтожите кайрегов своим уникальным вооружением, но приложите все силы для возвращения уникальных животных в тот устоявшийся ареал единения человека с природой, за который ратуют все жители нашего мира.

Заметив, как все пятеро интенсивно переглядываются между собой, император добавил:

- Ко всему прочему, мы обещаем вам поддержку в освоении новых земель не только всеми имеющимися у нас сведениями, но и конкретную помощь наших лучших учёных и желающих принять в этом деле участие целителях. С другой стороны, если вы желаете жить дальше в заслуженном, достойном вас покое – это ваше право. Так что вы выбираете?

Император опять встал, и его рука потянулась за меньшей папкой. Хотя и сделал это после нарочитой, слегка затянувшейся паузы. Но к тому времени все пятеро землян уже сделали для себя окончательный выбор, обменявшись ещё и несколькими фразами. Маурьи посмотрела на недавнего командира группы, и поощрительно взмахнула ресницами. Новоиспеченный барон Василий, коротко кивнул, церемониально обратился к первому лицу государства и огласил общее решение:

- Мы согласны попытать счастья в Лудеранском лесу. – И со скромной улыбкой добавил: - Всё-таки жить в заповедной роще гораздо предпочтительнее, чем в огромных и пыльных городах.

Вручая ему папку в руки, под шум аплодисментов, император ворчливо прошептал:

- А мне вот приходится дышать пылью! – хотя идеальная чистота во дворце сразу указывала, что Телиан перегибает палку. – Разве что буду к вам иногда наезжать в гости?

Василий постарался ответить соответствующе моменту:

- Несомненно, ваше величество! В списке почётных гостей вы всегда будете стоять на первом месте.

Только он вернулся к своим товарищам с папкой в руки, как раздался мелодичный звон, и глас распорядителя пригласил всех гостей двигаться вслед за императором и его семьёй в банкетный зал. Как оказалось именно «третья» и являлась сегодня главным «гвоздём» программы. Их даже рассадили невдалеке от императора и во время пиршества приходилось частенько отрываться от угощений и подробно отвечать на вопросы первого человека государства. Да и не только он спрашивал, его супруга, принцесса и старший принц тоже многим интересовались.

Отрываться от вкусных блюд было тяжко, но тут уже ничего не поделаешь. Тем более что все пятеро старались отвечать по очереди, обстоятельно и с подробностями, давая возможность насытиться товарищам. Так что к концу банкета все остались довольны: и гости сыты, и любопытные удовлетворены.

Правда Дана несколько озадачилась одной темой и на ушко поделилась с Сильвой:

- С чего это так принцесса выспрашивала про Светозарова и его отношения с Александрой? Причём так нагло и вызывающе?

- Эх, подруга! – Сильва в кои веки расслабилась полностью, выпила чуть лишку и поэтому на весь мир смотрела через розовые очки: - Видать нравится он ей, а может и какие другие планы имела. Но теперь уже всё, назад дороги нет, Сашка свою добычу из рук не выпустит. Да и нам-то что? Без нас разберутся.

- Хорошо, если без нас…, - согласилась Маурьи, с сомнением присматриваясь к кружку первых ловеласов империи, который кружился вокруг принцессы. – Слишком уж эта девушка властная, слишком…

Глава четвёртая

СУМАТОШНЫЙ ДЕНЬ

Из комнаты, где хранились подарки хаерсов, графская чета Светозаровых вышла через несколько часов порядочно зачумленная и примолкшая. Слишком много нового и не всегда понятного – требовало осмысления и перепрофилирования на человеческие мерки. Не всё просмотренное, даже Торговцем воспринималось легко и сразу. Хотя в гардеробную они с собой принесли внушительную сумку с массой выбранных приборов и устройств. И только когда начали облачаться и экипироваться, Александра, уже в который раз стала выказывать сомнения:

- Ты уверен, что эти штуковины нам не принесут вреда? Всё-таки мы и внешне и внутренне довольно отличаемся от хаерсов. Что им хорошо, нам может прийтись не по нутру.

- Ерунда! Мы как раз и отобрали лишь то, что подходит любому живому существу, - после этого Дмитрий подвесил супруге на пояс нечто в виде броневого щита из странного пластика, которое в списке названий носило ещё более странное имя Йо-йо. Затем помог закрепить это устройство ремнями через плечи, крест-накрест. – Ну как?

- Да оно тяжеленное! – возмутилась Александра. – С ним ходить трудно, не то что прыгать. В придачу ты ведь заставишь ещё и сюртук одеть…?

- Заставлю!

- Совсем меня не жалеешь?! Давай выбирай что-то одно, я всё на себе тащить не смогу. Загнусь.

- Ну хватит капризничать, для нашей же безопасности стараюсь. Сама знаешь, что на Земле творится. И не думаю, что мы двойную ношу носим даром. Сюртук он хорош против колющих, режущих и пулевых ранений, а вот защитить таким коконом против распыляемых ядов как этот Йо-йо – никогда не сможет.

Александра всё равно продолжала торговаться:

- Но это же страшно неудобно! Йо-йо меня заваливает вперёд, словно беременную перед родами. Может его на спину можно закрепить? Ещё лучше на плечи! А?

- Конфигурация кокона тогда станет не соответствовать пропорциям защиты, - терпеливо напомнил Дмитрий выписку из инструкции, - Некоторые участки тела могут остаться незащищёнными, подвергая носителя опасности.

- О! Ты даже наизусть выучить успел…

- Тем более мы тебе для равновесия подвесим на спину вот эти ускорители. Но уже потом, после сюртука.

- Димочка, я боюсь. Вдруг меня эти ускорители в стенку впечатают или в потолок?

Опять Торговец нудным голосом зачитал несколько положений:

- Во время действия устройство анализирует окружающую обстановку и предпринимает соответствующие маневры. В результате этих манёвров тело носителя ни в коем случае не может столкнуться с преградой, которая имеет шансы повредить ограничению жизнедеятельности… Конец цитаты. То есть, если тебе понадобится запрыгнуть на третий этаж, то ускорителя тебя подбросят точно и метко, об стенки ты биться не будешь. Да и вообще, как по мне, то такое устройство просто уникально. Ещё и действует на чистой энергии магнитного поля. Ни тебе выхлопов угарного газа, ни тебе всесжигающих струй пламени. Любой пожарный инспектор одобрит такой устройство без взятки и уговоров.

- Да? Ну смотри, как бы тебе не пришлось меня разыскивать вместо третьего, на десятом этаже. Не доверяю я этим новинкам. Ни разу не испытали даже.

- Успокойся. Для нашего убийства хаерсам не стоило идти так далеко в обход. Уверен, что их подарки от всей души и максимум из того, что они могли предложить мне за работу. Плюс приглашали заглядывать ещё. А мне всё равно туда заглядывать придётся: вдруг кто-то из коллег объявится?

Только когда замотал свою прекрасную жену как куклу в сюртук, обвесил вспомогательными устройствами, то с чувством умиления отступил на шаг назад:

- Ну вот, теперь я спокоен. Можем прыгать.

Сам он одевался и экипировался не в пример быстрее, и нацепил на себя гораздо меньшее количество технических изысков безопасности.

- Что за неравноправие?! – изумилась Александра, пытаясь отстраниться от обнявшего её мужа. – А сам налегке решил?

Но их уже унесло в безвременье. Причём и там их разделяло всего чуть-чуть, и Дмитрий строго попросил:

- Веди себя хорошо, мы прибываем в Лодзь.

- Ну погоди, дай только домой вернёмся! – пригрозила рассерженная супруга, представляя насколько нелепо она выглядит в чрезмерной экипировке.

Но как только они появились в квартире, где работал бывший главный аналитик конторы, спрятала недовольство за настороженностью и внимательностью. Тем более что старый поляк, как только распознал прибывших, вытер пот с лица и облегчённо воскликнул:

- Наконец-то! Думал, уже не успеете!

- Что случилось? Отыскался Рафаил? – Светозаров замер на месте, соображая какой шаг предпринять дальше

- Да нет, - Казимир Теодорович хлопнулся обратно в кресло и стал с завидной скоростью колотить по клавиатуре компьютера. – Рифаил пока неуловим, но вот его пособника Лысого я отыскал. Того самого, на которого ты вышел через Анджея Дойника. Чуткий гад, настороженный. Не знаю, как он распознал слежку, но сразу скрылся из виду и залёг на самое дно. С ним ещё два подельника затаилось. Хорошо, что мои осведомители эту лёжку чуть раньше отыскали, успел поставить там наблюдателя. Вот все данные и конкретный адрес с описанием.

- Так это же отлично, пан Казик! – обрадовался Торговец. – Что тогда за бледный вид?

- Всё потому, что и меня кто-то сдал прежним хозяевам, - пожаловался аналитик. – Так что твоя квартирка уже спалена. Не думаю, что это конторские, во главе с Павлом Павловичем, из них никого не заметил, а вот кто-то из местных меня «нащупал». Скорей всего из-за использования некоторых старых наработок и нескольких давнишних каналов связи. Ну и по айпишке компьютера потом дошли сюда. Вот глянь! Если я правильно понял, они уже готовятся к моему захвату. А то и полностью готовы.

На экранах возникло изображение окрестностей, видимых с крыши дома и некоторых окон, и объединённых в единый просмотровый коллаж. При поочерёдном увеличении делалось приближение каждого человека, или группы лиц, готовящихся к явно противоправной насильнической акции. И действительно смахивало, что все боевики только и ждут, что последнего сигнала.

- Шура, узнаёшь хоть кого-нибудь? – спросил Казимир у бывшей подчинённой, которая склонилась у него над плечом.

- Хм! Если уж вы не узнаёте никого, то с моим девичьим склерозом… Нет, никого.

Торговец тем временем терзал в раздумье свой подбородок:

- Как бы их наказать, чтобы впредь не были такими наглыми?

- Заминировать здесь всё к такой-то бабушке! – с азартом предложила графиня Светозарова и тут же сникла под удивлёнными взглядами обоих мужчин. А супруг и вслух высказался:

- Ты чего? Дом-то многоквартирный.

- А нашкодить штурмовикам можно, - вмешался Теодорович. – Если успеем, конечно…

- Конкретней?

- Есть у меня прямые выходы на службы польской безопасности. Времена уже совсем не те, и на вмешательство внутри своей страны теперь поляки смотрят совсем по-иному. Просто счастливы будут хотя бы десяток диверсантов схватить, а потом со скандалом выдать «на гора». И просто сейчас сбрасываю всю нужную информацию в нужные руки…

- Сбрасывай! – перебил его объяснения Дмитрий. – Только вот большой стрельбы не получится?

- Ещё чего! Ворон ворону глаз не выклюет! – старческие сухонькие пальчики так и порхали над клавиатурой. – Это надо мной представители обоих сторон измывались бы до потери пульса, вытягивая печень через почки. А здесь будет просто много шума, визга и мордобоя. Русским стрелять и воевать нельзя, а поляки таким скопом сейчас навалятся, что просто шапками этих шустряков закидают. Сдадутся все. Ну а уж потом веселье начнётся: зубы уж всяко не одному выбьют, да синяков порядочно наставят. Потом вколют, что надо и будут сведения качать…

- Действительно… А вот в Германии этот скандал аукнется? Я имею ввиду, уже к тому дебошу, что там после бомбардировки бункера никак не уляжется?

- О-о! Ещё как аукнется: лишний скачок подозрительности и новой волны арестов. Тем более что поляки обязательноподелятся сведениями, полученными при допросах. Как следствие: вся та дивизия спецвойск, о которой мы упоминали в предыдущей нашей встрече, просто завязнет в тюрьмах или будет вынуждена опять оттянуться в Россию. Павлу помогать будет некому.

- А мне жалко ребят, - неожиданно призналась Александра. И не дожидаясь новых изумлённых взглядов в свою сторону, стала оправдываться: – Там подавляющее большинство и в самом деле истинные воины, готовые за добро и справедливость порвать кого угодно. Я некоторых знала, да и «третья» вон, какими героями оказались. Разве я не права, Теодорович?

- Да права, спору нет, - согласился старый поляк, грустно кивая. – Вся беда в том, что управление этими истинными солдатами отчизны захватила всякая сволочь, стремящаяся лишь к личной наживе. Вот и пошло всё наперекосяк. Теперь пойди, разберись: кто кого кроет и за какие идеалы сражается.

Торговец резко выдохнул:

- Ладно, что отсюда следует забрать?

- Да только лишь то, что в этой комнате. – Разве ещё мой чемодан, который в спальне сейчас соберу. – Уже в дверях Казимир приостановился: - За экранами посматривайте! И это…, куда дальше отправляемся?

- Пока в Рилли. В гостевой домик к «третьей». Они как раз уже должны проснуться после первой ночи в звании баронов.

Из спальни послышалось завистливое мычание, тогда как супруга Дмитрия, так и не отрывая глаза от экранов, поинтересовалась:

- А со временем ребята могут из баронов превратиться в графов?

- О-о, дорогая! Такое почти нереально. Хотя в теории конечно возможно. Хотя бы с помощью бракосочетания с персоной, владеющей наследным графским титулом. Боле сложный вариант, это создание на своих землях не менее двадцати крепких баронств, что уже само по себе выглядит нереальным. Телиан Пятый обещал, что наградит пятёрку наших героев по царски, но в любом случае на удвоенном участке, двадцать баронств не разместишь. Даже если наши две потенциальные пары женятся и объединят свои владенья, всё равно не получится. Маловато земельки для этого.

- Жаль, - вздохнула молодая графиня и попыталась расстегнуть ворот сюртука.- Уф! Мне жарко становится!

- Так включай охлаждение! Что? Заело? Ну-ка дай гляну.

Некоторое время он возился с манжетами сюртука, на каждом из которых стояла дублирующая система подкачки, охлаждения или подогрева. В результате определённых действий его супруга опять осталась недовольна:

- Ой! Там все такое холодное!

Вернувшийся в комнату аналитик, косо посмотрел на капризничающую женщину, вскинул бровями на крутящегося вокруг неё Торговца, пожал плечами и вновь уселся на вращающийся стул. Вслух своего удивления он так и не высказал: желает парочка манерничать и потакать друг другу – да на здоровье. А чтобы не молчать, стал громко пересказывать все перипетии розыска Лысого, и связанные с этим выводы:

- Сомневаться не приходится: этот тип должен знать, где находится малочтимый халиф Рифаил. По крайней мере, где находился недавно. Уж слишком много дел их связывало и связывает до сих пор.

- Ну хоть какие-то намёки имеются: где тот конкретно? Где-то поблизости или в жарких странах?

- Боюсь ошибиться. Все расклады говорят – пятьдесят на пятьдесят.

- Ну а если Лысый ничего выдать полезного нам не сможет? Ведь такой вариант тоже следует учитывать.

- Учитываю. Но дальше зависит от твоих умений и возможностей. – Теодорович высветил на экране новые данные: - Потому что в этом доме уж сто процентов половина обитателей знает лично Рифаила, и могут подсказать, где тот находится. Но дело осложняется тем, что это не что иное, как посольство. И там внутри такой надзор и строгости, что даже одного человека выкрасть сложно. Практически там все живут, словно на осадном положении.

- Почему? – вырвалось у Александры.

- Видимо грехов много в своей жизни сотворили, вот и опасаются слишком ранней отправки к предкам…

Дмитрий задумчиво всматривался в мелькающие кадры, подспудно считывая информацию и пытаясь её сразу анализировать:

- Сколько в этом доме обитателей вместе с охраной?

- Сто тринадцать человек. Но мои данные могут быть неверными, потому что частенько туда въезжают тщательно тонированные авто и непонятно, толи они ввозят кого, толи забирают. За подавляющим большинством авто проследить пока, с моими возможностями, не удалось.

Некоторое время обсуждали, предлагали и вновь спорили. А потом Теодорович показал вновь кадры окружающей местности:

- Ну всё, теперь точно пара минут до атаки по мою тушку осталось. Трое уже на крыше с верёвками, остальные входят в подъезд.

- А те что на улице подстраховывают?

- О! Этих загребут в первую очередь. Вон видишь, куча машин разных наехала, словно цыгане на своих старых фургонах? Так это уже польские спецслужбы весь район оцепили. Да вон видать за высокими зданиями сразу шесть вертолётов. Я им все свои картинки отправляю, так что они каждого налётчика увидели, засекли и наручники заготовили.

- Конечно, хотелось бы посмотреть, как тут всё завертится…, - с сожалением скривился Торговец, но аналитик стал бледнеть:

- Потом пакет информативной съёмки сайт интернета придёт, сможешь полюбоваться. А сейчас бы…, ох! Пошли!

- Спрыгиваем, - согласился Светозаров, шагая на тропу безвременья.

Когда они оказались в гостевом домике, Казимир облегчённо перевёл дух, и прислушался:

- И здесь не гремит?

- Место на стыке выбрал, вот потому и не гремит, - пояснил Торговец. Затем деловито вышел в коридор между комнатами и гаркнул во всю глотку: - Господа бароны! Обед проспите! Тру-ту-ту-ту! На выход, строиться!

Первым в коридоре появился Курт. Причём он выглядел несколько дико: в одном носке, в трусах и с автоматом в руках. Рассмотрел, кто кричит, поставил оружие на предохранитель и недовольным голосом проворчал:

- Твоё графское сиятельство видимо страдает солдатским юмором? Или мечтает стать сержантом?

- О-о! – поощрительно кивнул на автомат Дмитрий, нисколько не обидевшись на неприветливый тон. – Есть ещё порох в пороховницах. – После чего вдруг заметил за спиной Курта мелькнувшую с кровати, и кутающуюся в простынь молоденькую служанку и затянул более тихо: - О-о-о-о…! И не только порох!

Немец просительно приложил палец к губам и скрылся за дверью. Зато из другой комнаты показалась взлохмаченная голова Василия:

- Что за шум, а драки нету?

- Пардон господа, если разбудил, но надо посоветоваться и утрясти кое-какие мелочи. Ждём вас в комнате Казимира Теодоровича.

Он вернулся обратно, где как раз его супруга с аналитиком заканчивали как-то наводить порядок среди лежащей повсюду оргтехники, куч проводов, удлинителей, и прихваченных попутно излишков мебели.

- А розетка здесь есть? – уныло вертя в руках штепсель, поинтересовался поляк.

- Вот за теми декоративными дощечками. И что вы так на меня уставились? В подвале дома генератор на газу, К дому подведён газ, освещение газовое, но для особых нужд и внутренняя электросеть имеется. Давайте помогу.

Пока вся «третья» подтянулась в комнату, там уже мерцали экраны и велась настройка параметров внутренней сети. Здоровались несколько натянуто, особенно с бывшим главным аналитиком, хотя женщины с Шурой даже расцеловались. Последним на костылях прибыл Пётр, и сразу разрядил обстановку своими восклицаниями:

- Вот чего нам здесь не хватало: мультиков! Теодорович, признавайся, есть мультики? Или у тебя только порнуха на дисках памяти скопилась?

И не дожидаясь смеха на свои шутки, ткнул графской чете под нос поблескивающий каменьями знак барона:

- Как вам такое отличие?

Молодожёны сразу замычали от восторга, вертя в руках отличительное украшение. А присмотревшись, Дмитрий признался:

- Боюсь ошибиться, но таких мне ещё на глаза не попадалось. Кажется, этот знак по себестоимости почище иной княжеской диадемы будет. Ну ребята, поздравляю! От всей души за вас рады! Заслужили!

Он ещё раз пожал всем мужчинам руки и чмокнул женщин в щёчки:

- И от меня ещё раз личное спасибо.

Но тут ему Василий протянул кожаную папку, прямо пугающую своей роскошью:

- Вот, нам и земельки за дела ратные прибавили. Одни говорят, что впятеро больше чем обычно, другие утверждают, что раз в восемь, а то и десять. И что очень радует, так это что соседями будем. А в самом центре наших земель будет стоять старинный и неприступный замок.

Улыбка на лице Светозарова, завяла прямо на глазах, и он поспешно открыл папку. Ему хватило только одного взгляда, чтобы всё понять, и расстроено воскликнуть:

- Лудеранский лес?! А вы знаете, что там кайреги?!

- Да что нам каких-то ящеров бояться? – пожал плечами Курт.

- Но их же запрещено уничтожать! Или от вас скрыли?

- Нет, намекнули открытым текстом, что желательно укротить и вновь вернуть в гармоничные отношения с людьми, - пояснила Сильва. – А что не так?

- Ха! Да всё! И в первую очередь: что мы все изрядно влипли. И так времени ни на что не хватает, так теперь ещё и с кайрегами возись!

Дана встряхнула своей несколько спутанной причёской:

- Так это и понятно, приручение так быстро не происходит. Годик, два поживём в крепости, осмотримся, освоимся на местности.

Но Торговец, как могло показаться, её совсем не слушал, Вместо этого он нервно расхаживал вдоль окон и не на шутку возмущался:

- Ай да Телиан! Ай да хитрец! Одним махом всех «побивахом»! И наградил по-царски, и нагрузил по самые…, хм, помидоры! И главное, что мне ни слова, ни полслова! Ай да жучара! – резко остановился напротив целительницы и стал объяснять: - Этих злющих кайреги уже более двух тысяч лет приручить не могут. А вы за два года собрались?! Хы! Да там столько людей уже свои любопытные головы сложили, в том числе и целители, столько крови пролилось, что и не пересказать. Мне тоже туда пару раз вздумалось с помощью сунуться, как же, шибко умный! Так еле ноги унёс: эти твари быстрые, прыгают по деревьям не хуже обезьян, а на прямой развивают скорость похлеще лошади. Грызут всё, что шевелится, и ломают всё, что построено руками человека. Ни для кого не секрет: каждому воину гарнизона в той крепости, пробывшему на службе три года, дают пожизненную пенсию и разрешают уйти в отставку. Там действительно герои служат. Отдельно следует отметить и тот полк, который с силовыми щитами сопровождает редкие караваны. Когда полк возвращается из леса, ему дают полноценный трёхмесячный отпуск с содержанием. А потом они вновь собираются на двухмесячные тренировки для проводки следующего каравана. Кстати, сразу скажу по поводу моих сил, которые приходится затрачивать для переноса в крепость своей тушки и некоторого запаса продовольствия: половина полноценной пирамидки! То есть в два раза больше, чем я потратил на захват жреческого каравана с ларцами Кюндю.

Выговорившись, Светозаров резко выдохнул и озадаченно примял свою шевелюру. А новоиспеченные бароны с хмурым видом переглядывались между собой. Первым попытался отшутиться Пётр:

- Вот это нас наградили! А давайте сегодня отправимся к императору, и попросим поменять нам наделы? А? Пусть меньше, зато спокойнее и радостней. – Сообразив, что все смотрят на него слишком косо и непонимающе, штатный снайпер «третьей» возмутился: - А чего вы хотели? Чтобы я всю свою жизнь переживал за мать своих детей? Которая меня совсем не слушается и только и будет что рисковать своим телом при контактах с ужасными хищниками. Да мне никаких патронов не хватит для её прикрытия!

Дана в ответ на это ничего не сказала, а только подошла к сидящему на стуле Петру и успокаивающе погладила по плечам. Зато Сильва сильно закручинилась:

- Так что, нас развели как последних лосей? Поменять, в самом деле, не получится?

- Никак! – угрюмо подтвердил граф Дин Шахматный Свирепый. – Разве что заслужите подвигами новые баронства и вам вручат иную папку, где будут нарисованы новые земли.

- А с этими что?

- Да ничего. Гарнизон крепости теперь оттуда выведут, или вам придётся набирать свой. Можно и этому заплатить, но я даже не представляю, во что это выльется. Полк по проводке караванов оплачивать тоже придётся владельцам леса. Вдобавок первые пять лет, как я заметил, вас освободили от всяких податей и налогов в казну. Это вроде как хорошо. Хотя и поборы на земли вам дали сносные. Но если и в последующие сорок пять лет налоги так и не будут выплачиваться, то Лудеранский лес вновь забирается и переходит на баланс империи. Как впрочем, и преемственность баронских титулов прерывается. Ваши внуки уже не будут баронами, да и детям достанется при жизни…

- Облом! – скривился Василий. – А мы так губу раскатали, укротители хреновы!

- Ну, не всё так мрачно, дружище, - Торговец опять вскочил на ноги, и прошёлся несколько раз перед окнами. – Если мои запасы кристаллов станут почти неограниченными, если сумеем наладить нужный приток помощи, и если сумею разгрести сиюминутные, наиважнейшие проблемы в своей жизни, обещаю вам помощь с освоением новых земель. В крайнем случае, если этих кайреги не удастся укротить, то мы их с помощью самых совершенных технических новинок просто оттолкнем в глубины леса и отвоюем хотя бы треть территории. А это уже невероятные площади. Думаю, император недаром всучил вам Лудеранский лес, знал, что я вас без помощи не оставлю.

- О! Совсем другой разговор, - расслабился Пётр, - А то «две тысячи лет», «за неуплату выселят»…

- Но тогда и вы мне помогайте по мере возможностей. У меня дела слишком личного характера, поэтому подключать к ним имперские, королевские или силы всей академии как-то неудобно. На данном этапе легко справимся и малой группой. Как, поможете?

Все заулыбались, кивая согласно и слажено, а Курт высказал общее мнение:

- Ты даже и не спрашивай. Говори, что надо?

- Минут через тридцать я доставлю в подвал этого дома Лысого, одну жутко криминальную личность, которая знает, как отыскать след к моей родной сестре. В общем, вас сейчас введёт в курс дела Казимир Теодорович. Заодно приготовьте всё к экстренному допросу. Если халиф Рифаил узнает о пропаже Лысого, то может и сам перестраховаться, меняя свою дислокацию.

- Почему так долго? Полчаса? – поинтересовалась Дана

- Надо вначале присмотреться к лёжке и ликвидировать возможные сигнальные устройства. А то мы этих типов выдернем, а тревога всё равно подымется. Учтите, пленников будет трое.

- Понятно…

- Кстати, нужны будут какие-то психотропные средства для допроса?

- Справимся и без них, - твёрдо пообещала госпожа Маурьи. – Меня ещё при допросе герцога Белза очень многому научили.

- Ну тогда готовьтесь! – Дмитрий подхватил супругу под руку и исчез в неверном проблеске света.

- Уф! – Василий расслабленно вздохнул и довольно панибратски пнул поляка кулаком в плечо: - Ну, старая песочница, рассыпайся информацией! Кого пытать будем?

У него одного с бывшим главным аналитиком конторы всегда были какие-то особые, доверительные отношения. Казимир в ответ, ехидно рассмеялся:

- Ничего, ты вон уже тоже сильно постарел, скоро меня догонишь. Уже никакая молодка в твою сторону и не посмотрит. Ну а уж наша преобразившаяся Сильва тем более…

- А вот и не угадал, - подбоченился барон Василий. – Хоть мы и не были в загсе, но уже давно Сильва моя законная супруга. Вот так вот!

- Да-а-а?! Ну тогда от всей души поздравляю…, - старик бы ещё и целоваться полез, но его строго осадила Дана:

- Теодорович, время! Давайте ближе к делу.

И в самом деле, поздравления могли подождать, а вот полчаса пролетят незаметно. Пальцы Казимира Теодоровича вновь застучали по клавиатуре, а пять его коллег по усопшей конторе склонились к экранам и приготовились внимательно слушать.

Глава пятая

ВЫНУЖДЕННОЕ РВЕНИЕ

Когда повозка въехала в ворота наиболее печально, страшно известной в этом мире усадьбы, к Хотрису уже почти вернулось ощущение собственных ног и рук. Но о побеге он и мечтать не смел. Несмотря на то, что его не связали, против умений везущего его мага, который не думал и оглядываться на пленника, даже не стоило рыпаться. А так как тактику своего поведения на ближайшее время он продумал досконально, то принялся во все глаза рассматривать расположение построек на заднем, хозяйственном дворе. Ведь в любом случае следует знать: где что располагается. Ну а когда проехали внутренние ворота, отделяющие от «чистой усадьбы», и взору открылся непосредственно сам замок, юноша не сдержал восхищённого возгласа:

- Ух ты! Да такого наверняка и у самого императора нет!

Помощник владыки местного мира, повернулся, скептически оглядел мальца, и хотел было рявкнуть нечто грубое и оскорбительное. Но сразу же понял неправильность такого обращения, и улыбнулся, словно отец родной:

- Что, нравится?

- Ещё бы! Всегда мечтал хоть краешком глаза на это чудо взглянуть.

- Зачем же тогда убегал от нас?

- Да я разве знал, что от вас?! Будь моя воля и знай, я об ученичестве, сам бы к вам под ворота пришёл и упрашивал меня принять. Этот дядя мне хуже редьки надоел, скот редкостный. И приказчик его – шваль подзаборная, тупое отродье, каждый раз так и норовил меня поколотить. Вот и решил хоть на несколько дней от них избавиться да в заброшенных садах в южном пригороде пожить. Как раз фрукты поспели.

- А…, точно…, - неожиданно глаза мага прикрылись от детских воспоминаний: - Я ведь и сам в детстве туда бегал. – Но тут же вернулся к действительности, останавливая повозку возле коновязи. - Чего уставился? Я ведь тоже когда-то таким же как ты сорванцом был. А сейчас видишь, кем стал?

- О-о! Я тоже хочу!

- Ну так я тебя для этого и привёз в ученичество. Старайся, и станешь великим магом. И забудь всё, что говорят плохое про великого Купидона Азарова. Это он сам распространяет эти жуткие слухи, чтобы к нему никто не лез с просьбами и не мешал заниматься магической наукой. На самом деле наш покровитель и учитель - добрейшей души человек, истинный гений и творец прогресса в нашем мире.

- Вот это да! – делал Хотрис круглые от восторга глаза. – Я так и знал! Я чувствовал, что люди врут и наговаривают…

- Ладно, потом мне подробно расскажешь, кто и что именно наговаривал. А сейчас идти можешь?

- Конечно, господин…

- Обращайся ко мне «господин наставник».

- Понял, господин наставник.

Помощник по чёрным делам удовлетворённо кивнул, положительно оценивая желание мальчугана и выслужиться, и исполнить любое задание. Кандидат по отправке в неизвестность, ему нравился всё больше и больше. И он не решился откладывать представление такого ценного кадра своему владыке. Удачной покупкой следовало похвастаться как можно быстрей:

- Если вдруг с тобой захочет поговорить сам великий Купидон Азаров, обращайся к нему «ваше магичество». Ведь он - король среди всех волшебников Кабаньего.

- Да здравствует король!

От этого восклицания маг поморщился, но вроде как неискренности в юноше не заметил. Поэтому только предупредил:

- Ну, так выкрикивать не надо. Обращайся только так, как я сказал.

- Так точно, господин наставник!

- И так кричать не надо. Просто склони голову в знак понимания и исполнительности, - он хмыкнул, проследив, как Хорис старательно задёргал головой. – Не так часто, достаточно одного раза. Бери вещи, и иди за мной.

Дальше они обогнули одно крыло здания, потом второе, и всё это время маг продолжал инструктировать нового ученика, что и как надо делать, и что делать на территории поместья запрещено. А потом вдруг застыл на месте и зашептал:

- Стой здесь! – и бросился к одному из боковых входов, откуда с озабоченным видом выскользнул Азаров. – Ваше магичество!..

Подскочив к своему повелителю, помощник что-то приглушенно зашептал, показывая взглядом на Хотриса. При этом он так увлёкся рассказом, что даже артикуляцией вполне живо пояснил, как мальчуган сноровисто уходил от загонщиков, как чуть не ушёл, и насколько он ловкий, жилистый и выносливый. Великий колдун тоже сразу оценил такого перспективного кандидата. И в конце словесного спича, буркнул:

- Пусть подойдёт!

По взмаху наставника, Хотрис бросился к ступенькам, поклонился, и с хорошо наигранным благолепием и восхищением во взоре воскликнул:

- Рад видеть ваше магичество в полном здравии!

- Да что с меня убудет…, - проворчал крепкий телом старикан, переживший много поколений императоров.

Но эта детская непосредственность и льющаяся на него искренняя любовь все-таки как-то тронули циничное, окаменевшее сердечко. Слишком уж привык редкостный мизантроп, гроза всего живого, что к нему неизменно подползают на коленях трясущиеся от страха и унижения существа, а тут такой нелицемерный восторг и благолепие. Поэтому он тоже внешне смягчился, быстро сообразив в правомерности такого поведения: в любо случае искренний помощник будет выполнять задание во сто раз с большим рвением, чем тот, который действует из-под палки и по принуждению.

- А вот ты как, дитя моё, готов стать учеником мага и устремиться к вершинам наивысших таинств?

- Готов, ваше магичество! Давно готов!

- Похвально твоё рвение, похвально. Но сразу хочу предупредить: для полноправного вступления под нашу длань наставничества, следует пройти испытания. Пройдёшь первую ступень: станешь один год помогать при уборке лабораторий и ухаживать за подопытными животными. Пройдёшь вторую ступень, тебя начнут обучать азам грамоты и счёта. Ну а если и самое сложное испытание пройдёшь, то сразу станешь моим личным учеником и начнёшь изучать магические ритуалы, древние книги и наивысшие законы магии.

- Да! Да, ваше магичество! Я сразу готов к испытанию третьей ступени!

- Э-э-э…

- Тем более что я и писать, и считать умею!

Помощник мага зашипел краешком губ:

- Не перебивай никогда владыку…

- Ладно, ладно, - благодушно заулыбался Купидон. – Для первого разговора это простительно. Но меня просто поражает твоя готовность действовать, малыш. Столько экспрессии и фанатизма. Но ведь быть магом – это тяжелейший повседневный труд. Не каждый с этим справляется.

- Я справлюсь! Всё жизнь мечтал стал магом, - захлёбывался слюной от счастья паренёк. – И творить, вторить, творить…

«Всё понятно, - решил для себя Азаров. – Розовый фанатизм. Но как раз такой мне больше всего и подходит. Теперь главное его не спугнуть за эту неделю, чем-то ненароком не обидеть и самым идеальным образом подготовить. А может и две недели на его муштру потратить? Итог того стоит. Главное, чтобы он не набрал лишний вес при усиленном питании. Сейчас всё сразу и выясним».

Гроза всего живого в Кабаньем решил потратить на мальца ещё полчаса своего драгоценного времени. Опять радушно улыбнулся, похлопал Хориса по плечу, потом приобнял и двинулся с ним по дорожке дальше, в обход следующего крыла замка:

- Вижу, что ты храбрый парень, решительный. Но при третьем уровне следует прорваться через окружение диких собак, а то и других неприятных хищников. Пойдёшь ли ты на такое?

- Запросто! Я никаких собак не боюсь.

К слову сказать, помимо знания того, что ему предстояло сделать, и полной уверенности в своей безопасности в том, Хотрис Тарсон и в самом деле не боялся собак совершенно. Скорей это они его боялись до ужаса и сразу сворачивали с его дороги, будучи даже в стае из нескольких особей. Чувствительные на ауру животные сразу осознавали перед собой убийцу, который голыми руками мог в мгновенье ока задушить огромного пса, с себя ростом, а то и переломать ему шею.

Но ясное дело, что просто голословным утверждениям такой человек как Азаров не поверить. Проведёт испытания, или, как минимум, попробует выпытать все подробности. Что и случилось:

- Хм! Ты явно парень – хват, но собаки тоже бывают разные. Откуда вдруг такие умения?

И Хотрис решил рассказать всю правду без утайки:

- Когда мне было девять лет, однажды мы с товарищем пробрались на грядки со сладкой калвеоной. Приближались сумерки, мы очень надеялись что нас никто не заметит. Но вдруг откуда-то примчалось два огромных чёрных дога, и мы бросились к забору. Но я-то успел забраться наверх, а вот моего товарища сторожевые псы загрызли насмерть. А я лежал на заборе и рыдал ручьями слёз, не в силах ничем помочь. Даже мои крики о помощи ничего не успели сделать: моему дружку просто отгрызли голову. Вот с тех пор я и начал войну со всеми собаками. Брал обоюдоострый нож, насаженный на бамбуковую палицу, и ходил по округе, уничтожая всех сторожевых собак. Начал с самых маленьких, а закончил самыми громадными, действующими в паре или тройке. Дошло до того, что как только я перебирался через забор, все шавки чувствовали свою гибель, прятались по будкам и щелям и только повизгивали от страха.

- М-да! Что-то такое в твоей ауре есть! – воскликнул присматривающийся Азаров. – Как интересно! Ну а что потом?

- А потом я понял, что собаки по сути своей не виноваты. Их же просто обучают только для охраны и они не имеют большого разума. Мне стало их жалко, и вот уже года полтора я ни одной не убил. Хотя их страх передо мной никуда не делся. Скорей даже усилился.

- Ну ты молодец! – не сдержался от похвалы владыка. При этом даже к своему помощнику обернулся и показал большой палец. Мол, удачную покупку ты сделал. - Тогда тебе вообще большого труда не составит одним махом пройти самое трудное испытание.

- Прямо сейчас? Я готов!

- Ну нет, в любом случае я не хочу тобой рисковать. Скажу откровенно: такие кадры встречаются редко, и мы маги, обязаны их ценить на вес золота. Ни к чему тебе спешить, а потом год, а то и два прозябать на уборке конюшен. Поэтому одна неделя, а то и две уйдут на твою скрупулёзную подготовку. Для начала давай взвесимся…

Они вошли в какой-то флигель, где стояли мерные весы и куча иного механического хлама. Кандидата на отправку раздели до нижней сорочки и поставили на платформу. После чего оба мага окончательно вздохнули с облегчением. Купидон наставительно поднял указательный палец:

- Ну вот, за эту неделю до испытания ты имеешь право набрать только один килограмм. Поэтому будешь питаться исключительно только одними фруктами. Кстати, ты любишь фрукты?

- Обожаю, ваше магичество! - и это было истинной правдой. – К тому же от них только сил прибывает.

- Тоже верно. Но откуда такие знания?

- Меня матушка в детстве вообще никогда мясом и хлебом не кормила. Вот потому я такой сильный и жилистый, Даже не болел ни разу.

На это верховный владыка всех магов Кабаньего странно подвигал бровями, многозначительно посмотрел на своего помощника и констатировал:

- Видишь, оказывается и народ о правильном питании знает, - и тут же вновь повернулся к одевающемуся парнишке. – О! Родовой?

Хотрис с готовностью протянул свой кинжал и порывисто выдохнул:

- Так точно, ваше магичество! А можно вопрос?

- Давай! – повертев холодное оружие в руках, великий маг вернул его обратно

- Вы сказали, что килограмм у меня в запасе. Значит, если я не растолстею, я бы мог с собой на испытание взять свою бамбуковую палку с ножом? Вот она.

Отстёгнутое чуть раньше от руки оружие не было на первый взгляд каким-то внушительным. Короткая, сантиметром сорок прочная бамбуковая палка. На одном конце её обломок треугольного лезвия всего сантиметров пяти в длину. Лезвие острое, с двумя режущими кромками и намертво прикрученное отвердевшей до окаменелости ниткой шварской лианы. На другом конце ременная петля для кисти. Вроде ничего страшного и опасного, но в умелых руках таким оружием и в самом деле можно убивать любых собак. Особенно если сразу рассечь нос атакующему псу.

- Ого! Удивительная вещица. Хвалю такую инициативу. И если действительно не наберёшь до момента испытания лишний килограмм веса, можешь боевую палицу захватить с собой.

- Буду стараться, ваше магичество!

Купидон похвально хмыкнул, немного подумал, и стал давать итоговые распоряжения:

- Значит так: ходить хвостом за своим наставником и выполнять все его распоряжения. Он тебя уже сегодня начнёт тренировать на испытательном полигоне, где мы имеем примерную копию того места, где ты получишь третий уровень посвящения. За пределы поместья, выходить категорически запрещено. Наши тайны не должны попасть в неопытные руки обывателей. Надеюсь, ты это понимаешь?

- Ещё как, ваше магичество!

- Поэтому ты должен носить вот этот охранный браслет. Он тебя не выпустит, если ты вдруг «заблудишься».

Хотрис протянул руку с удивляющей готовностью, радостно вздохнул после надевания, и даже успел погладить магический браслет второй ладошкой. Что лишний раз убедило обоих магов в правильности выбранной линии поведения. Всё-таки пряник действует гораздо лучше кнута, а уж с личностями, попавшими под влияние «розового фанатизма», и того проще. В их понимании, харизматичный лидер если и ошибается, или творит неправильные деяния, то всё равно вина сваливается на злой рок или козни злопыхателей. И если этого парнишку воспитать как следует, из него может получиться самый идейный и преданный последователь.

И уже отправляясь поспешно по неотложному делу, Купидон Азаров подумал:

«Жаль будет отправлять такого сорвиголову на погибель в замок Свинга Реальностей. Но с другой стороны: если кто и донесёт маяк до цели, то только Хотрис! Хм! А вот если он вернётся, тогда я и сотворю из него своего уникального раба. Глядишь, ещё и преёмником моим станет… Да нет! Чего это я?! О таких вещах слишком рано думать, двести лет мне ещё гарантировано. А уж за два столетия я таких фанатиков - сотни воспитаю…»

Глава шестая

ПЕРВАЯ НИТОЧКА

Вначале Дмитрий перенёсся с Александрой в одну из квартир в Лодзи. И сразу сумел удивить:

- Это та самая квартира, где я долгое время жил с родителями. До самого их исчезновения. Здесь всё, сравнительно, осталось в прежней неприкосновенности.

- Ух ты! – молодая графиня рассматривала обстановку во все глаза. - Да об этом и в конторе никто не знал.

- Только этого мне не хватало! Я выкупил квартиру через подставных лиц, обустроил всё как прежде, прикупил недостающие детали мебели и очень редко сюда наведываюсь.

- Здесь тоже створ между мирами?

- Заметила, молодец. И вот эта деталь меня больше всего интригует: а вдруг родители как-то об этом знали или догадывались?

- Точно! Должно же быть нечто наследственное у тебя именно от родителей.

Интереснейший вопрос, над которым Дмитрий Светозаров задумывался многие годы. При всём своём стремлении и желании хоть что-то припомнить из жизни отца или матери, выходящее за рамки каждодневного бытия, ни единой детали не прорисовывалось. Ну разве что как офицеру, отцу частенько приходилось покидать квартиру и ночью по тревоге, и время от времени уезжать в командировки. Та же строгая служба не могла позволить ему вообще удалиться далеко или надолго от гарнизона по собственной инициативе. В те времена с этим было жуть как строго. Так что отлучки по тревоге, или в командировки не следовало даже сопоставлять с какой-либо деятельностью Торговца. Тут ответ имелся однозначный.

А вот по поводу створа, широкой дугой пересекающего почти всю квартиру на втором этаже четырёхэтажного здания, сомнения грызли и терзали. Тем более в последнее время, когда после определённых усилий и тренировок, тот же шафик Аристарх Великий, из королевства Ягонов умудряется рассмотреть лёгкую, почти невидимую вуаль на месте переходов в межмирское пространство. А раз сумел Аристарх, то почему не могут это сделать и другие?

Правда и здесь, следовало не забывать историю. В те времена распределение квартир среди семейных офицеров Западной группы войск велось строго централизовано. О каком-то выборе или пожеланиях жильцов и речи быть не могло. Пусть радуются тому, что дали. И так по сравнению с обеспечением остальной армии, живущие за границей счастливчики, считались жутко привилегированным сословием.

И всё-таки?

Во всей этой длинной цепи домыслов и натяжек, в последние дни появилась некая основополагающая концепция: если удастся спасти родную сестру Елену, то многое в семейной трагической истории может приоткрыться. Особенно будет важен сам момент, похищения сестры, или что там могло произойти на самом деле. Уж она сумеет подсказать, куда и почему исчезли родители. Недаром она, воспользовавшись именем Анджея Дойника, так грамотно вывела родного брата на истинного возмутителя правопорядка и спокойствия в Лодзи.

Воспоминание о лидере здешней преступной группировки, заставило Дмитрия прекратить бесплодные пока размышления и заняться делом. Усаживаясь в удобное кресло, он предупредил супругу:

- Я здесь бываю редко, поэтому за безопасность наших тел не ручаюсь. Мало ли что… Поэтому иду пока один, а ты останешься на подстраховке. Попробую всё рассмотреть в быстром «мелькании». Надо будет, пойдём вдвоём или метнёмся вначале в обитель Жёлтых Грёз. И уже оттуда двинемся на медленный просмотр.

Когда он откинулся на спинку кресла и замер, Александра поёжилась от неприятного чувства навалившегося одиночества, а затем дисциплинированно застыла рядом, напряжённо прислушиваясь к каждому звука или грохоту двери, который вполне хорошо слышался в старом, панельном доме.

Через четверть часа графиня стала ёрзать на месте. Ещё минут через десять волноваться и озабоченно присматриваться к лицу любимого. Как раз в тот момент он резко вздохнул, открыл глаза, посмотрел на электронные часы и затараторил:

- Во, как я вовремя уложился! Хотя по большому счёту показалось, ничего сложного нет. Этот Лысый восседает на стареньком кресле, а два его подручных прислуживают ему словно лакеи. То тарелку на маленький столик поставят, то чашку с кофе принесут, то булочку с кремом. Прямо идиллия, честное слово! А потом подумал: чего они так с ним носятся? У того и оружия при себе нет, всё разложено аккуратно на большом столе, но непосредственно в руках и на поясе – пусто. И решил на всякий случай более тщательно рассмотреть кресло, и то, что под ним. А там – вот такенный заряд прилажен!

- Фанатики? – напряглась Александра.

- Не похоже. Кажется, они как бы сами себе решили: будут отстреливаться до последнего, а если десантура всё-таки ввалится внутрь, вот тогда себя и подорвут. Но! Видимо и обо мне что-то знают. И о моём способе передвижения. Потому что явно замаскировали всё слишком тщательно и дальновидно. Вздумай я сразу похитить Лысого и его лакеев простым выдёргиванием, те бы взорвались, пусть даже и в межмирье. Не знаю, может и мне бы досталось, если бы щитами не прикрылся.

- И что теперь?

- Ха! Теперь-то я всё продумал. Кресло с оружием просто оставлю в межмирье, пусть себе взрывается. Подхвачу только членов шайки, немного придушу в дороге и доставлю прямо в подвал к твоим коллегам. Пусть сразу начинают выколачивать сведения. Так, становись за мной… Можешь даже не держаться, включаю слипание сюртуков! Начали!

Конечно, женщина попыталась из-за плеча рассмотреть, что происходит. Для неё ослепительные вспышки и разноцветное мелькание уже совершенно не считались помехой для наблюдения.

Туманные чертоги межмирского пространства. Затем основательный грохот. Перекошенные лица бандитов, белеющие в сумраке подвала. Опять туман безвременья… И резкая вспышка! Всё-таки что-то взорвалось. Кажется даже неожиданно для Торговца. Но щиты безопасности он вокруг себя и супруги выставил довольно мощные: их только слегка качнуло в перемещении. Но зато и само перемещение удлинилось на добрых десять секунд. А потом они с лёгким выхлопом и постукиванием оказались в центре подвальной комнаты, по периметру которой замерли в готовности новоиспеченные бароны и Казимир Теодорович. Три захваченных тела плюхнулись на пол безвольными тушками. Причём тело самого Лысого оказалось разорвано на спине так, словно оттуда вырвали позвоночник. Одного взгляда хватало для определения: не жилец. Один из его подельников тоже не отличался целостностью: пол черепа словно срезало аннигилятором. С этого тоже уже не дождаться показаний.

Ну а третий подельник, сравнительно молодой и с копной кучерявых волос на голове, оказался в полном здравии. Даже успел сразу глубоко вздохнуть, восстанавливая дыхание, затем попытался встать на ноги. Подскочившая Дана, даже рукой ещё коснуться не успела, а шустрый мужчина поник, стал вялым и инертным. Его тут же подхватили под локти, усадили на заготовленный стул, крепко привязали на всякий случай, и целительница коснулась указательными пальцами щёк пленника. Тот дёрнулся всем телом, максимально раскрыл бездумные глаза, да так и замер, словно включённый в розетку робот. Разве что время от времени моргали ресницы.

За это время Дмитрий успел бегло осмотреть труп Лысого обсудить причины гибели с соратниками:

- Да, какая-то гадость у него и на спине висела. Ну от такого я его уже обезопасить никак не мог.

- Это плохо?

- Не знаю. Вроде взрыв уже произошёл между мирами. Значит, никакие сигналы не сработали в том подвале.

- А кресло с бомбой? – напомнила супруга, борясь с приступами дурноты. От вида трупов она в последнее время уже в обморок не падала, но окровавленные останки бодрости и лёгкости не придавали..

- Его я сразу закинул куда подальше. Чуть позже мелькну в тех местах и проверю силу взрыва бомбы и всё ли тихо на «лёжке» этих уродов. Жаль, что допрашивать особо некого. Но может быть хоть с паршивой овцы клок…?

- Ты меня слышишь? – начала допрос Дана.

- Да…, - чувствовалось, что допрашиваемый преступник где-то внутри своего организма отчаянно борется с навязанной ему насильно линией поведения.

- Готов отвечать на все мои вопросы?

- Да…

- Тогда начнём. Где находится сейчас халиф Рифаил?

- Не могу…, точно сказать…

- А где он может находиться?

- В очень многих местах…

- Ничего, мы не спешим, - ласково продолжила целительницы. - Начинай перечислять все места, где сейчас может находиться Рифаил.

Бандит к всеобщему облегчению оказался личностью довольно информированной. Удивляло, сколько он знал точек, в одной из которох мог находиться разыскиваемый халиф. Теодорович быстро установил видеокамеру, вставил в передающее гнездо антенну, а потом метнулся в верхние комнаты. Буркнув на ходу:

- Буду сразу пробивать адреса по планам и картотеке!

Правда, при движении чуть не поскользнулся на луже крови, вытекшей из головы хладеющего бандита.

Пришлось Торговцу совершить микро прыжок, забросив трупы, вместе с разлитой кровью в какое-то укромное место иного мира. А может и это, отчитываться он не собирался. Но когда вернулся в подвал, Александры там уже не было.

- Побежала за Казимиром, - объяснила шёпотом Сильва. – Ей возле экрана не так тошно.

- Логично. – Дмитрий приблизился к допрашиваемому и стал писать для Даны очередные вопросы. Как он знал, менять голос во время важных допросов не рекомендуется. Мог произойти коллапс в сознании преступника и он надолго впадёт в сонную кому. А время и так поджимало.

- Что ты знаешь про Елену Светозарову?

- Вчера о такой женщине шеф говорил по телефону с халифом. Потом Лысый долго слушал молча, а в конце сказал: «Да, ты прав, следует наш козырь перепрятать в самое надёжное место. В крайнем случае, если что-то сорвётся у нас, пусть Елена никому не достанется».

- Ещё какие-нибудь упоминания были об этой женщине?

- Нет…

- Что тебе известно о Дмитрии Светозарове?

- Ничего…

- Что ты знаешь о Торговце?

- Торговец – хитрый и коварный враг, которого очень боятся Лысый, халиф Рифаил и все воины халифа. После получения от него какого-то выкупа, его надо обязательно убить любыми способами.

- Оговаривался какой-то конкретный способ?

- Да. Лысый советовал заминировать внутренности какой-то сестры Торговца.

- У Лысого тоже были внутренности заминированы?

- Да…

Светозаров пригнулся к ушку госпожи Маурьи и прошептал:

- Качай его, Даночка, качай! А мы там наверху пока по картам попытаемся рассмотреть, что и куда!

Он жестом позвал за собой Курта и поднялся наверх. Но ещё на лестнице спросил как успехи по разминирования учебного пособия. Узнав результаты, похвалил:

- Да ты молодец! А по большому счёту и все остальные на приличном уровне.

- А зачем оно нам? – успел спросить немец.

- Ты видел, что эти изуверы творят? Не только с собой, но и с другими?

- Надо бы внимательно рассмотреть тело этого Лысого, - внёс предложение Курт.

- Обязательно тебя и пару помощников заброшу. Но чуть позже. Возможно, твоя помощь понадобится при повторном посещении подвала. Следует ещё раз внимательно просмотреть место лёжки этих вурдалаков.

В операторской, как правильно следовало называть теперь комнату Теодоровича, оргтехника гудела с максимальной натугой. И после нескольких минут простого прослушивания ведущегося внизу вопроса, следователи уже имели перед собой приблизительную карту с местами, где предположительно мог находиться Рифаил.

- Кошмар какой, - жаловался старый поляк. – Да мы его так ни в жизнь не найдём. Он может быть где угодно, и не только в Европе.

- Ерунда. Ты мне только точно укажи географический центр между всеми этими точками возможной дислокации банды. А вернее их шефа.

- Центр? – пожал Казимир плечами в удивлении. – Да запросто…, - густой перестук клавиш, и на одном из экранов появился участок условных обозначений. – Вот здесь!

- Что там конкретно?

- Дорога просёлочная. Балка. Поле. Вот это рощица. По периметру - два хутора.

- Прекрасно! Значит, наличие зоны мобильной связи там гарантируется?

- Несомненно.

Александра уже догадалась, что собирается сделать Светозаров:

- Опробуем льюпер? – и сняла при этом с пояса устройство в кожаном чехольчике. Вынула из чехла, открывая взору нечто в виде плоской, невысокой чащи.

- Льюпер?! Что за диковинка? – загорелись оба зрителя.

- Подарок хаерсов, - охотно пояснила графиня. -Прибор, в середину которого вставляешь свой работающий телефон и говоришь. А вот на ободке стрелочка, которая определяет точное географическое направление, откуда звонит твой собеседник.

- Такое невозможно, - сразу отверг аналитик. И лучший минёр группы его поддержал:

- Верно. Любой сигнал движется через ближайшую антенну ретранслятора, как от твоего собеседника, так и к твоему телефону.

Торговец примирительно кивнул:

- Сам сомневаюсь и осознаю. Но через десяток минут и проверим. Курт, готов?

- Сейчас, только прихвачу свои инструменты!

Курт метнулся в свою комнату и вскоре стоял в операторской, опоясанный поясом с чехольчиками и кармашками, где размещались основные инструменты профессионального минёра. На груди у него располагался «щуп», одно из устройств высокотехнологического мира Ситулгайна. «Щуп» позволял с приличного расстояния в двадцать метров различать любые взрывчатые смеси и даже рядом находящиеся составляющие. Весьма незаменимое для любого сапёра приспособление. Пару пистолетов и ножи немец тоже с собой не забыл прихватить. Дмитрий осмотрел воина с ног до головы, внутренне похвалил за предусмотрительность, и уже через минуту они стояли в том самом месте, где ещё недавно Лысый сибаритствовал за чашечкой кофе. С первого взгляда всё оставалось в глубоком подвальном помещении тихо и пристойно. Отголоски взорвавшейся в межмирье бомбы сюда не достали.

- Осмотрись тут со всем тщанием, и поищи тайники. Наверняка что-нибудь для нас полезное да найдётся. Системы какой-нибудь экстренной связи тоже могут быть. А мы сейчас к тем хуторам, сделаем короткий звонок и к тебе присоединимся…

Ещё минута, и чета Светозаровых уже стояла на нужном месте, какого-то захолустья современной Европы. Дмитрий с закрытыми глазами продумал весь предстоящий разговор, тщательно установил льюпер на верхушке придорожного столбика, засунул в центр свой мобильник, пригнулся вместе с супругой рядом и только после этого нажал кнопку вызова.

- Слушаю, - раздался ответ, уже после третьего гудка. Голос халифа хоть и звенел напряжением, но был легко узнаваем.

- Как мы и договаривались, я ставлю в известность о предстоящем обмене заблаговременно, - стал отчитываться Торговец. – Половина камней, мною уже собрана, как и половина денег, остальное мне обещано собрать вместе через два, максимум через три дня. Вас это радует.

- Несомненно, - последовал лаконичный ответ.

- Тогда всё постарайтесь приготовить на вечер третьего дня. Если у меня возникнут какие-то сложности, я дам немедленно знать.

- Договорились, - Рифаил после этого не отключился: - Где вы сейчас?

- В Чехии, по банковским делам.

- Не боитесь так рисковать?

- А что делать? Не желаю, чтобы моя сестра и лишнего часа находилась в неволе.

- Зря волнуетесь. Ей созданы самые тепличные условия.

- Надеюсь.

- Но у меня ещё кое-что…

Чёрточка уже давно показывала конкретное направление, но понятно, что прекращать разговор в любом случае не стоило:

- Что с Еленой?!

- С ней всё в порядке, я ведь говорил. А вот некоторые структуры слишком уж наседают на хвост моим людям. Как мне удалось выяснить, вы их недавно сильно потрепали, а может просто приложили к трепле свою руку. Но теперь они мешают мне…

- Вины Торговцев в этом нет! – при этом заявлении Дмитрий хитро подмигнул своей супруге. Пусть, мол, думает, что нас немереное количество.

- Хочется в это верить. Но как честный партнёр, я просто обязан предупредить: будьте осторожны и сильно не засвечивайтесь. С всеобъемлющими надгосударственными структурами безопасности ни я, ни даже вы не совладаете.

- Спасибо за предупреждение.

Прощаний не было, сразу короткие гудки. Но Дмитрий был настроен оптимистически:

- Боится, гад! И правильно делает: сейчас мы высчитаем его хотя бы примерное направление. А уж потом…

- А ты заметил оговорку Рифаила? – задумалась Александра. – При упоминании о твоей сестре халиф не добавил слово «здесь». А это значит, что Елены может рядом с ним и не быть.

- М-да…, - сразу расстроился Торговец. – Ну ничего, всё равно шарахаться нам из стороны в сторону не стоит. Будем действовать последовательно и по заранее составленному плану. Дорогая, прыгаем!

И в следующий миг, просёлочная дорога вновь оказалась пустынной.

глава седьмая

АДСКАЯ НЕДЕЛЯ

Следующая неделя выдалась для Хотриса невероятно трудной. Ежечасно создавалось впечатление, что маг-наставник, по наущению великого Азарова, и в самом деле вознамерился сделать из юноши максимально изворотливого, скользкого, неуловимого лазутчика. И не просто лазутчика на один раз, а на долгие годы и все случаи оставшейся жизни. Потому что как ещё можно было расценивать круглосуточное участие в тренировках одного из самых сильных магов, входящих в когорту приближённых самого Купидона. Да и сам владыка магического и физического мира Кабаний не гнушался пару часов в день посвятить себя малолетнему сироте.

Чаще всего Азаров просто посматривал за тренировками, да иногда вносил определённые коррективы. Несколько реже вмешивался сам, и конкретными действиями показывал, что и где, по его мнению, не так. Для полноценной тренировки на одном из задних дворов имелась специальная площадка, на которой были нанесены размеры двора, того самого таинственного замка, и обозначались конкретные ступеньки. Действительно, если судить по макету, то пробежать предстояло всего лишь метров двадцать открытого пространства и, взлетев на парадное крыльцо юркнуть в спасительные внутренности древнего строения. Но с каждым днём ставящаяся перед посланником задача усложнялась.

На первой тренировке установили несколько чучел собак, с наложенными на них почти живыми личинами, потом десяток имитаций, затем их стало более пяти десятков. Все чучела довольно сноровисто передвигались, и хоть не кусались, но пытались задавить, сбить юношу с ног своим корпусом. Вслед за собаками прибавилось несколько десятков соломенных аналогов вообще дивных животных иных размеров и характера: огромные вараны, человекоподобные мохнатые существа и даже некое подобие птичек в виде двухметровых субтильных петухов. Только вместо привычного клюва у петуха имелась лягушачья пасть с острейшими зубами. По поводу этих птичек Хотрис больше всего и удивился во время очередного короткого отдыха:

- Ваше магичество, а этот монстр тоже там будет обязательно?

- Скорей всего нет, - уверенно отвечал самый сильный колдун Кабаньего. - Никого там кроме собак не будет. Потому что в книге описаны и нарисованы подробно только они. И сказано, что они охраняют замок Свинг Реальностей. К твоему сведению: все предыдущие мои ученики, выполнившие задание, никого кроме собак не встречали. Но я уже лет двадцать не беру новых магов твоего возраста в обучение, и обстоятельства там могли измениться. В той же книге нарисованы и вот эти страшилки, и упоминается что они где-то там в окрестностях тоже могут обитать. Посему нам с тобой лучше перестраховаться, и научиться с ними тоже бороться или уходить от столкновения.

Юноша обратил внимание на проскочившее местоимение «нам»:

- Разве опытному магу тоже трудно проскочить этот двор?

- Не дерзи! Даже твой наставник своей силой испепелит всех тамошних хищников играючи. А я ещё и сам замок с землёй сравняю. Но есть ограничения по весу и мы не может тебя подстраховать во время твоего испытания. Только после десяти секунд я тебя выдёргиваю оттуда и в случае необходимости латаю на тебе укусы или царапины.

Но дотошный кандидат в ученики вёл совсем к другому:

- Ваше магичество. А если и я хоть чему-то научусь из магии? Это мне поможет? Например: надену на себя личину варана. Или стану похож на вон то мохнатое существо. Так не запрещено проходить испытания?

Такое простое, но вместе с тем такое неожиданное предложение, заставило грозного мага задуматься. До того он и мысли такой не допускал, чтобы обречённого на гибель человека, да ещё ничего не значащего сиротинку ещё и чему-то учить. И не потому, что жалко было времени или усилий, просто всегда делалась ставка в первую очередь на удачливость и везение. Вдруг кто-то да успеет донести маяк в нужные пенаты.

А в данном случае кандидат попался прямо-таки уникальный по своим возможностям. Да и прущая из него инициатива – казалась весьма похвальной. Если мальчонку ещё и некоторым премудростям обучить, то несколько лишних шансов на миллион добавится однозначно.

- Видишь ли, в чём основное противоречие, - проникновенным, откровенным тоном стал объяснять Купидон Азаров. – Ведь как раз всё обучение полноценного мага и начнётся после прохождения тобой испытания. Как же можно тебя учить, коль ты только кандидат в ученики? Так получится нечестно по отношению к остальным твоим будущим коллегам.

- Не обязательно учить меня чему-то великому и страшному, - прикидывался простаком Хотрис. – Есть ведь умения, которые доступны и некоторым простым обывателям города, которые они имеют от рождения. Мне бы хоть таких парочку.

Действительно, таких случаев в мире Кабаний хватало. Хотя чаще всего про врождённые возможности некоторых индивидуумов знали все соседи и знакомые и воспользоваться своими дарами они не могли как следует. Другой вопрос, что будущий посланник в неизвестность не знал одну аксиому: любого человека можно было обучать магическим умениям, но, с возраста пятнадцати лет. Исключения, конечно, бывали, но общего правила они изменить не могли. Поэтому научить парнишку чему-то путному Азаров теоретически не смог бы при всём желании. Пустяшная трата времени. Тем не менее, исходя из невероятной важности предстоящей миссии, хоть что-нибудь попробовать стоило в обязательном порядке. И великий маг сразу припомнил одну простейшую дисциплину для начинающих:

- Во время каждого приёма пищи, - обратился он к своему помощнику, - Начнёшь вдалбливать ему основы теории «пятна кальмара». А я лично по полчаса вечером и утром стану учить его практике. Может за оставшиеся дни и справимся.

Инициатива наказуема. Вот именно поэтому уже на третью ночь Хорис спал на час меньше. Но самое главное, пусть и к большому удивлению его наставников, а также их внутренней гордости за свои преподавательские таланты, юноша успел за четыре дня обучиться первому своему магическому умению. Суть его заключалась в создании тёмного воздушного пятна в виде собственного облика аналогичных размеров, которое продолжало двигаться в прежнем направлении и с прежней скоростью. Недолго – секунды три. А человек в момент опасности размытой тенью мог метнуться в сторону. Недалеко, правда, всего лишь на два, максимум три метра. Да и пятен таких начинающий маг умел создать не больше пяти. Тем не менее, в случае наивысшей опасности при уходе от зубастой пасти, и эти лишние секунды или метры могли стать спасительными. У нашего героя, при накоплении силёнок в течении часа, получалось шесть «пятен кальмара»! Так что общие шансы увеличились ещё на десять, как минимум единиц.

Всю неделю нового ученика кормили, словно на убой. Причём такими экзотическими, восхитительно вкусными плодами, что многие горожане даже не подозревали о существовании подобных деликатесов. Но! Кормили каждый раз только одним видом фруктов и с обязательным интервалом между ними не менее получаса. Как следствие: вес усиленно тренирующегося кандидата не только не возрос, но на какие-то пол килограмма стал меньше.

Особо следовало отметить уникальное положение Хотриса Тарсона в поместье. Он ни с кем из дворовых даже практически не пересекался. С иными магами не заговаривал. От своего наставника не отдалялся далее чем на пять метров. Принимал пищу только за одним столом с магом, и даже спал в большой кладовке или гардеробной, примыкающей к его спальне. То есть по всему получалось, что мальца опасаются оставить рядом с кем-то, кто может сболтнуть нечто лишнее о прежних посланцах или о бесперспективности возвращения. Похоже, что Азаров и в самом деле решил изменить всю прежнюю систему подготовки, перейдя от количества к качеству, хотя и количество было решено отныне увеличить в десятки раз. Слишком уж он хотел отправить маяк для создания постоянного портала в замок Свинг Реальностей.

И хорошо, что сирота рода Тарсон знал, что с ним ведут двойную игру, выдавая желаемое за действительность и сильно видоизменяя эту действительность. Так, например, Азаров несколько раз благоденствовал купленного кандидата своим присутствием во время обеда и пытался логично и правдиво объяснить подноготную такого странного и редкого испытания:

- Ведь все остальные мои ученики проходили третий уровень уже в возрасте далеко за пятнадцать лет. Им в Свинг Реальностей не позволял попадать чрезмерный вес. Да плюс надо нести на себе маяк для обратного перехода. Но несколько человек таки побывало во дворе того замка, подтвердив впоследствии данные о собаках.

- И все они прошли испытания?

Купидон, словно ждал этого вопроса. Тяжело вздохнул и с отеческим откровением признался

- Никто не прошёл. Все вернулись покусанными, в слезах и соплях. Пришлось их лечить, выводить шрамы и отправлять на работы в конюшне. Мало того. Страх и нерешительность так и оставались у них в крови. Только один из них стал магом, сейчас он служит в свите императора. Остальные скатились к серой посредственности.

- Я прорвусь, ваше магичество! Не сомневайтесь! – попытался вскочить Хотрис на ноги с должным рвением, хотя мысленно подумал: «Ага! Жди меня и я вернусь! Так ты меня больше и увидишь!»

Хорошо, что даже самые сильные и страшные маги не умеют читать мысли.

- Я верю в тебя мой мальчик! – проникновенно отвечал Азаров, усаживая за плечи паренька обратно. – Сразу видно устремлённую к победе личность.

А про себя тоже подумал нечто иное: «Такой кадр и в самом деле может прорваться. Его инициативы с лёгким оружием и с начальными умениями в магии – помогли мне совсем по-иному взглянуть на старую проблему. Такого фанатичного, искреннего поклонника следует сберечь любой ценой. Так что я со своей стороны тоже постараюсь придать больше гарантии непосредственно переходу…, мало ли что может случится. Следует предвидеть любую случайность, даже неожиданный порыв ветра…»

А с другой стороны тоже плохо, что мысли магов у них на лбу не написаны. Иначе Хотрис бы сильно своей судьбой обеспокоился. А так он продолжил интенсивные тренировки с бамбуковой палицей, рассекая морды движущимся силой магии чучелам и постигая первую колдовскую премудрость. Со стороны наставников неслись очередные команды и советы, подсказки, требования доверять собственной интуиции, так что Хотрису к концу недели никакие чудища были не страшны и действовал он против них с завидной лёгкостью и уверенностью.

Зато в последний и предпоследний дни паренька озадачило поведение, как самого Азарова, так и назначенного наставника. Оба чёрных дел мастера стояли в сторонке от тренировочной площадки и о чём-то усиленно дискутировали, не забывая конечно и чучела передвигать с удивительной скоростью и сноровкой. Причём таких дискуссий проводилось несколько, и Хотрис стал догадываться, что окончательно решается его судьба. По крайней мере, момент испытания могли отложить ещё на одну неделю.

Нечто подобное и в самом деле происходило:

- С одной стороны, - с присущим ему цинизмом рассуждал Азаров, - Незаменимых людей нет. Погибнет этот сирота, ну и ладно. У нас теперь новая концепция действий: набираем пару десятков детишек сирот восьми лет и планомерно готовим их к нужной кондиции. А то и несколько групп разного возраста. Если воспитать с них должных зверёнышей, да с нужным фанатизмом в душах, то они обязательно к замку прорвутся.

- Тем более что позже вы сможете портальные переходы с большими перерывами делать. Не раз в неделю, - напомнил помощник, - А в раз в полторы, две. Режим собьется.

- Правильно! – тяжело вздыхал Купидон. – Но с другой стороны, такой как Хотрис мне только и видится во главе этого детского отряда. Мы бы для них построили отдельное помещение на заднем лугу, оградили от чужого влияния и взращивали бы, словно отряд боевых магистров.

- Э-э? – подивился приближённый. – А зачем вам отряд? Вдруг уже первый бы посланник прорвался во дворец?

- Тупишь? А что мне следует делать после образования двустороннего портала? Отправиться туда самому, а то и послать предварительно десяток рыцарей для уничтожения всякой хищной живности. Как раз бы этим детки и занялись.

- А потом?

Азаров ухмыльнулся:

- Потом отряд магистров можно использовать в любом месте для любого действия. Хотя бы для показательного наказания зазнавшихся императришек и корольков. Хотя…, если я прорвусь в Свинг Реальностей, мне местные пешки покажутся не важней травинки на лугу.

Помощник, конечно, ничего конкретно про загадочный замок не знал, только и мог что догадываться, но такое грандиозное сравнение и его несколько напрягло:

- Вдруг даже весь отряд не пройдёт?

- Плевать! Будем каждый год набирать новый курс. Откроем постоянно действующую школу. Да что там: три школы! Что мне, средств не хватает, что ли?

- Да, ваше магичество! Вы только на последней партии Адских Топазов и Зектангов такие деньжищи заработали!

Польстил, и тут же сам пожалел: у Азарова чуть глаза из орбит не выскочили от злости:

- Закрой пасть и больше не вспоминай об этом! Толку с тех Зектангов, если их больше не будет, и где их взять - я не знаю. Да ещё этот проклятый Торговец теперь мстить начал!

Речь шла о похищенных кристаллах, которые Дмитрий Светозаров выкрал с помощью Александры из магической башни Азарова. Конечно, в этом мире о конкретном виновнике знать не могли, что и попытался напомнить помощник:

- Вряд ли это Торговец нанёс вам убытки. Тем более что вы его взорвали в межмирском пространстве.

- Да откуда я знаю, что с ним там случилось!? – скрипел зубами коварный колдун. – Вроде как и должен был взорваться, вместе с этой своей куколкой, но кто его знает, что на самом деле произошло? Вдруг выжил, скот? Иначе кто кроме него мог только осмелиться вторгнуться в мои владения? А ему очень нужны были энергетические кристаллы, очень…!

Помощнику, конечно, хотелось напомнить о некоторых случаях в истории, когда башни уже рушились таким образом, кристаллы рассасывались в пространстве, а виновных не существовало, но на этот раз он благоразумно промолчал по этому поводу. Зато попытался вновь вернуть разговор в более спокойное русло:

- Так что будем делать с парнишкой?

- Отправляем! Пусть покажет, на что способен. Ну а если вернётся…, хм! Чего заранее загадывать. Вернётся, тогда и посмотрим.

Вот так и вышло в итоге, что по прошествии недели усиленных тренировок Хорис Тарсон оказался на хорошо ему известном чёрном цилиндре. Правда чувствовал он себя в тот момент гораздо увереннее, чем все остальные жертвы: у него в руках имелось отменное, привычное оружие, он обладал в своём магическом арсенале одним весьма важным умением, и самое главное - он прекрасно знал, куда он отправится на самом деле. Вдобавок у него в кармане имелся небольшой огарок свечи, трут с кресалом и моток крепкой жилки с крючком, который обычно использовали рыбаки для поимки довольно крупной рыбы. Жилка была метров тридцати в длину и утащить её незаметно для магов казалось невероятной удачей. Так или иначе, но даже такое примитивное средство добычи должно было помочь пареньку для добычи пропитания на новом месте. Свеча пригодится в темноте, вдруг где-то там тёмный подвал. Кресало поможет разжечь костёр, а рыбацкая снасть не даст умереть с голоду на первых порах. То есть посланник надеялся попасть куда угодно, только не в замок со странным названием Свинг Реальностей.

Поэтому начало окончательной инструкции стал выслушивать с железным внутренним спокойствием и с показным рвением в глазах.

- Браслет я с тебя снимаю, там он только тебе может помешать, а после возвращения ты у меня становишься персоной полностью облечённой моим доверием, - распинался Азаров, пряча магическое средство слежения в карман. Затем в сотый раз обрисовал, что делать надо, а что нельзя и в самом конце добавил страшную подробность: - Для твоего же блага, я тут вокруг тебя создал вязкую структуру сдерживания. Так, на всякий случай, вдруг ветер сильно дунет, птица какая на голову свалится, или яблоко гнилое рухнет. А настройки-то раз, и собьются! Зато теперь ты будешь спокоен: ничего не бойся, а во время переноса магические оковы сразу спадут. Ну! Не подведи меня! Удачи, сынок!

И страшный колдун, развернувшись, двинулся к креслу несуразной конструкции, где рядышком уже ложился на землю помощник. Хотрис с ужасом опробовал окружающее пространство и понял, что не может даже пошевелить мизинцем. Только веки его и слушались. Так что и крикнуть вслед ничего не получалось: опять мышцы лица словно окаменели, обжатые невидимой магической силой.

А в следующий момент чёрный цилиндр под ним стал окрашиваться ярким белым сиянием.

Глава восьмаяУШЛЫЙ ХАЛИФ

После окончания разговора по мобильному телефону, в роскошном, украшенном под древний Восток помещении некоторое время висела полная тишина. Под настороженными взглядами, холёная, унизанная перстнями рука делала пальцами в воздухе некие замысловатые движения, словно ударяя по невидимым клавишам пианино. Это означало, что обладатель этих пальцев находится в глубокой задумчивости, и выводить его оттуда – себе дороже. Несколько человек, находящихся в том же помещении, об этом знали, поэтому сидели в креслах, стараясь не шелохнуться, ожидая пока их шеф и покровитель соизволит заговорить первым.

Наконец пальцы замерли в одной точке, а потом потянулись к мундштуку дымящегося кальяна. Одновременно с этим раздался приятный баритон Рифаила:

- Что-то тут не так… Звонок несколько выпадает из сиюминутной необходимости.

Явные размышления как бы давали команду к обмену мнениями, и родной племянник халифа, уже несколько лет подвизающийся в дядином бизнесе, бросился показывать свою сообразительность:

- Вполне нормальный ход. Светозаров логично волнуется и предупреждает несколько заблаговременно о возможной дате обмена.

- Вот именно, что «несколько»! – нравоучительно изрёк халиф. – По существующим понятиям, при подобном требовании выкупа, лишних звонков делать не стоит никому, а если и делается, то уже последний, конкретный и всего лишь за пару часов до часа икс.

- Как же тогда с проверкой и личным разговором? – удивлялся племянник. – Ведь в любом случае Торговец пожелает основательно переговорить с сестрой перед обменом и убедиться что она в полном здравии. И только тогда начнёт оговаривать окончательные условия обмена.

- Условия буду диктовать я! – Рифаил глубоко затянулся и выпустил перед собой густую струю дыма. – И он это прекрасно понимает. Здесь я уже всё продумал до мелочей, и обмен пройдёт по намеченному сценарию. Больше всего следует опасаться излишней подозрительности со стороны Торговца, а именно: он может заставить сестру снять с себя всё, до последней нитки ещё находясь вдали от него. Если он поставит такое условие, мы окажемся в довольно затруднительном положении с уничтожением объектов.

- А может это и к лучшему? - встрял в разговор худющий, измождённый на вид человек, который состоял на должности казначея рода. – Всё-таки грех уничтожать курицу, несущие золотые яйца. Уже сейчас ты рассчитываешь на выкуп, достигающий в сумме двадцати миллиардов, а какие выгоды может принести дальнейшее сотрудничество?

- Не смеши верблюдов, Гавир! – губы халифа презрительно изогнулись. – Этих денег хватит всему роду на вечные времена. Не стоит жадничать. Да и вообще, как бы мы поступили с противной стороной на месте Торговца?

- Да это понятно: уничтожили бы при первой представившейся возможности, - вздохнул казначей. – Но всё-таки…, иные миры! Это – нечто совсем иное.

- А то я не хочу туда попасть! Но, увы! Следует реально смотреть на этот мир, а не замахиваться на всё сразу. Тем более что у нас впереди ещё будут и новые возможности и средства со временем. Обязательно покопаемся в останках Торговца, может отгадку на его умения даст иной состав крови или особенная конструкция печени. Впоследствии по образцам можно будет начать поиск таких же существ по всему миру. Если родился здесь один, то и второй отыщется обязательно.

Ещё один присутствующий в помещении мужчина, являлся почти точной копией на доброго чуковского доктора Айболита. Разве что восточный халат смешивал образ со стариком Хоттабычем. Но его раздел деятельности как раз и заключался в рамках медицины, лабораторных исследований самого широкого спектра, ну и прочих научных разработках. Хотя в семействе халифа к нему обращались только словом суфий Талет. Вот как раз этот суфий Талет и напомнил жутко скрипучим голосом, совершенно разрушающим образ добряка Айболита:

- Вряд ли они такими рождаются. Баснословно громоздкие исследование тела и всех его составляющих органов Елены – ничего нам не принесли. Так что моё мнение однозначно: редкостная, и совершенно случайная мутация. Второго такого случая можно не отыскать даже во всей Вселенной.

- Когда у нас будет два тела, - словно про использованные газеты рассуждал Рифаил, - То можно будет сделать сравнительные анализы. Тем более что для этой работы мы подключим лучших учёных и самые знаменитые институты мировой науки. – Зная, насколько штатный доктор рода ревниво относится к другим подобным себе специалистам, халиф покладисто добавил: - Конечно, суфий Талет, все они будут работать только под твоим руководством и присмотром. Да и тебе в полную власть купим наилучший научно-исследовательский академический центр.

Суфий счастливо заулыбался, хотя голос от этого не стал менее скрипучий:

- Всё-таки я бы предпочитал работать не с трупами, а с целыми и жизнедеятельными организмами. Никак нельзя что-нибудь придумать в этом плане?

- К сожалению! Ты ведь сам видел видеозапись исчезновения Торговца с площади в момент захвата. И нож вонзился, и дырки на теле от пуль появились, а всё равно он успел куда-то шагнуть, исчезнув словно мираж, а вскоре появиться живой и невредимый. Так что его живучесть и «всепроникновенность» – для нас наибольшее зло и опасность. А уж про его опыт, вкупе с невероятными умениями и подозрительностью – никогда забывать не стоит.

- Да вы, дядя, только об этом случае на площади и напоминаете, - позволил себе по-родственному выразить некоторое недовольство племянник. За что был тут же поставлен на место:

- А ты слушай и учись! Иначе отправишься ишаков пасти! В лучшем случае… До моего опыта предвидения – тебе ещё словно к Луне на четвереньках. – Дождавшись подобострастного кивка, халиф продолжил с озабоченностью: - Вот потому мне и последний звонок Торговца очень не нравится. Создалось такое впечатление, что он очень осторожно пытается нащупать наше местоположение.

Казначей нервно сглотнул:

- Ох, неужели и здесь мы не находимся в полной безопасности?

- Гавир, тебе ли не знать, что нет таких хранилищ или подземелий, куда не смогут пробраться фанатично жадные до чужого добра воришки. Но если против воров у нас есть все техническое, военное и психологическое вооружение, то против существа с легкостью, шастающего между мирами, мы даже не знаем, как бороться. Только тотальное сохранение тайны может спасти нас от нежелательного визита смертельно опасного гостя. Иного мнения не дано.

- Нас может кто-то предать? – продолжал нервничать казначей. – Не лучше ли было убрать много знающих исполнителей?

Рифаил встал, и в задумчивости несколько раз прошёлся по помещению, в котором даже окон не было. Потом замер на месте, подвигал интенсивно бровями и опять потянулся к мобильному телефону со словами:

- Иных уж нет, а вот Лысый…

После двух длинных гудков, он дал отбой. По уговору Лысый должен был взять трубку, отозвавшись, лишь после повторного звонка. Но теперь вместо телефона в руках халифа оказался пульт дистанционного управления, на котором тот произвёл несколько манипуляций. После чего горестно вздохнув, пожаловался окружающим:

- Ну вот, ещё на одного старого товарища стало меньше. Кто же мной в глубокой старости опекаться станет?

Судя по странному блеску в глазах родного племянника, надеяться на доброту и заботу родственников, халифу не стоило.

Глава 2

Глава девятая

ОПЕРЕЖАЯ ВСЕГО НА ПОЛШАГА

После телефонного разговора с халифом, чета Светозаровых на короткое время вернулась в графский домик, в столице Рилли. Введя обнаруженное льюпером направление, по которому следовало искать недавнего собеседника, довольно быстро высчитали нужный азимут, проложили по карте прямую линию и получили примерный результат. Примерный, потому что рядом с линией имелось сразу три точки, в которых гипотетически и мог находиться Рифаил со своей бандой.

Причём все три места довольно примечательных.

- Скорей всего они обосновались в посольстве! – сразу заявил Пётр, которого весьма расстраивало его положение временного инвалида. – Надо выковыривать оттуда всех и сразу.

Сильва склонялась к иному мнению:

- Сомневаюсь, что главарь шантажистов выберет для укрывания Елены именно такое заметное место. Зато вот этот отель на берегу озера, подходит намного лучше. В подобном пункте, под видом постояльцев могут находиться любые вооружённые формирования.

- Не обязательно, - возражал ей Василий. – Тем более что допрашиваемый Теодоровичем пособник Лысого просто указал: «…Что Рифаил там бывает редко и только для контакта с владельцем отеля. Владелец служит неким почтовым ящиком для сбора и передачи разнообразной информации…»

- Действительно, отель хорош для тайных встреч с курьерами и прочими мелкими сошками, - стала высказывать своё мнение госпожа Маурьи. – После чего ткнула пальчиком в медицинский профилакторий в гористой местности: - А вот здесь они могут прятать кого угодно и как угодно долгое время. – Дана при этом тоже сослалась на слова пленённого преступника: - «…Там излечивают раненых боевиков, пострадавших при различных авариях и ведут профилактическое медицинское обслуживание…»

- Могут ещё и вот на этом складе, - добавил Казимир Теодорович. – Тоже весьма удобное и примечательное место. Там можно хоть завод, хоть полигон устроить.

Торговец к тому времени уже внимательно запомнил ориентиры всех четырёх объектов по панорамной спутниковой карте и вновь стал готовиться вместе с Александрой к прыжку:

- Ничего, главное чтобы он где-то там оказался и льюпер не ошибся в направлении. А уж на таких ограниченных пространствах мы его быстро нащупает.

- Хотите сразу там оказаться? – засомневалась Дана.

- Нет. Отправимся туда, откуда наблюдение с подсмотром наиболее эффективно. Но вначале заскочим на «лёжку» Лысого и посмотрим чего там нового нарыл наш Курт. Может, какие-то новые детали помогут определиться конкретней. Не скучайте тут без нас.

Для пары ушедших в межмирское пространство людей, четыре воина вместе с комнатой растворились в мареве, завихрился сполохами разноцветный туман, а потом в неверном свете фонарика возникло несколько бледное лицо лучшего минёра «третьей». В последний момент Дмитрий так подправил «приземление», что он и его супруга оказались на прочном обеденном столе. И было от чего искать сухое место: находящееся в полумраке помещение оказалось затоплено дурно пахнущими водами почти на полметра. Первым делом Торговец добавил яркого освещения, и только потом буднично поинтересовался:

- Решил позабавиться?

- Ага! – в тон ему отвечал немец. – Захотелось принять ванну, вспомнилась русская банька…, да только тут о таком и не ведают. Сплошные отходы, вместо чистой воды.

Беглого взгляда хватало для определения: здесь недавно что-то взорвалось. Вернее не в этом помещении, а в прилегающей ванной комнате, смежная дверь которой была разнесена в щепки и как раз оттуда выносились потоки нечистот. Так и не пытаясь слезть со стола, Александра озабоченно поинтересовалась у коллеги по старому месту работы:

- А как выбираться отсюда планировал? Или ждёшь спасателей?

- Скорей всего взрыв никого не заинтересовал совершенно, так что помощников ждать не приходилось. – Курт показал собранную «на коленке» бомбу из подручных материалов: - Вот, уже собирался входную дверь открывать и наружу выбираться. Не понравилась мне здешняя банька…

- И всё-таки, кто тебе так удружил?

- Предсмертный сюрприз от Лысого и его подельников, - стал пояснять Курт, взбираясь на некое подобие низкого буфета. – Я сразу первым делом «Щупом» всё вокруг проверил, и поразился, что все оставленные телефоны полны взрывчатки. От греха подальше их собрал в одну коробку и для порядка затолкал под чугунную ванну в той комнатке с санузлом и прочим. Пока рылся да осматривался в остальных вещах, слышу, стал звонить один из телефонов. Причём слишком уж явственно в виде предварительного сигнала, только два гудка. Замер я, жду, дальше что будет. Ведь всё равно про должные действия Лысого в таком случае мы не знали… А потом и рвануло… Хорошо что разлетающиеся осколки зрения не лишили…

Все трое многозначительно переглядывались, пытаясь сообразить, что и как они сделали не так.

- Неужели Рифаил о чём-то догадался? – досадовала Александра.

- В любом случае, до получения выкупа он со мной ссориться не станет, - стал рассуждать Торговец. – Но вот обнаружить исчезновение Лысого мог. Например, тот не подал в нужное время заранее оговорённый сигнал.

Курт имел несколько иное мнение:

- А мне кажется, этот халиф просто решил перестраховаться и убрать ненужных помощников. Оборвал, так сказать, все ведущие к нему ниточки. Слишком большая игра ведётся и слишком большой куш на кону.

- Очень может быть, - согласился Дмитрий. – Тем более что ему на пятки стали наступать люди связанные либо с Павлом Павловичем, либо с его высокопоставленным подельником. А уж когда настолько огромная нажива маячит на горизонте…! В таких случаях подобные деятели никого не щадят, даже старых друзей. Ну да ладно…, отыскал хоть что-то интересное, или не успел?

- Понятно, что на тщательный осмотр времени не хватило, но даже с первого взгляда понятно: ничего кроме еды, выпивки и оружия здесь нет и быть не может. Конечно, если хочешь…

- Не хочу. Спрыгиваем отсюда, - решил граф Дин Свирепый Шахматный, и уже через полминуты вся троица оказалась в покрытом густыми сумерками лесу.

Оглянувшаяся по сторонам графиня, воскликнула:

- Монастырь! Правильно?

- Молодец, узнала, - похвалил Дмитрий, набирая номер на своём мобильном телефоне. – Теперь бы нам как можно незаметнее проскользнуть за ограду… Алло! Отец Клод! Приветствую! А…? Да с удовольствием! Мы как раз и решили в гости наведаться. Только вы уж откройте нам калитку со стороны леса, чтобы мы там не слишком на глазах у дотошных журналистов маячили… Да-а? Тоже неплохо, но мы всё равно лучше с чёрного входа проскочим.

Положив телефон в карман и уверенно двинувшись в сторону обители Жёлтых Грёз, Дмитрий пояснил, в основном для супруги:

- Адвокаты отработали свои деньги с лихвой: теперь в этот лес боятся не то что журналисты заходить, но даже простые грибники держатся от греха подальше.

Чем ближе они подходили к высоченной громаде забора, тем больше доносился разноголосый шум, который обычно царит в школьных дворах во время большой перемены. Сжато пересказывая Курту все перипетии перемещений детей из мира Зелени на Землю, графиня Светозарова несколько обеспокоенно добавила:

- Вроде как и время ужина прошло, должны ко сну готовиться как сорванцы-целители, так и опекуны-родители.

- Не забывай, - оглянулся на это супруг. – Монастырь всё-таки маловат для полноценного размещения такой оравы людей. Вот ребята и оттягиваются на свежем воздухе.

Уже с улыбкой, но шёпотом и по секрету Александра поведала товарищу:

- Он им разрешает творить что угодно, сейчас полюбуешься.

Тот в ответ тоже перешёл на шёпот:

- А с оружием что делать?

- В самом деле! Чуть не забыли! Убирай всё из вида, и следи за сталью в оба. И вовсе не потому, что оружие вообще прятать следует, а потому что эти шалуны тебя в два счёта разоружат и побегут с трофеями играться.

Курт сноровисто попрятал пистолет, ножи во внутренние карманы и отделения своей экипировки. Тем временем стальная калитка в заборе приоткрылась и оттуда выглянула голова одного из монахов. Торговец сразу опознал его, тем более что сам когда-то лечил и спасал от смерти:

- Стивен, привет! Как вы тут поживаете?

- Прекрасно, Дмитрий! Это если не сказать: сказочно! – монах пропустил гостей внутрь, не переставая тараторить ни на мгновение: - Здесь такие чудеса творятся, что мы на седьмом небе от счастья и восторга. Только то, что мы узнали и подучили за последние дни, совершенно меняет все понятия о мироустройстве! Ко всему прочему ребятки весь окружающий лес почистили, и массу подслушивающих и подсматривающих устройств обнаружили. Все ликвидированы! Так что теперь за нами никто посторонний не следит. Кстати, настоятель сам не стал спешить к калитке, ждёт вас в обители. Иначе вся ребятня сразу бы догадалась, и сорвались вас встречать…, - словно издеваясь над его словами, из-за хозяйственных построек с радостными воплями выплеснулась бегущая навстречу волна младшей детворы. За ними, более солидно трусили старшие ученики академии. – Ну вот, всё равно почувствовали, экстрасенсы малолетние…

Через секунду троих посетителей окружила плотная стена радостных лиц, не стесняющихся громких, приветственных восклицаний. Причём отношение со стороны детей сразу разделилось на три вида. Курту достались заинтересованные, оценивающие взгляды. Александре - несколько настороженные и ревнивые. Без всяких слов становилось понятно, что ей попросту завидуют: жена, да плюс ко всему от своего супруга почти ни на шаг не отходит. Ну а графу достался сплошной восторг и любовное почитание. Почти каждый ребёнок пытался привлечь к себе внимание криком или восклицанием, дотянуться рукой, а то и, обнимая, забраться на плечи.

Такого отношения Александра не заметила даже в Свирепой долине, и у неё тоже от непроизвольной ревности ёкнуло сердечко. Но глядя с каким искренним восторгом Дмитрий раздаёт ответные приветствия, женщина миролюбиво вздохнула и внутренне себе пообещала приложить все свои усилия, чтобы добиться от этих недавних сирот хотя бы половины такого уважения и любви. А потом и прислушиваться стала к начавшемуся диалогу и хлынувшему потоку просьб. И самая главная просьба прозвучала от Сафы Зайтлера, восемнадцатилетнего Маурьи, ответственного за соблюдение внутреннего режима и распорядка:

- Ваша светлость, когда вы нас возвратите в академию?

- Мы ведь столько занятий пропустили! – сердилась его напарница Тренди, тоже Маурьи и тоже назначенная присматривать за своими младшими коллегами.

Казалось бы, это только старшим хочется быстрее вернуться в Свирепую долину, но и младшие детишки застыли, затаив дыхание и дожидаясь ответа. Граф Дин попытался отшутиться:

- Молодцы! Вот бы все ученики так стремились к усвоению знаний и рвались в классные аудитории! – но заслышав недовольный гул вокруг, сразу миролюбиво развёл руками. – Придётся ещё парочку дней потерпеть. Сами понимаете, насколько на Земле всё сложно и запутано.

- Ну ладно, пусть не всех, - не сдавалась Тренди, - Хотя бы половину отправьте.

- Мм…? – не сразу понял Торговец.

- Хорошо, пусть не половину, - поддержал подругу Сафа Зайтлер. – Можно и треть. Обиженных не будет, выбирать не придётся. Мы уже и жребий разыграли, каждому номер достался, что для первого варианта, что для второго.

- Вот вы какие, предусмотрительные, - Торговец огляделся вокруг, стараясь выглядеть строгим и подозрительным: - Тогда наверняка у вас прошёл розыгрыш и на тот случай, если я отправлю каждого десятого?

Несмотря на недовольный гул голосов, один из самых младших детей не смог спрятать на лице радостного выражения и даже дёрнул рукой вверх. Мол, я, я всё равно попадаю по жребию на отправку. Правда старшие коллеги сразу на него зашикали и постарались заслонить своими спинами, но явно запоздали со своими действиями. Дмитрий продолжил в показных раздумьях:

- Десятая часть - это всего пять человек…

- И три десятых, - подсказала ему Тренди. – А так как человека делить нельзя, значит надо округлять до шести.

- Вот оно как! Ну ладно, тогда округлим…, до одной трети. Итого восемнадцать человек…, может быть! – прикрикнул он, стараясь унять поднимающийся крик радости. – Может быть черед часик, полтора я и успею отправить их в Свирепую долину. Так что кому там повезло при жребии, пусть соберут свои вещички и будут на всякий случай готовы в подвальном помещении. Если мы уйдём без них, значит обстоятельства не позволили сделать перенос. Следовательно, все чинно и без обид возвращаются по своим кельям. Понятно? Тогда разбегайтесь.

Отец Клод встречал гостей в холле монастыря с распростёртыми объятиями:

- Как прошла ваша первая свадебная неделя?

- Да нам порой вспомнить об этом некогда, - пожаловалась Александра. – События мелькают как в калейдоскопе, а время пролетает со скоростью ветра несущегося в турбине сверхзвукового лайнера.

- Зато как красиво звучит, - восхитился настоятель монастыря. – Да и у нас в последние дни течение жизни ускорилась раз в десять. Кстати, тут мы уже стол для чаепития накрыли…

- Нет, уважаемый, - вежливо оборвал его Торговец. – Нам как всегда жутко некогда, и надо немедленно уединиться в нашей любимой келье.

- Как пожелаете…

- Может позже минут десять выкроим… А вот наш товарищ, его зовут Курт, с радостью составит вам компанию во время чаепития. Я думаю, вам будет о чём поговорить.

Оставив минёра в компании настоятеля и нескольких монахов, графская чета поспешила на второй этаж, где для них так и оставалась незанятой облюбованная для «медитаций» комнатушка. Естественно, что несколько учеников академии и там попытались приостановить Дмитрия как вопросами, так и попыткой поделиться своими впечатлениями, но их главный опекун, благодетель и попечитель деликатно, но весьма действенно сумел убедить детей в своей чрезмерной занятости и закрылся с супругой в келье. Когда засов оказался задвинут и влюблённые уже усаживались на скамейку, Александра выразила своё удивление вслух:

- Как тебе только удаётся? Ты вроде их и балуешь неимоверно, и в то же время они тебя слушаются с полуслова. Гипноз?

- Сама подумай, что говоришь. Разве можно таких как Маурьи, а то и Арчивьелы подвергнуть гипнозу? Да целители обоих уровней сами кого угодно не только усыпят, но и вообще психику, мировоззрение перенастроить могут. Вон посмотри, насколько монахи за короткое время изменились.

- Так быстро глубинные изменения заметить трудно.

- Тем не менее… Ладно, давай к делу. Ты пока просто сидишь и меня придерживаешь, а я отправлюсь на предварительный просмотр сам. Как только замечу нечто интересное, сразу присматриваю створы и подходы для нашего парного присмотра и возвращаюсь за тобой.

Александра лишь согласно кивнула, глядя как глаза её любимого закрываются и догадываясь как его сознание уже несётся по намеченным к просмотру местам.

Для Торговца существовало два вида просмотра: одиночный и парный. В одиночном он просматривал пространства со скоростью слишком большой, около пятидесяти километров и выше. Тогда как в парном просмотре мог вестись подсмотр сразу с напарником с медленной скоростью, а то и зависая на одном месте. У каждого варианта имелись свои плюсы и минусы. Например, при парном подсмотре, при отсутствии створа между мирами во время появления части лиц «где-то там», слышался грохот. Порой весьма сильный. К тому же лица могли заметить и нанести через них подсматривающим людям значительный физический ущерб. Зато всё можно было идеально рассмотреть при наличии освещения и прослушать в любом случае.

При одиночном просмотре – самым громадным минусом была чрезмерная скорость. Приходилось метаться сознанием по кругу, возвращаясь допустим в одно и то же помещение раз в двенадцать секунд. Так и не услышишь ничего, да и подсмотреть успеваешь лишь некоторые эпизоды. Именно для замедления этой большой скорости Торговец и использовал обитель Жёлтых Грёз, которую окружал и накрывал странный энергетический купол жёлтого цвета. Благодаря ему, движение при одиночном просмотре проходило в несколько раз медленнее, а круг удавалось сделать меньшего диаметра, что давало неоспоримые удобства.

Теперь, после того как улетевшие в свою вселенную хаерсы дали некоторые пояснения, стало понятно, что подобные купола как раз и создавались для привлечения к ним именно Торговцев. Другой вопрос, что над Чёрным Монолитом купол был несколько иного цвета, а почему он над обителью именно жёлтого – ещё следовало выяснить. Как предположил Светозаров, скорей всего кто-то давно установил под землёй некий агрегат, который продолжает своё функционирование уже многие столетия, пережив при этом самих создателей. Понятно, что в нынешней запарке проводить ещё и дополнительные исследования, а скорей всего и крупномасштабные раскопки – дело немыслимое. Спасение Елены сейчас стояло на первом плане.

Именно отыскать сестру и мечтал Дмитрий Светозаров в данном своём одиночном подсмотре. Обозначенные в его памяти ориентиры сразу четырёх зданий, а также логические выкладки давали вполне реальную надежду на положительный результат поиска.

Первым у него на пути стояло здание лечебного стационара-профилактория. Пожалуй самое громадное здание, если учитывать все, раскиданные среди громадных деревьев строения. Пришлось изрядно «помелькать» во всех освещённых комнатах многократно, а потом ещё тщательно прочесать все гипотетические подземные пустоши. Подвалы и там оказались, даже несколько освещённых попалось. Но там царило вполне соответствующее для данных мест уныние и серость. Никакой охраны, никаких наблюдателей и уж однозначно: никаких пленниц.

Следующим на очереди оказался отель. То самое место, которое по утверждениям захваченного в плен бандита использовалось как огромный почтовый ящик для семейства халифа Рифаила. Там подозрительных помещений оказалось не в пример больше. Причём некоторые из них оказались в полной темноте, и как раз часть этих помещений охранялись угрюмыми, молчаливыми и нахмуреннымиличностями. Мало того, у нескольких охранников Дмитрий сумел рассмотреть на головах незадействованные пока очки и приборы ночного видения.

А это показалось самым опасным. Похоже, спецслужбы халифа как-то нащупали одно из слабых мест Торговца. То ли случайно, то ли целенаправленно, но они догадались во время встречи с оценщиком драгоценных камней, что вездесущий ходок между мирами не силён там, где ничего не видно. И готовились предельно этим воспользоваться. Если уже не воспользовались! Ведь разобрать или подслушать, что творится в пустующих подземельях Дмитрий не смог. А в свете появления приборов ночного видения у противников даже парный подсмотр теперь становился слишком рискованным. Вдруг они с Александрой попытаются заглянуть в пустоты, а их там уже ждут внимательные сторожа, держащие указательные пальца на автоматных спусках? В этом случае даже ответное использование подобных приборов мало чем поможет. Следовало немедленно менять всю тактику и стратегию подсмотра. Или придумывать нечто совершенно иное.

Как это «иное» может выглядеть, Дмитрий пока себе не представлял. Но на этот раз с немалым сердечным волнением подался на осмотр третьего объекта. Того самого посольства, под прикрытием которого халиф Рифаил мог проворачивать свои чёрные делишки. И уже на этом, третьем по счёту объекте стало понятно: там точно кого-то прячут. А что ещё можно подумать, если все подвальные этажи полностью затемнены, а входящие туда дежурные или охранники, сменяющие себе подобных, все поголовно имели на себе приборы ночного видения? Мало того, ещё и треть внутренних помещений посольства ограждались режимом полного затемнения. Хотя и в них, после пятиминутного «мелькания подсмотром» можно было заявить, люди имелись.

На предварительный просмотр, Торговцу в предпоследнем месте понадобилось почти четверть часа. Ещё минут пять он потратил на склад, но там вроде как царила рабочая суматоха, было слишком многолюдно и разбираться «мельканием» в происходящем было бы слишком сложно. Да и прятать тут кого-то халиф бы не рискнул.

В итоге, когда разведчик вернулся в монастырь, не мог сообразить, как действовать дальше и что предпринять.

- Поверь, в посольстве и отеле нам даже не стоит рисковать парным подсмотром, - сделал он заключительный вывод, после того как тщательно пересказал всё увиденное супруге. – Все освещённые пространства осматриваются как минимум двумя наблюдателями от пола до потолка. Наши любопытные носы со лбами – сразу заметят.

Александра с азартом включилась в рассуждения:

- Зато полдела сделано: место, где содержится Елена – найдено!

- Не стал бы утверждать так однозначно…

- На отель слишком не оглядывайся, там только собираются вводить режим затемнения. Да и то, скорей лишь в том случае, если туда перебросят твою сестру при запасном варианте.

- Она может уже там находиться.

- Всё равно следует начинать именно с посольства. Мне кажется организовать «тёплую встречу» всем пленникам будет несложно. Ведь опыт переноса и обезоруживания целого каравана у тебя имеется.

- Здесь совсем другой случай, - отрицательно качал головой Дмитрий. – Не забывай про заминированные ловушки, пример: тот же Лысый. А если я не имею возможности хотя бы контурно рассмотреть опасный предметы и отсечь их во время переноса, то о безопасности транспортируемых людей не может быть и речи. Нам следует изначально устранить любой риск.

- Давай тогда захватим одного, а то и десяток «языков», допросим их экспресс методом и получишь более детальную картину.

- Здесь такое получение инфы не пройдёт. Лишь только один человек из персонала или охранников исчезнет, как халиф может запустить программу тотального уничтожения всего посольства. Ведь Лысого хотел устранить однозначно. Тем более что главного организатора вымогательств, я ни там, ни в отеле не заметил.

- Может льюпер и в самом деле ошибается? А Рифаил невесть где обретается?

- Вряд ли. Для уверенности мы можем устройство экспериментально проверить с любыми иными, совершенно ничего не подозревающими абонентами. Чуть позже попробуем…

- Давай хотя бы хоть кого-то попробуем подслушать, - предложила Александра. – Если не в отеле, то уж в лечебном центре наверняка кто-нибудь проболтается.

- Польза может быть и от этого, но нас жутко поджимает время. Ты себе только представь: мы подслушиваем и подсматриваем несколько часов, а толку при этом никакого. Никто так ничего дельного не сказал.

- Да…, печально будет…

- Вот именно. Поэтому надо срочно придумать нечто более действенное и кардинальное. Какие будут предложения?

- Пока только одно из двух: ты смог бы использовать шокер, либо одновременно усыпить всех людей, как в посольстве, так и в отеле?

- Хм! Намекаешь на прибор массового усыпления?

- А то ты сам о нём не вспомнил.

Хаерсы и такое чудо оставили, хотя выглядел прибор достаточно объёмно и занимал пространство в виде громоздкого сундука. Между собой графская чета его сразу так и окрестила: «сундук». Испускаемые из него лучи в мгновение ока валили с ног любое теплокровное создание, вводя его в крепкий сон. Причём лучи имели разный захват по ширине и действовали на расстояние до двадцати километров. То есть при желании можно было усыпить одновременно огромный город. Именно это и имела в виду графиня Светозарова, когда добавила:

- Посольство и отель почти рядом. Можно усыпить всех в том квартале, а потом спокойно всё рассмотреть.

- Если бы у нас было сразу два «сундука», мы бы так и сделали. Действуя точечно на два объекта. Ещё лучше: на все три одновременно. А так, создать аналог устройства или нечто подобное в скором времени, нам никак не светит. – Дмитрий даже досадовал на то, что его жена не осознаёт всех опасностей и последствий такого действа: - Ты себе только представь, сколько людей рухнет с ног на таком огромном пространстве. Продолжат нестись неуправляемые автомобили, прикоснутся со смертельным напряжением работающие электрики, перемелют застывшие тела линии эскалаторов и закрывшиеся лифты. Я уже не говорю о том, что в самом нужном нам здании кто-то просто свалится с кресла, тем самым спровоцировав цепную реакцию взрывов. Опять-таки вспомни пример…

Александра к тому времени подняла ладошки вверх и покаянно воскликнула:

- Про Лысого больше не упоминай! Я всё осознала и больше так не буду. Но тогда я ни на что больше не способна. Ничего путного больше в голову не приходит кроме как лично подкрадываться к каждому охраннику и с помощью шприца с толстенной иглой парализовать каким-нибудь ядом.

- Да уж! Верный, хоть и весьма медленный способ, - грустно закивал Торговец. – Зато надёжный… И не смертельный, в итоге… Даже для своих…, - после чего он ожесточённо зачесал левый висок ногтями, явно пытаясь что-то припомнить: - М-да! А ведь есть нечто созвучное, есть!.. Всё-таки идею ты подала правильную: паралич! И про шокер хаерсов правильно напомнила. Теперь только и надо будет, что узнать всего лишь два секрета…

Повисшая пауза тянулась недолго. Слишком уж Александре не терпелось узнать, в чём суть дела и что это за секреты:

- Ну! Чего молчишь как рыба? Только губами шевелишь. Мне тоже твои мысли послушать интересно. Э-эй! Дорогой! Отзовись! Чем тебе так понравился шприц с ядом?

Дмитрий поднял на неё несколько отрешённый взгляд, возвращаясь к действительности:

- Совсем не шприц, и совсем не с ядом. А нечто совсем иное… Но! Суть действия сродни моментальному удару «сундука», который оставили хаерсы… Ну или шокеру.

- Можешь выражаться более конкретно?

- Да, да, конечно… Есть определённый газ, который проникая в лёгкие в течении хотя бы пяти минут создаёт определённую почву для единовременного паралича основного опорно-двигательного аппарата. То есть человек только и сможет, что через раз дышать, да относительно слышать и видеть. Ну, может, ещё обонять… Паралич охватывает тело ненадолго, минут на десять, но мне кажется этого времени должно вполне хватить для захвата и разминирования всё того же злополучного посольства. Импульс для паралича даёт направленная магическая формула, которую нам следует узнать, а сам состав газа – это уже вторая тайна. Итого две…

- Мне что, каждое слово из тебя вытягивать? – уже сердилась супруга. – Кто знает эти тайны и где этот человек находится?

- В том то всё и дело, что знающий секреты создания этого газа – наиболее неприятный и опасный человек, с которым я бы хотел встречаться в самую последнюю очередь. И живёт он в мире Кабаний.

- Купидон Азаров? – с кислым выражением на лице протянула графиня. – Однако! Если накопители мы у него могли и сможем реквизировать без особого труда, то такими магическими тайнами он в любом случае делиться не станет. Верно? А если взять его в плен и допросить как любого иного разбойника…?

- Никак не получится! – закончил за неё Торговец. – Тысячекратно раз опасней, чем поцеловаться с гремучей змеёй. Если не хуже.

- То есть он может поделиться этими секретами только добровольно? Или продать нам за очень большие…, камни или иные средства платежа?

- Вот я и думаю вначале, как вообще к этому Азарову подступиться? Ведь он наверняка теперь будет первым действием прожаривать молниями любую мелькнувшую на периферии зрения тень, а уж потом разговаривать с тем, что на месте той тени останется. А во-вторых: если он и согласится продать нечто, то за такие немыслимые средства, что мне страшно становится. Как бы нам не пришлось весь собранный за Елену выкуп этому страшному колдуну отдать. А сама понимаешь, на это я пойти не могу: возможности для спасения сестры надо разыскивать иные, а выкуп держать на самый крайний случай.

Александра не унывала:

- А вдруг ещё кто-нибудь в Кабаньем знает об этих секретах? Или могут продать оба раздельно?

- Да нет. В том-то и дело, что про этот газ и магическую формулу воздействия на него знают в Кабаньем все иные маги, и поголовно при этом только и ссылаются на Купидона. Дескать, это – одно из уникальных средств воздействия великого колдуна против своих оппонентов. По легендам, таким образом фактический властелин упокоил несколько армий, пытавшихся завоевать его поместье. Так что вот я сижу и думаю: не рано ли я обрадовался? Стоит ли нам отвлекаться и тратить время на торговлю с этим гнусным человеконенавистником? Если здраво рассуждать, то Азарова легче уничтожить, чем вытянуть из него такую важную тайну.

Понятно, что никто лучше Торговца не знал его возможностей по захвату и пленению любого живого существа. Тем более что он лучше всех изучил истинную силу колдуна Азарова, совсем не напрасно опасаясь даже сделать попытку приблизиться к такому человеку. Если первый раз у них подобное получилось вполне легко, во второй чуть не закончилось гибелью, то в третий раз лучше не рисковать. Именно это он и пытался внушить своей супруге, но та ещё долго не могла успокоиться, предлагая самые различные и хитроумные планы захвата. Но все они были раскритикованы и отвергнуты.

Зато в споре Александре в голову пришло более удачное продолжение идеи с «сундуком»:

- Слушай, Дима! А ведь мы можем использовать сонное устройство хаерсов только в одном здании. Конечно, после того как определимся окончательно. Для этого только и надо что правильно выбрать иную точку в пространстве между тремя объектами и позвонить халифу оттуда.

Светозаров моргнул глазами от восторга:

- Шура, ты – гений! Как мы сразу не подумали? – но тут же скривился от очередных размышлений: - Только боюсь второй неожиданный звонок, ещё и в такой короткий период может быть вообще проигнорирован.

- Вряд ли. Куш для Рифаила слишком большой. С какой ему стати играть в молчанку?

- Тогда следует придумать исключительный повод для звонка. Вернее даже для двух звонков: второй необходим для стопроцентной гарантии определения местонахождения халифа.

- Вот и придумай! Тебе лучше знать, на что лучше клюнет жадный вымогатель.

- Жадный – это однозначно. Но и осторожный, до невероятности. Тут предложения просто так не пройдут… А вот некие серьёзные обвинения…

- Точно! Лучшая защита – это нападение, - тут же ухватилась за эту мысль опытная агент. – Обвини его, например, что твою штаб-квартиру атакуют некие воинские формирования, весьма похожие на подручных халифа. И говори коротко, сердито: льюперу хватает десяти секунд для определения.

Дмитрий прикрыл глаза, мысленно представляя себе подробную карту нужного района. Искомые места, откуда следовало звонить оба раза, определил быстро. Также быстро, коротким просмотром проверил эти места и отыскал ближайший створ для более бесшумного перехода. Стык между мирами оказался довольно близко, так что после переноса в глухой двор одного из домов, останется пройти метров пятьсот. А потом вернуться в противоположную сторону примерно на один километр. Как раз получится необходимая пауза, во время которой якобы рассерженный Торговец выяснит непричастность людей халифа к нападению и даст короткий отбой вместе со сжатыми обвинениями. Но при этом возникала иная проблема, о которой пришлось напомнить супруге:

- Ты ведь помнишь, что отсюда я могу уйти, а вот пробраться назад - нет. Так что пора нам экономить энергию в кристаллах. Да и мы вдвоём на улицах города быстрей привлечём к себе ненужное внимание. Отлучусь сам, а ты иди к калитке в заборе монастыря и там жди моего возвращения. Я условно стукну нашим кодом.

- И долго ждать? – Александра недовольно хмурилась.

- Наверняка уложусь в двадцать, максимум в двадцать пять минут.

- Димочка, я буду волноваться. Возьми меня с собой…, ты ведь обещал…

От таких жалостных просьб на душе у Светозарова заскребли кошки, но он сумел собраться духом и весьма строго отказать супруге:

- Ничего опасного, должна сама понимать. Потом прихватим детей и отправимся в мир Зелени.

Когда он исчез с некоторым грохотом, Александра печально вздохнула, и отсчитывая непроизвольно секунды, покинула уютную келью. В холе первого этажа её встретило удивлённое восклицание настоятеля монастыря:

- О! Пришла попить чайку? А почему сама?

- Дима скоро вернётся… А мне нужен ключ от калитки, чтобы его встретить.

- Стивен! – крикнул в сторону столовой отец Клод, и когда монах появился быстрым шагом, отдал распоряжение: - Проводи сударыню к задней калитке и поможешь открыть, когда скажет.

- Да я и сама справлюсь.

- Э нет! Там со всей силы плечом прижимать надо, - стал объяснять Стивен. – Мы ведь вон какой высоты сверху забор пристроили! Нижний фундамент и не выдержал местами, дал трещину. Косяк калитки чуток перекосился, вот замок и приходится открывать, помогая солидной массой тела.

- Ну и мало ли что, - добавил настоятель, - Стемнело уже, вдруг помощь Стивена понадобится.

- С этими проблемами мы и сами справимся, - улыбнулась Александра, демонстративно похлопывая себя по внутренним карманам сюртука. – Пусть только какой наглый грибник к нам сунется.

- А грибов нынче вообще нет, - стал жаловаться словоохотливый монах, провожая красавицу на монастырский задний двор. – Сухо слишком. А вот раньше бывало…

Вся ребятня уже находилась в здании, и только на вышке возле ворот прохаживался вооружённый дежурный.

Глава десятая

НЕДЕТСКАЯ ИЗВОРОТЛИВОСТЬ

Еще отсчёт только начался, а Хорис Тарсон уже интенсивно пытался отыскать вариант для своего спасения. Он прекрасно понимал, что помощи со стороны ждать бессмысленно: никто его не подтолкнёт и никто не запустит в голову огромным яблоком. Да и не факт, что в данном случае удар чем-то тяжёлым по голове позволит сдвинуться хоть на несколько миллиметров: магический кокон силы обжимал со всех сторон хоть и мягко, но до жути уверенно. Как ни странно, но осознание этого не ввело юношу в панику, а заставило соображать ещё интенсивней.

«Если там и в самом деле хищники, то для меня самое главное: спастись любой ценой и забежать во внутренности замка. А для этого следует облегчиться максимально! Маяк придётся бросить сразу!»

Хотя гипотетически именно внесённый в замок маяк и давал тот шанс для спасения, о котором следовало мечтать. То есть должен был установиться канал между двумя порталами, и диковинное кресло Азарова приняло бы на себя тело мальчика. Но с другой стороны, лишних восемь килограммов заплечного груза, могли сказаться на скорости движения и стать фатальной преградой к спасению. Последним проблеском сознания в этом мире, Хорис успел подумать, что если он спасётся, то уж потом обязательно придумает, как вернуться за сброшенным маяком и доставить его куда следует. Как он понял ещё раньше, рубильник на странном кресле так и остаётся в положении «возврат», а само устройство продолжает работать чуть ли не до следующего переноса очередного «счастливчика». Так что после ознакомления с местностью вернуться будет никогда не поздно.

И как только вспышка света перестала прожигать глаза сквозь плотно закрытые веки, а давление вокруг исчезло, Хорис бесстрашно раскрыл веки и постарался осмотреться. С неким ужасом анализируя, как его тело проваливается в вихрящейся, разноцветной туманной субстанции, он первым делом приступил к намеченным всего несколько секунд назад действиям: проверил плотно ли затянута страховочная петля его оружия на правой кисти, а пальцами стал лихорадочно расстёгивать нагрудную пряжку заплечного мешка. И успел это сделать вовремя!

Как только готовые к посадке ноги коснулись чего-то твёрдого, восьмикилограммовый рюкзак с маяком соскользнул с плеч, и левая рука удержала его за лямку. А правая ладонь привычно обхватила шершавое оружие из бамбуковой палки и закреплённого на её конце стального наконечника. Уже в следующий момент любой туман и мерцание исчезли, открывая совершенно чистое и прозрачное для широкой перспективы пространство. В Кабаньем такого и близко никогда не существовало: там сиреневый, вечно клубящийся туман только и позволял, что рассмотреть предметы на двадцати, двадцати пяти метрах. Разве что высоко в горах видимость увеличивалась до дистанции в один километр. Вообще-то и здесь, за высоченным пятиметровым забором в каком-то цветном водовороте кружилось воздушное пространство, но вот весь преогромнейший двор просматривался как на ладони. Конечно колдун Азаров и об этом предупреждал, но в это слабо верилось любому человеку с самого рождения живущего в вездесущем сиреневом тумане.

Прямо перед глазами у Хориса возвышалось диковинное, многоэтажное здание замка и до его ступенек, ведущих к парадному входу, действительно было около двадцати метров. Справа и слева двор простирался метров на сто в каждую сторону и там упирался в отходящие под прямыми углами крылья забора. Сзади пространство ограничивалось метров через сорок всё тем же забором, и массивными, наглухо закрытыми металлическими воротами. На этом все приятные, вернее относительно нейтральные новости этого мира оканчивались. Начались жуткие и опасные.

Под ногами, и вообще чуть ли не по всему двору, довольно густо лежали разбросанные кости. Побелевшие от времени, они хрустели под ногами и своим видом, даже для совсем далёкого от науки анатомия юноши, слишком уж напоминали человеческие. Менее густо валялись изорванные одежды,среди которых неприятными на вид горками возвышались вещмешки с маяками. Ткань на них тоже была либо измочалена зубами, либо изъедена до трухи временем. Но не это пугало больше всего. Сразу с нескольких направлений на появившегося посланца бросилось с десяток зарычавших не то волков, не то собак с помесью шакала. До этого они просто бродили между костей, вынюхивая остатки давно отсутствующего мяса. Ещё одна внушительная стая в количестве примерно чётырёх десятков особей, поднималась на ноги именно со ступенек парадного крыльца, куда посланцу и следовало бежать в спасительную тень дверного проёма. И это было ещё не всё! Уже во время отчаянных попыток уйти от зубов шакалом и сражения с ними, из-за правого угла замка на приличной скорости выбежали те самые петухи-переростки, которые своими зубастыми пастями могли запросто откусить и руку, и ногу взрослому мужчине. Три особи этих явно кровожадных созданий, благодаря своим длинным ногам, несли во весь опор как скаковые лошади.

Все хищники, в общем, весьма напоминали те соломенные чучела, на которых посланец предварительно тренировался в последнюю неделю. Вот правда скорость их передвижения оказалась на порядок выше, и даже молниеносного взгляда хватало, чтобы понять: смерть рядом и сквозь неё живым не прорваться! Тут даже избавление от маяка ничего не даст. Тем более что о такой огромной стае, стоящей прямо на пути, и речи не шло на предварительных тренировках.

Но раз нельзя прорываться вперёд, можно ведь бежать в любую иную сторону. Знаменитая смекалка и удивительная сноровистость Хориса подсказали ему единственное верное решение в данной ситуации: мчаться к воротам! Другой вопрос, что домчавшись к ним всё равно беглеца может ждать смерть, но так хоть можно побороться с судьбой несколько лишних секунд.

Левая рука с силой метнул рюкзак с металлическим маяком в пасть приближающегося шакала справа, а наконечник бамбуковой палки со свистом смачно рассёк нос того шакала, который готовился к последнему прыжку слева. Уже почти развернувшись и стартуя с места, Хорис ощутил на лице веер брызнувший во все стороны крови убиенного им хищника. А потом его бег превратился в сумбурное сочетание прыжков, нырков, кувырков и бега со смертельными препятствиями.

Несколько раз он пригибался или уходил вперёд кувырком, вовремя уклоняясь от летящих в мощном прыжке тел. Чуть ли не десять раз пускал в ход своё оружие, весьма ловко, с завидным хладнокровием рассекая самые чувствительные места на мордах шакалов. И два раза он весьма удачно выпустил по ходу своего прежнего движения «пятна кальмара». Потому что иначе не получалось обмануть несущиеся наперерез туши петухов-переростков. Судя по звуку хлопнувшихся в чернильной пустоте пастей, петухи здорово ошиблись, но зато юноша остался без единой царапины.

А потом у него перед глазами выросли массивы вздымающихся ворот.

Пока он к ним бежал, думать было некогда. Зато когда приблизился, времени на осмотр оставалось ещё меньше: несущаяся по пятам группа хищников не схватила его до сих только лишь по причине своей невероятной скученности, они мешали друг другу сделать последний прыжок, и порой оскальзывались на своих фонтанирующих кровью сородичах. Так что последующие действия Хорис предпринял на остатках своего инстинкта выживания и последних крохах оставшегося в крови кислорода. Неведомо каким чудом глаза рассмотрели минимальные зазоры в кладке камня боковых, опорных воротных столбов, пальцы рук эти зазоры нащупали в стремлении наверх, а ноги в кожаных мокасинах ни разу не соскользнули по довольно гладкой поверхности.

Правда именно на подъёме посланник и получил свои боевые ранения. Один из шакалов успел прыгнуть и достать икры беглеца когтями, прорвав прочные штанины так, словно те были из тонюсенькой бумаги и проделав в коже сразу пять глубоких полосок разной длины.

Что должно быть с иной стороны забора, Купидон Азаров никогда не рассказывал. Да скорей всего и сам не знал. Только благодаря этому воспоминанию в последний момент, Хорис не спрыгнул сразу на ту сторону, а просто замер на гребне, пытаясь отдышаться и размахивая своим оружием для равновесия. И правильно сделал: по ту сторону забора не было ничего!

Если конечно считать разноцветную, лениво клубящуюся дымчатую субстанцию «ничем». Причём субстанция тоже оказалась гораздо прозрачнее всё того же сиреневого дыма в родном мире. Можно было просмотреть сквозь неё вниз на дистанцию метров сорока. Именно там терялись самые последние видимые камни кажущегося теперь бездонным, уходящим во всемирную пропасть забора. Как ни странно, но и перед воротами не было ни моста, ни какой-либо насыпи, но удивляться, для чего они сделаны, было в данный момент бессмысленно. Юношу вдруг скрутила сильнейшая боль от полученных царапин, и он, вскрикнув, чуть не свалился обратно, прямо в пасти пытающихся допрыгнуть хищников.

Следовало немедленно оказать себе первую помощь, потому что кровь лилась довольно сильно. Без раздумий Хорис уселся на возвышающуюся верхнюю перемычку ворот, изорвал собственную рубаху и крепко перевязал полученные раны. О том что когти грязного хищника могут быть ещё и отравлены, он в тот момент старался не думать. Уже считая великим благом, что спасся в самую первую минуту. И только убедившись, что кровь надёжно остановлена, а ноги опять прекрасно держат его восстановившее силы и отдышавшееся тело, посланник более внимательно присмотрелся ко двору. И вовремя это сделал.

Вся свора шакалов теперь бесновалась на ближайшем к воротам пространстве. Там же между ними топталось около десятка кровожадных петухов, порой довольно бесцеремонно отфутболивая мощными лапами слишком приблизившееся мохнатое тело. Но самое главное, что никто из данных хищников не мог допрыгнуть до гребня пятиметрового забора. Но! Теперь со стороны левого угла к месту столкновения двигалось около десятка приземистых, мохнатых фигур, весьма напоминающих сильно сутулых крестьян. А сразу с обеих сторон, извиваясь по камням двора, спешило к воротам полтора десятка мерзко смотрящихся варанов. От соломенных, тренировочных чучел они сильно отличались свисающими со всех сторон кусками кожи. То ли они так линяли, то ли всегда так выглядели, но знакомиться с ними ближе желания не появилось.

Вначале казалось, что и эти два вида хищников попытаются достать человеческого пришельца, но случилось несколько неожиданное: они проигнорировали столпотворение возле ворот и целеустремлённо набросились на мёртвых, или ещё шевелящихся в конвульсиях шакалов. Таковых целей нашлось целых девять, и пересчитавший их герой, хриплым от переживаний голосом воскликнул:

- Получили, твари!? Это вам не на безвинных детей охотиться! – звук из собственного голоса показался чужим, да и звучал он здесь несколько странно, словно со всех сторон, особенно сзади ему вторили многочисленные отголоски эха. Но это всё равно успокаивающе подействовало на парня, и он ещё более громко заорал: - Ну ничего! Я вас всех уничтожу! Всех до единого!

После чего стал ещё более внимательно осматриваться по сторонам и пересчитывать хорошо видимых хищников. Те вроде пока перестали обращать на человека внимание, потому что осознали: их лишают не то корма, не то особей по единому стаду. Как это показалось ни странным для подобного зверья, но шакалы хоть и отошли немного от ворот и развернулись мордами к замку, не стали бросаться на окровавленные куски, а просто время от времени задирали свои пасти кверху и жалобно подвывали. А вот зубастые петухи поспешили к кровавой трапезе со всех ног. Отвоевав у несколько медлительных варанов два тела шакалов, они довольно быстро разорвали тушки на части и сожрали всё до остатка.

С той же скоростью отобедали мохнатые создания и хладнокровные рептилии. Ещё некоторое время все они старательно слизывали кровь и остатки внутренностей с камней, а потом с порыкиванием и шипением стали бродить кругами, общим скопом приближаясь к воротам. В итоге дошло до того, что все четыре вида хищников, теперь уже дружно возобновили попытки достать посланца на гребне забора. Но если варанов сразу можно было сбрасывать со счетов как опасность, то мохнатых, сутулистых увальней Хорис вначале испугался. Слишком уж они выглядели умными и сообразительными, когда стали внимательно присматриваться к углублениям между стыками камней, а потом и предприняли попытки взобраться на забор по примеру человека. Но несмотря на длинные когти, а может и благодаря им, у них ничего не получалось. А подсадить друг друга или подбросить, соображения не хватало.

Но только Хорис вздохнул несколько свободней, как ему с расширенными глазами пришлось вступить в бой с шакалом. Тот совершенно неожиданно для всех показал чудеса сообразительности и ловкости. Разогнавшись издалека, он вдруг вскочил на спину близко находящегося возле забора петуха, оттолкнулся от его покрытой крепкой кожей тела и прыгнул уже непосредственно на кромку забора. Хорошо, что чуток не дотянул, но, тем не менее, передними лапами зацепился вполне отлично. Ему оставалось лишь чуть толкнуться задними лапами и выбраться на узкую каменную тропу между пропастью и внутренним двором. Но выверенный удар бамбуковой палицей, и взвизгнувшая тушка упало вниз, заливая плиты двора своей кровью. Дёргающееся в конвульсиях тело с пугающей деловитостью быстро прижали к земле мохнатые и тут же стали рвать своими клыкастыми мордами.

Хорошо, что юноша не слишком засмотрелся на это действо. Второй шакал совершил аналогичный прыжок и оказался ещё сноровистее, сразу замерев всеми лапами на верхней кромке забора. Но Хорис к тому времени изготовился ещё удачнее: два удара и вторая порция корма досталась массивным петухам. Ещё одна тушка вскоре оказалась разрываема крокодильими пастями варанов. Следующая пошла на корм мохнатым. Пятая – опять досталась петухам-переросткам.

Хорису уже стало очень интересно. Даже боевой азарт пришёл: сил у него хватало, и ему показалось ещё час, два таких прыжков и от последнего шакала останутся только мокрые пятна на плитах двора. Но шестой прыгун несколько перестарался, потеряв равновесие и став заваливаться наружу. Ещё и удар лезвием по задней икре ускорил это падение и с жутким воем хищник скрылся в глубине мерцающей субстанции. Как ни странно, но этот вой полностью остановил любые атакующие поползновения всех четырёх видов. Они короткое время постояли в некоторой прострации, словно выходя из шока, а потом развернулись и побрели в стороны своего постоянного пребывания.

- Эй! Вы куда? – изумился юноша. – Собачки! Ко мне! Куда пошли? Возвращайтесь немедленно! Эй, петушки! Цып-цып-цып мои цыплята…! Вот сволочи! Оглохли, что ли?

Но сколько он после этого не кричал, никто на него больше не реагировал. Словно после дикого воя упавшего в бездну шакала, человек стал невидим и неслышим. Немного успокоившись, Хорис пустился в философствования. Причём делал это вслух, словно советовался с кем-то невидимым:

- Первую задачу выполнил. Выжил. А что дальше? Пить пока не хочется…, вроде… Эх, лучше бы не вспоминал! Сразу захотелось. Кушать?.. Ну, с этим терпимо. Думаем дальше. Что следует сделать в первую очередь? Две вещи: продвинуться в стороны и посмотреть что творится за углами замка, и… Хм, осмотреть ворота? А зачем? Знать бы в самом деле… А почему бы и нет? Ведь если их можно открыть, то…, что тогда? Ладно, посмотрим…

Понятное дело, что слезать вниз он не стал, ибо сразу понял, что второй раз он даже с большого перепугу обратно не взберётся. Повезло один раз, так зачем заигрывать с судьбой дважды. Вначале внимательно осмотрел ворота и виднеющиеся запоры с одной стороны. Затем аккуратно, по более узкой перемычке из незнакомого металла перебрался на другую сторону ворот, присмотрелся там. По всему получалось, что изнутри ворота можно было открыть. Причём открыть наружу.

Что это могло дать? При всей своей буйной фантазии Хорис представить себе не мог ответа на данный вопрос. Но размышляя о целесообразности, додумался о полной бесполезности данного рискованного мероприятия. Ну, разве что все местные хищники вдруг по доброй воле прибегут к открытым створкам и сдуру бросятся в пропасть. Если вспомнить о жутком вое упавшего в бездну создания, то о таком мечтать не приходилось. Вон как испугались все кровожадные твари, даже про человека забыли.

Значит, теперь следовало двигаться по гребню забора дальше.

Что с его выработанной за последние годы ловкостью и чувством равновесия не составила для юноши особого труда. Правда несколько напрягала в неверной дымке пропасть по правую руку, но ведь необязательно туда пялиться всё время. Тем более что красота замка притягивала взгляд гораздо сильнее.

Уже через несколько метров пути, Хорис рассмотрел на другой стороне забора, идущей перпендикулярно, точно такие же ворота. Сразу их увидеть мешала круглая башня. Таких башен виднелось две на переднем плане и две верхушки на заднем. То есть все чётыре башни диаметром более десяти метров каждая, симметрично примыкали к углам квадратного замка и возносились гораздо выше всех остальных шпилей, коньков крыш и башенок.

Продвинувшись ещё чуть дальше, наследник рода Тарсон окончательно убедился в симметричности всего замка и окружающей его стены. По крайней мере и с той стороны виднелся точно такой же по размеру двор, а напротив ворот точно такое же крыльцо парадного входа с ведущими к нему ступенями. Только вот второй двор охраняли петухи-переростки, и белеющих костей здесь виднелось гораздо меньше. Некие холмики, напоминающие брошенные маячки – вообще отсутствовали. Большинство петухов, словно на насесте, обездвижено сидели на первых ступеньках ведущих к крыльцу замка.

Уже догадываясь о сути третьего двора, Хорис вернулся обратно по стене, перебрался по верху ворот и продвинулся теперь до самого угла влево. Причём сделал это по той причине, что именно на углу имелся небольшой пятачок, на котором можно было сравнительно удобно улечься и расслабить натруженные ноги. Третий двор был точной копией предыдущих, только его охраняли те самые клыкастые, мохнатые создания. Им тоже нравилось обездвижено лежать на ступеньках, хотя несколько особей словно неприкаянные бродили по всему участку двора. Костей тоже было на порядок меньше, да и маяки отсутствовали.

Немного отдохнув и обдумав перспективы, юноша всё-таки решился пройти весь забор и осмотреть двор, как он догадался, оберегаемый варанами. Как ему казалось, именно мимо этих медлительных хладнокровных проскользнуть будет намного проще. Конечно при условии, если окрепнет решение прорываться во внутренности замка. Умирать на заборе от голода и жажды никак не хотелось, а мало ли что может быть ценного в загадочном строении? Ведь недаром туда Купидон Азаров стремится ценой таких жертв и усилий. Вдруг из замка имеются переходы в иные миры? Или хотя бы значительные запасы воды и продовольствия? Пусть даже не продовольствия, а обычных сухарей… Или какое-нибудь оружие, способное выкосить двор от хищников… Или…

Действительность заставила серьёзно задуматься над преодолением именно этого двора. Потому что вараны лежали по всему пространству вокруг ступеней в весьма странном, перемежающихся позициях. То есть даже не большой скорости этих хищников оббежать будет очень трудно. Мало того, ещё больше пугало прямо-таки невероятное количество громадных костей, лежащих грудами. Скорей всего они никак не могли быть человеческими, но раз эти хладнокровные так легко уничтожают забредших к ним гигантов, то и Хорису здесь может весьма не поздоровиться. Именно так рассуждал мальчуган, долгое время присматриваясь и к воротам, и к темнеющему зеву очередного входа. И словно в ответ на его сомнения, состоялось показательное вторжение на данную территорию странного существа.

Вряд ли огромный, весом под тонну, прямоходящий медведь был разумным. Потому что явно не ожидал случившегося с ним переноса. Вначале он бешено заревел, потом попытался сам атаковать метнувшихся к нему парочку варанов, но те оказались до изумления проворными и неуязвимыми, уходя от удар могучих лап они просто вращались на бок и на спину, нисколько не боясь за свой слабо защищённый живот, а когда вторжитель соблазнился именно самым уязвимым местом противника, лежащий варан неожиданно сложился колесом и нанёс зубодробительный удар бронированным хвостом по медвежьей пасти. Хищник из иного мира покачнулся, его повело в сторону, но с первого удара он не упал. Зато в следующий момент ему по ногам пришёлся удар второго хвоста второго варана. Свирепое страшилище рухнуло на плиты, но встать больше так и не успело: спаренный удар ещё парочки хвостов пришёлся прямо по голове. А потом сразу четыре пасти принялись отрывать передние и задние лапы. Чуть позже на том месте уже извивалась почти вся стая местных «хранителей» и с громким чавканьем растаскивали последние кусочки медвежьей туши.

Даже быстрее всех прибежавшим петухам не досталось ни кусочка. Про «мохнатиков» и десяток запоздавших шакалов и говорить не приходилось. Те только издали посмотрели на завершившуюся трапезу, грустно развернулись и потрусили обратно, на свои позиции. Причём, как стало теперь понятно, к «чужому столу» спешило не более одной четверти с каждой из сторон. То есть в любом случае основные силы свой пост не покидали. А шакалов прибежало и того меньше: штучек пять. Что вполне было объяснимо: пятнадцать тварей посланник только недавно уничтожил.

Зато стали понятны относительные правила этого места. Раз детёнышей не видно, то четыре местные разновидностей хищников живут вечно. Может быть… Чтобы они всё-таки не впадали в долгую спячку, где-то в иных местах имеются случайные переходы, которые без всякого разбора забрасывают сюда любою случайную жертву. Разве что Азаров дополнительно подкармливает шакалов своими посланниками с маяками. Кстати, этих иномирских устройств Хорис насчитал аж восемьдесят три штуки. Считая и его, который он успел сбросить со спины. А это значит, что восемьдесят два посланника бесславно закончили своё существование в желудках диких тварей. Против такой жуткой цифры даже четыре спасённых предшественника не слишком наследника рода Тарсон утешили. В какой-то момент он не сдержался и стал выкрикивать страшные угрозы в адрес кровавого колдуна, властелина всех магов мира Кабаний.

Да что толку с криков? Пусть даже их услышать в родном мире и все поголовно узнают, какой гад жирует на теле города, никто не сможет ни уничтожить Азарова, ни призвать его к ответу за совершённые преступления. Так что кричать бесполезно. Вначале следует спасти собственную жизнь, а уж потом думать о каком-либо отмщении.

На крики человека вараны не обратили малейшего внимания. Внешне. Хотя глазками косили. Словно имели полную уверенность: сколько вторжитель не прячься на высоком заборе, всё равно попадёт в зубастые пасти.

- Ну это мы ещё посмотрим, кто кого! – угрожающе пробормотал Хорис, укладываясь спать на углу забора между дворами с мохнатиками и варанами. – Дайте мне только вздремнуть, как следует, а то глаза слипаются. Интересно, здесь ночь наступает?..

С этими рассуждениями юноша и уснул. Хотя спал некрепко, часто вздрагивал, открывал глаза и затуманенным взором осматривал оба двора. Да и снилось ему только одно: как он с криком ярости прорывается сквозь заслон из местных хищников. Спешит к темнеющему входу, но с каждым шагом этот вход не приближается, а всё больше и больше отдаляется.

Неприятный сон. Кошмарный.

Глава одиннадцатая

СТАРЫЕ ЗНАКОМЦЫ

Поджидая своего супруга, Александра старалась отбросить беспокойство и сосредоточиться на пересказе монаха последних событий в монастыре и вокруг него. Вроде бы тот тараторил без умолку и было довольно интересно, но беспокойство всё равно нарастало. Дошло до того, что женщина почувствовала жар на лице и стала обмахиваться ладошкой.

- Действительно душно, - тут же посочувствовал Стивен. – Наверное, к дождю.

- Да нет, тут что-то другое…, - пыталась понять своё самочувствие графиня.

Наверное она успела бы проанализировать своё состояние лучше, но в этот момент с той стороны послышался знакомый, родной голос, да ещё условный стук раздался:

- Дорогая, ты меня ждёшь?

- Жду…, - но облегчения не наступило. Наоборот беспокойство, накатившее чуть ли не с дурнотой резко увеличилось. – Что-то со мной не так…!

Стивен тем временем навалился плечом на дверь, крутанул ключом, открыл дверь наружу и с сочувствующими нотками в голосе пробормотал:

- Душно, к дождю…, вот вашей жене и нехорошо…

Торговец застыл на мгновение соляной статуей, анализируя и припоминая. И кажется, успел всё сообразить почти вовремя. Когда раздался грохот автоматных очередей, он уже вталкивал монаха обратно за дверь, сбивая его телом Александру с ног и сам, окутываясь сполохами перехода.

Выстрелы звучали ещё ровно одно мгновение, а затем стихли так же резко, как и начались. Зато весь ночной лес загудел и заскрипел раскачиваемыми деревьями, зашумел взвившейся тучей листвы и опавших иголок. Затем вдалеке прозвучал приглушенный взрыв, и всё стихло окончательно. А из сознания графини Светозаровой всё нахлынувшее беспокойство пропало почти без остатка. Почти, потому что рядом на земле от боли застонал Стивен.

Вскочив на колени Александра выхватила фонарик, а второй направленный луч засветила на обшлаге воротника. Лицо монаха выглядело бледным до синевы, но он старался выдавить успокаивающую улыбку:

- Плечо жжёт, но вроде ничего страшного…

А со стороны монастыря уже слышался встревоженный гомон и топот множества ног. Отец Клод вместе с несколькими монахами подхватили истекающего кровью собрата и бегом понесли в сторону основного строения. Разве что настоятель успел спросить на ходу:

- Что с Дмитрием?

- С ним всё нормально, - удивляя даже себя уверенным голосом, ответила Александра. – Несите Стивена детям, они его «вытащат» в любом случае. А я подожду мужа здесь.

Затем она осталась одна, встав спиной к стене и прислушиваясь к каждому звуку несущемуся снаружи. Сама не заметила, как в руках оказались два любимых многозарядных пистолета. И мысленные команды уже подготовили затеплившиеся ускорители за спиной. Подарок хаерсов мог поднять как на любую высоту, так и со скоростью снаряда доставить в любую точку леса. Прошло минуты три, пока послышался звук шагов, напоминающих быстрый бег. Двигался кто-то один, тем более догадывающийся о возможной засаде. Потому что голосом Дмитрия заговорил ещё издалека:

- Это я! Что там у вас?

- А что вокруг? – поинтересовалась его супруга.

- Всё подчистил! – с шумным дыханием отчитался он, вваливаясь внутрь и первым делом ощупывая ненаглядную: - Цела?

- Без царапины. Хотя две пули по сюртуку ударили…

- У-у-у! Сволочи!

- …А вот Стивена ранили. В плечо.

Торговец уже спешно и умело закрыл калитку на торчавший из замка ключ и вместе с женой поспешил к монастырю:

- Вытянет? Или надо в академию?

- Сейчас посмотрим. А кто там снаружи был?

- Да каких-то восемь ублюдков увешанных оружием, как новогодние ёлки гирляндами. Плёс ещё два водителя в машинах. Одна правда взорвалась ещё при входе в межмирье, так что один труп есть, а вот всех остальных я отделил от всего искусственного, что на них имелось «песчаной тёркой» и совершенно голыми сбросил в тюремные зинданы нашего герцогства Томной Печали. Чего даром таким ямам столетиями пустовать?.. Там пленные не то, что видеть друг друга, перекрикиваться е смогут. А мы чуть позже разберёмся, кто такие!

- «Песчаной тёркой»? – хмыкнула графиня. – А они там кровью раньше времени не истекут?

До сих пор ещё Торговец подобное средство очистки человека от всего лишнего на нём не применял. Считал его слишком жестоким и жутким. Потому что каждого вытащенного в межмирское пространство он оттирал от одежды, ремней, обмундирования и даже носков, пространственной стенкой из мелкого песка. Всё с тела срывалось, но при этом возникали жуткие потёртости на теле. Кровоточить они сильно не могли, но вот боли и страшные мучения доставляли преизрядные.

Видимо слишком разозлился граф Дин Свирепый на безымянных пока киллеров. Но не уничтожил сгоряча, а решил обязательно допросить и докопаться до имени основного заказчика:

- Они у меня издохнут не раньше, чем раскаются во всех грехах.

- А что с халифом? Может это от него посланцы?

- Вряд ли. Ему нет никакого резона нас уничтожать. Пока… Остальное позже.

Они уже вошли в холл монастыря, где лежащего на большом столе Стивена обступили сплошной стеной не только старшие, но и младшие ученики академии. Причём сразу по оживлённым переговорам и всеобщему настроению стало понятно: монах идёт на поправку и опасность ему не грозит. Что и подтвердила, повернувшаяся к вошедшим восемнадцатилетняя блондинка Тренди:

- Пулю вытащили, систему кровоснабжения сравнительно отстроили заново, кожный покров тоже восстановили. Ядов не обнаружено, угарная копоть и сажа удалены. Пару дней покоя и может переходить в разряд ходячих.

- Ох! Спасибо вам, ребята! – с чувством воскликнул Дмитрий. – Чтобы мы без вас делали! – затем шагнул сквозь расступившуюся стену и наклонился над монахом: - Ну, как себя чувствуешь?

- Неплохо. – Стивен ещё и пошутить попытался: - Второй раз уже становлюсь раненым героем. Везёт!

- М-да! Избавляйся быстрей от такого везения! – от всей души пожелал Торговец и тут же обратился снова с Тренди, - Так что, красавица, мы его смело здесь можем оставить на попечении двух третей остающихся?

- Без сомнения! – без колебаний подтвердила молодая Маурьи, но тут же печально вздохнула: - Жребий-то я выиграла на возвращение в долину, но…, как я понимаю…?

- Правильно понимаешь, наша ненаглядная! – при этом граф, словно родную дочь обнял девушку за плечи, притянул в себе и плотно прижался с ней висками. – Ты ведь тут вместе с Зайтлером за всех остальных отвечаешь. Так что…

Кажется, Тренди в таком состоянии могла стоять часами. Но сообразив, насколько полная повисла тишина, и, увидев вокруг ожидающие взгляды, она решительно встряхнула золотистыми волосами, и ткнула ладошкой в самую младшую девчушку:

- Пойдёшь вместо меня.

Та пискнула от удовольствия, забавно послала своей старшей подруге воздушный поцелуй и, сорвавшись с места, понеслась за своими личными вещами.

- Ну вот и ладушки. – Появившуюся лишнюю минутку Дмитрий решил использовать для короткого инструктажа: - Значит так, все кто возвращается в академию, становитесь под этой стеной с вещами. Я вас сразу высаживаю в зале прибытия, и дальше отправляетесь по классам и своим комнатам по обстановке. Но учтите: из замка, до моего особого распоряжения, ни ногой. Вдруг понадобится опять вас срочно предоставить на глаза здешней озабоченной публике, значит мчаться в точку переноса бегом. Ну, что ещё… Ага! Господину ректору передадите, что я наведаюсь к нему через период в восемь, десять часов. Это если не случится чего-либо срочного. – Затем повернулся к настоятелю: - Господин Клод, отправляйте пострадавшего в палату для раненых и поставьте постоянный вооружённый пост возле калитки. Вот для них на всякий случай специальные очки с прибором ночного видения. Таких очков ни у кого на Земле нет, так что пусть относятся бережно. Мы с графиней вернёмся довольно скоро, пусть будут готовы нам открыть.

Пока уносили раненого, по лестнице колобком скатилась малышка со своим рюкзачком. Прежде чем присоединиться к общей группе коллег, она с жаром чмокнула в щёку счастливо заулыбавшуюся Тренди, а потом на ходу шлёпнула по нескольким протянутым в её сторону ладошкам остающихся детей.

Короткое хмыканье Торговца, всё внимательно осмотревшего, и вот уже в поле зрения Александры мелькнула приёмная зала их графского замка в Свирепой долине. Затем снова разноцветные сполохи, и молодая чета оказалась в том самом домике, где «третья» вместе с Казимиром Теодоровичем продолжала вести допрос пленного бандита. Именно к аналитику сразу Дмитрий и шагнул:

- Давайте проверим ещё два азимута. Вначале я позвонил отсюда и стрелка указала сюда…

- Посольство! – подтвердил старый поляк.

- Но через двадцать пять минут я позвонил халифу вновь и коротко извинился. Добавив, что нападающие все уничтожены, а схваченные в плен допрошены. Все мол, отказались от связи с халифом и показали на другие стороны. Но теперь стрелка уже указала вот сюда. Что там?

- Угу…, смотрим… Здесь только одно указанное пленным заведение: оптовый склад-магазин упаковочных материалов. Тот самый, что мы уже обозначали. Намекал на грандиозные подвалы в том месте. Слышал, дескать, краем уха.

- Информированный бандит попался… Но тогда получается, что халиф за эти полчаса переехал либо на автомобиле, либо прошёлся пешечком, что вообще в его положении недопустимо, либо…

- Ну да! Мог и по подземному коллектору добраться, тут совсем рядом, - высказался Казимир Теодорович, увеличивая изображение карты. – Напрямик совсем ничего будет.

Все присутствующие с этим предположением согласились, а Сильва рассудительно добавила:

- При современных и компактных механических проходчиках можно любой тоннель проложить легко и незаметно.

- Теперь надо и там просмотреть…

- Но меня больше волнует твоё случайное предвидение, - стала рассуждать Александра. – Эти десять человек и в самом деле нас атаковали почти в то же самое время как ты «жаловался» халифу. А вдруг они всё-таки от него и есть?

- В ближайший час это выяснится! – Светозаров поднял взгляд на собравшихся вокруг воинов «третьей»: - Ребята и девчата, ничего опасного, просто надо допросить пойманных мною отморозков, которые совсем недавно пытались нас подстрелить возле обители Жёлтых Грёз.

Все только успели кивнуть, а Пётр уже затараторил:

- Надеюсь, при допросе такого большого коллектива и для меня дело найдётся?

- Несомненно! Будем только рады твоей посильной помощи.

- Ха! Да я лучше любого из наших допрашивать умею! – возрадовался всё ещё пребывающий в инвалидной коляске снайпер. А на укоризненный взгляд Даны, не постеснялся возмутиться: - А что, неправда? Кто тебя учил пленных на чистую воду железной логикой выводить? Ну да, сейчас ты уже Маурьи, одним взглядом можешь в мозгах крамолу отыскать.

- Молчи уже, - фыркнула черноглазая красавица под смешок остальных товарищей, - А то быстро в твоих двух единственных мыслях крамолу отыщу, тогда знаешь сам, чего лишишься.

- Э-э-э…? – Пётр сделал вид, что говорит в сторону. – Вот повезло, что она о моей третьей мысли ещё не прознала!..

Как номинальный командир группы, Василий поинтересовался:

- Может, что особенное прихватить надо? Для допросов-то?

Торговец оглядел воинов, которые и так были обвешаны чем угодно, словно только и ждали команды «На штурм!». Пожал плечами:

- Зачем? Там и диктофонов хватит с одним ноутбуком. Пленники уже готовы к разговору и за мазь, притупляющую зуд кожи, что угодно расскажут. Дана, прихвати каждому из вас по флакону.

Целительница метнулась в комнату со своими вещами, а её подруга Сильва продолжила задавать вопросы:

- А если к ним помощь подойдёт?

- Там совершенно иной мир. Мир Лейшанов – людей вышедших из камня. А вокруг центра моего герцогства никто из разумных в радиусе пятидесяти километров не живёт.

Пётр и тут не удержался от комментария:

- Эко ты жестоко с пленными обращаешься. Всю округу криками распугали.

- Так им и надо! – осадила давнего коллегу Александра. – Не будут по мирным людям из автоматов лупить почём зря.

Дождавшись госпожу Маурьи с ёмкостями лечебной мази, Торговец не стал больше ничего не говорить, а перенёс всех скопом на голое каменистое плато. Рядом с тем местом, где он совсем недавно вместе с супругой достал накопители из перекрёстного концентратора древней башни, а саму башню благополучно сравнял с землёй. Здания древнего, неизвестного мага не стало, а вот его уникальные тюремные камеры остались. Да ещё и функционировать продолжали, как следует. На плато сразу бросались в глаза круглые каменные диски, количеством более двадцати штук, которые своей массой прикрывали пробитые на глубину десяти метров отверстия. Причём внизу каждое отверстие имело форму каменного мешка диаметром метра три.

- Смотрите, вот это стопор, - Дмитрий нажал ногой на утопившийся вниз камень. – Теперь крышку легко отвернуть в сторону по направляющему стержню. А вот там внизу готовый к даче информации человек. Свойства зиндана таковы, что пленного слышит только тот, кто стоит сверху. Причём даже тихий шёпот можно понять отчётливо. Приступайте! Задача: всё досконально узнать о нанимателях.

- А если они станут запираться, не взирая ни на что? – выразил сомнение Курт.

Торговец нехорошо улыбнулся и ткнул пальцем в горку чего-то белого. Вещество очень напоминало мелкую кухонную соль и располагалось в специальной выемке под отваленной в сторону крышкой:

- Это и в самом деле соль. Просто посыпайте вниз время от времени на самых молчаливых и упрямых. Начнут говорить, полейте водой. Вон там ручей и с десяток вёдер, я когда-то забросил попутно.

Сильва, внимательно всматриваясь на дно ямы, которое было освещено странным белым светом, вдруг хмыкнула:

- А ведь это кто-то из наших! Не конторских, нет. С «большой» земли птичка. Видимо только недавно прибыла.

- А что за фрукт? – оживилась и Александра, нагнувшись над отверстием.

- Вроде парень нормальный, где-то даже идейный. Скорей, слишком честный.

На что Светозаров откровенно обрадовался:

- Хорошо, что я их сразу в фарш не превратил! Постарайтесь, ребята, действовать больше пряником, чем …солью. Можете даже новую жизнь в новом мире обещать. Если всё расскажут и будут действовать правильно, найду для них хорошее местечко. Хотя бы даже в этом герцогстве. Тут скоро большие подвижки и строительства затеваются. Так что…

На его интенсивные взмахи ладонями Василий коротко кивнул:

- Раскрутим залётных как следует!

- Тогда мы с Шурой спрыгиваем!

И опять графская чета оказалась в лесу возле обители Желтых Грёз. Пока шли к калитке, Александра довольно безбоязненно и громко стала спрашивать:

- Куда оправимся на подсмотр в этот раз?

- Осмотрим ёщё раз тот оптовый склад сверху донизу. Теперь уже вместе. Видимо при мелькании я там самого важного и не заметил. Но чего ты так громко разговариваешь?

- Да вот, почему-то решила: опасность нам не грозит. На душе спокойно, радостно.

- Угу… А перед самой стрельбой?

- От беспокойства чуть сердце из груди не выскочило.

Дмитрий остановился на месте, привлёк любимую к себе и попытался заглянуть в глаза:

- Значит, всё-таки в тебе что-то такое есть?

- Да оно во мне всегда было. Недаром я любую опасность нутром предвидела ещё давно и пусть даже в обморочном состоянии, но умудрялась спастись. И ваша суспензия…, вернее божественная Эрлиона, лишь усилила во мне это чувство предвидения опасности.

- Это может и хорошо, но… Провериться у ректора академии и его лучших помощников надо будет в самое ближайшее время, - решил граф, вновь увлекая супругу за руку вперёд. – Да и сама Эрлиона пусть на тебя свой взор обратит. Хуже от этого не будет.

- Чего ты так волнуешься? Со мной всё в порядке. Или есть конкретные подозрения?

Развить эту тему им дальше не дали. Со стороны приблизившейся стены раздался спокойный, уверенный голос одного из несущих дозор монахов:

- Господа Светозаровы, добро пожаловать!

Войдя внутрь, графская чета увидела строительные платформы, которые на лесах были подняты на определённую высоту, где и стоял один из монахов в уникальных очках, прекрасно различая любого в полнейшей темноте. Ему достаточно было только выставить голову над забором и всё прекрасно видеть, вот потому и узнал гостей издалека.

Добравшись до их «штатной» кельи, Торговец задумчиво пробормотал:

- В принципе, если хорошо вооружить этот монастырь, да окружить его стенами высочайшей технологической защиты, то можно уже сейчас заявлять во всеуслышание об уникальных целителях.

- Ну и?

- Конечно, следует вначале провести огромный ряд мероприятий превентивного и обще коммуникационного характера, но по сути – процесс вполне решаем.

- Ох! Ты хоть себе представляешь, что вокруг начнётся?! На всей Земле такой вой подымется, особенно со стороны фармакологов и самых бездарных лекаришек. Они ведь свою вотчину и огромные заработки так легко не отдадут новоявленным, истинным целителям.

- Вот я и говорю, что надо как следует подготовиться. И для этого у меня есть на примете несколько человек, которые устроят всё в самом лучшем свете. Давно за ними наблюдаю и веду должный обмен мнениями. Талантливые люди, а при надлежащей технической поддержке, щедром спонсировании и физической охране они такую информационную бомбу приготовят! Как рванёт – только держись! А там и до перетасовки правительств недалеко останется… Ладно, потом помечтаем, - они уселись на скамью, готовясь к парному подсмотру. – Готовься и следи за толчками пальцев.

Через некоторое время в келье сидело два человека лишённые значительной части своих лиц. Смотрелись они несколько жутковато со стороны, но подсматривать за ними в обители никто и не собирался.

Глава двенадцатая

ОЧЕРЕДНАЯ ТОРГОВЛЯ

Оптовый магазин-склад, несмотря на позднее время, оказался полон работников, ярко освещён внутри, хотя снаружи прикрывались наглухо стальными жалюзи. Две пары глаз проникли в здание через гаражи, граничащие со складскими помещениями. Там наблюдалась спокойная, неторопливая, но вполне размеренная работа: кто-то грузил небольшие упаковки или ящики в кузова машин, сверяясь со списками. Кто-то разгружал и складировал прозрачный или цветной пластик, металлизированную бумагу или фольгу. Виднелись возвышающиеся до самого потолка пирамиды пустых коробок и прочего упаковочного материала. Как раз между этих пирамид и было весьма удобно передвигаться двум парам глаз, торчащим чуть ниже носам и надбровным дугам с участками лба. Теперь уже Александра умела контролировать своё тело и не высовывалась всей головой из подпространства, как случалось раньше.

Затаившись в переплетении потолочных балок, наблюдатели ещё и шёпотом переговаривались, при необходимости высовываясь максимально:

- Тут явно какое-то производство!

- Несомненно. Значит, в любом случае стараемся пробраться в нижние подвальные уровни.

В этом им помог исключительно грузовой лифт-подъёмник. Он как раз стал вращаться, поднимая наверх партию какого-то товара, в то время как вниз ничего не подавали. Так и спустились вниз две пары глаз, а потом сразу затерялись в хаосе подвешенного к потолку освещения. Подвалы и в самом деле оказались преогромными. В этом бандит не соврал. Но самое интересное, что всё пространство подвального этажа оказалось занято сразу пятью поточными линиями загадочного производства. Вначале какие-то устройства и агрегаты нечто переплавляли, парили, просеивали, формировали и прессовали. Потом полученные субстанции делились, нарезались и механическими аппаратами укладывались в прозрачные упаковки или в баночки из цветного стекла. Но только когда наблюдатели сместились чуть в сторону и зависли над итоговым участком одной из линий, стало понятно, что нелегально производится в этом месте.

- Таблетки! – еле сдержала громкое восклицание Александра. Хотя из-за шума упаковочных агрегатов могла и не таиться. – Вот сволочи! Ты только посмотри, что вытворяют!

- Как раз мы только упоминали несознательных фармакологов и те средства, которые они выдавливают из глупых обывателей сплошным потоком этого «дермо», - шептал Торговец. – Они ведь на ровном месте такие барыши огребают, что даже вот такие нелегальные производства могут сказочно обогатить за короткое время.

- Мне страшно, - призналась его супруга. – Я ведь сколько этой гадости порой съедала при насморке или лёгком недомогании…

- Ничего, если всё получится, как я задумывал, то целители скоро тут наведут порядок. Так…, а вон там что? Вроде кабина с операторами… И несколько человек чаёк попивает, да на пульты управления линиями поглядывает… Ха! Как у них тут всё технически грамотно устроено! Зависть пробирает! Двигаемся к ним, наверняка они про халифа будут беседовать, если он сюда с визитом наведывался.

Вначале пробраться за прозрачное стекло никак не получалось, а при повторном выходе из подпространства обязательно бы раздался грохот. Но затем на какой-то из линий произошла заминка в движении и два оператора поспешили наружу. Оставшиеся четыре человека продолжали попивать чаёк и вести скучные разговоры о разных причинах заминки. Зависших у них над головами наблюдателей они и не заподозрили.

Да вот толку от подслушивания их разговоров вначале никакого не было. Только слова касающиеся работы, да ничего не значащие общие фразы. Уже Торговец стал нервничать, сожалея о напрасно потраченном времени, как со стороны замершей фармакологической линии через переговорное устройство попросили помощи. Туда поспешило ещё два человека, видимо техники младшего звена, тогда как в операторской осталось административное руководство, да ещё пребывающее между собой в явно дружеских отношениях.

Старший из них по должности сразу выплеснул своё раздражение:

- Не нравится мне это! Чёрт знает что творится!

- Ну, ты…, - попытался осадить его товарищ, показывая многозначительно глазами по сторонам. – Могут ведь и в самом деле…

- Да что за чушь ты несёшь? Вот сам посмотри! – первый демонстративно достал прибор, изыскивающий в любом помещении любые подслушивающие устройства и обвёл им всё окружающее пространство. – Последняя техническая супер новинка. И что? Да ничего! Никто нас подслушать не может.

- Ну а чего бы шеф тогда такие драконовские меры ввёл? Что он рассказал, скорей на колдовство смахивает.

- Вот именно! Здравый рассудок надо иметь и понимать…! – но после этого восклицания недовольный оператор всё-таки непроизвольно понизил громкость своего голоса. – Мне кажется, просто запахло жареным, воти выдумывают всякие сказки, чтобы потом найти простых козлов отпущения.

- Ты думаешь?

- Уверен на все сто!

- А к чему тогда это полное затемнение внизу и охрана со шлемами и странными очками?

- Легко догадаться: проводят какие-то испытания или готовят для себя надёжную дорогу для побега. А нам лишний раз режим ужесточили.

- Ну мы и так на нижние этажи допуска не имели…

- В том самое страшное для нас, - тяжело вздохнул первый. – Может и такое быть: знай мы, что там внизу творится, уже давно бы прятались в австралийской сельве.

- Уф…! Что-то ты сгустил краски…

- Нисколько! Неужели ты думаешь, что наше производство когда-нибудь да не накроют?

- Конечно! Ведь у шефа и официальный завод есть, там точно такой же товар выпускается, а за этот просто налоги не платят.

- Эх, мне бы твою уверенность…

Больше пооткровенничать они не успели. Линия вновь заработала, и четверо коллег поспешило вернуться к прерванному чаепитию. Во время их вхождения, наружу выскользнули и наблюдатели. Чуток ещё ознакомившись с этажом и рассмотрев ведущие вниз лестницы, упирающиеся в наглухо закрытые двери, Дмитрий решил возвращаться в келью.

И уже там, они коротко обсудили услышанное:

- Конечно, я сейчас постараюсь и нижние этажи просмотреть «мельканием», но вряд ли мы при таком режиме секретности узнаем что-то новое. Наверняка халиф стал похож на параноика для своих подчинённых, но вот крови он нам этими тотальными перестраховками попортит.

- Следовательно, твоя сестра может по идее находиться в одном из трёх мест?

- Получается что так…

- Но неужели и она сидит в кромешной тьме? Ей же обещали всё удобства?

- Эх! Что тут говорить! – с досадой воскликнул Дмитрий. – Они и Елене могут выдать прибор ночного видения, а в остальном ничем больше не ущемлять.

- А если заставить Рифаила делать ошибки?

- Как? Собирался натравить на него людей из силовых структур. Как немецких, так и твоих недавних коллег по работе, но это тоже слишком чревато непредвиденными последствиями. Вдруг у кого рука дрогнет, да нажмёт кнопку взрывателя раньше времени.

Александра усиленно продумывала различные варианты, но тоже ничего дельного подсказать не получалось:

- Если бы ещё знать, какую они ловушку собираются подстроить при обмене Елены на выкуп.

- Да это меня меньше всего волнует. Достаточно мне будет сестру хоть издалека увидеть, как я её сразу изолирую от внешнего мира и переброшу в безопасное место. Но хотелось бы раньше все эти гнёзда на свет белый вывернуть и хорошенько, до самого дна почистить.

- Ну тогда придётся идти на поклон к Азарову и просить у него раскрыть его самые великие секреты…

- Добро, ты пока тут думай, а я ещё раз внимательно просмотрю подвалы этого фармакологического заводика. Вдруг чего и мелькнёт полезного для нас.

Но вернувшись через четверть часа, удручёно пожаловался:

- Полное затемнение! И как только до такого додумались?

- Да, недооценили мы врага, - согласилась Александра. – Но я вот тут подумала, может нам опять попросить помощи у целителей твоей академии? Ты себе только представь: они легко усыпляют всё посольство управляемыми потоками сознания, а мне с третьей остаётся лишь пробежать по всем коридорам да разминировать опасные места. Если там не находим Елену,перекидываемся на склад или отель. А может они одновременно потянут тотальное усыпление сразу на трёх объектах?

- Даже об одном мечтать не стоит, - разочаровал граф свою супругу. – Ты себе только представь: ректору академии надо видеть перед собой противника, и то он может единовременно усыпить не более пяти человек. А ведь Тител Брайс - Верховный целитель мира Зелени. С ним никто по силе не сравнится… Ну, разве что, этот пленённый бывший правитель Успенской империи.

- Да нет, Дасашу Маххужди я бы такую важную операцию не доверила. А что если проконсультироваться на эту тему с Эрлионой?

Призвать на помощь ожившую, получившую одухотворённую сущность магическую суспензию, Светозаров внутренне побаивался. Как бы не восторгался новым разумным существом ректор, как бы не гордился появлением в академии такой сверхсилы, Дмитрий не забывал, что Эрлиона ещё слишком молода и может быть несознательна. Да и пребывание её только лишь в стенах академии, делали невозможным участие в каких-либо спасательных операциях.

Но с другой стороны просто попросить совет, а то и получить какую-либо дельную подсказку, никогда не зазорно. Тем более в такой напряжённой, сложившейся ситуации. И граф Дин решился:

- Уговорила. Тогда сейчас прыгаем в наш замок и идём на свидание с Эрлионой.

- А потом?

- Видно будет. Хотя следует обязательно в самые ближайшие часы заглянуть к Бонзаю и проверить, как у него идут дела с ледовыми кангами и их отмороженной владычицей. Потом заглянем в Кабаний и прикинем, как лучше поторговаться с Купидоном Азаровым. Кстати, и в мир Ситулгайна заскочить не помешало бы, вдруг у них уже готовы приборы и оружие для посещения чертогов Зелёного Перекрёстка.

- А про Гинвейл ты не забыл?

- Вроде как не к спеху… А что?

- Да я вот вспомнила, что рыцари того мира совершенно не подвержены воздействию магии. Ты ведь сам утверждал. Так почему бы их не попробовать привлечь к усмирению обнаглевшего Купидона? Мне кажется в мире Кабаний рыцари королевств Пурпура и Сирени быстро бы навели порядок.

Торговец основательно задумался. А потом стал рассуждать:

- Что-то в этом есть, но следует ещё всё тщательно продумать. Ведь магия творимая дикими, жуткими на вид хищниками из мира Мерлан, ни в коей мере не составят конкуренции тем чудесам, которые может создать Азаров. Хотя несомненно, идею ты подсказало перспективную. Да и недостатка в добровольцах не будет, только клич брось, драться начнут при создании очереди.

- Ну вот, можешь уже клич бросить, пусть готовятся.

- Ещё одна деталь неприятная в мире Кабаний, меня она сильно всегда напрягает. Это – тамошний туман. Вездесущий, противный, скрывающий видимость уже через двадцать метров и необъяснимого происхождения. Ну и светящийся постоянно шар, в который заключена вся планета. Кажется, кто-то всемогущий в давние времена заключил целый мир в плен, и пока я не пойму что и как, рисковать рыцарями Гинвейла как-то не хочется. Вдруг в этой странной изоляции и Купидон замешан? А благодаря туману может воздействовать почти на всех обитателей своего мира?

- Ох! Ну до такой степени он заведомо быть сильным не может, - возразила графиня. – Есть же всему предел, даже самым сильным колдунам. Тем более что Азаров и сам мечтает в другие миры прорваться. Причём готов за это всё отдать... А не может! Кстати, - она оживилась, - Может во время торговли ты ему это и предложишь? Мол всего парочка секретов, а за это я тебе другие миры покажу. Наверняка гадостный старикашка на такую приманку клюнет.

- Не знаю, не знаю… Может и отвергнуть любое заведомо выгодное для себя предложение. Он такой…

- Отправляемся? – Александра встала, поправляя на себе топорщащийся сюртук. – Как мне в нём уже надоело…!

- Потерпи, сейчас сбросим. Только настоятеля предупредим об уходе и спрыгиваем.

Но только они спустились в холл монастыря, как зазвонил один из мобильных телефонов Торговца. На загоревшемся экране высветилось имя халифа, так что долго раздумывать отвечать или нет, не приходилось. Только и присел так, чтобы Александре тоже было удобно слышать каждое слово, а второй рукой установил на стол льюпер, устройство определения направления собеседника:

- Алло! Я слушаю.

- Вроде только недавно говорили, а вот недоговорённости так и остались, - раздался медоточивый голос Рифаила. – Кстати, выяснили, кто штурмовал вашу штаб-квартиру?

- Естественно. Для меня подобных трудностей не существует.

- Может, поделитесь информацией?

- Легко. Сейчас подумаю, что можно открыть вам и чуть позже перезвоню. Что ещё вас беспокоит?

- Отвечу не скрывая: слишком огромные расходы. В последние дни мои потери перевалили немыслимые пределы, и я даже впал в некоторую финансовую зависимость.

- Ха! Что тогда мне говорить, если приходится отдавать такую огромную сумму?

- Не прибедняйтесь, Дмитрий! – рассмеялся халиф. – Именно поэтому вам и звоню, чтобы вы не мелочились и добавили ещё один миллиард к ранее оговорённой сумме выкупа за вашу сестру. Всё-таки взятие моего следа силовыми структурами – это и ваша вина, так что будьте добры возместить ущерб.

Светозарову потребовалась вся стальная выдержка, чтобы не заскрипеть зубами и продолжить разговор спокойным тоном:

- Наверняка из-за этого дополнительного требования, сам момент обмена задержится ещё на одни сутки…

- О! Не переживайте! Нам не к спеху.

- Хорошо, но добавляю миллиард с одним условием: разговор с сестрой в ближайшие сутки. Хочется удостовериться, что с ней всё в порядке.

- Да вроде можно устроить…

- Тогда вы мне и дозвонитесь, когда всё подготовите. Только учтите, я сюда буду наведываться редко. Всё-таки сбор таких средств за такое короткое время – не шутки. Ну и, разве я чуть позже коротко позвоню и дам информацию про тех кто пытался мне навредить.

- Понимаю и принимаю ваше условие. Ждите звонка!

И Рифаил отсоединился, не соизволив даже попрощаться. Зато Дмитрий уже нервно доставал карту и настраивал компас. Еле сдерживая бешенство, он цедил сквозь зубы:

- Расходы у него…! Урод! Ну ничего, ничего, я до тебя доберусь…! И где же ты прячешься…! Ага! Не совсем точно, но почти со стопроцентной уверенностью можно утверждать, что халиф опять в посольстве. Наверняка, ушлый угорь, использует подземные коммуникации. Возвращаемся в келью, на всякий случай ещё раз осмотрю это гнездо порока.

Но очередной подсмотр «мельканием» так и не принёс результатов. В посольстве старательно соблюдали режим максимального затемнения, ничего интересного рассмотреть не удалось. И продолжая ругаться сквозь сжатые зубы, Торговец уже в который раз оказался в холле монастыря. Натянуто попрощался с настоятелем Клодом, и вскоре уже графская чета снимала неудобные сюртуки в спальне своего замка в Свирепой долине. А молодой посыльный бросился на розыски ректора академии.

Глава тринадцатая

ОТЧАЯННЫЙ ПРОРЫВ

Проснулся Хорис оттого, что во дворе «мохнатиков» началось очередное, но на этот раз грандиозное сражение за куски свежей дичи. Судя по всему, где-то из далёкого леса на подворье замка оказалось перенесено целое семейство диких свиней. Громадный секач, достигающий в холке до полутора метров, несколько более молодых самцов, четыре крупные матки и около десятка небольших, полосатых хрюшек.

Кажется, такого обилия пищи местные хищные стражи никогда явно не ожидали. А может такие подарки были слишком редкими. Потому что принялись несколько сумбурно и неорганизованно отлавливать добычу. Ну и огромный вожак кабаньего стада доставил сутулым, прямоходящим зверям немало хлопот. Практически его удалось утихомирить лишь совместными усилиями примчавшихся на помощь варанов, петухов-переростков и нескольких шакалов. Да и то небольшие ранения получили как мохнатики, так и петухи с шакалами.

На этот раз поедать подраненных коллег никто не стал, их просто оставили в покое и те похромали к своим местам постоянного обитания. Зато все остальные устроили настоящий кровожадный пир на каменных плитах.

За всей этой зрелищной суматохой, даже внимательно присматривающийся ко всему юноша не заметил маленького чуда. Двум молодым поросяткам удалось увернуться от многочисленных когтей, клыков и зубастых пастей, а затем каким-то образом проскочить во внутренний зев ведущего внутрь замка прохода. Причём далеко вглубь они не заходили, продолжая отчаянно хрюкать и повизгивать от страха, но и наружу благоразумно не спешили. Зато как бесились остающиеся на дворе хищники. Как ни странно, но на ступеньки крыльца зашли только мохнатики, но даже они дальше самой последней ступеньки не могли сделать ни шагу. То есть венчающая крыльцо площадка, размером в пяток квадратных метров, оставалась для них недосягаемой. Словно в сознании у зверей существовало какое-то внушение или табу. Потому что явной преграды заметить было нельзя. Да и поросята ведь прорвались внутрь каким-то образом!

Так что теперь Хорис имел лучшее представление обо всей системе охраны загадочного замка. Прорваться внутрь его – и в самом деле означало полную безопасность для вторжителя. Становились понятны и перемещения соседних зверюшек. На ступеньки не своего участка, они войти не могли, а вот по всем участкам двора могли передвигаться как угодно, подхватывая оставшуюся пищу и посильным образом помогая «соседям» в поедании любой живности.

В свете этого стала прорисовываться стратегия прорыва. Как ни хотелось изначально проскочить через двор с ленивыми на вид и малоподвижными варанами, от этой идеи юноша отказался сразу. Слишком уж эти твари оказались вёрткими, зубастыми и сильно защищёнными. Таких коротким оружием не успокоишь, тем более что против мастерского удара хвостом вообще трудно будет увернуться.

По той же причине пришлось проигнорировать медлительных на вид мохнатиков. Убить их нельзя коротким лезвием, но достаточно будет только одному из них дотянуться длиннющей лапой с острейшими когтями до бегущего на прорыв человечка и всё, путь окончен.

Про петухов переростков изначально речи не шло.

Ко всему прочему, этих трёх разновидностей зверей-хранителей насчитывалось по шесть десятков. Разве что варанов было почему-то только пятьдесят девять.

Тогда как крупных собак-волков, похожих на шакалов, оставалось только сорок пять. Это Хорис специально проверил, вернувшись к прежнему углу забора, откуда просматривалось подворье с маяками. То есть пока восполнения количества хищников не наблюдалось. Другой вопрос, насколько такое состояния продлится? Щенков не отмечалось, но ведь кто-то же подбрасывает сюда диких животных вместо корма, значит, может и заметить уменьшившееся резко количество стражей и пополнить поголовье. Почему-то юноше казалось, что такое таинственное сооружение не может полностью оставаться бесхозным или заброшенным. Порой создавалось подспудное ощущение, что кто-то сейчас выйдет из внутренних покоев через открытые двери на крыльцо, или вдруг выглянет из окна, которых в открытом виде тоже хватало. Но все окна, в том числе и закрытые, были изнутри завешаны плотными, неподвижными шторами, так что рассмотреть творящееся в комнатах действо или хотя бы какую-либо мебель, не удавалось. Нижний ряд окон располагался метрах в шести над каменными плитами двора и все как одно были закрыты. Порой неверные отблески света на стёклах и создавали некую видимость мимолётного движения, но, сколько наблюдатель не всматривался, шторы не шелохнулись ни разу, что в закрытых, что в раскрытых оконных проёмах. Похоже, здесь даже сквозняки отсутствовали.

По поводу сквозняков или ветра, тоже задачка казалась непосильной. Если предположить, что замок стоит на какой-нибудь возвышенности, то тем более должны были ощущаться подвижки воздуха. А то и ураганные дуновения. Но дальше сорока метров среди лениво клубящегося дивного тумана ничего не просматривалось. А почему так? Ведь с любого угла забора до иных двух углов ничего взгляд не задерживало, чистейший и прозрачный воздух. А расстояние считалось очень большим, около двухсот метров. Отчётливо также виднелись и самые кончики любой из башен. Хорис конечно боялся ошибиться, но по его понятиям максимальная высота этих башен явно превышала сто метров. На всем пространстве не отмечалось ни зелёного пятнышка, ни единой травинки, а откуда тогда кислород? Об этой особенности растений юноша тоже знал из прочитанных книг. Так почему тогда так легко дышится?

Чувствуя, что так можно и с ума сойти от растущего количества вопросов, Хорис решил сосредоточиться на главном: совершить как можно быстрей прорыв во внутренности замка. Причём поспешность в этом деле была вполне уместна. Ведь в отличии от зверей, подвизающихся здесь в роли хранителей, человек не имел ни запасов воды, ни запасов пищи. И в любом случае с каждой минутой становился слабей, потому что сон не слишком взбодрил, разве что помог лучше успокоиться и добавил некоторой ясности к рассуждениям. Только вот рассуждения не внушали оптимизма.

По всему получалось, что следовало промчаться метров шестьдесят открытого пространства, да ещё успеть обойти, увернуться от всех шакалов за очень сжатый временной период, пока сюда не нагрянут быстро бегающие хищные петухи. И если бы только дело было в скорости. Наибольшую трудность всё-таки представляли именно эти сорок пять крупных и злобных существ. Как они разрывают своими пастями тело жертвы, посланец уже насмотрелся. И хуже всего, что эти твари густым полукольцом занимали наиболее стратегически выгодную для себя позицию. Выйдя на прямое столкновение с ними, придётся буквально вырубать кровавую просеку среди мохнатых и зубастых тел. В такой схватке один неверный шаг, поскользнувшаяся нога, неудачное падение и путь к спасению окажется отрезан. Как впрочем, и путь к отступлению. Как же быть?

Пришла вначале идея всё-таки сделать небольшую вылазку в стан врага и несколько при этом проредить его количество. Вроде и неплохо придумано, но чем больше юноша присматривался к неглубоким выемкам кладки между камней у ворот, тем больше ему эта идея не нравилась. И так великое чудо, что в горячке первого боя он сумел взобраться на забор, а если во второй раз не получится и он сорвётся?

Правда ещё имелась наивная мысль, что на человека вообще хищники могут не обратить внимания. По крайней мере, сразу. Дескать, уже к нему привыкли, так пусть себе гуляет. Но ничего кроме грустной улыбки такая наивная мысль не вызывала, слишком уж частенько бродящие по двору особи поднимали головы и посматривали в сторону вторжителя голодными, поблескивающими глазами. Нет, его не забыли! Просто пока отнесли к недостижимым для зубов целям.

- Вот бы позвать хоть кого-нибудь тна помощь! – вслух мечтал Хорис, уже в который раз рассматривая внимательно окна. – Но что-то мне сдаётся, любые крики будут бесполезны.

Сказал, несколько раз пробежался взглядом по открытому входу и остальным окнам и вскрикнул, от пронзившей его сознание новой идеи:

- Вот я недоумок! Чего я так прикипел к этим раскрытым дверям?!

В самом деле, хоть окна нижнего ряда и были закрыты вроде как наглухо и располагались несколько выше, чем гребень забора, но вот многочисленные выступы и лепнина украшений давали отличные шансы лёгкому и сноровистому юноше забраться не только на подоконник первого этажа, но в случае слишком неподатливого стекла попытаться залезть на второй, а то и третий этаж. Там находилось несколько окон с раскрытыми створками. Что такое стекло и насколько оно хрупко, посланец знал прекрасно. В Кабаньем мире этого прозрачного материала хватало с избытком. Но в то же время имелись воспоминания, что некоторое стекло с помощью магии становилось упругим, прочней железа, и порой разбить такое прозрачное покрытие даже тяжеленным молотом считалось проблематичным.

Но самое важное: идея пришла и довольно реальная в исполнении!

Теперь только оставалось выбрать благоприятный момент для прорыва. И Хорис наилучшим фактором посчитал время колдовской кормёжки. Ведь пока он раздумывал и осматривался, в стане петухов-переростков появилась какая-то дичь и туда поспешили не только шакалы, но и мохнатики. Наверняка и невидимые с этого места наблюдения вараны поспешили к своим коллегам. Вскоре все бросившиеся на трапезу твари, довольно неспешно потрусили на свои исконные позиции. А значит, следующая кормёжка обязательно должна появиться на участке двора с шакалами. Ведь не кормятся те только теми несчастными детьми, которых к ним раз в неделю забрасывает Азаров. Иначе могло так получиться, что они уже якобы «пообедали» посланником, а потом полакомились свежатиной и все остальные хищники. И всё! Кормёжка раз в неделю! Мало ли каким образом здесь пища распределяется?

Но подождать несколько часов, следовало в любом случае.

И довольно скоро Хорис оказался вознаграждён за свою выдержку, усидчивость и сообразительность. Правда очередной перенос пищи состоялся на участке контролируемом варанами, но так получилось даже многократно лучше. Неизвестно, кто из обитателей леса там появился, может опять медведь, но десяток видимых мохнатиков туда заковылял косолапой походкой уже после первого раздавшегося рычания. В тот же момент, в обход замка с двух сторон устремилось и по три шакала. Как только они скрылись за стенами выступающей у дальнего угла башни, юноша стал действовать. Более благоприятного момента трудно ожидать.

Буквально задыхаясь от бушующего в крови адреналина, он повис на руках, держась за край забора, и только потом спрыгнул на плиты двора. Хоть и с пяти метров не раз прежде доводилось прыгать, но сейчас даже лёгкое повреждение стопы или коленки могло привести к смерти. Ещё при падении развернулся лицом к замку, а одновременно спружинившими при приземлении ногами придал себе нужное стартовое ускорение. В любом случае, он постарался выбрать траекторию движения такую, чтобы его не сразу заметили оставшиеся на посту мохнатики. Свой прорыв он прикрывал выступающим на углу замка массивом круглой башни. Но уже на начальной стадии своего разгона понял, что оповещение о прорывах здесь поставлено на высоком уровне. Вся свора из оставшихся тридцати девяти шакалов исторгла истошные завывания так, словно хотели только этим умертвить наглого человечка. Стало сразу понятно, что если и не все, то довольно внушительное количество остальных хищников, поспешит на помощь остальным диким хранителям.

Но человечек не запаниковал, а наоборот, ещё больше ускорился. Мало того, краем глаза он заметил странную леность расположившейся на ступеньках стаи. Конечно, хищники двинулись навстречу ведущемуся прорыву, но как-то вяло и нецелеустремлённо. Похоже, за немыслимо огромное время твари осознали для себя самое главное: нельзя пропустить вторжителя на крыльцо. А по остальному двору пусть бегает, сколько ему заблагорассудится. Всё равно пойдёт на корм в ненасытные желудки. Мелькнуло и второе рассуждение: не все хранители могли постоянно находиться в боевой готовности. Скорей всего среди них существовало некое разделение труда, основная часть впадала в спячку, а десяток, полтора слонялся по двору и бегал за остатками роскоши на соседские участки. Тем более что такое состояние дел наблюдалось и у мохнатиков.

Поэтому юноше удалось пробежать две третьих дистанции ни с кем не пересекаясь и ни разу не используя свой мизерный магический потенциал. А вот как раз на последних двадцати метрах ему и пришлось выдавить из себя весь тот максимум сноровки и бойцовских качеств, которые его отличали от остальных сверстников.

Вначале он метнулся прямо навстречу несущейся к нему своре. Это несколько сбило шакалов с толку, и они отпрянули чуть в стороны, пытаясь схватить жертву в кольцо. Но к ним пошло сдвоенное, и от этого кажущееся более массивным «пятно кальмара». Стоило видеть, как на этой туманной кляксе с хрипом, визгом и рычанием сомкнулось сразу два десятка оскаленных пастей. Будь на том месте чьё-то тело, от него бы сразу только подошвы ног остались. В крайнем случае - копыта. А так получилась просто замечательная, потрясающая куча мала из оглушенных столкновением хищников.

Пожалуй, это в основном и решило благополучный исход неожиданного прорыва. Хорис сделал ещё несколько стремительных рывков в стороны, нанёс попутно пяток мётких ударов своим оружием и выпустил в разные стороны ещё по одному «пятну кальмара». А пятое и шестое подобие собственной фигуры он отправил уже вдоль стены замка, прямо навстречу вынырнувшему из-за круглой стены башни сутулому мохнатику. Туда, лязгая зубами и брызгая слюной, метнулась парочка наиболее шустрых шакалов, где благополучно и столкнулись со своим коллегой-хранителем. Тогда как сам человек подпрыгнул на стену, ухватился, словно клещ за лепнину в виде гроздей винограда, а потом стал быстро взбираться вверх. В этом заранее выбранном месте ещё и стык между башней и стеной основательно помогал при перемещении.

Хотя и там посланник напоследок получил на ноге ещё одну небольшую царапину. Какой-то шакалюга всё-таки допрыгнул. Но это уже показалось не существенным. Усевшись на широком наружном подоконнике на высоте шести метров, Хорис достал остатки рубашки из кармана и стал перевязывать ранку с торжествующим хохотом и задыхаясь от злорадных восклицаний:

- Как я вас обставил?! Тупые твари! А чтоб вы все друг дружкой удавились! Ну ничего, пусть я только найду в замке хоть какое-то подходящее оружие! Ещё лучше – лук со стрелами. Тогда точно всех до единого повыведу! Вот увидите!

Только вот просто смотреть на него и ждать собственной смерти хищники не захотели. Во-первых: они вскоре сильно удивили своим количеством. Кажется, сбежались все, ну может только по пять, шесть особей осталось на посту ступенек. Посчитать точно было трудно из-за постоянного перемещения тварей. В этот раз они даже не стали разрывать пять трупов убитых шакалов, словно не замечая свежей крови. Все обеспокоенно и с рычанием глазели на наглого человечка, покусившегося на святое. И это притом, что совсем недавно они полностью игнорировали прорвавшихся в замок двух поросят.

Может быть проникновение через окно являлось вообще жутким нарушением всех устоявшихся законов и табу? Потому что после хорового озлобленного рычания зверьё стало предпринимать отчаянные попытки добраться до шустрого вторжителя. Опять петухи с готовностью подставили свои кожистые тела для повторного толчка стремящихся на большую высоту шакалов. И опять сутулые мохнатики предприняли попытки взобраться по отвесной стене используя лепнину и стык между круглой и прямой стеной. Но если попытки допрыгнуть не принесли шакалам ничего кроме ещё одного трупа и двух раненых с повреждёнными при падениях конечностями, то вот попытки взобраться вверх у их мохнатых коллег получились весьма успешными. Медленно, но уверенно, со странной разумностью поддерживая друг друга снизу, эти клыкастые хищники стали выстраивать чуть ли не цирковую пирамиду, возвышающуюся всё выше и выше.

К тому времени Хорис осмотрелся окончательно и даже опробовал прочность стекла на окне. Ни само окно, ни его прозрачное покрытие не поддались. Стекло сильно пружинило, но не разбивалось. Будь ещё нечто массивное в руках, а так бамбуковая палица пусть и со стальным наконечником оказались слишком лёгкими. Тогда как ударять всем телом в створ окна, показалось слишком рискованным и ненадёжным мероприятием. Оцарапать поверхность стекла тоже не получалось.

А сопящие и пускающие слюни мохнатики подбирались всё ближе к подоконнику.

Мелькнула у юноши мысль просто дождаться момента, да полоснуть по пальцам зверюг своим окровавленным оружием, отсекая длинные когти, но он дальновидно отказался от такой идеи. Но стоило забывать о длине лап мохнатиков. При удачном, резком движении они могли бы достать человечка, зацепить и сбросить его наземь.

Ничего больше не оставалось, как взбираться выше. Зато теперь и риск казался меньшим. Только и действуй рассудительно, без спешки. Выбирая очередную опору, переноси грамотно всю тяжесть тела, не упуская подстраховывать себя остальными тремя конечностями, и только после этого двигай дальше.

Расположенное выше окно тоже оказалось закрыто наглухо. Зато через два справа располагалось открытое. Ещё такое же имелось прямо над головой. Направо вёл слишком узкий и неудобный карниз. Мало того, мохнатикам везло, они уже почти добрались до первого подоконника.

И Хорис без долгих раздумий полез на третий этаж.

Уже там, устроившись на всей ширине подоконника, он первым делом пошевелил створки окна. Он сдвинулись с места с противным скрипом и довольно туго.

- Сколько же лет вас никто не смазывал?

Затем довольно осторожно, остриём своего оружия раздвинул плотные полотняные шторы. Вернее даже не полотняные, как он понял при первом прикосновении, а чуть ли не деревянные. Настолько те оказались твёрдыми и неподдающимися на изгиб. Но достаточная для рассмотрения щель всё-таки образовалась. И даже первого взгляда оказалось достаточно, что бы понять по некоторой мебели и отделке: здесь когда-то жили очень высокие люди! Ростом какминимум в два с половиной, а то и три метра. Иные существа за столом и на стульях таких пропорций просто бы не смогли трапезничать.

Хорис уже нащупал в кармане огарок свечи и приготовился протиснуться между штор, когда вспомнил про пыхтение и возню у себя за спиной. Улёгся на подоконник и стал высматривать, что там внизу творится. За это короткое время положение стало меняться. Петухи вкупе с варанами заканчивали доедать шесть тел пострадавших шакалов. Хищническая сущность всё-таки проявилась. Причём половины тварей-соседей уже в пределах видимости не наблюдалось, видимо поспешили на свои участки двора. Тогда как мохнатики в количестве чуть ли не трёх десятков, не только не прекратили попытки взобраться вверх, но и достигли в этом поползновении существенных результатов. Теперь на подоконнике первого этажа громоздилось сразу три клыкастых хищника и общими усилиями пытались подсадить вверх четвертого товарища по стае.

- Э-э-э! Так не пойдёт! – возмутился юноша, уже со всей силой налегая на шторы и протискиваясь в комнату. – Это мой замок! Я первый сюда вошёл. Вот только как это утвердить…

Первым делом, для лучшего осмотра он подтащил два громоздких стула к шторам, раздвинул их и подпёр. Стало гораздо светлей. А потом принялся спешно искать хоть какое-то подходящее оружие против настойчивых мохнатиков. Правда вначале метнулся к высоченной двери и попытался её открыть. Бесполезно! Даже не шелохнулась. Причём ни дверной ручки, ни какого-либо замка или замочной скважины видно не было. Цельное, толстенное полотно из дерева, по твёрдости напоминающее железо.

Пришлось бегло осмотреть всю остальную меблировку. Громадная, под балдахином с резными колоннами кровать, выглядела словно площадка для игры в мяч. Только вот по твёрдости и отсутствию какого-то постельного белья на ней, предполагалось уместным лишь вскочить туда ногами и подпрыгивать как на батуте. К сожалению о забавах пока было думать недосуг. Многочисленные двери громадных комодов и шкафов тоже оказалось невозможно открыть, словно они были вырезаны из цельных стволов гигантского дерева.

А пыхтение за окном раздавалось всё ближе!

Но именно взгляд на окно подсказал возможный выход из положения. На высоте метров пяти виднелась прочная, вроде как металлическая штанга, удерживающая тяжеленные шторы. А что если попробовать её сдёрнуть вниз и использовать как копьё?

Конечно, можно было выкатить на подоконник и спихнуть вниз одно из кресел, но уж слишком они выглядели громоздкими и несуразными. Таким снарядом не попадёшь по прижимающимся к стене клыкастым хищникам. Так что вначале шторы!

Хорис ухватился за одну из них, оттянул низ к центру комнаты и несколько раз сильно дёрнул. И сразу заметил поползшие по штукатурке трещины. Крепления поддавались и выходили из своих гнёзд. Отлично! Ещё несколько отчаянных рывков и своевременный перекат через спину с последующим нырком под огромный обеденный стол. И тут ловкость со сноровкой не подвели мальчугана, иначе рухнувшие одеревеневшие шторы, вкупе с металлической штангой могли кого угодно похоронить под своей массой.

Грохот падения затих. Пыли, как ни странно, не наблюдалось вообще. Поэтому следовало сразу осмотреть гипотетическое оружие. Штанга оказалась тяжеловатой, не менее чем десяток килограммов. Но с другой стороны такому силачу как Хорис Тарсон и не такими тяжестями ворочать приходилось. Подхватив длинный, метров до семи стержень, юноша прислонил его рядом с окном, а потом и сам выбрался на подоконник. Глянув вниз, проворчал совсем недетские ругательства: мохнатики уже добрались до второго этажа и готовились сработанной парой десантировать третьего ещё выше. Вот тебе и дикие звери!

Зато против воли и сообразительности человека и эти выходки оказались бесполезны. Конечно, клыкастые хищники замерли и насторожились, когда заметили действия вторжителя. А потом и попытались отбивать длинными лапами наконечник металлического стрежня. Но у человека теперь была более удобная и выгодная позиция. Он перехватил штангу двумя раками, несколько раз примерился к удару, опасаясь самому нечаянно свалиться вниз, а потом согнулся и, присев всем корпусом, нанёс удар наконечником своего импровизированного оружия по темечку висящего на лепнине мохнатика. Тот свалился вниз, словно куль с дерьмом. Его соплеменникам, стоящим на подоконнике второго этажа тоже достались подобные удары и те рухнули вниз, попутно зацепив когтями, скорее всего инстинктивно троицу тех, кто обосновался на подоконнике первого этажа. Итог таких кульбитов и падений не замедлил сказаться: оголодавшие шакалы дружно набросились на три новых трупа своих соседей. А те из клыкастых, кто смог передвигаться самостоятельно, сутулясь ещё больше, убрались на свою территорию.

Организованное и массовое преследование посланника иного мира, опять закончилось его победой.

- Ну вот, кажется, обживаюсь помаленьку, - пробормотал юноша, затаскивая копьё в комнату. Затем подумал и стал закрывать створки окна: - Так будет лучше… А то вдруг засну крепко…. Или ещё чем полезным займусь… Точно! Вначале надо найти воду и пищу!

Воспоминания о еде отозвались в животе резким покалыванием, а желание немедленно напиться сразу высушило гортань до пустынной горечи. Ещё раз внимательно осмотрев комод и шкаф, Хорис так и не нашёл способов деликатного вскрытия. После чего вооружился своим новым копьём и воинственно воскликнул:

- Раз еда не оставлена на столе, значит, поищем её в кладовых и комодах! Ура!

Грохот и треск наполнили комнату. И хоть каким прочным не оказалась древесина комодов, настойчивому юноше удалось добраться до полок, ящиков и рассмотреть их содержимое. К сожалению большого восторга удивительные, прекрасные изделия из фарфора и керамики у него не породили. Даже хрустальные бокалы невиданной красоты, исторгающие волшебный звон, вызвали только рассеянную улыбку. Ему всё больше хотелось кушать, а любоваться искусством неизвестных мастеров ему и в голову не пришло.

Поэтому он с новым энтузиазмом потянулся к своему оружию, после чего варварскому нападению подверглись оба огромных шкафа, стоящие вдоль боковых стенок. Здесь древесина поддалась с ещё большим трудом, но ничего кроме истлевшего, одеревеневшего от времени тряпья, внутри этих древних питомников моли не обнаружилось. Даже чистые на вид и белоснежные рубахи не годились ни для ношения, ни для перевязок. Ткань так и расползалась под пальцами. Примерно в таком же состоянии находились и многочисленные простыни с одеялами, подушки и мохнатые полотенца. Именно значительное количество этих самых полусгнивших полотенец натолкнуло на мысль о возможном наличии ванной комнаты. Такой роскоши, правда, в спальнях родного поместья рода Тарсон не было, там приходилось каждый вечер мыться в бочке с водой. Но вот зато маг, подручный Купидона Азарова, пользовался подобными привилегиями. Ещё и своего временного ученика приучил. А ведь где находится ванное помещение, там наверняка и вода в наличии. От одного воспоминания о ней пить захотелось троекратно сильней, и Хорис, превозмогая желание завалиться на кровать и хоть пару часиков поспать, с маниакальной настойчивостью стал обследовать двери, ведущие куда-то из спальни, и боковые деревянные панели.

Помощи ждать было не от кого.

Глава тринадцатая

ВЗРОСЛЕНИЕ ЭРЛИОНЫ

В своём замке графская чета после переодевания сразу подалась чем-нибудь подкрепиться. Как-то неожиданно вспомнилось недоедание последних часов, отказ настоятелю обители испить с ним чаю и даже полное игнорирование имеющейся в келье вазы с фруктами. Чересчур мешали насладиться едой излишнее беспокойство и острая нехватка времени.

Так что когда вернулся отправленный на поиски ректора посланник и доложил о его местонахождении, молодая пара уже вовсю уплетали разысканные прямо на большой кухне остатки недавнего ужина. Естественно, что причитающий Хулио Кассачи, управляющий замком, чуть на себе волосы не выдрал от расстройства:

- Ну как я не догадался придержать шеф-повара хоть ненадолго!? Ведь словно чувствовал, что кто-то остался без ужина.

- Хулио…, не мельтеши! – с набитым ртом, пытался его успокоить граф Дин. – Лучше быстренько доложи, что тут у вас творится и всё ли в порядке?

- Да у нас тут относительный порядок, - продолжая подносить к столу разные вкусности, стал перечислять управляющий. – Кастелянша Бригита со вчерашнего дня ввела обязательную одинаковую форму для всех учеников академии и преподавательского состава. Теперь все бродят по коридорам и друг друга не узнают. Мастер Хитс в своей конюшне получил какого-то удивительного жеребёнка и теперь третий день со своими сподвижниками оттуда не вылезает. Поговаривают, что жеребёнок с крыльями и когда вырастет, будет летать.

- Ух, ты! – Дмитрий даже подавился от восторга, а когда прокашлялся, пояснил супруге: - С одного из миров мне удалось доставить уникальную лошадку с обрезками крыльев. В том мире она осталась последней, потому что считается отродьем. Но мастер Хитс сразу стал утверждать, как только увидел, что это не простая лошадь, а небесный пегас. Ты себе представляешь?! Мчаться по небу на крылатой лошади?!

- С трудом…, огромным! – призналась графиня Светозарова. – Но мне уже хочется немедленно осмотреть этого жеребёнка.

- Успеется. Тем более что главный конюх вряд ли пока допустит к этому созданию посетителей. Да ты ешь, ешь!

- Не много ли? Вдруг помешает?

Она намекала на предстоящий осмотр, но Дмитрий безапелляционно завил:

- Нисколечко! Хулио, что ещё новенького?

- Зейлонг хвастался сегодня, что договорился о поставках к нам по железной дороге плодов кенум, тареми и зайсилы. Так что вскоре в нашей столовой будет полный комплект по обозначенному списку растительных деликатесов.

- Давно пора…

- Джейк, со своими малолетними живописцами завтра отправляется в поход к леднику. Решили рисовать там этюды с натуры.

Граф Дин озабоченно подвигал бровями:

- Там опасно… Если бы не с этим старым воякой Джейком, ни за что бы детей не отпустил. Но всё равно, пусть ему в помощь начальник охраны пяток опытных егерей выделит. Скажешь, что я распорядился.

- Понял. Ну…, вот вроде и все новости. Да, - вдруг припомнил управляющий и недовольно скривился. – Сегодня утром весь замок слегка тряхнуло. Как я понял – это господин ректор какие-то свои эксперименты в подвальных лабораториях проводил. Причём когда я поинтересовался о причине такого сотрясения, он мне своей ручищей треснул по плечу и проорал со всей силы: «Не дрейфь, Хулио! Мы не утонем!» - обида так и слышалась в голосе рассказчика. – Ему всё шутки! А ведь несколько плафонов на лампах треснуло, пара бокалов в большой трапезной раскололось, и все стёкла в окнах долго звенели и гудели. Так и замок когда-нибудь завалится.

- Да ладно тебе. Замок крепкий. Его ведь и гораздо сильнее встряхивало.

- Ох! Лучше не напоминай! – управляющий даже за сердце схватился от печальных воспоминаний. – Такие разрушения тогда случились, такие разрушения…!

Отвернувшись от него в сторону супруги, Светозаров дал пояснения:

- С ним бесполезно спорить! Вечно преувеличивает. А ведь разбилось то всего на десяток бокалов больше…

- Как?! Всего лишь?! Да у меня список уничтоженных и повреждённых вещей на две тетради! – возмущался Хулио Кассачи. – Плюс несколько детей порезались осколками!

- Ха! Как порезались, так тут же себе раны и затянули. А тех, кто случайно «порезался» дважды, я потом очень ругал.

Прекрасно зная как «страшно» ругает граф шалунов и озорников академии, управляющий замка расстроено вздохнул и лишь для проформы поинтересовался:

- Ещё соку хотите? – потому что внушительный графин оставался на столе наполовину полным.

- Да нет, спасибо, дружище. Разве что распорядись, чтобы в наши апартаменты доставили столик с лёгкими закусками. Может чуть позже опять аппетит прорежется.

Хулио не сдержал довольной улыбки, глядя вслед торопящемуся графу. Слишком он любил, когда создатель академии и преобразователь Свирепой долины в райское место, обращался к нему как к близкому, старому другу. И прощал за такое обращение все тяготы и лишения своей хлопотной должности.

Высокую, нескладную фигуру Титела Брайса, графская чета заметила издалека. Стоя во внутренней оранжерее замка, он как раз оканчивал читать лекцию внушительно группе учеников академии средних классов. Стоило видеть с каким вниманием и усердием дети ловили каждое слово целителя четвёртого уровня и с какой готовностью заносили в свои тетрадки ссылки на обязательную к прочтению литературу.

Зато когда последовало объявление о завершении лекции, вся группа превратилась в сущий ураган. Обтекая с двух сторон хозяина замка и его супругу, выкрикивая слова приветствия им, детвора с нарастающей скоростью понеслась к местам своего обитания: до общего отбоя оставалось чуть больше часа.

- Чего это ты, детишек так поздно занятиями мучаешь? – довольно строго поинтересовался Торговец, пожимая другу руку.

- Ничего, надо будет, я и ночью их построю на лекцию, - без тени покаяния ответил ректор академии и несколько неуклюже поцеловал Александре ручку: - Графиня! Вы выглядите просто обворожительно!

- Ты моей жене зубы не заговаривай. Лучше признавайся, чего деток ущемляешь?

- Ещё чего!? Да они у меня меньше половины лекций прослушали. Полное отставание по программе! И всё из-за тебя! - вместо защиты Тител перешёл к обвинениям: - Сколько раз тебя просил заполнить вакантные места преподавателей? Я с подачей материала не справляюсь, а недоучек нам не надо!

- У, ты какой! А кто как не ты забраковал более трёх десятков преподавателей только после собеседования? И ведь талантливые, знаменитые люди.

- Вот когда станешь Верховным целителем, когда научишься распознавать в словах каждого человека ложь, тогда и будешь мне указывать, как проводить отбор в мою академию!

- Совсем зазнался среди своих пробирок! Это не твоя, а моя академия!

Со стороны казалось, что старые друзья и единомышленники довольно интенсивно ругаются. Александра даже ресницами заморгала от неожиданности. Но затем вовремя рассмотрела и сообразила, что оба деятеля скрывают радостные улыбки и шумят больше для проформы. Не всё же время общаться деловым и озабоченным тоном.

Хотя ректор первым прекратил пикировку, со смешками переходя к делу:

- Ладно, хозяин, твоя она, твоя! Всё здесь твоё! У меня вон, даже жены собственной нет! Так что ещё желает хозяин от своего покорного раба?

- Эх! Всегда бы ты был таким покладистым, - искренне пожалел Дмитрий, и получил воинственный ответ:

- Покладистым я стану только после смерти. Вот тогда и сможешь меня класть куда тебе возжелается.

- Понял, учту. А сейчас мы по поводу небольшого…, хм, осмотра. Ты ведь и сам был очень заинтересован проверить Александру после её оживления.

- А! Ну да, ну да…, - глаза Титела сразу стали выпуклыми, задумчивыми, а его взгляд стал пронзать графиню словно рентгеном. – Давно пора! Давайте вниз! Эрлиона тоже будет очень заинтересована.

Понятно, что женщина ничего не боялась, тем более что готовилась к чему-то подобному, но всё равно почувствовала себя неуверенно. На ходу схватила локоть Дмитрия и крепко к нему прижалась. Заметив её нервозность, Торговец бесшабашно рассмеялся:

- Надеюсь, это не займёт много времени?

Вначале ректор только хмыкнул в ответ, но уже зайдя в кабину лифта и отправив его в подземелья замка, чванливо поднял палец вверх и стал поучать своего товарища:

- Надеяться не вредно, а противопоказано. И если уж я берусь за осмотр твоей прекрасной супруги, то ей придётся пройти все обследования до единого. Только тогда можно вынести правильный вердикт о её здоровье и наметить верные пути к устранению всех недомоганий.

- Но я здорова и чувствую себя прекрасно! – поспешила воскликнуть графиня.

- Милочка, если вы не разбираетесь во врачевании, то не следует быть такой самонадеянной. Как правило, самые здоровые на вид организмы тоже подвержены всяческим незаметным на первый взгляд заболеваниям. Так что…

Его разглагольствования неожиданно прервало лёгкое прикосновение к сознанию и раздавшее в пространстве радостное восклицание:

- Здравствуйте, папы и мама!

- Здравствуй, дорогая Эрлиона! – сразу догадался Дмитрий, отвечая в пространство. – Как поживаешь?

Лифт проехал только половину спуска, так что его сильно удивило такое уверенно вступление в контакт магической сущности.

- Отлично! Тем более что Тител пообещал мне вскорости сестричку…

- Ай, да папа! – не удержался от сарказма хозяин замка. Но ректор его шутки не поддержал. Наоборот, постарался вести общение строгим голосом, как он всегда делал с нерадивыми учениками:

- Эрлиона, сколько я раз тебя просил не проявлять себя вне твоего непосредственного жилища? Ты ведь знаешь насколько важно хранить пока в тайне факт твоего существования.

Хрустальный смешок предварял ответ:

- Зря волнуешься. В замке нет плохих людей, к тому же все обо мне и так знают.

- Вот и плохо, что знают, - ворчал ректор, первым выходя из лифта. – И откуда такая уверенность?

- О! Я уже легко могу всё видеть, слышать и чувствовать до самой крыши замка, - похвасталось создание магии и целительства. – Ещё немного и я смогу придерживать некоторые предметы от случайного падения практически в каждой комнате.

От такого признания двое мужчин встали на месте, буравя друг друга взглядами.

- Разве такое возможно? – выдавил из себя Торговец.

- Конечно, папа! Когда ты научишься правильно пользоваться своей силой, я и тебя научу. Это ведь так просто…

- Э-э-э…, малышка, - чувствовалось, что ректор в некотором замешательстве, да и назвал он создание уменьшительно, ласкательно скорей по глубокой задумчивости: - А это каждый человек так может двигать предметами и всё просматривать?

- Нет, папа Тител. Это может получиться только у тебя и у мамы Александры. И то вам надо долго учиться и несколько преобразоваться.

Теперь мужчины во все глаза пялились на графиню Светозарову Свирепую Шахматную. Причём ректор своей ручищей сжал друга за плечо, когда тот первый открыл рот и попытался что-то сказать. Зато заговорил сам:

- Ну ладно, кто среди нас теперь «старший» папа, мы определились. Хотя он мне в правнуки годится по возрасту, - не удержался он от шпильки. – Но как такое случилось, что и мама имеет такие уникальные возможности?

- Они у неё всегда были, как я поняла, - отвечала Элеонора серебристым голоском. – Просто во время воскрешения, моя предшественница отдала в неё весь свой потенциал к магии, выплеснула свою предсмертную энергию и теперь мама Саша тоже может творить удивительные вещи. Только я пока затрудняюсь ответить, какие именно направления выберет её тело и сознание в самоопределении.

От такого известия Тител пришёл в себя гораздо раньше остальных, покачал своей лохматой головой на длинной шее и жеманно воскликнул, вновь прикладываясь к ручке растерянной графини:

- Рад вас приветствовать, коллега, в нашем творческом кругу. И сразу предлагаю заняться развитием самого великого дара, дара целительства!

- Постой, постой…, – отмахнулся от него Дмитрий, подхватывая супругу под локоток и устремляясь в сторону вертушки. При этом он на ходу обращался к магической сущности: - Моя жена уже умеет предвидеть большие опасности. Что это значит?

- О! У неё редчайший дар улавливать предсмертные напряжения полей живых разумных сущностей. Я ещё сама досконально не изучила этот вопрос, но вокруг каждого существа имеется особое поле, чувствительное к энтропии смещения всего пространства. Оно улавливает отторжение агрессивности с любой стороны и реагирует на это резким сокращением. Уловить это сокращение, дело немыслимые, но если маме Саше это удаётся, она всегда может вовремя обезопасить и себя и своих близких от любой беды.

Кажется к моменту этого объяснения все трое уже были готовы засыпать Элеонору вопросами. Тем более что они уже во все глаза смотрели, и можно сказать, что видели, с кем разговаривают: вся вертушка была покрыта облаком мерцающего сияния, вращающегося в гипнотизирующем калейдоскопе. Но вдруг сбоку к ним шагнула тень и сочный мужской голос произнёс:

- Здравствуйте! Как поживаете? Можно с вами познакомиться?

Как только Торговец рассмотрел говорящего, сразу заступил собой супругу и вытянул правую руку вперёд для магической атаки. Тител Брайс тоже от удивления подпрыгнул на месте, но среагировал на появление этой страшной личности несколько иначе. Скорее сварливо и с досадой:

- Эрли! Детка! Зачем ты выпустила Дасаша из воронки? Это не опасно?

- Нисколько! – вновь голос послышался одновременно с хрустальным смехом. – Он уже такой милый, любопытный и подвижный. Ему хочется всё познавать, осматривать и ему совсем не сидится на месте. И ему так хочется увидеть солнце и всю долину. У, ты мой хорошенький! Молодец, правильно здороваешься и ведёшь себя вежливо, культурно.

Под этот восторженный лепет, очень напоминающий лепет донельзя довольной мамаши, графская чета во все глаза рассматривала своего недавнего злейшего врага всего мира Зелени, кровавого диктатора Успенской империи Дасаша Маххужди. Его лицо украшала счастливая улыбка, глаза сияли детским восторгом и искренней любознательностью, да и переминался он с ноги на ногу словно малолетний, стеснительный мальчуган. Видеть такое превращение в оставшемся от прежнего владельца теле, было несколько дико, скорее даже неприятно.

И магическая сущность это почувствовала, ограждая своего воспитанника от ненужных вопросов:

- Дасаш, потом мы тебя позовём. А пока иди в свою комнату и продолжай обучение с прозрачным облаком.

- Да, мама. До свидания!

Здоровенный мужик, от одного вида которого ещё недавно трепетали все жрецы и министры Успенской империи, вежливо поклонился и поспешил куда-то в подсобные помещения. Когда он удалился, Элеонора охотно пояснила для графской четы:

- Пришлось несчастному стереть всю память и теперь воспитывать с самых азов. Зато какой у него просто невероятный магический потенциал…!

- Что за облако? – ревниво поинтересовался Тител.

- Да я создала небольшой накопитель обучающей информации и преобразовала его в искрящееся облачко. Ребёнку всегда интересно туда засунуть голову и вместе с развлекательными картинками получать курс начального образования. Дасашу жутко нравится, три часа там торчал, пока я его перед вашим приходом не выгнала прогуляться. Ведь двигаться ему тоже необходимо как можно больше.

Торговец сразу уловил для себя самое главное:

- Можно такие облачка и для учеников академии создать?

- Не знаю. Буду пробовать. Но здесь мне уже должен папа Тител помогать.

После чего на несколько минут оба создателя академии вступили в жаркий спор о возможностях и перспективах подобного магического обучения. В их перепалку даже Элеонора не могла вставить и словечка.

Зато графиня Светозарова решила напомнить супругу о крайней нехватке времени:

- Дорогой, - ещё и за рукав дёрнула, останавливая спор, - Зачем мы сюда пришли? Все вопросы обучения уважаемый господин Брайс решит и без твоего участия. Верно?

- Конечно! – заносчиво задрал подбородок ректор. – Без него разберёмся! Итак, Эрли, как будем проводить осмотр?

- Ой, папа, это ведь так просто. Сажай маму Сашу в вертушку и никаких проблем. Она теперь и сама бы всё могла в себе рассмотреть, просто пока не умеет. Зато в вертушке она мне поможет и сама немного поучится. Мы с ней вдвоём лучше всего вашего консилиума рассмотрим.

- М-да? - одновременно с недоверием и гордостью в голосе хмыкнул Верховный целитель империи Рилли. – А у вас получится? Ну-ну, посмотрим, посмотрим…

Но руку Александре подал и помог подняться на бортик бассейна с магическим облаком. Искорки и переливы чуть раздвинулись, открывая взору готовое к приёму пациентки сиденье со спинкой и дугами безопасности. А как только женщина уселась, сиденье вновь скрылось с водоворотах тумана и вся магическая суспензия буквально вздыбилась новыми яркими красками и водоворотами.

Мужчинам даже пришлось отступить на несколько шагов назад, подтянуть отвисшие челюсти и только через несколько минут вернуться к общению:

- Обалдеть можно! – восклицал Светозаров. – Это же в какое сказочное чудо превратилась наша Эрлиона?!

- Я сам от восторга чуть сознание не теряю! – признался с радостным всхлипом Тител Брайс.

И тут же получили ласкательное прикосновение, проникающие во все внутренности и отозвавшее в сознании словами:

- Ой, папочки! Мне так приятно, что я вам нравлюсь…!

- А как же осмотр? – всполошился граф. – Мы тебя не отвлекаем своими восторгами?

- Нисколько! Я ведь могу единовременно быть уже почти во всём пространстве замка.

Но всё равно мужчины отступили от вертушки под самую стенку и там непроизвольно тихими голосами продолжили обсуждение как перспектив использования информационного облачка, так и ближайшее будущее Дасаша Маххужди. По утверждениям ректора получалось, что Эрлиона уверена в правильном воспитании вчерашнего диктатора. По её выкладкам получалось, что Дасаш вскоре станет истинным целителем, и по своей мощи будет несколько превосходить четвёртый уровень. Возможно, ориентируясь на него, придётся вводить даже пятый уровень магических умений.

Такая сила в голове у Дмитрия никак не находила определений:

- Что он тогда сможет творить с больными?

- Не знаю, - пожимал плечами ректор. – Там остаётся всего один, два шага до воскрешения мёртвых.

Но наговориться они всё равно не успели за полчаса. Мельтешащее облако замедлилось, а потом выпустило из себя несколько взъерошенную постреливающую во все стороны голубыми молниями Александру. Причём настроение у неё явно оставляло желать лучшего.

- Дорогая, - бледнея от переживаний, бросился к ней Светозаров. – С тобой всё в порядке?

- Даже более того! – ответила та резко. – И не только со мной! – затем перешла на ехидный и сварливый тон: - А ну-ка признавайся: когда это я успела забеременеть?!

- А-а-а…? Так я…

- Сама догадываюсь, что во время нашего последнего «отдыха». Но а ты куда смотрел? Ты ведь мог меня оградить! Мы ведь пока ничего не планировали!

- Почему не планировали? Я тебе говорил…

- Да?! Без меня решаешь? Ну ладно! Я с тобой наверху поговорю!

И она решительным шагом отправилась к лифту. Магическая сущность не отзывалась, видимо она и так уже с женщиной наговорилась достаточно во время осмотра, а вот старый друг имел неосторожность посочувствовать:

- М-дя! Холостяком оно, конечно, легче живётся… Но как скучно!..

Дмитрий уже порывался бежать за супругой, но замер на месте и с укором уставился на ректора. Затем нахмурился, что-то соображая и полным чувствительной заботы голосом, обратился в пространство:

- Кстати, Эрлиона! Мне тут по пути сюда, твой папа Тител жаловался, что он у меня в роли бесправного раба подвизается и даже собственной жены не имеет. Не пора ли ему подобрать подругу жизни?

Пока ректор заикался от такой наглости и размахивал руками, магическая сущность задумчиво стала рассуждать:

- Чуть позже я попробую свои новые наработки по омоложению, так что детородные функции у папы Титела обязательно возродятся. А вот с выбором для него жены, придётся основательно потрудиться. Будет нелегко подобрать ему спутницу жизни по всем сходным параметрам… Но справимся!

- Да вы что? Издеваетесь? – прорезался наконец голос у Верховного целителя.

Не обращая на него никакого внимания, Дмитрий буркнул себе под нос:

- Так тебе и надо! – а вслух от души поблагодарил: - Спасибо, детка! Я знал, что ты своих папочек в беде не оставишь.

- Всегда готова помочь! – понеслось ему в спину вместе с хрустальным смехом. Кажется, удивительное создание могло одновременно не только смеяться, говорить, петь или вести научные опыты, но и всё остальное вместе взятое творить легко и беззаботно.