Самый главный день

Глава 1

Они звонили на мой телефон постоянно. Пришлось выключить. Саньке телефон выключать было нельзя. Он работал как навигатор. Они начали звонить на него, только когда поняли, что мой недоступен. Звонили родители, звонил Влад, звонили незнакомые номера, которые мы из опасений опять услышать водопад ругани и угроз не брали. Все, что нужно, уже было сказано.

Санька пригибался к рулю, всматриваясь в дорогу. Дорога была никудышная, проселочная. И темная. Фары разгоняли темноту на десяток метров вперед. Сугробы мелькали справа и слева, сливаясь в белые коридоры. Как коридоры той больницы, где дорогие родственники держали меня все это время в ожидании свадьбы.

— Твою дивизию! — фары выхватили из темноты невысокую фигуру в тулупе и меховой шапке с ушами.

Санька вывернул руль сначала в одну, потом в другую сторону, взвизгнули тормоза. Машину занесло и она остановилась поперек дороги. Хорошо, что мы были единственной машиной, решившейся ехать здесь среди ночи.

— Господи, что он тут делает?! — Я с изумлением рассматривала старика, бредущего по краю дороги (обочины были занесены). Борода его была покрыта инеем. Проходя мимо нас он поклонился, приложив руку к груди и пошел себе дальше.

— Понятия не имею. — Санька таращился на старика. — Тут по карте жилья-то нет на десятки километров что вперед, что назад. А мороз ночью обещали сильный. С его шагом к утру только ледяная фигура и останется.

Он завел мотор, вывернул на дорогу и приоткрыл стекло.

— Дедушка, — давай подвезем, — замерзнешь же!

— А и давай! — не стал отказываться от своего счастья дед и бордо полез на заднее сиденье.

— Платье там подвиньте! — я пролезла между передними сиденьями и сама сгребла ворох белоснежной пышной ткани, освобождая половину сиденья. Побег был неожиданным и паническим. И это единственное, что я успела унести с собой. Влад привез показать, чтобы еще раз убедить, что мое упорство глупо и бессмысленно.

— А что, сынок, куда путь в такую поздноту держите? — спросил дед, когда машина тронулась.

— Расписаться хотим, дедушка, — не стал скрывать Сашка.

Потому, что, либо мы успеем сейчас расписаться, либо вся эта гонка будет напрасной. Родственники меня все равно найдут и уже под конвоем отведут под венец с Владом. Потому, что я имела несчастье родиться в религиозной общине, где брак был высшей ценностью, не подлежащей расторжению. — А ты куда «в такую поздноту» идешь? Мороз ведь!

— Дела, сынок, очень много дел! Спасибо, выручил, а то бы никуда я не успел! А распишут ли? Ночь ведь на дворе. Новогодняя. Все уже по домам сидят, оливье едят, телевизор смотрят.

Машина мчалась от вперед. Было тепло, но от вопроса деда, у меня в который раз пробежал мороз по спине. Это был самый слабый пункт нашего плана.

Сашка, словно почувствовав мой мандраж, положил руку мне на колено.

— Не дрейфь, Юлька, священник обещал ждать. — Но обычной уверенности в его голосе не было. Он сам переживал. Просто другого варианта у нас не было. Мы решили бить папеньку его же оружием. Если брак в общине нерасторжим, надо просто заключить его с любимым человеком. Сашка договорился со священником, пообещав ему все деньги, которые у него на тот момент были. И теперь мы летели вперед. Слово за слово, и я вдруг незаметно рассказала деду всю нашу историю. Он был таким внимательным слушателем, что слова сами вылетали.

— И теперь стало-быть кто первый успеет?

— Ну да, если церемония пройдет до конца и родители с Владом не успеют вмешаться, то им придется смириться. Нам бы времени побольше. Ну, или чтобы мои родственники где-то застряли, пока мы не обвенчаемся. Они ведь наверняка прикинули, куда мы можем бежать. Только в Сашкин поселок.

— Ну и навертели вы дел! — хлопнул себя по тулупу дед.

Впереди забрезжили первые огни.

— Охровка, — охрипшим голосом сказал Сашка. — Юлька, ты готова?!

— Готова, — я отстегнулась, и полезла на заднее сиденье, напяливать на себя пышную юбку, прямо поверх водолазки.

Мы с визгом тормозов подкатили к церкви.

— Дед, ты подожди в церкви, — скороговоркой частил Саня, — закончим, отвезем тебя куда надо.

— А и спасибо, ребятки, я уже приехал. — Дедок шустрее меня вылез из машины. — Удачи вам!

И он быстро поковылял в метель, которая вдруг началась ни с того ни с сего. Мы недоуменно переглянулись и побежали к церкви, окошки которой обнадеживающе светились.

Отойдя от машины подальше, дед встряхнулся, как большая собака после купания, расправил плечи и зашептал что-то в густеющее снегом небо.

Метель пошла сильнее, заворачиваясь в воронку и прицельно засыпая дорогу, по которой они только что приехали. Через минуту на дороге уже лежал приличный вал из снега, через пять минут фары подъехавших машин осветили лишь белую снеговую стену, которую продолжал засыпать снег.

— С Новым годом, ребятки! С новым счастьем! — прошептал дед в длинную белую бороду и бодро пошагал по дороге, вскоре растворившись в метели.