Сбежать

Пролог

У каждого человека в жизни бывает такой момент, когда он должен сделать выбор. И, как показывает практика, выбор этот способен изменить всю его последующую жизнь. Именно от этого выбора зависит то, что будет с ним дальше: умрет он или будет жить. А если и будет жить, то как. Принято считать, что все зависит от одного человека, собственно, от того, кто делает этот самый выбор. Но нельзя наверняка с этим согласиться, ведь человек, принимая решение, лишь выбирает одну дорогу им множества предложенных ему. А прокладывает эти дороги он далеко не сам. Однако, как ни крути, последнее и решающее слово остается все же за тем, кто стоит у выбора. И этим нельзя не пользоваться.

Многие люди недовольны своей жизнью и, как видно со стороны, призывают окружающих себя жалеть. Они постоянно твердят: "Я не этого хотел, я ни к этому стремилась, я ни чем такое не заслужил, от меня ничего не зависело… ". Таким людям не стоит верить. Они пытаются убедить скорее себя, чем вас. Ну конечно…не обвинять же себя во всех своих неудачах. В любом случае такие люди глубоко заблуждаются, когда говорят, что у них не было выбора…потому что выбор есть всегда. Даже когда вам кажется, что это все. Конец. У вас все равно есть выбор. От того, что вы станете его игнорировать, он никуда не денется. Об этом нужно помнить.

Лично я об этом никогда даже не догадывалась, не говоря уже о том, чтобы помнить. Моя жизнь до некоторого момента меня полностью устраивала. Я пребывала в счастливом неведении. Конечно, потом как и у многих подростков у меня началась темная полоса. Для меня, это период жизни, во время которого я много переживала, а после и освоила всю суть тяжелой реальности, которая обрушилась на меня тяжелым грузом и мешала смотреть на все легко и непринужденно, как раньше. Когда это все только начиналось, я и не думала прекращать. Мне нравился мой скептицизм и вечная легкая грусть. Но со временем я погрязла в своих страхах и переживаниях и, казалось, излишнее давление со стороны окружающих добьет меня окончательно. Я мечтала вырваться из этого ада, который нарисовала себе сама, но все было бесполезно. Ждать поддержки со стороны родных я и не собиралась, а на помощь психолога и не рассчитывала. Возможно все дело в недоверии или страхе, присутствие которого я ощущала каждую минуту. Еще одна боязнь: не избавиться от этого всего и просто сойти с ума.

Однако я вырвалась. У меня получилось. Но это заслуга не моя. У меня лишь был выбор. В это трудно поверить, но моя жизнь повернулась на сто восемьдесят градусов и вышла за грани реальности и понимания других людей. Частью моей жизни стало то, что многие люди считают выдумкой и фантазией, но они сильно ошибаются. Некоторые "выдумки" и "фантазии" реальнее их самих, с этим ничего не поделаешь.

Выбор, сделанный мною, оказался тем самым, решающим, о котором я говорила вначале. Он перевернул все, включая мою жизнь, мое будущее и мое представление о мире. Все, чему я училась, во что верила, оказалось неправдой. Решение, принятое мною, не входит в разряд тех, что принимают обычные подростки в моем возрасте. Оно настольно отличается от всего, что мы привыкли вычитывать из статей, которые призваны вдохновлять людей и вытаскивать их из депрессии. Моим выбором стало одно слово – сбежать. Считается, что если уклоняться от проблем, то они никогда не решатся сами, они никуда не денутся и будут преследовать нас всегда. Я с этим согласна. Ну а что если найти такое место, куда повседневным проблемам не пробраться? Убежать туда, где они просто не смогут нас найти. Я нашла такое место. А точнее, это оно нашло меня.

Побег от проблемы – это тоже выбор. И чтобы его сделать, нужно иметь огромную смелость.

Глава 1

Я просыпаюсь по звонку будильника. На циферблате 6:20. Благополучно выключаю его и снова принимаюсь дремать. И лишь когда он звонит второй раз, я решаю открыть глаза. Сделав это, я тут же жалею…школа. От одной мысли, что, независимо от своих желаний, я обязана встать с кровати и пойти туда, становится нехорошо. Однако кто меня спрашивает, хочу я или нет. В любом случае придется.

Оглядываю свою комнату: в ней темно, только яркая полоска света, просачивающаяся сквозь щель между двумя не до конца закрытыми шторами, переливается красноватым огоньком. Рассвет. Надо набраться смелости и откинуть теплый плед, под которым я обычно сплю, когда в доме прохладно. Я люблю прохладу именно из-за пледа. Для меня он как спасительный кусочек тепла, защищающий от всего, что мне так не нравится: школа, учеба, серые будни и повседневные дела. Но я не могу оставаться под ним вечно, к своему глубокому сожалению, и мне приходится обзавестись решимостью и скинуть свой любимый плед.

И тут же меня одолевает пронизывающий холод, как будто я резко оказываюсь на улице. Быстро вскакиваю с кровати и бегу к стулу, на котором я перед сном оставляю свой махровый халат. Быстрыми отработанными движениями продеваю руки в рукава и запахиваю мою еще одну любимую вещь, завязываю толстый шнурок на талии. Так-то лучше.

Я выхожу из своей комнаты и медленными ленивыми шагами направляюсь в сторону ванной. Захожу, включаю свет и захлопываю за собой дверь. Над раковиной у нас висит большое зеркало. Можно разглядеть себя от макушки до бедер.

Ну и видок у меня: под темно-карими глазами с длинными черными ресницами засели небольшие темные круги, яркие непухлые губы - суховаты и в довершение спутанные, торчащие в разные стороны пучками, каштановые длинные волосы. Ну ничего. Бывало и хуже.

Наспех чищу зубы и привожу себя в порядок. Вхожу в скромненько обставленную кухню. Здесь очень большое окно, но сторона не солнечная, поэтому света мало, особенно утром и вечером. Нажимаю на включатель и загорается свет. Все еще спят: родители встают на работу позже, а младшая сестра учится во вторую смену. Ставлю на огонь чайник и, открывая холодильник, беру все, что нужно для того, чтобы сделать пару бутербродов. Я делаю чай, добавляю в него молоко и завтракаю в полной тишине. Если честно, меня это абсолютно устраивает.

После трапезы иду к себе в комнату. Что есть силы распахиваю шторы, тем самым впуская в комнату утренний блеклый свет. Заправляю кровать и иду одеваться. При наличии школьной формы сильно не разгуляешься, поэтому набор вещей стандартный: белая глаженая блузка, черная юбка- карандаш, колготки и темно-бардовый галстук, который так и норовит задушить своего хозяина во время очередного скучного урока. Подхожу к туалетному столику и, вооружившись тюбиком тонального крема, начинаю замазывать неярко выраженные синяки под глазами. Затем быстро расчесываю свои волосы по пояс, что оказалось легче, чем я думала. Затягиваю на затылке тугой пучок и иду складывать в сумку учебники. В качестве завершения трансформации пшикаю на запястья и шею сладковатые духи, надеваю очки для зрения, накидываю пальто, беру сумку и отправляюсь обуваться.

Обувшись и выйдя на улицу, стою минуту-две около дома, вспоминая, все ли я взяла. Убедившись, что ничего не забыла, иду в школу. Путь недолгий, но без музыки довольно скучный, поэтому я втыкаю наушники в уши, а конец проводка в телефон. Мой выбор разрывается между Верди и каким-нибудь попсовым исполнителем, но я все же останавливаюсь на классике. Вместе с музыкой приходят и чувства, поэтому я выбираю то, что спокойней, чтобы хотя бы ненадолго почувствовать безмятежность. Не скажу, что у меня это получается. Последние несколько месяцев я на это и не надеюсь. Перед тем, как экран телефона потухает, мой взгляд задерживается на дате: 1 марта.

Через пару кварталов вижу здание школы. На первый взгляд постройка безобидная, но те, кто в ней учатся, так не считают. Это место, где губят таланты и разрушают мечты. Всех детей подгоняют под один шаблон. Их учат думать одинаково. Разве так можно? Но это мои мысли, и слушать меня, конечно, никто не будет.

Не хватает слов, чтобы выразить то, как я туда не хочу.

Я вхожу на территорию школы и направляюсь к центральному входу. Оказавшись внутри, я замечаю у гардеробной компанию парней на год старше меня. Некоторые смеряют меня взглядами, но моего удивления это не вызывает. Иногда я слышу от чужих людей, что я красивая, но мне это не льстит. В этом нет моей заслуги, поэтому такого рода комплименты я не слушаю. В гардеробной оставляю пальто и направляюсь к нужному кабинету. Там уже весь класс разделился на две группы (мальчики и девочки) и что-то активно обсуждает в ожидании звонка. Войдя, я слышу хорошо знакомый голос:

-Анна! – это Аманда, моя лучшая подруга. Общаемся мы с ней не так давно, но мое доверие она заслужила всецело.

Аманда – низкая тоненькая девушка с волосами, подстриженными под каре и имеющими рыжий отлив. Голубые глаза играют на свету, губы сжаты в тонкую линию, лицо округлое. Особой красотой она не отличается, но те, кто знают ее давно, считают ее довольно симпатичной. Лично я – прекрасной. Ей уже шестнадцать, в то время как мне шестнадцать исполнится только через четыре месяца.

-Привет, - отвечаю я, пытаясь натянуть на лицо скупую улыбку. Она обнимает меня и ведет в зону этого эпицентра сплетен.

В компании я всегда своя. Я легко общаюсь с людьми, нахожу с ними общий язык, смеюсь с шуток и шучу сама. Но это лишь маска. Она просто настолько правдоподобная, что никто из окружающих о ней и не догадывается.

Звенит звонок, и я, в предвкушении очередного напряженного от работы для, занимаю свое место. Поначалу уроки казались невыносимы, но со временем я привыкла. Сидеть пости час и слушать монотонную лекцию учителя, параллельно конспектируя основные мысли, трудно. Ну конечно. А чего я хотела? Легко только тем, кто ходит в школу и не учится. На уроках такие вечно зевают или играют в игры на телефоне. Я к ним не отношусь. Я всегда училась на отлично, и поэтому сейчас, когда особенно трудно, я не должна расслабляться. Самое интересное, что об этом мне твердят практически все, кому не лень. Это раздражает, но я привыкла. Ко всему можно привыкнуть, даже к чрезмерной нагрузке. На каждом уроке нужно выкладываться на все сто, чтобы полностью знать все предметы.

Это напрягает, и поэтому к концу уроков я становлюсь выжатой как лимон. Никаких эмоций, никаких улыбок, только злоба. Злоба и усталость. А ведь это еще не все.

После уроков быстро бегу домой, чтобы не опоздать на дополнительное занятие в школе иностранных языков. Дома кушаю, меняю школьную форму на классические зауженные штаны в мелкую клетку и серую бесформенную кофту. Завершаю образ крупной подвеской на шею в виде камня, название которого я давно забыла, и черными кроссовками. Стильно одеваться – самое быстрое и практичное увлечение, которое я могу себе позволить. В рюкзак кидаю учебник и деньги на дорогу. Застегиваю его и сверяюсь со временем: 14:30. Если до автобусной остановки добегу быстро, то не опоздаю.

Приходится бежать за автобусом, но благородный водитель, увидев меня в зеркало заднего вида, все же останавливает транспорт. Мне повезло, и я успеваю на занятие, однако после трудной учебы и незапланированной пробежки у меня болит все, что только может болеть. Я не неженка и привыкла полностью выкладываться на все сто процентов в любом деле, за которое не возьмусь, а за это надо как-то платить. Боль в мышцах и головокружение – самая меньшая плата, которую я могу только себе позволить.

На занятиях мы некоторое время болтаем с учительницей о том, как у кого дела, и кто как провел выходные. По сравнению с ней я провожу свободное время довольно однообразно. У моего преподавателя имеется весь спектр развлечений, начиная с хорошей сауны и горных поездок и заканчивая тихими играми с маленьким внуком. В свои пробелы в графике я могу заняться только чтением, рисованием и некоторыми видами искусства. В основном это все снижает уровень стресса, который у меня по идеи должен быть низким.

После болтовни мы занимаемся чтением и переводом текстов. Когда занятие наконец заканчивается, я чувствую, что мой мозг вот-вот взорвется.

Я мирно и без приключений добираюсь до дома, но расслабляться рано. Самое интересное еще впереди. Я переодеваюсь в свободную домашнюю одежду и ставлю на огонь чайник. Смотрю на циферблат: кухонные часы показывают 16:34. Я делаю себе чай, по привычке разбавив его молоком и принимаюсь медленно отпивать по глоточку, словно участвую в китайской чайной церемонии и у меня есть возможность пить этот чудесный напиток целый день.

Делая глотки, я закрываю глаза, ощущая как эта волшебная теплота разливается по всему моему телу. Определенно. Это одно из самых потрясающих ощущений в мире. Чай – это еще одна радость в моей жизни, в которой я вечно что-то кому-то должна. И при этом саму меня никто ни о чем не спрашивает. Я просто обязана учиться хорошо, обязана стараться, обязана чего-то добиться даже если я так не считаю. На меня постоянно кто-то давит, будь то учителя, родные или друзья, которых у меня, собственно, нет (кроме Аманды. Она единственная, кто ничего от меня не требует, а просто любит такой, какая я есть).

Я характером не слабая и умею поставить кого угодно на место, особо не стараясь. Но эти стереотипы касательно меня так сильно закрепились в моем сознании, что я действительно начинаю верить, что я обязана. Когда на человека оказывает давление другой человек, этому можно противостоять, причем легко. Но когда давление оказывает приличная часть общества, то просто нет сил бороться, проще уж просто убедить себя в том, что то, что ты делаешь – это твоя обязанность.

Ход моих мыслей прерывает телефонный звонок. На экране мобильника высвечивается надпись «Мама». Я передвигаю пальцем на экране значок и отвечаю:

-Алло. Привет, мам.

-Привет. Анна! Ты почему мне не звонишь? – спрашивает мама голосом, в котором явно выделяется претензия.

-Прости, не было времени, - отвечаю я, пытаясь загладить свою вину, чтобы предотвратить назревающий конфликт.

- Чем ты сейчас занимаешься? – будто игнорируя мои извинения, задает она вопрос.

-Только домой пришла, чай пью.

-У тебя экзамены в этом году. Нужно готовиться, а не чай пить. Да и вообще, если есть время на чай, то есть время и на звонок матери.

-Со мной все в порядке, и я готовлюсь, - отвечаю я с яркой ноткой злости от обиды и явного непонимания.

-Если бы ты готовилась, ты бы хоть что-то знала,- замечает мама. В ее голосе вызов и презрение.

-А я и знаю, - огрызаюсь я. Если она так хочет эту ссору, так пусть она ее получит. Я слишком уставшая и измотанная, чтобы игнорировать ее желание окончательно испортить наши отношения.

-Чтобы знать, нужно учиться. А ты и не пытаешься. Ладно…не хочу тратить на тебя свои нервы, Анна. Пока, - она быстро вешает трубку, как будто наш разговор кажется ей настолько бессмысленным, что она решает не тратить на меня свое время.

Хорошо, что дома никого нет, потому что, когда я убираю телефон от уха, по моей щеке соскальзывает слеза. Не люблю плакать при людях. Специально для этого и есть одиночество. Оно позволяет отдаться своим эмоциям, полностью погрузиться в пучину отчаяния, а после вернуться в общество таким же хладнокровным, как и остальные. Я даже не знаю из-за чего была моя обида. Непонимание матери или ее холодное обращение со мной или, может быть, в целом недостаток любви, который я получаю от нее. Я не понимаю, из-за чего мои слезы. Я понимаю только, что мне действительно хочется выплакаться, ведь это уже не в первый раз, когда она со мной так обращается. Но мне нельзя впадать в печаль. А уж тем более жалеть себя, от этого люди становятся мягче и податливее. А если я не хочу быть выбитой из колеи и застрять в плену у своих чувств и эмоций, я должна быть тверже.

Придя к такому выводу, я быстро вытираю вторую слезу рукавом вязаного свитера и вместе с чаем иду делать уроки.

Не скажу, что они даются мне легко, но я успешно выполняю биологию, один из моих самых нелюбимых предметов. Я и не знаю, за что ее невзлюбила. Просто не нравится. Приходится терпеть.

Ох уж это чувство, когда ты совсем не хочешь что-то делать. Меня оно посещает очень часто…скажем, каждый день. Но я к нему привыкла, и игнорирую каждый позыв взять в руки любой учебник, порвать его, а затем сжечь. Я не агрессивная и никогда такой не была, однако, если ты год за годом делаешь что-то, что тебе не нравится, ненависть сама входит в твою жизнь и ищет любой повод вырваться наружу. Хотя, возможно, на меня просто произвели сильное впечатление мамин звонок и последующая ссора. Меня до сих пор душит обида. Она же моя мама, а мамы любят своих детей. Возможно, наша семья – это исключение, а возможно, я просто драматизирую. В любом случае, это все происходит не в первый раз, похожих ситуаций много, и в любой из них морально достается мне. Мама лишь наотрез отказывается обсуждать наши проблемы. Она это не говорит, но я чувствую, что она этого не хочет. Я всегда хорошо чувствовала людей. А особенно ее.

Как там она сказала?

-Не хочу тратить на тебя свои нервы, Анна… - шепотом произношу я. А сама так и чувствую, что вот-вот начну плакать.

Чувства нахлынывают с новой силой, и вот я уже тщательно стараюсь держать себя в руках. Я знаю, что я сильная. Если я за столько лет жестокости и хладнокровия как-то умудрилась не расклеиться, то я точно не слабачка.

И вообще-то меня зовут Адрианна. Каким-то образом за мной закрепилось не мое настоящее имя, а это сокращение. Не могу сказать, что я против, но иногда мне кажется, будто людям жалко для меня букв. Хотя имя довольно экзотическое для наших мест. Мы живем в пригороде, но наша жизнь сильно отличается от жизни городских, хотя бы тем, что здесь все старое, иссохшее и прогнившее (в особенности это касается людей).

С тем же энтузиазмом, что и в начале, делаю домашнее задание по химии, физике и математике. Снова смотрю на время. Только уже на экран моего телефона: 19:08. Уроки занимают слишком большую часть моего времени. Я могла бы почитать, я люблю читать. Или порисовать, что у меня хорошо получается, но нет, я сижу и учу то, что мне никогда в жизни не пригодится, за исключением одного единственного урока. Глупо, не правда ли? Добро пожаловать в мою жизнь.

Завтра у меня дополнительное занятие у репетитора. На него тоже нужно подготовить домашнее задание. Если мне не изменяет память, то задали мне очень много. Открываю тетрадь для заметок и убеждаюсь в том, что она мне явно не изменяет. Ладно…нельзя думать о том, что я чего-то не хочу; нужно думать о том, что надо. Открываю учебник и долго сижу над первым номером, зато после него остальные я выполняю быстро и легко. Не зря же столько занималась. От этой мысли становится чуть легче. И я опять смотрю на время: 20:02.

Мой график давно уже закрепился и не меняется, это я поняла, когда стала постоянно смотреть на часы. Может со скуки, а может, просто посмотреть скоро ли спать. Отдыхаю я только во сне, поэтому кровать стала едва ли не моим лучшим другом. Именно в постели я понимаю, что самое худшее позади, и впереди только приятное.

Слышу, как открывается входная дверь и как смеется моя младшая сестра. Приехали родители. Если я этого не сделаю, то они долго еще будут мне это припоминать, поэтому я собираю всю свою волю в кулак и иду их встречать. Они задержались в супермаркете, потому что, как только в дом заходит мама, она дает мне в руки два огромных пакета с продуктами и говорит:

-На…разбирай.

Вместе с пакетами иду на кухню и ставлю их на большой обеденный стол. По очереди достаю из них продукты, которые сортирую. Скоропортящиеся – в холодильник, все остальное раскладываю по тем местам, где оно должно лежать.

Ужин проходит в полной тишине, как если бы я ужинала одна, меня устраивает и это. Лишь сестра что-то изредка комментирует или спрашивает у мамы, а та отвечает сдержанно, иногда улыбаясь. От папы я и звука не слышу, но так даже лучше. Он как безмолвная тень, но на самом деле мы с ним по характеру схожи и нас не переспоришь, практически любой наш разговор перетекает в спор, а затем в ссору. Поэтому лучше с огнем не играть.

После ужина принимаю душ. Долго стою, погруженная в свои раздумья, под струями теплой воды. Когда с гигиеной покончено, я иду к себе в комнату и с пьянящей радостью понимаю, что у меня есть время на чтение.

Подхожу к книжным полкам, висящим напротив кровати, и долго стою, озадаченная выбором. Будь я менее нагруженная и уставшая, с бы радостью взяла какой-нибудь объемный роман с запутанным сюжетом и множеством интересных персонажей. Однако в последние несколько месяцев о таком я даже и не мечтаю. Для того, чтобы усвоить сложную книгу нужна свежая голова, а я настолько измотанная, что через пару дней легко забуду, о чем читала.

В периоды такой нагрузки я предпочитаю легкую художественную литературу с незамысловатым сюжетом: повести, легенды или мое любимое – сказки. Когда ты читаешь что-нибудь подобное, то сам немного расслабляешься, с головой уходя в легкое и непринужденное путешествие в то место, которого, возможно, и не существует.

Так я, например, недавно окончила сборник французских сказок, который ненадолго дал мне возможность поверить, что все не так плохо, как кажется. Перед ним я читала «Алису в Стране чудес». И именно тогда я с ужасом заметила. Что не читала тех элементарных сказок, которые должны сопровождать каждого ребенка.

И я не говорю о различных сказках, главные героини которых рождаются или становятся принцессами, носят красивые платья, а в конце встречают свою любовь, то есть прекрасного принца, который кроме как махать острой палкой и позировать на коне ничего не может. Дайте принцессе коня и меч, и она будет не хуже сказочного принца. О говорю о тех классических детских произведениях, персонажи которых поражают своей отреченностью, дерзостью, необыкновенностью, душевным благородством и смекалкой.

Я даже печатала в поисковике: 100 самых лучших детских произведений мира. Конечно, на каждом сайте этот список бал совершенно разным. Я долго сидела в интернете в надежде найти что-нибудь, что меня заинтересует. В итоге я выбрала 15 произведений. Мой личный список выглядел так:

1.Антуан де Сент-Экзюпери

«Маленький принц»

2.Льюис Кэрролл

«Алиса в Стране чудес»

3.Льюис Кэрролл

«Алиса в Зазеркалье»

4.Даниель Дефо

«Робинзон Крузо»

5.Мигель де Сервантес

«Дон Кихот»

6.Братья Гримм

«Бременские музыканты»

7.Ганс Христиан Андерсен

«Снежная королева»

8. Шарль Перро

«Пряничный домик»

9. Лаймен Фрэнк Баум

«Страна ОЗ»

10. Эрнст Теодор Амадей Гофман

«Щелкунчик»

11. Редьярд Киплинг

«Маугли»

12. Карло Коллоди

«Пиноккио»

13. Льюис Клайв

«Хроники Нарнии»

14. Александр Дюма

«Робин Гуд»

15. Джеймс Барри

«Питер Пэн»

Я знаю, о чем эти произведения, хотя из всего списка прочитано мной всего 2-3, и то это было давно. Сейчас я хочу лишь расслабиться и окунуться в литературу с головой. Из списка у меня дома оказала только «Алиса в Стране чудес», которую я прочитала около трех недель назад. Больше ничего нет. Ладно…завтра у меня будет дополнительное занятие. К репетитору я езжу сама, он живет недалеко от книжного магазина. Можно будет зайти туда и купить что-нибудь из списка. В детскую библиотеку я идти не хочу, мне будет неловко в свои 15 просить книгу для дошкольников. Да и вопросов от библиотекаря хочется избежать.

Это все хорошо, но чем же мне заняться сейчас? Настроения рисовать нет. Как и вдохновения. Есть такая подлость: физический труд убивает вдохновение. В этом я убедилась.

Мой внутренний монолог прерывает звонок. На экране написано «Аманда». Сейчас это действительно вовремя, не пропадать же вечеру.

-Алло, - отвечаю на звонок.

-Привет, Анна! – слишком радостным голосом произносит Аманда.

-Что-то случилось? – улыбаясь, спрашиваю я. Радость подруги не может оставить меня без улыбки, таков закон.

-А ты не слышала?

-Нет, - смущенно отвечаю я. Интересно, что именно я должна была услышать.

-Короче в субботу занятий не будет. Проводится конкурс «Учитель года», и почти все учителя едут попытать счастья, - последнюю фразу она произносит со сдавленным смешком, что заставляет меня тихонько хихикнуть.

-Ты уверена, что это правда? Сегодня только понедельник, - уточняю я.

-Уверена. Ребята из параллели сказали. У них типа одноклассница – дочка учителя. Информация достоверная. Кстати, ты чем заниматься в субботу будешь?

-Не знаю. Может, почитаю или придумаю что-нибудь, - со вздохом отвечаю я, представляя, как в этот день ничего делать не буду.

-А знаешь, что, книжный червь? Бросай все и в субботу дуй ко мне. Классно время проведем, фильмы посмотрим. Мне тебя уже жалко, - с надутой губой мямлит моя подруга, - либо учишься и зубришь, либо сидишь одна дома. Скоро корни пустишь. Нужно развлекаться! – говорит она. Я чувствую, что каждое ее слово искренне. Это греет душу, хотя мне и неприятно, что кто-то меня жалеет.

-Ну…хорошо. Мы давно не проводили время вместе, - улыбка сама ползет ко мне на лицо.

-Вот и супер, - произносит Аманда все с той же интонацией что и в вначале.

А дальше длится получасовой разговор на самые разные темы, от «Ты видела трейлер нового фильма?» и до «Мария, ну помнишь ее, с этим рассталась…ну который усатый.» Причем вопросы в основном задает Аманда, и мне это нравится. Она понимает, что я слишком уставшая, чтобы придумывать темы для разговора. После всех обсуждений мы желаем друг другу доброй ночи и прощаемся.

Ну вот и скоротала время. Вообще у моей подруги есть удивительная способность звонить мне вовремя или писать, когда мне особенно нужна поддержка друга. За это я особенно ее люблю. На часах 22:50, и если я не лягу спать сейчас, то просто отключусь от бессилия. Поэтому задергиваю шторы на окне, выключаю свет и, переодевшись в пижаму, ложусь туда, где начался мой день, в постель.

Дааа…сумасшедший день. Накрывшись одеялом, а сверху и любимым пледом, я мысленно повторяю эту фразу как мантру, как будто мне станет легче, и завтрашний день будет не таким нагруженным. За что мне нравится укрываться пледом и одеялом одновременно, так это за сладостное ощущение неприкосновенности, которое не покидает меня под этой толщей тканей. Кажется, что все мои проблемы и трудности отступают под натиском моего странного теплого щита. Непередаваемое чувство, которое невозможно описать словами. Я никогда не засыпаю сразу, а долго и нудно обдумываю весь прошедший день или же строю планы на завтрашний. Конечно, с моим графиком всегда получается осуществить минимум планируемого, но, когда я все это продумываю, у меня появляется надежда, что завтра будет не так как сегодня. Если честно, сейчас чувствую, что и это мне не по силам, поэтому просто ложусь на живот, обнимаю обеими руками подушку и погружаюсь в забытье, чувствуя привкус отдыха. Последняя посетившая меня мысль: как же я скучно живу, какое нудное однообразие, как бы я хотела это изменить.