Сага о Буре: Буревестники

Пролог

Кровь пламенела в жилах. Гигантские костры, высотой с человека, оглушающе хрустели, освещая ночной лес. Обычно здесь было тихо и пустынно, но только не сегодня.

Сотни людей столпились вокруг поляны, разграниченной высокими, словно колонны, валунами. На каждом из камней блестело по кровавой руне.

— Хаба наби элдерхобу. Хири логи седерсаге, — мелодично и энергично повторяли шаманы. Их голоса сливались с завывающими флейтами и погремушками.

Между костров кружились девушки в ветряных белых платьях. Тонкая ткань вздымалась волнами при каждом движении. Их лица были окрашены белой и синей краской. Они все танцевали и танцевали, двигались быстрее и быстрее, даже когда тела уже отказывались. Сила ритуала не позволяла им остановиться.

Барабаны тяжело задавали ритм тоже постепенно ускоряясь. Пение становилось громче и пронзительнее. Черепа животных и людей, подвешенные на шесты, следили за происходящим сквозь пустые глазницы.

Люди вокруг замерли от ужаса и благоговения. Им хотелось присоединиться к таинству, но все внутренности кричали о том, чтобы бежать. Некоторые начали немного двигаться в ритм ритуала, глядя затуманенными глазами вперед.

— Хаба наби элдерхобу. Хири логи седерсаге, — громко выкрикнул главный шаман, раскинув руки в стороны и все резко затихло, даже танец прекратился.

В самом центре ритуала стоял алтарь — плоский камень, уместившийся на две глыбы поменьше. К нему был привязан обреченный, выбранный для жертвы. Старый шаман с поседевшими волосами и в белой мантии, поднял обсидиановый нож так, чтобы все увидели его черную, неровную поверхность, а после резко опустил.

Обнаженный мужчина дернулся, забился и завыл от боли, но ничего не мог сделать. Его руки и ноги привязали, а крик вызывал у наблюдателей только радость. Нож быстро проник в грудную клетку человека, от чего алая кровь полилась по бокам. Шаман напрягся и начал прорезать грудь и живот жертвы.

Вскоре мужчина перестал двигаться, глаза замерли. Его последний миг наполняло столько же красоты, сколько и боли. Он смотрел на небо, покрытое зелеными волнами северного сияния.

Шаман закончил свое дело, всю его мантию пропитала кровь. Подняв обагренные ладони вверх, он вскинул руки, дабы завершить таинство, когда его тело прошибло болью.

Внезапно, старик свалился наземь, придавив коленями хрупкую траву. Прикрыв глаза, полные агонии, он закричал и задрожал. Этот крик был переполнен даже не столько агонией, сколько страхом. Ужасом, пришедшим от осознания чего-то невероятного. Люди вокруг сразу ощутили то же самое, самые слабые попадали на колени, а несколько отошли подальше.

Из-под ладоней, закрывавших глаза старика, потекли две алых струйки крови. Его сухие губы разомкнулись.

— Буря… — прохрипел он. — Я вижу ее… Бурю, что уничтожит все!

Глава 1: Рыбоподобные твари

— И тогда я раскроил ему череп! — рассмеялся Эйнар.

В лесу стояла свежесть, столь характерная для ранней весны. Запах сосен, холода и пробуждающейся растительности. А также крови.

Полторы сотни воинов шумно шли, побитые, уставшие, но довольные. Они только что добились победы от чего так и светились от славы. Кто-то обсуждал как ему удалось выделиться перед богами своей доблестью, кого-то больше интересовали добытые сокровища и рабы. Единственное, что их объединяло, так это возбуждение.

Эйнар шел впереди всех, круглый щит за меховым плащом на спине, кольчуга. Он был высок и силен, сильнейший из их небольшой армии и потому ему позволили вести ее. Этот высокий светловолосый мужчина сжимал в руке топор, будто желая наглядно показать собеседнику, что он сделал всего несколько часов назад.

— Я тебе говорю! Их военачальник на коне указал на меня и тогда какой-то магией меня закинуло к ним в тыл!

— Да ты брешешь! — усмехнулся идущий по левую руку воин.

— Клянусь Хримом, это правда! Ты столь сомневаешься в моей чести? — Эйнар недовольно уставился на парня, от чего тот смутился и сделал шаг в сторону.

— Я тоже видел это. Проклятье, я думал боги решили забрать тебя к себе на небеса! Я уже было попытался прорваться к тебе, но эти наемники внезапно воспряли духом и стали крепче стены, — покачал головой, идущий справа, Гунар. Давний товарищ Эйнара был еще выше его, чуть ли не великан, возвышающийся над всеми вокруг. С выбритым черепом и двуручным топором он был воплощением боевой ярости и грубости.

— А что дальше? — все же поинтересовался безызвестный воин.

— Я очнулся уже в окружении, но они настолько испугались моего вида, что аж застыли подобно ледышкам! Правда их военачальник с копьем поскакал прямо на меня. У меня был только топор, щит куда-то улетел, но я все же решил столкнуться с ним! Стоило коню приблизиться, как я в последний миг отпрыгнул в сторону и рубанул прямо по шее этой твари! Тот слабак слетел со своего скакуна и улете вперед подобно стреле! Ну а после я раскроил его череп, — гордо усмехнулся Эйнар. Это была интересная схватка, которую он никак не ожидал, поплыв сюда. Все дело в том, что этот остров находился так далеко, что никто из их народа еще не достигал этих берегов. Они не должны были встретить особого сопротивления.

“Что же, так только интереснее.”

— Мне кажется у тебя возникла небольшая ошибка в рассказе, — внезапно позади раздался добрый голос, от чего все обернулись и посмотрели на приближающегося человека. Он был поразительно схож с Эйнаром внешне. Все те же светлые волосы и голубые, словно морская пучина, глаза, но при этом человек казался в разы спокойнее и сдержаннее. Никакой агрессии, никакого хвастовства.

И Гунар и безымянный воин сразу немного склонили головы, ведь это был их ярл. На это указывала и его качественная кольчуга, и кожаная броня, покрытая рунами, и позолоченный клинок в ножнах.

— Брат! — Эйнар, тем не менее, не испытывал такого благоговения перед правителем. Он улыбнулся и радостно похлопал ярла по плечу, скрытого под пушистым белым мехом.

— Не позволяйте ему так много хвастаться, это ему не к лицу. — Кнут ответил на приветствие брата и продолжил идти рядом с ним.

— Не могу же я идти против нашего хедвинга. — Гунар произнес это легко, без излишнего уважения к своему военному вождю, Эйнару. И это всех устраивало.

— Нет ничего плохого в хвастовстве, пока оно правдиво. Помни это, брат. — Кнут укоризненно глянул на брата, но тот просто сделал вид, что этого не заметил. — На самом деле его бы снесло той лошадью, если бы мне и десятку воинов не удалось прорваться. Я схватил копье одного из вражеских наемников и метнул прямо в лошадь. Может сам Хрим или Ис наполнили руку силой, так как оно в миг лишило животное жизни.

— Тск, у тебя и так хватает славы, мог бы поделиться. — Эйнар немного недовольно покачал головой.

— Поделиться? У тебя ее будет поболее, — добро улыбнулся ярл и потрепал брата по плечу.

Они уже приближались к кораблям. Растительность постепенно редела, становилось все меньше деревьев и кустов. Соленый запах моря усилился, а потоки ветра принялись игриво обдувать лица воинов.

Оставалось подняться на небольшой холмик, а после спуститься и все. Им, наконец-то, можно будет отдохнуть, а после отплыть домой.

Люди беззаботно поднимались на возвышенность, не ожидая ничего необычного. Враги не знали о местоположении кораблей, да и были отброшены. Более никаких угроз быть не должно. По идее.

Эйнар возбужденно рассказывал, как одним топором отбивался от пятерых копейщиков, когда его нога ступила на пик холма, а взгляд неосознанно скользнул вниз. И он замер. Кнут, сразу заметивший реакцию брата, также посмотрел туда и от удивления его брови поползли вверх.

— К бою! — внезапно крикнул Эйнар и скинул с плеча щит. Воины непонимающе посмотрели на него, но действовали рефлекторно. Кнут обнажил меч, Гунар вскинул топор.

Прямо там, внизу, корабли были вынуты из лазурного моря на желтый песок. Великие, длинные, словно стрелы, призванные разрубать волны. А вокруг трупы. Тела стражников развалились повсюду и истекали кровью, хотя не только они здесь присутствовали.

Большие гуманоидные твари, при виде которых люди застыли. Высокие, сгорбленные и покрытые синей чешуей, это были отвратительные мерзости, будто рожденные в союзе рыбы и человека. Ноги и руки заканчивались пальцами с длинными когтями и перепонками между ними. На рыбьей голове выпуклые, водянистые глаза, а чуть ниже широкие пасти, усеянные острыми клыками.

Могло показаться что это тупые животные, но в руках они держали хоть и примитивное, но оружие: копья, сделанные из кораллов и палок, обвязанные водорослями. Некоторые даже несли за спинами корзины, забитые острыми дротиками.

Рыболюди сразу заметили присутствие иноземцев и утробно зарычали, подняв оружие. Всего их здесь была пара десятков. Дюжина из них сразу потянулись за спины, хватая дротики и отводя лапы назад.

— Щиты! — крикнул Эйнар уже предвидя что сейчас произойдет. Вот только он не мог предсказать силу грядущей атаки.

Дротик врезался с такой силой, что ее было невозможно сдержать. Руку сразу отбросило назад, от чего предплечье ударилось о кольчугу, а щит, покрытый рунами, треснул. Эйнар зажмурился от боли и выпустил из руки потяжелевший щит. Сейчас не было времени вынимать дротик.

— Вперед! — скомандовал он. Противников было слишком мало, так что можно было не заботиться о построении. Тем не менее воины все еще старались держаться рядом, прикрывая друг друга щитами.

От первой атаки несколько получили ранения и свалились на землю. Их тут же оттащили назад.

Рыболюди уже похватали новые дротики и приготовились к метанию. Эйнар напрягся, он видел, как минимум, несколько пар глаз, уставившихся на него. Они жаждут его крови, а ему негде было скрыться. Он несся прямо на них и не мог остановиться, товарищи просто сметут его.

Оставался только один вариант.

Когда твари уже отвели лапы назад, готовясь к броску, Эйнар внезапно совершил рывок вперед и зарычал. Рыбы не ожидали этого, а переменить траекторию броска было поздно. Два из трех дротиков улетели за спину воина, а вот третий… Он полетел прямо на него.

Мир будто замедлился, топор двинулся. Коралловый наконечник приближался все ближе к лицу. Еще миг, и знаменитый воин погибнет. Но лезвие топора качнулось и чудом отбило снаряд в сторону.

— За Чертоги! — от обжигающего адреналина в венах Эйнар засмеялся. Теперь между ним и тварями не было расстояния.

Они похватались за копья, но было уже поздно. Эйнар одной рукой перехватил копье, а другой нанес удар топором, вкладывая в это все свои силы. Лезвие топора врезалось в чешую и мужчина ощутил, как по рукояти, а потом и по ладони пробежала дрожь. Он будто ударил не по рыбе, а по стали.

Тем не менее Эйнар не позволил удивлению возобладать над собой. Он резко дернул вражеское копье на себя, выводя противника из равновесия. Рыба явно была не менее шокирована силой человечишки. А после, второй удар топора, в этот раз по толстой шее, закончил сражение.

Все это заняло всего пару мгновений. К тому моменту как голубая кровь противника Эйнара оросила землю, воины столкнулись тварями. Хотя те и превосходили по силе, но бой был неравный. Численное превосходство было слишком велико, и конец был предрешен.

Гунар замахнулся двуручным топором и буквально смел своего противника, а Кнут, вместе с одним из своих телохранителей, пронзили третьего. Все должно было закончиться быстро.

Рыболюди тоже поняли это. Один из них, растерянно посмотрел по сторонам, а после бросился назад, к морю. Эйнар кинулся за ним, но эта тварь в воде двигалась слишком шустро. Она проскользнула между кораблей, а после нырнула в холодное море, навсегда исчезнув.

Вскоре, бой прекратился. Воины ошеломленно переводили дух, глядя на трупы монстров, развалившиеся на песке.

— Что это за твари? — Этот вопрос досаждал разумы всех присутствующих.

— Неважно! Позаботьтесь о раненых! Посчитайте количество раненых и убитых! Разделитесь на отряды и проверьте берег! — Эйнар махнул топором и быстро начал раздавать приказы. Хотя его брат и был ярлом, когда дело касалось войны, он был командиром.

Все мигом послушались. Раненых уложили рядом и начали обрабатывать их раны, а мертвых сложили в другую кучку. Трупы монстров пока решили не трогать.

— Никогда не видел ничего подобного, — хмуро произнес Кнут, наблюдающих за происходящим. Мрачный Эйнар кивнул.

Ему не нравилось это. Ой как не нравилось. В голове сразу всплыли воспоминания о произошедшем не так давно на сигрблоте, празднике, также известном как “Победное жертвоприношение”. В тот день, когда приносилась жертва за успех в предстоящих походах, главный жрец внезапно выдал предсказание о грядущей великой буре.

Той, что станет концом миру.

Эйнар помнил этот день как будто это было вчера и ни на миг не забывал ужаса от этого предсказания. И теперь, глядя на тела неизвестных тварей, что-то внутри кричало:

“Вот и оно.”

— Отец! — крикнул один из воинов, кинувшись к лодке. К всеобщему удивлению, некто медленно поднялся из нагромождения хлама на дне. Это был однорукий и одноглазый дряхлый старик.

Юноша подбежал к старику и быстро оглядел, чтобы убедиться, что все в порядке.

— Хах, ничего страшного! Эти рыбки не смогли мне ничего сделать! Они даже не нашли меня! — энергично и бесстрашно усмехнулся старик, будто еще недавно и не был в окружении неизвестных тварей.

— Старик, я и забыл про тебя! Хвала Ис, что ты жив! — крикнул Кнут и махнул рукой. Тот кивнул и похлопал сына по плечу, а после спустился вниз.

К тому моменту обо всех раненых позаботились и Эйнар пошел их проверять. У них были потери еще после битвы против наемников, но теперь ситуация еще ухудшилась.

— Сейчас погибло восемь человек, пятнадцать ранены, — произнес молодой воин, выпрямившись.

Эйнар присел рядом с одним из раненых. Он был без сознания и тяжело дышал. Всю его светлую бороду пропитала кровь, а ниже, прямо на брюхе, была большая рана, оставленная одним из дротиков. Броня не была плохой, но все равно оказалась пробита.

Брат ярла вздохнул и встал.

— И еще десяток смертей в прошлой битве и три десятка раненых. И того: почти половина из нас пострадала, — угрюмо произнес он.

— Я знаю, ты винишь меня в этом, брат. — Подошел Кнут и также грустно взглянул на тела. — Это же я решил брать не всех, а только три корабля.

— Нет, ты был прав. Нам нужно было провести разведку, узнать маршрут. Просто не повезло, что сопротивление оказалось так велико. — Эйнар покачал головой, и братья медленно пошли по песчаному берегу.

Воины постепенно начали обосновывать лагерь. Костры зажигались, кто-то готовил еду. Холод, возвещал о приближении вечера, а оранжевый солнечный шар, постепенно заходил за горизонт, окрашивая небо в алый. И на земле и на небе, все было залито багрянцем.

Два брата отошли немного подальше и остановились, вдыхая соленый воздух полной грудью.

— Это была удачная экспедиция. Ис явно благословила нас, да и с бурями в этот раз повезло. Здесь много сокровищ, никто не ожидает атаки, да и климат хороший, — последние слова Кнут произнес более задумчиво, почесав заросший бородой подбородок.

— Климат? — несколько удивленно спросил Эйнар. Это казалось несколько странным.

В этот момент к братьям подошел один из воинов. Он не был в бою, но все же выглядел запыхавшимся. Разведчик. Мужчина поклонился ярлу, а после Эйнару.

— Как вы и приказывали, мы обследовали округу. Здесь есть несколько подходящих мест. Особенно выделяется небольшой залив к югу отсюда, — четко произнес он.

— Отличная работа. Иди отдохни и поешь, — Кнут улыбнулся разведчику и похлопал его по плечу, прежде чем тот отправился назад.

Эйнар в недоумении уставился на брата. Какие это еще приказы выполняли разведчики, о чем он не знал? Кнут усмехнулся.

— Помнишь, о чем мы разговаривали перед отплытием? У хладного древа, ночью.

— Хм… Ты же знаешь… Я тогда был в не совсем подходящем состоянии, — немного смущенно пробормотал Эйнар. В тот вечер он явно перебрал медовухи и от того память подводила. Кнут просто покачал головой и улыбнулся еще шире.

— Настал конец нашим коротким набегам. Разве ты не устал постоянно нападать, а после убегать? В этот раз мы просто разведывали территорию, а наш следующий приход ознаменует новую эпоху в истории нашего народа. Мы останемся здесь. И будет сражаться тут, пока этот остров не станет нашим. — Кнут говорил возбужденно, огонь зажегся в его глазах и Эйнар ощутил, как по его телу пробежала дрожь.

Сейчас он видел здесь не своего брата, а ярла, диктующего будущее. Оно исполниться. Эйнар и его воины заставят это произойти.

Глава 2: Гнев Бури

По морю плыли тела. Разоруженные, обнаженные, они омывались волнами, что уносили их вдаль. С берега за этим почтительно и немного грустно наблюдали воины под предводительством Эйнара и Кнута. Двое братьев стояли спереди, прижав правые кулаки к сердцам и склонив головы.

— Пусть Йоран защитит их. Пусть Гримвейр смилостивится и сдержит бури на их пути. Пусть они попадут в Чертоги Ис, где встанут с ней в один ряд. Пусть там они будут пировать и сражаться, пока не настанет день битвы за нашу утерянную родину, — тихо шептал ярл, а остальные внимали его словам.

— Да будет так, — произнесли все разом, заканчивая молитву.

Уважение мертвым было оказано, так что нужно было возвращаться к делам живым. Далее это уже Йорану и Ис решать, попадут ли они в Чертоги или нет. На все воля богов.

Награбленное и рабы быстро погружались на борт, вместе с раненными. Прошел целый день с момента битвы, все достаточно отдохнули и были готовы к пути. Хотя несколько раненных не пережили эту ночь.

— Старик, будет ли на нашем пути буря? — спросил Кнут, подойдя к однорукому и одноглазому старику. Он энергично следил за подготовкой, периодически поглядывая на забитые золотом и серебром сундуки. При этом он выглядел крайне довольным. Во время всего этого процесса его молчаливо сопровождал сын.

— Хм… — Сванте Одноглазый обернулся к ярлу и пригладил бороду единственной целой рукой.

Этот худощавый старик был одним из редкого вида людей и на то указывал взгляд единственного голубого глаза. Его синий цвет был настолько глубоким, что казалось исходит из самих морских глубин и при этом он переливался на свету. Обычные люди видя это сразу вздрагивая, ощущая нечто сверхъестественное, будто перед ними шаман.

— Не уверен. Скорее всего ничего не будет. Будем надеяться на милость Гримвейра, — в итоге пожал плечами старик.

— Навигатор, Глаза Йорана, Благословленный Бурей. Столько пафосных титулов у таких, как ты, а сказать ничего толкового не можете? — недовольно буркнул Эйнар, скрестив руки на груди, наблюдая за погрузкой кораблей.

— Ты, воинская башка, и того сказать не можешь! — Сванте раздраженно покачал головой и ушел ворча.

— Ты слишком критичен по отношению к нему. Откровения богов не должны быть всегда понятны нам. — Кнут упрекнул брата, но тому, казалось бы, было все равно. — Ладно, пошли.

Вскоре, весла забились о морскую гладь, вспенивая ее, а три корабля, забитых битком людьми и грузом, отправились в плаванье. Парус опустился, раскрывая символ головы лося, и сразу надулся от ветра.

Одноглазый навигатор встал у рулевого весла, насвистывая какую-то песенку себе под нос, а воины уселись по бокам корабля, громко болтая. Всю эту картину портили только угрюмые лица пленников, периодически перешептывающихся на своем непонятном языке.

— Ветер хороший, я чувствую это. Йоран нам благоволит, — ухмыльнулся Эйнар, встав на носу и вглядываясь вдаль.

Вот только совсем скоро стало понятно, что это не правда. Небеса начали понемногу закрывать серые тучи, а ветер усилился. Волны принялись шумно врезаться в бока корабля, подкидывая его. Брызги летели со всех сторон.

Но хуже всего было то, что начинался дождь. Старик у руля почувствовал, как на его седую, полу лысую макушку упала одна капля. Затем другая, после третья, а далее их стало столько, что и не сосчитаешь. Глаза навигатора заблестели, подобно молнии в буре и он вздрогнул.

— Буря! Я чувствую ее! О Гримвейр, чем мы тебя прогневали! Быстрее хватайте весла и гребите! Гребите, будто от этого зависят ваши жизни, ведь так и есть! — кричал Сванте, при этом страшно улыбаясь. Его единственный глаз уставился куда-то вдаль, где, вероятно, сейчас бушевала буря. И необычная. Гнев Гримвейра в разы опасней простой бури.

— Уберите парус! Растяните тент! Быстрее, быстрее! Черпайте гребаную воду! — Эйнар пнул одного из воинов и чуть сам не свалился, когда в борт врезался очередная волна. Схватив ведро он сам принялся черпать воду со дна и выплескивать ее в бушующее море.

Протрубил рог, дабы передать новость другим двум кораблям, но в этом грохоте стихии было непонятно услышали ли они. Оставалось только надеяться.

Ярл Кнут вместе со своими людьми навалился на весла, пытаясь прорваться сквозь волны, но все казалось бесполезным. Над ними растянули тент, защищавший от льющихся с небес потоков, однако едва ли это могло чем-то помочь.

Вскоре волна ветра ударила в борт с такой силой, что корабль качнуло.

— Гребите! Мы пересекаем границу бури! — Сванте крикнул, едва продолжая стоять на ногах. Один из воинов подбежал к нему, дабы перенять управление, но старик просто пнул его и продолжил вглядываться в бурю.

Там на востоке небо светилось от регулярных ударов молний, но даже не это было так страшно. Ветер становился все холоднее с невероятной скоростью, от чего зубы непроизвольно застучали. И чем ближе к центру бури, тем ужасней был холод. Настолько, что вода замораживалась и разрушалась, преобразуясь в острые сосульки, носящиеся в закручивающихся воздушных потоках.

Это была одна из тех бурь, что превосходила понятие нормальности. Одна из причин, почему этот мир назвали Миром Бурь.

Воины кричали, навалившись на весла. Их мышцы пронзала боль, а в ушах гудело. Все сбились с ритма и едва ли понимали, что происходит, но продолжал грести. Хотя когда очередная волна ударилась в борт, вода просто смысла гребцов, вырывая из рук весла.

— Брат! — крикнул Эйнар видя, как Кнут опасно весит над бортом. Он изо всех сил хватался за край, но вода так и тянула на дно.

Эйнар вздрогнул от ужаса и бросился к нему, схватился за рукав одной рукой, а другой удерживался за скамейку. Напрягая все мышцы до предела, воин заревел и потянул на себя, вырывая ярла из лап стихии.

— Не смей умирать! — крикнул он, соревнуясь в громкости со штормом.

Последний рывок и двое свалились на дно корабля, тяжело дыша, а после откашливая воду.

— Фух, ты чуть не оставил мне кучу проблем! Пришлось бы броситься с тобой в пучину, чтобы избежать их! — усмехнулся Эйнар, на что Кнут просто устало покачал головой.

— Получается! Гримвейр смилостивился! ХАХА! Буря проходит мимо! — безумно засмеялся Сванте, размахивая единственной рукой. Каким-то чудом, а может благодаря десятилетиям опыта, ему удалось устоять на месте.

Но несмотря на его слова, шторм все продолжался. Часы тянулись в бесконечной борьбе. Казалось, что этому не будет конца. Может они уже плывут к Чертогам, где их встретит сама матерь богов Ис.

Эйнар, в итоге, остался единственным на ногах, продолжая вычерпывать воду даже когда руки уже отказывались двигаться, а голова раскалывалась. Хотелось просто лечь и отдохнуть. А еще лучше напиться. Только мечты о близящемся доме поддерживали его.

Но постепенно шум начал затихать. Волны ослабили свои удары, а ветер стал чуть теплей и мягче. Даже дождь немного успокоился. К тому моменту ни у кого уже не было сил, чтобы встать. Они просто лежали и молились, чтобы корабль не перевернула. Чтобы стихия не забрала их следующими.

Они видели, как человека смыло за борт. Как пара рабов отправились на корм рыбам. Но ничего не могли сделать.

И так время шло, пока все не прекратилось. Наступила долгожданная тишина, показавшаяся сном.

***

Несколько раненных погибли от холода и захлебнувшись водой. Их тела неподвижно лежали на дне корабля, ожидая пока живые товарищи позаботятся о них.

Ни у кого не было сил даже, чтобы убрать тент, а также опустить парус. Эйнар с трудом приподнялся глядя за борт. Там, на самом горизонте виднелся еще один корабль. Потрепанный, но знакомый.

“Нам повезло,” — в голове промелькнула мысль. Может и третье судно тоже уцелело, просто его отбросило в сторону.

— Поднимайтесь! Поднимайтесь ублюдки! Нужно поднять парус! Нельзя терять ветер! — крикнул Сванте, с трудом поднявшись на ноги.

Эйнар утомленно вздохнул и схватил одного из подчиненных, поднимая его на ноги. Нужно сделать работу, а уже потом отдыхать.

Постепенно все начало возвращаться на круги своя. Парус подняли, тент убрали, а тела мертвых отправили в объятья Йорана. Закончив все это Эйнар свалился и тут же уснул, громко захрапев.

Проснулся он от чувства голода, прожигающего желудок. Голодные глаза оглянулись по сторонам, пока рядом не появился Кнут, протянув ему несколько кусков вяленого мяса, соленных от морской воды, а также бурдюк. Рядом уже уместился Сванте.

Эйнар принялся быстро поглощать еду, глядя на этих двоих.

— Один из кораблей исчез. Может нам стоит остановиться и подождать? — мрачно нахмурился Кнут, глядя на водную гладь. За время пока Эйнар спал, второй целый корабль подплыл ближе и, судя по всему, там все было в порядке.

— Море слишком велико, чтобы мы встретились, а тем судном управляет мой сын. Он не позволит им затонуть, может они даже доплывут быстрее нас! — уверенно произнес худощавый старик.

— Будем надеяться.

Шли дни. Спокойные и скучные, как часто бывает в плаванье. Более не было никаких бурь или морских тварей. Просто бесконечное голубое небо, сливающееся с водой, покрытой слабыми волнами. И так они прибыли в Хримвик.

Вдали начинался фьорд. С земли поднимались гигантские скалы, наслаивающиеся друг на друга. Они были как стены некого города титанов, что опоясывали остров. С них валились шумные потоки воды, создавая волшебную атмосферу.

Прямо там, в устье и находился городок. Вокруг него как мухи кружились небольшие рыбацкие судна, рыбаки на которых поднимались, стоило им только завидеть корабли их ярла. Это была столица, а еще полтора десятка деревушек тянулись дальше по фьорду.

Воины поднялись, дабы увидеть дом. Эйнар чувствовал волнение в сердце, и улыбка сама растянулась на его лице. Это был недолгий, но тяжелый поход.

— Эй, смотрите! Вот и корабль моего сынишки! — крикнул Сванте, указывая в сторону пристани. И правда, там уже был пришвартован их третий корабль, исчезнувший во время бури.

И Кнут и Эйнар сразу почувствовали как немного полегчало на душе. Некто в городе протрубил в рог, возвещая о прибытии ярла, от чего десятки глаз уставились в их сторону. Сразу на пристани поднялась суматоха.

Земля все приближалась и приближалась. Эйнар поднялся на край корабля, удерживаясь за один из канатов, и стоило только появиться пристани рядом, как он сразу шагнул на нее.

— Наконец-то твердая земля! — порадовался он, а собравшаяся толпа тут же приветствовала его и ярла. — Смотрите как много всего мы привезли!

Эйнар указал на выживших рабов и сундуки с сокровищами, подгоняя оставшихся на корабле воинов. Люди сразу принялись разглядывать содержимое корабля, но вскоре им пришлось расступиться. На пристань вышла дюжина суровых воинов, сопровождая двух женщин и мужчину.

Завидев их, Кнут вышел вперед, раскинул руки и улыбнулся.

— Лив! Мама! — Кнут, не обращая внимания на остальных, подошел к двум женщинам и обнял младшую из них.

Они обе выглядели статно, завернутые в меха и старались держать себя величаво, но у Лив это получалось сложнее. В ее взгляде так и проглядывалось беспокойство и облегчение при взгляде на мужа. Девушка неосознанно улыбнулась, отвечая на объятье. А вот мать двух братьев, уже не молодая, с лицом покрытым морщинами, но все еще сильная. Ингрид, только кивнула им обоим.

Это могло показаться холодным, но Эйнар, наблюдавший со стороны, знал, что так она тоже переживала, просто умела не показывать это при посторонних.

— Рад, что вы прибыли, Кнут. Мы немного переживали из-за того что Гунар с Хаконом прибыли раннее вас. — Стоящий рядом мужчина немного поклонился. В отличие от окружающих, он имел немного темноватый оттенок кожи, а также черные волосы и бороду, к тому же и одежду предпочитал невзрачную.

— О, Свен, все в порядке. Боги ниспослали множество препятствий на нашем пути, но все закончилось хорошо, — Кнут отпустил из объятий жену и похлопал мужчину по плечу.

В этот момент вперед прорвался и высокий сын Сванте, Хакон. Он взглядом отыскал отца и тут же бросился в лодку, за ним.

— Отец…

— Хах, я в тебе не сомневался! Смотри, обогнал старика и даже раньше приплыл! — покачал головой навигатор, успокаивая сына.

— Ладно, чего мы все здесь встали? Давайте уже пойдем и выпьем! Нужно устроить пир! — вмешался Эйнар, подгоняя всех разойтись, а то на пристани стало уже слишком тесно.

***

К вечеру в доме ярла уже проводился пир. Это было длинное помещение с протяженными деревянными столами, забитыми едой, пивом и медовухой. Воины, знатные жители, все были приглашены сюда, дабы праздновать удачный поход.

Шум, песни, рассказы, все это витало в воздухе. Слуги-рабы ходили между людьми, дабы подливать напитки и добавлять еды. Это было царство веселья и расслабления.

В соседней небольшой комнатушке находились только самые важные люди: сам ярл Кнут, его жена Лив, Эйнар, их мать Ингрид и Свен. Они уселись за круглым столом, а их лица выдавали беспокойство. Из всех них, вероятно только Эйнар выглядел расслабленным. Он прижался спиной к стене, уже размышляя как хорошо сегодня выпьет. Его не особо беспокоили проблемы брата, ведь он был уверен, что Кнут всех их решит.

— Мы потеряли много людей в этом походе. Конечно, сокровища тоже хороши, но все же… Людям может это не понравиться. — Кнут задумчиво подпер подбородок кулаком. Лив погладила его по руке, чтобы подбодрить.

— Не переживайте. Все они знают о вашей мечте и верят в нее. Не бывает успеха без неудач. Надо только выделить большую долю семьям погибших. Освободим их от налога, дадим золота, рабов. — Свен выглядел более уверенно. Услышав его, Эйнар недовольно покачал головой.

“И чего только брат в нем нашел. Он говорит о людях, будто это простые цифры.”

— Он прав, сын. Ты находишься на пороге великих дел и нужно действовать быстро. Времена сейчас неспокойные, — только оставшись наедине с семьей, Ингрид позволила своему беспокойству говорить. Она неосознанно потеребила бусы из драгоценных камней у нее на руке — действие, выдающее ее нервозность.

— Что такое? Что-то произошло пока меня не было? — Кнут нахмурился еще сильнее, посмотрев на мать.

— Ох, эти кретины… Ничего особого нового, кроме того, что конунги похоже совсем потеряли головы, Эйдис их подери. Конунг Харольд начал войну с конунгом Бйорном Рыжим, теперь три из четырех конунгов борются друг с другом. Как бы это не зацепило нас. Нужно держаться подальше от них, это не наше дело, — вздохнула Ингрид.

— Пророчество шаманов, те твари на берегу, а теперь еще и это. Не нравится мне это, — Кнут постучал пальцем по столу, продолжая размышлять.

— Все будет хорошо. У них свои цели, у тебя свои. Просто не стоит вмешиваться и все будет хорошо, — мягко успокаивала Лив.

На некоторое время в комнате воцарилось молчание, прежде чем Кнут кивнул.

— Ладно, оставим эти вопросы на будущее. Сегодня стоит пировать. Не каждый день возвращаешься после удачного похода. — Ярл натянул на лицо улыбку и встал. Эйнар сразу последовал за ним, быстрее всех остальных.

Стоило ярлу появиться на празднике, как все тут же приветствовали его. Каждый землевладелец и глава рода пытался заговорить с ним. Эйнар же пользовался большей популярностью среди воинов. Те, кому не повезло отправиться в поход сразу облепили его со всех сторон, а под ногами уселась молодежь, уже ожидая рассказов.

Воину налили сладкой медовухи, усадили у очага и тогда он начал рассказ.

Тем временем водная гладь у берега дрогнула и из нее показались твари.

Глава 3: Ночь крови и волн

К глубокой ночи пир начал подходить к концу. Почти все жители Хримвика были пьяны или спали, а еще чаще и то и другое. В этот день даже патруль был ослаблен, ведь кто может так внезапно напасть?

На пристани вода начала неестественно шевелиться, когда из нее беззвучно вынырнуло нечто. Просто темная тень, сливающаяся с окружением. А потом вторая, третья, четвертая. Их были десятки. Все они медленно двигались к берегу.

Уставший сторож сидел на ящике на пирсе, закутавшись в плащ. Он тихо постукивал древком копья о доски, вслушиваясь в плеск волн. Его разум был явно занят чем-то своим.

Одна из тварей: большая рыбина на двух ногах с острыми клыками в пасти, вынырнула прямо у основания помоста и вцепилась в балку. Она начала медленно ползти наверх, подстраивая движения под шум волн, чтобы их не было слышно. Мужчина так и не заметил как враг оказался позади него. Рыба резким движением схватила его, а после щелкнула пастью на его шее, вгрызаясь в нее.

Воин так и не получил возможность для сопротивления.

Другие твари уже прокрались на берег. Все они сжимали в лапах копья из кораллов, а на их спинах были корзины с дротиками. Среди них был один особый индивид, напоминающий не столько простую рыбу, сколько акулу. Белый оттенок кожи, более хищные глаза и вытянутая пасть. Этот предводитель махнул копьем вперед и все двинулись вглубь Хримвика.

Пьяный мужчина вышел из дома немного пошатываясь. Он сложил ладони перед ртом и выдохнул, глядя в темное небо. Стояла тишина.

В этот миг из темноты просвистел дротик. Снаряд пронзил мужчину с такой силой, что тот отлетел и ударился в стену. Схватившись за грудь, он начал задыхаться, но уже скоро жизнь покинула и его. Один из рыболюдей отделился от группы и подошел к нему. Без усилий, он поднял мужчину одной рукой, другой воткнул копье в землю, а после насадил тело на оружие так, что голова мертвеца смотрела ввысь.

Довольно зарокотав, тварь продолжила свой путь.

Такое происходило по всему городу. Люди не понимали что происходит и потому толком не реагировали. Вскоре передовая группа рыболюдей под предводительством акулы добралась до самого центра. Здесь была большая площадь, посреди которой красовалось дерево, будто вырезанное изо льда. Оно никогда не таило и не менялось, а при этом было твердым как камень. Центр поселения.

А за ним находился дом ярла. Вот тут уже была группа вооруженных воинов. Они удивленно уставились на монстров, а после похватали оружие.

— Тревога! Напа… — крикнул один из них, но через мгновение его пронзил дротик.

Товарищи умершего похватали кто щиты, кто просто доски, прикрываясь всем что попало под руки, но это едва ли помогало. Дротики сыпались круша дерево, металл и плоть. Но дело было уже сделано и тревогу подняли.

Кто-то задул в рог, от чего теперь весь город знал о нападении. Все принялись постепенно просыпаться и хвататься за оружие. Все кроме Эйнара. Этот пьяница валялся на своей кровати в небольшом домике неподалеку. Даже вой рога не смог пробиться через его сон, он только перевернулся на другой бок и захрапел сильнее.

Кнут, с другой стороны, сразу открыл глаза и вскочил с кровати, вырываясь из объятий жены. Лив, все еще полуспящая, удивленно посмотрела на него, когда вой зазвучал снова. Снаружи раздались крики. Дружинники, по большей части пьяные, похватались за оружие и выбежали на площадь, где их сразу встречал противник.

— Построиться! Построиться! Поднимите щиты, держите строй, не бегите сразу! — ревел Гунар, взявший командование на себя.

Голова Кнута болела, но понять происходящее было несложно. Схватив лежащий неподалеку меч и щит, он выбежал, даже не теряя время на то, чтобы подобающе одеться и накинуть броню.

— Лив, оставайся здесь и спрячься! — только крикнул он напоследок.

Снаружи его встретил хаос. Люди метались из стороны в сторону. Кто-то кричал, раненных затаскивали внутрь. Гунар размахивал колуном для дров, вместо его двуручного топора и пытался сформировать нормальный строй прямо в зале, чтобы потом выйти и дать отпор врагу.

В этот момент к Кнуту подбежал Свен. Темный мужчина успел накинуть кольчугу, но также выглядел неряшливо.

— Кнут! На нас напали какие-то твари! Они похожи на рыболюдей о которых вы рассказывали! — быстро доложил он.

Мысли ярла метались, не способные толком сформироваться.

— Где Эйнар? Где мой брат? — внезапно вырвалось из него. Если бы это был Эйнар, то он быстро бы сформировал оборону и дал отпор.

— Не знаю, он не появлялся, — быстро выплюнул Свен, поглядывая на дверь.

Времени не было. Такими темпами твари перебьют их всех. Нужно было что-то делать. Нельзя было ждать брата.

— Свен, возьми дюжину воинов, соберите всех слуг, рабов, а также мою мать и жену в одном месте. Защите их! — твердо приказал Кнут. Он всегда был спокоен и собран, но сегодня в его голосе и в глазах прослеживались паника и нервозность.

Свен серьезно кивнул и быстро пошел исполнять приказ.

— Во имя Хрима и Ис! Все постройтесь! — Кнут не стал ждать и подбежал к собирающимся воинам. Они сразу обратили внимание на его присутствие и сфокусировались. Даже Гунар перестал орать.

— Похоже эти твари жаждут нашей смерти! Мы должны им дать отпор сейчас! Быстро соберитесь, от этого зависят жизни ваших семей! Возьмите щиты! Действуйте вместе! Как всегда! — Ярл взмахнул мечом, указывая на выход. Он пытался звучать наиболее вдохновляюще, но не был уверен в результате.

“И как у брата это всегда получается.”

Однако эффект все же был. Воины закричали боевые кличи и собрались.

— Вперед! — крикнул Кнут и бросился первым, ведя всех за собой.

Площадь в эту ночь освещали звезды. Везде уже были трупы, а земля окрасилась в алый. Где-то вдалеке загорелся дом, распространяя запах гари по округе. Рыболюди уже ожидали появление врага.

Дротик в невероятной силой врезался в щит Кнута, от чего ему показалось что его рука треснула. Он бросил его и тогда перед ним сразу открылся вид на ряды рыбоподобных тварей.

Воин справа свалился, но у несущихся позади не было времени, чтобы остановиться. Его пытались избегать, но, вероятно, он так и умрет затоптанным. Нельзя было останавливаться, даже если потерял щит. Нужно было добраться до противника как можно быстрее.

Несколько человек с луками попытались атаковать монстров, но стрелы просто отскакивали от их чешуи. Дротики сыпались без какой-либо последовательности постоянно. Дружинник выскочил перед Кнутом, принимая удар на себя, а когда его ранили, уже другой дружинник занял это место.

В этот миг Эйнар проснулся. Его нос дернулся от запаха крови и это мигом смяло его опьянение. Воин нахмурился и привстал, слушая крики людей и рычание каких-то тварей. Его сердце пропустило удар от тревоги.

— Проклятье! — он попытался встать, но ноги не слушались. Стоило только сползти с кровати, как тело свалилось на пол. Брат ярла взглядом прожигал меч, лежащий неподалеку на столе, жаждая, чтобы тот магическим образом оказался в его руке.

Нужно было действовать. Быстрее. Там шло сражение и без него. Они все в опасности.

Там был его брат.

Стиснув зубы, Эйнар совладал с покачивающимся телом, встал и схватился за рукоять меча. Зрение казалось смазанным, голова толком не работала. Костяшки пальцев побелели от напряжения, с которым он сжимал оружие.

С трудом Эйнар толкнул дверь и вывалился из домика прямо на площадь, на которой уже горело сражение. Куча воинов полегло, пока пытались добраться до рыболюдей. У этих тварей уже начали заканчиваться дротики и они вскинули копья, бросаясь в ближний бой. Гигантские рыбьи тела сметали ряды людей. Кровь билась во все стороны.

В глазах Эйнара зарябило от красок и обилия движения. Он едва понимал где свои, а где чужие, но все же тоже побежал вперед, хотя это выглядело нелепо. Брат ярла оказался прямо сбоку от рыболюдей, от чего ему удалось добраться до них почти незамеченным.

Рыбина увидела пьяницу только в последний момент. Она вскинула копье, намереваясь быстро избавиться от него, но Эйнар зарычал и ударил со всей силы. Это ощущение напоминало то, когда режешь рыбу. Чешуя разлетелась во все стороны, а вместе с ней и кровь.

Монстр отшатнулся и попытался ударить копьем по горизонтали, но воину удалось чудом увернуться, а после нанести колющий удар прямо в толстую шею. Рыболюд схватился за горло, выпучив глаза сильнее обычного, но Эйнар не стал медлить и уже бросился дальше.

— За Хрима! — кричал Кнут. Он уже не чувствовал боли и усталости, настолько сражение поглотило его. Весь измазанный в голубой и красной крови, он резал мечом направо и налево. Это был необычный клинок и от того невероятно эффективный.

Вот только перед ним появился предводитель монстров. Тварь с головой акулы превосходила ростом своих сородичей. Легким ударом копья он продырявил брюхо одного из дружинников, от чего органы повалились на землю.

Глаза двух лидеров встретились. Столкновения было не миновать.

Кнут замер от страха. Сейчас он был без брони, уставший, пьяный, да и без щита, а против него неизвестный противник. Несмотря на это нельзя было стоять. Копье молниеносно устремилось к нему. Ярл попытался увернуться, но даже так, неестественно острое коралловое лезвие прорезало его рубаху и бок.

Зажмурившись от боли, он нанес удар мечом, но ему едва удалось прорезать плотную чешую. Акула, казалось, усмехнулась на это, и снова замахнулась. В этот миг перед ярлом выскочил Гунар. Он с силой оттолкнул Кнута назад, а перед собой выставил древко колуна.

Раздался хруст дерева, колун сломался, но великану удалось отвести удар копье в сторону. В этот момент, справа на него набросился другой рыболюд, но Кнут подоспел вовремя и сломал копье нападавшего, а после вспорол его брюхо.

Эйнар увидел сражение в центре, и мигом осознал опасность ситуации. Брат истекал кровью. Еще немного и он умрет. Гунар не сможет его спасти, а все остальные слишком заняты другими рыболюдьми. Нужно было прорываться.

Запнувшись о собственные ноги, Эйнар чуть не свалился в грязь, но ему удалось устоять. Слева на него набросился монстр, воин даже не обратил на него особого внимания. Рефлекторно он уклонился, а после провел контратаку. Судя по всему, эти твари еще не имели достаточного опыта сражения с людьми.

Повалив очередного противника, брат ярла бросился дальше. Адреналин прочищал голову, движения постепенно становились точнее. Сердце билось так быстро, что заглушало звуки битвы.

“Лишь бы успеть. Лишь бы успеть.” — повторял он про себя, не отрывая взгляда от брата. Тот боролся с гигантской акулой и ему едва удавалось уклоняться.

Но вот, когда их разделяло уже несколько метров, Кнут внезапно запнулся о труп случайного человека, потерял равновесие и свалился на спину. Его глаза окрасились паникой. Предводитель монстров возвышался над ним. Гунар попытался что-то сделать, но чешуйчатый кулак отбросил его назад.

— БРАТ! — крикнул Эйнар, пытаясь отвлечь на себя внимание, но шум битвы было нелегко перекричать.

Кнут выставил вперед меч защищаясь, акула подняла копье. Осталась всего пара метров. Эйнар напряг подкашивающиеся ноги до предела, мышцы жгло.

Коралловое лезвие опустилось. Меч прорезал чешую.

— Аа! — крик боли Кнута разлетелся по округе. Выронив меч, он схватился за копье, торчащее у него из живота.

А вот рыболюд удивленно повернулся и уставился на Эйнара, чей меч теперь торчал у него из груди. Он замахнулся кулаком и попытался ударить нападавшего, но Эйнар плавным движением достал меч, отпрыгнул назад, а после нанес два последовательных удара, от чего рыбина начала активно истекать кровью.

Предводитель пытался как-то сопротивляться, но горящий от ярости воин не оставлял ему никаких шансов. Каждое движение оборачивалось контратакой. Все больше ран покрывало его шкуру, а кровь сочилась отовсюду потоками. В итоге гуманоидная акула зашаталась, зарычала, а после свалилась в грязь.

Вокруг рыболюдей также начали отбрасывать. Несмотря на огромные потери и неразбериху, людей было больше и у них было больше боевого опыта. А увидев смерть своего вожака эти твари заревели и бросились обратно к морю.

— Не дайте им уйти! Убейте их! Пусть они отведают ярость Хрима! — закричал Эйнар, а после бросился к брату.

Кнут лежал в грязи, корчась от боли. Он пытался вынуть копье, но руки уже обессилили.

— Сейчас, сейчас. Подожди! — Эйнар присел рядом с братом. Им овладела такая паника, которую он еще никогда не испытывал. Впервые в жизни ему было непонятно что делать.

Кого звать? Как спасти брата?

Мечущийся взгляд Эйнара упал на подбежавшего Гунара. Лысый здоровяк выглядел таким же ошеломленным. Брат ярла вскочил и схватил его за ворот.

— Беги! Приведи Сигрюн, мою мать, да кого угодно! — прокричав это, он отпихнул товарища, а сам сел рядом с братом.

— Держись! Прошу тебя, проклятье! Не шевелись! Экономь силы! — Эйнар прижал руки вокруг раны, но кровь не переставал хлестать.

Взгляды братьев встретились. Кнут был так напуган. Его глаза дрожали от страха смерти. Он знал что она не минуема.

— Эйнар… Я вижу Чертоги… — прохрипел он.

— Не говори! Еще рано тебе туда отправляться! Проклятье, как же твоя мечта? Кто исполнит ее, если не ты? Ты не можешь оставить все сейчас! Держись! — стиснув зубы, прошипел Эйнар.

— Ты… Ты исполнишь ее… Ты всегда был… лучше меня… — Кнут снова вздрогнул от боли и застонал, более не способный говорить.

Непонятно сколько прошло времени, но Эйнару показалось что прошли часы. Он более не обращал внимание на происходящее вокруг, только на брата. В голове начали возникать закономерные мысли.

“Это все я виноват. Если бы я не напился… Если бы был быстрее… Я убил собственного брата… Я…” — Он задрожал, но не переставал держать рану.

В какой-то момент справа присела женщина в белом платье и лицом, закрытым вуалью. Она оттолкнула Эйнара, а сама уселась рядом с ярлом. Откуда-то в ее руках появился браслет из зеленых драгоценных камней, и она зашептала что-то на непонятном языке.

Самоцветы заблестели неестественным светом, будто внутри них что-то загорелось. Эйнар не видел это, но чувствовал, как мир закрутился вокруг них, изменяясь. Его законы и логика подчинялись словам шаманки.

— Достань из него копье, — скомандовала девушка. Она прижала одну руку с браслетом к сердцу, а другую положила на рану.

Эйнар быстро подчинился и вынул коралловое оружие, от чего кровь хлынула с новой силой. Тогда рука Сигрюн заблестела зеленым светом, кровь начала течь чуть медленнее. Поток становился слабее и слабее, пока полностью не остановился.

Шаманка тяжело вздохнула и пошатнулась. Несколько драгоценных камней в браслете померкли и треснули, а после превратились в пыль.

— Ты… спасла его? — удивленно спросил Эйнар.

Ответ не пришел сразу. Сигрюн оперлась рукой на землю, чтобы не упасть.

— Нет. Просто отсрочила смерть.

Глава 4: Ярл и его подданные

Весь в грязи и крови, как человеческой, так и нет, Эйнар сидел на стуле и нервно стучал ногой по полу. Рядом с ним на кровати лежал Кнут, бледный как мертвец и почти не дышащий. Он более не истекал кровью, но выглядел даже хуже, чем раньше.

Помимо него в комнате была только шаманка Сигрюн, устало облокотившаяся на стену. В этот момент дверь со скрипом открылась и внутрь быстро ввалились три человека: Лив, Ингрид и Свен. Запыхавшиеся, они тут же бросились к кровати.

— О боги, — прошептала Лив, положив ладонь на щеку мужа. Она смотрела на него широкого раскрытыми глазами, не веря в увиденное.

Ингрид и Свен же выглядели спокойней.

— Это я виноват. Я не успел. Боги, пусть Ис меня покарает, — сдавленным голосом прошептал Эйнар, не решаясь посмотреть на родню.

Его мать Ингрид, хотя могла показаться бесчувственной, но она сжала кулаки с такой силой, что по ладони пробежала капелька крови. Женщина встала прямо напротив младшего сына и положила руку ему на плечо.

— Что произошло? — проскрипела она.

Эйнар не отвечал. Тогда Ингрид схватила сына за подбородок и подняла его так, чтобы их взгляды встретились. Брат ярла вздрогнул, как и всегда. Глаза собственной матери пугали его сейчас также, как и когда он был просто мальчишкой.

Сглотнув, Эйнар все же начал рассказ:

— Эти рыбоподобные твари. Их предводитель ударил копьем Кнута прямо в живот. Я… Я пытался спасти его, но… Потом Сигрюн… — Эйнар быстро начал сбиваться и тогда его перебила шаманка.

— Магия не спасла его. Мне не хватило знаний. Простите, — кратко, но мелодично произнесла она, а затем склонила голову.

В комнате затихло, будто все перестали дышать. Лив едва сдерживала слезы, сидя у постели Кнута, а Ингрид о чем-то задумалась.

— Я пойду разберусь с последствиями нападения, — наконец, подал голос Свен. Ему никто не давал приказов или разрешений, но он все равно немного кивнул и направился к выходу.

Тогда Ингрид подсела поближе к сыну и достала свой браслет из самоцветов, так похожий на таковой у Сигрюн. Эйнар сразу приподнял голову и посмотрел на нее, но промолчал, несмотря на всю скандальность того, что его мать собиралась совершить.

Вздохнув полной грудью, женщина положила ладонь на живот Кнута, а после закрыла глаза, дабы обострить свои чувства. Лив немного подвинулась, а Сигрюн специально отвернулась, дабы не видеть что происходит.

— Ну как? Ты можешь что-то сделать? — с надеждой в голосе спросил Эйнар, спустя пару минут. Однако его мать медленно убрала ладонь и покачала головой.

— Нет. Его жизнь утекает, — прохрипела она и браслет упал на пол.

— Проклятье, — выплюнул Эйнар и вскочил. Он более не мог находиться в этой комнате. Каждый взгляд на его брата, Лив и остальных, разрывал его душу.

Парень не осознавал куда идет, все в голове было таким мутным. Вокруг ходили какие-то люди, валялись тела, стонали раненные. Кто-то плакал. Все постепенно оправлялись от кошмара ночи, но это был долгий процесс.

Эйнар упал на колени перед деревом изо льда, символом Хримвика и закрыл глаза. Ему ели удавалось удержать себя в руках.

Его брат… Тот, кто поддерживал его. Помогал расти. Брал на себя все заботы. Ярл с мечтой и виденьем. Кнут умер из-за него.

С трудом открыв глаза, Эйнар уставился на лежащий неподалеку труп предводителя этих тварей. Он жаждал выплеснуть свой гнев хоть на чем-то. Его нельзя было больше сдерживать. Оно грозилось взорваться внутри.

Схватив, лежащий неподалеку, грязный топор, воин поднялся и направился к трупу. А после принялся рубить его изо всех сил, позволяя гневу поглотить себя. Он не обращал внимание на брызги крови и ошметки плоти. В какой-то момент из его глотки вырвался рев, но после…

В какой-то миг он остановился. От тела почти ничего не осталось. Конечности отделены от торса, превратившегося в месиво. Тогда Эйнар обернулся и понял, что люди удивленно наблюдают за ним.

— И так будет с каждой тварью, посмевшей напасть на нас! — крикнул он, указывая топором на труп.

***

Эти дни переполнял траур.

Ярл умер.

Бесшумно, в своей постели. Ни лекари, ни шаманы, никто из присутствующих в Хримвике не смог ему помочь. Так и закончилась его только начинающаяся сага.

Эйнар с того дня более не посещал его. Ему было слишком больно смотреть на брата. Он шатался по городу не понимая что делать. Свен взял на себя устранение последствий, организацию похорон, прощальный пир Кнуту.

Ингрид, как мать умершего ярла, взяла дела в свои руки и помогала Свену.

Так настал день похорон.

Почти все жители собрались у берега, где были выложены трупы всех погибших. Десятки. Мужчины, женщины и несколько детей. Плач звенел в воздухе. Никто не хвастался богатством за счет броских одежд и украшений. Только темные тона. Только мрак.

Эйнар стоял чуть поодаль и глядел как Гунар поднимает тело Кнута на лодку. Удивительно что здоровяк сегодня пришел трезвым, ведь все это время он пил. По нему смерть ярла ударила не слабее, чем по остальным.

— Тебе необязательно это делать, — прикусив губу проскрипела Ингрид. Ее глаза покраснели, а под ними были мешки, но мать продолжала пытаться вести себя как обычно.

Она сжала ладони Лив в своих ладонях и посмотрела в глаза девушки. Она не плакала, на это уже не было сил. В них было только принятие и решительность. Сегодня вдова одела только свободное белое платье, несмотря на стоящий холод.

Лив покачала головой.

— Ничего подобного, это моя обязанность. Я должна сопровождать мужа в его путешествии к Чертогам. Я не смогла подарить ему детей и наследников… Так что хотя бы это… Я обязана дать ему, — к концу Лив говорила прерывисто, слова ели вырывались из нее.

— Да будет так, — вздохнула Ингрид и отпустила девушку.

Жена покойного ярла в последний раз собралась с силами, выпрямилась и повернулась к морю. Прямо там на воде уже покачивалась небольшая лодка.

— Встретимся в Чертогах, сестра, — грустно кивнул ей Эйнар на прощание, на что она мимолетно улыбнулась и отправилась в путь.

Ей помогли забраться в лодку. Там, на сосновых ветвях, лежало тело ярла, одетое в вышитые золотом и мехами одежду. Вместе с ним отправлялся и его щит, а по другую сторону покоился длинный нож. Именно им Лив покончит с собой.

Сев на настил, она взглянула на народ, готовясь отправляться.

— Сегодня день траура, когда мы отпускаем наших погибших близких! Все они были великими людьми, погибшими от подлого нападения морских тварей! Возрадуемся же, что они войдут в Чертоги Ис раньше нас, и попросим прощения за то, что мы присоединимся к ним чуть позже! Пусть Йоран благословит их путь, а Гримвейр успокоит бури перед ними! — громко провозгласила Ингрид, выйдя вперед.

Стоило ей закончить, как по команде, люди опустили тела своих близких и немного подтолкнули, позволяя волнам унести их. Лодка Кнута также начала постепенно отдаляться. Глядя на нее, Эйнар чувствовал себя будто во сне. Даже спустя столько времени ему не верилось, что это произошло.

— Да будем же сегодня мы пировать! Расскажем богам о наших родных, чтобы те быстрее приняли их! — закончила мать ярла и отошла назад, чтобы понаблюдать за телами.

В этот момент к ней тихо подошел Эйнар.

— Ты как? — спросил мужчина и тут же проклял себя за вопрос. Ответ был очевиден. Но как по-другому начать разговор он не знал.

— Не должен родитель хоронить своих детей, — прошептала она и Эйнар заметил как подрагивает ее рука.

Также тихо, к ним подкрался в этот раз Свен. Он выглядел таким же бесстрастным, как и всегда, что снова взбесило Эйнара, даже на траур.

— Нужно выбрать нового ярла и объявить это сегодня. Люди не могут ждать слишком долго, — совсем не в тему произнес он, из-за чего Ингрид с Эйнаром тут же недовольно уставились на него.

— Это не твое дело. Я этим займусь, — взмахнула рукой Ингрид, отгоняя его, и снова повернулась к уплывающим телам.

— Как скажите, — помрачнел Свен и удалился.

***

В зале за стеной был слышен шум, заканчивающихся приготовлений к пиру. Свен расхаживал между представителей влиятельных семей и старост деревень. Туда-сюда бегали рабы и слуги, расставляя яства и напитки. Все должно было быть идеально. Весь зал был забит, и ведь это были только приглашенные на тинг. Другие, простые жители, готовились на площади, дабы издали наблюдать на происходящим. Все желали поучаствовать в прощальном пире и узнать кто же будет следующим ярлом.

— И что мы будем делать? — вздохнув спросил Эйнар, посмотрев на мать. Ингрид сидела напротив него, вертя в руке браслет.

После непродолжительного молчания Ингрид посмотрела на сына.

— Я тебя не любила, — внезапно начала она, от чего Эйнар нахмурился.

— Не нужно быть мудрецом, чтобы понять это.

— Ты был слишком своеволен. Тебя интересовал только ты сам, а после битвы и выпивка. Я не злилась, просто переключила внимание на Кнута. Он унаследовал характер отца, а вот ты… В кого ты такой пошел, — грустно покачала головой седая женщина.

— Ну, упорством и грубостью явно в тебя, — невесело усмехнулся Эйнар, за что получил пронзительный взгляд матери.

— И вот, я похоронила мужа. А теперь и сына с невесткой…

Снова воцарилось молчание, начавшее уже порядком раздражать Эйнара. Ему не нравился этот разговор, но что вообще за последние дни ему нравилось?

— Ты станешь ярлом, — прохрипела Ингрид.

— Что? — Сын удивленно уставился на нее.

— То что слышал. Ты станешь ярлом. Меня никто не примет, сам знаешь, да и я слишком стара. Поэтому ты займешь это место и не дашь нашему роду сгинуть. Ты позаботишься о людях своего брата! — женщина посмотрела на вскочившего со своего места Эйнара.

— Нет! Я не могу! Я никогда не понимал как Кнут мог терпеть все эти управленческие дела!

— Это был не вопрос. Ты сделаешь это. Хоть в раз в жизни ты сделаешь что-то ради семьи, а не своего самолюбия! Ты позаботишься о том, что на тебя оставил Кнут! — Ингрид положила руку на стоящий рядом стол и подвинулась вперед.

Ее глаза буквально горели. Эйнар чувствовал будто с него сдирают кожу взглядом. Эта проклятая сила шаманов… Несмотря на столько лет упреков, запретов, и скандалов из-за нарушенных традиций, Ингрид так и не отказалась от своей магии. И теперь она использовала ее против собственного сына.

В этот миг с той стороны послышался низкий голос Свена.

— Все готово. Мы можем начинать.

Вздохнув, Эйнар встал, желая как можно скорее убраться из комнаты, но его за плечо схватила мать.

— Ты сделаешь то что я сказала. — А после отпустила.

Зал был полон шума и стоило Эйнару войти, как на него посыпались приветствия. Мужчина пытался улыбаться, но выходило у него это не очень.

В конце длинного зала находилось возвышение с несколькими стульями, устланных шкурами, а над ними гигантских череп лося с рогами. Всего стульев было три, и тот, что стоял по центру особенно выделялся своими размерами. Это был трон ярла. Эйнар уселся справа от него, а Ингрид уместилась слева. Рыба тут же побежали к ним и вручили рога с золотистой медовой жидкостью.

Все взгляды сконцентрировались на хозяевах. Голоса утихли и воцарилось неловкая тишина. В отсутствии ярла никто не решался взять первое слово.

Тогда все же встала Ингрид.

— Мой сын Кнут был хорошим правителем. Многие это подтвердят. Он умело разрешал конфликты, был щедр и имел мечту, который мы все следовали: захватить южные земли. К сожалению, он погиб, так и не успев осуществить ее. Выпьем же за него, ведь теперь он пирует в Чертогах!

— Выпьем! — хором ответили собравшиеся и сделали несколько глотков.

Эйнар тоже приподнял рог к губам, но резко замер, все же не решившись отпить.

— Сегодня мы почтим смерти умерших и расскажем об их свершениях выжившим и богам. Но сначала нам нужно избрать нового ярла. — Ингрид затихла, оглядывая людей вокруг.

— И сейчас ты выдвинешь себя, ведьма? — усмехнулся кто-то из толпы, за что на него упало несколько осуждающих взглядов.

— Нет. Я стара, да и хотя я отреклась от сил шаманов, мне все еще не положено находиться у власти. Я считаю, что следующим ярлом должен стать мой второй сын, Эйнар! Все знают его боевые достижения, он лучший воин среди присутствующих и не только. Наша семья правила этими землями на протяжении многих поколений, все вы знаете моего мужа и его отца! Все они были хорошими и справедливыми правителями, так позвольте нам и далее служить на ваше благо! — Ингрид посмотрела на сына, призывая его выйти и показать себя. Собравшиеся зашумели в знак одобрения, но это не было единогласно.

— Да, Эйнар наш хедвинг и кто кроме него достоин занять место Кнута! — выкрикнул Гунар, призывая остальных дружинников.

Эйнар чувствовал как его мышцы застыли. Ни в каком из боев он не ощущал себя настолько загнанным в угол и непонимающим, что делать. Ему нужно было стать ярлом, ради народа. Но эта ответственность… Она так пугала и была настолько непонятной.

Тем не менее мужчина уже было собирался встать, дабы также высказаться, когда его прерывали.

— Однако Кнута убили твари из моря, разве это не знак, посланный нам богами! На мечте Кнута лежит проклятие!

— Да! К тому же Эйнар никогда не показывал каких-либо склонностей к делам наших земель! Он великий воин, посланный нам самим Хримом, но ярл должен быть мудрым и дальновидным!

В основном эти высказывания исходили со стороны представителей землевладельцев. Воины недовольно уставились на них, посыпались проклятья, кто-то кого-то толкнул. Атмосфера начала накаляться.

— Тихо! Неужели вы хотите опорочить память Кнута, ведь именно этим вы сейчас и занимаетесь! — выкрикнула Ингрид, что временно потушило конфликт.

— Ингрид, мы все уважаем вас, Кнута и Эйнара. — вперед вышел староста деревни, той, что была второй по величине после Хримвика. Это был статный, но уже пожилой мужчина, держащий в руке посох. За годы без походов и войн он разжирел, однако крепость хватки все еще была при нем. — Однако мы хотим того, что будет лучше для нас всех. Почему бы не вынести для общего голосования еще одного кандидата, а именно Свена! Да, хотя в нем и не течет крови ярлов, но он был правой рукой Кнута и показал себя как отличный исполнитель его воли! Именно он заменял Кнута, пока тот был в походах! — Староста говорил громко и четко, привлекая всеобщее внимание. Несколько его сторонников закивали.

Свен, все это время стоявший в стороне, также сделал пару шагов, чтобы показать себя. Его смуглая кожа и темные волосы ярко контрастировали со всеми вокруг, привлекая еще больше внимания.

— Хах, сын рабыни? — усмехнулся Гунар, а вместе с ним и несколько других воинов.

— Да вы смеетесь! — выкрикнул другой.

Снова начал подниматься шум, но в этот раз Ингрид его не остановила, а только хмуро посмотрела на Свена.

“И чего только брат в нем нашел.” — в очередной раз проворчал Эйнар, а после вздохнул.

Надо было что-то делать. Нельзя было оставлять все как есть. Такими темпами в зале возникнет конфликт и это будет величайшим позором. Хотя Эйнара выворачивало от всего этого. Все что он хотел сейчас, так это лечь, но мать была права. Нельзя было позволить мечте Кнута сгинуть. Нужно исполнить ее. И отомстить.

Ингрид посмотрела на сына. Ее кулаки были сжаты, она напоминала натянутую до предела веревку. Взгляд матери горел, Эйнар кожей чувствовал что от него хотят. И она все же была права.

Эйнар недостаточно верил Свену, чтобы оставить это на него, да и кому-либо другому он тоже не мог доверить такую важную задачу.

Поэтому он, стиснув зубы, встал и поднял руку. Впервые за этот вечер Эйнар показал себя, так что все замолкли, переведя внимание на него.

— Мой брат всегда желал для нашего народа лучшего. Его мечты были направлены только на это. Может ли быть его смерть наказанием для нас от богов? Предостережением? Сомневаюсь! Те грязные рыбоподобные твари никак не могут быть их посланниками! Это та самая буря о которой нам поведал шаман на прошлом сигрблоте! Враг, который угрожает нам и которому нужно отомстить! И я осуществлю эту месть! Я выполню мечту брата! Клянусь перед Ис, Хримом и остальными богами, что пока мое сердце бьется я буду идти путем брата! Да, может я хорош только в бою, но клянусь, что буду относиться ко всем также, как относился мой брат! И это решение не измениться! — Эйнар подавил в себе всю неуверенность и произнес речь так, как делал это всегда перед битвой. Его слова сквозили силой и честностью, очевидной всем.

— Однако! — также впервые выступил Свен. Он выглядел недовольным и даже немного злым, посмотрев на Эйнара. — Разве у нас не хватает проблем сейчас здесь? Острова Гигантов пожирает война, развязанная конунгами, все нестабильно, к тому же всегда не хватает еды! Многие из людей погибли! Стоит ли сейчас рваться в чужие земли? Многие из вас знают меня, я всегда был рядом с Кнутом. Я не отрицаю его мечту, но разве нам не следует позаботиться сначала о самих себе?

Со всех сторон снова прозвучали книги одобрения и осуждения, стоило второму кандидату в ярлы закончить. Но теперь было больше сомневающихся, не уверенные в том кого же стоит выбрать. Оба кандидата были правы и оба обладали достаточной квалификацией.

— И Свен и Эйнар высказались! Теперь решение лежит на свободных людях, собравшихся сегодня! Пусть поднимут руки те, что поддерживают Свена! — громко провозгласила Ингрид.

Староста сразу поднял руку, а после постепенно к нему начали присоединяться многие фермеры и скотоводы. Были и те, кто сначала не решались показать свое решение, но после все же присоединились к голосовавшим. Почти треть зала были за Свена.

— А теперь пусть поднимут руки те, что поддерживают Эйнара! — Даже в голосе вечно ледяной Ингрид теперь сквозило волнение.

Гунар поднял руку первым, а после все дружинники и воины. Они глядели на остальных, давя своими взглядами, от чего те тоже голосовали за Эйнара. Все замерли, глазами подсчитывая голоса. Пытались предсказать, кто же все же будет выбран.

— И так, по решению тинга я провозглашаю новым ярлом Эйнара! Пусть боги благословят его! — с облегчением в голосе выкрикнула Ингрид.

— Пусть боги благословят его! — повторили все остальные, даже самые недовольные.

Крики и шум заполнили зал. Кто-то стучал по столам, другие принялись пить. А Эйнар, ошеломленно наблюдал за этим, будто был во сне.