Сан-Инферно 6. Система новичка

Глава 1

Театральным жестом раскрыв ладонь, я протянул Князю Адамантий.

Дракон не двигался.

Сложив руки на груди, он недоверчиво смотрел на бриллиант. Но в глазах его... - точнее, в ОДНОМ, здоровом глазе, второй заменяла простая стекляшка, - разгоралась жгучая жажда обладания.

- Берите, - я подтолкнул Адамантий по столу.

- И что? Ты отдашь его просто так? - дракон всё ещё не верил своему счастью.

- Ну почему же просто так?.. - я глубоко вздохнул. - Я отдаю его в знак доброй воли. Мы же семья.

Князь протянул руку к бриллианту...

- Но сначала... - дракон быстро цапнул камень и только после этого воззрился на меня.

- Что? - вопросил он. - Что ты хочешь получить?

- Всего лишь ваше обещание, - мягко сказал я. - Обещание выслушать моё предложение.

Князь потянулся когтем к глазнице, и подцепив когтем стекляшку - зрелище, я вам скажу, не для слабонервных, - вытащил искусственный глаз. А потом, скромно отвернувшись, вставил на его место Адамантий...

Когда он развернулся назад, его было не узнать.

Нет, не так... Это был всё тот же красивый мужчина, с царственными манерами и замашками мелкотравчатого диктатора.

Но он помолодел! Волосы остались белыми, но теперь они сияли - как свежий снег на вершине Эльбруса. Кожа лица разгладилась, а взгляд... ну, превратился во ВЗГЛЯД. Вольт эдак на тысячу.

- Какое-такое предложение? - вопросил он.

- Прекратить войну.

Частично я был готов. К возмущенным воплям, взмахиванию руками, и даже категорическому отказу.

Но дракон только улыбнулся. А потом выдохнул.

Клуб его дыхания был настолько горячим, что мне опалило брови.

Но я заставил себя не двигаться.

Пару-тройку недель назад в меня уже пыхали огнём.

Зебрина, находясь в растрёпанных чувствах, пыталась сжечь меня дотла. Но ничего не вышло.

Держа в голове этот поучительный опыт, я сконцентрировал волю - фигурально выражаясь.

На деле же - сжал челюсти, кулаки и другие части тела, которые только поддавались сжиманию...

И остался на месте.

Я оказался прав: клуб горящего газа прокатился по мне, не причинив никакого вреда.

Кроме бровей, конечно. Но они отрастут.

- Для взрослого дракона вы удивительно плохо себя контролируете, мессир, - спокойно сказал я.

- Я - Князь. Мне не надо себя контролировать.

- Синдром начальника, - я кивнул. - Ну да, ну да... все кланяются, заглядывают вам в пасть... А непослушных всегда можно сжечь.

- Я - дракон. Такова моя природа.

- Да. Сопереживание вам чуждо.

- Я - Князь. Удел правителя не сопереживать. А править.

- И как ответственный правитель, вы ОБЯЗАНЫ выслушать моё предложение. Мы заключили пари, мессир. У вас нет выбора.

- Ты... - дракон почернел и покрылся чешуей. Я на это приподнял одну бровь, и он таки взял себя в лапы. - Ты... достойный потомок Золтара.

- А также вашей дочери Аурики. Не забывайте об этом, мессир.

Пару минут дракон сидел насупившись, сложив руки на груди и прожигая меня - но только взглядом.

Я терпел.

- Чего ты хочешь? - наконец спросил он. - Могущества? Золота?

- Я хочу выиграть пари.

Марк Тиберий выпустил из ноздрей две белые струйки дыма.

- А тебе не приходило в голову, малыш, что как только я получу свой глаз, конфликт будет исчерпан и война прекратится сама собой?

- Разумеется, приходило. Но по здравом размышлении я решил, что вы на это не пойдёте.

- Да почему же?..

- Полторы тысячи лет. Да, да, я знаю, что вы знаете. Так вот: полторы тысячи лет - слишком долгий срок. Говоря попросту... Вы ПРИВЫКЛИ. Пристрастились. Или, как сейчас модно говорить - подсели. На адреналин, на деньги, на славу... Война - это очень прибыльно, - дракон поморщился. Но я упрямо продолжал: - Налоги, контрибуции, поддержание патриотического духа у населения... Мне ли вам говорить. Наверняка казначей Драконьего Двора счастливо потирает лапы в конце каждого отчётного периода - так же, как и господин Фаберже. Казначеи - они такие. Ни за что не откажутся от пополнения казны таким экономически выгодным способом.

Марк Тиберий вздохнул.

- Что да, то да... - протянул он. - Тамберлен весь последний год грыз меня поедом. Как чешуйная вошь, право слово.

- Есть альтернатива, - веско сказал я.

Дракон оживился.

- Предлагаешь съесть казначея? - он откинулся на спинку кресла, задумчиво поглаживая бровь над обретённым глазом. - Признаться, я и сам об этом думал. Ну, помучаюсь несварением месяц-другой...

- Не надо мучиться, - сказал я.

- Просто спалить его? - оживился Марк Тиберий. - Я так иногда делаю... С более мелкой сошкой, чем казначей, но он мне так надоел...

- Не надо никого палить, не надо никого есть, - я поднялся.

- А что тогда? - по лицу Князя было видно: всё остальное он уже перепробовал, и иного выхода просто не видит.

- Я вам сейчас покажу.

Подмигнув дракону, я протянул тому руку и гостеприимно махнул в сторону выхода из шатра.

Марк Тиберий поморщился, но всё же поднялся. И пожав плечами, неторопливо двинулся за мной...

Выйдя на свежий воздух, я сразу заметил генерала Мортиферуса. Тот стоял точно в центре долины, рядом с Лилит. Ведьмочка улыбалась, повиснув на руке генерала, чем явно выбила бравого вояку из колеи - даже издалека было видно, что его рябое, покрытое шрамами лицо выражает полное непонимание.

Рядом с живописной парочкой маячил маг Карбункул. Он изображал загадочность и равнодушие - спрятав руки в рукава широкой мантии, усыпанной серебряными звёздами, пентаграммами и другими оккультными символами.

Чуть в стороне, одетый по последнему слову военной моды, топтался барон де Сигоньяк.

Встретившись со мной взглядом, он сдержанно кивнул в знак приветствия.

Я послал воздушный поцелуй Лилит, и что б я без неё делал.

Ведьмочка ослепительно улыбнулась и на секунду прикрыла глаза - значит, всё идёт по плану...

Марк Тиберий пошевелил хищным носом.

- Пахнет магией, - объявил он. - Я бы сказал, потусторонней магией. Это не к добру.

- Не делайте скоропалительных выводов, мессир.

Улыбнувшись, я пригласил его пройти к центру поля, а потом церемонно представил Лилит и Карбункулу.

Ведьмочка обворожительно улыбнулась, маг чопорно раскланялся.

И в этот момент, в дальнем конце долины, наконец-то показалась процессия...

Впереди гордо вышагивал Лютик, неся на своей спине мой пустой костюм. За ним медленно двигался открытый экипаж, в котором, изображая смертельную скуку, сидели Захария, Зара и мои друзья: Крючкотворс и Розарио.

При виде королевского кортежа, армия Заковии в едином порыве подняла копья и грянула что-то патриотическое.

Мне было приятно.

Но когда Лютик подошел ближе, и невооруженным взглядом стало видно, что вместо головы у "принца" - комок соломы, по рядам рыцарей пробежал ропот.

Словно волна прибоя накатила на негостеприимный, утыканный скалами берег.

Я поспешил подойти поближе и сцепив руки над головой, помахал ими.

Уж не знаю, знакомы ли в Заковии с этим жестом, но ничего более жизнеутверждающего мне в голову не пришло.

Рыцари, один за другим, повернули головы ко мне... Прямо как костяшки домино, выстроенные шеренгой и падающие единой волной, стоит подтолкнуть крайнюю.

К счастью, вмешался генерал.

Сделав пару шагов к войскам - вежливо, но непреклонно избавившись от украшения в виде Лилит на руке, - он рявкнул:

- АРМИЯ! СМИРРНА!.. - и сам застыл, вытянув правую руку с саблей в мою сторону. Я надеюсь, это был приветственный жест.

По рядам рыцарей пробежала волна жестяного грохота.

- Повтори их салют, - подсказал Князь, о котором я, признаться, чуть не забыл. - И улыбнись. А теперь поклонись.

Я сделал всё, что он велел, и рыцари успокоились.

Хорошо. А то я уже начал беспокоиться...

Я что хочу сказать: рыцарей было много. В смысле - по-настоящему МНОГО. Вся, отведённая Заковии половина долины, была плотно уставлена людьми, одетыми в бело-золотые доспехи и круглые, похожие на летающие тарелочки, шлемы.

С высоты полёта метлы всё это великолепие походило на обширную грибницу - радость любителя супа из белых грибов и маринованных шампиньонов.

А ещё армия Заковии походила на готовые консервы, которые доставили прямо к столу драконов - разогревай и кушай, приятного аппетита.

Конечно же, я заметил этот кулинарный аспект ещё на подлёте, пару часов назад. Но зажав панику в могучий кулак, приказал себе не волноваться.

Тогда у меня была задачка посложнее...

Но теперь, глядя на шеренги, ряды, когорты и фаланги своих подданных, я отпустил панику на волю.

Все эти люди пришли сюда для того, чтобы сразиться с драконами. Они долго готовились к этому дню.

Читали свежую прессу, набитую, как подушка - перьями, духоподъёмными статьями о том, как правильно любить и защищать свою Родину.

Слушали призывы господина Фаберже и сдавали налоги, рассчитывая, что их кровно заработанные золотые унции пойдут на правое дело.

Они, наконец, попрощались со своими родными и уладили все дела, прежде чем вступить на этот последний, но такой славный путь.

Без сомнения, то были очень мужественные и суровые люди.

И вот теперь им предстоит узнать о том, что эти жертвы были напрасны.

Не нужно больше рубить, колоть, и рачительно тащить в музей особенно приглянувшиеся и тщательно умершвлённые экземпляры врагов.

Вместо этого их ждёт радостная, но в то же время неприятная встреча с родственниками - которые, скорбно утирая слёзы, уже поделили наследство, и теперь решительно не понимают, почему безвременно погибший вдруг вернулся и требует отдать всё назад...

И самое главное: вместо того, чтобы погибнуть смертью храбрых, им предстоит заново налаживать быт - со всеми вытекающими, такими как встреча с любимыми детьми, супругой и сварливой тёщей, которая возьмётся пилить загривок по новому, совершенно невиданному ранее поводу.

О поводе я как раз и хочу рассказать...

- Эй, ты чего завис? - в бок чувствительно ткнулся кулак, и вздрогнув, я увидел широкое улыбающееся лицо Кольки. - У нас всё готово. Я провёл краткий инструктаж и разъяснительную работу среди командования, так что парни уже бьют копытом.

Я моргнул.

- Колян? Как ты здесь?..

- Ой, перестань заикаться, - Колька махнул пухлой рукой. - Меня Лилит пригласила.

- Но зачем?.. В смысле - я очень рад тебя видеть, и всё такое. Но...

- Думал, я брошу тебя одного в такой момент? - ревниво спросил мой лучший друг. - Оставлю на растерзание этим огромным, кожистым и чешуйчатым...

- Ты хотел сказать - драконам, - мрачно закончил я за него.

- Ну, ты же знаешь: я их фанат, - у него даже хватило совести покраснеть. - Извини, я просто не мог пропустить такое.

Ясно одно: мой лучший друг, человек, которого я знаю с самого детства, ТОЖЕ не верит в то, что у меня получится выиграть.

В этот момент высоко в небе образовалась большая дыра. Она стремительно расширялась - как чернильное пятно на промокашке.

А потом дыра напряглась, выгнулась, как мыльный пузырь, и сквозь неё, словно через тугую мембрану, в Заковию принялось просачиваться нечто.

Сначала мы увидели острый клюв. Затем когти. Потом оказалось, что это когти на крыльях - больших и кожистых, как у летучей мыши.

Мембрана наконец прорвалась и на равнину пал чёрный, как сгусток мрака, дракон.

- Барон Люциус Мукомол! - подражая герольду, возвестил Колян, а дракон уже сложил крылья, и вот, рядом с Марком Тиберием Коммодом, стоит представительный мужчина в хорошем итальянском костюме, стильных штиблетах и при шпаге.

- Мукомолом его прозвали за то, что он любит перемалывать... ну, ты понял. Кости врагов, - доверительно сообщил друг.

- Откуда ты знаешь?

- Есть такая книга, - хмыкнул Колька. - Кто есть Кто в Благоре. Мне её Лола дала. Познавательное чтиво.

Тем временем, мембрана прорвалась ещё раз, и на землю канул ярко-зелёный дракон.

- О! Знаю-знаю, - оживился Колян. - Это... Криспиан Звероящер. Славен тем, что за один присест может уговорить целую корову.

- В смысле... скушать? - спросил я.

Колька посмотрел на меня с предубеждением.

- Нет, сходить в кино. На познавательный фильм о переваривании говядины. Чем ты занимался всё утро, позволь спросить?

- Видишь вон того дяденьку? С белыми волосами и хищным выражением лица?

- Ага, ага... Не подсказывай, я сам. Ёшки - крылатые кошки! Да это же сам Литопс Каменнокрыл! Князь Драконьего Двора. Ух ты. Зверюга. Со всем моим уважением, конечно.

- Это мой дедушка.

- Брешешь!

Но по глазам Кольки было видно, что он поверил безоговорочно. И теперь страшно завидует...

- Вот с этой, как ты выразился, "зверюгой", я и разговаривал всё утро. Склонял на нашу сторону. Рекламировал, можно сказать, вегетарианский образ жизни.

- Это как?

- Не жрать врагов, - я плотоядно улыбнулся.

Пока мы проводили время за познавательной для обеих сторон беседой, на поле уже собралась целая компания солидных дяденек и красивых тётенек.

Было видно, что они не понимают, отчего им всё ещё не разрешают обрушиться на врага.

Князь тоже не понимал. Но держал марку: делал вид, что скомандует наступление, как только дождётся подходящего момента.

И закалённые не в таких переделках, зубастые и чешуйчатые подданные терпеливо ждали, пока им не позволят приступить к завтраку.

- О! О! Смотри!.. Мамочке моей канарейку в печень! - в речи моего друга появилось неприличное обилие восклицательных знаков, но я его не виню. Потому что и сам уже давно хотел брякнуть что-нибудь этакое, заковыристое.

Над полем парил очередной дракон.

Был он поизящнее других, и окраску имел палевую, или цвета чайной розы.

Приземлилась и склонила царственную голову перед Князем и генералом Мортиферусом необыкновенной красоты дама, в платье цвета свежего шампанского, с короной из медных волос.

- Баронесса Кларисса Фейрчайльд, прозванная Уховёрткой, - благоговейно проблеял Колька. - В поединке не уступает даже самому Каменнокрылу, пять раз была его Правой Лапой в предваряющих поединках и все пять раз одержала победу. Интересно: можно будет к ней подкатить?

- ПОДКАТИТЬ?..

- Ну да. Пригласить на кружечку коньячку... - Колька наивно похлопал ресницами. - Лучше всё-таки после э... текущего мероприятия. А то сейчас она может быть не в том настроении.

- Ага, - я нервно хихикнул. - Сейчас она настроении откусывать головы. Ведь драконы-то прибыли воевать. И о том, что развлечение отменяется, им ещё только предстоит узнать.

- Ой, да ладно тебе. Баронесса довольно мила. Вышивать любит... Подушка "Усекновение головы герцога Марципана, Предателя" - очень вдохновляющий сюжет. Я видел иллюстрацию.

- То есть, ты успел подготовиться, - нет, я не спрашивал. Я констатировал факт.

- А что? Завидно?.. Имей в виду: я первый застолбил эту красотку.

Я фыркнул и отвернулся.

- Ну конечно, ты же у нас - первый парень на деревне, - Колька говорил шутливо, без зависти. Но всё-таки было в его голосе что-то...

- Ладно, я сам тебя с ней познакомлю, - вообще-то я очень отходчив. А на друзей обижаться так и вовсе не умею.

- А ты можешь? - Колька заметно оживился. Его полный надежды взгляд перебегал с меня на далёкую красотку и обратно.

- Ну, я же принц. А значит, такой же "аристократ" - я сделал кавычки в воздухе, - как и они. Подойду, вежливо представлюсь, а потом позову тебя... Пошли, пока не началось?

Бедный Колька. Сейчас он очень напоминал ту самую кошку, которая хочет рыбки, но боится замочить лапки... Казалось, он сейчас побежит во все стороны сразу - так его распирало.

Но потом он глубоко вздохнул и покачал головой.

- Не, не прокатит. Я ж не "аристократ" - он тоже сделал кавычки. - Я для них - пыль манежная. Не то, что ты.

И вот тут я рассмеялся.

- Слушай, мы ж с тобой вместе выросли. Ну какой я аристократ? Я и о семье-то узнал дней десять назад. Так что, всё путём. И вообще: хочешь, я дам тебе титул?

- Как это?..

- Ну, я же сейчас И. О. короля, верно? Вот и распоряжусь, чтобы тебе выписали грамоту. С кучей печатей, подписей и всем прочим, что там полагается. Может, даже замок подарю. Но это не точно, если лишний отыщется, - поспешно добавил я.

Просто представил лицо господина Фаберже, когда ему сообщат, что кроме отмены военных налогов, нужно ещё и с недвижимостью расстаться. Так, в порядке взаимной симпатии...

Колька сладко зажмурился.

- Граф Николай Фёдоров... - соблазнял я. - Тебе пойдёт.

Будущий граф ехидно улыбнулся.

- Ага. Как корове седло.

- С одним условием, - зловеще предупредил я. - Если баронесса откусит тебе голову - жаловаться не прибегай.

Драконов к этому времени набралось порядочно.

Дыра в небе закрылась.

Но всё равно их было исчезающе мало, по сравнению с великой и могучей Заковианской армией.

Счёт один к десяти, - вспомнил я золотое правило. И оно неукоснительно соблюдается...

И эту традицию придётся тоже ломать, - с удовольствием подумал я.

А потом нашел взглядом Карбункула и махнул рукой.

Все собрались. А значит, тот самый момент уже наступил. Нет смысла оттягивать неизбежное.

Карбункул взмахнул руками, и над нашими головами развернулся экран.

В нём, как в волшебном хрустальном шаре, проступили сначала - зелёная травка, затем - волнующиеся трибуны.

А потом на поле показались две шеренги игроков...

Колька судорожно схватил меня за руку. Глаза его выпучились так, что очки съехали к переносице.

- Это же... - он смотрел на меня так, словно не верил своим глазам.

- Да, - я расплылся в довольной улыбке.

- Чемпионат мира...

- ДА, - подтвердил я немного громче, чем нужно.

- По футболу?.. - теперь в глазах Кольки читался немой вопрос.

Я обиделся. Думал, что уж он-то поймёт всё с первого раза...

- ЧЕМПИОНАТ МИРА ПО ФУТБОЛУ?.. - всё-таки бывает и у людей позднее зажигание.

- Аргентина - Франция, - пояснил я. - Сборные не уступают друг другу по силе. Каждая команда ставит одну задачу: победить. Согласись: противостояние Месси и Мбаппе стоит того, чтобы отложить военные действия... На неопределённый срок.

И наконец-то до него дошло.

- ЧУВАК!.. - Колька запрыгал вокруг меня, как большой резиновый мяч. - Ты хочешь пересадить их С ВОЙНЫ НА СПОРТ!

- В этом и был мой план, - я скромно потупился.

Судите сами.

Во первых, командный спорт - это и азарт, и тотализатор, и фанаты-болельщики, которым можно втюхивать специально изготовленный мерчендайзинг: наклейки, футболки, кружки - любую дребедень, которая придёт в голову.

А значит - получать прибыль.

Во-вторых, футболом можно заниматься перманентно.

Устраивать состязания и игры по сезонам, раз в год - большой чемпионат... Словом, развлекаться не только раз в поколение, а каждый день.

А в третьих - не надо никого есть.

Трофеи, вместо отрубленных конечностей, клыков, чешуи и крыльев, сводятся к футболкам, кепкам и в крайнем случае - паре выбитых зубов.

И к солидным денежным призам - эту часть мне ещё предстоит озвучить обоим казначеям...

Зазвенели фанфары - не буду их описывать, каждый нормальный болельщик и так знает, что это такое и как это "что-то" может всколыхнуть чувствительную спортивную душу.

Я оглядел долину.

Две армии: драконы и люди, в чешуе и в доспехах, задрав головы, устремили заинтересованные взгляды на волшебное действо, которое в скорости станет их главным хобби, источником эстетического экстаза, а также солидной статьёй дохода.

Или расхода - как кому повезёт...

Глава 2

- Посмотри на нас, - Колька важно повёл вокруг себя бокалом, наполненным багровым, как кровь, вином. - Теперь мы с тобой настоящие вельможи. Ну что, прогуляемся до закусок? - и он неумело, но очень старательно поклонился. - После вас, принц.

- Ну что вы, граф, как можно, - я спародировал его поклон. - Уступаю честь попробовать эти... непонятные штуки на палочках вам.

- Не уверен, что обладаю такой же устойчивостью к ядам, как вы, принц, так что не сочтите за труд, попробуйте сами. А я подожду...

За этой великосветской беседой мы добрались до длинного стола, который ломился от яств.

Половина из них была мне категорически не знакома, другие же я ни за что, ни при каких обстоятельствах не принял бы за яства.

Запах некоторых наводил на мысли о пороховых погребах и почему-то паровозах. Другие глядели так, словно не прочь полакомиться кем-нибудь из гостей. Третьи пахли весьма соблазнительно, но именно ЭТО качество и заставляло крепко задуматься...

- Не знаете, что выбрать, принц? - к нам с Колькой подошел де Сигоньяк. Он сменил военный мундир на парадный - разница заключалась в том, что на этом было ещё больше погон. Но в общем и целом барон вписывался.

- Легче было заключить вечный мир с Князем Тибериусом, чем решиться попробовать что-то из драконьей кухни, - пробормотал Колька. - Вот ты, Рэмбо, знаешь, что это такое? - и он ткнул наугад в блюдо, наполненное, на первый взгляд, живыми глазными яблоками.

- Всю свою жизнь я посвятил изучению врага, - задумчиво сказал барон. - Его привычек, предпочтений, сильных и слабых сторон... Разумеется, я досконально знаком с драконьей кухней, Ник, - изящно наколов на вилку одно из глазных яблок, - мы с Коляном дружно содрогнулись, - он невозмутимо отправил кушанье в рот.

Когда глаз коснулся языка, мне послышался негромкий панический писк...

- Не надо, барон, не мучайте его... - взмолился я. Но Сигоньяк принялся жевать, как ни в чём ни бывало. А проглотив, улыбнулся и заявил:

- Неплохо. Совсем неплохо.

- Вот уж не знал, что ты людоед, Рэмбо, - Колька покраснел, как свежесваренный рак. - Теперь даже и не знаю, как с тобой здороваться. Ещё палец откусишь.

Сигоньяк расхохотался.

Это было необычно: я привык видеть его сумрачным и сосредоточенным. И этот его смех действительно наводил на размышления...

- У драконов своеобразное чувство юмора, господа, - поведал, отсмеявшись, барон. - Это не настоящие глазные яблоки. Это пирожные. Из орехов, сахара и сухофруктов. Попробуйте, и убедитесь сами.

- Ну не знаю, - у Кольки на щеках всё ещё полыхали красные пятна. - Они так смотрят...

- Всего лишь немножко магии, мальчики, - в облаке тонкого парфюма подплыла Лилит. - Торжественный обед, устроенный в честь нового Содружества - отличная возможность продемонстрировать своё искусство для поваров обоих измерений. Это - соревнование ножей, вилок, и блюд, которые можно эффектно поджечь.

- Смотришься просто отпадно, - совершенно искренне похвалил я ведьмочку.

- Спасибо, - Лилит повела плечиками и покрутилась на месте. Мы, все трое, синхронно издали восхищенный вздох. - Подсмотрела модель платья у одной драконихи. Ну, и добавила кое-что от себя.

Ниже плеч кожа Лилит была покрыта плотной, отливающей серебром, чешуёй. Она покрывала её целиком, как кольчужная перчатка. И когда ведьмочка двигалась, чешуя светилась и переливалась, создавая непередаваемую игру света и тени.

Словом, это и впрямь был полный отпад.

Если бы такой наряд увидел Кристиан Диор - пошел бы в примерочную, и вышиб себе мозги, забрызгав последнюю коллекцию, а также оказавшихся поблизости кутюрье.

Оставив Лилит и Кольку дегустировать кулинарные шедевры соперничающих измерений, я потихоньку оттащил в сторону де Сигоньяка.

Давно хотел с ним поговорить, но всё никак не получалось.

"Тащить" до ближайшего укрытия было довольно далеко...

Сейчас объясню, почему.

Мы находились в громадном, я бы даже сказал, исполинском, зале. То был зал приёмов в замке Благор, одноимённого измерения. И если говорить начистоту, больше походил на полированную равнину, которую зачем-то накрыли крышей.

Архитектурой Драконий Приют - так его звали за глаза, когда не слышал Князь, - навевал воспоминания о Влахерне, замке в Сан-Инферно. Оно и понятно: и тот, и другой построили драконы.

Отличие было только в размерах.

Влахерна, как я сейчас понимал, был ОЧЕНЬ МАЛЕНЬКИМ замком, рассчитанным, так сказать, на одну семью. Как малогабаритная однушка в Москве.

Благор был рассчитан на легионы. И сейчас мне казалось, что все эти легионы здесь. Расхаживают с важным видом, раскланиваются между собой - как люди, которые каждый день видятся на работе, а теперь вынуждены терпеть общество друг друга ещё и вечером...

И здесь было на кого посмотреть.

Старые драконы, молодые драконы. Драконы, щеголяющие обновлённой после линьки, сверкающей шкурой и топорщащиеся похожей на старые ногти, побелевшей от времени чешуёй...

К последним повышенный интерес проявлял маг Карбункул.

Зорко высмотрев очередную жертву, он осторожно, чтобы не спугнуть, подбирался поближе, и ухватив оную за крыло, выступающий шип или коготь, вкрадчивым голосом спрашивал:

- Скажите, милейший, во сколько вы оцениваете собственную шкуру?

Жертва начинала нервно дышать, выпуская недлинные язычки пламени. Но так как Князь строго-настрого запретил жарить и есть новых союзников, потенциальных фанатов команды "Драконы Юнайтед", пыхать напалмом опасалась.

- Я почему спрашиваю, - тем временем продолжал маг. - В Сан-Инферно большой спрос имеют все части драконьего организма. Особенно дорого можно сбыть огнеметательные железы, когти - на ожерелья и другие украшения, а также мелкую чешую - Гильдия стриптизёрш оптом закупает её на блёстки. Можно устроить неплохую сделку. Только чур - я официальный дистрибьютор, и вы не будете работать со сторонними закупщиками.

Когда до жертвы наконец доходило, что свежевать заживо её никто не собирается, а предприимчивый маг всего лишь претендует на, так сказать, излишки, или отходы - многие соглашались сотрудничать.

Оказывается, за годы изоляции, в замках драконов скопились несметные кучи барахла, в виде давно сброшенных шкур, выпавших клыков, запасных хвостовых гребней и других полезных вещиц, которые выкинуть жалко, а использовать в хозяйстве не получается.

Прослышав о выгодном предложении стороннего мага, драконы потихоньку выстраивались в очередь и один за другим подписывали выгодный договор.

- Раньше эта проблема решалась заезжими рыцарями, - пояснял казначей Драконьего Двора, Тамберлен Чешуекрылый. - Да и подданные, чего греха таить, любили пошакалить по сопредельным измерениям, и нет-нет, а и сами попадались на крючок какому-нибудь магу. Небольшая, а всё же денежка в семейный бюджет. Да и казне прибыток... Но с тех пор, как мы объявили войну Заковии, и Князь наложил мораторий на путешествия, добро так и пылилось по склепам да фамильным пещерам. Зато теперь налоги потекут рекой... - и он счастливо вздыхал, колыхая обширным, воистину "казначейским", животом.

Карбункул сиял, как отдельно взятая и тщательно отполированная груда золота: он уже видел себя единственным поставщиком ценного сырья в Сан-Инферно, и подсчитывал баснословные прибыли.

Свято место пусто не бывает, - хотел предупредить я мага. Но передумал. Каждый заслуживает свой кусочек счастья. Даже такой эфемерный, как эксклюзивная торговля.

Зуб даю: уже завтра здесь, в Благоре, объявится орда перекупщиков, посредников и других "пиратов", и мечты Карбункула развеются, как белых яблонь дым.

Впрочем, я отвлёкся.

Затащив де Сигоньяка за приземистую и бочкообразную изумрудную колонну, я начал издалека.

- Давно хотел спросить: как вы себя чувствуете, барон? Ну, я имею в виду, мы же в Благоре. В самом сердце вражеской территории.

- Князь был очень любезен, предложив отметить воссоединение наших народов здесь, в Драконьем Приюте, - дипломатично ответил де Сигоньяк. - Я склонен рассматривать это, как жест доверия. Не то, чтобы люди могли причинить вред этому фундаментальному, рассчитанному на прямое драконье попадание строение. Но выглядит жест красиво.

- То есть, вы по-прежнему не доверяете драконам.

- Конфликт плавно перерос в соперничество, - пожал золотыми погонами де Сигоньяк. - Я склонен рассматривать эту тенденцию, как положительную.

- А как вам футбол? Согласитесь: гонять по полю мяч всё-таки более гуманно, чем отрубленные головы врагов.

И вот тут Сигоньяк задумался.

И показал это всеми доступными способами: барон тщательно наморщил лоб, завёл глаза к далёкому, похожему на изумрудное небо, но от того не менее материальному потолку, сцепил пальцы за спиной и даже покачался с носков на пятки.

Сигоньяк - потомственный военный. Его отец был военным, его дед и прадед были военными... Он учился в лучшей военной академии, и свою жизнь рассматривал исключительно с стратегической точки зрения.

А я взял, да и перевернул весь этот знакомый, устоявшийся мир.

Я с трепетом ждал.

Почему-то не хотелось, чтобы барон точил на меня зуб. С виртуозами меча и шпаги я предпочитаю поддерживать исключительно хорошие отношения.

- Вот я всё думаю, - наконец подал голос де Сигоньяк. - Как лучше назвать нашу команду? "Заковия Динамо", или "Заковия Зенит"?

Я икнул.

- Ник дал мне почитать несколько альманахов о спорте с вашей родины, Макс, - пояснил барон. - Он считает, из меня получится хороший судья.

Я икнул.

- Так вы... На меня не злитесь? - признаюсь честно: у меня дракон с плеч свалился.

Барон рассмеялся.

- Знаете, Макс. Я вот всё спрашиваю себя: не является ли знакомство с вами перстом судьбы, или проще говоря, самым счастливым событием в моей жизни?

- Чего?..

Вообще-то я парень понятливый. Но иногда туплю.

- Я тут подумал... - решительно сказал де Сигоньяк. - Вы мне нравитесь, Макс. К чёрту условности! Я ещё никогда не видел таких людей.

Я икнул вторично.

- Вы меня плохо знаете.

- Я поставил себе целью узнать вас поближе, - твёрдо заявил барон.

- Но ведь... - я еле удержался от того, чтобы не ущипнуть себя за руку. - Но ведь на нас будут смотреть косо!

Де Сигоньяк только вздохнул и отвёл взгляд.

- А как же ваш прославленный батюшка? Что бы он сказал, узнав про ваши пристрастия?

Видел я портрет старшего де Сигоньяка, в арсенале: такой же благородный профиль, как у сына, те же глаза цвета арктического льда.

И любовно прижатый к сердцу отрубленный коготь дракона...

Взгляд барона выразил презрение к мнению покойного родителя.

- А вот мне не всё равно, - запальчиво сказал я.

Де Сигоньяк грустно и мудро улыбнулся. Но я не сдался.

- Вот вы думаете, что это целиком ваше решение, барон. А скажут, СКАЖУТ, что это я вас соблазнил.

- Мне уже всё равно, - отрешенно проговорил де Сигоньяк, глядя в пол. - Мосты сожжены. Решение принято. Я тоже становлюсь пацифистом.

И тут, словно бы откликнувшись на его слова, изумрудная приземистая колонна пошевелилась.

Расправила крылья, вытянула хвост, покрытый таким количеством шипов и наростов, что он походил на шишковатую зубастую палицу.

Мы с бароном отшатнулись.

Де Сигоньяк постарался сделать это незаметно - дабы не уронить честь мундира; я же скакнул, словно молодой горный козёл, который увидел на соседнем уступе привлекательную козочку.

Но движение колонны на этом не остановилось, и через пару секунд нашему вниманию стали доступны широкие и мощные челюсти, маленькие, утопленные под раскидистые костяные брови, глазки и мощный хвост, которым можно было расколоть здание Большого Театра с одного удара.

Морда была покрыта яркими, изумрудно-чёрными полосками, которые, расходясь по телу, становились всё шире, на спине сливаясь в единый изумрудный гребень, который топорщился подобно японскому боевому вееру.

- Ну всё, - тихо сказал я и порывисто, почти себя не контролируя, взял барона за руку. - Хана нам, барон.

- А может, это и к лучшему, - философски заметил Сигоньяк. - Никто не узнает, что у нас с вами особая связь.

Полностью развернувшись, полосатое бронированное чудовище глянуло на нас своими крохотными глазками, а потом распахнуло пасть.

Невольно взгляд мой затянуло внутрь.

Туда, куда подобно когортам отлично вымуштрованных воинов, уходили стройные ряды зубов. Туда, где полыхала адским пламенем разогретая и готовая к употреблению огнеметательная железа.

Туда, где подобно листку осины, трепыхался на жарком ветру крохотный нёбный язычок...

- Невольно стал я свидетелем вашей доверительной беседы, милорды, - дружелюбно сказало чудовище. - И вот что хочу добавить: вы совершенно правы. Надоело всё. Двадцать лет: не спи, не ешь, отрабатывай полёты строем... А махать тяжелыми бронированными крыльями - это, я вам скажу, не крылокош наплакал. И всё для того, чтобы на один день выйти в чисто поле, на краткий миг пересечься с свирепым, и зачастую невкусным противником, лишиться какой-нибудь ценной части тела, за которую потом ещё надо отчитаться перед женой - не любовница ли отхватила на память в порыве страсти... И к вечеру, совершенно ни с чем, возвращаться домой, в Благор. Чтобы с утра пораньше, даже не позавтракав, начать готовиться к следующему выходу. А вопли нашего дорогого Князя о потерянном глазе? Вот вы, милорды, согласились бы слушать одно и то же нытьё полторы тысячи лет?.. А, что там говорить! - полосатое чудовище махнуло крылом, и мы с Сигоньяком прижались друг к другу, аки былинки на ветру - ибо другой защиты от налетевшего шквального ветра у нас не было. - Скучно, господа, - продолжил дракон, экспрессивно размахивая крыльями и не замечая, что собеседники держатся на ногах, только чтобы не потерять лицо. - В Благоре нет свежей прессы. Если подумать, никакой нет - писчебумажная промышленность у нас как-то не приживается. А я журналистом стать хочу! - возопило чудовище, воздев к небу-потолку могучие лапы, увенчанные острыми, как коса рачительного крестьянина, когтями. - А ещё лучше - спортивным комментатором, - с любовным придыханием поведал дракон. - Как думаете: у меня получится?..

Чудовище с надеждой воззрилось на нас с бароном.

С крайних клыков его на пол капали желтые ядовитые капли, и если бы шлифованный камень, из которого выстроен зал, был чуть менее устойчив к едким кислотам, то в нём давно уже зияли бы громадные дыры.

- Э... С кем имею честь?.. - де Сигоньяк по-военному оперативно преодолел психологический шок, и светски поклонился чудовищу.

- Батюшки-святы! - вскричал тот. - Где мои манеры?.. - и прямо на наших глазах превратился в добродушного толстяка, наряженного в бархатный костюм травянистого весеннего оттенка. - Диего Кишкодав, урождённый маркиз Венчигуэрра, - церемонно представился толстяк и протянул пухлую, унизанную перстнями руку.

Мы с бароном её бестрепетно пожали. По очереди.

- Очень приятно, - выдавил я. - Особенно видеть такого ярого сторонника нового вида спорта.

- Вы мне говорите! - расплылся в улыбке маркиз. - Знаете, как нам надоела эта война? Кларисса, - он покосился в сторону прекрасной медноволосой драконицы, которая как раз проходила мимо, под ручку с генералом Мортиферусом. - Спит и видит, как бы выскочить замуж. Вот уже лет семьсот как. Тик-так, тик-так... Яйценоскость с возрастом не возрастает. А виконт Фиорентини? - он стрельнул глазами в другую сторону, вежливо демонстрируя нам красивого подтянутого вельможу с тщательно завитыми волосами, напомаженными усиками и с такими чистыми манжетами, что позавидует любая школьница. - Всю жизнь мечтает стать кутюрье. В глубокой тайне от всех создаёт коллекцию огнеупорных бальных платьев, которые теперь, благодаря вам, и собирается демонстрировать на осеннем показе в Благор-Центре. Я же, со своей стороны, - толстяк плотоядно облизнулся. - Хотел бы заняться коллекционированием фарфоровых статуэток. Пастушки с овечками, собачки с кошечками... Пастораль, эстетика и дому прибыток.

Я поперхнулся. А потом до меня дошло... Фарфор - материал хрупкий. Поэтому наверняка имеет на Благоре невероятную ценность.

Надо будет взять на заметку.

Торговля мелкой розницей, которую в моём родном Китае штампуют тоннами, может принести неплохую прибыль...

- Будете в Сан-Инферно, я подскажу вам адреса нескольких антикварных магазинчиков, - прочистив горло, светски предложил я. - Если назовёте моё имя, вам сделают хорошую скидку.

От избытка чувств толстяк снова превратился в дракона. А потом обратно. И только он собирался, как вежливый человек, выразить свои восторг и благодарность, как за его спиной раздался сварливый, не лишенный обертонов бензопилы с порванной цепью, голос.

- Пупсик! - сказал голос. А наш новый знакомый вздрогнул. - Вот ты где! Идём скорее, я договорилась сдать твою шкуру по очень хорошей цене.

- Но зайка моя... - залебезил Пупсик, он же - Диего Кишкодав, маркиз Венчигуэрро, - Я же линял в прошлом году. И ты уже продала излишки этому магу...

- Ничего, полиняешь ещё раз, вне очереди, - возвестила благоверная, и ухватив дракона за переднюю лапу, потащила прочь.

- А про пацифизм я никому не скажу, честное слово, - напоследок успел прошептать будущий спортивный комментатор и коллекционер.

Мы долго смотрели вслед колоритной паре, а потом барон изрёк:

- Вот что значит: драть три шкуры. Лично я никогда не женюсь.

Глава 3

- Дорогой барон! - этот голос, в отличие от предыдущего, был сладок, певуч и навевал мысли о медовых сосульках.

- Вот вы где, дорогой барон, а мы вас обыскались! - к сосулькам добавилось варенье из слив: в меру сладкое, но с загадочной кислинкой.

- Ну что же вы прячетесь, Рэмбо! Скоро объявят бал, и я претендую на первый танец! - а вот это уже яблочный пирог с корицей.

Обладательницы голосов были тоже ничего: стройные, спортивные и как на подбор, такие зубастые, что увидел бы их Стивен Спилберг, и фильм "Челюсти" был бы совсем другим.

- Я первая его нашла! - рявкнула на подружек медовая драконица. И повернувшись к барону, продолжила прежним нежным напевом: - Рэмбо, лапушка, неужели вы откажетесь станцевать со мной котильон? - скользнув к Сигоньяку стремительным змеиным броском, она вцепилась в его правую руку профессиональным борцовским приёмом и победно улыбнулась.

- Лоретта, дорогая, я скорее оторву тебе голову, чем уступлю первый танец, - и вторая драконица заняла стратегическую позицию у левой руки барона.

- Но я увидела его первой, и ни за что не стану второй, - прорычала правая драконица.

- Ну, а вот я пришла второй, но обязательно стану первой, - промурлыкала левая.

- Вы обе должны уступить мне! - заявила третья, которой не досталось свободной руки. - Я выше вас рангом, и согласно субординации...

Прекрасные драконицы расхохотались. Словно снег полили сахарным сиропом, в котором варились стальные крючья.

- Война закончилась, Джасмин, - наконец ответила та, которую звали Лореттой. - Так что все эти ранги, регалии и звания ушли в прошлое. Настают новые времена, - она с придыханием повернулась к Сигоньяку. - Дорогой барон, а правда, что вы будете судить первый матч между "Драконами Юнайтед" и "Заковия Арсенал"?

Что характерно: в борьбе за обладание ценным призом в лице барона, драконицы на меня не обращали никакого внимания.

Я обиделся. Но тут же нашел вполне сносное для самолюбия оправдание: девицы решили обзавестись связями в новой сфере влияния.

А я уж решил, что теряю хватку...

Всё правильно: для дракониц я - всего-навсего какой-то там принц, в то время как барон де Сигоньяк - Судья. Фигура, по количеству власти на квадратный сантиметр, сравнимая, разве что, с Князем.

- Из достоверных источников стало известно, что именно так и будет, - Джасмин взмахнула ресницами, а потом облизала губы раздвоенным язычком.

- Это не совсем верно, милые дамы, - Сигоньяк попытался деликатно высвободиться из железной хватки дракониц, но у него не вышло. - Сначала нужно набрать команды, провести серию тренировок, и только потом...

- Какое совпадение, барон! - вскричала первая драконица. - А я как раз превосходно жонглирую голова... мячами, я хотела сказать, мячами. Возьмите меня в команду! - и она прижалась к руке до неприличия пышной грудью.

- Но... командами заведую не я, - отчаянно отбивался барон. - Герцог Гранит Огнекрыл и генерал Мортиферус...

- Мортиферуса оккупировала Уховёртка, - сморщила носик Джасмин. - Пробить её заслон из наших малокалиберных орудий не представляется возможным.

- А Огнекрыл вообще заперся в своей башне, - надула губки Лоретта. - И один за другим смотрит все матчи, любезно предоставленные графом Фёдоровым.

- Граф Фёдоров! - вскричала вторая драконица. - И как я могла о нём забыть... - и с видом "ой, я где-то потеряла свой хрустальный сапожок" она упорхнула.

Зато две оставшиеся переключили внимание на меня...

Но сказать ничего не успели.

Потому что к нам, походкой Железного Дровосека, подгрёб мой дедуля по драконьей линии, Марк Тиберий Коммод. По-совместительству - Князь Драконьего Двора.

Оставшиеся драконицы склонились в низком реверансе.

Старый дракон надменно пошевелил бровями в их сторону... И девиц сдуло, словно по помещению промчался смерч.

Но барона де Сигоньяка они не выпустили - так и ретировались, крепко сжимая его в объятиях.

Мы с дедом остались одни...

Не считая полного зала людей и драконов, которые вели себя, как незнакомые друг с другом кошки: то есть, преувеличенно осторожно, вежливо, но как бы намекая, что не прочь принюхаться поближе.

- Здравствуй, дедушка, - я чуть поклонился.

Дракон вскинул подбородок.

Я уже давно заметил: мимикой, жестами и поведением драконы вполне походили на людей. Отличия были скорее, в менталитете.

Если человек, чтобы поприветствовать кого-то, склонял голову или кивал, то дракон делал наоборот: высоко задирал подбородок, чтобы посмотреть на собеседника свысока.

Это не было умышленным намерением. Просто они так привыкли.

Слишком долго оставались хищниками...

- Вижу, ты себя прекрасно чувствуешь, - недовольно констатировал Князь.

Вот опять. Человек бы спросил: как ты себя чувствуешь, внучек? Дракон же предпочёл сделать вывод САМ...

- Не подумай, что хорошо, - и я не кривил душой. - Я растерян. Подавлен. И настолько неуверен в себе, что очень хочу напиться.

- И в чём проблема? - удивился дракон.

- Ну, я не думаю, что пьяный в зюзю принц - такая уж хорошая реклама для Заковии.

- Я хотел спросить, ПОЧЕМУ ты испытываешь эти недостойные настоящего монарха чувства?

Я вздохнул. Ну как ему объяснить?..

Фаберже, перед тем, как выпроводить меня на этот свет... ский приём, строго-настрого предупредил: утром состоится коронация. Так что пожалуйста, сир, будьте так любезны, явитесь на неё на СВОИХ ногах. Вам придётся ответить на несколько вопросов, и хотелось бы, чтобы вы сделали это в здравом уме и твёрдой памяти, не размахивая хлопушкой и не дуя в свистульку.

Казначей до сих пор пребывал под впечатлением от пьянки, которую я закатил накануне сражения - и где-то я его даже понимаю.

К его пожеланию присоединился и граф Капканс. Начальник внешней разведки ещё не совсем пришел в себя от факта, что противники теперь не противники, а очень даже союзники на новой, ещё не исследованной, но потенциально прибыльной ниве спорта, и был несколько не в себе.

Но на одном оба царедворца стояли, как экскаватор на асфальте - то есть, прочно и незыблемо: коронация состоится утром, и я должен на ней быть. В вертикальном положении и с соответствующим выражением лица.

А я не хочу!

Ну не в жилу мне становиться королём.

Сидеть на троне, принимать законы, указы и послов, грозно хмурить брови и подписывать вердикты о репрессиях - не моё это.

Да, я прекрасно понимаю, какой уровень ответственности прилагается к титулу наследника и принца в нагрузку. Поэтому почти смирился.

Почти...

- Девушки, - решительно ответил я на вопрос деда. - Меня очень огорчили ваши драконьи девушки. Облепили Сигоньяка, словно он - стаканчик с мороженным, а на меня внимания не обращают.

Знаете, что такое "оговорка по Фрейду"? Это когда ты внезапно берёшь, и выбалтываешь то, о чём совсем не собирался говорить. Но сейчас был совсем другой случай.

О девушках я заговорил, потому что опасался выболтать дедуле совсем другое... То, о чём я говорить пока не готов.

Просто план ещё не созрел.

Дракон посмотрел на меня, как на слабоумного.

- Только не говори, что ты не в курсе, - предупредил дед.

Я закатил глаза. Ну почему все, буквально ВСЕ, ставят вопрос именно таким образом?

- Не в курсе ЧЕГО?

Лучше рискнуть выглядеть глупым, и спросить, чем сделать вид, что ты всё знаешь, а потом пускать пузыри в глубокой луже...

- Драконицы ищут потенциальных женихов.

- А... Чем плохи драконы?

Князь устало вздохнул.

- Благор находился под "железным занавесом" полторы тысячи лет. Мы все варились, так сказать, в одной кастрюле. А как ты уже успел заметить, внук, драконы - не самые миролюбивые существа.

- Иными словами, ваших дам от ваших кавалеров уже тошнит, - понятливо кивнул я.

- К тому же, охота на жениха - давний и очень традиционный в Благоре вид развлечения, - я поперхнулся, но Князь, судя по его виду, заявил это на серьёзных щах. - Главное, чтобы трофей был добыт живьём. И желательно, обладал крупным, не облагаемым налогом состоянием.

- В случае с Сигоньяком есть одна крошечная, почти незаметная проблемка: барон гол, как сокол, - злорадно улыбнулся я.

Не то чтобы я радовался бедности барона. Но то, что он не превратится в банальный трофей - доставляло определённое удовлетворение.

- Барон Сигоньяк, - наставительно сказал Князь. - Очень выгодная партия. Привычка к дисциплине, военная исполнительность, превосходное владение шпагой - незаменимые качества в семейной жизни. К тому же, у него обширное поместье в Заковии, которое, при должном уходе, будет приносить немалый доход. Если его отвоевать у новых владельцев, конечно. И тут, согласись, боевитая и решительная жена будет очень кстати...

- Но я думал, что девицы положили на него глаз, как на будущего судью...

- Одно другому не мешает, внучек, - назидательно изрёк Марк Тиберий. - Ещё ни одной жене не помешала высокая должность, которую может занять супруг. Карьера - это игра далеко не в одни ворота.

- Ого! Ты уже начал овладевать спортивной терминологией, - восхитился я.

- Секу помаленьку, - скромно улыбнулся Князь Драконьего Двора. - Хочу предложить Лиге свою кандидатуру на должность судьи от Благора.

Интересно: а кто будет судьёй от Сан-Инферно?.. - мысли мои понеслись вскачь. - Наверняка это кто-то из моих знакомых, - как любой культурный человек, я искренне порадовался за того, кому достанется эта почётная, хотя и хлопотная должность.

Как существо, имеющее в своём генофонде немалую толику драконьей ДНК, я тут же принялся подсчитывать потенциальные прибыли, которые может принести такое знакомство...

- Вернёмся к женитьбе, - решительно прервал мои приятные мысли Князь.

- К женитьбе?.. - я даже вздрогнул. Где-то я эти разговоры уже слыхал... - Но мне кажется, барон де Сигоньяк в состоянии сам принять такое ответственное решение.

Дракон на мгновение опустил веки. Его возраст, его опыт и очевидная мудрость были, можно сказать, картой этих век.

Морщины, лопнувшие сосуды, белые, как ледяные сосульки, ресницы...

- Почему ты меня всё время сбиваешь? - тихо, и как-то потерянно спросил дед и выпустил слабенький язычок пламени из одной ноздри. - Ведь я СПЕЦИАЛЬНО нашел тебя, чтобы обсудить этот животрепещущий вопрос. Давние договорённости, знаешь ли, никто не отменял.

- Ка... - мне пришлось сглотнуть, чтобы голос не дал позорного петуха. - Какие договорённости? - ой, не к добру это. Пятой точкой чую: не к добру...

- Я и твой прадед Золтар, в те давние времена, когда мы ещё были друзьями, заключили соглашение: потомок Аурики должен вернуться на Благор и жениться на драконице.

- Но... - я ещё раз сглотнул. - Ведь речь шла об их СЫНЕ, верно? И я вас прекрасно понимаю: как дедушка, вы хотели качать драконёнка на колене, рассказывать ему сказки и делать "козу"... Кто виноват, что вы разругались?

- В соглашении ясно сказано: ПОТОМОК, - суконным голосом повторил Тиберий Коммод. - А это значит - и ты тоже. В том числе.

Сюда бы Крючкотворса, - тоскливо подумал я. - Уж он бы нашел лазейку в этом их соглашении...

Но к добру или к худу, Крючкотворс, вместе с Розарио, крепко зависли в Златом Замке, в обществе господина Фаберже, Тамберлена и ещё нескольких господ драконов, дабы подготовить свод правил для проведения будущих игр.

- Ладно, хорошо... - у меня появилась одна идея, как отмазаться. - А это должна быть КОНКРЕТНАЯ драконица?

Ведь есть же Зебрина! По крайней мере, на ней меня хотят женить уже давно, и к этой проблеме я успел привыкнуть.

- Кларисса Фейрчайльд, - объявил дед. - Вот твоя невеста и будущая королева Заковии.

- Что?.. Уховёртка?

- Именно о ней, как о подающей большие надежды молодой даме, и думали мы с твоим прадедом.

- Но МОЛОДОЙ дамой она была полторы тысячи лет назад!

- И что? - Марк Тиберий поднял белые брови. - Не варить же тебе её... К тому же, Кларисса - владелица тринадцати замков. А ещё пары лесов, пяти озёр и трёх мостов.

- Вероятно, именно мосты меня и должны впечатлить, - ядовито, словно на языке сидела оса, промолвил я.

- КАЖДЫЙ из них расположен в начале платной магистрали, соединяющей столицу Благора с провинциями. Это очень прибыльное предприятие.

- Магистрали? - я хитро прищурился. - Но я думал, вы преодолеваете расстояния по-другому, - я взмахнул руками, имитируя полёт. - Типа, левитируете.

- Всё время махать крыльями? Мы ж не попугаи какие... - фыркнул дед. А потом сморщился, словно съел лимон. - Не сбивай меня, любезный внучок! Ох уж эта молодежь... Кстати, если тебя это утешит: господин Фаберже, а также граф Капканс полностью одобряют кандидатуру Клариссы. Казначея впечатлил размер приданого. А Капканс через этот брак надеется укрепить связи при дворе Благора...

- Вот только меня забыли спросить! - как специалист по паническим атакам, я уже чувствовал одну на подходе. И как только она начнётся - мало никому не покажется.

А ведь я обещал вести себя хорошо...

- В принципе, суть ты уловил, - Князь невозмутимо вздёрнул подбородок. - Видишь ли, внук... - крепко обняв меня за плечи одной рукой, он принялся неторопливо вышагивать по залу. Мне поневоле пришлось следовать рядом, чтобы не упасть. Другие гости расступались перед нами, словно вместо двух беседующих мужчин на них пёр бульдозер. - Монарх не принадлежит себе.

- А кому? Королеве?

- Он принадлежит всем: народу. Политикам. Экономистам. Военным.

- Журналистам, - ввернул я. И пояснил: - Ну, газетчики - это же пятая власть, правильно?

- В какой-то степени, - хладнокровно кивнул Князь. Поэтому ЗДЕСЬ я их не держу... - он посмотрел на меня с укоризной. - Опять ты меня сбиваешь!

- Вы говорили о том, что монарх принадлежит всем, кто попросит, кроме самого себя.

- А ещё - девушкам брачного возраста, которым приспичило выйти замуж за принца, - и он подмигнул. - И вот для этого как раз и существуют давние соглашения.

- То есть, никакой любви, никаких чувств, одни только прибыли?

- Ты не поверишь, внук, насколько хорошо прибыли могут заместить и любовь, и чувства и всю остальную дребедень, которую вы, люди, зовёте романтикой.

- А как же Аурика? - запальчиво спросил я. - Ведь она ПОЛЮБИЛА своего Золтара! И ей не помешали ни гнев отца, ни даже смерть.

Князь, не скрываясь, выпустил из ноздрей длинные струи вонючего дыма.

- Это исключение из правил, - проскрежетал он.

- Да что ты?.. А Зоя и Руперт?

И тут случилось странное.

Князь Драконьего Двора воровато огляделся, и подступив ко мне вплотную, тихо, но внушительно произнёс:

- Не в моих правилах напускать туману, но я не имею права о них говорить, и не могу объяснить, почему.

Я не осмелился оттолкнуть деда, и отступил сам. Потому что испугался: в животе дракона начинало что-то гудеть. Это было похоже на гул пламени в плотно закрытой печке, или на бульканье парового котла... Словом, я решил не искушать.

Но отступив, упрямо сказал:

- Руперт - мой близкий друг. А Зоя была сестрой. Я должен знать, что с ней случилось.

- Ключевое слово здесь "была", - прошипел дракон. - Поэтому, внучек, будь послушным мальчиком и сделай, как хочет дедушка.

Я вздохнул. Вот по этому тону я совсем не скучаю... Нет, я люблю свою бабулю, и был бы дико рад, увидь она меня сейчас - в центре внимания всего Драконьего двора.

Но есть всё-таки вещи, которые я предпочту оставить за бортом.

- Ладно. Обещаю не драконить почём зря.

Обещание далось мне с трудом.

- Молодец, - меня милостиво погладили по голове. - Хороший мальчик... А теперь идём. Я познакомлю тебя с будущей королевой Заковии.

До меня не сразу дошел смысл сказанного старым драконом. Но когда дошел...

В общем, я смылся. Самым позорным образом.

Как только Марк Тиберий Коммод возобновил движение вперёд, по направлению к золотому платью и медной короне из волос, я сделал шаг назад, а потом ещё один и ещё...

А затем, убедившись, что на меня никто не смотрит, поднялся по какой-то лестнице на верхнюю галерею зала.

А потом ещё выше и ещё, пока не добрался до самой крыши. Она была сделана из прозрачного материала, похожего на стекло. Но судя по преломлению света в гранях и тому немногому, что я знаю о драгоценных камнях - купол был сработан из цельного изумруда.

За пределами купола я обнаружил несколько площадок, похожих на вертолётные. Вот, на одну из них, сложив крылья, спикировал дракон, преобразился в человека и помахав мне издалека, принялся спускаться в зал...

А я остался на улице.

Дух захватило от открывшейся панорамы...

Так вот он какой: Благор. Измерение драконов.

Когда-то я видел картину японского мастера, на которой узкие пики гор тонут в клубах тумана.

Здесь было то же самое.

Пики, вершины, гребни, снова пики - они возвышались над плотными белыми облаками, как айсберги над морской гладью, и темнели на фоне апельсинового заката, как громадные галеоны, украшенные мачтами, флагами и таким количеством пушек, что хватило бы на средних размеров Пентагон.

- Это не горы, - голос раздавался откуда-то снизу и я опустил голову. Интуиция меня не подвела: о мой сапог, нисколько не стесняясь, тёрся крылокош. Белый, с тёмными ушками и хвостиком. - Это замки драконов, - продолжил крылатый кот. - Основания их где-то там, внизу, а над облаками виднеются только крыши.

Наклонившись, я взял крылокоша на руки и почесал ему ушки. Тот замурчал.

- Как тебя зовут?

- Пушинка.

- Значит, ты девочка...

- Сам ты девочка, - мне в рукав вонзились когти. Пока - как предупредительная мера. - Все претензии к моим родителям с не в меру развитым воображением.

- Извини.

- Проехали.

Мы постояли ещё немного. Точнее, я постоял, а упитанный крылокош удобно расположился у меня на руках и издавал басовитое мурчание.

- А ты здесь живёшь? - наконец спросил я. - И как? Драконы не достают?

- Вот ещё, - фыркнул Пушинка. - Я сам кого хочешь достану... - Ладно, мне пора, - крылокош вдруг заторопился и спрыгнул на каменные плиты. А потом расправил крылья и поднялся в воздух. - Кстати, совсем забыл, - сделав круг, он завис над моей головой. - Твоя коронация вот-вот начнётся. Советую поспешить.

Глава 4

Коронация!

Я тяжело вздохнул. На каких-то десять минут удалось забыть о насущных проблемах...

И кстати: чего это Пушинка сорвался так внезапно?

- А, вот ты где, Макси, - ага. Вот чего. Услышал, как сюда идёт дракониха и заблаговременно слинял. - Я тебя в зале обыскалась, а ты здесь прячешься.

Баронесса Кларисса Фейрчайлд была великолепна. Миниатюрная, как Дюймовочка, фигуристая, как Джессика Рэббит, и напористая, как Кощей Бессмертный.

Голос её можно было сравнить разве что, с Иерихонской трубой. Или вот трубы Страшного Суда - тоже очень подходяще...

Платье облегало её, как пищевая плёнка, и так же точно ничего не скрывало. В разрезе просвечивала умопомрачительная ножка, обутая в золотую босоножку. В прямом смысле - золотую. То есть, отлитую целиком из золота.

Такие вещи я научился чуять "на раз".

По-военному стремительно форсировав разделяющее нас расстояние, дракониха прижалась ко мне всем телом - грудью, животом, бёдрами, обвила мои ноги своей, не по росту длинной и какой-то гибкой, и сочно засосала.

И это вовсе не фигура речи!

Она распахнула пасть, полную острых зубов, накрыла мой рот и втянула в себя...

Я издал горлом придушенный визг.

Её это не остановило.

На исходе второй минуты у меня начались конвульсии - кончился кислород.

На дракониху это не произвело впечатления.

И только когда я начал терять сознание, она от меня отлепилась.

Если бы за моей спиной не было крепкой, надёжной, как швейцарский банк стены, я бы упал.

- Чёрт. Какой-то ты хилый, Макси, - дракониха скорчила презрительную гримасу и больно ткнула меня в рёбра. - А ведь в тебе течёт кровь прадеда... Но не переживай. Будем практиковаться. У меня все любовники учатся поддерживать темп. Ну, или дохнут, - на её прекрасном личике сформировалось задумчивое выражение. - Так что менять их приходится довольно часто... Приступим прямо сейчас. Надо же как-то понять, что из себя представляет отец моих будущих сорванцов. Главное, не ухайдокать тебя до коронации... Так что не дрейфь, Макси. Я обещаю сдерживаться.

Буквально ВЗВАЛИВ меня на своё обнаженное хрупкое плечо, баронесса решительно зашагала к одной из посадочных площадок.

Заметьте: я ещё не издал ни одного членораздельного звука.

У меня просто не было такой возможности: сначала я пытался не задохнуться, затем - отдышаться.

Теперь же у меня дыхание перехватило от открывающихся перспектив...

И когда они, перспективы, предстали передо мной во всей своей ужасающей красе, я совершил один из самых решительных поступков в своей жизни.

- Стойте! - закричал я. Голос был сдавленным, так что вышло неубедительно. И я попробовал ещё раз. - БАРОНЕССА ФЕЙРЧАЙЛД! СЕЙЧАС ЖЕ ПОСТАВЬТЕ МЕНЯ НА ПОЛ.

Помнится, такой Голос чрезвычайно действовал на разбойников, дорогих родственников и маленьких зелёных человечков.

Вот и драконица остановилась на полушаге. А потом лёгким движением плеча освободилась от ноши.

- Ух ты, - она подбоченилась и взглянула на меня с новым интересом. - А норов-то у тебя есть. Это неплохо. Нам с тобой предстоит захватывающий брак. Обещаю: скучно не будет.

Пока она изрекала эти неутешительные заявления, я успел отдышаться и прийти в себя.

- Никуда я с вами не полечу, - как можно решительнее сказал я. - О браке тоже можете забыть: у меня есть другие.

Баронесса издала такой же звук, какой выходит у тромбона, когда в него попадает вода.

- Другие? - уцепилась она за последнее слово. - Тоже мне, за дохлого осла уши! Я тоже не отличаюсь особенным целомудрием. Главное, отложить кладку. А лучше - десяток, для верности. И гуляй сколько влезет.

- ДЕСЯТОК?..

- Я что тебе, курвица, чтобы носиться с одним яйцом? Отмучаюсь сразу. К тому же, лишние наследники никогда не помешают. На этом поприще большая конкуренция.

Я потряс головой.

Как так вышло, что от обсуждения брака В ПРИНЦИПЕ, мы перешли к обсуждению количества потомства?

- Вы меня не поняли, - как можно вежливее я отстранился от пышного бюста, которым мне буквально ТЫКАЛИ в лицо. - Я не могу на вас жениться в ЛЮБОМ случае.

- Это почему же? - напор бюста стал практически неудержим. Платье так и трещало по швам.

Я растерялся.

- Ну не знаю... Во-первых, я не испытываю к вам романтических чувств.

- Ещё испытаешь. Как миленький. Как толко услышишь сумму моего свадебного подарка, так сразу и испытаешь. Если что, на минуточку: моё состояние не уступает состоянию Князя Драконьего Двора. Между прочим, он САМ давно сделал бы мне предложение. Если бы я помогла ему с разводом... - на этом месте баронесса кровожадно облизнула пухлые губы. Ну, и не старинное соглашение с Золтаром.

- Но я...

- Представляешь, каково это: просидеть в девках полторы тысячи лет?.. - рявкнула дракониха. - Вот то-то же, - она победоносно кивнула царственной головой. - Так что, не ерепенься, Макси. Ты же будущий король.

- Но у нас такая огромная разница в возрасте... - проблеял я.

Страшно подумать: она меня почти убедила.

- Я слышала, люди супругов не едят, - отбрила дракониха.

- Но мы с вами совсем не знакомы! - я хватался за соломинку. Потому что плоты, лодки и спасательные круги уже закончились.

- А вот это ваще не проблема!

Произнеся эту фразу, баронесса плавно повела плечами, и её и так весьма условное платье стекло к ногам, подобно прозрачному ручейку.

Приняв эффектную позу, баронесса улыбнулась.

- Ну!.. - глаза её вспыхнули, безупречные щечки налились румянцем.

- Что... ну? - я сделал осторожный шаг назад. Но вновь упёрся в стену.

- Сымай барахло. Знакомиться будем.

Я затравленно огляделся.

Проясню экспозицию: мы находились на одной из крыш замка Благор.

Мало того, что крыша была открыта всем ветрам, а также небесам, звёздам и мелкому дождику из ледяной крошки, который как раз начал накрапывать.

Под нами, буквально в нескольких десятках метров, полным ходом шла вечеринка.

Даже сюда доносились тяжелые запилы гитар и грохот бас-бочек.

А ещё на посадочные площадки то и дело приземлялись новые гости. Весело складывая крылья и щебеча, как утренние жаворонки, они устремлялись к угощению и танцам. Искоса поглядывая на нас с баронессой...

Мимо всё время шастали какие-то личности. Коротко поздоровавшись, они отталкивались от крыши и камнем падали вниз, в облака. Откуда уже поднимались крылатыми, хвостатыми и чешуйчатыми, как аллигаторы. Ловили восходящий поток и уносились вдаль...

- Ну давай, Макси, приступай, - нежная стальная ручка дёрнула меня за ремень, чуть не передавив на две неравновеликие половинки. - Коронация вот-вот начнётся, и если ты не хочешь опаздывать, знакомиться нужно в темпе. Вечерком, после бала, устроим настоящее знакомство. Обещаю: ходить после него ты будешь только раскорякой.

- Ужас, - честно сказал я. - Как же я буду править, раскорякой?

- Что за ерунда, - отмахнулась будущая королева. - Править ты будешь сидя. Никто и не заметит.

- Ладно, - внезапно я решился. - Давайте знакомиться. Только чур - я сверху.

- Это уж как получится, женишок, - оскалила прекрасное лицо в улыбке баронесса.

Она сделала шаг ко мне, а я сделал шаг назад, и уподобившись другим отбывающим гостям, рухнул в пропасть за пределами крыши.

Помнится, у меня очень хорошо получалось открывать порталы прямо в воздухе...

- Увидимся на коронации!.. - бабушка не воспитывала меня грубияном. И прежде чем нырнуть в портал, я успел попрощаться.

А потом, без всякого перехода, оказался в Златом Замке, в своей спальне...

Ну и набилось же туда народу!

Захария и Зара - они тоже были на драконьей вечеринке, но видимо, уже вернулись.

Лилит и Сигоньяк - что-то частенько я вижу эту парочку вместе, и как ни странно, меня это радует.

Крючкотворс и Розарио - у тигра с эльфом случился успешный экономический экстаз. Дополняя друг друга, они творили настоящие чудеса в сфере обогащения.

Фаберже и Капканс - царедворцы тоже представляли собой довольно занятное зрелище: один - тощий, похожий на прилизанный хлыст. Второй - корпулентный, представительный, с животом и щеками гиппопотама. Хоть сейчас отдавай их в цирк, на должность клоунов.

Колька и незнакомая мне барышня - судя по ощущениям, молоденькая драконица, едва отрастившая крылышки и вылетевшая из гнезда на первый бал.

Ну и пусть развлекаются, они друг друга стоят: оба неопытные, стеснительные и готовые на эксперименты.

Чёрт, я даже завидую...

Также присутствовали Похмельный в компании нескольких домовых и Библиотечный - он витал над старинного вида инкунабулой, которая лежала на полу. Толщиной она была мне по-пояс.

Подозреваю, что домовых видел только я: господин Фаберже пару раз даже прошел сквозь Библиотечного, и споткнулся о невидимую книгу...

- Макси! - первой меня заметила Зара. Сестрица, как всегда, не выпускала из руки высокого бокала и приветственно махнув, тут же из него отхлебнула.

От её приветствия меня передёрнуло.

Никак не мог забыть пышные формы и решительный характер будущей наречённой, которая - вот совпадение! - звала меня также...

- Сир, церемония вот-вот начнётся, - всплеснул пухлыми руками Капканс. - Соблаговолите переодеться и проследуйте в Главный Королевский Зал.

- Без меня не начнут, - я устало рухнул на кровать и сделал Похмельному знак плеснуть чего-нибудь освежающего. - О! Драконья кровь. То, что надо...

Я приложился к тягучей и плотной, как смола, жидкости.

Царедворцы содрогнулись, зато Захария подмигнул и улыбнулся.

- Пристрастился к винишку, да, братец? - спросил он из облюбованного ещё в прошлый визит кресла. - Я знал, что тебе понравится.

- Имей в виду, - сказал я строго. - Любое доброе дело наказуемо.

- Надеюсь, ты не будешь со мной слишком жесток, - скромно потупился братец.

Я хотел отхлебнуть ещё драконьей крови, но не успел. Розарио выхватил у меня бокал и решительно поставил его на тумбочку у кровати. В руках тигр держал внушительную кипу каких-то ведомостей, таблиц и графиков.

- Смета на предстоящий игровой сезон, - с места в карьер начал бухгалтер, плюхая мне на колени всю кипу листочков.

- Но у нас коронация!.. - взвился Фаберже.

- Пока не подпишет - из спальни не выпущу, - не оборачиваясь, чуть только повернув острое ухо, процедил тигр. - У меня совещание Лиги на носу.

Ручка была заблаговременно избавлена от колпачка и услужливо сунута мне под нос.

- Подписывайте, вьюноша, не кочевряжьтесь, - вставил свой грошик Крючкотворс. - И на коронацию, с чистой совестью.

На мгновение мне очень захотелось покочевряжится. А что?.. Застряну у себя в спальне, пропущу всё веселье...

И тут взгляд мой упал на очередной листок.

- Две тонны золота на шнурки и кроссовки?.. - меня постиг острый приступ дежа-вю, его успешно догонял инсульт.

- А что ты хотел, босс? На горгонидах кроссовки так и горят. А дендроиды? Представляешь, СКОЛЬКО у них ног? - пожал плечами Розарио. - Но ничего: после первой игры отобьём расходы на мерче и ставках.

- Да, но где ты СЕЙЧАС собрался взять такие сумасшедшие деньги?

- А я тебе не говорил?.. - тигр округлил невинные янтарные глазищи. - Лола поймала Эроса Аполлона и вытрясла из него половину того, что он вынес из наших подвалов.

- Только половину? - быстро переспросил я.

- Вторую он уже успел потратить, - поморщился Розарио. - Но не беда: мы придумали, как вернуть издержки.

- Не хочется прерывать столь интересную беседу, но нам и впрямь пора поспешить, - несколько нервно заметил господин Фаберже. - Коронация должна была начаться ещё пять минут назад, и народ начинает волноваться.

Значит, и из этого мероприятия казначей организовал машину по сбору денег...

Интересно, что он придумал: продавать места в партер и на галёрку? Взять гонорар с телестудии за эксклюзивную трансляцию? Обеспечить Отцам Города, опять же, за немаленький вклад в казну, лучший вид и возможность лично познакомиться с будущей королевой?

Скорее всего, всё это, и ещё кучу такого, что мне и в голову не могло прийти.

Сдаётся мне, если хорошенько поискать, у казначея Златого Замка в Благоре отыщутся не только друзья, но и близкие родственники.

Я вздохнул. Надо, так надо.

- Выйдете все, - я наконец-то отхлебнул из бокала, и сей процесс несколько примирил меня с действительностью. - Мне надо побыть одному.

- Милорд, после того, как...

- Я СКАЗАЛ, ИДИТЕ.

Придворных, друзей, призраков, домовых и родственников как ветром сдуло.

- Ну ты и горазд, твоё высочество, - восхитился Похмельный. Он отпустил резной столбик балдахина, встал на ножки и с опаской посмотрел на меня. - Ещё Говорить будешь?

- Нет. Если ты не будешь меня доставать.

- А чего это ты такой недовольный? - Похмельный бочком придвинулся ко мне и уселся рядышком. - Без пяти минут король, а всё репу морщишь.

- Далась вам эта корона.

- Ой, ладно тебе, - попенял Похмельный. - Бери пример с дедушки, Золтара Шестирукого...

- Дался вам этот Золтар.

- А ну не сметь! - меня чувствительно огрели по лбу взявшейся откуда ни возьмись исполинской деревянной ложкой. - Не позволю нарекать на великого предка.

- Да я не нарекаю.

- Вот и не нарекай. Лучше почитай биографию, - Похмельный кивнул на объёмистую инкунабулу, которую я лично, при всём желании, от пола не оторву. - Настоящая школа жизни, ответы на все вопросы.

- Да. Очень своевременно, - мрачно кивнул я. - Если отложить коронацию на годик-другой, как раз успею прочитать.

- Посмотри на это с другой стороны, - Похмельный поднялся и прошелся по одеялу - туда, сюда... - Будучи королём, ты сможешь принимать любые решения. Отдавать любые приказы. А все остальные должны будут тебя слушаться.

- С какого перепугу?

- Не с перепугу, а потому что ПОДДАННЫЕ. Это их работа, - и он смешно пошевелил густыми бровями. - СМЕКАЕШЬ?

Я допил драконью кровь и поднялся.

- Слушай, мне пора, - я протянул руку Похмельному. - Спасибо за гостеприимство, и всё такое.

- Что, сбежать намылился? - недобро прищурился домовой, но руку всё-таки пожал. - А зря. У страны должен быть король. И если уж тебе выпала такая участь - не ной. Молча тяни лямку.

Я вздохнул и сдавил переносицу.

- Слушай, ну не моё это, понимаешь? Я и с клубом-то управиться не могу. Но там у меня друзья, помощники... А здесь? - я оглядел так и не ставшую родной комнату. - Только будущая королева, которая рассматривает брак, как чисто наступательный манёвр. Так что... Ты меня извини. Ладно?..

И я шагнул в портал.

Оказавшись на главной площади - не помню, как она называется, что-то традиционно связанное с золотом, - я огляделся, вздохнул полной грудью вкусный, пропитанный запахами горячих пончиков и шоколада воздух, улыбнулся и пошел, куда глаза глядят.

Давно хотел прогуляться по Златому Граду. И решил, что сейчас - самое лучшее время.

Да, грыз меня червячок совести, грыз: столько народу набилось в Замок, чтобы поглазеть на нового короля и его благоверную, а я тут баклуши бью...

Но знаете что? Я где-то читал, что короли ВСЕГДА приходят вовремя.

Кроме того, я так давно не оставался один... А некоторые решения требуют одиночества. Чтобы никто не питюкал под руку.

А мне было о чём порешать.

И было мне совсем нелегко, уж вы мне поверьте. Восемнадцать миллионов подданных!

Это не шутка.

А ещё: новые союзники, Спортивная Лига, всякие там церемонии и другие скучные, как фильм о том, как сохнет краска, занятия.

Но я обещал бабуле.

Не в прямом смысле ОБЕЩАЛ - ведь она умерла до того, как успела открыть мне все радости моего происхождения.

Но я обещал мысленно, когда узнал о том, чем она для меня пожертвовала.

А город мне нравился. Дома представительные, улицы замощены хорошим булыжником, лавочки и магазинчики сияют свежевымытыми стёклами - ни один хороший торговец не захочет упустить покупателя только потому, что тот не разглядел товар через мутное стекло.

И ведь не мешала им чеканить имущество каждое поколение возобновляющаяся война... - восхитился я.

Вот что делает с людьми не опасение, но знание того, что чёрный день обязательно придёт.

А значит, встретить его нужно во всеоружии: здоровыми и очень богатыми.

Одобряю. Сам такой.

Мимо пронеслась стайка девчонок-подростков. Все они щеголяли модными в этом сезоне юбочками в желто-чёрной цветовой гамме, и спорили о чём-то спортивном.

Глядя им вслед, я почувствовал, что наконец-то созрел. И поворотил стопы к площади, посреди которой высилась чёрная неприступная Башня Голода.

Глава 5

Коронация удалась на славу. Не буду описывать весь процесс, вы и так знаете, о чём речь.

Скажу одно: устал я, как ездовая лайка, которая в одиночку затащила нарты на Северный Полюс.

Сколько я рук пожал - ужас. И не все из них были руками...

Придворные в париках и смешных гольфах, Отцы Города в добротных бархатных камзолах, бизнесмены в прекрасно сидящих костюмах, дворяне, инженеры-золотодобытчики - здесь это отдельная каста, чрезвычайно уважаемая.

Потом пошли послы от сопредельных стран. Особенно мне запомнился один: в потрёпанной треуголке, водруженной прямо на красную бандану, в стильном кожаном камзоле с огненно-красным жабо, и с интересными побрякушками в бороде...

Представили его как Саймона Снегиря, губернатора Островного Королевства.

Как по мне - самый настоящий пират. Только на двух ногах и без попугая.

Каждый из гостей, по традиции, дарил новому королю небольшой подарок.

Представители Драконьего Двора, например, преподнесли статую собственного Князя, выполненную в полный рост и с ужасающими подробностями. Статуя была из чистого золота, и кроме эстетической, несла ещё одну функцию: могла служить фонтаном.

Одно уточнение: создатель статуи, руководствуясь своим нечеловеческим чувством юмора, подвёл воду не к усыпанной зубами пасти, не к глазам и даже не к ушам.

Я сразу окрестил сие произведение "Писающий Монстр". А что? По-моему, довольно смешно.

Но всё плохое когда-нибудь заканчивается. Кончилась и коронация. Полагающиеся клятвы были произнесены, присяги приняты, регалии, полагающиеся мне, любимому, надеты - во всей этой жесткой мишуре я чувствовал себя красивым, в меру упитанным трицератопсом в полном расцвете сил.

И вот уже слуги рванули к огромным двустворчатым дверям, ведущим в пиршественный зал, а придворные, гости столицы и остальные пираты принялись выстраиваться парами и предвкушающе цыкать зубом; мажордом Помпадур вышел на середину зала, чтобы объявить вторую часть Марлезонского балета, сиречь - обед; а генерал Мортиферус подал незаметный знак Службе Безопасности Короля - чтобы те приготовились окружить мою драгоценную персону непробиваемым заслоном...

Отметя в сторону их притязания, я встал с трона - с некоторым усилием, под тяжестью регалий, но самостоятельно, - и широко улыбнулся. А потом прокашлялся и сказал:

- ОДНУ МИНУТОЧКУ, ГОСПОДА.

Помните, знаменитое Грибоедовское: "К нам едет ревизор"?

Так вот здесь было то же самое, только с драконами и пиратами. Немая сцена "не ждали".

Река гостей, уже начавшая своё плавное течение в двери пиршественного зала, откуда доносились аппетитные запахи жареных лебедей, фаршированных желудей и паштета из соловьиных гузок, вдруг остановилась.

Словно её сковал внезапный мороз.

Потом река подёрнулась рябью - головы придворных и гостей принялись оборачиваться в мою сторону, одна за другой.

И наконец образовался общий водоворот - когда присутствующие, смирившись с тем, что отведать жареного лебедя не получится прямо сейчас, стали возвращаться к трону.

- Что вы делаете, сир? - за правым плечом, как тень отца Гамлета, возник граф Капканс.

- Ваше величество, - за левым плечом, как и положено пугательному призраку, нарисовался Фаберже. - Хотя я и не одобряю такое расточительство... Тысяча порций креветочного салата протухнет, вы и оглянуться не успеете.

- Ничего, я скоренько, - лучезарно улыбнувшись царедворцам, я повернулся к толпе.

Загодя я готовиться не стал. Решил положиться на импровизацию. Как всегда...

И поэтому сейчас мне ничего не оставалось, как набрать в грудь побольше воздуху и начать:

- Как известно, мой августейший отец, вступив в права наследования семнадцати лет от роду, начал правление с того, что распустил кабинет министров.

По залу пронёсся ропот. А так как зал был довольно большим, а гостей в него набилось много, то ропот превратился в обиженный рёв взлетающего авиалайнера, у которого в самый ответственный момент отвалились крылья.

- Я не буду превращать его поступок в традицию.

По залу вновь пронеслась волна. Теперь уже - облегчения.

- Но несколько указов я считаю нужным издать прямо сейчас.

Я посмотрел на господина Крючкотворса, и эльф, важно задрав сухонькую, украшенную просторными ушами голову, взобрался по восьми ступенькам, что вели к Златому Трону.

А потом торжественно вручил мне несколько красивых, украшенных затейливыми виньетками, листов бумаги.

- УКАЗ ПЕРВЫЙ, - я давно уже понял: чтобы тебя услышали, не обязательно орать. Просто нужно говорить... Внушительно. - Мирный договор с измерением Благор, с одобрения и попустительства Князя Марка Тиберия Коммода, на веки вечные. Ничто: никакие ссоры, распри, семейные неурядицы и спортивные конфликты не вправе расторгнуть или нарушить этот договор, который вступает в силу с сего года, дня и месяца.

Народ застыл, как вкопанный.

Некоторые осмеливались бросать взгляды на посольство Благора, которое отдельной кучкой сгрудилось вокруг барона Сигоньяка - пресытившись придворными интригами, драконы с головами ушли в обсуждение спортивных новостей.

- УКАЗ ВТОРОЙ, - я широко улыбнулся и взял второй листок из стопки законника. - Учредить Спортивную Лигу, в которую могут вступать представители ВСЕХ измерений, буде в их возможностях заниматься спортом в любых его проявлениях: игры с мячом, водные виды спорта, а также полёты на скорость и воздушный фристайл, - я взял паузу, а потом сказал другим, неофициальным тоном: - На самом деле, что считать видом спорта, а что нет, я предоставлю специальному комитету, в котором буду иметь совещательный голос, но и только. А главой этого комитета я назначаю... - Крючкотворс нервно запрядал ушами. - Ах да, забыл.

УКАЗ ТРЕТИЙ, - я нашел взглядом незабвенных родственников. - Главой комитета по спортивным играм я назначаю... Зару Золотову. С правом переизбрания через один год.

- Макси! - забыв о субординации и этикете, взвизгнула сестрица. - За что ты так со мной? Что я тебе сделала?

- Не благодари, дорогая, - я послал персональную улыбку желтоволосой демонице.

Помните, я говорил, что я не злопамятный. Отомщу - и забуду.

Так вот: пришло время подать и это порядком остывшее блюдо.

- УКАЗ ЧЕТВЕРТЫЙ, - провозгласил я, доставая из пачки предпоследний листок. - Я, монарх Максимилиан Первый, своей волей и желанием, упраздняю налог на Войну и Табель о Дозволенном Колдовстве. Никаких больше трёх баллов, дорогие граждане, магичьте, сколько хотите.

Драконы, пираты и другие гости, прибывшие на торжество из сопредельных стран и измерений, не обратили на этот указ ровно никакого внимания.

Зато по рядам подданных прошел такой шквал, что у чайного клипера, если бы он качался на безмятежных волнах, сорвало бы все паруса.

Потому что мои дорогие подданные прекрасно понимали, что означает этот указ.

Не будет больше охранки, которая бдит за каждым их шагом и карает за любое колдовство, превышающее жалкую третью ступень.

Не будет сборщиков податей, которые буквально выбивают золотые унции за каждую провинность, якобы совершенную добрыми гражданами по мнению Тайной Полиции.

Не будет налогов на доспешный сбор, на выселение сирот в Ядоносные Пустоши, с последующим формированием Головных Полков.

Словом, много чего не будет. А вот что вместо этого появится...

- Изъявлением монаршьей воли, надзирающим за исполнением этого указа я назначаю своего брата, Захарию Золотова, - я рискнул бросить всего один взгляд на бывшего контрабандиста Дикого Бизона, которого вдруг, мановением руки, обязали вести праведную и честную жизнь. А вот так вот. Попробуй на своей шкуре, дорогой братец, каково это - отвечать за всех, скопом и гамузом, - Захария Золотов также возглавит первое в Златом Граде отделение Явной Полиции, которая будет заниматься мелкими бытовыми преступлениями, кражами и другими нарушениями порядка, которые захотят учинить добрые граждане Заковии.

И я подмигнул Захарии. Тот сделал большие глаза и провёл рукой по горлу - что должно было означать: - хватит, хватит, Макс, у меня и так дел невпроворот... Но знаете, что по этому поводу говорила моя бабушка? "Хочешь, чтобы работа была сделана быстро - поручи её занятому человеку".

А мне очень хочется, чтобы мои родственнички отныне были ОЧЕНЬ заняты, и перестали лезть в мои дела.

Так что осталось последнее дело. И ещё один родственник...

Помните, перед коронацией я направил стопы к Башне Голода? И конечно же, вам страшно интересно, зачем я это сделал.

Скажу: чтобы пригласить своего брата Золтана на коронацию. Зорьку, разумеется, тоже.

И вот теперь настал их черёд...

- УКАЗ ПЯТЫЙ, - я отыскал глазами старшего брата и угрюмую девочку, которая изо всех сил старалась доказать, что ей всё равно. Всё равно, что с неё сняли все надуманные обвинения. Всё равно, что на ней - прелестное платье цвета морской волны, прекрасно оттеняющее рыжие завитушки волос. Всё равно, что она находится в Златом Замке, и никто не тащит её, выкручивая руки, в пыточную камеру... Так вот. Пятый указ.

- Властью, данной мне короной Заковии, торжественно заявляю: я, Максимилиан Первый, в здравом уме и трезвой памяти, слагаю с себя королевские обязанности. Беру, так сказать, самоотвод.

Никто не шелохнулся. Тысяча пар глаз прикипела к моей персоне, словно я был клейкой бумажкой от мух.

И в этой гробовой тишине, где не было слышно даже дыхания, вдруг раздался громкий и очень раздраженный голос.

- Макси, малыш. Мы так не договаривались. Я выхожу за тебя только при одном условии: если ты будешь сидеть на троне. Иначе ты мне нужен, как матрас из мыльных пузырей.

Я блаженно выдохнул. А потом повернулся, и с высоты трона благожелательно посмотрел на свою - бывшую - невесту. Баронессу Клариссу Фейрчайльд, прозванную Уховёрткой.

- Не надо опережать события, прекрасная баронесса, - сказал я. - Вам была обещана королевская мантия - и вы её получите, Люцифер меня побери.

- Но...

- Потому что отрекаюсь я, ребята, не просто так. А в ПОЛЬЗУ моего старшего брата, Золтана Золотова.

Слова мои канули в уши придворных, как камень в болото. То есть, с громким бульком. А я отыскал взглядом дорогого братца и широко ему улыбнулся.

Я же говорил: отомщу, и забуду. Хотел, чтобы всё было по уму - пускай сам мается.

Спустившись со всех восьми ступеней, я подошел к Золтану и нахлобучил корону ему на голову.

Потом, одну за другой, снял с себя все регалии, и в произвольном порядке, как новогоднюю ёлку, разукрасил ими брата.

И вот теперь началось.

Во-первых: все, без исключения, сильно удивились самому факту того, что кто-то может вот так, за здорово живёшь, отказаться от трона.

Во-вторых: народ удивился тому, что старший из братьев Золотовых жив, а не разбился насмерть у подножия башни.

В третьих: сильно удивились царедворцы. Ну, не столько удивились, сколько огорчились, ведь они уже видели себя хитроумными кукловодами, которые будут подсовывать на подпись несведущему юнцу всё, что ни придёт в голову. И вследствие этого получать огромные, просто таки неприличные прибыли.

И они были бы правы: несмотря на строптивый характер, ослиное упрямство и таких отличных помощников, как Крючкотворс и Розарио, я ничего не петрю в управлении страной.

Но Золтан - это совсем другой коленкор. Да он ЗАБЫЛ о придворной науке столько, сколько я не узнаю за всю оставшуюся жизнь...

И самое главное, он ЛЮБИТ Заковию.

Нет, я тоже её люблю. Громадной, пригибающей к земле любовью.

Это как с супругой: ответственность, и настоящая неподдельная любовь - две большие разницы. В первом случае ты уныло тянешь лямку, во втором - придаёшься этому занятию радостно, энергично, с огоньком... Улавливаете?

И пока вокруг трона царила неразбериха и давка, я под шумок растворился в толпе.

Избавившись от короны и регалий, я вновь стал обыкновенным человеком.

- Макси! - меня схватила за локоть сестрица. - Что ты себе позволяешь? Зачем ты запихал меня в этот комитет?

- Все вопросы к королю, - аккуратно избавившись от хватки, я отвернулся от демоницы.

Ничего. Заре не помешает научиться слушать кого-то, кроме себя. А комитет, в котором каждый старается перекричать других, как нельзя к этому располагает.

И в то же время, склочный характер и ослиное упрямство - фамильные черты Золотовых - не позволят ей сбежать, или стать послушной марионеткой.

- Макси! - в мой локоть вновь вцепились железные пальчики. На этот раз - увенчанные не маникюром, а чёрными, покрытыми золотой эмалью когтями. - Что за выкрутасы, малыш?

- Никаких выкрутасов, баронесса, - я попытался отцепить когти, которые уже прорезали насквозь плотную ткань белого парадного мундира. - Вам нужно место королевы - вы его получите. Если сможете убедить короля Золтана, что он должен жениться именно на вас.

Баронесса бросила задумчивый взгляд на моего старшего брата. Он как раз попал в плотное окружение, организованное силами придворных. Возглавлял нашествие генерал Мортиферус, с флангов его поддерживали господин Фаберже и граф Капканс.

- Пойти, что ли, познакомиться... - пробормотала она, как бы про себя.

- Идите, баронесса, дерзайте, - поощрил я дракониху. - Один совет.

- Ну? - глаза её неотступно следили за Золтаном. Я её больше не интересовал... - Только быстро.

- У короля Золтана хрупкое здоровье, - сказал я. - В прошлом ему крепко досталось, и если вы, при знакомстве, СРАЗУ примените весь свой взрывной темперамент...

- Ты плохо разбираешься в темпераментах, малыш, - впервые Кларисса по прозвищу Уховёртка посмотрела на меня, как на живое существо. А не как на ценный трофей. - Подход, который я применила к тебе, вовсе не годится для такого мужчины, как твой брат. Золтан - человек опытный, а значит, осаду нужно строить по всем правилам военной науки.

- Помните главное: вы останетесь королевой, пока ваш дражайший супруг остаётся королём, - заметил я.

И улыбнулся.

Глаза баронессы подозрительно сощурились.

- Что за новости? - прошипела она сквозь зубы. - Разве не жена наследует всё имущество мужа, после его кончины?

- В обычной жизни - может быть, - я скроил умудрённое опытом лицо. - Но как мне недавно сказали, король не принадлежит себе. У него ничего нет, никакого личного имущества. Только трон. И прилагающиеся к нему обязанности. Но вы всё равно попробуйте. Уверен, у вас с королём Золтаном найдётся много общего.

Насчёт последней фразы... Я действительно так думал. Гигантское приданое баронессы Фейрчайлд очень пригодится истощенной войной казне Заковии, а спокойный и сдержанный Золтан благоприятно повлияет на её темперамент.

В то же время: старшему братцу пойдёт на пользу общение с энергичной драконихой, ей вполне по силам излечить его от всех хворей и недугов...

А я пошел.

Осталось одно незавершенное дело, не выполнить которое я просто не имею права.

Поплутав среди гостей - на меня бросали удивлённые и настороженные взгляды, но заговорить никто и не пытался - ведь я больше не представлял политического интереса...

Так вот, поплутав среди гостей, я додумался заглянуть за одну из резных ширм, в которых прятались уютные уголки отдыха: диванчики, креслица, кушетки и столики, уставленные напитками.

После нескольких неудачных попаданий я обнаружил искомое.

- Привет, - без приглашения я плюхнулся на соседний диванчик и плеснул себе шампанского. Брр... Кислятина. Фаберже в своём репертуаре.

- Не привет, - горько и гордо ответили мне с соседнего кресла.

- Знаешь, это самое королевствование - довольно утомительная штука, - доверительно поделился я. - Не пробыл королём и пяти минут, а устал, как каторжный голем на золотоносных копях.

- Я тебя ненавижу, - заявила Зорька. - Зачем ты отобрал у меня Учителя?

Я вздохнул.

- Какой эгоистичный ребёнок...

- Я не ребёнок!

- Тогда скажи: разве плохо будет, если у всей Заковии появится такой Учитель, каким был для тебя мой старший брат?

Зорька упрямо сжала губы и отвернулась.

- Он много знает о Ядоносных Пустошах, - напомнил я. - И о сиротах. И о обо всём остальном, о чём я бы не узнал и за двадцать лет.

Девочка прерывисто вздохнула. Словно сдерживала слёзы. А потом посмотрела на меня в упор. Хорошо ещё, что не пнула...

- А что буду делать я? - запальчиво спросила она. - Ты что, думаешь, я смогу жить в этом... замке? - губы её сложились в презрительную гримасу.

- Для тебя у меня есть специальный, персональный указ, - вытащив из кармана, я протянул ей лист бумаги, скреплённый королевской печатью.

Нетерпеливо разорвав конверт, девчонка впилась в строчки. А потом подняла на меня горящий взгляд.

- Академия Сен-Сир?

- С полным довольствием и проживанием. Любые факультеты. И кстати: там будет своя футбольная команда...

Неописуемый восторг и надежда боролись в душе девчонки с врождённым недоверием, подростковой строптивостью и чувством противоречия.

Надежда и восторг победили.

- Когда я могу туда пойти?

- Приказ о зачислении уже подписан. Так что, хоть сейчас.

Зорька неуверенно поднялась.

- Не рассчитывай, что я буду тебя благодарить.

- И в мыслях не было.

- Будет только справедливо, если я утру нос всем этим богатеньким...

- Именно это я и имел в виду, подписывая приказ.

- Ну... тогда я пойду?

- Один совет.

- Ну что ещё?..

- Сделай их всех.

Когда Зорька ушла, я тоже поднялся.

Выглянул из-за ширмы и понял, что больше мне в Златом Замке делать нечего.

Нет, я буду наведываться сюда время от времени, просто чтобы посмотреть, как идут дела. Как работает Лига и Комитет по спортивным играм...

Может, порадую их советом-другим.

А сейчас мне пора.

Не думая, я открыл портал и сделал шаг.