Сам себе властелин 4

Глава 1

— Ваня!

Особняк пылал, как огромный костёр. Адские языки пламени пожирали его от фундамента до флюгера на крыше. Плавились камни, с треском лопалась черепица, стёкла в окнах оплывали, как воск. Тёмные боги, кто был внутри в момент взрыва?!

— Ваня!

Тоненький голос вырвал меня из ступора. Я опустил взгляд — мою ногу обхватила Дитя Тьмы, трясла меня, как медведь яблоню, и пыталась докричаться.

— Дитё!

Пришлось оторвать её от ноги, присесть и заглянуть в глаза.

— Как ты здесь оказалась?

— Там вспыхнуло! Как загорится всё, — она всхлипнула, — я испугалась, и к тебе телепортюлась. Только не ругайся! Я не хотела сбегать. Честно-честно, я спать шла!

Я обнял и прижал девочку к себе.

— Тихо, тихо. Не буду я тебя ругать.

— Точно-точно?

— Правда-правда. Ты видела, кто в доме ещё был?

— Не знаю, — Дитя шмыгнула носом, — мумий так громко закричал! И Казна тоже. Так страшно было!

— Тшшш. Всё будет хорошо.

— А они не погибли? — неожиданно серьёзным и спокойным голосом спросила Дитя.

— Не знаю, маленькая. Не знаю.

Мне показалось, что глаза Дитя затопила темнота, жуткая и бездонная.

— Тогда мы им отомстим! Всем светлым.

Она подняла руку — в кулачке была зажата оплавленная вилка, с погнутыми зубцами.

— Владыка!

К нам подбежал Уру-Бука, с искажённым от гнева лицом.

— Владыка, что нам делать? Не погашнет, шильно горит.

Из-за спины орка вынырнул Торквин:

— Владыка, у меня плохие новости.

— Да куда уж хуже-то?!

— Тот отряд, что был у кладбища, выдвинулся к городским воротам.

— Ну?

— Они разоружили стражу и…

Торквин запнулся. По его лицу пробежала судорога.

— Они впустили в город армию светлых. По крайней мере, пять тысяч клинков.

У меня перехватило дыхание.

— Виноват, был неправ. Может, и хуже. Торквин, на кой чёрт вы меня сюда вызвали? А я, дурак, купился. Сидел бы сейчас дома, пил кауаффий, кушал пироженку. Нет, бегаю по вашему дурацкому городу, жду, когда светлые мне голову открутят.

— Простите, — “колобок” закашлялся, — я бы сам хотел оказаться подальше отсюда. А ведь мне предлагали, знаете ли, перебраться в Хвицатс. Профукал своё счастье.

— Меня вождём жвали, — скривился Уру-Бука, — но я шлужу Владыке. Што делать будем?

Обернувшись, я ещё раз посмотрел на особняк. Хорошо горит, жарко. Всё, накрылась эвакуация через Казну. Надеюсь, хоть она сама уцелела в пожаре. Я поймал себя на мысли о мумии, Клэр и Сене, и дал сам себе приказ не думать. Они должны были спастись и точка. Если сейчас начать переживать, то я рискую потерять и всех остальных. Думай о другом!

— Попробуем выбраться через порт. Наймём корабли, или украдём, если понадобится. Вывезем беженцев, затем войска. В крайнем случае, пробьёмся из города.

— Нет там кораблей, — Торквин наморщил нос, — как беспорядки начались, купцы стали уходить. Нюх у торговцев на неприятности.

— Владыка, не шлушайте его, — Уру-Бука хрюкнул носом, — корабли будут.

— Откуда?

— Ну, — орк отвёл взгляд, — я в нашем порту договорилшя. Думал, трофеи будут, чтобы на шебе не тащить.

Трофеи, ха! Дай Уру-Буке волю, он Кемнаро по кирпичику разберёт и вывезет.

— Как интересно. Сам додумался?

— Шударь Гуго подшкажал, жа долю в добыче.

Ты смотри-ка — спелись два военных. Вот только не будет добычи, самим бы выбраться.

— Потом обсудим, кто кому должен. Командуй, выдвигаемся к порту.

***

Наш караван двинулся в сторону порта. По параллельным улицам Уру-Бука послал дозорных, чтобы не случилось внезапного нападения. Впрочем, происшествий так и не случилось.

Дитя забралась ко мне на руки, ехала, смотрела по сторонам на город в утренних сумерках, да так незаметно и заснула.

— Давайте я понешу, Владыка, — подошёл ко мне Уру-Бука.

Я покачал головой.

— Не надо, мне не тяжело.

Экзодоспехи, благодаря магии скелетов, отлично держали нагрузку. Я бы давно уже свалился, если бы всю ночь бегал в обычном железе.

За пару кварталов до порта, ко мне пробрался Торквин.

— Владыка, — он изобразил на ходу поклон, — я должен вас временно покинуть. Есть одно неотложное дело.

— Сбегаете? — я посмотрел на него с подозрением.

Торквин поморщился.

— После сегодняшней ночи, вы единственный в городе, кто не хочет отрубить мне голову. Хотя нет, вру — Зюйц-Хеллер наверняка выдумает что-нибудь поинтереснее. Скажем, утопить меня в бочке с коньяком или посадить на ёжика.

Я тихонько рассмеялся, представив картину в красках.

— Вот только не надо насмешек, — оскорбился Торквин, — магически раскормленный ёж вырастает размером с бочку. Их против рыцарей применяют, чтобы на скаку останавливать.

— Какая полезная зверушка.

— Вам бы всё насмешничать, а мне от одной мысли дурно делается. Владыка, я хотел попросить, чтобы вы забрали с собой несколько человек.

— Ваши тайные агенты?

— Нет, — он неожиданно тепло улыбнулся, — просто симпатичные мне люди.

— Так вы за ними собрались? Приводите, что же не взять, если будет место. Только не факт, что мы сами выберемся.

— Вы — точно выберетесь. С вашей удачей даже из пасти дракона можно удрать.

— Хватит льстить, Торквин. Бегите уже по своим неотложным.

— Я вернусь, обещаю.

— Учтите, ждать не будем.

Торквин кивнул и мгновенно растворился в толпе. А на его месте тут же образовался Уру-Бука.

— Владыка, я про корабли хотел шкажать. Чештное шлово, я не вшю добычу жабрать хотел. Половину вам, четверть мне, оштальное бойчам.

— Ну ты нашёл время, о трофеях разговаривать. Если твои корабли нас вывезут, я тебе орден дам. Скажем, “Внезапного спасителя” первой степени, с бантами и подвязками.

— Подвяжки не надо, — Уру-Бука замотал головой, — мы их не ношим.

— Тогда с дубовыми листьями, привередливый ты наш. Далеко ещё?

— Почти пришли.

***

В порт мы попали без приключений. Два стражника, дежурившие на воротах, бросили пост и без единого крика дёрнули куда-то в переулки. Правильное решение, когда видишь марширующих скелетов с оружием наголо.

— Ну, где твои корабли?

— Шейчаш, шейчаш.

Бука вооружился двумя факелами и побежал на пристань. Там он замысловато помахал руками, изображая то ли птицу, то ли спятившего матроса, и вернулся обратно.

— Ты меня извини, Бука, но этот твой сигнал точно сработает?

— Это ошобый орочий телеграф. Мои ребята его точно не пропуштят.

— И когда приплывут? Скоро?

— Не жнаю. Как шмогут.

— Тогда организуй оборону порта. Рассчитывай, чтобы подольше продержаться.

Уру-Бука щёлкнул каблуками и убежал отдавать распоряжения. И где только научился? У местных гвардейцев подсмотрел, что ли?

Генерал не зря ел свой хлеб с маслом и бабушкины пирожки. За полчаса скелеты и орки перекрыли все подходы монументальными баррикадами из подручного материала. Из местных складов тащили деревянные брусья, листы железа, тюки с чем-то тяжёлым и сооружали настоящие крепости. Против рыцарей отличная защита! Вот только у эльфов есть маги. А что у нас? Только я — недоучка с плохой памятью. Но выбора, похоже, не было.

Я подозвал одного из скелетов.

— Детей любишь?

— При жизни очень любил, Владыка. Пятеро у меня было.

— Тогда держи.

Осторожно, чтобы не разбудить, я передал ему на руки Дитя Тьмы.

— Отвечаешь головой. Сядешь с ней на первый же корабль, понял? Доставишь в Калькуару в целости и сохранности. Когда проснётся, скажешь, что я попросил её узнать, как дедушка.

— Никуда я не поеду! — сонная Дитя заворочалась на руках скелета, — я с тобой буду.

— Тшшш! Спи, ещё рано.

— Угу.

И девочка снова заснула.

— На первом же корабле, — шёпотом приказал я скелету.

Он кивнул и поудобнее устроил ребёнка. Вот и чудненько, а я займусь магической обороной.

***

Ага, как же, дали мне время вспомнить заклинание.

— Владыка! Там, это…— с ужасом в глазах ко мне подбежал Уру-Бука.

— Светлые?

— Не.

— А кто?

— Там того, рожает. Орка одна.

Мне захотелось выругаться. Очень вовремя!

— Найди доктора, лекаря, повитуху, не знаю там. Наверняка в этой толпе есть кто-то.

— Ага!

Бука, радостный, что свалил на меня проблему, чуть ли не вприпрыжку сбежал искать медработника. А мне пришлось идти и наводить порядок: вокруг роженицы уже собиралась толпа.

Первым делом я разогнал любопытных. Во-вторых, с помощью скелетов, отгородил ящиками отдельный закуток для орки. Две старухи-орки, помогавшие роженице, одобрительно кивали, глядя на это.

— Повитухи? — уточнил я на всякий случай.

— Не, — они замахали на меня руками, — не уметь. Прислуга. Вода для неё приносить.

На всякий случай, я спросил у орки, лежащей на одеяле:

— А потерпеть никак? Ну хоть бы до Калькуары?

Она зыркнула на меня, будто кулаком припечатала.

— Да прям щаз! Думаешь, мне хочется в порту рожать?

Я смутился и отошёл.

— Вот! — Уру-Бука подвёл ко мне гоблина в очках. — Доктор!

— Точно доктор? — строго спросил я зелёного коротышку.

— Доктог, — с достоинством кивнул он, — магической философии и тёмной теологии.

— Бука!

— Что? Не тот доктор?

— Это не врач, это болтун.

— Я попгосил бы! — возмутился гоблин, — у меня учёная степень и дисегтация.

— Роды умеешь принимать? Нет? Тогда свободен. Бука, врача мне найди, врача.

Бука расстроенно кивнул. Но тут повитуха нашлась сама — из толпы, не желающей расходиться, выбралась дородная гоблинка с сединой на ушах.

— Я роды приму, — заявила она, — найдите горячую воду и полотенца. И зевак разгоните, не дело это.

Облегчённо вздохнув, я кивнул Буке, чтобы нашёл и разогнал, а сам отошёл в сторонку и принялся вспоминать заклинания.

***

Хуже всего для меня — это ждать. Особенно, если это неприятное событие, и втройне, если не особо к нему готов. Например, экзамен по предмету, который не учил. Или разговор с начальником, если знаешь, что накосячил, а оправданий не придумал. Лучше уж быстрее отмучиться, получить, что заслужил, и жить дальше, а не тягостно размазывать время. Так что крик “Светлые идут” я встретил даже с радостью. Всё равно не вспомнил ни одного подходящего заклинания.

— Владыка, там колдун! — Бука показал зелёным пальцем куда-то за баррикаду, — вы же ему покажете, да?

— Обязательно, — я не стал говорить генералу, что я могу показать эльфу только то, чем хотели посадить на ёжика Торквина, — обязательно, Бука. Арбалеты ещё остались?

— Так точно, вше готовы.

— Старайтесь бить по колдунам. Не убьёте, так хоть отвлечёте, пока я буду магичить.

Эльфийский волшебник не спешил, будто чувствовал мою беспомощность. Шарахнул для начала молнией, потом файерболом. Задумчиво кинул ещё одну молнию.

— Огонь! — скомандовал я арбалетчикам.

Маг с лёгкостью сжёг стрелы на лету. Но он отвлёкся, а я вскинул Каратук и выстрелил.

Сволочь! Колдун уклонился от заряда, будто в него летела медленная бабочка.

— Initium!

Я растопырил пятерню и прочитал первое, что всплыло в памяти.

“Lux bibliotheca import;

Partum fonte lucis: Color albus, Vita uno momento;

Scopum insultaturum;

Finis!”

С ног до головы эльфа облепили обычные светляки, какими я подсвечивал себе в темноте. От неожиданности он замахал руками, пытаясь сбить с себя магический свет.

— Огонь!

Арбалетные болты и выстрел от Каратука уменьшили количество светлых магов на одну штуку.

— Владыка! — Уру-Бука дёрнул меня за руку, — там ещё шешть колдунов!

Мне оставалось только выругаться и пожалеть, что не надел в этот поход шубу — Каратук сосал из пространства энергию и покрывал баррикаду толстым слоем инея.

Глава 2

Эльфы не торопились. Под защитой строя латников светлые маги медленно приближались, кидая в баррикады огненные шары и молнии. Кое-где наши укрепления уже горели, и орки организовали цепочку, передавая от реки ведра с водой.

— Владыка, уходите. Мы жадержим их.

— Уже, бегу и падаю.

Я выудил из памяти моё лучшее заклинание и выкрикнул:

Initium!

Lux bibliotheca import;

Partum fonte lucis: Color nigrum, Vita uno momento;

Scopum insultaturum;

Finis!

Тьма, пришедшая со средиземного моря, накрыла ненавидимый Владыкой город. Шучу, всего лишь одну маленькую улицу. Исчезли светлые воины и эльфийские колдуны. Прекратили лететь в нашу сторону атакующие заклинания. Неужели работает?!

Ничего подобного! Из облака темноты вышли ряды латников. Заклинание Великой Тьмы сломалось, перестав быть опасным и хищным. Просто антисветлячок, поглощающий свет.

Жаль, очень жаль. А можно сдать заклинание по гарантии? Нет? Ладно, будем пробовать дальше. Что ещё у меня было в арсенале?

— Владыка, уходите!

— Бука, перестань мне бубнить под руку, когда я колдую. Initium!

Import bibliotheca Chrysostomus vivet;

Import bibliotheca mentem;

Procedure voca: eiusmodi confirmationis;

Procedure voca: provectus neural ipsum, docuit sui;

Finis!

Куча камней, оставленная строителями у одного из домов, зашевелилась. С земли неспешно поднимался голем, перестукивая тяжёлыми булыжниками. Ростом под крышу второго этажа, блестящий от утренней росы, с красными огненными глазами.

— У-у-у.

Голос у него был завывающий, похожий на турбину самолёта.

— У-у-у?

— Вон тех! Мочи вон тех! Они наших обижают! — заорал я что есть мочи.

— У-у-у!

Не обращая внимания на летящие файерболы, голем шагнул к строю латников и врезал каменной рукой. Десяток светлых снесло как кегли.

— Бей шветлых!

Орки поддержали голема ливнем арбалетных болтов.

— Владыка, давайте вылажку шделаем, — Уру-Бука хищно оскалился, — надерём им что-нибудь!

— Погодим. Я не знаю, как долго продержится голем.

А “каменный гость”, хохоча и громыхая, топтал светлых. Методично перемалывал строй, разбрасывая латников и подбираясь к магам.

— Владыка…

— Да что опять?

— Корабли!

Я обернулся. Точно, к порту подходила целая флотилия круглобоких судов. Обычные купеческие большегрузы, на которых возят товары.

— Бука, займись: сажайте беженцев на борт и сразу отправляйте. Чем быстрее, тем лучше. А я прикрою, пока не закончите.

Орк убежал, а я повернулся, чтобы проверить, как там големчик.

— Владыка.

— Да что ещё?!

Нет, это не Уру-Бука вернулся. Передо мной стоял “колобок” Торквин и виновато лыбился.

***

— Владыка, — он поклонился, — я прошу взять моих подопечных в Калькуару. Вы обещали.

За его спиной переминалась с ноги на ногу девушка. Судя по цвету кожи и разрезу глаз — полуорка. На руках она держала ребёнка, сонного малыша с круглым личиком. Даже не приглядываясь, я мог сказать, на кого он похож.

— Только их, — я усмехнулся, — или вас тоже?

— Как получится, — Торквин пожал плечами, — я провожу их и вернусь. Помогу чем смогу, Владыка.

Я махнул рукой. Не до “колобка” мне сейчас, пусть делает, что хочет. У меня светлые “на пороге”, и боюсь, голем долго не продержится.

В воздухе стоял грохот и пахло озоном от применения боевых заклятий. Голем действительно стал сдавать — колени у него подкашивались, удары кулаков стали падать реже, вокруг каменной головы курился дымок.

Ай, как нехорошо! Ноги голема не выдержали очередных файерболов и разлетелись каменной крошкой. Несчастный упал на землю, вскрикнув, будто живой.

Но светлые, ринувшиеся в атаку, рано списали со счетов “инвалида”. Он поднялся на руках и принялся рвать латников зубами. Только ошмётки полетели!

Как бы тебе помочь, дружок? Нет у меня больше камней, чтобы тебе товарища сделать. Я зацепился взглядом за дом, рядом с которым дрался голем: толстые стены, широкие створки дверей, эдакая укреплённая купеческая контора. А что если… Додумывать мысль я не стал, а просто указал рукой на здание и прочитал заклинание.

Не получилось? Не работает “големное” заклинание со строениями? А, не, получилось!

Дом сделал “кусь”. Двери распахнулись, и из тёмного входа вылетела красная ковровая дорожка, похожая на язык. Оплела ближайшего латника и втянула внутрь. Не забыв слегка пожевать его створками дверей. Отлично!

Подобным образом я “оживил” дом на другой стороне улицы и светлые оказались зажаты с трёх сторон. Вот так бы всегда! Теперь им есть чем заняться.

— Отходят! Отходят! — заорал кто-то из орков.

Я подозвал ближайшего скелета:

— Узнать и доложить, что с эвакуацией!

— Так точно!

Вернулся он быстро, я даже заскучать не успел.

— Эвакуация идёт по плану, требуется ещё час времени.

— Час?! Они там что, весь город погрузить собираются? Уру-Буку ко мне!

Генерал прибежал и встал навытяжку с виноватым видом.

— Проштите, Владыка, никак нелжя быштрее. У половины приштаней жатоплены корабли, не приштать. Приходитшя гружить по очереди.

Опять диверсия. Ну, как это называется, а? Была бы у меня атомная бомба, не колеблясь бы сбросил на этот сволочной город.

— Ещё час?

— Мы поштараемшя быштрее.

— Хорошо. Ты с орками в резерве, я буду держать проход скелетами. Если понадобишься — дам знать.

Уру-Бука кивнул и умчался обратно к кораблям. Тёмные боги, дайте мне продержаться этот дурацкий час!

***

Дома и беднягу голема эльфы взорвали так же, как и мой особняк. Хочу такое же заклинание! Вернусь домой — напрягу мумия, пусть добудет мне его текст. Буду пуляться им во всех приближающихся к Калькуаре, и только после этого спрашивать, как зовут.

Несмотря на освободившийся путь, светлые в атаку не пошли. Вместо этого, эльфы прислали парламентёров: хмурого мага в белой хламиде с посохом и парочку рыцарей в золочёных доспехах.

Пока я раздумывал, прибить их, в соответствии с тёмными традициями, или всё же поговорить, они дошли до баррикады и принялись орать.

— Владыка!

— Выходи, подлый, то есть, тёмный.

— Переговоры!

— Вылазь, чёрный!

Я всё же решил пообщаться со светлыми. Буду тянуть время, пока грузятся беженцы. Поправив шлем, я осторожно выглянул.

— Чего надо?

— Поговорить хотим, — мрачным тоном заявил маг.

— Рассказывай, я слушаю.

— Я высший эльф, волшебник Белого товарищества и бранный маг Радужной ложи, Элиандюкил “Молот света”, пришёл объявить тебе ультиматум.

— О как! Прям настоящий ультиматум?

— Самый что ни на есть.

— Ну, давай, показывай. Надеюсь, он не слишком маленький? Маленькие мы не берём, только большие.

— Прекрати глумиться, чёрный! — маг взвизгнул и топнул ногой. Но тут же одёрнул себя и встал в величественную позу, — Мы…

— Прости, хотелось бы уточнить. Мы, это ты про себя? Или кто-то ещё есть?

— Мы — экспедиционный корпус светлых сил.

— Теперь ясно, давай дальше.

— Кхм, — маг закашлялся, — мы, светлые силы всего мира…

— Точно всего? Галадон тоже подписался?

— Прекрати! — маг чуть не прожёг меня взглядом, — не перебивай меня! Это ритуальная формула, так положено говорить.

— Извини, не знал. Я не местный, всех тонкостей не знаю. Всё, продолжай, молчу.

— Мы, светлые силы всего мира, требуем твоей сдачи! Ты должен немедленно сложить оружие, упокоить скелетов и выйти с поднятыми руками.

— Зачем?

— Чтобы мы могли тебя арестовать, судить справедливым судом и казнить.

— Хорошенькое дело! Это вы до суда мне уже казнь назначили?

— Суд это формальность, — хмыкнул маг, — чтобы не говорили потом, что убили по беспределу. Адвокат и последнее слово тебе всё равно не положены.

— Дыхни.

— Что?

— Я, говорю, дыхни. Хочу понять, что ты эдакое забористое пьёшь. Не верю, что можно трезвым и в здравом уме такие ультиматумы предъявлять.

Эльф глумливо расхохотался.

— Ты глуп, Владыка. Здесь двадцать магов высшей ступени. Если не сдашься, мы убьём тебя, и всё.

— Тогда зачем пришли?

— Суд — это красиво и торжественно. Наши художники нарисуют картины, как мы тебя судим, обличительную речь прокурора запишут в хроники. Приговор мы повесим в рамочку как реликвию. А просто убить тебя — скучно.

— Ну, вы даёте, судари. Можно я подумаю?

— Нет!

— Хоть минуточку?

— Мы не дадим тебе тянуть время. Отвечай: сдаёшься или нет?

— Совести у вас нет. Серьёзный вопрос, а вы торопите.

— Да или нет?

— Мы, Чёрный Владыка, хозяин Калькуары, повелитель орков и мёртвых, господин сумерек и ночи, со всей ответственностью заявляем. Идите-ка вы все в…

Я указал им направление со всей доходчивостью.

— Строем, с песней и в ногу. Владыка никогда не сдаётся. Особенно таким наглым светлым.

Маг криво осклабился.

— Так я и думал. Что ж, готовься. Мы постараемся взять тебя живым, чтобы наш палач не остался без гонорара.

— Это вы зря.

— Что?

— Палачу надо платить не за казни, а посуточно. Хорошего специалиста надо удерживать…

— Он тянет время, — переглянулись маг и рыцари, — уходим.

Я помахал им вслед, судорожно придумывая, как сдерживать атаку магов. Из чего можно сделать големов? Слева от баррикады я видел бочки, но это же дерево, сожгут сразу. Может…

Додумать я не успел. С рёвом, как ураган, по улице прокатилась волна пламени. Вся баррикада, тяжёлая и неприступная, разлетелась на куски, как игрушечная. Ну и я отправился полетать, размахивая руками и вопя.

***

Приложило меня порядочно. Я грохнулся на землю метрах в ста от взрыва, у самой пристани. Как ничего себе не сломал — одни тёмные боги знают. Скорее всего спас зачарованный доспех. Но ощущение было, словно из меня сделали отбивную.

Кажется, некоторое время я провалялся без сознания. А когда очухался и сел, постанывая от боли, у входа в порт шёл бой. Жестокий замес скелетов, орков и рыцарей эльфов. Наших теснили, подавляя численностью и напором.

Желая хоть как-то помочь своим, я покрутил головой. Ага, бочки. Ну и ладно, пусть будут бочки. Хоть пару минут помогут, и то дело.

Initium!

Import bibliotheca Chrysostomus vivet;

Import bibliotheca mentem;

Procedure voca: eiusmodi confirmationis;

Procedure voca: provectus neural ipsum, docuit sui;

Finis!

Тяжело и неповоротливо из бочек сложились големы. Целых семь штук, высотой метров по четыре каждый.

— Вперёд! В атаку! — проорал я им, хотя особого смысла не было. Они и так знали, кто враг.

Первый из големов вырвался вперёд и напал светлым во фланг. Отбросил не больше десятка солдат и получил в упор струю магического пламени. А затем и удар в грудь воздушным молотом.

Бздыщь!

Бочки, из которых состоял голем, взорвались. Селёдка! В них была селёдка! Судя по запаху, прокисшая ещё во времена мумия, не позже. Тёмные боги, можно же задохнуться от такого! Светлые тоже так подумали, и дружно отступили, зажимая лица рукавами и тряпками.

***

Внезапная передышка дала нам шанс. Раненых из эпицентра вони вытащили скелеты. А вот Уру-Буку, получившего в схватке по голове, вытащил Дэймон, хотя сам был в крови и еле передвигался.

— На корабль их! — скомандовал я железным парням, — Живо! Орков тоже грузите!

Со стороны города поднимался ветер, с явным магическим запашком. Светлые, не желая сдаваться, продували порт от импровизированного химического оружия.

— Грузите! Ну же!

Следом за ветром, по улице прошла стена воды, смывая в реку спасительную рыбу. Ударила магия, отозвавшись звоном в ушах — уцелевшие големы сгорели, как спички. А затем стали слышны марширующие, как на параде, эльфы. Но мы успели раньше!

Предпоследний корабль отвалил от пирса и поднял парус. На пристани оставалось последнее судно, для меня и трёх десятков скелетов.

— Двигаем!

Мы побежали. Метров тридцать, не больше, и мы на корабле. Главное — не останавливаться и не обращать внимания на отзывающиеся болью ноги. Быстрее. Быстрее!

На бегу я обернулся и разглядел входящие в порт ряды светлых. Впереди строя шёл Элиандюкил. Увидев, что мы сбегаем, он состроил жуткую гримасу. Вытянул посох и громогласно пропел заклинание.

С навершия посоха сорвался огненный шар. Завывая, как пикирующий бомбардировщик, файербол полетел в мою сторону.

Бух!

Меня окутало пламя, обжигая лицо и слепя глаза. В спину толкнуло, и я полетел в воду. Чтобы тут же пойти ко дну под тяжестью доспеха.