Саверия. Истина и ложь.

Глава 1. Марр

Марр стоял весь в крови, перед закрытыми дверьми Академии. Он уже несколько часов безуспешно стучал по ним. Обитатели Академии как будто забыли о нем.

Академия находилась в нескольких километрах от Мисара, окруженная лесом с трех сторон. Купола двух башен были настолько высоки, что с них были видны центральные ворота в город. Самая низкая башня — третья — принадлежала травникам, где часто проходили занятия Марра. Северная башня принадлежала целителям, западная — некромантам. Магистры говорили, что каждый некромант должен иметь силы поднять нечесть находясь высоко от земли. Большинство лекций некромантов проходили именно в западной башни, которую студенты негласно называли Башней Смерти. В истории Академии было несколько случаев, когда студенты спрыгивали с этой башни, не смерившись со своей судьбой. С этой башни спрыгнула Мираж, близкая подруга Марра, некромант, в пучину Тьмы. Она была одной из тех редких людей (хотя человеком ее не назовешь), которые не только отлично владели своей магией, но и могли подчинить себе Тьму. Для них не существовали Семь Старших Богов — они поклонялись лишь одной — Богине Тьмы, имя которой знали те, кто лично встречался с ней.

Марр продолжал стучать в двери Академии, он должен предупредить их: недалеко в лесах рыщет Тьма. Тьма, которая жаждет крови. Он никогда не видел, как Тьма поглощает людей, однако пару часов назад, он стал свидетелем такой картины. Марр услышал крик девушки, побежал, в надежде помочь ей, но увидел лишь, Тьму, кружащую над поляной.

Марр постучал еще раз. И еще. Никто не ответил. Маг посмотрел на лес — Тьма сгущалась, и направлялась к Академии.

— Есть закон запрещающий Тьме нападать на людей. Мне очень интересно, почему она так ведет себя.

Марр постучал еще раз по вратам, затем собрав в легкие побольше воздуха, крикнул:

— Откройте ворота. Это Марр Сарри. — Марр ударил по воротам. — Вы должны открыть.

Марр снова обернулся на лес. Тьма двигалась к Академии. Он знал, к чему это может привести.

— Если Тьма так себя ведет, это значит одно, — сказал он сам себе.

— Что она готовится ударить по Академии, — раздался голос сверху.

Марр поднял голову и увидел парня, который сидел на стене Академии. Он был одет в черное. Верхняя одежда имела капюшон, но было видно, что парень ею не пользовался. Вместо этого, половина его лица была прикрыта темно-синей тканью. Марру были видны глаза серого цвета, которые встречались в Саверии довольно редко. На руках были перчатки с узором звезд. Магу показалось, что звезды сияют. Парень спрыгнул со стены, и подошел к нему. Он был выше на голову, волосы настолько короткими, что пару прядей торчали ежиком.

— Тебе лучше уйти, раз боишься, — предложил он.

Но Марр не боялся. Он никогда не боялся Тьмы, Тьма не может причинить ему вреда, на нем была защиты Мираж.

— Я не боюсь Тьмы, — произнес он.

Парень улыбнулся.

— Впервые вижу кого-то, кто так уверен в своих силах, — он протянул руку и ему на запястье сел ворон.

Маги не любили воронов. Ходили легенды, что вороны подчинялись темным силам. Марр ни разделял нелюбовь магов Академии; ему нравились эти птицы, он считал их слишком мудрыми и верными.

— Как тебя зовут? — спросил маг, хотя не ожидал от себя такой заинтересованности. Хотя он всегда был заинтересован в загаданных людях. Парня он никогда не видел в Академии и тот не был похож на студента.

— Можешь звать меня Призрак, — не обращая на мага внимания, произнес парень. Он был увлечен вороном.

— Призрак? Это ведь не имя.

Парень повернул голову к магу и произнес:

— У меня много имен, но ты можешь звать меня Призраком, — он вновь обратил свое внимание к птице и, шепнув ей что-то, позволил улететь. — Будь готов, она уже близко.

Тьма была близко; была бы тут Мираж, не пришлось бы ждать долго, а сейчас ему придётся произнести заученную назубок молитву Богине Тьмы. Никто кроме нее не справится с Тьмой, набиравшая силу. Он прошел вперед и раскинув руки перед собой, произнес:

— Богиня Тьмы, Высшая, прошу услышь меня, свое дитя. Мертвый для мира, живой для тебя, моя молитва — горькая правда; явись, узри, и я буду благословлять тебя.

Марр был уверен, что она придет. Эти слова он нашел в своей комнате на листе с посланием, который помнил до сих пор: «Выучи наизусть! Только так мы сможем видеться».

— Не думал, что твоя сила заключалась в молитве, — рассмеялся Призрак. — Даже маги поклоняются этой выскочке?

— Кто из нас выскочка еще под вопросом, — послышался голос позади.

Марр и Призрак обернулись, перед ними стояла она — Богиня Тьмы, которая была не в лучшем расположении духа. Тьма укутывала ее, и создавалось впечатление, что вся ее одежда состояла из Тьмы; возможно так и было. «Тьма всегда ходит в черном» — как-то на первом курсе Марр выдал такую теорию, однако не имел подтверждения.

Богиня Тьмы стояла вся в черном, и только белая как снег кожа лица и рук выделялась среди этой Тьмы.

— Кто меня позвал? — вопрос был риторическим. Богиня, бросив беглый взгляд на Призрака, остановила его на Марре, произнесла. — Я в прошлый раз ясно выразилась: она не вернется!

Она собиралась уходить. Марр должен был остановить ее, ведь если она уйдет и не поможет им, то они все умрут. Вся Академия будет уничтожена.

Призрак, посмотрел на мага и подтолкнул:

— Ну же, давай, ты же ее вызвал. Ты же знаешь, что хотел сказать, — он явно забавлялся ситуацией.

«Зачем ты хочешь помочь Академии, людям, которые там? Ведь они вышвырнули тебя. Зачем ты жертвуешь собой? Ведь они так несправедливо поступили с тобой».

— Эй, богиня, — позвал Призрак. — Раз снизошла до нас, то сделай что-нибудь с той гущей, будь добра.

Богиня взглянула сначала на него, затем на то, что он указал. «Сгусток Тьмы, который пару недель назад исчез из Теневого города. Интересно. Хранительница города все чаще упускает их. Нужно серьезно поговорить с ней». Богиня протянула руку и произнесла пару слов на древнем мертвом языке: Тьма исчезла. Ей далось это слишком легко — Тьма еще не набрала силу.

— Будь аккуратней или кто там за этим следит. Буду благодарен, если вы не будете засорять мой мир вашей Тьмой, — насмешливо, но вполне серьезно проговорил Призрак.

— Мог бы и сам справится с этим, — зло бросила Богиня.

— Мог, но не стал. Передай Року, что я жду его за кружкой чего-то крепкого, — сказав это, он направился в сторону Мисара.

Когда Марр пришел в себя сгустка Тьмы не было, как и Призрака с Богиней.

— Меня что зачаровали? Как она посмела не выслушать меня?

«Потому что она Богиня».

— Ты забываешься, — послышалось сзади.

Марр обернулся, Богиня внимательно смотрела на него. Она как будто ждала, когда маг заговорит.

— Могу я узнать, как она?

Богиня кивнула и ответила:

— Хорошо. Учится.

— Когда я смогу увидеть ее?

— Когда она займет мое место, — ответила она. Богиня собираюсь уходить, но обернулась. — И когда сама пожелает встретиться с тобой.

Богиня исчезла, а Марр направлялся в Мисар, в котором часто пропадал во время учебы, но посмотрев на свои руки, которые были в крови, направился к ручью, чтобы смыть с себя ее.

Глава 2. Тобиас

Он появился со стороны гор. Тобиас знал каждую тропинку, каждую пещеру в горах. Горы были его жизнью, местом, который был его домом. Горы были свободой.

В деревне, которая находилась у подножья гор, Синяя чаща, его всегда встречала девушка с глазами цвета неба, однако на этот раз ее не было. У входа в деревню стояли трое парней. Приблизившись к ним, Тобиас наклонил голову в знак приветствия, и попросил, чтобы его проводили к травнице Лили.

— Лили? — переспросил один из парней.

Тобиас кивнул.

— Она занимается травами. В нашу последнюю встречу, она жила на самой окраине, — он улыбнулся своим воспоминаниям. — Я был бы очень рад, повидаться с ней.

— Тогда пойдемте со мной. – Парень попрощался с друзьями и пошел вперед вглубь деревни.

На вид ему было пятнадцать, хотя выглядел старше из-за высокого роста. На плече был рюкзак: ходил за травами, решил Тобиас; в заднем кармане пучок полевых цветов, желтых; руки в ссадинах с засохшей травой. Вглядевшись своим острым зрением в затылок парня, он заметил Тьму, которая укутывала шею тонким ободком. Точно такой же ободок Тьмы Тобиас пару месяцев назад увидел на шее у своего племянника. Людей помеченных Богиней Тьмы было очень мало, и им нужно было перейти грань, чтобы Тьма не убила их.

Тобиас шел за ним и представлял как встретит ее, девушку, которая всегда улыбалась ему.

— Почему ты улыбаешься? — спрашивал он.

— Потому что я всегда рада видеть тебя, — отвечала она.

Он был настолько поглощен воспоминаниями, что не заметил как они подошли к Волковому кладбищу. Кладбище было окутано туманом, то здесь, то там мелькали сверкающие глаза волков, охранявших это место, с деревьев каркали вóроны. Парень прошел к маленькому холмику и положил на него цветы, которые собирал по дороге.

— Лили, травница, говорящая с волками, — произнес он. Его глаза наполнились слезами. Шмыгнув носом, он спросил: — Кто она была для вас?

Тобиас смотрел на цветы, цвета неба, такие же как ее глаза.

— Кто она для тебя? — ответил он на вопрос вопросом.

— Моя прабабушка.

Тобиас отступил назад и только сейчас он вгляделся в паренька, имеющего много похожих черт с ней. Выраженные скулы с веснушками, ярко-каштановые волосы и голубые как небо глаза.

— Я опоздал, — он закрыл глаза. — Не думал, что потеряю счет времени в горах. — Подойдя ближе к «Лили», он опустился на колени. Он молча произнес молитву всем живым Богам в надежде, что они его услышат.

Парень внимательно смотрел на него. Лили всегда рассказывала ему про Господина гор: «Он всегда появляется со стороны гор. Я прозвала его Господином гор; он знает все тропы в горах; ходит настолько бесшумно, что ему позавидуют даже эльфы. Он высок; глаза бледно-голубого цвета, которые становятся яркими под лучами солнца; волосы, цвета вороного крыла, вечно распущены».

— Она любила вас, — наконец понял парень.

— Мое сердце все еще принадлежит ей, — тихо сказал Тобиас, вставая.

Тобиас простоял у могилы несколько часов. Он, самый сильный в своем роде, сейчас стоял и изнывал от боли в груди. Осознание того, что Лили больше нет, разбивало ему сердце. Нет больше той девушки, которая украла его ледяное сердце и душу, нет больше той, которая знала его истинное имя.

Когда Тобиас решился уходить, заметил паренька, сидящего под деревом, недалеко от него. Тобиас подошел к нему и смотря на него сверху вниз, спросил:

— Ты знаешь, что в тебе есть Тьма?

— Да, она говорила об этом с самого моего рождения, — ответил он, кивнув на могилу.

— Что ты делаешь, чтобы справится с Тьмой?

— Мне что-то нужно делать? Лили говорила, что Тьму нельзя подчинить, с ней нужно лишь дружить. Ведь только тогда, Тьма будет защищать меня.

Тобиас кивнул.

— Ты прав. И она права. — Подумав, добавил: — У меня есть знакомый, который может помочь тебе. Есть Академия…

— Не думаю, что меня примут в Академию магов. Я не владею никакой магией, — перебил парень, вставая.

Паренек направился обратно в деревню. Тобиас продолжил:

— Есть другая Академия, в которой тебе будут рады! — Тобиас шел рядом. — Как тебя зовут?

— Мавир, — улыбаюсь ответил парень. — Идете ко мне домой, мама будет рада с вами познакомится.

По дороге Тобиас узнал, что дом Лили, передался по наследству ее внучке. Она так же разбиралась в травах, как и ее бабушка. Мáри, мать Мавира, встретила Тобиаса с улыбкой и, вместо приветствия, сказала:

— Лили знала, что вы вернетесь.

— Жаль только, что так поздно, — тихо сказал он.

Мáри накрыла на стол. В ее доме всегда было много вкусной еды. Волки до сих пор были преданы потомкам Лили. Мáри и ее сын никогда не знали недостатка в мясе. Мáри была единственной, кто верил бабушке, когда она рассказывала про Господина гор. Она так же как и ее бабушка ждала его появления и не теряла надежды, ведь он приносит с собой благие вести. Она унаследовала от Лили не только дом, но и все знания по травам, которые в свою очередь, передала своему сыну.

Когда они ели, Тобиас спросил:

— Ваш сын владеет Тьмой. Он должен научится управлять ею, иначе она будет медленно его убивать.

— Да, Лили говорила об этом. Она говорила, что у нее нет никого, кто мог бы помочь Мавиру, кроме вас, — сказала Мáри. — Я буду благодарна, если вы поможете ему. Он единственный, кто у меня есть.

— Я знаю парня, который может доставить его в Академию Тьмы, однако… — Тобиас вздохнул. — Эта Академия не в этом мире.

Он посмотрел на Мáри, но не заметил на ее лице удивления.

— Я готова на все, лишь бы мой ребенок жил. Я не хочу видеть как он будет умирать, — начала Мáри. – Лили рассказывала о других мирах. Я верю лишь в страх богов, которые из Тьмы и Музыки создали мир, разделив его надвое.

— Я должен встретится с ним, это займет пару дней, пока я дойду до Мисара, где он сейчас проживает. Через два дня, с гор спустится мой племянник, он… он тоже владеет Тьмой. Буду признателен, если вы приютите его, пока я не отправлю весточку. Его зовут Нарис.

Мáри кивнула.

Собираясь уходить, Тобиас остановился у ограды, посмотрел на Мáри, у которой в глазах горел огонёк, сказал:

— С ним ничего не случится. Он будет в безопасности.

Мáри выглядела счастливой, именно это прочитал в ее глазах Тобиас.

________________________________

Тобиас стоял на площади Мисара, как почувствовал запах гари, который доносился из трактира.

— Надеюсь, Тарра никого не сжег на этот раз.

Глава 3. Марр

Марр вошел в город через ворота Серого квартала. Серым его называли, потому что на этой стороне рынка продавали только шерсть и шкуры всех животных. Всех, кроме лис. Лисов в городке почитали. В Сером квартале можно было заметить еще мясные лавки, но их было меньше. Рядом с прилавком, у которого остановился Марр, располагалась одна из таких лавок, откуда были слышны запахи свежего сырого мяса.

Маг искал в этой части рынка эльфийку, с которой был знаком со времен учебы в Академии. Она продавала шкуры животных, на которых охотилась. С ней в лавке всегда был Кир, низший эльф, который и владел маленьким магазином. Эти двое приезжали в Мисар каждой весной. Марр заметил движение в глубине лавки, собирался пройти внутрь, однако Кир опередил его и сам вышел наружу.

— А я подумал покупатель, - вместо приветствия произнес эльф. — Давно тебя тут не было.

— Здравствуй, — Марр поклонился. Он знал, что приветствовать с поклоном положено только высших эльфов, но не следовал данному этикету, считаю его не важным. — Да, давно, — задумчиво произнес маг.

— С чем пожаловал на этот раз? — спросил Кир.

— Я бы хотел поговорить с Лирой, если она тут, — говоря, Марр поглядывал внутрь лавки и ждал, что эльфийки выйдет на его голос.

— Лира час назад ушла, но ты можешь ее найти в трактире на втором этаже, — сказал Кир, затем добавил. — Мы там остановились. На этот раз задержались тут.

Марр кивнул и направился к трактиру, через весь рынок. Рынок был своего рода достопримечательностью Мисара, тут можно было найти все: от разнообразной еды, до разного вида реликвий. Тут были лавки, где продавались статуэтки лис различной величины, таблички с молитвами лису, шелковые одеяния всех оттенков рыжего и желтого. У самого входа в Серый квартал был маленький книжный магазин, где продавались не только известные по всей Саверии художественные книги, но и книги по магии. Владелец магазина всегда сидел и переписывал их, говоря, что рукописные книги имеют душу, в отличии от печатных. Марр невольно вспомнил, как Мираж работала в этом магазине и помогала владельцу с его работой. В магазине всегда были людно. Те вечера, которые они проводили в книжном магазине были тихими, обыденными, но все равно приятными. Недалеко от книжного была чайная, в которой можно было заказать чай и, никому не говоря, принести в книжный, сесть в углу и читать. Читать книги, которые были запрещены в Академии.

Чай остыл на столе, Марр и Мираж разговаривали, наблюдая, как горят свечи. Тихие неловкие смешки создавали теплое облако уюта. Разрисованная статуэтка лиса стояла на подоконнике, и если прислушаться, то можно услышать как она посапывает. В те моменты, Марр понимал, что настанет время, и он будет скучать по таким ленивым и спокойным вечерам.

И он скучал.

Марр улыбнулся, увидев в окно владельца, который за эти несколько лет знатно постарел. Он хотел зайти, поздороваться, но не нашел в себе силы, ведь три года назад, он просто ушел так и не сказав ему ни единого слова. Ровно год он безвылазно сидел в Академии, пытаясь найти способ отыскать Мираж, но у него ничего не получилось. А спустя еще год, его прогнали из Академии за кражу книги, которую он не крал. Книга исчезла сама.

Марр свернул за угол и увидел трактир. За эти несколько лет отсутствия, трактир не изменился. Он был таким же ветхим, как сам Мисар. Трактир также считался достопримечательностью города. Никто точно не мог сказать, когда он тут появился. Одни говорили, что его построил первый переселенец с юга, другие — что он был построен высшим эльфом, а третьи — что его построил маг, ведь если приглядеться, можно увидеть темную ауру. Марр и Мираж придерживались третьей версии, ведь они видели остатки темной ауры, в то время как остальные жители — первой. Никто не верил, что высший эльф мог что-то создать, ведь они лишь разрушали.

Марр открыл дверь и в нос ему ударил резкий запах топленного жира. Готовили в трактире очень вкусно. Почти большая часть учащихся магов предпочитали ужинать вне стен Академии. Повар в Академии был паршивым, да и готовил на редкость ужасно. Повар в трактире был наполовину троллем, и любил готовить. Говорил, что готовка у него в крови. Никто не спорил, никто не хотел оказаться в большом котле, который тролль использовал для лицедеев.

Маг направился за стойку, где стоял низший дэв, который, увидев Марра, улыбнулся во все сорок зубов.

— Давно тебя тут не было, — он облизнул свои губы. — С возвращением.

— Здравствуй, — маг кивнул. — Кир передал, что Лира где-то тут.

— Да, тут, — дэв лукаво улыбнулся. — Она наверху. Но не одна.

Марр кивнул еще раз, и направился к лестнице. Дэв крикнул ему вслед:

— Вторая дверь слева.

Марр поднялся на второй этаж. «Вторая дверь слева» — повторил он про себя. Подойдя к двери, постучал.

— Ничего не нужно, — раздался мужской голос.

Марр понял почему демон так улыбался. Ему не хотелось мешать, но нужно было узнать кое-что у эльфийки. Он постучал еще раз.

— Почему в этом мире такие тупые люди, — послышалось из-за двери. Затем она открылась. Перед магом стоял высокий мужчина с красными глазами и такими же черными, как глаза Марра, волосами. Мужчина наклонился, посмотрел Марру в глаза, и отчетливо, проговаривая каждое слово, произнес: — Нам. Ничего. Не. Нужно.

Марр улыбнулся, ведь что он мог сделать, если перед ним стоял Высший дэв.

— Я бы хотел поговорить с Лирой. — И все же он не хотел сдаваться. — Это эльфийка с выразительными зелеными, как весна глазами, у нее короткие светлые волосы и еще… — он не договорил.

— Да знаю я как выглядит твоя подружка, но у меня с ней дело, так что тебе, — дэв ткнул мага в плечо, — придётся подождать.

Марр не мог и не хотел ждать. Ему почему-то не понравился тон, с которым говорил демон, потому продолжал настаивать.

— Вы не понимаете, у меня к ней важное дело, — сделав акцент на слове «важное», проговорил Марр.

Дэв повернул голову, посмотрел внутрь комнаты, затем вернув свое внимание на мага, произнёс:

— Проходи, — Марр быстро прошмыгнул внутрь до того как дэв со всей силы закрыл дверь.

Марр увидел Лиру, сидящую в сером, как и вся комната, плетенном кресле. Он очень переживал, и у него даже промелькнула мысль, что дэв мог причинить эльфийке вред. Они не были друзьями, но Марру она нравилась своей честностью и преданностью, не только делу, но и людям. Такие черты характера встречались редко, особенно у высших эльфов. Он вздохнул с облегчением, когда понял, что Лира невредима.

Эльфийка смотрела на него с любопытством, а дэв спросил:

— Так какое у тебя к ней дело? — Его взгляд почти испепелял. — Живо говори, у нас и так дел по горло.

Марр сглотнул. До того как увидеть ее, он был уверен, что Лира поможет ему. Но сейчас, стоя на втором этаже, во второй комнате слева, он сомневался в этом. «Почему она должна мне помочь? Кто я такой, чтобы мне помогать? Я даже не закончил Академию; у меня даже нет звания». Еще тогда, когда он увидел ее в первый раз, он разглядел в ее ауре золотистые цвета. Такие бывают лишь у высших эльфов и то не у всех. Марр видел и принимал ее красоту как должное, но он никогда не смотрел на нее как на женщину. Лира была для него чем-то недосягаемым. Он не был против такого расклада; он еще не нашел того, за кого отдаст жизнь. Сейчас Марр смотрел на Лиру и понимал, что она с легкостью может ему отказать, ведь выполнение его просьбы было подобно предательству своей страны. «Но я должен хотя бы попытаться». Собрав в легкие воздух, он сказал:

— Привет. Возможно ты меня не помнишь, я Марр. Раньше учился в Академии магов. Я часто…

— Конечно я тебя помню, — Лира улыбнулась. — Ты мне помог убить того проклятого кабана в лесу.

«Она помнит».

— Ты что-то хотел? — спросила она. Маг кивнул. Дэв в это время сел на кровать, перемещая бумаги.

— Думаю моя просьба будет оскорбительна для тебя и ты, скорее всего, откажешься, но я все-таки должен попытать свое удачу, — начал Марр, пытаясь смотреть на Лиру.

Эльфийка кивнула. Она ждала, не хотела перебивать его. Дэв зевал.

— Могу ли я попросить тебя, нарисовать для меня подробную карту главной библиотеке эльфов. Настолько подробную, насколько ты можешь это сделать. — Марр опустил голову и стал ждать. «Могу ли я хоть на капельку, на самую малость надеяться, что мне не откажут?» Он поднял голову и увидел стоящую перед ним Лиру. Марр не услышал ее шагов, он знал, насколько бесшумно она передвигается.

Лира смотрела ему в глаза. «Своими зелеными как весна глазами». И только потом он заметил, что она улыбается.

— Хочешь обокрасть библиотеку высших эльфов? — раздался голос дэва.

— Нет… я, — Марр запнулся. — Я лишь…

— Была бы моя воля, — перебил его дэв, — я бы их всех сжег.

Марр увидел улыбку на его лице и взглянул на Лиру. Он все еще ждал ее ответа, и очень надеялся, что он не будет отрицательным. «Ты должен верить в себя», — вспомнил он слова Мираж. — «Да. Я верю в себя».

— Я нарисую самую подробную карту, этой адовой библиотеки, из всех существующих, — сказала эльфийка. — Садись, нас ждет долгая работа.

Марр отошел и сел на пыльный ковер. Его взгляд упал на радостное лицо дэва, который внимательно смотрел на него. Дэв улыбнулся и, протянув руку, представился:

— Высший дэв Огня, — чуть промолчав добавил. — Можешь звать меня Тарра.

— Марр, — он пожал протянутую руку. — Очень приятно.

— И мне, любимец Тьмы, — сказав это, демон уткнулся в бумаги.