Сайкан: Предвестник

Пролог

— Забавная штука выходит. Когда ты смотришь на конец света, тебе начинает казаться, что ты неплохо понимаешь, как его избежать. Мы прошли через собственное разрушение мира, но каким-то чудом жизнь сохранилась. И вот тогда нам в головы пришла идея, которая обычно заканчивается одинаково плохо. А давайте спасём остальных. Благородно? Ещё как. Только есть одна проблема. Вселенная терпеть не может благородных идиотов. Именно поэтому попытка спасти чужие миры подписала смертный приговор нашему.

Аргон стоял на вершине Крепости Вечного Порядка и наблюдал, как из космоса спускалось нечто. На первый взгляд — планета. На второй — ошибка природы. Мир, собранный из камня, металла и живой плоти. А если присмотреться, становится ясно, что хуже были её конечности.

Щупальца — каждое размером с горную цепь. Они неспешно пробивали облака и уходили глубоко под землю. Поверхность вздулась, и из неё полезли новые щупальца — поменьше, но куда проворнее. Они выстреливали из-под земли, хватали всё, что двигалось.

Аргон видел, как у подножия крепости, один такой отросток подцепил сразу несколько человек. Никто даже не успел закричать. Их тела съёжились за одно мгновенье, почернели, словно кто-то выключил в них саму жизнь, и рассыпались в пепел. А внутри полупрозрачных жил чудовища медленно потекло густое золотое сияние.

— Миллиарды погибнут, — произнёс знакомый голос за его спиной.

Аргон даже не обернулся.

— Нет, — сказал он спокойно. — Миллиарды наконец перестанут страдать.

Эпизод 1.1.1 Теодор Тирис. 100 дней до вторжения.

Вечер. Двухмачтовая шхуна с затёртым названием несколько дней пробирается через холодные воды в Порт Ардуум. К дверям пассажирской одноместной каюты подошёл капитан корабля. В левой руке, которая дрожала от усталости, была книга «От гор и морей: Природа Сайкана». Капитан другой ладонью погладил седую бороду и посмотрел на книгу. Немного прокашлялся и, через небольшую паузу, постучал в дверь.

— Входите! — послышался голос.

Капитан открыл дверь. Молодой человек в серой рубашке и в тёмно-синих штанах сидел на койке за деревянным столом. За ним, на крючке, висел тёмно-зелёный сюртук, а на столе была горсть семян подсолнуха, блокнотная книжка и чернильница с перьевой ручкой. Над всем этим висела керосиновая лампа — единственный источник света в вечернее время. Аргон узнал капитана корабля и быстро встал с койки, оказавшись босыми ногами на полу.

«Знакомая книга, кажется, я понял, зачем он пришёл», — пролетела мысль у Аргона.

— Добрый вечер, — поприветствовал капитан, протянув руку. — Я, Теодор Тирис…

— Капитан корабля, — закончил пассажир, крепко сжав запястье. Добавил с улыбкой: — По нашивкам узнал.

Теодор взглянул на капитанские галуны, а затем на книгу. Он протянул её чуть вперёд: — Это ваша книга? Вы Аргон Ногра?

Тот утвердительно кивнул и сел на койку, подогнув ноги:

— Да, я автор. Вы присаживайтесь, капитан, — показывая рукой на койку, — прошу.

Теодор сел рядом и с лёгким волнением сжал книгу в руках.

— Когда мне сказали, что на моём корабле плывёт Аргон Ногра, я не сразу поверил в это. Мой помощник увидел имя служителя Академии Порядка в списке пассажиров — такое же, как на этой книге. Я рад познакомиться с вами лично, Аргон. Совсем недавно приобрёл книгу, прошу, подпишите её для меня.

— Я всегда рад новому знакомству и, конечно, подпишу, — улыбнувшись, сказал Аргон. — Вы уже начали её читать?

Капитан кивнул.

— Я сейчас читаю про реку Шиар’гул в долине Туура. Мне нравится, как вы пишете. Ваш стиль напоминает Гариса Мортиса.

— Спасибо, капитан.

Аргону польстило такое сравнение. Он взял ручку и потянулся к чернильнице:

— Знаете, в некотором роде Гарис Мортис стал моим вдохновителем. Его книги наполняют духом авантюризма.

Теодор оглянул взглядом каюту:

— Как вам тут, удобно?

— Да, вполне. Кстати, всегда думал, что капитаны лично знакомятся со списком пассажиров? — продолжил Аргон, наполняя ручку чернилами. — Тем более, ваш корабль больше для грузовых перевозок. Пассажиров, должно быть, не так уж много.

— Обычно так и происходит. Но я, как всегда, затянул с документами. После закрытия стереоцифитной точки в Ардууме мне предложили интересную работу.

Аргон резко посмотрел на капитана:

— Закрыли портал?

Капитан кивнул:

— Что-то там с цифитным давлением. Толком ничего не знаю. Я как раз выходил в море в тот день. Да и, если честно, это даже лучше. Будет хоть какое-то разнообразие. Я сыт по горло этим маршрутом: Боромо — Ардуум.

Аргон задумчиво кивнул и потянулся за книгой. Открыл форзац и выверенным почерком написал:

«Капитану корабля “Фиера” — Теодору Тирису, от Аргона Ногра». В конце оставил свою роспись.

Теодор следил за движением рук Аргона, пока тот старательно подписывал книгу.

— Спасибо, Аргон. Эта книга займёт почётное место в моём книжном шкафу. Конечно, после прочтения, — в конце чуть усмехнулся капитан. — Всё, — немного хлопнув себя по колену рукой, — не буду отвлекать. У нас у всех есть дела. Ещё раз спасибо, — сказал капитан и вышел из каюты.

Аргон ничего не сказал. В голове у него одна мысль: «Закрыли портал, и дорога домой будет дольше». Эта новость перемешала всё. Он отодвинул свою блокнотную книжку и потянулся к семенам подсолнуха. Они хорошо прожарены и в меру просолены — способ тренировки силы воли, о котором ему рассказывал его родной дядя-опекун:

— Насыпаешь перед собой горсть вкусных семян, ешь одну и останавливаешься, — пробормотал Аргон слова своего дяди.

Он давно не практиковал такое, но был уверен, что справится. Аргон аккуратно очистил одну семечку и быстро съел. Чуть потянулся за следующей, но вовремя остановился. Он закрыл глаза, чуть приподняв голову, сделал глубокий вдох и полушёпотом сказал:

— Терпение, Аргон, ты почти дома.

Эпизод 1.1.2 Сигнал маяка. 99 дней до вторжения.

Порт Ардуум раскинулся вдоль широкого каменистого берега, где волны мягко разбивались об причудливые кинетические камни. Многие здания в городе построены из этого же серого камня, который раньше добывали в округе. Над городской гаванью возвышался серый маяк, чей свет виден далеко в море.

Аргон стоял на палубе, опершись руками на фальшборт, пытаясь разглядеть вдалеке, что же происходит на берегу. К нему подошёл капитан и встал рядом:

— Слишком далеко, и дыма уже нет.

— Мы поэтому не можем причалить? Двусолнце уже в зените, — повернувшись к капитану, сказал Аргон. При дневном свете светлый капитанский мундир Теодора Тириса выглядел очень натурально. Аргон сразу заметил, что капитан выглядит очень типично. Улыбнувшись своей внимательности и стереотипности Теодора, он чуть усмехнулся. Капитан же, которого время поджимало, немного кивнул:

— Именно. Мне завтра утром отбывать, и из-за чёртового происшествия мы не можем причалить! Хорошо, что мы одни из первых, — показав кивком головы в сторону других кораблей, пробормотал капитан.

Аргон повернулся к городу:

— А что случилось-то?

Капитан достал с пояса подзорную трубу и тоже начал разглядывать очертания города.

— В бухту всё это! Огромный торговый город с одним чёртовым портом! Какой-то корабль сгорел и потонул. Больше из увиденного я ничего не понял. Чёртов скалистый берег с чудо-мать его, камнями! — возмущённо выкрикнул капитан и закрепил подзорную трубу назад на пояс. Он сделал пару шагов в сторону и повернулся к Аргону: — Простите меня за резкость, просто неизвестно, когда этот… маяк, — показывая рукой на него, — подаст свой сигнал. И только после этого мы сможем причалить.

— Ну, такие правила, капитан, — равнодушно ответил Аргон. — Всё в империи следует правилам, и вы, и я, и люди на том маяке. Благодаря правилам и удалось привести наш мир к порядку.

— Ну да, ну да, — сказал капитан, сцепив руки на поясе. Затем он сделал пару шагов к Аргону: — Я в целом терпеливый человек, и книги помогают мне в этом. Но время поджимает. Я хочу провести этот вечер в компании распутных девиц. А вместо этого, — плюнул в воду, — скорее всего, до клятой ночи пробуду в этом, мать его, порту!

Аргон усмехнулся, но не подал виду — «Вот старый проныра, ещё полон пороху». Затем он вновь оглядел капитана:

— Куда направитесь?

— Юваль.

— Юваль?

— Да, я так и сказал. Бывали там?

Аргон утвердительно кивнул:

— Там я провёл несколько месяцев юности, гоняясь за короткими юбками южных красавиц.

Это было неправдой. Он решил увести разговор в сторону, чтобы вновь не выслушивать припадки старого ворчуна.

Теодор немного рассмеялся:

— Да, в твои годы я тоже гонялся за девчонками. В каждом порту была особа, которая ждала, пока я заберу её с собой за горизонт.

Аргон увидел, с какой ностальгией это сказал капитан:

— Смотрю, вы до сих пор бегаете за ними.

Капитан похлопал Аргона по плечу и немного усмехнулся:

— Если бы. Колени уже не те. Сейчас я уже опытный, знаю, где они собираются. Иду прямо туда, к ним.

— Маяк.

— Маяк? Нет! Это тот ещё клоповник. Я завсегдатай другого борделя, красный…

Аргон показал рукой:

— Нет, капитан. Посмотрите на маяк, он начал мигать.

Капитан обернулся:

— Отрежьте мне ноги и назовите коротышкой! Наконец-то! Я думал, мы тут до вечера застряли! — Он повернулся к Аргону и протянул руку: — Аргон, спасибо за беседу, мне пора на капитанский мостик. После того как причалим, сразу не убегайте, у меня кое-что есть для вас.

Эпизод 1.1.3.1 Нежданный улов. 99 дней до вторжения.

Паруса раскрыты, и корабль двинулся в сторону пирса. Закрыв глаза и сделав глубокий вдох, Аргон улыбнулся, обдумывая свой ответ на вопрос: «А что делает нас живыми?»

— Чувства и эмоции, — пробормотал он. Аргон ощущал себя как никогда живым. Чувство любви билось в такт с его сердцем, а предвкушение встречи с возлюбленной выражалось в мокрых ладонях. Но следом он вспомнил, как год назад без колебаний подписал контракт с Академией Порядка и отправился в экспедицию на другой континент. В нём всегда боролись две крайности — жажда к приключениям и стремление быть дома, со своей Иллой.

Аргон прокручивал у себя в голове всё — саму экспедицию и причины, по которым он отправился туда. Размышлял, мечтал и предвкушал, как обнимет возлюбленную, прижмёт и поцелует. Как вдруг его отвлёк женский вопль с другого борта корабля. Люди стали собираться вокруг кричащей девушки, а она показывала рукой на воду.

— Что случилось? — спросил Аргон проходящего мимо матроса.

— Тело в воде, — успел сказать матрос, как его с капитанского мостика окликнул Теодор:

— Лем! Какого чёрта происходит?! Почему эта дама вопит как резаная?!

— Она увидела тело в воде, капитан!

— Мёртвое?!

Лем и Аргон переглянулись.

— Э-э, да, капитан! — ответил матрос, неловко почесав затылок.

— Да чтоб тебя волны сожрали… Мы когда-нибудь уже причалим к этому пирсу, — бормоча, стал спускаться капитан.

— Спустить паруса! — откуда-то послышался голос боцмана.

Аргон немного выглянул и посмотрел на болтающееся тело. Затем отошёл подальше: — «Смотреть на мертвеца — это последнее, что я хочу сейчас». Капитан же подошёл к Лему и тоже высунулся за борт:

— Что скажешь, Лем?

— Капитан, ну, судя по одежде, это заключённый. Наверное, сбежал и пытался уплыть.

Теодор погладил рукой свою бороду:

— Думаешь, это как-то связано со сгоревшим кораблём?

— Скорее всего, нет. Чтобы тело всплыло, нужно несколько дней. Разлагающие газы должны сделать тело легче воды.

— Вот умный ты, Лем, — сказал капитан, похлопав его по плечу. — Вот только ты не учёл кинетические камни, которыми усеян этот чёртов берег.

Лем повернулся и посмотрел на Теодора:

— Капитан, а причём тут камни? Они ведь просто немного поглощают звук.

Теодор усмехнулся и дал ему подзатыльник:

— Чувствуешь тепло от удара?

Тот, потерев место удара, утвердительно кивнул. А капитан достал из внутреннего кармана мундира курительную трубку и стал прочищать и продувать её:

— Кинетические камни греются, когда волны врезаются в них. А в тёплой воде тело быстрее начнёт гнить. Понял?

— Понял.

— Молодец, Лем, а теперь иди и принеси гарпун.

— Гарпун? — удивлённо посмотрел матрос на капитана и чуть попятился назад.

Теодор тяжело вздохнул и полез в карман за табаком:

— Ты полезешь в воду его доставать?

— Не хотелось бы.

— Тогда неси гарпун, — сказал капитан и набил табака в трубку. — Граждане, тут больше не на что смотреть, — обратился он к собравшимся людям. — Прошу вас всех вернуться в свои каюты! Сейчас мы будем доставать мёртвое тело из воды.

Все стали расходиться, а Теодор, глядя на болтающееся тело, подкурил трубку спичками:

— Хорошо, что заключённый — меньше будет возни.

Эпизод 1.1.3.2 Газетный журнал. 99 дней до вторжения.

— «Смотреть на мертвеца — это последнее, что я хочу сейчас», — подумал Аргон и отошёл подальше. Он снова опёрся на фальшборт. — «С чего начать? куда пойти?»

Вариантов было не так много. Выбор между обедом и работой. — «В таверну к Элу покушать или сразу в магистрат? Сдам документы и всё, я свободен».

— Граждане, тут больше не на что смотреть, — послышался голос капитана. — Прошу вас всех вернуться в свои каюты! Сейчас мы будем доставать мёртвое тело из воды.

— Лем. Лем! — окликнул Аргон проходящего мимо матроса.

— Да… Простите, не знаю вашего имени.

— Аргон.

— Чем могу вам помочь, Аргон?

— Во время погрузки товаров на корабль я видел почтовую карету.

Лем кинул взгляд на капитана и почесал затылок. Затем снова посмотрел на Аргона:

— Так, и?

— Знаю, что они делятся с моряками несколькими газетными журналами. Хотел бы прикупить один. Узнать новости.

Лем торопливо кивнул, наверное, больше для капитана, который уже пристально смотрел на них.

— Какая каюта?

— Один, дробь, три.

Тот снова кивнул и спешно направился дальше.

Аргон оглянулся, посмотрел на толпу пассажиров. Они единой массой шли в сторону кают. — «Тоже надо уйти, пока не достали тело».

Эпизод 1.1.4 Варди – человек жаргон. 99 дней до вторжения.

Аргон накинул на плечо чёрный кожаный ремень своей непростой и очень привлекающей внимание сумки. Она небольшая, прямоугольная, сделанная из цельной шкуры серебряного волка — ручная работа. Подарок Аргону от куратора экспедиции ещё в самом начале. За это время Аргон привык к ней и почти не замечал тот инеевый блеск, что отражался в лучах двусолнца. В сумке самое главное: документы и отчёты по расходам, блокнот, небольшой футляр для чернильницы с перьевой ручкой и книга, которую только что подарил капитан Теодор Тирис.

Пирс из физальской пихты трещал под уверенной походкой Аргона. Взгляд направлен точно вперёд — он знает, куда идёт. — «Сначала сдам документы и завершу работу». Казалось, ничто не сможет остановить его решительный шаг, но…

— Аргон! Аргон! — окликнул знакомый голос.

Он обернулся и увидел идущего к нему друга.

— Варди! Рад тебя видеть! — Они обнялись, хлопнув друг друга по плечам.

— Аргон! Духа мне в сапог! Я и не думал, что ещё увижу тебя.

Особый и колоритный жаргон легко выдаёт коренного жителя Ардуума. Аргон улыбнулся, а в мыслях было лишь одно — «Что? Духа тебе в сапог?» Затем он на мгновение кинул взгляд на город. — Я обещал, что через год вернусь. Прошёл год, и я тут, — с довольством сказал Аргон. Чувство выполненного обещания, пусть даже незначительного, нравится ему. С детства его дядя учил держать слово, в особенности в мелочах.

— Пыль мне под язык, прошёл только год? Мне казалось два, а может даже три. Ну как ты в целом? Как всё прошло-то?

— Было интересно, но, к сожалению, не могу рассказать. Правила Варди.

— Понимаю, Аргон. Секреты Академии Порядка. Кто мы, простые смертные, чтобы их знать. Кстати, пару дней назад как раз с братом вспоминали тебя. Думали, уже пару лет прошло, как ты уехал. Решили, что ты совсем останешься там, на севере.

— На севере, конечно, красиво, но нет, такое не для меня. Как там Джераг? Всё так же тягает камни и железо?

Варди тяжело вздохнул и оглянулся по сторонам:

— Сложно всё у нас. В голове у него только арена. По-прежнему мечтает попасть в Императорский Колизей Мощи. Ему нужны только слава и женщины. Всё остальное не важно. Даже мои желания. Он хочет, чтобы я делал только то, что он говорит.

— Он старший брат и в ответе за тебя. Сам же знаешь, когда вашего отца не стало, всё взвалилось на его плечи.

— Да… знаю. Но я вырос. Хочу изменить свою жизнь. Я устал скитаться по кабакам и тавернам. Мне кажется, я прожигаю свою жизнь впустую и не хочу вечно быть в тени брата.

— Я понимаю тебя, Варди. И как ты хочешь изменить свою жизнь?

— Да я уже сапог вымыл и сейчас иду туда.

«Что? Опять сапог?» — подумал Аргон и чуть прищурился, то ли от услышанного, то ли от своего недоумения — он сам не понял.

— Говорю, я уже поменял жизнь и встал на новый путь. — Затем Варди посмотрел на сумку и сделал пару шагов к Аргону, пощупал лямку. — Перец мне в глаза, это кожа? У тебя шикарная сумка, Аргон. Волк?

Аргон кивнул и бросил взгляд на сумку:

— Да, серебряный волк. Так как ты поменял жизнь?

Варди провёл рукой по сумке:

— И приятная такая.… Не знаю, слышал ты или нет, но сейчас проблема с сульвиридами. Их главный хочет отделиться от империи. Подробностей не знаю. Но я же резервист. Записался в добровольческий отряд. Сегодня отбываю.

Аргон удивился и даже немного попятился назад.

— Прям так всё серьёзно, что резервистов направляют? Да и тебе зачем всё это?

— А что делать-то, Аргон? Мы с тобой ровесники, и смотри, какая у нас разная жизнь. Ты заключаешь контракты с Академией Порядка, пишешь книги. А я? — Варди глотнул накопившуюся слюну. — А я… я ничего. Лишь подчищаю за братом щиты и доспехи да праздную с ним очередную его победу.

Варди повернулся к воде и сделал пару шагов на край пирса:

— Мы с братом превращаемся в нашего отца, который, не просыхая, играл в карты. Только этот бугай, когда не пьёт, дерётся и тягает тяжести. Но выпивает он всё чаще и чаще. Затем он повернулся к Аргону: — У нас ведь было поместье, целая династия была. Даже есть герб семьи. Знаешь, где находится щит с гербом семьи Маул?

Аргон словно почувствовал боль и обиду в голосе Варди.

— Где?

— Его Джераг продал, чтобы купить другой щит из Эрганбургской стали. Сказал, что это отец разрушил их славный род, когда спился и проиграл поместье Кастерам. Теперь этот щит не нужен, а ему нужен другой, крепче. А камень и циркуль, которые были там изображены, были для меня символом надежды. Надежда, что семья воспрянет! — Затем Варди прокашлялся: — Что-то язык без узды пошёл. В общем, мой брат чёртов эгоист и делает всё, что хочет, даже продаёт семейные реликвии. А когда узнал, что я записался в добровольцы, сразу завыл, как баба у колодца.

Аргон улыбнулся и сделал пару шагов к Варди, протянул руку, а тот пожал её.

— Мыслишь правильно, но ты выбрал опасный путь, дружище.

— Да не боись, Аргон. Я разолью язык по столу и пристроюсь куда-нибудь в тёплое местечко. Тем более я умею готовить. Устроюсь кашеваром. Мне не привыкать много варить еды: я ведь готовил для брата. А этот бугай ест как дюжина солдат. Ладно, мне пора, рад, что удалось повидаться с тобой, но я и так опаздываю.

Эпизод 1.1.5 Дорога в центр. 99 дней до вторжения.

— Гражданин, возьмите свежих фруктов, — послышался незнакомый голос. И таких голосов, предлагающих что-либо купить, Аргон услышал с десяток. Галдёж, какие-то музыканты вперемешку с запахом еды и специй — жизнь на Ардуумском базаре кипит. Аргон пытался обойти всех зазывал-торговцев, что норовят продать всё что угодно и кому угодно. «Сейчас самый разгар. Кажется, что торговля выливается на соседние улицы», — подумал Аргон.

«Ардуумский базар расположен у самой гавани, вблизи алхимической лаборатории и храма. Каменные и деревянные конструкции украшены резьбой и символами, отражающими местную культуру. Базар полон свежих фруктов, овощей, мяса и рыбы. Также тут распространены ремесленные изделия. Кузнецы, ювелиры и мастера по магическим артефактам торгуют своими товарами. Аптекари и травницы предлагают широкий ассортимент лекарственных трав, зелий для исцеления, сделанных на основе прибрежных магических водорослей. В уголках базара можно найти продавцов знаний — книги по магии, кулинарные рецепты и различные истории о Сайкане. Ардуумский базар наполнен звуками — переговоры о ценах, крики уличных торговцев, шум толпы, музыка бродячих музыкантов. Такой базар — не только место торговли и центр культурной социальной жизни, но и часть большого торгового пути, соединяющего континенты».

Вырезка из книги «Легенды и истории Сайкана». Гарис Мортис.

«Наконец-то, этот балаган позади», — выдохнул Аргон. Экспедиция была не людной, и он уже отвык от шумной многолюдности вокруг.

«Порталы не работают, а сульвириды поднимают мятеж. Интересно получа…»

— Эй! Бестолочь! Смотри, куда идёшь! — крикнул водитель гужевой повозки, который чуть не задавил Аргона. — Разуй глаза, болван!

Аргон ничего не сказал, а лишь пристально проводил взглядом уезжающую телегу, набитую досками. «Объективность — это недооценённая добродетель», — вспомнил Аргон слова какого-то философа. Он сделал пару шагов в сторону, чтобы увидеть, куда свернула телега. Аргон поднял взгляд и заметил строительные леса и работников вокруг старого храма. Установили какой-то символ на куполе. Аргон подошёл ближе, чтобы разглядеть знак — два солнца, сплетённые друг с другом.

«Орден Двух Солнц. Интересно, интересно. Они и сюда добрались».

Послышался звук небольшого колокола. Аргон оглянулся и увидел пассажирскую карету. В глаза бросалась большая надпись «КастерОз». «Маршрутный дилижанс», — пролетела мысль, и он подбежал ближе:

— Скажите, я доберусь до магистрата?

Кучер утвердительно кивнул и протянул руку, в которой торчал небольшой листок. Другой рукой кучер показал один палец. Аргон потянулся в карман и обменял одну монету на билет. Он сел на одно из свободных мест, и дилижанс двинулся.

— Отличная сумка, — сказал мужчина в чёрном плаще, который сидел напротив. Аргон учтиво улыбнулся. Тот протянул руку: — Рут Менкс.

«Ладно, похоже, диалога не избежать», — подумал Аргон и пожал её:

— Аргон Ногра.

— Вы не здешний? У вас бледный цвет лица, как будто вы провели год на севере, — усмехнулся Рут. — Ещё и сумка такая, волчья.

Аргон нахмурился, посмотрел на него и ничего не сказал. Тот увидел недовольство:

— Простите меня, Аргон. Это всё моя работа, требует любопытства и дедукции.

— Вы какой-нибудь сыщик, ищейка?

Рут чуть рассмеялся.

— Почти. Я комиссар контроля.

— То есть охотник за головами?

— Можно и так сказать. Не знаю, видели ли вы пожар утром? Корабль сгорел.

— Видел издалека.

— Заключённые как-то сбежали и попытались уплыть.

— Это всё объясняет. Шхуна, на которой я приплыл, выловила труп заключённого неподалёку.

— Большая часть этих отбросов — это шайка Тильда, «мокрого» Белла. Слышали о таком?

Аргон отрицательно покачал головой, а охотник за головами продолжил:

— Их должны были казнить. Ждали палача. Хоть мне уже заплатили за них, я всё равно приехал. Хотел помочь в поисках. Знакомые говорят, что у меня обострённое чувство справедливости. А я просто хочу убедиться, что каждый подонок получит по заслугам. Они заслужили только одно — смерть. В этой банде двенадцать ублюдков. Сказали, что тела десятерых нашли.

— Одиннадцати, — добавил Аргон. — Закон обязывает вылавливать мертвецов и передавать властям. Капитан корабля выловил его гарпуном.

— Получается, остался только один.

— Скоро и его выловят, не волнуйтесь, — улыбнувшись, сказал Аргон.

Рут Менкс кивнул, глянул в окошко, а потом снова на Аргона:

— Так я прав?

— На счёт чего?

— Что вы прибыли с севера? Вы ведь сами сказали, что приплыли на корабле.

Аргон кивнул:

— Почти. Я здешний. А вы, Рут, местный?

Тот утвердительно кивнул:

— Несколько недель назад доставил эту шайку и остался на праздник Савалины, провёл его с семьёй.

Аргон немного улыбнулся, вспомнив, как в прошлом году Илла с сестрой приезжали на этот праздник. Как она смеялась и бросала цветы в море. Было очень весело, и они чудесно провели время.

— Аргон, вы слышите меня? — чуть громче окликнул Рут.

— Да, что?

— Говорю, «Волновение» — это семейный праздник. Вы отмечаете его?

— Да, когда я в городе, стараюсь праздновать с семьёй.

— С матерью? — поспешил спросить Рут и увидел, как у Аргона погрустнел взгляд. — Простите, я не подумав спросил.

«Неужели я так поменялся в лице, что он сразу всё понял?» — пролетела мысль у Аргона.

Рут кивнул, а Аргон бросил взгляд в окно:

— А вот и площадь, моя остановка. Останови! — постучал он по потолку.

Уже выходя, Аргон посмотрел на Рута Менкса:

— Отличное сукно, — показал рукой на плащ, — судя по крупным ворсинкам, на основе шерсти одногорбого бикарского верблюда. А родителей я потерял ещё в детстве. Но семья — это не только мама и папа.

— Как вы поняли? — удивлённо спросил Рут.

— Пуговицы роговые, с эмблемой «Ю-ко», компании из Юваля…

— И знаменита своими верблюжьими фермами, — закончил Рут. — Неплохо, Аргон. Весьма неплохо.

Эпизод 1.1.6 Магистрат. 99 дней до вторжения.

«Любопытным эльфам в пещере уши срезали», — вспомнил Аргон старую пословицу. — «Этот комиссар контроля оставил двоякое чувство. С одной стороны, он очень наблюдателен и быстро понял меня. С другой же стороны, заставил вспомнить радость с Иллой и горечь о моих родителях. Вообще, какие люди выбирают такую профессию?»

Он и не заметил, как уже подошёл к главному зданию города. Бело-серое трёхэтажное здание магистрата возвышалось над площадью. Высокие колонны держали строгий фронтон, оставляя чёткие тени на двух полукруглых лестницах. Между ними — на широком постаменте статуя Арчибальда Ардуума Первого. Сделанная из кинетического камня, тёмно-серая статуя смотрела вдаль. Правая рука на рукояти меча, а левая, прижатая к груди, держала книгу — олицетворение свода законов, и плащ, застывший в каменном порыве ветра. Аргон с улыбкой вспомнил, как писал реферат в университете про значимость этой статуи. Получилось так, что он нашёл в ней больше смысла, чем закладывал скульптор, имя которого, к сожалению, растворилось в веках.

Аргон остановился и оглядел здание и ту самую статую. Благодаря кинетическим камням, из которых построен сам магистрат и его ограждение, городской шум и суета здесь практически затухают. Он поднял взгляд и машинально кивнул в знак приветствия статуям горгулий, что притаились по карнизу второго и третьего этажа. Аргон посмотрел ещё выше и за магистратом, на одинокой горе, увидел цитадель Ардуума. Ныне династия пресечена, а сама крепость закрыта.

Шум главной двери здания вернул взгляд Аргона вниз. Посадник Ерин Мардиго спешно вышел и быстрым шагом направился в сторону выхода. Глава города нервозно оглядывался и на мгновение остановился, когда увидел Аргона. После, как Ерин узнал его, не обронив ни слова, кивнул и быстро, почти бегом, покинул прилегающую территорию. Аргон обернулся ему вслед:

«Нервный, аж глаз дёргается у него. Видать, что-то случилось». Аргон, поправив лямку сумки и оглянувшись пару раз, поднялся по лестнице. Зайдя внутрь, его встретила тишина.

— Где все?

Аргон прошёл дальше по коридору, где крамольную тишину нарушало какое-то шуршание и невнятный женский голос. Подходя ближе к кабинету канцелярии, шум усилился, и в тихом пении девушки Аргон узнал голос. Это была Эмили Варбург. Аргон тихо зашёл, но она сразу увидела его:

— Аргон! — громко крикнула светловолосая девушка и кинулась ему на шею. Она сделала это так быстро и сильно, что её бежевое платье чуть не разошлось по разрезу, а Аргона покрутило, чтобы не упасть. Эмили согнула ноги, полностью повиснув на нём. Поцеловала щёку и сжала руки на его шее ещё сильнее:

— Я так скучала, Аргон! — и поцеловала в губы.

Шокированный Аргон попытался выбраться из крепких объятий:

— Спокойно, Эмили.

Ему наконец-то удалось вырваться из цепких рук, и они сделали несколько шагов друг от друга.

— Эмили! — оттолкнул он её. — У меня есть невеста. Ты ведь знаешь.

— Прости, Аргон, я просто не ожидала тебя увидеть.

Она ещё попятилась назад, почесав лоб. «Вот дура, зачем я поцеловала его», — пролетела мысль у неё. — Понимаешь, Ерин сказал, что сюда направляется императорская гвардия. И я ожидала их. А тут ты.

— Почему сюда направляется гвардия?

Эмили стала перебирать и складывать бумаги на столе:

— Он сказал, что его обвиняют в чём-то. А до этого к нему забежал какой-то юноша. Неопрятный такой. Пробежал мимо прямо в его кабинет.

Аргон посмотрел в сторону выхода и затем снова на Эмили:

— Не сказал, в чём его обвиняют?

Эмили пожала плечами. Она села за стол и прибрала последние бумаги.

— Аргон, ты ведь пришёл сюда по делу. Скоро гвардейцы будут тут, и, скорее всего, они будут проверять все бумаги. Работа магистрата приостановится на неопределённый срок. Давай сразу к делу.

Аргон улыбнулся, сделал пару шагов к ней и полез в сумку за документами.

— Вот поэтому я и порекомендовал взять тебя на работу. В любой ситуации ты думаешь о деле.

Аргон достал кипу бумаг и передал их Эмили.

— Это отчёты о моих затратах и отметки о моём пребывании в Криоталосе.

Эмили взяла их и положила рядом. Полезла в тумбочку и достала журнал. Аргон присмотрелся к нему — «Журнал прибытия и отбытия». Она начала заполнять его, а он пристально наблюдал за движением её рук.

— Как прошла экспедиция, Аргон?

— Хорошо. Было интересно и холодно.

— Холодно? — на мгновение Эмили подняла взгляд на Аргона. — Красивая сумка, это волк?

Аргон посмотрел на сумку и кивнул:

— Да, серебряный волк.

— Откуда?

Аргон на мгновение улыбнулся, не ожидая такого вопроса:

— Подарили.

— Угу.… А кто?

Аргон взял со стола какую-то статуэтку и покрутил в руках, пытаясь понять, что это: «То ли жаба, то ли тролль». Поставил на место:

— К чему такие вопросы, Эмили?

Аргон знает о чувствах Эмили и старается не давать ей никаких надежд. Она же ничего не ответила и просто молча продолжила заполнять какие-то бумаги.

— Мы ведь много раз это обсуждали, Эмили. Мы просто…

— Знаю, — перебила она. — Знаю, что у тебя есть Илла, дочь лорда, и вы там любите друг друга, — небрежно вылетели последние слова. Аргон замолчал, а она посмотрела на него.

— Прости, Аргон. Звучало грубо. Просто сегодня сложный день. Все сбежали, оставив меня одну. Вот, — она протянула листок. — Это платёжный листок, компенсация за расходы и выплаты. В банке разберутся. Можно получить частями, ну чтобы не тащить с собой мешок.

Аргон кивнул и взял листок, сложил его и убрал во внутренний карман сюртука:

— Кстати, Эмили, что случилось с порталом? Говорят, он закрыт?

— Да, что-то там с цифитным давлением. Я не разбираюсь в этих терминах. Знаю, что из-за этого из столицы должен приехать кто-то важный. А тут ещё и глава города сбежал, — Эмили улыбнулась, отодвинув журнал и стопку бумаг в сторону. Сложила руки перед собой, скрестив пальцы: — Похоже, я в магистрате за всех, в том числе и за мэра. Выпишу себе премию, — усмехнулась она. — А тебе лучше уйти. Скоро прибудут гвардейцы, и если ты будешь тут, то замучают вопросами. — Затем она встала, поправила руками края платья и протянула правую руку: — Прости, Аргон, за тот поцелуй. Просто… в принципе ты всё сам знаешь.

Аргон улыбнулся, сделал пару шагов к ней и пожал её руку:

— Я понимаю, Эмили. Но ты ошибаешься. Я не тот.

Эпизод 1.1.7 Таверна Булуа. 99 дней до вторжения.

— О, Аргон Ногра, рад тебя видеть! — воскликнул через весь зал рыжеволосый бородатый трактирщик плотного телосложения.

Он вышел из-за барной стойки и направился к Аргону. Тот улыбнулся, снял сумку и повесил её на спинку ближайшего стула. Они обнялись, а Эл, обнимая Аргона за плечи, обратился ко всем посетителям:

— Граждане, попрошу поприветствовать моего друга! Вы, может, слышали о нём — автор популярной книги «От гор и морей: Природа Сайкана», мой друг Аргон Ногра.

Горсть посетителей переглянулась и стала шептаться. Эл посмотрел на Аргона, улыбнувшись, чуть похлопал его по плечу:

— Похоже, тут только я читаю книги. Рад тебя видеть. Давно вернулся?

— Сегодня днём. Я тоже рад тебя видеть, Эл. Смотрю, ты немного похудел?

Эл рассмеялся и направился за барную стойку:

— Ты присаживайся за столик, я скоро подойду. Саманта! Саманта! — громко крикнул Эл. Затем подтянул свои бежевые штаны и большими пальцами провёл по подтяжкам: — Это всё моя дочь. Придумала мне какую-то диету. Вот и мучает.

— Да, отец, — вышла Саманта и чуть замерла, когда увидела Аргона.

Тот улыбнулся ей:

— Добрый день, Саманта. Как твои дела?

Эл нашёл её ещё ребёнком. Она скиталась по рынку в поисках еды. Маленькая девочка ничего не помнила: ни о себе, ни о своей семье — только имя. У неё ничего не было, кроме старой изношенной одежды и примечательного родимого пятна на шее в виде жука, похожего на скарабея. У Эла Булуа был сложный период, и в ней он нашёл спасение. Они стали как отец и дочь.

Эл сильно прокашлялся:

— Саманта! Ты нас слышишь?

— Да, да, отец, — резко пришла в себя она. — Прости, отец, я чуть задумалась.

— Смотри, кто вернулся. И он вообще-то с тобой поздоровался.

Саманта кивнула и робко, не поднимая головы, сказала:

— Добрый день, Аргон. Не ожидала вас увидеть.

Он улыбнулся, а Эл усмехнулся:

— Это было заметно. Принеси ему обед и помоги мне тут с посетителями.

Саманта кивнула и быстро ушла на кухню.

Эл потянулся за бутылкой крепкого напитка и посмотрел на Аргона:

— А мы немного отпразднуем твоё возвращение. Сумку не забудь.

— Отлично, — сказал Аргон, взял сумку и направился к столику в самом дальнем углу заведения.

Он ощущал, как его провожают любопытные взгляды посетителей. Уселся на своё излюбленное место — укромный уголок, до которого свет из окон не всегда доставал. Эл следом сел напротив, ставя на стол две деревянные кружки и бутылку.

— Это тондорский ром. Его следует пить из дубовых кружек. А вот как раз и они, — улыбнулся Эл.

— Выпьем по одной — и всё, хорошо?

Эл раскупорил бутылку и, наливая в кружки, кивнул:

— Конечно, конечно. Сейчас только середина дня.

Он протянул кружку Аргону. Они стукнули кружками о стол — традиция — и выпили.

К ним с подносом подошла Саманта и принесла хлеб и нарезку овощей.

— Тут больше помидоров. Я помню, вы любите их, Аргон, — мягким и нежным полутоном сказала она. — Скоро принесу суп.

— Спасибо, — слегка кивнул в ответ Аргон.

— О да, — стал хвастаться Эл. — Вчера доставили мясо красного медведя. Получился изумительный суп. Она с раннего утра варила мясо, — сказал Эл, смотря вслед уходящей Саманте.

Аргон надломил хлеб и потянулся к овощам:

— Это из-за их устойчивости к огню?

— Да, мясо плохо поддаётся варке, но какое же оно вкусное. А ещё и полезное. А то вид у тебя бледный.

— Это не из-за плохого питания, Эл. Ты лучше мне скажи, что с порталом?

— Сломался.

— Да ладно?

— Ну что ты хочешь ещё от меня услышать, Аргон? Я что, похож на человека, который разбирается в порталах?

Аргон улыбнулся и чуть прищурился:

— Ты очень похож на человека, вокруг которого много чего говорят. Слухи, Эл. Люди ведь не могут не обсуждать эту проблему.

Эл оглянулся и чуть наклонился к Аргону:

— Я не знаю. Хоть воду лей в ухо и нюхай. У меня в трактире мало говорят о порталах.

— Вот ваш… — Аргон показал пальцем на Эла: — этот ваш жаргон только больше путает. Зачем лить воду в ухо и нюхать?

Эл рассмеялся и хлопнул ладонями по столу:

— Молодой ты ещё, не понимаешь. Когда-нибудь расскажу, почему так говорят. Ты лучше скажи: ты уже был в магистрате?

— Угу, — кивнул Аргон.

— Успел Ерин свалить?

Аргон замер. Прожевав ещё пару раз, проглотил:

— Откуда тебе известно?

— Вокруг много чего говорят, — сказал Эл, облокотившись на спинку стула. Он поправил подтяжки: — Ну так что? Успел?

— Да. Многие из магистрата сбежали. Не только он.

— Значит, нечисты на руку работники. — Эл увидел подходящую Саманту: — А вот и суп.

— Спасибо, Саманта, — сказал Аргон.

Она улыбнулась в ответ и быстро ушла. Он подвинул тарелку супа к себе, взял ложку и стал размешивать.

Посмотрев на Эла, спросил:

— И? В чём его обвиняют?

— Это только слухи, но якобы связано с медицинским заводом. За золото и большой дом в Садриад-Уръ он снял ограничения на добычу лекарственных водорослей Дарман. Готовился к пенсии, полагаю, — в конце усмехнулся Эл.

Аргон попробовал суп.

«Вкусный».

— Это не похоже на Ерина. Я знаю его лично много лет, и он совсем другой человек. Наоборот, он защищал статус заповедника вокруг города.

— Не знаю, но и сульвириды пошли под клинки. Вообще захотели выйти из империи.

— Да, в целом странная ситуация. Ещё и Варди подписался под это.

Эл немного обомлел:

— Под это ещё и Варди подписался?

— Представь. Говорит, устал пить и хочет свободы от брата. Это, конечно, хорошо, что он решил взяться за ум, но путь выбрал опасный.

Эл усмехнулся:

— Уже представляю реакцию его брата. Хоть и здоровяк, но очень эмоциональный. Джераг точно не будет просыхать неделю.

— Думаю, Академия Порядка не позволит пролить кровь, — уверенно сказал Аргон. — Кстати, а что произошло утром на пирсе, слышал?

Эл слегка размял шею рукой:

— Заключённые сбежали, хотели уплыть на каком-то корабле. Сожгли их вместе с ним. Ну и два стражника были убиты во время бегства.

— «Каменный приют» всегда был ненадёжным. Проходной двор, а не тюрьма. А видел, храм запустили на реконструкцию?

— Угу, — недовольно кивнул Эл. — Плохие ребята.

— Почему?

— Призывают отказаться от вина и других забродивших напитков.

— Не волнуйся, Эл, — подбодрил его Аргон. — Люди никогда не перестанут пить и есть.

Эл только пожал плечами и посмотрел на двух посетителей, вошедших в таверну:

— Ладно, мне надо поработать. Саманта одна не справится.

Затем Эл встал и, уходя, сказал, что поделится компотом из шиповника, который так любит Аргон.

«Народ, который называют себя сульвиридами, представляет собой уникальное сочетание черт древних эльфов и дриад. Сульвириды обладают стройным, грациозным телосложением, характерным для эльфов, с длинными, часто светлыми или золотистыми волосами. Их кожа светлая, с зелёными или коричневыми оттенками, напоминающими кору деревьев и молодые листья.

Как дриады, сульвириды имеют глубокую связь с природой, в особенности с лесами. Они словно общаются с деревьями на интуитивном уровне. Их жизненные силы тесно связаны с состоянием окружающей природы, так что благополучие лесов влияет на их здоровье и магию.

Сульвириды живут в гармонии с природой, предпочитая жилища, которые являются частью леса, а не строениями, выделяющимися из него. Их дома могут расти вместе с деревьями, создавая целые поселения, где каждое здание — часть живого древа.

Они следуют ритму природы, с осторожностью используя магию, чтобы поддерживать баланс в окружающем мире. Их магия основана на природных элементах — они могут ускорять рост растений, общаться с животными, исцелять или даже изменять погоду в меру своих сил. Однако они стараются не вмешиваться в естественный ход вещей, используя магию для поддержки и защиты, а не для изменения.

Технологии у них примитивны по человеческим меркам, но эффективны и экологичны, часто основаны на деревянных механизмах и простых, но изящных изобретениях. Их культура и магия стали предметом интереса для исследователей и авантюристов, но сульвириды часто предпочитают оставаться в тени, открываясь лишь тем, кто доказал свою добрую волю и уважение к природе.

Сульвириды — это народ, который олицетворяет собой идею гармонии между магией, природой и жизнью, являясь живым напоминанием о том, что каждое существо связано с миром вокруг себя».

Вырезка из книги «Легенды и истории Сайкана». Гарис Мортис.

Эпизод 1.1.8 Гарис Мортис – Том третий. 99 дней до вторжения.

Аргон отодвинул пустую тарелку от себя, стряхнул руки и потянулся к своей сумке. Решил изучить подарок от капитана. Он так спешил покинуть корабль и отправиться в путь, что толком не понял, какую именно книгу подарил ему Теодор.

— Не может быть! — выскочил Аргон из-за стола и сделал пару шагов вокруг.

Все посмотрели на него, а он, не обращая внимания на окружающих, держался за голову и повторял одно и то же:

— Этого не может быть! Чёрт! Это невозможно!

— Аргон! — окликнул его Эл. — С тобой всё в порядке? Что случилось?

Аргон сделал пару шагов в сторону хозяина заведения:

— Эл! Этого просто не может быть!

Гарис Мортис — величина мирового масштаба, признанная во всём мире. Третий том его книги «Легенды и истории Сайкана» выпускался в последние дни его жизни. Производство книг остановилось спустя всего несколько дней после старта — в день смерти автора. Подлинно неизвестно, сколько всего было выпущено за эти несколько дней, но слухи говорят всего о каких-то сотнях. Как и завещал автор, после смерти издательство было закрыто, а оборудование распродано.

— Аргон! Чтобы тебя ишак нюхал! — выкрикнул Эл. — Что происходит?! Ты тут всех пугаешь! Чего не может быть?

Аргон оглянулся и улыбнулся:

— Гости, — прижимая руки к груди, — прошу меня простить. Не обращайте внимания. Всё хорошо. Просто мне подарили книгу, а я только сейчас понял, какую.

Эл кинул тряпку на барную стойку:

— Это всё из-за книги?!

— Это не просто книга, Эл. — Аргон подошёл к барной стойке и прислонился к ней: — Это третий том Гариса Мортиса.

— Не может быть!

— Может.

— Где она?

— На столе, пойдём.

Они направились к столику, где сидел Аргон, и там действительно лежала книга в тёмно-синем твёрдом переплёте с золотистыми рельефными буквами.

Эл протёр руки о свою рубаху и взял книгу.

— «Гарис Мортис: Легенды и истории Сайкана. Том третий».

Он посмотрел на улыбающегося Аргона:

— Кто подарил?

— Капитан корабля, на котором я приплыл. Теодор Тирис.

— Книга-то ценная. А за что подарил?

Аргон поправил свой сюртук:

— Вообще-то, он оказался моим фанатом и пришёл за автографом в каюту.

— И ты только сейчас понял, какая это книга?

— Да. — Аргон забрал её у Эла и провёл рукой по рельефному названию: — Он отдал её в самый последний момент, я уже подходил к трапу. Сказал, что у него две таких.

— Повезло, повезло, Аргон. Помнится, ты хотел заполучить её.

Аргон кивнул и положил книгу на стол:

— Это просто… Я очень хотел почитать её, но достать практически невозможно.

Аргон сцепил руки на поясе и с довольной улыбкой добавил:

— Я знаю, чем займусь в ближайшее время.

— Потом я жду, что ты и со мной поделишься книгой.

— Непременно, Эл.

Аргон уселся за стол и жадно потянулся за книгой. Эл направился работать, иногда поглядывая, как тот увлечённо читает.

«Мне удалось посетить Волновение — ежегодный праздник в честь морской владычицы Савалины. Устраивали шествия, танцы и игры на воде. Среди жителей есть традиция оставлять подарки в виде цветов и янтарных украшений, чтобы обеспечить благословение для рыбацких выходов в море.

Само же море Хафар кишит разными видами рыб и морских животных, многие из которых не встречаются больше нигде. В прибрежных водах этого каменистого берега растут магические водоросли Дарман, способные лечить некоторые болезни.

Взморье усеяно мелкими островами и каменьями, а пришвартоваться можно только в городской гавани. Удивительный город, построенный из не менее удивительного камня. Кинетический камень, или, как его называют местные, причудливый, обладает уникальными свойствами. Он не только прочен, но и способен поглощать звуки ветра и волн, создавая успокаивающий шумовой фон».

Вырезка из книги «Легенды и истории Сайкана». Гарис Мортис.

Эпизод 1.1.9 Фундаментальная дверь. 99 дней до вторжения.

Узкие ступеньки с каменными узорами быстро закончились под ногами Аргона. Он уже на третьем этаже, где только одна дверь. Сделанная из дерева, в центре которой рельефно вырезана горгулья. Железный кант двери только усиливал её массивный вид. Металлическое кольцо вместо ручки больше всего нравилось Аргону. «Фундаментальная», — подумал он и снова оглядел её. Из глубины сумки достал железный ключ и отпер замок.

Дом, где находится служебная квартира Аргона, считается одним из престижных многоквартирных домов города. В самом престижном районе Ардуума — Золотой Причал. Особенность не в двух колоннах с гротескными горгульями наверху, а в самой истории создания дома.

Много лет назад в цитадели среди старых архивных документов нашли проект дома, который так и не был построен Мэдом Тозби — главным градостроителем при дворе Арчибальда Ардуума Первого. По этим чертежам и построили этот дом — единственный в своём роде.

— Я уже отвык, что ты такая тяжёлая, — пробормотал Аргон.

Зайдя в квартиру, он оглянулся и немного улыбнулся.

— «Ничего не изменилось. Сувениры и псевдо артефакты с годовым слоем пыли на своих местах. Дом, милый дом».

Эпизод 1.1.10 Аргон — Читающий книгу 1. 99 дней до вторжения.

«В небе, словно две жемчужины, сияют два солнца, создавая картину, которая заставляет сердце замирать от восторга. Первое, А-мира, — горит золотым светом, словно расплавленное золото, раскидывая лучи, которые обнимают мир теплом и жизнью. Его блеск напоминает о первых лучах рассвета, оживляющих мир после долгой ночи. Второе солнце — Аль-мира, излучает свет совершенно иного рода — холодный, но не менее величественный. Его свет кажется почти магическим, с лёгким оттенком бирюзы и серебра. Аль-мира не греет, но освещает, раскрывая красоту ночи даже среди дня. Когда эти два солнца встречаются на небесном своде, они создают танец света, где золотистые и серебристые лучи переплетаются, образуя бесконечные узоры на облаках. Каждый этот спектакль, где небеса становятся холстом, на котором каждый миг — новое произведение искусства. В это время можно увидеть, как тени от облаков играют, словно живые, создавая на земле картины из света и тени, где каждый цвет, каждый оттенок становится глубже и богаче. Во время заката, когда один из светил уступает место другому, небо окрашивается в невероятные цвета — от пурпурного до оранжевого, с переливами, которые невозможно описать словами. Эти моменты, когда два солнца прощаются или встречаются на небесах, становятся временем, когда мир кажется особенно волшебным.

Были найдены древние руны Ордоков (устар. орков), в которых сказано, что раньше два небесных светила словно гнались друг за другом, делая день ярче, а ночь — темнее».

«Интересно, а возможно ли такое? Если в древности два солнца двигались вместе, то какими тёмными были ночи? Вообще, возможна ли жизнь на планете, где только одно солнце?» — Аргон почесал руку о щетину на подбородке и перелистнул страницу.

«Вымощенная крупными камнями, дорога несёт в себе атмосферу истории и традиций — каждый камень мог бы рассказать свою историю, если бы говорил. Звуки шагов, стук копыт и скрип телег создают особый городской шум, который становится громче по мере приближения к центру. В вечернее время дорога освещается масляными фонарями, создавая уютное, но таинственное свечение, исходящее от вкраплений кварца. По мере продвижения к центру дома становятся выше, архитектура — более величественной, а дорога расширяется, превращаясь в площадь. Здесь находится главное здание города — городской магистрат Ардуума».

«Для нас, жителей, эти мерцания дороги — обыденность, и порой мы их просто не замечаем».

Аргон отложил книгу и потянулся к графину с напитком янтарного цвета. Он взял стакан — большим пальцем ощутил рельефное название на нём — и наполнил его компотом из шиповника. Выпив, он обратил внимание на гравировку стакана — «КастерОз».

— Не сомневался, — пробормотал Аргон и снова взял книгу.

«Деревня расположена на берегу широкой, спокойной реки Торранка, которая является её сердцем и источником жизни. Дома построены из дерева, вписываясь в природный ландшафт, с соломенными крышами, покрытыми мхом и вьющимися растениями. Улицы деревни — это скорее тропинки и мостки, тщательно выложенные камнем. Каждый дом имеет маленький алтарь для подношений Речному духу».

«Я знаю эту деревню», — улыбнулся Аргон.

«Получается, когда-то Гарис Мортис направился по дороге из Порта Ардуума в Халидала. Тогда вроде он назывался Тазар».

Аргон чуть прищурил глаза:

— Я так и не понял, почему они переименовали город?

Пожав плечами самому себе, он продолжил читать.

«Жители этой удивительной деревни носят одежду изо льна и шерсти, с элементами, напоминающими воду — голубые, зелёные оттенки, узоры в виде волн и рыб. Жители деревни проводят ежемесячные ритуалы для умилостивления Речного духа. В эти дни они украшают реку цветами, спускают на воду маленькие лодочки с подношениями и поют песни, рассказывающие о вечном цикле воды. Мастера деревни вырезают не только лодочки для подношений, но и изделия, которые часто имеют мотивы, связанные с рекой и её духом. Лес вокруг деревни густой и зелёный, полон жизни, отражающей уважение к природе. В мифологии деревни Речной дух — это не только защитник, но и судья, который наказывает за загрязнение и непочтение к реке. Эта деревня живёт в гармонии с природой, где каждое действие жителей подчинено ритму реки и её духу, обеспечивая не только выживание, но и процветание в уважении и почитании великого водного потока».

«Я так был увлечён изучением далёких земель, что совсем не замечал, что удивительное рядом. Если портал не работает, то я отправлюсь по этой дороге. Надо будет посетить эту деревушку», — подумал Аргон и продолжил читать.

«Самая значимая статуя стоит в центре деревни, где она видна всем жителям и служит напоминанием о важности реки и её духа».

«Значимая? Почему Гарис использовал это слово? Разве нельзя было сказать: “главная”?»

«Это крупная статуя, изображающая непонятное существо с чертами, напоминающими воду: волнистые волосы, текущие как потоки реки, тело, обтекаемое, словно вода, и руки, простирающиеся в приглашении или благословении. Камень, который с течением времени оброс мхом, только подчёркивает связь с природой».

Эпизод 1.1.11 Ерин Мардиго. 98 дней до вторжения.

Холодный ветер обжигал кожу лица — единственное уязвимое место на теле Аргона. Дышать сложно, глаза слезятся от ветра и снега. Он протёр их ладонями, пытаясь увидеть, сколько ещё осталось ползти до убежища — небольшого углубления на изучаемом объекте. Нечто, похожее на железную птицу, уже многие годы скованную снегом и многолетними льдами. Отверстие, похожее на дверь, находится слишком высоко, чтобы дотянуться. Аргон почти дополз, как услышал страшный, ни на что не похожий, скрежет металла. Он обернулся и увидел, как в небо вздымается невиданное — огромный железный паук на трёх тонких и длинных лапах. «Смесь органики и механики», — пролетела мысль у Аргона. Ужасное создание издало угрожающую волнистую сирену и направилось на него. Аргон замер от страха, надеясь, что оно не заметит его, но паук двигался прямо к нему. Шаги издавали странный звук, напоминающий стук в дверь.

— Аргон? Аргон! — послышался голос, который сопровождал стук и звон железного кольца.

Аргон подскочил. — «Это просто сон…» — Он выдохнул, но снова постучали.

— Какого лешего! Кого притащило в такую рань?! — Аргон надел штаны и агрессивно, стуча пятками, подошёл к двери:

— Кто там?!

— Это я, Ерин. Открой.

Аргон, бормоча какие-то ругательства, с усилием открыл дверь.

— Не ожидал вас так рано, господин мэр. Проходите, — приглашая рукой, сказал Аргон. — Если честно, вообще не ожидал вас увидеть, Ерин.

— Знаю, знаю, Аргон. Спасибо, что впустил. Когда я вчера увидел тебя возле магистрата, понял, что судьба послала тебя ко мне.

Аргон протёр глаза и направился к дивану:

— Любопытно, господин мэр. Вы присаживайтесь, расскажите, куда ещё судьба меня пошлёт?

Ерин улыбнулся, взял со спинки дивана рубашку и протянул Аргону.

— Прошу, простынешь ненароком.

— Да, да, — Аргон взял рубаху и надел её. — Вы простите, ничего не могу предложить, кроме компота из шиповника. А у вас, как я помню, аллергия на него.

Ерин кивнул и сел на диван рядом.

— Аргон, меня подставили. Меня разыскивает императорская гвардия. Мне инкриминируют обвинение не только во взяточничестве, но и в измене империи.

— «Прям инкриминируют…» — подумал Аргон. Он чувствовал агрессию в сторону мэра, хотя у них весьма приятельские отношения. Позже, во время разговора, Аргон понял, что всё это из-за слишком раннего визита.

— И как я могу вам помочь, господин мэр?

— Всё просто, сопроводи меня в Садриад-Уръ.

— В Садриад-Уръ?

— Да.

— К сульвиридам?

— Да, Аргон, к ним.

— За связи, с которыми вас обвиняют?

Ерин усмехнулся:

— Как быстро ты нахватался слухов, Аргон.

Аргон встал и сделал пару шагов по комнате:

— Не я их распространяю. Просто услышал в одной из таверн. Они вроде ещё и мятеж устроили. Собираются выйти из состава империи. Не кажется ли вам, господин Ерин, что отправляться туда — так себе идея?

— Сульвириды всё равно выйдут из состава империи.

Аргон подошёл к полке, где под слоем пыли томились выставленные в хаотичном порядке книги. Он провёл пальцем по ним и отряхнул руки:

— Так кто вас подставил?

— Джозеф Кастер. Он против постройки портала в Эрганбург. Совсем недавно снова пытался надавить на меня, чтобы я отозвал разрешение на постройку.

— Чёрт… — Аргон рукой потёр лоб. — Это серьёзно. Вас уже разыскивают?

Ерин тоже встал и сделал пару шагов к Аргону:

— Да. Они вчера должны были арестовать меня в магистрате.

— Откуда вы знаете?

Ерин стал ближе к книжному шкафу:

— Столько книг, Аргон. Вы все их прочитали?

— Угу, — полутоном произнёс Аргон.

— Я люблю читать. Но, к сожалению, мне не всегда удаётся выделить на это время. Работа посадника города… — Ерин чуть прокашлялся. — Работа посадником города забирает всё, и время в том числе. Даже личное время. — Ерин посмотрел на Аргона. — Ты ведь знаешь, у меня нет семьи, и всё время я уделял работе. Помнишь сироту, который единственный смог забраться на праздничный столб? Несколько лет назад мы устраивали экскурсию по магистрату для победителей разных конкурсов на праздновании «Волновение». Тот мальчишка… — щёлкая пальцами, — не помню, как его зовут.

— Имя не вспомню, но факт, да.

— Так вот. Этот шустрый мальчуган устроился в форт помощником. Он ещё юн для службы, вот и помогает на кухне, носит продукты или что придётся, иногда бывает в конюшне.

— Не понимаю, Ерин, вы это к чему?

— После экскурсии мы с ним не виделись. Но, когда он услышал краем уха о готовившемся аресте, сразу примчался. Сказал, что вот-вот нагрянут гвардейцы. Он был так взволнован, а глаза наполнены искренностью, что я не засомневался в его словах.

— И?

Ерин снова сел на диван:

— Тот мальчишка, которого я видел один день, поверил в меня. Вернее, верил в меня всё это время. Верил в мою работу, в мои идеи, в мою честность. А ты, Аргон, веришь в меня?

— От моей веры вас не перестанут разыскивать. Вообще, почему я? Почему вы пришли именно ко мне?

— Всё просто. Ты только вернулся с севера. — Ерин жестикулировал руками. — Эта волчья сумка и бледный цвет кожи. Я помню, около года назад ты отправлялся в экспедицию на север. — Ерин чуть посмеялся и показал рукой на Аргона. — Банально, но мне кажется, ты точно не в сговоре с Джозефом. Помнится, у вас самих был небольшой спор касательно закрытых шахт.

— Поэтому решили, что я смогу помочь вам отправиться в Садриад-Уръ?

— Почему бы и нет?

— В Халидала меня ждёт невеста, дочь болотного лорда. Илла как раз должна закончить своё обучение, а после у нас будет свадьба.

Ерин задумался и чуть прищурился на мгновение.

— Помню, она приезжала на праздник, а ты потом уехал на север. Думал, у вас ничего не получилось. В целом, рад за вас.

Аргон тоже сел на диван:

— Это всё её отец. Решил, что Илла обязательно должна закончить университет.

— Какой?

— Тазарский Университет Природы.

— Лорд Эрих всегда трепетно относился к своим дочерям. Если он дал согласие на ваш брак, тогда поздравляю вас. — Ерин немного оглядел комнату. — Прошу меня извинить, не надо было тебя беспокоить.

— Мне жаль, Ерин, но я действительно не могу вам помочь.

— Я понимаю, всё в порядке.

Ерин хотел уже вставать, как Аргон остановил его своим вопросом:

— Почему вы думаете, что сульвиридам удастся выйти из состава империи?

— Это же очевидно, Аргон. Сульвиридского принца поддерживает население. Император не станет уничтожать простых смертных за их желание быть свободными.

— Подождите-ка. То есть вы считаете, что император Тайни (Каллибарр) отпустит их? На это надеются сульвириды? Уже армию отправили из Ардуума для подавления мятежа.

— Может, и отправили, но в Садриад-Уръ они не зайдут. Сульвириды смогут без кровопролития выйти из состава империи. А вот когда остальные захотят стать независимыми, польётся кровь, в том числе за старые спорные территории по всей империи. В Садриад-Уръ будет безопасно, а армия сульвиридов сможет защититься от любых агрессоров.

— Не очень-то убедительная теория, не подтверждённая ничем. Всё может пойти совсем не так. Армия подавит мятеж, и, если вас поймают там, то повесят рядом с принцем.

Ерин улыбнулся:

— Я не могу доказать свою невиновность. А если останусь здесь, то меня всё равно повесят.

Аргон не понимал истинных причин уверенности Ерина. Казалось невозможным, что Тайни (Каллибарр) позволит разрушить целостность империи. Аргон хотел услышать доводы Ерина Мардиго, но в ответ получал лишь слова, наполненные надеждой на благородство и радушие императора. По мнению Аргона, у Садриад-Уръ нет шансов отделиться от империи.

— Так почему же вы так уверены, что у сульвиридов получится?

— Странно, что ты этого не понимаешь, Аргон.

Ерин встал и направился к дверям:

— Мне пора идти. Извини, что побеспокоил. Удачной свадьбы.

«Император Тайни (Каллибарр) — это само воплощение древней мощи и энергии, которая объемлет весь мир. Без физического тела он существует как мощный вихрь, который можно увидеть лишь в моменты, когда он сам этого хочет. Его форма постоянно меняется, но часто напоминает гигантский пульсирующий столб энергии, который может расширяться до размеров облака или сужаться до тонкой струи ветра. Тайни (Каллибарр) обладает невероятно высоким интеллектом. Его знания о мире и магии почти безграничны. Он способен предвидеть некоторые события, анализируя ветры времени и изменения энергий в мире. Он действует с непревзойдённым благородством, и его решения всегда направлены на поддержание баланса и гармонии в мире. Тайни (Каллибарр) никогда не использует свою силу ради личной выгоды или удовлетворения собственных желаний. Его энергия может исцелять и разрушать. Именно он был основоположником Эпохи Порядка, которая прекратила все мировые конфликты. Сейчас император жертвует своей свободой ради поддержания равновесия в мире и защиты его от разрушительных сил. Тайни (Каллибарр) не просто древняя сущность, а часть самой ткани мира, энергия которого пронизывает всё вокруг, напоминая о вечности и важности гармонии между существами».

Вырезка из книги «Легенды и истории Сайкана». Гарис Мортис.

Эпизод 1.1.12 Трактир "Эль у Эла". 98 дней до вторжения.

— Доброе утро! — поприветствовал Эл Булуа только что вошедшего Аргона. — Будешь завтракать?

— Доброе утро, Эл, да, было бы неплохо покушать.

— Доча! Принеси Аргону что-нибудь поесть, — крикнул Эл, а Аргону показал на его излюбленное место: — Проходи, присаживайся. Ты чего так рано?

Аргон снял сумку и повесил на спинку стула, а сверху — сюртук. Закатал немного рукава и присел за стол:

— Утро оказалось очень интересным. Знаешь, кто ко мне приходил?

Эл погладил свою рыжую бороду и хмыкнул:

— Даже не представляю.

— Ерин.

Эл от удивления поднял брови и сел напротив Аргона. Он чуть наклонился к нему:

— Беглый мэр пришёл к тебе? Зачем?

— Хотел, чтобы я помог ему добраться до Садриад-Уръ.

— К сульвиридам? — Эл чуть откинулся назад. — Похоже, правы слухи, что он нечист на руку и продался им.

— Он сказал, что его подставил Джозеф.

Эл снова наклонился к Аргону:

— Вот чуял нутром, что без Кастеров тут дело не обошлось. А почему не сказал?

— Сказал.

— И?

Аргон увидел Саманту, которая шла с подносом и принесла завтрак.

— Доброе утро, Саманта.

— Доброе утро, Аргон, — смущаясь, ответила она. Чуть дрожащими руками она разложила несколько тарелок перед Аргоном, где были оладьи, овощная нарезка и ржаной хлеб.

— Пахнет и выглядит аппетитно. Спасибо, — с улыбкой сказал Аргон и посмотрел ей прямо в глаза.

Та немного усмехнулась и быстро направилась на кухню. Эл вздохнул, провожая взглядом дочь:

— Вот нравишься ты ей, Аргон. Вчера после твоего визита она снова начала заливать мне уши вопросами о тебе.

— Она ведь знает, что у меня есть Илла.

— Угу, — кивнул Эл. — Но так что? Почему Джозеф его подставил?

Аргон, стараясь чётче выговаривать слова, прожёвывал еду:

— Из-за постройки портала в Эрганбург.

— Я так и думал! — рукой чуть по столу стукнул Эл. — Это же очевидно. Кому нужна будет дорога между городами, если будет портал. Кстати, чуть не забыл. Есть интересный слух. Говорят, в Ардуум едет целая делегация из Академии Порядка. Какой-то Дарис.

Аргон замер:

— Дарис Эккос?

— Да, — кивнул Эл.

Аргон неспешно отложил еду и протёр рот салфеткой:

— А что ты сразу не сказал? Ситуация серьёзная.

Эл откинулся на спинку, чуть прокашлявшись:

— А кто это такой, Дарис Эккос?

— Регулятор природы.

— Что? — Эл рассмеялся. — Зачем её регулировать?

— Это название должности. Он защищает природу.

— Ну и любят они там давать нагрузку на уши.

— Что я слышу, в тебе прорывается коренной житель Ардуума? — подметил Аргон.

Эл чуть рассмеялся и потянулся за нарезанным огурцом. Прожёвывая, он потянулся за следующим:

— Этот паразитный жаргон. От него сложно избавиться. Почти каждый посетитель говорит так. Постоянно на слуху. Ты ведь знаешь, я всё время борюсь с этим.

— Да, сколько тебя помню, и у тебя, между прочим, неплохо получается.

— Скажешь тоже... Так что думаешь, зачем он едет сюда?

— Дарис? Не знаю, — пожав плечами, сказал Аргон. — Но требуется веская причина, чтобы он куда-то приехал.

— Может, просто в гости? У нас ведь тут заповедник.

— Навряд ли. Жаль, в магистрате не узнать.

— А что, Дарис Эккос — такая важная птица? Не думал, что в империи нужен регулятор природы.

— Конечно нужен. Ты сам видишь, сколько заводов открывается в последнее время. Этот лес высоких труб, откуда сочится чёрный дым, готовый затмить небо.

— Полегче, Аргон, я простой трактирщик. Не привык слышать такие слова: «затмит» или как там… «сочится». Но, кажется, твою мысль я понял.

Аргон улыбнулся и потянулся за чашкой чая. Осторожно пригубил — «негорячий»:

— Я к тому, что он идеальный регулятор природы, которого не подкупить ничем.

Аргон сделал несколько больших глотков чая, и ему показалось, что даже Эл услышал, как гортань издала характерный звук проглатывания, а затем продолжил:

— Он антоциан, и иногда мне кажется, что любовь к природе у них в крови.

— Антоцианы — это те долгожители с пурпурной кровью? Я о них читал сказки Саманте, когда она была ещё ребёнком.

Скрип двери отвлёк их. На пороге оказался молодой человек в тёмно-синем пальто. Он сделал пару шагов и остановился, а его взгляд был направлен точно на Эла. Аргон принял его за обычного посетителя:

— Да, Эл, у антоцианов пурпурная кровь.

— Ладно, Аргон, это ко мне пришли, — быстро пробормотал хозяин заведения. Он встал и задвинул стул.

— Кто это, Эл?

— Позже. Позже расскажу. Саманта! Подготовь Аргону еду в дорогу! За счёт заведения. Удачного пути, Аргон.

— Спасибо.

Эл направился в сторону человека в тёмно-синем пальто. Они молча кивнули друг другу и зашли в личный кабинет хозяина заведения.

Эпизод 1.1.13 Монетные листы. 98 дней до вторжения.

«Три башни по углам треугольного здания Единого Банка Сайкана видны с любой точки города. Сам банк покрыт огромным стеклянным куполом, который так мастерски вписан в его треугольную форму».

Аргон дословно вспомнил слова Гариса Мортиса, глядя на монументальное здание треугольной формы с тремя башнями по углам. Минимум окон и одна большая железная дверь. Стены серые, из причудливого камня, расписанные различными узорами.

Некий человек, который только вышел из банка, задумавшись, не заметил Аргона и столкнулся с ним. Серое пальто, тёмные штаны, белая рубашка, а за воротом виднелся красный шейный платок — образ показался Аргону знакомым.

— Простите, я что-то совсем задумался, — сказал тот человек и поспешил уйти.

— Постойте, — окликнул его Аргон. — Кажется, мы знакомы. Где мы могли видеться?

Тот человек обернулся и сделал пару шагов:

— Даже не знаю, я только вчера вернулся в город.

— Вспомнил. Мы с вами плыли на корабле из Порта Боромо. Познакомились ещё на берегу. Вы астроном на службе у Академии Порядка. Яри.… Простите, не вспомню ваше имя.

— Яриб Якум-Хар.

— Точно. Я ещё сказал, что у вас такое редкое имя.

Тот человек улыбнулся:

— А вы, Аргон Ногра, писатель и историк-натуралист с волчьей сумкой?

— Да, да, он самый, — чуть хлопнув ладонью по сумке, сказал Аргон.

— Как хорошо, что я вас встретил. Скажите, Аргон, вам удалось попасть в магистрат? Там всё закрыто. Вход охраняет императорская гвардия.

— Да. Вчера я сразу отправился туда, успел до их прихода.

— Говорят, проблемы у нашего мэра?

Аргон утвердительно кивнул, затем, поправив лямку сумки:

— Яриб, не видел вас на корабле. Вы совсем не выходили из каюты? Я просто хотел чуть больше узнать о работе своего коллеги.

Яриб улыбнулся и прокашлялся:

— У меня морская болезнь. Эта дорога была серьёзным испытанием. Обычно я использую порталы, но в Ардууме он сломался.

— Да, это проблема. Сам отправляюсь в Халидала. Вот думаю зайти получить немного монет в дорогу.

— Будьте внимательны. Они в банке совсем нас за дураков держат. Хотят вместо монет ввести какие-то бумажки. Назвали их ещё интересно — монетные листы.

— Монетные листы?

— Представьте. Сегодня вроде первый день, как начали предлагать вместо монет свои бумажки с числами. Куда только смотрит Академия Порядка… — возмущённо сказал Яриб. Он сделал пару шагов к Аргону и полушёпотом добавил: — Если честно, мне кажется, всё это теперь не имеет значения. То, что я видел в небе, — вот что главное.

— А что вы видели в небе?

Яриб чуть наклонился к Аргону:

— Не могу сказать. Сами понимаете, эта информация только для Академии Порядка.

Аргон за мгновение понял, каково получать такой ответ. Яриб снова прокашлялся:

— Ладно, мне пора. Будьте аккуратны в банке. Они явно хотят присвоить золото, раз вместо него собираются раздавать золотые бумажки.

Он ушёл, оставив Аргона с задумчивым взглядом:

— Странный ты, Яриб Якум-Хар.

Эпизод 1.1.14 Конюшня «КастерОз». 98 дней до вторжения.

«Тёмный базальт внизу стен, покрытый мхом, выше — кирпич цвета ржавого железа», — так описал бы Аргон эту конюшню на окраине города. Мощёная дорога закончилась, дальше грунтовка, ведущая к старому трактовому мосту. На крыше какой-то юноша красил в оранжевый цвет железные буквы — «КастерОз».

— Добрый день! — крикнул Аргон.

Тот обернулся и, прищурившись от двусолнца, пытался разглядеть, кто же отвлекает его от столь важного занятия. Он отложил кисточку, встал во весь рост и протёр руки о штанину:

— Добрый день, господин, вы по какому вопросу?!

Аргон сцепил руки на поясе и чуть оглянулся по сторонам:

— Да вот, хочу коня арендовать. С кем я могу поговорить?

— Со мной! — так же громко ответил юноша. — Сейчас спущусь.

Аргон кивнул и стал ходить по округе, ожидая, пока спустится работник. Он вспомнил, как последний раз катался на лошади. Это было несколько лет назад, в Халидала. Они с Иллой отправились на прогулку. А на следующий день Аргон не смог нормально ходить из-за боли в пояснице и коленях. Как ему сказал местный врачеватель, дело было в неправильно закреплённом шнеллере в седле. Да и само седло было узким.

«Главное, чтобы не повторилось», — запереживал Аргон.

— Господин, прошу, проходите, — пригласил юноша внутрь.

Тот уже успел напялить на себя фирменную одежду конюшни, где красовалась надпись на груди — «КастерОз». Они прошли в небольшой кабинет. Стол, два стула и кипа бумаг — больше ничего не было.

— Присаживайтесь, — указал юноша на стул, а сам сел напротив. — Куда направляетесь?

— В Халидала, — кратко ответил Аргон.

— Отлично. — Работник конюшни потянулся за листочком, где была большая надпись: «Арендный листок "КастерОз"». — «Они даже там умудряются налепить своё название», — заметил Аргон.

Конюх протянул руку:

— Прошу, можно ваш подлинник?

Аргон снял сумку с плеча и полез во внутренний карман своего тёмно-зелёного сюртука за документом.

— Красивая у вас сумка, господин, — подметил юноша, заполняя ручку чернилами. — Это волк?

— Да, — ответил Аргон и достал сложенный лист бумаги. Он передал Знак Подлинности работнику, который стал списывать данные в арендный листок.

— Вы предпочитаете обычных коней или, может, хотите какого-нибудь экзотического?

— Базальский! — с агрессией ворвался в кабинет полный мужчина в фирменной одежде конюшни. — Ой, извините, — резко снизив тон. — Базальский, после сразу продолжи покраску.

Затем полный мужчина снова посмотрел на Аргона:

— Простите ещё раз. Не буду отвлекать, — и быстро ушёл.

Юноша улыбнулся:

— Он подумал, что я просто оставил работу. Хотя это больше на него похоже.

— Да всё нормально, — подбодрил его Аргон. — Вы как раз хотели рассказать, какие у вас есть экзотические лошади?

Базальский кивнул:

— Точно. Сейчас у нас есть плотоядный номадский пустынный. Выносливый. Сильный, как камень в загашнике.

Аргон на мгновение замер, пытаясь понять, что имел в виду конюх, сравнив коня и камень в укромном месте.

«Мне кажется, я сильно отвык от местного жаргона», — пролетела мысль у Аргона. Он почесал свою лёгкую щетину:

— Нет. Где я возьму мясо, чтобы его кормить? Какие у вас есть из обычных пород?

— Физальские рысаки. Остался «Хлыст» — серый жеребец и гнедая кобыла по имени «Цветная капуста». После того как сломался портал, почти всех разобрали, господин Аргон.

— Хлыст.

— Отличный выбор. Вы сказали, что направляетесь в Халидалу?

— Халидала, — поправил его Аргон. — Название города не склоняется.

— Хорошо. Простите, я простой конюх. Не знал. Халидала значит Халидала. Раньше ведь был Тазар. И почему поменяли...

— Я тоже не понял, зачем они поменяли название. Но сейчас это Халидала. И да, мне нужна лошадь только для того, чтобы добраться туда.

Конюх продолжил заполнять арендный листок.

— По пути в Халидала вам надо будет поставить отметку в таверне «Лачуга Поиска».

Аргон чуть наклонился к юноше:

— Для чего?

— Чтобы подтвердить ваш путь. Эта таверна находится где-то посередине между городами.

Аргон кивнул:

— Сколько с меня, Базальский?

— Том, меня зовут Том. Том Базальский. С вас сорок серебряных. При сдаче коня, если с ним всё будет в порядке, вам вернут пятнадцать.

— Что насчёт монетных листов? Я сегодня получил немного их.

— Слухи оказались правдивы, — чуть громче выкрикнул конюх. Затем полушёпотом добавил: — Похоже, они растопырили свои кошельки.

«А вот это более понятно», — улыбнулся Аргон. — Ну так что? Я даю тебе двадцать монетами, а остальное — монетными листами?

Конюх утвердительно кивнул и протянул руку, в которой был арендный листок и Знак Подлинности. Аргон взял их и убрал в карман. Из другого достал какие-то бумажки желтоватого цвета. На них были написаны разные числа. Он вытянул из небольшой пачки две и протянул их. Том с лёгким волнением облизнул губы, а руки по привычке протёр о штанину, прежде чем взяться за монетные листы.

— Название ещё такое придумали — монетные листы, — пробормотал улыбающийся конюх. Он покрутил их, внимательно разглядывая с разных сторон. На одной стороне было число десять и непонятные для конюха знаки, а на другой — какое-то строение.

— Господин Аргон, а что нарисовано на обратной стороне?

Аргон с лёгкой ухмылкой закончил считать двадцать монет:

— Это Крепость Вечного Порядка. Там находится кладезь императора Тайни.

— А что такое кладезь?

Аргон подтолкнул горсть монет в сторону Тома:

— Слово «кладезь» имеет много значений. Например, одно из них — место хранения какого-нибудь сокровища. А в нашем случае это место, где находится наш император.

Том улыбнулся и потянулся за монетами:

— Уши, конечно, давят на голову от таких слов.

Аргон тоже улыбнулся и подумал: «Ты чертовски прав, Том, и такое не только у тебя».

Эпизод 1.1.15 Хлыст. 98 дней до вторжения.

— Похоже, мы так и не доберёмся сегодня до таверны, — на ходу похлопал Аргон шею коня. Хлыст, словно понимая, мотнул головой.

— Давай передохнём. — Аргон потянул поводья, а после того, как конь остановился, аккуратно слез с него и сделал пару шагов, разминая колени: — Мои ноги и спина… — держась за поясницу рукой. — Вначале казалось, что сидеть удобно. Как там Том назвал это чудо-седло? Сечодокан? Не очень-то и удобное. А ты, кстати, как себя чувствуешь, Хлыст?

Конь снова мотнул головой и стал испражняться.

— Ловко ты, отбил желание перекусить булочкой, — чуть рассмеялся Аргон и сделал пару шагов по дороге. Он посмотрел вдаль и оглянулся вокруг.

— Сплошной лес. И дорога почти как тропа. Реально, все пользуются порталами.

Аргон повернулся к коню и посмотрел на небо:

— Уже смеркается, и кажется мне, Хлыст, нам лучше найти место для ночлега. Что скажешь?

Конь топнул ногой и кивнул, а потом издал очередные звуки испражнения.

— Пройдём чуть глубже в лес. Разведём костёр. Но сначала дождёмся, пока ты сделаешь свои дела.

Аргон подошёл к Хлысту и погладил его по морде:

— Не хочу, чтобы ты загадил наш лагерь, договорились?

Конь опять кивнул и снова издал смердящие звуки.

— Всё верно, приятель, главное — делать.

Эпизод 1.1.16 Гевад Грордо. 97 дней до вторжения.

— Можно к тебе присоединиться? — прозвучал низкий хриплый голос в темноте.

Выдохнув, твёрдым голосом, чтобы не выдать свой испуг, Аргон, который сидел у костра, кивнул:

— Да, конечно.

Он услышал, как неожиданный гость зашагал ближе. Аргон встал и пристально всматривался, как из темноты кто-то приближался.

«Стоп, что?» — не поверил своим глазам Аргон. «Гномы ведь давно вымерли», — пролетела мысль.

Тем временем гном подошёл ближе и сел напротив. Аргон тоже сел, протёр глаза и снова посмотрел на гостя. «Ну, точно гном. В доспехах, с густой бородой и красноватой кожей. Впалые чёрные глаза и большой нос, шлем и топор почти в его рост».

Биение сердца участилось, по спине и шее побежали мурашки. Его тело напряглось до предела, а мышцы окаменели. Аргон почувствовал, что капли пота проступили по всему телу.

— Кто ты? — неуверенным голосом произнёс Аргон.

Гном растопырил свои руки и протянул их к костру:

— Гевад Грордо.

— Кто? — чуть запнувшись, переспросил уже вспотевший Аргон. Он рукой протёр лоб и пристально разглядывал гнома.

— Хранитель амулета феникса, Гевад Грордо.

— Хранитель амулета феникса?

— Слушай, человек, тебе по два раза надо повторять? Эта встреча для меня тоже сюрприз. Я не ожидал, что когда-нибудь снова заговорю.

Аргон встал и попятился назад:

— Я уверен, что гномы вымерли сотни лет назад, в эпоху драконов.

Гном тоже резко встал, сильнее сжал рукоять топора и начал оглядываться:

— Драконы?! Они здесь?

— Нет. Драконы вымерли, как и гномы.

Гном выдохнул и положил топор на землю:

— Смотрю, ты очень растерян.

— Да, потому что ты гном! Живой гном, здесь! Прямо сейчас!

— Успокойся, успокойся, — сделал пару шагов к нему Гевад. — Послушай меня... А как тебя зовут?

Аргон снова сделал пару шагов назад:

— Что? Зачем тебе моё имя?

Гевад Грордо сделал недовольное лицо:

— А-а! Ладно, слушай, человек. Я где-то рядом.

— Что?! — подскочил Аргон, а Хлыст фыркнул от испуга. — А, это был просто сон...

Эпизод 1.1.17 Красный гном. 97 дней до вторжения.

Утро в лесу началось с прохлады. Лучи двусолнца пробивались сквозь кроны деревьев, освещая небольшую поляну между семью практически одинаковыми лиственницами. В её центре — костёр, который уже потух, оставив после себя лишь кучку серых углей и лёгкий дымок, поднимающийся вверх. Рядом стоял конь, осторожно отщипывая свежую зелёную траву, а хвост мягко покачивался в такт шелесту страниц. Аргон торопливо и в то же время аккуратно перелистывал страницы подаренной книги, надеясь хоть что-нибудь найти про гномов.

— Какой странный и правдоподобный сон… Грордо, хранитель амулета феникса. Да ведь это просто сказки для детей? — пробормотал он.

Затем на мгновение замер, а глаза, кажется, нашли нужные буквы.

«Катакомбы под цитаделью Ардуума — это древняя сеть подземных ходов, высеченных в толще горы. Их происхождение окутано тайной: одни говорят, что их построили первые правители города как убежище на случай нападения драконов, другие шепчутся, что это дело рук давно исчезнувшей цивилизации гномов. Каменные стены катакомб покрыты трещинами и мхом, а воздух пропитан сыростью и слабым запахом земли. Свет сюда не проникает. Сами же катакомбы многоуровневые, с лабиринтом коридоров, которые уходят вниз, словно корни гигантского дерева. Чем глубже спускаешься, тем более хаотичной становится планировка. Коридоры сужаются, потолки становятся ниже, а в некоторых местах обвалившиеся камни перекрывают проходы. Во время исследований этих катакомб мне удалось найти заброшенные святилища с вырезанными в камне символами гномов, что только подтверждает одну из теорий происхождения. Но есть и другие символы, которые разительно отличаются, напоминая символы древних ордоков (устар. орки)».

— Да тут толком ничего нет про гномов, — недовольно продолжил листать книгу Аргон. Вскоре страницы закончились, а Аргон посмотрел на коня и вздохнул:

— Кажется, больше ничего нет. Гномы вымерли, и всё. Что о них мог написать Гарис Мортис? Жаль, конечно. Но это был просто сон.

Аргон встал, отряхнулся и убрал книгу в сумку. Вытащил из карманов сюртука все бумаги и также аккуратно уложил их рядом с книгой.

— Ну что, Хлыст, похоже, нам надо продолжить свой путь. Сон сном, но меня ждёт моя возлюбленная.

Эпизод 1.1.18 Старый Гувралин. 97 дней до вторжения.

— А, так вот ты какая, «Лачуга поиска», — пробормотал Аргон, когда увидел её издали.

Он слез с коня и сделал пару шагов в сторону таверны. Под лучами двусолнца это приземистое, крепко сбитое строение, в основе которого толстые брёвна, смотрелось как сказочный домик, аккурат срисованный со страниц детской книжки. Стены, потемневшие от времени и сырости, были забиты мхом и смолой. Дверь массивная, из обтёсанных досок, скреплённых ржавыми полосами. Крыша таверны была невысокой, двускатной, покрытой толстой корой, содранной с окрестных деревьев. Над ней торчал короткий дымоход из грубо сложенных камней. Окон в таверне мало — всего два узких проёма по бокам от входа, с тёмными и затёртыми стёклами.

— Смотри, Хлыст, какая красивая таверна. Она так мастерски вписана в окружение. Её хозяин бережно относится к природе, и мне это нравится.

Аргон взял поводья и повёл коня в сторону таверны, пристально разглядывая всё вокруг.

С левой стороны здания примыкал небольшой навес из веток и старых шкур, под которыми были сложены дрова и различные инструменты.

Аргон остановился возле навеса и привязал Хлыста к коновязи — железке, торчащей из-под земли. Он пошёл вдоль стены, проводя рукой по неровной поверхности потемневших брёвен.

— Это природный налёт, — пробормотал Аргон с восхищением.

Он взглянул на вывеску, что болталась над входом, — выцветшую деревянную доску с криво намалёванным кабаном, чьи клыки и кружка в пасти были едва различимы.

Аргон зашёл. Внутри был только старик, читавший какую-то книгу.

— Доброе утро! — громко обратился Аргон к старику. — Вы тут главный?

— Доброе утро, юноша, доброе. Да, я, — произнёс старик, вставая из-за стола.

Хозяин таверны обладал видом, который сразу привлекал внимание своей глубокой мудростью и загадочностью. Его волосы, белые как речная пена, были длинными и слегка вьющимися. Они обрамляли лицо, изборождённое временем и жизненными историями. Одет он был в простую, но чистую одежду — длинную льняную рубаху, подпоясанную широким поясом, и штаны, которые, похоже, видели не один год службы.

— У вас можно покушать?

— Есть суп из мяса быка. Стоит две монеты.

— Отлично! И хлеба, — заказал Аргон.

Старик, несмотря на свой возраст, сохранял в себе энергию и силу. В его движениях чувствовались спокойствие и уверенность. Он положил книгу на стол и отправился в сторону кухни. Сама же таверна внутри была скромной, но уютной, наполненной вещами, которые старик, вероятно, собрал за многие годы. Среди них были старинные карты, амулеты для защиты от злых духов и даже несколько камней с руническими надписями. Всё это создавало атмосферу, где прошлое и настоящее переплетались, как течение двух рек.

Аргону понравилась обстановка. Он подошёл к столу и увидел книгу, которую читал старик. Она была на вид очень старой. Аргон присел за стол и взял её:

— «Механический дракон красных гномов».

Аргон замер и ещё несколько раз перечитал название, удивляясь совпадению со своим сном. Он развернул книгу и прочитал аннотацию:

«Война и вынужденные миграции, длившиеся поколениями, привели к вымиранию этого народа. Конфликты с другими расами на фоне господства драконов вынуждали гномов мигрировать. Они не задерживались подолгу на одном месте. Память об их традициях уходила вместе с погибающими гномами. Это привело к культурному упадку древнего народа. Потеря их родной экосистемы и вечная жизнь в стрессовых ситуациях привели гномов к накоплению вредных мутаций и генетических заболеваний. Эти причины существенно сократили продолжительность жизни гномов, а снижающаяся фертильность привела к моменту, когда гномы вовсе перестали рождаться».

— Это очень интересная книга, — сказал старик, ставя на стол тарелку супа и хлеб. — Осторожно, суп горячий. В последнее время путников становится больше. Приходится с раннего утра готовить еду.

— Книга про гномов?

— Ты ведь слышал о них? Был такой древний народ. Невысокого роста, в три-четыре локтя.

— Да, я слышал гнома… — вырвалось у Аргона.

— Ты, наверное, хотел сказать, что слышал о гномах, — поправил его старик. — Ведь гномы вымерли сотни лет назад. — Затем, усмехнувшись, добавил: — А ты не похож на того, кому сотни лет.

«Очень иронично звучит от старика», — подумал Аргон, но решил быть учтивым и лишь улыбнулся на шутку старика:

— Да, конечно, я хотел сказать, что слышал о гномах. Пока я ем, прошу вас, распишитесь в путеводном листе, у меня аренда коня.

Аргон полез искать в карманах, но ничего не нашёл. Достал сумку и стал искать там:

— Похоже, я потерял арендный листок.

— Ну, заплатишь небольшой штраф, — сказал старик и взял книгу. Он хотел было направиться к соседнему столику, но Аргон окликнул:

— Прошу, садитесь со мной. Расскажите, о чём эта книга?

Старик немного улыбнулся и принял приглашение гостя:

— Про красных гномов и механических драконов. Я думал, ты умеешь читать?

— Я прочёл название, но что говорится в этой книге?

— Не знаю ещё толком, я только начал читать, — приврал старик.

— А что вы знаете о гномах? — продолжил задавать вопросы Аргон, надеясь получить хоть какую-то информацию о Грордо.

— Гномы были отличными шахтёрами. В основном они добывали золото. Были устойчивы к любой магии. Говорят, именно гномы стояли у истоков Единого Банка Сайкана.

— А вы слышали про гнома Грордо?

— Грордо? Откуда тебе известно это имя? — удивился старик.

— Несколько дней назад в одной из таверн Ардуума говорили о нём. Вот решил узнать. Вы ведь читаете книгу о гномах, — улыбнулся Аргон.

— Гевад Грордо был одним из четырёх хранителей реликвий. Если верить старым книгам, он был хранителем амулета феникса.

— Амулета феникса? Того, который позволял возродиться после смерти, словно феникс?

— Да. Легенды гласят, что ещё амулет наделял обладателя иммунитетом к огню и огненной магии.

— А известно, где сейчас этот амулет? — полушёпотом спросил Аргон и приступил к трапезе.

— Это всего лишь легенды, юноша, — усмехнулся старик.

— Ну да, точно, всего лишь легенды...

Старик снова уткнулся в книгу, а Аргон продолжил есть суп и думать, как, не вызывая лишних подозрений, больше разузнать про этого Грордо. Тем временем старик напротив сам заинтересовался интересом раннего гостя.

— Меня зовут Гувралин, — представился старик.

— Аргон.

— Подскажи, Аргон, куда направляешься?

— В Халидала, в Университет Природы.

— Так ты ещё учишься?

— Ага, — приврал Аргон. — Пишу реферат о древних народах Сайкана. Вот был в Криоталосе, в ледяном городе Королевы Альбионы. В её библиотеках есть много полезной информации о гномах, — быстро сообразил Аргон. Затем добавил: — Но я никогда не слышал про Грордо.

— Это всё объясняет, — чуть расстроенно прошептал старик.

— Простите, что объясняет?

— Твой цвет кожи. На небе два солнца, а ты толком и не загоревший, да и сумка у тебя из шерсти ледяного волка.

Хоть старик и ошибся насчёт волка, Аргон молча улыбнулся и продолжил есть в тишине. Спустя некоторое время он отложил ложку и отодвинул тарелку:

— Суп был очень вкусным, спасибо большое, — сказал Аргон и оставил рядом две монеты. Он встал, взял свою сумку и собрался уходить.

— Постой, Аргон, — остановил его старик. — Сможешь мне помочь?

— Не знаю. Смотря что вы хотите?

— По пути в Халидала будет деревушка со статуей Речного духа в центре. Сможешь передать местному друиду одну книгу? В благодарность я немного дам провизии.

Аргон снова сел.

— Речного духа? — переспросил Аргон, вспоминая, как недавно читал о нём в книге Гариса Мортиса.

— Да, Речного духа. Ты не слышал о нём?

— Очень мало. Думал, что это просто местные сказки.

Старик нахмурился:

— Речной дух живёт здесь с давних времён. Ещё с эпохи Титанов. Он является покровителем местных рыбаков. Древнее существо, которое может вознаградить рыбака или погубить. Чтобы задобрить Речного духа, жители этой деревни приносят жертвоприношения.

«Как карикатурно ты сказал, Гувралин», — подумал Аргон.

— Старик, только что ты мне говорил, что амулет феникса — это сказка и легенда, а теперь уверяешь меня в существовании древнего существа?

— Амулет феникса, даже если и существовал, то утерян навечно, а вот Речной дух существует, и я видел его! — резко возразил старик.

— Ну и как же выглядит Речной дух?

— Он словно элементаль воды, который может превращаться в любое существо. Его взгляд поражает слабостью и усталостью, словно наложенное заклятие. Я много лет служил Речному духу.

— И почему же перестал?

— Он отпустил меня. Сказал, что после смерти заберёт меня в лучший мир.

— Интересная история, а что за книгу надо передать?

Старик ушёл в соседнюю комнату. Через пару минут он вернулся с книгой. Аргон взял её и попробовал прочитать название.

— Непонятные символы ордоков, — пробормотал он.

Старый Гувралин кивнул:

— Всё верно, Аргон. Эта книга называется «Тайна Красного Куба».

— Про что эта книга? — листая, спросил Аргон. Ничего, кроме непонятных иероглифов ордоков, он не увидел.

— Про тайну Красного Куба, — невозмутимо ответил старик, а затем, улыбнувшись, добавил: — Ты же вроде умеешь читать.

Аргон улыбнулся. Он положил книгу в сумку и сказал, что выполнит просьбу без какого-либо вознаграждения.

Эпизод 1.1.19 Последний рывок. 97 дней до вторжения.

— Как же бьёт по глазам, — пробормотал Аргон, прикрывая рукой глаза от двусолнца. Он подошёл к коню и ремешками закрепил свою сумку на седле.

— А знаешь, Хлыст, — поглаживая его по шее, сказал Аргон, — похоже, я начинаю привыкать к этому седлу. Может, Том был прав, и это действительно хорошее седло.

Аргон потянулся к коновязи и увидел лопату. Безумная мысль сразу родилась у него в голове: «А что, если гном говорил буквально, что он рядом?»

Аргон взял лопату и посмотрел на неё более внимательно. Затем посмотрел на Хлыста:

— Что думаешь?

Конь никак не отреагировал. А Аргон опять ловил себя на мысли, что его стремление к приключениям снова противопоставляется его чувствам.

«Я оставил Иллу на целый год и отправился на север, в экспедицию. Пусть даже её отец велел повременить со свадьбой, пока она не закончит обучение, я ведь всё равно мог быть рядом».

Аргон сделал пару шагов и пристально посмотрел на дорогу, откуда приехал.

«И сейчас моя жажда приключений тянет меня назад, со странной затеей выкопать яму. Самоанализ — это хорошо, но я хочу попробовать. Последний рывок к приключениям, прежде чем я женюсь и стану примерным мужем и семьянином», — Аргон всячески договаривался с собой.

— Решено, — тихо, но твёрдо сказал он и сильнее сжал лопату. Быстро оседлал Хлыста и помчал на всех порах назад в надежде найти что-то.

Эпизод 1.1.20 Густая тишина. 97 дней до вторжения.

— Так. Вот и наш потухший костёр, — сказал Аргон, привязывая коня к дереву.

Он лопатой раскинул золу и попробовал надавить ею на землю — проверить, насколько она твёрдая. Поняв, что земля достаточно мягкая, Аргон начал копать. В голову же приходили самые разные мысли и вопросы. Самый важный из них — а когда остановиться?

Лишь оказавшись по колено в яме, он решил отдохнуть. Его мышцы на руках стали каменными от непривычной работы, а боль в пояснице становилась всё сильнее и сильнее.

— Хлыст? Может, это всё-таки дурацкая затея? — обратился он к коню, на что тот даже не отреагировал.

— Ну да, чего я ожидал, ты ведь просто животное…

Аргон снял свой сюртук и повесил на одну из веток дерева. Потянулся в карман и достал горсть семечек. Уткнувшись взглядом в яму, он стоял неподвижно. Двигались только руки, которые очищали и подносили ко рту семечки. А в голове у Аргона была буря из мыслей, планов и домыслов о рациональности его действий.

— Это же всего лишь сон, — выйдя на мгновение в реальность, пробормотал он.

Но снова погрузился в пучину хаоса своих мыслей. Так продолжалось несколько минут, пока шорох коня окончательно не вернул Аргона в реальный мир.

— Ладно, ещё немного покопаю.

Он спустился в яму и продолжил копать, ощущая боль на тыльной стороне большого пальца. Металлический звон от лопаты заставил Аргона остановиться на мгновение, и боль от мозоли на правой руке словно исчезла.

— Что? — с недоумением спросил Аргон. — Мне показалось?

Он начал лопатой очищать это место.

Шлем с рогами.

«Такой же, как во сне», — подумал Аргон и бросился руками расчищать землю. Сердце сбилось с ритма.

«Да ладно, этого просто не может быть», — думая, отбрасывал землю рукой.

Сначала показался край кольчужной рубахи, потом плечо в потемневшей стали. Запах ударил в нос — сырой, земляной, с примесью старого железа и гнили. Руки уже тряслись, но Аргон продолжал копать, как в полусне.

Череп с густой рыжей бородой, заплетённой в косы, выглядел как высохшие корни. В горле, точно посередине, торчал обломок стрелы. Аргон продолжил копать, пока не увидел всё тело гнома. Рядом лежал топор — огромный и двуручный. Кости пальцев гнома до сих пор сжимали рукоять.

Аргон попятился назад и сел на край ямы.

Первая мысль — «Я нашёл его, это точно Грордо!»

Он поднялся из ямы и подпрыгнул от радости, стал ходить кругами, держась за голову.

— Хлыст! Я нашёл его! Представляешь, я нашёл хранителя… — остановился и замер. — Амулет феникса… Точно!

Он кинулся в яму и стал пальцами искать на шее мертвеца.

«Цепь?»

Дыхание сбилось, а голова гудела. Аргон потянул, и вскоре на его ладони оказался золотой диск, а на нём — огненная птица. Крылья раскинуты пламенем, а глаз — крошечный рубин.

— Это он! — прошептал Аргон.

Его словно одновременно облили ледяной водой и кипятком. Живот свело. В ушах стояла густая тишина — только собственная кровь стучала в висках. Кожа покрылась мурашками.

Он сидел в яме, грязный, мокрый от пота, и не мог отпустить амулет. Птица, изображённая на амулете, смотрела на него и, казалось, что улыбалась в ответ.

Эпизод 1.1.21 Лёгкая вода. 97 дней до вторжения.

Аргон взволнованно полез в сумку и достал зажигательные камни. Он подложил немного сухих веток и травы, чтобы зажечь костёр.

— Устойчивость к огню? — пробормотал он, а по телу пробежала мелкая дрожь от предвкушения.

Треск от камней, и огонь начал разгораться. Аргон сглотнул слюну, держа амулет в левой руке. Правой ладонью, с некой наивностью, потянулся к пламени.

— Ай! — он резко отдёрнул руку.

Аргон пристально посмотрел на амулет:

— А что, если... — и потянулся к костру левой рукой.

Резкая вспышка ослепила его, и через пару секунд, держа амулет феникса в руке, он почувствовал, как тепло распространилось по телу, обволакивая внутренние органы и кости. В этот момент Аргон даже не дышал, а пытался осознать эти новые ощущения. Снова мелкая дрожь, и он сделал глубокий вдох.

— Теперь рубин светится, — пробормотал Аргон и повесил амулет себе на шею.

Он снова потянулся рукой к огню, но на этот раз тот не обжигал. Языки пламени стекали вверх по его коже.

— Как будто лёгкая вода, — пробормотал Аргон.

Огонь гладил его руку, а он гладил огонь, наслаждаясь новыми ощущениями. Лишь когда немного загорелся рукав рубахи, он убрал руку.

— Дядя будет в шоке! — улыбаясь во все зубы, сказал Аргон коню.

Тот помахал гривой и продолжил щипать траву под ногами.

Довольный Аргон потушил костёр и надел свой сюртук. Он встал на краю ямы и оглядел иссохшее тело гнома:

— Знаешь, Гевад Грордо, судя по торчащей стреле в твоём горле, тебя убили и оставили тут.

Аргон потянулся рукой к амулету, висевшему на шее, и посмотрел на него:

— Ты должен был воспрянуть, как феникс...

Потом он снова посмотрел на тело гнома:

— Однако ты лежишь тут. Я тебя не закопаю обратно. Отправлю кого-нибудь забрать твои останки для изучения. Пойми, я как историк-натуралист не могу скрыть такую находку. Поэтому я хочу извиниться за это и пообещать тебе, что после необходимых исследований, после того как мы всё изучим, я обещаю: мы похороним тебя со всеми почестями. До скорой встречи, Гевад Грордо — хранитель амулета феникса.

Эпизод 1.2.1 Трагедия ужасной ночи. 97 дней до вторжения.

«Деревянные стены дома покрыты глубокими царапинами и вмятинами, некоторые доски оторваны, обнажая внутренние балки. Следы от когтей или ударов видны на каждом шагу, ощущалось, будто он был атакован каким-то гигантским зверем. Крыша, сделанная из деревянных черепиц и досок, частично обрушена. Оставшиеся куски висят, словно готовые упасть при малейшем дуновении ветра, образуя провалы, через которые можно видеть небо. Внутри комнаты представляют собой полный хаос. Деревянные полы покрыты щепками и обломками, часть половиц вырвана и прогнута под весом чего-то тяжёлого. Мебель разломана и перевёрнута.

Здесь произошло нечто невероятно жестокое. Стены испещрены глубокими бороздами от когтей. Деревянные панели и обшивка местами отвалились, обнажая внутренние структуры дома. Воздух внутри дома пропитан влагой, гнилью и чем-то более зловещим. Тишина прерывается лишь шорохом ветра в щелях, скрипом дерева и звуками мелких животных и насекомых, которые нашли здесь пристанище. На деревянных поверхностях видны старые тёмные пятна крови, которые впитались в древесину. Разбросаны личные вещи семьи — книги, посуда, детские игрушки и рисунки. Ужас.

Этот деревянный дом не просто разрушен, он словно олицетворяет саму трагедию, сохраняя в каждом своём уголке память о той ужасной ночи, когда семья была убита, а он сам стал гробницей для их воспоминаний».

Заметки на полях № 5. Аргон Ногра.

«...стал гробницей для их воспоминаний», — как только Аргон дописал последнее слово, раздался голос позади:

— Это дело рук Речного духа.

Аргон чуть дёрнулся, но постарался не выдать испуг. Он сложил блокнотную книжку и, медленно оборачиваясь, встал. Перед ним был худощавый парень с тёмными растрёпанными волосами, в потёртой куртке, выцветшей рубахе и таких же штанах. В руках был магический посох с кристаллом холодного синего цвета.

— Откуда ты знаешь? — спросил Аргон и сделал небольшой шаг вперёд.

— А кто, если не он? Это его река и земля вокруг. Речной дух часто убивает. И никто не может ничего сделать с этим. — Затем юноша сделал пару шагов к Аргону и протянул руку: — Я Рууф Уго.

Аргон присмотрелся к чёрным глазам юноши и пожал руку:

— Аргон. Аргон Ногра.

— Очень приятно.

— Если это сделал Речной дух и ты говоришь, что он часто такое делает, почему о нём ничего не известно в Ардууме?

— Власти... А что они смогут сделать? Академия Порядка не может помочь, и, чтобы скрыть свою беспомощность, они просто утаивают эти чудовищные убийства.

Аргон снова оглянул полуразрушенный дом.

— И вправду, убийства должны были привлечь внимание Академии Порядка.

— Что привело тебя сюда, Аргон? — перебил его мысли Рууф.

— Халидала. Направляюсь туда.

— Что это? Я думал, эта дорога в Тазар?

Аргон чуть усмехнулся:

— Так и есть, просто теперь этот город называется Халидала.

— Почему? Чем их не устраивало название Тазар? Имя основателя первого поселения.

— Это просто легенда о безымянном клановом воине. Вот доберусь и узнаю у лорда Эриха, почему он переименовал город.

— Угу, сам лорд тебе расскажет почему... — сквозь ехидную улыбку сказал Рууф.

Аргон убрал блокнотную книжку с перьевой ручкой в сумку и потянулся за чернильницей, что аккуратно лежала на останках мебели:

— Ты будешь удивлён, юный маг, но лорд Эрих скоро станет моим тестем.

Рууф от удивления чуть попятился назад и чуть прокашлялся:

— О... Так вы тоже из знатного рода? Я не слышал о лордах Ногра.

Аргон направился к выходу и по пути легонько похлопал Рууфа по плечу:

— Я не лорд, не напрягайся. Просто немного работаю на Академию Порядка.

От услышанного Рууф остолбенел и лишь взглядом проводил Аргона. А через мгновение поспешил за ним:

— На Академию Порядка? Что это значит?

Аргон закрепил свою сумку на седле. Повернулся лицом к юноше:

— Выполняю кое-какую работу для Академии Порядка.

— Какую? — Рууф спешно задал свой следующий вопрос.

— Я историк-натуралист.

— А, так ты просто... — угрюмо пробормотал юноша. — Я на мгновение подумал, что ты поможешь остановить Речного духа.

Аргон молча поправил ворот своего сюртука. Рууф заметил, что Аргон чуть нахмурился, и тут же добавил:

— Я не хочу тебя обидеть, Аргон. Сколько бед и смертей принёс Речной дух. Посмотри на эти могилы, — юноша показал пальцем на пять свежих могил, — тут похоронены совсем ещё дети. Это несправедливо, Аргон, и я хочу остановить Речного духа!

— Как? Почему ты решил, что сможешь его остановить?

— Синяя магия.

— Что?!

Рууф улыбнулся и чуть провернул посох в руке:

— Магия разума.

— Ещё и шутник, — сказал Аргон и оседлал коня. — Знаешь, Рууф, танцем тебе не остановить Речного духа. Но я знаю, кто сможет помочь.

— Кто же?

— Мой тесть, болотный лорд. Узнаем, что известно ему насчёт этого духа и этих убийств.

На последних словах Аргон снова глянул на свежие могилы, отчего его взгляд погрустнел. Рууф заметил это и тоже на мгновение бросил взгляд на место захоронения, а затем посмотрел на Аргона:

— Спасибо, Аргон. Справедливость... Им нужна справедливость.

Эпизод 1.2.2 Юный маг. 97 дней до вторжения.

— Джуфуту? — переспросил Аргон Рууфа, который шёл впереди. Направились они по узкой тропе через густой лес на одну из ферм, что была неподалёку. Там юноша нашёл небольшое пристанище, весьма за скромную цену. Аргон же, с неким возмущением, одной рукой отбивался от надоедливых насекомых, а другой тянул за поводья коня, бормоча под носом: — Опять приключения ведут меня в сторону от Иллы…

— Аргон, так ты слышал это имя?

— Нет, я никогда не слышал легенду о нём.

Рууф остановился и обернулся:

— Не о нём, а о десяти демонах, что прибыли в наш мир. Ты ведь историк-натуралист, должен был слышать о них.

— В Тазарском Университете Природы изучают реальных существ. Тем более всё, что связано с демонами, в империи табу.

— А об этом и не говорят в официальных школах. Люди передают это из уст в уста.

Аргон усмехнулся:

— Тогда от правды в этих историях ничего не осталось. Люди всегда всё приукрашивают.

Рууф улыбнулся и пошёл дальше:

— Поэтому их называют легендами.

Аргон пошагал за ним, вновь потянув поводья:

— Расскажи эту легенду. Хоть не скучно будет отбиваться от этих клятых насекомых!

— В момент Великого Катаклизма, который почти уничтожил всё живое на Сайкане, произошёл разлом в другое измерение.

— Измерение?

— Да, в другую вселенную. Этот разлом быстро закрылся. Существовал всего лишь мгновение. — Рууф немного прокашлялся. — Так через этот разлом в наш мир попали новые химические элементы, возможно, какие-то бактерии, ну и сами демоны. После, когда пыль осела, эти демоны разбрелись по миру и стали обживаться, а новые химические элементы — менять наш мир.

— И один из них — это Речной дух, Джуфуту?

— Это всего лишь легенды, Аргон. Я в них не верю.

— Хорошо, — сказал Аргон, отмахиваясь от насекомых. — Почему эти твари к тебе не пристают?!

Рууф, не обернувшись, немного рассмеялся и, продолжая идти, показал Аргону три пальца:

— Полынь, гусиный жир и живица.

— Живица? Это смола хвойного дерева?

— Ага. Лучше всего использовать физальскую пихту. Растапливаешь жир, добавляешь туда полынь и живицу. Можно ещё воска добавить, чтобы держалось дольше. Насекомые тебя просто не видят.

— А есть у тебя чем помазаться, а то уже сил не хватает от них отбиваться!

— Да, в сумке.

— Так давай сюда! Чего молчишь-то?!

Рууф обернулся и сцепил руки на поясе:

— Моя сумка осталась на ферме. Не все носят свои сумки с собой. — Затем юный маг пошёл дальше, сказав с лёгкой ухмылкой: — Хотя будь у меня такая же сумка, как у тебя, я, наверное, тоже брал бы её повсюду.

Аргон на миг бросил свой взгляд на сумку, что висела на седле: — «Обычная сумка». Затем, потянув поводья, последовал за юношей.

— Послушай, Рууф, а ты откуда сам? Иногда у тебя слышится физальский акцент.

— Порт Боромо.

— Порт Боромо?

— Ага, я ведь так и сказал.

Аргон чуть задумался, прищурив глаза:

— А из какого ты семейства?

— Мы почти дошли, ещё немного. Семейство Уго. А почему спрашиваешь?

— Просто я недавно останавливался в постоялом дворе. Вроде назывался «Галантерея Уго».

— Во дворе был сломанный фонтан?

— Да, определённо. С большой отломанной чашей внизу.

— Это я сломал. Мы с братом играли, и я забрался на фонтан. С тех пор так и стоит сломанным. Как сказал отец, в качестве назидания.

— Там было уютно.

— Спасибо. Это заслуга моей семьи, а не моя. Этот постоялый двор открыл ещё мой прадед. Дело всей нашей семьи, как говорится.… Но это не моё.

— Почему?

— Просто не интересно. Мне хочется изменить мир, сделать его лучше. А семейным делом пусть занимается мой брат. Вообще, моя мечта — стать учеником Нифитория Гая. Это имя хоть слышал? — ехидно спросил Рууф.

— Конечно, — усмехнулся Аргон, — он один из самых сильных магов мира.

После этих слов Аргон остановился:

— Я вспомнил, как один старик просил передать книгу друиду Речного духа.

Рууф обернулся и сделал несколько шагов к Аргону. Он перехватил другой рукой свой посох:

— Друиду Речного духа?

— Да. В какой-то деревне на протоке этой реки... как её... Торранка.

Юный маг задумался и почесал свой подбородок:

— Ещё и прислужники есть... А что за книга?

— Что-то там про красный куб. Она в сумке, могу показать.

Аргон подошёл к лошади, достал из сумки старую книгу и протянул её Рууфу. Тот аккуратно взял её и открыл.

— Иероглифы древних орков. Это очень древняя книга. А кто тебе её дал?

— Старый Гувралин. Хозяин таверны «Лачуга поиска».

— А называется «Тайна Красного Куба»? — спросил Рууф, подозревая услышать положительный ответ.

Аргон кивнул и отмахнулся от очередного комара.

— На юге пустыни Кхогат-Рун был найден большой красный куб из неизвестного кристаллического материала. Многие годы древние орки почитали его, ходили вокруг него и устраивали разные празднования. Но однажды, во время одного из таких праздников, красный куб раскололся. Оттуда выполз огромный скарабей. Позже его стали называть Жураг-Рун, Пустынный Царь Скарабей. Тот стал принимать их поклонение и с помощью своей магии начал менять сущность орков, превратив их в современных ордоков.

— Знаешь, Рууф, хочу сказать, что легенд древности ты знаешь много. Я бы ещё послушал, но эти насекомые меня одолели! Давай скорее выйдем из этого леса!

Земля под ногами вдруг задрожала, и до них докатился тяжёлый гул — будто кто-то волок по земле огромные камни. Не успели они понять, что происходит, как конь рванул поводья и стремглав унёсся в сторону. Между деревьями мелькнула тень, и вскоре на тропу вышло чудовище. Оно возвышалось, как скала, почти доставая до верхушек деревьев. Тело, из камня и земли, поросло мхом, а из глаз лился зловещий зелёный свет. Монстр встал поперёк дороги, отрезая путь.

Аргон и Рууф замерли, не в силах отвести взгляд. Чудовище взмахнуло рукой с зажатым в ней огромным булыжником. Камень пронёсся с такой силой, что юноша едва успел пригнуться, а Аргон почувствовал, как следом просвистел другой камень, совсем рядом. Он потерял равновесие и рухнул на землю. Монстр, заметив это, шагнул вперёд. Каждый его шаг глухо отдавался в земле. Аргон попытался подняться, но чудовище уже нависло над ним. С рыком, похожим на обвал каменной стены, оно занесло огромную руку, готовясь раздавить его. Рууф не медлил. Он выхватил посох и направил его на монстра — из наконечника вырвались синие энергетические шары. Они не ранили, лишь злили чудовище. Оставив Аргона, монстр повернулся к Рууфу и тут же обрушил на него град камней. Маг попытался увернуться, но один из камней ударил его в плечо и сбил с ног. Он прижался к земле, пытаясь подняться, и случайно коснулся лежащей рядом книги.

Аргон и Рууф обменялись быстрым взглядом и без слов поняли: они в ловушке, перед яростью Речного духа им не выстоять. Юноша едва заметно покачал головой с обречённым взглядом. Когда чудовище уже тянулось к нему, чтобы разорвать, маг быстро что-то прошептал. Вспышка — и Рууф исчез, оставив после себя лишь клубок синего дыма. Монстр фыркнул и повернулся к Аргону. В следующий миг, взревев, он прыгнул прямо на него, распахнув гигантские когти.

Нулевой указатель.

«Я был перенесён в нулевой указатель силой амулета феникса. Этот опыт несравним ни с чем, что можно испытать в обыденной реальности. Попробую описать, что я смог увидеть и почувствовать в стартовой точке всего:

Вместо привычного зрения, моё ощущение зрения было изменено в переживание бесконечного света без источника. Я видел все цвета и отсутствие цвета одновременно, не как образы, а как состояния бытия. Это не укладывалось в голове, но я видел, что форма и бесформенность сосуществуют. Вместо звуков, я испытал полное их отсутствие, но это отсутствие было не тишиной, а потенциалом всех возможных звуков, где сама идея звука ещё не сформировалась. Звучит запутано, но это было как полное безмолвие, так и бесконечная мелодия, не предназначенная для ушей.

Тактильные ощущения были ощущением всего и ничего одновременно. Я чувствовал, как моё тело растворяется в бесконечности, но без потери самосознания, словно мои границы, расширяются до бесконечности. Это было одновременно ужасно и величественно.

Я не знаю, сколько я пробыл там. Казалось, я утратил ощущение времени. Как будто времени нет и там нет прошлого, настоящего и будущего. Я испытал бесконечное "сейчас", где все возможности существуют одновременно. Я ощутил себя всем и ничем одновременно, где моё личное "я" стало частью бесконечности. Это вызвало чувство абсолютного единства с чем-то больше, чем я сам, но одновременно и потерю личного "я", что пугало или даже освобождало. Чувства варьировались от полного покоя и радости от осознания всей полноты бытия, до страха и дезориентации от потери привычных опор и границ. Я уверенно могу сказать, что испытал одновременно все эмоции, которые когда-либо существовали, но вне контекста времени и пространства.

Спустя долгое время, я понял, что подобное переживание непостижимо для человеческого разума. Оно оставляет с глубоким, невыразимым чувством бесконечности, единства и потенциала всего сущего. Этот опыт был не просто визитом в стартовую точку всего, а трансформацией самого сознания, что оставляет тебя с вопросом о том, что действительно там можно увидеть и почувствовать?»

Заметки на полях №13. Аргон Ногра.

Эпизод 1.2.3 Молниеносец. 97 дней до вторжения.

Хав Гарн — помощник Дариса Эккоса, нервозно стучал пальцами по кожаному сиденью кареты. Изредка поглядывая в окошко, он следил, как Регулятор Природы листал старую книгу.

— Мой лорд, — чуть окликнул он Дариса, — правда, там говорится, что антоцианы имеют устойчивость к болезням. В том числе и к болезни Красного Гепарда.

— Прямо так и написано? — полутоном, не отрывая взгляда, спросил Дарис.

— Нет, мой лорд. Но разве вы слышали о случаях, что в Тондоре антоцианы заболели этой болезнью?

— А ты много знаешь антоцианов в Тондоре?

Дарис выдохнул и закрыл книгу:

— Послушай, Хав, я антоциан, и я помню, как в детстве болел похожей болезнью.

— Но ваша кровь, мой лорд...

— Тот факт, что она пурпурная, не значит, что я не могу заболеть Красным Гепардом, — усмехнувшись, он добавил: — Или ты думаешь, моя фиолетовая кожа не сможет покрыться красными пятнами?

— Мой лорд...

— Мой лорд, мой лорд... — перебил его Дарис. — Вот посмотри на это.

Он оттянул ворот рубашки, показывая на небольшое красное пятно.

— Но оно не похоже на Красно...

Каменный гул и рёв оглушили всех, а карета резко остановилась. Дарис навалился на помощника. Прозвучал сигнальный горн, а за ним крик:

— На нас напали!

Дарис быстро вышел, так что дверь не выдержала и вылетела. Он сделал несколько шагов в сторону, чтобы осмотреться. Огромный каменный монстр вышел из реки и начал атаковать всех.

— Хав! Давай сюда Молниеносца!

Помощник откинул сиденье в карете, спешно принёс небольшую бронзовую сферу и быстро протянул Дарису. Регулятор Природы сжал своей массивной рукой сферу так сильно, что она разбилась, источив пурпурный дым с красными электрическими разрядами. Дарис стоял неподвижно и пристально смотрел, изучая повадки монстра.

На запястье вспыхнул тонкий красный круг — магическая печать. Из этого круга вырвались тончайшие нити вещества — словно жидкий металл. Они потекли потоками к телу хозяина, оплетая руку сетью быстро твердеющих пластин. Сначала появился наруч. Потом локоть. Сегменты доспеха складывались друг в друга с сухими щелчками. Пурпурный металл был матовым, почти чёрным в тени, но на сгибах вспыхивали тёмно-красные прожилки, по которым текли красные электрические разряды.

Пластины возникали не целиком, а из роя мельчайших частей размером с песчинку. Те соединялись мгновенно, образуя сначала каркас, затем гладкую броню поверх него. По рёбрам прошли электрические разряды, и металл дошёл до груди — пластины сомкнулись.

Дарис сделал шаг вперёд.

Из-за плеч вырвались новые потоки металла и сомкнулись на шее, ключицах, спине. Наплечники раскрылись подобно крыльям хищной птицы, затем сложились с тяжёлым лязгом. А новые потоки направились к ногам в сопровождении красных электрических разрядов.

Воздух вокруг правой руки, где была сфера, исказился от жара. Тонкий красный магический круг исчез, а вокруг ладони вытягивались длинные рёбра будущего клинка. Слышался высокий металлический звон. Появилась гарда, затем рукоять. Дарис сжал её ещё до того, как меч был завершён.

Последним возник клинок. Он вырос вперёд одним резким движением. Тёмно-пурпурная сталь была почти чёрной по краям, а по центру проходила алая линия, пульсирующая электрическими разрядами. Последние частицы сомкнулись, и гул прекратился, оставив частично обугленную траву под ногами Регулятора Природы.

Дарис направился в сторону монстра. Тот заметил его приближение и с оглушающим рёвом кинулся на него. Монстр сделал большой прыжок и растопырил свои когти. Регулятор Природы остановился и взмахнул мечом вверх...

Эпизод 1.2.4 Регулятор Природы. 97 дней до вторжения.

Аргон очнулся на том же месте. Резко встал, словно его облили ледяной водой. В глазах потемнело, закружилась голова. От слабости в ногах он схватился за ветку дерева. Рвота. Почти переваренный суп норовил выйти наружу. Мысли хаотично прыгали по разным воспоминаниям, пытаясь осознать произошедшее. После нескольких минут безуспешных стараний удержать еду всё содержимое оказалось около дерева. Аргон прокашлялся, небрежно протёр рукой рот, а руку — об штанину. Тяжело вздохнув и сделав пару шагов, он присел на камень, которым кидался тот монстр. Потянулся под рубаху к амулету:

— Это всё ты, амулет... И куда же ты меня унёс?

Вдруг послышались крики людей, тот самый каменный гул и рёв.

— Это со стороны разрушенного дома.

Он встал и направился в сторону криков. С каждым шагом походка становилась крепче и увереннее, а мысли — яснее. Дойдя до края леса, Аргон пригнулся, чтобы остаться незамеченным.

— Клянусь глазами, это опять Речной дух!

Свирепый монстр взмахом руки расчленил человека, который не успел увернуться.

— А кто эти все остальные? Подожди-ка... — «Золотые Весы Порядка» — символ столицы.

«Длинный рычаг с двумя чашами на концах, прикреплённый к центральной конструкции опоры весов, символизирует справедливость, баланс и правосудие. Золотые Весы Порядка не просто герб и символ империи, а являются олицетворением Эпохи Порядка».

Большая Императорская Энциклопедия

Огромная колонна из десятков карет и обозов с символикой столицы и империи. Впереди, возле разрушенного дома, отряд, состоящий из воинов в тяжёлых доспехах, побросав копья и мечи, разбегался в попытках увернуться от летящих камней. Эти камни летели с такой силой, что казалось, они могут пробить даже крепкие доспехи рыцарей. Рыцари падали, некоторые из них получали смертельные ранения. Монстр сделал рывок вперёд. Его шаги сотрясали землю, создавая волны страха среди оставшихся рыцарей. Монстр огромными руками разрывал воинов на части. Его удары дробили доспехи, а тела рыцарей разлетались на ошмётки. Монстр схватил одного, поднял его в воздух и с силой ударил о землю, размозжив тело.

Остались лишь останки рыцарей — разорванные доспехи, мечи, валяющиеся без хозяев, и тела, разбросанные вокруг. Монстр стоял посреди этой разрухи, как непреклонный страж природы, демонстрируя свою мощь.

Некто, облачённый в тёмно-пурпурные доспехи с двуручным мечом, неспешно направился в сторону монстра.

— Это Дарис и его Молниеносец, — пробормотал Аргон, чуть сжав кулаки от волнения и предвкушения битвы.

Монстр заметил приближение и с оглушающим рёвом кинулся на него. Он сделал большой прыжок и растопырил свои когти, намереваясь разрезать Дариса. Регулятор Природы остановился и взмахнул мечом вверх. Красные электрические разряды стали обволакивать острие меча, словно наполняя его зарядом молнии. Монстр почти допрыгнул, а Дарис увернулся, сделав шаг влево. Он нанёс сокрушительный удар по голове монстра. Прозвучал чудовищный раскат грома, что оглушил даже Аргона. Это сбило монстра с ног, а меч разбился вдребезги. Дарис, тяжело вздохнув, отбросил сломанный меч и подошёл к монстру, который пытался встать. Он правым кулаком вбил голову монстра в землю так сильно, что Аргон увидел ударную волну, разлетевшуюся вокруг по траве.

— Проблема Речного духа решена за два удара, Рууф. Антоцианы действительно сильная раса.

«Средний рост взрослого антоциана составляет около двух метров, что делает их значительно выше большинства других рас в мире. Это придаёт им внушительный вид и часто помогает в битвах и физической работе. Антоцианы обладают невероятной физической силой. Их мышцы существенно крупнее и более эффективны, что позволяет им поднимать огромные грузы, наносить мощные удары и выполнять тяжёлую работу без особых усилий. Их кровь имеет фиолетовый оттенок и играет важную роль в их физиологии, давая им повышенную способность к регенерации, устойчивость к магии, некоторым видам ядов и болезней».

Вырезка из книги «Народы древнего Сайкана»

Эпизод 1.2.5 Дарис Эккос. 97 дней до вторжения.

Аргон, держась за плечо, медленно двинулся в сторону Дариса. Лорд Академии Порядка сделал пару шагов вперёд.

— Аргон? — удивлённо спросил Дарис.

Тот с улыбкой кивнул.

— Всё нормально, он свой, — Дарис дал команду гвардейцам остановиться.

Они обнялись, и Аргон, похлопав по плечу, чуток усмехнулся:

— Мне кажется, ты стал больше, Дарис. С момента нашей последней встречи ты стал уже выше меня на две головы.

Лорд Академии Порядка тоже улыбнулся:

— Сколько прошло?

— С того момента?

— Да. Это вроде было в Номад-Руне.

Аргон немного призадумался:

— Давненько, может, лет пять назад.

Дарис кивнул:

— Точно. Это были мои последние дни в качестве посла в стране ордоков. Потом меня пригласили на новую должность в Академию Порядка... Так... подожди... Ты ведь с экспедиции вернулся? Как всё прошло?

Аргон оглянулся по сторонам и развёл руки в стороны:

— Это было очень странно. То, что мы обнаружили... Я не знаю, как это сказать... В общем и целом, я сделал детальный отчёт. Мне, как писателю, легче всё расписать, чем рассказать. Отчёт я сдал куратору экспедиции.

Дарис задумчиво кивнул, словно какая-то мысль отвлекла его от разговора. Аргон заметил это:

— Всё в порядке?

— Да, да. Просто вспомнил встречу с... Болотного лорда вспомнил. Вчера гостил у него немного. И дядя твой тоже там был. Сказал, что ты скоро должен вернуться.

— Да, ждут они меня там. Наверное, готовят большой праздник в честь нашей с Иллой помолвки. Она как раз должна закончить учёбу и сдать экзамены. Она у меня умница и, уверен, с лёгкостью сдаст их все. А потом, как обещал лорд Эрих, он даст своё согласие на наш брак.

Дарис немного улыбнулся, а взгляд погрустнел. Аргон не заметил этого, а Дарис быстро переключился:

— Почитаю твой отчёт, как доберусь до Ардуума. Как видишь, дорога растягивается, приходится отвлекаться.

Аргон, показывая на лежащее тело монстра:

— Быстро ты уделал Речного духа.

Дарис рассмеялся:

— Кого? Речного духа?

— Да, — чуть с недоумением кивнул Аргон.

— Ты думаешь, это был Речной дух? Аргон, ни одному смертному не одолеть Речного духа. А это просто какой-то зверь.

— Говорят, Речной дух убивает. Губит целыми семьями.

— Не стоит приписывать несчастья граждан и ужасные трагедии Речному духу. Всё, что здесь творится, — это безумные эксперименты с порталами, откуда появляются монстры, например, как этот, — показывая рукой на тело монстра, сказал Дарис.

— Эксперименты с порталами?

— Аргон, мы знаем друг друга уже давно, ещё со времён нашей работы в Номад-Руне, а ты так и не понял, что мне нужны весомые поводы, чтобы куда-нибудь отправиться. И поверь, побег Ерина или инцидент на пирсе с заключёнными не являются причиной моего путешествия в Ардуум.

«Осведомлённость, конечно, у тебя будь здоров», — подумал Аргон.

— А что за эксперименты?

— Зачем тебе это нужно, Аргон? Уверен, у тебя в Халидала будет достаточно забот. Не забивай голову.

— Давай так, лорд Дарис. Ты мне расскажешь про эксперименты по старой дружбе. А я тебе расскажу о том, что мне известно об амулете феникса.

— Амулет феникса, — усмехнулся Дарис. — Давно утерянная реликвия и сказка про Гевада Грордо.

— Я нашёл его. Нашёл этот амулет на теле гнома.

Дарис Эккос поменялся в лице.

— Аргон, давай присядем в карету и всё обсудим, — тихо сказал Дарис.

Они отправились к карете. Путь занял почти минуту, и никто из них не обронил ни слова. Аргон оглянулся назад, чтобы посмотреть, как люди из сопровождения Дариса уже начали собирать тела и останки погибших гвардейцев.

У кареты Хав уже установил вылетевшую дверь на петли.

— Аргон, познакомься, это Хав, мой помощник. Хав, это Аргон Ногра, я про него рассказывал тебе.

— Да, да, — с улыбкой сказал помощник лорда.

Аргон протянул ему руку, а тот услужливо её пожал.

— Господин Аргон, я читал вашу книгу. Мне очень нравится, как вы пишете. Вы мой второй любимый писатель после великого Гариса Мортиса, конечно.

Аргон чуть усмехнулся:

— Да, я тоже у себя на втором месте после Гариса Мортиса.

— Хав, — окликнул его Дарис. — Принеси полусферы.

— Уже, мой лорд, — быстро пробормотал помощник и полез в один из ящиков.

Он достал две полусферы и протянул их Дарису. Тот взял их и посмотрел на Аргона:

— Стань чуть дальше.

Аргон и Хав попятились назад. Дарис же взял эти полусферы в руки и соединил их перед собой. Образовался магический красный круг, и вся броня такими же струями потекла к рукам, пока полностью не оказалась в сфере, которая захлопнулась, издав электрический треск.

— Прошу, — пригласил Дарис Аргона в карету и отдал сферу своему помощнику.

Они сели в карету друг напротив друга. Лорд снова оглядел Аргона:

— Что с рукавом твоей рубашки?

Аргон глянул и стряхнул обожжённый рукав рубахи.

— Ерунда, я не обжёгся.

— Рассказывай, Аргон, где и как ты нашёл Гевада Грордо?

Аргон отодвинул ворот рубашки и снял амулет. Он передал его Дарису и, пока тот рассматривал его, всё рассказал. Как ему приснился гном, как он увидел книгу о гномах в таверне, как решился выкопать яму и как на них напал монстр, которого они приняли за Речного духа.

— На нас? — переспросил Дарис.

— Да, со мной был юноша, Рууф Уго.

— И где он? Он знает, что ты нашёл амулет?

Аргон отрицательно покачал головой.

— Он испарился. После него остался синий дым. Это было за мгновение до того, как монстр попытался убить его. Затем монстр набросился на меня. Я оказался в странном месте.

— Расскажи подробнее, что за место?

— Не знаю. Это было очень странно. Я был словно повсюду и нигде одновременно. Слышал все звуки и слышал, когда звука нет. Я не могу описать это, Дарис. Это было очень страшно. Может, позже я найду подходящие слова и напишу об этом.

— Это место называется Нулевой Указатель.

— Нулевой Указатель?

— Да. Место, в котором ничего не привязано к определённому пространству и времени. Это стартовая точка всего.

— Стартовая точка? Что-то за гранью жизни. Тот монстр убил меня?

Дарис вернул амулет Аргону:

— Нет. Этот амулет тебя спас, и за мгновение до твоей смерти он перенёс тебя в стартовую точку всего.

— Откуда тебе известно, Дарис?

Он улыбнулся:

— Ну, вообще-то, Аргон, я лорд Академии Порядка.

Затем Дарис чуть наклонился к Аргону:

— Ты просто не представляешь, какое чудо с тобой произошло. Пусть амулет будет у тебя. Никому не говори о нём, в том числе своему дяде. И не забудь зарядить амулет.

— Зарядить?

— Просто преподнеси его к огню.

Затем Дарис улыбнулся и продолжил:

— И постарайся не спалить рубашку.

Аргон кивнул, а Дарис, показывая указательным пальцем на Аргона, более твёрдым голосом сказал:

— Не покидай Халидала и никому не говори об амулете. Это тебе приказ от лорда Академии Порядка. Я через несколько дней вернусь в Тазар... э-э... в Халидала. Мы встретимся у твоего дяди и детально всё обсудим.

— Вас понял, лорд Дарис, — кивнул Аргон, а сам подумал: «Не помню Дариса таким серьёзным».

— А теперь мне нужно кое-что сделать.

Дарис высунулся из кареты и подозвал своего помощника:

— Записывай.

Хав достал из своей сумки блокнот и чернильную ручку — всегда заправленную и готовую именно для таких случаев.

— Я, Дарис Эккос, лорд Академии Порядка, Регулятор Природы Западной Империи Сайкана, приказываю на месте этого трагического сражения установить монумент с именами всех, кто погиб. Провести разовые выплаты семьям погибших в размере трёхмесячной ставки. Направить в императорское казначейство предложение о льготах для семей тех, кто потерял последнего кормильца. Предложить компенсировать материальные расходы фонду «Бед и катастроф». Записал?

— Да, мой лорд, — ответил помощник.

— Отправишь это письмо в столицу. Тела погибших необходимо вернуть в Оарин к их семьям. Сообщите Оливеру Хиргасу, он в соседней карете, что тело зверя теперь его забота. Пусть направит его в свой университет для изучения.

Затем Дарис посмотрел на Аргона:

— На чём ты добираешься? Где твой конь?

— Убежал, когда на нас напал монстр.

Дарис посмотрел на помощника:

— И выдайте Аргону номадского коня.

— Классического физальского рысака, пожалуйста. Конечно, если он у вас есть, — попросил Аргон.

Дарис посмотрел на Аргона, а потом на помощника:

— Есть?

Хав утвердительно кивнул, а лорд продолжил:

— Дайте ему этого классического физальского коня.

— Жеребца серой масти, — со стеснением уточнил Аргон.

Дарис снова посмотрел на Аргона и, не отводя с него глаз, обратился к помощнику:

— Конь серый?

— Да, мой лорд.

— Выдать!

— Как прикажете. Ещё что-нибудь?

— Нет, — кратко резюмировал лорд.

Помощник быстро вышел из кареты, а Дарис с недоумением спросил Аргона:

— С чего такие запросы?

— Я брал в аренду именно такого.

— Понял. Значит, вернёшь этого вместо того.

Аргон кивнул. Надел цепочку с амулетом на шею и спрятал её под рубашкой.

Эпизод 1.2.6 Друид Речного духа. 97 дней до вторжения.

Дорога тянулась узкой полосой между лесом и рекой. Справа чернели старые сосны, слева тускло блестела вода. Ветер гнал мелкую рябь, и Аргон периодически тянулся рукой к амулету. Вечер быстро сгущался, а конь под ним вдруг занервничал. Он резко мотнул головой, фыркнул и сбился с шага.

— Эй, конь, что с тобой? Надо было спросить, как тебя зовут...

Из лесной темноты донёсся шорох и треск веток. Аргон повернулся и увидел, как волк выскочил из чащи. Крупный, серый, он низко припал к земле и медленно двинулся вдоль дороги, не отводя глаз с коня. Тот захрипел и попятился назад.

— Тут не должно быть волков! — выкрикнул в панике Аргон.

Волк оскалился, а конь встал на дыбы. Аргон едва удержался в седле. Прежде чем волк успел вцепиться в ногу лошади, из леса раздался громкий человеческий крик:

— А ну прочь!

На дорогу выбежал человек. Высокий мужчина в потёртом бирюзовом плаще, с охапкой сырых ветвей в руках. Бросив валежник, он рукой схватил появляющийся перед ним посох. С размаху он ударил по стволу дерева. Гулкий треск раскатился над дорогой.

Волк дёрнулся и обернулся. Мужчина в плаще шагнул вперёд, не отводя взгляда от зверя, и снова закричал:

— Уходи в лес, дикий зверь!

Волк замер, прижал уши и, тихо рыча, начал отступать. Он ещё немного следил за людьми, а потом развернулся и исчез среди деревьев.

Аргон перевёл дыхание и крепче сжал поводья:

— Ещё немного, и он бы разорвал коня. А может, даже и меня.

Спаситель бросил взгляд в сторону леса:

— Он был голоден, — спокойно ответил он.

Аргон слез с коня и протянул руку:

— Спасибо, что спасли нас. Я Аргон Ногра.

— Диурдон.

— Одежда у вас как у друида.

— Ага, — утвердительно кивнул он и оглянулся.

— Случайно не Речного духа?

Тот снова утвердительно кивнул:

— Да, да. Того самого.

Аргон усмехнулся и, разводя руки, решил сразу признаться:

— Я потерял книгу.

Друид отпустил свой посох, который растворился в воздухе. Пригнувшись, он стал собирать брошенный валежник.

— Не понимаю, о чём вы?

— Старый Гувралин просил передать вам книгу.

Друид встал, аккуратно прижав ветки к телу. Мягко улыбнулся, а Аргон смог чётче разглядеть его лицо.

«Слишком молод, чтобы зваться друидом», — пролетела мысль у Аргона. «Совсем немного седины на волосах и ещё меньше на короткой бороде».

— Как называлась та книга? — перебил его мысли друид.

— Тайна Красного Куба, — быстро ответил Аргон.

Диурдон призадумался и немного покивал:

— Ничего. Эта книга там, где должна быть. Тем более Красного Куба давно уже нет.

— Тут рядом есть безопасное место для ночлега? Вообще, волки не должны водиться в этом лесу.

Друид ничего не ответил и пошёл по дороге, а Аргон последовал за ним, потянув коня за поводья.

— Диурдон?! Вы слышите меня?

— Да, да. Простите, Аргон, я задумался. — Затем он остановился и оглядел Аргона. — Разные звери совсем недавно стали появляться здесь. Почти все агрессивные. Я тоже не припомню волков в этих лесах.

Аргон почесал затылок и на мгновение коснулся амулета под рубахой.

— Так что насчёт ночлега? Тут есть безопасные места?

— Недалеко наша деревня.

— Знаю, перед мостом, по дороге направо. А там есть какой-нибудь трактир? Помнится, местные не очень рады новым людям.

Друид улыбнулся:

— Жители ценят связь с природой, и большинство гостей пренебрегают ею. Будь вы сульвиридом, вас бы приняли с распростёртыми объятиями.

«Хорошо говорит», — подумал Аргон, а Диурдон продолжил:

— Таверн нет, но я могу дать вам ночлег. Но только на одну ночь, не более.

— Отлично. Я заплачу.

— Золото не нужно. Я просто вам помогу.

— Просто так?

Диурдон снова оглянулся и немного посмотрел на сумрачное небо. Лишь Аль-Мира где-то вдали освещала всё своим синим холодным светом. Они пошагали по дороге почти в один такт. Иногда Аргон сбивался с шага из-за поводьев коня, который неохотно следовал за ними.

— Кажется, вы чем-то обеспокоены, друид? — полюбопытствовал Аргон. — Весь нервозный и задумчивый.

— Есть причины, Аргон. Впервые за долгое время предопределённость неопределённа.

— Звучит по-философски.

Диурдон рассмеялся и чуть не выронил несколько веток:

— Жизнь друида, она такая, без философии нельзя.

— Что это вообще, Речной дух?

— Сложно объяснить. Кажется, не хватит и жизни, чтобы понять это древнее существо.

— Ты видел его?

Друид остановился и посмотрел на Аргона:

— Каждый день.

— И какой он?

— Великолепный, — быстро ответил друид и зашагал дальше по дороге.

«Хм, неплохо, неплохо, философ», — подумал Аргон и последовал за ним.

— По пути сюда, в разрушенном доме, я встретил юношу. Молодой маг винил в трагедии того дома Речного духа.

— Многие винят Речного духа в убийствах невинных людей. Странные вещи творятся в этих лесах. Появляются новые виды существ. Ту несчастную семью убил кто-то другой, не Речной дух. Например, на нашу деревню совсем недавно напало чудище громадного размера.

— С роговыми наростами и каменистой кожей?

Друид на мгновение остановился:

— Нет. Оно было покрыто серой густой шерстью. Ноги у него были короткие, а руки, наоборот, очень длинные и с огромными когтями.

— И как же вы справились с ним?

— Мы не справлялись с ним, Аргон. Как только оно попыталось убить одного из жителей, Речной дух уничтожил его.

— Уничтожил? Как?

— Вокруг чудища появился водяной пузырь. Затем пузырь начал сжиматься и сжал чудище так, что оно из огромного зверя превратилось в комок мокрого мяса.

— Он спас вас...

— Именно. Поэтому мы и служим ему. Поэтому я и попросил того человека сделать пожертвование. Ни я, ни Речной дух не виновны в его гибели и гибели его семьи.

— Получается, если тот житель согласился бы сделать пожертвование, то Речной дух защитил бы его и его семью?

— Возможно, — пробормотал друид. — Мы пришли.

Аргон увидел очертания деревни, которая так искусно сливалась с окружением. Они пошли по тропинке, уложенной булыжными камнями, к центру деревни, где была статуя Речного духа. Аргон чувствовал взгляды жителей и их перешёптывания. Они словно сторонились его.

— Не обращай внимания, Аргон. Ты мой гость, и тебе ничего не угрожает.

— Рад это слышать, — чуть улыбнулся Аргон, подумав: «Странная и самобытная деревня. Удивительно».

Эпизод 1.2.7 Волнение перед встречей. 96 дней до вторжения.

Накануне встречи Аргон испытывал взволнованное предвкушение. После года разлуки он сомневался в том, как изменился сам и, как изменилась она. По мере приближения к городу его мысли сменяли друг друга, рождая всё новые вопросы: — «Что если, я стал другим? Что если, она окажется не такой, какой я её помню?» Его пугала мысль о том, что реальность может не оправдать ожиданий. — «Что если, встреча не будет такой волшебной?» Аргон романтизировал предстоящую встречу, представляя, как Илла также трепетно ждёт его, вглядываясь в окно.

Тревога учащала сердцебиение и потливость. Аргон тщательно готовился к встрече, переживал о своей внешности, выборе одежды и словах, которые скажет. Он много раз прокрутил картину, как дарит кулон — заготовленный подарок ещё до его отбытия. Фантазировал, как она принимает его.

— После долгой разлуки чувства становятся особенно острыми — пробормотал Аргон. Он боялся показаться слишком эмоциональным или, наоборот, не выразить свои чувства слишком хладно. Все эти переживания создавали сложный эмоциональный водоворот — одновременно радостный и изматывающий. Но, несмотря на тревогу, Аргон уверенно приближался к городу, предвкушая встречу с любимой.

Аргон влетел в северные ворота города на полном скаку. Копыта коня звонко ударяли по каменной мостовой, разгоняя редких прохожих. По левую руку, возвышался храм Ордена Двух Солнц. Его массивные двери были закрыты, а у ступеней раскинулся стихийный мемориал: — увядшие цветы, свежие венки, огарки свечей и ленты, колыхавшиеся под прохладным ветром. Аргон скользнул по этому взглядом, но не задержался на увиденном. Сейчас его мысли заняты совсем другим.

Спустя некоторое время он уже подъезжал к поместью дяди. Высокие ворота оказались заперты. Прямо у них, Аргона встретил камердинер — худой, седовласый мужчина с неизменно задумчивым лицом.

—Господин Аргон, вы вернулись! — чуть улыбнулся он. А через мгновенье, улыбка исчезла, оставив лишь грусть. — Ваш дядя, сейчас у болотного лорда, — произнёс он ровным голосом. — У того тяжёлый период.

Камердинер ненадолго замолчал, будто собирался добавить что-то ещё, но передумал. Затем лишь коротко кивнул в сторону замка: — Вам стоит отправиться туда немедленно.

И не сказав больше ни слова, он отступил в сторону, освобождая путь.

Эпизод 1.2.8 Перевёрнутый мир. 96 дней до вторжения.

Приспущенные флаги и чёрное перо ворона, подвешенное к флагштоку у ворот замка, заставили Аргона насторожиться.

Чёрное перо вывешивали у входа в дом, когда в нём кто-то умирал. Эта традиция была очень древней, и уже никто не мог сказать, откуда она пошла и почему именно ворон стал её символом.

Тревога холодной волной прошла по телу Аргона. Он резко спрыгнул с коня и почти бегом направился к замку. Во дворе было непривычно пусто. Ни стражи, ни слуг, ни случайных голосов. Аргон быстро поднялся по ступеням и ворвался в главный вестибюль. И снова — никого. Только приглушённые голоса доносились из глубины замка, со стороны кабинета лорда.

Не раздумывая, Аргон распахнул дверь без стука. За круглым столом сидели трое: Болотный лорд Эрих Валдермин, его дядя, Майнкрафт Готье и незнакомый черноволосый мужчина, с короткой стрижкой в темно-синем пиджаке. Все трое одновременно посмотрели на Аргона. Лицо Эриха мгновенно побледнело. Майнкрафт застыл, будто не знал, что сказать. Они переглянулись, и в кабинете повисло тяжёлое молчание, растянувшееся для Аргона мучительной вечностью.

Он сделал шаг и замер. Сердце глухо ударило в грудь. Потом ещё раз. Каждый удар отзывался болью под рёбрами. Аргон снова двинулся вперёд, не сводя глаз с дяди и Эриха. Но те продолжали смотреть на него так, словно боялись произнести хоть слово. Незнакомец, сидевший рядом с ними, быстро понял всё по растерянным лицам. Человек, ворвавшийся в кабинет, ещё ничего не знал.

Мужчина медленно поднялся из-за стола и направился к Аргону. Эрих и Майнкрафт молча наблюдали за этим.

— Меня зовут Мамунтин Виверли, — холодно произнёс незнакомец. — Я Верховный Обвинитель Академии Порядка. Прибыл сюда для расследования убийства Иллы Валдермин.

Мир вокруг Аргона будто замер. Кровь отхлынула от его лица.

— Что... вы расследуете?.. — едва слышно переспросил он.

Эрих и Майнкрафт поднялись из-за стола, но по-прежнему молчали.

— Полагаю, погибшая была очень дорога вам, — спокойно продолжил Мамунтин.

Аргон растерянно покачал головой, словно не понимая услышанных слов.

— Что?.. Кого убили?..

Майнкрафт быстро подошёл к племяннику и крепко обнял его. Эрих отвернулся, но всё же не смог сдержать слёз. Его голос дрогнул:

— Они убили её, Аргон... — выдавил он. — Они убили мою Иллу...

Эпизод 1.3.1 Младшая дочь. 100 дней до вторжения.

Милая и привлекательная девушка, с маленьким курносым носом, с криками вышла из комнаты своей старшей сестры, Цефеи: — Да чтобы ты рожала всегда только девочек!

Её зеленоватые глаза наполнились яростью, а выразительный и притягательный взгляд в тот момент только пугал. Вьющиеся светло-коричневые волосы были неопрятно собраны, а очаровательная улыбка вовсе не проглядывалась от злости. Они повздорили из-за пустяка. Но это была лишь причина, давшая повод вздорной младшей сестре очередной раз обвинить старшую во всех неудачах.

Илла завидовала старшей сестре. Цефея была сватана за новоиспечённого казначея Академии Порядка. Порцион Горизонталь — статный, высокий и златовласый. Она должна была стать женой самого богатого человека в империи.

Цефея громко пела, готовясь к поездке. Её отец, Болотный лорд, был приглашён на открытие первой художественной галереи лорда Маркуса Фон Пирвиана. В столице империи соберётся практически вся знать империи. Будет важное торжественное событие с возможными политическими последствиями.

— Ты можешь заткнуться! — крикнула из своей комнаты Илла. — Твоё пение мешает мне готовиться к экзамену!

Показалось, что в ответ Цефея стала петь громче. Илла бросила книгу на кровать и, стуча пятками, направилась к сестре.

— Цефея! Ты можешь заткнуться или петь свои дурацкие песни тише?! — распахнув дверь, выкрикнула Илла.

Старшая сестра кинула взгляд на мгновение и усмехнулась:

— Потерпи, сестрёнка, завтра никто тебе не будет мешать.

— Надеюсь, портал сломается, и вы никуда не отправитесь!

Цефея повернулась к ней и улыбнулась:

— Знаешь, Илла, ты очень вредная. Поэтому Аргон оставил тебя и уехал. Я на его месте осталась бы на севере, подальше от тебя!

Лицо у младшей покраснело, и она топнула ногой. Сжав кулаки и зубы, она была готова кинуться на свою сестру.

— Да чтобы ты рожала всегда только девочек!

— Закон о праве наследника и тебя касается, сестрёнка, — с ухмылкой ответила Цефея, мастерски скрыв, что эти слова задели её.

Эпизод 1.3.2 Перед экзаменом. 99 дней до вторжения.

Тазарский Университет Природы возвышался на окраине города, где каменные улицы уступали место бескрайним болотам. Плавные крыши напоминали листья и водные потоки, а стены утопали во мхах, лишайниках и болотных растениях.

— Здесь природа становится частью архитектуры, — пробормотала Илла, шагнув на очередной мощёный мостик. Она пыталась избавиться от навязчивых мыслей и смотрела на всё как в последний раз. Каналы с тёмной водой окружают университет со всех сторон. Илла остановилась на мгновение и подошла к краю моста, опершись на ограждение. Она нервно полезла в сумку и достала кулон в виде глаза гидры — подарок Аргона.

Осмотрела кулон и с грустной улыбкой убрала в конверт, где уже лежало письмо. Немного потеребив письмо, она убрала его в сумочку и тяжело вздохнула.

— Миледи Илла, всё в порядке? — послышался голос.

Она обернулась:

— Всё хорошо, профессор. Просто немного переживаю.

Профессор улыбнулся и подошёл ближе.

— Всё будет хорошо, миледи. Это последний экзамен.

— Да, спасибо, профессор Остоль. Я ещё немного побуду здесь.

— Хорошо, только не опаздывайте, — немного кивнул профессор. — Экзамены индивидуальные, и вы одна из первых.

Ранее профессор Остоль Лиаальд внёс предложение для изменения системы сдачи экзаменов. Лорд Эрих Валдермин не мог рисковать репутацией семьи и заранее договорился, что Илла сдаст всё.

Илла вновь посмотрела в чёрную воду канала. Замерев, она немного прослезилась и простояла там несколько минут.

— Прости меня, Аргон...

Шмыгнула несколько раз и медленным шагом направилась в сторону университета.

Эпизод 1.3.3 Последний экзамен. 99 дней до вторжения.

Илла, задержав дыхание, держала руку над тринадцатью билетами. «Какой же выбрать?» Профессор Остоль сидел напротив, с любопытством наблюдал за ней. Где-то в глубине души он улыбался, но не подавал виду. Все билеты одинаковые, и он знает, что Илла легко ответит.

— Миледи, — вторгся в мысли Иллы профессор. — Смелее, не волнуйтесь.

Илла на мгновение глянула на профессора и чуть-чуть прищурила глаза:

— Сейчас, профессор. Я хочу сделать правильный выбор.

Профессор кивнул:

— Конечно, конечно.

Илла кладёт руку на один из билетов, закрыв глаза, делает глубокий вдох. Профессор, уже не скрывая улыбки, чуть наклонился к Илле:

— Не томите нас, миледи.

Илла перевернула листок и с опаской открыла глаза. Она быстренько пробежалась глазами по тексту и улыбнулась.

— Я готова сразу ответить.

— Похвально. Тогда читайте вопрос и отвечайте.

Илла выпрямила спину и начала выразительно читать:

— Вопрос. Расскажите о трёх важных видах волков, которые приняли ключевое участие в жизни и развитии трёх разных народов Сайкана. Начну с Боевого волка Рун. Очень умные, и их легко приручить. Спустя годы упорных тренировок крошечный волчонок становится грозным и беспрекословно послушным оружием. От своих диких сородичей, пустынных волков, его отличает развитая грудная клетка и укороченный хвост. Из слабостей стоит отметить плохую защиту от пламени, ядов и колдовства. Хотя магические заклинания могут наделить его полезными свойствами. Ордоки издавна и по сей день полагаются на этих волков при охоте и защите своих стад.

— Прекрасно, миледи. Продолжайте.

— Симарский огненный волк отличается от своих серых сородичей багровым срезом глаз. Природа одарила этого зверя превосходной защитой от огня и наделила его зубы опаляющим эффектом. Они не только кусают, но и опаляют своим укусом. Встретить их можно только на Симарском архипелаге. В бою против них лучше использовать токсины или чары. До сих пор используются в армии Симара.

— Отлично. Прошу, миледи, дальше.

— А дальше у нас Эльфийский ядовитый волк. В хрониках Садриад-Уръа последние упоминания об Эльфийском ядовитом волке были около трёхсот лет назад. Сульвириды использовали этих хищников в тактических целях. Волки связывали врага ближним боем, пока сами сульвириды разили цели из луков. Родным домом для них некогда служили Лафрудская долина и пойма реки Садриад. Сами волки обладали врождённой стойкостью к любым ядам, но, к сожалению, до наших дней этот вид не дожил.

— Замечательно, миледи! Вы справились. Я поздравляю вас.

— Спасибо, профессор! — с широкой улыбкой ответила Илла.

— Скажите, Илла, а если бы я попросил рассказать про ещё один вид волка?

Илла не растерялась и улыбнулась:

— Конечно, профессор. Я бы рассказала про одного из самых загадочных волков Сайкана.

— Отлично, слушаю вас.

— Волшебный Физальский волк. Ареал обитания — это несколько десятков километров от озера Алого Лебедя на Физальском континенте. Пугающая внешность. На фоне серой шерсти отчётливо выделяются белые глаза с блёклыми зрачками. Этот вид не знает неволи и не поддаётся дрессировке. Одиночки. Они каким-то образом связаны с этим озером и в считанные часы погибают, если окажутся далеко. Немногие выжившие после встречи с ними вспоминают о гипнотизирующем взгляде зверя и о жутких галлюцинациях. При этом волк имеет врождённую устойчивость к магии разрушения и магии разума.

— Замечательно, миледи, — встал и протянул руку профессор. — Я горжусь вами.

Илла победно улыбнулась и пожала руку профессору.

— Спасибо, профессор.

— Ваш отец может вами гордиться.

Илла только немного покивала, а профессор продолжил:

— Вы можете идти, миледи. Через несколько дней будет официальное вручение дипломов. Мы будем ждать вас.

— Спасибо ещё раз, профессор, — сказала Илла и спешно направилась к выходу из аудитории.

Эпизод 1.3.4 Письмо Аргону. 99 дней до вторжения.

Илла стояла у большого окна возле аудитории Майнкрафта Готье. Она нервно перебирала пальцами по конверту. Дядя Аргона закончил принимать экзамен и вышел к ней.

— Миледи, ну как прошёл ваш экзамен?

Илла немного улыбнулась:

— Всё хорошо, я сдала.

— А по виду так не скажешь. Что-то случилось? И что это у тебя в руках?

— Это... — она вздохнула и протянула конверт. — Прошу, передайте это Аргону.

— Что?

Илла ничего не сказала, сунула конверт в руки Майнкрафту и убежала. Он, обескураженный, сразу всё понял.

Эпизод 1.3.5 «Светоносцы». 99 дней до вторжения.

Всякие мысли уже позади. Илла доказала себе, что сдаст экзамены, и решилась передать письмо. Теперь её зеленоватые глаза горели пламенем любви, который зажёг в ней жрец Ордена Двух Солнц.

Несколько месяцев назад был праздник в честь открытия храма. Илла увидела главного мессию ордена и без памяти влюбилась. В момент, когда их взгляды встретились, каждого из них поглотила буря чувств. Вскоре под разными предлогами Илла чаще стала посещать храм, пока они не решились сбежать вместе на его родину.

— Я почти тут милый, — пробормотала Илла, поднимаясь по лестнице заднего входа в храм. Она открыла дверь, а там, за небольшим столом, сидел какой-то прислужник. Он резко встал:

— Вы пришли на церемонию?

Илла сделала несколько шагов и оглянулась:

— Какая церемония?

— Церемония обещания! Верховный Светоносец сказал вас подготовить.

— Човод не упоминал об этом.

— Наверное, это был сюрприз для вас, миледи. Простите за это. Нам нужно будет подготовиться к церемонии. Тогда вы вступите на земли Симара как супруги. Не волнуйтесь, миледи, Верховный Светоносец скоро прибудет и не опоздает на церемонию.

Илла кивнула, а служитель храма, показывая на знакомую дверь, сказал:

— Прошу, проходите в комнату.

Она неспешно зашла в комнату, где они с Човодом наслаждались телами друг друга. На кровати лежало красивое платье в бело-алых тонах.

— Миледи, прошу вас переодеться для церемонии. Я буду за дверью. Как будете готовы, позовите.

— А как вас зовут?

— Мы отреклись от своих имён ради огненного элементаля. Мы нарекли себя светоносцами.

«Я так и знала», — подумала Илла и только улыбнулась.

Эпизод 1.3.6 Церемония «Обещания». 99 дней до вторжения.

Илла, сдерживая радость внутри, покорно следовала за прислужником.

— Я немного волнуюсь.

Светоносец немного взгляну капюшона и немного успокоил:

— Эта церемония волнительная для нас тоже. Если честно миледи, я и мои браться светоносцы тоже волнуемся.

— Думаете, Човорд тоже волнуется?

— Миледи, уверяю вас, Верховный Светоносец волнуется больше всех. Это самое важное событие в его жизни. Такое же важное, как откровение от огненного элементаля.

Илла улыбнулась, вспомнила, как Човорд делился с ней своими эмоциями. Как она, положив голову на его грудь, слушала удивительные истории о том, как тот ходил по лаве; как был на грани смерти, пока его огненный элементаль не спас.

— Мы дошли миледи — прервал её мысли прислужник. — Прошу, встаньте в центр этого каменного круга.

У алтаря её встретили приветственные жесты и еле заметные улыбки из-под капюшона. Воздух у алтаря был пропитан запахом благовония и горячего камня.

— А где Човорд?

— Верховный Светоносец скоро прибудет, миледи. Прошу, встаньте в круг.

Илла медленно вступила на ступеньку и прошла в центр круга. Она с волнением шагала по тёплым камням. Илла остановилась и оглянула всех, предвкушая что-то особенное. Но внезапно круг вокруг неё сузился, и она почувствовала, как руки служителей стали хватать её.

— Что?! Что происходит?! Отпустите меня! — крикнула Илла, но руки уже были связаны за спиной. Она стала кричать, но прислужник, который её вел сюда, быстро заткнул ей рот тряпкой. Другие светоносцы принесли каменный столб и вложили в отверстие в центре круга. Ещё два служителя привязали Иллу к столбу. Все произошло так быстро, что Илла ничего не успела сделать. Лишь испуганными глазами искала спасения. Страх нахлынул на неё волной, заглушив всё предыдущее. Она почувствовала, как сердце бьётся в груди с такой силой, что, казалось, оно может разорваться от страха. Её тело начало дрожать от ужаса, который пронизывал до костей.

Связанная и беспомощная, она жалостно смотрела на всех. Пламя из щелей в полу стало подыматься. Жар начал проникать сквозь бело-алое платье. Её кожа покрылась потом не от тепла, а от животного страха. Она пыталась бороться с верёвками, но они только врезались глубже в запястья.

Когда огонь стал подбираться ближе, она почувствовала запах тлеющего платья. Боль проникла через кожу, сначала как ожог, но быстро перерастая в невыносимую агонию. Её тело кричало, но звуки были заглушены. Илла почувствовала, как кожа на руках и ногах пузырилась и лопалась.

«За что?» — последняя мысль, которую она смогла подумать.

После того как огонь наконец угас, оставив после себя лишь пепел и тлеющие угли, наступила зловещая тишина. Внутри храма воздух был насыщен запахом горелой плоти и дыма, который смешивался с остатками благовоний, создавая удушливую атмосферу. На месте, где стояла Илла, осталось лишь обугленное тело. Верёвки, которыми её связали, теперь были частью пепла. Свет факелов и масляных ламп, которые ранее освещали ритуал, теперь мерцал слабее, отражаясь в испуганных и удовлетворённых глазах тех, кто участвовал в ритуале. Светоносцы стояли в молчании. Некоторые из них чувствовали отвращение и вину, но их лица скрывали внутренние переживания. Некоторые испытывали чувство выполненного долга и удовлетворения, веря в то, что это была необходимая жертва для спасения их мира.