Санитар 2

Глава 1

САНИТАР 2

Глава 1 Кто это?

Я встал. Подошел к сидящим.

— Мужики, вы с Земли?

Один из спрошенных поднял на меня глаза.

— А, чо?

Говоря, он немного щурился.

Я-то в темноте стоял, а он у костра сидел. Ещё и до этого на огонь пялился. Сразу ему меня рассмотреть было трудно.

— Я — тоже.

Немного огорошил меня такой ответ. Всё же тут, чёрт его знает, как далеко от родной планеты, подходит к тебе земляк, а ты ему так... не совсем вежливо — а, чо...

— И, чо?

Вот, опять... Зря я, наверное, подошел. Сидел бы на месте, не искал бы себе новых приключений. Они сами меня хорошо находят.

— Нет, ничего. Так просто.

Я уже шаг обратно в свою темноту от костра сделал, как меня остановили.

— Стой. Подойди сюда.

Сказал это мне уже другой сидящий у костра.

Я вернулся к границе освещенного костром места. На сам свет выходить не стал, всё же стоящий в темноте имеет некоторое преимущество.

— Что хотел? — продолжил тот, кто мне не дал уйти.

— Ничего. Слышу — наши поют...

— Кому — наши, кому — не очень.

Это тот, что чокал, влез в диалог. Какой-то всё же он недружелюбный. Даже — злой.

Оказалось, что причина для неприветливых ответов у сидящего рядом с костром была. Правая штанина его комбинезона была безжалостно распорота и из-под её белела повязка. Ранили его при штурме планеты, вот он и был не в настроении. Нога у мужика, похоже — болела, он непроизвольно всё трогал её рукой и морщился.

После взятия в плен нас даже не обыскали и сейчас носимый медзапас у меня, на поясе как был, так и остался. Я расстегнул сумочку, нашел нужное.

— Возьми.

Я протянул раненому инъектор с обезболивающим и ещё один — с регенератором.

— Что это? — опять недовольно буркнул тот.

— Это — для снятия боли, а это — лучше зарастать будет. — я по очереди постучал пальцем по инъекторам.

Раненый с осторожностью взял ему протягиваемое.

— Не траванусь?

— Не должен, — заверил я его.

Идентификатора у меня сейчас нет, поэтому голограммы шевронов на моем комбинезоне отсутствуют. Так что недоверие раненого ко мне вполне оправдано.

— Военный медик седьмого уровня Сергей Петров, — представился я.

Мужик с раненой ногой даже присвистнул.

— Во как... Круто...

Впрочем, колоть себе предложенное он сразу не стал, а протянул инъекторы своему товарищу, который меня обратно к костру вернул. Тот внимательно рассмотрел маркировку на находящемся у него в руках.

— Нормально. Коли. Не отрава.

Обезболивающее и регенератор опять перекочевали к раненому.

— Ещё есть? — вопрос ко мне прозвучал уже более дружелюбно.

Я отстегнул с пояса носимый медзапас и протянул говорящему. Отец мне как-то сказал, я тогда ещё в школе учился, что если хочешь, чтобы к тебе хорошо относились, ты сам этим людям первый сделай что-то хорошее. Недаром говорят, что как аукнется — так и откликнется.

— Это всё, но знаю где ещё взять. Там диагност ещё есть и лечилка, — показал я свою нужность новым знакомым.

— Этого добра у нас навалом, специалистов мало...

Говоря это, он со значением посмотрел на меня.

Тут я наглости и набрался. Может и зря, но — посмотрим.

— У нас, это — у кого?

Раненый между тем уже обезболился и регенератор успел себе кольнуть. Настроение у него улучшилось, глазки заблестели.

— У Серых.

Глава 2

Глава 2 Серые

— У Серых... — непроизвольно повторил я.

Слышал я про Серых. Они что-то типа... пиратов. Не совсем пираты, но близко к этому.

На общение с ними у меня запрета не было. Контракт не давал мне права только на сторону Чёрных переходить, не должен был я воевать против Белых.

Так что разговаривать с Серыми я мог сколько угодно. Хоть песни с ними петь.

— Садись, что стоишь. В ногах правды нет. — похлопал по плите рядом с собой раненый. Мои инъекторы из него как будто совсем другого человека сделали. — Военный медик седьмого уровня, говоришь...

Серый с перевязанной ногой толкнул рукой в плечо своего товарища. Обрати мол внимание — седьмого уровня.

Конечно, они сейчас могли мне только на слово поверить. Даже на деле я им свой уровень подтвердить не мог. Только третий. С четвертого уровня шла уже работа на специальном медицинском оборудовании, а без идентификатора я это делать не мог — не откликнулось бы оно без проверки моих сертификатов в наручном браслете.

— Военный медик седьмого уровня нам нужен.

Не давший мне уйти от костра качнул головой. Утверждающе и... с сожалением. Понимал, что мой идентификатор где-то в общей куче сейчас не найти. Явно, мой отдельно не отложили и крестиком не пометили.

Так, так, так... Для приличия хотя бы спросили про моё согласие. Они, похоже, меня уже в ряды Серых записали. Пираты, будем их так называть, не особо чьё-то мнение учитывают. Главное — им должно быть выгодно. Могут и на поддерживающих Белых напасть, и прокси Черных за мягонькое вымя потрогать.

— Пойдёшь к нам, землячок? — раненый задал мне вопрос. Подмигнул ещё при этом. Под обезболивающим у него эйфория сейчас, имело оно такой побочный эффект.

— Погоди, не нам решать, — остановил его третий, сидящий у костра. — Ишь, сам с усам...

На него, третьего, я уже давно поглядывал, вернее — на его десантный тельник. Наш, земной, какой же ещё...

Те, кто в войсках дяди Васи настоящим мужиком стал, с ним и на гражданке не расстаются. Впрочем, тут такая себе гражданка...

— Будешь?

Мне была протянута кружка с содержимым, имеющим характерный запах.

— Не откажусь.

Емкость тут же оказалась в моих руках, как сама туда прыгнула. Я и глазом не успел моргнуть.

Я как мог сильно выдохнул и одним махом выпил. Спирт умеючи в организм вливать надо, это вам не водка. Медицинские работники это хорошо знают.

— О, наш человек! — сделал заключение раненый. — Между первой и второй перерывчик небольшой.

Они, что, напоить меня хотят? Знаем, знаем, такой пиратский метод...

Отказываться было неудобно, я сам к костру подошел и сейчас как бы гостем являлся.

— Ты, давай закусывай. — мне была протянута банка с чем-то мясным. После госпитальной каши мне такая закуска хорошо зашла.

Потом была третья, четвертая...

Алкоголь — зло, вот мы с ним и боролись, изничтожали подчистую. В перерывах пели, анекдоты травили. В общем, посидел я не хуже, чем с Коромысловым, как с родственниками повстречался. Уснул я у костра, а не с пленными.

Утром мой организм немного бастовал, на удивление — даже и не очень сильно.

— Всё нормально? — осведомился у меня мужчина в тельняшке. — Подлечиться нет желания?

— Нет, всё нормально, — отказался я.

— Тогда к старшему пошли, контракт кровью подписывать...

Кстати, это не шутка. Когда у Белых я контракты заключал, тоже капелька крови мой организм покидала. Кровь-то у каждого человека уникальна, тут уж не отвертишься от генетической подписи под документом.

Хоть убей — не помню... Получается, я вчера согласился к Серым перейти? Выходит — так.

Ну, ничего страшного, я же не к Чёрным переметнулся...

— Пошли, — отговариваться, что по пьяному делу я согласился, не получится. Согласился, так согласился. Всё лучше, чем на рудниках или на подземных заводах мелкими шажками к смерти двигаться.

Старший, не самый старший, а только отряда, в котором земляне состояли, тоже оказался из наших.

— Где вы его такого красивого выкопали? — задан был вопрос моему новому знакомому в десантном тельнике, когда он о моем уровне военного медика сообщил.

— Сам пришел, — последовал с его стороны абсолютно честный ответ.

— Сам?

— Сам, сам, — подтвердил бывший десантник.

— Сам? — этот вопрос был уже мне.

— Сам.

Иного ответа у меня не было.

— Вот бы его идентификатор найти и глушануть его... — старший, как я понял из сказанного, был в курсе процедуры доступа к медицинскому оборудованию. А вот то, что идентификатор можно «глушануть», было для меня большой новостью. Это, что же, в списке живых, исполняющих контракт, боевая единица не числится, а сертификатами и доступами может пользоваться? Ни себе хрена...

— Мой поискать можно, он после ремонта и есть на нём... меточки, — влез я без спроса в разговор. Ну, не меточки в полном смысле слова, а следы ремонта.

Старший отряда чуть ли не завис — такая удача ему перла! Военные медики седьмого уровня под каждым кустом не валяется.

— Пошли.

Даже каплю крови из пальца у меня брать не стали для скрепления контракта, а чуть ли не побежали мы втроем в здание космопорта. Там отобранные у пленных идентификаторы должны были быть, если их ещё на утилизацию не отправили.

Глава 3

Глава 3 Контракт с невидимкой

— Вот мой.

Я ещё раз внимательно осмотрел идентификатор, который сейчас держал в руках. Как говорится — на всякий случай.

— Точно, твой? — уточнил старший отряда.

— Мой, — подтвердил я.

— Давай сюда.

Я отдал, для этого и копался почти час в куче подобных. Серые сейчас его каким-то хитрым образом глушанут и вернут мне. Буду я человек-невидимка с возможностями военного медика седьмого уровня.

Надо сказать — интересный поворот дела. Вон, какими они технологиями обладают. Ну, на то они и Серые — вроде и есть они, а официально — как бы и нет их, ни в каких реестрах они не значатся. Сумрачниками, Призраками их ещё иногда называют.

Уже минут через десять, не больше, браслет мне вернули.

— Проверяй, — проявил нетерпение старший отряда.

Понять его было можно. Если всё как надо получилось, приобретал он ценного специалиста. Ещё Гомер как в бронзе отлил своим благозвучным языком, что многих воителей стоит один врачеватель искусный, он и стрелу вынет и рану помажет лекарством.

Кстати, приходилось мне и стрелы вынимать, и раны мазать лекарством. Не только с диагностами и лечилками работать. Разного уровня технологического развития противники у моих бывших отрядов были, не все лазерным оружием нас дырявить пытались.

— Работает.

Идентификатор был моим, живым, подтверждающие мою личность сведения отсутствовали, однако сертификаты и доступы были в целости и сохранности — пользуйся ими сколько угодно. Имелся, правда, нюансик — новые сертификаты и доступы добавить было нельзя. Ну, тут уж — извините. Мне и так как будто руки назад пришили.

Так, а это что такое? Кошелёк опять был полон! Вернули на него всё вчера скачанное! Причем, буквально до копеечки. Опять я по всем меркам довольно обеспеченный человек, а не нищета подзаборная.

— Деньги вернули... — поделился я радостью со стоящими рядом.

— Вернули, вернули. У своих не берём. Как доступы?

Старшего отряда финансовые вопросы Сергея Петрова не интересовали, его мои профессиональные возможности беспокоили.

— Седьмой уровень. Всё как было, — доложился я.

— Вот и хорошо... Пошли контракт подписывать. К твоему сведению — офицерский.

Интересно, а как? Документального подтверждения моей личности не существовало, физически я существовал, а юридически — отсутствовал. С кем контракт будет заключаться? С призраком? С пустым местом.

На будущее — это хорошо. Кто знает, как там жизнь повернётся. Я сейчас и так на контракте с Белыми. Я — Сергей Петров, военный медицинский специалист седьмого уровня. Тут же, с Серыми, контракт будет с невидимкой. Здорово это у них придумано! Вроде, контракт и есть, а в полном смысле его и нет.

— Пошли, — не стал отказываться я.

Процедура подписания контракта ничего особенного из себя не представляла. Мне зачитали текст, умещавшийся на половине стандартного машинописного листа формата А-4, если по земным меркам эту бумагу оценивать. Далее обыкновенным армейским полевым диагностом капельку крови из меня выкачали.

И всё? Всё, а что ещё надо?

Никаких тебе зловещих пещер, горящих факелов, скалящихся скелетов и всего прочего.

Просто и банально. За самовольный разрыв контракта с моей стороны — смерть.

— Всё, пошли работать. — меня сразу же впрягли в общее дело. — Сейчас летим к планетарным складским комплексам, будем только всё самое хорошее отбирать. Трюмы-то у нас не резиновые...

Не резиновые... Сказано это было так по-домашнему, по земному. У меня даже на душе потеплело.

Планетарные складские комплексы уходили за горизонт, конца-края им было не видно. Всё как положено в месте, где секторальная ремонтная база развернута, а ещё же здесь и госпитальная имелась.

— Отбирать всё хорошее, — приказ мне был дан весьма расплывчатый.

Что хорошим считать? Что — универсальное? Не убиваемое? С длительным сроком эксплуатации?

Я решил взять материальных ценностей от души, благо выделенные мне объемы «для всего хорошего» позволяли.

— Этих штучек возьми, что мне вчера давал, — напутствовал меня Паша. Так раненого в ногу звали, с которым я инъекторами поделился. Утром я его на диагносте прокрутил, сейчас он сидел и лечилку к поврежденной ноге прижимал. Непонятно зачем, она и сама не отвалится.

— Сколько наших здесь? — я имел ввиду землян. Надо же мне было знать, сколько инъкторов намародёрить. Возьмёшь контейнер, а нас тут всего с гулькин нос.

Паша озвучил количество земляков среди Серых, захвативших планету.

— Понял. На всех возьму с запасом, — обрадовал я получавшего лечение.

В помощники мне выделили дюжину логистов. Они отправкой на корабли медицинских грузов будут заниматься. Моя функция — только пальчиком в необходимое тыкать.

— Это.

— Это.

— Это.

Всё подряд я не мёл, отбирал только действительно то, что надо. Были тут и умопомрачительные штучки, но для их применения на практике особые условия требовались. Или — обученные бригады медицинских специалистов в десяток единиц.

— То на это замените, если ещё не отправили.

Мои помощники только кивали. Не беда, если даже что-то и отправили, просто на корабли грузить не будем, а если погрузили — выгрузим.

— С оставшимся что будет? — забрать из имеющегося получалось только малые доли процента.

Старший у логистов только пожал плечами.

Глава 4

Глава 4 Мародерка. День второй

На второй день мне в подчинение логистов прибавили.

— Похоже, что через сутки надо будет отсюда убираться... — так это было обосновано. — Ты, это, давай там побыстрее.

Вот, а я только во вкус мародерки вошел...

— Понял, буду побыстрее.

И погнал я галопом. Начал то и это хватать. Инъекторы, что мне Паша заказал, надо было ещё найти. До мелочи всякой и до расходников я в первый день так и не добрался, всё больше с серьезным медицинским оборудованием занимался.

Я объяснил старшему у логистов, что сегодня будем делать.

— Где это, знаешь?

Тот планшет свой потерзал, утвердительно мне кивнул.

— Работаем сегодня без перерывав. Так надо, — не стал я вдаваться в подробности. Возражений на сказанное мною не последовало. Логист с самого начала нашей совместной работы с уважением на мои виртуальные шевроны и планки поглядывал. После того, как мой заглушенный идентификатор занял своё законное место, они на моем комбинезоне вновь появились. Что бы я не сказал, всё им и его помощниками бегом выполнялось.

До нужных нам ангаров мы добирались почти час. Далеко расходники и мелочевку местные тут расположили.

— Это.

— Это.

— Этот контейнер тоже берем.

Без расходников медицинское оборудование долго не проработает, надо ими запастись на длительный период. Когда ещё такую планетку пограбить придется.

Через двадцать часов работы мне даже кольнуться пришлось — голова уже плохо соображала и устал я что-то. Эх, мне бы сейчас мои импланты и усилители, что перед этой войной удалить пришлось. Чертовы онейцы, не могли получше развиться...

— Ещё пять часов нам дают, а потом быстро уходить придется.

Старший у логистов давно уже позевывал, но от предложенного мной инъектора отказался. Не надо мол ему, болеет он после этого долго.

Ну, не надо — так не надо. Хозяин — барин.

Стимулятор хоть и назывался универсальным, но не всем иномирникам он подходил одинаково. Некоторые его плохо переносили.

— Это.

— Это.

— Это тоже берем.

Вот и нашлись Пашины инъекторы. Думал я, что уже без них уходить придется.

— Обыкновенный перевязочный материал берем? — озадачил я логистика. — Как у нас с его запасами?

Спрошенный мною опять в свой планшет полез.

— Хорошо, что спросили. Совсем на донышке.

Сказал и зевнул. Так он у меня на ходу скоро заснет.

Мы как раз у контейнеров с перевязочным материалом и стояли. Вот почему у меня вопрос и возник.

— Тогда, это контейнер грузите.

Логистик отдал распоряжение своему подчиненному.

— Этот с гемостатикой забираем. — я ткнул пальцем в синюю громадину. — По объемам укладываемся ещё?

— Укладываемся.

— Тогда и этот.

Что же не взять, если можно.

— Набирайте всё что считаете нужным, нам кубатуру прибавили, — огорошил меня старший у логистов.

— Что раньше не сказал, а то я тут жмусь, — высказал я своё недовольство.

— Забыл...

— Возвращаемся к выходу. Сейчас забьемся под завязочку. — махнул я рукой своему нерадивому помощнику.

— Это.

— Это.

— Это. Ещё можно?

— Можно.

— Забираем это.

Расходники к диагностам и лечилкам — как патроны. Их никогда много не бывает.

— Всё, — наступил на горло моей песне логистик.

— Всё так всё.

Если правду сказать, то я уже не знал, что и взять. Некоторого я нахапал на годы вперёд. Пусть будет. Это лучше, чем потом репу чесать.

— По времени уложились ровненько. — улыбнулся логистик. — Как по писаному.

Так мне его речь мой коммуникатор перевёл. Логистик-то был не из наших, не землянин. Ходил рядышком и своей зеленой мордой отсвечивал.

— Тогда — уходим. Вроде, всё нужное теперь у нас имеется...

Глава 5

Глава 5 Мы покидаем планету

Если эту планету с ремонтной и госпитальной базами прокси Белых сравнить с яблоком, то Серые её не съели, а чуточку только покусали. Самую-самую чуточку.

Брали по возможности самое нужное им и ценное, но там всего столько было...

Как будто чайной ложечкой из бочки пару раз черпнули.

Времени им не дали на большее, а мертвецам сокровища не нужны. Как в одной авторитетной книге сказано — в гробу карманов нет.

На взлетке горы всякого-разного были навалены, но ноги срочно уносить требовалось.

— Что в ангарах отобрали, всё погрузили? — даже толком не отдышавшись задал я вопрос нашему старшему отряда.

— Всё. Мы-то успели, а вот некоторые простодыры...

Старший тяжело вздохнул — столько добра на расстоянии вытянутой руки зря пропадало... Брал бы и брал, но уже некуда. И — некогда.

— Логистов надо благодарить. Хорошо сработали.

Чуть я не сказал — мужики. Вовремя язык прикусил. Может и не мужики они вовсе. Хрен их инопланетников разберёт. Нарывались у нас пареньки из отряда не раз, ох и нарывались. Правда, они на личностей, похожих на дам западали, а те совсем другим оказывались. Не всё тем является, чем кажется.

— Свою долю они получат. Грузись, давай, — поторопил меня старший.

Я подхватил свои баулы, из-за них я и запыхался, и пошагал к трапу. Баулы я сам несу, значит — это чисто моя добыча. Она на дележку не пойдёт.

Там... на много. Мне столько честным трудом за пять жизней не заработать. Да, какой за пять...

Расходники там для разгона трансформации у подобных жителям Земли. Ну, и для землян они само собой подходят. Для них и делались.

Я их как увидел, меня чуть не затрясло.

Теперь их надо только правильно продать и... куда потом столько деньжищ деть, я даже не представлял.

Серых я при этом не обманывал и не обкрадывал. Для их нужд мне было велено медицину отобрать, а про средства для трансформации ничего сказано не было. Ни к лечебной, ни к диагностической медицине они не относились. Это — другое.

Куда мне двигаться, я знал. В своей отдельной офицерской каюте я уже ночь ночевал. Она не велика, но отдельная. Такая старшему офицеру положена. А, я — кто? Он и есть. Военный медицинский специалист седьмого уровня, это тебе не портомой.

— Сергей, подожди! — уже вдогонку крикнул мне наш старший. — Не пугайся, там у тебя мы кое-что складировали. Немного тесновато тебе будет, но — надо.

— Ладно, потерплю.

Знал бы я в тот момент, сколько они туда натолкали...

В общем, я со своими баулами чуть-чуть и вошел.

Интересно, это — надолго?!

Возмущаться не имело смысла. Дело было уже сделано. Сразу начать права качать я посчитал не правильным. Серые невысоких рангов вообще в коридорах были размещены. Пока шел, одному чуть на голову я не наступил.

Корабли Серых поднимались с планеты как перекормленные разжиревшие утки. Чуть ли не зависали временами на огненных столбах, словно раздумывали — обратно на поверхность свалиться или дальше лететь. Перегруз у всех был выше всяких норм. Как-то обошлось. Один за другим вышли в открытый космос, разогнались и прыгнули в гипер. С прокси Белых буквально на минуты разошлись, когда их флот начал из гиперпространства вываливаться.

Сейчас нас ищи-свищи. Залягут Серые подальше и поглубже на своих базах, затеряются песчинками на дне океана... Это тебе не иголка в стогу сена. Её-то искать — проблем нет. Поджёг стог и все дела.

Земные сутки меня не трогали, а потом и вызвали.

Даже — посыльным. Оказали, что называется, честь.

Дошел я до нужного места ведомый сопровождающим быстро. Да там и идти-то было.

— Седьмой, говоришь...

Напротив меня в кресле сидел старый-престарый дедок. Я — стоял. Сесть мне не предложили, да и было просто некуда.

— Седьмой, — подтвердил я.

— Хорошо, что седьмой. Очень хорошо...

Кто это? К кому я был вызван, про это мне не сообщили.

— Разогнанный?

— Разогнанный, — не стал отпираться я. Есть у меня возможности дальше меняться и голову свою знаниями забивать.

— Ещё лучше...

Чему-то своему порадовался сидящий в кресле. Я так и оставался в неведении относительно его радости.

— Предел в настоящее время?

— Десятка.

— Вот до десятки и поднимем тебя...

До десятки? Зачем? Главное — как?

Глава 6

Глава 6 Меня? В десятку?

До десятки...

Подъем уровня военного специалиста дело не простое. Даже у разогнанных, тех, кто потенциально может повысить свой уровень.

Лично мне это слово никогда не нравилось. Что значит разогнанный? Хрень какая-то. Разогнанный таким уже рождается, его как бы сама мать-природа предварительно «разгоняет». Дает ему определенные физические характеристики, с головой у него всё нормально. Про последнее, как у нас говорят — нет ума, так не займёшь...

Но, это — только потенциал, а из имеющейся глины ещё и правильный сосуд слепить надо.

Вот тут заморочки и начинаются. Вроде, и подходит индивид, определяется при прохождении обследования как «разогнанный», а из него ничего не получается, не выходит его разгон во что-то реализовать.

Почему Белые землян ценят? У нас не только разогнанных много, но нас получается поднимать, повышать нам уровни. Уникальных бойцов и специалистов делать.

Повышение уровня — тело тонкое. Запороть заготовку — дело плевое.

Вот я и забеспокоился. Смогут ли такое сделать нормально Серые? Не сожгут ли мне мозги? Тело не изуродуют? Уже сияющий бриллиант дальнейшей огранкой не испортят?

С каждым уровнем подниматься всё труднее. Самые простые первые три, а дальше уже — сплошная тонкая ювелирная работа. На свой седьмой я более чем десять лет забирался, ещё и притом, что мой природный разгон — большая редкость. Оказывается, сильно повезло мне при рождении.

Неизвестно, какая у них аппаратура. А — расходники? А — специалисты, которые будут мной заниматься?

Кстати, зачем им десятка? Десятки больше трансформациями и модификациями занимаются, а не лечебной работой.

— Боишься? — гаденько улыбнулся старик.

Мысли читать умеет? Эмоции с лица моего снимает?

Скорее — последнее.

— Боюсь, — не стал юлить я.

— Правильно. Не дурак.

Я с его словами был на все сто процентов согласен. Был бы дурак — семеркой не стал.

— Расходники ты очень хорошие с планеты притащил...

Господь, твоя сила! Это-то откуда ему известно? Без меня в моих баулах шарились?

— Знаем, знаем, мы — всё знаем. Положено. Не переживай. Никто у тебя их не отнимает.

Так мне коммуникатор речь старого человека переводил. На жителя Земли он только похож был, а сам неизвестно откуда. Может, и вообще не старик он...

— Готовься. Как на базу вернёмся, так тобой и займемся.

Всё. Разговор со мной был закончен.

Вообще, зачем меня к этому старику и таскали? Согласия моего на что-то не спросили. Подписал кровью контракт — изволь соответствовать.

Впрочем, у Белых так же было. Короли с пешками не советуются.

Сказать, что мне всё это нравилось — душой покривить. Может, как-то получится от всего этого отвертеться? Едва ли. Ладно, что голову сейчас ломать, как Коромыслов говорит — будем посмотреть.

Один на один со своими такими мыслями — с ума сойти можно. Поэтому решил я земляков обретенных найти, тех, что у костра сидели. Со встречи с ними и начался новый этап моей жизни. Они с Серыми не первый день, надо их осторожно поспрашивать, что тут и как. Лишним не будет. Сейчас я опять находился в ситуации, словно в новый мир попал с его неизвестными мне законами и правилами.

Что, Сергей, опять надо адаптироваться и приспосабливаться? Получалось, что так.

Парни-земляне нашлись на две палубы ниже.

Разговор с мужиками сначала как-то не получался. Они на мои шевроны косились, примораживали голограммы высоких уровней на моем комбинезоне их языки. Не понимали они, как себя со мной теперь вести. По иерархии Серых я сейчас намного выше их находился.

— Паша, как нога? — сделал я заход несколько с другой стороны.

— Нормально. Зажило как на собаке. Повязку даже уже снял.

Парень похлопал себя по бедру. При этом он широко улыбался, а не морщился как раньше когда свою ногу трогал.

— Вот, возьми. Тут я тебе ещё кое-что принёс. Колоть надо каждый день.

Регенераторы для Паши я специально захватил. То, что сейчас сделал было не импровизацией.

— Спасибо...

Тут Павел запнулся — не знал, как меня в новых обстоятельствах называть.

Я — старший офицер Серых, военный медицинский специалист седьмого уровня, он — рядовой стрелок.

Стоп, стоп, стоп! А, не наших ли, землян, хотят Серые трансформировать? Они тут все с потенциалом роста, ну — почти все, по происхождению, а их как простых стрелков используют!? В этом боевом крыле теневиков по какой-то причине медика-десятки в настоящее время нет и они меня под это дело поднять решили?

Глава 7

Глава 7 Откуда вы, парни?

— Сергей, Паша. Сергей. Забыл? — помог я Павлу.

— Спасибо, Сергей.

— Вот, так-то лучше, — продолжал я плести нить разговора. Связывал ею себя и парней. Пускал в ход лисий хвост.

Взгляды землян потеплели, начала по шажочку уходить из них настороженность.

— Тесновато вас разместили, — продолжил я сближение, показал, что сочувствую их трудностям. — Мне тоже так не раз приходилось.

Тут уже я показал понимание их ситуации, намекнул, хоть и расплывчато, что и у меня подобный опыт имеется.

— Да, ладно. Есть за что терпеть, — вступил в разговор владелец десантного тельника.

— Больше взяли — больше доля каждого будет.

Здесь уже я об нашем общем упомянул, что одной теперь мы веревочкой связаны, одно дело делаем.

— Хорошо сходили, — тут и третий, что у костра был, начал в общении участвовать. — Жирно взяли.

Так слово за слово и разморозил я парней. Врач должен уметь разговорить пациента, нас этому учат. Мужики — хоть и не мои пациенты, но пришлось мне свои профессиональные умения пустить сегодня в ход.

— Слушайте, а вы из какого года? — задал я первый интересующий меня вопрос.

К Белым, в отрядах, где мне побывать пришлось, люди не только из разных параллелей Земли попадались, но и из разных лет. Нет, из Древнего Рима выходцев не имелось, разброс шел с конца двадцатого века по наши дни. Все были из того временного периода, когда шары через пробои на Земле появляться стали.

— Из девяностых мы, — получил я ответ от Павла.

Ага, не мой или соседний год, но это не особо и важно.

— Не самое веселое времечко, — прокомментировал я услышанное.

— Какое уж было. — усмехнулся тот, кто в тельняшке. — Мы после Афгана все...

Тут говорящий замолк, своих товарищей глазами обвел. Словно проверил, на месте ли здесь они все.

— Пришли, а потом как-то в мирную жизнь не вписались...

Тут Павел вздохнул, что-то не очень хорошее как будто вспомнил.

— В Югославии за наших повоевали...

Бывшего десантника как прорвало. Вроде, не сильно мы и знакомы, а вот поди ж ты.

Сергей, а его, как и меня звали, как будто давно кому-то выговориться хотел, а тут я подвернулся. Может и ещё какая этому причина была, откуда мне знать.

— Хорошо повоевали, помогли братьям.

Я уточнять не стал. Братьям — так всё понятно.

Сергей говорил, а я его не перебивал. Немного мне даже стыдновато было. Как будто я парней развожу. Они мне про себя рассказывают, а я цинично выяснить пытаюсь — с одной ли мы Земли, в смысле — параллели. То, что земляне они и так понятно.

— В Чечне нас с мужиками и прижали. Думали — всё, кранты.

— На первой или на второй? — со змеиной хитростью уточнил я.

— В смысле? — не понял моего вопроса Сергей-десантник.

— На какой войне. Первой? Второй?

— Что, потом и вторая была? — встрепенулся Паша.

— Была...

Так, тут и проявилась неувязочка. Джага-джага, а потом и все её армейские и прочие перепевы во время второй появились.

— Всё, есть идти пора.

Третий, что тогда сидел у костра, а при нынешнем разговоре всё больше молчал, встал и по животу себя погладил. Обед де — он по расписанию.

Сломал мне весь разговор...

Ладно, коней гнать не будем.

Имеется ещё время уточнить, но кажется, не с одной мы Земли с парнями.

Чёрт, чёрт, чёрт... Плохо...

Зачем это мне? Ну, откуда они.

Была у меня одна мыслишка. Вслух я её пока произносить не буду.

Впрочем, что уж тут...

Путь домой я искал. Не то, что сразу хотел туда вернуться, но вот дорогу бы обратно из всего этого знать не мешало. Ну, и ещё были кое-какие задумки.

Глава 8

Глава 8 Пришла беда откуда не ждали

Есть мы пошли все вместе.

У Серых такое не возбраняется — сидеть за одним столом рядовым и офицерам. Даже кормят тех и других одним и тем же.

У Белых, кстати, такого не было. Когда я у них в разряд офицеров попал, рацион мой очень значительно изменился в лучшую сторону.

— Да, потом и вторая была, — ответил я Павлу.

— Мы с первой сюда попали. Зажали нас по самое это... — Павел покачал головой. — Мы через туман и выйти попытались. Думали — проскочим...

— Вот и проскочили. Сюда попали. Ну, в смысле на одну из баз Теневиков. — усмехнулся Сергей. — Попали, что называется...

Так! Они сюда тоже через туман попали...

Может, и не с моей они Земли, но путь у нас был один. У меня — в параллель Земли, у них — к Серым.

Стоп! А, может я сейчас в своей параллели нахожусь? В моем варианте веера миров? Идут где-то в далекой галактике звездные войны, а моя Земля тихо-мирно вокруг нашего Солнца вертится?!

Может, я почти и дома! Далеко-далеко, но — дома.

Мысль, конечно, спорная, но чем черт не шутит. Конечно, это очень маловероятно.

Ладно, замнем для ясности.

После короткого разговора за столом дальше мы все ели молча. Про своё думали. Было о чем у каждого.

Ели, да не доели.

Трансляционное оборудование зала для приема пищи ожило и нам по ушам вдарило. Как козёл безрогий заревело. Как? А, вот как они ревут.

Далее мой коммуникатор выдал сообщение, что кто-то куда-то нас из гипера вытаскивает.

Что, возможно такое? Видно — да. Кто-то ведь куда-то нас тащит!

— Всем занять места по боевому расписанию! — переводил мне козлиное блеяние коммуникатор.

Знать бы ещё, какое у меня место по этому расписанию!

Парни моментально подхватились и умчались, про меня даже и не вспомнили.

Что делать?

Ничего лучшего, как вернуться в свою набитую намародеренным добром каюту мне в голову не пришло. Это я и сделал. Пришлось буквально по стеночке пробираться — все куда-то туда-сюда без ума ломились, ещё и в боевой броне. Меня, бездоспешного, собьют с ног, растопчут и не заметят.

Эх, где мои боевые импланты и усилители. Я хоть и не штурмовик, как медицинский специалист, седьмого уровня, но вполне себе ничего...

Мля!!! У меня и оружия кроме большого ампутационного ножа никакого нет! Не удосужился получить. Впрочем, и не предлагали... Интересно, почему? Не с кем в гипере сражаться? Оказалось — совсем даже наоборот.

Как пробку из бутылки шампанского нас в обычное пространство чем-то вытянуло, как стальными пальцами схватило и почти тут же в борта нашей лоханки десантные капсулы начали вламываться.

Поднялся, называется, до десяточки! Сейчас шею намылят и индивидуальную петельку предоставят. Обнулят. С пиратами здесь разговор короткий...

Сказаться пленным? Мол, ранен был, а тут и повязали? Парням отбиваться помогать?

Я выбрал последний вариант.

Наши — своих не бросают.

Чем вооружиться?

Чем? Чем? Чем?

С ампутационным ножом, которым я упаковки с соком открывал, против штурмовиков-десантников, что к нам в гости прибыли, в коридор выбежать?

Как клопа раздавят походя...

А, если? Лечилка у меня имеется.

Я набрал нужную комбинацию. Дефибриллятор в лечилке активировался и я выставил его на предельную позицию. Шибанет — мало не покажется.

Только... надо у вражины открытую часть тела найти, голую руку там, или голову.

Выйду, поздороваюсь и попрошу с руки защитную перчатку снять...

Погадать де я вам по папиллярным линиям хочу. Очень уж они в интересный рисуночек сложены...

Ладно, всё равно, больше ничего нет.

Я приоткрыл дверь и буквально одним глазом выглянул в коридор.

Где-то за углом уже громыхало и химией какой-то попахивало. У меня чуть слёзы не вышибло и в носу иголками закололо.

Не понял!

Прямо напротив моей двери в стене коридора как бы шкафчик внутри стены раскрытый наличествовал, а в нём в аккуратный рядок штурмовые десантные винтовки стояли. Уже с присоединенными блоками питания. Полными. Об этом на каждой зелёный индикатор свидетельствовал.

Бери — сколько надо.

Две? Да хоть три. Одну в рот засунь. Будешь до зубов вооружен.

Плохонькие они, но — хоть что-то.

Глава 9

Глава 9 Надышался... Траванулся

Я чуть-чуть больше приоткрыл дверь потянув её на себя. Сейчас у меня получалось уже двумя глазами в коридор смотреть, но результат от этого не улучшился. Как был виден мне кусочек коридора напротив каюты, так всё по- прежнему и осталось.

Кто хоть напал-то на нас?

Трансляционная система корабля об этом не сообщала, только продолжала реветь по козлиному.

Я уже приготовился через коридор метнуться за винтовкой, а тут освещение вырубилось.

Предупреждать надо! Ишь, балуются...

Однако, где-то сработала дублирующая система и освещение снова появилось. Правда, какое-то мутненькое.

Я плавно, буквально по миллиметру начал высовываться в коридор. Резко это делать не надо. Если кто там есть, хоть из чужих, хоть из своих, на быстро изменившуюся картинку он среагирует и продырявит мою головушку.

Правая сторона — пусто.

Левая — то же самое. Только оттуда сильнее погромыхивает.

Ну, на раз, два, три...

Уффф...

Получилось!

Штурмовая винтовка, это тебе не ампутационный нож.

Куда теперь?

Вправо?

Влево?

Дальше в каюте сидеть?

И, что там высидишь? Цыплят?

Перед тем, как выскочить в коридор за винтовкой, я машинально сунул в карман куртки лечилку. Даже не думая об этом, на одних рефлексах. Сами знаете, профессионалы многое с годами не думая делают, как Мишка Коромыслов говорит — на автомате.

Налево.

Пойду налево.

Почему? Там сильнее стреляют и что-то взрывается. Значит — там я больше нужен.

Запах в коридоре становился сильнее. Мне то и дело приходилось жмуриться — руки-то оружием заняты, нечем слезки смахивать. В носу уже не просто покалывало, а лило из него как при вирусной инфекции.

Вот такой я воин — носом шмыгаю и из глаз слезы текут.

Травят нас чем-то? Похоже.

Коридор плавно закруглялся, уши мои слышали звуки перестрелки всё ближе и ближе.

Чёрт! Как я стрелять буду?! Глаза почти ничего не видят.

Не выпуская винтовку из одной руки, второй я протер глаза. После этого только хуже стало. Слезы их от неизвестной отравы немного защищали, а тут она в мои органы зрения как клыками впилась.

Я зажмурился, затряс головой.

Когда открыл глаза, из-за поворота размытые силуэты появились.

Кто?

Хрен знает...

Ну, похоже, пришел мой последний час.

Бегущие по коридору поравнялись со мной. Это я ещё различал.

— Уходим!

А, наши... Напавшие бы просто пристрелили.

Какой там уходим... Я уже еле на ногах стоял.

— Серега! За нами!

Вроде, голос Паши. Впрочем, могу и перепутать...

Дышал я уже с трудом, в лёгких клокотало, сердце как бешеное билось.

Я ещё успел различить, как мутный силуэт оказался рядом со мной. Далее мои ноги оторвались от пола, меня куда-то рвануло вверх и вправо.

Куда-то меня тащат. Это я ещё соображал.

Тащат волоком. За шиворот.

Э... Так и задушить же можно...

Бросили. Голова моя со всего маха о пол ударилась.

Это уже было мне, честно говоря, всё равно. Сознание теряло последние проблески.

Глаза уже не болели, что с носом — без разницы, меня мягко покачивало и поднимало вверх. Как в колыбельке баюкало.

Одна мысль только туда-сюда в кости черепа изнутри тыкалась. Профессиональная. Медицинская.

А, чем же я таким траванулся?

Ни на что знакомое не похоже...

Лечилка же у меня есть. Надо было универсальным антидотом кольнуться. Он там имеется. Причем, не ацизол какой-то против угарного газа. Получше.

Сам я себе только успел вопрос задать — а, не идиот ли я, о какой хрени думаю, как — окончательно вырубился.

Паша же меня потом ещё чуть ли не пол часа таскал, не бросал при отступлении по коридорам. Только затем рядом со мной упал. Догнала его костлявая на этот раз. Сергею и третьему, что у костра рядышком с ним сидел, она ещё раньше в глаза заглянула, свой карзубый рот к щеке прижала. Прошли парни дома горячие точки, а тут, в далях дальних конец свой нашли.

Не появился на корабле Серых туман, не получилось им на этот раз спастись.

Глава 10

Глава 10 Раб в клетке

По голове-то зачем пинать...

Так я только подумал, сказать — не успел.

В себя мне ещё до конца прийти не получилось, как муха в сахарном сиропе я находился — всё вокруг тягучим было, словно плыло. Вот и чей-то ботинок неспешно приблизился к моему лицу и с ним встретился.

Лишнее это, лишнее...

Больше не надо...

Сам встану.

Хорошо, скелет мой металлизирован. Череп в том числе. У другого бы голова давно треснула, как дыня на частички раскололась. Мне же — только больно.

Не отбил, сука, ногу-то?

Это я опять в мыслях. Вслух такого говорить не надо...

Всё, встал. Правда, пока на четвереньки. Сейчас дальше попробую. До стенки только доберусь, без её помощи у меня вряд ли это получится.

Из носа кровь капает... Похоже, сломан он у меня.

Да, не надо меня пинать...

Где их только таким манерам учили?

Что за хренья с горы нас захватили?

Белые?

Черные?

Спросить-то некого...

Паша с простреленой головой лежит. С него и на меня натекло. Видок сейчас у меня как у... не знаю кого.

Всё. Встал. Покачивает, правда, немного. А, нечего было своей гадостью травить... Сами виноваты.

В полное сознание я пришел только в клетке. Да, да — в клетке. Как дикий зверь какой-то. Впрочем, таких как я тут битком.

— Кто хоть это? — поинтересовался я у стоящего рядом. Сесть тут не получалось, захватившие нас каждый кубический дециметр зарешеченного пространства максимально использовали.

— ...

Малоинформативный ответ. Такое я про пленивших нас и раньше знал.

— Не, а поточнее?

Оказалось — не Белые и не Черные. Серые. Но — другие. Рыба побольше нас и позубастей.

Ситуёвина...

Белые с Черными хоть через прокси одного уровня развития членами мерялись. Интересно, есть они у них? Тут же, более продвинутые Теневики своих же на гоп стоп взяли. Причем, на гоп со смыком.

Хорошо устроились. Им добычу на блюдечке с голубой каемочкой к самому рту поднесли. Готовенькую.

Мы-то им зачем? Крошки со стола?

— Что с нами будет? — опять поинтересовался я у соседа.

Ответ меня не обрадовал.

Лучше бы уж меня Серые до десятки попытались прокачать. Это, которых сейчас грабанули самым наглым и циничным образом, а ещё и попутно потивоестественно поимели. Может и выжил бы я. Теперь у меня для такого шансов мало.

Рабы мы в настоящем времени и месте. Продадут нас. Как стоящий рядом со мной слышал, каким-то сектантам.

Таких тут хватает... Это если по сюжетам головидео судить. Может и несколько перегибают местные сценаристы, но и половины хватит для апробирования на своей шкуре процедуры мучительной смерти.

Суки! Лучше было бы мне сразу загнуться от неведомой отравы!

Нарваться что ли? Может, пристрелят?

Я начал колотить по прутьям решетки и орать.

Среагировали на это быстро. Меня выволокли из узилища, избили и обратно туда же забросили. Сам бы я за вертикальные прутья ножками уже не зашел.

Учтём на будущее. Жадные они. Не хотят даже грошика терять.

Вид товара на его цену сильно влияет. Поэтому дорогой до куда-то нас вполне сносно кормили, поили, выгуливали и из шланга дымом каким-то обдавали. Водой не мыли — дорого это, а дымком обкурят и грязь с тебя сама отваливается. Во какая интересная технология!

Идентификатор у меня не отобрали, поэтому разговоры везущих нас продавать я понимал.

Через трое суток, так мне коммуникатор перевёл, прибудем мы в нужное место. Там на торговой планете мы и поменяем хозяев.

Вот до чего я дожил...

Никогда не думал, что в рабстве придется побывать. Дома при капитализме жил, в месте, куда попал — что-то типа военного социализма было, а сейчас жизни в рабовладельческом обществе попробую.

За день до высадки Теневики, следуя каким-то своим резонам, стали нас, своих пленных, в одурманенное состояние сознания вводить, мозги нам нахлобучивать. По одному из клетки выхватывать и колоть что-то. Обратно обколотых уже никакусенькими за решетку вталкивали.

А, вот болт вам...

Я из лечилки себе всё что мог с профилактической целью в бедро засадил. Её-то у меня не отняли, плосконькая она и из кармана не торчит. Не заметили, наверное.

Коли мне теперь что угодно — всё как водичка только будет.

Глава 11

Глава 11 На продажу

Вот и до меня очередь дошла.

Сначала пальчиком поманили. Гадостно так. Иди-иди сюда из клетки, мы тебе сейчас укольчик сделаем.

Знаем мы эти укольчики...

После этой процедуры мои соседи по зарешеченному помещению цветочками-василёчками стали. Овощами, растениями — по-разному такое состояние в психиатрических заведениях обозначается.

На время? До самой смерти? Обратимо это воздействие?

Это — неизвестно. Гадать сколько угодно можно, а ответа сейчас не получишь.

У меня антидоты вколоты. Может какой из них и поможет.

Видя, что добровольно я не выйду, теневики применили силу и меня из-за решетки крюком вытащили. Комбинезон, сучары, порвали. Кожу, правда, не повредили. Она же у меня трансформированная.

Место инъекции даже ничем не обработали, так отраву мне без всякой асептики-антисептики и вкололи.

Болючая она, но я стерпел. Не выдал себя. Не показал, что я после инъекции ещё что-то соображаю и на боль реагирую.

Сделал вид, что после введения мне препарата я в состояние загруженности перешел. Морду коровью изобразил, все де мне сейчас безразлично и побоку, ешьте теперь меня хоть в мясных пирогах...

У товарищей моих по клетке лечилки не было и они сейчас действительно были под действием какого-то одурманивающего средства, один я только вид делал.

Я протолкался среди обколотых в самый угол, подальше от решетки. Так меня охранникам почти не видно. Присел, тихонечко из кармана лечилку достал и начал себе дополнительно к уже введенному в мой организм, стимуляторы и всё нужное в данной ситуации вкалывать. Антидоты полностью не помогли, в голове у меня туман всё же плавал.

Только бы не вырубиться!

Скоро нас продавать сектантам поведут, если у меня правильная информация. Ну, а те в каком-то ритуале своё приобретение использовать.

Бежать надо любым способом если жизнь дорога.

После того, как теневики процедуру введения отравы закончили, они даже дверь в клетку не заперли и охрану сняли. Видно не первый раз такое уже делали и знали, что мы никуда не денемся, будем в стойле своем находиться.

Сейчас бежать?

Но, куда?

На корабле меня всё равно найдут куда бы я не спрятался.

Надо ноги делать дорогой.

Примерно через пару часов за нами пришли, вывели по одному из-за решетки и куда-то погнали потыкивая электроразрядниками. Как стадо баранов каких-то.

Сначала нас вели по коридорам корабля теневиков, затем по чему-то вроде трубы-гармошки, а потом мы в каком-то помещении оказались.

Уже на планете мы? Или где-то ещё в космосе?

Окон в стенах нигде по дороге не было, что за ними — неизвестно.

Вот и наши покупатели. От Серых они по росту и одежде отличались даже на глаз. Высокие, в черных плащах с капюшонами, на монахов похожи. Ассоциация с монахами у меня видно из-за крестов возникла, которые на груди и спине у пришедших были. Не на цепочках висели, а были как-то прикреплены.

Правда, кресты эти переплетающиеся змеи образовывали. Они ещё и шевелились.

Живые?

Мля...

Они, монахи эти, выставленных на продажу начали осматривать, в рот каждому заглядывать.

Наличие зубов проверяли? Точно, как скоту какому-то...

Мои зубы, подошедшего ко мне одного из проверяющих, удовлетворили. Они у меня в полном комплекте и без всякого кариеса. При первой трансформации их мне такими сделали и с тех пор я на них не жаловался. Зубы у меня — хоть гвозди перекусывай.

Кстати, пара пленных покупателям не понравилась. Их Серые в угол от основной группы отпихали. Там они теперь и стояли.

Нас, признанных годными, новые хозяева тычками погнали в направлении распахнувшихся дверей.

Так, посмотрим, куда же я попал на этот раз...

Уффф...

Жарковато здесь. Или, это мне после корабля кажется?

Ещё и влажность тут высокая. У меня на лбу капельки пота даже выступили и дышать стало трудно, но я себя не выдал. Как стоял, так и стоял — пот со лба не смахивал.

Вдали город какой-то виднелся.

Сразу за плитами, на которых мы сейчас стояли, шагов через сто, начинался лес. Вполне себе такой на земной похожий.

Глава 12

Глава 12 Избушка

Рядом с границей леса стояли транспортные платформы. Один в один как на планете, с которой нас сюда привезли.

Может, они оттуда и были. Серые их как трофей взяли, потом платформы после выдергивания нас из гипера хозяев поменяли, а сюда они ими вместе с нами и были проданы.

Скорее всего так и было. Перед самым отлетом с планеты-базы ремонта кораблей Серые для экономии времени транспортные платформы не разгружая в трюмы загоняли.

Шаг за шагом я к платформам приближался. Вот сейчас бежать и надо, потом может и не представится случай.

Одурманенные сами на платформы не могли подняться и их сектанты туда буквально забрасывать стали. Брали и кидали как ростовых кукол.

Меня тоже забросили. Я к краю платформы перекатился, к тому, что был рядом с лесом. Чуть голову осторожно приподнял — в мою сторону никто не смотрит. Все своими делами заняты.

Пора.

Миг, и на платформе меня не было. Я уже бежал через какие-то кусты прикрывая глаза руками, по которым безжалостно хлестали ветки.

Вблизи растительность оказалась совсем не земная. Издали — вроде на неё и походила, а оказалось — другая. Это отличие я в настоящий момент открытыми частями тела чувствовал. Колючки с веток кустов в них безжалостно впивались. Разбирать дорогу и беречься мне сейчас было некогда — надо быстрее подальше от платформ убраться.

Раз-два-три... Раз-два-три... Раз-два-три...

На счёт бежать было легче — в голове у меня всё же немного мутилось. Антидоты полностью меня от отравы не прикрыли.

Так. Это, что? Избушка?

А, не зайти ли мне в эту избушку?

Отрава, что мне вкололи, кроме мути в голове, проявляла себя и некоторой дурашливостью, которая сейчас из меня так и пёрла.

Вошёл. Осмотрелся. Живые души отсутствуют.

Вполне себе местечко, чтобы спрятаться на первое время.

Это что?

На столе в избушке кто-то нож забыл. Вполне себе правильный и смертоносный. Таким не только колбаску можно порезать.

Берём? Берём. Вот и оружие у меня имеется.

Я поводил туда-сюда глазами. Больше ножей в избушке не было.

Это что? Одежда? А, размерчик какой?

Самый мне подходящий. Велик — не мал. Подогнём, закатаем — как на меня шито будет...

Нашлись в избушке и консервы. Правда, банки немного ржавые, но в таком климате это быстро происходит. Ещё бы срок годности их узнать, но надписи на банках сделаны были совершенно на незнакомом мне языке.

Ничего, авось не отравлюсь. Сразу целую банку есть не буду, чуть-чуть попробую. Госпитальная ложка у меня имеется.

Шапка? Берём и шапку. Что добру пропадать.

Это я хорошо зашел...

Вот обуви в избушке не было. Чего нет, того нет. Ну, у меня и своя имеется.

Какие-то местные пауки тут и там в лесном жилище свои сети широко раскинули, а значит — здесь давно никто не был и едва ли сегодня объявится.

Затаиться мышкой и какое-то время тут переждать? Дальше в лес углубляться?

Скорее всего сектанты меня ещё не хватились, погони за мной не было — я временами останавливался и прислушивался — по пятам за мной никто не шел.

Попить бы ещё чего...

Дорогой мне лужи встречались, но пить из них — себе будет дороже.

Я заглянул под лежанку, на которой сейчас сидел.

Что там?

Меня порадовали ещё пять банок консервов и емкость с жидкостью.

Вода?

Нет, что-то алкогольное.

Запах из канистры, так назовём эту посудину, больно уж специфический.

Я просунул в горлышко канистры обретенный в избушке нож и слизнул с его кончика капельку прозрачной жидкости.

Спирт.

Выдул сор из стоящей на столе кружки, набулькал в неё на пару пальцев.

Ну, за удачный побег...

Пошло хорошо. Алкоголь — яд, вот и будем клин клином вышибать. Отраву сумеречников этиловым спиртом нейтрализовать.

Нанейтрализовывался я скоро хорошо и даже себе под нос напевать начал.

Попробуй ммуу-ммуу, попробуй джага-джага,

Мне нужен спирт, спирт, мне это надо-надо.

И закружилась-завертелась моя голова,

Мой мармеладный, я — не права...

Вспомнилась мне песня парней у костра. Нет уже парней, а песня у меня в голове засела.

Инструктора нас учили ходить по плацу,

И в уши пели — строевая десанту к лицу.

Сперва мы думали, а вдруг она и нужна,

Повоевали и забили на эти слова...

Помянул я парней. Пашу. Серегу. И, как его там, а — Григория.

Хорошие мужики были...

Были.

Тут я себе ещё плеснул.

Попробуй ммуу-ммуу, попробуй джага-джага,

Мне нужен спирт, спирт, мне это надо-надо.

И закружилась-завертелась моя голова,

Мой мармеладный, я — не права...

Кстати — спирт помог. Всю муть из головы как смыло, дурашливость прошла. Спать захотелось.

Я подпёр дверь избушки какой-то палкой и завалился на лежанку.

Попробуй ммуу-ммуу, попробуй джага-джага,

Мне нужен спирт, спирт, мне это надо-надо.

И закружилась-завертелась моя голова,

Мой мармеладный, я — не права...

В сон я провалился под собственное исполнение песни.

Глава 13

Глава 13 Глазки на веревочках

Я проснулся, полежал с закрытыми глазами, к своему организму прислушался.

Ничего не болело. Нигде не ныло. Не покалывало.

Даже особо жажда не мучила, хотя и должна была после вчерашнего.

Тихо.

Ещё немного полежал и размежил веки.

Мля!!!

Меня аж на лежанке подбросило — прямо над моей головой в воздухе висел... глаз.

Круглый, большой, с красными прожилками и... отростками-червячками. Последние ещё и к моему лицу тянулись.

Я скатился на пол с кровати. В правой руке у меня непонятным образом оказался найденный вчера нож.

Похоже, что так с ним я и спал. Или, падая вниз его схватил?

Ну, это — правильно... То и другое.

Оказывается, глаз не висел в воздухе, а с потолка на ниточке-паутинке спускался. Сейчас мне это видно стало, когда угол зрения изменился.

Нааа...

Вскочив с пола я ткнул ножом в болтающуюся над лежанкой мерзость. Почти даже и попал. Глаз оказался быстрее меня и почти мгновенно оказался под самым потолком. На чём он болтался, его вверх утянуло.

Господи, твоя сила!!! Там таких с десяток притаилось.

Одного, видно, на разведку послали, а потом бы все разом на меня бросились, впились своими червячками в моё белое тело.

Ну и гадость...

Я сбил ногой в сторону палку, которой вчера подпер дверь и выбежал из избушки.

Расслабился что-то ты совсем, Сережа. Страх потерял.

Напился в зюзю, в незнакомом месте спать завалился...

Палочкой дверь ещё припер... Умница-разумница.

Я стоял и глубоко дышал. Себя из души в душу материл.

Ну, и немного оправдывал — мозги де у меня вчера отравленные были...

Отравленные... Как же. Совсем у тебя мозгов нет, военный специалист седьмого уровня...

Так я постоял немного, а затем к избушке вернулся. Внутрь её заглянул, потолок глазами обшарил.

Чистенько было на потолке. Никто там сейчас не гнездился. В своё логовище глазки опять спрятались.

Ну его, ну его... К такой-то матери эту избушку. Даже заходить в её у меня никакого желания не было.

Не было, а придется. Лечилку со стола забрать и прочие полезности.

То и дело поглядывая на потолок я засунул в карман лечилку, в сумку, что вчера тоже мною была найдена, покидал консервы. Делал всё это я левой рукой, а в правой нож сжимал. Пусть только эти глазки появятся... Кровавыми слезами сразу умоются.

Спирт брать?

Во вопрос...

Сумку-то я могу через плечо повесить, а канистрой придется руку занять.

Всё же взял. Какой русский почти полную канистру спирта неизвестно кому оставит?

Грех, это, непрощенный...

Зачем взял? Костёр буду с помощью спирта разжигать. Вон здесь влажность какая, всё вокруг насквозь мокрое. Попробуй из такого костерок запали.

Есть после утреннего приключения совсем не хотелось. Попить бы только чего...

Ага, Серёжа, спиртика глотни и на весь день свободен... Нет уж, фигушки.

Я ещё немного постоял рядом с избушкой, поприслушивался, головой туда-сюда повертел. Куда идти-то? В какую сторону?

Обратно, к черту в зубы? Там меня, конечно, ждут. Как родного примут.

В правую сторону? В левую? В сторону города, который я за лесом видел?

В конце концов пошел куда глаза глядели. Это направление было не хуже других. Ещё там и посуше было, слева от меня какая-то болотинка начиналась.

Дорогой я с местным зоопарком знакомился. Этих самых глазиков на ниточках-веревочках здесь оказалось до и более. На ветках деревьев и кустов они висели, по ним же и ползали. Паутинки они плели, какую-то совсем мелкую живность в них ловили. Были глазики поменьше чем в избушке. Там, видно, самые матерые собрались и логово себе устроили.

Были ещё какие-то мелкие змейки. Я старался внимательно смотреть куда ноги ставлю. Мелкие-то они мелкие, а как куснут... Может, они сильно ядовитые?

Пару раз кто-то в отдалении по лесу ломился. По издаваемому шуму — крупный. Я на месте застывал в это время и на нож свой с вопросом поглядывал. Смогу я им отбиться? Не смогу? Эх, сейчас бы мне хоть стандартную штурмовую винтовку...

Через пару сотен шагов после последнего шума, непонятно кем издаваемого, вроде дымком потянуло. Откуда тут дым в какой-то сырости? Сам по себе он точно не возникнет. Значит — осторожнее надо быть, более внимательно по сторонам поглядывать.

Хрустом веток под ногами я себя не выдам, нечему тут хрустеть. Шагая я только ногами чавкаю.

Я сбавил скорость, хотя и так небыстро шел, осторожно ноги переставлял, боялся поскользнуться или змейке на хвост наступить. Ну, или на голову. Тут разобрать было трудно — они с того и другого конца одинаковы.

Лес начал редеть, дымком сильнее потянуло...

Дальше идти или темноты подождать?

Глава 14

Глава 14 Налево пойдёшь...

Видели мы лилипутов и побольше...

В рукотворной луже маленькие-маленькие человечки копошились. Ну, с полметра, не больше. Просто — крохотулечки.

Почему лужа рукотворная? А, она — с бортиками. Типа бассейна, что на дачах ставят. Только она метров сто на сто, но мелконькая. Бортики у бассейна сантиметров на пятнадцать в высоту.

Лилипутики то и дело наклонялись, по дну лужи руками шарили, что-то там находили и в сумки складывали. Они у них на шее висели. Размеры сумок были почти с их самих. Когда малыши выпрямлялись — по колено. Это если сверху от шеи отсчитывать.

Справа и слева от этой лужи — такие же. Много их, конца и края не видно. После дальнего от меня конца лужи — следующая и так далее.

Лужи, лужи, лужи, а за ними — город. Может и есть между лужами и городом какой промежуток, но мне отсюда не видно.

Лужи эти от леса — шагов на пятьдесят, не больше.

Сам я сейчас в лесу, за дерево неизвестной мне породы спрятался и всю эту картину наблюдаю. Шел-шел по запаху дыма и к лужам пришел.

Дым не от луж, а от костра. Он немного справа от меня, на серединке между лесом и лужами разведен. Возле него пара охранников в плащах с капюшонами. Видел я уже подобный наряд, выходить к огоньку у меня желания нет.

Что там они ищут? Что-то съедобное? Или, скажем, в местных ракушках жемчуг выращивают?

Почему мне этот жемчуг на ум пришел — очередная загадка. Иногда в мою голову такая дурь не ко времени втемяшивается...

Так, в эту сторону мне путь заказан. Ну, прирежу я сейчас этих двоих у костра? Какой от этого толк?

Нашумлю только, а потом за мной погоню организуют. Надо мне такое счастье? Ни разу.

Поглядывая внимательно по сторонам, осторожно я стал сдавать назад.

Зачем к краю леса и выходил? Лилипутиков получше рассмотреть?

Дурья башка...

Двое у костра что-то почуяли, или какой-то прибор им знак подал, но — вскочили, в мою сторону уставились. Один из-под плаща какую-то коробочку достал, опять же в моем направлении ею тычет.

Эх, вымажусь весь...

Я из полуприсяда в горизонтальное положение перешел, на живот бухнулся. Даже не посмотрел, не на змейку ли падаю. Не до того мне было — мало ли что это за коробочка...

Сектант-охранник потыкал-потыкал ею в сторону леса и успокоился.

Правильно, никого здесь нет, нечего тревогу поднимать...

Лежал я на мокром пока охранники опять у костра не уселись. Причем, спиной ко мне. От леса они опасности не ждут, за лилипутиками поглядывают. Вдруг они разбегаться задумают?

Я после этого в чащу лесную и утянулся. Тихо-тихо, на голубиных лапках.

Так, так, так... В эту сторону мне ходу нет...

Вправо, влево — тоже. Из-за луж этих. Может они тут на сто вёрст тянутся.

Обратно к избушке возвращаться? К глазам на веревочках?

Тоже не вариант.

Меня даже передернуло от воспоминания об утренней встрече.

Фу, мерзость какая...

Я углубился в лес и повернул налево. Мне всё равно было куда поворачивать, вот я туда и свернул.

Как там на камне было написано?

«Как пряму ехати — живу не бывати — нет пути ни прохожему, ни проезжему, ни пролетному. Направу ехати — женату быти, налеву ехати — богату быти».

Про прямо — уже я выяснил. Для женитьбы — время и место здесь не очень подходящее, а насчёт богатства — дайте два раза...

Может поэтому я налево и повернул? От богатства кто откажется...

Пить мне всё сильнее хотелось. Глаза всё чаще на канистру косили, рука так и просилась свернуть крышечку.

Не-не-не...

Как там в рекламе — только не сейчас, только не сейчас!

А, почему не сейчас?

Вот, и не одному пить придется. Всё как положено — на троих.

Передо мной стояли два лилипутика. Точно — не грибники. Корзинок у них не было, а на лбах просто аршинными буквами значилось, что они — беглецы. Убежали из лужи и сейчас в лесу скрываются.

Понятно, что никакие надписи лбы лилипутиков не украшали, но колотило их знатно.

Сам я — не страшный, значит они кого-то другого боялись. Чувствовали за собой вину и не хотели строгого наказания.

— Мужики, спирт будете? — задал я вопрос в лоб.

Они переглянулись, обратно на меня посмотрели.

Поняли!

Ну, не мой русский, а что им коммуникатор выдал. Как уж он определил, на каком языке сказать, это — великая тайна. Десять лет я её уже разгадываю. Многих спрашивал — тоже только руки разводят. Версии разные выдают. Одна из них, что это очень древняя технология, даже не Черных и не Белых, а им по наследству досталась.

Да и не единственная это загадка без ответа. Хватает тут таких. Но, сейчас не о них речь.

— Будем.

Так расшифровал мне коммуникатор их кваканье или что-то близкое к нему.

— Ну, тогда рюмочки доставайте.

Не из канистры же им прямо пить.

Мля...

Они и достали их откуда-то из своего тряпья.

Вот тут-то емкость со спиртом у меня из руки чуть и не выпала.

Глава 15

Глава 15 Я и лилипутики

Рюмочки... тьфу, стопочки у лилипутиков были наши...

Палладиевые. Глазовские. С гербом СССР и тремя буквами — ГВК.

Государственная военная компания. Из СССР.

Я поставил канистру на землю.

Во дела!

Откуда они у них?

Мы такие в Глазове для себя заказывали. Там много чего из палладия делают, а заодно и эти стопочки.

Хорошие они. Лёгкие, красивые, прочные. Ну, и как элемент корпоративной культуры вполне себе ничего были. Пригождались опять же при случае.

Так, так, так...

Как там Баба-Яга поступала? Сначала кормила-поила, а потом и спрашивала?

Одна сказочная мысль потянула из памяти другую. Первая — про камень с надписями, а вторая — про жительницу избушки на курьих ножках.

Сразу я лилипутиков про стопочки решил не спрашивать. Ещё напугаю их. Неизвестно, как они им достались.

— Ну, если будете, подставляйте.

Лилипутикам повторять не надо было. Я им спирта и набулькал. Себе — тоже, в пробку от канистры. Другого ничего подходящего у меня не было.

— Э, а закусить?

Лилипуты мне опять уже свои стопочки тянули.

Я вскрыл ножом каждому по банке консервов. Мне что-то непонятное попалось.

Вскоре выяснилось, что это самое лилипутики в лужах и собирали. Оказалось — местный деликатес, очень полезный и питательный. Так коммуникатор мне перевёл.

Растёт он только очень долго и урожайность у него низкая. Самим лилипутам он не достается, сами сектанты его в три горла жрут.

Так ими и было сказано — в три горла.

Кстати — ничего так продукт, вполне годный.

На мой вопрос, а не прижучат нас тут, пока мы водку пьянствуем, ответ был отрицательный. Не прижучат, если мы тихо себя вести будем.

Ну, тихо так тихо, в мои планы не входило дисциплину хулиганить.

По ходу дела выяснилось, что лилипуты — народ угнетаемый, прав и свобод лишены полностью, обязаны только от зари до зари на сектантов спину гнуть. Прилетели тут эти в плащах и устроили им кузькину мать. Лилипутам это не нравится и подумывают они национально-освободительное движение устроить.

Сказано это мне было после третьей стопочки. Они вроде и не велики, но на килограмм веса спирта было принято лилипутиками уже порядочно.

Куда они направляются?

Домой.

Дом где?

Местные сутки пути. Там хорошо и в лужах работать не надо.

Меня с собой возьмут?

Возьмут. Что не взять хорошего человека.

Человек — это попять же от моего коммуникатора. Сами-то они явно не знают, что я — человек.

Ещё по одной?

Если только по одной, а то домашним мало останется. Угощу же я их домашних?

Угощу, базара нет.

На том и порешили — ещё по одной и двигаем в сторону их дома.

Вот так направление моего движения и определилось. Куда они, туда и я.

Лилипутики хоть и хорошо на грудь приняли, но шагали ровно, не спотыкались. По дороге глазки с ниточек срывали и в рты свои отправляли. Мне даже предлагали полакомиться.

Не-не-не... Я отказался — пусть им больше достается.

Ночь мы провели на дереве. Лилипутики малы-малы, а быстро что типа гнезда сделали. Причем, на себя и на меня. Обосновали это тем, что змейки могут в рот заползти, они на это большие мастера. Заползут и всё внутри выедят.

Я моментально протрезвел. Как меня в избушке-то ночью не съели!!!

Вот и не съели. Вокруг её травка специальная росла, её здесь все сажают — и сами лилипутики, и пришлые. Без этого — нельзя. Нет тут домов и избушек без травки.

Змейки эти ещё по какой-то им одним ведомой причине по вертикали не ползают, вот поэтому гнездо на дереве и сделано. Спи в нём и горя не знай.

Я себе эту информацию на ус намотал. Пригодится.

Выспались мы хорошо. Опять моими консервами организмы попитали и дальше двинулись. Перед этим под деревом змейкам геноцид устроили. Они на само дерево взобраться не могли, но под ним их много скопилось. Лилипутики и отвели душеньку, за своих съеденных родственников часть платы со змеиного народа взяли.

Головы, есть они оказывается у них, ещё у змеек моим ножом попросили отрезать, а на свитую из какой-то травы веревочку они их уже сами насадили. Украсились лилипутики такими ожерельями и меня в дорогу заторопили. Всё, дел тут у нас нет, пора к дому двигаться.

Весь день мои проводники шагали как заведенные, малы-малы а я за ними еле успевал. Они-то под ветками не нагибаясь шли, а мне приходилось их руками в стороны отводить, беречься, чтобы колючками глаза себе не выдрать. Так и получалось, я — больше, а скорость движения у нас была почти одинакова.

— Скоро дойдем?

Я уже устал, а им — хоть бы что.

— Скоро. Немного осталось.

Меня всю дорогу подмывало про стопочки спросить, но я крепился. Вот дойдём до их места жительства, там и спрошу. Кто умеет ждать, к тому всё приходит вовремя. Это и информации касается.

Уже темнело, когда путь наш закончился.

Я со своими спутниками стоял на поляне. Вокруг — чуть не толпа лилипутиков. Один за одним они из каких-то норок в земле вылезали. Что, они ещё и подземные жители? Получалось — так.

Глава 16

Глава 16 За стопочками

Угостил я лилипутиков с поляны спиртом?

Конечно, угостил. Мне о моем обещании, как туда пришли, сразу и напомнили. Не забыл мол свои слова? Откручивай скорее крышечку.

И уже под нос опять свои стопочки суют.

Вот же, мамины алкоголики...

Тут я про эти стопочки вопрос и задал. Где такие выдают и нельзя ли мне подобной обзавестись.

Оказалось, имеется такая возможность, но туда идти надо.

— Куда, туда? — мой коммуникатор был весьма конкретным.

— Туда.

Весьма неопределенное направление было указано взмахами рук. Причем, первый из лилипутиков, которого я встретил в лесу, махнул в одну сторону, второй — чуть ли не в противоположную.

После чего они чуть не поругались — каждый на своем настаивал и озвучиваемый вариант рьяно защищал.

— Вы ещё подеритесь, горячие финские парни! — блеснул я знанием классики земного кинематографа.

Мои слова вызвали недоумение. Кто такие финские парни тут не знали.

За стопочками было решено идти с утра. Их надо по светлому времени искать, а тут уже скоро ночь в свои права вступит.

Испившие спирта лилипуты начали разбредаться по своим подземным норам, а мне куда? На съедение змейкам?

Нет, меня тоже не забыли и пристроили в безопасное место. Кстати, под землей у малорослого народца просторы чуть ли не как в московском метро. Мне даже нагибаться не надо.

Утро началось с завтрака. Зная мои кулинарные предпочтения, глазки на веревочках мне не предлагали, сушеными змейками не кормили.

Откушал я чего-то по виду напоминающему яблоки. Консервы-то — всё, закончились. Ушли на закуску.

Эх, диагноста у меня нет... Он, кроме всего, может определить пригодность в пищу того или другого продукта. Имеется у него такая функция.

Что-то на вид напоминающее яблоки не вызывало отторжения. На запах — тоже. Это — хорошо. Значит — скорее всего усвоится данный продукт без последствий. Однако, всякое бывает...

Не лишним было бы местное яблочко диагностом ткнуть.

Я откусил маленький кусочек, покатал его во рту. Ни жжения, ни онемения и прочего не чувствовалось.

Проглотил. Немного подождал. Желудок от боли не взорвался, ни рези или урчания тоже не было.

Ну, одно яблочко можно и съесть...

Где одно, там и другое.

Да, второй лилипутик утром повинился, что неправильное направление нахождения стопочек вчера указывал. Вот и двинулись мы втроем куда давал направление первый.

Глазки, змейки, колючки на ветках — вот и все мои дорожные развлечения. Это в дополнение к жаре, высокой влажности и ... запахам. Надо сказать, моему носу не совсем приятным.

— Долго ещё? — уже в третий раз я спрашивал шустрых малоросликов.

— Не долго, — получал раз за разом один и тот же ответ. Судя по всему, наши с ними представления о времени сильно различались.

— Ну, когда придём?

У меня уже всё лицо саднило от колючек.

— Почти дошли, — проинформировал меня коммуникатор.

Почти — понятие растяжимое. Тем более, в лесу. Тут зачастую не видно, что там уже через десять шагов находится. Другое дело — на равнине. Там на все стороны гораздо дальше видно.

Вот так и мы, шли-шли и почти сразу в борт корвета уткнулись. Ну, что это корвет был, я уже позже узнал. Тогда же мы чуть носами не уперлись в несколько закругленную стену из металла.

— Там, — перевел мне кваканье лилипутиков на русскую речь коммуникатор.

— Стопочки там? — уточнил я.

— Там.

Вообще, маленький народец несложно общается. В предложении до точки у них редко больше трёх слов имеется. Четыре или пять сразу — это уже целая речь мудреца.

— Внутри? — уподобился я своим спутникам по длине словосочетаний.

— Внутри.

— Ведите внутрь. — своим ножом я тут ни коим образом дыру не проковыряю.

Первый и второй лилипуты между собой поквакали, пришли к какому-то консенсусу и вправо вдоль металлической стены зашагали.

Интересно, как долго этот корабль тут лежит?

Чей он?

Откуда тут наши стопочки?

То, что корабль не с Земли, у меня сомнений не вызывало. Не было на родной планете таких кораблей. Только на чьем-то чужом наши могли сюда попасть. Сам я на каких только не перемещался...

А, вдруг он цел или ремонтопригоден? Тогда — врубаем реактор и пока-пока планетка!

Судя по пройденным нами шагам, это не фрегат. Скорее всего — корвет. Едва ли что побольше. Это я уже по поперечным размерам корпуса сужу.

Лежит на боку. Трещин и каких-то других повреждений корпуса невооруженным глазом не видно.

Как он сюда попал?

Больше задать себе вопросов у меня не получилось — мы дошли до трапа. Лилипутики шагнули на него и уверенно начали подниматься в грузовой отсек.

Глава 17

Глава 17 Загадка на загадке

Храбрые какие...

Ничего ведь и не боятся...

Не знают — поэтому и не боятся, а вдруг там охранная система включена?

А, не дурачок ли ты, Серёжа? Какая охранная система? Была бы она, как бы у лилипутов стопочки появились?

Действительно? Как?

Я шагнул за лилипутиками. В грузовом отсеке охранная система не работала, мусора туда порядочно нанесло и змейки хозяйничали.

Мерзость какая... Бррр...

Я осмотрелся. Вроде — всё цело, никаких следов боя нет, а вход нараспашку...

Почему так? Не должно такого быть.

— Вы где? — окликнул я своих спутников.

Ответа мне не последовало.

Куда они делись?

А, вот куда. Коридор куда-то внутрь корабля. И тут открыто... Чудеса...

Как в грузовом отсеке, так и в коридоре работала резервная система освещения. Тускловато освещала, но на ровном месте не запнёшься. Что из этого следует? Правильно, не так давно этот корабль тут и находится, но имеет повреждения. Без причины на резервный вариант освещение бы не перешло.

Так, вот и первый...

На полу лежал труп. Вернее — скелет внутри комбинезона. Все косточки, что из него торчали были дочиста обчищены. Даже между позвонками ничего не было. Всё змейки сожрали.

Наш?

Я наклонился, вытянул через ворот комбинезона жетоны на цепочке.

Наш... ГВК. СССР.

У меня такие же жетоны на шее. Хоть давно я уже на в ГВК, но — ношу. Все наши так делают. Традиция такая сложилась.

Так, погибший — в обычном планетарном комбинезоне, без всякой защиты, ещё и босой. Идентификатор на месте, а голограмм шевронов нет. После гибели мозга носителя идентификатора так и бывает.

Оружия нигде рядом не было. Не утащили же его змейки к себе в нору?

Что тут у них случилось?

Что-то внезапное, даже обуться некогда было.

За поворотом коридора скелетированные останки стали мне одни за одними попадаться. Не корабль, а самый настоящий оссуарий...

Оссуарий, ещё со времен университета мне запомнилось — это место для хранения скелетированных останков. В русском языке тоже специальное словечко для такого помещения имеется — костница.

Вот в такой костнице я сейчас и находился. Один за одним жетоны на цепочках я собирал и в карман складывал. Получится или нет в положенное место их передать — не знаю, но собрать их надо.

На самих костях видимых повреждений не было, а всё остальное змейки сожрали. Я их походя давил, лилипутикам уподоблялся. Они их где увидят, сразу стараются жизни лишить. Мстят за сородичей.

— Эй, вы где?

Ответа мне опять не последовало.

Ну, народец...

Что же тут произошло? И, почему вход в корабль нараспашку?

— Вот, возьми.

Чёрт! Напугали...

Каждый из лилипутов протягивал мне сразу по две стопочки. По одной в каждой руке у них стопочек было, а всего — четыре. Куда мне столько?

— Спасибо.

Ответил я машинально, голова у меня сейчас совершенно другим была занята.

Осматривал я корабль до самого вечера. Мои спутники меня не сопровождали. Это им совершенно не интересно и они снаружи какими-то своими делами занимались. Наверное, опять змеек геноцидили.

Причину гибели команды и десанта я так и не нашел. Так это скорее всего вечной тайной и останется. Сам корабль был вроде и цел, но я к большим специалистам по данным вопросам себя не относил, мог что-то и не заметить.

Я решил здесь остаться ночевать, а лилипутов за помощью отправил. Пусть своих сюда ведут — наших хоронить будем. Могила даже безымянной не останется — всех погибших я знал поименно. Жетоны-то у меня, вон их — почти полный карман.

Что удивительно, управляли корветом тоже земляне, не только одни штурмовики-десантники ими были. Да и было-то последних не так много.

В общем — загадка на загадке и загадкой погоняет. Мелькнула у меня даже мысль, что, земляне-то это земляне, но опять из какой-то параллели.

Я вычистил от змеек и прочей гадости одну из кают, поужинал, благо на корабле было чем, а затем спать лёг.

Спал на удивление хорошо, кошмары меня не мучили.

Глава 18

Глава 18 Где?

Э, а где?

Я стоял в рубке.

Зачем сюда пришел? Затем. Штурмовик-десантник я четвертого уровня ко всему прочему. Не только медицинский специалист по основному профилю.

Четвертый уровень десантника сейчас у меня по большей части в голове оставался, так как большинство имплантов и усилителей на время Онейской войны у меня было извлечено.

Правила. Чертовы правила!

Нельзя, видите ли, на более высоком уровне чем противник быть. Как бы это недопустимым в схватке Черных и Белых считается. Не самих Черных и Белых, а только их прокси.

Вот меня и выпотрошили. Сам процесс извлечения безболезненный, но чувствуешь потом себя как с настоящего автомобиля на детский педальный пересел. Колесики, вроде, и есть, но для приведения их в движение педальки своими собственными ногами крутить требуется. Ещё и сами ножки не как у взрослого здорового мужика, а как у малыша-рахитика.

Мля...

Где?

Это я про один из модулей пилотирования.

Корветом и однорукий и одноглазый инвалид управлять может, если знает, что и как делать. Штурмовик-десантник четвертого уровня — тем более. Конечно, не как военный пилот, а на уровне взлет-посадка из пункта А в пункт Б. Четвертый уровень, это тебе не пятый.

Мозги у меня в целости и сохранности, блоки никакие не стоят. Модулей пилотирования в корвете не хватает. Часть — на месте, а одного нет. Кому он понадобился? Змейкам? Лилипутики утащили в виде сувенира?

Без этого модуля я взлететь не смогу. Пусть даже в реакторном и двигательном отсеках всё в порядке.

Как там, я уже посмотрел. С виду — всё цело, но это опять же на мой дилетантский взгляд. Может и там тоже чего не в полном комплекте? Какой-то важный винтик или гаечка откручены. Без чужой помощи в этом десантнику-штурмовику не разобраться.

Главное сейчас — отсутствует один из модулей управления.

Без него корвет — мёртв.

Наверное, по той же причине и никакие средства связи не функционируют и всё прочее.

Чёрт, чёрт, черт...

Где эти лилипутики? Пришли бы скорее, хоть спросить их стало бы можно!

Ну, что теперь. Сам их за подмогой послал.

Хоть голову себе сейчас расшиби, они быстрее не появятся.

Чтобы себя чем-то занять, я решил наружу из корвета скелеты вынести. Мешки пластиковые нашел, в скафандр ремонтника влез. Это уже от змеек, им его при всем желании не прокусить. Ни ботинки, ни перчатки им не поддадутся.

Самих тварей ползучих из корвета попрошу лилипутов выгрести. Одному мне с этим делом не справиться. Каюту-то для сна я чуть не час чистил. Все щелочки проверял.

Мешок за мешком я выносил в лес у корабля, а лилипутов всё не было.

Может мой коммуникатор что-то неправильно перевел или они не так меня поняли? Ну, что не насовсем я их к месту постоянного жительства отправил, а надо им с подмогой возвратиться.

Один я дорогу к поляне с их подземными норами не найду. Что, делать-то мне теперь?

До самого вечера лилипуты не появились, а должны уже были.

Может сектанты их опять за шкирочки взяли и на лужи утащили?

Нет у лилипутов шкирочек, а сектанты — кто их знает...

За день я со скелетированными останками справился, а завтра по светлому времени, наверное, и хоронить парней начну. Хрен знает, когда эти малорослики теперь появятся.

А я ведь им, как порядочный человек, даже угощение за работу приготовил. Вернее — выпивку. Пять канистр со спиртом у борта корвета сейчас стоят. Чем закусить — там же.

Поужинал я уже второй раз на корабле в полном одиночестве, штурмовую винтовку зачем-то на наличие заряда проверил, хотя и так по индикатору видно, что всё с ней в полном порядке.

Сам себе спокойной ночи пожелал и спать завалился.

Во сне командир корвета ко мне и пришел.

— Не улетел ещё? — спрашивает меня. Явственно так, как будто всё в действительности происходит.

— Нет, — я ему отвечаю. Даже не удивлен этому вопросу.

— Почему?

— Куда я без модуля-то.

— Не понял? — капитан на меня вопросительно смотрит.

Я объяснил чуть ли не на пальцах — какого.

— Не понял... Всё на месте было...

То-то и оно, что было. Было да сплыло.

— Зачем вы здесь? Что, случилось-то?

Только успел задать я эти вопросы, как меня разбудили. Кто-то мне в дверь каюты чем-то железным тарабанил. Откуда только и узнали, что я здесь.

Глава 19

Глава 19 Говорить надо правильно

Откуда только и узнали, что я здесь. Табличку на дверях я не вывешивал. Ну, что именно тут я сплю-почиваю.

Посмотреть, кто это в дверь тарабанит, у меня возможности не было. Так-то такая опция предусмотрена — экранчик рядом с дверью имеется, но сейчас он мне ничего показать не может, а всё из-за отсутствия одного из модулей управления корветом.

Вроде, какая связь, этот модуль для управления пилотированием корабля нужен, а вот без него ничего не работает. Даже спросить я не могу, кто там с утра пораньше приперся. Переговорное устройство рядом с экраном тоже не функционирует.

Скорее всего, это мои лилипутики, а вдруг — сектанты? Если они, я в каюте всё равно долго не высижу. Каюта — не сейф, вынесут дверь чем-то и вытащат меня как кильку из банки.

Левой рукой я чуть-чуть приоткрыл дверь. Правая у меня штурмовой винтовкой сейчас занята.

— Кто там?

В ответ заквакали, а мой коммуникатор синхронно мне сообщил о прибытии моих помощников-малоросликов.

— Вас только за смертью посылать...

За дверью повисла тишина. Видно коммуникатор как-то так мои слова перевел, что лилипутики в ступор впали.

Я не торопился полностью распахивать дверь. Мало ли что. Может и отвечают мне лилипуты, а у их горлышек сектанты ножи держат. Выйду я, а тут меня и спеленают...

За дверью ещё пару раз квакнули, но уже между собой и удаляющийся топоток раздался.

Топ-топ-топ...

Убежали лилипутики.

Вместо них в каюту через имеющуюся щелочку змейки стали свои головные концы просовывать. Их я и гильотинировал путем затворения двери.

Мля...

Началось утро...

Как-то совсем не по человечески.

Ну, лилипутики-то и не люди. Так что всё как полагается.

Я себя сейчас ругал. Додумался, как свои мысли озвучить. Коммуникатор-то смысла иных русских выражений не понимает, как умеет переводит. Вот и напереводил. Что-то такое выдал пришедшим, ну, что их только за смертью посылать. Может, они сейчас за ней и убежали?

Во ведь, затыка какая...

Я всё же решил из каюты выйти и прояснить ситуацию. Неизвестно как она сейчас развивается, а тянуть будешь — таких дел могут лилипуты натворить... Проблемы надо как можно быстрее решать. Со временем они только увеличиваются. Самовары надо давить, пока они в паровозы не превратились.

Пинок в дверь и она распахнулась настежь. Теперь опять придется каюту от змеек вычищать. Они тут же в помещение полезли как только этого и ждали.

Ладно, вычищу... Куда теперь деваться.

В коридоре никого не было. Я прикрыл дверь в каюту и осторожно двинулся по коридору. Навыки-то десантника-штурмовика у меня никуда не делись, правда, реализовать их в настоящее время я мог на весьма урезанном от моего максимума уровне.

Пусто.

Пусто.

Пусто.

Я выглянул из грузового отсека наружу. Канистры со спиртом так в рядок и стояли, мешки с останками тоже на месте. Ничего лилипуты не тронули, даже с места не сдвинули.

— Эй! Вы где?

Нет ответа.

— Эй!

Тишина.

— Выходите! — уже в третий раз крикнул я.

За деревьями как будто что-то мелькнуло.

— Выходите! Всё хорошо!

На этот раз мои слова отклик получили. Среди зелени появились представители маленького народца. Подходили они к корвету с опаской, чуть что готовы были обратно в лесу скрыться.

— Не надо за смертью идти? — озвучил мне вопрос коммуникатор.

— Не надо. Всё хорошо. Сюда подходите.

Я как мог успокоил своих помощников.

— Не говори больше так... Не надо про смерть...

— Всё, всё, больше не буду, — заверил я лилипутов.

Посланные привели мне более двух десятков соплеменников, так что работа у нас пошла быстро. Одни могилы копали, другие в них мешки с останками опускали и землей забрасывали.

К обеду около корвета свеженькое кладбище появилось. Я пока про модуль спрашивать не спешил — с одним делом надо разобраться, а уже потом к другому переходить. Про двух зайцев я хорошо помнил.

— Спасибо за помощь. Это — вам. — я указал на канистры. Лилипуты уже давно на них посматривали, но не трогали. После слов о смерти они... опасались меня, что ли.

Одаренные радостно заквакали.

— Подойдите сюда. — поманил я пальцем своих двух первых помощников. Как я их от других малоросликов отличал? Да по ожерельям из голов змеек. Они так их с себя и не сняли, как заслуженные в боях ордена носили.

— Что надо?

Радости в словах у оторванных от угощения не было. Понятно, их сородичи уже крышечки с канистр сворачивают, а их куда-то в сторонку отзывают.

— Вам отдельно это будет выдано, — успокоил я лишенных на время удовольствия. — Целая канистра на двоих.

Подзываемые лилипуты словно телепортацией владели, миг — и рядом со мной оказались.

— Пойдемте, мне спросить вас кое о чем надо.

Сказал это, я поманил их за собой внутрь корабля. Лилипуты чуть не на пятки мне наступали, так им канистру на двоих получить хотелось.

Дорогой они уже делить её начали. Коммуникатор мне их кваканье аккуратно переводил и это меня даже в некотором роде повеселило. Очень уж забавны варианты их дележки были. Например, по глоточку по очереди из канистры отпивать.

Глава 20

Глава 20 Ох уж эти лилипуты...

Зря я, наверное, им целую канистру спирта пообещал.

Нет, самого спирта мне не жалко. Лишь бы мои лилипутики до смерти не упились. Жалко будет мне таких помощников потерять.

Но, сказано им уже про спирт... Обратно не отыграешь.

По дороге до рубки управления я и лилипуты змеек жизни лишали. Я сам того не заметив у малоросликов эту привычку перенял. Где увижу эту ползающую гадость, там её и уничтожаю. Скоро, судя по всему, себе и змеиное ожерелье на шею изготовлю.

— Где, то, что здесь было?

Сказал я, а ещё и для наглядности свой вопрос жестом сопроводил. Указал пальцем на пустую ячейку.

— Что, то?

Похоже, малорослики дурака включили. Как бы не поняли моего вопроса.

— То, что здесь было.

Я добавил в голос металла. Может, поможет.

— А, то... — транслировал мне ответ коммуникатор.

Ну, сдвинулись с мертвой точки...

— Где? — напирал я.

— Сейчас не знаем.

Трансляция коммуникатора эмоции не передает, но мне почему-то показалось, что лилипутики себя виноватыми чувствуют.

— Вы взяли? Куда подевали? — засыпал я малоросликов вопросами. Прикрепил я к ним это название, как бы, само собой. Отождествил их с героями одной из прочитанных мною книг.

— Мы и не мы...

Ну, начались непонятки.

— Как так? И не мы? — потребовался мне дополнительный вопрос для понимания.

— Ещё двое было.

— Ваши? Те, двое?

Ответ меня обеспокоил. Мало ли, кто с ними был. Может, сектанты?

— Наши.

Ну, уже легче.

— Куда подевали то, что здесь было?

На этот раз отвечали мне долго. Такое для лилипутиков несвойственно.

То — разными цветами мигало.

Правильно, блок и должен был мигать.

Они его и на себя потянули, себе взять решили.

О! Это уже целая речь! Мне — неприятная.

То после этого мигать перестало.

Ещё бы... Выдрали с корнями, если можно так выразиться.

То им жалко стало. Его и унесли к Тому Кто Лечит.

Так мне коммуникатор перевёл — к Тому Кто Лечит. Похоже, здесь у меня коллега имеется.

— Дальше что? — прервал я словоизлияние лилипутов.

Оказалось, до сих пор лечит и вылечить не может.

— Где этот — Тот Кто Лечит? Отведете меня к нему?

— Нет, — перешли на свою обычную речь в одно-два слова лилипуты.

— Почему?

— Нельзя.

— Почему нельзя?

— Чужой.

— Кто, чужой?

— Ты.

Это я — чужой? Я их спиртом пою, консервами угощаю и всё равно — чужой? Вот она, лилипутская благодарность...

— А, если подумать?

Похоже, я опять не совсем правильно выразился. Лилипутики на чистое от змеек место сели и сидят. Наверное, думают.

— Вы чего?

— Думаем...

Мля... Думают они!

Ладно, пусть подумают.

Лилипуты думали, пока у меня терпение не кончилось. Хватило его, кстати, не на длительное время.

— Что надумали? — говорить я старался спокойно, хотя самого почти уже колотило.

— Спросить надо, — такой я получил ответ после лилипутских раздумий.

— Кого?

— Того Кто Лечит.

Так, так, так... Сам я Того Кто Лечит до скончания века не найду. Вместе с тем, главное — блок из системы управления имеется. Нет, имелся. Неизвестно, в чем заключалось его лечение. Вывод — пусть идут и спрашивают.

— Идите и спрашивайте.

Лилипуты замялись.

— Что ещё?!

Я чуть головы им не поотрывал...

— Спирт? — перевел кваканье на понятный мне вопрос коммуникатор.

— Что, спирт? — не совсем понял я.

— Канистра на двоих.

Ох, жлобьё...

— Вернете, что отсюда взяли и будет вам спирт.

— Нет, — взревели они в два голоса. — Сейчас!

Это, что же, Сережа, делается? Разводят тебя лилипуты? Шантажируют примитивно?

— Парни, такое решение вопроса не катит... Вы сейчас нарежетесь и спать завалитесь. Никуда не пойдёте, а мне быстрее надо.

Коммуникатор переводил сказанное мною что-то очень долго. Целый концерт на болоте устроил.

Препирались мы долго. Кончилось всё тем, что мои лилипутики по полтинничку заглотили и убежали Того Кто Лечит спрашивать о возможности возвращения ему отданного. Ну, и моего к нему визита.

Вот ведь бараны упертые...

Глава 21

Глава 21 Я иду к Тому Кто Лечит

Вот и вернулись наконец мои лилипутики. Как Мишка Коромыслов любит говорить — не прошло и полгода.

Ничего не принесли, воротились с пустыми руками. Как не было у меня модуля из системы управления, так и нет.

— Ну, что? — спрашиваю малоросликов.

— Что? — квакнули синхронно они мне в ответ.

Не, точно я им головы поотрываю... Доведут они меня до плохого.

— Что сказал Тот Кто Лечит? Где, то что мигало?

— Сказал — можно. — стоят лилипутики и на меня смотрят коровьими глазами.

— Что, можно?

— Приходить.

Обрадовали. Ну, хоть что-то.

— Что здесь взяли, где оно?

Опять стоят, ничего не отвечают. Или, правда, не понимают, или темнят что-то?

— Видели, то что мигало?

Я говорю, а сам руки за спиной держу. Одну другой. Боюсь грех на душу взять — наподдавать лилипутам. Это — как детишек малых обидеть.

— Не видели.

Ладно. Пусть не видели, но хоть прийти разрешение получили.

Лилипуты стоят и на канистру косятся. Я так понимаю — зависимость уже у них. Требует их организм «быстрых» углеводов. Тех, которые почти моментально, буквально за минуты разлагаются до простых молекул, тут же попадают в их лилипутскую кровь и им хорошо и приятно становится — сила бурлит, энергия из всех щелей прёт. Ещё и инсулин подскакивает, а организм в ответ на это очередную порцию углеводов требует. А где у нас такие углеводы? В алкоголе. Вот и тянет лилипутов к нему. Много «быстрых» ещё в сладостях и газировке, вот некоторые на них как на алкоголь и подсаживаются.

— Сначала дело делаем, а потом и канистры получите, — разрушаю я планы малоросликов.

На полтинничек они меня всё же уболтали, а потом мы к Тому Кто Лечит отправились.

В прошлый раз я не успел лилипутам один важный вопрос задать, а сейчас исправил данную ситуацию.

— Тот Кто Лечит не сектант? — сказал и пристально смотрю на своих проводников. Хотя, что я хочу увидеть? Хоть обмен веществ у нас и похож, но в их мимике я так и не разобрался. Она у лилипутов бедный словарный запас компенсирует и они постоянно свои рожицы корчат. Одно и то же скажут, а ужимки у них разные. Один другому они информацию не только словесно передают, но и невербально. Причем, второй компонент чуть ли не главнее первого. В нём все нюансы и содержатся. Впрочем, никакой связи между обменом веществ и мимикой нет, это я уж так приплёл.

— Нет.

Сказано это как всегда коротко.

— С сектантами дружит?

— Нет.

— Нас им не выдаст?

— Нет.

Не хотелось мне к сектантам попадать, поэтому и расспросил я лилипутов поподробнее о Том Кто Лечит.

По моим прикидкам идти нам до данной загадочной личности не меньше местных суток. Лилипутов двое суток не было, но им-то надо было туда-обратно обернуться. Скорость, что у них, что у меня примерно одинакова из-за особенностей местного растительного мира, так что на дорогу в один конец я положил сутки. Из этого расчета и взял продуктов питания — на день туда и день обратно.

Ещё и подарков с собой я приготовил. Над ними дольше всего голову ломал. Вкусов и пристрастий я Того Кто Лечит не знаю. Лилипуты в этом вопросе мне тоже ничем помочь не смогли.

— Не знаем, — так перевёл их ответы на эти вопросы мой коммуникатор.

Дорога получалась у нас какая-то извилистая. То в одну мы сторону двигались, а затем как-то резко чуть ли не обратно заворачивали.

— Почему повернули? — задавал я после каждого разворота своим спутникам резонный с моей точки зрения вопрос.

— Надо, — ответы малоросликов не отличались разнообразием.

Ну, надо так надо...

Когда это в четвертый раз случилось, я не утерпел. Орать на них начал. Что мол мы тут кренделя какие-то выписываем.

Они мне и объяснили.

— Сектанты.

Выяснилось, что так они идут, чтобы сектантам на глаза не попасться.

— Сразу бы объяснили.

Даже извинился я перед лилипутами. Надо сказать, что на этой планете стал я каким-то раздражительным, завожусь чуть не с пол оборота. Скорее всего что-то на меня здесь действует, а именно — на психику. Бывает такое, рассказывали мужики про подобные места. Вроде всё и нормально, а крышу сносит.

У любой дороги есть свой конец. Вот и мы до нужного места добрались.

— Вот. — один из моих спутников указал на вход в пещеру.

— Что, вот? — не совсем понял я.

— Тут Тот Кто Лечит.

В этот самый момент из пещеры вышел мужчина.

— Привет, Сергей.

У меня глаза на лоб и полезли...

Глава 22

Глава 22 Я — конченный идиот и дебил

— Привет, Сергей.

У меня глаза на лоб и полезли.

Нет, глаза — потом, а сначала уши как крылышки у бабочки затрепетали. Чего угодно, а такого я не ожидал.

— Не узнаешь?

Как тут узнать? У вышедшего из пещеры человека на лице что-то подобное маске имелось.

Мои лилипутики на месте затоптались, руками глаза закрыли. Зачем? Квакают ещё, но мой коммуникатор почему-то ничего не переводит.

— Маску-то сними.

Я ещё и пальцем на своё лицо указал, намекнул незнакомцу, что у него всё выше верхней губы прикрыто.

— А, это...

Маска покинула своё место пребывания.

Так, так, так... Где-то я его видел...

— Так и не узнал? — снявший маску усмехнулся.

— Погоди, погоди... Станислав?

— Станислав.

Вот тебе и Тот Кто Лечит! Станислав! Была у нас с ним одна совместная командировка. Ну, если так это можно назвать. Он, кстати, наш, с Земли. Причем, из параллели куда я через туман попал. ГВК у нас были разные, но получилось на одной из войн пересечься.

Я улыбнулся. Причем, не специально. Не для чего-то, а просто вспомнил один произошедший со Станиславом случай.

— Как тебя сюда занесло? Ваш корвет?

— Наш, а чей ещё... Пошли с открытого места.

Станислав кивнул на вход в пещеру.

— Вы тут оставайтесь, — это уже было лилипутам сказано. На руке Того Кто Лечит коммуникатор имелся, так что малорослики его поняли.

Знаю я Станислава шапочно. Совсем не близко. Он — специалист по техническому обслуживанию медицинского оборудования. Кстати, хороший. Мы и познакомились, когда он мне стационарный диагност в порядок приводил.

— Спросить можно, что у вас случилось? — уже в пещере задал я Станиславу вопрос.

Интересоваться не всем принято и разрешается, иногда от лишних вопросов проблемы могут возникнуть. Лишние печали.

— Знать бы ещё... — Тот Кто Лечит развёл руками. — Всё хорошо было. Задание выполнили, уже на базу возвращались, а тут и случилась какая-то зараза. Какая, это я, Сергей, не знаю. Как сам я из корвета выбрался, убей — не помню. Очнулся уже в лесу у малышей.

Ну, не первый раз такое. Иногда из-за болезни даже войны Черных и Белых останавливались. Пришлось мне как-то побывать на такой карантинной планете. Техника, оружие — всё в целости и сохранности, а бойцы с той и другой стороны — ни одного живого. Мы оборудование тогда с планеты и вывозили. Оно там не одно десятилетие простояло... Надо сказать, там с той и другой стороны не люди сражались, а какие-то другие прокси.

Сам я привит от чего только можно. Но, это — от всего известного. Мужики на корвете — тоже. Тут с этим очень строго. Постоянно нас прививают и прививают, перед каждой командировкой шкуру нам дырявят. По возвращении откуда-то мы все обязательно в обсервации сидим. Смотрят за нами, не притащили ли мы что-то вредоносное с театра военных действий. Когда где-то бываем, тоже иногда приходится защитные средства глотать и пить или колоться. Бережемся от местных микроорганизмов, тех, что, как я уже упоминал, не полезны. Однако, бывают и проколы...

Станислав говорил, а я всё отчетливее понимал, что быстро выбраться отсюда не получится.

Чем они на корвете болели?

Почему все умерли, а он выжил?

Я сам уже болен или сошла на нет зараза на корабле?

— Сергей, ты меня слушаешь? — вернул меня в реальность вопрос Станислава.

— Извини, про случившееся с вами задумался...

— Во, про это я и говорю. Я-то почему жив остался?

Вопросы у нас со Станиславам совпадали. Ну, это и вполне очевидно.

— Серег, ты бы с этим поразбирался.

Станислав на меня с надеждой смотрел. Ему тут тоже в роли Того Кто Лечит до конца жизни не очень нравилось оставаться. Пока нет ответа, что с ними случилось, отсюда выбираться нельзя. Притащишь ещё в нормальные места какую-то гадость.

— Сам, как себя чувствуешь? Не болеешь?

Кстати, Станислав ко мне близко не подходит, руку не протянул когда встретились. В носу у него фильтры. В первый момент я на это внимания не обратил, только сейчас это заметил.

Идиотина безмозглая!!!

Это я про себя. Меня-то что на этот корвет потащило?! Отрава, что теневики мне вкололи, так мне мозги затуманила?

Меня аж пот прошиб.

Иного объяснения моим действиям не было. Кстати, я и сейчас до конца в себя не пришел, психую на пустом месте, временами еле сдерживаюсь чтобы лилипутам не наподдавать... Это для меня не нормально.

Во влип!!!

— Вроде, Станислав, не болею, — только и смог я выдавить из себя.

— Ну, если бы заразился, это уже бы проявилось. Нас за несколько часов всех скрутило. Кого — раньше, кого — чуть позже.

Меня немного отпустило.

Понятно теперь, почему Станислав модуль блока управления у себя держит. Карантинит он корвет, иначе нельзя.

Я опять в свои мысли нырнул, а Станислав всё продолжал говорить.

Так, о чем это он?

— Сам я на корвет не стал возвращаться. Попросил только этих маленьких мне модуль из блока управления принести...

Ага, не сами по своей инициативе лилипуты модуль вытащили! Мне же про это не говорили. Впрочем, я их и не спрашивал в данном ключе. Сами они или не сами придумали рубку управления грабить.

— Посмотришь, Сергей, что с нами было? — уже в третий раз вернулся к одному и тому же вопросу Станислав.

— Конечно. Разбираться надо, а то мы с тобой тут до скончания века в самоизоляции сидеть будем.

Глава 23

Глава 23 Тот Кто Лечит

— Слушай, а почему — Тот Кто Лечит?

Интересно мне стало, по какой причине Станислава местные жители так называют. Меня никак не величают, не дали мне лилипуты собственного имени, а он за что своё заслужил? Ещё и по их меркам такое длинное. Если по нашим подходам судить, то Авиценна тут даже рядом не стоял. Это я про настоящее имя великого целителя — Абу Али Хусейн ибн Абдуллах ибн аль-Хасан ибн Али ибн Сина. Тот, понятно, лечил сильных мира сего и его методы спасали целые города от распространения смертельных инфекций, а Станислав что здесь такое сделал?

Нет, своё длинное имя Авиценна, конечно не медицинской деятельностью заслужил, оно у него с рождения было. Медицинского техника-то почему так называют?

Не думайте, что меня зависть гложет, просто интересно.

— Сам не знаю... — пожал плечами спрашиваемый. — Было дело, полечил одного.

Одного... Я тут двоих, можно сказать, от сектантов спас, а славного имени не получил.

— У меня с собой много чего было. — Станислав похлопал себя по карманам. Весь его комбинезон — сплошные карманы, да ещё и на поясе сумочки какие-то навешаны. Как говорят про таких — всё своё ношу с собой. — Инструменты, расходники. Я как раз нашу корабельную лечилку до ума доводил, а потом ничего не помню, тут у малышей уже в себя пришел. У них сначала и отлеживался. Один из малышей, что за мной ухаживал и приболел. Я его нашим стимулятором кольнул...

Точно — медтехник. Нашим стимулятором — инопланетника. Совсем мужик без соображения...

А, если бы не подошел лилипуту препарат? Ну, как говорится — дуракам везет. Если, конечно глубже подумать, стимуляторы, которыми мы пользуемся, тоже не самими нами разрабатывались. Это — заслуга Белых. Они не только для землян, а универсальные. Вот и прокатило у Станислава... Но, риск был, не без этого.

— Ну, ты даешь... Нашим препаратом и местного.

— А, что — нельзя?

— Само-собой.

Хуже нет, когда не профессионал за что-то берется. Повезло Станиславу, а умер бы лилипут?

— Так помогло же.

— Повезло тебе, Слава.

— Больше не буду. Давай, Серег, лучше думать, как узнать, что с нами случилось.

Легко сказать... Всё что угодно могло произойти.

И отсюда хочется убраться, и притащить какую-то неизвестную заразу в обитаемые миры нельзя.

— На себя нам специалистов вызывать надо. Я по разным там инопланетным инфекциям не большой мастер, — сразу же обозначил я свой потолок компетенций Станиславу. — Да и аппаратура нужна.

На сказанное мною Тот Кто Лечит прореагировал адекватно. Всё же не совсем он профан в медицине. Имеет к ней некоторое отношение, отдаленно представляет, как и что делается.

— Так-то так...

Договорить он не успел. В пещеру вбежал один из моих сопровождающих. Глаза у него как у мультяшнго персонажа буквально в пол лица были.

— Там, там...

— Что там? — вскочил на ноги Станислав.

— Эти...

— Кто, эти? — это уже я спросил у малорослика.

Тот что-то длинное проквакал.

— Сектанты, — с некоторой задержкой перевел сказанное лилипутом мой коммуникатор.

— Только этого не хватало! — Станислав даже в лице изменился.

Я про местных сектантов исчерпывающей информацией не располагал, но и то, что знал, симпатии к ним не вызывало.

— Всё потом. Уходим. — медтехник метнулся к выходу из пещеры.

— Стой! Модуль с собой забрать надо! — остановил я его.

— Пошли, пошли! Он у меня не здесь!

Разумно, однако.

Я бросился вслед за Станиславом и лилипутиком. Малорослик, откуда что и бралось, моментально в желтой майке лидера оказался. Попробуй сейчас его догони. Мне почему-то курица на ум пришла. Вроде и не велика, а поймай её...

Пуля быстрее малыша оказалась. Встретила его и он кубарем по земле покатился.

Я схватил медтехника за руку и буквально забросил его обратно в пещеру. Сам тоже не стал ростовую мишень изображать и вслед за ним нырнул.

Мать...

Больно как...

Правый локоть словно током ударило.

Нет, в него не попали, сам я им о камень ударился.

Ну, я и с левой могу. Первый из сектантов, что из леса перед входом в пещеру появился сразу же в голове новую дырку заимел. Такой у него при рождении не было.

Секунда, и рядом с ним упал второй.

Со стороны деревьев несколько раз выстрелили, но больше никто подходить к пещере не торопился.

Я не отвечал. Мне беречь заряд у штурмовой винтовки надо. Он же не безграничный. Пару раз выстрелил и индикатор опять немного менее ярким стал. Дорогой мы немного с лилипутиками стрельбой по чему попало побаловались, не так теперь много раз ещё получится выстрелить, а потом кассету придется менять. У меня их с собой всего три, а неизвестно как ещё дело может повернуться.

Глава 24

Глава 24 Нас зажали

— Жив?

Не отрывая глаз от леса я поинтересовался состоянием здоровья медтехника. Киданул-то я его без жалости. Некогда мне раздумывать было — инстинкт сработал.

— Полегче как-то нельзя было? — обиженно донеслось из-за моей спины.

— Ну, уж — прости. Как получилось...

Тут сектанты наш разговор прервали — опять полезли дуриком. К первым двум, что уже на травке лежали, ещё парочка прибавилась. Легли на просушку. Это я опять Коромыслова процитировал.

Один — четыре. Счёт в нашу пользу. Это, если лилипута за полноценную боевую единицу считать.

— Оружие есть? — я посмотрел на индикатор штурмовой винтовки. Он ещё светлее стал.

— Откуда, — отозвался медтехник.

Сектанты из леса больше не лезли. Затихли что-то, вложил я им немного разума в дурные головы.

— Ещё выход из пещеры есть? — поинтересовался я у Станислава.

— Не знаю.

Ответ прозвучал как-то неуверенно.

— Плохо, — дал я оценку сложившейся ситуации.

— Я далеко не ходил. Куда-то вглубь она идет, но куда? — специалист по медицинскому оборудованию подполз и лёг рядышком со мной.

— Не высовывайся. — я подбил его руку. Этот умник посмотреть решил, что снаружи делается.

— Ты, это... чуть не сломал ведь...

Интересно, что он имел в виду? Руку, нос, который в камни тюкнулся?

— Не высовывайся, — повторил я. — Как лилипут хочешь?

Лилипута мне было жалко. Ни за что его пристрелили. Кстати, а второй где? Их же у пещеры двое оставалось?

Я достал из подсумка новую кассету для винтовки. Первая уже совсем на ладан дышит, так я быстрее перезаряжусь ежели чего.

— Точно второго выхода нет? — я шарил взглядом по кромке леса. Что-то не видно и не слышно сектантов. Замышляют что-то?

— Не ходил я вглубь далеко. Боязно, — объяснил мне своё неведение Станислав. — Там всё вниз куда-то ведёт, звуки ещё какие-то...

Звуки у него... Может уже сектанты нам давным-давно с тыла заходят?

— Слушай, я пока тут их держу, сходил бы, посмотрел. Может и как-то по- другому отсюда выбраться можно?

Станислав сейчас мне всё равно не помощник. Не камнями же ему в сектантов кидаться?

— Возьми.

Я не глядя на медтехника протянул в его сторону свой нож. Авось не потеряет. Он у меня дороже их корвета стоит.

Моё предложение энтузиазма у Станислава не вызвало. Нож, однако, он взял.

— Фонарь возьми, — напомнил я своему товарищу по несчастью. Видел я у него в пещере прекрасный налобник. Таким где угодно осветиться можно.

Ещё почти час я скучал, а дальше и понеслось. Три атаки, пятеро убитых и почти дохлая моя вторая кассета.

Ещё и Станислав как с концами пропал. Съели его какие-то алчные звери? Змейки закусали?

Мне было совсем не смешно. Продолжительность остатка моей молодой жизни была сейчас равна двум кассетам для штурмовой винтовки. Ну, ещё и плюс времени, пока меня перед смертью мучить будут. Такого счастья мне не надо — сам застрелюсь. Пожертвую на это дело один заряд.

За моей спиной где-то в отдалении затопало. Сначала глухо, а потом всё явственней. Ага, вот и хриплое дыхание Славы стало слышно.

— Ну? — уподобился я по длине вопроса лилипутам.

— Дверь... — продышавшись прохрипел медтехник. Бежал он, торопился, вот и так дышит теперь.

— Какая ещё дверь?

После такого ответа я даже глаза от леса на мгновение отвёл и на посланного мною в недра земли взглянул.

Вторая японская мультяшка... Глаза у медтехника не меньше чем у убитого малорослика сейчас были.

— Металлическая, — был дан мне исчерпывающий ответ. — Закрытая.

Мля...

Ну, за что мне такое...

— Открыть не пробовал?

— Пробовал.

— Ну и?

— Немного приоткрыл, но пролезть можно.

Держите меня семеро!

В этот момент моя неуравновешенная психика, что в порядок не пришла после препарата теневиков, просто взбурлила. Не надавал я по рогам медтехнику только потому, что руки у меня винтовкой заняты были.

— Ты... Ты... С этого и начинать надо было!

На моё состояние специалист по медицинскому оборудования внимания не обратил или просто не заметил, что был он всего на волосок от смерти.

Глава 25

Глава 25 Не туда...

Что в первую очередь на ум приходит, когда вам про дверь в пещере говорят?

Правильно, пещера Али-Бабы.

Сокровища.

Золото.

А ещё и разбойники.

У золота хозяева имеются. Может и не находятся в сей момент они рядом со своим золотом, но в любой момент могут появится. Выпрыгнуть как чертик из табакерки.

После сообщения про дверь я велел Станиславу собрать всё ему нужное, но — без фанатизма. Так, чтобы груз его не обременял. Ну, а кроме этого — взять поесть и попить. Особенно — про воду не забывать.

Сам же я вход в пещеру держал.

— Готов. Всё собрал.

Вот и хорошо. Спасибо этому дому, пойдем к другому...

Сектанты пока больше активных действий не предпринимали, а мы, пожалуй, пойдем. Ничего хорошего мы тут не высидим.

— Пошли тогда...

Я изобразил из себя рака. Отполз подальше в темноту, в сторону откатился, а только потом уже на ноги поднялся. Берегся, не хотел пулю словить.

— Давай, показывай дорогу.

Говорил я тихо, почти шептал. Сами понимаете — пещера.

Запасливый медтехник сунул мне в руку малый армейский осветитель, а в просторечии — фонарик.

— Спасибо, — не мог я его не поблагодарить. Эта вещица сейчас очень даже годная, без её ноги можно в два счёта переломать.

— Не за что. Пошли скорее.

Тут я со Станиславом согласен. Надо нам убираться, даже не скорее, а бегом. Пока сектанты не прочухали, что мы ноги делаем.

Так, так, так... А проход-то вглубь пещеры не водичка промыла... Рукотворное это что-то. Ну, если имелись руки у тех, кто его создал.

Система освещения нашей подземной дороги, или была не предусмотрена, или закончилось время её функционирования, так что фонарик мне был не лишним. Под ногами то и дело выбоины какие-то попадались. Время — самый надежный разрушитель, против него любое строение бессильно.

— Где твоя дверь?

Хватились уже нас сектанты, тут и гадать не надо, скорее надо от них в щелку юркнуть...

— Скоро уже, — на ходу, не оборачиваясь, ответил мне медтехник. Про сектантов от тоже всё хорошо понимал и торопился отсюда убраться.

Скоро — это хорошо. А вот прямо бы сейчас — ещё лучше.

Ещё через пять минут дверь меня своим появлением не обрадовала.

— Мы, точно, правильно идём? Туда, куда нужно? — меня обеспокоило то, что медтехник что-то начал нервно туда-сюда головой вертеть, как будто что-то выискивать.

— Не знаю...

Не понял?!

— Что? — я даже остановился. — Как, не знаешь?

— Как, как. Давно уже дверь должна быть, а её что-то нет.

Голос Станислава звучал виновато и растерянно.

— Куда-то свернуть надо было? — задал я глупый вопрос — никаких отворотов на нашем пути не было.

— Нет, всё прямо и прямо...

Медтехник тоже остановился.

— Что делать будем? Обратно возвращаться? — ослепил он меня своим налобником.

— В глаза не свети! — на меня опять злость начала накатывать. — Куда возвращаться? К сектантам?

К сектантам Станиславу не хотелось. Мне — тоже.

— Вроде, один только ход из пещеры был... — начал оправдываться Станислав.

Вроде, вроде... Получается, второпях мы не туда, куда надо пошли. Ещё ход из зала пещеры имелся. В него мы и забежали.

Ну, медтехник... Сколько тут прожил, а завел неизвестно куда...

Еле-еле я давил в себе бурлящую злость. Да когда же это кончится! Никак из меня до конца не может выйти эта гадость теневиков...

— Тише. — вдруг поднял руку Станислав.

Что? Сектанты идут?

— Что?

— Слышишь, как будто где-то вода течет.

Я прислушался. Вроде, что-то похожее, но только очень тихо.

— Слышу, но — еле-еле. — кивнул я медтехнику.

— Пошли туда. — махнул он рукой дальше по проходу.

— Пошли, не обратно же...

Звук текущей воды приближался. Ну, хоть что-то. Как моя бабушка говорила — вода дырочку найдет. Вот мы через эту дырочку и попытаемся отсюда выбраться. Больше у нас никаких вариантов нет.

Через примерно сотню шагов свет моего фонарика скользнул по воде.

— Смотри! — тыкал пальцем вперёд мой непутевый напарник. — Что это?

Глава 26

Глава 26 Что это?

— Что это?

О чем он опять? Что имеет в виду?

Вода, по поверхности которой сейчас скользил луч моего осветителя, не была подземной рекой. Скорее всего, это какой-то искусственно созданный глубинный канал. Вон какие берега ровненькие, как бы аккуратный бордюрчик по обе стороны от текущей воды сделан. Желоб, по которому вода течет — так правильнее всего назвать то, что я и мой напарник сейчас видели.

Куда он пальцем тычет, а сам меня своим налобником слепит?

— В глаза не свети, говорил же уже тебе... — я прикрылся ладонью от света фонаря Станислава. Раздражает меня его тупость.

— Извини.

Медтехник перестал слепить меня, но моим глазам теперь немного пообвыкнуться надо. Тем более, что они у меня на ночное зрение сейчас настроены, а по ним пучком света из налобника без всякой жалости вдарили. Ночное зрение — одна из немногих опций, которая у меня на время онейской компании сохранена. Видно, у прокси Черных что-то подобное имеется, вот и не тронули эту возможность моих органов зрения.

Ну, не придурок ли мой напарник?

Ага, теперь я понял, про что он.

На воде кабинка какая-то. Стоит, не колыхнётся. Похожа на те, что на колесе обозрения бывают.

Вот такое сравнение увиденного мне в голову пришло. Почему? А, кто его знает. Может — от противоположного? Колеса обозрения ввысь возносятся, а мы сейчас под землей ползаем...

— Пошли, посмотрим, что за штуковина, — предложил я медтехнику, а сам всё на кабинку своим фонариком свечу, рассмотреть её получше пытаюсь. Стенки у неё прозрачные, внутри что-то подобное скамеечке и столику.

— Пошли. — Станислав опять ко мне голову повернул и ослепил меня.

— Да сними ты свой налобник! Держи его в руках!

Опять ослепил он меня! Что ты будешь делать!

Я подошел к кабинке. Её нижняя часть немного была погружена в воду и примерно на её уровне к стенке канала крепилась кронштейнами или чем-то подобным.

Так, как тут в неё попадают?

Ничего похожего на дверь кабинка не имела, стенка её была без намека на то, как в неё попадают. А, если впереди посмотреть?

Есть!

Панелька для идентификатора!

Что это значит? Тут и гадать не надо — технологии Белых.

Вместе с тем, от находки... веяло древностью. Не первый раз у меня уже такое. Не знаю почему, но показалось мне сейчас, что не одну сотню лет, а может даже и тысяч, она здесь находится. Нет, на вид изделие было как новенькое, даже пыли и грязи на нем не имелось, но хоть режь ты меня — давно оно здесь.

Антиквары нечто подобное называют «насмотренностью». Ещё дома, на третьем году работы после ординатуры был у меня такой пациент. Я его по экстренности оперировал, а потом он в моей палате в послеоперационном периоде и находился. Интересный был дедок, частенько мы с ним беседовали на отвлеченные от медицины темы. У него быстрее время шло, поговорить ему казалось в радость, а мне — тем более. Когда ещё с таким человеком пообщаешься. Антиквар, это тебе почти как космонавт... Птица — редкая.

Так вот, как-то просветил меня Марк Самуилович насчёт этой самой «насмотренности». Когда де год за годом через твои руки старинные вещи проходят, постепенно начинаешь подсознательно различать — настоящая это вещь или новодел, подделка, пусть и десяток-другой лет назад, а то и ещё раньше изготовленная. Вроде, всё как надо — размер, материал, отличительные признаки, а что-то подсказывает тебе, что это — не то, что надо. Появляется такое чувство не сразу, много антиквариата пропустить через себя требуется. Так и у меня, примерно через пять-шесть лет пользования оружием и прочим, что Белые нам давали, на чем приходилось передвигаться на планетах и между ними, где-то в голове у меня непонятно от чего, стал звоночек позванивать — это древность несусветная, а это — нет. Почему и зачем — хрен его знает, вот такой вывих сознания...

— Что делать будем? — из медтехника вопрос за вопросом так и сыпались. Раздражало это меня сильно.

— Погоди, дай разобраться. — я отодвинул Станислава рукой от кабинки. Он в неё уже чуть ли не пальцем стал за каким-то лешим тыкать. Нельзя просто так трогать подобные вещи. Очень плохо это часто заканчивается.

Панелька для идентификатора, это — уже что-то.

Но! При ближайшем моем рассмотрении она показалась мне... какой-то не такой как надо.

Вроде, сколько уж раз я свой браслет к подобным прикладывал, когда мне куда-то, хоть в свою же каюту, попасть требовалось. Казалось бы, стало это давно привычным как та же ложка, а вот...

А, может, это всё опять препарат теневиков мне мозги путает? Никак я от него до конца отойти не могу? Раздражительность и неуравновешенность же у меня так и не прошли, не исчезли до сих пор?

Да... Голова — дело темное... Если ещё и в ней черти своими хвостами мозги перемешали.

— Попробуем внутрь попасть. Там что-то похожее на панель управления имеется. Может эта штука и передвигаться по воде или как ещё может, — поделился я своими наблюдениями и предположениями со специалистом по медицинской технике. — Других вариантов убраться отсюда я пока не вижу.

Станислав на мои слова согласно замотал головой. Ему тоже здесь находиться весьма не нравилось. Он всё чаще с опаской поглядывал на проход, по которому мы сюда попали. Там вроде какое-то нехорошее шевеление намечается. Или, это мне так только кажется?

Глава 27

Глава 27 Куда-то в кабинке

Нет, точно — кто-то нас уже догоняет.

Кто, кто, сектанты... Кто же ещё.

Вон теперь и отсветы какие-то вдали в проходе показались.

Я приложил свой идентификатор к панели на кабине.

Вдохнул ещё в этот момент и даже задержал дыхание.

Ну! Давай, открывайся!

Ничего не происходило секунду, вторую, третью... Затем в стене кабины появилось овальное отверстие. Только что ровненькая стенка была, а тут оно враз появилось.

Уффф... Сработало.

Медтехник чуть меня с ног не сшиб, первым в кабинку прыгнул. Мне ничего не оставалось, как только за ним внутрь шагнуть.

— Закрывай! — Станислав меня за рукав дернул.

Нет, точно я ему сейчас звездану. Достал он меня уже своей простотой...

Знать бы ещё, как обратно эту дырочку закрыть, через которую мы внутрь попали. Кстати, у Белых овальных дверей я раньше не замечал, они всё прямоугольные или квадратные были, а тут — овальные.

Где тут ещё панелька? Внутри, чтобы закрыться?

А, вот она.

Я опять приложил на нужное место свой браслет. Теперь уже ждать совсем не пришлось — не успел я идентификатор от панели убрать, как отверстие в стенке кабинки исчезло. Во — разработался механизм. Первый раз раздумывал — пустить ли нас, а сейчас моментально дверь закрыл.

— Поехали скорей! — чуть не в ухо проорал мне медтехник.

Кстати, было из-за чего. Из прохода в пещеру уже сектанты появились, тыкали в нашем направлении руками, один даже прицелился, но кто-то, видно старший среди них, у него ствол вверх подбил.

Так, что здесь тут у них и как? Вообще, со всем, что нам Белые давали, можно было довольно просто разобраться. Как для полных идиотов и оружие, и прочее было разработано.

То, что я через стенку как столик рассмотрел, им не было. Скорее, тоже панель, но уже с какой-то схемой. Похожая на стене в каждом вагоне метро имеется. Тут некоторые линии как бы зелененьким подсвечивались, а какие-то только сереньким были прочерчены и не горели. На одной подсвеченной зелененькой линии ещё и точечка сейчас мигает. Дураку понятно — это мы тут находимся.

Дальше что? Знаю я сейчас своё место нахождения на схеме, а зачем мне это? Мне надо как-то отсюда побыстрее убраться.

На линиях, как подсвеченных, так и не горящих ещё и какие-то значки имелись. Что они обозначают одному Богу известно. Я один и нажал — хуже всё равно не будет.

Значок мигнул и кабинка плавно двинулась.

Во как! Удалось мне разобраться с этой техникой!

Обретенное нами транспортное средство совсем немного проплыло по желобу с водой в самой пещере, а затем по нему же нырнуло в какой-то тоннель.

На освещении тут точно экономили — темень вокруг стояла кромешная, только схемка на столике и зеленела. Ну, не вся, а примерно четвертая её часть.

— Куда мы поехали? — подал голос Станислав.

Куда, куда? А, я знаю?

— Отсюда подальше, — не обманул я медтехника. Значок, на который я нажал, был на другой половине столика со схемой и самый дальний от первоначально мигающей зеленой точки, которую я определил, как место, где мы находились.

— Что, темно-то так?

Опять он недоволен! Сейчас ещё жаловаться начнет, что дорогой не кормят и напитки не предлагают...

— Не знаю.

Еле я и сдержался от более грубого выражения.

Но — сдержался. Отлично! Возвращается уже у меня контроль над эмоциями и это радовало.

— Куда-то и приедем, не здесь же нам, Станислав, оставаться. Подвинься, я рядом сяду.

Кстати, в кабинке совсем не лавочка имелась, а какая-то непонятная жердочка треугольного сечения на двух ножках. Сидеть на ней было совершенно не удобно. Ну, не на людей она, скорее всего, была и рассчитана. Кстати, на схему в нужное место мне тоже нажимать было трудно. Кто ею пользовался, имел более тонкие, чем у человека, назовём это условно — пальчики.

Через четверть часа из тоннеля мы въехали в довольно большой зал. Лоток с водой, по которому мы двигались, был примерно равноудален от его пола и потолка. Ну, так мне показалось. Здесь уже было довольно светло. Свет шел от каких-то довольно больших шаров, лежащих на полу зала. Между собой они соединялись прозрачными трубами, заполненными почти полностью чем-то кроваво-красным. В самих шарах это красное ещё и бурлило.

— Что это?

Медтехник опять озадачил меня вопросом, на который я не мог ответить.

Всё ему интересно, ну, как пятилетний малыш просто...

Раздражения, как прошлые, этот вопрос у меня не вызвал. Судя по всему, победил мой организм отраву теневиков.

Глава 28

Глава 28 Что это было?

И чего это было?

И как?

Наша кабинка стояла на небольшой поляне. Её желоб с водой пересекал и куда-то в лес уходил.

Кругом — тишь да гладь и божья благодать. Только в травке что-то потрескивало. Надеюсь, что какие-то местные сверчки, а не счётчик Гейгера-Мюллера.

Рядышком со мной — Станислав. Спит. Ещё и носом немного посапывает. К стене кабинки беспечно привалился.

Как мы тут оказались?

Последнее, что я помнил — зал с шарами. Ну, шары и шары. Значит — так надо.

Давно я уже ничему здесь не удивлялся и сам себе, а также рядом находящимся, лишних вопросов не задавал. Что-то непонятное, так это — мне. Кому надо — знает, что это и для чего. Порой такое встречалось, что на человеческий взгляд — словами описать трудно, а уж понять предназначение — лучше уж голову не ломать. Всё равно не додумаешься до истины и в неведении останешься.

Всё это от недостатка информации. Тебе её сообщать чаще всего никто и не собирался, поручено тебе что-то, вот делай своё дело и лишнего не петюкай. Это не только каких-то вещей, объектов, явлений, но и заданий, что мы от Белых получали касалось.

Как-то в одной из командировок, мы всю её в местных кустах просидели. Прокси Черных даже в глаза не видели. Ели и спали, по паре килограмм веса прибавили.

— И зачем мы тут, что высиживаем? — тогда спросил я у Коромыслова. — Скоро уже мхом покроемся.

— Значит, так надо, — многозначительно выдал Мишка.

— Дурь какая-то... — оценил я действия нашего высшего руководства в данной военной компании.

— Наверху виднее. Даже старший наш не знает, сказано только ему, что надо нам здесь сидеть.

Мишка всегда и во всем в курсе, а вот и он не мог мне тогда ответить.

— Может есть у них сведения, что с данного направления прокси Черных могут ударить или ещё что-то. Может мы тут как засада, резерв... — перечислил Коромыслов несколько вариантов развития событий. — Не знаем мы, что командование задумало. Нам это знать не положено, приказано тебе — сиди. Не глупей нас там они наверху, не дураки, просто нам их действия непонятны из-за отсутствия информации.

Сказанное тогда Коромысловым я хорошо запомнил и с этого времени не судил о том, что было мне не известно.

Находились в подземном зале шары, ну и ладно.

Что-то вырубило меня и медтехника — хорошо совсем не убило. Вывод — не для наших глаз там что-то имелось. Это нам ещё несказанно повезло, что как муравьишек нас походя не раздавили. Ишь, решили неспросясь в непонятной кабинке прокатиться. Понесло неизвестно куда таких храбрых...

— Где мы?

Во, Тот Кто Лечит проснуться изволил!

— С добрым утром! А, я знаю? — повернул я голову к медтехнику. — Прибыли куда заказывали. Явились не запылились.

На схеме, что была на панели в кабине расположена, помигивал сейчас значок, который я в начале нашего пути нажал.

— Куда заказывали? — тупил по полной программе Станислав.

— Слава, откуда я знаю. Ткнул я в схему наобум... — признался я своему попутчику по путешествию в кабинке. — Вот куда-то и прибыли. Вполне, вроде, приличное место. Сейчас надо к вашему кораблю выбираться. Модуль для управления корветом у тебя с собой? Не забыл его в пещере?

Специалист по обслуживанию и ремонту медицинской техники похлопал по большущему карману на правом беде.

— Тут он. Никуда не делся. В целости и сохранности.

В целости и сохранности... Это уже — почти пол дела. Сейчас ещё надо до самого корвета добраться. Затем — с планеты взлететь. Однако, всё это только цветочки. Главное — в обитаемые миры неизвестную заразу не притащить. Впрочем, будем решать проблемы по мере их возникновения.

— Тогда — к корвету идём, — озвучил я нашу первую задачу.

— Как? — начал оглядываться по сторонам медтехник, словно искал соответствующий указатель.

— Лилипутиков искать будем. Они и доведут куда нам надо.

— Точно! — у Станислава даже глаза блеснули. — Они и помогут.

Я приложил свой идентификатор к панели и скоро мы уже шагали по поляне к лесу.

— Одна, две, три... — считал я вслух лишенных жизни змеек. Нечего им небо коптить, нет от них никакой пользы. Лилипуты мне это доходчиво объяснили.

Глава 29

Глава 29 Рисунок на правой лопатке

— Что-то никого не видно...

О ком это Станислав? А, о лилипутах.

— Ну, так они под каждым кустом не сидят.

Ишь, всё ему надо быстро и сразу! Три шага сделал и малоросликов встретил... Быстро только кошки родятся.

Впрочем, шли мы уже почти целый местный день, а признаков присутствия автохтонов не наблюдалось.

Автохтоны — это коренные обитатели данной местности. Сектанты сюда прибыли, а низенькие человечки здесь испокон веков жили. Вот они и автохтонами являются.

Что-то у меня спина в области правой лопатки чешется. Когда из кабинки вышли — всё нормально было. Никаких неприятных ощущений не наблюдалось, а сейчас всё чешется и чешется под комбинезоном чуть ниже правого надплечья. Медтехник тоже что-то время от времени плечами поводит и свою спину потрогать пытается. Такие же у него там новости?

Какие-то местные паразиты к нам под одежду забрались, присосались и сейчас нашей кровушкой питаются? Причем, что у меня, что у Станислава в одном и том же месте они себе пристанище нашли?

Так-то не больно. Почешешь — даже приятно. Недаром же Мишка Коромыслов говорит, что чесотка — это самая приятная болезнь. Почешешь — и снова хочется...

Что с ним, интересно? Всё ли у него хорошо?

Я опять поскрябал по спине через комбинезон. Как на привал остановимся, надо посмотреть, что там такое. Может, кто там уже целую дыру до костей проел?

— Что, тоже чешется? — заметил мои телодвижения напарник.

— Чешется.

— Вот и у меня. Никак не проходит...

— Давай смотреть, что там.

Станислав не был против, сразу же остановился и начал разоблачаться.

— Сначала ты у меня посмотри, а потом я у тебя гляну.

Во, себя на первое место в очереди медтехник поставил! Я де, могу и ещё подождать-потерпеть, а его надо сначала осмотреть.

— Ладно, — не стал спорить я. — Поворачивайся. Поглядим, что там у тебя такое.

Стас повернулся.

Опаньки!!!

На коже спины, там, где чесалось, всеми цветами радуги переливалась татуировка. Ну, не татуировка, а как бы рисунок. В кожу были впечатаны разноцветные тонюсенные нити. Они пересекались, обвивали друг друга, замысловато закручивались... Что было изображено? Хрен знает. Какая-то абстракция.

Что это?

— У тебя на правой лопатке никаких рисунков не было?

После моего вопроса Слава попытался так свою голову загнуть, чтобы ему названную область кожи стало видно. Получилось у него? Три раза ха-ха. Не имеет подобной возможности человеческий организм. Это как локоть — близок, а не укусишь. Ну, это если у тебя вставной челюсти нет.

— Не, ничего не было.

— Сейчас что-то есть.

— Что?

— Ну, объяснить трудно. Какая-то перепутаница из линий разного цвета. Размером с мою ладонь.

Я ему ещё и свою раскрытую ладонь показал для наглядности.

— Во дела! Поворачивайся!

Я к этому времени тоже уже был с голым торсом.

— Смотри, что там у меня.

На мою спину медтехник любовался секунд пять.

— Тоже какие-то линии... Ещё и шрам.

Ну, шрам у меня в области правой лопатки уже лет шесть. Так-то их обычно убирают, дело это не хитрое, но я подобным не заморачиваюсь. Сегодня один уберёшь, а завтра три новых появится. Потом уже соберусь и всю кожу за один раз в порядок приведу. Шрамы мне не мешают, только украшают...

— Шрам у меня уже там был. Линий не было, — проинформировал я Станислава.

Это, что же, господа-товарищи, делается? Пока мы в отключке были, нас кто-то разрисовал? Похоже, даже не разрисовал, а нам что-то в кожу внедрил. Заклеймил, так сказать.

— Поворачивайся, — скомандовал я специалисту по медицинской технике. Сейчас я ещё раз своим врачебным глазом гляну, что там делается.

Стас подчинился. Вид у него был какой-то растерянный. Лицо такое, как будто он глубоко в свои мысли нырнул. Причем, сразу и внезапно. Поворачивался он автоматически, совсем не думая об этом.

— Так, сейчас потрогаю я твой рисунок. Скажешь, что чувствуешь.

— Хорошо, хорошо, — прозвучало это совершенно отстраненно, так, как будто медтехнику в этот момент всё равно было — поворачиваться или на одной ножке прыгать, на вопросы отвечать или самому их задавать.

Я осторожно, кончиком пальца коснулся линий на коже Станислава.

— Не больно?

— Нет.

Мне показалось, что линии эти металлические, как бы — тоненькие проволочки, но очень гибкие. Почему уж так — не знаю. Показалось и всё.

— А, так?

Я нажал посильнее, потом в щепотку часть рисунка взял.

— Нормально, — сказано это было опять же безразлично, словно не о самом Славе речь шла.

Я перевёл свой правый глаз в режим операционного микроскопа. Картинка прыгнула и заняла всё поле его зрения.

Так, а ещё если увеличить?

Ещё?

Линии рисунка превратились в трубочки.

Мама родная!!!

Глава 30

Глава 30 Кто ты, Станислав?

Трубочки. По ним что-то текло. Ещё и с неизвестными мне форменными элементами.

С чем сравнить? Кроме капилляров мне ничего в голову не пришло.

Господи, твоя сила! Эта печать, что, кроме всего прочего — живая?!

А, как она и прорастать в мой организм начнёт? Во что я со временем превращусь?

Меня даже всего передернуло.

Тут и Станислав ко мне лицом обернулся.

— Ну, чего ещё насмотрел?

Какой-то не такой он стал. Ну, совсем он другим буквально пять минут назад был.

Я рассказал медтехнику об увиденном.

— Точно... Теперь всё сходится...

Уже не мне, а как бы говоря сам с собой произнёс он.

— Так, Сергей, пошли к корвету.

Ничего себе заявочки! Всё интереснее и интереснее!

— К корвету? А, ты, знаешь куда?

— Знаю, — сказано это было как о чем-то само собой разумеющемся.

Что же он мне мозги мутил? Прикидывался, что не знает куда идти? Согласился на моё предложение, что лилипутиков найти надо, а они уже нас и до нужного места доведут...

Появление печати в области правой лопатки из медтехника совершенно другого человека сделали. Не только речь его изменилась, рядом со мной теперь совсем иной мужик стоял. Чем-то таким опасным от него веяло, холодком морозило.

Вот ты какой, северный олень...

Я комментировать сказанное Станиславом не стал. Лучше сейчас помалкивать и себе лишнего на хребет не наскребешь. Ох и не простым, Тот Кто Лечит оказался, никакой он не медтехник... Ну, эта сфера деятельности у него только как прикрытие, а на самом деле он гораздо более серьезный товарищ. Из какой конторы? Тут варианты имеются. Правильно говорят, не всё тем является, как кажется...

— Возьми.

На ладони Станислава лежала пилюлька.

Я опять ничего его спрашивать не стал. Не будет он меня травить, если бы потребовалось — просто свернул бы голову и все дела. Сейчас я по моторике его тела видел, что напротив меня по подготовке минимум как штурмовик десятого уровня стоял. Не так часто их мне видеть приходилось, но запомнил я эту картинку хорошо.

От имеющегося у меня на спине и моего рассказа, он на какое-то время полный контроль над собой потерял и проявился. Другой бы и не увидел этого, но у меня хоть и медицинская подготовка, но всё же специфическая. Плюс соответствующий уровень. Замечаю я определенные нюансики.

Однако, вылезло наружу его истинное лицо не на долго, давил он сейчас внешние проявления своего уровня и на глазах почти в прежнего Станислава превращался. Не совсем такого, как раньше, но хоть не в монстра-терминатора.

— Бежать быстро и долго придется, так что — глотай. Жевать не надо.

Я проглотил. Других вариантов у меня не имелось.

На бегу и разыгралась моя фантазия. Иначе и не скажешь. Кстати, пилюлька, кроме всего прочего и мозги здорово мне активизировала. Думалось мне легко, мысли сами в логические цепочки выстраивались.

Случайно наш корвет здесь?

Не смешите меня. Конечно — нет.

Заболели они просто так?

Едва ли. Кто-то помешать их прибытию на планету хотел. Хотел, да не получилось. Ну, в отношении всех — получилось. Кроме Станислава. У таких как он иммунная и прочая защита — мама не горюй.

Просто так он в пещере оказался?

Верится в это с трудом.

Я как ко всему этому причастным стал?

Вот тут — случайность. Большое моё умение во что-то вляпаться свою роль сыграло. Опять я не где надо и не в то время оказался... Однако, без меня Станислав появившееся у него на спине не рассмотрел бы.

Кто нам область правых лопаток, скажем так — разрисовал?

Кто-то к Белым относящийся. Это я исходя из сработавшего своего идентификатора вывел. Их техника меня и Славу от сектантов спасла. Какая-то древняя, но их.

Тут уж совсем понесло меня. Напридумывал я всякого. Вплоть до того, что выполняем мы со Станиславом сейчас миссию по спасению мира.

А, чего, не просто же так я из своего измерения Земли сюда попал. Должна же быть для этого какая-то веская причина...

— Стой! — окрик Станислава вернул меня с небес на землю. Превратил в бегуна по лесу из спасителя галактики.

— Возьми.

Ещё одна пилюлька для меня лежала сейчас на ладони маскирующегося под медтехника.

— Поесть бы чего...

Мне сейчас это зверски хотелось.

— Глотай, сейчас дам. — рука Станислава нырнула в один из карманов его комбинезона.

— На.

Ух ты...

Про такое я только слышал. Хорошо он экипирован. Не болтиками и гаечками. Этот брикетик размером с наш спичечный коробок такое в себе содержит... Неделю есть не надо.

— Половину только сейчас, остальное на вечер оставь. Сразу весь — много будет.

Глава 31

Глава 31 Через лес

Стоп. Стоп. Стоп.

Я почему жив до сих пор?

Все кроме Станислава на корвете умерли, а я жив?

Я ведь на корабле был? Был. Лилипутики были? Были. А они и я в сей момент живее всех живых.

Меня даже в пот бросило.

С бега я перешел на шаг, а затем и совсем остановился.

— Ты чего?

Станислав тоже встал.

— Да вот, думаю, почему живой ещё.

— А, ты об этом. — Станислав улыбнулся. — Система автоматической стерилизации корвета хорошо поработала. Вот и жив.

Вот как... Я про такую и не слышал. Ну, понятно — я же не специалист по подобным делам. Имеется, оказывается, на кораблях такая. Правильно, это же вроде, как и элементарно. Что-то из иных миров домой притащить — проще простого. Вот и предусмотрена такая защита.

— Что же ты мне об этом не сказал?

— Что, не сказал? — дышал мой напарник ровно, свеженький был и бодренький, словно и не бежали мы с ним в течение последнего часа.

— Ну, про систему эту. Что она корвет почистила.

— Сам бы мог догадаться.

Догадаться... С чего бы я догадался. Я же буквально до вчерашнего дня про болезнь на корабле ни сном и ни духом. Уже в пещере от него только о ней и узнал.

Тогда сразу почему не сообразил? А, соображения не было из-за отравы теневиков. Эмоции в то время во мне так и бурлили, а повышенная эмоциональность интеллектуальные способности сильно снижает. Не соображает как обычно человек, когда в таком состоянии находится, глупеет просто до невозможности. Кроме этого не понимает, что у него мозги отшибло.

Ещё и про систему стерилизации только-только сейчас услышал...

— Не догадался, — сердито прозвучало с моей стороны. — Глуп, туп, неразвит...

— Ну, сейчас знаешь.

Опять он нукает... Вот ведь, какая у человека привычка...

— Знаю.

— Вот и хорошо. Побежали дальше.

Ждать меня Станислав не стал, рванул сразу с места. Куда там каким-то нашим олимпийцам...

Бежали мы после этого ещё почти два часа, а тут вдруг Слава сам без предупреждения остановился и мне знак подал — стоп, дальше ни шагу. Замри и не дыши.

— Что? — еле-еле слышно прошептал я.

Если раньше, находясь в роли медтехника, он мне всё вопросы задавал, то сейчас я ему прошлому уподоблялся.

— Кто-то есть впереди.

— Кто?

— Сейчас схожу узнаю. Ты тут пока будь, — последовал мне приказ.

Я в ответ согласно кивнул.

Слава шагнул вперёд и буквально растворился между деревьями. Только что был и нет его. Хорошо у него это получается.

Я замер и прислушался. Кроме обычных лесных звуков мои уши ничего не уловили, а ведь они у меня тоже модифицированные. Мой слух и то же у обычного человека — две большие разницы.

Не было моего напарника чуть более пяти минут. Я даже и не понял сразу, что он вернулся. Заметил я Славу, когда он из-за ближайшего дерева появился.

— Так и заикой сделать недолго... — прошипел я.

Честно, я даже вздрогнул, когда он как ниоткуда возник.

— Сектанты. Два десятка, — получил я краткую информацию от вернувшегося.

— Обходим?

— Обходим. Шума нам не надо.

Конечно, два десятка сектантов для такого как Станислав не помеха, но трупы их другим покажут, что мы тут были. Это в наши планы, вернее — планировал теперь мой напарник, никаким образом не входило.

До вечера мы ещё несколько отрядов сектантов обошли стороной. Что-то уж очень серьезно они за нас взялись. Не только у пещеры они были, лес, даже вон на каком удалении от неё, просто ими кишел.

Вокруг корвета они тоже свой лагерь устроили. Ещё и деревья на сотню метров в округе повалили. Серьезно подошли к делу.

Явно, и в самом корабле сейчас их тоже хватало.

— Что делать будем? — я в который уже раз за день вопросительно посмотрел на Станислава.

— Погоди. Сейчас подумаю. — кивнул он мне. — Торопиться не будем.

Вокруг корвета мы насчитали не меньше сотни сектантов, а нас всего двое. Пусть каждый из нас не одного или двух сектантов стоил, но их — сотня, а нас всего пара. Тут крепко думать надо.

К тому же, вдруг у них специалисты имеются и они что-то в корабле разобрали, может даже и поломали? С таких — станется.

Пробьемся мы в корвет, а его поднять не получится?

Я поделился своими опасениями со Станиславом.

— Имеются и у меня об этом мысли, — такой получил я ответ.

Глава 32

Глава 32 Носитель

Мы отошли от вырубки вокруг корвета в глубь леса. Так надежнее, а то ещё нарвёшься на кого-то из сектантов. Вздумается кому-то из них между деревьями прогуляться, на местные красоты природы полюбоваться, а тут мы такие красивые...

Ну, или отправится сектант нужду справить в уединении и на нас наткнётся. Уханькать-то мы его уханькакем, но его же через какое-то время хватятся. Начнутся опять танцы с бубнами и тому подобное.

Татуировка в области моей правой лопатки, назовём её так условно, чесалась всё сильнее. Постоянно о себе напоминала, не давала забыть о своем наличии. Патологическая доминанта в моем мозгу уже из-за этого рисунка на коже сформировалась и расползалась во все стороны.

Вот скорее всего поэтому, о подобных «украшениях» тела я сейчас и думал. Набивали их у нас многие. Кто из-за врожденной дури, а кто и для дела. Последние не сами делали, а получали по необходимости. На одной из планет прокси Белых такая технология была разработана и ввиду её эффективности она широко распространилась.

Что уж там в кожу вбивали, мне неизвестно. Действие таких тату не от рисунка зависело, а от внедряемых в организмы веществ. Так-то воевали мы на планете, где от местной мошкары было не продохнуть. Изолирующие комбинезоны носить на позволяли очередные дурацкие правила ведения данной компании, а тамошние мелкие злыдни кусались как не знаю кто, в глаза, уши, нос лезли. Ни вздохнуть-выдохнуть, ни на белый свет посмотреть не было никакой возможности. Вот и остался с той командировки у меня красный рисуночек на левом предплечье в виде забавного комарика. В лапке он ещё кружку пива держал. Какой рисунок мне захотелось, такой мне и сделали. Особого труда это не составляло. Ни одна кусачая мелочь из-за него ближе чем на три метра ко мне не подлетала. Демаскировало это меня само-собой, но иначе — никак.

Были тату для укрепления кожи, но мне они без надобности. Ещё при первой модификации в ГВК мне повезло «Стальную шкуру» получить. С десятого уровня штурмовикам «Пелену» набивали. Вот бы мне сейчас такую. У Станислава она явно есть, он незаметно может к корвету пробраться, но нам там обязательно вместе надо оказаться. Напарник, это мне ещё дорогой объяснил. Причину этого он, понятно, не озвучил, но явно она имелась и весьма веская.

— Слава, у тебя «Пелена» имеется?

— Да. А чего спрашиваешь? — Станислав скосил на меня глаза.

— Так. Мне бы её если иметь, проскользнули бы мы в корвет без сучка и задоринки...

Не успел я договорить, как очередные чудеса и начались.

— «Пелена». Объяснить свойства, — прозвучало у меня в голове. Как бы шепнул это тихонький бесцветный голос. Я даже сначала на это внимания не обратил.

— «Пелена». Объяснить назначение, — повторили мне громче.

Ну, всё... Поехала моя крыша...

— Объясни, коли просят.

Станислав сейчас на меня строго смотрел. Было в его глазах ещё и полное понимание происходящего.

Не себе чего... Он, что, слова в моей голове слышит?! Или с ним тоже что-то или кто-то параллельно диалог ведёт?

— Ответь информационному симбионту, — как о чем-то обычном проговорил мой напарник.

Так эта печать — информационный симбионт?! Я сейчас — его носитель?! И эта козлина до сих пор молчала?

Жвачным животным из отряда парнокопытных, семейства полорогих, подсемейства козоовец сейчас я именно Станислава поименовал. Нет, он ещё хуже на самом деле...

— Что же ты молчал?

Про информационные симбионты я краем уха слышал. Но, удостоится самому такого...

Круче крутого их носители, а я кто? Почему мне такую миссию доверили? Никто более приличный просто не подвернулся? Лепили симбионт на то что было?

Что, симбионт, может ещё и своего носителя модифицировать?

Вот уж свезло...

Последнее, это я уже так. Выжить бы после данной миссии. Только в очень особых случаях данным путем передачи информации пользовались. Это — когда иным каналам её было доверить нельзя.

Чего же я сейчас на себе несу?

— Что завис, отвечай! — толкнул меня в плечо Станислав.

— Погоди, дай в себя прийти, — огрызнулся я.

Сейчас глубоко подышим... Успокоимся.

Что я и сделал, а затем мысленно ответил полуразумному носителю информации. Может, и разумному. Кто знает.

— Ждать примерно час. По вашему отсчёту времени, — прошелестело в моей голове. — Точка активации свойства будет обозначена между большим и указательным пальцем на правой руке.

В очередной раз меня здесь неспросясь использовали. Вроде, должно это уже мне в привычку войти, а нет — каждый раз коробит. Впрочем, дома тоже частенько так было, но здесь это как-то более открыто делается, без всякой там маскировки и видимого соблюдения приличий...

Глава 33

Глава 33 Штурм корвета

Точка активации «Пелены», я решил не заморачиваться и оставить полученной способности привычное мне название, появилась минута в минуту, как мне и симбионтом было обещано.

Во. Не обманули меня. Предоставили нужное.

Впрочем, сам симбионт сейчас в этом кровно заинтересован. Стану я для окружающих невидимым и проберусь на корвет, сделаю ещё один важный шаг в доставке информации в нужное место.

Сектантов вокруг корабля теперь больше стало. Подошли их ещё два отряда, в каждом — не менее пары десятков бойцов.

Понимают, что именно сюда мы пробиваться будем.

— Получил? — Станислав кивнул на мою кисть с новым значком, что на коже появился.

— Получил.

— Активируй и пошли.

Сам он начал, сказав это, в воздухе растворяться. Правильно, чего время зря терять. Через час тут может станет от сектантов не протолкнуться. В «Пелене» ведь тебя только не видно, а как физическое тело ты никуда не исчезаешь. Потрогать тебя можно запросто. Наткнётся на меня или Славу кто-то из охраняющих корвет и плакала вся наша маскировка.

Я тоже активировал свою новую способность.

— Отлично, — дал ей оценку такой же, как и я человек-невидимка. — За мной двигай, на листик поглядывай.

На какой ещё листик? А, понял. Станислав себе куда-то выше пояса листик от местного растения налепил. Сейчас он в воздухе как бы сам по себе висел — напарника-то моего не видно, а листик — не под «Пеленой».

Интересно... Одежды, оружия Славы не видно, а листик — видно? Почему так?

А вот так. Видно и всё. Опять я себе глупые вопросы об иномирных технологиях задаю? Зарекался ведь сколько уже раз... Некоторые из них не доступны моему пониманию. Главное, они работают как надо.

Листик начал перемещаться к корвету, а я за ним. Станислав аккуратно дорогу выбирал, подальше от сектантов. Обходил каждого стороной. Я так же шагал, временами даже в стороны, то — туда, то — сюда, как зайчишка порскал. Если бы кто-то меня со стороны сейчас видеть мог, зрелище бы получилось весьма занятное. Как будто в какую-то детскую игру я балуюсь, здоровенный дяденька...

И ведь чудесно у меня получается! Ловкость и проворство как по волшебству в разы выросли! Что, симбионт на спине мне опять помогает?

Так, так, так...

Точно! Помогает!

А, поэтому... раскручивать его надо. Всё, что можно, из сложившейся ситуации выжать. Выпросить для себя что-то хорошее и нужное. Ну, умения, навыки, улучшения, способности какие-то. Дал же мне он «Пелену». Ещё даст, никуда не денется.

Вот и трап в грузовой отсек. Добрались мы с Станиславом до корвета никем не замеченными. Сейчас внутрь скользнем, а там уже и посмотрим...

На что — посмотрим? Не смотреть, а делать нужное там надо будет.

Почти впритирку за листиком я по трапу поднялся и вот мы уже внутри.

— Вправо за мной, — шепнула мне пустота.

Вправо, так вправо... Славе лучше знать.

В грузовом отсеке пришлось какое-то время прижавшись к стеночке постоять — больно тут чужого народу много было. Тут на наше счастье снаружи команда поступила и сектанты наружу чуть ли не бегом бросились.

Бегите, бегите... Меньше народу — больше кислороду.

Такая вот детсадовская присказочка мне на ум пришла.

Только-только грузовой отсек опустел, листик стремительно его пересёк и трап в отсек стал подниматься, в его наружную стену превращаться. Это Станислав, наверное, на что-то нужное нажал или повернул на панели управления. Листик сейчас как раз рядышком с ней в воздухе туда-сюда подрагивал.

Снаружи корабля что-то заорали, даже несколько выстрелов прозвучало, но — поздно, ребятушки, поздно! Трап уже почти поднялся и перекрыл вход в корвет.

— Начинаем зачистку. «Пелену» не сбрасывай, всех встреченных — наглухо. Пленные нам не нужны.

— Понял.

Только я Станиславу ответил, как из коридора навстречу нам пара сектантов выскочила. Головами вертят, озираются.

— Твой — левый, — скомандовал мне напарник.

Вовремя, кстати. Я уже в правого целился.

Завалил я левого, выполнил приказ.

Зачистили мы корвет за чуть больше часа. Не торопились. Одиннадцать сектантов жизни лишили. Из них пятерых — я. Какое-то время в рубке управления ещё потратили. Станислав со знанием дела проверил всё что требовалось.

— Нужное — цело. Не успели ничего попортить.

— Вот и хорошо, — обрадовался я. — Так бы и в других местах было...

Моим надеждам суждено было сбыться. Сектанты на корабль какие-то виды имели и не стали его раскурочивать.

Глава 34

Глава 34 Как-то что-то не так...

Корвет был цел, на планете нас ничего не задерживало, наоборот — скорее нужно было информацию, размещенную на наших телах, куда следует переправить.

Куда? Про это Станислав знал. Мне, как обычно, никто ничего сообщать не собирался.

А, может, так оно и задумано? На коже над правой лопаткой моего нынешнего напарника конверт с адресом получателя размещался, а у меня — само содержимое письма? Недаром же Слава сказал, что нам только вместе можно информацию доставлять. Кому-то одному — не получится.

Или — у него одна половинка, у меня — вторая половинка послания?

У него — зашифрованное письмо, а на мне — ключ к шифру?

Вариантов было много. Главное — мы должны осуществить доставку вдвоем, а не как иначе.

Никаких там «ключ на старт», «внимание» и «поехали» не было. Станислав модуль на положенное ему место установил, над панелью управления пальцами попорхал.

— Пока, пока... — рукой кому-то псевдомедтехник только помахал.

Может, у него ритуал на этот случай такой? Ну, чтобы всё хорошо вышло?

— Куда хоть мы направляемся? — данный вопрос был вполне обоснованный. Это, если с моей стороны считать.

— Не могу сказать. Не положено.

Станислав даже головы ко мне не повернул, что-то одному ему понятное на панели управления делал. Похоже, далеко наш путь лежит. Я управлению корветом на базовом уровне обучен, но сейчас кроме отдельных моментов его действий, многого не понимал. Я же в пилотировании корабля специалист уровня «взлет-посадка».

— Не положено, так не положено... — не стал больше допытываться я. — Что мне сейчас делать? Какая помощь от меня требуется?

— В инсинератор сектантов и наших загрузи, — такое было выдано мне задание.

В инсинератор...

Трупы сектантов в устройство для утилизации отходов загрузить — вроде и правильно, но — наших? Похоронить их требуется. Пусть, и по регламенту нахождения в космосе, но похоронить — как полагается.

Не делаются так дела, ой не делаются.

Называет-то он наших нашими, но приказ отдал как для чужих. Словно они прокси Черных какие-то или вообще собаки безродные.

Не по душе мне сейчас сказанное напарником, ой не по душе.

— Что, наших — тоже в инсинератор?

— Да, а что непонятного? — как от назойливой мухи отмахнулся от меня Станислав.

Сука... Самого бы его так... Боевых товарищей...

Ладно, я всё сам как положено сделаю.

Сначала сектантов по очереди утилизировал, а затем и нашими занялся. Спроворил всё быстро. Не в первый раз мне это делать.

Опознавательные жетоны наших я ещё при первом посещении корвета собрал, теперь у меня даже не безымянные погребения получились. Потом и передам соответствующую информацию по назначению. Ну, что там-то и там-то парни покоятся.

Там-то и там-то... А, где? Это мне нужно у Станислава спросить.

Я вернулся в рубку. Слава всё что-то колдовал с панелью управления.

— Подскажи, где мы сейчас? — задал я вполне безобидный вопрос. Ничего такого в нем не было.

— Не положено, — неожиданно прозвучало в ответ.

Что-то как-то это нехорошо... Не правильно опять Станислав себя ведет...

Или — какой-то такой у нас уровень секретности.

Я сам себя и на этот раз успокоил, но осадочек-то у меня всё копился. То наших как бытовые отходы в инсинераторе утилизируй, то какие-то тайны с теперешним местонахождением.

— Долго ли мы в пути будем? Это, надеюсь, не тайна. Хоть примерно скажи, — задал я вопрос в спину напарнику.

— Больше месяца...

Я чуть в рядом расположенное кресло не сел.

Больше месяца! Это куда же нас понесло? В какие дали дальние?

Боле месяца в гиперпространстве, это тебе не шуточки.

— Иди, отдыхай. Не мешай делом заниматься, — добавил к сказанному Станислав.

Какой-то он стал недобрый, как мы в корвете оказались... Опять изменился. Нет, внешне всё тот же, сейчас вести себя он как-то неправильно стал. Может, это такой откат от пилюлек, что мы по дороге глотали. После приема стимуляторов все себя по-разному ведут. Иные — пластом лежат, а кто-то и на стенку лезет.

Сам я после пилюль Славы чувствовал себя только чуть-чуть разбитым и это мне совершенно не мешало.

— Какую каюту можно занимать? — спросил я. Напарник всё же из команды корвета, как бы к его хозяевам отношение имеет, а я тут только гость.

— Выбирай, какая понравится. Сейчас все не заняты...

Так, это тоже не правильно...

Каюту капитана корвета я не имею права занять. Так издавна ведется. Мой уровень — офицерские места размещения. Оптимальный вариант — каюта корабельного медицинского специалиста. Она с медблоком совмещена, ну — чтобы доктору было быстрее до него в случае необходимости добраться. Сейчас мне на корвете лечить кроме Славы и себя некого, но мне подобное размещение самое привычное.

— Я каюту у медблока займу, — проинформировал я Станислава.

— Занимай, мне какая разница... — было сказано в ответ. — Лишь бы в радость...

Вроде всё и получилось у нас как надо, а на сердце у меня как-то тяжеловато. Давило на него какое-то предчувствие. Причем, нехорошее.

Глава 35

Глава 35 Я — хитрюга и попрошайка

Новая социальная маска Станислава мне совсем не нравилась.

Временами он меня как бы даже и не замечал. Чтобы что-то спросить его, просто поговорить, приходилось одно и тоже три раза повторять.

На следующий день это был уже душа-человек. Как белое от черного отличался от самого себя вчерашнего. Болтал без умолку, даже шутил. Правда, плосковато, но что с нашего брата военного взять...

Перепады своего настроения он даже и не замечал. Как будто так и надо.

Мне это за первые полторы недели нашего пути надоело, я плюнул и его больше не беспокоил. Даже ел у себя в каюте, а не ходил как раньше в столовую корвета.

Натащил себе продуктов и трапезничал в своей собственной компании.

За это же время я немного симбионта, фигурально выражаясь, разговорил. Первоначально рисунок на коже в районе моей правой лопатки на контакт не шел, я уже было отчаялся, но постепенно стал и в диалог вступать.

Понятно, не об информации, что в нем содержалась, не об его хозяевах я его в разговоры затаскивал, а так — на отвлеченные темы.

Лелеял я мечту с помощью симбионта свои характеристики как боевой единицы увеличить. В последнее десятилетия моя жизнь здесь — вечная война, и ничего иного в будущем, похоже, мне не светило. Попал в лапы к Белым, а это значит — кровью брызгай, а беги. Назад пути уже не было. Так здесь ведется. Из-за инвалидности уйти на гражданку не получится — руки, ноги, ещё что-то поврежденное — отрастят и восстановят. Ну, а голову прострелят, так это уже так и так конец.

Главное сейчас для меня — уцелеть, а значит надо иметь соответствующие боевые навыки, умения и способности. Желательно — не временные, а постоянные.

Ту же «Пелену» мне симбионт не на время дал, она у меня — навсегда. Я про данную способность у него спросил. Поэтому и знаю.

Симбионты своих носителей могут усиливать, этим мне и нужно воспользоваться. Тем более, Станислав обо мне словно забыл и я полностью был сам себе предоставлен. Делай что хочешь, хоть на голове ходи.

Начал я исповодволь симбионту на мозги капать, если они у него имеются, что выгодно ему меня усилить — так больше шансов информацию в нужное место доставить.

— Вот потеряю я ногу... Всё, не смогу больше в роли курьера выступать...

— Способность «Регенерация», — всплыло в ответ на эти козни в моей голове, откликнулся наконец нужным образом симбионт.

— Нет у меня такой способности. Если потеряю конечность, мне помочь может только сторонняя регенерация.

Я ответил и затаил дыхание.

Что, и такой способностью могут меня наградить? Раньше я про нее и не слышал! Восстанавливали меня в медицинских аппаратах, что Белые нам предоставляли.

— Не полная. Частичная.

Во как! Я и от такой не откажусь.

— Давай хоть такую...

Неужели даст?

Ну, ну, ну! Отвечай же!

— Получи. Точки активации не требуется. Вступает в функционирование при необходимости.

Далее началось перечисление того, что не страшно мне потерять. Конечно, не смогу я восстановиться как разумное существо из пары клеток ногтя мизинца, но — озвученный перечень внушал. Голову с её содержимым мне всё равно надо беречь. Она обратно, при всём желании полностью не восстановится.

— Время получения «Регенерации» — ваши сутки с четвертью.

Да я готов и неделю ждать!

Затем я окольными путями выпросил себе «Ускорение». Получение этой способности затянулось почти на неделю. Хоть и тело у меня трансформированное, но этого мало оказалось. Ускорюсь я в нынешнем состоянии организма, а сердечко и не выдержит или руки-ноги отвалятся. Как у куклы, у которой они на резиночках, что внутри туловища, крепятся. Тут не только металлизированный опорно-двигательный аппарат нужно иметь, а ещё и много чего из моих систем организма надо довести до требуемого уровня.

— Постоянное это умение? Как и «Регенерация»? — начал я выспрашивать симбионта про «Ускорение».

— Постоянное.

Такой ответ меня несказанно обрадовал.

Не зря я терпел адские боли — получение «Ускорения» проходит только через подобные страдания. Не сравнить даже с теми, когда мне кости и суставы металлизировали. Или, за десять лет забылось, как мне тогда плохо при этом было?

— Как ты?

О! Напарничек нарисовался! Вспомнил о моем существовании!

— Всё нормально. Отдыхаю — ем и сплю, — не стал я вдаваться в подробности своего времяпровождения.

— Вот и хорошо. Продолжай так и дальше.

Сказал и ушел. Когда говорил — улыбался, а потом как переключили его — повернулся на сто восемьдесят градусов и не говоря ни слова вышел из моей каюты.

Странное поведение...

Это ещё мягко сказано.

Глава 36

Глава 36 Веретено из дыма

Со слов Станислава, добираться нам до места, куда нужно доставить симбионтов, больше месяца.

Больше месяца. Сколько это? Два месяца, три? Год, это тоже больше месяца.

День шел за днем, неделя за неделей, часы корвета, настроенные на земной отсчёт времени, натикали уже почти два месяца, а мы всё никуда не прилетали, конца нашему пути пока было и не видно.

Сколько ещё нам осталось? Когда на место прибудем?

Нельзя сказать, что весь этот период я бездельничал, впустую дни и недели проводил. Нет, я у своего симбионта то одно, то другое умудрялся выцыганивать. Так поворачивал ситуацию, что это ему в первую очередь выгодно.

Может он над моими хитромудростями и посмеивался, если так образно выразиться, но — давал.

Последнее, чем он меня наградил, это трансформировал мои руки. Нет, они с виду такими как были остались, но при необходимости я сейчас мог ими стальные канаты рубить. Если придется мне против очередных прокси Черных в какой-то военной компании участвовать, где холодное оружие используется, могу я меч теперь не брать. Нет в этом никакой необходимости. Голыми руками рубиться буду, их клинки мне практически не страшны.

Вот опять очередная пара суток прошла и я всё же решил снова Станиславу понадоедать, спросить его о том, когда мы в назначенное место прибудем.

Он рубку управления почти не покидал, вот туда я и направился.

К некоторому моему удивлению, Славы там не было. Всегда был, а сейчас — нет. Куда он мог уйти? В столовом зале, через него я в рубку шел, его тоже не было.

Ну, придется поискать. Где-то же есть он на корабле.

Дверь в реакторный отсек была распахнута настежь. Похоже, он тут.

Однако, и здесь я Станислава не обнаружил. Уже уходить собирался, как заметил в дальнем правом углу реакторного отсека что-то необычное. Если примерно описать — похоже на веретено из черного дыма.

Сердце моё при этом удар не пропустило, чаще биться не стало — хорошо отрегулировал симбионт мой организм, но в боевой режим я сразу перешел. Вид у этого дымного веретена мне совсем не понравился. Не должно тут ничего такого быть, не поломка, это реактора корвета, это что-то чужое, а значит опасное.

Я ещё и «Пелену» на себя накинул, «Стальную шкуру» активировал, руки в смертельное оружие превратил. Сейчас я десантников-штурмовиков десятого уровня походя могу на части рвать...

А фигура из черного дыма всё на месте стоит, вертится-вертится вокруг своей оси, никуда не движется.

Вдруг она не касаясь пола в сторону выхода из реакторного отсека поплыла, я тоже на месте не остался, а попятился — дорогу ей уступил. При этом угол моего зрения на дымное веретено изменился.

Тут, несмотря на все подарки симбионта, пот меня всё же прошиб. В части веретена из черного дыма, сейчас к выходу из реакторного отсека направленной, как бы формочка человека стала образовываться! Как это лучше сказать? Ну, в такие формочки дети сырой песок набивают, а потом на какую-то ровную поверхность эту формочку рукой пришлёпывают. Снимают её затем, а песчаная фигурка человека и остается.

Так вот, около выхода из отсека сейчас такая вертикальная формочка в человеческий рост и находилась. Сама как бы пустая, только черный дым в ней клубится.

Господи, сила твоя!

Это же Слава! Ну, пока не сам он, а только его передняя половинка. Спереди — он, а задняя часть его — черный дым.

У меня глаза на лоб и полезли.

Мля!!!

Через порог реакторного отсека уже шагнул нормальный Станислав. Никакого черного дыма теперь и в помине не было.

Человек и человек. Ни с какой стороны уже не подкопаешься.

Похоже, не заметил он меня.

А, если бы обнаружил? Что, тогда бы было?!

Я не знал, что и думать. Стоял и пытался успокоиться.

Никакой он не наш!

Не медтехник!

Не из экипажа он корвета.

Близко даже не человек.

А, кто???

Может, самый настоящий Черный?!

Тут уж я, с Черным, понятное дело — перегнул палку. Я и Белых-то в глаза не видел, хоть уже две пятилетки за них воюю.

Что? Мне? Делать?

Кстати, никакого симбионта я у дымного веретена не видел. Мне морок всё это время втюхивался? То, что я своими глазами наблюдал и рукой трогал, это — не настоящее?

Нет никакого Станислава-медтехника с симбионтом в районе лопатки, и меня всё это время дурили...

Что? Мне? Сейчас? Делать?!

Как поступать?

Глава 37

Глава 37 Некоторые точки над и

Думай, голова, думай — шапку куплю...

Впрочем, чего тут много размышлять? Кто я и кто Старший?

Старшими иногда в разговорах мы Черных и Белых называли. До их возможностей и сил нам как до Китая раком ползти. Откуда-нибудь от Кирова.

Взяли тебя, Сергей, как слепого кутенка, в корзинку положили и несут куда-то. Про кутенка, я это ещё преувеличиваю. Муравьишка я, а не кутенок. Инфузория туфелька в баночке с водой — так правильнее будет.

Шерсть дыбить и зубки показывать — толку от этого никакого не будет. Пусть меня сейчас симбионт и здорово прокачал. По моим человеческим меркам.

На девяносто девять с хвостиком процентов Станислав — или Черный или Белый. Кто-то из них, но мне-то какая разница.

Рыпаться начну, неправильно по его пониманию вести себя буду — быстро меня в стойло поставят. Даже пальчиком грозить не будут.

Нет, убивать он меня не должен по здравому разумению, я ему пока как носитель нужен. Без меня симбионт погибнет и информация в нужное место не будет доставлена.

Вот так случилось, я — сошка малая, но сейчас на какое-то время нужная. Теперь мне надо из всего этого с меньшими потерями выйти, жизнь свою сохранить, а может и даже поиметь что-то. Хотя бы то, что я уже от симбионта получил.

Вывод — сидеть как мышке под веником. Не дергаться и вести себя благоразумно.

Сейчас — нужно сходить до Станислава и попробовать прозондировать сложившуюся ситуацию. Пока так его буду для себя называть. Пусть всё как есть будет.

— Доброе утро, — привязал я своё приветствие к цифрам, что показывали часы на стене рубки управления.

— Доброе, доброе... — прозвучало мне в ответ. — Видел?

Что, видел? Его истинное обличье? Скорее всего об этом был задан мне вопрос.

— Видел, — так же несколько неконкретно ответил я.

— Понял? — снова не оборачиваясь на меня продолжил задавать вопросы Станислав.

Что я должен был понять? Степень своей ничтожности по сравнению с ним?

— Что, понял? — осторожно продолжил наш разговор я.

— Ты, дураком-то не прикидывайся. Был ведь в реакторном отсеке. — Станислав всё же соизволил повернуться в мою сторону.

— Был. Видел, но не всё понял, — не стал кривить душой я.

— Вот и ладненько.

Не в первый раз я уже заметил, что как будто сам с собой разговариваю. Слава в диалогах со мной так же, как и я фразы строит, слова мною употребляемые выбирает. Копирует меня, если можно подобным образом выразиться.

— Что мне сейчас делать? — сыпанул я к сказанным словам горстку растерянности. Может, тот, кто мне Станиславом показывается, таких нюансов моей речи и не понимает, но всё равно это лишним не будет.

— Ничего нового. Ешь, спи, прокачивайся...

Во, опять как я сказал — прокачивайся.

— А, дальше? — поинтересовался я своими перспективами.

— Что, дальше? Дальше будет дальше. Долетим куда надо, снимем с тебя симбионта...

— Потом, после этого? — посчитал я возможным задать ещё один вопрос. Сейчас Станислав, или кто он там, вроде благожелательно со мной разговаривает.

— Обменяем тебя как пленного. Память только немного подчистим.

Черный! Точно! Это — Черный!

Если я — пленный, то он — Черный.

Обмен пленными — самая обыденная между Черными и Белыми практика. Ну, сами они в этом не участвуют, делают данное дело их прокси, которые между собой воюют. Мне участвовать в таком обмене не приходилось, хоть в плену я уже был. Но, это — у Серых, у Теневиков. Они пленных не меняют, только продают. Причем, третьей стороне. Меня вон хотели сектантам продать...

— Что симбионт мне дал, оставите? — набрался наглости я задать ещё один вопрос.

На сказанное мною Станислав даже улыбку изобразил.

— Оставим.

Конечно, для него это такие мелочи... Пусть я даже в следующих компаниях против его прокси участвовать буду. Чаша весов к Белым от моих новых свойств и возможностей не качнется.

— Можно мне что-то ещё у симбионта попросить?

— Проси, мне всё равно.

Сказав это Станислав в веретено дыма превратился. Нечего стало ему уже таиться. Да и раньше-то он зачем это делал? Опять какие-то правила ему данное поведение предписывали?

Опять я гадаю? Сколько уже раз зарекался...

Сами мы частенько себя не понимаем, а уж Черных или Белых понять — нечего даже и пытаться.

Если я правильно понял, больше со мной никто разговаривать не собирался. Да и как общаться с фигурой из дыма? Ну, конечно, это — не дым совсем. Так это я на своем примитивном уровне увиденное обозначил.

Ну что, одобрение получено, пойду сейчас клянчить у симбионта ещё что-то. Впрочем, вполне можно никуда и не уходить. Никто меня из рубки управления не гонит. Не учитываюсь я в происходящем как даже минимально значимый фактор. Просто теперь я пассажир, блоха в собачьей шкуре. Бежит куда-то барбоска и меня с собой несёт. Спрыгнуть я с неё не могу, повлиять на скорость перемещения — тоже. Как Коромыслов говорит, остается расслабиться и получать удовольствие.