Saiko no Sutoka. Судные дни

Пролог: Адские перемены

С Окумурой идет за компанию его незаменимый помощник. Они проходили через офисные столы и старались давать проходу полицейским, которые спешили на важный вызов. Но Эйджи тоже торопился, только его тело не позволяет идти быстрее и наконец схватиться за бумагу и узнать, что творится в этом проклятом городе. Его дыхание стает неровным. Лоб до жути потный, а его ноги заметно дрожали.

В конце концов он достает до дверей кабинета и залетает внутрь.

— Почему вы меня ни о чем не предупредили? — спрашивает он. — Несите мне статью. Немедленно!

Нервная девушка, уловившая приказ, передает ему в руки бумаги и тот хватает с такой скоростью, что оставляет порез на пальце миледи. Она не позволила себе померещиться и просто промолчала.

— Что это значит? — У Эйджи ошеломленный голос, увидев статью про старшую школу. — Это ведь не старые бумаги?..

Она не могла ответить и лишь покачала головой.

— Убийство? Снова?.. Такое не может быть! Если только...

И тут он вспоминает, что они давно подозревали кое-кого в убийстве.

— Мы ошибаемся, — говорит помощник. — Эта девушка не могла убить за разом двадцать человек.

— Двадцать?! — кричит Окумура. — Прошло ведь пару минут! Как убийца мог столько убить?

— Вы не поверите, но убийца не один. — Нервная девушка прибегает к полицейским с новыми сведениями.

— Сколько их? — Эйджи не мог держать в себя руках, потому что ситуация выходила из под контроля с каждой секундой.

Девушка передает бумаги на этот раз он взял их спокойнее и не оставил на ней второго пореза.

Окумура всматривается в бумаги и надеялся найти больший смысл того, что здесь написали.

— Убийцы нет, — объясняет она.

— Что за бред несут журналисты? — спрашивает Эйджи. — «Убийцы не может»? Они это серьезно?

— Ученики перерезают себе горло или забирают кого-то вместе с собой. — У миледи дрожал голос, и не удивительно, ведь за их окном происходит кровавая бойня.

— Не понимаю... — признается Окумура. — Я не могу понять, что происходит... — Он поднимает взгляд, которым был полон страха и нескончаемой безумности. — Было убийство, а теперь настоящая деградация?..

— Мы не можем никому помочь, — приходит к выводу помощник. — Нет смысла спасти учеников школы.

Эйджи снова подносит глаза к статье и не мог осознать того, что происходит в мире.

Убийство...

Бойня...

Убийцы нету, но ведь не ясно, кто их совершает. Тогда почему происходят убийства?..

Никто не верит, что это конец. Весь участок думал, что это настоящий сон, правда... Можно ли считать это сном, когда это происходит явью?..

Никто не сможет узнать истину и положить конец этим страданиям. Если, конечно, не считая того, кто уже знаком с такими ситуациями.

— Я убийца, — называет себя Хабупэйн. — Это я убийца!

— Не говори так! — восклицает Акира. — Это просто какой-то сон... Да! Может это просто сон с тройным дном?

— Все происходит явью! — кричит Хабупэйн, и крик помог полностью осознать ему, что это не ложь. — Я виноват! Я нарушил клятву!

Но Акира уже не слушал его и ушел в свои мысли.

«Неужели нету выхода? — подумал он. — Неужели это самый настоящий конец?..».

— Акира, посмотри правде в глаза, — продолжает его убежденный друг. — Никого уже не спасешь!

— Заткнись уже! — кричит он, и плевать, что кто-то их услышит. — Сайко жива. Элиссу жива. Это главное.

— Как же остальные? — усмехается он, но его радостное настроение было фальшивым. — Они ведь мертвы.

— Это не может быть так... — размышляет он.

Он вспоминает, что сказал тогда дух, пока ему не проткнули живот.

Мы занимаемся этим тысячу лет!

— Я понял! — восклицает он. — Ну конечно! Это ведь очевидно!

Судзуки переполняло радостью и не зря. Он понял, что дух сильно облажался, высказав это важное предложение.

— Что? Что «очевидно» ?.. — недоумевает Хабупэйн.

— Идем! — говорит Акира, уже убегая в свою родную улицу. — За мной! Я знаю, что нужно делать!

— Эй!

Он, не раздумывая, бросил к нему ноги. У Акиры был какой-то план, но не ясно, что он имеет ввиду.

Студент думает, что возможно всех спасти, но каким образом? Вся школа облита темной кровью, а внутри ошивался преступник. Тогда почему Акира надеется, что это все еще ложь?..

Удивительно, что саму подсказку оставил дух, облажавшись на последнем моменте.

— Всех еще можно спасти.

Глава 1: Дурной сон

Она медленно теряет сознание.

Сайко лежит на кровати. Ее дыхание было учащенным, а ее лицо красным от жары.

— Сэм... пай... — Она пыталась позвать хоть кого-то, но дома было никого.

Мои родители скоро вернутся.

Но слова Акиры так и не сбылись. Семья Судзуки не вернулась домой, и только он поможет ей в данный момент.

Сайко стала кашлять и прекрасно видно, как ее слюни перемешаны с кровью.

«Я что, умираю?.. — Только эта мысль вертелась у нее в голове».

— Кто-нибудь...

Помощь должна скоро прийти. Акира ведь бежит быстрым темпом, не сбавляя скорость. Только Хабупэйн мешает ему дойти до его дома.

Не повезло оказаться ей в такой ситуации. Сайко ведь и вправду плохо, и она чувствовала, как с каждой секундой уходило ее сознание, а кровь будто лилась с нее каплей за каплей.

— Теперь ты объяснишь мне, что ты мог выяснить? — докапывается Хабупэйн, когда его тело начинает гореть.

— Мне приснился сон, — объясняет Акира. — Там были эти духи.

Они остановились и были уже у входа двери, но им нужно все детально обсудить.

— Он сказал мне, что они занимаются убийствами тысячу лет, — продолжает он.

— Я знаю, — говорит недоумевавший. — Но что с этого?

— Разве это не очевидно?

Хабупэйну оставалось лишь хлопать глазами. Удивительно, что самый загадочный человек может что-то не знать про этих кровожадных духов.

— Ты ведь знаешь лучше меня, — продолжает Судзуки.

— Объясни уже наконец! — взрывается Хабупэйн, и теперь он был в шкуре Акиры, который не может его понять.

— Во-первых... откуда появились духи?

Он отвел взгляд и тяжело вздохнул.

— Никто не знает, — отвечает Умаир. — И.. если судить их тактику, то они убивают только в школе. Это говорит о том, что...

— Они не могут покинуть школу и это их прирожденный дом, — заканчивает Акира.

— Но к чему это?..

Пока они обсуждали, Сайко все еще пыхтела и пыталась бороться с невыносимой жарой. Им стоит напомнить, что на их плечах висят жизни.

— Сэмпай...

Но она не дождется помощи от своих друзей. Поэтому ей ничего не остается, кроме как заснуть и уйти в глубокий сон.

— Тебе не кажется это странным? — подмечает студент. — Занимаются убийствами тысячу лет, и никто...

— Постой! — восклицает Хабупэйн. До него наконец доходит, что имел ввиду его догадливый друг. — Ну конечно!

Судзуки уверенно кивнул.

— Полиция знает. Все знают. Но если убийства происходили еще до нашего рождения, то как они скрывали свое присутствие?

— И ты думаешь, что это как-то связанно с прошлым?

— Я удивлен, что ты находишься в недоумении, — подмечает Акира.

— Прости, — вздыхает он. — Моя «стандартная» логика ушла в пропасть.

— И опять ты говоришь... нестандартно. — Подросток сделал воздушные кавычки. — Хабупэйн, я думаю ты знаешь, в чем дело.

Их разговор сложно переварить в голове, но Акира надеялся, что Умаир Эджаз разложит все по полочкам. Его дневник должен помочь с разгадкой всего происходящего.

Убийство происходили еще до их рождения. Но им еще не ясно, откуда появились духи.

— Вот.

Он бросает дневник на стол, и Акира сразу хватает его в руки. Парнишка надеялся, что в нем заложена тайна духов и проклятой школы. Не зря же он так ее называет?

— Нашел, — шепчет Судзуки.

— Вся информация находится здесь, — говорит он. — Я изучал даже нашу школу. Ты на это рассчитывал?

Но Акира его не слушает, и просто пялился на содержимое дневника.

— Не думал, что ты так войдешь в историю, — продолжает Умаир.

— Я думаю, что убийца преувеличивал, — наконец говорит юноша. — Школа была построена в 1958 году. И убийство раньше этого времени не могло произойти.

В голове Акиры был полный бардак.

Первое убийство?..

Появление духов?..

Резня, происходящая за окном?..

Самое важное это то, что происходит сейчас, но его больше всего заботило прошлое. Оно скрывает тайны, которую помогут одолеть духов.

«Должен же быть ответ, — билась мысль в сознании Судзуки».

— И как ты узнаешь о убийстве, если об этом никто не знает? — спрашивает Хабупэйн.

— Возможно, всем стирают память, — предполагает он. — Должно ведь что-то остаться... Кровь, например?

Умаир долго смотрел на него и затем улыбнулся.

— А ты и вправду догадливый, — оценивает он. — Когда я делал символы, то я заметил на стенах что-то странное. — Эджаз сделал паузу и ждал от него изумления, но он сделал лишь серьезный взгляд. — Это странно, но... Стены школы еле покрашены кровью. Буквально.

— Я этого не замечал, — говорит Акира. — Когда мы были там с учителем, то я ничего не заметил.

— Сложно что-то заметить невооруженным глазом, — подмечает юноша. — Но я говорю тебе правду. В школе и вправду произошло убийство, но никто об этом не знал.

— Это странно... Очень странно...

Похоже, его предположения верны. После убийства действительно стирается память. Но Акира замечает, что Хабупэйн упомянул кровь, но никак не тела. Это говорило о том, что здесь и вправду что-то не так.

— Все возвращается на свои места, — продолжает Судзуки. — Прямо как фильмы про временную петлю.

«Так что же получается? Духи — это не упокоенные души?.. — размышляет парень».

— Не переусердствуй, — говорит Хабупэйн. — Я этого не хотел говорить, но кажется, что мне придется...

Он берет с рук дневник и начинает перелистывать.

— Я думал, это очередная ошибка, но это не так. Это настоящая правда.

Открывается новая загадка. Все думали, что жизнь всегда была обыденной и спокойной, но никто не знал, что за стенами школы скрывается страшная правда. Но к счастью, этого никто не помнит.

— Знаешь, почему я люблю мистику? — отклоняется от темы Умаир. — Это круто, но также позволит раскрыть тайну.

— Ты веришь в какую-ту религию, которая изучают всю эту белиберду, — нудным голосом отвечает юноша. — Мы это уже проходили.

— Моя семья изучает это. И я, как наследник, должен продолжить их дела.

— Постой! Твои родители что, разве не живы?

— Конечно, живы! — недовольно говорит Хабупэйн, и ему было обидно, что он считает его семью вымершей. — Это у нас давно заведено, так что...

— Я понял. — Но Акире не волновало про его религию, семью и любовь к мистике. Его волновало, кто были жертвами этого происшествия. — Вернемся к теме?

— А, да. — Умаир сразу же возвращается в строй. — Я знаю, кто умер в этот день.

И тогда его друга переполняет интересом. Ему не терпелось узнать, что скрывается за прошлым школы.

— Когда мы еще не родились, где-то в 70-ых произошло несчастное событие, — продолжает он. — Если я правильно предположил, то они сами наложили руки.

И снова, и снова Хабупэйн говорит загадками. Но Акира уже давно смирился, и постоянно спрашивает то, что ему всегда непонятно.

— Самоубийство, — упрощенно говорит Акира.

Эджаз покачал головой.

— Их кто-то убил. — Теперь он стал гадать, и надеялся, что попадет в нужную точку.

— Убийцы нету, — отвечает Умаир.

— Тогда почему они умерли?

Он опустил взгляд и стал бегать глазами, будто вспоминая, из-за чего они умерли тогда в школе.

— Это сложно объяснить, — приходит к выводу Хабупэйн. — Их смерть является загадкой. Они умерли из-за чего-то, но не ясна причина.

— Наверное, их нужно просто спросить.

— И тогда они тебя убьют. Они не будут тебя слушать. Ими движет только кровавые убийства.

Сложно понять, что имеет ввиду этот юноша. Возможно, они были под каким-то проклятием, прямо как Акира, или же...

— Они друг другу убили, — прозревает Судзуки. — Вот что случилось.

Его друг вздыхает и было не сложно понять, что он был с этим согласен.

— Их имена все еще записаны в школе, но никто на них особо не обращает внимания, — говорит Хабупэйн.

— Подожди. — Он пытается все переварить в голове и разложить сведения по полкам. — Проклятие...

— Проклятие Аяно, — заканчивает студент. — Когда ты начинаешь испытывать отрицательные эмоции, ты стаешь все более раздражительным и в итоге... Твой мозг затуманивается и ты убиваешь своего знакомого, потому что думаешь, что он во всем виноват. — Акира хотел ответить, но он быстро добавил: — Но они умерли не из-за проклятия. Они сами его создали.

— Если я правильно понял, — говорит Судзуки с огромной паузой, — то они изначально были ненормальными. Прямо как...

И тут у него созревает.

— Сайко!

Юноша сразу же бросается к своей комнате, а недоуменный Хабупэйн лишь смотрел, как он поднимается по лестнице и открывает дверь.

— Постой! — воскликнул он.

Когда Акира прилетел на помощь к Хацунэ, то было уже поздно. Сайко не подавала признаков жизни.

— Нет... — шепчет он. — Нет!

— Акира, постой! — говорит Умаир, прибегая в комнату. Он бросает взгляд на Сайко и сразу же входит в положение своего друга. — Что здесь случилось?..

На постели были кровавые точки. Парень начал сходить с ума и винить себя в том, что он забыл про свою подругу в неподходящий момент.

«Это не может быть, — подумал Акира. — Она ведь не умерла... Она не может умереть!»

— Акира! — выкрикнул Хабупэйн. Все это время он пытался до него достучатся, но гнусные мысли мешали ему сосредоточиться. — Не бойся. Все нормально. Она просто потеряла сознание.

Студент опускает на голову, но это не означает, что он мгновенно успокоился.

— У нее нет дыхания, — продолжает Умаир. — Акира, нужно сделать искусственное дыхание.

— Нет! Я не могу! — панически говорит Акира.

— И что ты хочешь сказать? — Его голос был недовольным. Они просто не могут потерять Хацунэ из-за того, что он может прикоснуться к ее губам. — Оставишь ее и дашь ей спокойно умереть?

Но у Акиры не оставалось иного выбора. Ему суждено вести воздух в легкие Хацунэ. Не нужно забывать, что на его плечах висят многие жизни.

— Ладно, — вздыхает он. — Я сделаю это.

— Ты бы сделал, — говорит Хабупэйн, отходя от Сайко. — В любом случае.

Судзуки подходит к Сайко, смотрит на нее недолгое время и решается совершить задуманное. Он был готов на все, чтобы его подруга осталась в живых.

* * *

Тем временем, невинная девушка еще находилась в сознании. Она чувствовала, как к ней кто-то прикасается, но это было не самое важное. Важно то, что ее сейчас беспокоит прошлое.

Ей казалось, что она переместилось на несколько лет назад, потому что ее тело было совсем маленьким, словно ребенка, который скоро пойдет в школу. И это действительно так. Ей снится первый день, когда она впервые идет в новое место. Возможно, это радость каждого дитя, но только не для Сайко Хацунэ.

Будильник. По ушам начинает бить громкий звон, заставляя мозг проснуться быстрее. Сайко ленивыми движениями отключила его и встает в постели.

— Проснись, соня! — восклицает Элиссу, которая с утра полна сил. — Ты уже забыла, что за сегодняшний день?

— Сестра, ты как всегда громкая, — нудно говорит Сайко, вытирая глаза пальцами.

Она подняла взгляд на свою сестренку и заметила, что она стоит уже в школьной форме. Ей не терпелось, когда этот день станет явью. Даже по ночам эта мысль не давала спать.

— Сегодня день, когда мы идем в школу! — радостно восклицает Элиссу. — Разве это не здорово?

— Да, сестра, это и вправду... — Она зевает и это не дает ей сказать до конца. — Здорово.

— Тогда одевайся быстрее и идем! — говорит она, уже с портфелем летя из комнаты. — Мама сказала, что мы будем в одном классе!

— Да-да...

Когда Сайко более-менее проснулась, она начала осматривать комнату и будто не узнает свое привычное место. Везде по полу лежали игрушки. Шторы были розовыми и с окна лился свет. Ее красные портфель положен по середине комнаты.

У нее возникает такое чувство, словно здесь прошелся торнадо.

Уже собранная к школе, Сайко медленно спускается по лестнице. На ней одета синяя ленточка, белая рубашка с полосками и юбка, придававшая какую-ту изюминку в ее школьной одежде. На входе ее встречает вкусный запах бэнто и женщина, которая счастливо готовит обед.

— Детка, ты не выспалась? — обеспокоенная этим спрашивает мама. — Если нет, то тебе нужно больше спать.

— Прости, мам, — говорит Сайко. — Я снова увлеклась рисованием.

— Это хорошо, что у тебя есть хобби, — выскакивает из неоткуда мужчина. Похоже, это был ее отец. Взгляд у него суровый, а тело как у настоящего спортсмена. Он дотронулся до ее головы и счастливо улыбнулся. — А я вот...

— И ты снова хочешь сказать, что ты в свое время любил спорт, дорогой? — нудно спрашивает леди. — Не думаю, что это ей по душе.

— Я увлекаюсь спортом, — простодушно говорит Сайко. — Пожалуйста, не трогай меня за голову. Я только расчесалась.

— Прости, — извиняется папа. — Но я удивлен, что ты это любишь.

Все говорят, что дети — это копия своих родителей. Это можно было бы сказать насчет Сайко, но никак про Элиссу. Она не увлекается спортом или что-то из интересов семьи. Она любит рисовать и только рисовать. Это помогает ей отвлечься от проблем и поднять настроение. Возможно, поэтому ей и удается всегда оставаться жизнерадостной.

— Моя сестра любит рисовать, и я тоже, — говорит Хацунэ, и сложно сказать, что она сейчас чувствует. Она говорила это настолько спокойно, будто они это репетировали. Как-то раз Акира сравнивал это с каким-то телешоу, где его родители постоянно говорили о том, как он провел день. Похоже, здесь та же самая ситуация. — Я сильно хочу вступить в клуб, и сестра...

Затем Сайко улавливает на себе необычный взгляд. Она посмотрела на свою маму и заметила, что она была чем-то обеспокоена.

— Мама?..

— Прости меня, — извиняется мама. — Но вас не удалось записать в одну школу.

Атмосфера на кухне внезапно меняется. Она стает удушливой, и Сайко кажется, что ее давят с разных сторон.

— Почему?..

— Твоя школа близко. Об этом не беспокойся, — предупреждает мама.

Акира чуть ли не умирал от ожидания, пока Хабупэйн проверяет Сайко. По его словам, она тяжело больна и требуется вмешательств клятв, которые помогут ослабить боль.

Но что с ней происходит?.. Почему ей вдруг стало плохо?.. Именно это будоражило сердце Судзуки.

— С ней все нормально, — говорит Хабупэйн, опускаясь по лестнице прямиком к своему другу. — Просто ей нужен отдых.

— Почему она заболела? — спрашивает юноша.

— Это не похоже на лихорадку, но... — Умаир пытался подобрать слова, которые он поймет.

— Скажи все как есть, — говорит Акира, и его голос раздражается, так как он не может успокоиться, не зная, что происходит с его подругой.

Хабупэйн тяжело вздыхает.

— Это все из-за ауры, — отвечает он. — Это не проклятие или что-то в этом роде. Она долго находилась под воздействием духов, и... Те, кто был ими подвластен, начинают...

— Пожалуйста, — осторожно произносит студент. — Не говори, что она умирает.

— Я не буду врать. — Подмечает Умаир. — Она умирает, но постепенно. И если мы не поторопимся, то...

— Я понял, что ты имеешь ввиду, — сразу осознает Судзуки. — Нам нужно избавиться от духов, но я не понимаю как.

— Сначала узнай, кто они.

— Но...

Он садится рядом с Акирой и смотрит на него серьезным взглядом.

— Это подождет. У нас только одна жизнь, Акира. Если мы зря поторопимся, то есть шанс, что круг будет вечным.

Он наклоняет голову и уходит в свои мысли. Он думал над тем, что сказал ему дух.

— Мы занимаемся этим тысячу лет, — произносит мальчишка. — Теперь все ясно.

Хабупэйн кивает.

— Если они и вправду создают что-то вроде временных петлей, то понятно, почему он так сказал.

— Но я не понимаю, — признается Акира. — Ты же не хочешь сказать, что все это время мы каждый раз умирали?

Эджаз медленно покачал головой.

— Только ты не подвластен моим клятвам. Сайко тоже не подчиняется символам, потому что ты стер ей знак. Я снова его нарисовал, но... Я не думаю, что это надолго поможет.

— Но меня это не только беспокоит, — подмечает Судзуки. — Если духи находятся в школе, то как он мог владеть ее телом за пределами учреждения?

— Это очевидно, — отвечает он. — Духам сложно захватить тело и находиться в нем в неограниченном расстоянии. Но так как Сайко страдала раздвоением личности, им удалось стать частью ее тела. Не просто взять под контроль, а стать единым целым.

Слова Хабупэйна были полны жути. Чтобы взять под контроль тело, духам достаточно жертвы с отрицательными эмоции. Можно сказать, что Сайко для них являлся идеальным орудием, и именно из-за нее начался этот бардак. Она дала волю духам, и теперь они сеют хаос.

— И насчет бред про временную петлю, — говорит Хабупэйн, и Акира удивлен, что он так считает. — Сомневаюсь, что мы были жертвами. Наверное... прошлые ученики. Потому что они никак не могли убивать нас, потому что я нарисовал клятвы.

— Интересно, и когда же ты их нарисовал? — с фальшивым любопытством спрашивает Судзуки.

— Где-то год назад, — с тяжестью вспоминает Умаир.

— Я тебя до сих пор не понимаю, — говорит студент, и он все равно был в замешательстве. — Как ты... додумался до этого?..

Он осматривался по сторонам и словно не хотел раскрывать правду.

— Ну... — Хабупэйн посмотрел на друга, и тот делает хмурое лицо. — Слушай, хватит до меня докапываться. Я просто следую по стопам религии и знаю, что делаю. Да, благодаря своим исследованиям я узнал, что наша школа может быть проклята. Окей?

Акира сложил руки и косо смотрит на него, словно не доверяя его словам.

— Не могу тебя считать человеком, — утверждает он. — Ты... действительно странный.

Но Умаир не обращал на него внимания, а просто перешел к делу. Сейчас им нужно конкретно понять, кем являются духами. Их прошлое имеют тайну, способная найти зацепку. Может, это им поможет упокоить души и спасти жизни, или же придется действовать насильственными методами?

— Как я правильно понял по твоим словам, ты тогда попал в мир Духов, — говорит Умаир. — Точнее, из одних миров.

— Да, и что с того?

— Нам нужно туда попасть и выяснить, где хранятся их воспоминания.

Акира вскакивает с пола и начинает панически размахивать руками.

— Постой! Ты не думаешь, что это слегка опасно?

— А что с того? — Хабупэйн тоже встает в полный рост. — Мы незаметно посмотрим воспоминания и узнаем их секреты. Ничего сложного.

— Но... — У Акиры вертелся язык это произнести. — Чтобы выйти из сна, — нужно, чтобы ты умер.

— Не обязательно, — усматривает Эджаз. — Ты в курсе, что мир Духов состоит из островов?

— Из островов?..

— И ты, похоже, даже этого не заметил. — Он разочарованно вздыхает и склоняет голову. — Достаточно прыгнуть из острова, и ты покинешь сон.

— Откуда ты вообще знаешь, что это именно остров? — пытается уточнить Акира.

— Я изучал мир Духов, — отвечает парнишка. — Я лучше тебя знаю.

Хабупэйн довольно усмехнулся, а Акира сделал хмурый взгляд, все равно не доверяя своему загадочному другу.

— Ладно, — смиряется юноша. — Только давай быстрее.

Умаир взял в руки дневник и отыскал нужную страницу.

— Прежде всего нам нужно заснуть, — объясняет он. — Но чтобы попасть в один и тот же сон и остров, нам стоит заключить клятву.

— О нет...

— О да, Акира, тебе придется начертить на руке символ и заключить договор. Не бойся, ты сможешь его стереть, — добавляет подросток. — Это будет временно.

И ему ничего не оставалось, кроме как согласиться на просьбу. К этому времени они приступили к осуществлению плана, но что же делает во сне Сайко? Она ведь снова переживает этот день, когда она впервые пошла в школу.

Спустя какое-то время, девочка доходит до учреждения и косо смотрит на здание. За воротами слышны веселые голоса, но это никак не поднимало настроение малышке.

«Здесь нету сестры. — Только эта мысль вертелась у нее в голове. — Я здесь совсем одна».

Но Сайко не старалась терять дух, а просто найти друзей и осуществить свою мечту. Вступить в художественный клуб.

Зайдя в здание, Хацунэ меняет обувь и начинает искать свой класс. Но искала она достаточно долго, потому что ее стеснительность и стресс, которая она переживает, — сильно мешает сосредоточиться на важном. Но ее никак не вертится язык спросить хоть кого-то, кто поможет ей найти нужный кабинет.

И ей ничего не остается, кроме как искать самой.

В итоге она находит свой класс, но за очень длительное время. Скоро уже должен начаться урок, а Сайко все еще мялась над тем, чтобы зайти внутрь. Она боялась сделать первый шаг в бездну.

Девочка спокойно вздохнула и распахнула дверь.

Когда она вошла, все бросили на нее взгляд, и она почувствовала на себе сильное давление. Ее будто буравили насквозь, и ее сердце начинает бешено колотиться.

Ей неловко из-за того, что она здесь одна. Совсем одна. И она никого из учеников не знает, но она еще не знала, из чего они состоят.

Сайко медленными шагами подошла к доске, повернулась к одноклассникам и сделала глубокий вдох.

— Меня зовут Сайко Хацунэ, — представляется она. — С этого дня я буду с вами учиться.

Но ей казалось, что ее никто даже не слушал...

— Эй, Акира!

Хабупэйн пытался разбудить своего друга, который лежит на холодном бетоне. Еле раскрывая веки, он замечает, как перед ним стоит Умаир и кристаллы, плавающие в воздухе.

— Где я?..

— Мы здесь, — отвечает он.

Судзуки встает с пола.

— Этот остров полон воспоминаний. Он хранит в себе историю школы, Сайко, и... В общем, практически всех людей.

— И даже твоих? — подмечает парнишка.

— Ну... да. Но я сомневаюсь, что ты найдешь их именно здесь.

— Ого! — восклицает Акира. — Я от тебя это совсем не ожидал.

В кристалле представляется картина, где Хабупэйн прижимает Элиссу к стене и ее лицо сильно краснеет.

— Постой, — тихо говорит она. — Ты не думаешь, что до этого еще рано?..

Внезапно Умаир толкает Акиру и тот прикрывает кристалл руками, что бы он не увидел лишнее.

— Тебе это не нужно видеть, — нервным голосом говорит он. — Это личное.

— Так вот, чем вы дома занимались. — На его лице появилась ироническая улыбка. — А я думал, ты не хотел торопить события.

— Да что ты? — Хабупэйн отходит от кристалла и подходит к другу, где Сайко раздевается перед Акирой. — Тогда как ты объяснишь это?

У Судзуки краснеет лицо и панически махает руками.

— Она меня просто дразнила!

— Ого! — похотливо восклицает Умаир. — Неужели ты потом не удержался и схватил ее силой? Может, ты ее хотел потом наказать?

— О чем ты говоришь?! — Акира находился в смятении. Обсуждать такое слишком для них смущает.

— Я не думал, что ты сможешь не сдержаться, — продолжает он, но сам того не замечает, как его голос тоже дрожит от смущения. — Конечно, Сайко ведь невинная девушка. Сомневаюсь, что она могла тебе сопротивляться.

— Ну все, замолчи! — рычит он. — Разве сейчас не главное спасти Сайко и остальных людей?

— Пока мы спим — время длится очень медленно.

— А не должно быть это наоборот? — спрашивает Судзуки, подходя к другим фрагментам прошлого вместе с другом.

— Нет. Мир Духов устроен так, что он течет медленно.

— Эх, не могу поверить, что им не хватило тысячу лет, чтобы насладиться убийствами.

— На том они и убийцы, — подмечает Хабупэйн.

— Но раньше они были учениками школы.

— Постой. — Умаир указывает рукой на кристалл, который отличается от других. Вместо серого цвета, он был темнее черного. Если другие были прозрачными, и в них видны прошлые кадры, то этот кристалл будто очернен для того, чтобы его не прочли.

— Странно, — шепчет Акира. — Разве он не должен быть ярче?

Хабупэйн покачал головой.

— Это говорит о том, что он содержит в себе страшную ауру. Иначе говоря, там таится ужасное прошлое.

У Судзуки стало сильнее биться сердце, представляя возможный ужас в этом осколке. Что могло такое произойти, что кристалл поглощен тьмой?

— Посмотреть осколок не проблема, — продолжает Умаир. — Нужно лишь...

— Фонарик? — заканчивает парнишка.

— Нет. — Он махает рукой. — Нужно что-то более натуральное. — И тут в его голову приходит идея. — Точно! Акира, нам нужен светильник.

— И каким образом мы его здесь найдем?

Но Хабупэйн бросился уже бежать в школу.

— Эй! Подожди меня!

Акира побежал вслед за ним, надеясь не упустить его из виду.

И пока двое парней рвутся за светильником, Сайко рисовала в школе. Прошло два часа, и ей было совсем одиноко без своей сестры. Из-за своей стеснительности и жуткого смущения, она не могла подойти к кому-либо и хоть с кем-то познакомиться. Находиться в незнакомом месте, вот что не давало ей полного покоя. Никого не зная, ей кажется, что ее могут окружать плохие люди. Возможно, ее опасение не случайное, потому что к ней подходят трое девочек с одним и тем же возрастом.

— Что ты делаешь? — спросила одна из них.

Но Сайко не придала этому значения. Хоть голос доносился к ней рядом, она думала, что это было адресовано кому-то другому.

— Она, наверно, очень занята. — И эта группа тихо захихикала.

Но у веселых девочек было любопытство по уши, и они просто не могли отказать в себе узнать, что ученица рисует.

Одна из них резко схватила листок с парты, и грифель провелся по рисунку, испортив искусство Хацунэ.

— Эй! — обеспокоенно воскликнула Сайко. Она вскочила со стула и попыталась забрать свое творение, но девочка отдала другой, и та стала убегать от нее на приличное расстояние. И все бы ничего, если бы двое не стали закрывать проход телом. — Зачем вы забрали?

— Не хорошо игнорировать, когда к тебе обращаются, — бодрым голосом ответила малышка.

— Извините! Я подумала, что...

— Что это за ужасный рисунок? — У девочки скривилось лицо от увиденного, потому что здесь были изображены близняшки с крайне неуклюжими линиями. — Лучше это порвать.

— Не надо! Просто отдайте рисунок!

Бедняжка пыталась пройти сквозь девочек, но они никак не давали проходу. Хулиганки придерживали ее руками, чтобы она не смогла сдвинуться с места.

И все бы ничего, пока у Сайко не начало гореть от откуда-то накопившийся злости.

— Если у тебя нет таланта, то тебе не нужно стараться! — воскликнула одна из них.

— Ты тратишь лишь время впустую! — сказала другая.

Теперь они втроем засмеялись, и это только побудило Хацунэ потерять над собой контроль.

Глаза у нее на мгновенье засветились. Она резко вышла из хватки, подошла к столу и взялась за ручки школьного стула.

— Будь нам благодарна, новенькая! Лучше уж займись чем-то другим, если у тебя совсем ничего не получается!

Неожиданно в лоб девочки прилетает стул, и кровь разлетается каплей в разные стороны. Другая сильно испугалась и отошла в сторону, и ее ноги словно оцепенели.

Сайко на этом не остановилась, и продолжала наносить удары малышке раз за разом, пока она не повалилась на землю и не стала прикрывать себя руками.

— Эй! Остановись! — нервно попросила девочка, но она не слушала. Ее никто не слушал, и пусть они теперь почувствуют, что за эти годы пережила бедная Хацунэ.

И когда у нее заканчиваются силы, она с грохотом кидает стул подальше от себя и старается выровнять свое дыхание, которое сбилось во время казни.

— Еще раз подойдете ко мне и будете издеваться надо мной, — я не оставлю вас в живых, — грозно высказала Сайко. Она не была похоже на той, которые ее знали. Это была другая, словно ее тело только что подменили.

— Зачем ты это сделала?! — громко сказала ученица. — Мы ведь просто с тобой играли!

— Играли?! Это не похоже на игру! — Она подошла к нервной малышке и отобрала у нее свой рисунок. — Мне не весело, — шепнула в конце Сайко, подняла стул с пола и принялась дальше рисовать. Не смотря на кровь, которым запачканы парты, ее волновало лишь то, как бы закончить свое творение. Интересно, каким способом она будет объясняться учителю?

— Говорю же, он где-то здесь, — в сотый раз утверждает Хабупэйн, когда они проходят коридоры в поисках светильника.

— Почему ты так в этом уверен? — спрашивает Акира.

— Это мир Духов, — нудно говорит он. — Тут есть старые вещи, от которого давно отказалось человечество. А духи — это древние люди. Не замечаешь логику?

— Да, но ведь...

— Слушай. Помимо них есть другие духи, правда... Они в других островах. Окей?

Акира косо посмотрел на друга, не отрывая от него взгляд.

— Что? Наша школа — это их вечный дом.

Когда они шли по коридору, они не сразу замечают, как из темного кабинета брызгает желтый свет.

— Вот он! — восклицает Хабупэйн.

Он быстро вбегает в комнату, резко раздвинув скрипящие двери. И Акира бы тоже решился войти, пока не заметил краем глаза белый кусок бумаги.

Не долго раздумывая, студент подошел к нему и начал внимательно его разглядывать. Казалось бы, он должен быть целым, но его часть будто откусили зубами. И на удивление это никакой там листок из какой-нибудь тетрадки, а самый настоящий рисунок Хацунэ.

— Что за?..

— Я вернулся! — успел вовремя оповестить друга Умаир, который носит с счастливым лицом старинный светильник.

От неожиданности Акира заметно подпрыгивает.

— Боже! Не пугай так! — говорит он, но Хабупэйн засмеялся.

— Ну ты трусишка! А я думал ты ничего не боишься!

— Думаешь находиться в кровавой школе ни черта не страшно?!

— Ладно, успокойся, — сказал парнишка, возвращаясь в свой привычный характер. Как и Акира, он тоже начинает всматриваться в рисунок и оборванные места, которые растягивались непрямыми линиями.

— Ха, забавно, — усмехается Умаир. — Такое чувство, будто здесь откусил какой-то монстр.

— Ты ведь не хочешь сказать, что в школе мы здесь не одни? — спрашивает Акира, хотя он говорил умоляющим тоном, надеясь, что Хабупэйн точно уверен в том, что в школе не обитают другие духи.

— Возможно, эта парочка просто проголодалась, — шутит он, но они оба сомневаются, что сейчас время для шуток.

— Все, идем отсюда.

Не успел Умаир заметить, как Судзуки быстро уносит ноги на первый этаж. Можно было считать, что Хабупэйн настоящий храбрец, но это не так. Ноги у него словно оцепенели от страха, когда он упомянул вымышленных монстров.

— П-постой!

Он пошел вслед за другом, стараясь отбросить в сторону свои гнусные мысли.

Через какое-то время, Сайко идет со школы домой с опущенной головой. Ее что-то тревожило, и это скорее из-за жестокого поступка, который она совершила.

Удивительно, что ее не оставили после уроков.

«Я ничего не делала, — мысленно говорит девочка. — Почему они обвинили меня?..»

— И вправду. Ты действительно ни в чем не виновата.

Она поднимает голову и ее глаза зашатались от страха. Интересно, что могло так напугать девочку? И почему ее вдруг охватило чувством дежавю?

Стены улицы покрыты тонким слоем слизи. Здания будто помрачнели и оттуда веяло жуткой невыносимой аурой. Все это давило на бедняжку, которая прознала этот безграничный ужас.

— Опять?.. — прошептала она, и ее ноги инстинктивно бросились назад, но ее что-то удержало.

— Нет. Тебе не нужно уходить, — проносится по ветру голос.

— Отпусти меня! — пыталась выйти из хватки девочка. Ее тело слушалось лишь наполовину. Руки и ноги застыли на месте, и ей просто ничего не оставалось, как оставить попытки. — Почему?..

— Мы так с тобой хорошо веселились! — восклицает голос. — Зачем же ты убегаешь?

— Мне не весело! Пожалуйста, оставь меня!

— Ах, какая же ты все-таки надоедливая...

Внезапно ее кто-то толкает сзади, и тот, кто ее толкнул, постепенно появляется в воздухе.

Сайко нервно отходит назад и поворачивается к врагу, и ее удивляет, что дух решил показать истинное обличие.

Они имеют два обличия. Более человеческий и.. более устрашающий.

Так записано в дневнике Хабупэйна, и он был абсолютно прав. Дух не решился показывать свое устрашающее тело. Он решил показать человеческий, такой, который не сильно выделяется из атмосферы. Но если хорошо на него посмотреть, то можно заметить, что его глаза буквально мертвые. Это говорило о том, что его давно нет в живых.

— Кто ты?.. — произносит Сайко, и она сильно насторожилась, как будто этот дух может неожиданно напасть.

Он был одет в приличный черный костюм, что принято в школах.

— Я тот, кто не давал тебе заснуть, — осторожно отвечает он. — Но признать. — Затем он стал хлопать в ладоши. — Ты нам сильно помогла с нашим грандиозным планом.

Хацунэ все еще была настороже. Она не доверяла им больше всего на свете, но она также осознает, почему ее вдруг признали виновной.

— Правда же? Согласись, — продолжает он. — Они заслуживали хорошего урока.

Дух хотел протянуться к Сайко, но та отошла на сантиметр.

— Они просто бы ушли, — отвечает она, ощущая на себе вину. — И я...

— Они заслуживают смерти, — говорит дух, и его начинает переполнять злостью. — Почему они должны веселиться, а ты оставаться в одиночестве?

— Ну...

— Эй.

На этот раз дух схватил ее за руку и теперь ей не суждено убежать.

— Мой приятель будет рад, если ты согласишься нам помочь.

Но Сайко отвернула взгляд.

— Если вы забыли, как я повелась на эту уловку...

— О какой уловке идет речь? — удивленно спрашивает дух, хотя его эмоции были лишь актерством. — Ты нам очень сильно помогла. — И от одной этой мысли его снова начинает переполнять ненавистью. — Ты была абсолютно бесполезной, пока тебе не помог этот парнишка. Разве плохо быть кому-то нужной?

Студент пытался обхитрить Хацунэ, но его слова были сомнительными. Она ведь помнила, как ее обыграли летом и из-за этого пострадал Акира и его уже покойный друг.

— Ты избавилась от него благодаря нам, — продолжает он. — И ты была с этим согласна.

— Нет, — отрицает она. — Я бы...

— Ты хотела убить его, — более грозным голосом произносит дух. — Просто признай это.

Ее губа задрожала, и все еще не признавала свою невыносимость к Синдзи.

— Хватит, — просит она, снова отводя взгляд.

— Слушай, — вздыхает студент. — Мы прекрасно знаем, что это так. Разве ты не делала вид, что все было нормально? — Он стал давить на Сайко сильнее, чтобы она наконец смирилась. — Он продолжал издеваться над тобой, а ты притворялась, что это был кошмар. Ты не выдержала, и поэтому мы благополучно взяли над тобой контроль.

— Прошу, перестань, — молит Сайко, и она, похоже, собиралась расплакаться, но держала слезы при себе.

Взгляд парнишки помрачнел, и он резко отпускает ее руку.

— Вы все делали вид, что все было нормально. Но это не так. Какая самонадеянность, что горе останется где-то позади. — Он отошел от нее и повернулся к ней спиной, продолжая свою невыносимую речь. Еще немного, и Сайко может упасть в обморок или буквально лопнуть от жутких мыслей. Она пыталась забыть это, но из-за него все стало не на свои места. — Но я не здесь для того, чтобы тебя отчитывать, — быстро добавляет дух. — Я хочу тебе помочь.

Сайко внимательно его слушала, но странно, что она не собиралась отступать. Неужели она примет решение не из самых наилучших?

— Помочь?.. — обеспокоенно произносит она.

— Да, — отвечает он. — Тебе так и не помогли твои близкие друзья. Хотя... можно их считать близкими, если их даже рядом нету?

— Их нету, потому что я не учусь в старшей школе.

— Я не это имел ввиду, а... Ладно, считай как нужно.

Студент снова подходит к Сайко и смотрит на нее спокойным взглядом.

— Я хочу заключить с тобой сделку.

— Я сомневаюсь, что так должно работать, — говорит Акира, когда они с Хабупэйном пытаются просветить кристалл.

— Может, недостаточно света? — предполагает Умаир.

— А ты уверен, что мы делаем правильно? — раздраженно спрашивает парнишка.

— Я не знаю, но... — Он опускает светильник на пол и хватается за свой дневник, лежащий на старом столе. — Если я записывал, то я точно уверен, что нам нужен светильник.

Акира тяжело вздыхает, и ему уже настолько надоело заниматься ерундой, что он совсем забыл о том, зачем они здесь находятся.

— Я пойду осмотрюсь, — сообщает он, бросая это дело, пока Хабупэйн ищет ответ в дневнике. — Скажи, если что-то найдешь!

— Хорошо! — воскликнул он, не отрывая глаза от текста.

Юноша закатил глаза и подошел к одному из осколков, где видны воспоминания его загадочного друга. Он мчался к стенам и сразу же принялся рисовать символы, которые означают обещание того, что он клянется защищать школу несмотря ни на что. Но Акира никак не понимал Хабупэйна. Хоть они и знакомы спустя несколько месяцев.

— Слушай, я давно тебя хотел спросить, — начинает Судзуки.

— М? Что именно?

— Мне кажется, или ты заранее знал, что все так и произойдет.

Слова товарища заставили его поднять на него глаза и поднять бровь.

— С чего это ты взял? — спрашивает Умаир, и он сразу же продолжает: — Или ты думаешь, что я умею путешествовать во времени?

— Что? Нет, просто... — Акира пытается найти нужные слова. — Я не понимаю, почему ты так в спешке начал заключать клятву.

Хабупэйн закрыл дневник одной рукой.

— Если ты опять думаешь, что я какой-то злодей, то ты глубоко ошибаешься.

— Нет. Я просто не понимаю, почему ты делал это в спешке!

Он разочарованно вздыхает.

— Есть вещи, которые тебе не стоит знать, Акира.

— Ну так что, ты согласна?

Сайко медлила с ответом, но дух был сильно настойчивым.

— Я заберу твое тело, — продолжает он. — Ненадолго. Для тебя это произойдет лишь в мгновенье. Ты даже ничего не почувствуешь! Очень жаль, что мой приятель обращался с тобой подобно игрушкой.

— Я не понимаю... — шепчет Хацунэ. — Зачем?.. Зачем я вам нужна?..

— Я хочу развеять скуку, — говорит дух, и его глаза на мгновенье засветились. — Но также и почувствовать твою внутреннюю силу. Это ведь мне доставит больше удовольствия, чем тело твоей сестренки.

— Се... стренки?..

Он медленно кивает. Сайко все еще мешкала, не понимая, что ей делать. Был бы с ней рядом верный друг, она была бы более уверенней. Но она одна, и находится прямо со своим врагом и пытается заключить с ней опасную сделку. Что теперь делать?

— Я не могу, — наконец отвечает она. — Пожалуйста, оставьте меня в покое. Я просто...

Но дух стал сжимать ей руку, и Сайко невольно пискнула.

— Не надо... — молит она, и студент, на удивление, прислушивается к бедняжке и со вздохом опускает ее.

— Знаешь, ты очень сильно напоминаешь моего друга, — говорит он.

— Друга? — переспрашивает она. — Ты имеешь ввиду его?

— Конечно. Но он стал уверенней благодаря тому, что он не боялся выбирать, моя дорогая. И теперь прошу тебя. — Парнишка наклоняется и начинает смотреть на Сайко в глаза со спокойным взглядом. — Дай мне тобою воспользоваться, и я обещаю, что ты станешь от него свободной. Навсегда.

— Акира! Я же говорю, что...

— Мне просто непонятно! — восклицает Акира, перебивая Хабупэйна. — Я уверен в том, что ты изначально знал, что это случилось бы ночью. Но ты мне ничего об этом не говорил!

Но Умаир недовольно фыркнул.

— Откуда мне было знать, что твоя возлюбленная одержима духом, который хочет отомстить школе?

— Тогда... — Судзуки хотел уже взорваться, но еще находился на грани к тому, что он нападает на него с кулаками. — Тогда объясни мне, почему ты стал рисовать символы в спешке? Что случилось в школе, пока меня не было рядом?

— Слушай, — громко сказал Хабупэйн, и Акира сразу же успокаивается. — Я не понимаю, почему тебе это так важно. Это уже в прошлом, окей? Сейчас важно то, чтобы помочь им наконец обрести покой. И если ты продолжишь говорить об этом, то я...

— Ты обещаешь? — пытается убедиться Сайко.

— Само собой. Я даже не трону твоих друзей. После «суда» вы обязательно уйдете со школы живых. И ты сможешь зажить спокойной жизнью со своим... желтоволосым дружком.

— А если я не соглашусь? — резко выдает малышка. — Что, если я не хочу заключать клятву?

У духа помрачнел взгляд.

— Тогда мне придется убить тебя прямо в постели. Ты ведь не хочешь умереть на глазах у своего любимца?

— Эх, ладно! Ладно! — смирился Хабупэйн. — Я просто тогда испугался, что за мной действительно следует дух! Да! Я испугался! Не поверишь! — У него с каждым словом голос становился все громче, и Акира чувствовал, как его сжимали с разных сторон невидимые стены.

— Все, я понял, — утешительно говорит юноша. — Тебе причудилось, что за тобой следовал дух, и ты в страхе заключил клятву против них. Верно?

— Да! И это настолько стыдно, что не хотелось вспоминать...

Умаир опустил взгляд, и он действительно говорил правду.

Когда он недавно перешел в старшую школу, Хабупэйн был по уши влюблен в мистические вещи. И эта «сильная любовь» привлекло к тому, что ему казалось, будто по его пятам следует кровавый дух. Хотя... можно ли утверждать, что Умаиру и вправду показалось?.. Все может быть.

— Хорошо, прости, — извиняется Акира. — Давай вернемся к делу.

Его друг улыбчиво кивает и снова берет в руки светильник, н на этот раз кристалл стал подавать изображение, но оно было сильно мутным. Ребята смогли лишь увидеть, как по дороге идет обычный ученик, и они стали уже предполагать, что это один из умерших духов, которого они ищут.

— Ничего не видно, — признается Судзуки, щуря глаза.

— Оке-ей... — Хабупэйн убирает свет. — Возможно, что-то я и вправду делаю не так. — Он снова отложил светильник и взял в руки дневник.

— Что говорит твоя книга? — спрашивает парнишка.

— Если изображение плохое, то это говорит о том, что в нем недостаточно света, или не тот прибор, которым можно воспользоваться.

— Я же говорил тебе, нам нужен обыкновенный фонарь, — нудно вытягивает Акира.

— Но это еще не все, — продолжает он. — Если изображение плохое, то это говорит о том, что владелец кристаллов находится далеко...

— Что за владелец кристаллов? — Судзуки готов уже взорваться от «загадочной» речи Хабупэйна, пока тот не спешно объясняет.

— Имеется ввиду люди, запечатленные на этом кристалле. — Умаир всматривается в кристалл и берет свой подбородок, стараясь понять, что может быть не так. — Конечно...

— Что? — Он поднял бровь.

— Теперь все ясно... — Юноша разочарованно опускает голову и наконец осознает ошибку.

— Что? Что не так?

Судзуки подошел к Хабупэйну и взял его за плечи.

— Эй! Говори уже!

Парнишка медленно поднимает глаза на Акиру и его сразу охватывает виной, будто сам догадывается, почему кристалл плохо выдает воспоминания.

— Один из духов не находится в школе, — отвечает Умаир. — Вот что.

Сайко ошеломленно смотрит на духа, и он снова оборачивается к ней спиной.

— Значит... у меня нет выбора?..

— Люди — ранимые вещи, — объясняет студент. — Я уверен, что ты сделаешь «правильный выбор», но... Потерять того, кого ты любишь — очень тяжело пережить. — Он делает фальшивое беспокойство, и Хацунэ благополучно идет на поводок своего неприятеля. Акира многим жертвовал, чтобы избежать печальной судьбы и быть свободным. Но теперь... Теперь ей решать, пойти по стопам своего друга тоже, или же пожалеть себя и дать всем умереть? Что же она выберет?

— Выбирай, — требует дух. — Уйти живым и обрести счастье, или же... Захлопнуться в могиле и жить в аду со своими друзьями? Что для тебя важнее?

Предложение для Сайко было очень хитрым. Уже ясно, что он не собирается убивать пленницу, пока она приносит пользу и удовлетворение. Но ему будет выгодно, если он проникнет в ее тело согласно клятве. Ему будет проще совершить задуманное, не так ли?

Сопротивление тут совсем ни к чему.

— Ну так что? Ты согласна?

Студент достал из кармана маркер и держал его в левой руке.

— Протяни руку, если ответ «да».

— О боже! О боже! — Хабупэйн стал паниковать, но Акира пытался успокоить своего друга и думать над этим разумно. — Я совсем забыл, что это могло произойти!

— Сходить с ума будешь позже! — восклицает Судзуки. — Нам нужно уходить из острова и нарисовать на ее руке символ. Так ведь?

— На ее руке уже символ! — говорит Умаир. — Но... — Он хватает себя за волосы. — Какого черта он делает в ее теле?!

— Идем! — кричит Акира, который уже идет к краю земли. — У нас есть время ее спасти!

«Прошу, только не соверши глупость! — мысленно молил он, когда его ноги двигались в направление бездны».

Но Сайко подождала бы, если бы слышала просьбы своего любимого человека. Но уже рано что-то предпринимать, поскольку она решается протягивать руку, и дух бросает на нее удовлетворенный взгляд.

— Я знал, что ты сделаешь «правильный выбор», — говорит он, хватая ее за руку и нанося на коже что-то вроде змеи. — Готово.

— Так быстро?.. — удивленно спрашивает Хацунэ.

— А ты думала, что я буду давить силой грифелем? Как тот парень? — Он опускает руку, и его начинает переполнять наслаждением. — Я хочу позаботиться о тебе так, что ты перестанешь чувствовать боль. Только спокойствие и чистый белый свет.

— Что?..

Но дух засмеялся.

— Не бойся. Все будет хорошо. Тебе покажется все это дурным сном. Или же... — Он наклоняется и теперь его взгляд стает хитрее. — Ты его вовсе забудешь.

В последний миг, студент поднимает руку, готовившись сделать щелчок.

Акира останавливается возле края, смотря на черную дыру. Его ноги не осмеливались покинуть землю, потому что он жутко боялся того, что он никогда не вернется обратно.

— Эй, Хабупэйн! — кричит он.

Он оборачивается и тот бежит в руках с дневником, зачем-то листая страницы.

— Брось это! Сейчас это никак не важнее человеческой жизни!

— Я знаю, но... Я хочу быть уверенным в том, что я ошибаюсь, — шепчет он, и он останавливается, когда он наконец достает до края, и его беспокойство было куда меньше, смотря на эту бесконечную бездну.

— Все, идем!

Акира просто не мог ждать, и вместе с Хабупэйном они прыгнули во тьму. Им уже казалось, что их сознания вот-вот вернутся обратно к телу. Только они не знают, что их шаги были бесполезными с самого начала.

Щелк!

Глава 2: Потерянный рассудок

Веки слипаются между собой. Свет люстры пробивался между них, заставляя меня проснуться быстрее.

— Боже, моя голова...

Я поднимаю тело, и меня слегка ошеломляет то, что к моим ногам прижалась Сайко.

— Какого?..

Я не был в огромном шоке или вроде того. Мне было... безразлично. Будто это происходит ежедневно, и я уже привык к тому, что возле меня спит моя...

«Возлюбленная?.. Нет. — Я покачал головой. — Почему я об этом подумал?..»

— Сайко-чан, проснись.

Я взял ее за плечо и стал немного раскачивать, чтобы она тоже вышла из глубокого сна.

Я посмотрел на электронные часы, которые стоят возле плазменного телевизора. 8:11.

«Мы так долго спали?.. — подумал я. — Интересно, за нее не волнуются родители?»

Затем я услышал недовольное ворчание, и я ее прекрасно понимал даже без слов. Уснув рядом со мной на полу, ей никак не хочется отпускать меня и куда-то уходить. Но еще что меня смущает, так это то, как я отношусь к этому с таким спокойствием!

— Ну же, вставай. — Я снова стал ее качать. — Если ты сейчас же не проснешься, то мы опоздаем в школу.

Из-за этого она только сильнее прилипла к моим ногам, и я чувствовал, как мои мышцы могут превратиться в фарш.

— Если ты и дальше будешь притворяться, то... — Я стал думать, что я могу сделать с ней что-то «плохое». — Я тебя защекотаю до смерти!

Это первое, что пришло мне на ум. Не мешкая, я притронулся к бокам живота и стал делать задуманное. Сайко сразу же выпрыгивает из моих ног и бросает на меня мрачный взгляд.

— Сэмпай... — произносит она так, будто я сделал что-то невообразимое. — Ты только что...

— Извини, у меня не было выбора. — Я тоже встаю с пола и вытряхиваю с себя пыль. — Если бы ты не слезла с меня, то я бы задохнулся на месте.

— Ты меня неправильно понял. — По каким-то причинам, ее лицо внезапно стает счастливой и меня вдруг охватывает каким-то странным чувством. — Ты дотронулся до меня первым, хотя я этого совсем не ожидала!

— И какого черта тебя это радует?

Я ее не понимаю. Почему она получает удовольствие от того, что я к ней притрагиваюсь? Нет, я знаю, что я действую как «анти-побудитель отрицательных эмоции», но... Я не могу понять, почему она этому так сильно счастлива?

И чтобы точно в этом убедиться, я решил снова попробовать дотронуться до Сайко и пощекотать ее живот. Мне казалось, что она может врать. Может... она из тех, кому это нравится?..

Я резкими движениями дотронулся до боков ее живота и из ее уст послышался тихий стон.

— Нет, не надо! — простонала она, и ее лицо было сравнимо с помидором.

«Я так и думал, — мысленно сказал я. — Она получает от этого огромное удовольствие. Хотя я ожидал совсем иного исхода, вроде... Она сильно боится щекоток, и попросит меня не трогать ее за уязвимые места, но... Каким, блин, боком, она от этого возбуждается?»

— Извини, я слишком чувствительная, — объясняет она. — Не делай так больше.

И меня снова охватило этим необычным чувством. Но после небольшого эксперимента я наконец понял, что это за ощущение. Это чувство власти, которое я испытывал очень давно.

Странно, но мне вдруг захотелось снова ее потрогать. И это скорее из-за того, что она позволяет себе надо мной издеваться. Тогда почему я это должен терпеть один?

— Эй, Сайко-чан, — говорю я, и на удивление мой взгляд стает хитрым. От этого она даже заметно вздрогнула. — Кажется, я изучил твою слабость. — Затем я снова подготовил руки к щекотке. И когда я сделал это, то передо мной всплыл момент, когда Хабупэйн сжимал пальцы и пытался дотронуться до Сайко, потому что она проиграла в детской игре. Теперь ясно, почему она сильно этого испугалась. Но когда это делает ее любимый человек, то ей вовсе не страшно, а просто неловко. Удивительное сходство, не так ли?

Но Сайко зачем-то стянула свитер вниз и отворачивала взгляд.

— Я не против, если ты это сделаешь, сэмпай. Только... время поджимает. Ты ведь сказал, что нам нужно собираться в школу.

В какой-то момент я вышел из реальности и меня теперь охватывает чувством стыда, и мое лицо тоже начинает краснеть.

— Не надо говорить это так, будто это что-то «большее», чем просто щекотки! — восклицаю я.

— Но я вижу, что ты хотел снова потрогать меня, — тихо говорит она. — А это признак привязанности, сэмпай.

— Постой! Ты не так все правильно поняла! — На самом деле меня просто охватило тем, что я почувствовал над ней власть. Я не думал что-либо про признаки!

— Тогда почему ты хотел это повторить?.. — Она сама того не замечает, как ее это сильно смущает. — Лучше просто скажи, что я тебя сильно нравлюсь.

Я попал... нет, мы попали в какую-ту странную ситуацию, которая поглощает нас вместе с головой. Я думал, что мы спокойно пойдем в школу, но из-за меня мы обсуждаем черт знает что.

Я ее трогал, потому что это признак привязанности... Или быть точнее... Признак любви?

Мое сердце начало биться сильнее, а смущение давило ее с разных сторон.

Немного странно, но меня почему-то охватило чувством дежавю, будто это уже с кем-то случалось. Я пытаюсь вспомнить, где я это уже видел, но воспоминания были слишком расплывчатые. Как же мне выйти из этой ситуации?

— Сайко-чан, ты мне нравишься, но... Я не думаю, что я чувствую к тебе искреннюю любовь.

Хабупэйн уже сто раз говорил мне, чтобы я ей признался, но я просто не могу этого сказать. Точно не знаю, но этого делать я пока не хочу.

— Очень жаль... — разочарованно вздыхает она, но затем ее радость снова проходит по всему телу. — А я вот очень сильно тебя люблю!

Когда она это сказала, мое лицо стало еще краснее, и ей прекрасно видно, как я этим ошеломлен.

— Не надо говорить это, будто твои чувства искренние!

— Ничего ты не понимаешь, сэмпай, — говорит она. — Мне не нужно доказывать, что я тебя люблю. Это же не никакая там наука!

Ну да, не наука. Никто же не будет доказывать чувство привязанности с помощью формул и арифметики. Хотя, может быть, такие люди есть, которые делают большую границу того, что любовь должна быть доказана наукой. Но это абсолютно неважно. Важно то, что Сайко поставила меня в огромный тупик, и если это продолжится надолго, то такими темпами мы можем опоздать в школу.

— Помнишь, как ты с уверенностью начал помогать мне?

В ответ я киваю.

— Ты мне понравился с тех пор, как мы прошли через ад. И ты до сих пор остаешься ко мне совсем не безразличным. — Она говорила это настолько серьезно, что я на мгновенье потерял ту Сайко, которая была на ее месте. Но с каких пор она мне это говорит прямо сейчас? — Я была одинока, но благодаря тебе все сложилось в лучшую сторону. Разве ты не понимаешь?

— Да, но... — Если она решила затронуть эту тему, то я думаю, что мне тоже стоит объяснить некоторые вещи. — Я не понимаю, за что меня можно любить.

Возможно, я просто включаю «режим дурака». Может, я слишком упрямый, чтобы ответить взаимностью. Или, кажется, я настолько сильно не хочу признавать это, что я начинаю говорить полный бред, лишь бы не воспринимать ее слова близко к сердцу. Хотя... я иногда сам не понимаю, почему я делаю огромную черту между любовью и огромной помощью.

Наверное, пережитая боль заставляет смотреть на Сайко совсем с другой стороны.

— Ты слишком упрямый, — нудно подмечает она. — И ты говоришь так, будто другая девушка сможет тебя полюбить также, как и я.

— Так, постой. — Я размахиваю руками, неожиданно потеряв чувство власти. — Я не понимаю, к чему тут другие девушки.

— Я видела, как ты с ними общаешься. — На ее лице появилась самоуверенная улыбка, но я не понимаю, чему она так рада. — Когда я следила за тобой, ты дергался как осенний лист перед двумя девушками. Они просили тебя об одолжении, но ты лишь поддакивал как...

— Откуда ты это знаешь!? — На самом деле я знаю, откуда она это знает. Когда был жив Синдзи и не был сильно знаком с Сайко, она ходила за мной по пятам и постоянно падала на пол, когда наши взгляды случайно соприкасались.

— Видишь, сэмпай, тебе удобнее общаться с такими девушками как я.

— И на что же ты намекаешь?..

У меня стали сжиматься внутренности, вспоминая тот момент с девушками. Черт бы побрал этого Синдзи, который пытался меня с ними познакомить. «Ты должен найти себе девушку, а иначе помрешь в одиночестве!». Так он ведь говорил?

— Так что ты здесь проиграл, сэмпай. Просто признай, что я тебе нравлюсь.

Она что, бросает мне вызов?.. Если на это уж пошло, то я должен ответить на это «полной взаимностью».

— Я это не признаю, когда не буду в этом уверен, — отвечаю я. — Так что, Сайко-чан, ты здесь проигрываешь. Ты никогда не дождешься от меня то, что я приду к тебе с любовными глазами и скажу, насколько сильно ты мне нравишься.

Хацунэ направила на меня хмурый взгляд.

— Вот как?.. — Она стала смотреть на потолок и раздумывать, чем на меня напасть. Теперь ее лицо стало увереннее, и это говорило о том, что она придумала некий план. — Сэмпай, я прекрасно вижу с каким удовольствием ты меня трогаешь или когда я обнимаю тебя сзади. Иначе как объяснить твое красное лицо.

Ее глаза стали хитрыми, и она была полностью уверена в том, что я разломаюсь на части, но это не так. Она ждет, что я сдамся, но у меня есть что сказать насчет этого повода.

— Это так, — соглашаюсь я. — Но это не признак того, что я тебя люблю.

Ее взгляд снова почернел.

— Какой же ты упрямый! На лице ведь все написано!

— Это не любовь!

— Тогда что же это?.. Трогаешь меня без спроса, — значит любишь!

— Я не... Черт...

Мне что, действительно стоит сказать это вслух?.. Нет, я не могу, правда не могу!

— Может быть это так, — говорю я. — Возможно, я испытываю к тебе какие-то чувства, но... Я еще не уверен.

Она тяжело вздыхает.

— Упрямец. Настоящий упрямец. Вот поэтому ты и помог мне тогда, а не стоял столбом.

— Я не безразличный человек, — подмечаю я. — Не думай обо мне плохом. И если ты продолжишь этот разговор, то я тебя и вправду защекотаю до смерти.

После моих слов Сайко насторожилась.

— Сэмпай, это мерзко, — говорит она, вытягивая кривую улыбку. — Ты не думаешь, что это уже слишком?..

Я не стал ее слушать и приступил к замыслу. Я снова притронулся к бокам живота, и ее лицо снова покраснело. Она даже не сопротивлялась и просто прикрывала себя руками, но это ей никак не помогало.

— Да постой же ты! — восклицает она. — Если нас кто-то увидит...

— Родители вернутся не скоро, — быстро говорю я, продолжая щекотать. — Так что об этом не беспокойся.

Сайко кое-как пыталась сопротивляться, но она просто схватила меня за запястья и постоянно отворачивала от меня взгляд. Я буквально прижал ее к стене, и меня ненадолго охватило чувством того, что я где-то уже видел. Эти второстепенные чувства никак не беспокоили меня. Мой мозг просто откладывал их на полку, давая сосредотачиваться на важном. На том, чтобы смутить Хацунэ и заставить ее краснеть.

— Пожалуйста, не надо, — молила она, но я не мог остановиться, потому что я тоже чувствовал от этого удовольствие. Я будто представлял, как приятные ощущения проходили по ее телу с каждым разом, побуждая ей расслабиться и отставить все сомнения, которые ее окружают. Беспомощная девушка, которая ничего не может с этим поделать.

«Ну что, как ты себя чувствуешь? — мысленно спрашиваю я».

— Прошу, только не здесь! — восклицает она, когда мои пальцы приблизились чуть ближе к спине. — Мне очень неловко!

— Извини, Сайко-чан, но тебе нужно принять наказание, — говорю я.

— Сэмпай, ты озабоченный! Позволяешь себе слишком многого!

— И ты тоже. Зачем ты дразнила меня своим телом, пока я спал?

— Ты так знаешь?.. — Она пыталась нести со мной диалог, но глубокое удовольствие мешало ей это делать. — Прошу, прости меня!

— Нет-нет-нет. — Я махаю головой. — На этот раз ты поймешь, что надо мной не стоит издеваться.

— Я все поняла. Только не надо! Я сейчас...

— Что? Что ты сделаешь?..

— Я сейчас умру от щекотки!

— Но я вижу, что тебе приятно, — усматриваю я. — Зачем в себе что-то отказывать?

У Сайко сбилось дыхание, и она уже не могла проронить хоть одно слово. На ее лбу были капли пота, а лицо до жути красное. Она выглядит очень милой и беспомощной, и она ничего с этим не может поделать. Ей только остается наслаждаться этой утренней процедурой.

— Сэм... пай... — промямлила она, и ее глаза почему-то переместились на кухню.

— Что такое, Сайко-чан? — спрашиваю я.

— Обер... нись...

По ее просьбе, я поворачиваю голову, и мои руки сразу же оцепенели, когда я увидел перед собой никто иную как Элиссу Хацунэ. Она смотрела на нас, не выдавая никаких эмоций. Также нас настигла мертвая тишина, и только тяжелые вздохи Сайко нарушали покой.

— И давно ты там стоишь?.. — еле говорю я.

Затем Элиссу наконец оживляется. Ее лицо сильно краснеет, бросает недовольный взгляд, и ее щеки буквально надуваются.

— Извращенец! — выкрикнула она, быстро покидая комнату с большим грохотом двери.

Мое сердце словно перестало биться, а Сайко все еще пыталась прийти себя после долгого удовольствия.

Теперь ясно, почему она велела мне немедленно остановиться.

— Э-эм...

— Сэмпай, отпусти меня, я больше не могу, — тихо говорит она, и я послушно убираю от нее руки.

— Прости, — улыбчиво извиняюсь я. — Не знаю, что на меня нашло.

Она отходит от стены и теперь ее взгляд стает спокойнее, когда я перестал ее трогать.

— Надеюсь, ты не обидишься на меня?

— Нет, не обижусь, — отвечает она почти необдуманно. — Говорила же, сэмпай, не нужно было делать это прямо сейчас! — Теперь ей свойственно злиться, так как нас смогла засечь Элиссу. И я даже не могу представить, как мне стоит объяснить то, что она только что сейчас увидела. — Не умеешь же ты держать себя в руках.

— Ты неправильно меня поняла, — говорю я. — Я просто...

— Ты только что сделал, что характерно парочкам, сэмпай. Ты выразил привязанность, и хотел закрепить любовь с помощью щекоток. — Затем ее лицо смягчается. — Это так круто!

— Все, хватит, — прошу я, и моя самоуверенность постепенно меня покидает.

— В другой раз, хорошо? Нам нужно собираться в школу и... Скоро уже начнется урок.

В другой раз?.. Она думает, что я сделаю это еще раз?.. Что-то я в этом глубоко сомневаюсь. Но насчет начала урока она полностью права.

— Д-да, конечно. — Я взял сумку с дивана и закинул ремень на плечо. — Идем.

Интересно, что об этом думает ее сестра?.. Надеюсь, ее не будет сложно убедить, что я просто щекотал Сайко, а не пытался ее к чему-то принудить. Очень надеюсь, что это именно так.

* * *

По дороге в школу, на меня постоянно сверлила взглядом Элиссу, лишь недовольно зыркая и отходя от меня на несколько метров.

— Да ладно тебе, — ною я. — Говорю же: я просто ее щекотал!

— Лжец, — выплюнула она, и мои ноги внезапно превращаются в жиле. — Сайко говорит, что ты пытался сделать что-то еще.

Я посмотрел на Сайко, но она не намеревалась встретиться со мной даже глазами.

— Сайко-чан, скажи ей, что я тебя ни к чему не принуждал!

Мне уже все равно, о чем думает Элиссу. Мне плевать, что я мог сделать с Сайко, пока ее сестры не было рядом. Я просто лишь хочу сказать, что я не пытался сделать с ней что-то насильственными методами.

— Но я не думаю, что тебя это должно волновать, — признаюсь я.

— Волновать... — недовольно повторяет она. — Я думала, что тебе можно было доверить свою сестру, но... На этот раз, я не отпущу Сайко-чан без моего спроса! — воскликнула она, и это звучал как какой-то приговор.

— Это уже решать твоей сестре, — говорю я. — Да, Сайко-чан?

Я посмотрел на нее, и ее лицо снова сильно покраснело. Она положила ладони на свои щеки и что-то тщательно раздумывала.

— Эй! Ты о чем там думаешь?..

— Ну все, — вздыхает Элиссу. — Теперь ты сломал психику моей любимой сестре. — Она указывает на нее руками, и теперь я чувствую на себе горячую волну вины.

— Ты ее не понимаешь, — говорю я.

— Ох, вы только посмотрите! Акира знает Сайко-чан лучше, чем подруга детства! И что же я не понимаю? — Она снова навела на меня всю свою злость, и мне казалось, что я могу утонуть и никогда не добраться до поверхности. И если это продолжится до того, как мы зайдем в школу... Это будет крайне плохо.

— Сайко-чан очень сильно понравилось, что я до нее дотронулся, — объясняю я, и я старался говорить это спокойно и адекватно, потому что действительно хотел, чтобы Элиссу меня наконец выслушала. — И из-за этого она... Не может никак успокоиться.

В последний раз Элиссу бросила на меня хмурый взгляд, и затем ее лицо смягчается, когда я кое-как восстановил к ней доверие.

— Сделаю вид, что я этого не видела, — говорит она. — В следующий раз держи себя в руках!

Я хотел еще немного поспорить, но на этот раз я просто кивнул, потому что ее громкий голос бился мне прямо в мозг, и из-за этого голова у меня разболелась.

Я посмотрел на Сайко, и теперь она не была так сильно обеспокоена тем, что произошло дома.

«Держи себя в руках, значит...»

Интересно, я ведь не сломал ей психику, как говорит мне Элиссу? Нет, это вряд ли. Это ничтожно тому, что она пережила в других школах. То, что я сделал, — лишь единичный случай, поэтому я думаю, что с Сайко все в будет в порядке. Я в этом уверен.

— Эй! — окликнул нас Хабупэйн, который вышел из стены. — Почему у вас кислые рожи?

И, скорее всего, он имел ввиду свою возлюбленную и меня, потому что я действительно устал от того, что всю дорогу меня отчитывала Хацунэ.

— Я не хочу об этом говорить, — говорит Элиссу.

Затем его взгляд прошелся по мне и по обеспокоенную Сайко.

— Вы сегодня какие-то странные. Будто Акира что-то сделал с Сайко. Да, Акира?

— Заткнись, — отвечаю я, и я не понимаю, почему Хабупэйн всегда прав. — Я просто ее пощекотал.

— А? — Он проморгал глазами и находился в ступоре, хотя эту тему завел именно он. — Так что же произошло, пока меня не было?

— Молчи. Просто молчи.

Мы втроем пошли дальше, а он все еще продолжал глазеть на нас, будто не понимая то, что я только что сказал.

Я ее пощекотал, потому что я поддался каким-то чувствам.

Но Сайко считает, что это любовь.

А Элиссу говорит, что я настоящий развратник, хотя я ничего такого не сделал.

И что же вы, черт побери, прикажете мне делать?

* * *

Я уже думал, что обида уйдет через несколько уроков, но даже сейчас Элиссу сверлила меня взглядом. По крайне мере, мне так казалось.

Я сидел у старого стола, где мы обычно общаемся за Хабупэйном, но возле нас также сидели сестры-близнецы, которая одна из них жадно ела свой сочный бутерброд.

— Ты специально сидишь возле меня, чтобы дразнить едой? — спрашиваю я. Я уже пытался попросить ее поделиться, но она сказала, что яичница моей мамы будет достаточна.

— Нет, — отвечает она, откусывая мясо, которая торчала из начинки. — Просто я смотрю на Хабупэйна, который любуется моей картиной.

На самом деле он ничего не делает. Он лишь смотрит на эту глупую ситуацию, которая происходит из-за того, что Элиссу сильно волнует то, что я трогал ее сестру.

— Почему тебя это волнует? — наконец говорю я. И если она так хочет зайти далеко, то я думаю, что мне не стоит сдерживаться. — Почему тебя волнует то, что я делаю с Сайко? Может... — Дальше я просто не выдерживаю и произношу то, чего не хотел никогда говорить. — Мы делаем то, что суждено парочкам?

Теперь мне точно конец.

Элиссу в итоге оживляется, и ее лицо снова стает красным, так как она прекрасно понимает, что я имел ввиду.

— В каком смысле? — говорит она, делая вид, будто это ее не смущает.

— Поцелуи, — отвечаю я, и да, я прекрасно понимаю, что «сдержанный Акира» находится где-то в глубине моей души, который не может взять меня под контроль и немедленно извиниться. Но я решил идти дальше до тех пор, пока я не добью Элиссу до конца. — Или, может быть, что-то «большее».

Честно, моей характер слегка напоминает Сайко, когда она тоже иногда может разойтись. Правда, я не совсем понимаю, откуда я знаю, что она передо мной раздевалась, хотя она, вроде как, этого даже не говорила.

— Акира-кун. — Она стала отворачивать взгляд и ее голос немедленно задрожал. — Что ты имеешь ввиду под словом «большее»?

Вот оно! Теперь я знаю, как смутить Элиссу тоже.

— Ты правильно думаешь, — продолжаю я. — Мы делаем то, что суждено парочкам, и будем это делать, потому что это нам нравится обеим.

Я не зря сказал «обеим», потому что я тонко намекаю на то, что здесь нет никакого принуждения. А значит, что Элиссу должна глубоко вздохнуть и улыбнуться, понять, что я хороший человек, а не никакой-то там преступник.

— Так значит... я была не права? — Теперь она стала встречаться со мной глазами и ее лицо стает обеспокоенным, внезапно ощутив вес своей вины. — Моей сестре это и вправду понравилось?

Я встал со стула и подошел к Элиссу. Вместо того, чтобы ожидать от нее улыбки, я вместо нее глубоко вздохнул и притронулся к ее голове.

— Да, — отвечаю я. — Но насчет парочек я пошутил.

— Что?

— Я просто пощекотал ее, и мы ничего большее не делали. Разве что играли в подушечный бой после школы.

Она резко встает со стула и снова начинает на меня злиться.

— Так ты бросил мою сестру?!

— Что?.. Я не это имел ввиду! — восклицаю я. — Я говорю, что у нас не было ничего такого, но ты никак не можешь меня понять! Просто ты выдумала у себя все в голове и теперь винишь меня!

Она сложила руки и недовольно зыркнула на меня, но как перед ней не распинайся, она не хочет меня до конца понимать.

— Считай как хочешь, мне плевать, — вздыхаю я, и теперь меня начинает переполнять злостью, потому что это действительно мне надоедает. Она... просто притворяется дурочкой. — Я уже не знаю, как тебе объяснить иначе.

И чтобы не на шутку разозлиться, Элиссу фыркнула на меня и подошла к дверям клуба.

— Эй, ты куда? — обеспокоенно спрашивает Сайко.

— Проветриться, — отвечает Элиссу. — Мне стало немного плохо.

Не дождавшись второго вопроса от Сайко, она сразу же удаляется из клуба, и я почувствовал, как на моей спине приковались взгляды.

— Что? — говорю я, действительно не понимая то, почему я должен чувствовать себя виноватым. — Она сама виновата, и...

— Нет. — Хабупэйн качает головой. — Я не про это. Но в какой-то отчасти ты виноват.

— Тогда почему вы смотрите на меня так, словно я виноват в том, что Элиссу притворяется дурой?

— Не говори так! — восклицает Сайко. — Мне кажется, что она немного не в себе.

Я смотрю на нее и затем облегчаюсь, потому что я теперь не мог злиться, когда я услышал ее встревоженный голос.

— Ладно, — вздыхаю я. — Сейчас важно, это то, чтобы Элиссу остыла, но... Я не понимаю, почему ее злость вышла из черт пойми где?

Это странно. Очень странно. С тех пор, через что мы прошли, я знаю Элиссу почти на сто процентов. Но почему она так сильно этим огорчена?

Почему ты трогаешь мою сестру по голове? Я тебе не разрешала!

Нет, это точно не ревность. И в этом уверен только то, что ее щекотки сильно смущают, и я бы ни за что не поверил, если бы она попросила меня ее пощекотать по животе.

— Нет, бред настоящий... — бормочу я, посмотрев на незакрытую дверь. — Так что с тобой не так?..

Из гнусных мыслей меня спасает рука Хабупэйна, которая оказалось у меня на плече.

— Акира. Нужно поговорить.

* * *

Вместе с ним мы оказались на складе, где повсюду пахло маслом и откуда-то взявшихся цветов. И когда мы здесь обсуждали роковую ночь, мы сидели на том же месте и в том же положении, будто сохраняли некую традицию.

— Так что с ней случилось? — спрашиваю я. — Встала не с той ноги?

Он покачал головой.

— Нет. Когда мы пришли вместе с ней домой, мы хорошо поговорили и потом разошлись. Ничего бы не испортил этот обыденный день.

— Тогда что с ней не так? Я ее прекрасно знаю, и она бы остановилась, если бы это была обычная шутка, но...

Она позволила себе идти дальше.

— Я не хочу это признавать, но... Кажется, я знаю причину, — говорит он, вытаскивая из полки дневник.

— Такое чувство, будто ты специально подложил сюда свой дневник.

— Нет. Когда я убирался здесь, то забыл его прихватить домой. Так что он здесь ненадолго переночевал.

Хабупэйн невесело усмехнулся и открыл содержимое, которое снова побудило во мне чувство дежавю.

— Проклятие Аяно, — произношу я, самому не веря.

— Так ты знаешь? — удивленно спрашивает он. — Я рад, что мы на одной волне.

— Нет, стой... Как-то...

Как-то все странно запутанно. Мои мысли внезапно перемешались, и будто я сегодня не встал с той ноги.

— Разве мы об этом... ну... не говорили?

— Что? — Хабупэйн ненадолго засмеялся. — Я впервые говорю об этом. Ох, только не говори, что ты умеешь читать будущее.

В ответ я ничего не ответил, а просто махнул головой. Его улыбка тут же стирается, хотя я сам не понимаю, что со мной не так.

— Но я хочу подметить, что это не простое совпадение, — продолжает он. — Я не уверен, но... Мне кажется, что она может быть избранной.

— Избранной, — повторяю я, ничуточку не понимая, что он хочет до меня донести.

— Ну знаешь... Это то же самое, если бы Сайко вдруг стала уязвимой.

И я через некоторое время кивнул, так как я уже понял, что он имеет ввиду.

— Допустим, — говорю я. — Но как Элиссу может быть уязвимой, если она не страдает раздвоением личности?

Дух не может завладеть ее телом, потому что Элиссу психически сильна. Это я уже давно знаю.

— Это работает немного по-другому, — говорит он. — Это будто сон, который происходит на несколько мгновений. И если Элиссу вдруг начнет всех убивать, то как говорит проклятие Аяно: никто этого даже не вспомнит.

Я задумался о словах Хабупэйна, хотя я до сих пор не верю, что Хацунэ может быть одержима духом. Это логично, потому что тогда кроме Сайко мог бы кто-то убивать.

Мог бы...

— Ты ведь не хочешь сказать, что мы каждый раз умираем, но не помним убийцу? — говорю я, и это действительно звучит как полный бред. — А, постой. — У меня внезапно возникает другой вопрос. — Откуда ты вообще знаешь, что существует такое проклятие?

— Никто не знает, — отвечает он, и я удивлен, что самый загадочный человек в мире не знает ответа на мой же вопрос. — Моя сестра говорила, что после появлении духов могут создаться проклятия, и самый распространенный из них это Аяно. Когда-то давно, девушка Аяно согрешила и убила своих друзей, потому что она вдруг почувствовала недоверие. Правда... неясно, чем закончилась история. Старая легенда со странным концом. И если конец неизвестен, то всегда найдется тот, кто скажет возможную теорию. И ты, наверное, уже догадался, что это за теория.

— Убийца убивает друга, и если это даже кто-то заметил, то все равно бы ничего из этого не вспомнил, — говорю я. — Но к чему все это?

— Это то, что мы все соучастники, — отвечает он, будто гордясь тем, что он подробно все разложил по полочкам. — Акира, может быть, ты уже был под проклятием, но смог сохранить некоторые воспоминания. Как думаешь?

— Нет. — Я качаю головой, потому что я и пытаться на стал, что мои воспоминания могли остаться после убийства. — Не верю, что это так. Если я и в духов сложно поверил, то в проклятие уж точно не буду верить.

— Тебе придется, — говорит он, вставая со стула. — Ты всегда признаешь то, чего я тебе говорил.

Хабупэйн уходит из склада, оставляя меня совсем одного.

— Черт...

Я наклонился на спинку и посмотрел на белый потолок с множественными пятнами. И чем дальше я на него всматриваюсь, тем больше у меня начинают болеть глаза.

— Ничего не понимаю...

Даже если он прав, то как мне понять, что я действительно пережил неминуемую смерть?

После обсуждения, я бродил по коридорам в поисках Элиссу, но она будто пропала без вести. Это странно, и на нее это совсем не похоже.

— Не могу поверить, — вздыхаю я. — Это все происходит лишь из-за того, что я сказал лишнее.

Хотя она сама виновата, что она внезапно на меня разозлилась, а это ей никак не свойственно. Я ее хорошо знаю, и она бы это ни за что не сделала. Добрая девушка, сияющая лучом надежды.

Я помню ее мотивацию идти дальше. Я помню, когда она поддержала меня, когда я находился в отчаянии против кровожадных крольчих.

Я знаю, что ты сходишь с ума, но прошу, не сдавайся!

Тогда какого черта мы вернулись в самое начало наших отношении? Когда я только ее увидел, когда я притронулся к ее голове и она чуть ли не начала выворачивать мне плечо. Все это откатилось назад во времени, и теперь с Элиссу нас ничего не связывает. Ни общие замыслы. Ни общие надежды. Ничего. Я для нее просто пустышка, чужак, который «лезет к ее сестре».

— Элиссу, где бы ты не находилась...

Если Элиссу вдруг начнет всех убивать, то как говорит проклятие Аяно...

— ...никто этого даже не вспомнит.

— Эй, сэмпай!

От неожиданного голоса я сразу же вздрагиваю и мое тело мгновенно сковывается.

— Что с тобой?

Я медленно поворачиваюсь и вижу перед собой Сайко, которая была чем-то обеспокоена.

— Все нормально, — отвечаю я. — Просто у тебя тихая походка.

— А, вот оно что. — Она сложила руки и слегка улыбнулась. — Извини, я не специально.

— Тебе не за что извиняться, Сайко-чан.

— Если хочешь, можешь снова меня «наказать». — Затем она тихо засмеялась, хотя я не понимаю, что тут может быть такого смешного.

— Тебе что, так сильно этого хочется?..

— Знаешь, мне очень приятно, что мы хорошо проводим время, — признается она. — Спасибо, что заботишься обо мне!

Она вдруг засияла счастьем, как никогда прежде. Но почему она сейчас решила мне это сказать? Я знаю, что она мне непременно благодарна, но... Сомневаюсь, что сегодня лучший момент.

— За это я тебя и люблю!

— Ага, я тебя тоже, — сказал я почти необдуманно, и только через некоторое время до меня дошло, что я только что сделал. — Постой, что ты...

— Наконец-то! — воскликнула она. — Сэмпай признался мне в любви!

— Стоп, что?.. — И мое лицо тут же покраснело. — Нет, я не это хотел сказать!

Черт! Я попал еще в одну ловушку, которая подготовился для меня хитрая Хацунэ. Она специально начала этот диалог, чтобы я... Необдуманно признался в любви.

Но мне ничего не остается, кроме как разочарованно вздохнуть и уйти с поражением.

— Ты куда, сэмпай?

Сайко по каким-то причинам начала ко мне липнуть. Она схватила мою правую руку, и я никак не мог от нее дернуть.

«И сколько же это будет продолжаться?.. — спрашиваю я, и чтобы нас никто не увидел, я немедленно вскочил в художественный клуб, где благополучно не было Хабупэйна. И мне вдвойне повезло, так как нас никто не увидел».

— Зачем ты опять ко мне примагнитилась?..

Она это делала очень давно, тогда, когда я недавно познакомился с Элиссу. Став дразнить тем, что у ее сестры есть «сэмпай», она стала прижиматься ко мне и сиять радостью, что у нее есть человек, который может в любой момент погладить ее по голове.

Но, как я знаю по словам Хабупэйна (он профи в отношениях, но сам их к сожалению не заводит), если девушка начинает приставать к любимому человеку, то это говорит о том, что ей недостает внимания. Но как я мог оставить ее, если мы все время находимся вместе?.. Может, причина кроется в другом?

«Признайся в любви, признайся в любви, — мысленно говорю я его слова. — Вот что приводит к тому, когда ты признаешься таким девушкам».

— Эй, сэмпай, — произносит она хитрым голосом. — Разве тебе не нравится, когда я так делаю?

— Нет, но... — Я старался отвечать честно, потому что мне надоело врать. Серьезно. — Когда это происходит часто, то я чувствую себя каким-то несвободным.

— А ты на удивление честен, сэмпай. Я думала, ты будешь дергаться.

— Не хочу врать, — говорю я. — Да, мне нравится с тобой проводить время, и ты до жути милая, но... — Я посмотрел на нее, и ее глаза стали светиться от радости. — Как-то у нас все странно складывается.

— Тебе не нравится, какая я есть? — спрашивает она.

— Ты не высокомерная и дружелюбная к окружающим. Это и нужно ценить.

Хотя если она дружелюбная, то даже такой как она не найдет себе никаких друзей. И это правда.

Ее не будут любить, потому что она странная.

С ней не будут дружить, потому что она скучная.

Над ней будут издеваться, потому что она ведет дневник и рисует непонятное.

Почти из этого ничего не изменилось. Но обещаю, что когда-то Сайко найдет себе друзей и.. изменится в более лучшую сторону, и не будет липнуть ко мне по пустякам.

— Я тебе нравлюсь, какой я есть?..

— Да... Ты нормальная, просто тебя не могут принять такой, какой ты есть.

В какой-то момент, Сайко совсем засветилась и положила свою голову мне на плечо, и мое сердце стало биться сильнее, но не знаю почему.

У меня впервые стало биться сильнее сердце, когда ко мне прилипла Хацунэ. Да, это уже случалось, но это чувство... Чувство теперь совсем иные.

— Эй, Сайко-чан... Если нас кто-то увидит...

— Я ненадолго, — говорит она. — Мне хорошо, когда ты со мной рядом.

— Сайко-чан... В последнее время ты совсем не своя.

— Потому что ты позволил мне снять все беспокойства, которые меня тревожили, — говорит она.

— Поэтому ты заикалась, хоть я говорил, что мы с тобой друзья?

В ответ она мне улыбнулась и теперь ее руки обвили мое тело. Странно, но это лучше, чем меня кто-то схватит за руку. Это не то, что тебе некомфортно, просто я чувствую себя каким-то уязвимым.

Тебя схватили за руку, и тебе потом ни за что не убежать.

— Если ты это продолжишь, то у меня ничего не останется, кроме как снова тебя пощекотать, — говорю я.

— Ну ты вредина, — говорит она, имитируя недовольство. — А у тебя крепкие мышцы, сэмпай.

— Тренировки не пропали даром, — отвечаю я, но она просто пытается сменить тему. — Сайко-чан, отпусти меня, или ты опять будешь страдать.

Хотя я сомневаюсь, что она будет молить меня о пощаде. Она буквально возбудится, правда ее это настолько встревожит, что она не забудет этого до конца дня.

Но сколько я не ждал того, пока меня отпустит Сайко, я на мгновенье подумал, что она заснула на мне, но это не так. Я не знаю, действительно не знаю, почему она начала ко мне липнуть, но, возможно, она просто ко мне соскучилась, или же благодарит меня за то, что я помог ей избавиться от духа.

«Была не была, — подумал я, и приступил к своему плану».

Я и сам не понимаю, почему я позволяю себе такие вещи, может... Я и вправду что-то чувствую к Сайко кроме тепла и крепкого дружелюбия? Мне просто нужно еще немного времени. Особенно забыть то, что мы пережили.

Когда пальцы дотронулись до боков живота, Сайко же всхлипывает и словно просыпается. Ее лицо сразу же краснеет, и я не представляю, как это работает. Как можно быть таким, что от одних прикосновений ты сразу возбуждаешься?

— Сэмпай, сказала же, я недолго!

Она все еще не отпускала меня, и это говорило о том, что она бросает мне вызов.

— Мы так три минуты стоим, — говорю я. — А это долго!

Я слегка усилил дело и Сайко начала сильнее краснеть.

— Сэмпай, ты развратник!

— Хватит меня этим называть! — восклицаю я. — Просто у меня не остается выбора!

Но она не хочет признавать, что ей это нравится. Вот почему все так неловко сложилось? Какого черта я сейчас делаю? Эти мысли вскружили мою голову, но я правда ничего не могу с собой поделать. Будучи щекотав ее, я также получаю от этого какое-то удовольствие. Чувство власти и смотреть на милое личико Хацунэ. Что может быть лучше для любого подростка?

Через несколько секунд ее хватка ослабевает, но сразу же стает сильнее, не давая ее рукам отпустить меня.

— Вот так значит?

Если она по-настоящему бросает мне вызов, то я не могу проиграть лишь из-за каких-то смущений.

Мои пальцы глубже вошли в бока, и Сайко сильнее от этого покраснела. Ее лицо было почти сравнимо с красным помидором.

— Зачем же так грубо? — воскликнула она, и она направила на меня странный уставший взгляд. И, если быть по чесноку, то мне тоже было неловко лишь из-за того, что ее лицо было рядом со мной. Их разделяло всего-то на несколько сантиметров.

— Мы находимся слишком близко, — признаю я. — Ты правда хочешь продолжишь?

— Нашел меня чем смутить, — говорит она, снова подражая недовольство. — Нет! Стой! — Она стала всхлипывать, когда мои пальцы приблизились чуть ближе к спине. Как я понял, это более чувствительное место, и является самым слабым и уязвимым. Знав это, я могу с легкостью дать ей отпор, но очень жаль, что от этого она находится не в себе, хотя бы другая девушка просто отошла бы и заметно смутилась, но... Нет, это не про Сайко. Ее ничем не встревожишь кроме душевной боли.

— Ну же, сэмпай, дай мне еще немного времени, — продолжает Хацунэ.

— У тебя есть силы разговаривать? — подмечаю я. — Я это исправлю.

Еще сильнее уткнувшись пальцами, я прекрасно чувствовал ее мягкость, и она была приятна на ощупь.

— Сайко-чан, у тебя хорошая талия, — говорю я, но это звучал как комплимент.

— Ты грубиян, сэмпай! Зачем же так сильно?

— Сдайся, если тебе не нравится, как я тебя трогаю.

Она покачала головой.

— Я ни за что не сдамся. Я никогда не проигрываю!

И я замечаю, как ее глаза внезапно расширяются.

— Кажется я знаю, как тебя смутить.

Следуя своему плану, Сайко приблизилась ко мне лицом, и я, буквально, чуть ли не прикоснулся носом.

— Мы очень близко, сэмпай. Неужели тебя это не волнует?

Еще как волнует!

— Нет, — встревоженно говорю я, — не совсем.

Моя сила постепенно уходит, и я не могу поверить себе, что я собираюсь проигрывать.

— Тебя смущает то, насколько я к тебе близка, — подмечает она. — А меня смущает, как ты до меня дотрагиваешься. Это наши слабости, сэмпай.

— А ты догадливая, — снова признаю я. — Но я вправду не хочу проигрывать.

Я прибавил сил, и Сайко уже начала запыхаться.

Теперь мой черед атаковать словами.

— Тебе нравится, когда я тебя щекотаю, — улавливаю я, еще раз прибавляя силы. — Поэтому ты не хочешь меня отпускать.

— Неправда! — восклицает она. — Просто мне очень неловко!

— Любая бы девушка отошла, если бы ей не понравилось. Но только не ты, Сайко-чан.

Вот оно! Теперь она точно должна отойти от меня!

— Нет, не так сильно! Мне слегка больно, сэмпай!

— Что, правда?

— Можешь немного ослабить?

И я поймал ее прямо на слове. Она сказала «немного ослабить», никак «прекратить». Правда жаль, что Сайко пытается это отрицать.

— Эм, так? — Обеспокоившись, я немного ослабил хватку и ее лицо немного смягчается.

— Да, так лучше, — отвечает она, слегка улыбнувшись.

Затем мы просто не разговаривали, будто нам вырезали язык. Мы делали это в полной тишине. Сайко все еще сильнее меня прижимала, а я трогал ее по бокам живота. Странно ведь, не так ли? Я правда чувствую себя каким-то извращенцем, хотя здесь нет ничего такого. Просто... эта ситуация крайне непривычна, особенно то, что возле меня лицо Хацунэ. Оно было близко, очень близко, и меня это смущало. Я даже чувствовал ее дыхание, запах зубной пасты и видел спокойные глаза.

«Наверное, эгоист здесь только я, — подумал я. — Я думаю, что мне следовало остановиться, но я решил идти дальше. Я знаю, что ей приятно, но мне нужно делать это только с ее согласием. Я ведь... не хочу лишних неприятностей?»

— Ладно, я сдаюсь, — говорю я, прекращая ее щекотать.

— Что? — Она моргает глазами. — Ты так просто сдался...

— Я не могу продолжать это делать, потому что... — Я снова посмотрел на ее красные глаза, которые все еще были спокойными. — Потому что я чувствую себя каким-то эгоистом.

Она смотрела на меня долго, но затем вздыхает.

— Да ладно, ты можешь не сдерживаться, — говорит она, и я никак не могу понять, где «оригинальная Сайко».

— Нет, не в этом дело. — говорю я, и главное, что это правда. — Просто... не знаю, это как-то неправильно.

— Что здесь неправильного, сэмпай? — спрашивает она, снова кладя голову мне на плечо. — Можно себе что-то позволить. Это разве плохо?

— Ну... — Я бегал глазами. — Я не думаю, что это плохо. Просто я чувствую, что мне не стоит этого делать.

Сайко резко же поднимает голову и смотрит на меня уверенными глазами.

— Не надо так думать, — говорит она. — Сэмпай, благодаря тебе я обрела счастье. Мы ведь столько пережили, чтобы этого достичь! — Ее голос ставал увереннее и громче, именно от нее я хотел этого услышать. — После труда ты заслуживаешь отдыха.

— Я понял, о чем ты, — говорю я. — Но... мы ведь и вправду делаем то, что суждено парочкам.

— Так давай будем парой! — восклицает она. — Сэмпай, это вполне возможно!

— Да постой же ты! Нам некуда торопиться!

Не могу поверить, что мы говорим это уже напрямую.

— Я правда не сомневаюсь, что у нас все получится, но...

Я не хочу это говорить, но я хочу, чтобы ситуация с духами и клятвами наконец осталось в прошлом, но они еще никуда не делись. Кто знает, что ждет нас дальше.

Я боюсь, что если мы начнем отношения, и кто-то из нас умрет, — мы сделаем себе только хуже. Именно этого я боюсь. Я не боюсь Сайко, не боюсь с ней видеться. Я боюсь ее потерять, всех потерять! Если уже Синдзи ушел в другой мир, то точно не дам ни Хабупэйну, ни Элиссу и ни Сайко. Никто из них не покинет эту землю. Сейчас это самое главное. Обеспечить всем надежную защиту.

— Так что тебя гложет? — спрашивает Сайко. — Неужели ты сомневаешься во мне?

— Нет, правда, — говорю я, еле размахивая руками. — Я верю в тебя, просто... — Я набираю воздуха в легкие и стаю более уверенным. — Я боюсь за всех нас.

— Что?.. Сэмпай, о чем ты?

— Я боюсь, что еще ничего не закончено, — намекаю я. — История еще продолжается. И я не знаю, что нас ждет впереди.

Ее взгляд стал обеспокоенным, и ее глаза приковались к полу. Мы стояли так долгое время, пока она снова не посмотрела на меня и вытянула улыбку.

— Теперь все ясно, — говорит она. — Ты беспокоишься о нас.

Я киваю.

— Да. Пожалуй, лучше идти вперед, а не раздумывать, как мне тебе признаться в любви.

На удивление она начинает смеяться и Сайко все еще не отпускала меня, хотя сейчас самое время.

— Что? Что смешного?

— Сэмпай, ты такой классный! — восклицает она, и Хацунэ сильнее прижимает меня, и мне уже казалось, что мои внутренности могут выйти наружу.

— Прошу, отпусти, — тяжело говорю я. — Ты меня задушишь...

— А, прости! — извиняется она, резко отходя в сторону. — Я не хотела тебя обидеть.

И снова это лишнее беспокойство, которое ясно отражалась в ее голове. Не понимаю, что она так обо мне волнуется?

— Ничего страшного, — усмехаюсь я. — В следующий раз не переусердствуй.

Она слегка улыбнулась, хотя все еще боялась, что она мне может доставлять дискомфорт. Я, конечно, знаю, что она долго находилась в одиночестве, но неужели она настолько сильно не хочет причинять мне боли?

— Я знаю, что ты не специально, но... Пожалуйста, не принимай все близко к сердцу, — говорю я. — Это только ухудшит тебе настроение.

Сайко сложила руки и косо посмотрела на меня, и она, похоже, не до конца поняла, но это уже неважно. Главное, что я наконец вышел из теплых ее объятий, которые могли оказаться стенами, сжимающие меня с разных сторон. И тогда я бы точно превратился в свежий кровавый фарш.

— Я вернулся! — послышался откуда-то голос Хабупэйна. — Я пытался найти Элиссу, но ее...

Его шаги остановились, и он почему-то находился в ступоре. Он что, разглядел в нас что-то странное?

— Я, кажется, вам помешал, — говорит он, вытягивая улыбку.

— Нет, мы уже закончили, — говорю я, и я не думаю, что мне нужно было добавлять лишнее.

— А, вот оно что! — Он хлопнул ладошами. — Я уже боялся испортить ваше небольшое свидание.

Я прикрыл глазами, потому что его шутки скатились ниже бездны.

— У нас не было свидания, — уверенно восклицает Сайко. — Мы просто обнимались, и еще меня...

Я закрыл рукой рот этой дурочке.

— Замолчи! Лишнее напортачишь!

— Что, Сайко-кун? — Хабупэйн теперь проморгал глазами. — Что Акира сделал?

— Оба. Замолчите. — Мои внутренности стали сжиматься от того, что я снова попадаю в неловкую ситуацию. Мне и хватило Элиссу все объяснять ей по полочкам, и ему я тоже не собираюсь ничего объяснять.

— Акира, когда я имел ввиду, что ты должен держать себя в руках, это называется, что ты должен держать себя в руках. — Хабупэйн начал говорить прямо как какой-то ученый, словно говорит речь перед важными людьми.

— Эй! Я ничего с ней не сделал! Вы что, все сговорились?!

Затем я почувствовал, как Сайко лижет мне ладонь. Я инстинктивно убрал от нее руку.

— Что ты делаешь?! — спрашиваю я ошеломленным голосом.

— А ты солененький, сэмпай, — говорит она, облизывая губы.

— Эй! Только не надо переходить с щекоток на что-то «большее», — предупреждаю я, боясь, что на меня может «напасть» Сайко.

— Прости, я не думаю, что это будет прилично облизывать твои пальцы, — говорит она так, будто она слегка расстроена.

— Я не думал, что у вас такие отношения, — удивленно говорит Хабупэйн, чеша подбородок.

— Я не... Черт...

Я вздыхаю и понимаю всю безнадежность, которая меня окружает. И чтобы дальше себя не мучать, я собираюсь удалиться из клуба и вернуться в класс, так как через несколько минут прозвенит звонок.

— Сайко-чан, ты идешь?

Она подошла ко мне и расцвела своей улыбкой.

— Конечно!

В очередной раз она берет меня за руку, и это никак меня не смущает. Можно сказать, что это вошло в обыденность.

«Так делают только парочки, — подумал я. — Но что мне делать, если Сайко никак не хочет меня отпускать?»

— Вижу, вы хорошо ладите, — подмечает Хабупэйн, и я чувствовал, как он смотрел на нас похотливыми глазами.

— Да, мы очень хорошо ладим, — раздраженно отвечаю я. — Настолько, что мы беремся за руки и никак это не скрываем.

— И обнимайтесь, пока вас никто не видит, — продолжает он, и я опять высказал ему лишнее.

Ничего не ответив, я вместе с Сайко покидаю комнату и идем по коридору в поисках своего кабинета.

* * *

Но Акира даже не представлял, что его может ожидать.

После того, как они прошли пару метров от комнаты, Элиссу незаметно вышла из стен, стоя возле двери клуба.

— Не понимаю... Я просто не понимаю...

Она что-то бормотала себе под нос и постоянно чесала руку. На ней были необычные следы, словно по ней прошелся грифель, но его даже не было.

— Какого черта ты такая надежная?.. Вам бесполезно сопротивляться...

Голос не был похож на безобидную Элиссу. Можно сказать, что он был ниже, словно создавая ужас возле своего тела.

— Но благо это все позади. Теперь... мы можем начинать.

Хацунэ раскрывает двери клуба.

— Прошу, не липни хотя бы при людях, — просит Акира.

— Сэмпай, мне очень одиноко, когда ты не находишься со мной рядом, — говорит она.

— Послушай. Мы и так почти находимся вместе. Разве тебе этого недостаточно?

Акира прекрасно знает, что Сайко ревновала даже своим друзьям. Она хотела, чтобы этот человек принадлежал только ей, но это уже все позади. На самом деле, она просто хочет, чтобы он смотрел только на нее и ни на кого больше. Ей нравится взгляд любимого друга. Ей нравится, когда он смотрит на нее, и это доставляет ей огромное удовольствие.

Они уже находились в классе, и даже здесь Сайко пыталась притронуться до Акиры, но он резко махает рукой, говоря о том, что сейчас не самое лучшее время.

— Я все понимаю, но можно только не сейчас? Или ты настолько возбуждена, что не хочешь отпускать меня ни на одну секунду?

Она махает головой.

— Нет. Просто ты мне очень сильно нравишься.

— Это я уже слышал...

Учитель Крово постучал по доске, привлекая внимание всех учеников.

— Не отвлекайтесь, — говорит он. — Сосредоточитесь на задании, который я показал на доске.

И пока проходит урок, Хабупэйн тщательно что-то писал в тетрадку, даже не сразу замечая того, как в кабинет входит любимая Элиссу.

— Привет, — говорит она.

От неожиданности, Умаир резко подпрыгивает.

— Блин... Не делай так больше!

— Хорошо. Хорошо... — Хацунэ что-то прятала за спиной.

Она стояла посередине комнаты и очень странно, что она не находится на уроке. Этот парнишка сильно отставал от занятий, и сейчас ему удобный момент заниматься в одиночку, чем проглатывать на уроке непонятную информацию.

— Тебя что-то тревожит? — спрашивает он. — Я занимаюсь, так что пока не буду работать над проектом.

— Очень жаль, — произносит она, но в ее голосе не чувствуется ни капли сожаления.

— Кстати... Почему ты не находишься на уроке? И где тебя носило?

Можно считать, что Умаир ни в чем ее не подозревает, но это не так. Хабупэйн имеет острый ум, и возле него ничего ни ускользнет. Но как будет действовать наш загадочный друг?

Проклятие Аяно — штука зловещая. Удивительно, что она решила подействовать только сейчас. Может, у духов изменились планы? Или же... У них особый прием начать новую игру?

— Ты как-то грубо со мной обращаешься, — подмечает она. — Что с тобой?

Но в ответ он ничего не ответил.

— Хм...

Держа руки за спиной, она осмотрелась в клубе, словно не была здесь тысячу лет. Но что же она хочет сделать? Просто полюбоваться своими же творениями? Или помешать Хабупэйну заниматься математикой?

— Знаешь, я подумала, что тебе стоит отвлечься, — говорит она.

— Почему? — Он перелистывает страницу и продолжает писать. — Ты знаешь, как я плохо занимаюсь.

Я не особо знаю, о чем думает Акира, но я уверена, что он считает загадочного друга совсем несерьезным человеком. Но на самом деле, Хабупэйн умеет быть серьезным и наблюдательным ко всему. Правда... он любит влезать в неприятности, из которых невозможно выбраться.

— Сыграем в игру. — Она достает из спины правую руку и превращает его в кулак. — Если выиграешь, то ты кое-что получишь взамен.

Спустя какое-то время, в школе успевает прозвенеть звонок, и сразу же из дверей вылетают уставшие ученики после тяжело занятия.

— Боже... — вздыхает Акира. Он поднимается со стула и сразу же направляется к выходу. За ним же по пятам следует девушка.

— Я зайду в клуб, — оповещает она. — Ты ведь зайдешь?

— Да, — кивает он. — Я схожу в уборную и сразу же приду. Так что... Надеюсь, ты меня поймешь.

— Сэмпай, не надо принимать все близко к сердцу, — повторяет слова своего любимого человека. — Я знаю, когда мне нужно остановиться.

— А вот как обнимать ты не знаешь, когда нужно остановиться, — нудно говорит он, уже удаляясь от подруги. — Ладно, увидимся.

Они друг другу помахали руками, и когда ее друг удалился за стенами школы, на ее лице нарисовалась легкая улыбка, правда в ней было что-то еще. Девушка будто о чем-то волновалась, и это, возможно, из-за своей сестры, которая давно пришла в свой небольшой клуб. Только вот неясно, что за игру она смогла затевать.

Но скоро это раскроется.

Пройдя несколько узких коридоров и долгих этажей, Сайко все-таки добирается до дверей клуба и счастливо открывает ее, только ее улыбка мгновенно стирается и на ее лице появляется ужас. От испуга она даже хотела закричать, но что-то удержало ее это сделать.

— Эх, до сих пор не понимаю, — вздыхает Акира по дороге в клуб. — Я ведь достаточно уделяю ей внимания. Тогда почему она ко мне прицепилась?

Но все еще раздумывал о своей подруге, недоумевая, почему она так сильно полюбила его. Она не может сдерживать свои эмоции, и выплескивает их на своего любимого. Возможно, ей недостаточно, что Акира неполноценно признался ей в любви. У них нет строгой этой черты, и она хочет ее иметь. Однако они уже об этом говорили, и Судзуки твердо уверял, что ему нужно немного времени. Прожить эти адские судные дни и закончить кровавую игру. Это ведь его мечта?

С полными мыслями, он тоже доходит до дверей клуба и смотрит на нее так, будто боялся увидеть в ней что-то ужасное. Может, от этого места веет жуткой аурой, от которой хочется держаться подальше.

— Хм... Странно... — бормочет он. — Что-то мне стало не по себе.

Возможно, я оказалась права. Это место действительно принадлежат духам, и они не хотят, чтобы их уголок имел кто-то еще. Но почему у Акиры вдруг задрожали руки, а в горле собрался комок? Все это напоминает лишь нескончаемый ужас.

Оставив нерешительность подальше от себя, Акира все-таки входит в клуб и лучше бы никогда этого не делал, потому что он сразу замечает, как он покрашен в алую кровь, будто здесь полыхнул большой фонтан. Но на самом деле это даже так.

На полу валялся Хабупэйн верхом спиной. Его шея, кажется, была вскрыта острым лезвие ножа, и даже не возникают трудности, почему клуб приобрел такой цвет.

Но кроме мертвого Хабупэйна была странная картина. Элиссу счастливо смотрела на Сайко, которая заметно дрожала. Она приготовила кулак, чтобы начать с ней в любимую игру.

— Сайко-чан! Это очень просто! — говорит она. — Если выиграешь в «камень, ножницы, бумага», то ты получишь особый приз.

— Сестра... — бормотала Сайко.

Акира не мог даже сдвинуться с места. Его ноги окончательно оцепенели, и он не представлял, что ему стоит делать.

Бежать?..

Спасаться?..

Но куда? К ученикам, которые бродят далеко от клуба?

А что, если Элиссу неожиданно вскроет ему горло?

— Сэмпай, — отвлекается Сайко, краем глаза посмотрев на парнишку.

— Сайко-чан, — улыбчиво произносит Элиссу. — Пожалуйста, не игнорируй меня.

— А, хорошо...

«Какого... черта?.. — подумал он. — Что здесь происходит?.. И почему... Элиссу держит в руках нож?»

Она держала орудие в левой руке, а правой играла в знаменитую игру.

— Эм... Камень, ножницы, бумага! — воскликнула Сайко, выбросив в удар первым делом ножницы.

— Хм... — промычала Элиссу. — Кажется, ничья.

— Наверное, мне не достанется приза, — беспокойно говорит Сайко.

— Не переживай! Еще ничего не закончено! — снова улыбчиво говорит Элиссу. — Прошу, начинай.

«Я не понимаю... — размышляет Акира. — Я не понимаю... Что, черт побери, происходит?»

Ему ничего не оставалось, кроме как надеяться, что Сайко выиграет, но какой в этом смысл, если Хабупэйна больше нет в живых?

У него внезапно появилось чувство дежавю, вспоминая сон, где Элиссу была в роли духа, следовая по пятам и вырезая каждого, кто вставал на его пути. Здесь тоже самое.

«Это сон... — подумал он. — Да, это просто сон! Это кошмар, который не будет явью! Он ведь так говорил! Говорил же!»

Акира стал внутренне паниковать. У него перемешались мысли, и он не полностью осознал, что здесь происходит. Это произошло... совсем неожиданно. На этом не было даже единой зацепки. Каким боком Элиссу могла быть одержима духом?

«Проклятие Аяно, — вспоминает Судзуки. — Неужели это правда? Проклятия что, действительно существуют?..»

Да, они существует, как ни тяжело это было признавать.

— Камень, ножницы, бумага! — воскликнула Сайко, и на этот раз она выбросила камень, только вот... У Элиссу не была ни камень, ни роскошные ножницы, и даже ни чувство сожаления. Это бумага, обычная бумага, которая имитируется с помощью ладони.

— Кажется, я проиграла, — говорит Сайко с разочарованной улыбкой. — Вот незадача.

— Ох, и вправду, — произносит Элиссу, делая вымышленное удивление. — Сайко-чан, похоже ты не получишь приза.

— Очень жаль, — говорит она, и она даже стала смеяться, только вот не видно, что на чем-то можно смеяться. Она ведь прекрасно знает, что означает поражение. — Сестра, ты ведь со мной ничего не сделаешь?

— О чем ты? — спрашивает Хацунэ. — Я не могу тебя отпустить без утешительного приза.

— Утешительный... приз?

— Ну конечно! Очень грубо оставлять тебя без какого-либо подарка. Вот, держи!

Элиссу приготовила нож к атаке и сделала полный круг всей оси, успешно при этом полоснув по горлу Сайко, которая на спину повалилась на пол, забрызгав ей лицо кровью.

— Это билет в рай! — говорит она, и ее нездоровая радость лишь ухудшает ситуацию. — Это редкий утешительный приз, моя дорогая!

— Какого?..

Элиссу наконец обращает внимания на Акиру.

— Жаль, что я не смогу со всеми поиграть, — говорит она. — Сильно утомляет создавать иллюзию и играться со всеми учениками. Но это того стоит!

— Какого черта?! — не выдержав, Акира выкрикнул всю злость на Элиссу. — Что ты сделал?!

— Я их убил! — говорит она. — Пока мой приятель готовит силы к новой игре, я развлекаюсь над вами! Мне повезло, что Элиссу оказалась уязвимой. — Он подходит ближе к Акире и счастливо нагибается. — Спасибо тебе! Ты мне очень помог!

— Нет... Нет... — Он схватил себя за голову. — Нет-нет-нет!

Он осмотрел трупы своих друзей, все еще не веря в этот ясный кошмар.

— Это ведь сон, верно? Это ведь не взаправду?

Акира не знает, находится ли он во сне или нет. Он бы ни за что не поверил, что его друзья могут быть убиты. Он еще к этому не готов.

— Ох, не переживай, — отвечает он. — Веселье только начинается! Я снова поиграюсь со всеми вами! Школа будет сиять от радости!

— Ты безумец, — прошептал Судзуки. — Ты безумец... Ты настоящий безумец!

Он не мог поверить, что обычный ученик этой школы мог превратиться в такого чудовища. А что, если он вовсе не хочет быть чудовищем? Но Акира еще не знает, что случилось с этими бедными душами.

— Что же с вами произошло?.. — спрашивает он, только Элиссу совсем не понимает, что он имеет ввиду.

— Я думаю, что не стоит их томить, — говорит он, указывая глазами на трупы. — Они тебя дожидаются. — Затем он высоко поднимает над головой кухонный нож. — Я тебе помогу, Акира-кун!

Не успев увернуться, он получает по шее огромный след, из которой брызгает кровь. Как и остальные, он с грохотом падает на пол, воссоединившись на небесах со своими друзьями.

— Не переживай, мы еще с тобой увидимся.

Глава 3: Озарение

Кажется, что сердце бьется со скоростью света. Я чувствую, как я прохожу через длинный тоннель в поисках выхода, который я никак не могу найти.

— Где я?

Я не понимаю. Абсолютно не понимаю, что происходит. Мои мысли перемешались в кучку, не давая понять, почему я здесь нахожусь.

— Где я?.. Что я здесь делаю?..

Щупальца?.. Нет… Я ничего не видел. Даже крольчиху, которая появилась бы из тьмы и отправила бы в меня свое огромное мачете. Я тупо видел свет, который, кажется, был недостигаем. Сколько бы я не бежал, я не видел конца этого тоннеля, и он вообще казался мне бесконечным.

— Кто-нибудь…

Но затем… Я мгновенно чувствую, как мое тело переносится в другое место. Я чувствовал чью-ту теплую руку, которая пыталась меня разбудить. Это…

— Прошу, сэмпай, проснись!

Будто по зову, я сразу же выхожу из сна и начинаю откашливаются. Рот был забит слюной, и своими же бактериями я чуть не зацепляю Сайко, которая смотрела на меня обеспокоенными глазами.

— Сэмпай, ты как?

Я посмотрел на нее и совсем не понимал, о чем она беспокоится.

— Что такое? — спрашиваю я, вставая с пола. — И почему… Так сильно болит шея?

Я сразу же бросаю глаза на электронные часы и вижу, что время сейчас не больше 10:00.

— Мы проспали! — восклицаю я. — Черт…

— Эй, сэмпай, — произносит Сайко.

— Да, что такое?..

— Это странно, но… Сейчас не четверг.

Я проморгал глазами.

— Что?.. Но мы буквально пришли после учебы! Ты уверена?

Мысли реально перемешались. Да что со мной такое?!

«Мне просто нужно успокоится, — подумал я. — Такое чувство, будто я пережил смерть».

— Я уверена, — кивает она. — Хочешь, можешь посмотреть через интернет.

Я смотрю на нее и затем вздыхаю. Не веря ее словам, я беру со стола смартфон, открываю вкладку и действительно вижу, что сейчас не пятница, а на удивление суббота, хотя я точно уверен, что мы приходили из школы как раз в четверг.

— А что было в пятницу? — спрашиваю я. — Мы что, не учились?..

— Я не знаю, — отвечает она. — Мне тоже это показалось странным. И еще… — Сайко наклоняется, будто ее может кто-то услышать помимо меня. — У меня складывается ощущение, что мы были уже в школе.

— Что ты?.. — Я снова проморгал глазами. — О чем ты говоришь?

Нет. Это чувство. Меня опять что-то охватило. Чувство, что где-то пару минут назад уже что-то происходило.

Я качаю головой.

— Это просто сон, — говорю я. — Явно что-то не так.

И мы точно не могли проспать один день. В этом я глубоко уверен.

— Тогда что это за ощущение? — спрашивает Сайко. — Я плохо помню, но я уверена, что сон был ужасным…

— У меня тоже, но… — Я стал оглядываться, будто я могу получить ответ. — Это странно. Очень странно.

У нас оба складывается ощущение, что где-то мы это уже видели. Пропущенный день, который мы ни за что не вспомним. Ужас, который прошел мимо наших глаз.

— И что же вы хотите этим сказать?.. — бормочу я.

— Если сегодня выходной, то я думаю, что нет смысла куда-то идти, — говорит она. — Ты не против, если я у тебя останусь?

— Нет, — говорю я. — Оставайся, сколько хочешь.

И я удивлен, что я так простодушно сказал.

— Спасибо! — благодарит она. — Дома у тебя всегда так комфортно.

Скорее она имеет ввиду, что рядом со мной комфортно находиться.

Помню, моя мама сто раз твердила, что она хочет поближе познакомиться с Сайко, и даже желает, чтобы она осталась у нас жить. Конечно, это невозможно, поскольку у Хацунэ есть свой дом и родные, и они будут волноваться, если их дочь внезапно удалится из дома. Тем более…

— Элиссу, — произнес я изумительно громко. — Нет, почему я так удивился?..

— Она сейчас дома, — отвечает Сайко. — А он…

— Хабупэйн, — подмечаю я.

Я думаю, что он может что-то про это знать. Про странное чувство дежавю, которая окружила нас вместе с Хацунэ. Это действительно странно, потому что мы даже не помним, что происходило вчера.

— Ты знаешь, где он живет? — спрашиваю я.

Она кивает.

— Сестра мне рассказывала.

— Нужно к нему прийти.

— Ты уверен? — обеспокоенно спрашивает она.

— Да. А что в этом такого?

— Ну… Я думаю, что тебе может не понравиться обстановка.

— Мне все равно, — говорю я. — Я зайду к нему ненадолго и просто спрошу. Если скажет, что это просто ерунда, значит так и есть.

Она вздохнула и странно посмотрела на меня, будто дом Хабупэйна настолько загадочен, что даже трудно добраться до его комнаты и просто навсего спросить, откуда у нас с Сайко такие знакомые чувства.

— Скажу сразу, что это не самая лучшая затея, — говорит она. — Но, раз уж ты так просишь… то я не могу тебе отказать.

* * *

Прошло двадцать минут, когда мы наконец достигаем до родной улицы Хацунэ прямиком к дому Хабупэйна, который, на удивление, ничем не отличался от других.

— Обычный белый дом… — произношу я. — Я уже надеялся увидеть что-то из Хэллоуина.

— Нет, это тебе только кажется, — говорит Сайко, и я настораживаюсь, боясь представить то, что находится внутри.

Пауки?..

Разбросанная паутина?..

Голограмма в виде духов?!..

— Все намного страшнее, — продолжает она. — И это по словам моей сестры.

— То есть, ты своими глазами не видела дом этого чудака? — спрашиваю я.

В ответ она лишь кивает.

— Окей…

Я поворачиваюсь к дому, набираю воздуха в легкие и начинаю стучать в дверь. Я боялся представить того, кто встретит меня у порога дома.

«Так, Акира, не бойся, — подумал он. — Я просто скажу, что пришел поговорить с Хабупэйном. Все просто».

Внезапно дверь открывается медленными, ленивыми действиями, словно этот дом не хочет принимать гостей и вообще не видеть солнечный свет, который светил нас прямо на спину.

Я боялся, действительно боялся увидеть кого-то за дверью этого дома. Я боялся увидеть чудовище, который утащит меня обратно в бесконечный тоннель. Я боялся всего, что окружает этот загадочный дом. И это…

— О, это же ты! — воскликнула женский голос.

Я всмотрелся в темноту и наконец различаю эти черты лица. Это была никто иная как фиолетоволосая Рэя, которую я видел где-то пару месяцев назад.

«Что она здесь делает?..»

— Постой… — говорю я. — Ты что, живешь вместе с Хабупэйном?..

— Ну конечно, — отвечает она. — А где мне, по-твоему, жить?

Я тупо моргаю глазами, совсем не ожидая ее здесь увидеть.

— Сэмпай, я что-то не знаю? — Сайко бросила на меня хмурый взгляд, и я чувствую ее невыносимую ревность.

— Мы с ней случайно встретились, когда она требовала листовки, — объясняю я. — Так что не надо делать такое лицо.

Я и не удивлен, что Сайко начинает дуться, и лишь из-за того, что я веду диалог (как я понял) с сестрой Хабупэйна.

— Я пришел пообщаться с твоим братом, — говорю я. — Можно мы?..

— Да, — коротко отвечает она, полностью распахивая дверь.

Странно, но я думал, что кто-то будет против, а мы без всяких проблем сможем с ним поговорить.

Вместе с Сайко, мы входим внутрь и наши фантазии сразу же заигрались. Мы планировали, что дом будет крайне необычным, но, на большое удивление, он выглядел таким домом, который предпочитает каждый обычный человек. Обычная кухня, зал и белые стены, которые не имели при собой ничего странного.

«Так Хабупэйн имеет обыденную жизнь? — подумал я».

— Эй, Умаир! — закричала Рэя. — К тебе тут гости!

Но в ответ мы лишь получаем мертвую тишину.

— Он никогда не выходит из своей комнаты, — объясняет она. — Так что я не знаю, как его оттуда вытащить.

— А чем он обычно занимается? — спрашиваю я.

— Делает домашнее задание и, вроде как, дополняет свой дневник.

— Постой. — Я размахиваю руками. — Значит, ты ведь в курсе про эту паранормальную тему?

Она подняла бровь.

— Я имею ввиду, ну… Духи или символы… — продолжаю я.

— Я этим не интересуюсь, — отвечает Рэя. — Извини, тебе нужен мой брат или моя бабушка. Только их связывает эта бредятина.

— А кто тогда говорил про проклятие Аяно? — докапываюсь я.

— Я слышала лишь из истории своей бабушки, так что не надо этим меня мучать.

Я закатываю глаза и смотрю на дверь, которая ведет в комнату Хабупэйна. Правда, эта дверь отличалась от других в этом доме. Он развешен всякими плакатами, означающие «НЕ ВХОДИТЬ». Но я просто не могу ждать, пока он самовольно выйдет из комнаты и объяснит нам наши чувства дежавю.

«Хабупэйн, чем бы ты не занимался…»

Я сглотнул слюну и притронулся к золотой ручке двери.

»…лучше тебе показаться».

Не долго раздумывая, я все же решаюсь дернуть ее и распахнуть дверь. Невооруженным глазом я замечаю, как Хабупэйн тщательно что-то рисовал на столе и на его голове были надеты наушники.

— Эй!

Я подошел к нему и снял эти затычки, и он сразу же пронзает на меня недовольным взглядом.

— Акира! Ты тут каким боком?

— Мы тебя звали, а ты не отзывался! — возглашаю я.

— Черт…

Он трет нос и встает со стула, и его лицо смягчается, когда он вместе со мной видит Сайко.

— Вы живы, — сказал он, хотя я не понимаю, что он имеет ввиду.

— Слушай, мы тут по одной просьбе, — говорю я. — Я знаю, что это полный абсурд, но когда я проснулся… то я снова почувствовал это чувство… ну, дежавю.

Хабупэйн посмотрел на меня так, словно он ничуточку мне не доверяет, хотя он знаток в этой бредятине.

— Так что? Знаешь, что это может быть?

— Возможно, это просто предупреждение, что к тебе может настигать чудо-о-овище. — Он превратил руки в щупальца, но то, что он делает, — ни черта не смешно.

— Я серьезно, — подмечаю я. — Ты всегда говорил, что они хранят какой-то потайной смысл.

— Хм… — Хабупэйн замычал, раздумывая над моими словами. А что, если это и вправду какое-то предупреждение? Что на нас может настигать какая-то важная проблема? Но я надеюсь, что проблема не касается Сайко, потому что я не потерплю второй раз, если с ней что-то может случиться.

— Акира, схвати Сайко-куна! Быстрей!

— А! Да!

Сайко стояла ко мне спиной, и я неосознанно обвел ее руками. И мне стало неловко, когда я вдруг почувствовал, что возле моего запястья упирается что-то мягкое, и я даже не хотел думать о том, что это может быть.

— Сэмпай! Что ты…

— Хе-хе-хе… — Хабупэйн бросил хитрый взгляд и подготовил руки, сжимая пальцами. — На этот раз ты не уйдешь, Сайко-кун!

— Что за?..

Он медленно приближался к нам, и мне ставало не по себе от его взгляда и рук, которые хотели с ней что-то сделать.

— Что ты хочешь сделать?! — Я отодвинул Сайко в сторону, все еще не отпуская.

— Сайко-кун когда-то избежала наказания, — объясняет он. — Это нужно исправить.

— Чего?..

— Акира, просто дай мне сделать задуманное. И я расскажу тебе о том, о чем пожелаешь.

— Ты пытаешься со мной торговаться? — спрашиваю я. — Сайко-чан для меня важнее, чем какая-то информация.

— Сэмпай, можешь…

— Я не пытаюсь с тобой торговаться! — говорит Хабупэйн торжествующим голосом. — Просто я хочу наказать Сайко заслуженным образом.

— Не говори так, будто у тебя есть над ней власть! — восклицаю я.

— Ого! Так ты хочешь, чтобы она тебе досталась только одной?

— У тебя есть Элиссу, — говорю я. — Тебе ее что, не хватает?

— Ну…

Не знаю почему, но когда я произнес ее имя, то у меня вдруг сильнее забилось сердце. Будто я только что испугался.

— Извини, но она до жути стеснительная, — объясняет он.

— Ты так говоришь, будто Сайко тоже не стеснительная! — атакую я. — Просто руки тянешь к ней совсем не задумываясь!

— Что? Откуда ты знаешь?

— Прижал ее к стене и…

— Ну все, хватит! — восклицает он. — Откуда ты это раскопал?!

— Интуиция, — поясняю я. — У меня хорошо развита интуиция. Даже по твоим глазам я вижу, как ты насильно это сделал.

— Это была случайность! Знай разницу!

— Тогда не смей прикасаться с Сайко просто так! У тебя нет на это права!

— Ох, посмотрите, защитник нашелся, — ухмыляется он. — Значит так должен действовать «настоящий сэмпай»?

— Да, — киваю я, — я ее товарищ, всегда стоящий спереди. Верно, Сайко-чан?

Когда я на нее обратил внимание, то заметил, как ее уши сильно покраснели.

— Сэм… пай… ты можешь…

— А, прости! — извиняюсь я. — Совсем забыл.

— Нет. — Она качает головой. — Просто мне немного тяжело дышать. Можешь… ослабить хватку?..

Что?.. Она… Она даже не сказала отпустить ее. Что это значит?

— Я могу отпустить тебя, — говорю я. — Нет необходимости…

— Постой. — Когда я пытался отпустить ее, то она наоборот, прислонилась ко мне, и из-за этого лишь стыд начал давить меня сильнее. — Знаешь… мне очень приятно, что это ты сделал. Не я. И. это намного приятнее, сэмпай.

Необычно, но… я вдруг почувствовал какое-то удовольствие. Когда я схватил ее сзади, то… Это совсем другие чувства, когда обнимаешь ее спереди. Я чувствую, как она в моих объятиях. Я чувствую ее тепло, учащенный стук сердца, а рукам было неимоверно мягко и…

«Так! Стоп! — осознаю я. — О чем я вообще думаю?! Мы с Сайко совсем не пара и… Почему я ее до сих пор обнимаю?!»

— Тебе не кажется, что это слишком? — нервно спрашиваю я.

— Да ладно, сэмпай, — говорит она достаточно простодушно. — Здесь нет ничего такого, и тем более… — Она краем глаза смотрит на меня и, на удивление, на ее лице появляется ухмылка. — Разве тебе самому не приятно?

— Конечно, но…

— А еще, сэмпай… — И она снова покраснела. — Если парень обнимает девушку сзади, то это означает, что он показывает светлую и сильную любовь. Также это показывает, что ты будешь всегда меня защищать. — Затем Сайко улыбнулась. — Это очень заботливо с твоей стороны!

Потом я не выдерживаю и отпускаю из объятий Сайко. Это настолько меня смутило, что из моего носа начала идти кровь.

— Что такое, сэмпай?! — встревоженно спрашивает она.

— Н-ничего… — отвечаю я. — Просто…

— Перевозбудился? — предполагает Хабупэйн.

— Да нет! Просто я не выдержал…

— Так бы и сказал, что ты просто перенервничал.

Я косо посмотрел на него, когда я вытер кровинку со своего лица. Затем я перевел взгляд на Сайко, которая невинно сложила свои руки.

— Говорю же, «настоящий сэмпай»! — продолжает он. — Акира, ты всегда должен поддерживать свою подругу.

— А что, когда-то было, что я разлюбил Сайко?

— Нет, но помнится, ты поначалу игнорировал ее и тусовался со своим другом.

— Ох, ну извини. Сначала я не был покрыт в дерьме с этими чертовыми духами, — Мой голос раздражается и, хоть я прекрасно понимаю, что он говорит это в шутку, то эта его «шутка» немного выходит за границы. — Тем более… — Я краем посмотрел на Сайко. — Я не сразу ей начал сочувствовать.

— Ого! Ты прямо меня атакуешь своими фразами! — восклицает Хабупэйн. — В этом ты мне и нравишься, Акира. Ты всегда рвешься в бой.

— Сочту это за комплимент…

Я тяжело вздыхаю и вижу, как Сайко дотронулась до своих щек и почему-то покраснело.

— Эй? — Я махаю рукой перед ее глазами, чтобы она смогла прийти в себя. — Что с тобой?

— Похоже, ты отправил ее в акирский рай, — говорит он.

— В каком это смысле?..

— Ну… Как бы помягче сказать… — Он чешет голову, не зная, как мне объяснить. — Когда ты ее обнял, она, кажется, «записала это глазами, и перематывает в голове в сотни раз».

— Что-что?! — Я снова посмотрел на Сайко. — Эй! Очнись! — Я начал сильно трясти ее за плечи.

— Ава-ва-ва… Сэмпай, не тряси-и!

Я остановился и убрал от нее руки.

— Фух… Я ее спас от неминуемой гибели.

— Настоящий герой! — влезает Хабупэйн.

— Может хватит? — прошу я.

— Окей-окей…

Когда я посмотрел на Сайко и слегка улыбнулся, то я вспомнил недавние слова Хабупэйна, которые, почему-то, ненадолго засели у меня в голове.

Ты отправил ее в акирский рай.

Ты не уйдешь без утешительного приза! Билет в рай!

— Сэмпай?..

Сайко наклонилась и вопрошающе посмотрела на меня. Из-за того, что ее лицо было ко мне близко, мне стало немного неловко.

— А, все нормально, просто… Я кое-что вспомнил.

Или нет… Правильнее будет «предположил».

— И что же это? — спрашивает Хабупэйн.

— Именно за этим я к тебе и пришел, — отвечаю я. — Может быть так, что… ну, например, произошел какой-то день, но мы его никак не помним. Правда ли…

— Возможно, — произносит он достаточно серьезно. — Я тоже заметил какие-то провалы в памяти.

— Пятница. Я не помню, что было в пятницу, хотя…

— Нет. — Он качает головой. — В пятницу мы были в школе, но… Не могу вспомнить, как мы ее покинули. Да и разговор с Элиссу кажется мутным.

Это и вправду странно. Да, я не верю в такие вещи, особенно то, что мы могли попасть что-то вроде временной петли. Но… это ведь не простое совпадение, верно?..

Акира начал подозревать, что с этим миром что-то не так. Но Хабупэйн не учел важную вещь: чем дольше они будут умирать в этих кровавых снах, тем больше у них шанс проснуться не живым. Однако я верю, что они смогут осознать и понять, что их постоянно окружают нескончаемые убийства.

— Постойте, — окликает нас Сайко. — Я тоже говорила со своей сестрой, но…

— Ты там была? — спрашивает Хабупэйн.

— Все там были, — отвечаю я. — Ты не мог с ней разговаривать, потому что… Мы были в одном месте, и в одно то же время.

— Вы уверены? — пытается он убедиться. — Я писал конспект, и тут неожиданно появилась Элиссу.

— Ты там был вместе с ней, — говорю я. — После этого мы пришли с Сайко. — Я косо посмотрел на него. — Неужели ты не помнишь?

— Я вас не видел. — Он пожимает плечами, хотя я сам сомневаюсь в своих словах.

Все, что я точно помню, так это то, как мы были в клубе. После уроков мы снова пришли и после этого идет кромешная тьма. Хотя я почему-то плохо помню, что там присутствовал Хабупэйн.

Однако странно, что после этого мы плохо помним события. Такое чувство, будто мы находились во сне и плохо вспоминаем происходящее.

А вдруг это и был сон, в котором мы вместе находились?..

Странное предположение, но у меня складывается так, что мы действительно были в школе. Но через определенное время это уже кажется сном, и из-за этого не можем вспомнить.

— Существует проклятие Аяно, и… — Внезапно Хабупэйн приостанавливается. — Нет, мы об этом уже говорили…

— Думаешь, это и вправду проклятие? — спрашиваю я. — То есть, мы можем умирать, но не помним этого?

— Проклятие Аяно — штука зловещая, — подмечает он. — Никто не знает, как он работает. Даже я. Если мы и вправду умерли, то это значит, что это всего лишь сон. Точнее половину реальность и сон. Мы точно не знаем, когда начинаем спать.

Если Хабупэйн правильно все рассчитал, то проклятие Аяно начало действовать, чтобы духи подготовились к какой-то следующей фазе. Все… очень сложно.

И еще что странно, так это то, что у меня есть какие-то воспоминания, которые сами вырываются из моей груди.

— Если мы опять умрем, — начинаю я. — Если нас опять кто-то убьет, то… Как нам полностью вспомнить, что происходило во сне?

Хабупэйн несколько секунд посмотрел на меня и затем отворачиваться, будто признает страшную тайну.

— Это можно сделать, но это не так просто, — говорит он. — Нужно что-то, чтобы это самому запомнилось. Например, что-то сильно эмоциональное. И это «сильное эмоциональное» должно сразу проявиться.

— Подожди. — Я размахиваю руками, чтобы перефразировать его непонятные слова. — Ты хочешь сказать, чтобы что-то произошло запоминающее?

Он кивает.

— Допустим, ты обнялся с Сайко, — продолжает он, и меня это сразу смущает. — Ты точно это хорошенько запомнишь.

— Хорошо, — пропускаю я. — Но я же не обниму ее второй раз, потому что я до этого тупо не догадаюсь.

Он повернулся к нам и чешет подбородок, чтобы придумать план, как нам осознать сон.

— Где вы проснулись? — спрашивает он.

— На полу, — отвечаю я, и сразу же пожимаю плечами. — А что?

— Хм…

Он сильнее почесывает подбородок, и я вижу, как его мозг заметно напрягается.

— Может, поцелуи?..

— Я второй раз ее не поцелую! — рявкаю я. — Придумай что-то более нормальное!

— Я пытаюсь, — говорит он, прикрывая себя руками. — Просто… в голову ничего не лезет.

— Я думаю, что это даже и не поможет, — на удивление сдаюсь я. — Мне кажется, что мы с каждым разом вспоминаем прошлые события. Хоть мы и не помним боль, но… Это лучше, чем ничего.

Хабупэйн хмуро посмотрел на меня, но у нас и вправду не остается выбора, кроме как идти дальше.

— Оке-ей, — вздыхает он. — Может, ты в какой-то степени прав.

Я слегка улыбнулся и почувствовал, как Сайко схватила меня за руку.

— Пойдем, сэмпай, — говорит она. — Думаю, нам достаточно говорить о таких вещах.

— И вправду, — говорю я, вытягивая улыбку. — Увидимся в школе.

— Ага. Удачи отдохнуть на выходных! — крикнул он нам, когда мы уже вышли из его комнаты.

* * *

— Так что нам делать, сэмпай?

Всю дорогу меня обогнало всем спрашивает Сайко, на которые я не раз отвечал на ее вопросы. Она слегка обеспокоена тем, что она только что узнала.

Мы переживаем смерти, но сами этого не понимаем.

— Ты хотела вроде как остаться, вот и…

— Я хочу провести выходные с тобой! — восклицает она.

Но еще что не мало важно, так это Элиссу. Такое чувство, будто мы с ней отдаляемся все дальше, хотя мы вместе столько всего пережили. Она когда-то дала мне веру, когда я был совсем сломлен. Она помогала мне избавиться от второго ее «я», когда я находился в ступоре. Она просто чудо. Но увы, — чудо не случается дважды.

— О чем задумался?

— А! Ни о чем, — паникую я, когда ее лицо было возле моего. — Просто я думаю, что скажет об этом Элиссу.

— Моя сестра будет не против, — говорит она. — Ей все равно, чем я занимаюсь.

Ее слова почему-то меня задели.

— Слушай… Вы ведь долго находились в разлуке, ведь так? — спрашиваю я. — Ну, вы же были в разных школах, и потом смогли перевести в общую.

— В начальной школе я была совсем одна, — отвечает она. — А в средней мы смогли быть вместе и. даже создать общий клуб.

Я слегка улыбнулся.

— Но мне кажется, что моей сестре все равно на меня, — продолжает Сайко. — Она даже не говорила, что думает о моих работах.

И вправду. Я совсем не задавался вопросом, как она рисует. Разве что я видел, как они рисовала на переменах, но никак не холсте. Я на них никак не обращал внимания.

— Прости, — извиняюсь я. — В следующий раз я буду критиком.

Сайко без раздумий улыбнулась.

— Спасибо.

Дойдя до нашего… моего дома, мы заходим внутрь и нас внезапно окружает счастливая мама.

— Акира-кун, Сайко-чан! — произнесла она. — Я-то думала, куда вы пропали.

— Мы просто пошли проведать Хабупэйна, — говорю я и быстро подправляюсь: — Умаира.

— А, ясно. — Затем ее взгляд прошелся по Сайко. Удивительно, что ее это немного смущает. Может, моя мама слишком «приставучая»? — Сайко-чан, а тебе разве не нужно домой?

— Она переночует у нас на выходных, — объясняю я. — Так что проблем не возникнет.

Если, конечно, никто не будет против.

— Здорово! — восклицает она. — Акира-кун, хорошо за ней приглядывай.

— Без тебя разберусь, — говорю я, когда мы с Сайко прошлись по залу. — Извини за нее. Просто ты ей слишком понравился.

— В этом нет ничего такого, — говорит она. — Мне приятно, что я понравилась твоим родителям.

Когда она упомянула «родителей», то я вдруг вспоминаю папу Хацунэ, который казался мне слишком дружелюбным и. агрессивным.

«Да, вспомню как вчера, — подумал я. — Когда были в участке, я боялся им не понравится, но… Оказалось, они даже мне благодарны».

«Что вы… говорите?..»

«Таблетки, — повторяет папа Хацунэ. — Чтобы бороться с так называемой „депрессией“, она принимает эту чушь. Только от этих таблеток ей становится хуже».

А ведь неудивительно. Если она была бы неподвластна этому чертовому духу, то лекарства могли бы ей помочь. Однако я сомневаюсь, что даже так она смогла бы жить счастливо.

— Сайко… — бормочу я. — Как же тебе повезло.

Возможно, это и называют судьбой, в которой все предрешено? Но предрешено ли нам закончить эту историю раз и навсегда?

— Знаешь, я очень рада, — говорит она.

— Ага, — говорю я. — Благодари меня, сколько тебе влезет.

— Нет, правда. — Она подходит ко мне, и поднимает кулаки до головы. — Ты очень добрый, сэмпай. И… — Затем Сайко неожиданно прилипает ко мне и обводит тело руками. — Сильно заботишься обо мне.

— А липнуть ко мне обязательно?! — недоумеваю я.

— Ты сам говорил, чтобы я тебя об этом не просила. — Она поднимает на меня недовольную мордашку и мое сердце начинает быстрее колотиться.

«Что-то в доме стало слишком жарко…»

— Да, но… Мне все-равно как-то неловко.

— Сколько можно? — Теперь ее голос стает недовольным. — Когда я тебя обнимаю или приближаюсь к тебе, ты всегда говоришь, что тебе неловко. Почему?

— Знаешь… — Хотя я сам не понимаю, почему я еще к этому не привык. — Просто я считаю себя каким-то эгоистом.

— Опять ты себя сдерживаешь…

— В каком смысле «сдерживаю»?..

Чтобы убедиться в своей безопасности, я начал осматриваться в поисках чужих глаз. Никого. Кажется, моя мама ушла в свою комнату.

«Если она только увидит этот спектакль… — подумал я, — то боюсь, что она может засиять от счастья, и это только углубит ситуацию».

— Я считаю это неправильным, — говорю я, отворачивая взгляд от милого лица. — В этом нет ничего такого, но…

— Тебе приятно, но ты себя сдерживаешь, — стоит на своем Сайко. — Это и есть эгоизм, сэмпай.

— Нет, наоборот, — отрицаю я. — Если бы я тебя обнимал, когда захотелось бы, то я подумал бы, что это сделано незаслуженно.

Хоть я и говорю так, то знаю, что я мог бы заслужить тем, что я помогаю Сайко обрести счастье. Я, возможно, заслужил, что я пережил боль и страдания, но все-таки… Мне очень неловко, несмотря на это.

— И что в этом такого? — спрашивает она. — Ты и вправду заслужил это. Но ты почему-то говоришь себе, что это неправильно. Это плохо, сэмпай. Ты не хочешь, чтобы тебе подарили счастье.

— Что?.. — Я проморгал глазами.

— Ты помогаешь мне, но тогда задается другой вопрос: кто тебе поможет забыть эти страдания?

— В обмен мне ничего не надо, — отвечаю я. — Тем более, я…

— Сэмпай, не надо оправдываться, — перебивает она, и я уже подумал, что она может расплакаться. — Тебе все еще больно, и ты хочешь, чтобы о тебе не беспокоились. Это и есть твой эгоизм.

А она, возможно, права. Я ведь помогаю Сайко, и никто, никто один из моих друзей не сказал, насколько я заслужил свой отдых. Честно, я даже не задавался этим вопросом. Мне было плевать на самого себя, серьезно, я лишь думал о том, чтобы избавиться от духов и забыть эту боль. Но я забыл одну вещь: кто обо мне сможет позаботиться?

— Так что прошу, отставь эти сомнения и дай себе волю, — говорит она.

Мне показалось, или она сказала это двусмысленно?.. Нет, это просто моя грязная фантазия…

— Что ты имеешь ввиду? — спрашиваю я на всякий случай.

— Перестань меня стесняться и дай волю своим чувствам, — говорит она, и я впервые вижу Сайко такой… правильной? — Когда-то я тоже тебя стеснялась, но это уже давно в прошлом.

Да, я прекрасно помню, как Сайко была тихой и спокойной, а сейчас она сияет энергией.

«Думаю, «новая Сайко» мне по душе, — подумал я. — Лучше, чем стеснительная, с которой сложно поговорить. И я предполагаю, что она думает о том же, ведь какой я сейчас ей не особо нравится, потому что я постоянно «уворачиваюсь от ее милых атак».

— Но я все-равно не могу, — говорю я. — Я тебя не стесняюсь, просто неловко, что ты делаешь. — Я осознаю, что Сайко мне нечего стесняться, потому что она ничего такого не сделает, но… Почему я чувствую, как возле нее сильнее бьется сердце?

— Хм-м. — мычит она, и я вижу, как на ее лице вытягивается улыбка. — Тогда будем стоять так, пока ты не будешь чувствовать себя комфортно!

Сайко положила голову мне на грудь, и возле моего лица были ее шелковистые волосы. Они пахли мягко, и мне вдвойне стало… не хочу отрицать, но мне стало приятнее и спокойнее, потому что я действительно почувствовал ее тепло и что-то еще, что не хочется говорить вслух.

— Ну как? — спрашивает она. — Тебе стало легче?

— Н-наверное…

— Опять ты нервничаешь, — замечает она, и ее голос снова стает недовольным. — Почему ты опять встревоженный?

— Не знаю, — отвечаю я.

Но на деле я просто не могу это нормально описать…

Это настолько приятно, что не передать словами!

— Сэмпай, я не сдамся, пока ты не примешь меня полностью, — говорит она и сильнее меня обняла. Я не то, чтобы почувствовал после этого дискомфорт, но ее тепло и заботливость стало передаваться лучше, и моя встревоженность начала заметно пропадать. — Прошу, оставь все свои сомнения.

Следуя ее словам, я глубоко вздохнул и расслабился, стараясь оставить все беспокойства.

«Мне стало лучше, — подумал я, и сам не замечаю того, как я вытянул улыбку».

— Ну вот, — говорит она. — Здесь нечего стыдиться.

— Может быть и так, — говорю я. — Только при людях это не надо делать…

— Возможно, ты прав, — соглашается Сайко. — Меня тоже бы смутило, если бы на нас кто-то еще смотрел.

Хорошо, что она это понимает, иначе я бы не выдержал того, что она при людях начала бы обниматься.

— Слушай, я думаю, что ты можешь меня отпустить, — говорю я. — Как-то долго ты меня держишь.

— Ну, сэмпай, дай еще минутку, — говорит она прямо мне в грудь.

Необычно, но… у меня учащенное дыхание, будто мне «слишком» приятно, что она меня обнимает. Это не просто чувство, когда тебе хорошо. Есть еще одно, которое я никак не могу понять.

— Ты мне очень нравишься, сэмпай, и я не знаю, что я буду без тебя делать, если ты… — Она на мгновенье останавливается, но затем продолжает. — Внезапно можешь пропасть.

— И ты проводишь со мной много времени, если меня вдруг… не станет?

— Я виновата, что ты причиняешь себе боль, — отвечает она. — Я сделала все, чтобы ты смог выбраться, но… иногда… — Затем она снова поднимает на меня мордашку. — Чувства могут выйти за рамки.

Она имеет ввиду ту ночь, когда она заперла меня и оставила после уроков. Она просто не могла смотреть, как Синдзи все дальше отдалял от нас. Но ситуация ведь иначе. Теперь никто не помешает нам следовать своей цели. Нам никто не скажет, что правильно, а что нет. Я ведь не ошибаюсь?

— Но ты нормальная, Сайко-чан, — говорю я. — Теперь ты никогда не сойдешь с ума и сделаешь глупость. Потому что это уже все позади.

Она долгое время смотрела на меня, и затем снова окунулась в мою грудь.

— Ты прав, — говорит она. — Ты никогда не лжешь, сэмпай.

— Да, и… Прошу, отпусти меня уже. А иначе мне придется тебя заставить.

— Это интересно, — произносит Сайко, и ее голос почему-то стает хитрее. — Что ты сделаешь со мной, чтобы я тебя не обнимала?

— Ну… это…

А что я могу сделать? Я ведь не могу сделать это силой или что-то в этом роде. Тогда выбор остается…

Щекотки!

— Если не отступишь, то я тебя защекотаю.

— Ого, сэмпай, ты начал себя не сдерживать, — говорит Сайко и ее лицо краснеет.

— Тебя что, это настолько заводит? — недоумеваю я.

Мне кажется, или мы уже через это проходили?

— Знаешь, я тебе доверяю, — продолжает она. — Ты можешь сделать это. Не стоит себя сдерживать.

Ох, опять. Опять это ее «невинное личико». На самом деле я знаю, что она хочет меня смутить, но я стараюсь не поддаться ее словам.

— Снова ты хочешь меня смутить? — спрашиваю я.

На этот раз я точно не поддамся ее соблазну.

— С чего ты взял? — нудно говорит она. — Ты правда можешь делать это со мной. Я совсем не против.

Вот об этом я и говорю!

— Ты ведь покраснеешь, — подмечаю я. — Ты точно будешь не против?

В ответ она прислонилась ко мне сильнее и наши лица чуть ли не встретились вплотную.

— Я совсем не такая, как ты, — говорит она, хотя я прекрасно вижу, как ее тоже это смущает. — Я тебя люблю и не понимаю, зачем это скрывать.

Черт! Ну почему Сайко теперь такая? Она совсем не сдержанная! Раньше она была тихой, спокойной, ничем не выдающиеся девушкой. А теперь она липнет ко мне и легко говорит о своих чувствах. Если я ничего не буду делать, то я буду продолжать дергаться. И вообще… какого черта мной манипулирует девушка?

«Так, Акира, возьми себя в руки, — подбодрил я и начал действовать».

Я схватил пальцами за бока живота, и я сразу услышал, как она начала всхлипывать.

— Это тоже тебя смущает, — улавливаю я, — но ты все-равно дразнишь меня.

— Постой! — восклицает она. — Ты ведь…

Я стал не просто ее щекотать, а медленно проводить пальцами, чтобы она хорошо почувствовала себя совсем беззащитной.

— Нет, сэмпай, не надо! — говорит Сайко, и я удивлен, что я так легко поставил ее на место. — Не делай так…

Но я правда не могу с этим ничего поделать. Если Сайко сама испытывает наслаждение, то… Почему я должен стоять столбом и ничего с ней не сделать?

— Теперь моя очередь, — говорю я. — Сайко-чан, моя очередь тебя смущать.

— Нет! — отрицает она. — Ты так делаешь, и я…

— Что? — Я делаю вид, будто ничего не понимаю. — Тебе не нравится, когда я так делаю? Ты очень чувствительная, Сайко-чан.

— Сэмпай…

Она попыталась отойди от меня, но я удерживал ее руками. Конечно, я мог остановиться, но зачем? Сайко сама виновата, что издевалась надо мной. Теперь мой черед ее дразнить.

— Ты поставил меня в безвыходное положение, — еле произносит она. — Это…

— Что «это»?

Я приблизился к ней лицом, и она стала отворачивать взгляд. Конечно, будучи смущенной она даже не может смотреть мне прямо в глаза.

— Ну, что такое? — Мои пальцы поднялись чуть выше. — Неужели тебе больно?

— Нет, но… — Затем ее дыхание стает неровным. Она совсем выпахалась от большого наслаждения. — Меня это смущает. Очень.

— Сколько не проси, но я тебя не отпущу, — говорю я. — Отпущу, когда мне этого захочется.

На самом деле я не собираюсь ее держать. Просто я хочу, чтобы Сайко наконец уяснила, что не стоит меня недооценивать.

Кажется, слова лишь заставили ее покраснеть сильнее.

— Тебе нравится, когда ты не можешь сопротивляться, — подмечаю я. — И еще насколько я к тебе близок.

Да, я знаю, что я уже не тот Акира, которого она знает, но я лишь… играю некую роль, прямо как духи, которые подражают сестрам-близнецам.

— Да, мне это нравится, — без отговорок говорит Сайко. — Мне нравится, что ты делаешь, сэмпай. — Затем на ее лице появляется улыбка. — Я очень рада, что я тебе нравлюсь.

Я улыбнулся в ответ и, когда она это признала, то перестаю ее щекотать и отхожу в сторону.

— Блин, — вздыхает она. — Не думала, что ты это сделаешь.

— Говорила же, «не стоит себя сдерживать», — повторяю я ее недавние слова.

— Сэмпай, я теперь знаю, на что ты способен, — хитро говорит Сайко. — Но знаешь… — Ее глаза приковывается к полу. — Ты мог еще немного меня подразнить.

Понятно. Она снова за свое.

— Нет, я не собираюсь тебя больше щекотать, — говорю я.

— А мне понравилось! — уверенно восклицает она, и ее уверенность заставляет меня краснеть. — Сэмпай, ты не давал мне отойти, и это… настолько приятно, что не передать словами. Ты наконец взял на себя инициативу!

— Все, хватит, — прошу я. — Мне и двух слов достаточно.

— Ничего ты не понимаешь. — Она махает головой. — Ты дал себе немного позабавиться, сэмпай.

— Я понял, — раздраженно говорю я. — Все, не надо уже объяснять.

Она посмотрела на меня и спокойно улыбнулась.

— Пожалуйста, не держи все в себе. Если хочешь, мы можем как-нибудь повторить.

Чтобы она наконец успокоилась, я в ответ киваю.

— Да, как скажешь.

Сайко сложила перед собой руки и начала просто на меня смотреть.

Только настал день и, боже, что нам теперь делать?

Глава 4: Выходные

Я следила за ними с того момента, когда студент по имени Акира попал в петлю разочарований. Он проходил круг ада каждый раз, лишь бы закончить эти невозможные пытки. И когда он смог выбраться, я была непременно рада, что у этих четверых все получилось. Только…

Акира долгое время не обращал на нее никакого внимания.

Когда ее любимый друг Сайко находилась в отчаянии, она пыталась вступить в художественный клуб. Но в одиночку у нее ничего не получалось. И только когда они смогли воссоединиться вновь, эти сестры-близнецы, у девочки снова загорелась в глазах пламя надежды.

Правда, надежда сразу же себя исчерпала.

Да! Лучше, чем завидовать своей сестре!

Когда-то она так сказала. Но на самом деле, ей просто надоело смотреть на Элиссу и завидовать тому, как у нее набирались фанаты, друзья, добрый округ, который поддержит в любую минуту. Но что же можно сказать о ней?

— Рисунки не подходят к клубу, — идиотски говорит мальчик.

— Что? Но они же стали лучше! — возражает Сайко.

Этот конфликт случился еще в начальной школе. Но Хацунэ просто не понимала, почему ее мир не мог полюбить такой, какая она есть. Может, она несла за собой ауру печали? Или просто попадались люди, которые попросту не понимали девочку? Она никак не могла этого понять.

Однако… у Сайко и Элиссу не сложились отношения в старшей школе, когда бедняжка видела, как ее окружали друзья.

— Ты хорошо рисуешь! — восклицает один из них. — Не хочешь вступить в наш клуб?

— Я бы с радостью, но… Я уже состою в одних из клубов. — Ее взгляд переместился на Сайко, которая уже покидает класс вместе с рисунками. — Сайко-чан?..

— Ай, брось ее, — говорит кто-то. — У нее даже нет таланта. Ты видела, как она рисует линии?

— Я видела, только… Можно судить человека, который недавно начал рисовать? Я вот тоже плохо рисовала.

— Если человек не может, то у него и изначально не выходит, — твердит он. — Так устроен мир.

«Бред какой-то… — подумала Элиссу».

Может, Сайко и думала, что ее сестра бросила, то это не так. Никакие результаты не обменяют на ее любимую сестру.

— Эй, Сайко-чан!

Элиссу подбежала к сестре, и та мгновенно поворачивается к ней.

— Куда ты?..

— Извини, я тебе помешала, — говорит Сайко.

— Конечно, нет! — восклицает она. Элиссу беспокоилась о том, о чем слышала сестра. — Ты мне намного важнее, Сайко-чан.

Но она опустила взгляд.

— Ты уверена? Я лишь мешаюсь тебе под ногами, как мне говорят.

— Брось, — хмуро ответила Элиссу. — Ничего ты мне не мешаешься, и тем более… — Затем ее взгляд стает обеспокоенным. — Ты вступишь же в наш клуб?

Сайко мешкала с ответом, думая над ее предложением. Она уже вступала в клуб, но через какое-то время ушла, потому что посчитала там лишней.

Хотя, есть и другая причина. Сайко думала, что из-за жалости Элиссу приняла ее, но это не так. Она любит ее, любит ее всем сердцем, только она не хочет этого признавать.

— Ты для меня лишь хороший пример, — подмечает Хацунэ.

— Сайко-чан! Что ты такое говоришь? — восклицает она. — Я для тебя никакой не пример. Ты для меня сестра! Почему ты сомневаешься во мне?

— Ну…

— Вот что, Сайко-чан, ты должна вернуться в клуб, — подмечает Элиссу. — Совсем одной тебе будет тяжело.

— Я. я… — Она наконец поднимает голову на сестру, и все та же делала обеспокоенные глаза. — Я подумаю над этим.

Недоверие к своей сестре делали огромные преграды, через которые сложно проходить. И эти преграды казались ей невозможные, непреодолимые, но благодаря Акире эти сомнения сошли на «нет». Только благодаря ему все могло стать намного лучше, чем сейчас. Ей сильно повезло, что у нее есть тот, который поймет ее и всегда поддержит. Разве это не прекрасно?

* * *

Голова. Моя голова раскалывается по полам, а лампа светит мне прямо в глаза.

— Что… со мной?..

— Сэмпай, ну сколько уже можно валяться? — слышу я недовольный голос.

Я поднимаю глаза и вижу Сайко, которая была почему-то без юбки.

— Что ты?.. — Я резко встаю с дивана. — Почему ты?!..

— Опять ты нервничаешь, — говорит она. — Сэмпай, я никак не могу найти твою футболку. Помоги, пожалуйста.

Я стал оглядывать ее с ног до головы, и я видел на ней лишь длинную белую рубашку. Я никак не могу понять, что она вообще делает.

— Скажи, — начинает она, — ты всегда забываешь, когда ложишься спать?

— Ну… — Я бегаю глазами. — Может быть.

Сайко тяжело вздыхает.

— Ты сказал мне надеть свою черную футболку, — говорит она. — Я не могу ее найти.

А, точно!

Я наконец прихожу в себя и вспоминаю события, которые произошли совсем недавно.

«Тебе, наверное, неудобно будет спать в школьной форме, верно?.. — спрашиваю я».

«Ну да, — уверенно кивает она. — Но ты ведь не скажешь мне спать почти голой?»

«Конечно, нет! — Мой голос стал немного громче».

«А что тогда порекомендуешь?».

«Ты можешь надеть мою футболку. Она длинная и в ней, скорее всего, будет комфортнее спать».

Да, надеть футболку предложил именно я, и я был ни капельки не против.

— У меня в комнате, в белом шкафу, — говорю я, и Сайко уже ринулась внутрь. — Боже… — Я лег обратно на диван. — Сайко-чан переночует у меня дома.

Это достаточно необычно для меня, потому что никто из моих друзей не был на ночевке. Хоть что-то новое в моей жизни, кроме этих духов.

— Эй, сэмпай!

Я с тяжестью поднимаю голову, и вижу, как Сайко была в черной футболке.

— Она мне как раз по размеру, — продолжает она.

Когда я ее увидел в моей одежде, то меня это немного взволнованно.

«Сайко-чан… в моей футболке?»

— Да, сэмпай, ты можешь смотреть на меня, сколько хочешь, — говорит Сайко. — Достаточно необычно видеть меня в своей же одежде.

А она чертовски права. Это не просто милая девушка в желтом свитере. Это девушка, которая носит твою футболку! Почему же это чертовски круто?!

— Мм, пахнет сэмпаем, — бормочет она, когда она приподняла футболку к носу.

— Что ты делаешь?! — восклицаю я.

— Извини, просто она пахнет мятой.

Она пахнет мятой, потому что она недавно постирана.

— Слушай, — начинает Хацунэ, — а тебе комфортно быть в свитере?

А она права. Я не заметил, как моя спина стала мокрой от жары.

— Действительно, — говорю я, собираясь снять с себя свитер. — Что-то я даже не заметил.

— Дай тебе помочь, — говорит она, хватая за вниз одежды.

— Я бы и сам справился…

Свитер был снят с меня, и я вижу, как лицо Сайко было рядом со мной.

— Ты что, довольна этим?

— Мне очень приятно тебе помогать.

Да тут и помощью не назовешь.

— А рубашку будешь снимать? — спрашивает Хацунэ, и я вижу, как ее лицо выражает хитрость.

— Да, — киваю я. — Но только ни при тебе.

Когда Сайко была одержима духом, она ворвалась ко мне домой и легла спать. А утром я переодевался перед ней. Черт, как же неловко об этом вспоминать!

— Мне кажется, или ты уже…

— Все, молчи! — восклицаю я и быстро поднимаюсь по лестнице. — Я быстро, так что не натвори глупостей.

— Хорошо! — Она невинно поднимает руку, но я уже скрылся за стенами своей комнаты и начал переодеваться.

«Боже, — вздыхаю я, снимая с себя рубашку и брюки. — Неловко тогда получилось, но… Хорошо, что она в это время спала».

Открыв шкаф, я нахожу свои синие шорты и вторую запасную футболку, которая была такая же, как у Сайко. Я решил их надеть. В них было комфортнее находиться, потому что они были легкими и в них не так сильно жарко. Хотя…

— Может, мне не стоило их надевать? — подумал я.

— Да, не стоило! — послышался голос Сайко.

— Я же попросил подождать в зале! — говорю я, поворачиваясь к ней головой. — Как ты так тихо поднялась?

— Просто у меня тихая походка, — отвечает она. — Извини, что я тебя напугала.

Ты меня не напугала, а сильно смутила своим присутствием!

— Ладно, — вздыхаю я.

Уже неважно, когда она у меня увидела, но… Черт, как же мне приятно видеть ее в своей футболке. Я испытываю от этого какое-то удовольствие. Ее стройные ноги, длинная футболка, хорошая талия… Это настолько идеально сочетается, что каждый парень обратит на это внимание!

— Смотри на меня сколько хочешь, — улавливает она. — Очень сложно скрывать свои чувства от любимого человека.

— И ничего я не скрываю! — говорю я. — Тем более…

— Да ладно, сэмпай! — восклицает Сайко. — Не будь таким невинным! Я ведь тебе нравлюсь, сам же говорил!

— Разве? — Я почесал голову. — Что-то не припомню…

— Это было в школе, еще в пятницу, если не ошибаюсь.

Я понял, на что она намекает, но я действительно не помню, чтобы я говорил это напрямую.

— Оке-ей…

Мы спустились обратно на кухню и Сайко снова стала разглядывать зал, будто она здесь находится впервые.

— И, что делать будем? — спрашиваю я. — На улице уже почти ночь, и скоро надо ложится спать.

— О, кстати, — созревает идея у Сайко. — А можно ведь…

— Нет, исключено! — сразу возражаю я, потому что я отчетливо вижу, что она хочет. — Этого нельзя, потому что это уже за рамки нормального!

— Ты не хочешь, чтобы я спала на диване, а вместе с тобой?

Да она просто издевается!

— Сэмпай… — Она отвела взгляд и прикрыла рот футболкой. — Это нужно хорошенько об этом подумать…

— Не делай вид, будто ты меня не понимаешь, — шиплю я. — Ты спишь в зале, одна. Это не обсуждается.

Она разочарованно вздохнула.

— Мы и так спали вместе на полу, — подмечает она.

— Это была случайность, — отрезаю я. — Так что не нужно преувеличивать и…

— Сэмпай, постой!

Сайко схватила меня за руку, когда я отвернулся от нее и собирался налить воды.

— Что не так? — недовольно произнес я.

— Ты… можешь… ну, это…

Я повернулся к ней.

— …поспать вместе со мной? — заканчивает она.

— Это тоже самое, — говорю я. — Сайко, говорю же, это не в моей компетенции.

— Нет, ты не так правильно меня понял!

— А что ты хочешь?

— Как бы тебе сказать…

Я посмотрел на ее красные глаза, которые были опущены на пол. Я не мог понять, что она хочет до меня донести.

— Я боюсь остаться в зале совсем одной, сэмпай, — признается она. — Буду признательна, если ты ляжешь спать на другой диван.

А, так вот в чем дело. Сайко боится, что ее заберет монстр. Неудивительно, ведь она пережила кошмары, которые надолго запомнились у нее в голове.

— Хорошо, — соглашаюсь я. — Это вполне возможно.

Она слегка улыбнулась.

— Спасибо.

Сайко отпускает меня, и я наконец могу позволить себе налить с крана стакан воды и выпить его до капли.

— От жары даже горло пересохло, — бормочу я.

Проклятие Аяно — штука зловещая.

Хоть и кажется, что ничего не происходит, то это является иллюзией. Если мы все правы, то вся школа стоит на этом проклятии. И мы точно не знаем, что случится, если мы будем погибать снова и снова.

«Странно ведь, — усмехнулся я. — Я даже своей смерти не помню».

И тем более убийцу.

Я закрыл кран, выпив несколько стаканов воды и подошел к Сайко, которая уже зевает на диване.

— Что-то я засыпаю… — говорит она.

— Я принесу одеяло, — говорю я.

— Хорошо… — Она снова подняла руку и упала на диван.

Я закатил глаза, поднялся по лестнице, взял одеяло со шкафа и со своей кровати и спустился вниз.

— Я нашел одеяло, только…

Не успел я договорить, как услышал тихий храп от Хацунэ.

— Так быстро?..

Я подошел к ней и немного улыбнулся.

Не забыв ее укрыть одеялом, я сел на другой диван и еще раз бросил взгляд на Сайко.

«А она мило спит, — подметил я. — К счастью, даже отсюда я вижу ее милое личико».

Я лег на диван, укрыл себя одеялом и всмотрелся в белый потолок.

— Где бы вы не находились… — обращаюсь я к духам. — Оставьте уже нас в покое.

Не знаю, когда я в последний раз встречался с ними, но воспоминания быстро угасают. Удивительно, но самый настоящий кошмар случился ночью, а дальше… Они стали фальшивыми, лишь снятся нам во снах и твердят, что нам бесполезно сопротивляться.

Интересно, есть ли конец этим страданиям? И скоро ли он наступит?

* * *

«Четверка» верит, что они смогут одолеть духов, однако это совсем не просто. Они не бессмертны, но и не уязвимы. Они слабы, но не сильны. Лишь чудо, лишь терпение сможет их победить и закончить страдания. Я все еще уверена, что они смогут одолеть. Акира не раз находил способы победить их, как случалось ранее. Он смог сбежать из школы дважды. Смог одолеть кошмар и проснуться вновь. Но сейчас… Сейчас его судьба неизвестна. Но если он будет верить, что кошмары могут подойти к концу, то уверена, что его мечта сможет стать явью. Нужно лишь найти их уязвимое место. Это прошлое, запечатанное глубоко в сердцах духов, если они, конечно, есть.

— Эй, приятель! — воскликнул парнишка.

В это время, двое духов находились в своем мире и восстанавливали силы для следующего судного дня, который наступит совсем скоро. Они снова хотят сеять хаос, а не ждать, пока найдется кто-то уязвимый.

— Оказывается, что не просто пользоваться этой штукой. Как думаешь?

Его «приятель» стоял к нему спиной и что-то тщательно раздумывал. Удивительно, но они не имели оболочку сестер. Они имели свою, человеческую, и это лучше, чем какое-то подражание.

— Да, ты прав, — наконец говорит он, поворачиваясь к нему лицом. Его глаза переливались алым цветом, и они буквально светились то ли от ярости, то ли от какого-то сожаления. Но есть ли у них чувства, кроме ненависти и злости? Может, не все духи утеряли человечность?

— Что с тобой? — неохотно спрашивает студент. — Ты сегодня какой-то… неразговорчивый.

Но он прав. Он не любит болтать. Хотя раньше он любил разговаривать с людьми.

— Просто вспомнил кое-что, — говорит он.

— Опять ты за свое, — вздыхает дух. — Говорю же, бесполезно копаться в прошлом. Мы и так не вспомним, потому что как говорили другие: это совсем ни к чему.

— Он прав. — Из неоткуда неожиданно появляется девушка, которая имела распущенные пурпурные волосы и черное платье, придающая какую-ту загадочную атмосферу. — Нет смысла думать, кто ты. Но если ты попытаешься…

— Если попытаешься, то вылетишь отсюда к черту, — идиотски говорит парнишка. — Мы это знаем. Думаешь, мы не читали правила?

Они оба замолчали, потому что девушка прекрасно знает, что он ни разу не читал кодекс.

— Мы заложники, — говорит другой дух. — Вот что.

— Нельзя осознавать, кто ты, — продолжает на своем девушка. — Ты здесь только потому, что у тебя есть незавершенное дело. И ты сам согласился на эти условия.

— Я знаю, — подмечает он. — Просто… — Его взгляд приковался к осколкам своих памятей. — Мне уже надоело притворяться.

Внезапно он хватается за голову.

— Не утруждай себя, — предупреждает девушка. — Силы, которые ушли на «суд», сильно влияют на твое состояние.

— Я знаю! — рычит он, и его боль постепенно исчезала. — Я знаю, почему я до сих пор здесь.

— Но здесь весело, — подмечает его друг. — Можно творить то, что в голову вздумается.

Он подходит к одному из осколков, где изображена «игра с крольчихами».

— Это ведь нужно придумать, чтобы за тобой гнались убийцы в костюме кролика, — продолжает он, и не удерживает свой смех. — Вы это видели? Этот идиот чудом догадался, что духи имеют такую слабость

— Я не знаю, почему мы боимся кроликов, — отвечает он. — Но они… будто населены каким-то ужасом.

— Ты самый опасной дух в этом мире, — говорит демон. — Как ты можешь их бояться?

Юноша пожал плечами.

— Это связано с этим прошлым миром, — объясняет девушка. — Все заложено там. И причина есть веская, почему ты находишься здесь, Сеиичи.

Он откликнулся на свое имя.

— И сама нарушаешь кодекс, — говорит его друг. — Никто не должен называть себя по имени.

— На этот мир не действует это правило, — отрезает она. — Я могу обращаться по имени, потому что нас никто не слышит.

Только они не знают, что за этими действиями слежу я, глупые дети.

— Ты, например, Иори, очень вспыльчив. Именно из-за этого ты находишься здесь.

— Ох, ну извини, — говорит он. — Я бы находился в раю, если бы меня не убил свой же брат.

Студент указывает на приятеля.

— У вас интересная причина, — говорит девушка, и за все время она слегка улыбается. — Вы необычные духи, которые я встречала.

— Вот ты, — начинает Иори. — Да, именно ты. Что ты вообще здесь забыла?

— Я слежу за порядком этого мира, — отвечает она. — Многие духи не следует правил, и я смотрю, чтобы все следовали своим целям.

— Ты странная. Говоришь прямо как бабушка.

— Я здесь около тысяча лет.

— Да, и мы тоже.

Иори поворачивается к Сеиичи.

— Меня убил свой же собственный брат. Из-за этого я тебя ненавижу, — говорит он. — Если бы ты тогда послушал меня…

— Я не имею сожалений, — подмечает Сеиичи. — Я давно перестал сочувствовать, когда я… — Внезапно его речь останавливается. — Когда я…

— Не пытайся копаться в прошлом, — снова предупреждает девушка. — Это ухудшит твое состояние. Нельзя связывать человеческий мир с духовным. Это создаст дисбаланс.

— Было бы круто, если бы наши вселенные воссоединились, — улыбчиво говорит Иори. — Никаких бы трудностей не возникло. Особенно… нам бы не пригодилась эта девчонка.

— Кстати, — начинает Сеиичи. — Почему я не могу с ней связаться? Что ты сделал?

— Сделал то, чтобы ты не наглел, — самодовольно отвечает юноша. — Она теперь принадлежит мне, и я…

— Ты смеешь противоречить мне?

— Чувак, я тоже хочу ею воспользоваться. Поверь, я ее не угроблю.

— Ах ты…

— Сеиичи, — восклицает девушка. — Ты знаешь, что нельзя злиться из-за пустяков.

Его взгляд перемещался то на малышку, то на друга, который стоял в самодовольной позе.

— Идиот, — рявкнул Сеиичи.

— Тем более… Зачем тебе она, если у тебя будет «коллекция игрушек»?

— Я хотел использовать ее, чтобы издеваться над ее другом, который мне постоянно мешает.

— Он не помешает, — подмечает Иори. — Этот идиот не поймет, никогда не поймет, что он переживает проклятие Аяно.

— Оно стало действовать? — интересуется девушка.

— Да. Пускай работает, пока мой приятель разбирается в себе.

Но Иори не знает, что Акира с каждым днем осознает, что он переживает дни, которые изредка помнит. Сайко не зря проводит время со своим другом. Благодаря этому, они запоминают лучшие моменты в своей жизни.

— Пусть все будет по плану, — говорит Сеиичи.

— Не переживай, брат, — произносит Иори. — Судный день будет в лучшем виде. Еще немного, и они все отправятся в могилу. И никто даже об этом не узнает.

* * *

Одеяло будто давит меня с огромной силой.

Я еле открываю глаза и вижу, как на потолок льется солнечный свет. За окном как обычно бушует ветер, который разносит легкий белый снег.

— Почему у меня всегда болит голова? — спрашиваю я. — Да и зачем мне одеяло, если я возле батареи сплю?

Я попытался встать, но что-то тяжелое помешало мне поднять ноги.

— Какого?..

Я перевел взгляд на другой диван, и прекрасно вижу, как там отсутствовала Сайко.

— Нет, вы же не хотите сказать, что…

От предположения я невольно сглотнул, схватился за белое одеяло, и резко опустил его.

— Сайко-чан! — воскликнул я, когда увидел ее возле своих ног.

Я ее прибью, точно прибью!

— Эй, вставай! — Я стал раскачивать ее.

— Что ты разорался, сэмпай?..

— Ты какого черта делаешь у меня на диване?!

— Что?..

Она встала на корточках, потянула руки и тихо зевнула.

— Что ты здесь делаешь? — шиплю я.

— Ой, прости, — улыбчиво извиняется она. — Я случайно перепутала диваны, когда я вставала ночью попить.

— Ты уверена? — Я серьезно был недоволен тем, что она позволяет себе многого. Я был милосерден, сказал ей, что буду спать по соседству. Но чтобы провели ночь в одном диване… — Сайко-чан… — Я встаю с дивана, и она случайно всхлипывает. — Ты ведь знаешь, что тебе за это будет.

— Прошу, прости меня! — Она тоже вскакивает с дивана и складывает руки. — Я правда, правда случайно!

— Оправдания тут ни к чему! — твержу я. — Тебе нужно понести наказание!

— Я была совсем сонной, и поэтому когда увидела первым твой диван, то сразу на нем легла! Я забыла, забыла!

Но я подходил к ней, подготовившись ее пощекотать.

— Прошу, сэмпай, прости меня! Я больше не буду!

— Нет-нет-нет. — Я качаю головой. — Тебе не помогут оправдания, Сайко-чан. — Я сгибаю пальцы, чтобы выглядеть устрашающее. — Берегись!

— Не на-адо!

Ее голос разлетелся по всему дому, но я не придавал этому никакому значения.

Спустя какое-то время я щекотал ее, но затем отпустил. После «наказания» она выдохлась и плюхнулась на диван совсем покрасневшей.

— Сэмпай…

Я опустил руки.

— В следующий раз не забывайся, — говорю я. — Потом я тебя защекотаю на более долгое время.

— Ну-ну… — Она поднялась и бросила на меня недовольный взгляд. — Ты такой грубиян.

— Я не грубиян, просто… Иногда ты заходишь слишком далеко. — Я подхожу к дивану и забираю одеяло. — Это уже ни в какие ворота!

— Говорю же, извини, — снова оправдывается Сайко. — Я правда случайно. Ты ведь знаешь, я бы не ослушалась.

— Мы на это посмотрим…

Я забрал одеяло с ее дивана, поднялся по ступеням, открыл шкафы в своей комнате и положил туда одно одеяло, а другое бросил на кровать.

— Слушай, сэмпай, — говорит она, когда я явился на кухне. — Твои родители…

— Ушли, — отвечаю я. — Они работают допоздна, так что мы будем одни.

— Так нам никто не помешает?

Я киваю и Сайко широко улыбнулась.

— Замечательно! Значит, я не зря у тебя осталась!

— О чем ты? — интересуюсь я.

— Знаешь, сэмпай… Я хотела бы научиться готовить, но… Сестра говорит, что я слишком несобранная и смогу сжечь кухню. И я подумала, может… ты меня научишь?

Она с надеждой посмотрела на меня, и я даже не знаю, как я могу таким глазам отказать.

— Ну… — Я медлил с ответом. — Я тоже не профи готовить, но в готовке разбираюсь. Так что…

Я снова посмотрел на нее и ее лицо было возле меня.

— Ладно, — вздыхаю я. — Только постарайся оставить нас в живых.

Она опять улыбнулась и уверенно кивнула, и я молил бога, чтобы все пошло по плану.

По словам Элиссу, она даже толком яичницу не умеет готовить. Говорила, что разбитые яйца были на стенах кухни и на полу. От одной этой мысли меня это пугает до костей.

— А что мы будем готовить? — спрашиваю я.

— Что-нибудь простое, — отвечает она. — Может яичница?

— Нет, не надо. — Я махаю головой и руками. — Я ее достаточно наелся.

Помню, как мама готовила их каждый день, и они мне начали уже надоедать.

— Хм…

И тут у меня приходит идея.

— Возможно, мы можем сделать бутерброды, — говорю я, и Сайко сразу же кидает на меня взгляд. — Ничего готовить не надо. Все есть в холодильнике.

У нее загорелись глаза.

— А! Тогда я это точно смогу! — восклицает она.

— Да, только… будь аккуратнее.

Элиссу отлично делает бутерброды, и я думаю, что у нас тоже все получится. Хоть у нее и присутствовали продукты, которые требуют определенные условия, то мы можем просто положить начинку. И если бутерброд получится холодным, то просто подогреем на сковородке. Все просто.

Я открыл холодильник, достал оттуда то, что можно назвать начинкой и положил его на стол.

— Так, что у нас есть… — Я стал разглядывать продукты. — Сыр, курица, оливки и… Впрочем… — Я посмотрел на Сайко. — Все хватает для сытного бутерброда.

Она снова улыбнулась.

— Замечательно!

Я улыбнулся в ответ.

«Наверное, это будет весело, — подумал я».

— Первым делом нужно нарезать курицу, — говорю я. — Ты ведь умеешь обращаться с ножами?

Конечно, она умеет обращаться с ножами. Даже кидать их умеет!

— Эй, сэмпай…

Я повернулся к ней и меня сразу охватывает страхом.

— Так нужно его держать?..

— Возьми его нормально! — возглашаю я. — Как маньячка выглядишь!

Она взяла нож, как бы взял любой убийца. Но мы ведь никого не собираемся убивать, верно?..

— Прошу, возьми его иначе, — говорю я. — Другой стороной.

— А, поняла. — Она перевернула нож и мне стало легче.

«Так, первый этап есть, — подумал я».

— Теперь курица… — бормочет Сайко, и ее взгляд стал каким-то странным.

— Постой, — говорю я. — Я ее сам распакую. Постой пока здесь и ничего не порежь.

Она спрятала нож за спиной.

— Хорошо…

Черт, как же мне стало по себе. Когда у нее в руках нож, то мне почему-то кажется, что она вот-вот нападает, но я ведь знаю, что она этого не сделает. Не сделает ведь?..

— Сайко-чан…

— Да, сэмпай?

Я повернулся к ней, и она до сих пор стояла на одном месте.

— Н-ничего, — отвечаю я, снова отворачиваясь от нее.

«Это будет не просто, как мне казалось…»

Ты ведь знаешь, я не сделаю тебе больно.

— Внутри нее нет духа, нет духа! — бормочу я, быстро освобождая курицу из пленки. Вместе с ней я поворачиваюсь к Сайко, и я вижу, как она слегка ко мне приблизилась. — Ч-чего?

— Что с тобой? — обеспокоенно спрашивает она.

Я подошел к дочечке и положил туда кусок курицы.

— Нет, ничего, — говорю я. — Абсолютно.

Она вопрошающее посмотрела на меня, но у меня нет никакого желания ей чего-либо объяснять.

Когда у нее в руках нож, то никогда не подумал бы, что это будет меня напрягать.

«С курицей нужно разобраться побыстрее, — подумал я. — Иначе я точно перенервничаю».

— Твоя очередь, — говорю я, пропуская ее к курице.

Она подходит к ней с уверенным лицом, готовит нож к разрезанию и…

Боже! Да почему мне так страшно?!

— Вот!

Я открыл глаза, которые я чуть ли не закрывал руками, и вижу, как курица идеально порезана.

— Я ведь все сделала правильно?

Она посмотрела на меня широкими глазами.

— Д-да, конечно… — говорю я. — Можешь положить нож.

— А.

Сайко вернула прибор на законное место, а я к этому времени достаю разрезанный хлеб и кладу его на стол.

— Думаю, на штук четыре хватит, — шепчу я, доставая из пакета нужное количество ломтиков. — Эй, Сайко-чан, ты как?

Я поворачиваюсь к ней и вижу, как из ее пальца течет кровь.

— Сэмпай… — плаксиво произносит она.

— Как так вышло?! — недоумеваю я.

Не успеваю я добавить, как она засовывает палец себе в рот.

— М, сладко… — бормочет Сайко.

Я прикрываю глаза.

— Что ты делаешь?..

— Сосу кровь, — отвечает она.

— Я это вижу.

— Не беспокойся, сэмпай, — говорит Сайко, стараясь скрыть беспокойство. — Все нормально.

Закатив глаза, я беру курицу и кладу его в будущий завтрак.

— Так, прогресс есть, — подмечаю я. — Сайко-чан, хочешь сама…

— Да! Хочу! — засияла счастьем Сайко. — Я тоже хочу положить начинку!

— Вперед, — говорю я, указывая стол руками. — Все на твой выбор.

— Нет, сэмпай. — Она махает головой. — Давай вместе ее положим!

Не знаю почему, но от ее слов я зачем-то покраснел.

— А, ну давай так.

Я подхожу к столу вместе с Хацунэ.

— Так, давай я этот бутерброд, а ты следующие.

— Хорошо! — И мы приступили к начинке.

Удивительно, но когда мы что-то вместе делаем, то это напоминает мне настоящую пару. Готовить вместе, обучаться… Это здорово и, даже в какой-то момент забавно. Не знаю, почему Элиссу настаивала о том, чтобы она не лезла в готовку, то я могу с уверенностью сказать, что у Сайко все хорошо получается.

У нее не получалось, потому что ее никто даже не поддерживал.

— Спасибо тебе, — благодарит она.

— За что? — усмехаюсь я.

— Я еще ни с кем не готовила завтрак. А ты первый, сэмпай.

— Приятно это слышать.

Мы продолжали класть начинку.

— Слушай… А у вас с Элиссу… все хорошо?

В какой-то момент ее руки перестали двигаться.

— А, прости, не стоило об этом говорить, — сразу поправляюсь я.

— Моя сестра просто не верит в меня, — отвечает она. — Она любит меня и дорожит мною, но никогда не говорила мне, что у меня все получится.

— То есть… — Я продолжил заниматься бутербродами. — Элиссу тебя не поддерживает?

— Ну… Иногда.

Затем мы продолжили вместе.

«Черт… — мысленно выругался я. — У них явно не все идеально. По глазам ведь вижу».

Сайко бы тогда не настаивала о ночевке. Она знает, что я ее никогда не оставлю, поэтому она и попросила. Но Элиссу…

Элиссу не до конца понимает свою любимую сестру.

Ох, вы только посмотрите! Акира знает Сайко-чан лучше, чем подруга детства!

— Кажется, получилось неплохо, — говорю я.

— Да, сэмпай, — кивает она. — Надеюсь, наши старания не пошли даром. — Далее она стала оглядываться по сторонам. — Слушай, сэмпай… Ты не против, если я воспользуюсь ванной?

— Да, конечно, — отвечаю я. — Сайко-чан, чувствуй себя как дома.

Она улыбнулась и быстро пошла в комнату, ну а я…

— Думаю будет лучше, если разрезать их на треугольники и хорошенько пожарить, — подумал я. — Да, так и сделаю.

Быстрыми движениями, я достаю сковородку из плиты, включаю огонь зажигалкой, и начинаю ждать, когда она хорошо разогреется.

— И так…

Затем я достаю нож из магнитного держателя и приготавливаюсь разрезать их пополам.

«У меня же ведь все получится?.. — подумал я. — Не хотелось бы разрезать себе половину пальца».

Будто я впервые держу нож в своей жизни.

Уверенно разрезая бутерброд, он не совсем получается идеально ровным, но это не совсем важно. Следом я разрезаю другой и…

— Черт! — восклицаю я.

Совсем не следив за пальцами левой руки, я случайно порезал палец, и оттуда пошло немного крови.

— Что такое, сэмпай?! — услышал я ее голос в ванной.

— А! Э-э! Совсем ничего!

Не успеваю я сразу заметить, как Сайко прибегает мне на помощь.

— Что случилось?!

— Ну, я… Случайно порезал палец. — Я показываю ей рану.

Сайко инстинктивно бросилась ко мне, схватила мой большой палец, и засунула его себе в рот.

— Ч-что ты делаешь?..

В ответ она подняла руку, говоря мне этим, что ситуация под контролем. Хотя я сомневаюсь, что из-за этого нужно наводить панику.

— Я просто надену пластырь, и все, — отвечаю я, отворачивая от нее глаза. — Так что лишний раз не беспокойся.

Мне неловко смотреть на ее спокойное личико. Она… действительно забеспокоилась об мне, хотя ничего серьезного сейчас не произошло.

— А, Сайко-чан…

Я краем глаза посмотрел на нее, и вижу, как мои пальцы были возле ее волос, а большой был у нее во рту. Она лизала его медленными движениями, создавая какую-ту странную атмосферу. Или я, может быть, странный?..

— Сэмпай… — начинает она, вытаскивая мой палец со рта и хватая мою руку. — В следующий раз будь осторожнее!

— А, д-да… Извини, что заставил беспокоиться.

Она кивнула и, несколько секунд посмотрев на меня, снова направилась в ванную и закрыла дверь, ну а я начал смотреть на палец и вижу, что на ране осталась еще немного крови.

— Хм…

Неосознанными действиями, я засунул палец в рот и до меня не сразу доходит, что этот палец только что облизывала Хацунэ.

— Блин, — шиплю я, быстро вытаскивая его со рта. — Совсем забыл…

— Сэмпай, ты что, только что облизал палец? — удивленно спрашивает Сайко, которая все еще стояла возле двери в ванной.

— И долго ты тут стоишь?! — восклицаю я.

— Прости, просто у меня тихая походка, — улыбчиво говорит она, и Сайко наконец (в этом я уверен) уходит в ванную, и я слышу, как с крана начинает течь вода.

Я глубоко вздыхаю и снова смотрю на палец, которые мы только что облизали.

— Косвенный поцелуй, — подумал я, и я чуть не зарыдал. — Она явно сейчас радуется…

Сэмпай облизал то место, что и я! Ура-ура!

Я представляю ее радостное лицо и как она скачет на месте. Я совсем забыл, что она…

— Ладно, — смирился я. — Сделаю вид, что этого всего не было.

Когда сковородка разогрелась, я разложил на ней четыре треугольника.

— Хм… — Я слегка улыбнулся. — Достаточно необычно…

Никогда бы не подумал, что я буду есть что-то кроме яичницы. Конечно, я иногда ел и хлопья, но они мне тоже надоедали, но вот бутерброды…

— Жаль, что Элиссу перестала готовить, — разочарованно вздыхаю я. — Хотя говорит, что она слишком занята для этого.

Быстро перевернув бутерброды другой стороной, я немного уменьшаю огонь и перевожу взгляд на ванную.

— И почему меня это так напрягает? — спрашиваю я самого себя. — Сайко-чан в ванной… Нет-нет-нет! — Я махаю головой. — В этом нет ничего такого!

Затем я слышу, как дверь открывается.

— Ну, сэмпай, ты чего разочаровался? — спрашивает она, вытирая волосы полотенцем.

— А-а, нет, ничего, — отвечаю я.

— Неужели тебя так сильно волнует, что я находилась в ванной? — На ее лице появилась хитрая улыбка.

— Молчи. Просто молчи…

Я выключаю газ.

— Слушай, сэмпай…

— Да, что такое?

Потом я беру тарелку с подставки и кладу туда все бутерброды.

— Вот. — Я положил тарелку на стол. — Думаю, можно это запивать соком.

— Получилось неплохо, — улыбчиво говорит она.

— А главное, что мы сделали это вместе, — подмечаю я. — Попробуй как-нибудь с Элиссу, когда у нее закончатся дела.

— Ага, — кивает Сайко. — Я обязательно об этом попрошу. — И тут у нее расширяются глаза. — А, сэмпай, совсем забыла! Ты не поможешь высушить мне волосы?

— А? — Я проморгал глазами. — А что, полотенцем вытереть никак?..

Она махает головой.

— Иначе волосы могут травмироваться, а феном…

— Ты можешь сделать это сама. — Я поднимаю руку. — Он есть в ванне и…

— Неужели тебе сложно? — спрашивает она, пронзая меня хмурым взглядом. — Просто… мне обычно сестра это делает, ну а я…

— Ладно! — громко говорю я. — Только не надо говорить так, будто ты себя заставляешь!

— Спасибо тебе! — Она сложила руки и склонила голову.

— Не делай так! — Я пошел в ванную за феном. — Тебе не обязательно делать мне одолжение, Сайко-чан.

Хотя я бы в любом случае согласился, ведь в этом нет ничего такого, верно?..

Быстро взяв фен с белого крючка, я сажусь на диван и махаю ей, чтобы она села вместе со мной.

— Сайко-чан, садись рядом и…

Но я совсем не ожидал, что она сядет не рядом со мной, а прямо возле моих ног!

— Я же сказал, рядом! — говорю я.

— Что? — Ее голос будто был сонным. — Сэмпай, так ведь неудобно.

— Да, но… — Я набираю воздуха в легкие. — Ладно, только не дергайся.

— Хорошо!

Она поднимает руку, а я тем временем подключаю фен к розетке, нажимаю на кнопку и с него начинает идти теплый ветерок.

— И так…

Я никогда в своей жизни не пользовался феном, но кажется… Сейчас выпал особый случай.

«Надеюсь, я ей не поврежу волосы, — подумал я, и я начинаю сушить ей волосы».

Это не то, чтобы было неприятно, но… Это до жути неловко! Она была возле меня, возле моих ног, и это крайне необычно. Я чувствую запах шампуня, и как она вообще хорошо пахнет. Это…

«Это же круто! — заканчиваю я мысль уже с улыбкой».

— С-сэмпай…

— Прости, — извиняюсь я, переключаясь на другие волосы. — Просто я задумался.

— Нет, просто… Я чувствую, как ты на меня странно смотришь.

— Ты хорошо пахнешь, — говорю я совсем не задумываясь. — А, то есть…

— Понятно…

Она наклонила голову и, кажется… Я зря это сказал.

— Видишь, сэмпай, тебе нравится, насколько я к тебе близка, — тихо говорит она. — Тебе даже приятно сушить мне волосы.

— Д-да, — сознаюсь я.

— В этом нет ничего плохого. — Она краем глазом посмотрела на меня. — Мне тоже это нравится.

Черт! Такими темпами у меня может снова пойти кровь! Хоть Сайко и ведет себя спокойно, но я… никак не могу держать себя в руках, зная, что она находится прямо у меня перед носом!

«Нет. Держи себя в руках, Акира, — подбадриваю я себя. — Здесь нет ничего такого».

Я просто сушу ей волосы. Это обычное дело. Здесь нечего стыдиться.

— Да… — произношу я. — Здесь нет ничего такого, за что можно было бы стыдиться.

— Верно, сэмпай, — подмечает она, совсем забыв, что я сказал это вслух. — Будь на этой мысли и у тебя все получится. Я тоже в какой-то мере тебя стеснялась.

— Ты это уже говорила, — улавливаю я. — Но… — Я перемещаю фен. — Ты права. Мне нечего стыдиться.

С улыбкой я продолжил дело. Когда я разобрался в себе, то я без каких-либо проблем мог закончить сушить ей волосы и выключить фен, не забыв его отключить от розетки.

— Ну все, — говорю я, — можешь вставать.

— Так быстро? — обидчиво произносит она. — Блин…

— Если я продолжу, то это только навредит твои волосам, — объясняю я.

Когда Сайко встала с дивана, я тоже встаю на ноги и убираю фен в тумбочку, который был возле плазменного телевизора.

— И так… — Я поднимаю руку с уверенным лицом. — Можно приступать к завтраку!

— Да-а! — присоединяется Сайко.

Мне приятно наблюдать за ними, как их отношения крепчат с каждой минутой. Правда… очень жаль, что радость лишь продлится несколько мгновений, ведь их ждет неминуемая участь. Акира, Сайко… Надеюсь вы осознайте, что происходит в этом беспощадном мире.

Мы с Сайко выпиваем стакан апельсинного сока залпом и радостно вздыхаем.

— Это действительно лучше, чем яичница с беконом! — говорю я.

— Может быть, — отвечает она. — Обычно мне мама готовит бэнто, но у нас особый случай.

Я спокойно улыбнулся.

— Спасибо тебе, — благодарю я.

— А? — Она опускает бутерброд, который она собиралась уже съесть. — За что?

— Ну… — Я бегал глазами. — Обычно я не так провожу выходные, но… Признаться, мне с тобой весело.

— Это так, сэмпай! — говорит она. — Надеюсь, что я не дам тебе заскучать, как раньше.

И вправду. Раньше Хацунэ была совсем неразговорчивой, а сейчас она кажется более открытой.

Это я ведь повлиял, верно? Благодаря мне она сейчас радуется жизнью, а не сидит где-то в углу и радуется тому, что ее вообще сегодня не трогали…

Жестоко звучит.

— Ты хорошая, Сайко-чан, — признаю я. — Ты ведь изменилась, и… Я думаю, что ты сможешь найти себе друзей.

Через какое-то время она опустила взгляд.

— Возможно…

— В другой школе, например, — говорю я. — Там точно будут уважать, хоть ты и кажешься чудачкой.

— Д-да…

Она слегка улыбнулась, но мне кажется, что она этому даже не верит.

«Уверен, она найдет себе друзей. — Я откусываю кусок сочного бутерброда. — Просто нужно немного подождать, пока все уляжется».

— Слушай… Я хотел кое о чем тебя спросить… — начинаю я.

— Да, сэмпай?..

— Ты не подумай о лишнем, но… — Я бегаю глазами, так, чтобы не сделать лишние подозрения. — Элиссу… Она всегда была «идеальной»?

Она положила откусанный бутерброд обратно на тарелку.

— О чем ты говоришь? — спрашивает она, наклоняя голову так, будто пытается что-то увидеть за затылком.

— Я имею ввиду, что у нее есть друзья, фанаты, и… Неужели это было так всегда?

Я сам не понимаю, почему я вдруг решил об этом поговорить. Но Элиссу… Она почему-то меня тревожила, будто с ней что-то не так.

Ее жуткая радостная аура… Счастливая девушка, которая любит рисовать…

О ней я ничего толком и не знаю.

— Мы с Элиссу дружим с детства, но…

— Дружим? — подмечаю я. — Вы ведь сестры, конечно вы дружите с детства! — Мой голос был слегка ошеломлен. Сайко говорила так, словно они даже и не сестры. Точнее… не были с рождения сестрами-близнецами.

— Сэмпай, я…

Внезапно наш разговор прерывает стук во входной двери. Сайко заметно подпрыгнула, ну а я был удивлен, что к нам могут зайти незваные гости.

— Не бойся, я пойду проверю, — предупреждаю я.

Я встаю со стула и направляюсь к проему, когда к этому времени раздается второй стук.

— Иду-иду! — кричу я, когда я подхожу к двери и дергаю ручку. Но не успел я открыть, как вдруг сам ее открывает незваный гость.

— Что ты?..

Меня мгновенно ослепляет солнце, и я сразу же начинаю щуриться и прикрывать лучи руками, но черная одежда гостя дало мне знать, кто передо мной стоит.

— Хабупэйн?.. Что ты здесь делаешь?..

Я дал жестом знать, что нам нужно зайти внутрь, а иначе я смогу ослепнуть до конца своей жизни.

— Акира… — тихо произносит он.

Не закрыв дверь, мы входим в зал, и я рад, что солнце перестало мне сжигать глаза, и могу без проблем разглядеть лицо незваного.

— Что случилось?.. — пытаюсь узнать я.

— Акира, я нашел странную зацепку, — переходит он сразу к делу, и его серьезный тон меня то удивляет, то ли кидает в глубокий страх. Редко можно увидеть, когда он заговорит не на шутку.

— Что ты имеешь ввиду? — Я лишь выдавливал больше вопросов, недоумевая, что он пытается до меня донести.

— Можешь немного уделить мне времени? Это точно тебе нужно показать.

Я краем глаза посмотрел на Сайко, которая удивленно смотрела на нас.

Стало немного стыдно.

— Я очень сожалею, что прерываю вашу романтическую главу, но тебе это нужно увидеть, — продолжает он, делая фальшивое сожаление.

— Ладно! — говорю я. — Только быстро, окей?

— Как скажешь, — натянуто отвечает Хабупэйн. — И подружку можешь прихватить, если боишься, что она превратится в демона.

— Это было лишнее, — рявкаю я, и не могу поверить, что он портит этот замечательный день своими мистическими теориями.

— Я подожду снаружи, — говорит он, и медленно удаляется из помещения.

Я подождал, чтобы он закрыл за собой дверь, отпустил ручку, и затем я глубоко вздыхаю, сбрасывая с себя это нелепое недоразумение.

— Кажется, утро пошло не по плану, — говорю я, вытягивая улыбку. — Сайко-чан, ты останешься дома, или…

— Нет, я пойду! — уверенно отвечает она. — Тем более, мне одному оставаться страшно. Вдруг я сделаю что-то плохое.

— Хорошо… Тогда одевайся, и мы пойдем черт знает куда…

Не успел я опомниться, как Сайко вскочила со стула и схватилась за края футболки.

— Да не здесь же! — восклицаю я.

— Я пошутила! — засмеялась она. — Сэмпай, ты такой милый, когда теряешься!

Мой взгляд потемнел.

— А ты такая милая, когда ты краснеешь от щекоток, — парирую я.

Я почувствовал, как по ее телу побежали мурашки.

— Я, пожалуй, пойду.

Она вытянула кривую улыбку и удалилась за дверьми ванной, ну а я…

— Пожалуй, мне тоже стоит переодеться, — подумал я. — Пока есть время.

Я побежал вверх по лестнице, надеясь, что к этому времени Сайко не успеет ничего придумать, чтобы меня смутить.

Интересно… что такого Хабупэйн нашел, что нам вынуждено выйти из дома в такие выходные? Скорее всего, это касается мистики и… Безжалостных духов.

Глава 5: Рознь

— Что? Ты хочешь сказать, что ты бросил мою сестру?!

Конфликт, который не должен был случиться. Ссора, разрушающая дружбу «четверки».

— Я не это имел ввиду! — восклицает Акира. — Я хочу сказать, что ты просто не права!

Элиссу, затуманенная фальшивыми словами, отворачивается от друзей и склоняет голову.

— Ты куда? — обеспокоенно спрашивает Сайко.

— Проветриться, — резко отвечает она. — Что-то мне стало не по себе…

Вздохнув, Элиссу распахивает двери клуба и ее глаза широко расширяются, когда она не видит перед собой обычные коридоры, а кристаллы, которые плавали перед ее глазами.

— Что… это такое?..

Она хотела вернуться назад, но дверь будто растворилась в воздухе, и ей ничего не оставалось, кроме как осмотреться в новом месте.

И это место назывался миром, который принадлежит духам.

— Как я сюда попала? — спрашивала она, часто моргая глазами, будто это поможет развеять иллюзию. — Хм-м…

Неподалеку стояла школа как ни в чем небывало, только окна были разбиты и имели красные края, будто по ним выбирались жертвы этого инцидента. От этой мысли я нарочно представила боль в животе.

Элиссу осматривалась в незнакомом ей месте, и не успела повернуться, как вдруг ее кто-то крепко хватает за шею.

— Ты, — грозно сказал он, как смертельный приговор. — Бесполезная, ни на что негодная пленница.

Это был Иори, у которого ярко светились глаза, и он явно был чем-то разъярен.

— Кто… ты?.. — еле спросила она. Элиссу теряла сознание, и если он сейчас не отпустит ее…

— Так ты еще не знаешь, — недовольно фыркает он, и его сердце смягчается, потому что его руки ослабевают и отпускают бедную ученицу, которая не заслужила такого обращения. Как и все они.

Хацунэ упала на пол, не сильно схватилась за горло и стала громко кашлять. Она никак не ожидала, что над ней так будут обращаться, как и с ее сестрой.

— Не повезло тебе, глупышка, — говорит он снисходительным голосом. — Ты настолько вышла из себя, что попала в наш мир.

— Что?

Элиссу пыталась переварить глупость, которую над ней выложили. Однако…

— Где это я? — У нее будто и не было сил сейчас злиться. Она встает с пола и смотрит на убийцу вопросительным взглядом.

— Ты так еще не поняла? — Он поднял бровь и его глаза перестали светиться, однако странно, что пару минут назад он держал над ней злость. Возможно, он даже не умеет контролировать свои эмоции. Брызгает яростью на бедную «четверку», которая пытается всеми силами избавиться от пытки. — Ты находишься в мире духов, но вышло так, что твое тело принадлежит мне.

Они уже сталкивались, и их судьба снова связала их, словно между ними есть какая-то связь. Элиссу является пленницей беспощадной убийцы, и ненавидит ее за бесполезность, которая рушит его планы. Он всем сердцем выражает ненависть к ней. Но разве она виновата, что она избранная Иори?

— Я тебя не понимаю… — говорит Элиссу, и это его разгневало. Ему так не хочется объяснять смертному, который не понимает, что тут к чему.

— Я удивлен, что в тебе столько злости, — подмечает Иори и слегка наклоняется. — Все-таки ты можешь на что-то сгодиться. Хотя тебе никогда не сравниться со своей сестрой.

Он оборачивается, но его что-то удерживает уйти.

— Ты эгоистка, в отличии от нее. Всегда забираешь славу только себе.

Студент ухмыльнулся и направился к краю острова, а Элиссу к этому времени пыталась все это переварить.

— И ты в этом уверен? — Она прикрывает глаза и ее взгляд мрачнеет. — Я ведь пыталась о ней заботиться.

— Ложь! — крикнул он. — Ты эгоистка, и всегда ей останешься. — Иори резко поворачивается к Элиссу. — Тебе даже тяжело смотреть, как ее любимый человек проводит с ней время.

— Это не так! — восклицает она, и вместо мрачности стала выдавать беспокойство. — Я вовсе этому рада!

Убийца ехидно улыбнулся.

— Тогда почему ты здесь? — спрашивает он. — Разве ты не должна сейчас рисовать?

— Я… — Она пыталась выронить хоть одно слово, но не могла правильно сформулировать мысль. — Я немного разозлилась на Акиру…

— Нет-нет-нет. — Он покачал пальцем. — Ты явно врешь. И при том нагло. — Иори несколько минут пялился на ученицу, но затем продолжил: — Ты не была бы здесь, если бы ты не по-настоящему разозлилась на этого дружка. Однако странно, что ты можешь на него злиться. Разве он не герой, который спас от неминуемой тоски?

Элиссу хотела ответить, но он пошел копать глубже, закаляя атмосферу.

— Ты не можешь с ней поговорить, потому что она прилипла к нему, ну а ты…

— Хватит, — прошептала она, но студент не услышал.

— …ты не можешь с ней поговорить, и это тебя волнует. — Затем у него расширяются глаза. — А, нет, постой. — Теперь Иори пытается ее вести в заблуждение. Неужели он хочет поссорить «четверку»? — Ты зла и на свою сестру, потому что ты убивала для нее время. Ты могла бы достичь большего, если бы не возилась с ней в школе.

— Прошу, перестань! — молила она, и у Элиссу действительно нету сил, чтобы выдавить хоть немного злости. — Я вовсе и не хочу ни на кого злиться!

Иори злорадно засмеялся.

— Ошибаешься, — говорит он. — Тебе стоит на них злиться. Они этого заслужили.

Но Элиссу помахала головой.

— Нет, ты не прав, — отрицает Хацунэ. — Никто из нас этого не заслужил.

— Ха, интересно, — усмехнулся парнишка. — И чего же вы тогда заслужили? Счастья?

Девушка стояла как вкопанная, а убийца продолжал смеяться как ни в чем не бывало.

— Д-да… — неуверенно ответила она. — Моя сестра, все, и особенно…

— Ну конечно, — издевается он. — Вы и вправду заслужили счастья, а мы будем страдать и смотреть над тем, как вы нас уделывайте. Не слишком ли ты настырная?

У Иори есть план по уничтожению дружбы, доверия между ними. Потому что не просто так произошел этот глупый конфликт. Чего же он хочет этим добиться?

— Да о чем ты говоришь? — недоумевает Элиссу.

— Вы правы, вы абсолютно правы. — Он махает рукой, делая из себя невинного. — Мы виноваты, что мы уничтожаем ваши жизни, а вы должны веселиться и делать вид, будто ничего и не произошло. Просто без сомнений.

Она отвернула взгляд и опять помрачнела.

— Так вы сами вредите моей сестре и Акире… Ты ведь знаешь, что он пережил?

— Знаю, — отвечает он ни капли не сожалея о содеянном. — Я видел, как он достаточно настрадался, однако… — Он взял за подбородок и серьезно продолжил: — Я не думаю, что он поступает правильно.

— Что?

У Элиссу задергались глаза, а нижняя губа задрожала.

— Почему?..

— Он сам виноват в том, что влез не в свое дело, — объясняет убийца. — Я уже давал ему шанс все исправить, но он отказался. Пускай вот теперь и страдает. — Он издал злобный смешок. — Странно ведь, не правда ли?

Он пытается переложить вину на бедную Элиссу. Он играется с ними, манипулирует ихними эмоциями, заставляет переживать. И ему удается сбить девушку с толку, однако здесь виновным является только он. Это он виноват, что они испытывают боль.

— Ладно, думаю, надо уже заканчивать с этим.

Иори щелкнул пальцем, и на мгновенье Элиссу окружают черные щупальцы, которые охватывают ее тело.

— Что ты?..

— Не бойся, я тебе не наврежу, — говорит Иори. — Однако я не гарантирую, что ты сохранишь свой рассудок после проклятия.

Ловушка!

Хацунэ попала в западню, и она не сможет вернуться в свое тело!

— Верни меня обратно! — закричала Элиссу. — Зачем я тебе здесь нужна? — Она попыталась выбраться, но от этого нету толку.

— Пока я буду занят, ты можешь насладиться прелестью своих кровавых убийств, дорогая.

Иори хитро улыбнулся, и он снова щелкнул пальцем. Словно по приказу, кристаллы окружили бедную ученицу, которые хранили в себе убийства Акиры Судзуки.

Нет, только не это!

— Удачи насладиться зрелищем, — засмеялся Иори, и он стал растворятся в воздухе, оставляя Элиссу совсем одной.

— Нет! Не надо! — просила она, однако это было бессмысленно. Он ничего не чувствует, кроме отрицательных эмоций. И очень жаль, что это так.

Переведя взгляд на осколки, она сразу же увидела, как Акира валялся в крови, а на заднем плане потрошила другое тело, разбрызгивая класс кровью.

— Нет-нет-нет!

Запаниковав, она снова попыталась выйти из схватки, но они будто прилипли к девушке, не давая никакого шанса на спасение.

Другой осколок показывал, где Элиссу вскрывает живот, и от этого вида у нее мгновенно вызывается отвращение и глубокий страх. Она убивает всех раз за разом, не желая ни на секунду остановиться.

«Это не я… — подумала она. — Я не могу быть убийцей!»

Нет надежды, что ее кто-то спасет, однако шанс промелькнул перед ее глазами, когда она увидела перед собой странную девушку, которая носила на себе черное необычное платье.

— Выглядишь достаточно встревоженной, — говорит она. Неужели она хочет над ней поиздеваться?

— Кто ты? — простонала Элиссу, и щупальца, кажется, стали давить сильнее, потому что ее глаза выдавали чувство боли и нескончаемого мучения.

— Я хранительница миров и правил, — отвечает девушка. — Необычно видеть людскую душу в нашем мире.

От непонятных слов у Хацунэ может закружиться голова.

— И… что ты от меня хочешь? — Она отвернула взгляд с усталым выражением лица.

— Ты не можешь считать меня врагом. Потому что мое существование создано лишь для создания порядка.

— Прошу, помоги мне, — молила Элиссу. — Можешь… избавиться от всего этого?..

Девица глубоко вздохнула, будто не рада тому, что Иори устроил здесь представление.

— Извини, я не имею права противоречить демонам, — отвечает она таким тоном, словно этот вопрос задавали ей тысячу раз. — Тебе придется смотреть на эти ужасы, потому что ты этого заслужила.

— Но чем я согрешила? — панически спрашивает ученица. — Почему я должна видеть это?

Девушка долго смотрела на пленницу, пытаясь в ее глазах увидеть ответ, однако она просто отворачивается и смотрит на другие осколки.

— Мы все когда-то согрешили, — отвечает она. — Все до одного. Однако точно не знаем, когда мы допускаем ошибку.

— Боже… — вздыхает Элиссу. Ей просто хочется, чтобы ее наконец отпустили. — Но почему я? Я ведь была на ее стороне!

— Я тебя не виню, — подмечает хранительница. — Просто я говорю правду.

Они долго смотрели на фрагменты прошлого, пока девушка с пурпурными волосами не перешла на другие, и там, кажется, были изображены близнецы.

— Также в этом мире существуют «неправильные» осколки, — продолжает она.

— Что? — Хацунэ оторвала взгляд от страшных убийств.

— Кристаллы. — Она поворачивается к ней лицом. — Существуют «неправильные» воспоминания, которые не имеют никакого смысла. Однако они хранят в себе более жуткие тайны.

Элиссу растянуто думала над ее словами.

— И какие… например?..

— Убийства, — отвечает девушка. — Там нет идеального исхода. Нет счастья, которого вы добиваетесь вчетвером.

— А что насчет тебя?

Хранительница собиралась осматривать осколки, но слова ученицы заставили ее остановиться.

— …Меня? — произнесла она так, будто этим удивлена.

— Да, — кивает Элиссу. — Разве ты рада, что мы… проходим этот ад раз за разом? — тяжело заканчивает она и слезы наворачиваются на глазах.

— Извини, но я тебя не понимаю.

— Что?

Девушка повернулась лицом к пленнице.

— Я не та, которая может кому-то сочувствовать. Мертвые ничего не чувствуют.

Она слегка склоняет голову и ей, кажется, было жаль, однако это только кажется. Никто в этом мире не способен поддаться милосердию. И это никогда не случится.

— Бред какой-то… — шепчет Хацунэ, и она даже не знает о чем уже думать. Ее душа находится в черной клетке, которая сжимает все сильнее и сильнее. Кристаллы, показывающие кровавые перемены. Как могло так все сложиться? И самое главное… Где конец этим страданиям? — Послушай. Я не знаю кто вы, но я уверена, что вы все еще люди.

— Нет, — резко отвечает девушка. — Мы были людьми. Однако мы находимся здесь только потому, что у нас есть незаконченные дела.

— Незаконченные… дела? — еле переспрашивает Элиссу. — О чем ты?

Хранительница долго маялась на месте, но через какое-то время она поднимает руку, и возле нее собираются прозрачные осколки.

— У духов есть цель, — продолжает девица. — Людям предоставляется шанс исправить прошлые ошибки. Но… — Она прикрывает глаза. — Этот шанс не все хотят принимать. Многие хотят лишь одного. Мести. Хотя это даже ничего не изменит.

Внимательно выслушав личность, ученица переводит взгляд на осколки, и она сразу замирает от увиденного.

Сайко…

Перерезанное горло…

Кровь…

Убийство…

Элиссу убила свою собственную сестру.

— Нет… — шепчет Хацунэ. — Этого не может быть…

— Не беспокойся, — утешает дух. — Вскоре все станет на свои места.

— Я тебе помогу, Акира-кун!

Фальшивая Элиссу проводит по шее лезвие, из которого выходит алая кровь, а жертва с грохотом падает на землю, не выдавая признаков жизни.

— Не переживай, мы еще с тобой увидимся.

Мертвое тело понемногу окрашивал пол в красные тона. Но если дух совершил в многолюдном месте убийство, — это все-равно никто не вспомнит.

— Эх… — вздыхает Элиссу. — Ну и скукотень…

Демон почесал голову и мрачно осмотрел тела, будто недоволен тем, что они умерли быстро.

— Сил совсем не осталось…

Последний раз разглядев окровавленный кабинет, он поворачивается к выходу и замечает, что перед ним встал товарищ с пустыми глазами.

— Откуда ты?..

— Я слышал, что ты беспредельничаешь без меня, — говорит он со спокойной улыбкой.

— Извини, я не мог удержаться на одном месте.

Внезапно облик Элиссу сменяется на студента, у которого тоже были пустые глаза.

— Жаль, что ты ненавидишь меня слушаться, — говорит Сеиичи. — Хранительница говорила, что проклятие Аяно крайне нестабильна.

— К черту ее, — отрезал Иори. — Я лучше повеселюсь сполна, чем умру от скуки. Думаешь мне весело смотреть, как эта парочка развлекается дома?

Он указал на Акиру и Сайко, хотя его друг понимает, про кого он имеет ввиду.

— Хотя тебе было сложнее на это смотреть, потому что тебе внезапно стало плохо. Странно ведь, да?

Сеиичи бросил долгий взгляд.

— Странно ведь… — продолжает он, еще раз осматривая тела, словно выискивая причину. — С тобой что-то не так. Что случилось? Разве ты не сильнее хотел отомстить всем?

— Да, хотел, — отвечает парень, быстро поправив: — Точнее, хочу.

— Поэтому перестань строить из себя паиньку и займись делом, — говорит Иори. — Мне не нравится, как ты себя ведешь.

Этот убийца спокойно улыбнулся, а Сеиичи пропустил ему вход в мир Духов, хотя дверь из клуба выглядит обычной, но это только казалось.

Им удалось соединить их мир с настоящим, но как?..

— Кстати, — сказал Сеиичи, и Иори сразу же останавливается, хотя его рука почти дотянулась до ручки. — Что с твоей правой рукой?..

— Ты только сейчас заметил? — резко спрашивает он, медленно поворачиваясь лицом к другу.

— Нет. — Он качает головой. — Просто не хотел этим тревожить.

Убийца тяжело вздыхает и, не заставляя своего брата ждать, он быстро закатывает рукав и Сеиичи удивляется, увидев на бледной руке красные пульсирующие вены.

— Проклятие… — прошептал он, переводя взгляд на серьезное лицо Иори.

— Помнишь, я задерживал того паренька во сне? Он как-то догадался использовать клятвы в мою сторону. — Студент возвращает рукав на место. — Рана до сих пор не зажила…

Сеиичи, кажется, смотрел на него обеспокоенным взглядом, но это только казалось. Демоны не чувствуют ни сожаления и ни скорби. И никогда их вновь не почувствуют.

— Не бойся, я еще и левша, — добавляет он. — Так что проблем у меня не возникнет.

— Я и так это знаю, — простодушно отвечает парнишка. — Ты не пробовал обратиться к хранительнице?

Иори к этому времени открывает дверь, и оттуда начинает веять кристаллами и фиолетовым небом.

— Зачем?

— Зачем? — переспрашивает он так, будто ни капли не удивлен, что он выдал такой ответ. — Она бы помогла тебе избавиться от проклятия. Как никак, она в этом профи.

— К черту ее, — огрызается Иори. — Не хочу с ней и связываться. Ты слышал, как она с нами обращается? Хоть мы и выше по титулу, она имеет право указывать нам что делать. Она мне не нравится. — Он отворачивает взгляд от товарища, чтобы он не заметил его ненависть.

— Нет смысла на нее дуться.

Сеиичи подталкивает Иори к проходу, и через секунду они оказываются в своем мире, где им снова суждено пробыть несколько дней, чтобы дождаться судного дня. После него, как они планируют, школа превратится в пыль и от нее не останется ничего, кроме полного поражения. Однако я сомневаюсь, что «четверка» им ничего не угрожает. Интересно, как они собираются бороться с Хабупэйном, который знает, как бороться с демонами?

— Все-равно, я не буду к ней обращаться, — продолжает он. — Хоть это проклятие будет мне пожизненным. Плевать.

— Она в этом мире больше нас, — объясняет парень. — Тем более, в прошлом она была гением. Ее нельзя недооценивать.

— Еще раз. Мне плевать, кем она была раньше, и тем более, сколько она здесь прожила. Я к ней не обращусь.

— Что-то случилось?

Внезапно раздается женский голос, и у Иори покрывается спина мурашками, так как хранительница появилась буквально из воздуха.

— Откуда ты взялась? — спрашивает он. — Мы тебя не звали.

— Правда? — Она поднимает бровь. — Я думала, вы обсуждаете меня. Простите, если я вам помешала.

— Постой, — останавливает Сеиичи. — Нам нужна твоя помощь.

Студент перевел взгляд на друга, и тот сердито смотрел на него, потому что не ожидал от того, что он попросит у нее помощи. Они ведь не знают, насколько это проклятие опасна. Может… она сумеет убить Иори, или что-то сделать похуже смерти?..

— Ко мне никто не обращался за помощью. Обычно демоны слепы к своим способностям.

— У Иори появилось проклятие, — объясняет он. — Можешь его как-то снять?

— Если бы, — отвечает хранительница. — Я слежу за правилами, а не решаю ваши проблемы.

— Тогда дай нам совет! — вырывается злость у Иори. — Думаешь, мне ни черта не больно от этого проклятия?!

Не ожидав от нее дальнейших слов, он снова закатывает рукав, и на этот раз кровавых вен было больше, чем тогда прежде. Рука словно светилась, а по венам течет яркая кровь.

«Они расширяются, — замечает парнишка, и он абсолютно прав».

— Странно, — говорит она, внимательно рассмотрев руку. — Я никогда не видела, чтобы слизь прожгли настолько сильно.

— Я… не использовал «защиту» … — уточняет Иори. — Это все из-за того паренька.

— Хм… «Защита», говоришь.

Под «защитой» они скорее всего имеют ввиду Элиссу. В какой-то момент, она смогла забрать свое тело и не поддаться под влиянием демона. Однако он не совсем этого ожидал. Урон должен был пройтись по Элиссу, но он прошелся прямо по его руке. Тем более это проклятие было долговечным и крайне сильным. От него не так уж легко и избавиться.

— Я не хорошо знаю проклятия, — говорит девушка, — но… Боюсь, что твоя рана не скоро заживет.

— Отлично, — идиотски сказал Иори. — Видишь? От нее нету никакого толку. — Он обошел хранительницу и недовольно зыркнул в подзатыльник. — Вы оба бесполезные…

Затем они ушли, оставив девушку в полном одиночестве. Она медленно повернулась к братьям, и ей, кажется, было больно от слов Иори. Хоть она не была демоном, возможно, она и вправду чувствовала какую-ту боль.

Бесполезность…

Ее посчитали бесполезной.

Это прозвучало слишком грубо.

— Вот и ты, — произносит студент. — Как ты поживаешь, моя дорогая?

Элиссу совсем упала духом и ее глаза были прикованы к полу. Ему даже показалось, что Хацунэ может быть мертва от недостатка кислорода, потому что щупальца сильно зажали девушку. Пару переломов ребер ей точно было обеспечено.

— Что? Неужели ты не видела всего веселья? — продолжает он, но она все еще не отвечала. — Если ты будешь игнорировать, то я обещаю, что сделаю тебе еще больнее.

Даже после угроз Элиссу продолжала хранить молчание.

— Да скажи ты что-нибудь! — закричал Иори, резко схватив ее за волосы и поднимая голову. — Думаешь твое молчание может тебя спасти?

— Хватит уже, — тяжело простонала Элиссу. — Я больше не могу…

Ее лицо было в засохших слезах, и от этого у нее вызвало отвращение.

— Мерзость. Ты слабачка, как все остальные. Даже спасти не могла, когда меня ранили в руку.

Несколько минут посмотрев на пленницу, он грубо опускает ее голову и его все еще переполняло ненавистью, что его правая рука страдает от девушки, которая внезапно взяла свое тело под контроль. Правда, в этом стоит винить Хабупэйна. Ведь он придумал план, как убить демона раз и навсегда. Но ему тогда повезло, поэтому он должен радоваться, что во время боя он не распрощался с жизнью. Ему все еще везет.

— От тебя есть какая-то польза, знаешь ли. — Его глаза начинают светиться и наклоняет голову, чтобы лучше рассмотреть лицо пострадавшей. — Благодаря тебе я могу веселиться! Спасибо, что не даешь заскучать!

Иори засмеялся, и к его смеху присоединяется и Сеиичи, который неуверенно издал смешок.

— Прошу… — начинает Элиссу. — Убей меня уже.

Он перестал смеяться. На этот раз он бросает удивленный взгляд, потому что он впервые встречает пленницу, которая добровольно хочет смерти.

— Убить? Я не могу убить тебя, — отвечает Иори. — Пока наши миры не сойдутся полностью, я не могу убить вас в настоящей реальности. Но вы все-равно можете пострадать, даже если вы не помните своих смертей.

Хацунэ еле посмотрела на убийцу, и ее глаза выдавали мольбы пощады. Она хочет, чтобы ее просто оставили в покое. Она не может терпеть это, как тогда терпел Акира.

— Ладно, я верну вас, — усмехается демон. — Не бойся, эта боль закончится через мгновенье. Ты даже этого не вспомнишь.

Иори высоко поднимает над головой руку.

— Буду рад, если я воспользуюсь тобой и вновь! Ты мне очень пригодишься!

Не успев ответить, он щелкает двумя пальцами, и внезапно испаряется Элиссу. Она словно превратилась в песок, оставив лишь за собой пылкий след.

— Мы снова повеселимся…

Возле братьев появляется кристалл. На этот раз он показывал шоу, который недавно устроил Иори.

«Еще одно воспоминание в копилку, — подумал он. — Это приятное чувство, когда убиваешь человека. Никогда этого не забуду».

— Сеиичи, — раздается имя из губ хранительницы. — Я знаю, как вернуть твою мотивацию убивать.

— Ты знаешь, из-за чего это случилось? — спрашивает он.

— Воспоминания, — подмечает она. — Ты что-то увидел знакомое, и… Это заставило пробудить положительные эмоции.

— Чего?! — парирует его друг. — Разве мы не полноценные демоны?!

— Это редкий случай. Сложно увидеть в этом мире что-то знакомое, которое сильно напомнит прошлое. Это почти невозможно. — Она слегка улыбнулась. — Вы и вправду необычные демоны, которые я встречала.

Иори тяжело вздохнул.

— Буду рад, если ты сделаешь что-то полезное. Будет от тебя какой-то толк.

— Хорошо.

Хранительница кивнула и теперь она знает, как вернуть кровожадного Сеиичи, который затерялся в его душе.

Скоро настанет судный день, который предрешит судьбу каждого.

Им нужно поторопиться.

Глава 6: Подозрение

— Так ты скажешь, куда мы идем?

Я задавался этим вопросом кучу раз, но Хабупэйн так мне и не отвечал.

— Слушай, мы сейчас с Сайко развернемся, если ты не скажешь в чем дело.

— Пожалуйста, потерпи, — говорит он. — Ты должен увидеть все своими глазами, а иначе ты мне не поверишь.

«Значит, я был прав, — подумал я. — Это опять что-то связано с мистикой. И если что-то связано с мистикой, то это говорит о том, что демоны начали действовать и что-то предпринимать. Хотя я до конца не понимаю их намерения».

Хоть убийств давно не было, мне почему-то кажется, что духи находятся где-то возле нас. Возможно, они просто скрывают свое присутствие.

— Я видел кое-что очень серьезное, — продолжает он. — Я не знаю почему, но это как-то связано с демонами.

— То есть?..

— Они где-то рядом, но я не понимаю, чем они пытаются этим добиться.

Я задаюсь такими же вопросами. Демоны давно не подавали признаков жизни, и меня это пугает. Да, убийств больше нет. После того, что случилось во сне, — они ни разу не попадались.

И чем дольше я об этом думаю, тем больше я сомневаюсь в своих словах.

Почему я вдруг чувствую в своих словах дыру?..

— Вот оно, — сказал Хабупэйн, и мы на мгновенье останавливаемся. Я почувствовал, как Сайко слегка ударилась лицом моей спиной, так как сложно разглядеть перед собой дорогу, когда на тебя светит утреннее солнце.

Я делаю из рук что-то вроде козырька, чтобы точно понять, что он такого здесь увидел. Все что я смог здесь разглядеть, так это белые стены дома Хацунэ, и на них было что-то странное. Очень странное.

— Что за?..

Когда я присмотрелся, то я увидел, как на стенах были черные символы. Другие были ничем не выдающиеся, однако справа от меня они были необычными. Они словно пульсировали, а по их жилам течет алая кровь, будто они сгорали на солнце.

«Я такое уже видел, — подумал я. — Во сне было тоже самое, когда…

Когда клятва реагировала на демона».

— Это странно, — говорит Хабупэйн, слегка наклоняясь к символам. — Клятвы не могут реагировать без особых причин. И тем более без наличия демона.

— И? Что ты хочешь этим сказать? — Я делаю вид, будто ничего не понимаю.

— Я хочу сказать, что духи никуда не уходили. — Он перестает рассматривать символы, и поворачивается к нам лицом. — Не хочу говорить, но… — Он пытается найти нужные слова, хотя и так понятно, что он имеет ввиду. — Сайко-чан. Прости, но кажется, что в тебе находится демон.

Она не сразу ему ответила, и какое-то время просто молчала. Она была не то, что напугана, она была в ужасе.

— Ч-что?..

— Послушай, — рявкнул я. — Это ведь просто невозможно. Какого черта в ней может находиться дух, если… Если в этом нет никакой логики?

В его словах что-то не складывалось. Был какой-то огромный пробел, и я его как раз и замечаю; Сайко до сих пор охвачена демоном? Серьезно? Если это было так, то он мог бы просто всех убить. Однако все живы.

— Я не верю, что это так, — продолжаю я. — Ты можешь доказать, что внутри Сайко все еще находится демон?

— Я… точно не знаю, но все это очень странно, — говорит он. — Это не может быть так, но факты здесь налицо.

— Если ты в этом не уверен, то лучше бы не говорил!

Хабупэйн хотел мне возразить, но он только успел открыть рот и не выдать ни одного звука. Мы стараемся забыть этот случай, но мы всегда возвращаемся к этой теме снова и снова.

Мы бы могли к ней возвращаться, если это нужно, но только ни при Сайко.

— Послушай. Мы будем к ней возвращаться, потому что еще ничего не закончено, даже если прошло несколько недель. — Он наклоняет голову и делает сожалеющий взгляд. — Ты и вправду думаешь, что все так легко?

— Нет, — отвечаю я. — Но…

— Вот и отлично. Акира, пока демоны не оставят нас в покое, — мы не можем держать это где-то в прошлом. Оно все-равно поглотит нас по уши, потому что они все еще живы.

Я поубивал бы их всех, если была бы такая огромная возможность. Точнее, она есть, только духи не собираются показываться нам полностью. Они ведь знают, что они в какой-то мере уязвимы.

— Я поработаю над этим, — предупреждает Хабупэйн. — Так что я все сообщу, когда я буду в этом уверен.

— Да. И не забудь про провалы в памяти, — подмечаю я. — Может, в этом есть подсказка.

Он кивнул, и мы зашли внутрь дома, чтобы обследовать его полностью. Еще он сказал, что у него пересохло в горле, поэтому не помешало бы выпить пару кружек воды.

— Я делал символы и в комнате Сайко, чтобы они лучше подействовали, — говорит Хабупэйн. — Я знаю, что ты недолюбливаешь меня, но уверяю, что это необходимая мера.

— Я не говорил, что нарисованные символы меня как-то удивляют, — говорю я, хотя я не на шутку удивился, когда встретил своих знакомых «друзей».

— Символы не действуют прямо на Сайко-чан. Они защищают от злой нечисти. Вроде экзорцизма, который ты использовал в своем кошмаре.

— Ты про рисунок с кроликом? — пытаюсь понять я.

— Они отрицательно действуют на этих духах. Как я знаю, они все боятся кроликов, словно для них это Божий крест.

— Ох, только не начинай про японскую религию, — прошу я. — Ты ведь знаешь, что я пойму лишь половину из твоих слов.

— Окей, я даже и не собирался.

Хабупэйн пожал плечами и улыбнулся легкой улыбкой.

Забыв про свою раннюю жажду выпить стакан воды, он поднимается по лестнице и удаляется за углом, оставляя нас с Сайко в полном одиночестве.

— Сэмпай, может, мы уже пойдем домой? — спрашивает она, дергая меня за рукав свитера.

— Да. Сейчас этот идиот закончит свое расследование, и вернемся к завтраку. Ты не против, если мы его подождем?

Она опустила глаза и ее лицо почему-то стало грустной. Она что, совсем не хочет оставаться у себя дома? Или ее беспокоит тема про демонов, которую мы недавно загнали? Возможно, ее волнует и то и другое.

— Я знаю, что тебе тяжело, но давай его подождем? — спрашиваю я. — Я хочу с ним кое-что обсудить.

— Если ты так хочешь, то я буду не против, — отвечает она.

Я посмотрел на нее, и я сам того не замечаю, как на моем лице вытягивается улыбка, а сделал я ее почти неосознанно.

— Сайко-чан, ты постоянно зависишь от моего мнения, — подмечаю я. — Мне как-то даже неловко…

Если так подумать, то Сайко ни разу мне не указывала что-либо делать. Она… просто следовала за мной. Я помню, как она хотела совершить суицид, чтобы закончить мои страдания. Она не ценит себя и свою жизнь. Она просто хочет, чтобы я жил счастливо.

«Похоже, она до сих пор винит себя в случившемся, — подумал я. — Это плохо».

— Тебе нужно поднять самооценку, — говорю я. — Если не будешь ценить себя и свои стороны, то ты так и останешься застенчивой девушкой.

Она насмешливо фыркнула.

— Ну-ну, кто бы говорил. — Затем Сайко возвращается в привычное положение. Теперь ее взгляд стает хитрым, а руки бегут к спине. — Ты ведь сам стесняешься, когда я к тебе близка.

— Любой бы постеснялся, — раздраженно парирую я. — И даже ты. Просто ты сама того не замечаешь.

И чтобы не продолжать этот глупый разговор, я прошелся прямо по залу и подошел к тумбочке, не давая Сайко сделать задуманное.

«Не знаю, почему она так себя ведет, но такая Сайко мне точно не по душе, — мысленно говорю я. — Слишком уж озабоченная…»

Я тяжело рассматривал белую комнату, однако краем глаза я замечаю кое-что… необычное. Я бы даже не сказал слово «странное», это действительно необычно.

Переведя взгляд обратно на тумбочку, я замечаю, как на ней есть фотография с матовой поверхностью. И я бы ни за что не обратил на нее особого внимания, если бы не одно «но».

Ошейник.

— Что-то случилось, сэмпай? — Голос Сайко доносился возле входной двери, и мне повезло, что она ко мне еще не подошла.

— Нет, все нормально, — отвечаю я. — Просто слегка задумался.

Сделав вид, что со мной все в порядке, я обратно вернул взгляд, взял фотографию в руки, и начал ее внимательно разглядывать.

— Какого черта? — прошептал я, и я крайне удивился, когда на ней я увидел Элиссу.

Она стояла возле стены школы и делала «чиз», как будто ни в чем не бывало. Однако на ее шее красовался яркий красный ошейник, словно она находилась в заложниках или под чьим-то влиянием. Но больше всего меня напрягает обстановка.

Ее фальшивая счастливая улыбка…

Рука, которая держит поводок, случайно попавший в кадр…

И самое главное… Что она здесь делает? И почему на Элиссу прикрепили ошейник? Это не похоже на безобидную шутку.

«Мне что-то подсказывает, что это как-то связано с отношениями близняшек, — подумал я. — Неужели она терпела выходки вместо Сайко-чан? Или она добровольно согласилась, чтобы защитить свою сестру? Ничего не понимаю…»

— Я здесь! — воскликнул Хабупэйн, и я сразу же кладу фотографию на место и делаю улыбку. — Акира, там все так же, как и на стенах. Теперь я уверен, что клятвы действуют именно на Сайко-кун.

— Ясно… — киваю я. — Значит, она все-таки проклята…

— Я сделал пару выводов, и могу точно сказать, что мы под воздействием злой ауры, — говорит он, и мне чертовски не понятно, что он имеет ввиду. — Я хочу сказать, что мы не помним те события, которые стоило бы помнить.

— Ты хочешь сказать, что это все из-за проклятия Аяно? — уточняю я.

Он пожимает плечами.

— Возможно. Может быть. Я точно не знаю, как он работает. — Хабупэйн ненадолго замолчал, и затем уверенно продолжил: — В старых традициях говорилось, что оно изменяет реальность, но я не понимаю, что хотели сказать этим народ.

— Ого! — восклицаю я. — Сама загадка не знает ответа на самые загадочные вопросы.

— Знаешь, я, как бы, не сверхчеловек, — говорит он, и я слышу, как его голос раздражается. — Мне не дано понимать все с первого раза. Думаешь, я легко догадался, как сделать нож, который способен разжигать слизь?

— Наверное, не с первой попытки, — усмехаюсь я. — Но спасибо тебе, что ты нам помогаешь.

Он сдержанно улыбнулся, будто не хотел принимать мои благодарности.

— Не за что. Главное, что все целы. — Хабупэйн дошел до входной двери и положил руку на ручку. — Я не потерплю, если кто-то из нас погибнет.

— Я обещаю, что все будет в порядке, — говорю я. — Будет глупо умереть в самом конце…

Я снова сделал улыбку и на мгновенье представил, как может сложиться жизнь без надоедливых демонов. Представить только, у меня появится много времени. Из-за них я даже не могу нормально учиться, и я боюсь, что до окончания триместра я могу не закончить школу, и остаться на второй год. Потом уже я буду всем объяснять, почему мои оценки вдруг ухудшились, когда в мою жизнь вторглась Сайко.

«Я точно не скажу учителю Крово, что меня преследуют демоны, — подумал я. — Так до психбольницы рукой подать».

Когда я вспомнил про «психбольницу», то я сразу вспомнил и таблетки, которая употребляла Сайко, чтобы избавиться от своей болезни. Но никто, никто не ожидал, что эта болезнь превратится в настоящий ад. Боль, которая никогда не угаснет. И только я могу помочь ей обрести нормальную жизнь, которую она так долго мечтала.

— Извини, что вторглись в дом, Сайко-кун, — извиняется Хабупэйн. — Совсем забыл спросить разрешения.

— Ничего, — отмахивается Сайко. — Все нормально. Нужно возвращаться домой, пока не вернулись мои родители.

Мы вышли из дома, а я все еще плавал в своих мыслях и раздумывал о Хацунэ. Чего она действительно желает добиться? Я знаю, что я ей нравлюсь, но чего она хочет на самом деле? Если нам и вправду удастся избавиться от демонов, то что будет дальше? Чего хочет она и… чего хочу сам я? Если я продолжаю помогать ей, то что мне это в итоге даст?

Если будет возможно, то ты должен признаться ей в любви.

Хабупэйн очень настырный. Получается что… Я должен полюбить Сайко? Да, она мне нравится, но чтобы я к ней что-то почувствовал… Нет, я не знаю, о чем даже думать. Я не знаю, могу ли я ответить взаимностью Сайко-чан, или же оставить так, как все есть? Как мне правильно поступить?

Честно говоря, я предполагаю, почему я не могу быть уверенным. Где-то в глубине души я ненавижу Сайко, и хочу, чтобы она ушла от меня куда-то подальше. Но где-то есть и другая сторона, которая хочет, чтобы я проводил с ней больше времени.

Разве я не говорил себе, что мне нравится проводить с ней время? Разве жизнь не стала веселее, когда я встретил Хабупэйна и дружных сестер? И я даже не говорю про духов, которые сидят у нас в горле. Было мне весело, когда я мог заниматься спортом и бессмысленно общаться с Синдзи?

Мне нужно в этом разобраться.

* * *

Мы втроем доходим до моего дома, и во время дороги мы успели поговорить с Хабупэйном и обговорить важные вещи.

Он сказал мне, что демоны — это возможные умершие студенты, которые жаждут возмездия нашей школы. Они планируют превратить школу в настоящее кладбище, которая не запомнится кровавой резней. Так он мне и сказал. Она не запомнится, потому что никто и не вспомнит, что в школе когда-то произошел геноцид. Он говорил, что духи «веселились» и раньше, однако они потеряли своего жертву и им пришлось искать другого, пока они не наткнулись на Сайко. Они ценят ее как орудие, и им будет несладко, если она вдруг погибнет. Возможно, один из духов может воспользоваться ее телом, но я буду приглядывать за ней и смогу убедиться, что она не будет предоставлять нам никакой опасности. Интересно, сколько мы еще сможем продержаться? И сумеем ли мы вообще уцелеть?

— На выходных я попытаюсь все разузнать, — убеждает нас в сотый раз Хабупэйн. — Вы пока отдыхайте и насладитесь свиданием, пока это возможно.

— Хватит придираться, — говорю я. — Я просто пригласил Сайко, потому что ей совсем одиноко.

— Я знаю, — со смехом сказал он. — Но все же… Будет жаль, если ты не возьмешь инициативу на…

Я захлопываю дверь, оставляя Хабупэйна одного на улице, и я крайне рад, что он не успел ничего договорить.

— Инициативу «что»?.. — спрашивает Сайко, слегка наклоняя голову.

— Забей, — говорю я. — Просто он несет всякий бред, вот и все.

— Хм-м…

Сайко посмотрела на меня так, словно в чем-то подозревала, и похоже она догадывается, что имел ввиду Хабупэйн.

— Я думаю, что он просто завидует, — говорит она. — Я видела, как он косо смотрел на мою сестру.

— В каком смысле? — спрашиваю я, не до конца понимая слова Сайко.

— Ну, сэмпай, не делай такое лицо. — Ее взгляд снова стает хитрым, и я прекрасно знаю, что он может означать. — Ты ведь знаешь, о чем я говорю.

— Нет…

Заметно покраснев, я отворачиваю от нее голову, однако она делает несколько шагов и продолжает смотреть мне прямо в глаза.

— Он думает, что мы пара, хотя у него самому ничего не получается, — продолжает она, и я замечаю, как она пытается сдержать свой смех. — Ты не думал помочь ему?

— Во-первых, мы не пара, — говорю я, и это прозвучало так, будто я разрушаю что-то огромное. — Во-вторых, я не думаю, что ему нужна моя помощь. Он ведь большой гений.

После моих слов, Сайко надула щеки и недовольно зыркнула на меня.

— Не понимаю, чем я тебе не нравлюсь…

— Дело не в том, — подмечаю я. — Ты мне нравишься, но чтобы… — Я пытаюсь найти нужные слова, чтобы случайно не сказать «я тебя люблю», а иначе она на меня точно обидится. — Как бы сказать…

Мы как-то раз уже возвращались к этой теме, вроде как… Точно не знаю, но я когда-то сказал, что мне нужно время подумать. Или у меня просто заиграло воображение?

— Ты же не будешь встречаться с другой девушкой, — говорит Сайко, снова поднимая палец к верху и делая такой тон, словно она сделала открытие или говорит важную речь.

— У меня есть много знакомых подруг, — отвечаю я. — Просто все мои друзья учатся в других школах.

Да, я сказал очень правдоподобно, однако это полная ложь. Я знаю лишь несколько подруг, но я имею с ними тесные связи, так что мы почти не пересекаемся. И тут к этому делу подошел мой друг, который хочет, чтобы я завел больше друзей противоположного пола. Конечно, у меня ничего не получилось.

— Блин, — фыркнула она. — Мог бы хоть немного подыграть.

— Так что, Сайко-чан, я не могу сказать, что я тебя люблю. — Все-таки моя воля позволила это произнести. Интересно, как она отреагирует?

— Со временем ты полностью убедишься, — говорит она, указывая на себя большим пальцем. — Никто тебя не полюбит сильнее, чем я, сэмпай.

— И с чего ты так решила? — спрашиваю я.

— А ты подумай: я к тебе сильно привязалась, потому что ты мне помог, а еще ты очень симпатичный. — На ее лице вырисовывается счастливая улыбка. — Однако тебя не полюбят, потому что все они идеальные. У них ведь есть друзья, цели… А я… — Затем ее улыбка исчезает, мгновенно превращаясь в грустную. — Наверное, со мной не весело, потому что я постоянно жалуюсь…

О нет, я не люблю этот прием, ни за что на свете! Сайко делает из себя бедную ученицу, у которой мало друзей. И еще что она не идеальная, потому что раньше ее постоянно отвергали. Как мне теперь сказать, что я ее ни за что не брошу?

— Прошу, не надо все драматизировать, — говорю я. — И если ты думаешь, что я брошу тебя ради другой, то это не так.

Если так подумать, то… А что, если я буду встречаться с другой девушкой, а Сайко оставлю в дружеских отношениях, то будет ли это считаться предательством?.. Она и вправду привязалась ко мне, а я, скорее всего, тоже.

«Я ведь разобью ее сердце, — осознаю я. — Если я так поступлю. Но разве Сайко не та идеальная девушка, с которой можно по-настоящему веселиться? Да не только с ней, но и с Хабупэйном и с Элиссу, ведь мы столько всего пережили вместе».

Я думаю, что нужно ценить то, что подкинула мне судьба. А иначе я и вправду стану предателем, и все они меня возненавидят.

— Ты мне очень нравишься, — добавляю я, будто это может что-то «исправить».

— Ну конечно нравлюсь! — восклицает она. — А иначе ты бы не обнимал меня и не делал свои жалостливые штучки.

— Чего?! — Ее слова застали меня врасплох. — Что ты хочешь этим сказать?

— Сэмпай, опять ты делаешь из себя невинного!

Странно, но она начала походить на мою маму. Она почти говорит же таким тоном, когда речь идет о Сайко.

— Ты забыл, что ты делал утром?

— А что я делал утром?..

— Блин! Я не хочу говорить это вслух!

Нет, теперь она начала походить на Элиссу, когда речь идет о том, что я трогаю Сайко без ее разрешения. Почему я вдруг чувствую себя виноватым?

— Прошу, давай забудем это… чтобы это ни было, — говорю я, и я, кажется, совсем подумал о другом, потому что Сайко, скорее всего, имела ввиду что-то другое, а не то, что я мог к ней приставать утром.

— Ты делал это с большим удовольствием, — сказала она обвиняющим тоном. — И не дал мне выйти из хватки…

Сайко приложила руки к щеке, и я вижу, что она едва покраснела.

— Постой! — восклицаю я. — Я ведь ничего утром не делал!

— Нет, делал! — парирует она. — Но я тебе ничего не скажу, потому что я хочу тебя подразнить.

Она сделала самодовольное лицо, потому что она знает какую-ту сверхсекретную информация, которая подвластна лишь мудрым людям. Однако я и вправду не знаю, что она хотела этим сказать.

Утром… я делал что-то еще?..

Я помню, как мы готовили завтрак, сушил ей волосы, и затем мы пошли вслед за Хабупэйном, который хотел показать нам кое-что важное. Но неужели я что-то упускаю? Что-то очень важное?

«Проклятие Аяно изменяет реальность, — подумал я. — Если Хабупэйн в этом разберется, то я думаю, что я все до конца пойму. Хотя в голове у меня полная каша».

Я уже натерпелся тем про кровожадных демонов и старых народов, которые как-то связан с японской религией. Я просто хочу веселиться, а не терпеть то, как в меня вонзают нож.

Он мне даже живот вскрыл…

— О чем задумался?

Когда я прихожу в себя, то вижу, как лицо Сайко было почти вплотную с моим.

— Еще раз так сделаешь… — говорю я, и хватаю Сайко за плечи, чтобы ее немного отодвинуть.

— А? А то что, сэмпай? — говорит она, снова делая хитрое лицо. — Неужели ты сделаешь что-то плохое? — Потом Сайко имитирует невинность, прикрывая рот своей рукой, который вызвал мне жуткое чувство дежавю.

— Ничего я тебе не сделаю, — признаюсь я. — Я что, похож на тех, кто любит приставать к девушкам?..

Конечно, некоторые меня считают развратником, однако в этом нет ни капли правды. Это меня окружают извращенцы, которые не могут держать себя в руках. Особенно этот загадочный Хабупэйн.

— Блин, — дуется она. — Ты чего такой правильный?

— Что? — Я моргаю глазами и затем прикрываю их, будто из меня высосали все надежды. — Ты кем меня вообще считаешь?..

— Ты прав, сэмпай. Если ты будешь приставать, например, к моей сестре, то она будет против.

Чего?.. Что это за сравнение такое?!

— Потому что вы недостаточно близки. Но…

— Постой, — останавливаю я ее. — Мы с Элиссу просто друзья. Тем более ей нравится Хабупэйн. Так что не выходи за рамки нормального.

— Нет, я делаю пример, — говорит она. — У вас ничего не получится, потому что у вас нет похожих интересов. Однако… — Она слегка наклоняется и коварно смотрит на меня. — Мы с тобой достаточно близки. Очень.

Сайко выделила слово «очень» от остальных, как будто это играет важную роль.

— Блин, ну сам подумай! — продолжает она, и мне что-то подсказывает, что с этим нужно заканчивать. — Мы даже спали вместе!

— Да остановись ты уже! — сказал я, и это немного прозвучало грубо, однако я не мог быть серьезно настроен, видя ее милое личико. — Ты тогда просто перепутала диваны!

— В любом случае это правда. Так что я думаю, что мы идеально подходим друг к другу.

Прошу… Остановите ее, кто-нибудь!

— Все, я понял тебя, — говорю я, кладя руку на ее волосы, чтобы ее угомонить.

Я стал ее гладить, хотя сделал я это почти неосознанно.

— О! — восклицает она. — Ты дотронулся до моих волос самостоятельно!

Почему она сказала так, будто я сделал огромный подвиг?..

— А что, не должен был?.. — неуверенно спрашиваю я.

— Нет. — Сайко покачала головой. — Ты стал более ближе ко мне. И мне это нравится!

Я точно не понял, что она хотела этим сказать, но я был рад, что это было так. Со временем она бывает пристает ко мне, и мне, в какой-то мере, нужно от нее «защищаться».

«До сих пор не понимаю, почему она так странно себя ведет, — мысленно сказал я. — Может, Хабупэйн знает?..»

— Можно тебя обнять? — спрашивает она умоляющим голосом.

— Нет, — строго говорю я, но на самом деле я просто ее дразнил. — Я тебе никогда разрешу обнимать, Сайко-чан. Так что держи от меня дистанцию.

Я знаю, это звучит грубо, но это для того, чтобы она ценила то, что она делает, а иначе у меня не будет времени остаться наедине с собой.

— Блин, ну почему?.. — Мне казалось, что она расплачется, но я пока вел себя гадко.

— Ты не заслужила этого, и никогда не заслужишь.

— А если я ослушаюсь? — Она поднимает на меня глаза и, кажется, она совершенно не обиделась. — То что ты со мной сделаешь?

Черт… Она решила на меня напасть. И все же… Как я могу ответить на это, если ее это так заводит?

— Ну… — Я пытался хоть что-то придумать, но ничего не лезло в голову. Я же не могу после этого сделать что-то гадкое. По-настоящему гадкое. — Не знаю. Но точно то, что тебе не понравится.

— Ну, скажи! — Она воскликнула, и я перестал ее гладить. Теперь ее глаза почему-то светились. — Ты можешь сделать задуманное, если я правда нарушу обещание.

Нет, ее это правда заводит! Сайко, в каком-то смысле, сущая мазохистка!

— Забудь, — с тяжестью произношу я. — Ты ведь знаешь, что я на такие вещи не способен.

— Хм-м… — На ее лице выросла самодовольная улыбка. — Какой же ты правильный, сэмпай.

После того, как мы зашли в дом, начали этот бессмысленный разговор. Я думал, что мы поедим в тишине, но вместо этого мы обсуждаем «это».

— Я тебя люблю, и я не против, если ты сделаешь что-то необычное.

— А… — Я будто дар речи потерял, когда услышал первые слова. — Что ты?..

— Но ты все еще меня стесняешься, — продолжает она. — Разве ты не должен себя сдерживать?

Я потерял суть нити разговора.

— Как это?.. Стоп, подожди. — Я останавливаю ее руками. — Я тебя не стесняюсь. Просто ты делаешь такие вещи, которые меня удивляет. Вот и все.

— Тогда почему ты краснеешь, когда просто гладишь себя по голове? — спрашивает она.

Это что… правда заметно?..

— Разве?

— Ну конечно! Сэмпай, вместе со мной ты не чувствуешь себя в полном комфорте. Ты ведь знаешь, что я не буду от этого против.

Я знаю Сайко с ног до головы, но она абсолютно права. Я чувствую себя эгоистом, когда позволяю себе слишком многого. Даже дотронуться до ее головы слишком сложный поступок.

— Например, если ты будешь обнимать меня каждое утро, то я тоже буду не против! — вставляет она.

— Это будет лишним, — отвечаю я. — И вообще… Когда я делаю что-то «невообразимое», то Элиссу начинает на меня неровно дышать.

— Правда? — Ее голос был удивленным, но в то же время разочарованным.

— Д-да… Она не хочет, чтобы я к тебе как-то приближался.

Она недовольно фыркнула.

— Это неважно, сэмпай. Просто она мне завидует.

А я думал совсем иначе…

— Не бойся, со временем моя сестра привыкнет. Я ведь тоже не против, если ты это будешь делать!

— Я и не собираюсь это делать! — восклицаю я. — Я ведь тогда умру от стыда…

Это приятно обнимать человека, особенно сзади, сам убедился. Но я уже не буду чувствовать себя прежним, а эгоистом, который без особых причин обнимает ученицу.

«Дружеские объятия?.. — подумал я. — Нет, это точно будет что-то другое…»

— Ты потом привыкнешь, — говорит она. — Я уверен, что ты примешь меня такой, какая я есть.

— А, ага…

Я спокойно улыбнулся, и очень зря, что я расслабился в нужный момент. Сайко словно взрывается внутри и внезапно обнимает меня. Я даже не сразу этого замечаю, так как я плавал в своих мыслях.

— Знаешь, а ты мне нравишься таким, каким ты сейчас есть, — говорит она. — Я очень рада, что ты не из тех, кто любит всякие развратные вещи.

Слово «развратный» здесь вообще ни к чему.

— Да о чем ты говоришь?.. — тяжело спрашиваю я, и я чувствую, как мои ребра могут сломаться от ее крепких объятий.

— Обычно я встречала таких парней, которые только и думают о том, как залезть под юбку, — говорит она.

— Постой! Этот разговор вообще ни к чему!

Какого черта мы об этом говорим?!.. Мои внутренности могли сгореть от стыда!

— Поэтому я тебя сильно люблю, — продолжает Сайко. — Ты тот человек, которого я так давно искала!

И когда она сказала последнюю фразу, я почему-то вдруг успокоился. Я что, так сильно этому рад?

— Правда… что ли?..

— Ага, — кивает она. — Ты единственный, кто понимает меня с полуслова. Лучше, чем моя сестра.

Неужели я и вправду так много ей значу? Я ей намного важнее, чем ее родная сестра?.. Нет, это совсем неправильно.

— Не говори так, — сказал я, хватая ее за плечи, и она убирает руки с моей спины. — Элиссу тоже для тебя важнее. Как и Хабупэйн. Он ведь помог тебе избавиться от проблемы.

— Это другое, — недовольно говорит она. — Сэмпай, неужели ты не понимаешь?

— Не особо…

— Они мне просто друзья, а ты больше, чем просто друг. Мы даже готовили вместе, хотя с сестрой я никогда не готовила. — Она улыбнулась, но в улыбке я видел легкое разочарование. — Я всегда оставалась одна, но ты помог мне вернуться в клуб, и я смогла с ними заговорить. Ты дал мне уверенности.

Вот оно. Теперь все стало на свои места. Значит, для нее я и вправду больше, чем просто какой-то друг. Я ее подлинный спаситель.

— Если бы не ты, то я бы не могла быть счастливой, — говорит Сайко. — А если бы не я, то ты бы скучал на выходных. Разве это не судьба?

— Я понял, — говорю я, делая сдержанный смех. — Похоже, нас связала сама судьба.

Она счастливо кивнула.

— Здесь нам суждено добиться счастья, сэмпай!

Я улыбнулся, и я рад, что все заканчивается на хорошей ноте. И чтобы она была еще лучше, я впервые за все время обнимаю Сайко первым. Я уже и вправду не мог себя сдерживать.

— Ха! Я выиграла! — говорит она. — Говорила же, сэмпай, я тебе нравлюсь!

— Ну да, — неуверенно произношу я. — Так и есть.

— Еще ты считаешь меня милой, но не хочешь этого признавать!

— Я такого не говорил. — Я отпускаю Сайко и отхожу от нее на пару сантиметров. — Знаешь, у тебя особенная красота.

— Я знаю, правда… — Она указывает руками на волосы. — Только не понимаю, что делать с волосами. Они никак не хотят быть ровными.

Действительно. Я за долгое время замечаю, что после той ночи у нее до сих пор не вернулась прическа. Как она не пыталась их выровнять, они все еще оставались такими, какими они есть.

— Ты и так мило выглядишь, — говорю я, и я почему-то почувствовал себя смелым. Может, я наконец снял с себя тот барьер? — Есть вариант еще раз постричься, однако я не думаю, что из этого можно сделать нормальную прическу.

— Думаю, они со временем срастутся, — говорит она. — А тебе больше нравятся распущенные волосы, или короткие?

— С чего такой вопрос?

— Я хочу, чтобы ты мной восхищался. Ну, скажи, что тебе больше нравится?

Я стал размышлять над ее вопросом.

— Ну-у… Мне скорее зайдут короткие, — отвечаю я. — Хотя тебе и распущенные подойдут, я полагаю.

— Когда будет новая жизнь, я обязательно сделаю распущенные! — восклицает она, и я вижу, как она была этим довольна еще сильнее. — Тогда ты точно не сможешь сорвать с меня глаз.

— Да, только… Разве с длинными волосами комфортно ходить?

— Хм-м… — Она призадумалась и окунулась в пищу размышлений. — Их можно просто завязать, и они не будут тебе мешаться.

— Ясно…

Еще раз сделав улыбку, я наконец замечаю, что мы долгое время стоим на одном месте. У меня даже начали затекать ноги.

— Застоялись мы, как-то… — говорю я.

— И правда. — Она посмотрела на меня и затем ринулась в ванную, чтобы скорее всего переодеться. — Я быстро, сэмпай!

— Хорошо!

Сайко удаляется за дверьми ванной, и я остаюсь в комнате один.

— Хм… странно…

С мыслями в голове я сажусь возле стола и облокачиваюсь, потому что именно в такой позе мне лучше все думается.

— Я что-то делал еще утром, — размышляю я. — В этом явно замешано проклятие.

В старых традициях говорилось, что оно изменяет реальность, но я не понимаю, что хотели сказать этим народ.

— Народ. — Я невесело усмехнулся. — Что за народ?..

Изменяет реальность…

Проклятие Аяно может менять реальность.

— Есть у меня предположения…

— Я вернулась!

Услышав веселый голос Сайко, я тут же отхожу от своих мыслей и обращаю на нее внимание. На ее теле снова была надета футболка.

— Я вот что заметила, сэмпай. Ты как-то легко согласился дать мне свою одежду. Разве это не должно тебя смущать?

— Нет, — отвечаю я, и это чистая правда. — А что?

— Просто… — Она переводит взгляд на футболку и слегка растягивает ее. — Она контактирует с моей голой кожей. Я думала ты скажешь, что это совсем за грани нормального.

— Я это делаю не один раз, — говорю я. — Поэтому я к этому привык.

— Что? Ты давал свои вещи еще одной девушке?

— Да нет! Просто эти вещи забирает кто-то другой, поэтому…

— А! Так вот в чем дело! — улавливает она. — Нет, сэмпай, ты должен носить ее после меня! Это сблизит нас еще сильнее!

— Нет, ни за что. — Я стараюсь скрыть смущение, будто меня это никак не волнует. — Я не буду носить футболку. Можешь забрать ее себе, как подарок.

— Так нечестно! — Ее тон становится недовольным. — Сэмпай, устроим состязание?

Черт… Так и думал, что она придумает что-то глупое.

— Какое еще состязание?

— Если я выиграю, то ты наденешь мою футболку. А если я проиграю… Можешь сделать со мной, все что захочешь!

— Все что… — Я резко поднимаюсь со стула. — Подожди! В каком это смысле «все что захочешь»?

— Но только в рамках разумного, — подмечает она. — Я не позволю тебе сделать что-то пошлое, или сделать мне больно.

Я прикрываю глаза.

— Да за кого ты меня вообще принимаешь?..

— В любом случае на твой выбор. Ну что, ты согласен?

После ее предложения я раскидывал умом, что можно такого сделать после выигрыша. Нужно придумать что-то такое, что будет в мою пользу…

«Точно! — врывается идея. — Я ведь могу сделать что-то интересное. Например, надеть в костюм горничной. Или нет, это будет слишком?..»

— Ладно, — соглашаюсь я. — Во что будет играть?

— В «камень, ножницы, бумага», — говорит она. — Если ты выиграешь, то можешь сделать со мной все что захочешь. А если проиграешь… — Теперь ее голос стает более коварным. — Ты наденешь футболку, которая у меня на теле!

— Понял. — Я готовлю руку к бою. — Ну что, ты готова?

— Ага!

Она тоже выставила руку, и через мгновенье игра начинается.

— Камень, ножницы, бумага! — говорит Сайко, и мы оба выставляем ножницы. — Хм, ничья…

— И что, мы на этом закончим?

— Нет-нет! Пока кто-то из нас не выиграет, — игра не закончится.

— Вот оно как…

Мы продолжили играть.

Камень…

Ножницы…

Бумага…

Все это напоминает мне игру на выживание. Я словно борюсь за свое существование, которое может внезапно прекратиться. Однако это просто безобидная игра, и если я проиграю, то ничего особого не случится. Я ведь не умру после этого, правда?.. Это просто безобидная игра.

— Ну что, сэмпай?

— А?

Когда я вышел из раздумий, то я вижу, как моя рука превратилась в камень, а у Сайко…

— Бумага…

— Ха! Я выиграла! Снова!

Она радостно поднимает руку, а я глотал горечь поражения, который поглощал меня полностью.

— Ну что, сэмпай? Как ты себя чувствуешь?

— Да я тебя…

Я думал уже защекотать ее до смерти, но я держал себя в руках. Я ведь сам виноват, что отвлекся в нужный момент.

«Как у Хабупэйна всегда удается выигрывать? — подумал я. — Мне кажется, что именно я не умею правильно в это играть».

— Ладно, давай сюда футболку. — Я тихо фыркнул и протянул к ней руку.

— Ты что… — начинает она, — хочешь, чтобы я сняла футболку прямо здесь?

Черт, совсем забыл!

— А-а! Нет! — Я размахиваю руками. — Просто задумался…

— Я не против, но… Я думаю, что мы до этого еще не дошли.

— Еще? — повторяю я.

— Не думала, что ты такой забывчивый. Я сейчас, сэмпай.

* * *

Я бы не сказал, что я могу умереть от стыда, но кажется, что это может и вправду произойти, потому что я надел на себя футболку, которая недавно носила Сайко.

— Сэмпай! — смеется она. — Ты красный как помидор!

— Заткнись! — говорю я. — Меня это никак не волнует!

И меня бы это и вправду не волновало, если бы не ее запах. Я чувствую запах ее тела, и именно это меня сейчас волнует. Я будто с ней стал единым целым.

— Я знаю о чем ты думаешь. — Сайко сзади обхватывает меня руками и прижимает к себе. — И я думаю, что в этом нет ничего плохого.

«Как она могла догадаться, что меня волнует запах? — подумал я. — На лице, что ли, написано?»

Мы сидели на диване, а под ногами была толстая простыня.

Что-то мне не нравится вся эта обстановка…

— А зачем меня тогда обнимать? — тяжело спрашиваю я.

— Сэмпай, если ты еще не понял, то таким способом мы можем стать ближе, — говорит она. — Так ты привыкнешь ко мне еще больше.

И я не просто надел на себя футболку, так мы еще ими и обменялись. Я краем глаза видел, как она принюхивалась к моей одежде.

— Правда, что ли?..

— Да…

Я чувствовал ее дыхание, и то, что ее руки потянулись к плечам.

— Что ты?..

Она стала их сжимать, а на мгновенье я почувствовал такое огромное облегчение, которое я хотел бы иметь после школы. Однако…

«Все-таки меня пугает сама атмосфера, — мысленно говорю я. — Слишком уж мне спокойно. Тем более мы только и делаем, что отдыхаем. Неужели демоны оставили нас в покое?»

«Нет, — отрицает внутренний голос. — Оставь эти мысли где-то позади. Сейчас ты можешь просто отдохнуть от всего этого. Ты заслужил настоящий отдых. После всего, что ты пережил».

Да… это действительно так. Я заслужил немного себя побаловать.

— У тебя крепкие мышцы, — подмечает Сайко.

— Тренировки не пропали даром, — говорю я, и меня ненадолго охватывает чувством дежавю, хотя я почти на него не обращаю внимания. Я потерял рассудок, когда она сжимала мне плечи медленными движениями. — Зачем… ты это делаешь?..

Ее чертовские маленькие ручки так и просили меня отложить сомнения. Однако я не могу полностью расслабиться.

— Ты в последнее время напряжен, — отвечает Сайко. — Неужели я тебе мешаю?

— Нет. — Я медленно качаю головой. — Просто я не могу расслабиться, зная, что еще ничего не закончено.

— Блин… — Ее руки переместились немного ниже. — Если ты не дашь своему телу достаточного отдыха, то ты будешь раздражительным.

«Я знаю, — отвечаю я не вслух. — Я был раздражительным, когда в моем сне встречали две крольчихи. Однако это давно позади».

— Поэтому я хочу, чтобы ты меня не стеснялся, — продолжает она. — Я хочу отблагодарить тебя сполна, что ты подарил мне надежду.

— Надежду, значит… — тихо произношу я.

— Ты помог мне, а я никак не могу тебе заплатить. Разве это честно?

— Но я не просил тебе что-то мне делать, — вставляю я.

— А тебе и не нужно, — парирует она. — Я сама вижу, когда тебе нужна помощь.

Возможно, это даже так. Я никому не говорил про свой день рождения, хотя я планировал просто его оставить. Я ведь… редко праздную вместе с родителями. Но они попросили моих друзей приглядеть за мной, и все удалось на «ура». Я ведь был тогда счастлив? Несомненно. Тогда чего я хочу, лишь валяясь на кровати, смотря на темный потолок, который с каждым разом становится ко мне все ближе? Я просто должен принимать помощь. Хоть это поступок эгоиста.

— Так что просто расслабься, — говорит Сайко и, словно по приказу, я расслабляю все мышцы, и мне становится намного комфортнее.

«Наверное, не все так уж и плохо, — думаю я. — Мне просто нужно отложить сомнения. Вот что сейчас важно».

Теплота ее тела. Руки, сжимающие мои мышцы. Что может быть лучше?

— Ты очень милый, сэмпай. — Она перестает делать мне массаж и ложится мне на колени, будто мы поменялись ролями.

— И к чему это было? — со смехом спрашиваю я.

Лицо было повернуто к залу, и я не видел, что она сейчас чувствует. Могу догадываться, что ей комфортно находиться на моих коленях.

Я принял то, что есть, и просто погладил ее по голове. Я услышал тихие довольные мычания, и мне это показалось забавным.

«А как она отреагирует, если я…»

Я решил и вправду позабавиться, переместив руку с головы прямо до ее плеч. Как она на это отреагирует?

«Молчит, — замечаю я. — Похоже, это ее ни капли не волнует».

Но я решил идти дальше. Медленными движениями я перемещаю руку по ее телу, пока она не доходит до боков живота, и теперь я точно уверен, что ее это смутит. Однако я не услышал ни одного недовольного фырканья, будто в этом нет ничего плохого, и это правда.

«Я думал, это ее смутит, но она мне доверяет. Больше всего на свете».

— Эй, Сайко-чан…

Внезапно она меняет положение, и ее нос встречается с моим животом, а руки обводят мою талию.

— Она что, уснула?..

Нет, это такого не может быть. Она просто притворяется. Притворяется, ведь…

Я мог бы уснуть вместе с ней, если бы не мой телефон. Он завибрировал, и я сразу же просыпаюсь, когда я резко достаю его из кармана.

— Хабупэйн, — тихо произнес я. — Что ему нужно?

Я открываю вкладку с сообщениями и начинаю изучать содержимое.

«Я понял, почему символы были сожжены, — написал он. — Вы ведь придете завтра в школу?»

Несколько раз прочитав сообщение, я наконец ему отвечаю.

«Да, — пишу я. — Почему бы и нет?»

«Потому что это очень важно, — резко отвечает он. — Это не из-за демона. Это еще хуже».

«Хуже?»

«Просто приходите завтра. Мне нужно кое в чем убедиться».

Я глубоко вздыхаю и убираю телефон обратно в карман. Сайко слегка пошевелилась у меня на коленях.

— Не могу поверить, что она заснула, — говорю я. — Еще и Хабупэйн написал…

Это не из-за демона, но это намного хуже.

Значит… внутри нее нету духа? Неужели она проклята?

— Нет, бред какой-то…

Вместе с этими мыслями, я засыпаю с Сайко за компанию.

«Не могу поверить, — подумал я. — Демоны решили дать мне отпуск».

Хоть так и кажется, что я давно с ними не встречался, но я уверен, что они все еще рядом. Просто они не выдают себя, а наблюдают за нами, чтобы выбрать подходящий момент.

Мы не можем об этом молчать, пока демоны живы.

Хабупэйн прав. Абсолютно. Пока они живы — нам ни за что не удастся начать новую жизнь.

Интересно, скоро ли она настанет?

Глава 7: Инорукая

— Ну что там?

Иори задавался этим вопросом тысячу раз, но хранительница давала один и тот же ответ:

— Сложно сказать, однако Сеиичи может умереть, если он будет под влиянием ауры.

— Ауры? — переспрашивает он.

— Если Сеиичи будет получать знания из своей прошлой жизни, то он может просто умереть от переизбытка. Поэтому нужно, чтобы он оставался демоном.

— Так это можно сделать или нет? — Иори раздражается, потому что она не давала точного предположения.

— Это возможно, — аккуратно отвечает девушка, проводя пальцами по руке духа. — Однако ему нужно получать отрицательные эмоции, а иначе… Ты сам понимаешь.

Он вздыхает и переводит взгляд на кристаллы. От одного его тошнило, что эта парочка хорошо проводит время.

— Давно они не страдали, — подмечает Иори. — Сеиичи, разве ты не желаешь их убить?

Он отклонялся от ответа.

— Не знаю…

— Не знаю? — в шоке повторяет он. — Боже… И какого черта меня сюда занесло?

Девушка в тишине проводила пальцами, оставляя на руке голубые следы.

— И вообще, тебя можно называть по имени?

Она останавливается и поднимает на него взгляд.

— Говорю же, это правило не действует в этом мире, — отвечает хранительница. — Поэтому можешь.

Их снова настигла огромная тишина, пока она не произнесла свое имя чуть ли не шепотом:

— Ты можешь звать меня Рикарда. Только прошу, не смотри мои воспоминания.

— Я знаю, кто ты, — отвечает Иори. — Ты обычная студентка, которая умерла из-за своей глупой подруги. Соболезную тебе.

— Это сарказм? — Она продолжила наносить клятвы, пока Сеиичи внезапно не всхлипнул. — Больно?

— Нет. — Он качает головой. — Все нормально.

— Ты можешь уйти из этого мира, если сам того не желаешь.

— У меня есть дела и поважнее, — усмехается демон. — Я не могу уйти, пока… Пока эта школа стоит на ногах.

— А ты помнишь, почему ты хочешь всем отомстить? — спрашивает Рикарда.

— Не особо. Я помню, что я ее просто возненавидел. Я, может быть, потерял близкого человека.

— Вот оно как…

Девушка встает с земли и смотрит на Иори, который вцепился глазами на осколки.

— Я ненавижу их, — говорит он. — Меня от них тошнит.

— Судный день начнется совсем скоро, — предупреждает она. — Вы создали слишком много проблем, и из-за этого…

— Эй, я знаю, что мы переборщили с тем, что мы пытаемся соединить их мир с нашим. Не стоит нас в этом винить.

Рикарда набирает воздуха в легкие.

— Это вы хотите разрушить школу, никто больше. Поэтому не перекладывайте ответственность на кого-то другого.

— Чего-чего?

Иори повернулся к ней и брызнул яростным взглядом.

— Хочешь сказать, что это мы виноваты?

— Ты один виноват, — отвечает девушка. — Когда Сеиичи тебя не контролирует, ты начинаешь беспредельничать. Однако он соблюдает правила мира, поэтому у него хорошая репутация.

— Ах ты…

— Постой.

Сеиичи встает с пола и останавливает своего друга рукой.

— Сейчас нет смысла ссориться. Нужно решить твою руку и… мою болезнь, которая взялась черт откуда.

— Хорошо, — смирился Иори. — Может быть, я в какой-то степени виноват. Однако я не понимаю, почему ты не можешь нам помочь.

— Я хранительница, а не ваш спаситель, — отвечает Рикарда. — Да, я могу помогать демонам с их проблемами, но точно не с физическими.

— Окей… А может ли нам помочь кто-то другой?

— Да, — кивает она. — Ваша госпожа.

— О нет…

— Госпожа? — переспрашивает Сеиичи.

— Это та, которая даровала тебе силу, — объясняет девушка. — Но я сомневаюсь, что вы можете с ней встретиться.

— Тогда почему мы говорим о ней? — шипит Иори. — Наоборот, я не хочу с ней встречаться. Я все еще не забыл, что она с нами сделала.

— Но вы согласились. Поэтому вы не должны возненавидеть ее.

Демон закатывает глаза, а у Сеиичи будто побежали мурашки по коже.

«Госпожа?.. Кто она?.. — подумал он».

— У тебя точно что-то не так с головой, — говорит его друг. — Мы избавимся от твоей болезни, когда я от них избавлюсь. И ты вернешь свою репутацию.

Иори злобно усмехнулся.

— Если у тебя есть план, то старайся следовать ему, — говорит хранительница. — Только не разрушь вселенную.

— Ладно.

Он лениво махнул головой и испарился в воздухе. Теперь у него есть некий план, который может вернуть злобу Сеиичи обратно ему в руки.

Неужели он хочет убить «четверку» новыми методами?..

— Значит… мне нужно почувствовать злобу? — спрашивает Сеиичи.

— Нет ничего хорошего чувствовать ярость, — говорит хранительница. — Но мы все заложники, поэтому я сделаю все, чтобы ты остался таким, каким ты есть.

Он слегка улыбнулся, и когда он почувствовал теплоту из слов девушки, он тут же хватается за голову.

— Совсем забыла, — прошептала она. — Как я поняла, ты начал использовать эмоции, присущие человеку. Это очень плохо. — Рикарда подняла на него глаза. — Постарайся наблюдать за фрагментами прошлого, а я что-нибудь придумаю.

Сеиичи кивнул, и девушка тут же растворилась в воздухе, словно ее здесь никогда и не было.

— Осколки, значит…

Он повернулся к ним и стал рассматривать их записи, которые они успели запечатлеть.

— Когда я увидел их вместе, я будто…

Демон… нет, человек снова схватился за голову и резко отвернулся от осколков.

— Да что со мной такое?.. От одного вида я…

Теперь он схватился обеими руками и сполз обратно на землю.

— Я будто схожу с ума… Кто-нибудь…

Я впервые вижу такое явление. Демон будто превратился в человека. Просто невообразимо! И лишь благодаря увиденному фрагменту! Какую нужно иметь силу, чтобы так сильно на него повлиять?

Как-то раз это уже случалось и с Иори. Когда на него подействовали клятвы, он буквально молил о пощаде! Значит… в душе они были людьми, однако они поддаются правилам, которые написаны в мире Духов. Что-то здесь не так…

Они будто и не хотят быть демонами.

— Я слабак, как и раньше… — бормочет Сеиичи. — Ничего не изменилось… — Внезапно его красные глаза приобретают легкий голубой цвет, который не должен никогда происходить. — Что со мной такое?..

Это странно. Очень странно. Почему он так себя ведет? Почему демон превратился в обычного студента? Как такое может быть?

Наверное, мне нужно действовать и самой. Я должна понять, каково это быть демоном, испытывая невыносимую боль, которая взялась будто по щелчку пальца. Надо только найти этот мир, но это почти невозможно! Однако бездействие тоже ни к чему хорошему не приведет.

Я постараюсь найти нужный мир и помочь всем остальным. Уверена, с этой задачей я смогу справиться, если я приложу достаточно усилий.

Прошу, дождись меня, Сеиичи.

* * *

Солнце словно пекло мне спину, но это только мне казалось. На деле мне было ужасно жарко. Мне даже показалось, что у меня температура, но из-за толстого простыня ситуация казалась еще хуже. И еще что не мало важно…

— Боже… почему у меня так раскалывается голова?..

Меня волновал не только высокий жар, так это то, что перед моими глазами были женские ноги, будто они манили меня своим видом. Так и получилось.

Ноги Сайко дразнили меня все сильнее и сильнее, заставляя меня протянуть к ним руку и неосознанно погладить их. От одного легкого движения я вижу, как у Сайко побежали мурашки.

— Постойте…

И я внезапно просыпаюсь, осознавая, что я только что сейчас делаю.

— Какого?!

Я поднимаю торс на диване и смог разглядеть, что Сайко была рядом с моими ногами.

— Она что, снова заползла мне в постель? — подумал я, и я сразу же вспоминаю, как это так вышло. — А, нет… Мы ведь уснули вместе. И сколько вообще сейчас времени?..

Сайко зашелестела в постели и сонным взглядом поднимает на меня голову.

— Эй, ты что делаешь?.. — устало говорит она, становясь на колени, прямо как какая-то кошка.

— Ничего, — нервно отвечаю я. — Я просто…

— Нет… — Сайко стала ползти ко мне. — Ты зачем мои ноги обнимал?..

— А-а…

И как мне, по-вашему, нужно на это ответить?

— Я тебе нравлюсь? — внезапно она задает вопрос, и я сразу же понимаю, как опасно будить Сайко, которая находится между сном и настоящей реальностью. — Или ты меня настолько сильно любишь?

— Хватит уже, — говорю я. — Я знаю, что ты специально уснула на моих коленях.

А иначе никак не объяснишь, почему она начала делать мне массаж и заставила расслабиться. Все ради того, чтобы уснуть вместе со мной!

— Так делают только парочки.

Она подползла ко мне и села на мои колени, чтобы не дать мне встать с дивана. Может показаться, что она просто глупая ученица, а на деле она очень хитрая.

— Говорю же, это просто случайность, — оправдываюсь я.

— И если ты продолжишь делать невинное личико, то я тебя поцелую.

Черт! Я в ловушке! В самой настоящей ловушке!

Сайко ведет себя крайне несдержанно, и меня это пугает. Что же мне делать?

— Н-нет, не надо, — говорю я. — А иначе…

Я не сразу замечаю, как ее лицо было возле моего. Сайко находится не в себе, и это достаточно опасно.

«И почему же всегда утром что-то обязательно приключится? — подумал я. — Меня это бесит».

— Простите за вторжение! — внезапно раздался женский голос, который закрыл за собой дверь.

— Элиссу… — бормотал я. — Только не она.

— А? — Сайко откликнулась на голос. — Сестра, мы…

Была не была. Чтобы спасти нас обоих, я решился на крайние поступки.

Я взял одеяло с дивана, положил Сайко на подушки вплотную и закрыл ее, не давая ей встать.

Со стороны это выглядело так, будто я взял ее силой и хотел с ней что-то сделать. Но у меня просто не оставалось выбора. Если она нас увидит в одном диване вместе… Это ничем хорошим для нас не закончится.

— О, Акира-кун! — радостно встретила меня Элиссу. — Я заходила домой к Сайко, но ее родители сказали, что ее сегодня нету дома. Я сразу и поняла, что она может быть у тебя в гостях.

— А, да… — промямлил я. — Она осталась у меня на ночевке.

Надеюсь, ее не смутит то, что она «осталась у меня» переночевать? Вдруг она выдумает лишнее?

— Вот оно как… — ответила она, и положила на стол белый пакет. — Твоя мама сказала, что ты не умеешь готовить и не можешь следить за рационом питания. Поэтому приготовила тебе, чтобы ты смог нормально позавтракать.

— Да, спасибо, — говорю я.

Прошу, просто уйди из кухни!

— Кстати, — начинает Элиссу, — а где Сайко-чан?

«Все, я точно попал, — подумал я. — Если я скажу, что она у меня возле дивана…»

Чтобы не показаться ей в подозрительной позе, я отпускаю Сайко, и я крайне радуюсь, что она не шевельнулась под одеялом. Возможно, она поняла мой план.

— В ванной, — отвечаю я. — Она сейчас… умывается.

И тут я мгновенно понимаю, какую ошибку я сейчас допустил.

Вода ведь в ванной не включена.

— Но там ведь тишина, — подмечает она, и я сразу же улавливаю на себе подозрительный взгляд. — Акира-кун?.. Где Сайко-чан?

Черт!

— Ну… как бы сказать…

Надо было сказать, что она находится в туалете, но я выбрал самый наиглупейший вариант! И эта ошибка может стоить мне жизни!

— Она там, просто…

— Не ври мне! — восклицает Элиссу. — Где Сайко-чан?! Куда ты ее дел?!

Она у меня под одеялом, но… Если я скажу это, то что она обо мне подумает? Что я чертов развратник, мечтающий переспать с девушкой? Да черта с два бы такое хотел!

— Хм-м-м-м… — Элиссу косо посмотрела на меня и подозрительно замычала. Неужели она подозревает, что Сайко может быть под одеялом? Не знаю, решится ли она поднять его. — Ха! Попался!

Нет! Я ошибался!

Я крепко вцепился в белое одеяло, но уже было поздно. Элиссу вырывает у меня из рук покрывало, и я даже на мгновенье прищурился, словно ожидая ее удара. Однако ничего не произошло. Вместо этого она уставилась на меня и на Сайко, которая также не теряла своего положения.

«Думаю, притворяться мертвым бессмысленно, — мысленно сказал я».

Я открываю глаза и вижу озабоченное лицо, которое постепенно превращалась в смущение вперемешку со злостью. Я придумывал тысячу оправданий насчет этого, но все они были либо неубедительными, либо слишком нелепые для этой девочки. Хотя я больше представляю, что она сейчас об этом думает.

Акира озабоченный извращенец! Как ты мог так поступить с ней?!

— Почему она… ты… — Нет, наоборот, она не может подобрать слов. Самое время оправдываться.

— Понимаешь ли… она…

— Я просто спала с сэмпаем! — неожиданно вскакивает Сайко. — Почти… — тихо добавляет она, и это только заставило Элиссу усомниться в ее словах.

Ты что, издеваешься, черт возьми?! Она меня прикончит!

— Что?! Почему ты без низа?! — Теперь ее волновало другое. — Акира-чан, что ты с ней сделал?!

— Ничего! — оправдываюсь я. — Я просто предложил ей надеть свою футболку! И всего-то!

Мои слова не только заставили краснеть Элиссу сильнее, но и разозлиться на меня без каких-либо причин.

Точнее, мне так казалось. Но все обошлось, когда я внезапно услышал от нее облегчение. Что же ее так успокоило?

— А, ясно…

Злость перешло в смущение, а смущение в покой. Какое-то время она просто стояла с опущенным взглядом на ковер, который оставил для меня кровавые воспоминания.

До сих пор помню эту боль.

— Я подожду на улице, — сказала она и быстро удалилась из дома.

Я сам в какой-то момент поддался раздумьям, но затем встал с кровати и полным ходом стал одеваться в школу. Сайко подалась моему примеру.

— Что это за пакет? — спросила она и я быстро ответил.

— Бутерброды. Она мне часто их готовит.

— Вот оно как… Я возьму кусочек?

Не спрашивая моего разрешения, она взяла бутерброд и проглотила разом. Однако то, что произошло (если это вообще можно назвать происходящим) заставило меня потерять аппетит. Поэтому я воздержался от еды и приступил к выходу.

* * *

Дорога была напряженной. Элиссу вдруг закатило депрессией, словно ее тревожило то, что Сайко была со мной в одной постели. Но какая ей разница? От этого ничего не поменяется.

— Ты так и будешь молчать? — спрашиваю я, но она продолжала молчать.

— Она какая-то грустная, — с сожалением говорит Сайко.

Я киваю в ответ.

— Наверное, ее волнует, что я провожу с тобой много времени, — продолжает она.

— И что с этого? — удивленно говорю я. — Я же не заставляю тебя не общаться с ней.

Элиссу была достаточно близка к нам, чтобы слышать наш разговор. И да, я специально говорил громко и четко.

— Хотя когда я сказал про футболки, то это сильно ее встревожило.

Но я тут же засиял идеей. Может быть, она ревнует по отношению к Сайко? Она тоже хочет спать вместе с ней, одевать общую одежду, разговаривать и просто весело проводить время. Я знаю, что у этих сестер были несладкие отношения, но ведь сейчас уже другое время.

— Давайте лучше решать, что будем делать дальше, — предлагаю я, правда не до конца понимаю, что я хотел этим сказать.

— Мы? — откликается Элиссу. — А что мы можем сделать?

— Например, мы не до конца разобрались, кто такой демон. Давно он уж не проявлял себя.

— Разве? — подключается Сайко. — А мне казалось, что недавно.

— Смотря как ты имеешь ввиду.

Я улыбнулся, и сестры улыбнулись вместе со мной. Как же приятно снова избавиться от лишней напряженности.

— Что ж, тогда нам есть о чем поговорить.

Еще пару шагов, мы наконец достигли до дверей школы, благополучно зайдя в кабинет нашего класса. С Элиссу мы разделились, но меня все-равно не покидало чувство, что она может ощущать себя одинокой. Я сделаю все возможное для своих друзей, но не знаю, как и когда мне нужно поступить правильно. Я ощущаю некую дыру в голове, словно я выбросил из памяти много важных вещей. Может ли замешан в этом Хабупэйн? Возможно, хотя чего его постоянно винить… Скорее всего, я просто устал от рутины.

— Эй, сэмпай, ты как? — Сайко наклонилась рядом надо мной, когда в это время мой лоб приклеен к парте.

— Все нормально, — отвечаю я, поднимая голову, — просто я устал.

— Хм-м, жаль… — Она тут же засияла улыбкой. — Может, небольшие объятия тебя взбодрят?

— Обойдусь.

Не хочу, чтобы видели нашу симпатию другие одноклассники.

— Кстати, что-то давно не видно Хабупэйна, — замечаю я. — Ты его видела?

— Не-а, — ответила она, покачивая головой. — Обычно он должен находиться в клубе.

— Нужно это проверить, — говорю я, задевая коленкой парту, когда я резко встал со стула. — Ай!

— Эй, аккуратнее!

— Все нормально!

Погладив ушиб, я быстро ринулся в клуб. Не знаю почему, но я шел туда быстрыми шагами, будто если я пойду медленнее, то меня может ждать беда. Хотя на самом деле я знаю, что урок должен начаться совсем скоро, поэтому я спешил прямиком туда, в клуб. Там обязан быть Хабупэйн.

Достигнув до дверей клуба, я чуть ли не врываюсь сюда с грохотом.

Сердце у меня колотилось до ужаса, но когда я вижу перед собой повернутую черную спину, то я вдруг успокаиваюсь.

Точнее, я вижу не просто чей-то знакомый затылок, а важного мне человека, казавшиеся мне темной тайной и неоспоримым желанием его разгадать.

Это Хабупэйн.

И он держал в руках какой-то холст.

— Эм, дружище?..

Но напряжение снова взяло вверх надо мной. Я медленно подошел к своему другу и взял его за плечо. На мои прикосновения он даже не дернулся, однако повернулся в мою сторону.

На его глазах можно было разглядеть усталость. Невыносимость. Тяжесть.

Я внезапно почувствовал его ауру отчаяния, будто он пережил больше боли, чем я. Но откуда мне знать наверняка? Я ведь даже не знаю его, и не знаю, чем он раньше занимался. Я считал его простым безумцем в поисках демонов, а теперь… Я отчетливо вижу, что это не так.

— Взгляни, — сказал Хабупэйн, не сразу повернув холст в мою сторону.

Я пригляделся.

На ней была изображена обычная школьница с черными волосами.

Сначала я не обратил на нее особого внимания, но когда посмотрел на ее одежду, то мое любопытство к картине только возросло.

На ней был костюм сексуального кролика, такой же, что и у демона. Мой взгляд то ли дело возвращался к Хабупэйн, то ли к загадочному холсту.

«И в чем же связь? — подумал я. — Обычное произведение художника».

Я не сомневался в том, что это его рук дело, если бы не одно «но».

Справа снизу была почти незаметная подпись карандашом.

Сеиичи Ямада, 1996 год.

— Сеиичи, — тихо произнес я.

Давно я не слышал этого имени. Но особенно я удивлен году, который здесь указан. Это было целых 25 лет назад, а работа сохранилась достаточно в хорошем виде.

— Где ты ее нашел? — удивленно спросил я.

— Вон там, — ответил Хабупэйн, указав на потертый ящик, еле сохранив свой нынешний цвет.

— И сколько же он там лежал?

— Благодаря тому что ящик никто не открывал, холст сохранился в хорошем виде. Смотри, даже бумага не пожелтела.

— Странно все это… — говорю я, осторожно кладя работу на стол. — И так… Ты ничего не хочешь об этом сказать?

Во время моего вопроса Хабупэйн опять повернулся ко мне спиной и переставил свой мольберт. Он зачем-то вглядывался в стены клуба и даже проводил пальцами, словно проверяя, что они надежно сделаны.

— Что ты делаешь?

— А вот что, — резко отвечает он, доставая вдруг за тумбой кристаллы из мира Духов и нож, в котором уже потемнела кровь. — Акира, мы застряли в бесконечном цикле времени и реальности.

— О чем ты…

Я пытался возразить ему, но я вдруг получил сильную головную боль. Я внезапно словил воспоминания, наполненные густым туманом. Но тяжесть, сохранившая в этих воспоминаниях, до сих пор осталась в моей памяти.

— Акира! Взгляни! — Хабупэйн со злости выдвигает тумбочку, и я вижу нечто невообразимое. Это была дыра, в котором был виден потусторонний мир.

Мы там были с ним. Все мы. И я ни за что не хочу туда возвращаться.

— Что это значит?.. — Я внезапно почувствовал холод. Он окружил меня в свои объятья, из которого мне уже не выйти. — Что это…

— Акира, Элиссу, она…

— Я дома! — раздается вдруг радостный голос из двери.

Хабупэйн тут же сразу задвигает все улики под тумбочку и встает рядом со мной. Однако руки свои прячет за спиной.

— О, вы пришли раньше время! А я думала я первее! — Элиссу одарила нас своей улыбкой, и я облегченно вздохнул. Но Хабупэйн напрягся сильно и не намеревался расслабляться.

— Эй, что с тобой? — Она хотела взять его за щеку, но тот сразу же сделал шаг назад.

— А-а, нет, ничего, — говорит он. — Просто я призадумывался.

Взгляд его полегчал, но явно это было подражанием, чтобы не выдавать настоящие чувства.

— Хм-м, странный какой-то… Неужели ты меня стесняешься?

Он ничего не ответил, а Элиссу прошлась мимо него и посмотрела на пустой холст, который стоял на мольберте.

— Акира, послушай. — Хабупэйн вцепился в мои плечи. — Элиссу вовсе не настоящая, она… — Он еще раз взглянул на Элиссу, но та еще рассматривала пустой фон, словно пытаясь найти в нем смысл. — Она не та, за которую себя выдает.

— Что?.. Друг, у тебя просто паранойя.

— А то что ты сейчас видел можно назвать «паранойей»? — раздраженно ответил он.

— О чем вы там шепчитесь? — спросила Элиссу, поворачиваясь в нашу сторону. — Секретами делитесь?

— Да. Подальше от твоих ушей.

Хацунэ сначала удивилась, но потом ее взгляд становится рассерженным. Конечно, мы вовсе не делились секретами, а просто обсуждали ее. Но что имеет ввиду Хабупэйн под словом «не настоящая»?.. Или он хочет сказать, что перед нами не та Элиссу, которую мы все знали?

— Ребят, что происходит? — Затем к нам подключилась и Сайко. Похоже, она все это время стояла у двери и подслушивала наш разговор.

— Я не знаю. Эй, да что с тобой? — Элиссу пыталась взять Хабупэйна за плечо, но тот силой отвергнул утешение. — Ай! Что ты делаешь?!

— Я знаю кто ты! — закричал он, и я впервые вижу, когда он настолько сильно разозлился на подругу. — И я знаю, чего можно от тебя ожидать!

Атмосфера внезапно накалилась в клубе. Он направил устрашающий взгляд, Элиссу тоже. А сзади от меня стояла обеспокоенная Сайко, потрясенная этим неимоверным ужасом.

Хотя я сам не понимаю до конца что происходит, но я почему-то был согласен с Хабупэйном.

Эта Элиссу не та, за которую себя выдает.

— Черт… — выругалась она и попыталась выйти из комнаты, но я инстинктивно схватил ее за руку. Меня сразу же накрыло страхом, так как мне казалось, что если она покинет комнату, то все станет намного хуже.

— Подожди! Неужели ты так бросишь свою сестру?

Теперь Элиссу была зла и на меня.

Она резко вышла из моей схватки, крепко сжимая свои руки.

— Она мне не сестра! — выкрикнула она.

— Что?! — Ее слова тут же меня потрясли, но я не смел об этом молчать. — Верни свои слова назад! Ты не понимаешь, как ей может быть обидно?!

— Сэмпай… — В наш разговор тихо влезает Сайко. Она переминалась с ноги на ногу и всячески раз, когда я смотрел ей в глаза, она тут же отворачивала от меня голову. — Она права, мы на самом деле с ней не сестры.

Теперь я был расколот до самого сердца.

— Не пойму… — Я размахиваю руками. — В каком смысле вы «не сестры»?

— В прямом! — взрывается Элиссу. — Мы с ней друзья детства, а она попросила играть с ней в «сестричек»! Разве это не уморительно?

Да, я был сильно потрясен, но на деле мне было все-равно, что они сестры не по крови. Но как она смеет говорить об этом прямо сейчас?

— Но разве это имеет значение?

— А? Что ты там себе бормочешь? — Она была невыносимо гадкой и мерзкой, но я старался держать все при себе.

— Я говорю, что это не имеет абсолютного значения! — Нет, все-таки я не мог теперь сдерживаться. — Какого черта ты имеешь право говорить, что вы «не сестры»? Совсем что ли дурочка?

Но злость Элиссу только усиливалась. Она не собиралась мне отвечать, а лишь повернулась ко мне спиной и попыталась уйти из комнаты, но было поздно.

Я схватил ее за плечи и силой приковал к стене. Полки начали трястись под моим ударом, которые чудом не свалились. Но теперь я обязан сделать так, чтобы не свалилась и Элиссу.

— Вы были сестрами и всегда останетесь! — закричал я. — И если ты не хочешь признавать это полностью, то тебе придется, потому что ты ей важна для нее, но вместо Сайко ты смотришь на меня, как на проблему! Закрыла все свои чувства от нее, но винишь об этом только меня! Элиссу, ты полная эгоистка!

Когда я вышел из себя и говорил эти вещи, то я будто сам раскрылся. Освободил себя от молчания. Я чувствовал, видел, признавал, что она смотрит на меня как на помеху, как демон, желающий вспороть мне горло. И я давно думал, что это молчание нужно скорее прекратить.

Но все было бы нормально, если бы не мои слова, которые сильно повлияли на ее. Она начала плакать. Слезы лились ручейком, глаза светились от разбитого сердца.

Элиссу не выдержала такого и толкнула меня со всей дури, быстро выбежав из клубной комнаты и прикрывая слезы руками.

— Элиссу!

— Иди догони ее! — крикнул мне Хабупэйн.

Я кивнул ему и побежал со всех ног в коридор.

Я посмотрел в обе стороны и заметил, что она пошла в левую, я, не раздумывая, быстро кинулся к ней.

— Элиссу, подожди!

Я бежал, бежал со всех сил к ней. Казалось, что я вот-вот дотянусь к ней рукой, но я словно завис на одном месте.

— Что же происходит…

Но на деле это было так. Время будто перестало идти. В глазах сильно потемнело. День переходил в ночь. Солнце сменило красной луной. Внезапно мир для меня стал полным кошмаром. А Элиссу… Элиссу превратилась в Яндере. В самую настоящую убийцу с растрепанными волосами, в кровавой рубашке, прямо как Сайко.

Мозг не сразу сообразил, что к чему, но ноги задрожать сообразили быстрее. Хотелось вернуться обратно в клубную комнату, но за моей спиной оказалась стена, которой здесь никогда не было. Я оказался в дерьме самой по уши. Я снова оказался в том кровавом дне, но на этот раз вместе с Элиссу. Что мне от нее теперь ожидать?

— Вы меня бросили, — проронила Элиссу, медленно поворачиваясь головой с красными сияющими глазами. — Ты меня бросил.

Ее слезы превратились в алую кровь. Она не улыбалась, но от нее исходила тоска.

Даже если она и казалась такой, то мне нельзя недооценивать противника.

— Элиссу…

Мне хотелось ее обнять, принять к себе, но я не мог. Вместо этого я приковал себя к стене, как я ее пару минут назад. Я сам себя загнал только что в ловушку.

— Акира-кун… — Произнеся имя, она расплакалась еще сильнее. — Почему…

Я не знаю куда бежать, потому что я чувствовал, что если я попытаюсь сдвинуться с места, то могу встретиться с ее лезвием.

Она приближалась ко мне с каждой секундой, оставляя на полу кровавые следы.

— Элиссу!

В какой-то момент она высоко подняла над головой нож и сделала сильный рывок.

От неожиданности я вздрогнул и стал ожидать своей смерти. Я стоял так больше одной секунды, но ничего так и не произошло. Вместо этого я почувствовал тепло.

— Акира-кун… Забери меня…

Нет, это просто объятия Элиссу. Я чувствую, как она все крепче и крепче обнимала меня, не желая меня отпускать.

Но что это все значит? С чего это ее злость перешло в объятия? Неужели я чего-то упускаю?

— Пожалуйста, просто вытащите меня отсюда, я больше не могу…

Ощутив себя в полной безопасности, я все-таки решаюсь открыть глаза. Я ожидал увидеть перед собой плачущую Элиссу, но в этот раз я увидел другое, — ту же прикованную Элиссу к стене пару минут назад, но со страшными изменениями.

Это вовсе не были руки и объятия Хацунэ. Это были щупальца!

Я резко отошел от подруги и щупальца внезапно испарились.

Сердце колотилось в бешеном ритме. Пот покрыл мой лоб, а зрение стало подводить меня.

— Что ты делаешь? — Элиссу оттолкнула от меня, а я все еще находился в состоянии шока.

Я схватился за лоб и опустил голову, чтобы никто из присутствующих не глотнул моего ужаса, который я только что пережил.

Пускай он и был на мгновенье, но он был невероятно тяжелым.

— Это было ужасно… — прошептал я. — Ужасно…

Хотелось блевануть прямо здесь, но я держался, держался пока мог… Меня словно перевернули тысячу раз, но это было ужасно… Словно над моим телом только что пытались взять контроль.

— Да что с тобой?! — не выдержала Элиссу. — Приковываешь меня без спроса, так тебе еще и плохо от меня?!

— Может ты заткнешься? — врывается мой друг. — Эй, что с тобой? Тебе плохо?

Хабупэйн подошел ко мне и обеспокоенно посмотрел на меня, ну а я… Уловил ехидный взгляд на лице Хацунэ. Она не то что смотрела на меня с беспокойством, она смотрела на меня со снисходительностью.

У меня в голове сто раз прокручивалась одна мысль: «Она вообще человек? Или для нее человеческая мораль уже ни к чему?».

Или она вовсе отсутствовала?

— Что произошло? — шепнул мне Хабупэйн, и я тут же отвлекся от садизма Элиссу.

— Щупальца, — произнес я.

— Что?

— Может мне уйти? — спросила она, хотя это вовсе не звучало вопросом, а даже скорее всего угрозой.

Она прошлась по клубной комнате, словно что-то искала, а затем… За тумбочкой она нашла нож и взяла его в левую руку. Не знаю почему, но это показалось немного странным… Черт… даже это происходящее дерьмо вокруг меня уже кажется нормой. Я скоро так могу сойти с ума.

— А? Что это у нас делает в клубе? — спросила Элиссу, имитируя смятение.

— Подожди… — Хабупэйн будто заново родился, и даже от удивления подпрыгнул. — В какой руке ты держишь нож?

— М-м? В каком смысле? — Удивление достигло и до нее. — Что за странный вопрос?

— Мы же все праворукие, — подмечает Хабупэйн. — Ты бы поменяла нож на правую руку, но не сделала.

— О чем ты? — И затем я тоже удивился. — Какая разница в какой руке держать нож?

— Что ты… — Хабупэйн тут же созрел. — Акира, я ошибался.

— Что?

— Это вовсе не Элиссу. Перед нами один из демонов Сеиичи.

Мне хотелось засмеяться, но думаю сейчас не самый подходящий момент расслабляться. Голова все-равно не соображала что к чему.

Сначала я видел ссору, кровавую Элиссу, а затем эти мерзкие черные щупальца, пытающиеся взять надо мной контроль. Но они не смогли, потому что я вовремя вышел из этого состояния.

— Щупальца, — подметил Хабупэйн. — Он пытался взять над тобой контроль, но не успел. Ты молодец. А иначе бы вселенная точно разрушилась.

— Да о чем ты? — недоумеваю я.

— Акира, послушай. — Он внимательно смотрел на Элиссу, но та еще тайно улыбалась. — Сейчас самое главное сделать правильный выбор. В той полке, где ты находил кролика, есть нож по истреблению демонов. Нужно его взять и перерезать ему горло.

— Постой, — я заговорил погромче, но Хацунэ все-равно нас до конца не слышала. — А если это все-таки Элиссу?..

— Элиссу давно нет, — говорит он расстроенным голосом. — Она продала свою душу в самом начале.

От его слов я еще сильнее растерялся.

— Что? Как? Зачем?

— Чтобы защитить Сайко, балда. А теперь без лишних слов.

Хабупэйн обошел меня, подошел к полке и наклонился рядом с ней. Взгляд Элиссу переместился на него.

— Ха, и что же ты задумал? — спросила она.

Он открывает полку и достает оттуда темного кролика, но с небольшими изменениями.

Теперь его глаза святились, когда их взгляды соприкасались.

— Хм-м, и что же это?

— А ты не догадываешься, демон? — Хабупэйн расстегивает ширинку на спине кролика и достает из меха черный нож, в котором тоже светились вены алой кровью. — Этим орудием тебе повредили правую руку, поэтому твоей ведущей стала левая. Каким же я был глупым…

Его слова только пробудили зверя.

— Ах ты ублюдок!

Теперь она набросилась на него с ножом, однако Хабупэйн здесь не растерялся.

— Акира!

Он бросил мне нож.

Я схватил его в правую руку, побежал к другу как можно быстрее, замахнулся ножом и…

— Стой! — крикнул я.

Черное лезвие встретилось с шеей Хацунэ. Я ожидал увидеть на себе капли крови, но не в этот раз. Вместо этого я почувствовал на руке какую-ту неприятную слизь.

Я присматриваюсь и вижу, что Элиссу замерла на месте. Из ее шеи лилась черная жидкость, которая медленно тянулась к полу.

— Что ты наделал?..

Она бросила нож на землю, схватилась обеими руками за рану, но это ей не помогло.

Из раны все еще лилась жидкость. Силы покидали ее, и она ничего не могла с этим поделать.

— Ублюдки…

Она пыталась схватиться за Хабупэйна, но он сделал шаг назад и я тоже.

У меня появилось чувство садизма. Ей хотелось зарядить лезвие в живот, но я внутренне плакал, смотря на эту ужасную картину. Элиссу в буквальном смысле начала течь черной слизью. Она сначала из шеи, затем из носа и из глаз. Она словно превращалась в черную эссенцию, и я был прав.

В конечном счете она стала растворяться на глазах, пока от нее не осталось одно огромное пятно.

Из-за всей этой ситуации я даже забыл о присутствии Сайко, а ее рыдания и слезы только напомнили о ней.

— Сестренка…

— Не подходи! — пригрозил Хабупэйн. — Мы не можем убедиться, что он действительно мертв.

— Я не понимаю…— шепчу я. — Объясни, что происходит.

Он тяжело вздохнул.

— Элиссу все это время была демоном. Именно до той поры, когда начался судный день. Ты помнишь, Акира?

Я перевел свой взгляд на него.

— Помню, но… Не до конца.

Хабупэйн смотрел то ли на пятно, то ли на мое лицо с полной гримасой ужаса.

— То есть ты предполагал, что Элиссу демон, но до конца верил, что это не так?

— Я боялся рисковать, — признается он. — Но я понял, что мы убили вовсе не Элиссу, а самого демона. Точнее не убили, а вернули его туда, откуда он пришел. И вряд ли уже вернется.

— Но я никак не могу понять где она, — говорю я.

— Сам не знаю. Но я надеюсь, что она жива. — Хабупэйн подходит ко мне и кладет мне руку на плечо с облегчающим взглядом. — Сейчас нужно разобраться, что делать дальше.

* * *

Оказавшись в мире Духов, я быстро огляделась вокруг себя в поисках Сеиичи, но никак его не могла найти. Я была уверена, что он должен быть где-то здесь — сломленным, потерянным. Я должна успеть, пока его злые мысли не взяли над ним вверх.

Но я опоздала.

Медленно делая шаги и тихие стуки, я нахожу Сеиичи, который пристально рассматривал осколки с воспоминаниями.

Я чувствовала, что он все еще желал ей отомстить.

Услышав приближающиеся шум, он медленно повернулся ко мне головой с красными сияющими глазами.

— А? Ты еще кто? — грозно спросил Сеиичи.

Да, я точно опоздала. Но я приложу все усилия, чтобы победить такого демона, как он.

Я не обязана сдаваться. Ни сейчас. Никогда.