Сам себе властелин 2

Глава 1

Ненавижу, когда меня отвлекают шумом и криками. Только я устроился на кухне, чтобы доесть обед, и опять у ворот скандал. Эльфийский король вернулся? Решил покаяться, заплатить мне за беспокойство и уйти в монастырь? Даже если и так, пусть подождёт.

— Владыка…

— Закрыто на обед!

— Так там…

— Что угодно может подождать, а бутерброды — нет. Обед у меня!

Зелёная морда орка исчезла, дверь закрылась, и больше меня никто не беспокоил. Я не торопясь поел, выпил чаю, нашёл в шкафу конфеты и ещё раз почаёвничал. И только придя в благодушное настроение, пошёл к воротам. Ну, что там за неожиданные гости?

Никто в замок не рвался, а вот из него очень даже.

— Вы таки обязаны меня выпустить! — ко мне навстречу бросился гоблин Лев Бонифатьевич, — Я габоту сделал? Сделал. Пгетензии есть? Нету. Пгошу выпустить меня из замка!

Я вопросительно посмотрел на Уру-Буку.

— Никак нельжя, — орк покачал головой, — Калькуара на ошадном положении. Выход разрешён только патрулям, фуражирам и Владыке.

— Я этого не потегплю! — взвизгнул гоблин, — Нельзя запигать честного гоблина!

— Позвольте, — я прищурился, — вы, Лев Бонифатьевич, оплату получили ещё вчера. Так? А что же вы сразу не уехали?

— Надо было собгаться, пговегить, не забыл ли инстгумент.

— Или задержались, чтобы лишний раз задарма пообедать?

Гоблин обиженно засопел.

— Что же вы, Лев Бонифатьевич, на ужин не останетесь?

— Не могу. Никак не могу. У вас тут поггом начинается, будет шумно, кгики, бепогядок. А у меня тонкая душевная огганизация, мне нужен покой. Владыка, скажите вашему огку, чтобы он меня выпустил!

— Не могу. Уру-Бука отвечает за оборону, и я не буду вмешиваться в его решения.

— Что же делать? — гоблин чуть не расплакался, — меня дома ждут, скучают, внуки рыдают без дедушки.

— Могу предложить стать фуражиром.

Гоблин посмотрел на меня с подозрением.

— Вы таки хотите от меня что-то незаконное.

— Не без этого. Лев Бонифатьевич, вы же всех в Кемнаро знаете?

— Ну, не всех, не пгеувеличивайте. Половину, не больше.

— Так вот, против нас ввели санкции. Отказываются, понимаете ли, продавать оружие.

— Думаете, я буду нагушать закон?

— Зачем нарушать? Нет, просто найти законный способ обойти санкции. Или оставайтесь в замке. Кормить будем бесплатно, к делу приставим.

Гоблин поджал губы, прищурился и минуту молчал.

— Ладно, будет вам законный обход.

— Вот и отлично! Обговорите с Уру-Букой, что нам надо, и езжайте себе домой.

Лев Бонифатьевич вздохнул.

— У вас точно в году не было гоблинов? Гуки вы выкгучиваете не хуже моего папеньки.

Гоблин ещё раз вздохнул и пошёл к Уру-Буке за списком оружия. А я отправился в Казну.

***

В гостиной моего особняка в Кемнаро мы появились вдвоём с Сеней. Монстр тащил два тяжеленных саквояжа, набитых золотом. Даже вспоминать не буду истерику Казны, когда я приказал их выдать. А вот надо! У нас война, между прочим, очень затратное мероприятие.

Ждать Кейри долго не пришлось.

— Владыка!

— Я тоже рад тебя видеть, Кейри. Садись, для тебя есть гора поручений.

— Разрешите, я принесу чаю и лёгкую закуску?

Опять есть? Я хотел отказаться, но Сеня так радостно заугукал, что я махнул рукой.

— Неси.

Впрочем, Кейри не стал тащить всё сам, а поручил Свену. Пока парень расставлял на столе чашки и тарелки, лысый отельер устроился напротив и со вниманием уставился на меня.

— Я готов, Владыка.

— Начнём с приятного.

Из саквояжа я достал свиток с печатью на шнурке.

— Прочитай.

Отельер развернул документ. Глаза у него расширились, а брови полезли на лоб. Грамоту о пожаловании отельеру титула тёмного барона составил мумий, по моей просьбе. Верных соратников надо награждать, особенно накануне потрясений.

— Владыка!

Кейри попытался упасть передо мной на колени, но я запретил.

— Ты достоин этого, как никто. Носи титул с честью.

— Я не достоин.

— Мне виднее, Кейри, не спорь. Земель к титулу дать пока не могу, но чуть позже мы это исправим.

— Не надо, Владыка. Титула мне довольно.

— Отпразднуем после. А сейчас нас ждут во-вторых, в-третьих и десятых.

Я вытащил свиток Шагры.

— Для начала, продовольствие.

Битый час мы корректировали заказ. Кое-что вычеркнули, типа сладостей и копчёной осетрины. Кого орка собралась этим кормить в осаждённой крепости? Кейри предложил дополнить список: эльфийскими сухарями, быстрорастворимым супом и хрукусиками.

— Это ещё что?

— Ну, это такая копчёность. Тонкие полоски мяса солятся, коптятся и высушиваются до прозрачности. Очень твёрдые, её даже жучки всякие не жрут.

— А нам она зачем?

— Замочить на сутки, три раза сменить воду, потом отварить. Получается очень сытный суп, если картошки кинуть. Хрукусики делают кочевники из западных степей. Популярная штука, чтобы брать в дорогу. Не слишком вкусная, правда.

— Годится, записывай. Мы там не застолья собираемся устраивать.

Кейри старательно, высунув кончик языка, принялся скрипеть пером.

— Вот, на расходы.

Я пододвинул отельеру саквояжи.

— Что это?

— Открой и посмотри.

Кейри даже охнул, увидев груду золота.

— Владыка, зачем столько?

— Ты за свои собираешься продукты заказывать?

— Если понадобится…

— Дальше будут ещё расходы. Трать и не жалей. Ещё бы оружия докупить.

— Не продают, — Кейри поморщился, — я только в оружейную лавку зашёл, как мне сразу: “Приказ от Совета Старейшин, вы в белом списке”. И Свен тоже.

— Сволочи. Сказать кому, не поверят: скелеты пришлось сельхозинвентарем вооружать.

И тут мне в голову стукнула отличная мысль. А ведь предки наверняка делали вилы с умыслом. Что, если и они были в такой ситуации?

— Кейри, у вас кузнецы берутся за срочные заказы?

— Почему нет? Главное, чтобы оплата была. Только они оружие для вас делать не будут.

— А и не надо, обойдусь. Мне требуется штук пятьдесят кос, из оружейных сплавов.

Кейри недоверчиво посмотрел на меня.

— Даже не знаю.

— Можем послать Свена?

— Я сам съезжу. Надо будет торговаться, а он слишком неопытен.

— Тогда бери деньги и вперёд. А я пока тут побуду, чтобы нашего Торквина не нервировать. Кстати, заедь к какому-нибудь дешёвому портному, мне нужны чёрные балахоны с капюшонами.

Отельер почесал в затылке, кивнул и отправился делать заказ.

***

Пока Кейри мотался по кузницам, я взялся учить Сеню играть в Чапая. Должен же у мумия быть хоть один достойный противник в замке. Монстру игра понравилась, особенно когда он начал выигрывать. А вот проигрыши он воспринимал абсолютно безразлично. Я даже позавидовал: хочу такую выдержку и пофигзм! Радоваться победам и не огорчаться поражениям, это просто высший пилотаж.

— Ещё партию?

— Угук!

Сеня для игры снял перчатки, так что из каждого рукава камзола торчал пучок щупалец. Такой “рукой” расставлять фишки на доске одно удовольствие — раз и готово. Монстр с сочувствием смотрел, как я перекладываю монеты по клеточкам и качал головой. Но помогать не рвался. Ах ты зараза! Вот я тебя сейчас обыграю, чтобы знал.

К десятой партии Сеня насобачился, и я стал проигрывать всухую.

— Хватит, — я сгрёб монетки и сложил доску, — надо заняться делами.

Монстр ехидно угукнул и вернулся в любимое кресло-качалку. Ох, подожди, вот сведу вас с мумием и буду смотреть, как вы рубитесь.

— Владыка, — на пороге стоял Кейри, — я всё сделал. Обошлось чуть дороже, чем я рассчитывал, но отказов не было.

— Отлично. Главное, чтобы опять Торквин не вмешался.

— Он уже здесь, — развёл руками отельер, — сидит в ресторане, пьёт чай.

— Про меня спрашивал?

— Нет, но вид такой, что ждёт именно вас.

— Ладно: выйду, поговорю. Может, он просто так зашёл.

Из кресла скептически угукнул Сеня.

— Надо верить в лучшие побуждения людей.

— Угук!

— Ладно, согласен, всех кроме Торквина.

“Колобок” сидел за дальним столиком и заливался чаем, будто не пил неделю.

— Добрый день! — расцвёл он при моём появлении, — а я вот, видите, сижу на диете. Целитель говорит: “Надо больше пить, это притупляет чувство голода”. А я так скажу: не помогает. Чем больше пью, уже булькаю, как чайник, тем больше хочется бифштекс. Желательно с хреном, жареной картошкой и ломтем деревенского хлеба. И сала, таких, знаете ли, тоненьких ломтиков, с чесноком и перцем…

— Торквин, я недавно обедал, так что могу только посочувствовать. А вы не могли пить чай в другом заведении? Никогда не поверю, что вы здесь случайно.

— Да я сам не ожидал. Шёл по делам, думал о прекрасном.

— О пытках?

— Типун вам на язык. О женщинах я думал. Знаете, как сложно найти подходящую пару, если работаешь начальником тайной службы? Тёмные семьи воротят нос, мол, не для нас такой гусь. Купцы смотрят с подозрением, будто ты браком с их дочерью собираешься всех разорить. Вот больно мне надо! Не на крестьянке же мне жениться? Можно на какой-нибудь симпатичной орке — приодеть и вывести в свет, чтобы у всех этих напыщенных дураков удар случился. Но ведь у них клыки! Вдруг я ночью буду такой жены пугаться?

— Вас напугаешь, как же.

— Вы слишком хорошего обо мне мнения. Я обычный человек, без всяких там.

— Короче, зачем пожаловали?

Торквин почесал подбородок.

— До меня, совершенно случайно, дошёл странный слух. Будто вы заказали косы, да ещё и из лучшего оружейного металла. Представляете, как я был удивлён? Скажите, что это не вы.

— Почему же, именно я.

— Да что вы! И зачем же?

— Сорняки. Хочу восстановить сад прапрабабушки. А он весь зарос ужасными сорняками.

— А что, из обычного железа косы не годятся?

— Вы не забыли, что я Владыка? У меня даже сорняки плотоядные. Вот такие!

Я развёл руки пошире.

— Да ещё и кусаются. Зубы, как у крокодилов.

— Не знаю, что такое ваш “рокодил”, но предположим. А пятьдесят штук зачем?

— У меня очень большой сад.

— Вот такой? — Торквин развёл руки, повторяя мой жест.

— Даже больше. Садовникам придётся работать сутками.

— Скажите, а балахоны, что вы заказали, тоже для садовников?

— Для дворников. Сами понимаете, приходится во всём соответствовать имиджу Владыке. Чем мрачнее слуги, тем лучше.

Торквин улыбнулся, добро-добро.

— А знаете, я вам верю. Смотрю в ваши честные глаза и верю. Я тоже в некотором роде садовник. Вы бы знали, какие сорняки попадаются. Прямо бы лично выполол. Ладно, забирайте косы, город не будет возражать.

— Ну спасибо, уважили.

“Колобок” насмешливо хмыкнул и встал.

— Я вас покину, Владыка. Рекомендую больше не делать подобных заказов. Не привлекайте лишнего внимания.

— Посмотрим, жизнь — штука непредсказуемая.

Глава тайной службы укатился по своим колобочным делам, а я вернулся в особняк.

— Владыка, что он сказал?

— Обещал не мешать нашим покупкам. Кейри, тебе остаются две задачи: как можно быстрее отправить баржи с продовольствием и послать гонца, когда светлые двинутся в сторону Калькуары.

— Сделаю всё, что смогу, Владыка.

— Хорошо. И одна маленькая просьба.

Я взял перо, бумагу и быстро набросал короткую записку. Бабушка плохого не посоветует, надо пользоваться её мудростью.

— Перепиши, пожалуйста, как ты умеешь, красиво и отправь Лорен. Будет неплохо приложить к письму милую безделушку. Не знаю, брошь, колье, что-то такое. Главное, не браслет.

Кейри понимающе улыбнулся.

— Обязательно.

— Тогда до встречи.

Казна, отозвавшись на зов, распахнула дверь, и я вернулся в Калькуару.

Глава 2

Утром Уру-Бука вводил меня в курс дел обороны. Дозоры на стенах, караулы, разведчики, высланные в предполье замка. Скелеты, вооружённые вилами, охраняли ворота. Одетые в кожаные доспехи со множеством стальных заклёпок и нашивок, они напоминали деревенских рокеров.

Орк старался оправдать звание генерала и трудился вовсю. Даже на стены нельзя было пройти, не назвав секретное слово. Пароль на сегодня был выбран “Носки Владыки”, а отзыв — “Уже постирали”. Видя моё удивление, Уру-Бука пояснил:

— Чтобы враги не ушнали.

— Такой точно не угадают. А что у нас с “чёрным ходом”?

— В лучшем виде, шейчаш покажу.

У маленькой двери в стене за цитаделью стоял орочий караул.

— Площадка шнаружи шлишком маленькая, тараном не размахнутшя. И мы шмазали защитный механизм.

Орк показал мне рычаг, спрятанный в нише.

— Он закрывает дверь каменной плитой.

— Думаю, этого достаточно.

Мы проверили наблюдательный пост на самой высокой башне. Отсюда была видна дорога, ведущая к Кемнаро, и Первая застава, восстановленная во время ремонта гномами.

— Бука, скажи мне, а что с заставой?

— Шейчаш пустая, Владыка. Я не хочу ришковать воинами: их легко окружить, а на помощь мы прийти не шможем.

— Давай туда сходим. Вдруг придумаем, как её использовать с толком.

— Не надо ходить, поедем.

Обалдеть! Оказывается, теперь в замке есть соронная. Такой большой загон справа от ворот, с навесом от дождя. Сейчас там неспешно бродил десяток страусов-соронов чёрной масти.

— Многоуважаемый Гебизе шпециально приказал купить и пригнать их ш ферм.

Вот так вот — я уже не знаю всего, что делается в замке. Мне срочно нужен хороший секретарь, чтобы рассказывал обо всех новостях. Или надрессировать Шагру, чтобы не упускала такие важные изменения.

Птицы быстро доставили нас к заставе. На вид — небольшая каменная башня с узкими бойницами. Проход дополнительно перегораживает стена с дубовыми воротами. Справа овраг, слева бурелом с топкими низинками. Обойти можно, но неудобно.

— Возьмут башню штурмом, и толку не будет.

— Твоя правда, Бука. А если попробовать схитрить?

Мы осмотрели башню изнутри. Гномы перестроили её полностью и хорошо укрепили. Но гарнизон здесь мог поместиться совсем крохотный, не больше десятка защитников.

— Только воинов терять, — вздохнул Уру-Бука.

— А мы по-другому сделаем. Посадим сюда скелетов, пусть закроются изнутри и сидят как можно тише. Двери, бойницы заколотим снаружи. Повесим какие-нибудь страшные надписи, типа “биологическая опасность”, чтобы не открывали.

— Какая опашность? Булочная?

— Биологическая. Ну, это когда эпидемия, болезнь какая-нибудь.

— Эльфийшкая чумка, — со знанием дела кивнул орк, — очень плохая болезнь.

— Вроде того. А вот ворота запирать не будем. Пусть себе проходят мимо. А когда армия подтянется к замку, скелеты перекроют коммуникации. Чтобы ни один гонец не проскользнул.

— И телеги ш едой не пушкать.

— Правильно.

На обратном пути к замку, не проехав и половины, я остановился рядом с высокой сосной. Здесь дорога просела, а гномы засыпали провал крупным гравием. Могли бы и нормально дорогу отремонтировать, лентяи.

— Владыка?

Уру-Бука, не понимая причину остановки, забеспокоился.

— Погоди, хочу кое-что проверить.

Тетрадь с выписанными заклинаниями была у меня с собой. Кажется, у меня есть возможность протестировать одну идею.

Где я там записывал заклинание для создания голема? Ага, вот оно. С самообучением, пожалуй, не стоит, возьмём базовую модель с зачатками интеллекта. Я направил на камни открытую ладонь — буду бить по площадям.

Initium!

Import bibliotheca Chrysostomus vivet;

Import bibliotheca mentem;

Procedure voca: eiusmodi confirmationis;

Procedure voca: basic network neural;

Finis!

По каменной насыпи прошла волна дрожи. Послышалось шуршание, скрип и тут же всё затихло. Получилось?

— Бука, дай мне какую-нибудь ветку или палку.

Орк не стал слезать с сорона. Вынул меч и одним взмахом срубил засохший сук с ближайшего дерева.

— Подойдёт?

— Угу.

Я с размаху метнул деревяшку на каменное поле.

Ничего не произошло. Палка спокойно лежала, будто и не было никакого заклинания. Досадно.

— Пое…

Только я хотел тронуть сорона, как камни пришли в движение. Волной накрыли ветку, скрыв от глаз. Послышался стук, хруст и даже чавканье. Пффф! Над дорогой взметнулся фонтанчик мелкой деревянной трухи.

— Отлично!

— Шовшем опашно, — Уру-Бука наморщил нос, — шерьёзная ловушка.

— Долго их не задержит, но шороху наделает.

Я остался доволен. Нужно побольше таких сюрпризов. Пусть светлые не рассчитывают на приятный пикник рядом с моим замком.

***

Вернувшись в замок, я занялся ещё одним срочным делом. Какая важнейшая составляющая любой армии? Разведка! А с ней у нас было очень плохо. Среди моих орков выдающихся лазутчиков не было, да и маловато их, чтобы контролировать всю округу замка. Значит, надо использовать достижения магии.

Для начала я свернул заклинанием журавлика. Самого обычного, без оживления. Нарисовал на пузике ему глаза и развернул фигурку обратно. Взял чистый лист бумаги и нарисовал глаза по “шаблону”. Свернул лист заклинанием. Отлично, тютелька в тютельку! Глаза на новом журавле располагались там, где и задумывалось. Пора браться за массовое производство.

Я вызвал Шагру, и когда орка примчалась, дал ей задание:

— Держи, вот тебе бумага. На каждом листе нарисуй глаза, в точности как на образце.

Она удивилась такому поручению, но возражать не стала.

— А глазки точно такие же рисовать, как у вас?

— Любые. Главное, чтобы были точно вот здесь.

— Реснички добавить можно, чтобы красивее были?

— Как тебе нравится.

Шагра кивнула, села за столик у окна и принялась за рисование. И так увлеклась, что даже язык от напряжения высунула.

Пока орка делала заготовки, я сел обкатывать управление. Оживил последнюю птичку и сделал вывод изображения на зеркало. Поднял в воздух и вылетел журавликом в окно.

Красота! Замок с высоты выглядел игрушкой. Башенки, стены, крохотные фигурки орков. По двору ковыляет мумий. Куда это он? Сейчас посмотрим! Я спустил журавлика ниже.

Штыдышь!

Изображение пошло рябью, закувыркалось и погасло. Это что такое?!

Я подскочил к окну. Ну ничего себе: вниз падали бумажные обрывки. А над ними кружили “дикие” журавлики, улетевшие от меня в прошлый раз. Ну не издевательство? Мало того что сбежали, стали чёрными от полётов над дымовой трубой, так ещё и конкурентов мочат. Кстати, обычных птиц в замке тоже не было видно. И как мне теперь делать систему наблюдения?

Ладно, попробуем один вариант. Я взял чистый лист, нарисовал глаза, сложил птицу, оживил и включил связь зеркалом. Взял перо и размашисто расписался на крыле журавлика. Посмотрим, будут ли они связываться с таким охранным амулетом.

Я оказался прав: дикие бандиты налетели, окружили мой беспилотник, но атаковать не стали. Уважают!

Полетав немного, я научился ставить птицу на кружение. Отлично, теперь перейдём к организации массового наблюдения.

— Шагра, готово?

— Сейчас-сейчас, только раскрашу.

— Да не надо, и так пойдёт.

— Некрасиво получится, — орка засопела, скрипя карандашом по бумаге, — а надо, чтобы глаз радовался.

— Чей?

— Всей. То есть всейный. Всехний. Тьфу! У каждого, в общем.

— Перфекционистка.

— Не надо на меня наговаривать, я вовсе не прфкцитинистка. Просто люблю красоту. Вот, готово.

Тёмные боги! С бумаги на меня смотрели десятки глаз. Карих, голубых, зелёных, фиолетовых. С прорисованными веками, ресницами, зрачками и радужками. У меня даже по спине мурашки побежали, настолько реалистично.

— Шагра, ты меня до инфаркта доведёшь.

— Вам не нравится?

— Нравится. Где ты так научилась рисовать?

Орка тяжело вздохнула.

— Хотела поступать в Институт Благородной Тьмы на художественный факультет. Готовилась, тренировалась.

— И?

— Не взяли. Говорят, орков не обучаем.

— Гады. Выиграем войну, напомни мне, я что-нибудь придумаю.

Орка махнула рукой.

— Уже не хочу. С вами гораздо интересней.

Я расписался на каждом листе, сложил бумагу стопкой и оглядел башню. Нет, здесь я их оживлять не буду. Во-первых, у меня нет подходящего экрана. А во-вторых, не сам же я буду наблюдать за обстановкой?

— Шагра, ты не видела в замке большое зеркало?

Орка покачала головой.

— Большого нигде нет. Есть такие, средние.

— Показывай.

В кладовке на первом этаже дворца стояла старая мебель. Гномы стащили её сюда во время ремонта. И вот здесь, среди груд рассохшихся стульев и развалившихся шкафов, нашлись древние туалетные столики. С пыльными, но целыми зеркалами.

Я позвал Уру-Буку, он — незанятых орков, и три столика переехало на верхний этаж Привратной башни.

— Зачем? — Уру-Бука чесал в затылке, — мы шмотретшя в них не любим.

— Увидишь. Подбери-ка несколько орков посмышлёнее.

Бука ушёл проводить среди подчинённых экспресс-тест на айкью. Судя по звукам, в ход шли подзатыльники, пинки и затрещины — кто увернулся, тот и башковитее.

А я взялся за журавликов. Оживил, привязал по десятку птиц к каждому зеркалу. Какая же удобная здесь магия — на “экранах” изображение разбилось на аккуратные квадраты. Поехали!

До самого вечера я учил пятёрку орков управлять бумажными беспилотниками. Не всё шло гладко, но рядом стоял Уру-Бука и тумаками вдохновлял зеленокожих. В конце концов мы справились: территория вокруг замка теперь была под наблюдением на десяток километров.

— Ммм, — Уру-Бука задумчиво посмотрел на зеркала, где мелькали деревья, тропинки и озера, — полезная штука. А можно, чтобы птицы ножами во врагов кидалишь?

— Нет, грузоподъёмности не хватит.

— Жаль, но так тоже хорошо, — орк нахмурился и дал подзатыльник одному из операторов, — Хумбук, ты куда глаз-птицу направил? Тебе какой шектор шказали наблюдать?

Я не стал наблюдать за воспитательным действом и пошёл к себе. Бука уже понял, как работать с журавликами, вот пусть и пользуется. А я займусь придумыванием новых методов против светлых.

***

За поздний ужин мне влетело от бабушки.

— Режим питания нарушать нельзя, — ворчала она, подкладывая мне вареников с картошкой.

— Я постараюсь, Ба.

— Постарается он. Не стараться надо, а сразу делать. Учись у Сени, он никогда не опаздывает.

— Угук!

Монстр, довольный похвалой, громко заурчал и с удвоенной силой налёг на вареники. Он поужинал вовремя, и сейчас делал “лёгкий” перекус. И куда в него столько влезает?

— Ба, ты не знаешь, где Гебизе? Весь день его не видел.

— В лаборатории заперся и алхимичит. Говорит, эксперименты ставит.

После ужина я вышел на замковый двор. Хорошо-то как! Тёплый ветерок, чистое небо в звёздах, тишина, уханье орков. Стоп! А что это там за митинг около ворот?

Я быстрым шагом направился к толпе орков. В свете факелов фигуры зеленокожих воинов казались чёрными.

— Что случилось? Да расступитесь вы!

— Ш дороги! — рыкнул подбежавший Уру-Бука, — что проишходит?!

Орки раздвинулись, смущённо отворачиваясь.

— Да что у вас тут?

— Вот, — со вздохом указал орк на опущенную решётку, — не знаем что делать.

Не понял. Там же ничего нет. Я опустил глаза и увидел за решёткой ребёнка. Девочка, лет шести. Маленькая, в чистом платьице, со светлыми золотистыми кудряшками. Большие голубые глаза смотрели на меня с наивным интересом.

— Здравствуйте, дяденька. Вы Владыка, да? — голосок девочки звенел как маленькие колокольчика.

— Да, я Владыка. А ты кто такая?

— Сиротка, — девочка всхлипнула, — бедная одинокая сиротка, Дитя Тьмы. Можно я у вас поживу?