Сага об Эрдни: Король-Возвращенец

Пролог: И восстал из пепла тот, кто никогда не знал смерти

Верхний Мир никогда не знал покоя. Даже в те времена, когда Имир дышал полной грудью, а драконы и люди торговали на границе, сюда редко заглядывало солнце. Теперь же, после падения Сколла, мир стал ещё мрачнее. Лавовые реки, некогда бурлившие и неистовые, текли теперь медленно, как густая патока, озаряя пустоши кровавым светом. Небо затянули пепельные тучи — они висели низко, давили на сознание, наполняя воздух запахом серы и горелой плоти.

Здесь, на границе реальности, среди чёрных скал и трещин, из которых сочился едкий газ, ничто не жило. Даже демоны, порождения тьмы, обходили это место стороной. Слишком много смертей. Слишком много боли. Слишком много того, что осталось не погребённым.

По одной из лавовых рек медленно плыло тело.

Оно было обгоревшим. Кожа — там, где она сохранилась — напоминала спекшийся уголь, потрескавшийся и чёрный. Когти на лапах обломаны, крылья — просто обугленные остовы, от которых с каждым движением отваливались хлопья пепла. Но тело дышало. Едва-едва. С хрипом, с бульканьем в лёгких, но дышало.

Оно не сопротивлялось течению. Не пыталось плыть к берегу. Оно просто позволяло тьме нести себя туда, куда ей было угодно. И тьма несла его к месту, где ему суждено было проснуться.

Лавовая волна мягко, почти нежно, выбросила тело на берег. Здесь, у подножия руин древнего алтаря, земля была усеяна обломками — осколки чёрного камня, ржавые наконечники стрел, чьи-то кости, пожелтевшие от времени. Алтарь, тот самый, где когда-то пал Сколл, теперь представлял собой груду щебня и праха. Но это место не было пустынным.

Здесь двигались тени.

Их было трое. Они не шли — они материализовались из самого воздуха, из складок мрака, из густого фиолетового тумана, который стелился по земле.

Первый — высокий, могучий, в доспехах, которые, казалось, были выкованы из застывшего пламени. Чёрные угли мерцали на его наплечниках, а на груди пульсировал багровый символ, похожий на раскрытый глаз. Шлем скрывал лицо, оставляя лишь две узкие прорези, из которых сочился холодный, ледяной свет. Он опирался на огромный меч, вонзённый в землю по самую рукоять, и смотрел на тело, не двигаясь, с невозмутимостью ветерана, видевшего тысячу битв.

Второй — стройный, почти изящный, но в каждом его движении чувствовалась смертоносная грация. Его длинные пальцы сжимали посох, увенчанный белым округлым кристаллом — он пульсировал, как сердце, и в его глубине, казалось, плавали звёзды. Плащ, сотканный из самой тьмы, колыхался без ветра, а из-под капюшона, который скрывал лицо, доносился едва слышный шёпот — то ли молитва, то ли древнее заклинание.

Третий — среднего роста, но широкоплечий, с тяжёлой секирой за спиной. Его доспехи были покрыты рунами, которые мерцали тусклым, умирающим светом, и на каждом шагу издавали едва слышный звон — будто тысячи крошечных колокольчиков, застывших в металле. Он стоял чуть поодаль, прислушиваясь к чему-то, чего не могли слышать другие, и его голова медленно поворачивалась, сканируя темноту.

Эти трое были похожи на легендарных воинов прошлого — тех, чьи имена стёрло время, но чья мощь осталась. Они служили Лорду Тьмы, и теперь их час приближался.

Но с ними было ещё одно существо.

Оно передвигалось на четырёх лапах, мощных, как у волка, но его морда напоминала лягушку — только слишком широкую, слишком зубастую. Пасть, усеянная игольчатыми зубами, была приоткрыта, и из неё вырывались струйки едкого дыма. Глаза, жёлтые и немигающие, светились в темноте, как угли костра, догорающего в безветренную ночь. Кожа была серой, в глубоких морщинах, похожих на трещины в высохшей глине.

Существо подошло к берегу, учуяв тело. Оно склонило голову, принюхалось — воздух с тихим шипением проходил сквозь его ноздри. Затем оно замерло, выжидая, будто прислушиваясь к чьему-то невидимому приказу.

И, резким движением, схватило тело зубастой пастью. Зубы вонзились в обгоревшую плоть с влажным, хлюпающим звуком, и существо, не спеша, потащило добычу прочь от берега.

Трое теней обменялись безмолвными взглядами. Главная Тень — та, что с мечом — медленно кивнула. Второй — маг — провёл рукой по обломкам алтаря. Осколки, словно повинуясь его воле, зашевелились, поднялись в воздух и зависли, подрагивая, как насекомые перед полётом. Третий — воин — развернулся и шагнул вперёд, туда, где уже зиял портал — чёрный, как сама пустота.

Они вошли в него один за другим. Тихо. Плавно. Без звука.

А за ними последовало и существо, несущее тело.

Тело, которое ещё не было мёртвым.

Тело, которому предстояло пробудиться.

Портал закрылся за ними с глухим, хлюпающим звуком, похожим на вздох гигантского зверя. Тьма сомкнулась, а затем разверзлась снова, выпустив их в огромную подземную залу.

Здесь царил мерцающий полумрак. Стены, высеченные из чёрного камня, уходили вверх, теряясь где-то в темноте. По ним, извиваясь, ползли фиолетовые прожилки — они пульсировали в такт неведомому сердцебиению, разгоняя тьму. Факелы с синим пламенем горели в нишах, отбрасывая призрачные блики на сводчатый потолок, с которого свисали сталактиты, похожие на окаменевшие клыки.

Где-то высоко в темноте шуршали крылья летучих мышей. С каменных сосулек медленно капала вода — каждый удар капли отдавался эхом, усиливаясь, множась, превращаясь в зловещую симфонию.

Трое теней шагали вперёд. Их шаги не издавали ни звука — будто они ступали не по камню, а по чему-то неосязаемому, вязкому. Существо на четырёх лапах шло следом, волоча за собой обгоревшее тело. Его когти скрежетали по полу, оставляя глубокие царапины.

В центре залы возвышался каменный стол — алтарь, куда более древний, чем тот, что был разрушен в Верхнем Мире. Его поверхность была покрыта рунами, которых не знал ни один живой язык, а по краям, в углублениях, теплились огоньки — белые, голубые, фиолетовые — каждый со своим оттенком, своей историей.

Существо резким движением бросило тело на плиту. Оно ударилось с глухим стуком, и из его груди вырвался хриплый, надсадный вздох. Оно ещё дышало.

Тень с посохом — стройная, почти призрачная в своём плаще из тьмы — подошла ближе. Её длинные пальцы сжали древний артефакт, который был похож на белую шестиконечную звезду, и она начала шептать. Сначала тихо, едва слышно. Потом громче, настойчивее.

Слова были похожи на шорох мёртвых листьев, на скрежет костей, на шипение змей. Они вибрировали в воздухе, оседали на стенах, заставляли огоньки в факелах вздрагивать и менять цвет.

Поток тёмной магии окутал тело.

Сначала маска, чёрная, гладкая, с узкими прорезями для глаз, сформировалась на обугленном лице. Она росла медленно, как кристалл, складываясь из теней и фиолетового света, обтекая щёки, лоб, подбородок. Маска застыла, и под ней, сквозь прорези, блеснули глаза — живые, осознанные, полные боли и ярости.

Затем рука — точнее, её отсутствие — была замещена протезом. Из культи, из обрубка, покрытого коркой застывшей лавы, начали расти тени. Они сплетались, уплотнялись, образуя нити, похожие на жилы. Нити переплетались, становясь толще, плотнее, и вот уже сформировалась кисть — гибкая, смертоносная, с длинными пальцами, на кончиках которых засветились фиолетовые когти. Протез дёрнулся неестественно, как конечность паука, и замер.

Заклинание становилось громче. Голос тени нарастал, превращаясь в гул, от которого дрожали стены, с потолка сыпалась каменная крошка, а вода в лужах начинала кипеть.

Маг поднял посох высоко над головой. Кристалл на его вершине вспыхнул ослепительным светом — сначала белым, потом фиолетовым, потом белым снова. И она ударила посохом о камень.

Звук был не звоном — это был удар, от которого содрогнулась сама реальность. Волна силы прокатилась по зале, звезда, поднявшись над телом, резко нырнула вниз, пропадая прямо внутри него, и тело на алтаре вздрогнуло, на секунду покрывшись белой дымкой. Задышало глубже, ровнее.

Очнулось.

Он вскочил. Резко, будто подброшенный невидимой пружиной. Его движения были угловатыми, неестественными — как у дикого зверя, загнанного в угол, готового рвать и крушить всё на своём пути.

В его уцелевшей руке, обгоревшей, покрытой коркой запёкшейся крови, блеснул кинжал. Лезвие, почерневшее от времени, но всё ещё острое, было направлено на теней.

-Кто вы?! - прошипел он, озираясь. Голос его был хриплым, будто пропахшим дымом, он срывался, превращаясь в кашель, но в нём чувствовалась сила.

Трое теней не дрогнули. Они смотрели на него с холодным, спокойным интересом — как учёные смотрят на оживший экспонат.

-Тебе не обязательно знать, кто мы - ответила Главная Тень. Её голос был низким, словно скрежет камня о камень. - Знай лишь, что мы твои союзники. И что мы спасли тебя.

-Вы… вы служите Мастеру?

-Если ты говоришь о Лорде Тьмы… - тень с посохом склонила голову, и капюшон чуть сполз, открыв подбородок — бледный, с фиолетовыми прожилками. - Да. И мы вернём его к жизни.

-Раз Сколл не смог, вы и подавно не сможете… - в голосе воскрешённого звучала горькая усмешка.

-Ты даже не представляешь, во сколько раз мы могущественнее него - прошипела третья тень, та, что с секирой. Её доспехи зазвенели, и руны на них вспыхнули ярче.

Главная Тень резко подняла руку. Из тьмы у её пальцев сформировался кусок кровавого мяса — ещё дымящегося, свежего. Она бросила его в угол.

Существо с лягушачьей мордой взвыло, низко, радостно, и бросилось за добычей, исчезнув в темноте.

Обломки алтаря лежали в центре залы. Тень с плащом подошла к ним, подняла посох и выстрелила в потолок.

Фиолетовый портал разверзся в пустоте — огромный, пульсирующий, похожий на глаз гигантского чудовища. Из него ударил столб энергии, ослепительный, живой, пульсирующий в такт сердцебиению самой бездны.

Тень раскинула руки. Её шёпот превратился в рёв, в крик, в призыв. Осколки поднялись в воздух — сотни, тысячи — закружились, как снежинки, и начали соединяться. Складываться. Сплетаться в новый алтарь.

Он рос на глазах — сначала основание, потом стены, потом свод. Руны, которых не знал ни один живой язык, загорались на его поверхности, и воздух наполнялся запахом озона и древней магии. На полу, перпендикулярно порталу, из которого бил луч, появилась пентаграмма. На ней, как и на алтаре, горели руны, вероятно, на родном языке Теней.

Алтарь и луч столкнулись. Руны пентаграммы вспыхнули, и их световые силуэты поднялись в воздух, соединяясь в единый символ в центре алтаря.

Тень-Маг сделала лёгкое движение рукой, и откуда-то с полок к ней по воздуху подтянулась книга. На обложке виднелся странный символ, похожий на эмблему династии, и надпись, но этот странный язык сложно было разобрать. Тень подхватила книгу одной рукой, а во второй сжала посох. Найдя нужную страницу, она подняла голову и начала шептать новое заклинание, водя рукой с посохом по воздуху у алтаря. Шёпот начал нарастать, становится громче, пока Тень не сказала последнее громкое слово, выстреливая из посоха голубым лучом в алтарь.

Вспышка.

Взрыв.

Когда свет рассеялся, в центре залы стоял дракон. Но не простой.

Его чешуя была чернее бездны — она не просто была тёмной, она поглощала свет. Факелы вокруг потускнели, тени сгустились, и даже фиолетовые прожилки на стенах, казалось, съёжились, пытаясь укрыться от его присутствия. Крылья, огромные и рваные по краям, напоминали перепонки летучей мыши — но не живой, а застывшей в камне на миллионы лет. Из-под них, из спины, торчали шипы — неровные, острые, покрытые налётом, похожим на иней.

Глаза — два горящих аметиста — медленно открылись. В них отразилась вся ненависть забытых эпох, вся боль потерянных миров, вся ярость того, кто ждал слишком долго.

Из пасти, усеянной кинжалообразными клыками, вырвалось первое дыхание — струя фиолетового пламени. Она ударила в каменный пол, и камень зашипел, оплавился, покрылся трещинами.

Лорд Тьмы выпрямился, расправил крылья.

Зал содрогнулся от его рёва — низкого, протяжного, похожего на звук ломающейся горной породы. И где-то далеко, на поверхности, в мире живых, небо начало меняться.

Фиолетовые тучи сползались с горизонтов.

Мир уже не будет прежним.

Глава 1: Когда молчат птицы, катастрофа уже рядом

Солнце только-только показалось из-за крыш Варклава, когда Эрдни открыл глаза. Сначала он не понял, что его разбудило — луч, упрямо пробившийся сквозь щель в ставнях и упавший прямо на морду, или настойчивый запах жареных грибов из кухни. Потом вспомнил: сегодня они с Киарой никуда не спешили. Выходной. Славный, тёплый, ничем не занятый выходной.

Он потянулся, хрустнув позвоночником, и сел на кровати. Рядом, на своей подстилке, Киара уже не спала — она сидела на подоконнике, поджав хвост, и смотрела в окно. Утренний свет играл на её тёмно-синей чешуе, делая её похожей на гладь моря.

-Ты чего так рано? - спросил он, зевая во всю пасть.

-Я всегда рано - ответила она, не оборачиваясь. - Это ты спишь, как убитый.

-Не убитый, а отдыхающий. Есть разница.

Он сполз с кровати и подошёл к окну. Внизу, во дворе общежития, уже кипела жизнь: фавн-садовник поливал клумбы, два молодых дракона спорили о технике полёта, размахивая крыльями, а у колодца кто-то гремел вёдрами. Пахло свежим хлебом и почему-то мятой.

-Слушай - сказал Эрдни, потягиваясь так, что хрустнули позвонки. - А может, сходим куда-нибудь? Ну, позавтракаем не в столовой? Помнишь ту таверну у фонтана?

-Ты про «У Хромого Копыта»? - Киара наконец обернулась, и в её глазах плясали искорки. - Ты там уже третью неделю завтракаешь. Хрум скоро начнёт брать с тебя двойную плату.

-Он творческая личность. Ему нужны благодарные едоки.

-Ты не благодарный едок, ты обжора.

-А вот это уже грубо - он поднял лапу в притворном возмущении. - Я — гурман.

Киара бросила в него маленькой подушечкой. Эрдни ловко поймал её пастью и вернул обратно лёгким плевком. Она рассмеялась, звонко, легко, и этот звук, чистый, как горный ручей, растопил остатки сна.

-Ладно - сказала она, спрыгивая с подоконника. - Уговорил. Только сначала умойся. У тебя сон в глазах и… что это у тебя на роге?

Эрдни потрогал рог и вытащил маленькое куриное перышко. Откуда-то. Видимо, вчера на кухне подшутили. Он фыркнул, сдул его, и потопал к умывальнику.

Когда они вышли в коридор, общежитие уже гудело, как встревоженный улей. Кто-то бежал на занятия, кто-то тащил стопки книг, два дракона-земли спорили о том, чей каменный шар тяжелее, а в конце коридора Флойд, развалившись на подоконнике, что-то рассказывал группе фавнов, и те покатывались со смеху. Некромант — бывший некромант, точнее, потому что после той авантюры с предательством Сколла его магия стала совсем другой, но шутки остались прежними. Флойд хорошо прижился, и народ хорошо принял его за юмор, великолепный характер и реальную пользу, которую он приносил. Его некромантия, слегка смягчëнная местными магами, позволила ему стать лучшим медиком.

- ...а она мне: "Как можно так общаться с леди?", а я ей: "О, не знал, что я разговариваю с леди!". Она обиделась, ушла, а её друг мне: "Да ты сердцеед от Бога!"

Фавны заржали. Флойд заметил Эрдни и подмигнул.

-Эй, герой! К Хруму? Передавай привет. И скажи, что я должок верну на следующей неделе.

-Какой ещё должок? - спросил Эрдни.

-Не твоя забота! - Флойд спрыгнул с подоконника и, насвистывая, ушёл в сторону тренировочного зала, оставив после себя лишь лёгкий запах сушёных трав.

Эрдни и Киара вышли из общежития и направились в сторону старого города. Утро только начиналось, и Варклав просыпался медленно, с ленцой, потягиваясь, как огромный зверь после долгой спячки. Лавочники открывали ставни, разносчики толкали тележки с овощами, а где-то вдалеке уже слышался перестук молотков — кузнецы начинали свой день.

-Знаешь - сказал Эрдни, шагая по мостовой и поглядывая на проплывающие облака. - А ведь хорошо живём. Мирно. Спокойно. Никто не нападает, не пытается уничтожить мир.

-Ты сглазишь - ответила Киара, но беззлобно.

-Не. Я верю в хорошее.

Она ничего не сказала, только слегка коснулась его крылом.

Вскоре они вышли за городские ворота, туда, где начинались поля и луга. Эрдни настоял на небольшой прогулке перед завтраком. «Аппетит разыграется» - заявил он. Киара не стала спорить.

Они поднялись на пологий холм, поросший клевером и одуванчиками. Внизу, у подножия, пастухи-фавны гнали отары пушистых созданий, напоминающих помесь овцы и облака. Эти животные — шерстяники, как их называли местные — были главным богатством здешних фермеров. Они давали шерсть, молоко и иногда — повод для смеха.

Одно из таких облачков — особенно любопытное и наглое — отделилось от стада и принялось упорно бодать Эрдни в бок.

-Отстань - отмахнулся он.

Облачко боднуло сильнее.

-Киара, твоё?

-Не моё. Но оно явно в тебя влюбилось.

-Я не в его вкусе! У меня чешуя, а не шерсть!

Облачко, фыркнув, наконец отстало и потрусило обратно к стаду, бросив на Эрдни взгляд, полный глубочайшего разочарования. Эрдни проводил его взглядом и покачал головой.

-Вот видишь - сказал он, садясь на траву. - Даже овцы надо мной издеваются.

-Это не овцы, это шерстяники. И они не издеваются, они проявляют любовь.

-Тогда любовь — это больно.

Киара рассмеялась и села рядом. Они смотрели на поля, на золотые купола столицы вдалеке, на то, как солнце поднимается всё выше и выше. Ветер трепал их чешую, и на душе было так спокойно, что не хотелось никуда спешить.

-Я помню, как-то гулял здесь и увидел Солариса. И один такой маленький барашка подбежал и как боднул его лапу. И ведь не отстал, а ещё сильнее продолжил!

-А что Соларис? - спросила Киара.

-А он ему: "Эх ты, ни рогов, ни совести, ты туда же!"

Киара рассмеялась — звонко, легко. Эрдни поймал себя на мысли, что этот смех, прозрачный, как горный ручей, стоит всех наград в мире. Он не знал, как сказать ей об этом, поэтому просто улыбнулся в ответ.

-Знаешь, в чём главная проблема мира? - спросил Эрдни, лениво перекатываясь на спину посреди цветущего луга.

Киара, сидевшая рядом, подняла голову.

-В том, что тебе везде мерещатся приключения?

-Нет - Эрдни закинул лапы за голову и уставился в небо. - В том, что он скучный. Без происшествий. Третий день — ни одного разбойника, ни одного демона, даже драка в таверне и та не заварушка, а так, лёгкая разминка для челюстей.

-Тебя не перевоспитать - вздохнула Киара, но в уголках её губ пряталась улыбка.

Они ещё немного сидели, смотря на облака и голубое небо.

-Ладно - сказала Киара, когда часы в городе пробили десять. - Пора завтракать. Соларис же просил заглянуть к полудню.

-Ага - Эрдни встал, отряхнулся. - Успеем. Хрум нас не выдаст.

Они спустились с холма и пошли обратно в город.

Таверна «У Хромого Копыта» находилась в старом городе, в переулке, где даже в полдень царил полумрак. Но внутри было уютно: пахло деревом, пряностями, жареным мясом и ещё чем-то сладким — то ли пирогами, то ли мёдом. Хрум, пузатый фавн с вечно заспанным лицом, колдовал у печи, а его жена, тощая и шустрая, носилась между столиками с подносами.

-Опять вы! - проворчал Хрум, завидев драконов. - Тут, между прочим, не благотворительная столовая.

-Мы платим - напомнил Эрдни, усаживаясь за свободный столик в углу.

-Платите? Вы мне должны за прошлый раз!

-Это был не я, это Флойд.

-Флойд должен, вы — отвечаете.

-Логика железная - вздохнула Киара. - Хрум, давай просто позавтракаем. Твои оладьи, мёд, чай. И, пожалуйста, без лекций о морали.

Хрум буркнул что-то нечленораздельное и ушёл на кухню. Через минуту на столе уже дымились оладьи — румяные, пышные, с хрустящей корочкой — кружка травяного чая для Киары и огромная миска каши с ягодами для Эрдни.

-Ты это всё съешь? - спросила Киара, глядя на гору каши.

-А ты сомневаешься?

-Я сомневаюсь, что после этого мы сможем взлететь. Ты же лопнешь.

-Не лопну - Эрдни отправил в рот первую порцию. - Я тренированный.

Они ели молча, наслаждаясь утренней тишиной. В таверне было пусто — только старый фавн в углу читал газету и иногда кряхтел, да двое драконов помладше спорили о цене на воблу. Хрум, закончив с оладьями, вышел к ним, вытирая лапы о фартук.

-Слышали новость? - спросил он, понижая голос.

-Какую? - Киара отставила кружку.

-На севере, говорят, охотники видели странное. Тень. Огромную. Будто летучая мышь, только размером с дом.

-Фантазии - отмахнулся Эрдни. - У охотников после третьей кружки всё летает размером с дом. Я им даже завидую!

-А может, и не фантазии - Хрум покачал головой. - Караван из северных провинций задерживается уже на два дня. Раньше такого не было.

Эрдни и Киара переглянулись.

-Грязь развезло - пожал плечами Эрдни. - Или колесо сломалось. Скажешь тоже — тень.

-Ну-ну. Вспомните мои слова ещё не раз... - Хрум вздохнул и ушёл на кухню.

Киара допила чай и встала.

-Пойдём. Я хочу заглянуть на рынок, чернила кончились.

-А каша?

-Кашу доешь по дороге.

-Я не могу есть кашу в городе. Это неприлично.

-С каких пор тебя волнует приличие?

Эрдни вздохнул, быстро доел кашу, допил остатки чая и поплёлся за подругой.

Рынок гудел, как улей. Чего здесь только не было! Драконы торговали с фавнами, фавны — с редкими гостями из Нижнего Мира, а те, в свою очередь, выменивали диковинные кристаллы на обычный хлеб и соль. Киара быстро нашла нужную лавку — старый фавн с длинной бородой продавал чернила всех оттенков, от чёрного до золотого — и углубилась в выбор, а Эрдни остался ждать её у входа, разглядывая прохожих.

И тут он увидел её.

Эмбра стояла у лотка с украшениями, закутанная в простой серый плащ. Её серебристая чешуя, обычно блестящая, сейчас казалась тусклой, а крыло, рассечённое ещё в детстве, она старалась держать поджатым, чтобы не привлекать внимания. Она смотрела на бусы из речного жемчуга, но не покупала — просто смотрела, будто пытаясь вспомнить, каково это — хотеть что-то красивое.

Эрдни знал: она живёт одна. Не в общежитии, а в маленькой комнатке на окраине, куда её поселили из жалости. С ней почти никто не общался. Студенты обходили её стороной, преподаватели — вежливо, но холодно. Только Соларис иногда приглашал её на советы, только Эрдни и Киара заговаривали на переменах. Сплетни ползли по городу, как осенний туман: «Она же дочь того монстра», «В ней течёт кровь тьмы», «Однажды она предаст».

Эрдни шагнул вперёд.

-Привет - сказал он, подходя.

Эмбра вздрогнула, словно её застали за чем-то постыдным. Она резко подняла голову, и в её фиолетовых глазах мелькнула тень — страх? Стыд? Ожидание удара? Её крыло дёрнулось, и она поспешно запахнула плащ.

-Эрдни… - её голос был тихим, почти шёпотом. - Привет.

-Ты как?

-Нормально.

Она соврала. Эрдни видел это по тому, как она отвела взгляд, как её когти нервно перебирали край плаща, как она вся сжалась, будто ожидая, что кто-то сейчас крикнет что-то обидное.

И кто-то крикнул.

-Слышь! - раздалось сбоку. - Это ж дочь того монстра!

Двое драконов — молодых, наглых, с тупыми рогами и вычурной чешуёй — остановились в нескольких шагах и уставились на Эмбру с неприкрытой враждебностью. Вокруг, краем глаза, Эрдни заметил движение: фавны у соседних лотков переглядывались, шептались, кто-то даже отступил на шаг, будто боялся, что от Эмбры можно заразиться тьмой.

-Как её только сюда пускают? - продолжил второй дракон. - Надо было в тюрьму посадить, как пособницу.

Эмбра сжалась, будто от удара. Её крыло дрогнуло, и она сделала шаг назад, словно собираясь уйти, раствориться, исчезнуть.

-Эй, вы! - Эрдни шагнул к драконам. - Есть проблемы? Легко устрою!

Драконы переглянулись. Один хотел что-то сказать, но второй схватил его за локоть.

-Никаких! - буркнул он и увёл приятеля прочь.

Эрдни проводил их взглядом, затем повернулся к Эмбре. К ним уже подошла Киара — с покупками, с чернилами, с тем самым выражением лица, которое означало: «я всё слышала, но не буду лезть, если не надо».

-Спасибо - тихо сказала Эмбра. - Но не надо было. Я привыкла.

-Не привыкай - ответил Эрдни. - Пойдём с нами. Соларис ждёт к полудню, а пока можно просто прогуляться.

Эмбра колебалась. Она посмотрела на Киару — та кивнула, и это, кажется, решило дело.

-Ладно - она улыбнулась — робко, но искренне. - Только недолго.

Они пошли по главной улице, петляя между лавками. Эмбра держалась чуть позади, но постепенно расслабилась. Киара показывала ей свои покупки, Эрдни рассказывал о том, как вчера на тренировке чуть не поджёг тренировочный манекен — в третий раз за месяц. Эмбра даже засмеялась — тихо, но засмеялась.

-А вы слышали про караван? - спросила она, когда они свернули в тенистую аллею.

-Хрум рассказывал - кивнула Киара. - Думаешь, там что-то серьёзное?

-Не знаю - Эмбра покачала головой. - Но я бы на вашем месте была осторожнее. Я… чувствую некоторые вещи. Тьму. Она где-то близко. И она становится сильнее.

Они помолчали. Эрдни хотел спросить, откуда она это знает, но не стал. Не сейчас.

-Придёшь сегодня вечером? - спросил он. - Соларис собирает совет.

-Приду - она кивнула. - Если меня пустят.

-Я прослежу, чтобы пустили.

Эмбра посмотрела на него долгим, странным взглядом — в котором смешались благодарность, боль и что-то ещё, что Эрдни не смог разобрать.

-Спасибо - сказала она. - Вам обоим.

Она развернулась и ушла, быстро, почти бегом, будто боялась, что передумает.

Эрдни смотрел ей вслед, чувствуя, как в груди закипает глухая, беспомощная злость на мир, который так легко клеймит.

-Пойдём - сказала Киара, касаясь его крылом. - Соларис ждёт. И мы обещали зайти.

-Обещали?

-Ты забыл? Он просил заглянуть до полудня. По поводу каравана.

Эрдни вздохнул. Точно. Поручение. Он совсем забыл.

Они вернулись в таверну. Соларис ждал их в углу, за дубовым столом, перед ним дымилась кружка травяного отвара — он предпочитал его любому вину. Рядом, листая какие-то бумаги, сидел Фенор — лейтенант воздушной разведки, чьё лицо украшал свежий синяк. Выглядел он так, будто его только что ударили о стену.

-О, явились! - проворчал Фенор, откладывая пергаменты. - А мы уж думали, вы заблудились на рынке.

-Почти - честно признался Эрдни, усаживаясь на лавку. - Там такие оладьи… С ума сойти.

-Не отвлекайся - Соларис отодвинул кружку и посмотрел на них поверх очков — да-да, он носил очки, хотя все знали, что они ему не нужны, просто для важности. - Дело есть.

-Опять контрабанда? - спросила Киара. - Надеюсь, не морковь.

Да-да, наши Избранные как-то накрыли контрабандистов с килограммами моркови.

-Хуже. Караван из северных провинций с продовольствием должен был прибыть ещё вчера. Не прибыл.

-Задержка — не катастрофа - заметил Эрдни. - Может, грязь развезло, может, колесо сломалось.

-Может - согласился Соларис. - Но в последние дни на севере видели странное. Охотники говорили о какой-то твари — огромной, быстрой, умеющей прыгать. Я хочу, чтобы вы слетали, проверили.

-Мы? - переспросил Эрдни, хотя уже знал ответ.

-Ты и Киара. Фенор подскажет вам кое-что, но он нужен мне здесь - Соларис кивнул на лейтенанта. - Он знает маршрут и скажет вам, что к чему. И присмотрит, чтобы вы не превратили проверку в полномасштабную войну.

Фенор скривился — то ли от обиды, то ли от синяка.

-Когда вылетаем?

-Через час. Встречаетесь у северных ворот.

Соларис допил отвар, поднялся и, хлопнув Эрдни по плечу, добавил почти шёпотом:

-И будь осторожен. Я чувствую… что-то неладное. Ветер переменился.

Эрдни кивнул. Он сам это чувствовал — то самое, что шептало в ушах чужими голосами.

Они вышли из таверны. Фенор ушёл готовиться, а Эрдни и Киара направились к северным воротам.

-Ты как? - спросила Киара, когда они шли по главной улице.

-Нормально.

-Не ври.

Эрдни вздохнул.

-Не знаю. Странно всё. Эти тучи на севере… Эмбра говорит, тьма близко. Хрум про тварь рассказывал. Соларис — про ветер. Может, я параноик, но…

-Но ты волнуешься - закончила за него Киара. - Я тоже.

Они замолчали.

У северных ворот их уже ждал Фенор. Он стоял, поджав хвост, и смотрел в небо. На его лице всё ещё красовался синяк, но выражение было серьёзным — без следа вчерашней бравады.

-Готовы? - спросил он.

-Готовы - ответил Эрдни.

Фенор подозвал их к бочке, на которой разложил карту. Несколько указаний, красных точек на карте и занудных лекций о "Берегите себя", и можно было лететь.

Они взмыли в воздух. Фенор остался внизу и попрощался с ними, помахав крылом. Он двинулся обратно в город.

Внизу мелькали крыши Варклава, золотые купола, блестящие ленты рек. Всё было спокойно. Но впереди, на северо-востоке, небо темнело. Сначала Эрдни подумал — гроза. Но тучи были не серыми и не синими. Они были фиолетовыми. Густыми, тяжёлыми, и в их глубине, казалось, пульсировали огни.

-Смотри! - он указал крылом.

Киара прищурилась. Эрдни выругался сквозь зубы.

-Что это? - спросил он.

-Не знаю - ответила Киара. - Но мне это не нравится.

В воздухе запахло озоном и горечью.

Эрдни почувствовал удар. Два фиолетовых овала, огромных, пульсирующих, мелькнули перед глазами. В ушах зазвенело.

-Аргх! - он зажмурился, резко снижая высоту.

-Эрдни! - Киара подлетела к нему. - Что с тобой?!

-Всё в порядке выдавил он сквозь стиснутые зубы. - Странное чувство. Будто пепел Сколла попал в воздух... Я уже чувствовал такое... Два дня назад...

Он тряхнул головой. Боль отступила. Но в ушах остался шёпот. Тонкий, ледяной.

Эрдни…

-Полетели... - сказал Эрдни, его голос был напряжённым. - Надо найти караван и возвращаться. Быстро.

Он кивнул. Они рванули вперёд, туда, где лес становился гуще, а небо — темнее. Летя, Эрдни загляделся на горизонт. Ему показалось, что тучи там были странного, фиолетового оттенка. Он покачал головой и опустил взгляд, призвав себя не становиться паникëром.

Фиолетовые тучи надвигались. И где-то там, внизу, среди хвойных деревьев, их ждало то, что они не могли представить даже в самых страшных снах.

И это были не просто тучи.

Глава 2: И узрели мы падение дома своего

До места, где в последний раз видели караван, оставалось метров сто.

Драконы летели низко, над самыми кронами сосен. Фиолетовое зарево на севере становилось всё ярче, и в воздухе пахло озоном, резко, тревожно. Эрдни чувствовал, как чешуя на загривке встаёт дыбом.

-Там - указала Киара.

В просвете между деревьями мелькнуло что-то тёмное. Они снизились и вышли на поляну.

Караван.

Три повозки — одна перевёрнута вверх дном, две опрокинуты набок — валялись в траве. Деревянные борта исцарапаны глубокими бороздами, будто по ним прошлись огромными когтями. Лошади — их тела разорваны, на шеях и боках зияют глубокие раны. Фавны-караванщики разбросаны по всей поляне: один лежит лицом вниз, его спина пробита чем-то острым; двое — заброшены на ветви деревьев.

-Боже мой… - прошептала Киара.

Эрдни опустился возле лошади, провёл лапой по порезу. Когти окрасились в красное.

-Здесь нет хищников - сказал он. - По крайней мере, если карты не врут.

-Разбойники?

-Нет. Разбойники грабят, а не рвут на части. Их убило что-то живое. Огромное. Сильное.

-Караван вёз провизию в пограничные регионы - Киара сглотнула. - Если не сообщить, сотни будут голодать.

-Полетели. Скажем Хранителям.

Они взмыли в воздух, оставив мёртвых в покое. И только тогда Эрдни заметил, что небо на севере потемнело окончательно. Фиолетовые тучи ползли к столице, закрывая солнце.

Варклав показался на горизонте неожиданно, будто вынырнул из фиолетовой дымки. Но это был не тот город, который они покинули утром.

Золотые купола, ещё вчера сверкавшие на солнце, теперь казались тусклыми, словно покрытыми толстым слоем сажи. Над шпилями, вместо привычных сине-золотых знамён Империи, трепетали чёрные полотнища. Даже на расстоянии Эрдни разглядел на них фиолетовый символ — переплетённые когти, сжимающие пылающее око.

Они приземлились у восточных ворот. Камни мостовой были холодными, хотя солнце ещё стояло высоко. Обычно здесь даже в полдень толпился народ — купцы, возчики, стражники. Сейчас не было никого.

Тишина давила, как подушка на лицо.

-Что за чертовщина? - прошептал Эрдни.

Они двинулись вперёд, по главной улице. И чем дальше они шли, тем тяжелее становилось на душе.

Уличные фонари горели. В полдень. Их свет был не жёлтым, а кроваво-красным, пульсирующим, как больной глаз. Тени от них ложились на стены домов длинными, изломанными пальцами.

Прилавки рынка были опрокинуты, товары разбросаны. Из разбитой бочки вытекла и застыла лужа мёда — она уже успела покрыться тонкой корочкой пыли. Запах был приторно-сладким, смешанным с гарью.

-Смотри - Киара указала на флагшток.

Эрдни поднял голову. Чёрное полотнище с фиолетовым символом — переплетённые когти, сжимающие пылающее око. Он никогда не видел его раньше, но что-то внутри него сжалось. Инстинкт, древний и безотказный, кричал: это знак врага.

-Они здесь были, кто бы это ни был - сказал он.

-Или ещё здесь - ответила Киара.

Она была напряжена, её крылья слегка разведены — на случай, если придётся взлетать. Эрдни чувствовал её страх, смешанный с решимостью. Свой собственный он старался не чувствовать.

Они пошли дальше. Из переулков доносились звуки — не шаги, не всхлипы, а мерный, ритмичный топот множества ног. Солдаты. Много солдат.

Эрдни замер за углом и выглянул.

По параллельной улице шёл отряд. В тёмных, искореженных доспехах, с пустыми глазницами шлемов. Они не смотрели по сторонам, не переговаривались, не останавливались. Они просто шли. Ровным, неумолимым шагом.

-Ты видел их лица? - прошептала Киара, когда отряд скрылся за поворотом.

-Нет. И не хочу.

-Они не живые - сказала она. - Я чувствую. В них нет жизни.

Эрдни кивнул. Он и сам это чувствовал — холод, исходящий от этих фигур, был не от металла. Он был от пустоты.

Они двинулись дальше, стараясь держаться теней, прятаться за углами, перебегать пустые улицы короткими перебежками. Город, ещё вчера такой живой, теперь казался лабиринтом, полным ловушек.

На одной из площадей их всё-таки заметили.

-Стоять! - крикнул хриплый, нечеловеческий голос.

Из-за колоннады выбежали солдаты — шестеро, с копьями и мечами. Эрдни узнал их. Такие же пустые глаза, такие же искореженные доспехи, фиолетовые подтёки на металле.

-Взлетаем! - крикнул он.

Они оттолкнулись от земли, но в тот же миг из переулка вылетела тварь — огромная, чёрная, с кожистыми крыльями и длинной зубастой мордой. Она ударила хвостом по стене, обрушив карниз прямо перед ними.

-В обход! - крикнула Киара.

Они нырнули в узкий проход между домами. Сзади слышался топот солдат и визг твари. Каменная крошка сыпалась на головы, когда тварь когтями сдирала черепицу с крыш.

Они выскочили на другую площадь. Храм был уже близко — его шпили виднелись из-за крыш.

Но на площади их ждали.

Трое солдат в тёмных, искореженных доспехах стояли неподвижно, скрестив копья. Их лица были бледными, безжизненными, глаза — пустыми, как у кукол. У некоторых зияли раны, но они не кровоточили.

Эрдни не стал ждать. Он выдохнул сгусток пламени. Огонь ударил в солдат, сбил одного с ног. Но тот поднялся, как ни в чём не бывало, стряхнул пепел — и пошёл дальше.

-Бесполезно! - сказала Киара.

-Тогда — к храму!

Они рванули вперёд, сбивая солдат плечами, уворачиваясь от копий.

Ещё одна узкая улочка, и вход в Храм показался перед ними.

Массивные дубовые двери храма поддались с протяжным скрипом. Эрдни влетел внутрь, Киара — за ним. Он захлопнул створки, и снаружи послышался глухой удар — тварь врезалась в дерево, но двери выдержали.

Внутри храма царил полумрак. Высокие окна-бойницы пропускали скудный фиолетовый свет, отбрасывая на пол причудливые, искажённые тени. Пахло ладаном, плесенью и… кровью? Эрдни принюхался. Да, кровью. Свежей.

-Здесь кто-то есть? - окликнул он.

Где-то в глубине, из-за колонн, послышались шаги. Много шагов. Из полумрака выступили фигуры: фавны с копьями, драконы с обгоревшей чешуёй, женщины с детьми на руках. Все они смотрели на вошедших с надеждой и ужасом.

-Вы… вы живые? - спросил молодой фавн с перевязанной головой.

-Живые - ответил Эрдни. - Что здесь произошло?

-Лорд… - фавн сглотнул. - Он вернулся. Той ночью, когда небо стало фиолетовым… он пришёл. И с ним — армия.

-Император? - спросила Киара.

Фавн опустил голову.

-Мёртв... Стража перебита. Те, кто не сбежал, спрятались здесь.

Эрдни выдохнул. Нет, это не могло быть правдой. Надо найти Солариса, он точно знает правду.

Киара держалась сзади. Она молчала, опустив голову, тоже потрясённая.

-Мы и сами не знаем, как так вышло. Переполох в городе случился так быстро, будто молния ударила... - сказал фавн. - А потом мы нашли его уже... Мёртвым.

-Чëрт... Сколько вас? - спросил Эрдни.

-В катакомбах под городом — тысячи - ответил кто-то из толпы. - Здесь, в самом храме — те, кто не успел спуститься.

-Соларис здесь? - спросила Киара.

Ответа не потребовалось.

Из глубины зала, из-за колонн, вышел старый дракон. Его чешуя была исцарапана, одно крыло неестественно свисало. Но глаза — глаза горели тем же огнём, что и всегда.

-Соларис! - Эрдни бросился к наставнику.

Старый дракон обнял его свободным крылом — жест, непривычный для него, такой родной и отчаянный.

-Слава богам, ты жив - прохрипел Соларис.

-Жив. А ты? А вы все?

-Мы… держимся - ответил Соларис.

Из тени вышли остальные. Фреонар — бледный, с запёкшейся кровью на губе. Вольт — с потрескавшейся чешуёй и тусклым взглядом. Террион — массивный, но его каменная броня была покрыта глубокими царапинами.

А следом за ними — Ламберт. Живой. Целый. С молниями на рогах и с тем самым взглядом, который Эрдни помнил с первых дней обучения — твёрдым, но тёплым.

-Ламберт! - Эрдни шагнул к нему, и бывший воин императора, не говоря ни слова, стиснул его в объятиях, хлопнув по спине.

-Жив, сорванец! - голос Ламберта был хриплым, но в нём слышалась радость. - А я уж думал, ты там геройствуешь до последнего.

-Не дождётесь - ответил Эрдни, и впервые за этот долгий день на его губах мелькнуло подобие улыбки.

Рядом с Ламбертом стоял Флойд — в простой рубахе, с мечом у пояса, его лицо было серьёзным, без следа привычной усмешки, но он кивнул Эрдни и Киаре, и в этом кивке было всё: и радость, и тревога, и готовность идти дальше.

Эрдни снова бросился к Соларису. Им обоим предстоял роковой вопрос.

-Соларис... Что с Императором? Нам сказали, он... Умер.

Соларис опустил взгляд.

-К сожалению, это правда... - выдохнул наставник.

Глаза Эрдни и Киары расширились до предела. Они отшатнулись синхронно, будто от физического удара.

-Мёртв?! - вырвалось у Эрдни. - Но он же… Он же не был старым! Он был в силе!

Эльдора зарыдала, впервые за многие годы потеряв ледяное самообладание.

-Ещё утром… утром я заходила к нему с докладом о новых рунах защиты на Северных Вратах! Он улыбался, шутил… Был полон планов! Аргус был в самом расцвете сил! - её рыдания стали громче. Вольт молча подошёл и обнял её могучим крылом, прижимая к своей груди.

-Я уверен, здесь не обошлось без кинжала в спину от этих самых Теней - прогремел Ламберт, его когти впились в камень пола. - Они мастера тихих убийств.

-Это точно - подтвердил Террион, его низкий голос звучал как подземный гул. - Честного боя они избегают. Удар из тьмы – их стихия.

Минута тяжёлого молчания, нарушаемая лишь плачем Эльдоры.

-Что здесь произошло? - спросил Эрдни.

-Лорд вернулся - ответил Соларис, и в его голосе была такая тяжесть, что Эрдни невольно сжал когти. - Его слуги пробудились. Варклав пал за несколько часов.

Эрдни почувствовал, как земля уходит из-под лап.

-Как? Мы же… - он запнулся. - Мы победили Сколла. Мы запечатали Лорда. Как он вернулся?

Эрдни замер. Слова не укладывались в голове. Они были неправдой. Просто не могли быть правдой.

-Как? - переспросил он. Голос его сорвался. - Это что… из-за меня? Я впустил его? Я помог ему вернуться?

Он отшатнулся, будто получил удар. В голове зашумело, в ушах зазвенело. Воспоминания — те самые, которые он прятал глубоко — вырвались наружу. Алтарь. Сколл. Крик Киары. И тогда — та самая вспышка, та самая тьма, которая вошла в него и затаилась.

-Эрдни! - Киара шагнула к ним, коснулась его плеча. - Это не твоя вина.

-Не моя? - он почти выкрикнул это. - Я должен был остановить это, принести мир! И теперь он вернулся! Может я виноват в этом! Я… - он опустил голову, когти впились в каменный пол. - Я неудачник. Я всё испортил.

-Ты не мог знать. Есть вещи, которыми мы не можем управлять, как бы ни старались - тихо сказал Соларис.

-Должен был! - Эрдни поднял голову, и в его глазах горела такая боль, что Киара невольно отшатнулась. - Я — Избранный! Я должен был чувствовать! Я должен был остановить это!

-Эрдни! - голос Киары стал твёрже. - Посмотри на меня.

Он посмотрел. В её изумрудных глазах не было страха, не было упрёка. Только любовь. Та самая, которая держала его на плаву все эти годы.

-Ты сделал всё, что мог - сказала она. - И мы это исправим. Вместе.

Он хотел возразить, но не смог. Слова застряли в горле.

-Киара права - сказал Соларис. - Вина — плохой советчик. Сейчас важнее другое.

Соларис тяжело вздохнул и подошёл к каменному столу, заваленному свитками и древними книгами. Он открыл один из фолиантов — самый старый, с пожелтевшими страницами, покрытыми выцветшими чернилами.

-Это началось не с Лорда Тьмы - сказал он. - Это началось гораздо раньше. В мире, которого больше нет. С истории, которая старше нас всех.

Эрдни подошёл ближе. Киара — за ним. Флойд тоже шагнул к столу.

Соларис перелистнул несколько страниц и остановился на рисунке. На нём был изображён дракон — не похожий на тех, кого они знали. Его чешуя была цвета ночного неба без звёзд, а рядом с ним стоял человек, чьи глаза были бездонными колодцами холода. Они стояли на фоне замерзшего, мёртвого мира.

-Эрион - сказал Соларис. - Последний Лорд Имира. Царства вечных льдов и сияющих кристаллов. Когда-то Имир процветал. Но проклятие пришло в его мир — вечный, безжизненный холод, который пожирал саму душу мира. Эрион не хотел гибели своего народа. И он нашёл способ… чудовищный способ. Перенести проклятие с Имира в наши земли.

Фреонар, стоявший у колонны, содрогнулся. Его стихия была холодом, и он лучше других понимал, о чём говорил наставник.

-Мы, Хранители, тогда ещё молодые и дерзкие, встали стеной - продолжил Соларис. - Мы объединили силы. Нашей магией, кровью и волей мы создали артефакт — Корень Заключения. В него мы заточили душу Эриона, остановив ритуал в последний миг.

-А потом? - спросила Киара.

-Потом десятилетиями Корень покоился в лесном святилище. Нетронутый. Забытый... - Соларис замолчал, и в его глазах появилась глубокая, старая боль. - Но однажды юный дракон, любопытный и неосторожный, подошёл к нему слишком близко. Он укололся о шип Корня… и впустил в себя крошечную, но ядовитую частицу души Эриона. Эта частица стала паразитом в его теле. Зерном тьмы.

-И этим драконом стал Лорд Тьмы - тихо сказал Эрдни.

-Да. Частица души Эриона росла в нём, меняла его, разъедала изнутри. А когда он пал в битве, когда мы запечатали его тело в Нижнем Мире… - Соларис покачал головой. - Мы думали, что победили. Но мы ошиблись.

-Тени. Культ Теней, как их называют - сказал Флойд. - У Эриона была своя гвардия. Пятеро. Не просто воины. Легендарные бойцы, не знавшие поражений. Инквизиция, если можно так сказать.

-Они спали, запечатанные вместе с душой господина - добавила Эльдора. - И они спали здесь, в Среднем Мире. Где-то под землёй, в забытых пещерах. Много лет.

-Когда Лорд Тьмы, уже нося в себе частицу Эриона, призвал их… они проснулись - закончил Соларис. - Они почувствовали отголосок своего господина. И они вернули Лорда к жизни. Не потому, что он Эрион. А потому, что в нём есть частица Эриона. И для Теней этого достаточно.

-Значит, Лорд — не Эрион? - уточнила Киара.

-Нет. Эрион мёртв. Его душа заточена в Корне. Но Тени служат не Лорду. Они служат отголоску. Эху. И они делают всё, чтобы это эхо стало голосом.

-А что им нужно? - спросил Эрдни.

-Завершить ритуал - ответил Соларис. - Не перенести холод, как хотел Эрион. А кое-что похуже.

Он перевернул ещё несколько страниц. На них были изображены странные символы, похожие на переплетённые кольца, и карты с отметками.

-Чтобы вернуть Лорду силу, Тени питают его энергией Забытых миров. Миров, где жизнь угасла или умирает. Эти миры стали идеальным источником силы. Консервами, скажем так. Тени открывают порталы в эти миры и высасывают из них остатки жизненной силы. Для этого им нужны якоря — артефакты, которые стабилизируют порталы и дают Теням силы.

-Пять Теней — пять якорей? - спросил Флойд.

-Да - кивнул Соларис. - Пять Теней — пять якорей в, что странно, трёх Забытых мирах. Первый якорь находится в мире, который называется Элизиум Теней. Если мы уничтожим его, одна из Теней лишится источника силы.

-И мы отправимся туда - сказал Эрдни. - Я и Киара.

-Не одни - возразил Ламберт. - С вами пойдёт отряд. Нужны разведчики, бойцы, те, кто знает врага.

-Я пойду - сказал Флойд.

-Я тоже - раздался голос из тени.

Все обернулись.

Из-за колонны вышла Эмбра. Серебристая чешуя её была покрыта пылью и тёмными подтёками. Правое крыло, рассечённое старым шрамом, она старалась держать поджатым. В глазах — смесь страха и решимости.

Толпа ахнула. Фавны, стоявшие ближе к выходу, схватились за копья. Драконы напряглись, кто-то зарычал.

-Дочь Лорда! - выкрикнул капитан Горн, высокий фавн с прилизанными волосами, выступая вперёд. Его копьё было направлено прямо на Эмбру. - Как она здесь оказалась?!

-Предательница! - закричал другой фавн. - Она привела их сюда!

-Убить её! - заорал третий. - Пока она не прикончила нас всех!

Несколько воинов шагнули вперёд. Кто-то выхватил меч. Эмбра отшатнулась, прижалась спиной к колонне. Её крыло дёрнулось, она втянула голову в плечи, будто пытаясь стать меньше, незаметнее. Но не убежала. Не спряталась.

-Стоять! - рявкнул Эрдни, шагая между толпой и Эмброй. - Она не враг.

-Не враг? - Горн ткнул копьём в её сторону. - Она — дочь того, кто разрушил наш город! Её отец убил императора! Её кровь — кровь тьмы!

-Её кровь — её кровь - спокойно сказал Флойд, выходя вперёд и вставая рядом с Эрдни. Он не обнажал меч, но его рука лежала на рукояти. - И она не выбирала, кем родиться.

-Ты защищаешь её? - Горн повернулся к Флойду. - Некромант и дочь монстра — два сапога пара!

-Капитан Горн - голос Флойда стал холодным, как лёд. - Я понимаю твою боль. Но сейчас не время сводить счёты.

-А когда? - не унимался фавн. - Когда она вонзит нам кинжал в спину?

-Она уже вонзала кинжал - тихо сказал Эрдни. - В спину своего отца. Когда он, а потом Сколл, приказал ей убить меня.

Толпа зашепталась. Капитан Горн опустил копьё, но не убрал.

-Я была слепа - голос Эмбры прозвучал громко, хотя она сама всё ещё дрожала. - Я служила ему, да. Не по своей воле. Но я прозрела. Я видела, что он делает с этим миром. С фавнами. С драконами. С… - она запнулась, сглотнула. - Я не прошу вас любить меня. Я даже не прошу верить. Я прошу только одного — дать мне шанс.

-И почему мы должны тебе верить? - выкрикнул кто-то из толпы.

-Потому что она сражалась с нами в битве за храм - сказал Ламберт. Он вышел вперёд, и его голос, громкий как удар молота, заглушил шепотки. - Потому что она рисковала своей жизнью, чтобы спасти раненых. И потому что, если она хотела предать, она сделала бы это уже давно.

-Капитан Горн! - Ламберт посмотрел на фавна в упор. - Я понимаю твой гнев. Но оставь его для врага.

-А если она предаст? - спросил Горн, опуская копьё.

-Тогда я лично сверну ей шею - ответил Ламберт. - А пока она под моей защитой. Эрдни, ты с ней?

-Отвечаю - сказал Эрдни.

-Я тоже - добавил Флойд.

Наступила тишина.

Эмбра стояла у колонны, всё ещё бледная, но её плечи расправились. Она посмотрела на Эрдни, на Флойда, на Киару, которая молча кивнула ей из-за плеча друга.

-Спасибо... - прошептала она одними губами.

-Добро пожаловать в Сопротивление - сказал Ламберт. - А теперь — к делу.

Он взошёл на невысокий уступ у стены, и его голос прокатился по залу:

-ВНИМАНИЕ, ВСЕМ! Хватит сидеть в этой каменной ловушке! Пора вспомнить, кто мы! Драконы! Хранители! Дети этой земли! Пора встать на её защиту!

Он окинул взглядом собравшихся.

-Я, Ламберт, бывший воин Аргуса, ОБЪЯВЛЯЮ О ФОРМИРОВАНИИ СОПРОТИВЛЕНИЯ! Важен КАЖДЫЙ! И помните — с нами те, кто УЖЕ ОДНАЖДЫ НЕ ДАЛ ЛОРДУ ВЕРНУТЬСЯ! Эрдни и Киара смогли тогда! СМОГУТ И СЕЙЧАС!

Зал взорвался аплодисментами, криками, топотом. Надежда, растоптанная, поднялась из пепла.

Эрдни стоял у окна, глядя на фиолетовое небо. Где-то там, над крышами Варклава, кружили твари, по улицам ходили солдаты. А где-то там, в Забытых мирах, ждали Тени.

-Эрдни... - к нему подошла Киара. - Ты готов?

-Нет - честно ответил он. - Но это ничего не меняет.

Она коснулась его крылом. Он в ответ приобнял её своим.

-Мы справимся. Мы всегда справлялись.

Он кивнул. И они пошли готовиться к самому опасному путешествию в своей жизни.

Глава 3: Надежда не умирает - её хоронят заживо

Когда крики и аплодисменты стихли, когда последние отголоски надежды растаяли в фиолетовом полумраке храма, Ламберт поднял лапу, призывая к тишине.

-А теперь — без паники. Без суеты. Каждый знает своё место.

Он спрыгнул с уступа и подошёл к каменному столу, на котором Эльдора уже разворачивала карту Варклава. За годы службы при императоре Аргусе Ламберт привык к порядку — и сейчас, в этом хаосе поражения и страха, он собирался навести именно порядок. Потому что без порядка армия — просто толпа. А толпу враг раздавит за час.

-Эльдора! - позвал он.

Из толпы вышла сестра Эрдни. Она стряхнула с себя оцепенение, расправила плечи. Её ледяные глаза, ещё минуту назад красные от слёз, теперь горели холодным, боевым огнём. Она подошла к столу и встала рядом с Ламбертом, ожидая приказа.

-Фенор! - крикнул Ламберт, оглядывая зал.

Из глубины храма, из-за колонн, показался молодой дракон. Фенор — командир Воздушного корпуса, тот самый, что должен был лететь с Эрдни и Киарой к каравану, но остался в городе по приказу Солариса. Его лицо украшал свежий синяк — след вчерашней стычки с новобранцем, — но выглядел он собранным и готовым. Он быстро прошёл между рядами усталых воинов и встал по другую сторону от карты, напротив Эльдоры.

-Капитан Горн! - позвал Ламберт в третий раз.

Молодой фавн, чьё копьё, тем не менее, видало десятки сражений, отделился от группы своих бойцов и тяжело, но уверенно зашагал к столу. Его морда была суровой, глаза — настороженными. Он встал чуть поодаль, скрестив руки на груди.

Ламберт обвёл взглядом троих. Тех, кто будет держать оборону, пока он сам с отрядом уйдёт в Элизиум.

-Слушайте сюда! - сказал он, проводя когтем по карте. - Варклав наш только в теории. На деле — каждая улица, каждый дом под контролем врага. Но мы не будем брать город штурмом. Не сейчас.

-Что тогда? - спросил Горн, хмурясь. Он не любил, когда говорили загадками.

-Мы нанесём удар в сердце - ответил Ламберт. - Тени — вот наша цель. Лишите их источников силы, и они ослабнут. А без них армия Лорда — просто стадо, которое рано или поздно рассыплется.

-Звучит просто - буркнул Фенор, потирая ушибленное плечо. - На деле будет сложнее.

-На деле всегда сложнее - признал Ламберт. - Но у нас нет выбора. Эльдора, твоя задача — пехота. Горн — разведка. Фенор — Воздушный корпус. Мне нужно знать, где Тени, сколько у них солдат, какие улицы свободны, а какие — зачищены. И главное — где находится их командование.

-Понял - кивнул Фенор. Он уже мысленно перебирал своих лётчиков, оценивая, кого можно послать в разведку, а кто нужен для обороны храма.

-Разведчиков у меня мало - сказал Горн. - Но те, кто есть — лучшие. Мои ребята не подведут.

-Эльдора? - Ламберт повернулся к ней.

-Пехота готова - ответила она. - Те, кто может держать оружие, уже ждут приказа. Женщины с детьми спущены в катакомбы. Раненые — в лазарете.

-Кто в лазарете? - спросил Ламберт.

Несколько лекарей из числа фавнов - ответила Эльдора. -Я думаю, нам нужен Флойд там, с самыми тяжёлыми.

Ламберт кивнул. Флойд — бывший некромант, а ныне один из самых умелых целителей в Сопротивлении — будет именно там, где и должен быть.

-Хорошо - сказал Ламберт. - Вольт, Террион, вам особое задание. Портал в Элизиум. Нужен работающий шпиль.

-Мы нашли один - ответил Террион, выступая из тени. - На окраине Варнора, в старом квартале. Тени его не тронули. Видимо, не знают или не считают важным.

-Тогда готовьте его. Через час отряд должен выступить.

-Отряд? - переспросил Горн, насторожившись. - Это кто?

-Эрдни, Киара, Эмбра и я - ответил Ламберт, не отрывая взгляда от карты.

Горн хотел что-то сказать, но промолчал. Только покосился на Эмбру, стоявшую поодаль у колонны. Серебристая драконесса, всё ещё бледная, но с решительным взглядом, не обратила на это внимания.

-Четверо? - усомнился Фенор, переводя взгляд с Ламберта на Эрдни. - И вы собрались идти в Забытый мир вчетвером?

-Четверо — но каких! - Ламберт усмехнулся. — Эрдни и Киара уже однажды спасали миры. Эмбра знает врага изнутри. А я… я просто старый вояка, который не умеет сидеть на месте. Нас не остановить.

-Я с вами - сказал Флойд, шагнув вперёд из толпы. Он услышал разговор и не мог остаться в стороне.

Ламберт посмотрел на него. Взгляд его был тяжёлым, но не злым. Он понимал, чего стоит Флойду это предложение — идти в лазарет, а не в бой, рисковать собой.

-Нет, Флойд. Ты нужен здесь.

-Где — здесь? - Флойд не сдавался.

-В лазарете. Раненых много, а лекарей — кот наплакал. Твоя магия, твои знания… они нужнее здесь. Без тебя половина из тех, кто лежит в катакомбах, не доживёт до утра.

Флойд хотел возразить, но Ламберт поднял лапу.

-Не спорь. Ты — лучший целитель в этом храме. Без тебя раненые не выживут. А без них — какое Сопротивление? Кто будет держать строй, когда враг пойдёт на штурм?

Флойд помолчал, потом кивнул. Неохотно, но кивнул.

-Ладно. Но если вы не вернётесь… - он не договорил, но все поняли.

-Вернёмся - сказал Эрдни, подходя к нему. - Куда мы денемся. Ты же знаешь, я живучий.

Флойд усмехнулся — впервые за этот долгий день. В уголках его глаз появились знакомые искорки.

-Дурак ты, Эрдни. Но везучий.

-Это не везение - ответил Эрдни. - Это настойчивость. И хорошая компания.

Он кивнул на Киару, которая стояла рядом, и на Эмбру, которая всё ещё держалась чуть поодаль.

-Ладно - Ламберт хлопнул лапой по столу, привлекая внимание. - Все по местам. Через час встречаемся у Портального шпиля. Вопросы?

-Да - сказала Эльдора. - Что, если Тени начнут наступление, пока вас не будет? Что, если они ударят по храму?

-Тогда держите оборону - ответил Ламберт. - Храм — наша крепость. Катакомбы — наше убежище. Не дайте врагу прорваться.

-А если они прорвутся? - спросил Горн. - Если нас будет слишком мало?

-Тогда уходите в катакомбы и запечатайте входы - сказал Соларис, подходя к столу. Он всё ещё прихрамывал, но его голос звучал твёрдо. - Мы с Хранителями поможем. Вместе мы продержимся.

-Ты ещё не оправился - заметил Вольт, глядя на его свисающее крыло.

-Оправился! - жёстко ответил Соларис. - Не до жиру. Быть бы живу.

Толпа зашепталась. Кто-то одобрительно кивал, кто-то хмурился, но спорить с Соларисом не решался никто.

-Тогда всё - сказал Ламберт. - Время пошло. Не подведите.

Зал загудел. Фавны и драконы разошлись по своим местам: одни — проверять оружие, другие — перевязывать раненых, третьи — тащить ящики с припасами в катакомбы. Флойд направился в угол, где уже лежали десятки пострадавших — стоны, крики, запах крови и трав. Его ждали. Эльдора и Фенор отошли к карте, склонились над ней, обсуждая диспозицию: где поставить лучников, где — копейщиков, какой участок стены самый уязвимый. Горн, качая головой, ушёл собирать разведчиков — у него их было всего семеро, но каждый стоил десятка обычных солдат.

А Эрдни, Киара, Эмбра и Ламберт остались у стола.

-Ещё кое-что - сказал Соларис, понижая голос. - Мы не всё рассказали. О планах Лорда.

-Я думал, мы говорили про якоря - удивился Эрдни.

-Говорили. Но это только часть - Соларис взял со стола один из свитков и развернул его. На нём были изображены пять кругов, соединённых линиями в одну паутину. - Тени не просто хотят открыть порталы в Забытые миры. Они хотят выкачать из них всё — каждую каплю жизненной силы, каждую крупицу магии, каждый крик умирающих миров.

-И что тогда? - спросила Киара.

-Тогда Лорд Тьмы станет Пожирателем Реальностей - ответил Террион, подходя ближе. - Существом, способным уничтожать миры одним желанием. Не победить, не остановить, не договориться. Только стереть в пыль.

-Звучит… преувеличенно - сказал Эрдни, хотя внутри у него всё похолодело.

-Это не преувеличение - покачал головой Соларис. - В древних текстах есть упоминания о таких созданиях. Они не просто убивают, они стирают само существование. Миры, где они прошли, перестают быть. Ни камня, ни пепла, ни воспоминаний.

-И Лорд... Отец хочет стать таким? - спросила Эмбра. Голос её дрожал, но она держалась.

-Да - ответил Соларис. - И если ему это удастся — ни Империя, ни Имир, ни один из Забытых миров не выживут. Всё, что мы знаем, всё, что мы любим — исчезнет. Навсегда.

-Поэтому мы и идём в Элизиум - сказал Ламберт. - Уничтожить первый якорь. Лишить Теней питания. Замедлить ритуал.

-А потом? - спросила Киара.

-А потом — остальные якоря - ответил Соларис. - В Асхейме, в других Забытых мирах. Но сначала — Элизиум. Один шаг за раз.

-Один шаг за раз - повторил Эрдни. - Звучит как план.

-Это всё, что у нас есть - сказал Ламберт. - Ладно, готовьтесь. Через час выступаем.

Они разошлись.

Час пролетел незаметно. Эрдни успел перекинуться парой слов с Флойдом — тот, уже в импровизированном лазарете, перевязывал раненого фавна. Руки его двигались быстро, уверенно, но глаза были уставшими.

-Вернись живым - сказал Флойд, не отрываясь от работы. - Без тебя мне не над кем будет шутить.

-Постараюсь.

-Не старайся. Делай.

Эрдни усмехнулся и пошёл дальше.

У выхода из храма его ждали. Эльдора и Фенор стояли рядом, провожая отряд. В глазах Эльдоры блестели слёзы, но она их не скрывала.

-Береги себя - сказала она, обнимая брата. - И его - кивнула она на Ламберта.

-А кто его беречь будет? - улыбнулся Эрдни.

-Сам себя - ответил Ламберт, подходя. - Я старый вояка, меня ни меч, ни стрела не берёт.

-Тогда идём.

Они вышли из храма. Улица была пуста. Фиолетовый свет фонарей падал на мостовую кровавыми лужами. Где-то вдалеке слышались мерные шаги патруля — солдаты Теней, обходящие свои владения.

Элизиум ждал их.

Глава 5: Тени танцуют там, где свет гаснет

Столица Империи осталась позади, поглощенная клубящимся тучами, которые укрыли ударный отряд от всевидящих очей вражеских дозоров. Их путь лежал к шпилю у древнего Варнора – островку спокойствия, куда еще не докатились кровавые волны Войны Теней. Здесь, в этой временной заводи, у них был бесценный союзник – элемент внезапности.

Ламберт, Эрдни, Эмбра и Киара, затаив дыхание перед бирюзовым мерцанием портала, шагнули в неизвестность. Мир перевернулся. Их подхватил незримый водоворот, вырвавший из реальности. Ощущение было сродни падению сквозь слои ткани мироздания – их тела прокрутило, вывернуло и с силой выбросило на твердую, но незнакомую почву. Эрдни, первым поднявшийся на ноги, отряхнул пыль с чешуи с явным отвращением.

-Ох, терпеть не могу порталы - проворчал он, потирая затылок, где, казалось, еще звенело эхо искаженного пространства. - Всегда чувствуешь себя выжатым лимоном, да еще и вверх тормашками.

Отряд поднялся, озираясь. Элизиум Теней предстал перед ними во всей своей призрачной, сюрреалистичной красе. Небо было не черным, но насыщенным, как самый глубокий океан в час заката, – темно-синим бархатом, усыпанным незнакомыми, тусклыми звездами. Растительность, причудливая и неземная, переливалась всеми оттенками бирюзы, создавая иллюзию подводного сада. А среди этого великолепия возвышались строения из черного мрамора – драгоценного камня этого мира. Архитектура поражала изяществом: стрельчатые арки, напоминающие застывший дым, тонкие шпили, уходящие в высь, и стены, отполированные до зеркального блеска, в которых отражалось инопланетное небо.

Населяли этот мир Тени. Не просто тени от предметов, а существа – сгустки полупрозрачной, мерцающей пыли, слипшейся в зыбкие, гуманоидные формы. Там, где должно было быть лицо, сияли белые каменные маски: гладкие, без эмоций, с двумя пустыми кругами вместо глаз и одним вертикальным прорезом внизу, похожим на рот. Они двигались плавно, почти невесомо, словно плывя по воздуху. Чужаков они не замечали вовсе, проходили сквозь них, как сквозь дым, неосязаемые и безразличные. Лишь между собой они общались – тихим, шипящим, абсолютно непостижимым шепотом, наполнявшим воздух таинственным гудением.

-Вперед! - скомандовал Ламберт. Он, Эмбра, Эрдни и Киара легко оттолкнулись от земли. Гравитация здесь была слабее, полет давался удивительно легко. Они взмыли вверх, в объятия бирюзового неба, словно пушинки, подхваченные ветром. Эрдни последовал за ними, его мощные крылья лишь слегка взмахивали, поддерживая стремительный полет над черными мраморными крышами и бирюзовыми рощами.

Десять минут свободного, почти парящего полета – и впереди открылась обширная площадь. В ее центре, подобно темному кристаллическому сердцу, возвышался невысокий, но мощный столб. Он был высечен из фиолетового изумруда – еще одного диковинного камня Элизиума, излучавшего собственный, глубокий свет. Это был Вечный Сумеречный Обелиск. У его подножия, словно подчиняясь незримому ритуалу, стояли на коленях десятки Теней. Они были неподвижны, их маски обращены к вершине столба, создавая картину безмолвной, почти религиозной медитации.

-А вот и он... - голос Ламберта, донесшийся сквозь разреженный воздух, был тих, но полон решимости.

Отряд бесшумно опустился на отполированную черную поверхность площади, словно тени на фоне теней. Обитатели Элизиума не обратили на них ни малейшего внимания, позволяя проходить сквозь свои эфирные тела без сопротивления. Несколько осторожных шагов – и они были у самого подножия Обелиска. И в этот момент тишину площади разорвал влажный, хлюпающий звук, неестественный и зловещий.

Эрдни и Киара мгновенно сгруппировались. Из-за монолитного изваяния выступили несколько фигур. Они были плотнее, темнее, реальнее местных Теней, излучая угрозу. В центре шли трое: слева – крепкий, приземистый силуэт с тяжелой секирой на плече; справа – высокая, андрогинная фигура с длинным мечом, покоившимся на плече; между ними – худощавая тень, опиравшаяся на посох, увенчанный мерцающим черным кристаллом. Слева от них двигалась еще одна фигура – ее лицо скрывала маска, но не гладкая, как у местных, а покрытая трещинами и сколами, а правая рука была странной, чудовищной: черной, словно вылепленной из жидкой тьмы, неестественно длинной и дергающейся, как конечность паука. Справа же плелось нечто, заставлявшее сомневаться в самой природе реальности – существо, чьи очертания постоянно колебались между звериными и гуманоидными, разумное или нет – понять было невозможно.

Фигура в разбитой маске сделала шаг вперед. Ее голос, искаженный и насмешливый, разрезал тишину, как нож:

-Какая неожиданная встреча! Как же приятно видеть вас всех живыми и невредимыми... прямо перед тем, как вы станете ковриком у ног нашего Лорда! - его незримый взгляд скользнул по отряду, задержавшись на Эмбре. Маска будто искривилась в ухмылке. - Сестренка! Папочка будет крайне недоволен твоим... несанкционированным отсутствием...

Слова впились в Эмбру как отравленные иглы. Она сжала лапы и опустила голову, бледнея.

-Что?! - взорвался Эрдни, выдвигаясь вперед, защищая Эмбру. - Мы впервые тебя видим, Тень! Говори яснее!

Фигура в маске издала резкий, скрежещущий звук, похожий на смех. Она сделала еще шаг, ее черная, жидкая рука вытянулась вперед с неестественной скоростью и сжалась в кулак, от которого пошел легкий дымок.

-Ох, как же легко ты все забываешь! Ничего не припоминаешь, ящерка?! - голос зазвучал гневно, обжигающе. - Целую неделю я барахтался в реках лавы, мечтая только об одном – о возвращении! О мести тебе! Я пал из-за тебя! И теперь ты падешь из-за меня!

В глазах Эрдни мелькнуло озарение, сменившееся ледяным презрением.

-Мико...? - он выдохнул имя, как грязное слово. - Классный... апгрейд, генерал. Тебе идет. Особенно эта ручонка.

-Да как ты смеешь?! - теневая рука Мико в бешенстве рванулась в сторону и с размаху ударила по ближайшей мраморной колонне, оставив на камне трещину и сколы. - Это твоя вина! Ты сделал меня таким!

-Знаешь что? - Эрдни оскалился. - Я бы с превеликим удовольствием сделал из твоего нового личика стейк. Еще раз.

Тень с мечом, высокая и молчаливая до сих пор, заговорила. Ее голос был подобен скрежету камней под жерновами, низкий и лишенный всякой теплоты.

-Оставь бесполезную болтовню, Мико. Они пришли за Обелиском. Они умрут за него - ее маска, казалось, изучала боевые стойки членов отряда, оценивая их готовность.

Тень с посохом, маг, холодно подхватила, ее слова струились, как ледяная вода:

-Интригующе... Сила в них пульсирует, несомненно. Но хватит ли ее, чтобы противостоять Воле Тьмы? Обелиск уже резонирует с нашим Лордом. Ваше сопротивление... будет мимолетным, как тень на закате.

-Сопротивление переживало и не такое - прогремел Ламберт, его голос, наполненный неукротимой волей, прозвучал как удар гонга. - Даже кромешную тьму можно рассеять. Достаточно одной искры.

-Вы лишь сор, мусор на пути истинного Прогресса - парировала тень-маг, ее посох вспыхнул темным огнем.

-Прогресса? - впервые заговорила Киара, до этого наблюдавшая с каменным спокойствием. Ее голос был чист и звонок, но резал как сталь. - Прогресса к чему? К могиле? Взгляните на судьбу Сколла! Он был вашим прогрессом?

Третий, крепкий теневой воин с секирой, зарычал, его голос был густым и грубым:

-Существа делятся на инструменты и архитекторов. Сколл был инструментом, пусть и мощным. А мы... мы – архитекторы новой эпохи! Вы слишком малы, чтобы понять масштабы игры, в которую ввязались!

И в этот момент Вечный Сумеречный Обелиск вспыхнул. Не ярко, а глубоким, пульсирующим фиолетовым сиянием, залившим площадь тревожным светом. Тень-маг мгновенно отреагировала. Она резко взмахнула посохом, и сгусток чистой, губительной тьмы, похожий на черную молнию, ударил в основание монолита. Раздался оглушительный всплеск энергии, от которого содрогнулась сама земля под ногами и задрожали мраморные стены окружающих зданий. Воздух наполнился гудящим звоном, словно гигантский колокол ударил где-то в недрах мира. Процесс, ради которого они пришли, был запущен. Необратимо.

-Берегите спину! - это был последний крик Мико, уже отступающего к внезапно развернувшемуся за спиной лидеров порталу. Его фигура с разбитой маской и жидкой рукой растворилась в вихре, за ней последовали тень с мечом, маг и воин с секирой.

Но не все ушли. То существо – не то зверь, не то человек, неясное и пугающее – осталось. Оно замерло перед отрядом, его нестабильные очертания напряглись, низкий, животный рык вырвался из клубка тьмы, где должна была быть голова. Оно было готово к атаке. И в тревожном, пульсирующем фиолетовом свете Обелиска, под безучастными масками молящихся Теней, битва за Вечный Сумеречный Обелиск началась.

(Понравилось? Ждёшь продолжения? Подпишись и поставь лайк, это лучшая благодарность!)

Битва при Сумеречном Обелиске

Вечный Сумеречный Обелиск пылал. Фиолетовые всполохи, рожденные ударом тени-мага, пульсировали в его фиолетово-изумрудной сердцевине, заливая площадь тревожным, мертвенным светом. С каждым ударом-вспышкой мир содрогался – неглубоко, но мерзко, как лихорадка, пробегающая по телу земли. Камни под ногами вибрировали, черный мрамор стен звенел тонким, надтреснутым звуком.

И Тени… Тени изменились. Их безмолвная медитация сменилась навязчивым, гипнотическим порывом. Как мотыльки, ослепленные пламенем, они оторвались от земли и понеслись к Обелиску – беззвучные, стремительные призраки. Столб впитывал их в себя, поглощал силуэт за силуэтом, а в ответ горел все ярче, все неистовее, насыщая воздух гулом раскаленного напряжения.

-Ох - выдохнул Эрдни, отшатнувшись от вихря теней, пронесшегося мимо его крыла. - Так вот как они высасывают соки из этого мира… Прямо как вампиры на празднике!

-Обелиск! - прогремел Ламберт, его голос перекрыл нарастающий гул. Он поднял голову, готовый к удару. - Его нужно разрушить! Пока он не выпьет до капли последних обитателей Элизиума!

-Нет! - отчаянно крикнула Киара, уворачиваясь от еще одного потока теней. - Если разрушить его сейчас – он взорвется! Волна энергии может сжечь их!

-Это Тени, Киара! - парировал Ламберт, его взгляд метнулся к ближайшим призрачным фигурам, бесследно исчезавшим в монолите. - Они не из плоти! Их не возьмет ударная волна!

Зловещее цоканье когтей по мрамору заставило их обернуться. То самое существо – не зверь, не человек, сгусток неопределенности – приблизилось. На месте бесформенной массы темноты теперь зияла зубастая пасть, усеянная иглами-клыками, а над ней горели два узких, желтых, лишенных век глаза, как у глубоководного кошмара. Оно издало звук – визгливый, пронзительный, словно меловые когти, скребущие по стеклянной доске. Когтистая лапа, больше похожая на щупальце с костяными шипами, взметнулась вверх, целясь в Эрдни.

Четверо драконов метнулись в стороны. Удар когтей врезался в камень там, где только что стоял Эрдни, оставив глубокие царапины.

-Так вот что растерзало тот караван! - зарычал Эрдни, отлетая и разворачиваясь для контратаки. - Вот же мерзкая тварь! Нашла, кого кусать?

-Какой караван? - рявкнул Ламберт, швырнув в чудовище сгусток ослепительной молнии. Разряд ударил тварь в бок, заставив ее дернуться и пронзительно завизжать, но не остановил.

-Когда мы… возвращались в Варклав! - Киара, парируя хлесткий удар хвостом существа, едва успевала говорить. - Нашли обозы… все перебиты! Видимо, виновник перед нами!

-Черт побери! - Ламберт сжал лапы. - Ладно, наши разберутся! Сейчас главное – эта штука! - он снова метнул молнию, но тварь ловко отпрыгнула в сторону, ее тело перетекало, как жидкая тень.

Эмбра, сгруппировавшись, послала в противника сгусток сгущенного мрака – ее собственную тень, заостренную как копье. Но существо, казалось, предвидело удар. Оно не просто увернулось – оно контролировало пространство вокруг Обелиска. Молниеносным ответным движением его щупальце-лапа ударило Эмбру в бок. Хрупкая драконесса с глухим стоном отлетела назад, ударившись спиной о мраморную колонну. Аметистовые глаза ее закатились, тело обмякло – оглушена.

-Эмбра! - крикнул Эрдни, но отвлечься было нельзя. Тварь, визжа и цокая когтями, уже металась между ними, пользуясь легкой гравитацией Элизиума: она прыгала с невероятной высотой и скоростью, отталкиваясь от колонн, стен, даже от воздуха, казалось. А Обелиск все пылал, все сильнее втягивая в себя Теней. Мир трясло с нарастающей силой, мраморная пыль сыпалась с зданий площади.

Эрдни резко оттолкнулся от земли, взмыв высоко вверх. Легкость полета здесь, в Элизиуме… она была неестественной, опасной… но сейчас – ключ! Идея, острая и ясная, как лезвие, сверкнула в его голове.

-Киара! - его крик пробился сквозь визг монстра и гул Обелиска. - Ближе! План!

Он набрал высоту, оказавшись почти у сводов площади. Камни, выбитые из колонн и стен вибрацией, висели в воздухе или медленно вращались – странные острова в разреженном воздухе Элизиума. Эрдни сжал лапу – и бросил вниз, в тварь, не магию, а просто большой ком слежавшейся земли. Удар пришелся точно в спину существа.

Тварь взвыла, подняла свою морду-пасть вверх. Два желтых глаза сузились, найдя Эрдни в вышине. Она издала серию коротких, хлопающих звуков, словно лопались пузыри в грязи, – и рванула вверх! Ее прыжок был чудовищно силен, она летела прямо на него, когтистые щупальца-лапы готовы были разорвать.

Ламберт и пришедшая в себя Эмбра, прижавшись к уцелевшей колонне, смотрели снизу. Доверие к Избранным горело в их глазах – они знали, Эрдни что-то задумал.

-Теперь! - заорал Эрдни, увидев, что Киара по его сигналу взмыла рядом. Они оба, как по волшебной нити, рванулись не вверх и не в стороны, а по диагонали – к самому Обелиску!

Тварь, уже набравшая огромную скорость в погоне за Эрдни, не смогла мгновенно изменить траекторию. Ее инерция несла ее прямо за ними, к пылающему фиолетовым кошмаром монолиту.

Эрдни и Киара, почти у самой раскаленной поверхности Обелиска, синхронно и с силой оттолкнулись крыльями! Они разлетелись в противоположные стороны, как два лепестка, сорванных взрывом.

Тварь ослепла от ярости и близкого света. Она поняла ловушку в последний миг. Желтые глаза мелькнули паникой. Она попыталась затормозить, развернуться в разреженном воздухе, но легкая гравитация, ее же союзница, предала. Управлять таким телом на такой скорости здесь было невозможно.

Удар был чудовищным. Существо врезалось в основание Обелиска, туда, где пульсировала самая яркая, самая нестабильная энергия. Раздался не хруст камня, а оглушительный, вселенский звук рвущейся материи, ломающихся магических связей.

Обелиск взорвался изнутри.

Ослепительная фиолетовая вспышка озарила все, смывая цвета, отбрасывая резкие, черные тени от драконов. Волна чистой силы ударила по площади, не теплом, а леденящим холодом и звоном разбитого стекла. Каменные глыбы, обломок колонн, куски фиолетового изумруда – все взлетело в воздух, подхваченное ударной волной.

И… тишина. Гул Обелиска стих. Фиолетовый свет погас, сменившись лишь привычным темно-синим свечением элизиумного неба. Тени, уже летевшие к эпицентру, замерли в воздухе. Их маски повернулись к пустому месту, где стоял монолит. Потом, плавно, без суеты, они стали опускаться на землю, возвращаясь к своему безмолвному, безразличному состоянию. Мир перестал дрожать.

Из-под груды дымящихся обломков, покрытых сизым инеем взрыва, выползло существо. Его форма была искалечена, один из желтых глаз погас, из пасти сочилась темная слизь. Оно жалобно завизжало, не глядя на драконов, и поползло, волоча поврежденные щупальца. Перед ним, как по волшебству, разверзлась небольшая черная щель – портал. Тварь нырнула в нее, и щель захлопнулась.

-Молодцы! - Ламберт первым пришел в себя, подлетая к Эрдни и Киаре, пыльным, но невредимым. Он хлопнул Эрдни по плечу. - Еще раз не подвели! Вперёд! Теперь точно пора отсюда…

Он не договорил. Земля под ногами содрогнулась с новой, невиданной силой. Не вибрация – настоящий удар, будто по наковальне гиганта ударили молотом. И в конце площади, там, где секунду назад лежали руины Обелиска, воздух… порвался.

Открылся не портал. Это была пучина. Гигантская, зияющая фиолетовая бездна, похожая на разверстую пасть какого-то космического хищника. Края ее извивались, испуская черные молнии. И она не просто светилась – она втягивала в себя все. Камни, обломки, мраморную пыль – все понеслось к этому провалу в реальности. А потом сила всасывания добралась и до них.

-Держись! - успел крикнуть Эрдни Киаре, цепляясь когтями за трещину в плитах, но это было бесполезно. Сила была чудовищной, неодолимой. Ламберт, Эмбра, Киара, Эрдни – всех оторвало от земли и понесло, как сухие листья в водовороте, к фиолетовому рву.

Хлопок. Как гигантская дверь, захлопнутая в пустоте. Их перекрутило, вывернуло, бросило сквозь хаос красок, звуков и ощущений падения. Потом – удар. Жесткий. Неожиданный. Воздух вырвало из легких. Запахло сыростью, прелой листвой, хвоей… и тишиной. Глухой, лесной тишиной.

Эрдни поднял голову, отплевываясь от земли. Перед глазами плыли темные пятна. Последнее, что он смутно различил перед тем, как тьма накрыла его с головой – это темные стволы, густую листву над головой и ощущение глубокой, непролазной чащи.

Лес. Бесконечный, чужой лес. Это было последнее, что запечатлелось в его сознании.

Новые потери

Эрдни очнулся. Голова гудела, как разбитый колокол, в висках стучала тупая боль. Он поднял тяжелую голову, морщась от яркого света, пробивавшегося сквозь хвою. Их выбросило у Портального шпиля. Знакомый запах смолы и влажной земли – хвойный лес под Кельдрином. Портал в Элизиум пылал ослепительным, неестественно ярким пламенем. Грозный бастион Кельдрина, некогда символ неприступности, теперь казался гниющей глыбой. Базальтовые стены почернели, будто пропитались сажей отчаяния, а над цитаделью властно реяло фиолетовое знамя Ока, словно стяг захватившего мир зла.

Один за другим, с подавленными стонами, поднялись остальные. Ламберт – его взгляд сразу стал острым, оценивающим. Киара – протерла глаза, пытаясь стряхнуть остатки дурмана. Наконец, Эмбра – ее фиолетовые глаза были полны тревоги. Четверо собрались, ощущая неровное дыхание друг друга.

-Где мы? - голос Киары, обычно такой твердый, звучал чуть срывающе. Она вглядывалась в беспокойно шелестящие кроны елей, будто ища в них ответ.

-Кельдрин - отчеканил Ламберт, его бас был жестким. - Город-стена. Западный форпост. Теперь, видимо, щит в руках Тьмы.

-Ох… - Эмбра обвела взглядом мрачный пейзаж. - Далековато мы от столицы залетели…

-Верно - Ламберт резко повернулся к ним, его поза излучала команду. - Значит, каждая секунда на счету! Вперед!

Драконы двинулись по узкой тропе, пробираясь сквозь колючий подлесок. Портал остался позади, но его зловещий гул, как набат беды, все еще вибрировал в костях. Через пять минут они вырвались из лесной тесноты на грязную, истоптанную до черноты дорогу, ведущую к зловещим воротам Кельдрина.

Ламберт присел, исследуя следы. Они тянулись сплошным, грязным потоком по всей видимой длине.

-Странно… - пробормотал он, морщины на лбу стали глубже. - Они даже не думали свернуть к открытому порталу. Что замышляют, черти? Что им важнее портала?

Эрдни почувствовал ледяной ком в груди.

-Кажется, я знаю. Они идут на Варклав. База Сопротивления… Тени не могли ее не заметить.

-Ты хочешь сказать, они бросят все силы на храм? - Киара вскинула голову, в ее глазах мелькнул ужас.

-Да - ответил Эрдни, и это слово повисло тяжелым камнем.

-Но там же… гражданские! Соларис! Многие не готовы! Они не знают! - Эмбра заломила лапы, ее голос сорвался на визг.

Ламберт вскочил, его глаза вспыхнули.

-Если это так, то мы уже опоздали! В небо! Сейчас же!

Четверо драконов рванули с места, могучие крылья взметнули пыль. Они взмыли вверх, рвя прохладный воздух, летя так, что свистело в ушах, стирая границы между страхом и отчаянием.

Двадцать минут адского полета. Леса, деревушки, фермы – все мелькало внизу серой, безысходной лентой. И вот, вдали – Варклав, укутанный в смертоносное фиолетовое покрывало. Дороги к нему пульсировали жилами Тьмы, по каждой ползли, как чумные потоки, полки и батальоны теней.

-В облака! Набирай высоту! - проревел Ламберт, едва они приблизились к городу.

Они нырнули в грязно-фиолетовую вату туч. Даже сквозь них пробивалось зловещее зарево. И тогда они увидели Храм. Он пылал. Не просто горел – извергал фиолетовое пламя, как раненый зверь. Море Теней бушевало у его подножия. Три мрачные фигуры – Главная Тень, Воин и Маг – как пауки к попавшимся мухам, приближались к эпицентру.

Первая волна защитников уже сражалась отчаянно и обреченно. Битва началась.

Перед тем как броситься в гущу, Эрдни заметил группу фавнов, отчаянно отбивающихся от отряда теней у полуразрушенной колоннады. Эмбра, увидев их, рванула вперед.

-Держись! - крикнула она, и темная энергия заплясала на ее когтях. Она врезалась во фланг теней, разя и круша. Но вдруг ее взгляд упал на что-то в толчее – на знакомый, искаженный яростью профиль одного из теневых военачальников. Отец? Нет… похоже… но…

В глазах Эмбры мелькнул дикий, животный ужас. Фиолетовая пелена на мгновение затянула ее зрачки. Чёрная жижа начала окутывать её тело.

-Н-нет... - прошептала она, и тени на ее когтях взметнулись неконтролируемым вихрем. Вместо врагов темные шипы впились в землю рядом с фавнами, едва не задев одного, и с грохотом обрушили часть колоннады, засыпав группу защитников обломками.

-Черт! - Эрдни рванулся к ней, отшвырнув тень ударом хвоста. Он схватил Эмбру за плечо. - Эмбра! Очнись! Это не он!

Она вздрогнула, пелена рассеялась, сменившись растерянностью, а затем ужасом при виде нанесенного ущерба. Фавн, которого едва не придавило, выбрался из-под пыли, его морщинистое лицо исказила ненависть. Он ткнул копьем в сторону Эмбры, его голос был хриплым от ярости и страха:

-Видали?! Говорил я! Говорил всем! Она – монстр! Как и ее проклятый отец! Пускай ее Тьма сожрет!

Эрдни встал между фавном и дрожащей Эмброй.

-Заткнись и держи строй! - рявкнул он с неожиданной для себя свирепостью. - Она с нами!

Но слова фавна, как нож, вонзились в Эмбру. Ее взгляд упал в пыль, она поднесла лапы к лицу и с ледяным ужасом в глазах уставилась на них.

Ламберт обрушился на врагов первым, как гром с ясного неба. Молнии рассекали воздух с грохотом разорванной ткани, выжигая целые шеренги. Эрдни, собрав всю ярость и страх в кулак, выпустил огненный шар, приземлился с разворотом, сметающим врагов хвостом, и швырнул еще один шар точно в скопление лучников. Киара парила выше, ее эфирные осколки свистели смертоносным градом. Эмбра, все еще бледная и потрясенная, но стиснувшая зубы, дралась тенями, стараясь контролировать каждый импульс.

Но Тени прибывали нескончаемым черным приливом. Пожары лизали стены храма, как языки адского пламени. Знамена Культа хлопали, как похоронные стяги. Воздух гудел от криков боли, зова команд, шипения магии. Стихии бесновались: зеленые вспышки земли вздымали глыбы под ногами врагов, вихри ветра срывали тени с ног и швыряли их в стены, кристаллы льда пронзали, как копья, жар огня пожирал плоть и металл.

Среди хаоса Эрдни ловил знакомые лица. Вот Соларис – мощный залп пламени выжег целую брешь во вражеском строю. Вольт и Фреонар – их дуэт молний и льда был смертосен и точен. Эльдора прикрывала спину Терриону, который латал стену с яростью кузнеца, чью кузницу топчут. И… Флойд. Некромант, но теперь его одежды отливали пепельной белизной, а глаза светились не холодным, а глубоким, почти небесным синим светом. Духи, призванные им, не сеяли хаос, а защищали, прикрывая бреши и вытаскивая раненых с поля боя.

Благодаря подкреплению, напор Сопротивления стал неудержим. Эрдни, Киара, Эмбра и Ламберт прорубали коридор к центру – площади перед храмом. И тут Трое появились.

Тень-Маг резко шагнула вперед, ее посох с гулким стуком ударил о плиты. По площади прокатилась фиолетовая волна, невидимая, но осязаемая, как удар по душе. Защитники пошатнулись, у некоторых пошла кровь носом. Тени же взревели, их движения стали резче, яростнее.

Свежий батальон, ведомый воином с пустой глазницей, хлынул на площадь. Тот кинулся на Ламберта с безумным воплем. Старый дракон метнул молнию – луч рассек воина пополам. Но верхняя часть, цепляясь обрубками рук за камни, с диким хрипом продолжала ползти вперед! Эрдни ледяным шипом, точным и безжалостным, пригвоздил кошмар к земле.

Бой вспыхнул с новой, нечеловеческой яростью. Сопротивление стояло насмерть, но цена каждой пяди земли была запредельна.

Когда ряды Теней на площади начали редеть, Трое двинулись сами. Их походка была мерной, неумолимой, как судьба.

Ламберт и Эрдни оказались в самом пекле. Старый дракон парировал атаки Главной Тени, его молнии били с ювелирной точностью, но ее меч был черным зеркалом, отражающим свет. Эрдни крушил орду, земля вздымалась волнами под его лапами, огонь выжигал квадраты, но черная лавина смыкалась снова и снова, оттесняя его, отделяя от Ламберта. Киара и Эмбра сражались рядом, но их разделяла кипящая масса боя.

Внезапно перед Троицей возник Флойд, материализовавшись из клубящегося зеленого тумана.

-Флойд… - голос Главной Тени был шипящим шелестом сухих листьев. - Наслышаны о… предателе. Некромант, променявший Силу на… жалость?

-Выбрать свет в кромешной тьме – не предательство, а мужество - парировал Флойд, его синие глаза горели холодным огнем. - Жалко тех, кто этого не видит.

-Свет? Ха! - Тень с секирой издала резкий, как скрежет железа, смех. - Единственный Свет – это Пламя Тьмы!

Над головами завыли сирены. Бомбардировщики Культа обрушили на храм каскад горшков с адским огнем. Новые столбы пламени взметнулись к зараженному небу, осветив площадь кроваво-фиолетовым заревом.

Главная Тень с наслаждением вдохнула запах гари и разрушения.

-Покончим с этим фарсом. Смерть изменника порадует Повелителя! - крикнула Третья Тень, ее клинок засверкал фиолетовой молнией.

Завязалась яростная, скоротечная дуэль. Флойд использовал все: рушащиеся арки, вязкую тень пола, легион духов. Но Тень была слишком быстра, слишком сильна. Один неверный шаг – и удар посоха Тени-Мага отшвырнул Флойда в каменную колонну. Глухой стон, тело осело, сознание покинуло его лишь на мгновение, но этого хватило.

Эрдни, отбиваясь от очередной волны, почувствовал ледяной укол тревоги. Он отшвырнул последнего теневика перед собой и оглянулся. И замер.

Сердце его остановилось.

Всего в нескольких шагах. Главная Тень уже стояла над Ламбертом. Старый дракон дышал тяжело, кровь сочилась из разбитой морды. Он пытался подняться, но Тень была неумолима. Ее рука в черной перчатке впилась ему в горло, подняла, как тряпичную куклу, и с размаху пригвоздила к обугленной стене храма. Сзади, как мрачные статуи, замерли ее спутники и целый батальон свежих теней.

Время замедлилось. Шум боя приглушился, став далеким гулом. Эрдни видел только это: Ламберта, прижатого к камню, его запекшуюся кровь на черной чешуе стены, мертвенно-бледную гримасу Главной Тени, искаженную холодной усмешкой. Он слышал только хриплое, прерывистое дыхание наставника.

-А такое… жалкое… Сопротивление… переживёт? - шипела Тень, ее голос был ледяным ножом, вонзаемым в душу.

Ламберт собрал силы. Его глаза, полные боли, но и несгибаемой воли, встретились с синими зрачками Тени.

-Восстания… - прохрипел он, капли крови выступили на лбу - …живут… надеждой…

Надеждой. Слово повисло в воздухе, хрупкое и бесценное.

Усмешка Тени стала шире, зловещей.

-Надежда? - она произнесла это слово с таким презрением, будто это было имя чумы. - Забудь… это… слово…

И ее клинок – черный, отполированный до зеркального блеска – взметнулся.

Эрдни закричал. Беззвучно. Крик застрял где-то в горле, разрывая его изнутри.

Клинок вошел. Мягко. Почти нежно. Странный, влажный звук. Прямо в грудь. Под левую лопатку. Туда, где билось сердце.

Глаза Ламберта широко раскрылись. Не от боли – от удивления. Удивления перед неотвратимостью. Он посмотрел куда-то поверх головы Тени, в фиолетовое небо. Взгляд его померк, стал пустым и бесконечно далеким. Всего на миг. Потом веки медленно сомкнулись.

Тень выдернула клинок. Алая струя брызнула на черную стену, на ее доспехи. Она отшвырнула безжизненное тело к подножию стены, как отработанный хлам. Тень-Маг подала знак. Батальон, как черная река, хлынул вперед, сминая последних защитников на площади.

Эрдни стоял. Сжавшись. Он не видел наступающих теней. Не видел Киару, пытающуюся до него докричаться. Не видел Эмбру, закрывшую лапами морду. Он видел только: искалеченное тело Ламберта, темнеющую лужу крови, и ту самую Тень, вытирающую его кровь со своего клинка. Мозг отказывался понимать. Это не могло быть правдой. Не Ламберт. Не его камень, его опора...

Волна Теней накрыла его и девушек. Они отступали к храму. Последний рубеж.

И тогда внутри Эрдни что-то сломалось. Огромное, важное, сдерживающее. Та ледяная глыба непонимания взорвалась белой, всепоглощающей яростью. Бессилие превратилось в чистейшую разрушительную энергию.

-НЕЕЕЕЕЕЕТ!

Этот крик порвал глотку, сорвался с уст хриплым ревом дракона и чистым воплем растерзанного ребенка одновременно. Золотое сияние вспыхнуло вокруг него не светом, а ослепительной плазмой ярости и горя. Оно сожгло воздух, заставив его трещать и плавиться. И взорвалось.

Золотой Сферой. Слепящей. Беззвучной на миг – а потом грохотом, превзошедшим все громы войны. Волна чистой силы смела наступающий батальон, превратив его в пыль, пар и разлетающиеся обломки доспехов. Она прокатилась дальше, обожгла кисть Главной Тени, заставив ее вскрикнуть от неожиданной боли, и врезалась в стену храма. Каменная кладка вздыбилась, взорвалась внутрь, открыв огромную, дымящуюся рану.

Союзников отшвырнуло, как щепки. Драконы ударились о стены. Киара и Эмбра упали, получив ожоги и ушибы. Фенор, стоявший недалеко, рухнул, оглушенный.

Грохот стих. Наступила оглушительная, звенящая тишина. Смрад гари и крови. Пыль, оседающая на руинах. И площадь перед храмом, внезапно пустая, усеянная лишь пеплом и обломками там, где секунду назад была целая армия.

Главная Тень оглядела опустошение. В ее глазах мелькнуло нечто – уважение? страх? – но лишь на миг. Она кивнула Тени-Магу. Резкий сигнал рога – и оставшиеся Тени, деморализованные, стали отступать, растворяясь в переулках горящего города.

Бой был выигран. Храм устоял. Но цена... Эрдни стоял посреди дымящегося пепелища, там, где был центр взрыва. Золотое сияние угасло. Он дрожал мелкой дрожью. Его глаза, широко раскрытые, были устремлены не на отступающего врага, а на неподвижное тело у стены. На темнеющую лужу. Война только началась. Но что-то в Эрдни умерло навсегда. Что-то важное. И на его месте осталась только ледяная, всепоглощающая пустота и тихий шепот в сознании: Ламберт...

Пепел и Память

Атака на Храм оставила шрам, глубокий и неизгладимый, как чернильная клякса, размазанная по странице истории Сопротивления. Победа, купленная кровью Ламберта и сотнями других, отдавала горечью пепла. Смрад пожаров еще висел над городом, когда уцелевшие перенесли свою базу. Новым пристанищем стало старое училище – то самое, где стены еще помнили смех юного Эрдни, строгие наставления Солариса и… отеческую заботу Ламберта. Ирония места была острой, как лезвие: здесь Эрдни учился жить, а теперь здесь он учился хоронить.

Похороны состоялись на второй день. Чудом тело Ламберта удалось вынести из-под носов отступивших Теней – последний дар, вырванный у войны. Церемонию провели во внутреннем дворе училища, у тихого пруда, чья гладь отражала неестественно ясное, холодное утреннее небо.

Тело Ламберта покоилось на простой деревянной платформе, укрытое алым бархатным покрывалом – цвет пролитой крови и императорской доблести, которой он служил верой и правдой. Знак высшей почести для воина, павшего в бою.

Двор был полон, но царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы да сдавленными всхлипами. Хранители Стихий – Вольт, Фреонар, Террион, Соларис – стояли по периметру, словно каменные стражи скорби, их головы склонены под тяжестью невосполнимой потери. Они потеряли не просто соратника, а опору, брата по оружию. Эльдора, ее обычно безупречная осанка сломлена горем, стояла у ног платформы в окружении гвардейцев. На их доспехах поверх обычной стали горели специальные траурные пластины – отлитые в спешке символы памяти и клятвы отмщения.

Но все взгляды, сознательно или нет, тянулись к фигуре у изголовья платформы. Эрдни. Он стоял так близко, что мог коснуться бархата. Киара и Эмбра – чуть позади, их плечи почти соприкасались в молчаливой поддержке, но их глаза были пусты, словно выжженные пожарища. В них читалось не столько горе, сколько оцепенение, шок от необратимости случившегося.

Эрдни… Он казался призраком самого себя. Чешуя потеряла привычный теплый отлив, став тусклой, почти серой. Внутреннее свечение, всегда окутывавшее Избранного слабым сиянием, угасло полностью, оставив лишь хрупкую, уязвимую оболочку. Его взгляд был прикован не к покрывалу, а к лицу Ламберта. Лицо… Оно было спокойным, но холодным, чужим, лишенным того тепла жизни, которое Эрдни знал так хорошо. И вот, сквозь разрывы в кронах старых кленов, пробился тонкий, золотистый лучик утреннего солнца. Он лег точно на скулу Ламберта, высветив морщины у глаз, знакомую линию челюсти. Этот луч, такой живой и нежный на мертвой коже, заворожил Эрдни. Он не мог оторваться. Это был последний, невыносимо прекрасный и болезненный привет от мира, который отнял у него отца.

Тишину разорвал скрип гравия под тяжелыми шагами. Соларис вышел вперед. Его мощная фигура, обычно излучающая уверенность, сейчас казалась согбенной под невидимым грузом. Он обвел собравшихся взглядом, в котором читалась и скорбь, и невероятная усталость.

-Друзья… - его голос, обычно громовой, звучал приглушенно, с хрипотцой. - Сегодня… сегодня мы прощаемся. Не просто с воином. С эпохой. Ламберт… - Соларис сделал паузу, сглотнув ком в горле. - Воин Императорского Элитного полка, чья честь никогда не была пустым звуком. Он пал не в бесславной стычке, а на острие главной битвы, прикрывая тех, кто еще должен сражаться. Он был… - голос сорвался - скалой. Другом, на которого можно положиться в кромешной тьме. Борцом, для которого справедливость была не словом, а делом. Товарищем, чья шутка могла разрядить любое напряжение. И… отцом - Соларис повернул голову, его взгляд, полный бездонной жалости и понимания, упал прямо на Эрдни. Тот не отвел глаз от лучика на лице Ламберта. - Мы все стоим здесь, овеянные одним горем. Но помним разное. Помним его силу, его смех, его верность. Пусть Боги примут его душу в чертоги героев, где царит вечный пир и покой. И пусть каждый из нас носит в сердце частицу его духа – его несгибаемую волю, его преданность делу. Ламберт ушел. Но пока мы помним – он с нами. В каждом нашем шаге, в каждой нашей победе над Тьмой. Да не будет забыт великий воин! Да звучит его имя как клич в грядущих битвах!

Соларис тяжело отступил, его плечи вздрагивали. По его молчаливому знаку из-за шеренги гвардейцев вышли трое фавнов-лучников. На их натянутых тетивах вместо обычных стрел трепетали языки живого, магического огня – холодного и безжалостного.

Эльдора, ее лицо было мокрым от слез, которые она даже не пыталась смахнуть, резко махнула лапой. Раздался сухой, жуткий тчщщ! – и три огненных стрелы вонзились в деревянную платформу у ног, по центру и у изголовья Ламберта. Алый бархат вспыхнул мгновенно, с шипящим вжжж, будто не желая гореть. Пламя, жадное и яркое, принялось лизать контуры тела под тканью.

Эрдни почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Он хотел зажмуриться, отвернуться – но не смог. Его взгляд, скользнув от лучика на лице к пожирающему пламени, застыл. Он смотрел сквозь боль, сквозь ужас, впитывая этот кошмарный обряд, как последний урок от Ламберта: смотри правде в глаза, какой бы страшной она ни была.

Гвардейцы, их лица искажены гримасами горя и гнева, толкнули уже пылающую платформу. Она со скрипом соскользнула в воду пруда. Вода зашипела, заклубилась паром. Платформа, превратившаяся в погребальный костер, поплыла, уносимая слабым течением к узкому протоку, ведущему в реку. Огонь плясал на воде, отражаясь кровавыми бликами на застывших лицах провожающих. Дым, тяжелый и сладковато-терпкий, стлался по воде, заволакивая двор. Платформа достигла протока, качнулась на струе… и исчезла из виду, унося с собой пепел и последние, невысказанные слова. Остался лишь запах гари и тишина, гуще прежней. Церемония была окончена. От Ламберта осталась лишь память и ледяная пустота в груди Эрдни.

Вечер того же дня нашел Эрдни в тренировочном зале училища. Пустое, звенящее тишиной помещение, где стены еще помнили его детские неудачи и первые победы под присмотром Ламберта. Теперь здесь царил только он, его горе и ярость, выплескивающаяся в бессмысленных, изматывающих движениях. Он атаковал изношенный тренировочный манекен – не стихиями, а физически: бил когтями, хвостом, плечами, пытаясь выбить из него ответную боль, выместить беспомощность, охватившую его в тот роковой миг. Пот заливал глаза, дыхание со свистом рвалось из груди. Он попытался сконцентрироваться, вызвать огонь – из пасти вырвался лишь жалкий клуб едкого дыма. Земля? Пол под манекеном лишь слабо дрогнул. Лед? В воздухе повисли жалкие кристаллики инея. Его магия, всегда откликавшаяся на зов, будто заперта наглухо, замурована стеной горя и вины.

-Не получается?

Голос Киары, тихий и осторожный, прозвучал сзади, как удар хлыста по нервам. Эрдни резко обернулся. Его глаза, обычно такие ясные, горели мрачным, почти чужим огнем.

-Нет... - выдохнул он хрипло, голос сорван от криков и напряжения. - Но я добьюсь. Я должен. Начатое им… - он бросил свирепый взгляд в окно, где заревом заката полыхал горизонт, напоминая о пожаре погребального костра. - Я закончу. Ценой чего угодно.

Киара подошла ближе, не боясь его ярости. Ее глаза, такие же уставшие, но лишенные его разрушительного гнева, смотрели с бездонной жалостью и пониманием.

-Ты справишься, Эрдни. Ты всегда справлялся. Даже когда… даже когда казалось, что нет сил.

Он смотрел на нее, на ее веру, такую хрупкую и такую необходимую ему сейчас. Гнев в его глазах начал таять, сменяясь изнеможением и страхом.

-Спасибо… - прошептал он, голос вдруг стал юным и потерянным. - Знаешь… Всегда, во все времена… мне нужна была лишь одна вещь. Причина. Причина верить… что я смогу. Что я не сломаюсь под грузом. Что во мне… есть что-то, ради чего стоит подняться - его взгляд, полный мучительной признательности, впился в нее. - И ты… ты всегда давала мне эту причину, Киара. Ты всегда… зажигала огонь во мне. Когда вокруг была только тьма.

-О, Эрдни... - ее голос дрогнул.

Она не стала говорить пустых слов. Она просто шагнула вперед и обняла его. Крепко. Так крепко, как будто пыталась своим теплом растопить лед, сковавший его сердце. Он ответил ей, его объятие было отчаянным, цепким, как у тонущего. Их крылья инстинктивно сомкнулись вокруг них, создавая шатер из тепла в холодном, пустом зале, озаренном лишь багровым светом заката, который за окном алел, как незаживающая рана.

В этом хрупком убежище, под крыльями, среди запаха пота, пыли и невысказанной боли, Эрдни впервые за двое суток позволил себе просто дрожать. Огонь Киары горел слабо, но он горел. И пока он горел – была надежда. Даже среди пепла.

Неспокойная ночь

Ночь вцепилась в училище мертвой хваткой. Не просто темная – густая, удушающая, как смола, пропитанная памятью о недавней атаке. Воздух в узкой комнатке на втором этаже казался спертым, несмотря на приоткрытое окно. Сквозь него лился холодный, почти синеватый свет луны, похожей не на блинчик, а на выщербленное лезвие, вонзенное в черное полотно неба. Эрдни ворочался на хлопковой подстилке. Картины прошлых дней – когти, крики, запах гари и крови – ползли из глубин сознания, как ядовитые корни, спутывая сон. Лишь тепло Киары, прижавшейся к нему боком, ее ровное, чуть слышное дыхание, служило слабым якорем в этом мраке. Ее присутствие было глотком воздуха, но не спасением.

Сон только начал опускать на него тяжелые веки, как за дверью – скрип. Резкий, нервный. Потом – приглушенный стук, будто кто-то споткнулся. И шаги. Неуверенные, шаркающие, удаляющиеся по коридору.

Сердце Эрдни холодно сжалось. Эмбра. Соседняя комната. Выйти посреди такой ночи? Инстинкт, заточенный недавним адом, заворочался внутри, шепча о ловушке, об опасности. Он замер, прислушиваясь к тишине, натянутой, как тетива. Шаги стихли. Только тиканье старого часов где-то в залах отбивало секунды тревоги.

Осторожно, сантиметр за сантиметром, стараясь не шелохнуть даже ткань подстилки, он высвободился из-под теплого бока Киары. Ее дыхание дрогнуло, но не прервалось. Холод пола проник в лапы, заставив вздрогнуть. Он приоткрыл дверь – скрипнула она тихо, но в гробовой тишине звук был оглушительным.

Коридор встретил ледяным дыханием. Запах старой пыли, сырости камня и чего-то сладковато-приторного – увядших ночных цветов из сада? Скудный свет из окон-бойниц ложился на пол пятнами призрачного свинца. И тут он их увидел. Следы. Влажные, мутные отпечатки ног на пыльном полу. Эмбры. Куда? Они вели к массивным дубовым дверям, ведущим во внутренний двор. Каждая пядь пути казалась ловушкой.

Он двинулся вдоль стены, сливаясь с тенями. Внезапно, из бокового ответвления коридора, черного, как пасть, материализовалась фигура. Эрдни вжался в стену, сердце колотилось в горле.

-Почему не спишь в такой час? - голос Флойда был низким, спокойным, но в нем змеилась стальная нить настороженности. Он вышел на свет. Голубые глаза горели в полумраке не просто звездами – холодными, оценивающими маячками. Он был в дозоре, кожаный доспех поверх рубахи тускло поблескивал. - Или ночные прогулки вошли в моду после… всего?

Эрдни сглотнул ком в горле.

-Не прогулка... - выдохнул он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. - Эмбра. Ты видел ее?

-Эмбру? - брови Флойда едва заметно поползли вверх. - Видел, как она зашла к себе. Позже слышал… ровное дыхание. Казалось, спит - его взгляд скользнул вниз, к полу, зацепился за следы. Вся расслабленность мгновенно испарилась с лица. Лицо стало резким, как высеченное из льда. - Что это?

-Слышал скрип… шаги. Ее следы. Похоже, вышла во двор. В сад... - кивнул Эрдни к дверям, лапа сама потянулась к тяжелой железной скобе.

Флойд сжал челюсти, резкая тень легла в уголках губ.

-Черт побери, сестренка… - прошипел он, звук был полон не страха, а яростной досады и… тревоги. - Наделаешь бед...

Не дожидаясь, Эрдни рванул дверь от себя. Ночной воздух ударил в лицо холодом и влажным запахом земли, травы и далекой воды. Они вышли в сад. Луна, та самая выщербленная, заливала песчаные дорожки желтоватым, больным светом. Тени от кустов и деревьев ложились черными, зловещими кляксами. Они шли быстро, без слов, прислушиваясь к ночи: шелест листьев, писк ночной птицы, далекий вой… или только ветер?

Пруд. Вода черная, маслянистая, отражала луну кривым, дрожащим бликом. И у кромки – фигура. Эмбра. Не стояла – пошатывалась, как подкошенная. Плечи вздрагивали в немом рыдании, звук выходил наружу лишь прерывистыми, хриплыми всхлипами, глухими, как стон раненого зверя.

Эрдни замедлил шаг, лапа сама собой поднялась, предупреждая Флойда. Он подошел медленно, как к мине, по мокрой траве.

-Эмбра! - голос сорвался громче, чем хотелось, резко нарушая тишину пруда.

Драконесса взметнулась, как ошпаренная. Резкий поворот, в глазах – первобытный, животный ужас. Аметистовые глаза, залитые слезами, расширились до бездны. Она отшатнулась, споткнулась о корягу, едва не упав в черную воду. - Не… не подходи! - голос ее был сорванным, хриплым от слез, в нем звенела настоящая паника. - Держись подальше! Ради всего святого!

-Эмбра, что случилось? - Эрдни остановился в двух шагах, приподняв лапу – жест мира, который сам чувствовал фальшивым. - Зачем ты здесь? Что происходит?

-Я… Я… - она задыхалась, сжимая голову лапами, когти впились в серебристые виски. - Я опасность! Я – монстр! - выкрикнула она, и это прозвучало как признание в нечеловеческом грехе. – Марионетка! Кровь… она зовет… она шепчет… Я чувствую его! Сквозь сны, сквозь камни! Он знает! - ее тело сотрясала дрожь, рассеченное крыло бессильно повисло.

Флойд подошел беззвучно, встал чуть сбоку, перекрывая ей путь к воде. Его лицо в лунном свете было суровым, но не враждебным. Руны на скуле зажглись тусклым, но стабильным синим светом – признак концентрации, сдерживаемой силы.

-Это и есть твоя свобода, Эмбра? - спросил он негромко, но так, что слова пробили ее истерику. - Стоять здесь, в ночи, и плакать о петле, которую ты сама себе накидываешь на шею? Ты вырвалась. Ты дышишь. Ты выбираешь. Это ли повод сломаться?

-Мой выбор? - горькая, истеричная усмешка исказила ее черты. - Какой выбор у вещи? Отец… Его тень длиннее ночи. Бояться каждую минуту… что проснусь и увижу их… вас… мертвыми. От моей руки. От моей крови - она обхватила себя крыльями, словно пытаясь сдержать разрывающую ее изнутри бурю. - Свобода? Это клетка. Клетка из собственных костей и проклятой крови Лорда Тьмы! Выхода нет! Никогда!

Лунный свет скользил по ее чешуе, превращая ее в призрачную, дрожащую статую из серебра и слез. Аметистовые глаза, полные бездонного отчаяния, смотрели сквозь них, в какую-то невидимую пропасть. Вид ее беспомощности, этой титанической силы, скованной страхом и болью, вызвал в Эрдни не жалость – острое, режущее чувство вины и ярости. Ярости к тому, кто ее сломал.

-Есть вещи, которые меняются, Эмбра - сказал он твердо, шагнув вперед, уже не боясь. - Ценой крови, ценой боли. Но меняются... - он смотрел прямо в ее заплаканные глаза, вкладывая в слова всю свою убежденность. - Сдаться – значит отдать ему победу. Заключить себя в эту клетку самому. Мы здесь. Флойд здесь. Киара там. Мы – твоя стена. Дай нам помочь ее держать.

Эмбра замерла. Рыдания стихли, сменившись глухими всхлипами. Она выпрямилась, словно сбрасывая невидимую тяжесть. Крыло медленно расправилось, лапы перестали дрожать.

-Помочь? - прошептала она, голос был хрупким, как тонкий лед. - Мне… еще можно помочь?

-Можно - твердо сказал Флойд. Его синие глаза встретились с ее аметистовыми. Руны вспыхнули чуть ярче. - Твой путь не оборвется здесь, у черной воды, в петле страха. Он длиннее тени твоего отца. Он ведет вперед. Шаг за шагом. И мы пройдем его вместе.

В его голосе не было ложного утешения – только железная уверенность и обещание.

Тишина повисла на мгновение, полная напряжения. Потом Эмбра кивнула. Один раз. С усилием.

-Ладно… - выдохнула она, звук был полон изнеможения, но и… слабой, хрупкой надежды. - Может… может, еще не все потеряно…

-Пойдем - тихо сказал Эрдни, протягивая лапу, не для поддержки, а как знак. - Нам всем нужен сон. Завтра… завтра будет новый день. И мы встретим его вместе.

Они повернули назад, к темным стенам училища. Трое теней в больной лунной ночи. Но тень страха, давившая на плечи Эмбры, казалось, отступила на шаг. Всего на шаг. Но этого было достаточно. На сейчас.

Испытания Судьбы

Оставшиеся часы ночи прокрались тихо, как воры, уносящие последние клочья бодрости. Эрдни, вернувшись под согревающий бок Киары, погрузился не в сон, а в тяжелое, свинцовое забытье, где тени прошлого смешивались с тревогой за будущее. Он проснулся раньше первых лучей, тело ломило, будто его переехала повозка. Холодная пустота простыни рядом заставила его вздрогнуть и сесть. Киара спала, свернувшись калачиком на своем краю подстилки. И тут он уловил его – дыхание. Не ровное и безмятежное, а слегка хрипловатое, с легким посвистыванием на вдохе, прерывистое. Тонкая нить тревоги сжала горло. Простуда. В этом проклятом мире, где каждая мелочь могла стать смертельной.

Он поднялся с тишиной призрака, ступая так, чтобы ни одна старая доска под ногами не вздохнула предательски. Выйдя в главный холл училища – этот когда-то величественный, а ныне израненный "сердцевинный зал" – его встретил гул. Не шум, а именно глухой, многослойный гул тревожной жизни. Здесь уже кипело Сопротивление. В тусклом свете факелов и пробивающихся сквозь высокие, запыленные окна лучей рассвета мелькали чешуйчатые бока драконов разных мастей – земляные, цвета ржавчины и свежей травы; ледяные, отливающие синевой перламутра; редкие искорки воздушных, почти прозрачных. Между их могучими формами сновали проворные фавны с козлиными ногами и настороженными ушами, их рогатые тени плясали по стенам. И в центре этого живого муравейника, у огромного, покрытого древними картами стола – Соларис и Хранители. Их лица были отягощены недосыпом и грузом решений.

Взгляд Солариса, острее копья, мгновенно выловил Эрдни из толпы. Старый наставник едва заметно кивнул и сделал жест – не команду, а приглашение, окрашенное усталой настойчивостью. Туда, к эпицентру.

Эрдни пробрался сквозь драконий и недраконий поток, чувствуя, как усталость въедается в кости глубже. Он остановился перед столом, еще не вполне верящий в реальность утра.

-Как ты? - голос Солариса был приглушенным, как шелест пергамента, но в нем читалась жесткая необходимость спросить.

-Могло быть… и лучше - выдохнул Эрдни, отводя взгляд к трещине на каменном полу. Тема была колючей, как крапива. Говорить не хотелось.

-Понимаю - Соларис положил лапу на пожелтевший угол карты, его когти сжимались и разжимались. - Понимаю слишком хорошо. Сопротивление… дышит на ладан. Потери… ресурсы… Дух трещит по швам - он поднял глаза, и в них горел не угасший, а закаленный в пепле огонь. - Но сдаться – значит отдать им всё. Каждый камень, каждую жизнь. Каждую надежду. Тени не дремлют. Они плетут сети быстрее, чем мы их рвем. Промедление – их союзник.

-Согласен… - кивнул Эрдни, заставляя себя встретить этот взгляд. Голова гудела. - Какие планы? Что дальше?

-Первый гвоздь в крышку их гроба забит - Соларис ткнул когтем в точку на карте, обозначенную печатью разрушения. - Элизиум. Якорь уничтожен. Одна из Теней лишилась опоры. Но портал… - он махнул лапой с досадой. - Дыра в мироздании затянется не скоро. Месяцы. Наша цель – второй якорь. Опора для другой Тени, может, главной - его коготь пополз по карте, минуя знакомые земли, к краю, где линии становились зыбкими, а надписи – почти легендарными. - Эльдора и я… Копались в архивах до рассвета. Нашли… обрывки. Упоминание мира. Забытого. Опасного. Асхейм. Второй якорь – там. Сердце его, или проклятый шпиль – не ясно.

-Ладно… - Эрдни сглотнул. Задание висело в воздухе тяжелой, неозвученной гирей. - Попробую. Но не обещаю… успеть. Один против мира…

-Один? - брови Солариса поползли вверх. - А Киара?

Искра беспокойства мелькнула в его усталом взгляде.

-Ее огонь, ее сила – твой щит не раз был.

-Киара… - Эрдни бросил взгляд в сторону их комнаты, словно мог сквозь стены увидеть спящую. - Приболела. Дышит… тяжело. Сопит. Не в форме она сейчас.

-Черт… - слово сорвалось с губ Солариса тихо, но с такой силой досады, что стоящие рядом Хранители на мгновение отвлеклись. - С кем же тебя… Кого послать в пасть к таким врагам…

-Может… со мной? - тонкий, но твердый голос разрезал гул зала.

Из тени колонны выступила Эмбра. Ее серебристая чешуя в сером утреннем свете казалась тусклой. Рассеченное крыло было неподвижно, но не расслаблено – как тетива, готовая дрогнуть. Глаза, те самые аметистовые, что лили слезы у пруда, были сухи, но в их глубине плавало эхо ночного ужаса, приглушенное железной волей.

-Эмбра… - Соларис повернулся к ней, изучая ее лицо. - Миссия… гибельна. Ты уверена? Ты готова? Не только телом.

-Если Эрдни идет… Если Сопротивлению нужны руки… и крылья… - она сделала шаг вперед, подняв подбородок. Голос дрогнул лишь на миг. - Я пойду. Эта победа… Она нужна мне. Чтобы доказать… что я не марионетка. И вам – в первую очередь. Долг. И шанс.

Молчание повисло между ними. Соларис взвешивал. Эрдни наблюдал за Эмброй, видя в ее позе не только решимость, но и хрупкость стекла, готового треснуть под давлением. Риск. Но альтернативы?..

-Хорошо - резко кивнул Соларис. Решение принято. - Готовьтесь. Портал у Саргатура… почти стабилизирован. Летите высоко. В облаках, в пелене дождя – где угодно, только не на виду. Один выстрел арбалета… и всё. Ясно?

-Поняли! - Эрдни бросил короткий взгляд на Эмбру, получив едва заметный кивок в ответ. Он развернулся и зашагал прочь от стола, не бегом, а быстрым, целеустремленным шагом воина, которому некогда тратить силы. Эмбра последовала за ним, ее шаги были легче, но не менее решительны, крыло лишь слегка подрагивало от напряжения.

Новый портал ждал их не в самом Саргатуре, а на его выжженных южных подступах. Город, еще недавно кишащий ордами Сколла, лежал теперь в зловещей тишине. Разбитые повозки, оплывшие кострища, обрывки знамен – вот и все, что осталось от лагерей. Тени словно обошли это место стороной, оставив после себя не разруху, а жуткую, выморочную заводь спокойствия. Тишина здесь давила сильнее крика.

И посреди этого заброшенного пейзажа, на фоне серых, безжизненных холмов, зиял Портал в Асхейм. Он был непохож на другие. Не мерцающая дымка, не звездный вихрь. Он пылал. Ало-красным, густым, как запекшаяся кровь, светом. Края его колыхались, как раскаленные угли, а центр был черной, бездонной пустотой, поглощающей взгляд. Казалось, само пространство здесь кровоточит, а из щели в мирах сочится боль.

У края этого пульсирующего кошмара их ждал Вольт. Его лицо в багровом отблеске портала казалось искаженным, почти демоническим.

-Готовы? - крикнул он, его голос резко резал гнетущую тишину, но в нем слышалось напряжение. - Не задерживайте! Быстрее! Стабильность не вечна! - он отступил в сторону, жестом указывая в кровавое жерло.

Эрдни и Эмбра обменялись последним взглядом. В глазах Эрдни – усталая решимость. В глазах Эмбры – подавленная тревога, прикрытая сталью воли. Они шагнули.

Не в неизвестность. В пучину. Алый свет обжег сетчатку, оглушительный рев заполнил уши – рев не звука, а рвущейся плоти реальности. Их тела на миг потеряли вес, форму, ощущение. Вывернуло. Не просто перевернуло – растянуло в нити, сплющило, разорвало на атомы и собрало заново. Холод. Ледяной, пронизывающий до костей. И жесткий удар. Не выбросило. Швырнуло с нечеловеческой силой на мерзлую, колючую почву незнакомого мира. Асхейм.

Сознание вернулось, как всплытие из ледяной, маслянистой глубины. Эрдни и Эмбра очнулись почти одновременно, выплевывая горьковатую слюну, набранную во время падения. Поднялись медленно, с стонами, будто каждую кость вывихнули при приземлении. И тут их накрыло.

Воздух. Первое, самое явное отличие Асхейма. Он не просто тяжелый – он давил. Густой, влажный, как пар в банной печи, но лишенный тепла. Он был пропитан запахом – смесью горькой пыли развалин, острого озона и чего-то сладковато-гнилостного, словно прелые ягоды под красной травой. Дышать им было мучительно: каждый вдох требовал усилия, грудная клетка расправлялась с трудом, словно сжатая невидимой рукой. Он буквально пригибал к земле, заставляя чувствовать себя букашкой под сапогом гиганта.

Они огляделись, и мир предстал во всей своей чуждой, угнетающей красе.

Равнины. Бескрайние, как высохшее русло чудовищной реки, но окрашенные в глубокий, пугающий багрянец. Земля под ногами не просто была красной – она словно светилась изнутри тусклым, зловещим румянцем, как раскаленный металл, начинающий остывать. Кровавый ковер травы, странно шелестевшей, будто наждачная бумага, тянулся до самого горизонта, прерываемый лишь чудовищными деревьями. Их стволы, толстые, как башни, покрытые фиолетовой, шершавой, почти корявой корой, вздымались ввысь. Листья – непостижимо огромные, размером с колесо телеги, были ядовито-голубыми, кричаще яркими на фоне багровых просторов. Они колыхались лениво, отбрасывая синеватые, неестественные тени.

И повсюду – руины. Не просто развалины, а скелеты цивилизации, вмурованные в плоть этого странного мира. Готические шпили, обрубленные, как сломанные копья, впивались в фиолетовое небо. Огромные арки, почерневшие от времени, зияли пустотой. Стены соборов, изъеденные неизвестной эрозией, все еще хранили следы былого величия – замысловатые барельефы, непонятные символы, выглядящие теперь как шрамы. Они возвышались посреди равнин или на холмах, немые свидетели давно канувшего в Лету величия, красивые и жуткие в своем вечном упадке.

А над всем этим – небо. Не небо, а полотно. Насыщенного, глубокого, почти чернильного фиолета. По нему плыли, не спеша, вытянутые, как когти, облака угольно-черного цвета. Но главное, что заставило их замереть, задрав головы – Они.

Существа. Титанические. Невообразимые. Они парили высоко в фиолетовой вышине, медленно, грациозно, как киты в океане космоса. Их тела, длинные, сегментированные, напоминали исполинских гусениц, но покрытых не мягкой кожей, а чем-то вроде тускло поблескивающей хитиновой брони. Головы были приплюснутыми, заканчивающимися мощными клювами, похожими на клювы древних, травоядных ящеров. Они двигались в полной, гнетущей тишине, их тени, огромные и черные, скользили по багровым равнинам внизу, на мгновение погружая мир в кромешную тьму. Масштаб их был таков, что дух захватывало и подкашивало колени. Безмятежность этих гигантов казалась кощунственной на фоне общего ощущения гнета.

-Эрдни… - голос Эмбры прозвучал приглушенно, словно его тоже сдавил тяжелый воздух. Она коснулась его плеча. - Пойдем. Задерживаться… опасно. Нужно найти якорь… Пока они не обратили на нас внимания - её взгляд скользнул вверх, к парящим колоссам, полный невольного трепета.

-А… да - Эрдни оторвал взгляд от небесных левиафанов, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. - Вперед…Куда угодно, только не стоять здесь мишенью.

Взлететь в этом мире было испытанием. Давящий воздух сопротивлялся, как плотная вода. Крылья Эмбры взметали тучи едкой красной пыли, ей пришлось разбежаться по склону холма, набирая скорость с усилием, которого требовал бой. Эрдни последовал за ней, чувствуя, как мышцы спины и плеч горят от непривычной нагрузки. Они взмыли вверх, но не в свободный полет, а словно пробиваясь сквозь вязкую, невидимую паутину.

Полчаса. Вечность в этом багрово-фиолетовом аду. Они летели низко, почти цепляясь за верхушки синелистных деревьев, стараясь держаться в тени черных, когтеобразных облаков. Бордовые молнии, жидкие и злые, били где-то рядом, с шипящим треском, наполняя воздух запахом серы и опаляя нервы. Внизу мелькал кровавый калейдоскоп равнин, похожих на гигантскую, незаживающую рану. Синеватые призраки руин возникали и исчезали в дымке. Силуэты мелких существ, неясных и стремительных, шныряли в красной траве, как тени кошмара.

И вот, показался Он.

Холм. Невысокий, но отчетливо выделяющийся на фоне монотонных багровых равнин. Он казался неестественно правильным, куполообразным. Почти лысый – лишь редкие, чахлые кустики уродливой формы цеплялись за его склоны. Красная трава здесь была выше, гуще, колыхалась тревожно, как щетина на загривке зверя. На самой вершине, среди острых камней и обломков темного, почти черного камня стоял пьедестал.

Не просто пьедестал. Алтарь. Или трон.

По его краям, как стражи или проводники, вздымались два шпиля. Они были из материала, похожего на синий, мерцающий изнутри лед или полированный сапфир. От их острых вершин, с шипящим, статическим звуком, похожим на гневное жужжание ос, били в центр две фиолетовые молнии. Не разряды, а живые цепи из сгущенной энергии, пульсирующие нерегулярным, болезненным светом.

А в центре, в месте схождения этих адских цепей, пылало Сердце.

Кристалл. Огромный, размером с повозку. Не просто светящийся – яростно пылающий изнутри алым, багровым, лиловым пламенем. Он не стоял неподвижно – он бился. Словно стеклянное сердце, захваченное в ловушку и бешено рвущееся на свободу. С каждым пульсом волны искаженного тепла и давления расходились по холму, заставляя красную траву пригибаться, а камни пылить. От него исходил почти осязаемый гул – низкий, угрожающий, вибрирующий в костях. Свет его падал на лица Эрдни и Эмбры, окрашивая их в зловещие тона, подчеркивая страх и решимость в глазах.

Второй Якорь. Опора Тени. Бьющееся Сердце Порчи Асхейма. Он был найден. И он жил.

Эрдни и Эмбра осторожно приблизились к пульсирующему кристаллу, их тени прыгали на багровой земле в такт его нерегулярным вспышкам. Внезапно, у самого основания пьедестала, взметнулась красная пыль. Она завихрилась, подхваченная невидимой воронкой, смешиваясь с тяжелым воздухом Асхейма в удушающую бурю. Мелкие частицы впивались в глаза, забивали ноздри, царапали горло. Оба дракона закашлялись, сдавленно, инстинктивно пригнули головы, прикрыв морды и чувствительные мембраны крыльев.

Из самого центра пыльного вихря, точно из открывшейся раны мироздания, начала клубиться туча чистейшей тьмы. Она росла, сгущалась, принимая форму. Сперва обозначился массивный костяк туловища, затем четыре лапы, впивающиеся когтями в светящийся грунт. Потом развернулись крылья – не просто большие, а исполинские, сотканные из самой черной ночи. Их очертания искажали пространство вокруг, поглощая скудный свет. Массивная голова на мощной, как колонна, шее поднялась. Хвост, оканчивающийся фиолетовым шипом, похожим на наконечник боевой булавы, замерз в воздухе. Туча рассеялась, и перед ними стоял дракон. Его чешуя была чернее бездны, лишенная малейшего отблеска. Крылья, распахнутые во всю ширь, отбрасывали плотную, осязаемую тень, нависшую над холмом и героями, наполняя пространство первобытным ужасом. По черному панцирю змеились глубокие трещины, из которых сочилась и пульсировала фиолетовая субстанция, как гной из незаживающих ран. Шрамы, старые и новые, покрывали его тело – свидетельства недуга, жившего в нем.

Два глаза, огромные и холодные, как полированные аметисты, открылись. Они не отражали света, лишь поглощали его. Это был Лорд Тьмы. Не его физическая плоть, а теневая проекция, воплощение его воли и мощи, спроецированная через якорь.

Как только вихрь стих, Эрдни и Эмбра поднялись. Они расправили крылья, стряхивая пыль, и подняли головы. Их собственные глаза, широко раскрытые, отражали смесь леденящего страха и ошеломления.

-Что... - выдохнул Эрдни, голос сорвался.

-Нет... - прошипела Эмбра. Она инстинктивно съежилась, отступив на шаг назад, за спину Эрдни. Он же, напротив, выдвинулся вперед, навстречу призраку. Страха в его взгляде теперь не было – лишь острая, как клинок, настороженность.

Теневой дракон сделал тяжелый шаг вперед, земля под ним слегка дрогнула.

-Мы все знали, что эта встреча неизбежна... - голос Лорда прокатился низким громом, лишенным эха, звучащим прямо в сознании. - Хватит оттягивать неизбежное. Ты Избранный, так? - аметистовые зрачки впились в Эрдни, словно буравчики. - Ты даже не подозреваешь, что ты есть на самом деле...

-Что?.. - Эрдни сделал маленький, неосознанный шаг назад. - О чем ты?

-Ты Золотой Дракон! Существо, равного которому не было веками и нет поныне! Ты способен стирать миры одним лишь желанием! Ты предвестник новой эпохи, нового миропорядка. Раскрыть этот потенциал ты сможешь только рядом со мной. Жалкие старики-Хранители? - голос Лорда закапал ядом. - Они не научат тебя даже малой части того, что открою я. Поверь, дитя света и тьмы, у нас куда больше общего, чем тебе кажется... - он приблизился еще на шаг, его фигура словно нависла, давя. Трещины на чешуе вспыхнули ярче, фиолетовая субстанция засочилась гуще, наполняя воздух озоном и горечью. Он поднял крыло. На боку виднелось что-то. Будто порез, шрам, забытая рана... Еле видимая золотая полоса.

-Н-нет... - Эрдни покачал головой, опуская взгляд, будто вглядываясь в себя. Сомнения, как черви, заползли в его мысли. - Я не такой... Я не монстр!

-Уверен? - Лорд усмехнулся, звук был похож на скрежет камней. - Тьма в тебе. Как ни отрекайся, она течет в твоих жилах. Мы – две стороны одной медали. Я лишь выбрал путь истинной силы...

Эрдни отступал, голова его была низко опущена, он качал ею, словно пытаясь вытряхнуть навязчивые, чужие мысли, проникающие в сознание.

Внезапно Эмбра вышла из-за его спины. Она выпрямилась во весь рост, серебристая чешуя тускло поблескивала.

-Эрдни! Очнись! Ты не похож на него! - её голос, полный ярости и боли, разрезал тягостную атмосферу. Она бросила на отца взгляд, полный чистой ненависти. - Ты чудовище! Пустота в облике дракона! Я ненавижу тебя!

-Ха-ха! - ледяной смех Лорда не дрогнул. - Здравствуй, доченька. Зачем огорчать родного отца? Зачем позорить нашу кровь, слоняясь с шавками Сопротивления? Ты меня... разочаровываешь.

-Ты мне не отец! Мой отец умер давно! - выкрикнула Эмбра, ее крылья дрожали от напряжения.

-Что ж... Пора напомнить тебе, чья ты дочь - спокойно произнес Лорд. Он резко топнул передней лапой. Его аметистовые глаза вспыхнули ослепительной фиолетовой волной, которая не столько виделась, сколько ощущалась – как удар по нервам, как ледяной ветер в душу.

Эмбра вскрикнула, попыталась сомкнуть крылья, укрыться. Но волна накрыла ее с головой. Тело ее затряслось, глаза закатились, открыв белесую пустоту. По серебристой чешуе поползла, нарастая, черная, вязкая жижа, сковывая движения, изменяя форму. Через мгновение на месте Эмбры стоял лишь ее искаженный силуэт – угольно-черный, с глазами, пылающими холодным белым светом пустоты.

-Эмбра! Нет! - крик Эрдни был полон отчаяния и ярости.

Черный силуэт рванулся к нему с неестественной скоростью. Тень Эмбры развернулась, и острейший фиолетовый шип на конце ее хвоста молнией рванул к Эрдни. Тот едва успел подставить крыло. Удар! Глухой, костяной стук отозвался болью в костях. Второй удар! Снова крыло приняло на себя силу. Третий! Эрдни отшатнулся, едва удерживая равновесие. Лорд наблюдал с края площадки, наслаждение читалось в мерцании его аметистовых глаз.

-Дерись! - закричал черный силуэт голосом, который был похож на голос Эмбры, но искаженным, чужим, лишенным души. - Дерись же! Почему ты не бьешь?!

Белые глаза-пустоты пылали нечеловеческой яростью.

-Я не могу причинить вред тому, кого поклялся защищать! - Эрдни отпрыгнул от очередного выпада, дыхание его было прерывистым. - Слушай меня, Эмбра! Мы не обязаны быть теми, кем нас хотят видеть другие! Будь собой! Ты – Эмбра! Ты свободна! Ты живешь своей жизнью, по своим правилам! Он – Лорд – не твой повелитель! Очнись! Пожалуйста... - голос его сорвался. - Не лишай меня причины сражаться... Не уходи...

Слова, словно пули, пронзили черную пелену. В белесых глазах силуэта на мгновение мелькнуло знакомое аметистовое сияние. Движение замерло. Черный силуэт дрогнул, затем рухнул на колени. Вязкая черная жижа начала рассеиваться, как дым на ветру, стекая с чешуи, открывая серебристый блеск. Через несколько долгих секунд перед Эрдни, дрожащая, но целая, стояла Эмбра. Ее аметистовые глаза смотрели прямо на него, полные боли, но и осознания.

-Всегда есть что-то... - прошептала она, делая шаг к нему.

В глазах Лорда Тьмы на миг промелькнуло нечто неуловимое – искра подлинного удивления? Но оно мгновенно угасло, заместившись холодной яростью. Он расправил крылья шире, приняв угрожающую стойку.

-Ха! Понял, дочь! Твоя судьба решена! - проревел он. Одним резким движением передней лапы, будто отмахиваясь от назойливой мухи, он швырнул в Эмбру невидимую силу. Удар был чудовищным. Ее отбросило через всю площадку, как тряпичную куклу. Она ударилась о груду камней и обмякла, потеряв сознание.

-Нет! - Эрдни рванулся к ней, но замер, резко развернувшись к Лорду. Он встал в боевую стойку, зная всю безнадежность положения, но не отводя взгляда от врага.

-Нужны доказательства, птенчик? - фигура Лорда вдруг распалась, как дым, оставив лишь клубящуюся начальную тучу пыли и два пылающих аметистовых глаза, висящих в воздухе. Глаза вспыхнули снова, но теперь из них вырвались не волны, а две сгущенные фиолетовые молнии. Они впились в грудь Эрдни. Он вздрогнул всем телом, попытался сопротивляться, напрягая каждую мышцу, сжимая крылья. Но тьма Лорда была слишком могущественна. Она высасывала силы, волю, саму жизненную энергию. Эрдни рухнул на землю, как подкошенный. Он не мог пошевелить ни лапой, ни крылом. Веки были свинцовыми, мир расплывался и темнел. Сознание уплывало.

Рядом с его упавшим телом, из самой тени, поднялась другая фигура. Не тень. Плотная, физическая. Это был... Эрдни. Его точная копия, но искаженная. Чешуя – угольно-черная, как у Лорда. Рога и перепонки крыльев – серые, цвета пепла и угасших пожарищ. Глаза горели не золотом, а адским красным пламенем. Тёмный Эрдни. Воплощение всей той тьмы, боли, гнева и сомнений, что копились в нем. Он простоял лишь мгновение, бросив на своего двойника взгляд, полный ненависти и презрения. Клубящаяся туча с глазами Лорда исчезла. Вслед за ней растаял в воздухе и Темный Эрдни.

Тишину на холме нарушил низкий, хриплый рык. Из-за разбитого пьедестала якоря, из груды камней, выползло существо. Его зубастая, перекошенная шрамами морда обнюхивала воздух. Один глаз был мертвенно-мутным, затянутым бельмом. Тварь из Элизиума. Она учуяла добычу.

Эрдни, сквозь туман слабости и боли, заставил себя подняться на передние лапы. Каждое движение отдавалось огнем в мышцах. С нечеловеческим усилием, дрожа всем телом, он поднялся на все четыре лапы. Он заставил свои веки открыться. И замер в ужасе.

Тварь, припадая на три лапы, подняла четвертой бесчувственное тело Эмбры, как трофей. Ее другая, когтистая лапа уже заносилась для удара. Когти блестели смертоносным, ядовито-фиолетовым светом.

-Н-нет... - хриплый шепот сорвался с губ Эрдни. Он попытался сделать шаг, но ноги не слушались.

И тогда он почувствовал его. Тепло. Не просто тепло – жгучую, яростную волну, поднимающуюся из самой глубины груди. Золотое свечение, знакомое и забытое за время мучений, вспыхнуло вокруг него с новой силой. Оно придало сил. Он встал тверже. И... из его пасти, с хриплым рыком, вырвался сгусток чистой, золотой энергии. Не луч – цепь молнии, пронзившая пространство за долю секунды до того, как когти твари могли вонзиться в тело Эмбры.

Тварь взвыла от неожиданной боли и ярости, развернувшись. Ее единственный живой глаз дико расширился от животного страха при виде источника атаки. Золотая молния била ей прямо в грудь, в то место, где должно быть сердце. Она пыталась прикрыться лапами, но энергия выжигала хитин, оставляя дымящиеся раны. Эрдни, стиснув челюсти, почувствовал, как золотое свечение нарастает, становится почти нестерпимым. В его голове мелькнул план – отчаянный, единственный шанс уничтожить якорь. Сейчас. Здесь.

Он удерживал тварь в фокусе луча, направляя ее, как марионетку. Эмбра, очнувшись от удара, с трудом подняла голову. Ослепительный золотой свет резал глаза, но она не могла отвести взгляда от Эрдни, от его фигуры, окутанной сиянием.

На самом кончике золотого луча, прямо перед пастью Эрдни, начал формироваться сгусток энергии. Не просто золотой шар. Эрдни почувствовал знакомое буйство внутри – проснулись и закрутились вихрем все четыре стихии. Огонь, лёд, земля, электричество – их энергии сливались в золотом сиянии, окрашивая формирующийся шар в невероятные, переливающиеся цвета. Мощь, заключенная в нем, была чудовищной. Она рвалась наружу, угрожая разорвать его самого. От невыносимого напряжения Эрдни встал на дыбы, мышцы его шеи и груди напряглись до предела. И он выпустил ее.

Последний, пронзительный визг твари слился с ревом стихий. Четырехцветный шар, сгусток чистой разрушительной мощи, врезался в тело демона. Удар был сокрушительным. Тварь отбросило назад, как щепку. Прямо в самое сердце пульсирующего, пылающего кристалла якоря.

Тело твари и яростно бьющееся сердце тьмы соприкоснулись.

Вспышка. Ослепительная, всепоглощающая белизна, за которой последовал оглушительный грохот. Они слились в одну точку, которая тут же разорвалась воронкой чистого уничтожения. Волна энергии, несущая обломки камней, осколки кристалла, прах твари и неистовый ветер, обрушилась на Эрдни и Эмбру. Они пригнулись, укрылись крыльями, едва удержавшись на ногах под этим натиском. Когда свет и грохот стихли, на вершине холма, среди дымящихся руин пьедестала, не осталось ничего, кроме груды обломков и тишины. Второй якорь был уничтожен.

Эрдни рухнул на колени. Золотое сияние погасло, оставив после себя не пустоту, а глубокую, костную усталость, выедающую последние силы. Каждое дыхание обжигало горло пеплом и статикой использованной мощи. Он заставил себя подняться, шатаясь, как пьяный, и подполз к Эмбре. Она лежала на боку, слабо шевелясь, пытаясь отряхнуть пыль с крыла.

-Ты… цела? - его голос был хриплым, как скрип несмазанных петель.

-Цела… - она с трудом подняла голову, ее аметистовые глаза, затуманенные болью, встретились с его золотыми. - Благодаря тебе. Спасибо… - в ее шепоте была не только благодарность, но и стыд за свою слабость, за то, что ее снова использовали как оружие против него.

-Это… мой долг - Эрдни выдохнул, переводя взгляд на дымящиеся руины пьедестала. Сердце тьмы было разбито. Но цена… - Пойдем. Пора… выбираться отсюда. Каждое слово давалось усилием.

Их шаги, тяжелые и неуверенные, только начали отдаляться от места битвы, когда воздух наполнился звуком. Не просто взмахов крыльев. Это был гул. Низкий, вибрирующий, нарастающий гул десятков, сотен перепончатых крыльев, бьющих вязкий воздух Асхейма с неестественной синхронностью. Как грозовая туча, на край холма опустилась стая.

Существа. Огромные, искаженные пародии на летучих мышей, но втрое крупнее. Их тела, покрытые лоснящейся черной шкурой, пронизывали толстые, пульсирующие фиолетовые жилы, светившиеся изнутри мерзким светом. Вытянутые морды, усеянные игольчатыми зубами, разевали пасти, испуская пронзительные, сливающиеся в один ужасающий хор визги и щелканье. Десятки пар глаз – маленьких, хищных, горящих тусклым желтым светом – разом устремились на двух драконов. В них не было любопытства, только голод и предвкушение разрывания плоти. Воздух сгустился от запаха озона, гнили и звериной ярости. Они не просто приземлились. Они окружили. Готовые ринуться в любой миг.

Эрдни и Эмбра инстинктивно отпрянули назад, сбившись спинами друг к другу, делая мелкие, осторожные шаги. Их крылья, израненные и уставшие, напряглись в бесполезной готовности к обороне. Против этой тьмы у них не было шансов.

И тогда передние ряды существ-бомбардиров расступились. Нехотя, с шипением, но расступились, образовав узкий проход. Из клубов красноватой пыли и дымки, поднятой их крыльями, медленно выступила фигура. Она шла неспешно, почти небрежно, скрестив за спиной… руки? Или то, что их напоминало.

Фигура была дисгармонией, воплощенным кошмаром анатомии. Нижняя часть – жалкая, иссохшая. Хлипкие, костлявые ножки, казалось, не способные удержать верх, были втянуты в высокие, глянцево-черные сапоги, неестественно контрастирующие с уродством. Верх же… Верх был чудовищно массивным, гипертрофированным. Широкие, квадратные плечи, обтянутые туго натянутой, серой, словно вареная кожа, материей. Под ней угадывались бугры мускулов или наростов, прилепленных к невидимому каркасу, как куски мяса на мясницком крюке. Не тело, а скульптура безумия.

Но самое ужасное было наверху. Вместо лица – гладкий, отполированный до зеркального блеска металлический шлем. Холодный, бездушный. Посередине – Т-образный вырез. Сквозь горизонтальную щель глядели два светящихся пятна – фиолетовые, как у Лорда Тьмы, но холоднее, расчетливее. Вертикальная прорезь была просто черной пустотой. И из этой пустоты, из-под шлема, время от времени вырывались и тут же втягивались обратно тонкие, извивающиеся щупальца чистой Тьмы. Они походили на червей, копошащихся в гниющем плоде – мерзкие, живые, не принадлежащие этому миру. На макушке шлема торчали три коротких, острых шипа, словно корона из кинжалов. Один из них был обломан примерно на треть, оставляя неровный, рваный срез.

Она вышла на открытое пространство перед героями. И Эрдни почувствовал не страх, а волну острого, физического отвращения, подкатившего к горлу. Это было хуже любого чудовища. Это была оскверненная разумность.

Тишина, наступившая с ее появлением, длилась лишь мгновение. Ее нарушил тяжелый удар крыльев. Еще одно существо опустилось позади стаи бомбардиров, за спиной Металлоликой. Оно было крупнее, еще уродливее своих сородичей. Его черная шкура была покрыта струпьями и наростами, а спина… Спина представляла собой жуткую платформу. На ней, словно раковая опухоль, были намертво вживлены или врощены несколько миниатюрных, но крепких катапульт. Каждая была заряжена стеклянными сосудами. Внутри сосудов, в мутной жидкости, плавали и медленно вращались ярко-зеленые, светящиеся глаза, зрачки которых судорожно метались, выискивая цель. Четвертая Тень. Четвертый Воин Культа. И ее живое, дышащее орудие.

Тень двинулась вперед. Не спеша. Размеренно. Каждый шаг ее костлявых ножек в глянцевых сапогах отдавался глухим стуком по багровой земле, неестественно громким в наступившей тишине. Твари позади нее все еще нервно перебирали когтями и шипели, но уже без прежней ярости – теперь в их визге слышалось почти подобострастное ожидание.

Она остановилась в нескольких шагах от драконов. Ее шлем повернулся, фиолетовые точки-глаза в Т-образной щели впились в Эрдни. Не просто смотрели. Сверлили. Давили. Эрдни встретил этот взгляд, не отводя своих золотых зрачков. Ни магии, ни ударов. Только воля. Его – измотанная, но не сломленная, горячая от ярости и решимости защитить Эмбру. Ее – ледяная, бездонная, как космос за шлемом, пропитанная холодным, расчетливым злом. Воздух между ними сгустился, наполнившись незримым напряжением. Битва титанов, сошедшихся на поле духа.

Казалось, прошла вечность, но на самом деле – лишь десяток ударов сердца. И тогда из-под шлема Тени вырвался звук. Не смех, а нечто похожее – короткий, металлический, сухой выдох, похожий на скрежет шестеренок. Смешок? Насмешка? Она резко повернула шлем к своей стае, затем к массивной фигуре Моргота, копошащегося позади.

-Мор… - хриплый, булькающий звук, словно голос проходил сквозь слой грязи и металла. - Мор… Гххоот! - она будто подавилась собственным именем питомца. Голосовые связки, если они были, явно не справлялись с речью.

Тень подняла руки – или то, что служило руками, толстые, мясистые придатки в серых обмотках. Жест был повелительным, отточенным. Все бомбардиры разом замерли, повернув морды к ней. Она снова повернула шлем к Эрдни и Эмбре. Фиолетовые глаза мерцали холодным, безразличным презрением, как ученый смотрит на букашек под стеклом.

-Рыва…! - заклокотало из-под шлема, звук стал громче, яростнее. - Рва… Ать!

Ее руки резко, рубящим движением, махнули в сторону драконов. Приказ был понятен без слов. Замершая стая взорвалась движением. Твари с визгом рванулись вперед, смыкая кольцо, черные тела, фиолетовые жилы, когтистые лапы – все слилось в сплошную стену клыков, когтей и перепончатых крыльев, несущуюся на них.

-Черт… - Эрдни шипящим шепотом прижался спиной к Эмбре, ощущая дрожь ее крыла. - Готова…? Держись за мной. Сейчас!

Он рванул в сторону, туда, где кольцо сомкнулось чуть слабее – между двумя молодыми, неопытными бомбардирами. Эмбра – за ним. Удар крылом, толчок, и они проскользнули в образовавшуюся на мгновение щель, как угри. Не бег – падение. Они скатились по крутому склону холма, камни и красная трава хлестали по чешуе, едва не сломав лапы. Внизу – толчок от земли, отчаянный взмах крыльев, и они вновь врезались в тяжкий, давящий воздух Асхейма. За спиной – безумный визг и гул сотни крыльев. Тени и Моргот не отставали, черная туча настигала.

-Лети! - Эрдни резко остановился в воздухе, развернувшись грудью к погоне. Его крик был хриплым, но полным приказа. - Я их задержу! Выбирайся!

-Я не могу тебя оставить! - Эмбра замерла рядом, в ее аметистовых глазах читался ужас – не за себя, за него. - Вместе!

-Лети! - Эрдни не смотрел на нее. Его взгляд был прикован к надвигающемуся кошмару – к стае, в центре которой, на спине Моргота, как ядро грозовой тучи, сидела Металлоликая Тень. - Сейчас же!

Эмбра метнула последний мучительный взгляд, сжала челюсти. Крылья ее дрогнули, и она рванулась вперед, уходя в сторону, ее полет был неровным, ломаным – полетом существа, разрываемого долгом и страхом.

Эрдни остался один. Один против черного вихря. Несколько проворных бомбардиров проскочили мимо него, развернулись и зависли сзади, отрезая путь к отступлению. Кольцо сомкнулось в воздухе. Он был в центре смертоносного роя.

И тогда он почувствовал его. Знакомое жжение. Не яркая вспышка золота, как раньше, а глухое, яростное тепло, разлившееся изнутри, как расплавленный металл по трещинам. Искры, крошечные молнии, заиграли по его золотистой чешуе, защелкали в воздухе.

Одна из тварей, крупнее других, второе после Моргота, не выдержала. С диким визгом она ринулась на него, огромная зубастая пасть разинулась, готовая перекусить пополам.

Эрдни не стал уворачиваться. В последний момент он совершил стремительный разворот на месте. Его хвост, окутанный сгустком сконцентрированной энергии, сверкнул в воздухе ослепительной молнией. Удар! Не просто удар хвоста – удар живой молнии. Он пришелся точно в раскрытую пасть нападавшего.

Вспышка была короткой, яркой, как сварка. Раздался громкий треск, будто лопнула мощная электрическая дуга. От твари повалил едкий черный дым. Она замертво рухнула вниз, не успев издать звука.

Это не остановило остальных. С визгом ярости и страха они ринулись на него лавиной. Когти, зубы, удары крыльев – хаотичный смерч тьмы вокруг одинокой золотой искры. Эрдни стал вихрем. Он метался в центре бури, бил когтями, отшвыривал крыльями, выстреливал короткими, жгучими разрядами молний – не в убийство, а в отражение, в боль, в панику. Каждый разряд находил цель: одна тварь, опаленная, с воем откатывалась, другая, получив удар в перепонку крыла, беспомощно закрутилась в падении. Одна за другой, они стали отступать, теряя боевой пыл, улетая за скалы, в облака, бросая свою предводительницу. Последняя, прошипев, скрылась за гребнем руин.

К Эрдни приблизился Моргот. Тень на его спине сидела неподвижно. Эрдни, почти на автомате, метнул разряд молнии – не в Тень, а в основание одного из седловых креплений на спине Моргота, чуть ниже того места, где болтались ноги Тени. Искры брызнули, пахнуло паленой плотью и хитином. Моргот взревел от боли и ярости, взметнувшись вверх.

Шлем Тени медленно повернулся. Фиолетовые глаза в щели пристально смотрели на Эрдни. Из-под шлема вырвалось долгое, шипящее ссссссс.... Звук обещания, звук отсроченной мести.

Эрдни понял. Силы на исходе. Молнии гасли. Пора. Он метнул последний, ослепительный, но уже слабый разряд не в цель, а в пустоту перед Морготом – чистая отвлекающая вспышка. И рванул прочь, в сторону, куда скрылась Эмбра, вкладывая в крылья последние капли энергии. Моргот, ослепленный на мгновение, тут же ринулся в погоню. С его спины, с жутких катапульт, полетели стеклянные сосуды. Они разбивались в воздухе, внизу на скалах, рядом с уворачивающимся Эрдни. Взрывы были не огненными, а ядовито-зелеными, выпуская клубы едкого газа. Внутри каждого облака, как зрачки ада, светились и медленно гасли те самые зеленые глаза.

Эмбру он нагнал не сразу. Она летела тяжело, оглядываясь. Увидев его, подстроившегося рядом, она не смогла сдержать короткого, хриплого звука облегчения. Радость и ужас смешались в ее взгляде. Но позади, как проклятие, висела тень Моргота с его зловещей хозяйкой.

Внизу, среди багровых равнин, показались руины. Не просто здание – огромный, полуразрушенный замок, его готические шпили и арки все еще устремлялись в фиолетовое небо. Главный вход был завален, но высокие стрельчатые окна и зияющие проломы в стенах звали к спасению. Важно: ворота были слишком узки для массивного Моргота.

Эрдни и Эмбра, не сговариваясь, камнем ринулись вниз, в ближайший широкий пролом в стене башни. Они влетели в прохладный полумрак, задев крыльями стены, и приземлились на синеватый от пыли и лишайников каменный пол. Сразу же прижались к холодной стене, затаив дыхание.

Тишина руин была гнетущей. Только капли влаги где-то падали со сводов, да их собственные сердца бешено колотились. Через огромный пролом в потолке, прикрытый лишь клочьями когда-то роскошной, ныне истлевшей ткани, был виден кусок неба. И на этом небе – медленно проплывающий силуэт Моргота. Чудовище летело низко, тяжело махая крыльями, издавая хриплое, недовольное хрюканье. На его спине, как статуя, сидела Тень, ее шлем методично поворачивался, сканируя руины внизу. Фиолетовые глаза скользили по камням, по голубым лианам, свисавшим со стен.

Сердца замерли. Каждая капля звучала как удар молота. Минуты тянулись в вечности. Наконец, хрюканье Моргота стало удаляться. Гул его крыльев сместился к горизонту и постепенно стих, растворившись в далеком грохоте бордовых молний.

Эрдни и Эмбра переглянулись. Ни слова не было нужно. Они выбрались из укрытия, крадучись миновали залы, заваленные обломками и поросшие светящимися голубыми грибами, и выскользнули наружу через другой пролом. Толчок – и они снова в тяжелом воздухе Асхейма, набирая высоту, прячась в черные, когтеобразные облака.

Они летели, не оглядываясь, выжимая из крыльев последнее. И вот, в разрыве облаков, между исполинскими спинами парящих Небесных Китов, заблестел он. Портал. Не кровавый, как входной, а тревожно-красный, пульсирующий, как открытая рана в ткани фиолетового неба.

Они ринулись к нему. Воздух вокруг портала вибрировал, создавая невидимую тягу. Эрдни и Эмбра изо всех сил пытались удержать курс, бороться с воронкой, затягивающей их внутрь. Но сопротивление было бесполезным. Портал, как ненасытная пасть, схватил их, сжал невидимыми тисками и втянул в свою багровую пучину. Багровый свет, оглушающий рев рвущегося пространства и Асхейм с его давящим небом, багровыми равнинами и парящими гигантами, остался позади.

Передышка

Пока Эрдни и Эмбра сражались в чуждом мире Асхейма, в Среднем мире наступил тягостный день. Тяжелые, свинцово-сизые тучи низко нависли над училищем, сдавив горизонт. Хлынул ливень – не дождь, а сплошная стена воды, обрушившаяся с неба. Гром гремел не переставая, раскаты его сотрясали древние стены, будто небесный кузнец бил исполинским молотом по наковальне мира. Молнии, ослепительно-белые и яростные, разрывали мглу, на миг заливая багровым послесвечением мокрые камни. Монотонный, навязчивый стук капель по черепице, кирпичам, навесам и отполированному дождем камню внутреннего двора создавал гнетущий, бесконечный ритм.

Среди размокших кустов и поникших под тяжестью воды деревьев, окаймлявших училище, возникла фигура. Молодой дракон. Знакомые очертания, знакомая чешуя… Эрдни? Но нет. Это была его тень, его извращенное отражение. Тёмный Эрдни. Различия проступали во всем: в походке – размеренной до механичности, лишенной природной грации; в выражении морды – застывшем в маске холодной, чуждой злобы; во взгляде – лишенном глубины и тепла, пустом и неестественно остром.

Тень, крадучись, словно хищник в высокой траве, достигла открытых ворот училища. На мгновение она замерла, сканируя внутренний двор пустыми глазами. Ни души. Тогда с ее тела стерлась чернота. Чешуя, крылья, рога – все приобрело бледную, выцветшую позолоту, имитацию настоящего Эрдни. Даже слабое свечение возникло вокруг – поддельное, тусклое, как свет гнилушки. Иллюзия была натянутой, словно дешевый костюм. Тёмный Эрдни шагнул внутрь.

Он шел по залам, мимо фавнов в промокших мантиях, мимо драконов разных стихий, собравшихся у жаровен. Взгляды цеплялись за него – настороженные, недоумевающие. Чувствовали. Чувствовали фальшь в каждом движении, холодок неестественности, веющий от него. Копия, ощущая это всеобщее напряжение, ускорила шаг, почти побежала в сторону главного зала, к центру власти.

Соларис, стоявший у карты, покрытой тревожными пометками, заметил его первым. Наставник резко двинулся навстречу, его обычно сдержанное лицо искажено беспокойством. Глаза, усталые и запавшие, метались, ища на фигуре Эрдни следы беды.

-Ты… в порядке? - голос Солариса звучал надтреснуто, в нем сплелись страх, тяжкая вина и немой вопрос. - Ты… бледен. Как мертвец. Где Эмбра!?

Тёмный Эрдни сделал вид, что поперхнулся, прикрыл пасть лапой в неуклюжей попытке имитации кашля.

-Она… - голос звучал чужим, плохо подогнанным. - Потерялась. В Асхейме Искал везде… Ничего. Ни следа. Пришлось уходить… Твари… Их там тьма… - он опустил голову, изображая скорбь.

-Черт! - слово сорвалось с губ Солариса как стон. Он сжал веки, склонил голову так низко, будто на его плечи легла невидимая гора. Когти вцепились в край стола. Он застыл в этой позе сокрушительного поражения, вины за посланную в гибель Эмбру, усталости от бесконечной войны. Минуты тянулись, наполненные лишь шумом ливня за стенами.

Тёмный Эрдни видел его уязвимость. Видел шанс.

-Я… могу идти? - спросил он, стараясь вложить в голос усталость.

-Да… - прошептал Соларис, не поднимая головы, голос его был глух, безучастен. - Да, иди… Отдохни.

«Эрдни» развернулся с неестественной резкостью и зашагал прочь, его шаги гулко отдавались по каменному полу. Он знал, куда идти. К Киаре.

Дверь в их комнату отворилась без стука. Киара сидела на полу у окна, прислонившись к стене. Она смотрела сквозь стекающие потоки воды на бушующую грозу, на лужи, кипевшие под ударами капель. Бледная, с тенью под глазами, дышащая все еще с легким, хрипловатым присвистом.

-Привет - произнесла тёмная копия, входя.

Киара медленно обернулась. Ее взгляд, обычно теплый, теперь был острым, изучающим. Он скользнул по фигуре, будто ощупывая невидимые швы.

-Привет… - ответила она, и в ее все еще хриплом голосе прозвучала настороженность. - Ты… какой-то не такой. Все… в порядке? - она повторила вопрос, вставая с легкой, но заметной неуверенностью. - Действительно в порядке?

-Все хорошо… - начал Тёмный Эрдни, но голос его вдруг дрогнул, выдавая фальшь. Он сделал шаг ближе, стараясь копировать манеру настоящего, но движения были слишком расчетливы, лишены спонтанности. Киара не отводила пристального взгляда.

-Что-то не так, Киара? - рявкнул «Эрдни» внезапно, грубо. В глубине его поддельных золотых зрачков вспыхнул и погас крошечный, ядовито-красный огонек.

-О, да... - прошептала Киара, и в ее голосе не было страха, только холодная ясность. - Все не так. Ты – не Эрдни.

Она не стала ждать. Слабые мышцы напряглись, тело приняло боевую стойку. Шаг вперед. Еще шаг. Она теснила двойника, ее хриплое дыхание было единственным звуком в комнате. Тёмный Эрдни растерянно отступал, натыкаясь на стену. Киара, собрав последние силы, развернулась и нанесла удар хвостом – не в полную мощь, но точно, с яростью обманутой веры.

Удар пришелся в грудь. Но вместо тела – облако едкой, ледяной черной пыли, взметнувшееся к потолку. Иллюзия рассеялась. В комнате никого не было.

Киара, не тратя ни секунды, выбежала в коридор и помчалась обратно в главный зал. Ее взгляд выхватил Солариса – он все еще стоял у стола, согбенный, лицо застыло маской вины и подавленности.

-Соларис! - ее хриплый крик заставил наставника вздрогнуть и поднять голову. - Эрдни! Его видели? Здесь?

-Да… - пробормотал он, словно очнувшись от кошмара. - Вернулся… Из Асхейма… Говорит, Эмбра потеряна… - он не закончил.

-Потеряна? - Киара резко покачала головой, глаза горели. - Это ложь! Подделка! Я только что изгнала из нашей комнаты тень в его облике! Какую-то… мерзость!

-Не… настоящий? - Соларис протер лапой лицо, пытаясь стряхнуть оцепенение. Осознание медленно пробивалось сквозь туман вины. - Думаю… ты права. Он был… чужим. Очень чужим.

-Чужим до мозга и костей - подтвердила Киара, оглядывая зал. И тут ее взгляд упал на главный вход. Она замерла, указав дрогнувшей лапой. - А вот… настоящие.

В зияющем проеме ворот, заливаемых потоками дождя, стояли две фигуры. Невредимые, но до предела истощенные, с глубокими царапинами на чешуе и следами копоти. Настоящий Эрдни, его золотистая чешуя тускло поблескивала в сером свете. И рядом с ним – Эмбра. Живая. Ее серебристая чешуя, чистая и целая, казалась единственным светлым пятном в этом мрачном, затопленном мире. Они стояли, опираясь друг на друга, олицетворяя невероятное возвращение из самого сердца тьмы.

Киара замерла лишь на мгновение. Потом она рванула вперед, опередив всех, ее крылья сложились за спиной в порывистом движении. Она подбежала к Эрдни, прижалась лбом к его чешуе – жест стремительный, почти отчаянный, полный немого вопроса. Отстранившись на шаг, она впилась в него взглядом, изумрудные глаза метали искры тревоги.

-Ты цел? - голос ее звучал сдавленно, обнажая пережитую тревогу.

-Цел - Эрдни ответил устало, тяжело переводя дыхание. Пыль Асхейма въелась в чешую, придавая ей серый оттенок. - Насколько вообще можно быть целым после... этого места.

Они направились к Соларису, но прежде чем сделать шаг, Киара бросила взгляд на Эмбру. Не просто взгляд – пристальное, жгучее изучение, полное невысказанных вопросов и настороженного признания. Серая драконесса слегка отвела глаза, ее когти невольно коснулись старых шрамов на предплечье.

Соларис встретил их низким, уважительным поклоном головы. Мудрые глаза, видевшие бесчисленные битвы, светились одобрением.

-Ты не перестаешь удивлять, юноша - обратился он к Эрдни. Голос его, обычно твердый, звучал с оттенком отеческой гордости. - В твои годы ступить туда, куда и седые воины не рискуют... Это требует сердца льва.

Он повернулся к Эмбре.

-А твоя стойкость, дитя... Она заслуживает глубокого уважения. Ты доказала свою силу. Молодец.

Эмбра смущенно опустила голову, ее крылья слегка дрогнули.

-Спасибо... - прошептала она, и голос ее дрожал от сдерживаемых эмоций. - Это... Честь – слышать такие слова от вас.

-Что теперь, Соларис? - Эрдни перевел дух, ощущая глухую боль в мышцах. - Якорь уничтожен. Но цена... То, что мы видели в Асхейме... Словами не передать. Это нужно видеть. Чувствовать кожей.

Соларис внимательно посмотрел на молодого дракона, видя глубокую усталость в его позе, тени под глазами.

-Тебе нужен отдых, Эрдни - сказал он мягко, но твердо. - Всем вам. В пучине войны забывать о себе – путь к гибели. Пойдем, пройдемся. Отвлечешься от теней прошлого.

Эрдни вопросительно глянул на Киару. Та коротко, почти незаметно кивнула, ее взгляд все еще блуждал где-то вдали.

Соларис и Эрдни двинулись по высоким, прохладным коридорам древнего училища. Тишину, казалось, вытесанную из самого камня веков, нарушал лишь непрестанный гул ливня за толстыми витражами и редкие шаги вдалеке. В воздухе висела знакомая пыль времен, подсвеченная неровным пламенем факелов в железных скобах. Мимо них проходили драконы всех возрастов и мастей чешуи; где-то группа фавнов, оживленно жестикулируя, обсуждала повреждения на потолке; один из них карабкался по стремянке, пытаясь заделать трещину, его бородка вздрагивала в такт движениям. Вскоре они свернули в просторный, пустынный коридор, где эхо их шагов звучало гулче.

-Каков он был, Асхейм? - спросил Соларис, глядя прямо перед собой в полумрак коридора. Его голос был ровным, но в нем чувствовалось напряженное ожидание.

Эрдни помолчал, собирая мысли, перебирая в памяти искаженные пейзажи.

-Это... Это было нечто чуждое - начал он медленно, подбирая слова. - Как будто сам мир искалечен. Искажен до неузнаваемости. Воздух... земля... все дышало чем-то нездешним, неправильным. Ощущение... как будто смотришь в кривое зеркало, где знакомые очертания оборачиваются кошмаром.

Соларис кивнул, словно подтверждая невысказанное.

-Таковы Забытые Миры, Эрдни. Миры, где сама ткань реальности порвана и сшита заново уродливыми стежками - он замедлил шаг. - А якорь... Как вы его уничтожили? Старинные свитки твердят: артефакт такой мощи не мог существовать ни в одном из известных измерений. Он был вне законов.

Эрдни снова ощутил холодную пульсацию того места, слышал глухой стук.

-Когда мы впервые его увидели... - голос его стал тише. - Он напоминал... сердце. Гигантское, пульсирующее сердце какого-то исполинского чудовища. И оно действительно билось. Сильно. Это не просто виделось – это отдавалось в костях, в крови. Чувствовалось каждой клеткой.

Соларис резко остановился. Он повернулся к Эрдни, и в его глазах, обычно таких уверенных, мелькнуло что-то похожее на трепет.

-Сердце Порчи... - прошептал он, и слова повисли в тихом воздухе коридора, тяжелые и зловещие. - Значит, тексты не лгут. Якорь... это и было Сердце Порчи.

-Сердце Порчи? - Эрдни нахмурился. - Что это? Откуда оно?

Соларис тяжело вздохнул. Он подошел к высокому стрельчатому окну, за которым лил косой дождь, омывая древние камни.

-Знаешь, Эрдни - начал он, глядя в серую пелену за стеклом - мы всегда говорили о Пяти Тенях Эриона. Но была и шестая. Шестой воин Культа - он обернулся, его взгляд стал далеким, погруженным в прошлое. - Личный алхимик Эриона. Благодаря своему положению у трона, он обладал несметными богатствами, доступом к самым запретным знаниям и реагентам. Со временем он стал не просто слугой, а... доверенным лицом Повелителя Теней. Готовил ему зелья силы, яды для врагов, снадобья от ран - Соларис помолчал. - Но с годами его охватила мания. Мания бессмертия. Не просто долгой жизни для тела... а вечности для души. Он жаждал власти над самой смертью. Жадность и скупость пожирали его. Ради своих опытов он не гнушался ничем. Жизни подданных, рабов, даже случайных свидетелей – все было расходным материалом. Безопасность? Совесть? Пустые слова для него. Если кто-то мешал или видел слишком много... он устранял проблему без колебаний и сожалений - голос Солариса стал жестче. - Но алхимия – наука коварная. Однажды его собственная жадность его и погубила. Во время особо рискованного эксперимента, попытки создать Философский Камень своей извращенной версии... произошел чудовищный взрыв. Взрыв, который должен был стереть его с лица земли, обратив в ничто.

Соларис сделал паузу, давая Эрдни впитать сказанное.

-Забавно - продолжил он с горькой усмешкой - что на месте этого взрыва, в эпицентре чистого уничтожения, нашли... камень. Темный, пульсирующий, излучающий невероятную и ужасную силу. Тот самый камень, который он так безумно искал. Эрион не мог упустить такой инструмент. Он собрал то, что осталось от алхимика – клочки души, сгустки темной воли, – и вковал их в этот камень. Так родилось Сердце Порчи. А уцелевшие физические останки, то, что не испарилось... - Соларис сжал лапу. - Их пересадили. В тело, выкованное из плоти и костей Имирского демона. Создав чудовищного гибрида, рабу камня и воли Эриона.

Эрдни замер. В памяти всплыл образ чудовища в зловещем замке Асхейма, его гибель и разрушение якоря-сердца.

-Демона... - прошептал он. - Мы встретили подобное существо в Элизиуме. А в Асхейме... Я убил такую тварь. Именно она охраняла Сердце. И я уничтожил его... уничтожив ее.

Соларис медленно повернулся от окна. Его взгляд, полный невероятной серьезности и чего-то похожего на благоговейный ужас, устремился на Эрдни.

-Тогда прими мои поздравления, Эрдни - произнес он с ледяной четкостью, каждое слово падало, как камень. - Ты убил алхимика Эриона. Шестую Тень.

Эрдни замер на мгновение, переваривая слова Солариса. Вес убийства Шестой Тени – пусть и монстра – лег неожиданной тяжестью на плечи, смешанной с горьким удовлетворением.

-Ого... - выдохнул он. - Это... Это радует. Но разобраться с остальными Тенями... Это будет куда сложнее.

-Последний якорь тоже достанем - твердо сказал Соларис, кладя лапу ему на плечо. - Но не сегодня. Сегодня – отдых. И запомни еще кое-что: Сердце Порчи, разбитое тобой, было настолько мощным якорем, что питало сразу двух Теней. Похоже, трое из них теперь висят на тонкой ниточке.

-Значит, нужно лишить «еды» лишь еще двоих? - уточнил Эрдни, в глазах мелькнул огонек надежды.

-Да. Но повторяю – не сегодня. Иди. Отдыхай. Ты заслужил.

Эрдни кивнул и направился по широкому коридору к знакомой арке, ведущей в Зал Стратегий. Прежде чем войти, он обернулся. Соларис стоял на месте, его фигура в полумраке была воплощением усталой мудрости. Старый дракон молча кивнул – жест одобрения и напутствия.

Зал Стратегий встретил Эрдни резким контрастом после сумрака коридоров. Яркий свет магических шаров, висящих под потолком, озарял огромные столы, заваленные картами и донесениями. Воздух гудел от низких голосов и скрежета перьев о пергамент. Эрдни двинулся дальше, его усталость казалась здесь почти неуместной. Вот группа фавнов во главе с лейтенантом в потрепанном желтом наплечнике горячо спорит над планом диверсии. Чуть дальше, у стены, испещренной значками недавних стычек, собрались гвардейцы – могучие Огненные, непоколебимые Земляные, стремительные Ветряные драконы. И в центре этого стального кольца – Эльдора. Она только что отдала приказ, ее голос, четкий и не терпящий возражений, еще висел в воздухе. Ее ледяной взгляд, словно радар, мгновенно нашел Эрдни в толчее. Шагнув вперед и отмахнув подчиненных жестом «исполнять», она направилась к нему.

Эрдни сбавил шаг. Сестра пристроилась рядом, их плечи почти соприкоснулись.

-Как ты, братец? - спросила она тише, чем говорила с гвардейцами. - Совсем вымотался, судя по виду.

-Ты права, Эльдора - признался Эрдни, с трудом подавляя зевок. - Это... все это выжимает досуха. А ты и сама знаешь, каково это.

-Знаю - кивнула она. Потом, после паузы, добавила осторожно, изучая его лицо: - Ты все еще переживаешь из-за Ламберта, правда?

Эрдни сжался, словно от удара. Глаза его на мгновение потеряли фокус.

-Д... Да... - голос его сорвался. - Я мог... Я должен был спасти его! Как я мог так облажаться?!

-Это не твоя вина, Эрдни! - Эльдора положила холодную лапу на его горячее предплечье, ее голос зазвучал с необычной для командира нежностью. - Те, кто поднял на него руку, заплатят. Слышишь? Я тебе обещаю.

Она слегка наклонилась, чтобы поймать его взгляд.

-Знаешь... Война забирает лучших. Сначала... наши родители... Теперь Ламберт... Но она не сломила нас.

-Я не дам ей забрать никого больше - проговорил Эрдни сквозь стиснутые зубы. Он повернул голову к сестре, и в его золотистых глазах вспыхнула не юношеская ярость, а холодная, стальная решимость. - Хватит потерь. Хватит смотреть, как страдают те, кто мне дорог. Я остановлю Лорда. Остановлю эту бойню.

-Тогда я с тобой - просто сказала Эльдора. В ее взгляде смешались гордость, сестринская нежность и безоговорочная вера. - До самого конца.

Они дошли до массивных дубовых дверей, ведущих в сад. Дождь яростно барабанил по дереву.

-Мне пора - с сожалением сказала Эльдора, кивнув в сторону зала, где ее уже ждали. - Должность... знаешь.

-Ничего. Спасибо, Эльдора - Эрдни тронул ее плечо. - Ты... Ты очень важна для меня.

-И, Эрдни... - окликнула она его, когда он уже взялся за железную скобу. Он обернулся. - Знай. Сквозь всю ярость вьюг и грязь этой войны... Я горжусь. Горжусь, что у меня есть такой брат. Брат, который не подведет.

-Спасибо - голос Эрдни дрогнул. - Реально спасибо. Удачи.

Он толкнул тяжелую дверь и шагнул в объятия стихии.

На улице бушевал не просто дождь. Это был потоп. Ливень обрушивался с неба сплошной, хлещущей стеной. Капли, размером с горошину, били с такой силой, что могли оглушить мелкое существо. Ветер выл и рвал ветви хрупких берез, гнул их к самой земле. Казалось, небо прорвалось, и океан хлынул на училище.

И сквозь эту водяную пелену, на промокшей плитке в саду, сидела фигура. Эмбра. Серебристая чешуя лоснилась под потоками воды, отбрасывая призрачные блики. Она сидела неподвижно, как изваяние, будто не замечая ни ливня, ни ветра. Лишь через несколько минут, словно очнувшись, она медленно поднялась и отошла под узкий каменный козырек крыльца. Там, на сухом участке плитки, лежала раскрытая массивная книга в кожаном переплете. Строгие готические шрифты и сложные схемы изображали анатомию магических существ – от строения крыла до схем круговращения темной магии в организме. Эмбра, склонившись над страницами, водила когтем по тексту, ее брови были сдвинуты в сосредоточенной складке.

Она не услышала шагов. Не почувствовала приближения, пока над ее плечом не прозвучал голос:

-Эмбра.

Эмбра резко обернулась, инстинктивно прикрывая книгу крылом. Перед ней стоял Эрдни. Но что-то было... не так. Бледность чешуи казалась неестественной, почти восковой. А в глазах, обычно золотых и живых, теплился холодный, чуждый красный отсвет.

-Эрдни? Что ты здесь делаешь в такую погоду? - удивилась она, пытаясь разглядеть его черты сквозь завесу дождя.

-Тоже самое могу спросить и у тебя - ухмыльнулся двойник. Ухмылка получилась кривой, лишенной привычного тепла. - Что за фолиант? Что ищешь с таким усердием?

Он сделал шаг вперед, пытаясь заглянуть за ее крыло, заслоняющее страницы. Его движения были чуть более резкими, угловатыми, чем у настоящего Эрдни.

-Да так... Ничего важного - пробормотала Эмбра, отодвигая книгу дальше, ее спина напряглась. - Просто старая книга.

-Покажи! - голос Тёмного Эрдни внезапно потерял всякое подобие добродушия, став властным и жестким. Он грубо оттолкнул ее крыло и схватил книгу. Его когти впились в пергамент.

-Эрдни! Что с тобой?! - воскликнула Эмбра, потеряв терпение. Ее голос дрогнул от обиды и растущей тревоги.

Двойник не ответил. Его взгляд жадно скользил по открытой странице – подробной схеме кровеносной системы дракона. Красный огонек в его глазах вспыхнул ярче, почти багрово. По краям чешуи, на щеках и предплечьях, поползли черные, как сажа, прожилки, словно яд под кожей.

-Эрдни? - Эмбра отступила на шаг, ее собственные глаза расширились от ужаса. Чешуя на загривке приподнялась. - Ты... Ты выглядишь ужасно. Ты болен? Тебе нужна помощь!

-Я сказал – ВСЁ В ПОРЯДКЕ! - проревел Тёмный Эрдни, его голос сорвался на металлический скрежет. Он швырнул книгу на мокрые плиты. Пергамент хлопнул, страницы разлетелись.

Эмбра вскинула лапы в оборонительной стойке, тёмное сияние начало сгущаться вокруг ее когтей.

-Что ты такое?! - выдохнула она, ледяной ужас сковывал душу. - Ты не Эрдни... Ты... Ангел Тьмы?

-ТЫ САМА НАПРОСИЛАСЬ! - завопил Тёмный Эрдни. Он впал в низкую, агрессивную стойку. Из его оскаленной пасти вырвался не поток пламени, а сплетение иссиня-фиолетовых, больных на вид молний. Они трещали, как рвущаяся ткань реальности, и ударили в Эмбру не светом, а пронизывающим холодом отчаяния.

-А-а-арх! - вскрикнула Эмбра, содрогаясь всем телом под ударами извращенной энергии. Она рухнула на колени, окутанная сжимающимся клубком темного электричества.

В этот момент дубовые двери с грохотом распахнулись. На пороге, залитый светом из зала, замер Эрдни. Его взгляд метнулся от корчащейся на земле Эмбры к фигуре, стоящей над ней. К фигуре с его лицом, его очертаниями, но выкрашенной в угольную черноту, с горящими адским рубином глазами.

-ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! - громовой раскат голоса Эрдни перекрыл шум ливня. Он ринулся вперед, пламя уже клокотало у него в горле, готовое вырваться.

Тёмный двойник резко обернулся. На его лице играла гримаса презрения.

-Ты ещё что за урод!? - прошипела копия, голос - ледяное эхо настоящего Эрдни.

-Себя не узнаёшь, тварь?! - рявкнул Эрдни, занимая позицию между двойником и Эмброй, которая с трудом поднималась.

-Я – это ты! - закричала тень, разрывая воздух когтями. - Я – твоя настоящая сила! Твоя ярость! Твоя свобода от их жалких правил! Ты просто прячешься за маской!

-Ты – лишь порождение тьмы, червь, присвоивший мой облик! - парировал Эрдни, его собственный гнев закипал, смешиваясь с ужасом.

-ПОСМОТРИМ, КАК ТЫ ЗАГОВОРИШЬ ПОСЛЕ ЭТОГО! - Тёмный Эрдни взмыл в воздух с неестественной скоростью, развернулся в воздухе и камнем понесся вниз, прямо на поднимающуюся Эмбру, его когти были нацелены ей в горло.

-НЕТ! - рев Эрдни слился с ревом пламени. Огненный шар, ослепительно-золотой, вырвался из его пасти и врезался в грудь падающей тени. Удар отшвырнул двойника в сторону, он врезался в каменную стену крыльца с глухим стуком.

Эрдни был рядом в два прыжка. Эмбра, шатаясь, встала рядом, ее сияние сгустилось в острые кристаллы на лапах. Они с Эрдни сомкнули кольцо вокруг поднимающейся тени, прижимая ее к стене. Воздух трещал от напряжения.

Тёмный Эрдни поднял голову. В его багровых глазах не было страха – лишь безумная ярость и... холодный расчет. Он резко сгруппировался. Глаза его вдруг вспыхнули ослепительно-белым, болезненным светом – точь-в-точь как глаза Эмбры в Асхейме в момент ее пленения. По его рогам зазмеились фиолетовые молнии, собравшиеся в шар нечестивой энергии прямо перед грудью.

-ДЕРЖИСЬ! - успел крикнуть Эрдни Эмбре, бросаясь в сторону и прикрывая ее собой.

Но было поздно. Фиолетовая сфера взорвалась. Не грохотом, а оглушительным, леденящим душу визгом, похожим на искаженный до неузнаваемости крик самого Эрдни. Волна искаженной энергии ударила их, как кувалда, отшвыривая прочь от крыльца.

Эрдни и Эмбра рухнули на мокрую землю, оглушенные, с звоном в ушах. Эрдни первым встряхнул головой, вскочил на лапы, озираясь. Его грудь ныла от удара. Дождя почти не было слышно из-за звона в ушах.

Тени в саду не было. На том месте, где она стояла, на мокрых плитах, валялись лишь обугленные клочки пергамента из разорванной книги. И стелился едкий, фиолетовый дымок, быстро растворяемый ливнем. От двойника не осталось и следа. Только гул дождя и запах озона да горелой магии висели в промозглом воздухе.

Последний Рубеж

Следующий день опустился на училище тяжело, как влажное одеяло после ночи. Ночь бушевала с удвоенной силой, хлестала стенами дождя и выла ветрами, но к рассвету стихла, оставив после себя промозглую тишину, запах озона и вымытой земли. Повсюду стояли огромные лужи-зеркала, отражающие хмурое небо.

Эрдни проснулся задолго до зова гонга. Комната показалась ему неестественно темной, гнетущей – отголосок вчерашнего кошмара с двойником. Ощущение рассеялось с первым глубоким вдохом, но тревожный осадок остался. Он вышел, мысленно перебирая события последних часов, смутно надеясь, что этот день не преподнесет таких же леденящих сюрпризов. Ни Киары, ни Эмбры не было на этаже – обе уже спустились. Он направился вниз, его шаги глухо отдавались в знакомых, будто вобравших сырость коридорах.

Несмотря на ранний час, Главный Зал не пустовал. В полумраке, подсвеченном редкими факелами, мелькали тени фавнов, спешащих по делам. В дальних углах виднелись силуэты драконов-дозорных, возвращающихся с ночных вахт. Но в центре, у большого стола, заваленного картами и свитками, уже собралось ядро: Соларис, Террион, Вольт, Фреонар. Рядом с ними, плечом к плечу, стояли Эмбра и Киара. Последняя выглядела бледной; ее дыхание было неглубоким, с легкой, но заметной хрипотцой, а каждый шаг давался с усилием, будто она несла невидимый груз. Эрдни присоединился к ним, вставая между Киарой и Соларисом. Его плечо слегка коснулось плеча сестры – жест молчаливой поддержки.

-Эрдни - кивнул ему Соларис, его голос звучал устало, но тепло. - Неожиданно ранний гость. Бессонница после вчерашних... событий?

-Похоже, не я один недоспал - ответил Эрдни, стараясь улыбнуться, но взгляд его невольно скользнул по лицам собравшихся, выискивая признаки тревоги или понимания того, что произошло в саду. Никто не подал виду.

Террион, опершийся мощными лапами о край стола прямо над развернутым, истертым по краям пергаментом, поднял голову. Его каменная чешуя казалась особенно темной в утренних сумерках.

-Все мы здесь на рассвете неспроста - его низкий голос, похожий на перекаты камней, заполнил пространство вокруг стола. - Сегодняшняя задача перевешивает усталость. Последний якорь. Последняя нить, связывающая Тени с этим миром. Ее нужно оборвать.

-Очередной забытый мир... - пробормотала Киара, подавив подкативший кашель лапой. Ее крылья нервно дрогнули.

-Именно - подтвердил Террион, его взгляд тяжело лег на троих: Эрдни, Киару, Эмбру. - И уничтожить его предстоит вам. Эта миссия – ваш крест.

-Ну конечно же... - вырвалось у Киары тихим, сдавленным шипением, полным усталости и принятия неизбежного. Она отвела взгляд, уставившись в мутное стекло окна.

-Что за мир? - спросил Эрдни, наклоняясь над картой. Схематичные очертания суши и морей казались чужими, незнакомыми. - Хотя, вспоминая Асхейм, возможно, мне и не стоит знать деталей заранее.

-Не тревожься, Эрдни - успокоил Соларис. - Судя по немногим уцелевшим записям, этот мир не так... исковеркан, как Асхейм. Говорят, он даже прекрасен в своей дикости. Если, конечно, верить этим пыльным страницам. – Он постучал когтем по пергаменту.

-А якорь? Как он выглядит? Один, как обычно? - Эрдни почувствовал, как узел тревоги затягивается у него внутри.

-Вот здесь начинается самое интересное - вступил Вольт, стоявший рядом с Террионом, как его неотъемлемая тень. Его чешуя слабо мерцала остаточным статическим зарядом. - Нам известно об одном якоре в том мире. Но на самом деле... их два.

-Два? - Эрдни нахмурился, непонимание читалось в его глазах. - Как два якоря могут быть в одном мире? Это противоречит всему, что мы знали!

-Высшая магия редко следует нашим понятным правилам - начал объяснять Террион, его голос приобрел оттенок терпеливого, но усталого учителя. - Представь момент формирования мира. В нем зарождается якорь – фокус его силы, точка равновесия. Но с этим миром... что-то пошло не так. Ошибка в самой ткани реальности, чудовищный сбой во время творения. Якорь сформировался... ущербным. Не достиг нужной мощи - он сделал паузу, собирая мысли. - И тогда сама природа мира, стремясь исправить дисбаланс, породила второй якорь. Не вместо первого, а как его дополнение. Два сердца в одном теле. Их силы переплелись, компенсируя недостаток друг друга, создавая вместе ту мощь, которой должен обладать один полноценный якорь. Так и существуют они – две половинки одной аномалии.

-Запутанно... - прошептал Эрдни, в голове крутились образы двух сплетенных энергетических узлов. Сложность магии, ее непредсказуемость, снова вызывали у него почтительное изумление, смешанное с горечью. - И как мы туда попадем? Портал?

-Последний действующий Портал на Дальнем Севере - кивнул Террион. - Шпиль Вечной Мерзлоты. Мы бросим все силы на то, чтобы стабилизировать его и открыть путь. Ненадолго, но достаточно.

-Значит, решено - подвел черту Соларис, его взгляд твердо остановился на Эрдни. - Сегодня цепь Теней будет разорвана окончательно. Эрдни, ты готов к этому шагу? К последнему рывку?

-Да - ответил Эрдни, ощущая тяжесть ответственности, но и решимость в груди. - Но... я не пойду туда один? - его взгляд скользнул по Киаре, все еще бледной, и Эмбре, которая стояла чуть поодаль, ее серебристая чешуя казалась тусклой в утреннем свете.

-Позвольте мне! - решительно шагнула вперед Эмбра, ее голос прозвучал громче, чем она, вероятно, планировала.

Соларис внимательно посмотрел на нее, потом мягко, но недвусмысленно покачал головой.

-Нет, Эмбра. Твоя стойкость в Асхейме и так выше всяких похвал. Тебе нужен отдых, а не новый виток безумия - он перевел взгляд на Киару. - Киара? Твои силы... восстановились достаточно для такого пути?

Киара оторвала взгляд от окна, встретив его вопрос. Она выпрямилась, стараясь скрыть слабость, но легкий тремор в крыльях выдавал ее.

-Я... уже на ногах - произнесла она, прерываясь на короткий, сдержанный кашель. - Главное – драться могу. Конечно, я иду с Эрдни. До конца.

-Тогда... - Террион отодвинулся от стола, его массивная фигура отбрасывала длинную тень. - Жду вас у Шпиля на Севере. Через два часа. Карта с маршрутом – здесь - он ткнул когтем в разложенный рядом с пергаментом мира лист с нанесенными контурами ледяных пустошей и горной гряды. - Не опаздывайте. Окно стабильности портала будет узким.

Собрание распалось. Хранители разошлись, погруженные в свои мысли и подготовку. Эрдни остался у стола, его взгляд застыл на очертаниях Дальнего Севера – последнего рубежа перед окончательной битвой с Тенями. Воздух в зале, наполненный запахом старых книг, влажной шерсти фавнов и холодной стали, казался густым от предстоящего испытания.

Дальний Север полностью оправдывал своё имя. Небо, тяжёлое и серое, с розоватыми прожилками заката, нависало над бескрайними тундрами, словно готовое обрушиться. Растительность жмётся к промёрзшей земле – жалкие травинки да корявые карликовые деревца, вечные узники леденящего, режущего ветра. Лишь изредка мелькнёт силуэт оленя или белого зайца, да редкий снежок, крупный и тяжёлый, падает на безжизненные просторы, ненадолго прикрывая их холодной белизной.

Форпост предстал перед ними скоплением низких, обветшалых домишек, беспомощно сгрудившихся за деревянными стенами с потускневшими баллистами. Место дышало заброшенностью и тоской. Чётко читались следы фундаментов, вмёрзшие в землю – призраки более крупных зданий, немые свидетели того, что здесь когда-то кипела жизнь, а теперь лишь пустота.

Эрдни и Киара пролетели над этим мёртвым царством, и в их взгляде, помимо жалости, читалась тревога. За форпостом, за редкой порослью низкорослых берёз, встал Шпиль. Огромная, заострённая глыба льда, будто выросшая из самой вечной мерзлоты, ослепительно белая под слоем налипшего снега.

Террион, его мощная каменная фигура казалась особенно монолитной на фоне хрупкого льда, ждал их у подножия Шпиля. Драконы спикировали вниз, и холод немедленно впился когтями в лапы, пробирая до костей.

-Почти готово - прорычал Террион, не отрываясь от работы с мерцающим основанием Шпиля. Его лапы двигались уверенно, вычерчивая сложные узоры на льду.

Эрдни и Киара замерли позади, их взгляды скользили по серому небу, бескрайним белым равнинам, руинам форпоста. В воздухе висела тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра.

Внезапно основание Шпиля вспыхнуло. Не просто светом – тёмно-синим водоворотом энергии, закручивающимся вглубь льда. Портал. Он гудел низким, зовущим гудением.

Террион обернулся. Его лицо, обычно непроницаемое, было омрачено.

-Что здесь произошло? - спросил Эрдни, махнув крылом в сторону безлюдных тундр. - Этот форпост... следы...

Террион помолчал, его взгляд стал тяжёлым, устремлённым куда-то в прошлое.

-Неподалёку отсюда... Эрион проводил свой ритуал. Тот самый - голос хранителя Земли стал глуше. - Мы остановили его. Но цена... - он провёл когтем по грубой чешуе на боку, где угадывались старые шрамы. - Волна холода, которую он выпустил в агонии... Она прошла, как коса. Грациозные еловые леса, города... обратились в это - он кивнул на унылую равнину. - Вечная мерзлота. Памятник безумию.

Он резко отвёл взгляд от пустоты и шагнул к гуляющему синим светом порталу.

-Ладно. Не время для теней прошлого. Ваш путь – вперёд. Пора - он посмотрел на них по очереди, и в его каменных глазах мелькнуло что-то, похожее на надежду и тревогу одновременно. - Удачи вам там.

Эрдни и Киара переглянулись. Чувство долга перевесило гнетущую атмосферу места. Они синхронно шагнули в сияющий водоворот. Мир сжался, вывернулся, знакомое ощущение выжимания и расщепления охватило их...

Террион остался стоять у пульсирующего синего вихря, провожая их взглядом, которого они уже не видели.

-Пусть предки присмотрят за вами... - прошептал он в гул портала, его голос почти потонул в завывании северного ветра. - Пусть они присмотрят за всеми нами.

Портал выплюнул их наружу с привычным, но все равно выворачивающим душу ощущением. Эрдни еще не открыл глаз, но кожей почувствовал: мир другой. Под когтями была не трава и не снег, а что-то сухое, шершавое, песчанистое. И холодно. Не обжигающе-морозно, как на Севере, а… прохладно. Как в преддверии осени, когда тепло уже сдает позиции, но зима еще не вступила в права. Снега нет, подсказало осязание. Но что тогда?

Они поднялись, отряхивая невидимую пыль портала. Третий мир, по слухам называемый пустыней Атлава, открылся перед ними – дикий, незнакомый, завораживающе-странный.

Они стояли на обширной, удивительно ровной плите желтоватого известняка, испещренной глубокими трещинами, как морщинами древнего лика. Подошли к краю. Крутой, изъеденный ветрами склон обрывался вниз, к бескрайнему простору.

Внизу бушевало песчаное море. Не статичное, а живое: дюны громоздились волнами, их гребни переливались под странным светом, создавая иллюзию движения. Среди этого золотисто-желтого хаоса, как острова, поднимались скалы – такие же выветренные, одинокие. И самое невероятное – там и сям, среди песков, темнели глади водоемов. Вода. В пустыне. Парадокс, заставляющий усомниться в реальности.

Эрдни поднял взгляд. Небо. Оно было не просто голубым, а каким-то невероятно глубоким, чистым, как вода в тех далеких озерах, но… усыпанным звездами. Они сияли здесь ярче, наглее, чем в их родных мирах. И висело Оно. Гигантский серп планеты, нависшей над этим миром, как темно-синий, почти черный осколок ночи. Глубокий, бездонный. А на самом горизонте, там, где песок встречался с небом, маячили еще два силуэта того же таинственного синего цвета. Один – низкий, словно обрубленный, ущербный. Другой – почти вдвое больше, цельный, совершенный в своей холодной красоте.

Воздух все так же обволакивал прохладой, несмотря на отсутствие малейшего намека на снег или лед. Восторг от красоты незнакомого мира смешивался с настороженностью. Мир казался… спокойнее Асхейма. Тише. Но Эрдни знал – первое впечатление, особенно стоя на самом пороге, часто обманчиво.

Киара наконец отвела взгляд от захватывающей дух, но чуждой красоты и шагнула к Эрдни. Тень тревоги скользнула в ее изумрудных глазах.

-Что теперь? - спросила она тихо, словно боясь нарушить зыбкое равновесие мира. - Куда идти? Что искать?

Эрдни не сразу ответил. Его взгляд, прищуренный от странного света, скользил по линии горизонта, где пустыня сливалась с глубокой синевой неба. Он поднял лапу, указывая когтем на огромный серп планеты и два меньших силуэта.

-Видишь? - его голос был низким, задумчивым. - Та, что слева... Она словно надломлена. Не такая, как должна быть - он повернулся к Киаре, в его золотистых глазах горела уверенность, рожденная интуицией. - Под ней. Там должен быть якорь. Я чувствую это.

Киара последовала за его взглядом, рассматривая ущербный осколок мира. Потом кивнула, коротко и решительно.

-Доверюсь тебе. Тогда – вперед.

Они разбежались по гладкой плите и прыгнули в пустоту. Крылья распахнулись, ловя плотный, почти вязкий воздух. Лететь здесь было не как в Асхейме с его разреженными высотами или Элизиумом с легкими ветрами. Это напоминало плавание сквозь густой сироп – каждое движение крыла требовало усилия, каждый взмах встречал невидимое сопротивление. Прогресс давался тяжело.

Двадцать минут тягучего, изматывающего полета над бескрайним желтым морем дюн. Тишина вокруг была не просто отсутствием звука – она была гнетущей, звенящей, словно вакуум перед взрывом. Они летели молча, инстинктивно понимая: любой звук здесь – нарушение табу. И вот Эрдни, чуткий к малейшим изменениям, резко замедлил ход. Не усталость была причиной – его насторожило движение внизу, на периферии зрения. Краем уха он уловил странный шорох, не похожий на перекат песка ветром. Сзади и чуть ниже, из самой толщи дюны, что-то выдвинулось на поверхность. Что-то большое. Что-то, от чего похолодела кровь.

-Ты слышала? - выдохнул он, зависая в воздухе, крылья напряженно работали, удерживая его на месте.

Киара тут же остановилась рядом. Ее взгляд метнулся вниз, сканируя подозрительный участок.

-Слышала... - подтвердила она, и в ее голосе прозвучала тревога. - Это был не ветер. И не животное.

Эрдни указал кивком на ближайшую скалу-остров, более массивную, чем та, с которой они стартовали.

-Там - решил он. - Передохнем, осмотримся. И... послушаем.

Они спикировали вниз, тяжело приземлившись на шершавую поверхность скалы. Эта глыба была обширнее, ее плоская вершина хранила следы чего-то рукотворного. Слева высилась грубая стена из массивных желтых кирпичей, местами обрушенная, но все еще внушительная. Дальше, ближе к центру плато, темнела полуразрушенная арка из того же материала, окруженная колоннами, чьи очертания время и песок стерли почти до неузнаваемости. Признаки цивилизации. Заброшенной, давно забытой, но цивилизации. Эрдни и Киара осторожно прошли под сенью арки, холод в ее тени был ощутимее, пробирал до костей. Они вышли на противоположный край скалы...

И тут слева, на вертикальной плоскости стены, мелькнуло движение. Оба дракона резко повернули головы.

Существо. Оно передвигалось по отвесной стене с пугающей легкостью, словно паук по паутине или ящерица по камню. Четвероногое, но с явными антропоморфными чертами. Его кожа отливала холодным сине-голубым оттенком, словно впитав цвет далеких планет. Тело было плотным, мускулистым, сильным, покрытым лохмотьями серой ткани, стянутыми на груди и спине грубыми ремнями. Голова – без волос, повязок, шлема – была обращена к ним. Маленькие, глубоко посаженные глаза изучали пришельцев с леденящей, безэмоциональной интенсивностью. Оно не шипело, не оскаливалось, не принимало боевой стойки. Оно... оценивало. Меряло их взглядом, холодным и непостижимым.

Эрдни и Киара замерли, как изваяния. Минута, тянувшаяся вечность, под этим немым, сверлящим взором. Потом существо издало низкий, гортанный звук, напоминающий булькающее мычание, и одним плавным, невероятным прыжком исчезло за гребнем стены.

Драконы выдохнули почти одновременно, напряжение спало, сменившись ледяным потом на чешуе.

-Что... что это было? - прошептала Киара, не отрывая взгляда от места, где исчезло существо.

Эрдни медленно повернулся, его собственный взгляд был задумчив, а не испуган.

-Местные - сказал он с тенью уверенности. - Не агрессивные. По крайней мере, пока. Не напал же. Это хороший знак... наверное.

-Ладно - Киара встряхнула головой, словно стряхивая оцепенение. - Но будем осторожны. Вдвое осторожнее. Продолжим?

Они снова разбежались и с усилием взмыли в плотный воздух. "Надкусанная" планета висела теперь значительно ближе, огромная и зловещая в своей ущербности. А у самого ее подножия, на линии горизонта, начал вырисовываться темный, устремленный в небо силуэт. Обелиск.

Хотя Обелиск с каждым взмахом крыльев становился зримо ближе, расстояние казалось обманчивым, почти непреодолимым. Этот отрезок пути Эрдни и Киара преодолели в гнетущей тишине, ставшей еще тяжелее после встречи с синекожим существом. Воздух висел неподвижным, вязким пологом, давя на сознание. И вот, наконец, внизу показалась цель.

Платформа, державшая Обелиск, была чудом инопланетной инженерии: синее, почти чернильное стекло, пронизанное сетью темных металлических балок, словно вены в гигантском организме. Из ее центра вздымался сам якорь – граненый, устремленный в небо шпиль, напоминающий гигантский, обломанный кусок синего мела. А над всем этим, подавляя своим масштабом, нависал серп ущербной планеты, ее темно-синий диск заполнял полнеба.

Драконы осторожно приземлились на холодную, гладкую поверхность стекла возле основания Обелиска. Каждый нерв был натянут как струна, взгляд метался, выискивая движение в тенях балок или за гранью платформы. Любой угол мог скрывать угрозу.

-Кх-кх-кх... - внезапный, сухой спазм кашля вырвался у Киары. Она согнулась, прикрывая пасть крылом, плечи вздрагивали.

-Киара! - Эрдни мгновенно был рядом, его лапа легла на ее спину. Голос дрогнул от тревоги. - Ты в порядке?

-В... в порядке - выдохнула она, выпрямляясь и с усилием глотая воздух. Глаза слезились. - Просто... першит. Драться смогу. Не сомневайся.

Эрдни с недоверием посмотрел на нее, но кивнул.

-Тогда осторожно. К якорю.

Они двинулись к подножию грандиозного шпиля. Его поверхность переливалась глубинным, спокойным голубым светом, как вода в безветренный полдень. У самого основания, в небольшом углублении стеклянной платформы, плескалась лужица жидкости. Не вода. Слишком густая, слишком яркая, переливающаяся неестественным аквамарином – как разлитый голубой бензин или жидкий драгоценный камень. Горстки желтого песка, пропитанные этой субстанцией, лежали по краям, как жертвенные дары.

Резкий, хлесткий звук удара разорвал тишину. С другой стороны якоря, с противоположной стороны платформы, куда не падал их взгляд, в поверхность Обелиска врезался магический снаряд. Ослепительная вспышка фиолетового света заставила драконов инстинктивно отпрянуть, зажмуриться.

Эрдни первым оправился, резко развернувшись к источнику атаки. И замер.

Из самого воздуха, из магического поля, окружавшего платформу невидимым куполом, выступила фигура. Как будто пространство истончилось и породило ее. Высокая, закутанная в струящийся темный плащ с глубоким капюшоном. Одна рука отсутствовала – на ее месте из складок ткани извивался протез, сотканный из чистой, нестабильной, жидкой тени. Он напоминал судорожно дергающуюся лапу огромного паука – длинную, членистую, лишенную твердой формы. Несмотря на тяжелые металлические сапоги, фигура двигалась с пугающей легкостью и бесшумностью.

Здоровая рука в черной перчатке плавно поднялась. Длинные пальцы откинули капюшон.

Под ним оказалась не лицо. Маска. Не гладкая и совершенная, а изъеденная временем или битвами – покрытая глубокими царапинами, сколами, будто выточенная из древнего, потрескавшегося обсидиана. В узких прорезях пылали два очага холодного фиолетового огня – глаза или то, что их заменяло. В руке, не занятой теневым протезом, фигура сжимала трость. Не простую. Оба ее конца были увенчаны изогнутыми, смертоносно острыми серебряными серпами, а центральная часть перехвачена рукоятью, намекающей на возможность разделения оружия надвое.

Эрдни почувствовал, как по спине пробежал ледяной холодок опасности. Эрдни смотрел в противоположный конец платформы. И там стоял Мико. Его фиолетовые глаза, холодные и расчетливые, были прикованы к драконам. Он не улыбался через маску. Он ждал.

Мико шагнул. Легко, непринужденно, словно прогуливался по утренней росе на лужайке перед домом. Он прошелся по древней платформе, пальцы вытянутой руки скользнули по гладкой, холодной поверхности Обелиска, словно лаская ее. В ответ Якорь отозвался глухим, неярким свечением изнутри.

-Почему я не удивлен, обнаружив вас здесь? - голос за обсидиановой маской, испещренной темными сколами, прозвучал с ледяной насмешкой, когда он повернулся к драконам. - Это начинает приобретать черты назойливого ритуала.

-Ты опомнился поздно, Мико - Эрдни сделал шаг вперед, расправив крылья в знак вызова, хотя тревога сжимала его горло. - Явился защищать последний якорь, когда защита почти всех твоих соратников уже рухнула... Ты опоздал.

-Ха-ха! - короткий, сухой смешок. - Не хотел лишать вас удовольствия. Но теперь... В самом конце пути я положу конец вашим забавам!

Резким движением плеч он сбросил темный плащ. Под ним открылась легкая, но прочная кираса из черненой стали, искусно выкованная в виде стилизованных сходящихся ребер, придававшая его силуэту жутковатую, скелетную угловатость.

Мико ловко перебросил изогнутый серп из живой руки в мерцающую теневым сиянием конечность-протез и двинулся к драконам тем же размеренным, неспешным шагом. Его невозмутимость была пугающей, как тишина перед бурей.

Эрдни и Киара невольно отступили на шаг. За спиной у них мелькнул обрыв платформы, а внизу безбрежно колыхалось желтое, как сера, море.

Киара напряглась, почувствовав знакомое щемящее сжатие в груди. Она втянула воздух, приняв боевую стойку, собрала силы. Из ее пасти с хриплым шипением вырвался плотный, ядовито-зеленый сгусток. Он понесся прямо в грудь Мико, оставляя за собой едкий дымный след.

Мико лишь убрал трость за спину и сделал стремительный выпад вперед. Теневая рука метнулась навстречу яду, ловя смертоносный шар с неестественной легкостью. Яд, шипя и булькая, застыл в призрачной хватке протеза, не причиняя ему ни малейшего вреда.

Киара закашлялась, сгибаясь пополам, но силой воли подавила приступ, пытаясь отдышаться.

За прорезями маски вспыхнули два холодных фиолетовых огня. Мико увидел – слабость. Уязвимость. Легкая добыча. Обсидиановая маска будто исказилась в беззвучной, торжествующей ухмылке.

Теневая конечность сжала ядовитый сгусток. Зеленое сияние подернулось фиолетовыми прожилками, закрутилось вихрем, превращаясь в нестабильный, пульсирующий шар мутно-лиловой энергии. Энергия гудела, как разъяренный шершень.

-Ох, бедняжка... Видимо, тебе нездоровится? - его голос прозвучал фальшиво-сочувственно, а затем сорвался в ледяной рык: - Приляг! Отдохни!

Он с размаху швырнул заряженный сгусток обратно. Киара, все еще ослабленная и не успевшая среагировать, приняла удар на грудь. Фиолетовая энергия вспыхнула ослепительно, обволокла ее тело ледяным пламенем. Раздался резкий треск – не огня, а мгновенно формирующегося льда. Сдавленный стон, и драконесса, скованная в неестественной позе лиловым саваном, безжизненно рухнула на камень. Сознание покинуло ее.

-Киара! - Эрдни бросился к подруге, сердце бешено заколотилось в груди.

Но Мико растворился в воздухе – лишь легкое искажение тени – и материализовался точно между павшей Киарой и несущимся к ней Эрдни.

-Как... трогательно - зашипел голос из-под маски, и в нем не было ни капли жалости, только зловещее торжество. - Но теперь... Давай завершим наши старые счеты!

Молниеносным движением Мико выхватил серп. Лезвие с треском разделилось надвое, и теперь в каждой его руке – живой и мертвой-теневой – сверкало смертоносное, изогнутое как полумесяц, лезвие. Фиолетовые огни в глазницах маски горели холодной яростью.

Мико занес теневое запястье – серп с фиолетовым отливом метнулся вниз. Эрдни отпрыгнул назад, острые когти скрежетнули по камню. Еще удар – молниеносный выпад здоровой рукой, и Эрдни снова откатился. Еще – и край платформы внезапно оказался у него за спиной. Пустота. Ветер, пахнущий пылью и солью. Внизу колыхалось живое море желтых дюн, готовое поглотить все.

С криком, больше похожим на рык, Мико прыгнул вперед, серпы скрестил перед собой в смертоносном кресте – финальный удар, чтобы сбросить врага в бездну.

Эрдни почувствовал холодную плиту под самыми когтями задних лап. Безысходность? Нет. Ярость. Чистая, ледяная ярость. Он вобрал в себя остатки сил, сконцентрировал морозную мощь в кончике хвоста. Воздух вокруг него похолодел, зашипели частицы влаги. Мгновенно, с хрустом формирующегося льда, выросло прозрачное, смертоносное лезвие, отливающее мертвенно-бледным светом.

Резким, отчаянным разворотом корпуса Эрдни подставил хвост-клинок навстречу падающему врагу.

Три лезвия сошлись в ослепительной вспышке и оглушительном лязге! Ледяное – против двух серебряных, отточенных до бритвенной остроты. Искры, холодные и горячие, осыпали камни.

Мико давил всем своим весом, всем безумием своей ненависти, используя гравитацию и силу прыжка. Эрдни упирался, мышцы ног и спины дрожали от нечеловеческого напряжения, когти впивались в камень, оставляя глубокие царапины. Он смотрел в глаза врага сквозь перекрещенные лезвия.

В глазницах обсидиановой маски пылало нечто первобытное и ужасное. Не просто ненависть. Всепоглощающий огонь безумия и мести, адское пламя, которое не способно потухнуть, пока не испепелит все вокруг и себя самого. Огонь, в котором сгорела вся человечность Мико.

-Ха-ха-ха-ха! - его смех, хриплый и надрывный, смех одержимого, разорвал гул боя. Взгляды их скрестились так же смертельно, как лезвия. - Ты все еще помнишь тот день, ящер? - голос Мико прорезал воздух, как нож. - Помнишь, как он умирал? Как кровь растекалась по плитам? Как ты смотрел? Смотрел его последние мгновения, слышал его хрип... и ничего! Ничего не мог поделать! Был таким жалким! Таким беспомощным!

Маска, казалось, растянулась в чудовищной, торжествующей гримасе.

-Теперь ты понимаешь! Понимаешь, каково это - страдать и быть бессильным! Чувствовать эту боль, эту ярость, это отчаяние! - он вдавливал серпы с новой силой, фиолетовые прожилки бежали по теневому протезу. - Но теперь... Теперь ты заплатишь сполна! За все!

Слова Мико, отравленные ядом прошлого, вонзились в Эрдни глубже любого клинка. Но именно в этой боли, в этом ядовитом напоминании о беспомощности, родился новый виток силы. Не отчаяние, а яростное отрицание судьбы. Он не был беспомощен сейчас.

С глухим рыком, в котором слились гнев и отчаяние, Эрдни собрал последние силы в мощный толчок всем телом. Мускулы взбугрились под чешуей. Ледяное лезвие на хвосте треснуло, но выдержало.

Мико, не ожидавший такого яростного ответа, потерял точку опоры. Его отбросило назад, к подножию мрачного Обелиска. Он кувыркнулся по камням, серпы разлетелись в стороны. Один, звякнув, упал плашмя, другой – вонзился острием в древнюю плиту, замерцав на мгновение фиолетовым.

Тишина длилась лишь мгновение, разорванная хрустом камней под сапогом. Мико поднялся с невозмутимостью человека, споткнувшегося на ровном месте. Он отряхнул пыль с кирасы и рукавов с таким видом, будто только что вышел из оперного театра, а не пережил мощнейший удар. Его движения были размеренными, почти ритуальными, когда он направился к краю платформы, к самому основанию исполинского Обелиска.

Там, в углублении древних плит, поблескивала странная лужа. Вода? Сомнительно. Субстанция казалась слишком густой, слишком живой, переливаясь неестественным голубым сиянием, словно захваченный в плен кусочек северного сияния.

Эрдни, тяжело дыша, двинулся следом, сокращая дистанцию. Каждый мускул в его теле был напряжен до предела, взгляд не отрывался от противника. Эта внезапная, ледяная собранность Мико после падения была страшнее любой ярости. Она предвещала нечто непредсказуемое.

Мико опустился на корточки у лужи. Он неспешно погрузил ладонь здоровой руки в сияющую жидкость. Она не плескалась, а обволакивала кожу, стекая густыми, светящимися каплями. Голубые блики танцевали на его пальцах, на черненой стали кирасы, на обсидиановой маске.

-Знаешь, ящер, на что способна эта... влага? - его голос был низким, задумчивым, почти ласковым, но в нем таилась стальная нить. Взгляд, скользнувший из-под маски по Эрдни, был холодным и оценивающим. - Ооо, она творит чудеса... Посмотрим, оценишь ли ты её дар...

Он медленно поднес ладонь, полную мерцающей жидкости, к нижнему вырезу своей обсидиановой маски – туда, где должен был быть рот. И одним решительным, почти жадным глотком втянул сияющую субстанцию в себя.

Реакция была мгновенной и шокирующей. Мико ахнул – резко, сдавленно, как от удара кинжалом под ребра. Его тело дёрнулось в судороге, спина выгнулась дугой. И тут же по нему прокатилась волна ослепительного синего сияния, исходящая изнутри. Оно било из-под кирасы, из рукавов, заливая его фигуру холодным, призрачным светом.

Эрдни увидел, как на открытой, обгорелой до мяса шее Мико, не прикрытой ничем, выступила сеть ярко-синих, пульсирующих жил. Они разветвлялись, как молнии под кожей, наливаясь светом. Затем, так же внезапно, как появились, жилы исчезли. А на месте ужасных, кроваво-черных ожогов осталась гладкая, здоровая кожа. Следы страшной боли, мучившей его годами, стерлись за секунды.

-Аааа-РГХ! - рев Мико вырвался из-под маски, дикий, первобытный, полный нечеловеческой боли и... экстаза. Он вскинул голову к безжалостному небу, кулаки сжались так, что костяшки побелели. - ДАААА!

В приступе неконтролируемой силы он стукнул кулаком о кулак – звонкий удар металла о металл. Затем, с тем же неистовством, обрушил кулак вниз, на древнюю плиту платформы. Раздался оглушительный грохот, камень треснул, образовав глубокую, чуть ли не сквозную вмятину. Осколки отлетели в сторону.

Когда он поднял голову, его взгляд, пылающий из-под маски адской смесью боли, ярости и обретенной мощи, нашел Эрдни. Дракон уже стоял в полной боевой готовности, когти впились в камень, ледяное дыхание клубилось морозным туманом из ноздрей, хвост с готовым, хоть и потрескавшимся, ледяным клинком замер в боевой позиции. Тишина, натянутая как тетива, вновь воцарилась на платформе, гудела в ушах после рева и грохота. Между ними оставалось лишь пространство для последней схватки.

Мико ринулся вперед, как разъяренный бык, кулак тенево-стального протеза занесен для сокрушительного удара – теперь он казался не просто рукой, а настоящей кузнечной бабой, готовой разбить все на своем пути. Эрдни, собрав последний холод в легких, выдохнул острый, как игла, шип льда. Он просвистел в воздухе и вонзился прямо в темную кирасу Мико над сердцем.

Но Мико, подпитанный синей энергией Обелиска, был неукротим. Ледяной шип не пронзил сталь – он просто раскололся на сотни искрящихся осколков, рассыпавшихся по кирасе, как хрустальный град. Импульс не остановил его и на миг. Кулак обрушился вниз с чудовищной силой.

Удар пришелся в то место, где мгновение назад стоял Эрдни. Плита платформы содрогнулась, каменная крошка взметнулась фонтаном. Образовалась еще одна глубокая, зияющая вмятина, края которой покрылись паутиной трещин. Но сила удара сыграла против Мико – кулак, пробив камень, застрял по самое запястье в образовавшейся каменной ловушке. Он дернул рукой – тщетно. Металл протеза заклинило в сжавшейся каменной тисках.

Эрдни не колебался. Шанс! Последний шанс. Он вобрал в себя все остатки силы, всю ярость, всю боль. Морозная энергия, холоднее космической пустоты, хлынула в кончик его хвоста. Потрескавшееся ледяное лезвие мгновенно восстановилось, выросло, заострилось до бритвенной кромки, засверкав ослепительно-белым, смертоносным светом. Воздух вокруг него похолодел на десятки градусов.

Беззвучный рык. Прыжок. Эрдни метнулся к замершему Мико, который яростно рвал застрявший кулак. Хвост-клинок взметнулся в воздухе, описывая широкую, сокрушительную дугу – удар был нацелен не в тело, а в источник силы и безумия, в обсидиановую маску.

Мико, почувствовав опасность, рванул с нечеловеческой силой. Камень треснул, рука высвободилась. Он даже успел повернуть голову, фиолетовые огни в глазницах мелькнули в сторону нападающего дракона. Но было уже поздно. Слишком поздно.

Ледяной клинок на полной скорости врезался прямо в правую часть обсидиановой маски.

Глухой, кошмарный звук ударил по ушам – смесь удара каменным молотом по льду и хруста ломающейся кости. Голова Мико запрокинулась назад с неестественным рывком, будто на шарнире. Он оступился, споткнулся о собственный плащ и рухнул на спину как подкошенный, прямо у того места, где валялись его серпы.

Наступила ледяная тишина. Пыль оседала. Мико лежал неподвижно. И тогда Эрдни увидел: на гладкой поверхности черной маски, там, где должен быть правый глаз, зияла глубокая трещина. Она расходилась паутиной более мелких сколов, и изнутри ее, тускло, но зловеще, просачивалось то самое фиолетовое свечение, что горело в его глазах.

Мико пошевелился. Медленно, с трудом, он поднялся на одно колено. Его движения были скованными, травмированными. Он не смотрел на Эрдни. Его взгляд, казалось, был устремлен внутрь, в боль и ярость. Одним резким движением он схватил оба серпа. Его фигура на мгновение исказилась, как отражение в треснувшем зеркале, окуталась мерцающей дымкой. Фиолетовый свет в трещине маски погас. И он растворился – не просто исчез, а словно втянулся самой тенью платформы, оставив после себя лишь запах озона, холод и звенящую пустоту незавершенной мести.

Эрдни медленно выпрямился из боевой стойки, каждый мускул ныло от напряжения. И тут, как удар кинжалом в грудь, вспомнил – Киара! Его взгляд метнулся по платформе, мгновенно выхватив из полумрака ее грациозный, но скованный фиолетовым ледяным саваном силуэт. Сердце сжалось ледяным комом.

-Киара!

Он рванулся к ней, преодолевая расстояние быстрее, чем мысль. Камни платформы мелькали под когтями. Он опустился рядом, склонив могучую шею над ее замерзшей формой. Фиолетовый лед искрился зловещим холодом.

Под прозрачной ледяной коркой ее глаза были открыты – и в них мерцало сознание, смешанное с болью и страхом.

-Эрдни... - ее голос, едва слышный сквозь лед, был хриплым. - Лед... Сними его... Прошу...

Эрдни, не раздумывая, набрал воздуха в легкие. Огонь вспыхнул в его горле, но он сдержал яростное пламя, выпустив лишь узкую, контролируемую струйку жара. Она лизнула фиолетовую массу. Лед зашипел, закоптился, словно сопротивляясь, не желая отпускать свою жертву. Трещины поползли по его поверхности, и наконец, с глухим треском, он начал таять, стекая едким дымом на камни.

-Киара! - Эрдни бережно коснулся лапой ее плеча, едва освободившегося ото льда. Его глаза, полные тревоги, сканировали каждую чешуйку, ища следы ранений, признаки болезни. - Как ты? Говори!

-Нор... - она попыталась поднять голову, но слабость снова пригвоздила ее к камню. - ...мально - прошептала она, прежде чем новый приступ кашля сотряс ее тело, глухой и мучительный.

-Нет! - голос Эрдни прозвучал резко, с отчаянием. - Не нормально! Ты едва дышишь! Тебе нужна помощь, Киара, срочно! Такую болезнь нельзя игнорировать!

-Где... - она с усилием подняла веки, взгляд ее был туманным. - ...здесь найти помощь? Оставь... Оставь меня, Эрдни. Иди... Ты должен идти. Цель важнее...

-Замолчи! - рык Эрдни был полон ярости и боли. - Я не брошу тебя! Никогда!

Он опустил голову, когти бессознательно скребли камень. Отчаяние сжимало горло. Помощь? Где? В этой пустоши? И вдруг – озарение! Вспышка памяти: Мико, пьющий синюю воду, мгновенное исцеление страшных ожогов! Рискованно? Безумно? Но другого выхода нет.

-Киара! - он повернулся к ней, его голос зазвучал с новой, хрупкой надеждой. Она лежала на холодном камне, прижимая лапу к груди, сдерживая новый приступ. - Вода! Та вода у Обелиска! Она исцеляет! Тебе нужно ее выпить!

-Что? - глаза Киары расширились от ужаса. - Но... Ты видел, что она сделала с ним! Этот безумный свет, эта ярость... Нет, Эрдни, я не могу! Я боюсь...

-Он выпил много! Целую ладонь! - настаивал Эрдни, вкладывая в слова всю силу убеждения. - Капля, всего лишь глоток! Она исцелит тебя без... без этого! Доверься мне, Киара. Пожалуйста. Не сдавайся сейчас.

Он видел борьбу в ее глазах – страх перед неизвестным против желания жить, против мучительной слабости. Наконец, она слабо кивнула.

-Ладно... Помоги... Дойти...

Эрдни осторожно подсунул плечо под ее бок, обхватив лапой. Он поднял ее с невероятной бережностью, словно она была хрупким сосудом из тончайшего стекла, способным рассыпаться от неверного движения. Каждый шаг к основанию Обелиска давался мучительно медленно. И вот она – лужа, излучающая тот самый неестественный, густо-голубой свет.

-Вот... - прошептал Эрдни, опуская ее у самой кромки сияющей жидкости. - Пей. Осторожно. Всего глоток.

Киара, опираясь на его лапу, склонилась над лужей. Ее язык коснулся поверхности. Она сделала один, крошечный глоток, едва смочив пасть.

И тут же по ее телу пробежала волна. Не яростная, как у Мико, а мягкая, как свет восходящего солнца. На мгновение под чешуей проступили тончайшие синие прожилки, словно узоры инея на стекле, и так же мгновенно растаяли, растворившись в ее естественном свечении. Ни вспышки безумия, ни судорог. Только глубокий, чистый вдох.

Киара подняла голову. Потом, опираясь на лапы, медленно, но уверенно поднялась на ноги. Она расправила крылья – движение было плавным, без прежней скованности. Цвет чешуи казался ярче, глаза – ясными и живыми.

-Ну как? - Эрдни замер, боясь поверить.

-Лучше... - она сделала еще один глубокий вдох, без хрипа, без боли. - Гораздо лучше. Как будто... тяжелый камень с груди сняли. Спасибо, Эрдни - ее взгляд, полный искренней благодарности и облегчения, встретился с его.

-Идти? Лететь? Драться? - спросил он, уже зная ответ.

-Да - ответила Киара, и в ее голосе вновь зазвучала твердость. Она потянулась, проверяя силу в мышцах крыльев.

-Тогда вперед. Нам нельзя медлить - Эрдни бросил взгляд на Обелиск. Якорь все еще слабо светился, его активация была завершена. - Но его нельзя оставить! Он активен... А разрушить... Чем? Здесь ничего нет...

Он окинул взглядом пустую платформу, разбитые камни. И вдруг его взгляд упал на желтое море дюн внизу, на небо... Идея!

-Постой... Есть! - его глаза загорелись решимостью.

Эрдни отступил на несколько шагов, принял устойчивую стойку. Воздух вокруг него начал вибрировать, наполняясь статикой. У его рта, в самом центре сгустившейся энергии, начал формироваться шар. Не просто огненный шар, а сгусток чистой, дикой природной силы – шаровая молния. Она пульсировала ослепительно-желтым светом, испуская тихое, угрожающее гудение, выжигая кислород вокруг.

-Отойди! - крикнул он Киаре.

Набрав максимум мощи, Эрдни сделал мощный толчок всем телом и выпустил сгусток. Снаряд просвистел по воздуху с шипением раскаленной стали и приземлился с хирургической точностью – прямо в центр лужи голубой жидкости у основания Обелиска.

-Вперед! Летим! - Эрдни развернулся к Киаре, уже расправив крылья. - Сейчас рванет!

Они бросились к краю платформы, оттолкнулись мощными лапами и взмыли в воздух, взбивая клубы пыли. Крылья ловили потоки горячего ветра, унося их прочь.

И в тот же миг позади них мир взорвался.

Не просто грохот – оглушительный рев мироздания! Гигантская вспышка – ослепительное слияние желтого пламени природной молнии и синего сияния магической воды – разорвала пространство. Обелиск, символ древней и чуждой силы, не выдержал. Он раскололся не на части, а на тысячи острых, светящихся осколков, разлетевшихся во все стороны, как смертоносный фейерверк. Платформа под ним с грохотом провалилась, огромные каменные глыбы, смешанные с обломками артефакта, рухнули вниз, в бурлящее море желтых дюн. Песок, словно живой хищник, мгновенно устремился навстречу падающим обломкам, жадно засасывая их, погребая навеки под бескрайними волнами. Мир за спиной остался не просто позади – он изменился. Едва драконы набрали высоту, Эрдни почувствовал ледяное дыхание перемен. Воздух, прежде горячий и плотный, стал разреженным и холодным, словно его выморозила невидимая рука. Свет звезд померк, уступив место наступающему мраку. Свинцовые, неестественно густые облака сползались со всех сторон, медленно, но неумолимо закрывая от взора огромную, израненную планету и ее меньший, обломанный спутник. Казалось, сама вселенная затягивала раны, оставленные разрушенным Якорем, – и эти шрамы были уродливы и холодны.

Спустя долгие минуты полета сквозь нависающий туман в просвете между облаками показалась новая планета. Голубая, как полированный сапфир в оправе из черного бархата космоса. И под ней, неестественно четкий и незыблемый, висел второй Обелиск.

Он был совершенен. Где первый был сломан и покрыт шрамами времени, этот сиял холодной, геометрически безупречной красотой. Его платформа, сплетенная из того же призрачного стекла и серебристых энергетических балок, была больше и сложнее. Пять лучей-платформ расходились от центрального шестигранника, образуя при взгляде сверху идеальную, зловеще симметричную звезду. На одном из лучей, самом дальнем, поблескивало знакомое голубое сияние – целое озерцо той самой целительной влаги. А на самом краю этой площадки, будто вопреки всякой логике, росло дерево.

Мощное, приземистое, оно напоминало то ли древний дуб, то ли исполинский тополь. Его ствол, цвета темного шоколада, был неестественно гладким. И на этой глади, прямо по центру, пульсировал огромный нарост. Он был похож на волдырь, на гигантскую синюю бородавку, изнутри подсвеченную тем же голубым светом, что и вода. Казалось, дерево было не просто растением, а живым сосудом, хранящим в себе магическую субстанцию.

Эрдни и Киара, преодолевая нарастающее чувство тревоги, приблизились к Обелиску. Их тени скользили по идеально гладкой поверхности. Лапы были уже в сантиметрах от холодного стекла, когда артефакт ответил.

Он вспыхнул. Не так, как первый, – не глухим внутренним свечением, а ослепительной, агрессивной голубой вспышкой, резанувшей по глазам. Ярче, холоднее, сильнее. Послание было ясным и недвусмысленным: хозяин дома, и он вас ждет.

Опустившись на платформу, они двинулись к основанию монолита. Ямки с водой здесь не было – лишь абсолютно гладкая, сияющая поверхность. Тишину внезапно разорвал звук – противный, сухой, похожий на скрип мела по стеклу, умноженный в сто раз. Он заставил драконов вздрогнуть и застыть, насторожившись.

Звук доносился из-за Обелиска. Они медленно, в полной боевой готовности, обошли грань монолита – и замерли в изумлении.

Это был не Мико.

У стены Обелиска, спиной к ним, стояла высокая, неестественно худая фигура. Ее движения были резкими, угловатыми. На ней почти не было брони – лишь острые, как бритвы, черные пластины на локтях и коленях. Все остальное тело скрывала мантия из ткани, столь черной, что она, казалось, поглощала свет; на ощупь она должна была быть похожей на стылый шелк саркофага. Но больше всего ужасала маска. Не шлем, а именно маска, отлитая в точности по образу человеческого черепа, с неестественно острыми скулами и пустыми глазницами. За глазницами виднелась не тьма, а тонкая дырчатая ткань, сквозь которую могли следить невидящие глаза. От лба маска переходила в стальную, идеально гладкую пластину, уходящую вверх, – не антенна, а скорее лезвия, режущее само небо.

Тень замерла. Скрип прекратился. Она медленно, с механической плавностью, повернула голову. Сетчатые «глаза» бесстрастно скользнули по драконам, уже принявшим низкие, угрожающие стойки. В них не было ни ненависти Мико, ни ярости – лишь пустота, глубже космической.

Фигура отступила от Обелиска, на поверхности которого остались дымящиеся, будто выжженные кислотой, странные символы. Она подняла руку, медленно сжимая длинные пальцы в кулак. И тогда из ничего, из самой тени у ее ног и вокруг запястий, начало вытекать и клубиться вещество. Густая, черная, словно деготь, жижа, от которой струился легкий, маслянистый дымок. Она облепила ее ступни, начала нарастать, приподнимая фигуру, пока та не стала вдвое выше прежнего. Эта черная масса жила своей собственной, жуткой жизнью, перетекая и пульсируя, но подчинялась каждому движению хозяина с жуткой, рабской покорностью.

Фигура казалась неподвижной, но потом разрушила это чувство едва заметным движением запястья – и от нее, с тихим свистом рассекающим воздух, метнулось лезвие, целиком состоящее из той же черной жижи. Оно пронеслось между Эрдни и Киарой, и там, где оно врезалось в стеклянный пол, не осталось ни вмятины, ни трещины – лишь пятно черного, едкого дыма, медленно растворяющегося в воздухе.

Бой начался. Молчаливый, без выкриков и угроз. Судя по всему, с Пятым Воином Культа Теней. И он был совершенно не похож на все, с чем они сталкивались прежде.

Противостояние набирало обороты, превращаясь в изматывающий марафон на выживание. Тень, казалось, не знала усталости. Ее атаки были безостановочным градом: из ничего рождались острые, как бритва, лезвия из черной жижи, которые летели в драконов с пугающей скоростью и точностью. Это зрелище было сюрреалистичным и жутким – меньше похоже на бой, больше на смертоносный, головокружительный танец, где партнерша двигалась с механической, нечеловеческой пластичностью.

Как ни старались Эрдни и Киара, их попытки прорваться сквозь защиту тени были тщетны. Когти и пламя скользили по вязкому, жидкому щиту, не оставляя и царапины, а каждый их выпад заканчивался тем, что невидимая сила отбрасывала их назад, заставляя вновь и вновь уходить в защиту.

От очередного мощного толчка они откатились к самому краю платформы, оказавшись прямо перед древним деревом с пульсирующим синим наростом. В этот миг Обелиск над ними вспыхнул ослепительным голубым светом, заставив драконов инстинктивно отвести взгляд.

Вспышка, похоже, встревожила саму Тень. Ее размеренные, почти надменные движения вдруг стали резкими и торопливыми. Она сделала шаг к монолиту, словно пытаясь его защитить, но в этот момент с шипением пролетел сгусток едкого яда Киары, опалив край черной мантии и оставив на ней дымящееся пятно.

Тень замерла. Ее сетчатый взгляд медленно, с леденящим спокойствием, скользнул с Обелиска на драконов. Она встретилась глазами с Киарой, которая смотрела на нее без тени страха, лишь с холодной, хищной настороженностью.

Ответный удар был молниеносным и неожиданным. Тень не стала метать лезвие. Она просто подняла руку, развела длинные пальцы – и резко сжала их в кулак.

В тот же миг пространство под Киарой взорвалось черной массой. Вязкие, упругие щупальца жижи вырвались из самой тени платформы, обвили ее ноги и нижнюю часть тела с мертвой хваткой, полностью обездвижив. Не дав ей и мига на сопротивление, Тень резким движением руки, словно отшвыривая назойливую соринку, метнула захваченную добычу через себя. Черная масса под Киарой вздыбилась и, с силой вытолкнув, перебросила ее через голову Воина прямиком в центр главной платформы. Киара приземлилась с глухим ударом, на мгновение оглушенная и дезориентированная.

Воин Культа уже повернулся к Эрдни, оставшемуся один на один у дерева. Едва заметный взмах другой руки – и черное лезвие, уже знакомое и от того не менее смертоносное, помчалось к дракону.

Эрдни отпрыгнул в последнее мгновение. Лезвие, просвистев в сантиметре от его груди, вонзилось не в плоть, а в пульсирующий синий нарост на стволе дерева.

Раздался звук, похожий на хруст ломающихся костей и рвущейся плоти одновременно. Нарост лопнул, и из него, как из смертельной раны, под огромным давлением хлынула голубая, переливающаяся жидкость. Мощная, неконтролируемая струя била во все стороны, разбрызгиваясь по стеклянной платформе и образуя на ней широкое, почти идеальное кольцо из сверкающей влаги, отсекающее Эрдни и Тень от остального мира.

Инстинктивно, не раздумывая, Эрдни ответил ударом на удар. Из его пасти вырвался сконцентрированный огненный шар, направленный прямо в грудь противнику. Но Тень была начеку. Щит из черной жижи снова материализовался перед ней, поглотив пламя. Ударная волна и сноп искр разлетелись во все стороны.

Искры, раскаленные и живые, достигли кольца разлитой голубой жидкости.

Вспышка была ослепительной. Не взрыв, а мгновенное воспламенение. По всему кругу с тихим, зловещим шепотом взметнулось пламя – не привычное желто-красное, а холодное, сине-голубое, призрачное и неестественно тихое. Высокая стена огня отрезала Эрдни от Киары, поймав его в ловушку один на один с безмолвным воином.

Воспользовавшись долей секунды его замешательства перед этим магическим пламенем, Тень резким жестом швырнула в основание Обелиска небольшой, плотный сгусток чистой теневой энергии. Монолит ответил гулом, и прямо за спиной Воина пространство над платформой разорвалось, открыв вихревой, черный как смоль портал. Даже не оглянувшись, Тень сделала шаг назад, растворяясь в нем. Портал схлопнулся, оставив после себя лишь треск холодного огня и мертвенный свет активированного Якоря.

Эрдни остался один в кольце призрачного пламени, лицом к лицу с молчаливым Обелиском.

Эрдни рванулся к стене призрачного пламени, едва различая за мерцающей сине-голубой пеленой силуэт Киары. Она уже пришла в себя, поднялась и, хромая, спешила к нему, ее глаза метались, выискивая его в дымке.

-Киара! Ты в порядке? - его голос прозвучал приглушенно, будто огненная стена поглощала не только свет, но и звук.

-Цела! - донесся ответ, и он увидел, как она подбежала к самому огню, так что ее черты проступили сквозь жаркое марево. - А ты... Ты в ловушке!

-Ничего! - крикнул Эрдни, стараясь звучать увереннее, чем был на самом деле. Он вглядывался в странное пламя, ища слабину. - Я найду выход! Я смогу потушить это!

В этот миг со стороны дерева раздался резкий, сухой звук — точь-в-точь как лопнувшая струна или порвавшаяся под напряжением ткань. Воздух содрогнулся и разорвался с коротким, хлопающим звуком. Из образовавшегося серого, дымного разлома выступила фигура, слишком знакомая и от того еще более ненавистная.

В руках — живой и теневой — сверкали два изогнутых серпа. Теневая конечность изгибалась с неестественной, паучьей ловкостью. И из-под знаменитой обсидиановой маски, теперь украшенной паутиной трещин, на него глянули два узких среза — два холодных фиолетовых огня. Мико вернулся. И в самой его позе, в каждом движении читалась лишь одна цель — месть.

-О-о-о - его голос, шипящий и сладковатый, прорезал шипение пламени. - Обожаю, как пахнет страх!

Он лениво чиркнул серпами друг о друга. С искрами, что с шипением упали на стеклянный пол и угасли, будто их и не было.

-Если ты думаешь, что я боюсь тебя, Мико, то ты сильно заблуждаешься! - Эрдни встал в стойку, готовясь к атаке, его голос прозвучал твердо, выдавливая из себя уверенность.

-Ха-ха-ха! - его смех был коротким и колким. - Нет, ящер. Не меня. Ты боишься не меня - Мико сделал шаг вперед, его маска наклонялась, будто вглядываясь в душу Эрдни. - Ты боишься облажаться! Да-да, именно это. Боишься не оправдать надежд. Скольких? Сотен? Тысяч? Целого мира, что смотрит на тебя и ждет, что ты его спасешь? Давление-то какое... Сложно быть героем, а?

Эрдни молчал. Слова Мико, как отравленные иглы, впивались в самое сердце его страхов. Это была горькая правда.

-Не надейся, Мико - все же выдохнул он - из-за тебя я точно не облажаюсь.

-Что ж... - фиолетовые глаза за маской вспыхнули ярче. - Проверим!

Мико не стал продолжать словесную перепалку. Он сделал молниеносный выпад, серп в его теневой руке описал короткую, смертоносную дугу, целясь точно в то место, где стоял Эрдни.

Но Эрдни уже не было там. Инстинкты, отточенные в сотнях схваток, сработали быстрее мысли. Короткий, резкий толчок крыльями — и он оказался за спиной у Мико, чувствуя на спине ветер от пропоротого серпом воздуха.

Бой начался снова. Теперь — в тесном кругу, очерченном холодным огнем.

Мико не заставил себя ждать. Он развернулся с животной, почти нечеловеческой скоростью, и его серпы описали широкую, сметающую дугу — удар, рассчитанный от одной стены пламени до другой, не оставляющий пространства для маневра. Эрдни едва успел отпрыгнуть, чувствуя, как ветер от лезвий опаливает его чешую. Его ответный удар был быстр и точен, но противник парировал его с издевательской легкостью, и лязг стали о теневое запястье прозвучал как похоронный звон.

С каждой секундой бой все больше напоминал смертоносные догонялки, безумный танец в тесной клетке. Мико, движимый чистой яростью, начал методично, с чудовищной скоростью, бить обоими серпами в пол вокруг Эрдни, словно пытаясь заковать его в невидимые оковы. Стеклянная платформа покрылась глубокими царапинами, превратившись в подобие пола клетки для лютого зверя. Эрдни отскакивал, едва успевая убирать лапы, каждый удар серпов отзывался в костях вибрацией.

Но он дождался своего момента. Улучив микроскопическую паузу, Эрдни вперся лапами в иссеченный пол, вбирая в себя всю остаточную мощь льда, всю мерзлоту окружающего пространства. Прямо под споткнувшимся на мгновение Мико взметнулась массивная ледяная преграда, сковывая его по пояс. Противник был обездвижен, но его серпы все еще были свободны — он начал рубить лед с яростью загнанного волка.

Эрдни не стал ждать. Он оттолкнулся, мощные мышцы задних лап запустили его тело в воздух. Грудь и плечи мгновенно окутала прочная броня из спрессованной земли и камня. Весь его вес, вся сила, вся ярость обрушились на Мико в сокрушительном таране.

Удар был страшен. Ледяная глыба раскололась, и Мико, вырвавшись из ледяного плена, понесся по воздуху, как пущенная из пращи скала. Он врезался в стену сине-голубого огня напротив Обелиска и рухнул на пол, едва не отскочив от нее обратно.

-Это... еще не конец, ящер! - прохрипел он, с нечеловеческим усилием поднимаясь на одно колено. Он судорожно сжал рукояти серпов, готовясь к последнему, смертельному рывку. Его фигура дышала ненавистью и отчаянием.

Эрдни стоял неподвижно, не сводя с него взгляда. Он был готов. Готов положить конец этой бесконечной вражде.

Мико оттолкнулся от пола с последними силами, взмыв в воздух. Обе руки с серпами были занесены высоко над головой, лезвия целился прямо в сердце дракона. Это был удар в отчаянном порыве, удар, не оставляющий шансов ни ему, ни жертве.

Эрдни выждал. До последнего мгновения. Когда тень Мико накрыла его, а лезвия уже начали падение, он собрал в кончике хвоста все, что у него осталось — всю веру, всю надежду, всю холодную ярость. Ледяное лезвие сформировалось мгновенно — не просто лед, а кристально чистое, абсолютно прозрачное, острее алмаза оружие, сияющее внутренним светом.

Мощным разворотом корпуса Эрдни взметнул хвост вверх, навстречу падающему врагу. Он нанес удар, на секунду сомкнув веки, в последней мольбе — чтобы не подвести, чтобы хватило сил.

Раздался оглушительный хруст. Не просто звук — он отозвался эхом в самой ткани реальности, прокатился по костям, по платформе, ушел в небо. Казалось, его услышал весь мир.

-А-А-АРГХ! - знакомый голос, полный боли и ярости, вырвался из-под маски.

Эрдни открыл глаза и обернулся. У дерева сине-голубой огонь погас, рассеявшись в дымке, открывая путь к отступлению.

Там, на коленях, стояла фигура. Мико. Эрдни медленно подошел ближе. Мико обернулся, все еще не в силах подняться. Его маска была не просто треснута — от правой стороны отвалился большой кусок, обнажив то, что скрывалось под ней: обгоревшую, покрытую страшными шрамами кожу, искаженное болью и безумием уродливое лицо. И один фиолетовый глаз, пылающий ненавистью, смотрящий прямо на него.

-Ха-ха-ха-ха! - его смех был хриплым, надсадным, больше похожим на предсмертный хрип. - Давай же! ДАВАЙ!

Мико стоял на коленях, грудь распахнута, руки разведены в стороны, в немой просьбе о финальном ударе. Его фиолетовый глаз сверлил Эрдни.

-ЧЕГО ТЫ ЖДЕШЬ!? ПРИКОНЧИ МЕНЯ! ДАВАЙ! ВСЕГО ОДИН УДАР!

Эрдни стоял недвижимо, глядя на того, кто еще минуту назад был воплощением его смерти.

-ХА-ХА-ХА! УБЕЙ! СЛАБАК! ЖАЛКИЙ СОПЛЯК!

Безумие в голосе Мико достигло апогея. И в этот миг в сознании Эрдни, прямо в самой глубине, прорезался тихий, шипящий шепот. Он звучал как его собственный голос, но в нем было что-то чуждое, ядовитое.

-Он прав... Ты слаб. Ты жалок... Давай же, не стой... Сделай это! - голосок нашептывал, звуча убедительно и страшно.

-ХА-ХА-ХА, ТЫ ТАК И БУДЕШЬ СТОЯТЬ ЗДЕСЬ?! ЗАКОНЧИ НАЧАТОЕ! - проревел Мико в последнем приливе ярости.

Эрдни в последний раз посмотрел на поверженного врага. Не на монстра, не на воплощение зла, а на изуродованное, сломленное существо, стоящее на коленях.

-Даже самые гадкие из нас не заслуживают смерти - тихо, но четко произнес он, глядя куда-то в пространство за спиной Мико, как будто обращаясь к самому мирозданию.

И в этот миг послышался новый звук. Треск. Цоканье острых когтей по стеклянному полу, скрежет, доносящийся со всех сторон. Из-за дерева, с самых краев платформы, из теней начали подниматься существа. Существа, что все это время наблюдали. Следили. Оценивали.

Их внимание мгновенно привлек Мико. Возможно, его темная, искалеченная аура манила их, как маяк. Они начали сходиться, формируя кольцо вокруг него.

Эрдни в последний раз взглянул на своего поверженного врага. В этот миг к ногам Мико бесшумно приземлилось самое крупное существо — покрытое паутиной старых шрамов и свежих ран, с холодными, лишенными всякой эмоции глазами. Вожак. Оно склонило голову, вглядываясь в единственный видимый фиолетовый глаз Мико, словно видя саму его душу. Потом оно издало низкое, гортанное рычание — приказ.

По этому сигналу вся стая набросилась. Десятки когтистых лап впились в Мико, отбрасывая серпы прочь. Его начали бить, тащить, волочить к самому краю платформы. И в последний момент, прежде чем исчезнуть в пустоте за краем, взгляд Мико встретился с взглядом Эрдни. Но в нем не было прежней ненависти. За осколками маски был не психопат. Там было лицо, искаженное внезапным, всепоглощающим ужасом и полным, окончательным осознанием. Осознанием того, что сейчас произойдет.

И он исчез. Унесенный в бездну сцепившейся с ним массой тел. Тишину, наступившую после, нарушал лишь свист ветра да мерцающий свет Обелиска.

Существо-вожак медленно развернулось, его бездушные глаза остановились на Эрдни. Раздалось низкое, гортанное шипение, полное угрозы. Оно сделало шаг, готовясь к прыжку.

-Эрдни! - крик Киары прозвучал с края платформы. Она уже была в воздухе, ее взгляд метался, выискивая его среди хаоса.

Эрдни, не раздумывая, выдохнул сгусток леденящего воздуха не в саму тварь, а точно перед ее когтистой лапой. Воздух с шипом сконденсировался, и на стеклянном полу мгновенно наросла толстая, сверкающая корка инея. Существо отпрыгнуло назад, ошеломленное и сбитое с толку неизвестным явлением. Оно наклонило голову, рассматривая лед, и издало недоуменное, шипящее ворчание.

Этого мгновения хватило. Эрдни мощно оттолкнулся от земли, взмыв в воздух к Киаре.

-Вперед! - крикнул он, уже рядом с ней.

Снизу, с платформы, донесся оглушительный хор визгов и яростного шипения. Существа, словно разъяренные муравьи, метались по краю, пытаясь допрыгнуть до добычи. Одно из них, самое отчаянное, совершило мощный прыжок. Когтистая лапа промелькнула в сантиметрах от когтей Эрдни, но существу не хватило высоты. Оно с тихим воем полетело вниз, исчезая в бурлящем желтом море дюн.

-А Обелиск!? - почти закричала Киара, с ужасом глядя на активированный монолит.

-Сейчас! - Эрдни развернулся, отлетая еще дальше. - Держись от него подальше! Сейчас рванет!

Он сконцентрировался. Внутри, в самой груди, возникло знакомое, могучее тепло — будто в холодной комнате внезапно разожгли огромный камин. Жар разлился по жилам, могучая сила прилила к горлу, сконцентрировалась в единую, сферу чистого пламени. Эрдни открыл пасть, и огненный шар, раскаленный до белизны, ринулся вперед. Он летел с неумолимой точностью, поразив самый центр Обелиска, его сердцевину.

-Не смотри! - предупредил он Киару. - Летим!

Шар не отрикошетил. Он прошел сквозь материал монолита, как раскаленный нож через масло, оставив после себя зияющую дыру, от которой во все стороны расходилась паутина быстро растущих трещин.

Наступила тишина на долю секунды. Потом мир вздрогнул.

Сначала — низкий, нарастающий гул, исходящий изнутри Обелиска. Затем — ослепительная вспышка, оранжево-голубая, слепящая, затмившая на миг все вокруг. И наконец — оглушительный взрыв. Обелиск разлетелся на тысячи горящих осколков, выстреливших во все стороны, как шрапнель. Ударная волна прокатилась по платформам-лучам, они затрещали, начали крошиться и рушиться, огромные глыбы призрачного стекла и металла полетели вниз, в ненасытное море дюн. Песок, словно живой, с жадностью поглощал все: обломки артефакта, обезумевших существ, осколки платформ.

И мир снова изменился. Свинцовые тучи сомкнулись еще плотнее, почти сплошной пеленой закрывая небо. Где-то в их вышине глухо пророкотал гром. Внутри туч полыхали короткие, голубые вспышки, предвещая не бурю, а нечто гораздо более страшное. Воздух стал ледяным, вымораживающим каждую клеточку.

Едва Эрдни и Киара, прижавшись друг к другу, отлетели на приличное расстояние, как пространство на месте уничтоженного Обелиска исказилось. Песок внизу начал вращаться, образуя идеальную воронку невероятных размеров. Она была не из воды или песка, а из чистой, голубой энергии, затягивающей в себя свет и воздух.

Лететь стало невыносимо тяжело. Не просто против ветра — их буквально потянуло назад с чудовищной силой. Воздушные потоки свистели вокруг, несясь навстречу голубой бездне. Воронка росла, ее гравитационная хватка становилась все неумолимее.

-Держись! - последний отчаянный крик Эрдни был почти сорван ураганным ветром. - Нам не выбраться!

Он успел увидеть, как Киара из последних сил потянулась к нему, и потом мир перевернулся. Гул воронки оглушил все. Знакомое, тошнотворное чувство вывертывания наизнанку, сжатия во всех измерениях сразу...

Их вышвырнуло из портала с такой силой, что сознание отказало мгновенно. Последнее, что успел ощутить Эрдни, прежде чем тьма поглотила его, — резкий, обжигающий холод под телом и хлопья мокрого снега на чешуе. И далеко-далеко над головой — черное, бездонное северное небо, усыпанное чужими, не мерцающими звездами.

Разрушитель

Сознание возвращалось к Эрдни медленно, как сквозь густой туман. Последнее, что он помнил — леденящий холод снега под телом и черное, беззвездное небо над головой. Но сейчас не было ни холода, ни снега. Вместо них — тепло, исходящее от ровного каменного пола, и мягкая, чистая подстилка под боком. Воздух был спертым и пахнет странной смесью трав, лекарственных настоев и старого камня.

Он лежал в просторном, слабо освещенном помещении со сводчатыми потолками. Высокие узкие окна были зарешечены, но сквозь них лился рассеянный дневной свет. Вдоль стен стояли импровизированные лежанки, а на грубо сколоченных полках теснились склянки, свитки и пучки засушенных растений. Больничная палата, устроенная на скорую руку на первом этаже училища. Рядом, так же глубоко спя, лежала Киара. На ее чешуе не было ни следов ран, ни повязок — лишь ровное, спокойное дыхание. Эрдни почувствовал, как камень тревоги свалился с его души. С ней было все в порядке.

Дверь с скрипом отворилась. В проеме возникла знакомая фигура. Флойд. Он был одет в простую белую рубаху, поверх которой надет легкий, но прочный доспех. Сложные руны на его лице, казалось, не просто светились, а медленно перетекали, как жидкое золото, отбрасывая мерцающие блики на стены.

-О, ты уже пришел в себя - его голос прозвучал спокойно, почти обыденно. - С возвращением. Вы дома.

Эрдни с трудом приподнялся.

-Кто нас нашел?

-Террион - ответил Флойд, подходя ближе и бегло осматривая дракона опытным взглядом целителя. - Он ждал вашего возвращения на севере. Отправил на поиски целый отряд. Проявил... нехарактерную для него настойчивость.

-Вот это забота... - Эрдни с облегчением выдохнул. - С нами всё в порядке?

-В целом, да. Сильно потрепало, вы оба были без сознания, но серьезных повреждений нет. Просто истощение. Если что-то заболит — не молчи - в его голосе сквозил неожиданный оттенок профессиональной заботы.

-Всё в порядке, спасибо - кивнул Эрдни.

Флойд молча подошел к стене, где в простых железных подсвечниках стояли толстые свечи. Щелчок пальцев — и на их кончиках вспыхнуло пламя, заполнив комнату теплым, живым светом и отгоняя угрюмые тени в углы.

-Ну, и как всё прошло? - спросил некромант, поворачиваясь к Эрдни. - С якорями можно попрощаться навсегда?

-Якори нас больше не волнуют - уверенно сказал Эрдни. - Знаешь, это было не так громко, как падение Асхейма, но попотеть пришлось изрядно. Особенно со... старыми друзьями.

-Старыми друзьями? - Флойд приподнял бровь, и в его глазах на мгновение промелькнула тень давних воспоминаний. - Дай угадаю... Мико?

-Да... - голос Эрдни стал тяжелее. - Самая неприятная встреча за последнее время.

-Согласен - Флойд усмехнулся, но в его усмешке не было веселья. - Мико — та еще язва. До сих пор помню его насмешки и это вечное, раздражающее самодовольство. И что с ним? Ты его... убил?

-Не я... - Эрдни отвел взгляд, глядя на пламя свечи. - Но он мёртв.

На губах Флойда застыла горькая усмешка. -Мико... Вот к чему в итоге привела тебя твоя дорога. Жаль. В нем было столько силы...

-Флойд... - Эрдни осторожно поднялся на ноги, чувствуя, как мышцы ноют от неподвижности. - Можно задать вопрос?

-Конечно, спрашивай - Флойд жестом указал на подстилку, предлагая не напрягаться, но вел себя при этом естественно и раскованно, будто разговаривал со старым товарищем.

-Почему? - спросил Эрдни, глядя ему прямо в глаза. - Почему ты не остался с ними? Почему ты сейчас сражаешься на нашей стороне?

Вопрос повис в воздухе, тяжелый и неудобный. Флойд замер, будто получил удар в грудь. Вся его легкость испарилась. Он медленно повернулся к Эрдни лицом, и в его глазах, под мерцающими рунами, плескалась настоящая, глубокая боль.

-Понимаешь... - он начал тихо, подбирая слова. - Мне надоело быть слугой. Винтиком в чуждой мне машине. Надоело быть... инструментом. Орудием для убийств - он сделал паузу, сглатывая ком в горле. - Я был создан для чего-то большего, чем просто сеять боль. Возможно, существо, рожденное из страданий тысяч, и не способно понять боль другого... но я хочу попытаться. Я должен попытаться.

-Ты еще можешь искупиться, Флойд - тихо, но твердо сказал Эрдни. - Ты уже начал этот путь. Я верю, что ты сможешь найти свою нормальную жизнь.

-Меня... соткали - голос Флойда сорвался на шепот, полный отчаяния. - Из тысячи душ, из их криков, их страхов, их мук. Я до сих пор слышу их. Чувствую их агонию. Пока длится эта война, эти голоса не умолкнут. Я хочу помочь их остановить. Дать шанс на нормальную жизнь тем, у кого этот шанс еще есть.

-Я остановлю Теней и их Лорда - Эрдни произнес это не как надежду, а как клятву. Как мужское, нерушимое обещание, вложив в слова всю свою волю. - Обещаю тебе.

На лице Флойда, искаженном рунами, дрогнули уголки губ — подобие улыбки благодарности и бесконечной усталости.

-Спасибо тебе.

-И тебе - кивнул Эрдни.

В этот момент рядом пошевелилась Киара. Она тихо застонала, потянулась и медленно открыла глаза. Сев и увидев Эрдни и Флойда, она хотела что-то сказать, но слова застряли у нее в горле.

Вместо них грохот потряс самые стены училища. Снаружи, словно раскаты приближающейся грозы, прокатилась серия оглушительных взрывов. С потолка посыпалась пыль и мелкие камешки.

-Черт! - крикнул Флойд, его лицо мгновенно преобразилось — вся усталость и боль сменились холодной боевой готовностью. - За мной! Быстро!

Все трое — некромант и два дракона — ринулись к массивным деревянным дверям, ведущим из палаты. Флойд распахнул их, и они выскочили в коридор, устремившись к главному выходу, к крыльцу, навстречу нарастающему гулу битвы.

Они выскочили на крыльцо, как пущенные из лука стрелы. Свежий, влажный после недавнего дождя воздух ударил в лицо, но почти сразу же его чистота была осквернена. Сквозь запах озона и мокрого камня пробивался едкий, горький дым и смрад гари.

Площадка перед училищем была полна людей. Все были здесь: четверо Хранителей, собравшиеся в тесную, готовую к бою группу, отряд фавнов с дрожащими от напряжения копьями, Эмбра и Эльдора, стоявшие плечом к плечу. Все лица были обращены к небу. Флойд, Эрдни и Киара, сбившись в центре этой тревожной толпы, последовали их примеру и подняли взгляды.

Их глазам открылось апокалиптическое зрелище. По чистому, послегрозовому синему небу, оскверняя его, кружили летучие твари. Снизу они казались роем черной, зловещей мошкары, но даже на такой высоте было видно их истинные, чудовищные размеры и формы. Те самые твари, что терзали Асхейм. А среди них, подавляя всех своим масштабом, летел их предводитель. Моргот. Его исполинская тень скользила по земле, а за ним тянулся ядовито-зеленый, фосфоресцирующий шлейф. На его спине, в укрепленных гнездах, виднелась фигура всадника и нечто, похожее на катапульты. Некоторые из меньших тварей несли в когтистых лапах темные, круглые предметы, от которых веяло смертью.

Одна такая эскадрилья бомбардиров с оглушительным ревом спикировала прямо над головами собравшихся, скрылась за крышей училища — и через мгновение мир содрогнулся от оглушительного взрыва. Где-то послышались крики и звон бьющегося стекла.

-Что здесь происходит?! - крикнул Флойд, его голос едва пробивался сквозь нарастающий гул, рев тварей и грохот разрывов.

Соларис обернулся. Его лицо было суровым, но собранным, взгляд — холодным и четким. -Похоже, это не разведка. Это полноценный налет. Вся их крылатая нечисть здесь... Эрдни, Киара, мне очень жаль, но об отдыхе придется забыть - его взгляд скользнул по ним, оценивая, но видя лишь готовность. - Кажется, нас ждет еще один бой.

-Ничего, Соларис - тут же отозвался Эрдни, его собственный голос обрел стальную твердость. Он обменялся быстрым взглядом с Киарой. - Мы готовы. Да, Киара?

-Да, конечно - она кивнула, и в ее глазах тоже не было и тени страха, лишь сосредоточенная ярость.

В этот момент у самого подножия каменной лестницы, ведущей к крыльцу, воздух заколебался. Он сгустился, закрутился, словно поднялась крошечная, но яростная песчаная буря. Из этого вихря черной пыли проступили два узких среза — два холодных, фиолетовых огня, пылающих над очертаниями части звериной морды. Призрак, сотканный из ненависти и тьмы.

-Арагон... - имя сорвалось с губ Солариса, прозвучав как предсмертный стон.

-Отец... - это был едва слышный, полный ужаса и боли шепот Эмбры. Она сделала шаг назад, будто от физического удара.

И тогда голос заговорил. Тяжелый, низкий, он вибрировал не в ушах, а прямо в костях, в самой душе, вытесняя надежду и вселяя леденящий ужас.

-Члены так называемого Сопротивления! - прогремел он, и каждое слово било по сознанию, как молот. - Поздравляю. Вам выпала... огромная честь. Вы станете первыми свидетелями. Первыми зрителями величайшего акта мироздания — рождения Разрушителя!

Воздух сгустился, стало тяжело дышать.

-Он пойдет по этой земле - голос нарастал, наполняясь мощью и зловещим торжеством, - и реальность будет склоняться перед ним! Горы обратятся в пыль, моря — в пустыни, а леса — в пепел! Он поглотит ваш жалкий мирок и не оставит после себя ничего! Ничего!

Последнюю фразу Лорд проревел с такой силой, что стекла в уцелевших окнах задрожали.

-СПАСЕНИЯ НЕ БУДЕТ!

И так же внезапно, как появился, образ начал рассеиваться. Фиолетовые глаза померкли, очертания морды распались на клубящиеся частицы черной пыли. Вихрь затих, и последние крупицы тьмы растворились в воздухе, оставив после себя лишь давящую, звенящую тишину, нарушаемую лишь отдаленными взрывами и ревом приближающейся армады.

И мир погрузился во тьму.

Словно невидимый гигант набросил на солнце черный саван, свет померк, сменившись зловещим, неестественным сумраком. Линия горизонта, еще мгновение назад бывшая четкой и ясной, вспыхнула ослепительным, болезненным фиолетовым сиянием. Оно било из-под земли, из самой преисподней, заливая все вокруг мертвенным, инопланетным светом. Земля под ногами содрогнулась, затем задрожала, сначала слабо, как от дальнего землетрясения, а потом все сильнее, заставляя каменные плиты крыльца скрежетать друг о друга.

И тогда из этой фиолетовой пучины, из разверзшейся раны мира, медленно, с леденящим душу скрежетом ломающихся пород, поднялась Рука.

Она была непостижимо огромна. Каждый палец, длинный и острый как шпиль собора, был соткан из черного, абсолютно не отражающего свет материала, похожего на осколок космической пустоты. Между этими пальцами, по самим суставам, переливалась и струилась сиреневая материя — живая, пульсирующая, похожая на густой сироп или студень, испещренная мерцающими прожилками. Рука на мгновение замерла в воздухе, отбрасывая удовищную тень на все вокруг, а затем обрушилась вниз с сокрушительной силой. Пальцы вонзились в грунт, как кинжалы, поднимая фонтаны земли и камней.

Вслед за ней, с тем же ужасающим скрежетом, из разлома появилась вторая рука. Она легла на землю по другую сторону, и теперь обе конечности уперлись в почву, как титаны, готовые поднять из бездны свое тело.

И оно появилось.

Из пространства между руками, из клубков фиолетового пара и копоти, начала подниматься голова. Огромная, треугольная, высеченная из того же черного камня, она напоминала гигантский, бесчеловечного дизайна шлем. Нижняя часть лица представляла собой один сплошной разлом — гигантскую, изуродованную пасть. Зубы в ней не были отдельными костями; они являлись продолжением самого черепа, острыми и неровными скальными выступами. Из-под этой пасти, от подбородка, торчали два исполинских фиолетовых бивня, кривые и заостренные, словно созданные для того, чтобы разрывать саму ткань реальности.

Над пастью, на месте лба, открылись два глаза. Не шары, не щели — две ровных, идеальных прорези, заполненных тем же ядовито-фиолетовым сиянием, что било из разлома. В них не было ни мысли, ни злобы — лишь бездонная, всепоглощающая пустота.

Как только голова полностью вышла на поверхность, существо с чудовищным усилием подтянуло вперед массивный торс. Обнажилась широкая грудь, покрытая той же сиреневой, стеклянистой субстанцией, сквозь которую пульсировала сеть мощных, светящихся сосудов. По бокам угадывались каменные выступы, похожие на ребра, увенчанные темными, поглощающими свет кристаллами. Живот сужался, переходя в две невероятно мускулистые, колоннообразные ноги, которые завершались ступнями с четырьмя когтями, каждый — размером с боевую башню.

С грохотом, от которого содрогнулись самые основания мира, Голем ступил на землю. Он выпрямился во весь свой непостижимый рост, затмевая небо, горы, все вокруг. Он поднял свою чудовищную голову к потемневшим небесам и издал рев.

Это был не просто звук. Это был низкочастотный стон, исходящий из самых недр, утробный и глухой, но при этом пронзительный до боли, режущий слух и разум, наполненный такой древней, абсолютной мощью, что казалось, будто рушится сама вселенная.

Разрушитель родился.

И он был готов начать свой путь.

-Что, во имя предков, это такое...? - после долгого молчания спросил ошеломлённый Вольт.

-Среди народов ходят предания о существе, предвещающем создание нового мира... - проговорил Фреонар.

-Звучит не так уж и плохо... - сказал Эрдни.

-На останках старого.

-Беру свои слова назад.... Эту тварь нужно уничтожить. Но как!?

-Он движется с огромной скоростью, Соларис - сказал Террион. - Нам никак не перехватить его и не преградить путь. При таком раскладе к ночи от Среднего мира ничего не останется.

-Это понятно, Террион. Но его можно остановить. Или, по меньшей мере, замедлить - Соларис оглядел отряд. - Что если попытатся сковать его ноги льдом? Возможно, он встанет. А у нас будет время... Время оторвать их.

-Неплохая идея - сказал Террион. - Но понадобится большая мощь стихии. Очень большая.

-Что-ж, трое носителей стихии среди нас. Сильных носителей - Соларис посмотрел на Эрдни, Эльдору и Фреонара.

-Тогда попробуем? - спросил Фреонар.

-Попробуем. Но нужно как можно быстрее добраться до него.

-Но не по небу же мы будем добираться? - сказал Террион. - Оно кишит летунами врага.

-Не по небу. Под училищем есть тоннель. Сквозной, ведущий прямиком к каньону.

-Тогда используем его - сказал Эрдни.

-Хорошо. Итак, внимание! Флойд! Ты нужен нам здесь! Необходим лидер, которого будут слушать при беспорядке. А ты ещё и отличный воин и целитель. Ты нужнее здесь - Флойд кивнул и вбежал в училище. - Вольт! Останься здесь! Училищу нужна мощная защита от бомбардировок! Твоя стихия - идеальная мощь. Сила природы. Сила молнии.

-Хорошо, Соларис - кивнул Вольт, оглядывая небо с силуэтами летунов.

-Остальные! За мной, мы направляемся к Разрушителю! Эрдни, Киара, Эльдора, Фреонар, Террион, скорее!

Они спустились в подвал училища. Тут было сыро, пахло сыростью, в объедках, ящиках и бочках копошились мыши. Слабо горели старые лампы. Они подошли к пыльной стене, которая оказалась большими золочёными воротами. Соларис дыхнул огнём в факела в виде статуй драконов, зажигая их и освещая посещение. Тяжёлые двери со скрипом открылись, давая доступ в длинный, просторный и высокий коридор. Вперёд шла дорога из жёлтого кирпича. Весь отряд ступил в дверной проём - сначала Соларис и Эрдни, за ними все остальные.

Проход по туннелю был тихим, без единого слова. Эта тишина давила сильнее угрозы Разрушителя, и это было тяжело. Только звуки шагов да падение капель со сводов нарушали гробовую тишину.

Но вот показался дневной свет. Разрушитель был уже близко, его шаги отдавались гулом в стенах туннеля.

Они вышли на широкий каменный уступ, и перед ними разверзлась панорама величайшего каньона Среднего мира — Огненного Кольца. Того самого, где когда-то принял свой последний бой Инферно. Воздух здесь все еще хранил отголоски древней битвы, пахнул пеплом и озоном.

И на фоне этого гигантского разлома двигался он. Разрушитель. Сейчас, с этой точки, его титанические масштабы были видны во всем своем ужасающем величии. Драконы, могучие и величественные сами по себе, казались на его фоне букашками, затерянными у подножия неприступной горы. Одна лишь его голова, поднятая к небу, закрывала собой солнце, отбрасывая на землю холодную, мертвенную тень.

Но самым жутким зрелищем была не его исполинская фигура, а то, что он оставлял за собой. Каждый его шаг отпечатывался на лике мира шрамом. По его пятам, точно чернила по щупальцам встревоженного спрута, ползла линия ядовитого, фиолетового пламени. А позади нее земля превращалась в серую, безжизненную пустыню. Трава обращалась в пепел, деревья — в угольные скелеты, а камни — в рассыпающуюся пыль. Он не просто шел — он выжигал реальность, оставляя за собой лишь выжженную, мертвую пустошь.

Время от времени он с размаху взмахивал рукой, и его когти, острые как бритвы, рассекали не плоть, а саму материю. Воздух с треском рвался, открывая зияющие раны-порталы, внутри которых клубилось и сияло нечто, похожее на инопланетный космос. Эти дыры с ревом затягивали в себя все вокруг с силой чудовищного торнадо, вырывая с корнем деревья, снося каменные стены и выпивая воду из озер.

А у самых его ног, точно псы на поводке у своего хозяина, шли четверо. Трое знакомых: Главная Тень с ее зеркальным мечом, отражающим свет в слепящих вспышках; маг в развевающемся плаще, опирающийся на посох, излучающий зловещую энергию; и воин, чья мощная фигура была готова принять на себя любой удар. Они шли впереди, образуя живой щит. И за ними, прикрытая ими, двигалась четвертая фигура. Та самая, что они видели у Обелиска. Но теперь стальная пластина-«антенна» на ее голове пылала тем же фиолетовым пламенем, что и след Разрушителя.

Сомнений не оставалось. Она была источником. Жрецом, призвавшим этого исполина и теперь ведущим его, как поводырь ведет слепого гиганта. Ее и защищали так яростно.

-Нужно остановить эту тварь, пока она не прошла через каньон! - крикнул Террион, его голос едва пробивался сквозь оглушительный грохот шагов.

-Вперед! Медлить — значит смириться с гибелью всего! - отозвался Фреонар, его глаза горели холодной яростью.

-Хорошо! Террион, Киара, вы со мной! - скомандовал Соларис, его крылья расправились с громким хлопком. - Наша задача — отвлечь эту тварь и ее стражу! Дайте Эрдни, Эльдоре и Фреонару сделать свое дело!

Эрдни, Эльдора и Фреонар, обменявшись кивками, один за другим ринулись вниз с уступа. Они летели навстречу исполинским ногам Голема и стене смертоносного огня, оставляемого им. В груди каждого горела одна и та же надежда — слабая, но упрямая искра в пучине всеобщего апокалипсиса.

Они зависли в воздухе напротив одной из колоннообразных ног. Каждый шаг Разрушителя был подобен землетрясению — медленному, неумолимому, невероятно мощному. Эта медлительность была их единственным шансом.

-Эрдни, Эльдора, займитесь этой ногой! - крикнул Фреонар, уже разворачиваясь к другой. - Я возьму вторую!

-Хорошо! - крикнул в ответ Эрдни, уже концентрируясь.

Фреонар отлетел к другой ноге. Эрдни закрыл глаза на мгновение, собирая волю в кулак. Он ощутил внутри себя леденящий холод, накопленную мощь стихии, смешанную с его собственной болью, яростью и решимостью. Он вобрал в себя весь холод мира, всю его стойкость — и выпустил наружу.

Из его пасти вырвалась не просто струя льда. Это был сконцентрированный луч абсолютного нуля, чистейшей, неумолимой зимы. Он ударил точно в черный камень ноги Голема. Раздался оглушительный, яростный вой исполина — звук, от которого задрожали скалы. В месте попадания черная плоть мгновенно посинела, покрылась инеем и толстой коркой льда. Эрдни не ослабевал напор, вливая в луч всю свою силу, чувствуя, как дух и тело напрягаются до предела.

Боковым зрением он видел, как Эльдора била по другому боку той же ноги. Ее струя была тоньше, но не менее точна и смертоносна. Лед схватывался, полз вверх, сковывая гигантскую конечность.

Он бросил взгляд на Фреонара. Тот творил нечто невероятное. Его струя была шире, мощнее, она не просто замораживала — она резала и крошила, наполненная миллиардами ледяных осколков, сверкающих как алмазы. Вторая нога тоже быстро обрастала ледяной броней.

Прошло пять минут, показавшихся вечностью. Но вот работа была закончена. Обе ноги Голема, некогда двигавшиеся с сокрушительной силой, теперь были скованы в массивные, искрящиеся на солнце кристаллы льда, уходящие глубоко в землю. Разрушитель замер, издавая непрерывный, яростный, полный бессилия вой. Он был остановлен.

Фреонар подлетел к Эрдни и Эльдоре, его лицо было серьезно, но в глазах светилась удовлетворенность боем.

-Дело сделано! - сказал он, его голос был хриплым от напряжения. - Получилось. Молодцы. А теперь — отходим! Быстро!

Они отлетели на безопасное расстояние, готовясь к следующему, еще более опасному этапу.

Эрдни бросил взгляд через плечо. Там, в небе, разворачивалась отчаянная битва. Киара, Соларис и Террион метались вокруг гигантской головы Разрушителя, словно стрекозы, атакуя слона. Голем медленно, с трудом поворачивал свою чудовищную голову, следуя за ними, и издавал непрерывный, оглушительный рев. Его руки, тяжелые как башни, лениво и медленно взметались в воздух, пытаясь смахнуть назойливых противников, — жуткая пародия на человека, отгоняющего мошкару. Время от времени пространство прорезали ослепительные фиолетовые всполохи — Тень-маг с земли пыталась поразить драконов сильными, но запоздалыми выстрелами энергии. Но скорость и маневренность драконов делали их почти неуязвимыми для таких атак.

Соларис, заметив, что основная работа сделана, резким движением подал сигнал. Трое драконов мгновенно прекратили свои отвлекающие маневры и, описав в воздухе широкую дугу, присоединились к остальным на уступе. Все они, выстроившись в линию, смотрели на замершего гиганта, в груди у каждого теплилась слабая надежда.

Разрушитель стоял как вкопанный. Его колоссальные ноги, почти до бедер, были скованы монолитами прозрачного, искрящегося льда, слившимися с скальным основанием каньона. Он лишь мотал головой из стороны в сторону, издавая тот непрерывный, полный недоумения и ярости вой.

Внизу, у его стоп, Тени тоже заметили неладное. Главная Тень резко обернулась к Тени-жрецу, ее поза выражала яростный, немой вопрос. Та, казалось, проигнорировала ее. Она медленно повернулась к своему творению, ее фигура выражала не беспокойство, а скорее холодное любопытство.

-Получилось? - произнес Террион, и в его голосе звучала не надежда, а скорее усталая констатация факта, будто он боялся поверить в успех.

Ответ не заставил себя ждать. Жрица подняла руки в ритуальном жесте, словно взывая к небесам или к самой тьме. Фиолетовая энергия, клубящаяся вокруг «антенны» на ее голове, перетекла по ее рукам, окутав их сиянием. Она согнула их в локтях, накапливая мощь, а затем одним резким, хлестким движением выпрямила, будто отдавая титану приказ. Сгусток чистой энергии рванулся от ее ладоней к Разрушителю.

Исполин дрогнул. Его тело окутала мерцающая, фиолетовая световая оболочка, он словно наполнился новой, яростной силой.

И тогда послышался звук, заставивший похолодеть кровь у каждого на уступе. Тихий, но зловещий треск, похожий на раскалывание векового ледника. Все взгляды синхронно метнулись к ногам Голема.

Лед, сковывавший его правую ногу, покрылся паутиной трещин. Они росли, множились, расползаясь с ужасающей скоростью. Вот могучий кристалл, в который была превращена конечность, вздулся и с оглушительным грохотом, сравнимый с падением утеса, разлетелся на миллионы острых осколков, сверкающих в мрачном свете.

Ледяная скорлупа пала. Нога Голема, теперь свободная, с скрежетом камня по камню двинулась с места. Он сделал первый, еще медленный, но уже неумолимый шаг. Глухой удар его ступни о землю отозвался эхом в самых сердцах наблюдавших.

Он был свободен. И готов был продолжить свой путь уничтожения.

-Не сработало! Черт возьми! - голос Терриона сорвался на отчаянный крик, в котором не осталось и следа недавней надежды. Он сжал лапы, глядя на то, как ледяные оковы рушатся под напором возрожденной мощи Голема. - Это полный провал! Его не остановить!

-Я бы не сказала, что это провал... - вдруг произнесла Киара. Ее голос прозвучал не громко, но с странной, заставившей всех обернуться, уверенностью. Она смотрела не на Разрушителя, а куда-то вдаль, через каньон, в противоположную сторону.

Эрдни последовал за ее взглядом. И его собственные глаза загорелись.

-Киара, да ты гений! - воскликнул он, и в его словах снова вспыхнула искра.

-Иногда и со мной такое бывает - она ответила с короткой, уставшей, но триумфальной улыбкой.

В дальнем конце каньона, там, где скалы сходились, высилось колоссальное сооружение — великая белокаменная дамба, возведенная несколько лун назад. Она перекрывала путь водам Большого Озера к Огненному Кольцу, стояла неприступной стеной, молчаливым стражем. По обоим ее краям виднелись массивные шлюзовые ворота, сейчас раскрытые, словно пасти. Но самое главное — в самом центре дамбы, на ее вершине, возвышалась исполинская статуя. Голова дракона, высеченная с таким мастерством, что казалось, вот-вот из ее каменной глотки вырвется огонь. Голова императора Аргуса. И она была не просто памятником — она и была тем самым главным шлюзом, последней преградой на пути миллионов тонн воды.

Достаточно было разрушить ее — и сокрушительная волна хлынет в каньон, сметая все на своем пути.

-Отличная мысль, Киара! - голос Солариса прозвучал как удар хлыста, мобилизуя волю. - Вперед. Но торопитесь: каждая секунда на счету!

Эрдни кивнул, его тело уже было напряжено как пружина. Он встретился взглядом с Киарой — в ее глазах он увидел ту же решимость, ту же готовность бросить вызов судьбе. Они молча разбежались и почти одновременно взмыли в воздух.

Они летели так, как никогда прежде. Ветер свистел в ушах, заставляя глаза слезиться. Воздух резал грудь как лезвие. Они неслись над землей, и под ними мелькало душераздирающее зрелище: еще живые, зеленые участки земли, которые вот-вот должны были быть поглощены серой, мертвой пустыней, тянущейся за Разрушителем.

Дамба росла в размерах, приближаясь с пугающей скоростью. Величественная, подавляющая своим масштабом. Тень от каменной головы Аргуса уже накрывала их, холодная и тяжелая.

-Эрдни, вверх! - крикнула Киара. - Нужно разрушить статую! Только так мы выпустим всю воду сразу!

Они рванули вверх, набирая высоту, и вот уже зависли прямо напротив каменного изваяния. Его поверхность, как оказалось, кишела гаргульями — мелкими, корчащимися тварями, которые верещали и шипели, оскаливая когти и расправляя кожистые крылья.

Эрдни, не медля ни секунды, выдохнул сноп пламени. Огненная лава ударила по скоплению тварей, и с визгом они рассеялись, как опаленные искры. Путь к главной цели был свободен. Оставалось лишь одно — разрушить последний рубеж и обрушить на гиганта мощь стихии.

-Ну и как мы собираемся это сломать? - крикнул Эрдни, вглядываясь в монолитную каменную глыбу. - Не собой же ее таранить?

-У меня есть идея, но я не уверена! - отозвалась Киара, ее ум уже работал на пределе. - Давай используем стихии вместе! Ты создашь трещины с помощью земли, а я расшатаю ее ветром, добью!

-Хорошо, давай попробуем! - без колебаний согласился Эрдни.

Киара отлетела за массивную каменную голову и зависла над темной, спокойной гладью воды, копившейся за дамбой. Она ждала своего часа, как хищница, готовая к прыжку. Эрдни остался по другую сторону, его взгляд скользил по поверхности статуи, выискивая слабые точки. Он закрыл глаза, погружаясь в себя, вызывая из глубин памяти уроки Терриона о единении с землей. Он сжал лапы с такой силой, будто впивался когтями в саму плоть планеты.

Земля у подножия дамбы вздыбилась. С грохотом, подобным раскатам грома, из грунта вырвались исполинские скальные образования — грубые, шершавые сталагмиты цвета темной охры. Эрдни, стиснув зубы от невероятного напряжения, вел их вверх. Каменные колья с скрежетом уперлись в белоснежное основание дамбы, прямо в то место, где каменная шея Аргуса встречалась с телом плотины. Мускулы Эрдни дрожали от усилия, каждая жила была напряжена до предела. Он издал низкий рык, вкладывая в него всю свою волю, — и колья с оглушительным треском начали давить.

Белый камень затрещал, посыпалась крошка, затем крупные куски. На поверхности поползла паутина трещин, сливаясь в одну глубокую расселину. Шея статуи начала крошиться, медленно, неумолимо разрушаясь под титаническим напором.

-Киара, давай! Теперь ты! - его голос прозвучал хрипло от натуги.

Киара, словно ее и ждала эта команда, рванула с места. Она отлетела на безопасное расстояние, набрала высоту и затем, сделав резкий выпад всем телом, вытянула шею. Из ее раскрытой пасти вырвался не просто ветер — это был сконцентрированный смерч, миниатюра тех, что рождаются в сердце океанских бурь. Поток разреженного, неистового воздуха с воем ударил в основание поврежденной статуи.

Камень заскрипел, накренился вперед — и рухнул. Оглушительный грохот, заглушивший на мгновение все звуки мира, возвестил о победе. Голова императора Аргуса покатилась вниз, а на ее месте открылся зев главного шлюза. И из этого зева, с ревом, обрушилась стена воды.

-Киара, уходим! - закричал Эрдни.

Она метнулась к нему, и они, как две стрелы, помчались прочь от нарастающей лавины. А за ними, поглощая все на своем пути, неслась стена воды чудовищной высоты, почти касающаяся краев каньона. Брызги летели, как шрапнель, оглушительный рев стихии заполнял собой все пространство, заглушая даже грохот шагов Разрушителя.

Эрдни и Киара летели, чувствуя на своих хвостах ледяное дыхание приближающейся смерти. Они едва успевали, вода уже касалась их когтей.

Эрдни рискнул оглянуться на бушующую за спиной стихию.

-Ну что, аттракцион «Побег от цунами» по-драконьи? - крикнул он, и в его голосе сквозь напряжение прорвалась старая, привычная бравада.

-Ты выбрал для шуток не лучшее время! - парировала Киара, но слышно было, как она подавила нервный смешок.

-А когда еще? - ухмыльнулся он в ответ, делая резкий рывок вперед.

Разрушитель был уже совсем близко. Драконы на последнем издыхании рванули вверх, едва уворачиваясь от водяного вала, который с сокрушительной мощью обрушился на спину Голема. Тот взревел — на этот раз от ярости и недоумения, — и начал медленно, неуклюже разворачиваться, пытаясь найти источник новой угрозы. Вода уже бушевала вокруг него, поднимаясь до половины его исполинского тела.

Тени, стоявшие у его ног, оказались застигнуты врасплох. Троица — Воин, Маг и Главная Тень — в панике метнулась к внезапно открывшемуся порталу, который маг едва успел создать. Жрец просто растворился в воздухе, будто его и не было. Но все чувствовали — он где-то рядом, наблюдает.

Вскоре весь каньон превратился в бурлящее озеро. Посреди него, как мрачный остров, возвышалась половина тела Разрушителя, скованная уже не льдом, но миллионами тонн воды. Цель была достигнута — он стоял на месте, обездвиженный, и в ближайшее время вряд ли мог куда-то двинуться.

Киара, тяжело дыша, приземлилась рядом с остальными на каменном уступе. Ее крылья дрожали от напряжения, но в глазах горела решимость. Эрдни же, сделав широкий круг, завис прямо напротив исполинского живота Разрушителя. Голем, словно гигантский, недоумевающий ребенок, смотрел вниз, на бурлящую у его пояса воду, и издавал короткие, низкие звуки, похожие на ворчание разбуженного великана. Эрдни находился прямо под его массивной головой, в мертвой зоне, вне поля зрения существа. Здесь он был в относительной безопасности.

С противоположной стороны, бесшумно подкравшись со спины, к нему присоединился Террион. Его острый взгляд мгновенно оценил ситуацию. Он поймал взгляд Эрдни и, перекрывая оглушительный гул воды и яростный рев Голема, крикнул:

-Эрдни! Покончим с этим! Разделим его надвое!

Слова едва долетели сквозь какофонию звуков, но Эрдни уловил суть. Кивнув в ответ, они в унисон отлетели на значительное расстояние, набирая пространство для разгона. Им требовалась колоссальная скорость, чудовищная сила.

Эрдни оказался почти прямо перед мордой Разрушителя. Два фиолетовых глаза-щели, полные бездушной пустоты, медленно сфокусировались на нем. В них вспыхнул примитивный интерес хищника, заметившего мелкую, но движущуюся добычу. Исполинская рука, медленная и неумолимая, как движение ледника, потянулась к дракону, чтобы схватить его.

Эрдни не двигался до последнего, копя энергию. И в самый критический момент рванул с места не в сторону, а напрямую — в сторону груди чудовища. Ладонь титана с громом, от которого заложило уши, сомкнулась в пустоте в сантиметрах от его хвоста. Он проскочил между громадными пальцами, чувствуя ветер от их движения.

Приблизившись к каменной груди Голема, Эрдни сгруппировался. Его тело свернулось в тугой, компактный шар. В тот же миг его чешую покрыла прочная, толстая броня из спрессованной земли и камня, а само тело вспыхнуло ярким, ядовито-зеленым сиянием — цветом неудержимой мощи природы, самой жизни и весны. С другой стороны, совершив тот же маневр, к цели летел Террион, его шар пылал темно-бурым, почти черным светом.

Два живых снаряда, неся в себе ярость земли, почти одновременно ударили в тело Голема.

Вспышка была ослепительной. Звук — оглушительным. Это был не просто треск, а грохот ломающейся горной породы, звук рвущейся плоти мироздания. В точке удара, чуть выше ватерлинии, тело Разрушителя лопнуло. Гигантская фиолетовая трещина, подобная молнии, опоясала его торс, горя зловещим светом.

Разрушитель замер. Его рука медленно поднялась к морде, прикрывая гигантскую пасть. Из-за зазубренных краев разлома на его каменный подбородок, на воду, закапала густая, сияющая фиолетовая жидкость, похожая на кровь, но состоящая из чистой энергии.

Прошла минута напряженной тишины, нарушаемой лишь плеском воды. Затем раздался новый, еще более жуткий скрежет. Тело не выдержало собственного веса. По линии трещины оно разорвалось.

Верхняя половина исполина, с рвущейся в небо головой и беспомощно взметнувшимися руками, медленно, почти грациозно, опрокинулась назад и с оглушительным всплеском рухнула в воду, поднимая цунами. Нижняя часть, еще державшаяся на остатках ног, завалилась вперед, уткнувшись обрубком туловища в край каньона.

Казалось, все кончено. Но тогда, из воды, поднялась одна исполинская рука. Она с силой, полной отчаянной ярости, впилась когтями в скалу, цепляясь за жизнь. Разрушитель был жив. Страшно изувечен, разорван пополам, но жив. Он издал новый рев — уже не яростный, а жалобный, полный боли и непонимания, но все такой же грозный. И пополз. Тянул свое огромное тело вперед, оставляя за собой кровавый след в воде, продолжая свой путь уничтожения даже в агонии.

Террион и Эрдни застыли в воздухе, не в силах отвести взгляд от жуткого зрелища. Полуразрушенный исполин, истекающий фиолетовой «кровью», с нечеловеческим упорством продолжал ползти, впиваясь единственной рукой в землю и волоча за собой остатки туловища. Оба дракона были ошеломлены, их разум отказывался воспринимать эту картину.

-Что?! - воскликнул Эрдни, его голос прозвучал сдавленно. - Как оно еще живо?

-Эрдни, я потрясен не меньше твоего - ответил Террион, и в его обычно спокойном голосе звучала стальная решимость. - Но это не просто голем. Это воплощение самой мощной темной магии, какую я только видел. Так просто его не уничтожить. Нужно найти уязвимость и нанести решающий удар. За мной!

Террион ринулся вниз, к ползущему исполину. Эрдни, не раздумывая, последовал за ним. Разрушитель уже почти выполз из затопленного каньона, его тело бороздило небольшой еловый лесок. Ядовитое фиолетовое пламя уже лизало стволы деревьев, готовясь обратить их в пепел.

Два дракона снизились почти к самой спине чудовища, испещренной пульсирующими фиолетовыми кристаллами, похожими на какую-то чужеродную сыпь, и начали огибать его сбоку, выискивая слабину.

Взгляд Терриона, опытного и цепкого, методично прочесывал черную, как космическая пустошь, поверхность тела твари. Спина казалась монолитной. Тогда их внимание привлекла огромная голова. И на лбу, точно третий глаз, возвышался массивный кристалл. Он был больше и ярче остальных и пульсировал с мерзкой, живой регулярностью, словно сердце или мозг этого существа.

-Эрдни! - крикнул Террион, поворачиваясь к нему. - Кристалл на голове! Это должен быть его мозг! Нужно его уничтожить!

Эрдни молча кивнул, его глаза уже были прикованы к цели.

Террион ринулся вперед, к шее Голема. Существо, заметившее движение боковым зрением, издало низкий, предостерегающий рёв. Его единственная рука с неожиданной скоростью взметнулась вверх и с размаху ударила назад, по собственной спине. Террион не успел среагировать на столь стремительную атаку. Удар задел его, отбросив как щепку далеко в сторону, в гущу подлеска у подножия каньона.

Эрдни, сделав резкий бочкообразный переворот, был вынужден приземлиться на черную, каменную спину Разрушителя. Мысль ударила его с пугающей ясностью: он остался один на один с ядром исполина, на спине ползущего титана. Медлить было нельзя.

Он рванул к голове чудовища, но едва ступил на основание шеи, как перед ним из ничего материализовалась фигура. Пятая Тень. Жрец. Она встала на пути, защищая свое творение.

Эрдни замер в боевой стойке. Жрец поднял обе руки и резко свел их вместе. По бокам от дракона из самого камня вырвались две стены черной, маслянистой материи, словно гигантские прессы, и с грохотом двинулись навстречу друг другу. Эрдни едва успел отпрыгнуть назад. В ответ он швырнул в Тень сгусток пламени. Огненный шар врезался ей в живот, заставив отступить и пошатнуться. От удара маска-череп слетела, отскакивая по камням.

И открылось лицо.

Нечеловеческое. Серое, как пепельное небо в час бури. Глаза более темного оттенка, но совершенно пустые — без зрачков, без выражения, просто две матовые точки. Острый, почти клювообразный нос. А на месте рта — грубый шрам, стянутый несколькими неровными, толстыми швами, будто губы намеренно сшили наглухо. Но самое жуткое было в другом — все это уродливое лицо мерцало, заливаемое фиолетово-черными волнами статики, словно экран старого телевизора, поймавшего помехи.

Тень оправилась от удара быстрым, почти стыдливым движением натянув капюшон, но мерцание все равно проступало сквозь ткань. Ее пустой взгляд уставился на Эрдни. Оба замерли в немой дуэли взглядов. Атаковал первым жрец.

Он сжал руку в кулак — и из камня прямо под ногами Эрдни вырвалось лезвие из черной жижи. Дракон едва увернулся. Так повторялось снова и снова — Тень атаковала, Эрдни уворачивался. Их бой снова превратился в смертельный танец, где каждый шаг мог стать последним. Видимо, любое противостояние с Пятой Тенью было обречено на этот ритуал.

После очередного прыжка Эрдни оказался прямо напротив жреца, на достаточном для рывка расстоянии. Противники снова замерли. На этот раз сорвался Эрдни. Он разбежался и в метре от Тени мощно оттолкнулся, расправив крылья для ускорения. Он уже занес когти для удара, как вдруг его тело резко застыло в воздухе, в сантиметрах от цели, скованное невидимой силой.

Тень успела среагировать. По почти незаметному движению ее пальцев из каменной спины Голема выросли два сгустка жижи. Они приняли форму зубастых челюстей, но «зубы» были не острыми, а скругленными, липкими, похожими на щупальца. Эти челюсти сомкнулись на боках Эрдни, сковывая его в мертвой хватке.

Он повис в воздухе, так близко к противнику, что чувствовал исходящее от него леденящее дыхание — похожее на завывание ветра в пустой трубе. И видел эти пустые глаза в упор. В них не было ничего. Абсолютно. Лишь ледяная, всепоглощающая пустота. И еще он заметил странность: когда он приблизился, мерцание на лице Тени почти прекратилось, кожа на мгновение стала просто серой и мертвой. Он как-то влиял на нее.

Жрец снова двинул рукой — и щупальца, разжавшись, отшвырнули Эрдни назад, к самому краю тела Голема. Он приземлился на спину, но мгновенно вскочил на ноги. Тень не стала давать ему передышки — по ее воле два сгустка слились в один, создавая сплошную, усеянную шипами стену, которая помчалась на дракона с огромной скоростью.

Эрдни не стал уворачиваться. Он выдохнул навстречу стене сконцентрированную струю льда. Лед встретился с жижей, остановил ее, создав причудливую ледяную конструкцию, похожую на трамплин. Стена скрыла жреца из виду, и Эрдни воспользовался этим. Он снова разбежался и прыгнул с ледяного трамплина, надеясь на единственный шанс.

Он взмыл высоко в воздух. Тень, искавшая его взглядом снизу, не ожидала атаки с небес. В последний момент Эрдни заметил, как на кончике его хвоста выросло идеальное, бритвенно-острое ледяное лезвие. А Тень, запоздало заметив угрозу, простерла к нему руку в бесплодной попытке защититься.

Прошло несколько секунд ошеломляющей тишины. Ничего не изменилось. Эрдни все так же смотрел в пустые глаза Тени, не отрывая взгляда. Мерцание лица совсем погасло. Из шва на лице закапало что-то похожее на кровь. И лишь потом до него дошло: он висит на Жреце, вцепившись передними лапами в ее плечи, а задними упершись в живот. Его хвост был согнут, и от его кончика исходило странное, пульсирующее тепло. Словно его погрузили в теплую воду... Или в плоть.

Эрдни посмотрел вниз. Ледяной клинок на его хвосте был погружен по самое основание в живот Тени. На темной ткани мантии расплывалось большое мокрое пятно, черное в отраженном свете. Эрдни резко дернулся, вырывая хвост. Тень дрогнула, ее тело сотрясла судорога. Он отпустил ее и спрыгнул на камень.

Жрец, уже мертвый, медленно, как подкошенный, опустился на колени. Его рука слабо, с последним усилием, дрожа, поднялась к груди, к тому месту, где должно было биться сердце. Ладонь наполнилась последними сгустками фиолетовой, пульсирующей материи. Он из последних сил протянул ее назад, по направлению к голове Разрушителя, словно пытаясь отдать остатки энергии своему детищу, — и безвольно рухнул лицом вниз. Его фигура на мгновение окуталась черным дымком и начала медленно растворяться, как будто ее никогда и не было.

Тишину нарушил лишь свист ветра. Один из войнов Культа пал. Сегодня был хороший день.

Последний дар жреца, его финальный выдох, достиг цели. Разрушитель издал оглушительный, пронзительный рев, в котором смешались боль, ярость и новая, неестественная сила. Он резко рванулся вперед, приподнявшись на руках, его движение стало не ползком раненого зверя, а мощным, пусть и уродливым, скачком. А сзади послышался странный, влажный хлюпающий звук, похожий на рост плоти.

Эрдни обернулся. Из кровавого обрубка, откуда хлестала фиолетовая «кровь», начал нарастать камень. С мерзкой, неестественной скоростью он формировался, вытягивался, принимая форму массивного, мощного хвоста, похожего на хвост древнего плезиозавра. Рана закрылась, затянулась новой, еще более чужеродной плотью.

Стоять на спине чудовища стало опасно — теперь оно двигалось быстро, и каменная чешуя под ногами Эрдни содрогалась от каждого мощного толска. Времени не оставалось.

Путь к кристаллу-мозгу был открыт. Эрдни подбежал к пульсирующему ядру и вгляделся в щель между ним и черной плотью. Внутри он увидел то, что искал — густую сеть пульсирующих фиолетовых сосудов, словно нервы, соединяющие кристалл с телом исполина.

Не раздумывая, Эрдни наклонился и выпустил в щель узкую, раскаленную до бела струю пламени. Сосуды зашипели, лопнули с серией коротких, хлопающих звуков, исторгая сгустки энергии. Разрушитель взревел — на этот раз от настоящей, животной боли.

Осталось сделать последний шаг. Эрдни сконцентрировался, и на конце его хвоста сформировалась массивная булава из спрессованного камня, сгусток чистой, необработанной мощи земли. Он обрушил ее на кристалл.

Раздался оглушительный треск! По поверхности ядра поползла паутина трещин. Второй удар — и трещины расширились, углубились, засверкали изнутри агонизирующим светом.

И в этот миг воздух над ним разрезал пронзительный визг и громкое хлопанье крыльев. Эрдни инстинктивно взглянул вверх. Высоко в небе, напротив головы Разрушителя, замер знакомый исполинский силуэт. Моргот. А на его спине, пригнувшись, сидела маленькая фигурка в шлеме с Т-образной прорезью. Четвертая Тень. Металлоликая.

По невидимому приказу своей хозяйки летун с оглушительным ревом ринулся вниз, как падающая звезда. Когтистые лапы были выброшены вперед, зубастая пасть распахнута. Всадница целилась точно в шею Эрдни, ее намерение было ясно — завершить то, что не удалось жрецу.

У Эрдни не было выбора. Он из последних сил нанес третий, финальный удар булавой по кристаллу.

Мир взорвался.

Ослепительная фиолетовая вспышка поглотила все. Звуки смешались в оглушительную какофонию: предсмертный рев Разрушителя, яростный визг Моргота, короткий, обреченный крик Четвертой Тени. Ударная волна отбросила Эрдни вниз, на землю, сбив с него дыхание.

Он пришел в себя через несколько секунд и открыл глаза. Первое, что он увидел, — тело Разрушителя. Оно лежало бездвижно, окончательно побежденное. Черная каменная плоть начала сползать, плавиться и испаряться, как воск в гигантской печи, обнажая под собой массивный, угольно-черный скелет. От исполина остался лишь огромный каркас, зловещее напоминание о былом могуществе.

А неподалеку, на боку, бился в агонии Моргот. Из-под него растекалась лужа темной крови, его крыло было неестественно вывернуто. Металлоликая уже слезла с него. Она заметила Эрдни.

Ее движение было резким, почти истеричным. Она выхватила из ножен на поясе короткий, изогнутый кинжал. На лезвии поблескивали выгравированные руны.

-Тиу... Мрешь! - ее голос, искаженный шлемом и яростью, прозвучал хрипло.

Она с безумной решимостью бросилась на Эрдни, занося крошечное оружие. Эрдни, истощенный, не стал тратить силы на стихии. Он просто встретил ее мощным движением головы, как тараном.

Удар был сокрушительным для ее хрупкой фигуры. Она отлетела назад и с глухим стуком ударилась о бок своего поверженного питомца, прямо о треснувшие стеклянные сосуды с зеленой, ядовитой жидкостью.

Металлоликая поднялась, пошатываясь. Ее шлем был помят.

-Жа... Лк... - успела она просипить.

Сосуды не выдержали. Они взорвались одновременно, окутав ее облаком едкого, шипящего зеленого газа. Шлем слетел с ее головы и, подпрыгнув, покатился к ногам Эрдни.

Эрдни отвернулся, закрываясь крылом от ядовитого испарения. Когда дым рассеялся, он увидел, как из зеленой мглы медленно, шатаясь, вышла сама Тень. Все еще сжимая в руке кинжал. Она сделала шаг, выронила оружие и безвольно рухнула на колени.

И только теперь Эрдни разглядел ее истинный облик. Крошечная, почти кукольная голова, несоразмерная даже ее небольшому телу. Непонятно, как на ней держался массивный шлем. Лицо было тяжело разглядеть. Газ уничтожил почти всю его поверхность, оставив лишь щëлки глаз и рот.

С хрустом она повернула голову к Эрдни. На ее лице застыла гримаса, не то улыбка, не то оскал боли. Она издала короткий, пустой смешок. Ее тело дергалось в последних судорогах, отказываясь принять небытие. Принять то, что она уже мертва.

Эрдни медленно подошел к поверженной противнице. Без гнева, без ненависти, лишь с холодной необходимостью. Он поднял хвост и нанес один точный, завершающий удар.

Этот долгий бой был кончен.

Дорога в никуда

Битва с Разрушителем потребовала титанических усилий и была оплачена ужасающей ценой. Почти половина Среднего мира превратилась в безжисненную, серую пустошь. Сотни домов, целые деревни, древние леса и плодородные поля с будущим урожаем — все было стерто с лица земли поступью исполина. Горе потерь было всепоглощающим.

Но даже на фоне этого опустошения нашлось нечто, что затмило собой всю боль и разрушения. В этот день пали сразу двое из Культа Теней. Существа, казавшиеся некогда непобедимыми, были повержены. И пали они от лап и когтей одного молодого дракона. Дракона, который вновь доказал, что значит быть героем. Победителем.

Эрдни быстро вернулся к уступу, где его ждала вся группа. Компания встретила его оглушительными, искренними овациями. Террион, к облегчению всех, уже был здесь, целый и невредимый, лишь слегка помятый после падения. Эрдни приземлился в центр круга, и его мгновенно окружили волны похвал, благодарных взглядов и дружеских похлопываний по крылу. Первой к нему прорвалась Киара. Они встретились взглядами, и в ее глазах он прочел без слов: «Горжусь тобой». Но было там и нечто большее — глубокое, безграничное облегчение и тихая радость за его сохранность.

Вслед за ней подошла Эльдора. Она не стала говорить много, лишь молча кивнула, и в этом скупом жесте угадывалось знакомое Эрдни: «Так держать, братец». Кратко, по-военному, но с огромной теплотой.

Позади всех, чуть в стороне, стоял Соларис. Эрдни медленно подошел к нему, чувствуя на себе вес его оценивающего взгляда. Но сейчас в глазах старого воина читался не холодный анализ, а неподдельный восторг и глубокое, заслуженное уважение.

-Разрушитель пал, Соларис. Бой окончен - заявил Эрдни, и его голос прозвучал устало, но твердо.

-Ты не перестаешь удивлять меня, юный дракон - произнес Соларис, и его низкий голос вибрировал от сдержанных эмоций. - В твои годы одолеть столь могущественного темного мага... Это заслуживает глубочайшего уважения. Имей это.

Эрдни воспринял похвалу с достоинством, с легким кивком, предпочитая скрыть бурлящую внутри гордость и остатки адреналина под маской скромности.

-Главное, что обе Тени мертвы - ответил он, окидывая взглядом собравшихся. - Для празднования еще рано?

-А по-моему, самое время - широко улыбнулся Соларис. - После такого сокрушительного поражения Культу потребуется время, чтобы прийти в себя. Вряд ли они сунутся сюда снова в ближайшее время.

В этот момент воздух над ними снова прорезал знакомый визг и хлопанье кожистых крыльев. Все драконы синхронно подняли головы к небу. Целая стая Грязнокрылов, словно перепуганное воронье, в панике неслась на восток, прочь от училища. Без своего грозного предводителя они выглядели жалко и беспомощно, просто стаей обезумевших стервятников.

-Училище... - встревоженно произнес Эрдни, отрывая взгляд от неба. - Надо вернуться, проверить, все ли в порядке с остальными.

-Верно! Вперед, к училищу! - скомандовал Соларис, обводя взглядом группу.

Один за другим драконы взмыли в воздух, создавая стройный клин. Во главе — Соларис, чуть сзади, крыло к крылу — Эрдни и Киара, за ними — остальные. Где-то на полпути, по левую сторону, внизу зловеще чернел на фоне выжженной земли исполинский скелет — все, что осталось от Разрушителя.

-Жалкое зрелище - донесся до Эрдни спокойный голос Фреонара.

Вскоре они уже приземлялись на площадке перед училищем. На ступенях крыльца их ждал Флойд, а с балкона второго этажа за происходящим наблюдали Вольт и Эмбра.

Училище выстояло. Выдержало натиск. И теперь, наконец, можно было позволить себе передышку.

Замок пострадал изрядно, но не был разрушен до основания. В трех местах крышу пробили снаряды, зияя черными дырами на фоне вечернего неба. В двух крыльях бушевали сильные пожары, но их уже успели локализовать. Несколько фавнов получили ранения, но, благодаря оперативной работе Флойда, ничто не угрожало их жизни.

Весь оставшийся день — а до вечера оставалось всего три-четыре часа — члены Сопротивления посвятили восстановлению крепости. Те, кто владел стихией земли, заделывали пробоины в стенах и на крыше. Мастера льда тушили последние очаги возгорания и вставляли новые стекла в выбитые окна. Флойд неустанно занимался ранеными. Эрдни и Киара тоже не сидели без дела, помогая, где могли.

К вечеру Эрдни чувствовал себя совершенно вымотанным. Остальные разбрелись по бесконечным коридорам училища, и он наконец остался один. Дверь в свою комнату он открыл резким, нетерпеливым толчком плеча — на большее просто не было сил.

Он тяжело рухнул на пол прямо у окна, прислонившись спиной к прохладной стене, и уставился в темноту за стеклом. Снаружи уже полностью стемнело, но даже в сгущающихся сумерках зловеще угадывался темный силуэт исполинского скелета — жуткое напоминание о не менее жуткой битве.

Внезапно дверь позади него с тихим, почти виноватым скрипом приоткрылась. Эрдни обернулся.

На пороге стояла Эмбра. Она замерла в нерешительности, будто боялась войти.

-Привет - сказал Эрдни, стараясь сквозь усталость сделать свой голос максимально доброжелательным.

-Привет - тихо ответила она и, набравшись смелости, сделала несколько шагов вглубь комнаты, остановившись сбоку от него. Она медленно опустилась на пол рядом, поджав под себя лапы.

-Как ты? - спросила она. Ее голос звучал хрупко, неуверенно, но для Эрдни он казался удивительно чистым и мелодичным.

Эрдни оторвал взгляд от окна и повернулся к ней.

-Не буду врать... Я устал. Реально устал - он попытался улыбнуться, но получилось скорее устало.

-Я вообще не понимаю, как ты так долго держишься - прошептала Эмбра. - Ты молодец. Настоящий герой... Мне о таком можно только мечтать.

-Ты ничем не хуже меня, Эмбра - уверенно сказал Эрдни. - В тебе есть сила. Ты тоже сможешь стать героем, когда придет время.

-Может быть... - она опустила голову, уставившись в пол, словно ища там подтверждения его словам. - Знаешь... Я не просто так зашла. Я хотела сказать тебе спасибо. За то, что так яростно защищаешь меня, заботишься... Я это очень ценю. Меня... меня никто никогда так не поддерживал. Я никому не была нужна. А ты... Ты стал мне почти как брат... - Эмбра рискнула поднять на него взгляд.

Эрдни был тронут до глубины души.

-О... Спасибо, Эмбра. Реально, спасибо. Я... Я даже не знаю, что сказать...

Он почувствовал, как ее лапа на мгновение, почти несмело, коснулась его, и тут же убрала.

-Ладно... Не буду тебе мешать отдыхать - поспешно сказала она, поднимаясь. - Я пойду...

-Пока, Эмбра. Спи спокойно.

Он проводил ее взглядом, пока дверь не закрылась. В комнате снова воцарилась тишина. Не оставалось ничего другого, кроме как поддаться наконец истощению. Усталость накрыла его с головой, и он почти мгновенно провалился в глубокий, беспробудный сон.

Варклав не изменился. Он оставался застывшим кошмаром, законсервированным в алом свете и тирании. Багровое свечение, исходившее откуда-то свыше, по-прежнему заливало улицы, придавая всему нездоровый, инфернальный оттенок. Огромные фиолетовые полотнища с каббалистическим символом Культа медленно колыхались на ядовитом ветру, словно похоронные флаги. Вечные свинцовые тучи, нависавшие над городом, делали его неестественно темным даже днем, а наступившая ночь превратила улицы в настоящие ущелья мрака, усиливая всепоглощающее чувство безнадежности и поражения.

По узким, вымощенным черным камнем мостовым сновали патрули — безжизненные войны, ходячие трупы в латах из неведомого, поглощающего свет металла. Их движения были механическими, взгляды из-под рогатых шлемов — пустыми. Но один особняк привлекал особое внимание. Городскую ратушу, некогда символ свободного города, теперь оплели знамена Культа, как паутина. Строение окружала целая рота стражников, выстроившаяся в плотное кольцо, — не для защиты от внешней угрозы, а для того, чтобы ничто не могло вырваться изнутри.

Из высоких арочных окон лился тот же фиолетовый, неестественный свет, что и от знамен. Время от времени сквозь массивные дубовые двери прорывались приглушенные, искаженные звуки — не то крики, не то стоны.

Внутри, в бывшем кабинете мэра, царил хаос. Дорогой паркет был заставлен сдвинутыми в беспорядке шкафами, грудами бумаг, с которых на пол смотрели печати Культа. И по этому паркету, в центре комнаты, корчилась в немой агонии фигура.

Молодой дракон. Его очертания были до боли знакомы — точная копия Эрдни. Но все в нем было неправильно. Цвет чешуи — тусклый, с чёрным, болезненным отливом. Звуки, которые он издавал, — хриплые, полные не своей боли. Это был Тёмный Эрдни. Его тело было окутано сгустком пульсирующей, полупрозрачной материи, похожей на живое фиолетовое желе. Внутри нее бились и переплетались миниатюрные молнии, сотканные из чистой энергии ненависти. Стоны двойника достигли пика, материя с резким, щелкающим звуком отпустила его, отступила и растворилась в воздухе.

Он рухнул на пол, судорожно прикрываясь лапами, его тело била мелкая дрожь.

В углу кабинета, из густых теней, доселе неподвижных, раздались мерные, неспешные шаги. На свет вышли двое.

Справа — мужчина. Высокий, с телом, высеченным из гранита и стали. Он был одет в темную, мягкую кожу, облегавшую каждый мускул и покрытую небольшими металлическими пластинками. На широком ремне у бедра висела необычная кобура, из которой торчала рукоять не пистолета, а массивного, прямого меча. Его лицо не скрывал шлем — он позволял смотреть на себя. Лицо было поразительным — резким, с острыми скулами и твердым подбородком, будто вырезанным рукой мастера-скульптора из белого мрамора. Кожа была бледной, почти альбиносной. Но больше всего поражали глаза — ледяные, синие, с вертикальными, как у змеи, зрачками. Длинные волосы цвета воронова крыла ниспадали ему на плечи.

Слева от него стояла женщина. Ее фигура была тоньше, изящнее, ювелирной работы. Высокая грудь и плавные изгибы выдавали в ней девушку. Она была одета в легкую, отороченную мехом шубку и узкие кожаные штаны. Ее тонкие пальцы обхватывали посох из темного дерева, увенчанный крупным черным кристаллом, в глубине которого пульсировал тусклый свет. Ее лицо было утонченной, женственной версией лица мужчины — те же высокие скулы, тот же твердый подбородок, но с более мягкими линиями. Длинные волосы насыщенного русого цвета спадали ей на спину. Ее глаза, ярко-зеленые, смотрели на мир с холодным, безразличным любопытством. Двое главенствующих Теней Культа.

Они молча подошли к дракону, корчащемуся на полу. Воздух вокруг них звенел от сконцентрированной власти.

-Еще? - тихий, мелодичный голос женщины прозвучал как шелест шелка по лезвию.

-Подожди - властно оборвал ее мужчина. Его голос был низким, вибрационным, звучащим из самой груди.

Тёмный Эрдни с трудом поднялся на ноги. Его движения были резкими, угловатыми, лишенными природной грации оригинала.

Мужчина наклонился к нему, его змеиные глаза впились в дракона с испытующей интенсивностью.

-Как ты себя чувствуешь, Эрдни...? - произнес он, растягивая слова, в каждом из которых слышалась насмешка.

Дракон-двойник очнулся. Его голова медленно поворачивалась, красные глаза, лишенные белка, пылающие алым светом, злобно сканировали комнату.

-Не знаю... - его голос был скрипучим, как скрежет камня по стеклу. - Очень хочется чьей-то крови.

Он внезапно взмахнул лапой и с яростью ударил когтями по паркету. Дерево взрылось щепками, остались глубокие борозды, а от удара высеклись искры.

-Хорошо... - мужчина откинул голову, и на его безупречном лице на мгновение появилось подобие улыбки. - Очень хорошо.

Женщина сделал шаг вперед, ее зеленые глаза сузились.

-А другие драконы... Кто они для тебя? - ее вопрос прозвучал обжигающе холодно.

Двойник резко повернулся к ней, его тело напряглось, как у змеи перед броском.

-Они... Мои враги! - проревел он, и его голос сорвался на визгливый вопль. Адский свет в его глазах вспыхнул еще ярче.

-Превосходно - заключил мужчина, и в его голосе звучало глубокое удовлетворение. - Ты знаешь, что от тебя требуется.

-Отправляйся в Мир Мертвых - приказала женщина, ее пальцы сжались на посохе. Кристалл на его вершине слабо вспыхнул. - Думаю, понятно, кого ты там встретишь. Не дай им найти этого мага.

-Да... - Тёмный Эрдни выдохнул, и из его пасти вырвался клубок фиолетового пара. - Будет сделано.

Обе Тени, не сказав больше ни слова, развернулись и растворились в тенях комнаты, откуда появились. Дракон-двойник бросил последний ненавидящий взгляд на роскошный, изувеченный кабинет и последовал за ними, его когти глухо стучали по паркету. Дверь за ним захлопнулась, оставив после себя лишь зловещую тишину и щемящее чувство надвигающейся беды.

Ночь прошла мгновенно, поглощенная беспробудным сном, на который всех обрекло истощение после битвы с Разрушителем. Однако война не знала перемирий, и долгая передышка была роскошью, которую Сопротивление не могло себе позволить. Противник не должен был получить ни шанса опомниться.

Именно поэтому на рассвете в главном зале училища уже мелькали силуэты. Знакомый массивный стол был снова завален картами, свитками и докладами. Вокруг собрался весь совет: четверо Хранителей по одну сторону, Эрдни, Киара и Эмбра — по другую. Воздух гудел от напряженного обсуждения.

-Внимание! - голос Солариса, хриплый от усталости, но твердый, разрезал гул. - Мне крайне жаль, что приходится собирать вас здесь так рано, но время — ресурс, который мы не можем тратить впустую. Пока Культ оправляется от нанесенного удара, мы должны нанести следующий.

-И в чем будет заключаться этот удар? - спросил Фреонар, его когти бессознательно перебирали край карты. - Единственный логичный ход — добить Теней. Чаши весов, наконец, качнулись в нашу пользу.

-Ты прав, Фреонар. Но кто знает, какие козыри они припрятали в рукаве? - спокойно, но с оттенком тревоги парировал Соларис. - Их ответ может оказаться слишком тяжелым для наших весов.

-И что мы будем делать? - прозвучал хриплый, невыспавшийся голос Эрдни.

-Нам нужно найти имирца.

В зале на мгновение воцарилась тишина, полная недоумения.

-Имирца? - первой опомнилась Киара. - Но они все… Они же все мертвы? Единственные, кого я знаю, — это Тени, и вряд ли они нам помогут.

-Я знал одного имирца, жившего в Среднем мире - медленно начал Соларис, его взгляд устремился в прошлое. - Он уже мертв. Его убили Тени.

-Значит, не только Эрион знал о других мирах? - удивленно спросила Эмбра.

-Не только он. Тот имирец был старожилом, беженцем. Он сбежал сюда, потому что не принял смену власти в Имире после восхождения Эриона. Он был магом старой закалки - Соларис замолчал, собираясь с мыслями. - Когда Эрион взошел на трон, темная магия стала единственным учением. Это испугало старика. Он предвидел падение Имира и бежал сюда. Зная Эриона насквозь, он пытался предупредить нас о грядущей буре, успел сказать и мне… но был настигнут Инквизицией и убит. Жаль, что в молодости я не придал его словам должного значения.

Тишину, последовавшую за его словами, нарушил Вольт.

-Почему мы никогда об этом не слышали? Впрочем, сейчас это не важно. Если он мертв, какой от него прок?

-Хороший вопрос - поддержал его Террион.

Взгляды троих молодых драконов вопросительно устремились на Солариса.

-Сейчас объясню - он сделал глубокий вдох. - Видите ли, у магов и армии Имира существовала особая система сигналов, позволяющая мгновенно связываться с самыми дальними гарнизонами. Если нам удастся заручиться поддержкой такого мага, мы сможем подделать вызов и заманить Вторую Тень в идеальную ловушку. Она обязана будет откликнуться на зов своей же сети.

-Логично. Но его для начала нужно как-то оживить - резонно заметил Эрдни.

-Это не станет непреодолимой проблемой. По счастливой случайности, имирец, погибнув в нашем мире, попал в Мир Мертвых, привязанный к нашей реальности. Мы можем вытащить его оттуда.

-Погоди, «привязанный»? Это как? - не поняла Киара.

-Это… сложная система мироздания - Соларис повел лапой, пытаясь визуализировать. - Существует обширная сеть миров. С ними сосуществуют Миры Мертвых, каждый из которых служит обителью душ для определенной группы миров. Их связи подчиняются древним и не всегда ясным законам.

-Ладно, допустим. Когда лучше отправиться? И куда? - спросил Эрдни, переходя к практическим деталям.

-Чем раньше, тем лучше. Портал находится высоко в небе, в десяти минутах полета на север. Готовьтесь к путешествию - сказал Террион.

-Есть какие-то подводные камни? - уточнила Киара.

Соларис нахмурился, его лицо омрачилось.

-К сожалению, да. Так всегда бывает с вратами такой силы. Для открытия портала требуется… подношение. Жертва. Одна живая душа.

В зале снова повисло гнетущее молчание.

-Я категорически запрещаю кому бы то ни было жертвовать собой! - Соларис ударил лапой по столу, и в его голосе зазвенела сталь.

-И что тогда делать, если портал не откроется? - с досадой выдохнул Эрдни.

-Может, я смогу помочь? - раздался спокойный голос с порога.

В зал вошел Флойд. Он стоял, опираясь на косяк, его лицо было серьезным.

-Нет! И еще раз нет! - немедленно парировал Соларис.

-Флойд, ты слышал Солариса - грозно прорычал Террион.

-Извините, но прошу не забывать, что я создан из тысячи душ - с ледяным спокойствием ответил Флойд. Он скрестил руки на груди. - Уход одной из них не убьет меня. Вряд ли вообще что-то изменит.

-А ты не забывай, что мы имеем дело с сильнейшей чужеродной магией! - вмешался Фреонар. - Этот портал может и не убьет тебя, но, в лучшем случае, выжжет всю твою память дотла!

-Лишит памяти? - Флойд горько усмехнулся. - А разве это плохо? Такое прошлое, как у меня, любой предпочел бы забыть.

Его слова повисли в воздухе, тяжелые и неоспоримые.

-Твое право - наконец, сдавленно произнес Соларис. - Эрдни, Киара, вы готовы?

-Знаешь, Соларис, мне уже не терпится покончить с этим раз и навсегда и наконец размазать Теней по стенке, так что да - Эрдни выпрямился. - Думаю, Киара со мной согласна.

-Абсолютно - уверенно кивнула она.

-Отлично. Тогда удачи вам - Соларис перевел взгляд на Флойда. - А у тебя еще есть время одуматься.

-Нет, Соларис. Я готов. Ради общего дела.

Флойд был бесповоротно решителен.

-Ладно. Отправляйтесь.

Трое — бывший некромант и два дракона — вышли из зала. Оставшиеся пятеро — Хранители и Эмбра — проводили их взглядом.

-Что ж - Соларис обвел взглядом собравшихся. - Будем надеяться, что у них все получится.

Он повернулся к Эмбре.

-Можешь быть свободна. Но помни — скоро придет и твой час.

Очередное собрание было окончено. Очередное, еще более опасное и непредсказуемое путешествие началось.

Здесь, в вышине, царил иной мир. Драконы поднялись выше свинцового одеяла туч, в царство разреженного воздуха и пронзительного холода. Ветер здесь был не просто потоком воздуха — он был живой, яростной стихией, сбивающей с курса и грозившей швырнуть вниз, в колышущуюся пелену облаков. Ледяные стрелы пронизывали до самых костей, заставляя чешую сжиматься от холода. Но, стиснув зубы, Эрдни и Киара продолжали лететь вперед. Флойд парил между ними, стоя на призрачном сгустке магической пыли, напоминавшем маленькую, пушистую и неестественно послушную тучку.

Облака окончательно скрыли землю, оставив лишь бесконечную белую пелену под крыльями. Оставалось смотреть только вперед. И вскоре впереди возникло нечто.

Воздушный архипелаг. Но не из знакомых клочков земли с травой и деревьями. Это были обломки черно-индигового камня или неведомого металла, неестественно парящие в пустоте. Они казались высеченными не природой, а чьей-то безумной волей, обработанными и вознесенными с хирургической точностью. Несколько цепочек таких островов, выстроенных, как мостки, сходились к центральному — самому крупному. Он был идеально круглым, словно отлитым в гигантской форме. По его краю шло невысокое, но четкое возвышение, а в шести местах каменная порода вздымалась в виде полуарок, напоминавших гигантские скобки.

В самом центре плато стояло сооружение, похожее на древнюю беседку или алтарь: четыре темные, отполированные до зеркального блеска арки, сходившиеся в единую крышу. От каждой арки вниз спускались ступени. Перед сооружением пульсировал невысокий столбик индигового света — терминал, испускающий тихое гудение.

Небо здесь, над тучами, было не черным, а глубоким, бархатно-синим, словно отполированным сапфиром. В его вышине, как далекие украшения, висели сферы незнакомых планет — одна рыжая, как пыль пустыни, другая — ядовито-зеленая, болотного оттенка. Вокруг всего архипелага застыли в невесомости пузыри темной, неподвижной воды и осколки хрусталя, от которых исходила нестабильная, дрожащая энергия. Место было до предела сюрреалистичным, вырванным из привычных законов реальности.

Троица приземлилась на одном из островков-спутников и двинулась по каменной дорожке к центру.

-Очередное местечко с причудами... - сдержанно выдохнул Эрдни, озираясь по сторонам.

Флойд протянул руку к ближайшему пузырю воды. От прикосновения тот бесшумно разделился на несколько меньших, заколебавшись в воздухе. Киара, наоборот, неосторожно приблизилась к грозди кристаллов, и те ответили ей угрожающим шипением, вспыхнув внутренним светом. Драконесса поспешно отступила.

Вскоре они достигли центрального острова. Флойд замер, его лицо стало маской сосредоточенности.

-А вот и он. Портал.

-Ты уверен? - в голосе Эрдни слышались сомнения. Или нежелание верить.

-Да. Это он. Врата в наш Мир Мертвых. А это место… Жуткие острова. Пограничная зона, мост между нашей реальностью и темными измерениями.

Он замолчал на мгновение, собираясь с духом.

-Отойдите подальше.

Флойд сжал кулаки, раздался тихий хруст костяшек. Его поза выражала решимость.

-Флойд... - начал Эрдни, в его голосе прозвучала тревога.

-Нет, Эрдни. Не останавливай меня. Мой путь заканчивается здесь. Ваш — лежит дальше.

Драконы, повинуясь, отступили на несколько шагов, давая ему пространство.

Флойд подошел к пульсирующему терминалу. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох и выдох, разминая пальцы. Прошла минута тягостного молчания. Затем его руки резко поднялись и прикоснулись к поверхности терминала.

Вспышка была ослепительной. Пальцы Флойда и экран слились в едином ярко-белом сиянии. Тело некроманта приподнялось в воздух, охваченное невидимой силой. Он не издал ни звука, лишь стиснул зубы, лицо исказилось от напряжения. Руны на его коже засветились тем же пронзительным светом, что и глаза, став двумя бездонными колодцами энергии.

От терминала по ступеням к аркам помчался луч чистой силы, живой молнии. С каждым мгновением он набирал мощность. Внутри арок начали клубиться и сгущаться вихри энергии, сливаясь в сплошную, мерцающую пелену. Пространство под сводами исказилось, образовав врата.

И тогда из груди Флойда вырвалось нечто. Не крик, а невидимая субстанция — душа. Она отделилась от него, как осенний лист, покружилась в воздухе и бесшумно прилипла к поверхности терминала, была поглощена им. Портал вспыхнул в последний раз, и воздух наполнился низким, мощным гулом, исходящим из самых основ мироздания. Путь был открыт.

Терминал отпустил Флойда. Его тело, словно разорванная марионетка, безвольно рухнуло на камень. Киара и Эрдни бросились к нему. Некромант был жив — грудь поднималась в такт прерывистому дыханию. Но он изменился: будто усох, стал меньше, а несколько рун на его лице бесследно исчезли. Цена была уплачена. Ритуал не убил его, но выжег часть сущности, оставив лишь опустошенную оболочку.

Эрдни в панике взглянул на гуляющий маревом портал.

-Иди! Я останусь с ним! - крикнула Киара, уже склоняясь над телом Флойда.

Эрдни колебался, его лапы не хотели отрываться от камня.

-Иди! - ее голос прозвучал как приказ, в котором была и уверенность, и отчаянная просьба.

Эрдни в последний раз встретился с ней взглядом, затем перевел его на бушующую белизну портала. Решение созрело мгновенно: сейчас или никогда. Сгруппировавшись, он сделал мощный прыжок вперед — и исчез в ослепительной вспышке, поглощенный иным миром. Теперь его ждало царство мертвых.

Пространство вытолкнуло дракона наружу, но привычного удара о землю не последовало. Вместо этого Эрдни совершил невольный кульбит в пустоте, прежде чем смог сориентироваться. Он завис в воздушном потоке, зажатый между двумя отвесными скалами, уходящими в беззвучную, абсолютную темноту как над головой, так и под ногами. По шершавой, мокрой поверхности камня струилась вода, а в естественных углублениях гнездились огромные люминесцентные насекомые, чьи мерцающие брюшка отбрасывали призрачное сине-зеленое сияние, дрожащее на влажном камне.

Внизу постепенно проступило дно пропасти. Эрдни, рассчитав момент, сгруппировался и плавно расправил крылья, позволив воздушным потокам мягко опустить его в узкую расщелину между основанием скалы и стеной каньона. Приземление получилось точным, почти бесшумным. Он оказался в тесном, темном проходе, который вскоре вывел на хорошо протоптанную тропу.

По обеим ее сторонам росли цветы, напоминавшие земные, но преображенные здешней реальностью — они светились изнутри тем же фосфоресцирующим светом, что и жуки. Какая-то сила этого места изменяла саму суть жизни. Эрдни двинулся дальше. Под ногами хрусткий камень сменился мягким, влажным песком. Впереди путь озарили зеленые светящиеся споры, вырвавшиеся из причудливого растения на стене и повисшие в воздухе словно туман. Это не остановило дракона. Над его головой с тихим жужжанием пролетела пара светлячков, а где-то по камням зажурчала невидимая вода.

Внезапно раздался шорох. Из зарослей светящихся ягод слева выползло существо. Пухлое, упитанное, оно дышало с хриплым посвистыванием, словно мопс. На милую, но странную мордашку, напоминавшую лик глубоководной рыбы, было жутковато смотреть. Над ее пастью рос гибкий отросток с шариком на конце, точь-в-точь как у удильщика. Малыш тряхнул своей «лампочкой», озарив Эрдни теплым желтым светом, дружелюбно помахал коротким хвостиком-колбаской и неспешно удалился по своим делам.

Эрдни продолжил путь. Тропа внезапно оборвалась перед естественной каменной преградой. Подойдя к краю, он замер от изумления. Он стоял на краю высокого утеса, а внизу простиралась долина невероятной красоты.

Мир Мертвых, судя по всему, существовал полностью под землей. Над ним высились бесконечные каменные своды из чистейшей породы, с которых свисали гигантские сталактиты и гроздья кристаллов, излучавших мягкий, рассеянный свет. Несмотря на полное отсутствие солнца, внизу буйствовала жизнь — зеленела трава, росли причудливые деревья с серебристой листвой, а в породе поблескивали жилы неизвестных металлов. Кое-где сквозь толщу потолка пробивались одинокие лучи настоящего солнечного света, и в этих местах земля и растения начинали интенсивно светиться изнутри. Первая мысль, дикая и тревожная... Радиация?

Но главное открытие ждало впереди. Посреди всей этой сюрреалистичной красоты стоял город. Полноценный, огромный город. Здания, сложенные из серого, матового камня, выглядели до жути знакомо. Все здесь было выдержано в единой, приглушенной цветовой гамме, ничего не кричало, не выделялось. Однако Эрдни быстро заметил закономерность: постройки, выполненные в едином архитектурном стиле, группировались вместе, образуя четкие кварталы. И каждый район был зеркальным, инвертированным отражением городов родной Империи. Вот район, с точностью повторяющий готические шпили и узкие улочки Варклава, вот — мощные крепостные стены Саргатура, а вот — причудливые башенки Кельдрина. И был четвертый район, ни на что не похожий. Странная, угловатая, чуждая архитектура, которую он никогда не видел. Человеческий район. Именно туда ему и нужно было.

Эрдни замер на краю обрыва, его взгляд скользил по бескрайней подземной долине, оценивая маршрут. Путь вниз был свободен — ни тебе слепящих лучей, ни подозрительных свечений. Сделав несколько шагов назад, он глубоко вздохнул, сконцентрировался и ринулся вперёд. Мощный толчок задних лап отбросил его в пустоту. Крылья распахнулись, ловя потоки воздуха, и он понёсся вниз, не отрывая глаз от серого массива города внизу.

Здесь, в Мире Мёртвых, дули странные, сильные ветра, рожденные где-то в глубине системы пещер. Они подхватили его, словно невидимая рука, неся плавно и уверенно, как на волшебном ковре-самолёте. Эрдни окинул взглядом открывающуюся панораму, и её сюрреалистичная красота вновь поразила его. Прямо под ним раскинулось огромное озеро, окаймлённое гигантскими камышами с бордовыми, а не коричневыми, метёлками. На отмелях, медленно перебирая клешнями, бродили крабы-пауки, под воздействием здешней энергии вымахавшие до размеров добротного дома.

Сбоку озеро от остального мира отгораживала гряда базальтовых колонн, идеальных шестигранников, среди которых в гнёздах копошились ещё одни обитатели этого мира — крупные, похожие на варанов ящерицы, чьи тела покрывали яркие, почти попугайские перья. Гряда тянулась до самого горизонта, где и обрывалась в бездну. Справа уже начинался городской район. Несколько серых крыш мелькнули под ним и остались позади. Эрдни был уже близко.

Оставались считанные метры. Серые здания выросли перед ним. Эрдни развернул крылья, тормозя, и изящно спикировал в узкий проулок между двумя готическими шпилями. Он приземлился. Он был в Городе Мёртвых. В миниатюрном Варклаве.

Под когтями зашуршала серая, шершавая мостовая. Удивительно, но она была чисто подметена и даже промыта. Вокруг высились такие же, лишённые цвета дома. Некоторые окна были распахнуты настежь, но в них никто не выглядывал; вместо этого на подоконниках сушились бесцветные полотенца, одежда и тряпки, сшитые, судя по силуэтам, для фавнов. Эрдни двинулся вперёд по безлюдной улице. Признаков присутствия живых — или, точнее, условно живых — душ было предостаточно: дымок из труб, забытые вещи, открытые двери. Но самих обитателей не было видно.

Вскоре они нашлись. Эрдни вышел на небольшую площадь, ту самую, где он бывал полтора года назад, когда Соларис впервые привёл его, ещё молодого, в настоящий Варклав. Площадь плотным кольцом сжимали низкие домики: магазинчики, кузницы, лавки, мастерские. И здесь кипела жизнь. Жизнь после смерти.

Души умерших, обретшие лёгкую, полупрозрачную форму, продолжали здесь своё существование, обретая покой от земных тревог. Вот могучий фавн-кузнец, чьи плечи хранили память о множестве сотканных доспехов, закончил ковку кочерги. Мимо Эрдни, застывшего в наблюдении, прошла женщина-фавн и поднялась по ступенькам в кузницу. Эрдни показалось, что её губы шевельнулись, будто что-то говоря, но ни единого звука не долетело до его ушей — или он был для него недоступен. Кузнец улыбнулся простой, по-земному тёплой улыбкой, остудил металл и аккуратно вручил готовое изделие заказчице. Та в ответ благодарно кивнула и удалилась.

Эрдни пошёл дальше. Вот прилавок с рыбой, где душа молодого ледяного дракона с невероятной тщательностью осматривала каждый блестящий бок, каждый кусочек льда, изредка подправляя холод своим стихийным дыханием. В соседнем доме, где была разбита стена, душа дракона-земляника с видом бывалого строителя заделывала пробоину. Слева, за крышами, виднелась часовая башня. На самой её вершине, у огромного циферблата, копошились фавны-ремонтники, а несколько драконьих душ страховали их снизу.

Площадь постепенно сужалась, перетекая в улочку. Архитектура начала медленно меняться. Родные, хоть и призрачные очертания уступали место странным, до тошноты правильным, угловатым строениям. Эрдни стоял на границе. Перед ним лежал Человеческий район.

Эрдни сделал первый, робкий шаг. Затем — второй. Еще один. Чужая архитектура медленно сомкнулась вокруг него, образовав тесное полукольцо. Путь назад существовал, но был равноценен отступлению, а вперед — единственное верное направление — лежало через это каменное, бездушное чрево.

Мостовая под когтями ощущалась такой же твердой, как в мини-Варклаве, но материал был иным — холодным, отполированным и чужим. Мимо проплывали призрачные фасады домов, навязчиво-геометричные, будто вычерченные безупречной рукой архитектора-перфекциониста. Одинаковые барельефы, выступающие из стен через математически выверенные интервалы, давили не физически, а психологически, своим бездушным порядком и абсолютной инаковостью. Чувство неизведанного, всегда тревожное и щекочущее нервы, витало в воздухе густым туманом.

Дракон шел по центру проспекта, в то время как под глубокими, нависающими карнизами сновали туда-сюда призрачные фигуры. Души людей. Эрдни инстинктивно сторонился их, стараясь держаться на расстоянии. Их внешний облик, сама их суть, смутно, но неумолимо напоминали ему злейших врагов — адептов Культа Теней. Вот мужчины с крепким станом, вызывавшие в памяти тень Главной Тени, одетые в строгие жилеты и рубашки; вот женщины с той же змеиной грацией, что и Тень-маг; а вот рабочие с мощными плечами, в чьих руках молоты на мгновение казались грозными секирами Третьей Тени. Каждый силуэт отбрасывал в его сознании длинную, неприятную тень.

Спустя восемь минут, показавшихся вечностью, улица наконец раздвинулась, выплеснув его на простор площади. Видимо, окраинной, ибо за ней не виднелось ни одного здания — лишь бескрайняя, уходящая в темноту пустота. Эрдни с облегчением перевел дух.

Наконец-то...

В левом углу площади высилось монументальное здание с круглыми куполами и остроконечными шпилями, похожее на ратушу или дворец правления. Высоко на фасаде висел огромный циферблат. Стрелки, с тихим щелчком, совместились, указывая на семь часов. И тут же откуда-то свыше донесся удар колокола. Звук был не благородным звоном, а глухим, коротким и грубым, похожим на удар молота о наковальню где-то в подземелье.

Вход в здание было трудно разглядеть — его заслоняло от глаз яркое, серебристое пятно света. У подножия ступеней теснилась группа — человек двадцать душ, в основном мужчин. Все до одного были одеты в безупречно сидящие пиджаки, отутюженные брюки и лакированную обувь, к которой невозможно было придраться. Прилизанные волосы, уложенные помадой, щегольские шляпы и цилиндры. Даже сквозь дымчатую пелену их сущности читались опрятность, ухоженность и самодовольство. Какое-то клубное сборище.

"Пф, сборище пижонов" - мелькнула у Эрдни язвительная мысль, и ему едва не захотелось сплюнуть на идеальную мостовую.

В правом углу площади скромно жались друг к другу несколько церквушек и здание с незнакомым гербом над входом — вероятно, суд.

Эрдни пересек площадь и подошел к ее дальнему краю. Здесь земля обрывалась, переходя в крутой, уходящий вниз склон. В глубине темнели болота и топи, а вдали мерцала странная синяя зона, залитая биолюминесцентным свечением. И за всем этим высился еще один горный массив, на склоне которого угадывались очертания очередного города.

И тут его взгляд упал на указатель, стоящий справа. Три таблички-стрелки. Две указывали на уже пройденные районы, а третья, направленная в сторону дальнего массива, несла простую, но многообещающую надпись: «Микрорайон магов».

Новая цель. Новый рывок. Но на этот раз Эрдни знал совершенно точно, куда ему нужно.

Эрдни достиг края площади, его когти уперлись в самую кромку обрыва. На мгновение он обернулся, бросив последний взгляд на призрачный силуэт Города Мёртвых, затем, тяжело вздохнув, развернулся к бездне и оттолкнулся. Крылья распахнулись, ловя мощные потоки подземных ветров, которые легко понесли его вверх, к сводам пещеры.

Едва он набрал высоту и сосредоточился на далекой цели, как сгусток тени спикировал на него сверху. Острые когти с оглушительным скрежетом впились в чешую, и следующее, что почувствовал Эрдни — это неконтролируемое падение вниз, в тиски чьей-то железной хватки.

Его с силой швырнуло на камень, и он больно ударился спиной о ту самую площадь, с которой только что взлетел. Собрав волю в кулак, Эрдни мгновенно вскочил на лапы, взгляд яростно выискивал источник нападения. Справа — никого. Слева — пусто. Он резко развернулся, и в тот же миг услышал за спиной мерзкий скрежет когтей по камню.

Прямо перед ним, будто из самой тени, материализовался знакомый и ненавистный силуэт. Лапа тёмного двойника с размаху взметнулась в ударе. Эрдни успел лишь резко отклонить голову, но этого оказалось недостаточно. Острые как бритва когти прочертили по его щеке глубокую, жгучую борозду. Эрдни сдавленно ахнул. Капля алой крови, горячая и живая, упала на безупречную поверхность площади, пролившись кляксой чужеродного цвета.

Он поднял взгляд. Перед ним стоял он сам. Его собственное отражение, искаженное злобной ухмылкой и пылающими алым огнем глазами.

-Опять ты?! - рык Эрдни прозвучал как выстрел.

-А что, не рад встрече? - тёмный двойник язвительно изогнул шею, его поза была полна ядовитого злорадства.

-Я просто не настолько невежлив - сквозь стиснутые зубы парировал Эрдни, и в его голосе звенела сталь презрения.

Тёмный Эрдни сделал шаг вперёд. Оригинал, не отрывая от него взгляда, отступил. Так начался их медленный, зловещий хоровод — два зеркальных противника, замыкающие круг на пустынной площади.

-И что ты тут делаешь? - шипел двойник. - Всё ещё наивно веришь, что сможешь победить в этой войне?

-А ты, как послушная шавка, выполняешь приказы своих хозяев-Теней? - холодно бросил Эрдни. Каждый мускул его тела был напряжён до предела, готовый к взрыву. - Позорище.

-Ха-ха! Смешно! - двойник в ярости ударил лапой по мостовой, и камень подал трещину. - Когда же ты поймёшь? Хватит сопротивляться самому себе! Отдай своё тело воле нашего Бога! - его слова несли такую фанатичную мощь, что на мгновение показалось, будто они вибрируют в самом воздухе.

-Передай своему «Богу» - лишь усмехнулся Эрдни - что у него крайне бездарный проповедник.

Это стало последней каплей. С рыком дикого зверя, тёмная копия ринулась вперёд, раскрыв лапы для смертельного объятия. Эрдни встал на задние лапы, встречая атаку грудью. Их передние конечности сцепились в мертвой хватке, коготь в коготь. Двойник прыгнул с такой неистовой силой, что опрокинул оригинального Эрдни на спину. Это была не просто физическая схватка; это была битва воль, сверлящих друг друга взглядами, полными ненависти и отрицания.

Тёмный близнец давил всей своей тленной сущностью. Эрдни чувствовал, как силы покидают его сведенные судорогой лапы. Видя своё превосходство, двойник ухмылялся, усиливая натиск. Но в тот самый миг Эрдни, нащупав задними лапами опору, сконцентрировал остатки мощи и совершил резкий, мощный толчок прямо в живот противника. Тот, отброшенный, кувыркнулся назад, но ловко приземлился на все четыре лапы, и в ответ швырнул в Эрдни сгусток фиолетового, пожирающего пламени.

Эрдни не стал уворачиваться. Он рванулся навстречу смертоносному шару и в сантиметрах от столкновения совершил резкий прыжок вверх, пропуская его под собой. Крылья расправились, и он, словно хищная птица, пикируя, вцепился в тёмного двойника, сомкнув лапы на его туловище. Сбитый с толку, тот не успел среагировать, как Эрдни уже взмыл ввысь, увлекая его за собой в сердцевину подземного неба.

Среди клубящихся, пепельно-серых облаков двойнику удалось вырваться, совершив отчаянный рывок. И вот они замерли — две противоположности, два полюса одной судьбы, висящие в пустоте друг напротив друга. Один на один. Без зрителей, без посторонней помощи. Только они, пронизывающий ветер и бездна внизу.

Вой ветра был единственным звуком, царившим в поднебесье Мира Мёртвых, пока его не разорвали частые, тяжёлые хлопки могучих крыльев.

Тёмный Эрдни, его силуэт копошился яростью, уставился на оригинала взглядом, в котором пылали адские огни.

-Какой же ты упёртый! - его рык прорвал воздушные потоки. - Прошёл сквозь столько боли, зашёл так далеко, и всё ещё отказываешься признать мою силу!

Голос двойника начал срываться, приобретая пронзительный, истеричный визг.

-Сколько раз ты сковывал меня, гасил мою волю, когда должен был отпустить! Признайся же, тебе самому хотелось хоть раз пожить для себя, а не ради этих жалких червей! - его голос окончательно сорвался в оглушительный вопль. - Хватит прятаться! Оставь их всех позади! Довольно бегать от реальности в свою уютную, жалкую фантазию!

С этими словами Тёмный Эрдни совершил яростный рывок вперёд, его когти, целясь в горло оригинала, пронеслись в сантиметрах от цели — Эрдни резким движением ушёл в сторону, оказавшись за спиной у противника. Не теряя доли секунды, он нанёс мощный ответный удар, вложив в толчок всю силу спины и крыльев. Тёмную копию отбросило вниз, она беспомощно закрутилась в падении, но сумела резко расправить крылья и восстановить равновесие. Ярость на её лице закипела с новой силой. Мгновенный разворот — и она снова ринулась в атаку.

Эрдни встретил её, сгруппировавшись. Они вновь сошлись в мертвой хватке, лапы сцепились с такой силой, что пространство вокруг них содрогнулось, и по небу прокатилась немая, но ощутимая ударная волна чистой энергии. На этот раз именно Эрдни удалось отбросить двойника. Противники вновь замерли в воздухе, разделенные бурлящей пустотой.

-Почему ты всё ещё сопротивляешься?! - закричал Тёмный Эрдни, и в его голосе звенела уже не просто ярость, а неистовство загнанного в угол зверя. - Я вижу тебя насквозь! Все твои страхи, все сомнения! Ведь я — это и есть ты! Давай же! Признай мою власть! Тебе ведь осточертело тащить на себе их всех!

-Я сражаюсь, потому что мне есть за что бороться! - парировал Эрдни, и его голос, полный решимости, резал воздух подобно клинку. - Потому что во мне есть надежда! А ты… ты всего лишь вестник тьмы, и не способен чувствовать ничего, ибо ты и есть сама Тьма!

Эти слова стали последней каплей. Двойник изогнулся в немой гримасе агонии, и по его рогам запрыгали, зашипели фиолетовые разряды молний. Он сжал лапы перед собой, и между ними родился сгусток чудовищной мощи — целая стена из бьющегося, ядовитого электричества, которая с рёвом помчалась на Эрдни, заполняя собой всё пространство. Увернуться было невозможно.

В последнее мгновение Эрдни окутал себя пульсирующей ледяной бронёй. Удар волны был сокрушителен; лёд треснул, но выдержал, приняв на себя основную энергию. Ощущение было сродни погружению в кипящую смолу — боль пронизывала каждую клетку. Едва оправившись, Эрдни ответил своим ударом — длинной, гибкой молнией, сверкавшей чистым, серебристым светом, которая помчалась прямо в грудь противника. Но Тёмный Эрдни лишь холодно скрестил лапы, и энергия атаки бесследно впиталась в его тёмную плоть, не причинив ему ни малейшего вреда.

-И это лучшее, на что ты способен?! - проревел двойник, и в его усмешке звенела презрительная уверенность.

-К несчастью для тебя, я даже не начинал по-настоящему стараться! - парировал Эрдни, его голос был чистым клинком, отточенным яростью.

Они вновь замерли в воздухе, разделенные мерцающей дистанцией, как два заряда, готовые разрядиться.

-Так покажи же свою силу! - рявкнула тёмная копия и ринулась вперёд с мощью лавины.

На этот раз они не стали сцепляться в мертвой хватке. Начался смертельный вальс — стремительный, безжалостный и рассчитанный на доли секунды. Два силуэта, чёрный и цветной, метались в воздухе, обмениваясь ударами, которые были бы невидны глазу, не будь они такими сокрушительными. Когти рассекали воздух с шипением, крылья хлопали, как выстрелы, тела с силой отбрасывало в стороны, но никто не отступал, не уступал ни пяти небесного пространства.

Эрдни пытался пробить защиту противника мощными, но неожиданными атаками, но двойник, словно читая его мысли, предугадывал каждое движение. В конце концов, оригиналу удалось прижать тёмного близнеца спиной к стене высокой башни, отрезав пути к отступлению. В безвыходной ситуации копия рванула вперёд в последнем отчаянном порыве. Эрдни отреагировал с опережением: отклонив корпус, он нанёс размашистый, кинетический удар хвостом, который перевернул противника в воздухе и швырнул его в каменную кладку башни.

Но двойник не сдавался. Успев подставить лапы, он оттолкнулся от стены, будто паук, и, подняв голову, выплюнул в оригинала сразу четыре сгустка фиолетового адского пламени. Шары, словно ведомые незримым наводчиком, устремились к цели по разным траекториям.

Эрдни успел сжечь два из них ответными разрядами молний. От остальных пришлось уворачиваться, пролетая сотни метров на ослепительной скорости, чтобы в конце манёвра всё же уничтожить их точными электрическими ударами.

И в этот миг он почувствовал леденящее присутствие за спиной.

-Уже выдыхаешься? - язвительный шёпот прозвучал прямо у его уха.

-Нет уж, это ты первый - сквозь зубы бросил Эрдни, резко разворачиваясь.

-Что ж, посмотрим, как ты запоёшь сейчас! - голос двойника снова сорвался на визг.

По его рогам вновь запрыгали фиолетовые молнии, но на этот раз они не выплеснулись атакой. Вместо этого он сжал лапу, и её окутал пульсирующий сгусток тёмной материи. Ничего не произошло.

-Пф, ст-ра-а-шно! - усмехнулся Эрдни, насмешливо махнув лапой.

И тут его вдруг пронзило ледяное предчувствие. Чистая интуиция заставила его резко обернуться — и это спасло ему жизнь. Прямо на него, окутанный фиолетовой энергией, летел огромный обломок башни, груда скреплённых магией камней и кирпичей.

В тот же миг он почувствовал жгучий толчок в спину. В области живота и груди резко, до тошноты, похолодело. Он взглянул вниз: его тело сковывал грязный, мертвенный фиолетовый лёд. К счастью, крылья остались свободны.

Эрдни попытался развернуться, но было уже поздно. Двойник, воспользовавшись моментом, был уже в сантиметрах от него. Первый сокрушительный удар обрушился на грудь. Крепкие мышцы приняли на себя основную энергию, распределив боль, но отбросив его назад. Второй удар. Третий. На него обрушился настоящий град атак.

-Сдавайся же! - крики двойника сливались с гулом ветра.

Удар. Ещё удар. Эрдни из последних сил держался, но мир плыл перед глазами от бесконечных толчков. Силуэт башни позади неумолимо приближался.

-Запомни, я всегда сильнее! - бесконечно ревел Тёмный Эрдни.

На мгновение он отпустил оригинала, давая тому прочувствовать боль и собраться для последнего удара. А затем, отпрянув для разгона, он ринулся вперёд и нанёс финальный, аккумулирующий всю его ярость удар задней лапой. Мощный толчок пришёлся точно в грудь Эрдни, отбрасывая его с огромной скоростью назад. Оригинал с оглушительным грохотом врезался спиной в ту самую башню. Ледяные оковы на его теле с треском разлетелись на тысячи осколков.

Сознание поплыло, в глазах потемнело. Всё тело ныло от разрывающей, бешеной боли, каждый мускул кричал о капитуляции. Эрдни инстинктивно поднёс лапу к груди, пытаясь отряхнуть осколки льда и пыль. И в этот миг перед его внутренним взором, словно кадры пролетающей жизни, возникли они все: залитый багровым светом Варклав, стены училища, первая битва со Сколлом, преданный взгляд Киары, суровая мудрость Солариса, сестра, Флойд, отдавший свою память и часть души ради этого мгновения... Все, кто верил, надеялся, сражался и ждал.

И тогда Эрдни тихо, но с железной решимостью, сказал сам себе: «Нет. Не здесь. Не сейчас всё кончится».

Он собрал в кулак не только последние силы, но и всю свою волю, всё своё «я». Напротив, в нескольких взмахах крыла, терпеливо и надменно парил его двойник, ожидая финального признания поражения.

-Знаешь... - голос Эрдни прозвучал хрипло, но чётко, заставляя тёмную копию насторожиться. - Возможно, ты и прав.

Ухмылка расползлась по морде двойника, полная торжества.

-Ты и вправду — я. Ты всегда будешь частью меня, всегда будешь где-то рядом - продолжал Эрдни, и с каждым словом его голос набирал силу и объём, заполняя всё пространство вокруг. - Но ты — всего лишь часть. Малая, тёмная, уродливая часть. И её не нужно уничтожить... Её нужно обуздать! Поставить на своё место и держать под контролем!

Эти слова подействовали на тёмного двойника как удар хлыста. Он весь изогнулся, сжался, будто его окатили кислотой. Спокойная, принимающая власть оригинала оказалась для него страшнее любой ненависти. Его ярость, лишённая почвы, вырвалась наружу оглушительным рёвом.

-ДА БУДЕТ ТАК!

Тёмный Эрдни запрокинул голову и изверг из пасти не просто пламя, а сконцентрированный столб фиолетового адского огня, клублящегося чистой ненавистью. Но Эрдни уже был готов. Он ответил своим пламенем — не ядовитым, а ярким, алым, почти золотым, полным жизни и несгибаемой воли.

Два потока — фиолетовый хаос и золотой порядок — столкнулись в центре подземного неба с силой, способной родить и разрушить звёзды. Ослепительная точка их встречи пылала жарче солнечного ядра. Никто не уступал ни миллиметра, это была битва двух сущностей, двух воль.

И тогда в груди Эрдни, прямо в области сердца, вспыхнул мягкий, но неукротимый золотой свет. Он разлился по его жилам, наполнил его пламя новой, решающей силой. Ярко-рыжий поток с громоподобным гулом начал неумолимо теснить фиолетовый, поглощая его, преобразуя. Огонь достиг тёмного двойника. Тот в ужасе попытался отступить, вырваться, но было поздно. Золотое пламя не сожгло его, а, словно разумный удав, обвило, сжало и потащило к оригиналу.

Приближаясь, тёмный двойник терял форму, расплывался, превращаясь в бесплотный, трепещущий фиолетовый фантом. Ещё мгновение — и два силуэта, призрачный и реальный, слились воедино.

Вспышка.

Фиолетовый и золотой, тьма и свет, отчаяние и надежда сшиблись в одном сердце, чтобы больше никогда не разделяться.

Всё было кончено.

Эрдни стоял в воздухе, чувствуя странную, новую тяжесть и одновременно — неведанную лёгкость. Грудь горела, но это было тепло жизни, а не боль раны. Он посмотрел вниз: на мгновение в области сердца вспыхнул и погас фиолетовый отсвет, словно запечатанная печать. Теперь он понимал. Демон был не изгнан, а усмирён. Приручён.

Он глубоко вздохнул, впервые за долгое время чувствуя неразрывную целостность. Затем его взгляд, твёрдый и ясный, нашёл вдали цель — горный массив, увенчанный башнями Микрорайона магов. Ничто больше не могло ему помешать.

Спустя десять минут полёта под ногами вновь показалась твёрдая земля, а очертания города обрели чёткость. Микрорайон магов не блистал разноцветием, сохраняя общую для всего Града Мёртвых палитру оттенков серого. Но архитектура поражала. Никаких уютных лавок или скромных домиков — лишь монументальные строения, вздымавшиеся к каменному небосводу. Строгие лаборатории, отгороженные от чужих взглядов высокими стенами, обсерватории с идеально круглыми куполами и устремлёнными ввысь шпилями, научные комплексы и амфитеатры, предназначенные для многолюдных собраний. Из труб некоторых зданий поднимался дым, свидетельствуя о непрекращающейся работе. Весь район дышал благополучием, элитарностью и знанием.

Эрдни коснулся лапами земли. Мостовая здесь была иной — не шершавый, натирающий когти булыжник, а отполированные до зеркального блеска каменные плиты. Единственный вопрос терзал его: где в этом городе учёных мужей искать нужного мага и как тот вообще выглядит?

Боковым зрением он уловил голубое свечение слева. Опустив взгляд, он увидел у своих когтей маленькую искорку, подпрыгивающую на камне. Но не беспорядочно — она явно указывала направление, настойчиво подманивая его вглубь улицы. Решив довериться знаку, Эрдни двинулся за ней.

Микрорайон магов кипел беззвучной, но активной жизнью. Справа в одном из домов бесшумно распахнулась дверь, и оттуда с видимым возмущением выпорхнула мелкая тварь, похожая на сурка. В проёме возникла фигура мужчины средних лет в длинной мантии, с опалённой бородой и исцарапанными руками — вероятно, зоолог, не уследивший за подопечным.

Слева, у входа в обсерваторию, разворачивалась немая, но яростная дискуссия между двумя магами: юношей в светлых одеждах и седовласым старцем в чёрном. Молодой учёный с горящими глазами доказывал какую-то теорию о местной фауне. С балкона соседнего здания сорвалась и разбилась клетка с птицами, чьи хвосты и хохолки светились неземным светом. А чуть поодаль неуклюжий растяпа, споткнувшись о собственную мантию, пролил склянку с химикатами, за что тут же получил беззвучный, но выразительный выговор.

Тем временем искорка привела Эрдни на окраину, где городские постройки сменила небольшая, неестественно тихая роща. Сероватые, будто недавно посаженные саженцы стояли ровными рядами, а между ними вилась узкая каменистая тропка. Подойдя к одному из деревьев, Эрдни поразился: его покрывали не обычные листья. На обратной стороне каждого, аккуратным почерком на незнакомом языке, были выведены обширные тексты, а рядом — портрет человека. Это был не лес, а гигантский, живой архив, хранящий истории всех душ, обретших здесь пристанище.

Искорка закружилась вокруг одного из дальних деревьев, указывая на конкретный лист. Других намёков не требовалось. Эрдни подошёл и изучил его. Да, это был имирец — если, конечно, он правильно расшифровал письмена. На изображении был запечатлён немолодой, бородатый мужчина в головной повязке, однако согласно тексту, ему едва исполнилось тридцать восемь — юный возраст по меркам его народа и тем более драконов.

Эрдни осторожно сорвал лист, чувствуя уверенность: он нашёл то, за чем прибыл. Искорка, вспыхнув ярче, завилась вокруг его лапы и влилась в пергаментную поверхность, окрасив её в нежный голубоватый свет.

Тропа вскоре вывела его к краю плато. Внизу простирались болота, сменяющиеся подобием синей, светящейся саванны. Справа, от исполинского сталагмита, ввысь уходил туго натянутый трос с подвешенной каменной гондолой — видимо, путь на поверхность, домой. Эрдни шагнул внутрь, уже готовый отправиться в обратный путь, но внезапный холодок за спиной заставил его обернуться.

Он повернулся к клубящемуся туману, и сердце его остановилось.

Перед ним стоял Ламберт.

Эрдни на секунду потерял дар речи. Горло сжалось, не пропуская воздух.

-Л... Ламберт... - выдавил он, и собственный голос прозвучал чужим и хриплым.

-Здравствуй, Эрдни - отозвался Ламберт.

Его голос был совершенно спокоен, но в глазах, пусть и не тех, что помнил Эрдни, теплилась неизменная, привычная любовь.

-Но... что ты здесь делаешь? - прошептал Эрдни, отступая на шаг.

-Хотел увидеться. Увидеться в последний раз.

-Последний раз? - Эрдни замотал головой, будто отгоняя муху. - Что... Что ты такое говоришь? Нет, нет, я вытащу тебя отсюда! Всё будет хорошо! - он чувствовал, как голос срывается на высокой ноте, предательски дребезжа.

-Я скучал. Знаю, что и ты тоже - спокойно продолжил Ламберт, не реагируя на его вспышку. - Но не надо этого делать, Эрдни. Не надо. Оно того не стоит.

Он посмотрел на него взглядом,в котором была не просьба, а твёрдое, неоспоримое убеждение.

-Как не стоит? - выдохнул Эрдни почти беззвучно. - Ну... ну к чёрту этого мага! Давай же, я вытащу тебя, мы обязательно что-нибудь придумаем!

-Нет, Эрдни. Уже слишком поздно. Ты прекрасно справишься без меня. Уже справляешься. Иди, этот имирец важнее меня.

Эрдни почувствовал, как сердце начинает колотиться где-то в горле, а дыхание стало коротким и прерывистым. Он ничего не мог с этим поделать.

-Я... я... я не справлюсь... Как я без тебя? Как я могу один? Без тебя я бессилен!

-Твоя сила не во мне - так же ровно ответил Ламберт. - И не в молниях или огне, которые ты подчинил. Она в том свете, который ты всегда нёс в себе, парень. Знай это. И не совершай глупостей. Не рискуй всем ради того, чтобы подарить старику лишние десять лет. Я уже своё отжил, а ты только начал. Так иди же. Живи за нас обоих. Дай им надежду. Ещё раз. Столько, сколько нужно.

Кабинка с грохотом дёрнулась и резко рванула вверх.

Сердце Эрдни упало и разбилось где-то в пятках.

-Нет! Нет! Остановись! - он с размаху ударил лапой по стенке, потом ещё и ещё, бессмысленно пытаясь остановить железный ход механизма. - Ламберт, нет! Ещё можно всё вернуть! Я могу спасти тебя!

Он кричал, чувствуя, как горячие слезы катятся по щекам, оставляя солёные дорожки.

Снизу, пробиваясь сквозь нарастающий грохот, донёсся голос, в который был вложен последний остаток сил:

-Иди, Эрдни! И помни! Помни мои слова!

Эрдни замолк. Словно оборвалась струна, державшая его. Он медленно опустил голову на сложенные лапы и впервые за долгое время позволил себе заплакать. Не рыдать, а просто плакать — тихо и безнадёжно, так, как плачут все, когда приходит большое горе. Он не помнил, что произошло дальше. Помнил только проклятый листок, сжатый в его лапе, и портал, что вскоре забрал его.

Вот знакомое ощущение выплёвывания. Эрдни снова оказался в воздухе, кувыркнулся и приземлился на землю. Неловко, но твердо, на все четыре лапы. Из его сжатой лапы выпал листок, его на мгновение подхватил ветер, он завис в воздухе и бесшумно упал на землю.

Не оглядываясь, Эрдни одним резким движением развернулся к порталу, из которого только что вылетел. Пучина уже почти сомкнулась, навсегда отрезав путь в Мир Мёртвых. Но Эрдни было всё равно. Он в отчаянии пытался заставить арку вновь ожить.

-Давай же, откройся! - кричал он, ударяя лапами по холодным металлическим столбам. - Впусти меня! Откройся!

Он ударил с такой силой,что металл треснул, оставив на поверхности паутину изломов.

Киара, стоявшая поодаль, заметила вернувшегося товарища и его отчаянную суету. Она медленно подошла к нему.

-Эрдни... Что случилось? Ты в порядке?

-Нет! Ламберт, он ещё там! Я должен его вытащить!

Киара всё поняла. Тяжёлая ситуация: она прекрасно знала, что Эрдни готов был растерзать любого, кто встанет на его пути. Нужно было действовать осторожно.

А Эрдни продолжал метаться в беспомощных попытках переломить саму судьбу.

-Эрдни, хватит! С этим ничего нельзя поделать! Уже слишком поздно! - слегка повысила голос она, пытаясь до него достучаться.

-Нет! Он не потерян! Его можно вернуть! - не сдавался Эрдни.

-Он мёртв, Эрдни! - крикнула Киара, и в её голосе прозвучала не злость, а твёрдая, неоспоримая правда.

Эрдни замер. Её слова, словно ледяная вода, обожгли его. Может, она права?

-Нет... Нет. НЕТ! - последнее слово вырвалось из его глотки громким, зверским, чужим рыком.

Что-то переломилось. Тело Эрдни начало окутывать тёмное, почти чёрное вещество, источающее фиолетовое свечение. Чешуя, крылья, лапы — всё почернело, как беззвездная ночь. Глаза загорелись ослепительным белым светом, словно раскалённые добела звёзды. Он поднялся в воздух на чистой энергии, даже не шелохнув крыльями. Несколько чёрных камней сорвались с земли и застыли в воздухе вокруг искажённого дракона.

-Нет! Я открою этот портал, и никто мне не помешает! Ты меня не остановишь! - прорычал искажённый голос.

Киара отступила на шаг, то ли от страха, то ли узнав в чёрном силуэте знакомые черты Тёмного Двойника.

-Конечно, я не остановлю тебя. Остановиться можешь только ты сам, Эрдни! - крикнула она ему навстречу.

Искажённый Эрдни замер, а затем начал едва заметно мотать головой, будто внутри него бушевала война, и сомнения разрывали его на части.

-Эрдни, хватит! Ты не должен этого делать! - настаивала Киара, и в её голосе снова зазвучала надежда.

Тьма дрогнула. Поначалу медленно, неохотно, но она стала отступать, словно туман, развеиваемый утренним ветром. Вскоре Эрдни полностью пришёл в себя, освободившись от влияния двойника, и тяжело опустился на землю.

Киара медленно, очень осторожно подошла к нему.

-Эрдни... Нужно идти дальше. Он... хотел бы, чтобы мы шли дальше - тихо сказала она.

-Это не должно было так закончиться... Чёрт... Мне так одиноко - прошептал Эрдни, опуская голову.

-Ты не одинок - твёрдо ответила Киара.

Без тени сомнения она крепко прижалась головой к его шее. Эрдни в ответ обнял её своей головой, найдя в этом жесте тихую, хрупкую опору. Они простояли так, казалось, целую вечность, пока их не заставил отпрянуть друг от друга шорох справа. На том месте, куда упал листок, сидел бородатый мужчина в мантии, в недоумении почесывая голову и оглядываясь по сторонам.

Он повернул голову в сторону драконов, замер на мгновение, а затем поднялся, отряхнул мантию и уверенным шагом приблизился к ним.

-Ты... - его зеленые глаза, словные два изумруда, уставились на Эрдни. - Ты тот самый Золотой Дракон? Тот, о ком говорится в пророчествах?

-Э-э, не знаю насчёт «Золотого», но, наверное, да - немного смутился Эрдни. - А вот Избранный — это точно. Вернее, мы, - он кивнул в сторону Киары. - Но погоди, откуда тебе это известно? Ты же имирец...

-Я не просто имирец, я маг, не забывай. Годы своей жизни я потратил на изучение пророчеств иных миров. Я всегда предсказывал, что Эрион станет виновником Всемирной Катастрофы! И ведь не ошибся, не так ли? - вопросительно взглянул он на драконов.

-Ну... Сам Эрион мёртв, а его душа запечатана в мощнейшем артефакте, так что лично он нам не досаждал - взяла слово Киара. - Но он успел породить нового злодея и призвать своих приспешников.

Маг, который расхаживал перед ними, резко замер, словно наткнувшись на невидимую стену. Он развернулся так быстро, что полы его мантии взметнулись.

-Приспешников?! Культ Теней здесь?!

-К сожалению, да - констатировал Эрдни.

-Сколько их? Все пятеро?

-Было пятеро. Нам удалось двоих устранить, так что осталось трое.

-Убить членов Культа...? Значит, пророчества не лгали. Вы и вправду те самые Избранные.

-А что в этом такого? - нахмурилась Киара.

-Не всякое живое существо способно помериться силой с Культом, дракон. Если вы одолели их, значит, вы двое обладаете силой, с которой нужно считаться.

-Что ж, это лестно - заметил Эрдни. - Но трое всё ещё на свободе и терроризируют миры. Их нужно остановить.

-А что вам мешает? - полюбопытствовал имирец.

-Мы именно для этого и вызволили тебя из Мира Мёртвых. Нам нужна помощь. Помощь имирца. Ты же хочешь остановить Эриона?

-И чем я могу быть полезен? И, кстати, за своё спасение я чрезмерно благодарен.

-Ты должен быть в курсе имирской системы связи между войсками - начал Эрдни. - Видишь ли, после поражения трое Теней отступили и затаились. Нам нужно выманить их в открытую, подставить последнюю битву. Я уверен, Вторая Тень точно клюнет на твой сигнал.

-Хм, хитрая затея - мужчина задумчиво почесал подбородок. - Что ж, вы вытащили меня. Подарили вторую жизнь. А я человек принципа. Должен отплатить той же монетой. Я помогу вам.

Эрдни и Киара обменялись короткими, но радостными взглядами.

-Отлично. Думаю, Соларис будет рад тебя видеть.

-Соларис? И он здесь?

-Да, и не только он.

-Он твой наставник, не так ли? - уточнил маг, глядя на Эрдни.

-Да. И я этим горжусь.

-Нужно отдать Соларису должное. Воспитать такого воина — дорогого стоит.

-Это комплимент? - улыбнулся Эрдни.

-Воспринимай как хочешь - развёл руками маг.

Тут Эрдни вспомнил о Флойде. Он отошёл с Киарой в сторону.

-Как он? - тихо спросил он.

-Держится - так же тихо ответила Киара.

-Кто такой Флойд? - переспросил маг, подходя ближе.

-Пойдём, покажем - коротко бросил Эрдни.

Они отошли от арок портала к самому краю парящего острова. Там, с аккуратно подложенным под голову камнем, лежал Флойд. Он был уже в сознании, глаза его были открыты, и он мог двигаться. Заметив приближающихся, он сначала сел, а затем попытался встать, но Киара едва заметным жестом остановила его.

-Что с ним? - шёпотом спросил маг.

-Он помогал открыть портал в Мир Мёртвых. Точнее, это он его и открыл - так же тихо объяснила Киара.

-Что? Но как он остался жив? Это невозможно! - не скрывал удивления имирец.

-Он некромант, сотканный из тысячи душ. Мир Мёртвых забрал лишь часть его, отняв память, но пощадив жизнь - пояснила Киара.

-Ох... Можно я поговорю с ним? - попросил маг у драконов.

Эрдни и Киара снова переглянулись и затем кивнули в унисон.

Имирец, которого звали Эраст, медленно подошёл к Флойду и присел перед ним на корточки.

-Здравствуй, Флойд - мягко начал он.

-Здравствуй... - тихо отозвался Флойд, и в его глазах плавало лишь недоумение. - А ты кто?

-Меня зовут Эраст. Я твой учитель и наставник. Ты просто не помнишь этого.

-Учитель... Здравствуй, Эраст. Ты прав, я действительно ничего не помню.

-А это - маг повернулся, указывая рукой на драконов - твои товарищи. Эрдни и Киара. Ты их не узнаёшь, но я уверяю, вы были верными друзьями. Это ты помог им добыть нечто из иного мира.

-Да-а... Что-то смутное всплывает, но всё равно плохо. Привет, Эрдни. Привет, Киара.

-Привет, Флойд - почти хором ответили они.

-Не тревожься, мы поможем тебе вспомнить. Хотя часть твоей магии, увы, утеряна безвозвратно. А теперь нам пора. Позволь помочь тебе подняться - Эраст протянул руку.

Флойд взял его за руку и уверенно, твёрдо встал на ноги. Это зрелище вселило в остальных надежду.

-Можем двигаться? - спросил Эрдни.

-К счастью, нам даже не придётся никуда идти. Я могу телепортировать нас отсюда. Скажите лишь, куда.

-Старое училище, в десяти минутах отсюда, - указала Киара.

-Так вот где вы укрылись! Я однажды встречался там с Соларисом. Что ж, отлично. Подойдите все ближе!

Четверо тесно прижались друг к другу. Маг закрыл глаза, сжал кулак. Через несколько секунд его руку окутала синяя, пульсирующая энергия. По щелчку пальцев пространство вокруг вспыхнуло ослепительным светом, и их подхватила воронка мгновенного перемещения.

Первый шаг к последней битве с Тенями был сделан.

Надежда и Союзники

Белое свечение телепортации рассеялось, и вместе с ним затих низкочастотный гул. Перед глазами проступили знакомые очертания, и Эрдни понял, что они стоят в одном из главных коридоров училища — том самом, что был увешан поблекшими знамёнами былых побед.

-Мы на месте - произнес имирец и уверенно зашагал вперед. Драконы последовали за ним. Флойд тоже перенëсся с ними, но, идя позади строя, он отделился, сказав Эрдни, что идёт мыться от грязи и пыли, облепившей его тело.

Коридор привел их к массивным дубовым дверям, из-за которых доносился гул десятков голосов, лязг доспехов и громыхание передвигаемой техники. Маг уперся плечом в створку, толкнул, и троица шагнула в зал.

Главный зал училища был полон. Вокруг огромного стола с картой столпилась вся верхушка Сопротивления: Эльдора, все четверо Хранителей, гвардия и офицерский состав. Среди них Эрдни узнал капитана Горна, нескольких других фавнов-офицеров, лейтенанта Фенора и двух новых драконов в золотых отличительных пластинах. Один был серебристым, с голубыми глазами крыльями, похожими на сжатый воздух. Другой — тускло-пурпурным, с землисто-серыми крыльями и пронзительными зелеными глазами. Все внимали Эльдоре, которая, стоя в центре, указкой водила по гигантской карте Империи, испещренной флажками. Большую часть территории захватили фиолетовые флаги с изображением уродливого ока — знамёна Культа. Их было не пять-шесть, а целые плотные группировки. Лишь на востоке, сжавшись в стальной кулак, держались белые флаги с синей звездой — знамёна Сопротивления. Эльдора двигала указкой, показывая то на одни скопления, то на другие, и в зале царила напряженная тишина, прерываемая лишь её голосом.

Распахнувшиеся двери заставили всех обернуться. Повисло молчание.

Несколько стражников-фавнов, заметив незнакомца, подняли копья, готовясь к атаке, но, увидев Эрдни и Киару, вопросительно опустили оружие. Из толпы вышел Соларис.

-Стража! Отставить! Это союзник!

Фавны немедленно отступили.

Имирец прошёл между ними с невозмутимым видом и подошёл к столу. Эрдни и Киара последовали за ним.

-Рад тебя видеть, Соларис - произнёс он.

-Взаимно, Эраст. Жаль, конечно, что встречаемся в таких обстоятельствах.

-Ваши миры охвачены войной, и всё благодаря Эриону?

-Ты оказался пророком, друг.

-И такое случается. Но я всё ещё не вполне понимаю, зачем я вам понадобился. Сражаться с Культом я, увы, не в силах.

-Ты нужен нам, чтобы заманить оставшихся Теней в ловушку. Эльдора, объяснишь?

-Разумеется - отозвалась она, вновь подходя к карте.

-Итак, как я уже говорила - её взгляд скользнул по собравшимся - Культ всё ещё занимает огромные территории. Их войска рассредоточены по всем городам и провинциям - она провела когтем по скоплениям фиолетовых флажков. - Поэтому сражаться с ними будет сложно; мы не можем предугадать, где засядут их командующие — две главенствующие Тени.

-Ситуация и впрямь непростая. И каков ваш план? - поинтересовался маг, вглядываясь в карту.

-Что ж - Эльдора вновь обвела взглядом собравшихся - нам нужно заставить Тени сгруппировать свои армады в одном месте. По данным разведки, Культ не планирует крупных наступлений. Это наш шанс приготовить ловушку, захлопнуть капкан и отбить Варклав. Тут-то нам и пригодится имирская магия - она посмотрела на Эраста, и в её глазах вспыхнула искра.

-Дай угадаю... Имирская система связи гарнизонов?

-Так точно. Вы сможете послать фальшивый сигнал, чтобы его перехватила Тень-маг?

-Безусловно. Надеюсь, за время в Мире Мёртвых я не разучился. Остался один вопрос: когда вы планируете начать операцию?

-Подготовка начнётся в ближайшие часы. Войска выступят на столицу завтра - отчеканила Эльдора.

-Понял вас... Э-э, Эльдора, верно?

-Верно. Итак, офицеры, внимание! - крикнула она. - Капитан Горн, генерал Нерва! В казармы, готовить воинов! Пусть солдаты будут бодры, кони сильны, мечи наточены, а копья остры! - фавны отдали честь и поспешили прочь. - Фенор! На тебе воздушный взвод! Проверь всё и устрани неполадки! Я на тебя рассчитываю! - Фенор молча кивнул и удалился. Эльдора повернулась к молодым драконам. - Эрдни, Киара, для вас есть особое задание.

Тут Соларис мягко коснулся её плеча.

-Я сам с ними поговорю. Иди, у тебя ещё много дел.

Эльдора кивнула и, попрощавшись жестом, увлекла за собой Эраста. Имирец и сестра Эрдни удалились, оставив в зале Эрдни, Киару, Солариса и двух незнакомых драконов.

-Очень рад снова видеть вас здесь - начал Соларис. - И видеть с новым успехом. Благодаря вам победа становится ближе. Как вы себя чувствуете?

-Всё в порядке - ответили они почти хором.

-Я рад, что всё движется к концу. Мы победим в этой войне, обещаю. И тогда Империя сможет, наконец, перевести дух - сказал Эрдни.

-Разделяю твою уверенность. Но нам ещё есть над чем поработать. Позвольте представить - Соларис жестом указал на двух драконов. - Церис и Зейн, командующие и представители Нижнего Мира.

-Честь познакомиться - с лёгким поклоном сказал Эрдни.

Киара последовала его примеру.

-Это для нас честь — встретиться с Избранными - заговорил серебряный дракон. Голос оказался мягким и звонким, принадлежавшим молодой драконессе. Это была Церис.

-Для вас это может стать потрясением - забасил пурпурный Зейн - особенно для тебя, Киара, ведь это твой дом. Но я вынужден сообщить: Нижний Мир полностью аннексирован силами Культа и пал под его знамёнами.

-Что?! - не поверила Киара.

-Понимаю, это тяжело принять. Не тревожься, твои родители в безопасности. Они здоровы и сражаются в рядах Освободительного Альянса.

-Мы должны вернуть Нижний Мир! - воскликнула Киара с яростью и решимостью.

-Именно поэтому мы и попросили вас остаться. Мы знаем, на что вы способны. Мы верим, что именно вы сможете помочь нам лучше, чем кто-либо другой.

-Чем мы можем помочь? - спросил Эрдни.

-Как бы это сказать... - вмешалась Церис. - Третью Тень назначили главнокомандующим армад, захвативших наш мир. Теперь она его правительница. Ей дозволено всё: любые злодеяния и террор населения. Среди нас нет никого, кто мог бы с ней справиться, а на открытый бой она не выходит. Только вы — наша надежда.

Воцарилось короткое,тягостное молчание.

-Я... не уверен, что мы сможем, но мы попробуем. Да, Киара? - он повернулся к подруге.

-Мы обязательно попробуем! И у нас всё получится! - Киара была непреклонна.

-Если вы готовы, мы можем отправляться - заявил Зейн, и его зелёные глаза сверкнули.

-Церис, Зейн, вы не против, если я на пару слов задержу их? - вежливо спросил Соларис.

-Конечно - отозвалась Церис. - Только ненадолго, время не ждёт.

Соларис посмотрел на Эрдни и Киару и без слов, одним лишь кивком в сторону двери Архива, направил их за собой. Дверь с тихим скрипом закрылась за наставником и его учениками.

Пыль веков висела в воздухе Архива, смешиваясь с запахом старого пергамента и воска потухших факелов. Слабый свет, пробивавшийся сквозь высокое окно, выхватывал из полумрака морщинистую морду Солариса и юное, напряженное лицо Эрдни. Между ними лежал массивный фолиант, его страницы пожелтели от времени. Киара стояла чуть поодаль, понимая, что её время ещё не пришло.

-Однажды - начал Соларис, его голос, обычно твердый, теперь звучал глухо, как далекий гром - много, много лет назад, жил дракон. Не просто сильный. Его мощь... она превосходила всё, что видели или могли вообразить даже старейшины. И началось это не с рождения. Сначала... он овладел Огнем. Странно, правда? Ведь чешуя его не была багряной или рыжей, как моя. Нет. Он вырвал эту стихию у мира, подчинил своей воле.

Соларис провел когтем по странице, не читая, а вспоминая.

-Потом пришел Лед. Потом – Молния. Одна за другой стихии склонялись перед ним. Окружающие шептались, что это дар богов... или проклятие. Многие видели в этом нечто сверхъестественное. Непостижимое... - он поднял взгляд, его старые глаза, цвета тлеющих углей, встретились с золотистыми глазами Эрдни. - Эта история... она звучит знакомо, не так ли?

Эрдни почувствовал, как холодок пробежал по спине. Он знал ответ. Знание это жило в нем где-то глубоко, в самой крови.

-Это был... золотой дракон - прошептал он, почти не веря своим словам. - Как я...

-Первый - подтвердил Соларис, и в его голосе прозвучала горечь. - Первый Золотой. В самом начале, когда его дар только проявился, он был под нашим крылом. Под строгим контролем нас, Хранителей. Мы учили его не только силе, но и ответственности. Учили слышать голос стихий, а не просто приказывать им... - он замолчал, глядя в пустоту за окном, где клубились вечерние туманы. - Но потом грянула Война Эриона. Кровавая, долгая. Она оторвала нас от ученика надолго. Слишком долго. Юный ум, лишенный того внимания и руководства, что были ему жизненно необходимы... начал искать развлечения сам. Дети любопытны, Эрдни. Ты знаешь это по себе. А он... он был полон юношеского пыла, жажды открытий. И он гулял. Путешествовал. Забирался туда, куда ни одна разумная лапа не должна была ступать. Особенно лапа столь... одаренного.

Когда война наконец стихла, дымящаяся пеплом и болью, мы вернулись к нему. Удвоили усилия. Но дракон, которого мы оставили пытливым отроком, вернулся к нам почти взрослым. Самостоятельным. Уверенным в своем пути. И он... перестал слушать как прежде. Старые наставники стали для него лишь тенью былого авторитета - голос Солариса стал тише, жестче. - И вот однажды... он исчез. На несколько дней. Мы метались, искали... А позже узнали, куда он направился. Да, Эрдни. В Запретный Лес. Туда, где вековыми чащами и древней магией мы заточили самого Эриона. Мы уже собирали отряд, уже точили когти для похода в ту гиблую чащобу... как он вернулся. Сам. Целый. На вид – таким же, каким был до ухода. Почти...

Соларис сжал когти, и костяшки побелели.

-Но с тех пор... что-то начало меняться. День ото дня он... тускнел. Не физически, нет. Его душа. Взгляд становился жестче, холоднее. Вспышки гнева – чаще, неспровоцированнее. Его и без того чудовищная мощь росла, но она пожирала его изнутри. Уничтожала то, что делало его... им. Сострадание. Разум. Саму суть дракона. Когда он окончательно отказался слышать наши предостережения, когда его сила стала угрозой для всех, кто его любил... его изгнали из Варклава. Сердца Империи. И он ушел. Ушел в Верхний Мир. Там, среди скал и вечного мрака, он возвел свою крепость. И построил армию. Но не из драконов. Нет. Из демонов... Существ тьмы, готовых растоптать миры ради его воли.

-Ты говоришь о Лорде Тьмы... - Эрдни произнес это имя как приговор, как ключ, открывающий дверь в бездну.

-Да - выдохнул Соларис, и в этом слове был весь груз столетий. - В один миг мир погрузился в хаос. Лорд не отступил от своих чудовищных планов. Он обрушился на миры, как чума. Спустя мучительные месяцы ещё более кровавой войны нам удалось оттеснить его, вытолкнуть из Среднего Мира дальше, в сумрак Нижнего. Но там... там его темная мощь, его яд, встретились с самой природой этого места. Скорбью, отчаянием, болью заблудших душ. И эта смесь... она разорвала землю. Создала...

-Колодец Душ... - сказал Эрдни, его взгляд упал на пожелтевшую страницу фолианта, где эти слова были выведены дрожащей рукой древнего летописца.

-Колодец Душ - повторил Соларис, кивнув. - Бездна, где страдания трех миров находили свой мнимый покой. Но и это не остановило его. Когда он попытался захватить и стереть с лица земли Никсарат, жемчужину Нижнего Мира... мы нашли союзников. Старейшин этого мира. У них был артефакт... уникальный кристалл-тюрьма, способный заточить даже самую могущественную душу. И там, на руинах Никсарата, мы сошлись в последней схватке. Его тело... оно уже было истощено той самой болезнью, что он нес в себе, тем ядом Корня. Он не смог использовать всю свою мощь. И в тот миг... мы совершили невозможное. Мы заключили его душу в вечную темницу кристалла. А его тело... то, что от него осталось... стало лишь немым укором и напоминанием о цене падения - Соларис опустил голову, его взгляд утонул в трещинах каменного пола. Так смотрит лишь тот, кто вновь переживает невыносимый ужас и горечь потери.

-И всё... так обернулось? - спросил Эрдни, его голос дрогнул. Он пытался осмыслить масштаб трагедии – путь от первого Золотого, почти как он сам, до воплощения тьмы.

Соларис медленно поднял глаза. В них читалась усталость, глубокая, как сама бездна.

-О, нет, юнец. Это был лишь первый акт трагедии. Многие годы мы сражались с остатками его армий, разбросанными по всем трем мирам. Реки крови, горы пепла – всё это было его наследием, его отчаянной попыткой не дать пророчествам сбыться, уничтожить саму надежду. И когда нам, ценой невероятных жертв, начало казаться, что мы берем верх... пришел он. Сколл. Падший Бог. Не просто сильный – неумолимая, стихийная сила природы. И с ним... его легионы.

Старый дракон сделал паузу, его дыхание стало тяжелее.

-Волколаки. Раса, отвергнутая многими, считавшаяся изгоями, вороватыми и лживыми тварями второго сорта. Но чего у них нельзя было отнять, так это их дикой, необузданной военной мощи. И Сколл дал им знамя. С ним каждая наша победа оплачивалась реками крови. Каждый шаг вперед стоил тысяч жизней. Но... Сколл совершил ошибку. Гордыня. Она ослепила его. И нам удалось заманить его в ловушку. В самое сердце Бездны Верхнего Мира, туда, откуда нет возврата. Мы запечатали его там, надеясь навеки - Соларис замолк, его взгляд, полный неизбывной скорби и тревоги, впился в Эрдни. - А что случилось потом... что случилось дальше... ты и сам теперь прекрасно знаешь, Эрдни. Ты живешь в этих последствиях. Ты – часть того, что произошло дальше.

Тишина Архива сгустилась, стала почти осязаемой, тяжелой, как свинец. Пыль медленно кружила в луче умирающего света, и каждая частица казалась воплощением прошедших веков.

-Я... - голос Эрдни сорвался, он сглотнул, пытаясь выдавить из себя хоть что-то. - Но почему именно я? Почему никто другой? Ведь золотым драконом мог родиться кто угодно, в одно время со мной!

Соларис будто ждал этого вопроса. Он медленно, с невероятной тяжестью опустил взгляд, словно ища ответ в трещинах древнего каменного пола.

-Я так не хотел, чтобы этот день настал. Молился всем предкам, чтобы тебе не пришлось это услышать. Но твой путь не оставляет выбора... - старый дракон сделал глубокий вдох, и его следующий выдох прозвучал как стон. - Эрдни... Ты родился Золотым Драконом, потому что твой отец и Лорд Тьмы... были родными братьями.

Слова повисли в воздухе, густые и ядовитые, как смрад из бездны. Они не хотели складываться в смысл, отскакивали от сознания, как камень от брони.

-Что? - выдохнул Эрдни. Голоса не было, лишь беззвучный шепот. Он отшатнулся, будто от физического удара. - То есть... я... племянник этого монстра?

-Прости меня. Прости, что ты узнал это так поздно... - голос Солариса был полон неизбывной горечи. - Но именно эта связь, этот проклятый род наделил тебя невероятным потенциалом. Природа запомнила ту кровь, что должна была нести баланс. И она совершила вторую попытку. Попытку исправить величайшую ошибку мироздания. И у неё... у неё получилось. Ты вырос не его наследником. Ты вырос его искуплением. Достойнейшим носителем крови Золотого Дракона.

Эрдни молчал. Его взгляд, пустой и потерянный, утонул в жёлтой странице фолианта, но он не видел ни букв, ни строк. Он видел лишь бездну, что внезапно разверзлась у него под ногами.

В этот момент шаг вперед сделала Киара. До сих пор она оставалась в тени, поглощенная услышанным, но теперь её голос, тихий, но твердый, прорезал тягостное молчание.

-А зачем тогда нужна я?

Соларис медленно повернул к ней голову, и в его усталых глазах мелькнуло нечто, похожее на облегчение.

-О, Киара. Я не зря позвал тебя сюда. Твое предназначение не менее велико - он с трудом перелистнул несколько десятков страниц, остановившись на разделах, что казались чуть менее древними. Бумага была белее, а чернила — не такими выцветшими. Вверху страницы четко значилось: «Нижний Мир. Феномен Индиговых».

-В последние десятилетия в наших хрониках и мифах начали появляться смутные упоминания. Слухи. Шепот. Об Индиговом Драконе. Явлении настолько редком, что его считали почти вымыслом. Легендой - Соларис посмотрел на Киару, и его взгляд стал пронзительным. - Благодаря Лорду, вернее, тому яду, что он принес в мироздание, легенда стала явью. Ты — первая за тысячи лет. Индиговые рождаются в Нижнем Мире в предначертанный час, когда в Среднем является Золотой. Вы — две стороны одной судьбы. Инь и Янь. Ты родилась не случайно, Киара. Природа не оставляет без внимания ни одну рану, нанесенную миру. И отравление Нижнего Мира силой Лорда... эта катастрофа и стала горнилом, в котором отковали твою душу - Соларис замолкает, давая им вдохнуть. - Вы с Эрдни — два Избранных. Золотой и Индиговый. Две половинки ключа, что должен запереть дверь во Тьму и открыть эпоху мира.

Эрдни и Киара переглянулись. И в этом мгновенном взгляде было всё: шок, тяжесть услышанного, но также и нерушимая связь, невидимая нить, что сплела их судьбы воедино. И было в нем что-то еще. Тихое, железное решение.

-Лорд Тьмы должен быть остановлен - проговорил Эрдни, и его голос впервые за этот разговор обрёл прежнюю твердость. Он поднял голову, и в золотых глазах зажёлся огонь решимости. - Мы должны положить этому конец!

-Согласна! - откликнулась Киара без тени сомнения.

-Что ж - Соларис медленно кивнул, и в его позе читалось одновременно и одобрение, и тревога. - Тогда ваш путь лежит с Церис и Зейном. Помогите освободить Нижний Мир. Это — наш важнейший союз. И постарайтесь уничтожить Тень, что управляет им из своей цитадели. Она должна укрываться в самом сердце скверны — в Колодце Душ.

Молодые драконы в унисон кивнули — коротко, по-военному чётко. Слова были излишни. Они развернулись и направились к выходу, их тени, длинные и устремлённые вперёд, легли на пыльный пол.

-Удачи! - крикнул им вдогонку Соларис, когда дверь уже начинала с скрипом закрываться.

Затем, когда щёлкнул замок, он прошептал так тихо, что слова растворились в воздухе, не долетев даже до пыльных стеллажей:

-Да присмотрят за вами предки... Да присмотрят они за всеми нами.

Эрдни и Киара вышли из прохладной тишины Архива в напряженную атмосферу главного зала. Церис и Зейн ждали их, застыв в терпеливом, но готовом к действию ожидании. При их появлении Церис обернулась, и в её голубых глазах вспыхнула искра решимости.

-Вот и вы. Ну что, готовы? Пришло время вернуть наш мир - сказала она, и в её голосе звенела сталь.

-Мы готовы - твёрдо ответил Эрдни. - Но как нам добраться до портала? Земли Империи кишат армадами Культа!

-Нам не нужны чужие порталы - ободряюще произнёс Зейн. Его низкий голос наполнил пространство. - Мы с Церис откроем путь прямо отсюда.

Пурпурный дракон с силой ударил лапой о каменные плиты пола. Его рога на мгновение вспыхнули алым пламенем, и прямо перед ними, с глухим гулом, разверзлась сама материя пространства. Из ничего поднялся портал — идеальный круг, обрамленный черным, отполированным до зеркального блеска камнем, в который были вкраплены мерцающие белые самоцветы. Внутри клубилась и пульсировала плотная, живая пурпурная материя.

Церис кивнула, и, не колеблясь, отряд шагнул в сияющий разлом. На этот раз не было привычного выворачивающего ощущения падения — лишь плавное скольжение по невидимому мосту из чистого света. Через мгновение свечение рассеялось, и перед ними предстал Нижний Мир во всей своей мрачной, фиолетовой красе.

Четверо драконов оказались на просторном скальном выступе, превращенном в хорошо укрепленный лагерь. Повсюду виднелись штабные палатки, груженые припасами телеги, сложенное оружие и знамёна с узнаваемой синей звездой Освободительного Альянса. Это было сердце сопротивления.

Церис и Зейн, уверенно ориентируясь в лабиринте шатров, скрылись в одном из самых крупных, искусно замаскированных под скальную породу. Эрдни и Киара последовали за ними.

-Добро пожаловать в наш передовой наблюдательный пункт - сказала Церис, жестом приглашая их к широкому проёму в скале, заменявшему окно. - Подойдите, посмотрите.

Эрдни и Киара повиновались, и дыхание у них захватило.

С высоты уступа открывался вид на Никсарат. Вернее, на то, что от него осталось. Город лежал практически у подножия их горы. Эрдни вспомнил его во всём былом великолепии — столицу, чья красота и величие могли поспорить с Варклавом. Но в Никсарате было что-то особенное, неповторимое: игра света на уникальных шпилях, захватывающая дух архитектура, сама аура этого мира, навсегда осевшая в памяти. Теперь эта красота была изувечена. В зданиях зияли чёрные пробоины, улицы полыхали алыми пожарами, а в фиолетовом небе метались драконы-защитники, уворачиваясь от пролетающих Грязнокрылов и огненных снарядов.

Взгляд Эрдни скользнул вниз, к массивным воротам из серого дерева. Там, под присмотром воинов Культа в тёмных латах, двигалась бесконечная колонна существ. Они были невысокого роста, с серой кожей и глазами цвета ночи или аметиста. Сотни обитателей Нижнего Мира, изгнанных из собственного города, были обращены в рабство. Одни, скованные цепями, с трудом передвигались; другие, под угрозой клинка, таскали неподъемные тяжести.

Эрдни почувствовал, как Киара, стоявшая рядом, вся напряглась. Он видел боковым зрением, как её лапы сжались в кулаки с такой силой, что деревянный подоконник под ними с треском подался.

-Вот что они сделали с нашей жемчужиной - голос Церис был тих, но ядовит. - Пора положить этому конец. Наши бойцы сражаются в самом сердце города, в окружении. Эрдни, Киара, мне нужна ваша помощь, чтобы пробиться к ним и возглавить контратаку. Вы со мной?

-До последнего вздоха - ответил Эрдни, не отрывая взгляда от пылающего города.

Церис кивнула, полная благодарности, и повернулась к напарнику.

-Зейн... Прошу, отправляйся в Главный Лагерь. Собери все резервы, всех, кто может держать оружие, и веди их сюда. Координируй атаку со всех направлений - она сделала крошечную паузу, и её взгляд смягчился. - И не волнуйся. Со мной всё будет в порядке.

Последние слова она произнесла тихо, но с непоколебимой уверенностью. Поворачиваясь к молодым драконам, она легким, почти невесомым движением крыла коснулась плеча Зейна — молчаливый жест поддержки и напутствия.

В этот момент снаружи, из глубины города, донёсся оглушительный взрыв, заставивший всех вздрогнуть и обернуться.

В центре Никсарата, в эпицентре боя, из одного из зданий вырвался гигантский столб дыма и пламени. И из этой хаотичной массы, рассекая фиолетовое небо, взметнулась ввысь одинокая фигура, больше похожая на человека. Рассмотреть её было трудно, но Эрдни успел заметить облегающую чёрную броню, жилет и наплечники, отороченные кроваво-красным, и развевающийся плащ. В одной руке она сжимала длинную косу из синевато-мерцающего металла, в другой — нечто, напоминающее светящийся пурпурный куб, пульсирующий зловещей энергией. Фигура замерла в воздухе, дождалась двух таких же тёмных силуэтов и стремительно устремилась на север города.

-Это ещё кто?! - воскликнула Киара.

Церис повернулась к ним, и её лицо исказила маска чистой ненависти.

-Натрикс... - прошипела она. - Бывший генерал Сколла.

-Генерал Сколла? - не понял Эрдни. - Их же было двое, и мы покончили со всеми!

-В той войне она предала своего повелителя и сбежала, поэтому меч возмездия миновал её.

-Что ж, теперь мы исправим эту ошибку! - ярость зажглась в глазах Киары.

-Натрикс была верна не Сколлу, а самому Лорду Тьмы - мрачно пояснил Зейн. - Поэтому и переждала бурю в тени, когда Арагон пал. А теперь выползла на свет, чтобы вновь служить своему истинному хозяину.

-Мы найдём её - холодно пообещала Церис. - Ладно, Зейн, в путь. Эрдни, Киара — вы со мной!

Тем временем на севере Никсарата стихла очередная волна боя. Воздух, густой от дыма и гари, медленно оседал на руины и тлеющие головни. Именно сюда, на улицу, усыпанную осколками плитки и щепками, опустилась та самая фигура в черном жилете и плаще. Натрикс с размаху вонзила в землю лезвие своей синей косы, с насмешкой окинула взглядом опустошение и подняла пурпурный куб, изучая его пульсирующее сияние.

Двое её спутников, облаченных в менее яркие, но столь же мрачные доспехи, с костяными крыльями за спиной, приземлились рядом.

-Что мы делаем?! - прохрипел один из них. - Сестра, это не входило в приказ!

Натрикс резко обернулась и сделала шаг навстречу, заставив его отступить.

-Мне плевать, что бормочет тот увалень с секирой! - её голос, чистый и резкий, резал воздух, как лезвие. - Этот куб — наш шанс раздавить Альянс одним ударом, выманив их предводителя в ловушку!

Лезвие косы с лязгом прочертило борозду в камне.

-Но это безумный риск, сестра! - встрял второй воин.

-Не спорю. Зато представь, что будет, если всё сработает! Мы ступим туда, где ещё не бывала нога воина Культа! Никсарат будет нашим! - в глазах Натрикс плясали адские отсветы.

-Ладно. Мы с тобой - сдались спутники.

-В том не сомневалась. А теперь — к остальным. Небеса скоро вновь будут нашими.

Войны взмыли в воздух и растворились в задымленном небе. Натрикс проследила за ними взглядом, сжала куб так, что костяшки на её руках побелели, и её губы растянулись в беззвучной ухмылке. Решающий момент приближался.

А в это время у стен города Церис, Эрдни и Киара в молниеносной и безжалостной атаке покончили со стражей, державшей заложников. Киара, метнувшись вперёд, швырнула последнего охранника, собиравшегося поджечь шашку динамита, в каменную кладку. Раздался оглушительный взрыв, и часть стены рухнула, открыв зияющий пролом — путь в сердце города.

Пленники, воспользовавшись моментом, нашли ключи у поверженных стражников и начали освобождать друг друга. К Церис подошёл мужчина в потрёпанном жилете, с тёмными волосами и пронзительными синими глазами.

-Церис, это правда ты? - произнёс он, и в его голосе слышалось изнеможение.

-Флинт. Рада, что ты цел.

-Взаимно... Но что вы здесь делаете?

-Я привела подмогу. Мы отвоюем Никсарат, обещаю. Со мной — Избранные.

Эрдни и Киара приблизились. Флинт окинул их взглядом, и затем, склонив голову, опустился на одно колено.

-Великая честь... Киара... Здравствуй.

-Здравствуй... Мы знакомы? - удивилась та.

-Я старый друг твоих родителей - пояснил Флинт, поднимаясь. - Не тревожься, с ними всё в порядке.

Он внимательно посмотрел на неё, и в его взгляде мелькнула теплая, отцовская грусть.

-Чёрт... Как же ты повзрослела - тихо сказал он. - Я передам им твой привет. А сейчас, прости, но мне пора.

Киара молча кивнула. Флинт развернулся к своим людям и крикнул, собрав вокруг себя остатки отряда:

-К оружию! Мы идём выручать наших!

Вскоре небольшой, но решительный отряд, вооружившись подобранным оружием, скрылся в проломе.

-Наш черёд - сказала Церис. - Вперёд, пойдём длинным путём. Уверена, Натрикс ждёт нас в центре.

Первые улицы им удалось преодолеть без помех — они были усеяны телами воинов Культа, что говорило о недавней победе Альянса. Но на следующем перекрёстке путь им преградил взвод культистов. Церис, не замедляясь, взяла на себя пятерых: сержанта и его приспешников.

Против Эрдни и Киары выступили трое. Первый, размахнувшись топором, пробил воздух — Эрдни уже был у него за спиной. Он схватил противника за руку, с силой швырнул его о мостовую, а затем отбросил в сторону Киары. Та, уже справившаяся с двумя другими, в прыжке обернулась Тенью и рассекла воина одним точным движением. Оставшие двое опомнились и попытались окружить её, но Эрдни уже был рядом. Он с силой уперся лапами в землю, и каменная кладка вздыбилась, сковывая ноги культистов. Этого мгновения хватило Киаре — возникшие из воздуха эфирные копья нашли свои цели.

Церис в это время вела свой изящный и смертоносный танец. Двое, попытавшиеся атаковать её с флангов, были подхвачены внезапно возникшей воздушной воронкой, скручены в бесформенный клубок и отброшены мощным ударом хвоста. Остальные стали жертвами невидимых взрывов сжатого воздуха и ловушек, рождавшихся по мановению её крыльев. Командир в позолоченном шлеме, украшенном награбленными драгоценностями, насмешливо поводил у себя у горла, дразня её. Его стремительная атака закончилась мгновенно: взмах крыла — и командира, подхваченного ураганным порывом, швырнуло в стену. Прежде чем он успел упасть, Церис, даже не глядя, послала вслед за ним тяжёлый обломок, навсегда прервав его путь.

На следующей улице на них спикировали два Грязнокрыла с десантом. Церис вновь занялась одним из них, а Эрдни и Киара встали спиной к спине. Один из летунов с отрядом на спине устремился на Киару. В ответ она создала четырёх теневых двойников, каждый из которых имел над собой эфирное копьё. Когда десантники приготовились к прыжку, она выпустила смертоносный залп, сметающий всё на своём пути. Задетый Грязнокрыл, визжа, потерял управление, и Эрдни, поймав момент, швырнул в него сгусток пламени, отбросивший тварь на землю.

Второй Грязнокрыл, ведомый своим наездником, пикировал на Церис. Та выждала до последнего, затем взметнула в воздух груду обломков и оружия и метнула этот смертоносный вихрь в летуна. Раздался оглушительный удар, Грязнокрыл с визгом врезался в башню, обрушив её часть. Наездник упал, и Церис, не оборачиваясь, добила его сферическим сгустком воздуха.

Так, отбивая улицу за улицей и поддерживая наступающие части Альянса, они вышли на просторную площадь, где кипела яростная схватка. И прямо в её центре, на каменном постаменте, лежал тот самый артефакт, украденный Натрикс. В воздухе висело ожидание. Все понимали — она должна появиться.

Церис оказалась права: положение Альянса в эпицентре боя было отчаянным. Площадь превратилась в гигантский котел, где в клубке дыма и хаоса схлестнулись десятки драконов и солдат с нескончаемыми полчищами Культа. Лязг стали, крики, свист стрел и рокот стихий слились в оглушительную симфонию войны.

Ворвавшись на площадь, Церис одним взглядом полководца оценила ситуацию.

-Нужно продержаться! Ждём Зейна! - крикнула она через плечо Эрдни и Киаре, прежде чем ринуться в самую гущу схватки, сметая врагов, словно ураган.

Их прибытие стало переломным моментом. Небольшой, но невероятно мощный отряд вдохнул в защитников второе дыхание. Бойцы, вырванные из тисков окружения, бросали Церис благодарственные взгляды и с новыми силами возвращались в бой. И в этот момент из прилегающих улиц, сметая отступающих культистов, хлынула свежая волна воинов Альянса — прекрасно вооруженные драконы, пехотинцы в прочных доспехах, и даже боец с подобием магической ракетницы. Во главе этого клина, облаченный в латы, шел Зейн.

-Как и договаривались! - его бас прорвался сквозь грохот битвы.

Церис, отбросив последнего противника, устремилась к артефакту. Но в тот же миг из-за руин двух домов взметнулась в небо тёмная фигура. Спустившись стремительным пике, она, как коршун, выхватила куб прямо из-под носа у Альянса и вновь взмыла ввысь, зависнув между башен. Натрикс с высоты окинула взглядом поле боя, и на её лице расплылась торжествующая ухмылка. Её план сработал.

Взмах косы — и по её сигналу из-за спины злодейки вырвалась туча крылатых воинов, устремившихся на бойцов Альянса.

Но защитники были готовы. По команде офицеров они встретили стаю шквальным огнём. Боец с ракетницей сделал залп, снесший с неба четверых и, уклоняясь от атаки пятого, добил его сокрушительным ударом ноги. Подразделение Зейна обрушило на врагов всю мощь стихий Нижнего Мира: ядовитые облака, эфирные кинжалы и сгустки чистой тени. Киара выплюнула ядовитую бомбу, ослепившую летуна и заставившую его врезаться в своих же, вызвав цепную реакцию. Эрдни и Церис, будто в смертельном танце, прикрывали друг друга, отбивая атаки. Чаши весов неумолимо склонялись в сторону защитников — потери Культа исчислялись десятками, в то время как воины Альянса стояли насмерть.

Вырвавшись из очередной схватки, Церис оказалась на мгновение в свободном пространстве. Она окинула взглядом поле боя: моральный дух и выучка её бойцов с лихвой компенсировали численный перевес врага. Зейн в своей прочной броне оказался рядом, покончив градом эфирных лезвий с двумя заклинателями, пытавшимися взять его в клещи.

-Церис! - крикнул он, отбивая атаку очередного крылатого демона. - Мы справимся! Иди! Добей Натрикс и верни артефакт!

Церис коротко кивнула.

-Эрдни, Киара, за мной! - её голос прозвучал как стальной приказ.

Троица ринулась на соседнюю площадь, превращенную в груду развалин, заваленную обломками и разбитой артиллерией. И в центре этого хаоса, словно насмехаясь, снова лежал злополучный куб.

-Позвольте мне покончить с этим - тихо, но твердо попросила Церис своих молодых товарищей. Эрдни и Киара, понимая, отступили, заняв позиции для прикрытия.

Церис прекрасно осознавала ловушку, но шагнула вперед. Боковым зрением она уловила едва заметное движение тёмного плаща. Рыбка клюнула.

Резкий разворот — и вот она, Натрикс, зависла в воздухе прямо перед ней. Теперь Эрдни разглядел её во всех подробностях: человекоподобное тело, высеченное из кости и чёрного вулканического стекла. Из-под капюшона на него смотрело безносое лицо-череп с угольными склерами и алыми зрачками. Сквозь разрез жилета виднелось не грудная клетка, а монолитный треугольник камня, в центре которого пульсировала белая звезда — её сердце.

Натрикс атаковала первая. Церис встретила удар её ноги, сложив крылья в щит из сжатого воздуха. Энергия взрыва отбросила их на противоположные концы площади. Приземлившись, Церис мгновенно подняла в воздух груду острых, как бритва, обломков и обрушила их на противницу градом «стрел». Но Натрикс даже не сдвинулась с места, лишь вращением косы отбила каждую атаку, синее лезвие оставляло в воздухе светящийся след. Церис поняла: магией её не взять. Пришло время стали.

На её лапе вспыхнул и зазвенел клинок, сплетенный из самого ветра, острее лучшей стали. Две воительницы ринулись навстречу.

Ядовито-синяя коса и белоснежный клинок сошлись, высекая сноп ослепительных искр. Их поединок превратился в смертельный танец — звон, грохот, вихрь движений. Церис пыталась использовать стихию, но Натрикс безжалостно парировала всё. Лишь после долгой изматывающей борьбы Церис удалось нанести первый урон — лезвие ветра оставило глубокую царапину на каменном теле генерала.

С рыком Натрикс отпрянула, выбросила из кармана ослепляющую сферу и за те секунды, что Церис была дезориентирована, раскрыла два портала. Один — за собой, другой — за спиной противницы. Вскочив в задний и выскочив из дальнего, Натрикс нанесла удар в спину. Церис успела лишь немного увернуться, и лезвие прочертило по её спине кровавую линию. От мощного толчка её отбросило на землю.

Церис, пошатываясь, поднялась на лапы и повернулась к Натрикс, та уже с насмешкой приближалась, чертя лезвием по камням.

-Хм, и ты не в силах победить даже генерала! - ядовито прошипела злодейка. - Не можешь защитить свой народ, взывающий о помощи. Не можешь освободить родной мир! И ты ещё зовёшь себя «Крыльями Спасения»? Смехотворный лидер Альянса!

Она подошла вплотную, занося косу для последнего удара.

-Я сделала для этого мира всё, что могла! - с вызовом парировала Церис, её взгляд упал на осколок толстого стекла, лежавший у её лап. - И сделаю ещё больше, отправив тебя в небытие!

В тот миг, когда коса пошла вниз, Церис создала вихрь. Он подхватил осколок, раскрутил его до невиданной скорости и, по ментальной команде, отпустил. Стеклянный снаряд со свистом вонзился в плечо Натрикс с такой силой, что отсек её руку по самый сустав. Костяная конечность с грохотом упала на камни.

Натрикс с ужасом уставилась на культяпку. Церис не дала ей опомниться. С новым криком ярости она ринулась в атаку. После короткой, яростной серии ударов Натрикс отлетела и взмыла в воздух, готовясь к решающему рывку. Церис сделала то же самое, но в последний момент, создав под своими задними лапами взрывной порыв ветра, она резко изменила траекторию, развернулась и, как стрела, устремилась к уже приземлявшейся противнице. Натрикс повернулась, но было поздно. Клинок из ветра вошёл точно в центр каменного треугольника, в самое сердце-звезду.

Алые зрачки Натрикс расширились от шока и неверия. Она рухнула на колени. Церис, не колеблясь, вырвала лезвие назад, а с ним — и треснувшую, угасающую звезду. Это был конец.

Вражеские отряды, словно почувствовав гибель своего лидера, начали отчаянную контратаку. Эрдни и Киара бросились к Церис, готовые прикрыть её, но в этом уже не было нужды — воины Альянса, прорвав оборону, стеной встали вокруг своей предводительницы и Избранных, сметая последнее сопротивление.

-Эрдни, Киара - голос Церис был тих, но полон несокрушимой воли. - Спасибо. Мы очистим город до конца. А вы... Идите. Покончите с Третьей Тенью. Ради всех нас. Ради твоих родителей, Киара.

Эрдни и Киара в едином порыве кивнули.

-Колодец Душ — к северу от города! Самая высокая гора! Не пропустите! - крикнула им вдогонку Церис.

Оставался последний рубеж. Нижний Мир был почти свободен. Почти.

Благодаря яростному натиску Альянса, Эрдни и Киара взмыли в небо, не встреив ни единой преграды. Позади остался пылающий Никсарат; впереди простиралась равнина, а за ней — их цель. Колодец Душ.

Он царил над горизонтом, зловещий и одинокий. Гора, сравнимая по высоте с величайшими пиками мира, была не творением природы, а порождением хаоса. Её поверхность, словно исковерканная в муках плоть титана, была усеяна разломами и каменными шипами. Из бесчисленных трещин сочилось ядовитое зелёное сияние, окутывая склоны мертвенным ореолом. К вершине гора сужалась, образуя нечто, напоминающее гигантскую пасть, из которой в небо бил ослепительный фиолетовый столп энергии. Воздух трепетал от сконцентрированной мощи. Что-то неминуемое витало в атмосфере.

Драконы набрали высоту, поднявшись к синеватым облакам. Атаки с земли им больше не угрожали: они покинули город, а оставшиеся внизу силы Культа были слишком заняты отчаянной обороной от наступающего Альянса. Обстоятельства подарили им бесценный шанс достичь вершины.

Вершина Колодца оказалась на удивление ровной — идеально круглая каменная площадка с огромным отверстием в центре, откуда и извергался тот самый луч. Над этим зловещим маяком нависла в небе луна, почти полностью поглощённая тенью. Ночь Без Света приближалась.

Оставалось лишь шагнуть в бездну. Пути назад не существовало, пока Третья Тень не будет повержена.

-Ты готова? - спросил Эрдни, глядя в чёрную пустоту провала.

-Давай покончим с этим! - твёрдо ответила Киара, делая шаг к краю.

По обоюдному кивку они прыгнули в неизвестность. Падение оказалось недолгим, но вечность длилась в те несколько секунд, пока их лапы с глухим стуком не уперлись в массивные каменные плиты пола. Они встали в кромешной тьме, пытаясь глазами найти друг друга.

-А, драконье отродье... - прогремел в темноте тяжёлый, низкий голос, каждый слог которого отдавался эхом, словно удар молота о гробовую крышку.

И, словно по его команде, один за другим вспыхнули факелы, расставленные по кругу зала. Их пламя было не живым, а ядовито-зелёным, мертвенным, отбрасывающим болезненные тени и окрашивающим всё вокруг в зловещие тона. В этом свете Эрдни и Киара нашли друг друга и инстинктивно прижались спинами — два островка враждебного мрака.

Они оказались в главном зале Колодца Душ. Прямо перед ними зияло огромное окно в тёмной деревянной оправе, за которым клубилась энергия бездны. Перед окном замерла свита Тени — четверо закованных в броню исполинов, последний оплот Культа в этом мире. А за ними, на массивном троне из тёмного камня, восседала она. Третья Тень.

Теперь её можно было разглядеть во всех деталях.

Это был мужчина-имирец, но всякая человечность в нём была вытравлена до основания. Его голова была полностью лишена волос, кожа бледная, как у трупа. Черты лица, отдалённо напоминавшие Главу Культа, были лишены той резкости; вместо этого они дышали холодной, монолитной силой — округлое, крепкое лицо с узким ртом, тонким носом и глазами цвета запёкшейся крови. По лицу, от лба до подбородка, стекала алая татуировка, стилизованная под лезвие секиры, с двумя заострёнными полуовалами на щеках.

Его доспехи были гимном мощи и жестокости. Широкие плечи защищали массивные округлые наплечники из чёрной стали, увенчанные сзади рядом острых шипов. Нагрудник, с гравировкой в виде стилизованных рёбер, был испещрён пульсирующими фиолетовыми рунами. На ладонях — стальные перчатки, на коленях — отполированные до зеркального блеска наколенники. У пояса болтались полосы кожи, унизанные металлическими шипами. На одном из подлокотников трона лежал его шлем — безликая маска с четырьмя круглыми прорезями-глазами, надетая на простой округлый купол.

Заметив драконов, Тень не пошевелилась. Один из её стражников сделал выпад вперёд, но Тень остановила его одним лишь спокойным движением руки.

-Стоять! - её голос прокатился по залу, заставляя каменные стены содрогнуться. - Я сам разберусь.

Стражник немедленно отступил, не сводя с пришельцев ненавидящего взора.

-Добро пожаловать в мою цитадель - Тень медленно обвела зал рукой. - Чувствуйте себя... как дома.

Эрдни выступил вперёд, его собственный голос прозвучал твёрдо и громко в зловещей тишине.

-Мы пришли за тобой! Твои армии разгромлены! Ты остался один!

В ответ раздался негромкий, леденящий душу смешок.

-Ого... Какая смелость. Не переживай за эти временные неудобства... Мы мигом всё исправим.

Её спокойствие было холоднее вечной мерзлоты. Она сделала паузу, давая своим словам проникнуть в самое нутро.

-Вы ведь отдаёте себе отчёт, что живыми отсюда не уйдёте? Вы — пыль у моих ног.

-Но мы уже здесь, не так ли? - парировала Киара, не отступая.

-Оо, вы проявили изрядную долю изворотливости - насмешливо прогремела Тень. - Но изворотливость — не сила.

-Что ж, придётся показать тебе нашу силу - заявил Эрдни, принимая боевую стойку.

От этих слов Тень поднялась. Её рост оказался куда более внушительным, чем можно было предположить с трона.

Она взяла шлем одной рукой и, подхватив другой, с отточенным, привычным движением надела его на голову. Теперь её лицо скрывала бездушная металлическая маска. В маленьких дырочках будто полыхнуло фиолетовое пламя.

-Вы смелы - прошипел искажённый голос из-под шлема, обретая металлический, безжизненный тембр. - Я уважаю достойных противников. Особенно храбрых. Тогда, у храма, вы отчаянно сражались до конца. Надеюсь, сейчас вы проявите не меньшее упорство.

Тень повернулась спиной, подняла с пола у трона свою массивную секиру и щит, почти равный ей по размеру. Развернувшись к драконам, она приняла стойку: щит, словно стальная стена, выдвинут вперёд, секира занесена для сокрушительного удара.

Бой начался.

Тень ринулась вперёд. Это был не просто бег, а сдвинувшаяся с места горная лавина, не оставляющая пути для отступления. Неудержимой, слепой силой она понеслась на драконов, стоявших плечом к плечу. В последний миг она отклонила руку со щитом назад, а другой нанесла чудовищный, размашистый удар секирой. Лезвие с оглушительным треском вонзилось в каменные плиты там, где только что стояли Эрдни и Киара, оставив после себя глубокую рану в полу.

Драконы, успевшие отпрыгнуть в стороны, оказались по флангам у могучей спины противницы. Тень, не прилагая видимых усилий, одной рукой вырвала секиру, словно это была игрушка, и развернулась. Эрдни, попытавшегося атаковать её сбоку, она встретила ударом щита. Дракона отбросило через весь зал, и он с глухим стуком врезался в стену. Ядовитый сгусток, выпущенный Киарой, Тень не стала блокировать — она поймала его на лезвие секиры, и тёмный металл поглотил энергию без единой царапины.

Эрдни и Киара, собравшись с силами, вновь сомкнули ряды.

-Груда кирпичей... - прозвучал металлический голос из-под шлема, полный презрения. - Я сложу из вас первый камень в фундамент новой эры!

С этими словами Тень сделала угрожающий шаг, подняв щит. Затем она взмахнула секирой, и от лезвия оторвался сгусток фиолетовой энергии, точная копия оружия, и помчался к драконам. Снаряд летел с ужасающей скоростью. Эрдни в последний момент подпрыгнул, пропуская его над собой, а Киара пригнулась и, обратившись в чёрный дымчатый силуэт, проскользила под энергетическим лезвием. Пока Эрдни отвлекал берсерка очередным залпом огненных снарядов, тень Киары метнулась у неё под ногами, чтобы вынырнуть из-под земли за её широкой спиной и обрушить всю свою мощь на тёмные латы.

Раздался оглушительный скрежет. Имирская сталь прогнулась под ударом. Тень с подавленным стоном подалась вперёд, но, инстинктивно подставив ногу, удержала равновесие. Мгновенно развернувшись, она нашла Киару взглядом, занесла ногу и с грохотом обрушила её вниз, оставив в полу паутину трещин. Киара едва успела отпрыгнуть. Тогда Тень, с коротким рыком, занесла щит над головой и обрушила его нижним краем на пол, как гильотину. Удар снова пришёлся впустую, но он отсек Киару, загнав её в угол.

Эрдни понял — напарницу нужно спасать. Он выдохнул ледяную струю, создав между ног Тени гладкую, зеркальную дорожку. Киара, оценив ситуацию за долю секунды, рванула вперёд и, едва уклоняясь от очередного удара секиры, юрко проскользнула между ног противницы по ледяному пути, вернувшись к Эрдни.

Тень медленно развернулась к ним. Казалось, она не потеряла ни капли сил, не ощущала ни усталости, ни боли.

-Вырывать старые гвозди оказалось сложнее, чем я думал! - прошипел искажённый голос. - Но я вас достану!

Новый яростный порыв. Бой превратился в изматывающий танец смерти. Драконы едва успевали уворачиваться от атак, а Тень демонстрировала всё новые приёмы: она исчезала в воздухе и материализовалась там, куда они отступали, её удары становились чаще и яростнее. Несколько раз она обрушивала на пол целые серии сокрушительных взмахов, заставляя противников метаться по залу, словно листья в урагане.

Но в самой отчаянной ситуации рождается возможность. После очередного свирепого натиска Эрдни и Киара оказались прижаты к стене, измождённые. Тень неумолимо надвигалась. Киара встретилась взглядом с Эрдни и увидела в его глазах знакомую искру — он что-то задумал.

Эрдни выплюнул в пространство перед ними ледяную бомбу, и густой, непроницаемый туман взметнулся к потолку, скрыв Тень из виду. По едва заметному кивку Эрдни Киара ринулась вперёд, снова обратившись в тень. В тот же миг Эрдни создал в воздухе острое, как шип, ледяное копьё и метнул его в белую пелену. Тень Киары, двигаясь в унисон с оружием, на краю тумана выпрыгнула из своего эфирного состояния, в полёте схватила копьё передними лапами и, используя всю свою инерцию, как копьеметатель, направила его в цель.

Она вынырнула из тумана и увидела Тень, замершую на мгновение в замешательстве. Расчёт был безупречен. Ледяной шип, ведомый Киарой, вонзился в узкую щель между щитом и рукой Тени, прикрывавшую мощный торс. Раздался сухой, кошмарный хруст пробиваемой брони и плоти. Тень отшатнулась, из-под шлема вырвался сдавленный, хриплый вздох: «Аргх!». Киара, повисшая на древке копья, изо всех сил вдавливала его глубже.

Но, казалось, боль была ей неведома. Тень содрогнулась всем телом, будто стряхивая с себя назойливую слабость. Она бросила оружие, сложила ладони в один массивный кулак и обрушила его на ледяное копьё, превратив оружие в сверкающую пыль и вырвав его из своей раны. Киару, рухнувшую на пол, Тень подхватила одной рукой за горло и с силой приподняла к глазницам своего шлема.

Из-под металла донёсся короткий, похожий на скрежет, смешок.

-Станешь фундаментом новой эпохи - прошипел голос. - В этом твоё единственное предназначение!

С этими словами она, будто отшвыривая мусор, метнула тело Киары через весь зал. Драконесса с оглушительным грохотом врезалась в дальнюю стену и замерла.

Эрдни, уже мчавшийся на помощь, оказался в центре зала, у самых ног Тени. Та, заметив его, с рёвом подняла ногу и обрушила её вниз с такой чудовищной силой, что каменные плиты пола не выдержали. С грохотом обрушился целый секмент, увлекая за собой в подземелье и Эрдни, и Тень.

Киара осталась наверху одна. Противостоять ей были готовы четверо бронированных исполинов. Но она справится.

А внизу Эрдни ждала тяжёлая дуэль один на один.

Тень и Эрдни рухнули в подземелье, приземлившись в разных его концах с оглушительным грохотом. Зал был погружен в полумрак, который разрывали лишь зловещие трещины в стенах, источавшие ядовито-зелёное сияние. Громадные чугунные цепи, свисавшие с кованых балок, звенели от сотрясения. По краям импровизированной арены из земли прорастали неестественные кристаллы, окутанные ядовитой дымкой. Обломки потолка с оглушительным треском обрушивались вниз, поднимая удушающие клубы вековой пыли, пахнущей озоном и тленом.

Тень приземлилась неудачно, опрокинувшись на спину, но одним мощным, бычьим движением вскочила на ноги, не выпуская из рук секиру и щит. Эрдни уже ждал, стоя в напряжённой стойке, его дыхание было тяжёлым и хриплым. В уходящей пыли послышались первые тяжёлые, гулкие шаги. Силуэт противницы, маячивший в облаке, рыскал в поисках добычи.

Элемент неожиданности был на стороне дракона. Собрав остатки сил, выжав из себя последний жар, Эрдни выдохнул в сторону тёмного силуэта целую шквальную серию огненных шаров, раскалённых до температуры вулканической лавы. Элемент неожиданности сработал отчасти: один из сгустков пламени врезался прямо в плечо Тени, с грохотом разбив наплечник и опалив плоть дымящимся шрамом. Но остальные шары она успела принять на щит.

Великий щит, её верный спутник в бесчисленных битвах, не выдержал. Огненные ядра со взрывами врезались в имирскую сталь. Металл зашипел, побелел и в некоторых местах поплыл, как воск, оставляя после себя дымящиеся пробоины и глубокие вмятины. Легендарный защитник превратился в бесформенный, искорёженный лом.

Тень, казалось, застыла в ошеломлённом молчании — шлем, разумеется, скрывал любые эмоции. Она с механическим скрипом повернула голову, бездушные прорези уставились на уничтоженное оружие. Затем её взгляд медленно, неотвратимо поднялся и упёрся в Эрдни. Одним резким движением она сбросила с руки искалеченный щит и отшвырнула его в сторону, как отработанный хлам.

-Попробуем иначе - проскрипел голос из-под шлема, и в нём впервые прозвучала не ярость, а холодная, безграничная решимость.

Обеими руками она сжала древко секиры, выставив вперёд правую ногу, готовясь к смертоносному рывку. Эрдни расправил крылья, занимая позицию.

-Давай же! - бросил он вызов.

И лавина сдвинулась. Тень ринулась вперёд, её удары, лишённые теперь защитной осторожности, стали ещё яростнее, быстрее, неистовее. Эрдни метался по залу, уворачиваясь от свистящих ударов, чувствуя, как ветер от лезвия обжигает чешую. Теперь она чаще использовала дистанционные атаки: фиолетовые энергетические клинки, взрывающиеся сферы тьмы, слепящие облака пыли. Дуэль один на один выжимала из Эрдни все соки, он выдыхался с каждой минутой. Но появилось и его преимущество: теперь он мог контратаковать. Отскакивая от удара, он оказывался за спиной гиганта и наносил свой удар — короткий, точный, сбивающий одну за другой пластины её лат.

Очередной такой удар в спину заставил Тень взбеситься. Развернувшись, она, почти не целясь, швырнула в Эрдни фиолетовое лезвие, которое тот едва успел избежать. Не теряя темпа, Тень растворилась в воздухе и материализовалась у него за спиной, занося секиру для добивающего удара. Эрдни в последний момент прыгнул в сторону. Лезвие с грохотом врезалось в пол, но Тень не останавливалась, продолжая долбить камень, в ярости уродуя плиты.

-Крошись! Ломайся в пыль! Из тебя выкуют новое! - её голос, искажённый маской, был похож на рёв раскалывающегося металла.

Их снова отбросило на противоположные концы зала. Сил Тени, казалось, не убавилось ни на йоту. И тогда Эрдни сам ринулся вперёд. Он знал, что делает. Когда лезвие секиры обрушилось на него, он резко пригнулся, почти лег на пол, и проскользил прямо под смертоносной дугой. Мгновенно вскочив, он прыгнул с разворота, но Тень среагировала с нечеловеческой скоростью. Огромная, закованная в сталь ладонь поймала его в воздухе, сжимая грудь с такой чудовищной силой, что послышался треск — то ли доспехов, то ли рёбер.

-Слышишь этот хруст? - раздался торжествующий, ледяной голос. - Это музыка созидания!

Боль пронзила всё его существо. Эрдни понял — это конец, если не действовать сейчас. Его взгляд упал на узкую щель между шлемом и воротником. Собрав последние силы, он выдохнул туда концентрированную струю арктического холода, воздуха с самой кромки вечной зимы, способную заморозить кровь в жилах.

Стальная хватка ослабла. Эрдни рухнул на пол в центре зала, едва удерживаясь в сознании. Тень, пошатываясь, отступила, схватившись за шлем, пытаясь встряхнуться, сбросить оковы боли. Но это было не так просто. С рычащим воплем ярости и отчаяния она сорвала шлем с головы и швырнула его к ногам Эрдни. Её руки вцепились в собственное лицо, покрытое толстой ледяной коркой, искрящейся в зелёном свете трещин. И в этот миг случилось нечто.

В фиолетовом небе Нижнего Мира совершилось предсказанное знамение. Четыре луны, четыре светила, сошлись в безупречную линию. Три крупные, тусклые, разом затмили собой четвертую — малую, но самую яркую. Свет угас, погрузив мир в густую, почти осязаемую тьму. Ночь Без Света началась.

В тот же миг столб фиолетовой энергии, бивший из жерла горы, удвоил свою мощь. Он пронзил породу, как копье, и обрушился в самый центр подземной арены, точно в то место, где стоял Эрдни, поглотив его ослепительным вихрем.

Тень тем временем с кожей и хрустом сорвала с лица ледяную корку. Её кожа была багровой и обожженной, но воля — не сломленной. Прихрамывая, она подняла свою секиру, готовясь к последнему отчаянному сопротивлению. Но противник исчез в сияющем столпе.

И тогда у его основания случился взрыв. Не звука, а чистой энергии — беззвучная, сокрушительная вспышка, заставившая Тень отшатнуться и закрыть глаза рукой. Когда свет угас, она увидела дракона в другом конце зала. Но это был уже не её прежний враг.

Чешуя Эрдни стала цветом глубочайшей космической пустоты, поглощающей свет. Чёрная, живая материя облепила его, как вторая кожа, дышащая зловещей аурой. Рога и перепонки крыльев отливали мертвенным дымчато-серым светом. Из глазниц исчезли зрачки — теперь они пылали двумя холодными белыми солнцами. Он стоял, расправив крылья, и его бездушный, всевидящий взгляд был прикован к Тени, ожидая.

Тень замерла. Не от страха, а от осознания. Она взирала на воплощение той самой силы, о которой твердили пророчества.

Тем временем наверху Киара, закончив с последним стражником, подбежала к зияющему пролому в полу. Её сердце сжалось от тревоги при виде гигантского фиолетового столпа, бьющего из глубин.

-Что же творится там, внизу? - прошептала она, не в силах отвести взгляд.

А внизу начался последний акт. Тень ринулась вперёд первой, с рёвом занося секиру. Тёмный Эрдни не дрогнул. На сближении он раскрыл пасть, и из неё извергся поток не огня и не льда, а некой инфернальной пурпурной субстанции. Она была похожа на сгущённый эфир, но в её мерцании читалась абсолютная, первозданная пустота.

Столб этой энергии врезался в Тень, вырывая секиру из её сведённых судорогой пальцев. По её лицу, впервые за всю битву, расползлась гримаса настоящей, нестерпимой агонии. Но она продолжала давить вперёд, упираясь в стену энергии, как безумный бык в невидимую преграду.

Мощь новой стихии была абсолютной. Несмотря на её яростный напор, луч отбросил Тень к самому краю платформы. Та, сдавшись, прикрыла грудь уцелевшей рукой, но это не помогло. Плоть и доспехи на её груди и руке начали терять цвет и текстуру, превращаясь в пористый, безжизненный камень.

Когда луч исчез, Тень рухнула на колено. Она смотрела на свою окаменевшую руку, и в её бордовых глазах читалось не только поражение, но и некое странное, горькое прозрение.

-Так вот она какая... твоя истинная сила... - прохрипел мужчина. - Аврора была права...

Он произнёс это имя не как проклятие, а как окончательный вердикт, подтверждение давнего предсказания.

Тёмный Эрдни не ответил. Он лишь смотрел своим ледяным взором, в котором не было ни триумфа, ни ненависти — лишь безразличие пустоты.

И тогда поверженный воин поднял на него взгляд. Его губы тронула едва заметная, смиренная улыбка, и тишину разорвал короткий, хриплый смех.

-Сволочь... - выдохнул он, и в его голосе не было прежней ярости, лишь усталое принятие. - Давай же... Прикончи меня.

Но Тёмный Эрдни не спешил. Он медленно, неотвратимо начал приближаться.

Истерзанная Тень не выдержала этого молчаливого ожидания.

-Давай же! - крикнула она в последнем порыве и швырнула в него фиолетовый сгусток энергии.

Дракон не стал уворачиваться. Он принял удар грудью, и чёрная материя его тела поглотила энергию, впитала её, словно губка, лишь заставив его ауру вспыхнуть чуть ярче. На этой украденной силе он поднялся в воздух. На мгновение его белые глаза сомкнулись, а затем, по взмаху его крыльев, по залу прокатилась первая волна — беззвучный, сокрушительный всплеск фиолетовой мощи, который обратил тело Тени в идеальную, неподвижную каменную статую.

Спустя секунду последовал второй залп. Ещё более мощный, абсолютный. Он не оставил от статуи ничего, кроме облачка серой пыли, медленно оседавшей в зловещей тишине.

Третья Тень была повержена.

Сделав свое дело, Тёмный Эрдни опустился на камни. Его белый взгляд скользнул по залу и остановился на луче, ведущем наверх. Беззвучно он устремился в него и исчез.

Он пронёсся по лучу, как тёмная стрела, и замер в его центре в верхнем зале, раскинув крылья в фиолетовом сиянии. Киара инстинктивно отпрянула, а затем, подняв взгляд, почувствовала, как ледяная рука сжимает её сердце. Тьма снова завладела им.

-Только не снова... - выдохнула она, медленно и осторожно делая шаг вперёд. - Эрдни!

Тёмный Эрдни резко развернулся на звук её голоса. Его белые, бездушные глаза скользнули по залу и остановились на ней. Он не атаковал, лишь замер в ожидании, излучая зловещее спокойствие.

Киара действовала как хирург, каждым нервом пытаясь достучаться до друга под чёрной скорлупой.

-Эрдни! - её голос прозвучал громче, наполненный мольбой и силой. - Это я! Очнись! Услышь меня!

И в Тёмном Эрдни что-то дрогнуло. Глубоко внутри тот, кого она знала, услышал её. Чёрная материя, обволакивающая его, затрепетала, стала терять форму, дымка на мгновение отступила. Рога и перепонки крыльев посветлели, проступил знакомый золотистый оттенок. В ослепительной белизне его глаз появились тени, смутные очертания зрачков.

-Киара... Я... Я не могу! - его собственный голос прорвался сквозь чадору, слабый и разбитый.

Но Тьма не сдавалась. Она с новой силой обрушилась на его волю, поглощая проблеск сознания. Киара поняла: промедление смерти подобно. Она должна вытащить его сейчас, любой ценой. Разбежавшись, она прыгнула над пропастью прямо в сердцевину фиолетового луча. Сгруппировавшись, она с силой толкнула зависшее в энергии тело, и оба, сцепившись, рухнули на каменный пол на другом краю арены.

Киара тут же вскочила на лапы. Тьма отступила, сброшенная этим отчаянным рывком, оставив после себя лишь истощённого Эрдни. Его чешуя потускнела, внутреннее свечение угасло. Он с трудом пошевелился, поднялся на колени и, шатаясь, подошёл к Киаре. В его глазах стояла пустота и недоумение.

-Что... Что я натворил...? - его голос был беззвучным шёпотом, полным ужаса.

-Не важно... Всё кончено. Ты со мной - твёрдо сказала Киара, её голос был якорем в море его смятения.

В этот момент земля содрогнулась. С потолка посыпались камни и пыль, грохот наполнил зал. Фиолетовый луч, лишённый своего «якоря», вздулся и заревел, его энергия стала неконтролируемой. Колодец Душ умирал и готов был рухнуть, погребя всё под обломками.

-Эрдни! Надо выбираться, сейчас же! - закричала Киара.

Огромное витражное окно за троном Тени с треском, похожим на удар молнии, покрылось паутиной трещин. Это был их единственный путь.

-Эрдни, за мной! - не дав ему опомниться, Киара взмыла в воздух, обхватила его передними лапами и, собрав все силы, ринулась к разбитому стеклу. Они пронеслись сквозь осыпающиеся осколки, и в следующее мгновение массивная каменная глыба с рёвом рухнула, наглухо завалив выход.

Снаружи царила неестественная тьма Затмения, но Киара, выросшая в этом мире, ориентировалась в ней без труда. Неся на себе обессиленного товарища, она пролетела над опустевшей равниной и направилась к воротам Никсарата. Там их уже ждала толпа — бойцы Альянса во главе с Церис и Зейном.

Их встретили как героев. Воздух взорвался ликующими криками. Воины вскидывали оружие, самые сильные держали на плечах тела поверженных чудовищ, над головами развевались знамёна. К моменту приземления Эрдни уже пришёл в себя достаточно, чтобы самому встать на лапы, хоть и пошатываясь. Киара опустилась рядом, и на её глазах, наконец, выступили слёзы — слёзы облегчения и конца долгой битвы.

Церис вышла из ликующей толпы. Её взгляд скользнул с Киары на Эрдни и снова вернулся к драконессе.

-Ну что? - спросила она, и в её голосе звучала и надежда, и боязнь услышать ответ.

-Тень повержена - голос Киары дрогнул. - Нижний Мир свободен. Наконец-то.

-Для меня это значит ничуть не меньше, чем для тебя - тихо сказала Церис, опускаясь так, чтобы оказаться с Киарой на одном уровне. - Всё кончено. И вы это сделали. Спасибо.

Она повернулась к Эрдни.

-А тебе, Эрдни - её взгляд стал твёрым и полным уважения - особая благодарность. Пойти в лобовую против такого противника... на это нужна нечеловеческая смелость - она внимательно оглядела его. - Ты выглядишь ужасно. Тебе нужен лекарь.

Эрдни,превозмогая боль и усталость, сделал шаг вперёд.

-Нет времени - его голос был хриплым, но в нём не осталось и тени сомнения. - Мне плевать на моё состояние. Мы должны двигаться в Варклав. Нашим товарищам нужна помощь!

-Эрдни, ты уверен? - с тревогой спросила Киара.

-Абсолютно! - ответил он без колебаний. - Церис, вы можете открыть портал?

-Думаю, да - кивнула та.

Зейн, не дожидаясь приказа, ударил лапой о землю. Воздух затрепетал, и перед Избранными разверзся врата в другое измерение.

-Удачи - сказала Церис, и в этом слове был весь Нижний Мир, вся их общая надежда. - Отвоюйте нашу Империю.

Избранные, не оглядываясь, шагнули в сияющий разлом. Впереди их ждала последняя глава.

Битва за Варклав: Акт 1

С начала войны Верхний Мир изменился до неузнаваемости. Потеряв своего старого повелителя, он не обрёл свободы, а был методично подчинён Тенями, превратившими древние руины в гигантский, пульсирующий военный лагерь. На месте, где некогда высился замок Сколла, теперь стояла цитадель из чёрного камня, опоясанная неприступными стенами и утыканная башнями с узкими бойницами. Территорию, заставленную ящиками, телегами и тёмными шатрами, прорезали чёткие линии маршрутов, по которым в жутком, ритмичном марше сновали солдаты Культа.

В самом сердце лагеря высилась главная башня. На её вершине, в зале с грубыми стенами из бордового камня, стоял массивный стол, на котором командование вело свою смертельную игру. Сейчас его поверхность занимала детальная карта Империи, усеянная флажками. Картина была тревожной: фиолетовые знамёна Культа, словно щупальца, сжимали Варклав, в то время как движущиеся флажки Сопротивления с голубой звездой один за другим сменяли отбившиеся от "стада" флаги Культа алыми крестами поражений. Над этим полем битвы, застывшая в размышлении, стояла Вторая Тень.

Её облик дышал холодной, интеллектуальной мощью. Голову скрывал шлем, более утончённый, чем у простого воина, — выше, с двумя овальными прорезями, прикрытыми сеткой. Лицо скрывала идеально гладкая, безличная маска. Но венчал этот шлем странный венец — металлический обруч, от которого по трём сторонам отходили острые треугольные пластины, словно стилизованные лучи или лезвия. Шерстистый воротник из густого меха обрамлял её шею. Плечи не стесняла сталь — их защищала огнеупорная кожа, доходившая до локтей, где к налокотникам с меховыми вставками крепились пластинчатые наручи и изящные перчатки.

Её нагрудник, стилизованный под рёбра, как у Воина, был изящнее и тоньше, подчёркивая не грубую силу, а грацию мага. Его обрамляли два параллельных ремня, соединявших воротник с широким поясом, увешанным арканом инструментов, колец и застёжек. Справа болтались компас и подзорная труба, слева — странный прибор, похожий на округлую тарелку. Длинный плащ, тронутый инеем, был сейчас подоткнут под пояс, спадая тяжёлыми складками, прикрывающими ноги, закованные в латы с массивными пластинами на бёдрах и голяшках и шестиугольными «воротниками» на коленях.

Тень, застывшая в полном боевом облачении, неотрывно смотрела на карту, будто просчитывая в уме бесчисленные варианты развития атаки. Её размышления прервали тяжёлые шаги. К ней приблизился волколак.

Он был огромен и мускулист, но его вид внушал не столько страх, сколько леденящий душу ужас. Левая половина его тела была обычной для его расы — покрытой бурой шерстью, с клыкастой пастью и зелёным, диким глазом. Но правая была кошмаром. Из под рубахи цвета мокрого песка, там, где должна была быть плоть, зияли жёлтые, гнилые рёбра, а рука от плеча до когтей была целиком выкована из тёмного, мерцающего металла, похожего на имирскую сталь. Из предплечья выступало выдвижное лезвие. Правая часть его морды тоже была обнажённым черепом, прикрытым лишь металлической пластиной с прорезью, из которой светился механический красный глаз.

-Майор Аврора... - его голос был похож на скрежет камней. Он тяжело опустился на одно колено. - Прошу прощения... Мы потеряли Нижний Мир. Ваш товарищ... генерал... пал.

Тень замерла, будто не веря услышанному. Затем резко обернулась, и даже сквозь безликую маску чувствовался её взгляд.

-Кто? - единственное слово прозвучало как шипение ледяной змеи.

-Избранные... и Сопротивление - волколак сдавленно кашлянул, а потом совсем закашлялся.

Тень медленно повернулась назад к карте. Несколько секунд тягостного молчания висели в воздухе. Когда она снова заговорила, её голос был холоден и абсолютно спокоен, как поверхность озера в безветренную ночь.

-Привести войска в полную боевую готовность. Подготовить «Ледяного Ястреба». Этот флот переломит ход войны.

Волколак кивнул, поднялся и заковылял прочь. В этот момент округлый прибор на поясе Тени затрясся с настойчивой, тревожной вибрацией. Она сняла его — нечто среднее между компасом и сейсмографом — и поднесла к маске. Под стеклом пульсировало яростное голубое сияние.

-Не может быть... - тихо прошептала она. - Сигнал...

Повесив первый прибор, она сняла другой — огранённый кристалл, похожий на алмаз. Едва она подняла его, как в воздухе вспыхнула голограмма Главной Тени в полном боевом облачении.

-Кейн, я только что зафиксировала имирский сигнал тревоги. Не уверена в его подлинности. Будь настороже, это может быть ловушка. Держи силы наготове, я постараюсь прибыть в течение часа.

-Так точно, Аврора - голограмма погасла, оставив в воздухе лёгкое свечение.

Нити судьбы начали сходиться. Последняя битва была уже на пороге.

Напряжение на главной дороге, этой великой артерии Империи, некогда полной жизни, а теперь ведущей прямиком к войне, достигло пика. Дорогу заполнила стальная река — войска Сопротивления, движущиеся к Варклаву.

В авангарде шли лидеры, слившиеся в единый стальной клин: Эльдора в золотоокаймлённых доспехах с сияющей звездой на груди, непоколебимый Террион, чья мощь ощущалась на расстоянии, и мудрый Соларис, чей взгляд хранил спокойствие бури. По их флангам выстроились Фреонар и Вольт, готовые в любой миг обрушить на врага стихии.

За ними, подобно грозовой туче, двигалась конница. Во главе — дуэт капитана Горна на вороном жеребце и генерала Нервы на гнедом скакуне. Кони, защищённые лёгкими латами, нервно перебирали копытами, а фавны-всадники, сжимая древка кавалерийских пик, были готовы обрушить свою ярость на врагов.

Вслед за всадниками, гремя сотнями щитов, маршировала бесчисленная пехота. Фавны в кольчужных рубахах из колец столь малого диаметра, что стальная ткань не сковывала движений, но становилась их второй кожей. Воздух гудел от их мерного шага.

Замыкали строй элита — две роты воздушного натиска. Фавны-арбалетчики в облегчённых доспехах с искусственными крыльями за спинами, готовые взмыть в небо, и драконы всех мастей и стихий. Вел их Фенор, чья фигура была живым знаменем этой летучей армады.

Сопротивление собрало все свои силы — десятки тысяч бойцов, в чьих глазах горела решимость отстоять последний оплот Империи. И вот вдали, затянутые дымкой предрассветного тумана, показались зубцы варклавских стен. План сработал — их не ждали.

По резкому, отточенному жесту Эльдоры, гигантский организм армии замер. Два пехотинца рванулись вперёд, вцепились в массивные штурвалы ворот. Сначала послышался скрип, потом натужный гул механизмов, и, наконец, чудовищные створки поползли вверх, открывая путь в сердце столицы.

Колонна хлынула внутрь, занимая позиции с выверенной скоростью. Воздушные роты взмыли на стены, и вскоре их ряды увенчали зубцы, а нацеленные арбалеты создали стальной частокол. Фенор занял место над воротами, его голос, отдающий команды, резал напряжённую тишину. Основные силы растеклись по главной улице, тогда как отдельные взводы, словно щупальца, заняли прилегающие переулки, готовясь к уличным боям.

Эльдора встала впереди, лицом к пустынной площади. За ней замерло всё войско. Копья, мечи и топоры были выставлены вперёд, создавая стену из стали. Хранители сомкнули ряды, и воздух вокруг них затрепетал от сконцентрированной магической энергии. Они ждали.

В это время в ратуше Варклава, в кабинете с видом на захваченный город, царила иная атмосфера — атмосфера холодной, безраздельной власти. Два воина Культа, застывшие по обе стороны дверного проёма, ведущего на балкон, как изваяния, склонили головы. Из глубины комнаты к ним приблизилась закованная в доспехи фигура. Последним движением она надела шлем, скрыв вороные волосы, и без колебаний приняла из рук стражей меч и круглый щит.

Она вышла на балкон. Перед ней простирался Варклав — великий город, теперь покорённый и преображённый в символ её мощи. А внизу, заполняя площадь до самого горизонта, маршировала безликая армада. Десятки тысяч солдат в идентичных латах, чей мерный шаг отдавался в камне зданий единым, зловещим гулом. Над их головами, словно порождения больного разума, парили металлические платформы с орудиями, удерживаемые в воздухе пульсирующими перепончатыми крыльями.

На балконе, наблюдая за этим легионом, стояла Главная Тень.

Её доспехи были неоспоримым знаком имирского качества. Шлем, венчающий её голову, был отлит в виде черепа с овальными прорезями глаз, прикрытыми сеткой, и острой носовой костью. С левого виска на маску спускалась полоса чёрной краски, подобная чёлке, а сам купол украшали орнаменты, повторяющие формы имирских ледяных кристаллов. Тело облачала лёгкая, но прочная броня из бордовой кожи и тёмного металла. Поверх — второй слой, нагрудник в виде стилизованных рёбер, от которого к кожаному поясу крест-накрест шли два светлых ремня. На поясе висели кобура для меча и одноручный арбалет, а бахрома из кожаных полос спускалась до колен и служила дополнительной защитой. Каждая деталь, от шипастых шестиугольных наколенников до латных ботинок, говорила о хозяине, сочетающем смертоносную грацию с неоспоримой силой.

Спустя мгновение Тень развернулась и, растворившись в дверном проёме, спустилась вниз, чтобы встать во главу своей армии.

Последний бой был неизбежен.

Войска Сопротивления застыли в гробовой тишине, прерываемой лишь звоном стали и тяжёлым дыханием. И тогда из глубины города донёсся нарастающий гул — сперва отдалённый, а потом всё ближе, пока не перешёл в оглушительный грохот тысяч ног, бьющих в каменную мостовую в унисон. Из-за поворота, из переулков и с главного проспекта хлынула тёмная река. Армада.

Впереди всех, на отдалении от своих основных сил, мчалась одинокая фигура. Главная Тень. Её щит был выдвинут вперёд, плащ бился на ветру, а безликий шлем-череп был устремлён прямо на строй защитников. За её спиной, сжимая город в стальных тисках, неслась стена лат и копий.

Эльдора, не сводя с противника взгляда, издала пронзительный, резкий клич, и этот звук, как щелчок курка, выпустил войну на свободу.

Стену пронзил свистящий град арбалетных болтов. Первые шеренги Культа, словно подкошенные, рухнули на камни. Сверху, с оглушительным рёвом, обрушилась воздушная ярость Сопротивления. Драконы и фавны-десантники, ведомые Фенором, ринулись на парящие артиллерийские платформы, разрывая их перепончатые крылья и обращая в обломки.

Главная Тень, на которую летело с полдюжины стрел, приняла их все на свой круглый щит с оглушительным лязгом. Не замедляя бега, она левой рукой выхватила с пояса странный предмет — округлый, пульсирующий зелёным светом кристалл, похожий на огромный зрачок. Её воины, как по незримой команде, последовали примеру. Десятки, сотни таких же «глаз» взмыли в воздух, описав дуги, и обрушились с неба прямо в сердце строя Сопротивления.

Эльдора инстинктивно подняла взгляд. Холодный ужас, быстрый и точный, как кинжал, пронзил её. Она не ожидала этого.

Зелёные сферы, коснувшись земли, взорвались не пламенем, а вспышками искажённого пространства. И на их месте, словно демоны, материализовались воины Культа. Их клинки обрушились на защитников с тыла, сея хаос и панику там, где должен быть надёжный тыл.

В тот же миг основная масса армады, как прилив, с грохотом врезалась в передние ряды Сопротивления. Конница Горна и Нервы встретила её сокрушительным ударом, и под копыта скакунов попадали десятки культистов. Пехотинцы, сомкнув щиты, создали стальную стену, отбрасывая врагов, и наносили точные удары в образующиеся бреши. Но тыл рушился. Задние ряды, атакованные изнутри, яростно отбивались в кольце окружения.

Сквозь этот хаос, неспешно и с ледяным спокойствием, прогуливалась Главная Тень. Она не участвовала в резне, а лишь шла, её шлем медленно поворачивался, осматривая поле боя, будто выискивая кого-то. Против Хранителей бросались десятки воинов, но мощи стихий они противостоять не могли: Соларис выжигал целые шеренги, Фреонар сковывал ледяными оковами, Вольт разрядами молний обращал в прах, а Террион заставлял саму землю поглощать врагов.

Но баланс сил был нарушен. «Глазной» манёвр рассек оборону на части. Эльдора, от которой одновременно отскакивали пятеро нападавших, с яростью размахивала своей ледяной булавой. Оценив ситуацию за секунду, она приняла тяжёлое, но единственно верное решение. Она высоко подняла булаву, и на её навершии вспыхнул ослепительный голубой огонёк — сигнал, видимый всему войску.

-Отход! Все, кого можете, - за собой! На вторую линию! - её голос, сиплый от напряжения, резал грохот битвы.

И строй Сопротивления, как отлив, пополз назад. Фенор, бившийся в воздухе, передал приказ своим. Солдаты, цепляясь за раненых товарищей, отступали в переулки, скрывались в подворотнях, растворялись в дыму и хаосе. Это был не разгром, но тяжёлое, вынужденное отступление.

Двое воинов Культа, увидев брошенные знамёна с синей звездой, подняли их и, с торжествующими криками размахивая ими, швырнули в костёр, разведённый на обломках повозки. Пламя с жадностью лизнуло шёлк.

Главная Тень медленным, властным шагом шла по центру оставленной площади, попирая ногами следы недавней ярости. Она прошла немного, перешагнула через тело павшего фавна, остановилась и слегка присела в низкой, мощной стойке. Щит опустился к земле, а рука с мечом описала короткую, отточенную дугу, указывая клинком вперёд, в глубь города, по следам отступающего врага.

И по этому молчаливому приказу, словно разомкнутый замок, две идеально ровные линии её воинов хлынули вперёд, продолжая преследование.

Тень была довольна. Первый раунд остался за ней.

Отступление, горькое, но дисциплинированное, привело Сопротивление на широкий проспект богатого района. Здесь, под прикрытием высоких зданий, был развёрнут импровизированный лагерь. Воздух наполнился сдержанными стонами раненых и отрывистыми командами лекарей, делавших свою работу быстро и методично. Конница, по плану Терриона, ушла вглубь города, готовя засаду. Эльдора шагала среди своих, её взгляд, острый и аналитический, выхватывал детали, а голос, хриплый от дыма, раздавал короткие, чёткие указания.

Вдруг её шаг замедлился. Взгляд зацепился за монументальные линии, уходящие в затянутое тучами небо. Справа и слева, подобно каменным великанам, высились башни. В её глазах вспыхнула искра — не надежды, а холодного, расчётливого озарения.

Она подошла к Терриону, стоявшему в стороне с выражением глухой ярости на лице.

-Террион... Взгляни наверх. Эти башни... они могут стать нашими союзниками. Мы можем завалить ими улицу.

-И похоронить всю армаду разом... - лицо Хранителя озарилось пониманием. - Гениально, Эльдора.

-Взрывчатку! Собрать всё, что есть! - её крик прокатился по лагерю.

-Будет сделано, командир! - немедленно отозвались голоса.

-Арбалетчики! На верхние этажи! Контролировать подходы и отсекать хвост! - Эльдора повернулась, и её кивок был тут же пойман Фенором.

Лагерь превратился в муравейник. И тут сама природа пришла им на помощь. Небо разверзлось. Хлынул не просто дождь, а сплошная стена воды, обрушившаяся на город с такой силой, что видимость сократилась до считанных метров. Грохот грома заглушал все остальные звуки.

Армия Культа, неумолимо преследуя отступающих, вошла в эту водяную пелену. И для имирцев, чей мир был царством вечного льда и сухого ветра, это стало шоком. Они не знали дождя. Их сцепленные сапоги скользили по мокрому камню, воины спотыкались и падали. Летающие платформы, чья магия была основана на льде, мгновенно покрывались тяжёлой ледяной коркой и рушились вниз, как подбитые птицы. Но Тень, шедшая в авангарде, не останавливалась. Она вела своих солдат сквозь стихийный хаос с волчьим упорством.

И вот её авангард вступил на пустынную улицу. Сквозь пелену ливня не было видно ни одной живой души. Решив, что враг бежал окончательно, колонна двинулась вперёд — прямиком в расставленные челюсти ловушки.

Эльдора, прижавшись к стене в щели между домами, не дыша, следила за продвижением врага. За её спиной, слившись с тенями и дождём, замерло всё её войско. С другой стороны улицы ждали Хранители и остальная пехота. Когда хвост колонны скрылся за воображаемой чертой, Эльдора резко опустила лапу.

Последовала не оглушительная канонада, а серия приглушённых, глубоких хлопков, утонувших в рёве ливня. Каменные исполины содрогнулись. На мгновение они замерли, а затем, с оглушительным скрежетом, начали своё падение.

Хаос, в который погрузилась армада, был абсолютным. Первые три башни рухнули в самое сердце колонны, похоронив под обломками сотни воинов. Следующие обрушились на авангард. Тень, до этого момента непоколебимая, отпрянула. Она отшвырнула солдата с пути и рванула вперёд, её шлем метнулся по сторонам, оценивая масштаб катастрофы. В последний миг она кувырком откатилась от падающей громады. Часть войска, уцелевшая в хвосте, бросилась назад и попала под шквал арбалетных болтов, сыпавшихся с балконов и мостов. С неба, словно хищные птицы, на них спикировал десант Фенора.

От могучей армады остались лишь жалкие ошмётки — три потрёпанных батальона и горстка выживших. И Тень.

Сопротивление не стало ждать. Эльдора вышла из укрытия, и её ледяная булава описала в воздухе решительную дугу. Из-за её спины, сквозь стену дождя, выступили копья её солдат. С другой стороны улицы сомкнулись Хранители. Стальное кольцо окружило уцелевших культистов.

И в центре этого хаоса их взгляды встретились. Тень, отбившаяся от двух фавнов, медленно повернула голову. И сквозь щели шлема, казалось, проступила улыбка — наконец-то она нашла достойного соперника. Напротив неё, с ледяным щитом на одной лапе и булавой в другой, стояла Эльдора.

Два противника ринулись навстречу. Первый удар — щит о щит — отозвался глухим стоном. Эльдора, используя свой вес, отбросила Тень и нанесла два молниеносных удара булавой, которые та парировала с невероятной скоростью. В ответ последовала серия яростных выпадов клинком. На третьем Тень, сделав обманный манёвр, опустилась на колено и рванула мечом вперёд. Эльдора едва увернулась, оказавшись сбоку. Воспользовавшись моментом, она вцепилась челюстями в предплечье Тени, с силой подняла и, раскрутив, швырнула прочь. Та приземлилась на ноги, затормозив, воткнув меч в мостовую.

С новой яростью Тень атаковала. Её меч, описав смертоносную дугу, обрушился на ледяной щит Эльдоры. Раздался оглушительный хруст — щит разлетелся на осколки. Но Эльдора использовала и их, метнув в противницу облако ледяной шрапнели. Тень прикрылась своим щитом, и в следующее мгновение исчезла, чтобы материализоваться прямо перед драконессой. Удар меча пришёлся в плечо. Лезвие, со скрежетом рассекая доспех, впилось в плоть. Эльдора с подавленным стоном рухнула на камни, выпустив булаву из ослабевшей лапы.

В это время остатки армии Культа, охваченные паникой, бросились в бегство. Они вырвались на небольшую площадь и замерли в ужасе: из-за арок доносился нарастающий, зловещий гул — гул скачущей конницы. Впереди, оседлав вороного скакуна, возникла фигура в серебряных латах. Капитан Горн, его шлем с Т-образным прорезом пылал голубым огнём, поднял одно из двух копий. Культисты попытались отступить, но было поздно. Из-за спины Горна, словно стальной таран, вырвалась конница, сметая и топча всё на своём пути.

Тень, уверенная в победе, медленно приближалась к поверженной Эльдоре, занося меч для последнего удара. Но тень с неба накрыла её. Фенор спикировал, выдохнул струю пламени и вцепился когтями в её плечи. Тень, выронив меч, с силой рухнула на землю.

Она попыталась доползти до оружия, но перед самой рукоятью её маску коснулось остриё копья. Она подняла взгляд. Со всех сторон на неё были нацелены лезвия, копья, взгляды полные ненависти. Она обернулась. Позади, опираясь на Фенора, стояла Эльдора. Юноша помогал своему командиру держаться на ногах. Эти два лица — измученное, но непобеждённое, и яростное, преданное — Тень запомнила навсегда.

Она медленно, с ледяным достоинством, подняла руки. Пальцы разжались. Поражение всегда горько.

Когда два фавна с цепями в руках шагнули к побеждённой Тени, чтобы надеть на неё наручники, воздух над Южным районом Варклава взорвался.

Высоко в небе, раздирая свинцовую пелену туч, прозвучал звук, от которого кровь стыла в жилах — оглушительный, пронзительный скрежет, будто сама реальность трескалась по швам. Все — и Тень, и победители, застывшие в момент её пленения, — разом подняли головы.

В густых облаках, клубящихся над городом, из ниоткуда проступил гигантский силуэт. Он был похож на чудовищного левиафана, выплывающего из бездны. Корабль не летел — он материализовался, выскальзывая из разрыва между мирами, из мирового шва, с невероятной, пугающей плавностью. Сначала из пелены показался нос — длинный, заострённый, поросший исполинскими ледяными кристаллами, сиявшими неестественным синим светом. Затем обрисовался массивный корпус, выкованный из тусклого серого металла, отражавшего угасающий свет, и, наконец, широкая корма. Это был не корабль, а плавучая крепость, чьи треугольные очертания дышали холодной, бездушной мощью.

По всему его днищу и бортам зияли квадратные амбразуры, из которых на город смотрели дула невиданных орудий. Палуба, выстланная досками тёмно-синего, почти чёрного дерева, была заставлена вооружением и припасами. В центре корабля вздымалась высоченная мачта с «гнездом» на вершине, на которой висели приспущенные паруса из ткани, похожей на застывшую молнию. А над всем этим возвышался капитанский мостик — застеклённая рубка, в глубине которой угадывалась одинокая фигура в доспехах. «Ледяной Ястреб», флагман Тени-Мага, прибыл.

Он навис над городом, затмевая собой небо. И тут же, будто порождение его воли, из ничего начали появляться другие суда — десятки меньших, почти прямоугольных кораблей с парными орудиями на носу и корме, украшенные вставками из пульсирующего фиолетового минерала. Они выплывали из пустоты один за другим, пока не заполнили небо целой армадой, готовой изрыгнуть смерть. Имирская мощь была далека от исчерпания. Маг вступил в игру.

Главная Тень, всё это время остававшаяся неподвижной, использовала мгновение всеобщего потрясения. Её движение было резким и безошибочным. Она рванулась с колен, подсекла двух ошеломлённых фавнов, и те с глухим стоном рухнули на мокрые камни. Прежде чем кто-либо успел среагировать, её рука сорвала с пояса небольшой сферический предмет. Когда воины бросились к ней, она швырнула его себе под ноги. Ослепительная вспышка, клубящееся облако фиолетовой пыли — и когда оно рассеялось, на месте Тени была лишь пустота.

-Чёрт! - выкрикнул Фенор, застывший в полушаге от того места, где она только что была. Его взгляд, полный ярости и горечи, метнулся с пустого места на корабли, застывшие в небе подобно стае хищных птиц. Он обернулся к своим, и его голос, жёсткий и не допускающий возражений, прорезал гнетущую тишину:

-Всем приготовиться! Бой не окончен. У нас гости.

Он холодно, с ненавистью взирал на армаду. Эх, а Тени снова всех переиграли.

Тем временем с восточной окраины города, через заброшенные запасные ворота, в Варклав вошло долгожданное подкрепление. Легион и два батальона пехоты с немногочисленной, но грозной конницей ступили на пустынные мостовые. Во главе этого стального клина шла Эмбра, её серебристая чешуя тускло поблёскивала в скупом свете. Взгляд её, острый и настороженный, скользил по застывшим фасадам домов, выискивая малейшее движение в тенях. Плечом к плечу с ней шагали Флойд в практичных доспехах, с луком за спиной и серебряным клинком у пояса, и маг Эраст. Дело мага было сделано — фальшивый сигнал заманил Тень в ловушку, но теперь предстояло заплатить за эту хитрость кровью.

Битва за Варклав: Акт 2

Небольшое, но дисциплинированное войско бесшумно продвигалось вглубь безлюдных кварталов, пока все разом не замерли, подняв головы. В небе, словно грозовые тучи, висел вражеский флот. И с его палуб, подобно чёрной саранче, начали срываться в пике сотни иссушителей — крылатых воинов-скелетов, чья верность была вырвана самим Лордом Тьмы. Второй акт кровавой симфонии начинался.

Узкая улочка вывела отряд Эмбры к арке, открывавшей вид на площадь, где уже кипел бой. Стены домов были испещрены следами ярости — гарью, грязью и багровыми брызгами. В центре площадь гудела, как раненый зверь: звон стали, хруст костей, предсмертные хрипы и боевые кличи слились в оглушительный хаос. Пехота Сопротивления, фавны-защитники, отчаянно отбивалась от крылатых демонов и — что заставило сердце Эмбры сжаться — волколаков.

Из гущи схватки вылетел отброшенный фавн. Он рухнул на спину и, заливаясь кровью, инстинктивно выставил вперёд руку в немом жесте сдачи. Из-за спин культистов возник исполинский волколак в шлеме, сросшемся с черепом. Его глаза, горящие красным огнём, не выразили ни милосердия, ни интереса. Он занёс свою кувалду для добивающего удара.

Гигантский молот обрушился вниз, но с оглушительным лязгом замер в сантиметре от головы фавна. Волколак медленно поднял взгляд. Перед ним стояла Эмбра, её хвост с лезвием на конце, дрожа от напряжения, сдерживал страшный удар. Ярость вспыхнула в глазах чудовища. Он вырвал оружие и с рёвом обрушил его на драконессу. Удар пришёлся в бок, отбрасывая её, но в тот же миг Эмбра, кувыркаясь в воздухе, выдохнула сгусток фиолетового пламени, опаливший морду волколака.

Приземлившись у ног своих солдат, она издала короткий, резкий крик — и батальоны ринулись вперёд. Эраст, не прекращая бормотать заклинания, разил врагов ледяными сферами, разбрасывавшими осколки, похожие на алмазную пыль. Флойд, выпустив тетиву, пронзил магической стрелой трёх культистов, а затем, обнажив клинок, врубился в самую гущу схватки. Под напором свежих сил ряды Культа дрогнули.

Эмбра вышла против чёрного волколака. Шрамы и гноящиеся раны на его теле говорили о долгой и жестокой жизни. Противник бросился в атаку, его молот оставлял в каменных стенах глубокие трещины. Увернувшись от третьего удара, Эмбра запрыгнула на наковальню молота, пригвоздив его к земле, и, оттолкнувшись, в прыжке нанесла с разворота глубокий порез на его груди. Волколак отшатнулся — прямо на клинок Флойда, вонзившийся ему в лопатку. Движение вперёд, неловкий шаг — и эфирное копьё Эмбры пронзило его горло. Исполин с хрипом рухнул, как подкошенный дуб.

Немногие уцелевшие культисты в панике побежали, укрывшись в здании городского консульства. Бойцы Сопротивления преследовали их, и воздух взорвался ликующим рёвом: «За Варклав!»

Эмбра, тяжело дыша, остановилась в центре площади. И тогда её впервые окружили не как командира, а как героя. Восторженные крики, руки, тянущиеся к её лапам, взгляды, полные благодарности. Но её собственный взгляд был устремлён в сторону консульства. Этот бой ещё не был окончен.

Сопротивление, не теряя темпа, стремительным маршем приблизилось ко двору консульства, что стояло неподалёку от восточного района. Когда-то это двухэтажное здание с двумя крыльями было символом порядка, а теперь, с флагами Культа, спускавшимися с его крыш, оно превратилось в мрачный форпост тьмы. В окнах мелькали тени в доспехах — враг готовился к последнему рубежу.

Едва войско Сопротивления вступило на улицу, воздух взорвался грохотом. Из-за стен двора, где были установлены имирские орудия, ударили пять пушек. Два снаряда врезались в строй, поднимая в воздух обломки и тела, но остальные три рассеялись в ослепительных магических щитах, возведённых Эрастом. Пехотинцы вжались в землю, укрываясь за любыми укрытиями. Эмбра и Флойд обменялись взглядами — безмолвный план родился мгновенно. Пока драконесса отвлекала огонь на себя, Флойд, будто сама смерть, целился не в артиллеристов, а в жерла орудий. Его стрела, выпущенная в миг залпа, влетала в дуло, и следующая секунда озарялась огненным взрывом, разрывающим пушку изнутри. Одна за другой, артиллерийские точки умолкали, обращаясь в груду дымящегося металла.

С потерей пушек, последние культисты в отчаянии бросились к стенам здания, словно крысы, ищущие спасения в норе. Пехота Сопротивления поднялась в полный рост и пошла в наступление. Бой вспыхнул с новой яростью. Вскоре с верхних этажей посыпались вниз иссушители, выбивая стекла и пикируя на атакующих. Численный перевес склонился на сторону Культа, но ярость и решимость защитников города были сильнее.

В самой гуще схватки Флойд, прикончив очередного крылатого демона, крикнул Эмбре, отбивавшейся рядом:

-Эмбра! Мы справимся! Иди! Покончи с их лидером!

Эмбра кивнула, её взгляд стал твёрдым. Она рванула вперёд, расчищая путь к массивным дверям консульства. Ударом плеча она вышибла их, и створки с грохотом отлетели внутрь.

Тишина и мрак поглотили её. Помещение освещали лишь чадящие красные факелы, их отсветы дрожали на окровавленной ковровой дорожке. Иссушители, занятые боем снаружи, не обратили на неё внимания. И тогда её взгляд упал на другую сторону зала — и сердце остановилось.

Перед ней стоял волколак. До жути знакомый. Его левая половина была такой, какой она помнила с детства: серая шерсть, зелёный глаз, вытянутая морда. Но правая... Правая была кошмаром. Голый, жёлтый скелет от бедра до головы, череп, прикрытый лишь металлической пластиной на месте скулы и глаза, в которую был вставлен механический зрачок, пылающий алым огнём. Его правая рука от плеча до когтей была выкована из тёмного металла, а из предплечья выступало длинное, смертоносное лезвие. Это был Тариэл. Её первый наставник. Тот, кто растил её в тени, учил держать клинок, читал мораль и был ей ближе семьи. Её прошлое, воплотившееся в кошмаре.

Он сделал два неспешных шага вперёд, вышел из тени. Костяшки его здоровой руки хрустнули.

-Ах, Эмбра! - его голос был похож на скрежет камней. - Некогда уважаемая всем Верхним миром, почти принцесса, сам «Страх Небес», дочь Арагона, ныне предатель, воюющий с жалкими повстанцами!

Он усмехнулся, и в этом звуке не было ничего, кроме яда.

-Предателям нет места в новом мире. Я с радостью напомню тебе уроки манер. Твоя смерть станет отличным подарком Культу!

Он топнул ногой, и его движение было отточенным, как у танцора. Металлическая рука взметнулась, и с тихим щелчком лезвие, длиннее его предплечья, выдвинулось, сверкая в кровавом свете. Они замерли — ментор и ученица, прошлое и настоящее, связанные неразрывной нитью ненависти и боли.

И бросились навстречу.

Волколак — с клинком, выставленным вперёд. Эмбра — с хвостом, готовым принять удар. Сталь встретила сталь с оглушительным скрежетом, высекая сноп искр. Они отскочили, чтобы снова сойтись в яростном танце. Эмбра, уворачиваясь от смертоносного лезвия, попыталась проткнуть ему ногу остриём хвоста, но он с лёгкостью уклонился.

-Слишком мало силы в плече - его голос звучал спокойно, по-учительски. - Я учил тебя бить от бедра, вкладывать весь вес. Расслабься. Вспомни.

Он элегантно развернулся, занёс руку и с силой вонзил клинок в пол там, где мгновение назад стояла Эмбра. Не попав, он вырвал лезвие без единой секунды промедления.

Эмбра не стала ждать. Она атаковала с новой яростью — хвост, когти, сгустки стихийной энергии обрушились на него градом.

Но волколак был невозмутим. Он отклонялся, делал шаг в сторону, изгибался под ударами, держа свою живую руку за спиной, словно это была всего лишь разминка.

-Этот финт — мой - отрывисто бросил он, уворачиваясь от хвоста. - И этот выпад — тоже. Твоя ярость — моя. Ты всего лишь отражение в разбитом зеркале, пытающееся стать оригиналом.

На этих словах он сам перешёл в наступление. Его клинок рассекал воздух серией молниеносных выпадов, каждый из которых был направлен в уязвимые места, которым он же её и учил. Эмбра отбивалась, но не могла найти брешь в его защите. Оказавшись прижатой к стене, она совершила отчаянный прыжок — тот самый, которому он научил её в далёком детстве. Она ринулась вперёд, в метре от него взмыла в воздух, описала дугу над его плечом и с разворота нанесла удар остриём хвоста ему в спину.

Но он развернулся с немыслимой скоростью. Его лезвие встретило её хвост. Их взгляды скрестились. Механический глаз вспыхнул багровым светом.

-Хм, ты сражаешься со мной, используя мои приёмы? - прошипел он, и в его голосе впервые прорвалась ярость. - Пытаешься убить меня моими же руками? Глупая девочка!

С мощным рывком он отбросил её прочь.

Здоровая рука волколака скользнула к поясу. Когда она поднялась, в ней сжимал небольшой томагавк с золотым лезвием. Деревянная рукоять была обмотана куском чьей-то шкуры, а с её конца на тонких кожаных шнурках болтались когти — трофеи, собранные в бесчисленных боях. С двумя клинками в руках Тариэл стал вдвойне опасен. Он чиркнул томагавком о наручный кинжал, и в полумраке зала вспыхнул сноп искр. Медленно, неотвратимо, он начал наступать. Его взгляд был прикован не к Эмбре, а к кроваво-красному ковру под ногами.

-Вот ты сражаешься за них - прохрипел он, указывая топориком в стену, за которой гремел бой. - Они дали тебе фальшивое признание, дешёвую дружбу... А я дал тебе силу. Пришло время выбрать, что на самом деле нужно для жизни в этом жестоком мире.

Эмбра, зажатая между смертью и каменной стеной, сделала отчаянный выпад хвостом. Тариэл непринуждённо ушёл в сторону, будто отшатнулся от дуновения ветра. Следующую её атаку он встретил томагавком, его рука при этом вывернулась под немыслимым углом, и он снова отбросил её.

-Ты скована, Эмбра - заметил он, и в его голосе звучала почти отеческая досада. - Раньше ты не думала. Ты просто делала. Чисто, инстинктивно. Вернись к этому. Это было так... естественно.

Эмбра слышала каждое слово, пропуская его сквозь стену ненависти. Она ринулась вперёд, её движения слились в смертоносный пируэт, и на этот раз остриё хвоста прочертило кровавую полосу на его здоровом плече. Тариэл сдавленно ахнул и отпрыгнул. Его взгляд упал на сочащуюся рану.

-Ха... Представь, ты победишь меня. И что? - его голос пророкотал, как подземный гром. - Останешься никем! Сиротой дважды над сменившимися! Всего лишь призраком без прошлого!

С новым рёвром он бросился в атаку, его два клинка рассекали воздух в сокрушительном дуэте — томагавк и лезвие пересекались, рубили, наносили удары в унисон. Но Эмбра была стремительна, как тень.

-Ты не сможешь меня одолеть, потому что я — не враг твой. Я — твой первый отец! Я — правда о тебе. Правду можно отрицать, от неё можно бежать, но уничтожить — никогда!

На этих словах он метнул томагавк. Топорик, вращаясь с низким свистом, пролетел в сантиметре от груди Эмбры, оставив на чешуе тонкий, горящий порез.

-Я учил тебя не просто драться. Я учил тебя чувствовать — боль, ритм боя, сладкий азарт смерти. И ты обожала это. Обожаешь и сейчас. Я чувствую, как твоё сердце бьётся в такт нашему старому балету! - его утверждение прозвучало как приговор.

Волколак ринулся вперёд, занося руку с лезвием для решающего удара. Эмбра встретила его хвостом. Сталь встретила сталь с оглушительным скрежетом. Они замерли, сцепившись, мускулы дрожали от напряжения.

Тариэл оскалился в ухмылке.

-Думаешь, смыть кровь — это искупление? Нет. Это просто новая краска, нанесённая поверх старой. А под ней — всё тот же узор. Мой узор!

Он с силой рванул, отбрасывая Эмбру. Его волчьи клыки обнажились в торжествующем оскале.

-Они смотрят на тебя и видят спасительницу. А я вижу всё тот же блеск в твоих глазах, когда ты вспоминаешь запах горящих деревень. Наш запах...

-С меня хватит - прошипела Эмбра, и её голос был тих, но полон стальной решимости.

-О, хо-хо! Решила поиграть в героя? - язвительно рассмеялся Тариэл. - Герои спасают кого-то. А кого спасаешь ты, Эмбра? Саму себя? Смехотворная попытка.

Он снова бросился вперёд, и она встретила его. Их клинки сплелись в смертоносном вальсе, каждый удар, каждое парирование было наполнено грузом их общего прошлого.

-Ты всего лишь пешка, которую все используют... - прошипел он, и с этими словами его нога с силой врезалась ей в грудь, отшвыривая через весь зал.

Она перекувыркнулась в воздухе и приземлилась на все четыре лапы. В момент её приземления пространство рядом с ней с треском заполнилось статическим электричеством. Эмбра подняла голову. Из её глаз исчезли зрачки, теперь они пылали ослепительным белым светом. Воздух вокруг нее сгустился и похолодел.

-С меня хватит быть чьим-то оружием! - её голос прозвучал эхом из нескольких уст одновременно.

Над её головой, с шипящим звуком рвущейся плоти реальности, возник сгусток энергии. Это была красная, пульсирующая молния, но не электрическая, а сотканная из чистого ужаса, острая и пронзительная. Её окружали, словно ледяной венец, неправильные, угловатые кристаллы мерцающего инея — древняя, забытая сила. Эмбра с силой швырнула этот гибридный снаряд в Тариэла.

Красно-ледяная стрела преодолела расстояние быстрее мысли. Она вонзилась в грудь волколака не пламенем, но леденящим душу холодом и всепоглощающим страхом. Тариэл с хриплым стоном рухнул на колени, затем на четвереньки. На его груди и животе чернел обмороженный, потрескавшийся ожог, из которого сочился не дым, а лёгкий, смертельный иней.

-Ты... Ты предатель! - прохрипел он, с невероятным усилием поднимаясь на колени.

Эмбра медленно и неотвратимо шла к нему, её белые глаза не мигали.

-Я не предатель - её голос прозвенел, чистый и юный, как горный ручей, несущий не жизнь, но приговор. - Я — Несломленная. От оков, из которых меня вырвали, до пепла, в который я обращу отцовское наследие, начиная с тебя!

Она занесла лапу и нанесла удар — не яростный, а точный и окончательный. Её когти прочертили глубокие борозды на его грудине. Тариэл с последним, беззвучным выдохом рухнул навзничь.

Эмбра развернулась и направилась к выходу. У порога она на мгновение остановилась, потрясла головой, будто стряхивая наваждение. Белый свет в её глазах угас, сменившись привычным фиолетовым сиянием.

Она вышла во двор. Бой закончился. Её войско, измождённое, но ликующее, ждало её. Первыми к ней подбежали Флойд и несколько фавнов.

-Всё кончено. Мы победили - произнесла она, и её голос вновь был твёрдым и ясным. - Но у меня осталось одно незаконченное дело. Мне нужно повидать отца.

Она повернула голову, и её взгляд устремился к самой высокой башне города, что упиралась шпилем в затянутое дымом небо. Она не знала наверняка, был ли он там. Она просто чувствовала это.

Северный и Восточный районы Варклава были отбиты. Волна освобождения, сокрушительная и неумолимая, прокатилась по улицам, но на Юге и Западе всё ещё хозяйничал враг. Небо над этими кварталами было скрыто под брюхом вражеского флота, откуда бесконечным чёрным дождём сыпались вниз иссушители.

Эпицентром схватки стал центр города. Здесь две крупные группировки Сопротивления — одна под командованием Эльдоры и Фенора, другая во главе с Флойдом — слились в единый стальной кулак. Объединённое войско вышло на широкий проспект, ведущий к богатым Западным кварталам. И на границе районов их уже ждала стена из крылатых культистов, чьи ряды постоянно пополнялись свежими силами с кораблей.

Спустя секунду тишины, иссушители с пронзительным визгом ринулись вниз. Бой вспыхнул с новой яростью. Сопротивление, закалённое в уличных боях, отлично держало строй. Воины прикрывали друг друга, магия Хранителей выжигала целые шеренги налетающих, а арбалетчики сбивали их с неба точными залпами. Иссушители падали на мостовую, словно перезрелые плоды, и чаша весов склонялась в сторону защитников.

Но тут случилось неизбежное. Два небольших корабля, зависших над площадью боя, развернулись. С лязгом их орудия опустились, и через мгновение проспект взорвался градом голубых энергетических снарядов. Сгустки плазмы с рёвом врезались в ряды Сопротивления, выжигая в строю огненные бреши и обращая камни в пыль.

Эльдора, сражавшаяся в первых рядах, отбросила очередного крылатого демона и окинула взглядом поле боя. Холодная ярость закипела в ней.

-Их корабли кромсают наши ряды! Надо их остановить! - её голос прорвался сквозь грохот, полный отчаяния и решимости.

И в этот момент небо ответило.

В стороне от флота Культа, воздух затрепетал и разорвался, открывая порталы, мерцающие знакомым зловещим светом Нижнего Мира. И из этих разрывов хлынула крылатая лавина. Драконы всех мастей — от ядовитых исполинов до полупрозрачных эфирных призраков. Альянс пришёл на зов.

Взвод ветряных драконов, словно ураган, налетел на корабли, обстреливавшие проспект. Они кружили вокруг судов, сбивая с толку наводчиков и отражая выстрелы порывами сжатого воздуха. И тогда, по невидимой команде, они обрушили на верхнюю палубу флагмана шквал ветряных снарядов. Драконы отлетели, и корабль вздрогнул. В его середине вспыхнуло ослепительное пламя, корпус с оглушительным скрежетом переломился пополам. Пылающая громада накренилась, рухнула на соседний корабль и увлекла его за собой в огненную бездну.

Ещё несколько таких атак — и в небе разгорелось своё сражение. Из порталов вылетало всё больше союзников. И вот из самого крупного, подобно двум золотым стрелам, вырвались молодые драконы.

-Смотрите! - голос Фенора, полный неподдельного восторга, прорезал шум битвы. - Это Эрдни и Киара!

Войско, увидев своих Избранных, ответило единым ликующим рёвом. Уставшие воины обрели второе дыхание. Атака захлебнулась, ряды иссушителей дрогнули и поползли назад. Путь на Запад был открыт.

Чуть дальше, на одной из площадей Западного района, куда уже спешило подкрепление Культа, с грохотом открылись новые порталы. Первой из них вышла знакомая серебристая драконесса. Церис, лидер Нижнего Мира. За её спиной из трёх разломов в реальности хлынул легион — наполовину люди под предводительством Флинта, наполовину драконы.

Из двух других порталов вышел Зейн в своих чёрных латах, ведя за собой батальон эфирных драконов, чьи тела мерцали, как мираж.

Им напротив, на другом конце площади, уже выстраивалась новая стена из иссушителей, а с неба на них пикировала очередная чёрная туча.

Церис вышла вперёд. Её голос, чистый и звенящий, как сталь, прокатился над будущим полем боя:

-Нижний Мир веками хранил свой покой! Но сегодня мы поднимаем оружие! - она обвела взглядом своих воинов, и в её глазах горела та же решимость, что и в глазах варклавских защитников. - А теперь, ребята, давайте отправим этих имирских выскочек обратно в их льды!

Она сделала паузу, сжимая когти.

-За Варклав!!!

С этим кличем она ринулась вперёд. И всё её войско, с единым рёвом, обрушилось на врага. Сила Нижнего Мира встретилась с иноземной скверной лицом к лицу.

По команде Зейна батальон эфирных драконов поднял головы. Воздух завибрировал, и в следующее мгновение в небо взметнулся град полупрозрачных копий и лезвий. Это был не просто залп — это был шквал, будто десятки пулемётов открыли огонь одновременно. Иссушители в небе стали падать, как скошенные колосья.

Вскоре на помощь Церис и Зейну прорвалось основное войско Сопротивления. Освобождение Запада началось. И шло оно как по маслу.

В небе разверзлось пекло, затмившее битву на земле. Магические снаряды, оставляя за собой разноцветные шлейфы, пронзали облака и разрывались ослепительными вспышками, на мгновение освещая хаотичную резню. Одни находили свои цели в стаях иссушителей, разрывая их в клочья и сбрасывая вниз дождём из обломков. Драконы-тени, обратившись в дымчатые силуэты, врезались в строй крылатых культистов, рассекая их призрачными когтями в смертельном танце.

Но главной целью по-прежнему оставались корабли. Флот Культа уже лишился десятка судов, но оставшиеся продолжали изливать на силы Альянса шквал голубой плазмы. И именно на них направили свой гнев Эрдни и Киара.

Потрёпанные битвой за Никсарат, но не сломленные, они ворвались в новое пекло. Усталость была глубокой, но слаженность — абсолютной. Ни одна вражеская стая, осмелившаяся преградить им путь, не уцелела. Одних испепеляли огненные шары и ядовитые сгустки, других разрывали в клочья, когда драконы врезались в самое сердце их построений. Так, оставляя за собой шлейф из обломков и пепла, Эрдни и Киара пробились к армаде, нависшей над южными районами.

Заметив их, наводчик на палубе ближайшего корабля отчаянно замахал руками. Носовые орудия с тяжёлым скрежетом развернулись и изрыгнули смертоносные разряды. Драконы, летевшие крылом к крылу, мгновенно расступились, уворачиваясь от прожигающих воздух сгустков энергии. Они ринулись вниз, к самой палубе, их полёт превратился в головокружительный зигзаг, уводящий от линии огня. Войдя в мёртвую зону, они оказались у цели. Наводчик в ужасе бросился бежать, но ядовитый шар Киары, первой коснувшейся палубы, настиг его.

Эрдни же на мгновение замер в воздухе. Его тело окутал мягкий зелёный свет, а на кончике хвоста сформировалась массивная каменная булава. Собрав энергию, он камнем рухнул вниз, обрушив всю свою мощь на хребет корабля. С оглушительным треском судно переломилось пополам, его взрывающиеся обломки понеслись к земле, а Эрдни и Киара уже были в воздухе, устремившись к следующей цели.

На этот раз они не стали приземляться. Эрдни дал Киаре знак, сложил крылья, превратившись в аэродинамическую «стрелу», и его тело покрыло пламя. С рёвом, подобным падающему метеору, он выпустил накопленную энергию и пронзил корабль насквозь, оставив после себя пылающую сквозную рану. Корабль, истекая огнём, начал разламываться. Экипаж, пытавшийся спастись в паническом прыжке, был встречен безжалостными атаками Киары. Спустя мгновение Избранные, пролетев сквозь облако дыма и обломков, вновь оказались рядом.

Над ними, затмевая всё остальное, угрожающе нависал «Ледяной Ястреб» в окружении своей свиты. Эрдни и Киара обменялись краткими, но полными решимости взглядами. Мысль была одна: флагман. Они ринулись вверх, в самую гущу сражения, где воины Альянса уже превращали сотни кораблей в дымящиеся десятки. Эрдни и Киара, прокладывая себе путь огнём и тенью, не забывали о союзниках. Вот огненный шар Эрдни сжёг преследователей, увязавшихся за хвостом дракона ветра; вот эфирный снаряд Киары принял на себя роковой выстрел, предназначавшийся их собрату.

Череда таких манёвров привела их наконец к самой цели. Они приземлились на палубу уже подбитого корабля, добили остатки экипажа и, когда судно начало падение, оттолкнулись от него в последнем, решительном прыжке.

И вот они оказались там. На просторной, тёмной палубе «Ледяного Ястреба». Перед ними открывался вид, одновременно величественный и ужасающий: весь Варклав лежал как на ладони, небо ревело от взрывов, а на земле войска Сопротивления неудержимо теснили врага на Западе. Они достигли сердца бури.

Битва за Варклав: Схватка с Тенью

С кормы на них хлынула лавина иссушителей. В свете угасающего дня смертоносным бархатом отсвечивали клинки из черного металла. Киара не стала дожидаться удара. Ее форма растворилась, обратилась скользящей по палубе тенью. Она пронеслась меж ног ошеломленных культистов, и, достигнув последнего в их строю, вновь обрела плоть. В тот же миг волна сокрушительной энергии прокатилась по толпе, сметая целые шеренги в небытие.

Эрдни и Киара, плечом к плечу, двинулись вглубь корабля, чувствуя напряженную тишину, чреватую внезапной атакой. За мачтой они замерли. И тут же, в вспышке ледяного сияния, из самого воздуха возникла Тень. Ни меча, ни посоха в ее руках не было. Заметив драконов, она лишь спокойно убрала руки за спину, будто готовилась не к схватке, а к беседе.

-А, наконец-то вы пришли - прозвучал из-под шлема голос, холодный и ровный. - Но не обольщайтесь видимым успехом вашей армии. То, что мы видим, часто бывает самой изощренной ложью.

-Ты просто не в силах признать поражение - парировал Эрдни.

-Да? Или, возможно, я всегда на шаг впереди? - в ее голосе плескалась тихая насмешка.

-Даже ваш последний козырь вас не спасет! - Киара сделала угрожающий шаг вперед.

-Хм… Может быть, ты и права - ответила Тень, и в словах ее зазвучал сарказм. - Но с другой стороны… Пока командир не повержен, армия не падет.

Тень на мгновение замолкла, плавно сместившись на несколько шагов вправо, подобно скользящей по шахматной доске фигуре.

-Но если вы так жаждете встать у меня на пути… - ее голос внезапно зазвенел сталью, - то знайте: вы падете, как и все, кто пытался до вас!

На этих словах Тень совершила изящный разворот, подобный движению из вальса. Рука в металлической перчатке, сжатая в кулак, взметнулась вверх. Плащ, до этого лежавший у ее ног неподвижной волной, взвился в воздух. За ее спиной, над самыми плечами, с ледяным звоном материализовались пять магических кинжалов, выточенных из чистейшего льда. Смертоносный танец начинался.

Тень атаковала первой. Ее движение было ужасающе легким: одна рука вытянулась вперед, другая занеслась над плечом, словно дирижер, дающий начало симфонии разрушения. По этой изящной команде ледяные кинжалы со свистом рассекли воздух. Три правых поглотило черное дымчатое облако, в которое обратилась Киара. Остальные два, встреченные сокрушительной струей драконьего огня Эрдни, взорвались мириадами сверкающих осколков.

Тень испарилась, оставив лишь искрящееся облако инея, и материализовалась у драконов за спиной. Небольшой взмах рукой, крутящее движение кисти — и между Эрдни и Киарой с воем арктической бури взметнулся ледяной смерч, с неумолимой силой затягивающий все в свою леденящую сердцевину. Драконы метнулись в стороны, едва ускользнув от воронки. В это мгновение Тень, снова потеряв плотную форму, обратилась белесым ледяным призраком и бесшумно скользнула к основанию мачты.

Как только Киаре удалось обрушить воронку, швырнув в ее эпицентр сгусток сжатого ветра, Тень вновь обрела физическое обличье. Ее руки взметнулись вверх — и из палубы под ногами противников вырвались частоколы ледяных шипов, острых и беспощадных, как клыки первобытного чудовища. Эрдни и Киара, оттолкнувшись в последнее мгновение, взмыли в воздух и ринулись на врага. Из пасти Эрдни вырвался огненный шар, Киара же выплюнула сгусток едкого яда. Зеленоватая масса слилась с пламенем, породив призрачное изумрудное пламя. Но Тень вновь растворилась, и смертоносный снаряд, пролетев насквозь, оставил в палубе дымящуюся черную дыру.

Тень материализовалась на носу корабля. Несколько изящных шагов, как у королевы, уверенной в своей победе на шахматной доске, — и она перешла в контратаку. Сложив руки ладонь к ладони, она медленно развела их в стороны. Перчатки вспыхнули ослепительным голубым сиянием, и через секунду из ее сомкнутых ладоней вырвался сокрушительный луч ледяной энергии, способный выжечь жизнь и обратить плоть в хрусталь одновременно. Луч, тонкий и смертоносный, прочертил воздух, пытаясь настичь уворачивающихся драконов, словно солнечный луч из лупы, выжигающий насекомых. Но драконы были стремительны. Энергия стала слишком нестабильной, и отдачей Тень отбросило назад. Она приняла удар, отставив ногу, и, плавно развернувшись, окинула взглядом поле боя.

Увидев цель, она прошептала слова древнего заклятья. По обе стороны от ее предплечий выросли из воздуха длинные, кристально чистые шипы льда, парящие в воздухе и повинующиеся малейшему движению ее запястий. Ее смертоносный вальс продолжился. Она посылала клинки один за другим — точечно, безжалостно. От большинства драконы уклонялись, и ледяные лезвия вонзались в палубу, оставляя глубокие шрамы. Эрдни и Киара начали выдыхаться, и Тень это видела. Именно этого она и ждала.

И тут произошло нечто, нарушившее ее безупречный расчет.

Из-под палубы донесся грохочущий скрежет запускаемых механизмов. Орудия «Ледяного Ястреба» — с десяток с одного борта — разом навели свои жерла и открыли огонь. Снаряды, черные, как вода подо льдом в безлунную ночь, понеслись к позициям войска Сопротивления, уже почти отбившего богатые районы. Казалось, катастрофа неминуема.

Но в этот миг, будто в ответ на немую мольбу защитников, флагман Тени получил удар. Небольшой корабль сопровождения, подбитый силами Альянса и объятый пламенем, с оглушительным треском накренился и, падая, всей своей массой врезался в борт «Ястреба», прочертив в его обшивке длинную, рваную пробоину. Одновременно с левого борта на корабль обрушились драконы-союзники. Серия оглушительных взрывов потрясла воздух. Непобедимый флагман Культа, тяжело раненный, начал неудержимо крениться и падать.

Обстоятельства вынудили Тень отвлечься. На мгновение в ее осанке мелькнуло напряжение. Окинув взглядом рушащийся вокруг мир, она вновь остановила его на драконах, ненадолго вышедших из-под ее контроля. Решение созрело мгновенно. Снова обратившись ледяным, полупрозрачным силуэтом, она совершила стремительный рывок. Ее призрачные руки схватили Эрдни за грудь, а Киару — за шею с хваткой, холодной как сама смерть. И прежде чем обломки корабля поглотили место битвы, Тень вместе со своими пленниками испарилась в воздухе, покинув обреченное судно.

Тень перенесла их в место, до ужаса знакомое — по крайней мере, ей самой. Они оказались на широкой круглой площади города-гиганта, погребенного под вечными снегами. Сугробы вздымались почти до окон вторых этажей. Пронизывающий ветер гулял между зданий, порой взметая в воздух тучи колючих снежинок, скрывавших обзор.

Площадь представляла собой картину ледяного апокалипсиса. Повсюду валялись обломки — искорёженные доски, щиты из расколотой фанеры, колёса повозок, брошенных вместе с закоченевшими скелетами лошадей, чьи останки изредка проглядывали из-под белого покрова. Четырёхэтажные дома, стилизованные под азиатскую архитектуру, стояли как ледяные надгробия, их конструкции, сделавшиеся хрупкими от холода, угрожающе нависали над пространством. С карнизов свисали гигантские сосульки, острые и тяжелые, словно зубы исполинского зверя. Они попали в Имир.

Тень материализовалась в воздухе и приземлилась в центре площади, резко разведя руки в стороны. Ее хватка ослабла, и драконов отбросило в противоположные стороны. Не дав им опомниться, она тут же свела руки стремительным движением. Глухой удар металлических перчаток, похожий на погребальный звон, отозвался эхом в мертвом городе — и от нее во все стороны прокатилась волна синей ледяной энергии, клубящейся ирисцентным морозом.

Эрдни, едва встав на ноги, не успел среагировать. Волна накрыла его, и в тот же миг тело дракона сковало прозрачным, сверкающим льдом, оставив Тени на одну проблему меньше. Маг повернула голову. Киара, чья реакция была молниеносной, успела обратиться в скользящую тень, и губительный холод прошел сквозь нее, не причинив вреда. Когда волна, достигнув краев площади, рассеялась, она вновь обрела форму, принимая низкую, собранную стойку, полную молчаливого вызова.

Тень элегантно развернулась к ней. Она слегка склонила голову, словно подавляя усмешку, и сделала два небрежных, почти ленивых шага вперед. Затем взгляд ее поднялся.

-Хорошо… - произнесла она спокойно, и в последующей паузе висела немая насмешка. - Давай потанцуем, Киара!

Слова прозвучали громко, бросая вызов безмолвию города. Тень вскинула плащ, на мгновение полностью скрывшись за складками черной ткани. Когда ткань опала, она замерла в новой позе: одна рука, согнутая в локте, была занесена над плечом, другая — вытянута вперед. В вытянутой руке сверкал клинок.

Это был меч из материала, напоминающего темный лазурит, по которому изнутри струилась и пульсировала голубая энергия. Лезвие его не было прямым — ряд искусных зазубрин создавал форму, подобную ветви ели или хрустальному узору. Рукоять же была выточена из чистейшего серебра, сияющего холодным, несмазываемым светом. Примечательно было то, как Тень его держала: не вертикально, как большинство, а горизонтально, направив острие точно на противницу, подобно тому, как фехтовальщик держит рапиру. Аврора, судя по всему, была знакома с этим искусством в совершенстве.

Так и застыли две противницы в центре ледяной арены: одна — со смертоносным, заостренным изяществом, другая — с готовностью ответить на вызов. Второй акт балета начинался.

Киара ринулась в атаку. Обратившись в дымчатый силуэт, она пронеслась по обледенелому камню площади и, выпрыгнув в метре от противницы, обрела плоть. Тень молниеносно сдвинулась с места, изящно скользнув навстречу. Кончик хвоста Киары, только что материализовавшийся в воздухе, со стеклянным звоном встретился с клинком Тени. Импульс отбросил драконессу назад, но та, не дав себе передышки, перешла в яростное наступление.

Она растворялась и появлялась то в одном, то в другом месте, возникая перед Тенью в воздухе и нанося стремительные удары хвостом, когтями, крыльями. Но реакция Тени была отточена до безупречности. Она будто предугадывала каждое появление, словно видя тепловой след противницы. Каждую атаку встречал точный выпад или легкий, почти небрежный парирующий удар клинка. Теневой силуэт Киары метался по площади, а Тень, невероятно виртуозно орудуя мечом, скользила по заснеженному пространству, как королева по шахматной доске. Ее траектория была идеально выверенной линией. Движения вооруженной руки были ужасающе изящны, точны, грациозны — будто этот бой был сложнейшей математической теоремой, которую она доказала сотни раз. Ее «танец» с Киарой был для нее ясен, как ноты на партитуре.

Вот Киара, пребывая в дымчатом состоянии, зашла ей за спину и, в прыжке обретя форму, попыталась ударить по незащищенному доспехами участку. Эфирные когти, сгущенные на ее лапах, уже почти коснулись металла. Но в тот же миг Тень сделала молниеносное движение рукой, занеся ее за спину в неестественной, но безупречной позиции. Удар Киары встретил клинок, при этом Тень даже не обернулась, лишь слегка развернула плечо. Киара на мгновение оцепенела от невозможности: даже такая атака не сработала. Как бороться с этим существом?

Тень махнула рукой, приводя ее к груди, и этой плавной силой отбросила Киару в сторону. Аврора элегантно развернулась на одной ноге, подобно балерине, и сделала несколько неторопливых шагов навстречу оппонентке, уже собравшейся для новой атаки.

-Должна признать… - прозвучал из-под шлема приглушенный, но отчетливый голос. - Ты весьма неплохо танцуешь. Но этого мало.

На последнем слове она провела лазуритовым клинком по воздуху, завершив движение, опустив острие к самой земле.

Киара снова взяла инициативу. Не церемонясь, она взметнула крыльями, вызвав вокруг Тени вихрь, который вздыбил в воздух густую тучу снега, полностью скрывшую врага. Получив краткую передышку, Киара исчезла, появилась на другом конце площади, снова обратилась тенью, проскользнула к клубящемуся облаку и, выпрыгнув из него в полуметре, обрела физическую форму, свернувшись в тугой шар. Ее окутала зеленая, пульсирующая материя, издававшая едкое шипение и яркое свечение — чистый концентрат яда, кислота в ее самой смертоносной ипостаси. Это был «Удар Скорпиона» — техника, доступная лишь избранным носителям стихии отравления.

Когда Киара была уже в сантиметрах от цели, Тени удалось рассеять снежное облако взмахом свободной руки. Увидев в последний миг несущийся на нее зеленый шар, Аврора, бросив клинок в воздух, сама обратилась ледяным силуэтом, оставлявшим за собой шлейф инея, и увернулась, мгновенно материализовавшись в трех шагах. Схватив в падении свой же меч, она вновь обрела плоть. Киара, промахнувшись и вгрызшись в ледяную мостовую, с досадой выправилась. Тень же непринужденно прошлась по окружности, ее поза — даже сквозь шлем — была наполнена немой насмешкой.

-Прекрасно… Но все еще недостаточно.

На этот раз первой атаковала Тень, продолжая свой бесконечный балет. Лазуритовый меч сверкал, вспыхивая отраженным светом атак Киары и мертвенным сиянием иммирского льда. Бой перешел в фазу, повторяющую первую: холодная, расчетливая грация против яростной, но пока бесплодной иллюзии.

В какой-то момент Тень замедлила темп, но не утратила ни капли изящества.

-О чем же ты думаешь…? - прошипела она, скользя между ударами. - Ооо, очень любопытно…

Аврора ненадолго замолкла, будто прислушиваясь к чему-то незримому.

-Хм… Ты устала, не так ли? - произнесла она, и в голосе зазвучала псевдозабота. - Устала от всего: от этой войны, от своей Избранности, от груза ответственности… Не отрицай, мне все равно бесполезно врать…

Киара, слыша эти слова, начала атаковать еще яростнее, но Тень оставалась хладнокровной скалой.

-Зачем же ты сражаешься? Сдайся, и, может быть, останешься жива. Может быть, все будет легче… Не так болезненно. Сбрось этот бесполезный груз с плеч.

Аврора шипела, словно гипнотизирующая змея.

В голове у Киары вдруг помутнело. Звуки боя — свист клинка, хруст снега, собственное тяжелое дыхание — стихли, сменившись нарастающим гулом. И в этой тишине зазвучал голос. Ее собственный голос. Ее же сомнения, усталость, страх — все, что она пыталась загнать в самый дальний угол сознания, теперь обрело форму и звучало со стороны, обвиняя и уговаривая. Да, Тень была права — Киара устала по горло. Но сдаваться здесь и сейчас она не собиралась никогда.

Киара встряхнула головой, с яростью вышибая навязанные голоса.

-Спасибо, но нет! - выкрикнула она, делая отчаянный выпад.

-Твое право! - прошипела в ответ Аврора, растворяясь в воздухе.

Она испарилась, оставив лишь искрящийся иней, и материализовалась чуть дальше, встав в полуоборот, слегка разведя опущенные руки. Затем она резко, как выпущенная стрела, проскользила вперед, выставив вперед ногу. Достигнув Киары, Тень нанесла изящный, но невероятно сильный удар, отбросивший драконессу через всю площадь. Вслед за этим она метнула вдогонку сгусток фиолетовой энергии.

Киара попыталась обратиться тенью, но дымчатый силуэт не пропустил снаряд сквозь себя. Вместо этого он вобрал его в себя, и по силуэту пробежали судорожные фиолетовые прожилки, будто заряжая его новой, чужеродной силой. За спиной силуэта с треском, подобным разрыву ткани реальности, открылся черный разлом, зияющий, как дыра в космическую пустоту. Киара прыгнула спиной в него.

И мгновенно вокруг Тени, с оглушительным хором рвущегося пространства, открылось еще с десяток таких же разломов, расположенных в воздухе хаотично, как шрамы на лице неба. Тень впервые за весь бой продемонстрировала нечто, похожее на удивление: это было единственное, чего она не предвидела. На мгновение ее расчетливая грация сменилась инстинктивной реакцией. Она встала на колено, вытянула руки вверх, и над ней взметнулся плотный, искрящийся купол из синего льда.

Спустя две секунды на купол обрушился град сокрушительных ударов из ничего. В воздухе мелькали лишь белесые вспышки в местах соударений с невидимым противником. Удар. Удар. Удар. С каждым попаданием по поверхности щита расходилась паутина трещин, зловеще похрустывая под натиском. Последний удар — и ледяная защита с оглушительным звоном разлетелась на мириады осколков, осыпавших Тень алмазной пылью. Разломы начали стремительно закрываться.

Тень резко встала, грациозно развернувшись на пятке. И в этот миг из последнего, уже сжимающегося разлома вырвалась Киара, окутанная индиговым, неистовым сиянием впитанной и преобразованной магии. Она понеслась к Тени, как метеор, и… нанесла удар.

Не в блокированный клинком бок, не в прикрытую рукой грудь, а точно в центр живота, туда, где пластины доспеха сходились под прямым углом. Раздался сухой, неприятный звук ломающегося металла и льда. Удар был точен и сокрушителен.

Тень замерла. На ослепительно-белый снег у ее ног упала и растеклась, как первый весенний цветок на мертвой земле, темно-алая капля. Затем вторая.

Тень застыла на мгновение, будто не в силах осознать произошедшее. Затем тяжело, с глухим стуком доспехов, рухнула на колено, выронив лазуритовый клинок. Ее рука в перчатке вжалась в рану. Она взглянула на темнеющую от крови ладонь, затем медленно подняла голову, уставившись на противницу.

Киара, все еще окутанная индиговым сиянием впитанной энергии, стояла перед ней в полной боевой готовности, крылья расправлены как знамя. Она ждала. И наконец ринулась в решающую атаку.

В отчаянном порыве Тень взметнула свободную руку. Из морозного воздуха, инея и собственной воли у нее в ладони материализовался посох — изящный, с округлым белым кристаллом, пульсирующим холодным светом на навершии. Взмах! Посох встретил рывок Киары, остановив его как невидимая стена, и отбросил драконессу в сторону.

Пока Киара летела, Тень испарилась. Она появилась у дальнего края площади, вынужденно припав на одно колено — рана давала о себе знать тягучей болью и слабостью. Но новая Киара была молниеносна. Еще один стремительный рывок — и снова удар посоха, отозвавшийся по площади низким, гулким звоном.

Тень вновь растворилась. На этот раз она материализовалась у стены высокого дома, с усилием выпрямившись во весь рост. Она сделала выпад, выставив посох вперед, как копье, нацелив сияющий кристалл прямо перед собой.

И в эту мишень вонзилась Киара, возникшая в воздухе будто из ниоткуда. Кончик ее хвоста, заостренный сгустком той же индиговой энергии, был направлен вперед, как копье. И вот — лезвие энергии встретилось с кристаллом.

Раздался звук, похожий на хруст ломающегося космического стекла, а затем — оглушительный гул, сотрясший основание города. Вспышка белого света, ослепительнее которого могут быть только ядра далеких звезд, поглотила все вокруг. Кристалл взорвался, выпустив сокрушительную волну чистой магической энергии. Металлическая рукоять посоха на мгновение раскалилась докрасна, а затем начала плавиться, капая на снег.

Тень, чья плоть была сродни этой магии, устояла, лишь инстинктивно прикрывшись согнутой рукой. Но Киару, находившуюся в эпицентре, волна отбросила на противоположный край площади. Она ударилась о землю спиной, и индиговое сияние вокруг нее погасло, оставив лишь звон в ушах и помутнение сознания.

Тень, теперь окончательно обезоруженная, увидела шанс. С усилием, превозмогая пронизывающую боль, она встала на обе ноги и заковыляла к поверженной противнице. За ее спиной из остатков рассеянной магии сформировался последний ледяной кинжал, готовый поставить точку.

Наклонившись над Киарой, Тень вытянула окровавленную руку, чтобы схватить драконессу за горло.

-Почти, Киара… Почти… - прохрипел из-под шлема сдавленный, полный боли и ярости голос.

Ее пальцы в металлической перчатке сомкнулись в смертельной хватке. Но схватили лишь пустоту.

Киара за долю секунды до касания испарилась, оставив лишь клочья рассеивающегося темного дыма. Тень замерла, затем медленно разжала пустую ладонь. Из нее на снег упала лишь горсть растаявших снежинок.

И в этот миг раздался новый звук — громкий, отчетливый треск, похожий на раскалывающийся айсберг. Ледяная статуя, стоявшая на поле боя с самого начала, покрылась густой паутиной трещин. Изнутри послышался глухой рокот. Еще один удар — и монолитная глыба взорвалась изнутри, разлетевшись на алмазные осколки.

Эрдни, освобожденный, сделал тяжелый шаг вперед. Его чешуя дымилась от остаточного холода, дыхание вырывалось клубами пара, а глаза горели холодным пламенем. Он шагнул к Тени, все еще стоявшей спиной к нему, склонившейся над местом, где только что была ее цель. Бой был готов начаться заново, но баланс сил изменился.

Голова Тени дернулась. Медленно, с трудом, как будто преодолевая невыносимую тяжесть, развернулся и весь ее корпус. Сжимая рану рукой так, что пальцы вонзались в разорванный доспех, она, прилагая нечеловеческие усилия, выпрямилась. С каждым шагом она прихрамывала, оставляя на снегу неровный след, окрашивающийся в алый. Она сделала несколько таких шагов навстречу Эрдни.

-А… Это ты - ее голос был хриплым, простуженным шепотом, в котором звенела нестерпимая горечь. - Хорошо. Да начнется… вальс.

Эрдни атаковал без предупреждения. Он сорвался с места, превратившись в метеор, окутанный чистым, сжигающим воздух пламенем, и понесся на врага.

Тень, Аврора, сквозь пелену боли вытянула вперед руки. Пространство перед ней исказилось, сгустилось в невидимую барьерную волну, которая встретила дракона с силой скалы. Эрдни был остановлен и отброшен. Он сделал в воздухе сальто, приземлился, собравшись для нового рывка, и замер.

Его окутало странное ощущение — плотное, вязкое, будто все вокруг вдруг превратилось в тягучее желе. Тень, все еще с вытянутыми руками, медленно развела их в стороны, словно растягивая незримую паутину. Она склонила голову, и из-под шлема пополз неслышный, но ощутимый костями шепот заклинания. Пальцы в металлических перчатках начали сжиматься, издавая угрожающий скрежет.

Эрдни сумел вырваться из сковывающего поля одним мощным движением и вновь бросился вперед. Но на его пути вздыбилась стена. Не дыма, а самой тьмы, черной как чернила и непроницаемой как ночь без звезд. Она сомкнулась вокруг него кольцом, отрезав от мира. Звуки площади — вой ветра, собственное тяжелое дыхание — исчезли, сменившись гнетущей, абсолютной тишиной, нарушаемой лишь навязчивым, чужим шепотом. Белесый свет Имира погас, уступив место угнетающей пустоте.

Эрдни инстинктивно отпрянул. И тут на внутренней поверхности черной стены зажглись мерцающие пластины, похожие на экраны. На них, словно старые, изорванные киноленты, поплыли образы. Его образы. Самые болезненные, выжженные в памяти моменты.

Справа — Соларис, пронзенный снарядом Инферно, падает в колдобину кипящей лавы. Потом — его же обугленное, изувеченное тело, вытащенное на твердую землю, а над ним — он сам, маленький, беспомощный дракончик, не способный ни на что, кроме как смотреть.

Вот Киара в Алтаре Возрождения, прикованная энергетическими цепями, ее жизненная сила выкачивается для темных целей. Вот — Голем, методично разрушающий башни столицы, а он бессилен его остановить.

Слева возник еще один экран,и на нем проступило лицо… Лучик. Ламберт. Улыбка, навсегда застывшая в момент перед ударом темного клинка. И снова сама Тень, заносящая это клинок.

Боль, вытащенная наружу, обрела голос.

-Слабак! - рявкнул резкий, басистый голос Мико.

-Тьма… она в тебе, дракон! - проскрежетал откуда-то из глубин разума голос Сколла.

-Надежда… забудь это слово - прошипел ядовитый, знакомый голос Главной Тени.

Голоса нарастали, сливались в единый давящий хор, вбивающийся в самое сознание.

Пространство перед Эрдни в верхней части кольца оставалось пустым. Но недолго. Там начала формироваться, клубясь и уплотняясь, фигура из той же черной материи. Она росла, обретая четкие, ужасающе знакомые очертания, пока не завершила свое создание. Это была голова. Голова Эрдни, увеличенная вдвое. Выполненная из кромешной тьмы, лишь рожки и гребень отливали тусклым свинцовым светом. Она повернулась, и в глазницах вспыхнули два белых, пустых, всевидящих пятна.

Эрдни сжался. Под прессом живых кошмаров, ядовитых голосов и этого нависшего над ним темного двойника он попятился, инстинктивно прижимая крылья к спине.

-Ты не победил в войне против нас, Эрдни… - донесся издалека размытый, но узнаваемый голос Авроры. - Ты даже помог нам… Помог ему.

-Нет… - вырвалось у Эрдни. Потом громче, сквозь стиснутые зубы: - НЕТ!

Его тело вспыхнуло изнутри. Не пламенем, а чистым, сокрушительным золотым сиянием. На груди, прямо над сердцем, загорелся и стал виден сквозь чешую сложный узор, похожий на звезду, одна половина которой была золотой, другая — глубокой фиолетовой. Эрдни расправил крылья, выпрямил плечи во весь свой исполинский рост. И от него, из самого сердца, прокатилась волна.

Волна не разрушения, а очищения. Золотая энергия ударила в стены темного кольца, нарушив его стабильность, заставив его затрещать и поплыть. Эрдни не стал ждать. Он ринулся вперед, превратившись уже не в метеор, а в комету, чей след был из чистого света. Удар был настолько яростным и сконцентрированным, что черная стена не выдержала, прорвалась.

Он вырвался на свободу, в слепящий белый свет Имира. И прямо в воздухе под ним, сплетаясь из золотистого сияния, выросло копье. Длинное, идеально прямое, острое, как сгусток молнии, сошедшей с руки самого бога войны. Эрдни схватил его на лету передними лапами и, не сбавляя, а лишь умножая свою ярость и мощь, направил весь свой неудержимый импульс в одну точку — в стоящую перед ним Тень.

Секунда на принятие решения. Секунда на полет.

Соударение.

Вспышка была ослепительной. Эрдни вонзился в Тень, в ту же самую рану, нанесенную Киарой. Удар сбил ее с ног, завалив обратно на колено с такой силой, что лед под ней треснул. В последнем, предсмертном порыве, желая забрать победителя с собой, Тень впилась руками ему в бока, ее пальцы вонзились в чешую. И телепортировалась.

Не просто исчезла. Она рванула за собой ткань реальности, утянув Эрдни в свистопляску небытия. Их выбросило в темный мир. Бескрайний, бушующий океан под черным, беззвездным небом. Они рухнули с разрыва в небесах прямо в штормовые воды, вздыбленные яростными волнами. Ледяная вода, темная как сама смерть, сомкнулась над ними.

Аврора, даже здесь, даже тонув, держала мертвой хваткой. Она не боролась, она тянула вниз, пытаясь увлечь дракона в бездонную пучину. Но Эрдни был силен и умел плавать. Отчаянным ударом задних лап он отбил ее хватку. Ее темная фигура, потеряв опору, стала стремительно уходить в глубину, за ней тянулся извивающийся шлейф кровавого облака, растворяющегося в темной воде.

И тогда, по счастливой случайности или по воле судьбы, в стороне, у самой поверхности, вспыхнул и открылся разлом — окно обратно в их мир, мерцающее золотистым светом. Эрдни, собрав последние силы, рванулся к нему.

Тень-Маг была повержена. Ее поглотили воды забытья. Остался один Главарь.

Битва за Варклав: Обсерватория

Портал вышвырнул Эрдни на окраины Западного района, уже прочно занятые силами Сопротивления. По иронии судьбы, он материализовался прямо над группой командующих — Хранителей, Фенора и Эльдоры, Флойда и Эраста. Идущие впереди фавны, заметив темное пятно, падающее с неба, поспешно расступились, освобождая место для жесткого приземления.

Эрдни встал на твердую, утоптанную землю, с трудом расправив затекшие крылья. Его мгновенно окружили. Среди товарищей была и Киара — ей удалось выскользнуть из Имира чуть раньше. Она встретила его взглядом, и на ее усталом лице расплылась широкая, искренняя улыбка облегчения.

-Эрдни, приятель! - воскликнул Фенор, оглядывая его потрепанную чешую и сколы на рогах. - Выглядишь так, будто тебя протащили через все девять кругов ада!

-Тень-Маг… С ней покончено - голос Эрдни был хриплым, но твердым. - И я несказанно рад сообщить вам это.

-О, да мой братец, как всегда, в ударе! - с гордостью заметила Эльдора, и ее взгляд, скользнув по окружающим, призывал их разделить это чувство.

-Что ж, мы очень близки к победе - произнес Фреонар, его обычно спокойный тон теперь звучал приподнято. - Вражеская армия почти разгромлена, два ключевых полководца повержены, больше половины города под нашим контролем.

-Неплохо для кучки упрямых идеалистов - сухо, но с одобрением вставил Вольт.

-Но рано праздновать - предостерегающе поднял лапу Соларис. Его глаза были серьезны. - Главный и сильнейший командир еще жив. И сам Лорд Тьмы… Кто знает, какой у него еще припасен козырь в рукаве.

-Так где же засела Главная Тень? - спросил Эрдни, переводя взгляд с одного лица на другое.

-Их последние силы консолидируются на юге - пояснил Террион, кивнув в сторону, где над линией крыш высился массивный силуэт.

-Они превратили столичную обсерваторию в свой последний рубеж, неприступный форт. Их лидер должен быть в самом сердце этого улья.

Эрдни проследил за его взглядом. Там, вдали, стояло величественное здание из белого камня, казавшееся инородным телом среди городской застройки. Три соединенных стенами купола — центральный, исполинский и подавляющий, и два поменьше, приземистых, — напоминали не научное сооружение, а крепость древнего культа.

Он медленно перевел взгляд обратно на товарищей.

-Когда мы сможем начать атаку?

-Хоть сейчас - ответил Террион без тени сомнения. - Нужно бить первыми, пока они не опомнились и не ударили сами. Каждый момент на вес золота — Лорд может начать свой ритуал с часу на час.

-Тогда… если все согласны, пора начинать - сказал Эрдни, и в его голосе зазвучала привычная, непоколебимая решимость. - Давно хотел повидаться с этим Главарем лично…

Его слова, словно искра, упали в бочку с порохом. В воздух взметнулся лес рук и лап — сжимавших арбалеты, копья, алебарды, мечи. Фавны и драконы, перекликаясь, издали всеобщий, оглушительный клич, в котором смешалась ярость, надежда и готовность к последнему броску. Хранители, стоявшие рядом, лишь обменялись краткими, но красноречивыми взглядами — в них горел один и тот же азарт предстоящего боя. Кивки были краткими, как удары клинка.

-Что ж, давайте придушим эту имирскую змею раз и навсегда! - воскликнул Эрдни, выпрямляясь во весь свой рост, и его голос прорвался сквозь шум, как боевой рог.

Толпа ответила еще более громовым, сокрушительным гулом. Последний штурм начинался.

Основная масса сил Сопротивления, ведомая Эльдорой, Флойдом и Фенором, хлынула к обсерватории по главной артерии Западного Варклава — широкой мощеной дороге, ведущей прямиком к цитадели врага. Эрдни взмыл в воздух, и с двух сторон, как почетный эскорт, к нему пристроились Хранители.

Киара догнала его, летя рядом. Она повернула голову, и тень усталости легла на ее обычно выразительное лицо.

-Эрдни, прости… но тебе придется встретиться с Тенью в одиночку. Та дуэль… она вычерпала меня до дна. Сейчас я гожусь разве что на поддержку пехоты - ее слова были тихими, но в них не было стыда, лишь суровая констатация факта.

Эрдни не стал ни спорить, ни утешать. Он просто встретил ее взгляд и кивнул, а его улыбка говорила: «Я понимаю. И доверяю». Киара сбавила темп, сложив крылья, и начала снижаться, выбирая место для посадки среди наступающих войск.

В Южном Варклаве уже кипел настоящий ад. Самые ожесточенные бои бушевали у самых ворот обсерватории. Силы Альянса под командованием Церис и Зейна сшибались с последним, отборным легионом захватчиков. Те яростно, с отчаянием обреченных, пытались удержать массивные дубовые створки, но точечные удары ветряных бомб, метко брошенных лучшими метальщиками из Нижнего мира, положили конец их сопротивлению. Двери с оглушительным треском разлетелись вдребезги, открывая зев темного прохода.

Конница, до этого сдерживаемая, словно борзая на поводке, ринулась внутрь. Десятки всадников ворвались в пролом, сметая ошеломленную пехоту Культа и вырываясь на простор внутреннего двора. У самого пролома, покрытый пылью и потом, стоял Флинт. Он размахивал рукой, его хриплый голос, похожий на скрежет камней, резал воздух, подгоняя цепи пехотинцев: «Вперед! Вперед, черт вас побери! Ломайте их строй!»

Как только пехота, словно таран, прорвалась за конницей, Церис, Зейн и другие драконы снова взмыли в небо, обрушивая на укрепления шквал с воздуха. Почти сразу к ним на подмогу, рассекая небеса, подоспели Хранители с Эрдни во главе.

На стенах крепости засуетились многочисленные арбалетчики. По приказу, переданному шепотком по цепи команд, большинство из них навело свои тяжелые снаряды на одну цель — на Эрдни. Раздался сухой, частый стук спусковых механизмов. Град болтов просвистел в воздухе, но драконы, ведомые острым чутьем и опытом, виртуозно уклонились.

Ответ не заставил себя ждать. Это был сокрушительный шквал возмездия: сгустки огня, прожигавшие камень; ледяные пики, вонзавшиеся в амбразуры; жилы молний, сшибавшие людей со стен; ветряные бомбы, создававшие мини-ураганы на парапетах. Волна взрывов и хаоса смела целые участки обороны, скидывая одних вниз, а других заставляя в панике бежать, побросав оружие.

Используя этот миг замешательства, Эрдни, работая крыльями с предельной силой, проскочил вперед всех. Он преодолел линию стен и оказался внутри мрачного комплекса обсерватории. Хранители, выполнив свою задачу по прикрытию, растворились в небе, продолжая расчищать ему путь издали. Теперь он был один. Перед ним зияли темные проходы и устремлялись ввысь купола. Где-то в этих каменных глубинах ждала последняя, самая главная Тень.

Перед Эрдни возвышалась громада центрального купола. Вход представлял собой массивные двустворчатые двери, теперь выбитые вовнутрь — красноречивое свидетельство недавнего бегства или насильственного вторжения. Между створок зияла темнота.

Он шагнул внутрь.

Воздух сменился — прохладный, затхлый, пахнущий озоном, старым деревом и холодным металлом. Прямо перед ним, уходя вниз в башенную глубь, закручивалась винтовая лестница из черного лакированного металла, ее перила отливали тусклым блеском в скудном свете.

Слева, подавляя пространство, стоял гигантский телескоп. Он был похож на артиллерийское орудие, сошедшее со стапелей звездолета, — громада полированного металла и стекла, теперь замершая в опущенном положении. У его задней панели, испещренной мертвыми экранами, кнопками и рычагами, находилась небольшая огороженная площадка с уклонной лестницей, ведущей вниз. Круглый зал по всему периметру был опоясан ярусом с дополнительными пультами управления — для раздвижения купола и наведения инструмента. Сам купол, изнутри покрытый массивными сегментами, похожими на чешую гигантской рептилии, был наглухо закрыт, превращая зал в каменную ловушку.

Эрдни, на мгновение завороженный этим застывшим чудом науки, пожал плечами. Наука подождет. Он начал спускаться по узкой лестнице, его когти звонко цокали по металлу.

Следующий зал был круглым и просторным. Вдоль стен на мраморных пьедесталах хранились артефакты: пожелтевшие фотографии звездных туманностей, срезы небесных тел, поблескивающие в свете разбитых витрин, бюсты ученых с пустыми глазами. Часть экспонатов валялась на черно-белом плиточном полу, грубо разбитые, осколки стекла хрустели под ногами. Некогда храм познания был осквернен.

Но любоваться разрухой времени не было. Со свистом, разрезающим тишину, мимо головы Эрдни пролетела арбалетная болванка и с деревянным стуком вонзилась в стену. Следующая разбила старинную масляную лампу, висевшую на кованом крюке; душный запах фитиля и брызги горячего масла окатили Эрдни. Бой начался.

Враги засели в арочном проходе, ведущем дальше. Первый, только что выпустивший болт, застыл в дверном проеме, лихорадочно перезаряжая арбалет. Эрдни, стоявший на третьей ступени, не стал спускаться. Он прыгнул с лестницы, короткий и точный, как пружина. На его лбу и рогах с мгновенной скоростью наросла броня из спрессованной земли и камня, сформировав тяжелый таран.

Удар рогами пришелся точно в центр стального нагрудника культиста. Раздался звук, похожий на лопающийся котел. Противника отбросило назад, он рухнул, как мешок с костями, а его шлем с треском раскололся надвое.

Второй, прятавшийся за массивным сервантом, выскочил сбоку и метнул копье. Эрдни даже не посмотрел на него. Копье замерло в воздухе в сантиметрах от его плеча, покрываясь изморозью, а затем, повинуясь резкому взмаху драконьей лапы, разломилось на три ледяных обломка, которые тут же нашли свои цели в теле метальщика.

Остальные трое — еще один арбалетчик и два воина с алебардами — вышли из-за колонн, фланкирующих проход. Новый залп. Стрела просвистела мимо, задев плащ пыльного бюста. В ответ Эрдни швырнул в их сторону сгусток леденящей энергии. Он взорвался, не долетев, осыпав их градом острых, как бритва, сосулек. Алебардисты, крича от боли, бросились в атаку, но были встречены низким, мощным ударом хвоста по ногам, сбившим обоих с ног. Прежде чем они смогли подняться, из плит пола выросли земляные массивные манжеты, намертво приковавшие их к месту с удушающей силой. Движение вверх по коридору было свободно.

Сам коридор представлял собой длинную галерею, соединяющую два крыла здания. По его центру, с безупречной, почти церемониальной выверенностью, стояли дубовые витрины. За их стеклами, теперь покрытыми пылью и паутиной, покоились хрупкие сокровища: потрескавшиеся рукописи с чертежами небесных сфер, пожелтевшие карты с созвездиями, нарисованными золотой краской. Стены также были украшены нишами с экспонатами, но многие из них теперь пустовали.

Зал за галереей имел форму шестиугольника. В его центре на постаменте, обвитом красной бархатной лентой, лежала огромная каменная плита с вмурованной в нее детализированной картой континента. В политической географии Эрдни разбирался слабо; из моря разноцветных флажков и гербов он с трудом узнал лишь очертания своей Империи да еще одного, пустынного королевства — только потому, что его символом была оранжевая полоса, а на карте область была заштрихована значками дюн. В дальних концах зала, подобно ритуальным тотемам, стояли две металлические спирали, по которым изредка пробегали искры статического электричества, с тихим потрескиванием. На стенах в тяжелых рамах висели портреты — величественный дракон в мантии и два серьезных фавна с циркулями в руках.

Делать тут было нечего. Эрдни лишь на мгновение задержал взгляд на карте, почувствовав странный холодок. Он двинулся к следующим, самым большим дверям, инстинктивно зная, что его цель — за ними.

Следующий зал действительно был огромен. Это был планетарий или лекционный амфитеатр. Высокий потолок представлял собой сплошной стеклянный купол, но ночное небо, тусклое и затянутое дымом битвы, почти не давало света. Зал тонул в глубоких, почти осязаемых сумерках. Ряды отодвинутых кресел образовали беспорядочные проходы. Эрдни переступил порог, и его когти мягко ступили на ковровую дорожку.

И тогда он услышал звуки. Сначала тихий, прерывистый стон. Потом — чистый, холодный звон металла.

А затем увидел их.

Высокая, поджарая фигура в черных, словно впитавших весь свет зала, доспехах. Главная Тень. В ее руке, опущенной вдоль бедра, сверкал длинный, прямой меч — тот самый, «излюбленный товарищ». Его клинок казался жидким в полумраке.

Другая фигура — коренастый, плечистый воин в потрепанной экипировке пехотинца из отряда Флинта. Он почти доставал Тени до плеча, но сейчас был согнут пополам, одной рукой впиваясь в окровавленный бок. Его дыхание было хриплым и неровным.

Эрдни замер, слившись с тенью у входа. Они о чем-то говорили. Только сейчас он заметил тяжелый двуручный топор, лежащий на полу у ног Тени.

Тень небрежным, почти ленивым движением носка сапога подтолкнула топор. Оружие, звякнув, проскребло по полу и остановилось у сапог пехотинца.

-Я даю последний шанс. Сложи оружие - голос Тени был ровным, холодным, лишенным всякой эмоции. Он не требовал, не угрожал — просто констатировал возможность.

-Заткнись… - прохрипел воин, с трудом выпрямляясь. Его пальцы вцепились в древко топора. - И ДЕРИСЬ!

Он сделал шаг, занося топор для короткого, отчаянного удара. Меч Тени сверкнул в полумраке одним быстрым, точным движением — не парировал, а провел молниеносную линию.

Пехотинец замер, затем медленно, как подкошенное дерево, рухнул на колени, а потом навзничь. Звон упавшего топора оглушительно прокатился по тихому залу.

Тень посмотрела на тело у своих ног. В этой позе, в наклоне головы, читалась странная смесь — не то презрительная жалость, не то холодное любопытство к прекращению неудачного эксперимента.

Затем она подняла голову. И ее взгляд, невидимый за забралом, но ощутимый, как прикосновение льда, встретился со взглядом Эрдни, застывшего в проходе между рядами кресел.

Тень сделала несколько неторопливых шагов, волоча острие меча по полу. По ковру поползла тихая, шелестящая борозда. В ее движении, в наклоне плеч, появилось что-то новое — не холодная расчетливость, а живой, почти ликующий азарт. Эрдни прошел между рядами кресел, вышел на открытое пространство и замер напротив нее.

Ее свободная рука поднялась к шлему. Раздался тихий щелчок, маска откинулась, открыв лицо. Бледное, с резкими, вытянутыми чертами. Но главное — глаза. Холодные, бледно-синие, со зрачками, суженными в вертикальные щели, как у хищной рептилии. Их взгляд, тяжелый и пронизывающий, уставился на дракона.

-Ого… Мы наконец-то встретились. Без лишних глаз - ее голос был тихим, интимным, словно они делились секретом. -Должен отдать должное — ты сумел добраться до меня.

-Ты тоже молодец - холодно парировал Эрдни, не отводя взгляда. - Почти выиграл эту войну. Почти.

Тень отвернула взгляд, и уголок ее тонкого рта дрогнул, будто от беззвучного смеха.

-У меня еще есть шанс. Ты можешь помочь мне… если примешь верный выбор.

-Помогать тебе? - Эрдни фыркнул, и дымок вырвался из его ноздрей. - Да никогда.

-А кому? Им? - она с легкой, презрительной грацией ткнула клинком в сторону бездыханного тела у своих ног.

Эрдни промолчал, но его челюсти сжались.

-Позволь мне узнать - Тень начала медленно вышагивать по кругу, как хищница, выслеживающая добычу. - Зачем? Зачем ты сражаешься за них, имея такой… потенциал? Ты используешь свою силу не по назначению - еë слова прозвучали не как вопрос, а как окончательный приговор.

-Я сражаюсь за то, чтобы невинные могли спать спокойно, зная, что никакой захватчик не вырвет их из дома! - голос Эрдни прогремел под сводами зала. Он двинулся в противоположную сторону, сохраняя дистанцию.

Тень издала короткий, сухой смешок.

-Ты просто слишком многого не понимаешь… Зачем спасать Забытые миры? Зачем нужна реальность, застывшая в вечном цикле упадка? Зачем цепляться за цивилизацию, которая застряла в развитии? Это — мусор. Мусор, который должен быть сожжен и переплавлен во что-то новое, полезное для грядущей эры! - ее голос крепчал, наполняя пространство. Меч в ее руке поднялся, поймав тусклый луч света.

Эрдни не стал спорить. Где-то в глубине, сквозь ярость, он с ужасом понимал долю правды в ее словах. Застой, коррупция, забытые окраины Империи…

-И ваш мир… Ваше время истекло! Слишком долго правила эта Империя. Пора что-то менять. Нельзя вечно стоять на месте, боясь собственной тени!

Тень сделала драматическую паузу, давая словам осесть.

-Вы плачете над трухлявым деревом, которое нужно срубить, чтобы дать свет молодому лесу. Неужели вы так слепы?! Чтобы построить новое, нужно смести старое. Я лишь… ускоряю неизбежное.

Она перешла в полномасштабное словесное наступление, и казалось, ничто не могло ее остановить.

-Что вы собираетесь менять? Принести смерть тем, кто не знает ни о вашем Имире, ни о вашей жажде величия?! - крикнул Эрдни.

-Времена меняются, мальчик, а с ними и правила! - парировала Тень, и в ее голосе зазвенела сталь. - Наша эпоха, выкованная из пепла старой, станет лучшей из тех, что знал этот мир!

-Ты так слепо веришь в это? Слепо следуешь безумию Эриона?

-Ты видишь в моих словах безумие, а я в вашем сопротивлении — упрямство трупа, который отказывается стать прахом и удобрить новую почву!

Они продолжали свой напряженный танец, двигаясь по кругу, два силуэта, освещенные призрачным светом из стеклянного купола. Никто не уступал ни пяди.

-Ваш мир болен, Эрдни. Болен памятью о былом величии, которое давно истлело. Я предлагаю радикальное лечение. Огнем и сталью.

-Я не вижу той болезни, о которой ты говоришь. Видимо, мы оба слепы - сквозь зубы произнес Эрдни.

-Тогда открой глаза! Пойми одну простую вещь! - ее голос сорвался на крик, впервые потеряв ледяной контроль. - Каждое королевство, каждая империя, которую вы так лелеете, когда-то сама была прорывом, сметавшим старый порядок под грохот битв! А теперь что? - она сделала резкий, насмешливый выпад корпусом вперед. - Вы стали лицемерами, охраняющими свои кладбища. Я лишь следую вашему же примеру — но у меня хватит смелости дойти до конца!

-Империя была мирной на протяжении веков! Власть передавалась по закону, без междоусобиц! - пытался возразить Эрдни, но в его голосе прозвучала слабая нота, которую Тень мгновенно уловила.

-Ври себе дальше! - она взмахнула мечом. Клинок со свистом рассек воздух там, где мгновение назад была голова Эрдни, отпрыгнувшего назад. - Вы цепляетесь за пепелища, называя их наследием. Я построю на этом пепелище нечто великое.

-Сначала попробуй снести то, что стоит - Эрдни низко присел, встал в боевую стойку, крылья расправились, как щиты. Его голос вновь обрел твердость.

-Если это вызов… то я его принимаю - Тень неторопливо, со щелчком, вернула маску на лицо. Забрало скрыло все эмоции, оставив лишь непроницаемую черную гладь. Меч поднялся в идеальную позицию.

-Есть что сказать напоследок? - донесся из-под металла приглушенный, уже бесстрастный голос.

-Посмотрим, чьим будет последнее слово - ответил Эрдни.

Они замерли, как две статуи, заряженные смертоносной энергией. Тишина в зале стала абсолютной, давящей. Пылинки, взметнувшиеся в лунном свете, казалось, застыли в воздухе. Следующий миг должен был взорвать эту тишину навсегда.

Тень медленно отшагнула назад, как хищник, отмеряющий дистанцию для смертельного броска. Ее пальцы в перчатках еще плотнее сомкнулись на рукояти меча, обхватывая ее мертвой хваткой.

-Покажи мне свои финты и пируэты… - донесся из-под шлема низкий, искаженный металлом голос. - А я посмотрю.

-Раз ты просишь… - прошипел Эрдни в ответ, и каждый мускул в его теле напрягся, как туго натянутая тетива.

Тень ринулась вперед. Не с грохотом, а в абсолютной, пугающей тишине. Она не бежала — она скользила, и под ее ступнями пол моментально покрывался тонкой, зеркальной коркой льда, давая ей невероятную скорость и маневренность. Эрдни прыгнул навстречу. По кромкам его крыльев с мгновенной скоростью наросли изогнутые, подобно клыкам, лезвия из прозрачного, мерцающего льда.

В тусклом свете сверкнул металл. Меч Тени взметнулся в размашистом, но математически точном ударе снизу вверх. Удар пришелся в пустоту. Эрдни, изящно провернувшись в воздухе, проскочил в узкий просвет между клинком и рукой противницы. В момент прохода ледяные кинжалы на его крыльях оставили на плечевом доспехе Тени две тонкие, сверкающие серебром царапины. Они оказались спиной друг к другу.

Второй обмен последовал мгновенно. Тень, не оборачиваясь, с силой вонзила меч в пол у себя за спиной, туда, где должен был быть Эрдни. Но тот уже отпрыгнул, и, развернувшись, швырнул в нее оба своих ледяных лезвия. Тень, вырвав клинок из пола одним плавным движением, отразила их обратно, словно отмахиваясь от назойливых насекомых.

Не давая опомниться, Тень сделала выпад. Ее корпус стал идеально прямым продолжением меча, острие которого с ужасающей скоростью понеслось к груди дракона. Эрдни скрестил перед собой крылья. Ледяные кинжалы на них, встретившись, образовали хрустальный щит. Раздался пронзительный, леденящий душу звон — удар меча пришелся точно в центр, и щит треснул, но выдержал.

Тень перешла в яростное, методичное наступление. Ее атаки были разными: рубящие удары, способные разрубить колонну; молниеносные тычки, ищущие щели в обороне; широкие, раскручивающие ее корпус вращения, чтобы набрать силу. Она то вонзала клинок в пол, используя его как точку опоры для неожиданного удара ногой, то намеренно подставляла спину, заманивая Эрдни в ловушку для обманного ответа.

Но Эрдни был молод, гибок и обладал инстинктивной хитростью. Его тактика была в подвижной обороне с редкими, точечными контратаками. Он использовал свое преимущество в маневренности: сальто, резкие повороты в воздухе, зацепы за архитектуру зала. Когда Тень вгоняла меч в пол или замахивалась на широком замахе, он молниеносно сокращал дистанцию, запрыгивая ей на предплечье, на спину, вцепляясь когтями в сочленения доспеха.

В эти моменты Тень, неспособная легко достать до вертлявого противника на собственной спине, теряла инициативу. Эрдни использовал эти секунды, чтобы нанести урон: его когти и ледяные шипы царапали, вминали и трескали черную броню. С каждым таким эпизодом на латах Тени появлялись все новые повреждения: вмятины на наплечниках, глубокая царапина на спине, несколько треснувших «ребер» на грудной пластине. Один из его сгустков пламени опалил и прожег дыру в темном плаще, свисавшем с ее плеч.

Очередная такая атака завершилась успехом — Эрдни, сломав еще один сегмент брони, мощно оттолкнулся от ее спины, планируя безопасно отлететь. Но в момент прыжка он почувствовал леденящий холод металла, впивающийся в его бока.

Тень успела развернуться. Возможно, ей помогла та самая ледяная корка под ногами, давшая ей невероятную скорость вращения. Ее рука в перчатке с мертвой хваткой вцепилась в него. Она подняла дракона, отчаянно пытавшегося вырваться, высоко над собой. И затем с коротким, сильным выдохом обрушила его вниз.

Эрдни ударился о пол всей массой, и воздух вырвался из его легких со стоном. Прежде чем он смог среагировать, ее рука снова взметнула его вверх и с силой швырнула в сторону. В полете он получил жестокий удар рукоятью меча в бок, от которого звон прошел по всему телу. Он врезался в массивное деревянное кресло, которое с треском разлетелось, и рухнул на пол.

Боль, острая и глубокая, разлилась по ребрам и спине. На чешуе проступили темные, мгновенные синяки. Дышать было больно. Но он не позволил себе застыть. С подавленным рыком, отталкиваясь от обломков, он поднялся на ноги, готовясь продолжить этот жестокий, изматывающий танец.

-Еще не сдаешься? - насмешливо прозвучал из-под шлема голос, холодный и приглушенный, будто доносящийся из глубины склепа. - Я даю тебе последний шанс сложить оружие.

-Еще чего… - выдохнул Эрдни сквозь боль, пронизывающую ребра. - Я не зря прошел весь этот путь.

-Эх, юношеские амбиции… - прошипела Тень, и ее голова склонилась в жесте, полном ядовитой, почти театральной жалости.

Начался второй акт.

Тень перехватила меч, взяв его теперь только одной рукой, и повернула клинок горизонтально, превратив в копье. Она сделала короткий, резкий выпад, вонзив острие в пол. Не для удара по Эрдни, а как ключ, поворачивающий в замке.

От точки удара по ковру прокатилась волна. Не пламени, а чего-то более холодного и страшного — голубого ледяного пожара, синеватого и прозрачного, сжигающего не жаром, а абсолютным холодом. Он стремительно расходился, пожирая пространство между ними.

Эрдни, ожидавший подвоха, взмыл вверх. Сделав низкую дугу под потолком, он развернулся в воздухе и метнул вниз свои треснувшие, но еще держащиеся ледяные клинки. Две светящиеся дуги понеслись к Тени, вращаясь, как косы.

Та, не сдвигаясь с места, чиркнула мечом по полу перед собой. Из ледяной корки вырвалась и взметнулась навстречу струя того же синего пламени-льда. Снаряды столкнулись в миделе, уничтожив друг друга в облаке искр и пара, но часть холодного огня, словно живая, рванулась вверх, к Эрдни, вынудив его резко спикировать и приземлиться.

Тень, опустив меч, подняла ногу и с глухим, будто подземным, стуком обрушила ее на пол.

От ее ступни по паркету поползла стена. Не волна, а именно стена — зубчатая, из перекрещенных ледяных шипов толщиной в руку, похожая на гигантское противотанковое заграждение. Она неслась по прямой с пугающей скоростью, ломая и сминая кресла на своем пути, и с оглушительным треском врезалась в дальнюю стену, по которой тут же поползли серебристые узоры морозных папоротников.

Эрдни едва успел сделать сальто вбок, одновременно швырнув в Тень ответный ледяной шип. Та молниеносно развернулась на одной ноге, пропуская снаряд в сантиметрах от своего шлема. Шип с глухим стуком впился в стену и мгновенно прирос к ней, как часть ледяного панциря зала.

Не дав опомниться, Тень снова топнула. Еще одна стена, еще более высокая и плотная, усеянная кинжалоподобными наростами, выросла из пола и понеслась к дракону. Он снова увернулся, но на этот раз не назад, а вперед — взлетел, одним мощным толчком крыльев сокращая дистанцию.

Тень, не меняя позы, просто сомкнула перед собой свободную руку и ладонь с мечом. Воздух перед ней сгустился, стал видимым — искрящийся, плотный барьер из инея. Эрдни врезался в него, и барьер, звонко треснув, отбросил его, как пушинку.

Тень подняла сомкнутые руки над головой, а затем резко опустила вниз, будто вбивая невидимый гвоздь в потолок.

Над Эрдни, прямо в пустоте, вырос ком. Не шар, а бесформенная глыба, спрессованная из чистого льда, колючего снега и десятков торчащих во все стороны шипов. Она нависла на мгновение с угрожающим низким гулом, а затем рухнула вниз с силой падающего айсберга.

Эрдни отпрыгнул в последний момент. Глыба обрушилась на то место, где он стоял, с оглушительным, сокрушительным ревом. Голубая материя взорвалась, разлетаясь на тысячи осколков, которые со свистом вонзались в стены, кресла, вгрызались в пол. Зал задрожал.

Тень повторила маневр. Снова и снова ледяные комья росли под потолком и обрушивались вниз, заставляя Эрдни метаться, прыгать, уворачиваться в облаке ледяной пыли и летящих осколков. Но ни один не достиг цели — молодой дракон был слишком быстр, его инстинкты слишком остры.

И в этот момент, после очередного взмаха, у Тени что-то дрогнуло. Искрящийся барьер перед ней вдруг затрещал, покрылся паутиной трещин и рассыпался, не выдержав напряжения. Волна обратного удара, тупая и тяжелая, отшвырнула ее на шаг назад, вырвав из состояния концентрации.

Эрдни увидел шанс. Единственный.

Он не стал думать. Он ринулся вперед, выдыхая перед собой не пламя, а леденящий поток, который мгновенно превратил пол в зеркальную, скользкую дорожку. Используя ту же тактику, что и сама Тень, он помчался по ней, не бежал, а скользил, набирая невероятную скорость. Расстояние исчезло в мгновение ока.

Он оказался в сантиметрах от нее. Прыгнул.

Удар был точен и сконцентрирован всей массой, скоростью и яростью. Его передняя лапа, с когтями, сжатыми в единый таран, пришлась точно в левую часть грудной пластины Тени, туда, где уже зияли трещины от предыдущих атак.

Раздался звук — не звон, а скорее глухой, влажный хруст, смешанный с скрежетом рвущегося металла. Когти пробили внешний слой черной стали, прошли сквозь слой потрескавшейся кожаной подкладки и вонзились глубже.

Тень замерла. Эрдни, завершив рывок, приземлился уже у нее за спиной.

На бледной, как полотно, коже, обнажившейся под сломанной броней, проступили три параллельных, глубоких борозды. Они сначала побелели, а затем мгновенно налились густым, темно-алым цветом.

Четыре изогнутых «ребра» грудного доспеха, окончательно сломанные, со звоном отвалились и упали на пол, подпрыгивая на паркете. На их острых сколах сверкали крошечные, алмазные капельки крови.

Тень пошатнулась. Не от боли — казалось, она вообще не признавала такой слабости, — а от чистого шока, от нарушения безупречной геометрии ее боя. Ее рука непроизвольно дернулась к груди, пальцы нащупали разрез, скользнули по влажной ткани. Затем она медленно подняла окровавленную перчатку к своей маске-черепу, будто проверяя реальность случившегося сквозь холодный металл.

Второй акт был окончен. Тишина, наступившая после грохота, была теперь звонкой и полной смысла.

Эрдни замер за спиной Тени, пригнувшись, его крылья распластались как тени на стене. Противница, не издав ни звука, ни стона, медленно, с почти театральной торжественностью повернулась к нему. Она опустила окровавленную руку, и несколько темных капель упали на паркет, отчетливые, как удары метронома. Две пустые глазницы маски-черепа, черные и бездонные, уставились на него.

-Хм, а ты и вправду настроен серьезно… - донесся голос из-под шлема. Он по-прежнему был холоден, но теперь в нем проскальзывала хриплая, свистящая нота, будто воздух проходил через новую щель. - Неужели надеешься убить меня?

Она говорила о своей смерти так, как говорят о падении луны — как о чем-то теоретически возможном, но настолько невероятном, что это граничило с абсурдом.

Эрдни молчал. Он копил дыхание, энергию, ярость — все, что можно было не тратить на слова.

Тень сделала несколько медленных, раздумчивых шагов в сторону, будто прогуливаясь по краю пропасти.

-Ты все еще держишь на меня… обиду? За того дракончика? - ее голос стал сладковато-насмешливым. Видно было, что это воспоминание согревало ее, как глоток крепкого вина. - Хватит точить когти. В конце концов, и ты сам не раз прихлопывал назойливую муху. По сути — одно и то же. Никакой разницы.

На этих словах она с тем же презирающим спокойствием повернулась к Эрдни спиной, демонстративно выставляя незащищенную спину — вызов, оскорбление и проверка одновременно.

И в Эрдни что-то переломилось.

Будто лопнула последняя, невидимая струна, сдерживавшая чудовище. Будто плотина, которую месяцами подтачивали капля за каплей, рухнула разом. Шрам на его щеке — дар Тёмного Двойника — вдруг вспыхнул изнутри тусклым, зловещим пурпуром. На груди, в области сердца, ответила ему половинка звездчатого узора, и ее свет был яростным и болезненным.

-Жизнь дракона — не жизнь насекомого, чёртов психопат! - рёв Эрдни сорвался с губ, раскатистый и хриплый от неконтролируемой ярости, направленной в спину противницы.

Последняя капля перевесила всё. Хладнокровное расчётливое зло было одним делом. Эта — насмешка над памятью, над ценностью жизни — была другим. Гнев перестал быть топливом; он стал самой тканью его бытия.

Эрдни припал к земле, мышцы напряглись для знакомого, очищающего выдоха пламени. Но из его пасти вырвалось не огонь.

С оглушительным, сухим хлопком, похожим на выстрел крупного калибра, в воздух выплеснулся сгусток. Не пламени, а плотной, клубящейся фиолетовой энергии, от которой залогами пошла рябь по воздуху. Он преодолел расстояние между ними за мгновение.

В последнее возможное мгновение Тень развернулась. Меч в ее руках взметнулся, описывая дугу, и клинок встретил энергетический снаряд. Не отразил, а принял на себя с пронзительным визгом, будто металл рвали на части. Они снова оказались лицом к лицу, но теперь в позах Тени читалось не превосходство, а стремительное, леденящее переосмысление ситуации.

Эрдни уже двигался. Его метеорный рывок теперь был окутан тем же пульсирующим фиолетовым сиянием, делающим его силуэт размытым, нереальным. Он пронесся, как комета возмездия. Тень едва успела отклониться, чувствуя, как обжигающая энергия проносится в сантиметрах от ее грудной пластины.

Приземлившись в идеальную стойку, Эрдни перешел в неудержимое наступление. Он атаковал сокрушительными всплесками новой, чужеродной стихии. Ему было все равно на честность, на правила, на изящество. Был только яростный, методичный натиск до конца.

С каждым отраженным ударом по телу меча Тени расползалась паутина трещин. От него откалывались осколки, звонко падая на пол. И вместе с ними крошилась непоколебимая уверенность, бывшая ее щитом. Еще один удар — и она отброшена к стене, зажата. Еще одна вспышка фиолетового света, отчаянно отраженная под самым углом — и острие ее меча, сломанное, со звоном отлетело в темноту.

Эрдни ринулся в последний метеорный удар. Тень, прижатая спиной к холодному камню, в последнем инстинктивном движении выставила вперед свободную руку. Ей удалось поймать его, удержать на лету, сжать окровавленной перчаткой. Стена приняла на себя чудовищный импульс, не позволив ей рухнуть. Она подняла бьющегося в ее хватке дракона, ее дыхание стало хриплым свистом.

-Кто… научил тебя так сражаться? - прошипел голос из-под маски, в котором смешались ярость, боль и невероятное, почти клиническое любопытство.

-Дракон, которого ты убил! - выкрикнул Эрдни, и его голос был полон не только ненависти, но и торжествующей скорби.

В тот же миг он извернулся в скользкой от крови хватке. Его хвост, гибкий как бич, взметнулся вверх. На его кончике мгновенно выросло лезвие — не из льда, а из того же энергетического, фиолетового «стекла», прозрачного и смертоносного. Хвост со свистом рассек воздух по короткой, страшной траектории — прямо в левую глазницу маски-черепа.

Удар был точен.

Раздался приглушенный, влажный звук и короткий, сдавленный стон — «Аргх!». Хватка ослабла. Тень отшатнулась, заваливаясь назад. Маска с глухим металлическим звоном сорвалась с ее лица и упала на пол. Ее левая сторона была залита темной, свежей кровью.

На бледном, аскетичном лице Тени, теперь открытом, левая глазница была скрыта прижатой к ней перчаткой. Из-под пальцев, через ткань, сочилась и растекалась алым пятном кровь. Ее единственный оставшийся глаз, бледно-синий и безумно-ясный, нашел Эрдни в полумраке, зафиксировал его с интенсивностью раскаленного докрасна железа.

Она взмахнула обломком меча в слепой ярости, но Эрдни был уже в стороне. Его взгляд упал на ледяной шип, все еще вмурованный в стену от ее же атаки. Мысль стала действием. С силой, вырвавшей шип из камня с треском, он направил его, как копье, в бок противницы.

Шип прошил воздух и с сухим, кошмарным хрустом пробил остатки доспеха на ее боку. Тень, наконец побежденная, подкошенная этим последним ударом, рухнула на пол. Она не упала, а скорее осела у стены, скорчившись вокруг новых ран, одной рукой все еще прижимая разрушенный глаз, другой — хватая за пронзенный бок.

Грохот битвы стих, сменившись тяжелым, прерывистым звуком двух пар легких, выдыхающих боль и ярость. Дуэль была окончена.

Эрдни стоял, его тело дымилось фиолетовым остаточным свечением. Тень, умирающая, истекающая кровью и могуществом, полулежала у стены, опираясь о нее окровавленным затылком. Между ними лежали осколки меча, маска и немой вопрос — что можно сказать, когда слова уже ничего не изменят, но последнее слово еще должно быть произнесено.

Эрдни сделал шаг вперед, его когти мягко ступили на окровавленный ковер. Тень, издавая сдавленный, хриплый звук, с невероятным усилием приподнялась на локте. Ее единственный оставшийся глаз — бледно-синий, острый, как осколок зимнего неба — впился в дракона с такой интенсивностью, будто пытался запечатлеть его образ навеки.

-Ну что… Посмотри вокруг - голос Эрдни звучал негромко, без прежней ярости, но с тяжелой, усталой горечью. - Твоя армия разбита. Твои соратники мертвы. И ты… ты сам недалеко от них ушел - он с досадой отвернулся, его взгляд скользнул по разгромленному залу. - Вот единственное, что несет ваш Культ. Только боль. И смерть.

Тень тихо усмехнулась — короткий, прерывистый звук, стоивший ей видимого усилия. Ее бледное лицо исказила гримаса, в которой смешались насмешка, боль и горькое торжество.

-Любое… великое дело… требует жертв - прошептала она, и каждое слово давалось ей все труднее, выходя на хриплом выдохе. - Порой — самой жизни. И мы не должны бояться… мы должны быть готовы принести их. Ради будущего, которое будет… чище. Сильнее.

-Будущего, которого ты уже не увидишь - холодно констатировал Эрдни, поворачиваясь обратно к ней.

Тень медленно подняла голову. Ее взгляд устремился куда-то вверх, сквозь закопченное стеклянное полусводье потолка, будто она пыталась в последний раз разглядеть звезды, скрытые дымом битвы и пеленой приближающейся смерти.

-Пойми, пацан… - ее голос стал тише, но не слабее в убежденности. - Не бывает революций без крови. Если не сейчас… то позже. И тогда ее прольется еще больше.

-Не тебе быть пророком - отрезал Эрдни, и его слова, звонкие и четкие, отозвались эхом под сводами, подчеркивая пустоту вокруг.

-Но ты… еще вспомнишь мои слова… - она снова превозмогла волну боли, заставив себя говорить. Медленно, с трудом, она отвела дрожащую руку от раны на боку и подняла ее перед своим лицом. Перчатка была не просто испачкана — она была пропитана, до краев, темной, вязкой кровью, тяжелой и глянцевой в тусклом свете. - Знаешь… что отличает тех, кого история запоминает? Они не боятся… принимать самые тяжелые решения. Даже когда все против. Даже если ради этого… приходится запачкать руки вот так.

-Нет… - тихо, но с непререкаемой твердостью произнес Эрдни, чуть наклонившись к ней. - Ты не прав.

-Возможно… - Тень выдохнула, и в этом выдохе словно ушла часть ее железной воли. - Но должен отдать тебе должное… Ты хорошо пишешь историю этого мира. Дальше… пойдешь далеко, пацан.

Это была не насмешка. Это была первая и последняя похвала, вырванная у нее болью, поражением и странным, неожиданным уважением.

-А ты… - голос Эрдни смягчился, в нем появилась неуловимая нота грусти - так слепо верен своим идеалам… Это… тоже о многом говорит.

-Но что ты будешь делать… теперь? - прохрипела Тень, ее речь становилась все более прерывистой, силы быстро покидали тело вместе с кровью, сочившейся сквозь пальцы. - Ящик Пандоры… уже открыт. Вернешься в прошлое… чтобы запретить другим… играть в богов?

Вопрос повис в воздухе, острый и неудобный. Он бил точно в цель, в самую сердцевину сомнений. А что дальше?

Эрдни замер. На мгновение уверенность покинула его позу. Он задумался, стоя посреди руин, пахнущих кровью, озоном и холодным камнем.

-Я буду защищать наши миры - наконец сказал он, и голос его окреп, обрел новую, еще не отшлифованную, но непоколебимую сталь. - Мы будем защищать. Вместе.

Тень снова усмехнулась. Но в этот раз в усмешке не было яда. Было лишь скупое, искреннее уважение к силе, которая противостоит тебе честно.

В этот момент ночное небо за стеклянным куполом озарила ослепительная белесая вспышка. Свет, достаточно яркий, чтобы проникнуть сквозь копоть и пыль, на мгновение залил зал призрачным сиянием. Сигнал. Время истекло.

Эрдни повернул голову к умирающей. Их взгляды встретились в последний раз — один, полный боли, фанатизма и прощания; другой — с тяжелой решимостью и грузом только что рожденной ответственности.

И будто по беззвучной команде, Эрдни развернулся и зашагал прочь. Его шаги гулко отдавались в тишине. Он не оглядывался, оставляя Тень наедине с ее концом у окровавленной стены.

-Прощай… дракон - едва слышно прошептала Тень уже в пустоту, себе под нос. Кровь выступила на ее губах. - Спасибо… за достойный финал…

Силы окончательно покидали ее. Сознание начинало плыть, края зрения затягивало серой, мягкой пеленой. Но в этом угасании не было страха. Было странное, глубокое удовлетворение. Она наслаждалась последними мгновениями, чувствуя, что прожила жизнь, посвященную великой цели, и пала в честном бою. Еще один, последний белый луч от далекой вспышки упал сквозь стекло, осветив ее и без того бескровное, аскетичное лицо, сделав его на миг похожим на мраморную маску.

Этой истории осталась последняя, финишная прямая.

Битва за Варклав: Финал

Эрдни вырвался наружу через ближайший выход, сокрушив плечом массивные дубовые двери, которые с грохотом подались внутрь. Холодный ночной воздух, пахнущий дождем, гарью и озоном, ударил ему в лицо. Он не стал отряхиваться, его взгляд мгновенно устремился в небо, на линию горизонта, где высился силуэт самого высокого шпиля Варклава.

Оттуда, с самой вершины, исходили белые, беззвучные вспышки. Они были не похожи на молнии — ритмичные, пульсирующие, как сердцебиение пробуждающегося гиганта. Каждая вспышка на мгновение выхватывала из тьмы острые грани башни и клубящиеся вокруг нее свинцовые тучи.

Началось. Лорд Тьмы вышел из тени. И его ритуал, ради которого была затеяна вся эта война, вступил в свою финальную, необратимую фазу.

А на вершине той башни, в самом сердце бури, готовилась разыграться, пожалуй, самая пронзительная и трагическая встреча за всю эту долгую историю.

Площадка наверху была невелика, ее каменная плитка, темная от начавшегося накрапывающего дождя, блестела, как черное стекло. В центре, нарушая естественный порядок вещей, стояла пара ритуальных шпилей. Они не были высечены из камня — казалось, их вытянули и скрутили из самой тьмы и лунного света, придав им форму, болезненно острую для глаза. Их поверхности переливались неестественным белым свечением, похожим на статическое электричество, готовое вот-вот вырваться разрядом. Тончайшая, почти невидимая нить белой энергии тянулась между их вершинами, вибрируя и издавая едва слышный, высокий звон, режущий слух.

Но главное — от шпилей тянулись вдаль, в непроглядную тьму, три массивные энергетические цепи. Две — от левого шпиля, одна — от правого. Они не были материальны, но их присутствие ощущалось физически — воздух вокруг них дрожал и искажался, как над раскаленным асфальтом. Энергия в них бушевала, нестабильная и дикая, ведь якоря и их хозяева, которые должны были ее стабилизировать и питать — Тени — были повержены. Левая пара цепей, гудевших низким, угрожающим басом, уходила к далеким шпилям у Варнора и Саргатура, открывавшим пути в Элизиум и Асхейм. Правая же цепь, самая тонкая и самая опасная, трещащая и вспыхивающая, как плохой провод, тянулась к самому краю горизонта — к Шпилю Вечной Мерзлоты.

Шпили на башне не просто светились. Они всасывали. Визуально, на слух, всеми чувствами было заметно, как они вытягивают саму жизненную силу, сам свет из тех далеких миров. Гул стоял невыносимый — смесь низкого давления и высокого визга.

И перед этим апокалиптическим механизмом, спиной к пришедшему, стоял его создатель.

Лорд Тьмы.

Его силуэт, казалось, был вырезан из самой ночи. Порванные, изодранные в бесчисленных битвах перепонки крыльев были расправлены во всю ширину, и они не отражали свет — они поглощали его, как черная дыра, оставляя вокруг себя ореол неестественной, густой темноты. Его тело, когда-то могучее, теперь было картой былых сражений: переплетение шрамов, старых и новых, светилось тусклым пурпурным светом изнутри. Из наиболее глубоких ран сочилась не кровь, а густая, тягучая темная субстанция — та самая энергия, что много лет разъедала его изнутри, плата за запретное знание и силу. Эту энергию, как саван, дополняла зловещая черная дымка, клубившаяся вокруг него.

Но в его позе не было и тени слабости. Голова была гордо поднята, спина — прямая, как клинок. Он стоял, вбирая в себя губительные потоки силы, и в его осанке читался нечеловеческий триумф. Цель всей его долгой, омраченной страданием жизни была на расстоянии вытянутой лапы.

И тогда на лестнице, ведущей на вершину, послышались шаги. Последние двое гвардейцев Культа, фанатики с пустыми глазами, бросились навстречу нарушителю.

Им не потребовалось ни слова. Ответом стал сноп багрового света и оглушительный ультразвуковой вой, от которого задрожали камни под ногами. В гвардейцев врезалась серия алых энергетических колец, расходящихся, как круги на воде. Они не сгорели, не были отброшены — они просто рухнули, как марионетки с перерезанными нитями, жизнь вышиблена из них одним точным, безжалостным импульсом.

Путь был очищен.

И на вершину башни поднялась она.

Эмбра.

Дождь серебристыми нитями скользил по ее чешуе, заставляя ее мерцать в такт белым вспышкам ритуала. Она ступила на мокрую плитку, и ее дыхание, вырывающееся клубами пара, на мгновение совпало с очередным гулом шпилей. А затем ее взгляд, полный боли, гнева и неподдельного, древнего ужаса, нашел в центре этого безумия ту единственную фигуру.

Ту, которую она ждала, искала и надеялась никогда не увидеть в таком обличье, столько долгих лет.

-Отец! - ее голос прозвучал звонко и чисто, прорезая гул ритуала, вой ветра и барабанную дробь дождя.

Ливень хлестал по каменной площадке с неистовой силой, превратив ночь в сплошную стену воды. Темная фигура у шпилей, до этого недвижимая, как изваяние, вздрогнула. Казалось, Лорд не поверил собственным ушам — будто голос из другой жизни, из другого времени, достиг его сквозь рев разрушения.

Он медленно, с усилием, словно преодолевая невидимую тяжесть, сложил крылья и повернулся. Его фиолетовые глаза, горящие внутренним, болезненным светом, встретились с глазами Эмбры. И она сразу увидела в них то, чего не заметил бы никто другой: крошечные, почти стертые временем и тьмой искры того, кем он был когда-то. Суровый, колючий взгляд дрогнул, смягчился, и на мгновение маска Верховного Лорда дала трещину.

-Эмбра… Зачем ты здесь? - его голос не был ни жестким, ни угрожающим. Он был тих, и в нем звучала интонация, которую она не слышала много лет — забота, смешанная с больным, невозможным теперь отцовским интересом.

-Я здесь, чтобы попрощаться - ее голос не дрогнул, хотя сердце разрывалось. - И спасти ту часть тебя, которую… может быть… еще можно оплакать.

Она стояла прямо, выпрямившись во весь рост, ее фиолетовые глаза были ясны, разум чист, и лишь крыло со старым шрамом предательски подрагивало под ударами дождя.

-Спасти? - Лорд склонил голову, и в его голосе мелькнула тень прежней, ледяной насмешки. - От чего? От порядка? От силы? От будущего, где такие, как ты, не будут вынуждены пресмыкаться перед бездарностями? Ты называешь это спасением… Я называю это страхом перед высотой.

-Страхом перед высотой? - Эмбра всеми силами сдерживала слезы, но они уже подступали к горлу. - Отец, посмотри вокруг! Ты стал молотом, для которого весь мир превратился в гвоздь!

-Почему ты идешь против меня? - его голос неожиданно сорвался, стал мягче, почти умоляющим. - Неужели ты не понимаешь… Все это ради тебя. Я готов на все ради тебя, дочка. И это — меньшее, что я могу сделать…

Его лапа слегка согнулась, и ее окутало мягкое фиолетовое сияние. Эмбра почувствовала тепло на своем израненном крыле. Она опустила взгляд — и замерла. Шрам, уродливый рубец, с которым она жила столько лет, просто… исчез. Кожа затянулась, став идеально гладкой, будто раны никогда и не было.

-Меньшее, что ты можешь?! - выкрикнула она, и слезы наконец хлынули, смешиваясь с дождем. - Да я всю жизнь живу в кошмаре, который ты создал!

-Эмбра… Прошу тебя… - его голос упал до шепота.

-Нет, отец. Я не буду помогать тебе - она шагнула вперед, и в этом движении была непоколебимая решимость. - Потому что я — единственная, кто помнит, кем ты был до. И единственная, кто обязан этому призраку помочь положить конец тому, во что он превратился.

Впервые за весь разговор прямая, гордая осанка Лорда дрогнула. Белая молния — выброс энергии ритуала — расколола небо, на миг озарив башню, свинцовые тучи и две фигуры, застывшие друг напротив друга.

-Я не плохой, дочь… - тихо произнес он, и в этом признании не было оправдания, была лишь голая, обнаженная боль. Попытка получить невозможное — прощение.

-Ты не плохой - эхом отозвалась Эмбра. - Ты просто… запутался. И пошел не той дорогой. Но ты не просто потерял свой путь. Ты стер его с карты, чтобы никто — даже я — не смог тебя найти.

Фиолетовые глаза Лорда блеснули — дождь ли, слезы ли — трудно было разобрать. Эмбра говорила чисто и звонко, но горечь в ее голосе была острее любого клинка.

-Отец, разве мама пожелала бы жить в таком мире? Она хотела бы этого?! - сквозь дрожь, разрывающую голос, произнесла она, не отводя умоляющего, полного последней надежды взгляда.

-Твоя мать… - Лорд опустил голову, и внутри него, казалось, бушевала буря, страшнее любой природной стихии. - Она бы поняла. Она знала цену жертвам.

-Нет - Эмбра покачала головой, и дождевые капли срывались с ее морды. - Она бы отвернулась от тебя. Как я сейчас. Ты учил меня видеть красоту в звездах, а потом — в пожарищах. Скажи мне, отец… какой из этих уроков был ложью?

-Мы смотрели на одни и те же звезды - голос Лорда дрогнул, в нем впервые проступили сомнения. - Но ты увидела в них светильники. А я — далекие солнца, которые нужно завоевать. В этом вся разница между нами.

Он снова поднял голову, и в его фиолетовых глазах, обрамленных тьмой, металась едва различимая, но отчаянная борьба.

-Я мог бы сказать тебе, что все это ради тебя - продолжил он тише. - Но ты не поверишь. И это… это мое истинное поражение. Прости.

-Не надо извинений, папа - голос Эмбры сорвался. - Уже ничего не сделать…

-Знаешь, почему ты здесь? - Лорд снова выпрямился, но в его позе не было прежней железной уверенности, была лишь усталость. - Ты здесь потому, что я сделал тебя сильной. Сильной настолько, чтобы стоять против меня. И теперь я не знаю… Это мой промах? Или главное доказательство, что мой путь — верный?

Он ненадолго отвернулся, развернувшись к шпилям. Вспышки становились все чаще, ритуал входил в финальную фазу.

-Видишь эту силу? - спросил он, не оборачиваясь. - Она может созидать. Она может исцелять. Но мир видит в ней только пламя. Я устал бороться с их близорукостью. Но с твоей… - он повернул голову, и в его профиле читалась мука. - С твоей близорукостью — это ранит.

-Я не слепа, отец! - Эмбра сделала шаг вперед, почти выкрикнув эти слова. - Это твой взор затуманен иллюзией величия! И я обязана помочь тебе — даже если для этого придется остановить тебя силой!

Лорд замер. Вспышки достигли апогея — белый свет пульсировал так часто, что казался непрерывным. Ритуал был на пороге завершения.

Он медленно развернулся к ней лицом. Его взгляд был устремлен в мокрый камень под ногами, в пустоту, разверзшуюся внутри него. Терзания, сомнения, любовь и долг — все смешалось в этой короткой паузе, растянувшейся в вечность.

А затем он поднял голову. И зашагал к ней.

Эмбра не отступила. Слезы все еще текли по ее морде, но они были чище и прозрачнее дождевых струй, хлеставших по башне. Отец подошел вплотную, почти вплотную. Его взгляд упал вниз, встретился с ее глазами. В них не было ненависти. Была любовь. Искренняя, выстраданная, невозможная теперь любовь. И страшная, раздирающая буря сомнений.

-Эмбра… дочка… - прошептал он одними губами. - Я люблю тебя. Помни это всегда, где бы ты ни была. Но…

Он замялся. Секунда растянулась в муку.

-Прости… Я не могу позволить тебе победить…

Очередная вспышка ослепила небо. Лапа Лорда взметнулась вверх, когти сжались в кулак, окутанный теперь не фиолетовой, а чисто-белой, ослепительной энергией. Из ближайшего шпиля с оглушительным треском вырвалась молния и ударила в камень прямо под ногами Эмбры.

Камень взорвался, но не осколками. Из места удара стремительно, как живое существо, вырос прозрачный кристалл. Он рос, обвиваясь вокруг Эмбры, захватывая ее лапы, корпус, крылья, прежде чем она успела даже вскрикнуть. В последний миг она увидела лицо отца — искаженное мукой, но непреклонное.

Кристалл сомкнулся над ее головой, заточив ее в идеально гладкую, прозрачную тюрьму. Она застыла внутри, как насекомое в янтаре — живая, дышащая, но полностью парализованная, лишенная возможности двинуться.

Лорд опустил лапу. Он стоял, тяжело дыша, глядя на застывшую фигуру дочери.

-Прости… - прошептал он в пустоту, обращаясь к той, кто уже не могла его слышать. - Но я не могу иначе.

Он медленно развернулся и зашагал обратно к двум столбам света. Вспышки за его спиной пульсировали все быстрее, отсчитывая последние минуты, последние секунды до момента, когда мир изменится навсегда. Часы истории неумолимо приближались к полуночи.

Тем временем у подножия башни собралось войско защитников. Оно все еще оставалось многочисленным, несмотря на чудовищные потери, понесенные за эту долгую, кровавую ночь. Драконы и фавны, арбалетчики и копейщики — все они стояли, вглядываясь в темноту, в верхушку шпиля, откуда с пугающей периодичностью били в небо белые всплески магии.

У начала узкой лестницы, винтом уходящей вверх вдоль стены башни, собралось ядро — лидеры этой разношерстной армии. Четверо Хранителей с Соларисом во главе, Киара и подоспевший к ним Эрдни. Дракон не находил себе места — его взгляд то и дело устремлялся в небо, к белым вспышкам, которые становились все чаще, все неистовее.

-Осталась последняя прямая - голос Солариса был спокоен, но в нем чувствовалась сталь. - Самая сложная. Отступать уже поздно. Это должно закончиться здесь и сейчас.

-Так чего мы ждем?! - Эрдни рванулся было к лестнице, но замер на полшаге, сдерживаемый собственным усилием. - Скорее, полетим!

-Нет, не полетим! - сказал Соларис. - Небо сейчас особенно опасно. Ритуал вызвал слишком сильный шторм... - он оглядел тучи, в которых бились белые молнии. - Никогда не видел такой рунной энергии...

-Терпение, Эрдни - Фреонар положил лапу ему на плечо. - Осторожность сейчас дороже скорости. Пылкие решения стоят слишком дорого.

Эрдни остановился, но взгляда от неба не отвел. Белые сполохи пульсировали, как сердце умирающей звезды.

-Подождите - голос Киары прозвучал встревоженно. - А где Эмбра?

-И правда… - Вольт огляделся, будто надеясь увидеть ее среди собравшихся. - Неужели она… там, наверху?

-Я должен был предвидеть - Террион с досадой ударил хвостом по камням. - Мы все должны были. Она обязательно захотела бы увидеть отца. Поговорить с ним. В последний раз.

-Ты прав - Соларис нахмурился, и в его глазах мелькнула тревога. - Будем надеяться, что она в порядке.

-Отец не обидит собственную дочь - тихо произнес Фреонар, но в его голосе не было уверенности.

-Хочется верить… - эхом отозвался Вольт.

В этот миг ослепительная белая вспышка разорвала ночь, ярче всех предыдущих. Следом пришел гул — низкий, вибрирующий, от которого закладывало уши и дрожали камни под ногами. Обратный отсчет пошел.

-Пора! - крик Эрдни прозвучал как выстрел. Он рванул к лестнице, больше не сдерживая себя.

Киара прыгнула следом, даже не обернувшись. Соларис на мгновение замер, повернувшись к оставшимся Хранителям.

-Идите. Я доверяю вам войско - его голос был резок и четок, как команда. - Прикройте мирных. Уведите их подальше от башни. Проверьте катакомбы! Скоро все закончится.

Трое Хранителей кивнули почти одновременно — коротко, по-военному. Соларис развернулся и, расправив крылья для равновесия, начал восхождение вслед за учениками. Трое драконов — наставник и двое его воспитанников — устремились вверх, навстречу грохочущему небу.

Подъем оказался адским испытанием.

Лестница была настолько крутой, что малейшая потеря равновесия грозила падением с головокружительной высоты. Узкая, вырубленная в теле башни, она вынуждала идти гуськом, цепочкой, прижимаясь к холодному мокрому камню. Проливной дождь хлестал не переставая, превратив ступени в скользкий каток. Лапы то и дело соскальзывали, и лишь чудом и нечеловеческими усилиями драконам удавалось удерживаться на краю пропасти. Вдобавок лестница бесконечно петляла, делая резкие, слепые повороты, за которыми могло ждать что угодно.

И ждало.

То тут, то там на пути возникали фигуры в черном — последние гладиаторы Культа, элитные стражи, брошенные на защиту Лорда. Они выскакивали из ниш, с дикими криками бросались на драконов — и спустя мгновение, после короткой, отчаянной схватки, летели вниз, в темноту, подхваченные дождем и ветром. Их крики быстро стихали, поглощаемые гулом бури.

Они достигли середины пути. Отсюда, с высоты, открывался вид на весь Варклав — но свинцовые тучи и стена ливня скрадывали очертания города, превращая его в размытое, призрачное пятно где-то далеко внизу.

И тут белая молния ударила.

Она врезалась точно в ступени между Эрдни, Киарой и замыкающим Соларисом. Воздух взорвался треском, и из места удара стремительно, как живое существо, поползли в стороны прозрачные кристаллические нити. Они росли на глазах, оплетая Солариса, сковывая его движения.

-Соларис! - крик Эрдни сорвался в пропасть.

-Ничего! - голос наставника был тверд, хотя кристаллы уже добрались до груди, обездвиживая крылья. - Идите! Ну же! Я выживу! - он говорил быстро, отрывисто, словно боялся не успеть. - Сделайте все, что сможете. Я верю в вас. Я всегда в вас верил.

-Соларис… - Эрдни смотрел, как белая масса поднимается все выше, пожирая тело учителя. - Я обещаю тебе. Я отдам все. Каждый вдох. Каждую каплю. Я стану всем, чем только могу стать. Ради тебя. Ради всех.

Их взгляды встретились на мгновение — и в следующую секунду голова Солариса скрылась в белом сиянии. Кристалл сомкнулся над ним, превратив дракона в неподвижную, прозрачную статую, застывшую на лестнице.

-Эрдни! - Киара схватила его за плечо, разворачивая к себе. В ее глазах блестели слезы, но голос был режущим, как сталь. - Мне очень, очень жаль. Но мы должны идти. Сейчас.

Эрдни с усилием, словно преодолевая невидимую стену, отвернулся от застывшей фигуры наставника. Он больше не смотрел назад. Он не мог.

Они продолжили подъем.

Семь минут. Семь бесконечных минут скользких ступеней, рвущего ветра и тяжелого, рваного дыхания. И наконец — последний шаг, последний поворот.

Они вышли на вершину башни.

Гул здесь стоял неимоверный — низкий, давящий, проникающий в самую кость. Белые вспышки шпилей слепили глаза, заставляя щуриться даже сквозь дождь. Энергия в воздухе вибрировала так, что чешую покалывало, будто от миллионов крошечных игл.

Часы истории неумолимо тикали. До полуночи мира оставались считанные минуты.

Они шагнули на площадку. Дождь хлестал по лицу, смешиваясь с потом и кровью, но Эрдни не замечал этого. Он остановился и оглянулся на Киару.

-Ты готова? - спросил он тихо, но голос прозвучал четко даже сквозь гул ритуала.

-Мне страшно - призналась она, и в ее глазах, изумрудных даже в этом белом безумном свете, плескался неподдельный ужас. - Я боюсь, что не справлюсь.

-Просто держись рядом со мной - он протянул лапу, и она сжала ее в ответ.

Они пошли дальше. Точка невозврата осталась позади. Время слов и сомнений кончилось.

В центре площадки, на самом краю, у шпилей, стояла фигура. Лорд Тьмы ждал их, его крылья были расправлены широко и торжествующе, как знамя победы. Черная дымка клубилась вокруг него плотнее прежнего, фиолетовые глаза горели в полумраке, как два треснувших аметиста.

-Спустя столько времени, мои дорогие гости наконец прибыли - его голос прогремел над площадкой, перекрывая гул и шум дождя. - Что ж, входите. Не стесняйтесь.

Он сдвинулся с места, сделал шаг вперед, и в этом движении была хищная, текучая грация.

-Столько неимоверных усилий, чтобы оказаться здесь… Знаете, мне кажется, у нас с тобой, Эрдни, больше общего, чем просто цвет чешуи - голос Лорда звучал громко, убедительно, почти дружелюбно — и от этого делалось еще страшнее.

-Нет - отрезал Эрдни, и его голос дрогнул от гнева. - У нас с тобой нет ничего общего. Я не такой, как ты.

-О, ты так в этом уверен? - Лорд хмыкнул, и в этом звуке послышалась усмешка. - Ха-ха. Ладно, вернемся к этому позже. У нас будет время.

Он вышел из тени, и теперь они видели его полностью — израненное, покрытое шрамами тело, из которого сочилась темная энергия, глаза, горящие безумием и силой. Он приблизился к ним с пугающей небрежностью, будто прогуливался по собственному саду.

-Эрдни… - прошептала Киара, прижимаясь к нему. - Не слушай его. Не слушай ничего, что он говорит. Пожалуйста.

-Хм, а это кто с тобой? - Лорд обошел их по дуге, оказавшись за спиной Эрдни. Киара не отступила. Наоборот, она шагнула вперед, заслоняя друга. - А, защитница Нижнего мира. Киара. Я рад тебя видеть. В конце концов, ты столько для меня сделала.

-Ты использовал ее! - крикнул Эрдни, разворачиваясь.

-Я использовал ее, она использовала тебя - Лорд наклонился к самому уху Эрдни, и его голос стал тихим, вкрадчивым. - Разве теперь это имеет значение? Я стольким ей обязан…

-Использовала?! Обязан?! - Эрдни отшатнулся, не веря своим ушам. - Что ты несешь?!

-О... - Лорд выпрямился, и на его морде расцвела широкая, зловещая ухмылка. - Так она тебе не рассказала? Какое… недоразумение!

-Не рассказала ЧТО?!

-Давай не будем оставлять его в неведении - Лорд перевел взгляд на Киару, и в его глазах плясали насмешливые огоньки. - Ты ведь даже не понял, Эрдни, да? Как она заманила тебя к Алтарю Возрождения... Как она заставила тебя помочь мне вернуться в этот мир. Она позволила Сколлу захватить себя. Она не остановила тебя, когда ты бросился за ней в самое сердце ловушки... - голос Лорда звенел, как натянутая струна. - Благодаря тебе, Эрдни, я стою здесь. И сказать спасибо за это стоит только ей.

Эрдни замер. Слова не укладывались в голове. Они были неправдой. Просто не могли быть правдой.

-Киара… - голос его сорвался. Он резко обернулся к ней, и в его глазах, должно быть, читалась целая буря — боль, неверие, мольба. - Это… это правда?

Киара стояла, потупив взгляд. Но даже так он видел в ее чистых изумрудных глазах смешение стыда, боли и растерянности. Она медленно подняла голову.

-Нет… - выдохнула она, и в этом слове было столько же отчаяния, сколько и отрицания. - Я… Я не знаю. Я больше ничего не знаю!

Она отвернулась, пряча лицо, но Эрдни видел, как дрожат ее крылья. И он поверил ей. Просто поверил — без доказательств, без логики, вопреки всему.

Лорд тем временем расхаживал вокруг них, как удав, готовый задушить добычу. Его ухмылка стала шире, обнажая ряды острых зубов и черную бездну пасти. Фиолетовые глаза горели чистым наслаждением — чужая боль, казалось, питала его, делала сильнее.

-Хватит - прошипел он, и в голосе зазвенел металл. - Все ты знаешь, Киара. Просто тебе нужно напомнить.

Он взмахнул крыльями, и от него пошла волна фиолетовой энергии — не сильная, но точная. Она прошла сквозь Эрдни, не задев, но Киару накрыла с головой. Та содрогнулась, согнулась пополам, сдерживая крик. Энергия ударила по той части ее существа, что была связана с тенью, заставляя собственную стихию разрывать хозяйку изнутри.

-Киара! - Эрдни рванул к ней, но наткнулся на невидимую преграду. Барьер. - Нет!

-Ха-ха-ха! - смех Лорда прокатился над площадкой, заглушая даже гром. - Соларис должен был предупредить тебя, молодой дракон! Ты здесь один. Ты всегда был один!

Он взмахнул лапой, и еще один барьер отшвырнул Эрдни назад, впечатывая в мокрый камень.

-И все же ты здесь - продолжил Лорд, и его голос снова стал стальным, давящим. - Так отчаянно пытаешься спасти эти жалкие миры, отказываясь принять истинную роль Золотого дракона!

Эрдни поднялся, но новый удар снова бросил его на землю. Он искал взглядом Киару, но видел только корчащуюся фигуру в фиолетовом сиянии.

-Тебе наверняка рассказывали, что я был первым в роду Золотых - голос Лорда заполнял все пространство. - Но позволь мне просветить тебя. Я не первый и не единственный. Еще до нас с тобой наши предки возрождали Разрушителя. Будили големов глубин. Стирали Сломанные миры в пыль и начинали Великую чистку - он сделал паузу, давая словам осесть в сознании Эрдни. - Такова наша природа, мальчик. Твоя судьба — уничтожить этот мир! И ты уже идешь по этому пути.

-Нет! - Эрдни приподнялся, с трудом фокусируя взгляд на темном силуэте. - Я не верю тебе!

-Конечно, не веришь - Лорд пожал плечами с показным сожалением. - Но ты уже выполнил свое предназначение в полной мере! Когда-то меня остановили. Сдержали. Не дали свершить то, что должно. А ты... Ты дал путь огню. Ты пронес его в себе и зажег снова. По своей воле или нет — неважно.

Он ненадолго замолчал.

-Но знаешь... В конце концов это больше ничего не значит. Скоро мир будет уничтожен, и ты вместе с ним! - Лорд ужасающе навис над Эрдни.

-Нет! Я не позволю! - отказывался принимать Эрдни.

Эрдни снова поднялся на ноги, игнорируя боль во всем теле. И в этот момент раздался крик.

Крик Киары.

Он обернулся и увидел, как она корчится на мокрых камнях, охваченная собственной тенью, которая взбесилась и рвала хозяйку изнутри.

-Киара! - он бросился к барьеру, бил по нему лапами, крыльями, телом. - Киара!!

-Ха-ха! Ха-ха-ха! - смех Лорда звучал как гром среди ясного неба, торжествующий и жуткий.

-Нет, Киара, пожалуйста! - Эрдни сполз по невидимой стене, теряя силы. - Если ты умрешь… мне больше не за что будет сражаться…

И в этот миг что-то изменилось.

Киара перестала кричать. Замерла. А затем — взрыв.

Ослепительная вспышка изумрудного света разорвала ночь, сокрушительная волна чистой энергии прокатилась по площадке, заставив даже Лорда пошатнуться и отступить на шаг. Барьеры лопнули, как мыльные пузыри.

Эрдни бросился вперед и увидел ее. Киара стояла на том месте, где только что корчилась в агонии, — потрепанная, но целая. Ее окутывало плотное сияние той же энергии изумрудного цвета, похожей на ту золотую, что была у Эрдни в минуты предельной концентрации. Она открыла в себе ту же силу, что и он.

Он подбежал и обнял ее, прижав к себе, чувствуя, как бьется ее сердце — быстро, сильно, живо.

-Всегда есть что-то… - прошептала она ему на ухо, и в этом шепоте была целая жизнь.

Секунда — и они развернулись к Лорду плечом к плечу. Двое. Вместе. Готовые.

Лорд уже опомнился от неожиданности, но на его морде явственно читалось раздражение. План провалился.

-Ах, как жаль - процедил он сквозь зубы, и в голосе зазвенела угроза. - Да будет так. Вы выбрали свою судьбу. Готовьтесь к смерти!

Он взмыл в воздух одним могучим движением крыльев и исчез в клубящихся тучах, оставив после себя лишь шлейф черного дыма и фиолетовые искры.

Эрдни и Киара остались на площадке, вдвоем, под проливным дождем. Шпили за их спинами гудели, отсчитывая последние минуты. Последний бой этой долгой истории был готов вот-вот начаться.

Эрдни и Киара взмыли в свинцовое небо, и тучи сомкнулись над ними, поглотив в своей холодной, влажной мгле. Где-то здесь, в этой белой пелене, их ждала сама смерть. Лорд готовился к рывку, и каждый нерв драконов вибрировал в предчувствии атаки.

Интуиция, обостренная до предела, заставила Эрдни резко обернуться.

-В стороны! - крикнул он, и они рванули в разные стороны за долю секунды до того, как тучи разорвала темная молния.

Лорд вылетел из стены облаков с такой скоростью, что воздух за ним схлопывался с громовыми хлопками. Они никогда не видели подобного мастерства полета — он двигался быстрее, чем падающая звезда, быстрее, чем мысль. Его лапа была занесена для удара, на когтях клубились и роптали фиолетовые разряды, готовые испепелить все на своем пути.

Эрдни и Киара, оттолкнувшись друг от друга в последний миг, разлетелись в стороны, и Лорд пронесся между ними, электризуя воздух до состояния озона и жженой плоти. Он чуть завалился вперед, потеряв инерцию, но мгновенно развернулся, и его хвост, описав дугу, вобрал в себя разряженную энергию из атмосферы, чтобы выплюнуть ее назад огромным полупрозрачным лезвием, нацеленным туда, где только что были драконы.

Но те уже спикировали ему за спину. Эрдни и Киара, не сговариваясь, рванули вверх единым рывком, уходя от лезвия, и оказались над Лордом. Их лапы сцепились, тела сплелись в единый клубок, и они понеслись вниз, как комета, ведомая яростью Эрдни. Он вложил в это падение всю свою силу огня, всю ненависть, всю боль потерь — и они врезались в спину Лорда с оглушительным грохотом.

Лорд согнулся от удара, из его груди вырвался сдавленный, полный боли крик. От него во все стороны полетели осколки фиолетовой энергии — куски его собственной сущности, яда, разъедавшего его изнутри долгие годы. Но боль лишь разожгла в нем ярость. Глаза Лорда вспыхнули бешеным фиолетом.

Эрдни и Киара разъединились, пикируя вниз и вновь оказываясь бок о бок. Лорд сделал бочку вперед, выпуская из себя сокрушительную волну энергии, которая ударила по врагам, оглушая, заставляя внутренности вибрировать. Не теряя ни секунды, он раскрыл пасть — и из нее вырвались пять огненных шаров. Они были чудовищны: каждый размером с небольшую скалу, они несли такой жар, что плавили воздух, оставляя за собой дымные хвосты, похожие на траектории падающих метеоритов.

Эрдни и Киара бросились навстречу. Их тела, поджарые и гибкие, проскальзывали между огненными глыбами в опасной близости, но даже мимолетное касание жара обжигало чешую, оставляя на ней темные пятна. Когда последний шар прошел мимо, Лорд выдохнул широкую, всепоглощающую струю фиолетового пламени. Эрдни и Киара, действуя синхронно, круто взмыли вверх, пронеслись боком над самым огнем, чувствуя, как пламя лижет подбрюшье.

Не добившись успеха, Лорд снова скрылся в тучах, оставив драконов в звенящей тишине, нарушаемой лишь гулом ритуала где-то далеко внизу. Эрдни и Киара зависли спина к спине, тяжело дыша, каждый нерв натянут до предела. Глаза сканировали белую мглу, ища малейшее движение.

Тучи разорвались. Лорд вылетел из них, занеся обе лапы для сокрушительного крестового удара. В последний миг Эрдни и Киара рванули в стороны по расходящимся дугам, описали полукруг и снова оказались над ним. Но теперь они атаковали поодиночке: Эрдни обрушился на Лорда сбоку своим коронным кометным ударом, а Киара, сконцентрировав всю свою сущность в едином порыве, ударила с другой стороны «Ударом Скорпиона» — чистейшим сгустком яда, пробивающим любую защиту.

Обе атаки достигли цели. Раздался взрыв, полыхнуло фиолетовым и изумрудным. Лорд взревел от боли и ярости — его крылья, и без того потрепанные, теперь дымились, покрытые ожогами и мелкими разрывами. Он начал терять высоту, но в последний момент, совершив немыслимый разворот, умудрился схватить обоих драконов своими мощными лапами.

Хватка была мертвой. Вырваться из нее было невозможно. Сжимая врагов, Лорд стремительно понесся вниз, к башне. Ветер свистел в ушах, земля стремительно приближалась. Вот уже показалась площадка, ритуальные столбы, пульсирующие белым светом. Лорд направился прямо к ним, и когда расстояние сократилось до нескольких метров, он выбросил лапы вперед.

-А-а-а! - сквозь стиснутые зубы вырвался у него полный муки и торжества рев.

Он с силой ударил драконов о пульсирующие столбы. Чешую пронзили тысячи электрических разрядов, выворачивающих суставы, сжигающих нервы. Не отпуская, Лорд поволок их вниз, сдирая о шершавый камень. Чешуя крошилась, обнажая кровоточащую плоть. Эрдни сжал зубы до скрежета, сдерживая крик. Казалось, этой пытке не будет конца.

Наконец Лорд разжал лапы, небрежно отшвырнув израненных драконов к самому краю площадки. Сам он приземлился перед столбами, тяжело дыша, но с победным блеском в глазах.

Эрдни и Киара с трудом поднялись. Тело горело огнем, каждая мышца вопила от боли. Эрдни первым делом взглянул на подругу. Киара кивнула — жива, держусь. Тогда он опустил взгляд на собственную грудь и замер.

Там, где билась золотая половинка шрама-звезды, пульсировал яркий, живой свет. А по краям раны еще плясали белые искры от удара о столбы. И вместе с ними он почувствовал знакомую энергию. Ту самую, что приходила к нему в минуты отчаяния. Она снова была здесь. Готовая помочь.

Он поднял глаза на Киару. Ее тело тоже светилось — мягким, но уверенным изумрудным сиянием. Их взгляды встретились, и одного короткого кивка хватило, чтобы понять друг друга без слов.

-Хм, интересно! - пророкотал Лорд, заметив их состояние. - Покажите мне новые трюки!

Он ринулся в атаку, и в этот раз его ярость не знала границ. Из его пасти вырвался целый рой ледяных шаров, утыканных шипами, — они неслись к драконам, готовые разорвать их в клочья.

Эрдни шагнул вперед, заслоняя Киару. Он распахнул пасть, и из нее вырвался не просто огонь — это был сгусток чистой золотой воли, сопровождаемый грохотом, похожим на выстрел из пушки в абсолютной тишине. Ледяные шары взорвались при столкновении, разлетаясь тысячами острых осколков, готовых изрешетить все вокруг.

Но тут вступила Киара. Она выдохнула тонкий, ослепительный луч чистейшего изумруда — похожий на лазер, вырезающий по камню. Луч заметался по воздуху, плавя и испаряя ледяные иглы одну за другой, расчищая путь.

Путь был свободен, и они рванули вперед вместе, синхронно.

Лорд встретил их ударом заряженных лап о камень. По площадке разбежалась сеть фиолетового электричества — такой мощи, что камни плавились и трескались. Но Эрдни и Киара уже взмыли в воздух, уходя от смертоносных разрядов, и снова пикировали на врага.

В отчаянии Лорд хвостом слепил плотный булыжник чистой магии и метнул его в драконов. Эрдни и Киара разошлись в стороны, оттолкнувшись лапами от каменной глыбы, и этот короткий импульс дал им нужное ускорение. Они оказались над Лордом и вновь сцепились друг с другом, сплетая тела в тугой круг. Их энергии слились воедино, формируя вокруг них мощный защитный кокон, переливающийся золотом и изумрудом.

И они рухнули вниз, обрушившись на Лорда с такой силой, что он прижался к земле, не в силах пошевелиться. Взрыв отбросил их назад, к краю платформы, и от Лорда снова откололись куски фиолетовой субстанции, разлетевшись по камням.

Лорд был оглушен, на мгновение потерял ориентацию. Он приподнялся на передних лапах, пытаясь прийти в себя. И в этот миг Эрдни выдохнул прямо в него ослепительный луч золотой энергии.

Лорд инстинктивно прикрылся крыльями. Луч бил в них, прожигая, но Лорд держался — он был чудовищно силен, раз мог сдерживать такую мощь даже израненный.

Пока Эрдни удерживал его, Киара рванулась вперед по земле. Несколько стремительных шагов — и она оттолкнулась, взмывая в воздух, превращаясь в изумрудную комету. Лорд попытался отбросить Эрдни и закрыться, но опоздал.

Удар Киары пришелся прямо в центр груди, в то место, где чешуя уже была треснута предыдущими атаками.

-Аргх!! - Лорд захрипел, в слепой ярости отшвырнул Киару к Эрдни и снова рухнул на колени.

На его груди зияла глубокая трещина, и в ней, пульсируя, клубилась фиолетовая энергия — сама его суть, его сила и его проклятие. Под Лордом уже набралась небольшая кучка фиолетовых осколков — частей его собственного тела.

Эрдни и Киара замерли, тяжело дыша, готовые ко всему. Лорд медленно, с нечеловеческим усилием поднялся на все четыре лапы. Он стоял, пошатываясь, но все еще держался.

-Вам не победить меня! - пророкотал он, и в его голосе слышалась неукротимая воля. - Я ВЕЧЕН!!!

Он раскрыл пасть, и из нее вырвался луч — не просто фиолетовый, а вобравший в себя мощь всех стихий, все, что осталось от его существа. Он ударил в драконов сокрушительной силой.

Эрдни и Киара ответили своими лучами. Золотой и изумрудный столкнулись с фиолетовым в центре площадки, и свет затмил все вокруг. Воздух взвыл, камни пошли трещинами. Лорд наседал, его луч теснил двойной свет драконов, оттесняя их назад. Силы были неравны.

-Просто… держись! - услышала Киара сквозь гул голос Эрдни, тихий, но полный решимости.

Они надавили вместе. Из последних сил, из последней капли крови, из самой глубины своих сердец. И двойной луч дрогнул, пополз вперед, вытесняя фиолетовый.

Мгновение, растянувшееся в вечность. И фиолетовый луч погас. Волна отдачи отбросила Лорда назад, с силой впечатывая его спиной в ритуальные столбы.

Казалось, все кончено.

Но в этот миг столбы вспыхнули так ярко, что мир исчез в белом пламени. Секунда ослепления — и когда зрение вернулось, столбы гудели с новой, ужасающей силой. Энергия в них клокотала, готовая выплеснуться.

-Началось… - прохрипел Лорд, медленно поднимаясь. На его окровавленной морде расцвела торжествующая ухмылка. - Добро пожаловать в конец света.

И тут Лорд резко оттолкнулся передними лапами от каменной плиты, закидывая тело назад. Крылья распахнулись, поймав поток ветра, и он прислонился спиной к пульсирующим столбам. То, что произошло дальше, заставило Эрдни и Киару отшатнуться.

Тело Лорда начало впитывать энергию — жадно, неистово, с ужасающим треском бьющегося электричества и запахом горелой плоти, ударившим в ноздри. Казалось, каждый нерв, каждая клетка его существа раскрылась навстречу потокам силы.

-А-а-а! - вскрикнул Лорд, и в этом крике смешались боль и торжество, мука и экстаз.

Лучи, соединявшие дальние Шпили с ритуальными столбами, вспыхнули цветом. Тот, что вел к Элизиуму, загорелся нежным бирюзовым. Луч к Асхейму полыхнул глубоким красным, как закат над полем битвы. А третий, уходящий к далекому миру за горизонтом, налился холодным синим свечением. Энергия Забытых миров потекла в Лорда, наполняя его, как вода наполняет иссохшее русло.

Его тело начало расти. Сначала медленно, потом все быстрее. Мышцы бугрились и распухали, чешуя трещала и расходилась, обнажая новые слои плоти, которые тут же твердели и темнели. Рост был чудовищным — скоро Лорду стало тесно на площадке, скоро его тело перестало помещаться в пределах башни.

Эрдни и Киара застыли в ступоре, глядя на это преображение. Как, скажите на милость, сражаться с тварью, которая в десять раз больше вас обоих?

Несколько минут ужасного гула, хруста костей и рвущихся сухожилий — и Лорд закончил свой рост. Над ареной возвышалась лишь его длинная, змеиная шея, увенчанная чудовищной головой. Из-за столбов виднелась исполинская грудь, сейчас похожая на крепостную стену, израненную, но несокрушимую. Передние лапы, больше не похожие на лапы, а на странную помесь голема и дракона, вцепились в край площадки, продавливая камень до самого основания. Остальная часть колоссального тела свешивалась с башни вниз, обвивая ее, как удав обвивает жертву. Задними лапами Лорд проломил верхние этажи, вцепившись в каменную плоть здания, а хвост обхватил нижние ярусы, создавая немыслимую конструкцию из плоти и камня. Крылья скрылись в тучах, оставив видимыми лишь их зловещие силуэты.

Голова Лорда изменилась до неузнаваемости. Она стала похожа на морду самого страшного чудовища морских глубин — вытянутые челюсти, полные зубов-сталактитов, изогнутые рога, в которых кипела и пузырилась фиолетовая энергия, и два огромных глаза, в фиолетовой глубине которых горела чистая, неразбавленная ненависть.

Трансформация поглотила огромное количество энергии миров, но не уничтожила их окончательно. Столбы все еще горели ярко, ритуал можно было остановить. Шанс оставался.

Эрдни и Киара рванули к столбам, но между ними и целью с грохотом опустилась голова Лорда. Огромный фиолетовый глаз уставился на них в упор, рассматривая, словно букашек под лупой.

-Ха-ха, малышня… - прогремел голос, от которого задрожали камни. - Посмотрим, что вы еще умеете.

Голова поползла вверх, и последнее, что запомнил Эрдни в это мгновение, — разверстая пасть, в глубине которой копилась, пульсировала и нарастала энергия. А потом Лорд выдохнул.

Молния — невероятной силы, чудовищной площади поражения — ударила в арену, разрезав ее надвое. Воздух взорвался озоном и жаром, камень плавился и испарялся. Но Эрдни успел: он толкнул Киару в сторону и прыгнул сам, чувствуя, как электричество обжигает край крыла. Еще миг — и они бы превратились в пепел.

Пол арены все еще горел остаточным свечением молнии, и Лорд в этом хаосе света и тени потерял своих маленьких противников. Избранные не стали медлить. По короткому сигналу Эрдни они рванули вперед, взмыли в воздух и оказались прямо перед мордой Лорда.

Два луча — золотой и изумрудный — ударили в фиолетовую тьму, пытаясь прожечь ее, пробить, добраться до сути. Лучи прожигали, но тьма срасталась, затягивалась, нарастала вновь, как живая ткань. Это было бесполезно.

И тут Лорд заметил их.

Огромная морда развернулась, глаза вспыхнули бешеным фиолетовым огнем.

-Все еще надеетесь победить? - насмешливо прогремел он.

Передняя лапа с грохотом оторвалась от площадки и обрушилась на них размашистым ударом, по силе сопоставимым с падением лавины. Эрдни и Киара чудом ускользнули, проскочив между гигантскими пальцами, и оказались по правую сторону от врага.

И тут случилось то, что они запомнят на всю оставшуюся жизнь.

То ли Эрдни замешкался на долю секунды, то ли Лорд оказался слишком быстр, но они увидели раскрытую челюсть, нависшую над ними и под ними одновременно. А потом — темнота.

Лорд поглотил их.

Казалось, все кончено. Конец пути. Конец надежды. Конец.

Но нет. Нет, это не могло быть концом. Просто не могло.

-Ха-ха… - сдавленно посмеялся Лорд, поворачиваясь к столбам, чтобы наконец завершить начатое.

И замер.

Что-то странное творилось у него в горле. Сначала легкое першение, потом боль — такая, какая бывает при простуде, когда трудно глотать. Но боль росла. Усиливалась. Становилась невыносимой.

Потом начались толчки. Изнутри.

-Агрх! - Лорд вскрикнул, наклоняя голову, пытаясь понять, что происходит.

А потом он начал светиться.

Свет шел изнутри, прямо из горла. Сначала тусклый, потом все ярче, все нестерпимее. Золотой свет с сильной, пульсирующей примесью изумрудного. Лорд почувствовал жжение, раздирающее плоть изнутри. Он попытался закашляться, выплюнуть, избавиться — но было поздно.

-А-а-а! - последний крик Лорда вырвался наружу вместе с разверстой пастью.

И грянул взрыв.

Ослепительная вспышка золотого и изумрудного света разорвала тьму. Волна чистой, первозданной энергии ударила во все стороны, сметая ритуальные столбы, испепеляя фиолетовую скверну, разгоняя тучи. Впервые за эту долгую, бесконечную ночь над Варклавом открылось голубое небо.

Ливень прекратился. Ветер стих.

Огромное тело Лорда исчезло, растворилось в свете, оставив после себя лишь горстку фиолетового пепла, который тут же развеяло ветром. Забытые миры были спасены. Ритуал остановлен. Война окончена.

А на краю разрушенной площадки, в обнимку, прижавшись друг к другу, лежали Эрдни и Киара. Живые. Израненные, обессиленные, едва дышащие — но живые.

У них получилось.

Все было кончено.

Эпилог

Варклав. Самая широкая городская площадь.

Всюду ещё оставались следы войны: обломки обрушенных зданий, чёрные пятна пожарищ на камне, погнутые доспехи и оружие, сложенное в аккуратные пирамиды, стрелы, навеки вросшие в стены. Но за несколько часов, прошедших после битвы, в городе произошла удивительная перемена. Общими усилиями жителей столица возвращалась к жизни. Вдоль площади протянулись свежие аллеи из молоденьких саженцев, обещающих однажды стать тенистыми деревьями. Новые фонари ночью заливали город мягким светом, разгоняя тени. Свежие знамёна хлопали на ветру. Дома, пострадавшие не слишком сильно, были оперативно отремонтированы, и их жильцы уже вернулись под родные крыши.

В Варклаве будто наступила своя, особенная весна: всё шевелилось, дышало, возвращалось к жизни. Солнце, наконец пробившееся сквозь остатки туч, заливало площадь золотом, играло бликами на уцелевших куполах, согревало израненную землю.

А на площади проходила церемония. Важная. Та, что должна была поставить точку в этой долгой истории.

После того как взрыв рассеял тучи, трое Хранителей вывели всех, кто прятался в катакомбах под городом. Вернулись и те, кто успел сбежать до начала войны, — среди них было много фавнов-купцов, рискнувших вернуться в освобождённую столицу. Толпа собралась пёстрая, разноцветная во всех смыслах: драконы всех стихий, мужчины и женщины; фавны всех возрастов — от совсем юных до убелённых сединами стариков; статные, как называли высшее сословие, и простые рабочие. Были здесь и люди из Нижнего мира, бойцы Флинта, прошедшие финальные битвы плечом к плечу с драконами. В первых рядах стояли трое награждённых - Эраст, облачённый в свою парадную темно-зеленую мантию, его борода была аккуратно зачесана, а на руках сияли золотые браслеты, Флойд с луком и мечом за спиной в серебристом доспехе и Эмбра, которую вместе с Соларисом вызволил из кристалла взрыв, вызванный Эрдни и Киарой. На их груди уже блестели ордена, их наградили ещё до основной церемонии, ордена были 1 степени - не высшая награда, но очень почётная.

И, что удивляло многих, здесь присутствовали несколько представителей таракаров — молодой принц и посол со смешной, торчащей в стороны бородкой. Сам король и большая часть народа не смогли прийти: война затронула и их. Незадолго до последней битвы один из корпусов Культа выследил их убежище под землёй близ Кельдрина. Таракарам пришлось сражаться, и они понесли немалые потери. Король не мог оставить свой народ — он остался с ним, занявшись восстановлением разрушенного. Но скоро они смогут выйти из-под земли и вернуться на родину, на Великие Равнины.

Таракары были необычной расой. Внешне они напоминали людей — строением тела, пропорциями, движениями. Но кожа их была похожа на кору старых деревьев — коричневатая, шершавая, иногда с серым отливом. Вместо волос у них росла материя, похожая на прозрачные зелёные листья, иногда светящиеся мягким светом. Впрочем, волос часто не было видно — таракары любили головные уборы: шлемы, шапки, капюшоны.

Принц и его посол не отличались от этого описания. Принц был высок, коренаст, с ярко-зелёными глазами и листьями-волосами до плеч. Он был облачён в парадный доспех, которым его народ выражал особое почтение событию. Посол носил шёлковый мундир, расшитый серебряными нитями, и сжимал в руках свиток — обращение к Империи.

Но довольно о толпе. Теперь — о виновниках торжества.

Напротив людского моря, на невысоком возвышении, стояли те, кому этот день был обязан своим существованием.

Справа — четверо Хранителей стихий. Их лица сияли улыбками. Они переговаривались, посмеивались, подшучивали друг над другом, и в этом было столько жизни, столько тепла, что, глядя на них, хотелось улыбаться. Четвёрка старых друзей снова была вместе, и ничто не могло омрачить этот миг.

Дальше стояли фавны. По бокам — генерал Нерва и капитан Горн, суровые, но с непривычно мягкими выражениями лиц. Между ними стоял главный полководец армии - Эльдора, сестра Эрдни, по совместительству глава гвардии. За ней стоял небольшой отряд драконов-гвардейцев, и на них, и на Эльдоре были блестящие доспехи для важных торжеств, на которых одним ценным металлом были нанесены узоры. А впереди в центре, за трибуной для выступлений, стоял пожилой фавн, некогда бывший советником императора, его правой рукой, вторым правителем Империи. Его звали Хильди. Он ждал, когда наступит его черёд говорить, и в руках его чуть заметно подрагивал свиток.

А слева от трибуны стояли главные герои этого дня — Эрдни, Киара, Церис и Зейн, главы Нижнего мира. Эрдни и Киара выглядели потрёпанными — было видно, что каждое движение даётся им с трудом. Но они стояли прямо, выпрямившись во весь рост, и улыбались. Улыбались искренне, светло, как умеют только те, кто прошёл через ад и вернулся обратно. Церис о чём-то тихо говорила с Зейном, и в их взглядах, когда они смотрели друг на друга, читалось то самое, что называют «химией», — нечто тёплое и неразрывное.

Хильди поднял руку. Знак — сейчас начнётся.

-Внимание! Внимание! - его низкий, но удивительно звучный голос раскатился над площадью, достиг самых дальних рядов. - Тишина, прошу внимания!

Толпа замерла. Стало слышно, как дует лёгкий ветерок, шелестящий новыми знамёнами.

-Сегодня важный день для нас всех. Этот год вообще выдался важным. И непростым. На нас подло, без предупреждения, ударом в спину напал иноземный захватчик, желавший уничтожить всё, что мы любим, всё, к чему мы привыкли. Искажённые, ужасные мотивы, от которых стынет кровь в жилах - он сделал паузу, давая словам отозваться в сердцах. - Но мы сплотились. И тогда родилась сила, которую захватчик не смог остановить. Сила, подобная законам самого мира. Неостановимая. Родилось Сопротивление. И началась борьба. Праведная борьба. И именно поэтому мы все стоим здесь. Потому что мы едины. И вместе мы способны одолеть даже такую армию!

Он вскинул руку, и толпа взорвалась аплодисментами и одобрительными криками. Звук был такой силы, что, казалось, дрогнули стены.

-Но... - Хильди подождал, пока шум стихнет. - Среди нас есть истинные защитники. Герои, не побоявшиеся закрыть своими телами невинных. Не побоявшиеся восстать против угрозы. И сейчас пройдёт церемония награждения. Для начала хочу отдать уважение четырём драконам, которые не единожды доказали свою верность Империи. Соларис, Фреонар, Вольт, Террион! Примите награды за верную службу нашему государству! Вы — настоящие защитники!

Толпа снова зашумела, зааплодировала, закричала. Четверо Хранителей выпрямились, их лица осветились гордостью и смущением одновременно. Из людского моря вышли четверо фавнов, несущих красные бархатные подушечки. На каждой лежало свёрнутое знамя и орден. Фавны приблизились к драконам и с помощью нехитрой магии прикрепили к их груди Орден Защитника третьей степени — очень почётную награду.

-Спасибо вам! - произнёс Хильди и продолжил: - Но не только Хранители сражались на передовой. Рядом с ними, плечом к плечу, стояли те, кто вёл в бой армии, кто не щадил себя ради победы. Генералы Эльдора, Нерва и Горн! Ваш вклад в освобождение столицы неоценим. Примите заслуженные награды!

Эльдора, Нерва и Горн вышли вперёд. Их лица, обветренные и суровые, сейчас светились сдержанной гордостью. Фавны с подушечками приблизились к ним, и на груди каждого засиял Орден Полководца первой степени — знак высшей воинской доблести. Толпа встретила их одобрительным гулом: эти имена были у всех на слуху.

-Есть среди нас и другие герои - продолжал Хильди, когда шум стих. - Они пришли на помощь, когда нам было тяжело. Они не бросили нас. Ещё раз проявили свою крепкую дружбу и верность. Церис, Зейн! Империя всегда хорошо относилась к Нижнему миру. И вы продолжаете эту традицию. Вы награждаетесь Орденом Союза второй степени — как лучшие и высшие союзники нашего государства!

Толпа взорвалась с новой силой. Церис и Зейн переглянулись тем самым взглядом, и в нём было всё — и гордость, и любовь, и обещание. Они вышли вперёд, и фавны прикрепили ордена к их груди.

Хильди подождал, пока стихнут овации, и продолжил. Теперь его голос звучал особенно торжественно:

-И огромной ошибкой, и позором было бы забыть наших самых главных героев. Именно благодаря им мы выиграли эту войну. Они ещё совсем молоды, но, несмотря на возраст, они уже совершили великое дело. Они спасли нас всех. Я говорю про Эрдни и Киару — наших Избранных! Аплодисменты героям!

Площадь взорвалась. Крики, аплодисменты, топот, свист — всё слилось в единый гул, который, казалось, поднимался до самого неба. Эрдни и Киара вышли вперёд, и им предоставили слово.

Эрдни шагнул к трибуне, опираясь на подругу чуть больше, чем хотел бы показать. Он посмотрел на море лиц — таких разных, таких живых, таких благодарных — и начал говорить.

-Спасибо огромное, уважаемый советник, уважаемые жители Варклава и Империи. Признаюсь, я удивлён, что стою сейчас здесь. Ещё два года назад я был ребёнком, не знавшим о мире ничего. Но теперь я стал солдатом и защитником. Мои лапы не раз обагрялись чужой кровью, но, наверное, таков наш путь в борьбе за то, что мы любим и во что мы верим.

Толпа молчала, ловя каждое слово.

-И мне не нужно никаких наград. Я просто делал то, что должен. Не потому, что так сказало какое-то пророчество, а потому что так надо. Потому что я защищал то, что люблю. Мы пережили одну войну, но впереди нас ждут новые испытания, возможно, ещё тяжелее. Эрион, виновник всего этого, ещё жив. И он может вернуться. И я хочу сказать: в любой войне будут затишья между бурями. Будут моменты, когда наши союзники встают против нас. Но знаете, какого момента не будет никогда?

Он сделал паузу, и тишина стала абсолютной.

-Момента, когда мы отдадим свой мир.

Киара шагнула вперёд, встала рядом, и её голос, чистый и звонкий, подхватил эстафету:

-Мы никогда не отдадим наш мир в лапы завоевателей. Сейчас я хочу обратиться ко всем угрозам и злодеям, которые поджидают нас там, в темноте будущего: мы здесь. Мы готовы. И мы не сдадимся.

-Не сдадимся! - произнесли они вместе, громко, так, что каждое слово долетело до самых дальних рядов.

-Вот они, настоящие герои Империи! - провозгласил Хильди, и толпа взорвалась так, как не взрывалась ещё ни разу за этот день.

Минуту, другую, третью не стихал гул. Люди и драконы, фавны и гости из Нижнего мира — все кричали, хлопали, топали, выкрикивали имена героев. Наконец Хильди поднял руку, прося тишины.

-И последний, самый важный момент. Дадим слово нашим другим союзникам — таракарам!

Принц и посол вышли из толпы. Последний протянул юноше свиток, и тот, развернув его, начал читать. Голос у принца был мягким, нежным, но в нём чувствовалась твёрдость и достоинство.

-Уважаемый советник, жители Империи! Король Грольф выражает свою искреннюю радость за вашу победу в войне и приносит извинения за то, что не смог присутствовать вместе со своим народом. После подлой атаки Культа наш народ понёс огромные жертвы и ущерб, который нам самим не возместить. Поэтому искренне и с уважением просим вас о включении нашего микрогосударства в состав Империи под названием округ Тара, расположенный на нашей родине, Великих равнинах.

Принц замолчал, и все взгляды обратились к Хильди.

Фавн расправил плечи. Наступил момент, ради которого, возможно, и затевалась эта церемония.

-Мы очень рады вас видеть, принц. Ваше обращение будет рассмотрено сейчас же. Итак, прошу тишину - он подождал, пока воцарится полная тишина, и продолжил: - По последней воле Аргуса, нашего императора, властью, данной мне, объявляю о создании Республики Трёх Народов! А территория Великих Равнин отныне является Автономным Округом Тара, населённым таракарами! Да здравствует новопровозглашённая Республика!

Толпа взорвалась в последний раз. Со стен здания за спиной Хильди спустились новые флаги — на белом полотнище три головы: дракона, фавна и таракара, соединённые в единый золотой символ. Раздались торжественные выстрелы пушек — холостые, но от этого не менее впечатляющие. Жители обнимались, плакали, смеялись, прыгали от счастья. Принц и посол дружески обнялись: у них получилось. Их народ обрёл новый дом и новую семью.

Эта история была окончена.

Начался Период Спокойствия.

Но где-то там, далеко-далеко, в Запретном Лесу, в том самом месте, где Лорд когда-то отравил себя злом, из иссушенной, мёртвой земли пробился маленький чёрный росток. Он горел тусклым фиолетовым огнём, пульсировал в такт неведомому ритму, тянулся к небу, обещая однажды стать чем-то большим.

Корень Разрушения ждал своего часа.