Саблезубый котенок

Глава 1 "Ибо ночь темна и полна ужасов"

4 апреля 20:44, Нью-Йорк

По телевизору крутили новости. Одно и то же, однотипные лица женщин и и молодых пареньков пережёвывали и мусолили одно и то же. На повестке дня СтаркИндастриз, мутанты и преступность. Какая же скукотень, хочу мультики. За неимением мультиков приходилось смотреть новости. Ненавижу американское телевидение, благо хоть есть Джона Джеймс. Данный дядечка хоть как-то выделяется своей экспрессией, человек-мультик, так сказать. А уж его изобретательность в оскорблении всех идиотов в костюмах, ммм, загляденье.

Я зубасто ухмыльнулась сама себе, трогая клыки языком. Приятно познакомиться, я - Катарина. Несмотря на то, что мамуля моя невысокая миниатюрная женщина, я ростом под метр девяносто, с туповатым и будто бы звероватым личиком и гривой настоящих густых блондинистых волос. Кстати, эта пушистость изобилует по всему телу, вдоль позвоночника превращаясь в настоящий мех, а на лице расцветая нежным блондинистым пушком. Мрак и ужас полнейший, но я и не собираюсь никого соблазнять.

Вообще я поймала себя на мысли, что, из-за работы моей матери, мне отвратителен любой физический контакт с кем-либо, от нечаянных прикосновений к локтю в толпе и до объятий. Кем же работает моя мать? Проституткой. Кто бы мог подумать? Да, Эмили Хилл, милая женщина ростом чуть больше полутора метров, с большими влажными глазами невинного олененка и короткой стрижкой пикси - самая настоящая ночная бабочка, работающая по ночам.

Я повернула голову, глядя на Эм. Привалившись к моему плечу она дремала. Догадалась о её работе я уже давно, однако молчала. Ну а как можно не догадаться? Постоянная ночная работа, абсолютная изоляция ото всех бабушек и дедушек, отсутствие отца и даже разговоров о нем.

— Мам, — тихо позвала я её.

— Да, солнышко?

— Я видела недалеко открылся бар, говорят, официанткам там платят неплохо, — постаралась сохранить безразличие я, — Может, ты от ночных подработок туда уйдёшь?

И тишина. Скажет? Не скажет? Я выжидательно уставилась в глаза Эмили. Зелёные глаза этой женщины, что вырастила меня, смотрели настороженно, а затем медленно начали наполняться слезами.

— Не могу, — прошептала она, — Мне долг отработать у Мордекая надо.

Язык мой действовал быстрее мозга.

— Сутенёр твой?

Без задней мысли Эмили кивнула, даже не успев подумать, откуда я могу знать об этом. Чтож, не буду дальше спрашивать, а то рискую вызвать вопросы своими расспросами, чего мне крайне не хочется. Пока что нужен план. Вопрос "где твой сутенёр?" сразу отпадает, как крайне заметный и подозрительный. Проследить? А это мысль. Должна же Эмили куда-то сдавать заработанные деньги.

Кивнув своим мыслям, я сделала телевизор погромче.

***

5 апреля 23:47, Нью-Йорк

Следить за Эмили было легко, она не оглядывалась и не вслушивалась, а шлейф её отвратительно-сладких духов оставлял почти видимый след, аки красная пунктирная линия. Перед выходом на миссию под названием "Свободная мама" я оделась во всё черное, оторвав от штанов и куртки все звенящие и бренчащие побрякушки. Жаль, конечно, мои рок-панк цацки, но шум мне сейчас не нужен, как и пестрота. Пришлось докупить на выделенные на обед деньги чёрную мужскую шапку в секонд-хэнде, чтобы хоть как-то спрятать свою светлую копну волос.

Теперь, скрываясь в тенях, отбрасываемых уличными фонарями, я кралась вслед за "мамулей", стараясь не шуметь, не отсвечивать и не вонять. А Эмили тем временем навернула пару кругов по кварталу, видимо чисто ради галочки, и направилась в не знакомую мне квартиру на первом этаже. О приближении клоповника меня возвестил запах. Воняло истошно. Сигаретный дым, пиво, моча и что-то кислое, заставляющее тошноту подступить к горлу. И как, черт побери, они тут сидят?

Эмили прошла мимо двух сурового вида латиносов в засаленных майках и проскользнула внутрь. Я же скользнула в переулок, почти прижимаясь к мусорным бачкам, вонявшим тухлой жратвой и той же мочой. И что теперь? Ждать. Я прильнула к мутному окну в туалет квартиры сутенёра. Уши уловили разговор.

— Эми, девочка моя, как поживаешь? — голос звучал протяжно и наигранно-сладко.

Ответом послужило молчание.

— Как дочка? Не хочешь познакомить?

Эмили явно изо всех сил ждала, пока Мордекай закончит чесать языком и даст отмашку, что можно уходить. Сам Мордекай продолжал болтать, но я уже не слушала. Толкнув оконце рукой, я протиснула сначала одну руку с половиной груди, а затем и вторую. Оказавшись в помещении типа "сральник обыкновенный" я приоткрыла дверь и выглянула наружу. В гостиной горел свет и из-за поворота коридора виднелся диван с жирным и потным мужиком в розовой рубашке на нём в окружении дам разного уровня потасканности. Широко открывая губастый рот он хохотал.

Я выскользнула в тёмный коридор и тихо прокралась к щитку, висевшему прямо напротив тёмной кухни. Судя по звукам, так кто-то спит, причём довольно сладко и глубоко. А стул мы утащим и дверку подопрём, ага. Чтоб мужик не прибежал на визги жирдяя в розовой рубашке.

Открыв щиток я выдохнула, собираясь с мыслями. В голове заскреблась трусливая мыслишка бросить всё, вылезти обратно через окно и больше ничего такого не предпринимать. Бл*ть...страшно...Если я сейчас облажаюсь, моя жизнь очень быстро закончится. Сейчас мне придётся убивать, ведь, если я этого не сделаю, эти бандиты придут ко мне и маме явно не спрашивать.

Но кроме страха неожиданно начала разгораться еще что-то. Кровь начала стучать в висках, а сердце забилось чаще. Руки дрожали, но уже не от страха, а от чего-то другого.

С почти оглушительным треском щиток был выдран из стены и швырнут прямо на пол, ожидаемо, повлеча за собой отключение света во всей квартире.

— ...поехали.

***

6 апреля 00:15, Нью-Йорк

Виктор подскочил от визга сутенёра, предоставившего койку в своей штаб-квартире. Как бы отвратителен не был похожий на свиножабу человек, он зачем-то был нужен нанимателю. Виктор ломанулся в дверь, почему-то закрытую. Хлипкая конструкция из крашеных деревянных досок, хоть и подпёртая стулом, задержала его всего на пару секунд.

— Нет! Я заплачу! Пожалуйста! — визжал сутенёр, имени которого Виктор дале не потрудился хоть как-то задержать в голове.

По пути в гостиную мутант пнул выдранный из стены щиток, умно, люди в темноте не видят. В три прыжка Виктор добрался до гостиной. Но и этой скорости не хватило, чтобы успеть. Жирдяй уже булькал на диване с разорванным горлом в окружении противно визжащих шлюх. Виктор махнул когтистой рукой сразу же угомонив одну. Убийцу он заменил, только когда девки немного заткнулись. Одетая в чёрное фигура пахла кровью и чем-то знакомым, стоя неподвижно и разглядывая свои когти. Виктор задумываться не стал, прыгнув на незнакомца, но тот увернулся от прыжка. Однако когтей избежать убийце не удалось. Послышался затравленный болезненный всхлип и запахло кровью. "Сосунок" - подумал Виктор. Движения у этого ряженого в чёрный идиота были неуклюжие, будто тот в первый раз в жизни дрался, используя мутацию. А что если в первый? "Вдвойне тупой ублюдок, зачатый шлюхой и дегенератом на конопляном поле" - подумал Виктор и сплюнул, после чего нанёс еще один удар когтями. Незнакомый мутант подставил под его когти журнальный столик, закрываясь им как щитом. Виктор хмыкнул и оскалился.

— А ты забавный, — прорычал он, встряхивая руку.

Сосунок, видимо осознал, что сейчас его будет ожидать участь похуже, чем быть просто убитым, икнул. Виктор развёл руки в стороны, начав медленно подходить, упиваясь страхом и паникой малявки. Однако, поиграть ему не дали два оболдуя, стоявшие всё это время на входя. Два латиноса просто открыли дверь и дали пару очередей прямо в темноту. Малявка явно этого ожидал, уйдя с линии огня буквально кувырком, поэтому порцию пуль в грудь поймал Виктор, как самая заметная и большая мишень.

Конечно же это ему не помешало, просто отвлекло ненадолго, позволив везучему ублюдку ускользнуть под шумок, Пока Виктор разделывал двоих охранников. "Ненадолго" — подумал Виктор ухмыляясь и поднося окровавленный лоскут ткани от одёжки сосунка к носу.

— Ты можешь бежать...но тебе не спрятаться...

Глава 2 "Передышка"

6 апреля 1:05, Нью-Йорк

Как только адреналин начал потихоньку отпускать, догнала боль из разодранного бока. Я остановилась и привалилась к кирпичной стене, прижимая рану на боку рукой. Я, конечно, понимаю, что я дилетант, полезший туда, куда не следовало, а план мой - сраный выкидыш детей кукурузы, зачатый безлунной ночью впопыхах на конопляном поле, но...появление этого звероватого мужика запланировать не смог бы даже гениальный гений. Это такая переменная, которую хрен учтешь. Я тяжело выдохнула сквозь зубы и медленно и аккуратно отлепила руку от бока.

От лицезрения следов когтей мои глаза округлились. Нехилая такая вышла царапка, мне даже показалось, что я вижу рёбра. Повинуясь какому-то идиотскому порыву, я потрогала содранный, или точнее срезанный, кусок своей тушки пальцем, а затем прилепила на место. Больно. А кровищи то...вся майка и рука мокрые.

Кровища...

В памяти всплыл захлёбывающийся и хрипящий сутенёр, зияющая дыра его разодранной шеи...разодранной мной шеи. Из-за этого образа передёрнуло, а к горлу подступила тошнота, отдавая кислым во рту. Не блевать. Не блевать. Блять...я же готовилась, я же специально шла с намереньем убить...С адскими звуками меня скрутило почти идеально пополам. Было больно из-за ободранного бока, даже кровь снова пошла. Ну нет, я не умру в подворотне в позе на карачках над лужей собственной рвоты!

Я утёрлась прямо рукавом и полезла в карман за свертком туалетной бумаги. А что вы хотели? Я не благородная леди чтобы платки носить. Куртка моя издала подозрительный треск. Взглянув вниз, я увидела порванную, мной же, куртку. А это что такое? Ручка моя красовалась нехилыми такими когтями. Прям как у того дяди царапки...

Погодите-ка...

Я что? Мутант? Емана-а-а-а...

6 апреля 7:30, Нью-Йорк

Эмили стояла на кухне и готовила завтрак, слушая новости по телевизору. Опять детишки в уветастых костюмах дерутся с бандитами. Так бы она и продолжала спокойно жарить омлет с беконом, если бы ее внимание не привлек один из репортажей.

С экрана вещала молоденькая репортерша в недешевом брючном костюмчике малинового цвета и модных очках.

"Этой ночью произошла перестрелка. Погибли около тридцати человек. По предварительным данным, пострадавшими были криминальные элементы. Безусловно без них городу было бы лучше, но что же это было? Очередной линчеватель? Маньяк? Простые разборки банд или все-таки мутанты? Полиция пока отказывается давать комментарии".

Эмили с ужасом вглядывалась в фотографии лиц уже покойных бандитов, среди которых был и Мордекай. Из ее больших зеленых и вечно влажных, обрамленных длинными ресницами, глаз брызнули слезы облегчения.

— Это как-будто бы на день рождения...мам, — раздался за спиной знакомый голос.

Эмили резко обернулась. В дверях кухни стояла дочь, так похожая на еще один кошмар, который, впрочем, никогда не возвращался. Но что же это? Кэт как-то...изменилась. То ли блеском в янтарных глазах, то ли походкой, то ли клыкастой улыбкой.

— Это ты?

— Да, — медленно кивнула Кэт, хромая к столу и садясь на стул, — Ты моя мама, и если у тебя нет того, кто смог бы тебя защитить, то...почему бы не мне?

— Кэт, — прошептала Эмили, обнимая дочь.

— Задушишь, кто тебя потом спасать будет.

6 апреля, 8:30, Нью-Йорк

Отвратительное утро. Худшее место, в котором ты можешь оказаться имея ободранный до мяса бок, - это школа. Мы стояли в актовом зале и слушали речь о назначении нового директора, вместо старого, что ушел в отставку. Новый директор, Филлип Коулсон, был человеком абсолютно невзрачной наружности, спокойного мягкого голоса и идеального брючного костюма серого цвета. Что-то он мне не нравится, какой-то мутный тип. Вежливо улыбнувшись новый директор начал вещать о том, как он рад занять эту должность и приступить к обязанностям. Оглянувшись, я увидела, что всех остальных он, принципе, устраивает. Ну, дядя, ты еще ничего не сделал, но запах твой я запомню.

Рана в боку заныла. Поморщившись, я сунула руку под кофту, прижав повязку сквозь футболку. Наверняка если бы ту были какие-нибудь спецагенты, они бы сразу догадались о моем ранении. Опустив взгляд, я сосредоточилась на том, чтобы стоять спокойно и не морщиться. Черная футболка, как и джинсы, была мокрой от сочащейся крови. Я медленно вдохнула, а потом так же медленно, сквозь зубы выдохнула.

Чувство пристального взгляда заставило меня снова поднять глаза на сцену. Новый директор смотрел прямо на меня, слегка прищурившись, но все с той же мягкой вежливой улыбкой. Я оглянулась по сторонам украдкой, убеждаясь, что он смотрит именно на меня. Да, шкурой чую, что на меня пялится.

— Не смотря на то, что случилось, мы должны быть сильными и не унывать...

Черт, я же прогуляла вчерашний день.

Наклонившись к уху стоявшего рядом паренька ботанского вида, я зашептала.

— А чо было?

Окинув меня немного ошалелым взглядом очкарик сглотнул, но ответил.

— Так это...нападение суперзлодеев, — он поправил очки, — Какой-то мужик в фиолетовом, страшная тетка и чел с какой-то звуковой пушкой.

— Ну почему все самое интересное происходит, когда я прогуливаю? — скорчила морду я.

Очкарик икнул и поспешил отодвинуться, спровоцировав очередной взгляд от Коулсона. Мне он не нравится.

6 апреля 12:33, Нью-Йорк

В тихой комнате, выделенной под огромное устройство с плавными серебристыми линиями корпуса, находились двое. Лысый мужчина с добрым и сосредоточенным лицом, сидевший в инвалидном кресле, сосредоточенно смотрел на мелькающие на огромном, занимающем всю стену, экране картинки. Вторым посетителем комнаты была темнокожая женщина с белыми волосами. Она стояла, скрестив руки и молчаливо наблюдая за работой.

— Что-нибудь нашёл, Чарльз? — участливо спросила она.

— Я не уверен, — мужчина открыл глаза и нажал несколько кнопок, выводя на экран фото.

— О-о...— женщина изрекла максимально нейтральным тоном, стараясь не скривиться.

— Ороро, ты же помнишь, что я знаю о чём ты думаешь? — Чарльз усмехнулся.

На экране красовалась фотография подростка. Длинные взъерошенные волосы, карие, янтарного оттенка, глаза и зверовато-дикое выражение лица. Фотография была свежей, групповой, со множеством довольных лиц других подростков, выглядевших, как простой школьный класс. Молодой мутант, а это был очевидно мутант, выделялся, как тигр среди домашних котят. Снимок запечатлел момент какого-то урока, все сидели за своими партами, довольные и веселые. Юный мутант же сидел в конце класса с угрюмой и недовольной гримасой на лице, будто стараясь не отсвечивать.

— Как думаешь, какие у него будут силы? — Ороро задумчиво подпёрла подбородок рукой.

— Это девочка...

— Ой.

— Она выглядит, как обладатель каких-нибудь способностей выстроенных на основе собственного тела, — Чарльз вздохнул, — Нам нужно ввести классификацию по типу способностей, а не только по силе.

— Она похожа на Саблезуба.

— Не думаю, — Чарльз нахмурился и прищурился.

— Да вот же, — тонкий женский палец ткнул в фотографию, — Глаза, брови, челюсть...да даже гримаса почти та же.

Два мутанта помолчали, напряжённо смотря на фото.

— Мы не можем судить ребёнка по преступлениям, совершёнными его отцом, — наконец, сказал телепат мягко.

— Я согласна, вполне возможно, девочка даже никогда не видела отца, но..

— Но?

— Логан, — ответила Ороро заговорщическим тоном.

— Да...— задумчиво сказал Чарльз, — Но всё-таки стоит попробовать.

Глава 3 "Отца в школу!"

7 апреля, 9:30, Нью-Йорк

Рана в боку не проходила, судя по ощущениям она вообще начала воспаляться. Всю ночь я слонялась из угла в угол. Слава богу, мама ушла на смену в стрипушник, коктейли разносить. Но все же, спать не выходила ни на боку, ни на спине, ни на животе. В итоге, промаявшись почти до самого утра, я задремала на пару часов в обшарпанном кресле в гостиной. Конечно же добродушия это мне не добавило, как и желания ходить в школу. Обезболивающих, мне, очевидно, без рецепта никто не продал, а потому приходилось страдать. Денег на врача у мамы, кстати, тоже не было. Хоть перевязаться самой получилось, и на том спасибо.

И вот, стояла я в дверях кабинета математики и выслушивала все недовольство, которое только имелось у учителя. Старуха в очках с роговой оправой отчитывала меня, брызжа слюной и пуча глаза. Визги о том, какая я бездарность, какая я тупица, язвительные предположения о моей будущей работе, будущей отсидке, а то и смерти от передоза. Я чувствовала, как медленно закипаю. В голове трепетала мысль: "Да, как она смеет? Я убила преступную тварь! Я сделала мир лучше!". Медленно вдохнув, я выпустила воздух сквозь плотно сжатые зубы.

— Да ты вообще не слушаешь! Мерзавка! — заметила мое отсутствие реакции учительница, — Чтобы отца в школу! Домашней работы нет, всегда опаздываешь! Я всё твоим родителям расскажу! Сядь!

В классе послышались смешки. Я понимаю, что я не самый приятный человек, но всё-равно не особо приятно. Пройдя к задней парте, я приземлила свою задницу на стул, морщась из-за боли. Урок продолжился, впрочем, явно не был таким же интересным, как крики на меня. Весь оставшийся урок старая швабра показательно игнорировала моё существование. Одноклассники же обменивались переглядываниями и перемигиваниями, похихикивая и перешептываясь. Рррр...бесят. Ну почему они не могут просто проигнорировать меня?

Я прикрыла глаза, медленно втягивая воздух через нос, чтобы успокоиться. Отрешиться. Никого нет. Что-то небольшое и лёгкое стукнулось в плечо. Оглянувшись, я увидела довольное лицо местной звезды и "крутого парня".

Дальше я видела только красный.

7 апреля 10:00, Нью-Йорк

В кабинете директора стояла почти идеальная тишина. Коулсон хмуро взирал на двух драчунов. Оба старшеклассника сидели с видом гордых шпионов, пойманных в плен врагом. Первый, что неудивительно, был Флэшем Томпсоном. Лицо футболиста имело сходство с мордой панды из-за двух наливающихся цветом фингалов. Взгляд Коулсона переместился на второго нарушителя порядка. Это была общепризнанная тихоня Катарина. Её личное дело почти пустовало. Она не участвовала ни в каких соревнованиях, в школьных клубах тоже не состояла, и даже в драках прежде замечена не была. В её личном деле была лишь пометка о неблагополучных семьи и района, в котором она живёт.

Коулсон вздохнул и встал, начав обходить стол. Нужно было исполнять обязанности школьного директора, не только агента Щ.И.Т. под прикрытием.

— Как вы могли? Томпсон, ты же капитан футбольной команды! Нельзя опускаться до драк, — директор повернулся снова к Катарине.

Катарина сидела слегка склонившись на бок, чуть нахмурившись и приподняв верхнюю губу, кстати разбитую во время драки. Карие, янтарного оттенка, глаза девушки смотрели так, будто она хотела убить всех присутствующих. Эта ее поза что-то напомнила Коулсону, будто где-то он уже видел подобное положение тела.

— А ты? Идеальное поведение, а тут драка! Как можно? — Коулсон оперся на свой стол и скрестил руки на груди.

Катарина продолжала свое мрачное молчание, не выдавая понимания или какого-либо другого восприятия ею слов. Простое упрямое молчание, будто ее тут Гидра пытает, а не директор на разговор вызвал.

— Да я тоже не понял, — самым наглым образом встрял Томпсон, — Всего-то бумажкой кинул. Чо такого?

— Катарина, насилие - это не выход, нужно решать конфликты словами.

В ответ Катарина фыркнула и пробормотала что-то неразборчивое. Коулсону даже показалось, что матерное.

— Я буду вынужден вызвать твоих родителей на разговор и отстранить тебя на неделю.

7 апреля 10:30, Нью-Йорк

Когда меня, наконец, выпустили из кабинета директора, я была готова возблагодарив всех известных и неизвестных богов. Отстранение от занятий на неделю, конечно, не приятно, но в это время я могу хоть немного отлежаться и дать себе возможность восстановиться. Я бы даже отправилась домой вприпрыжку, если бы не боль в боку и необходимость отправиться домой в сопровождении родителя. Да, отпускать меня одну не хотели.

— Эй, здорово ты его. Давно было пора кому-нибудь дать отпор Флешу, — донеслось из-за спины.

Я обернулась, хмуро глядя на "фаната". Гарри. Гарри Озборн, богатый засранец, выбравший себе в друзья ботана и наглую девчонку. Всегда задавалась вопросом, какого черта он не приструнил Томпсона сам, имея богатого и влиятельного папашу. Что интересно, Озборн младший одевался, как ботан, в рубашку и жилетку. Аутфит аля "тресни мне".

— Меня отстранили, — прорычала в ответ я.

— Оу...соболезную.

— Слушай, ты че докопался? У тебя друзья есть? Есть. Вот и вали к ним! — огрызнулась я, прижимая ладонь плотнее к боку. Мда, я и раньше не была самой приятной на свете, но тут вообще что-то из ряда вон. Это боль на меня так влияет?

— Эй, полегче. Что я тебе такого сделал? — возмутился Гарри, примирительно подняв руки.

— Ничего...бок болит, — проворчав в ответ, я развернулась, поковыляв прочь по коридору.

— Это Флеш тебя так? — Гарри ускорил шаг, следуя за мной.

— Отвали! Иди с Паркером туси, или с этой рыжей своей.

— У Питера новые друзья...ЭмДжей занята поиском журналистской стажировки, — обиженно отозвался Озборн младший, — А ты единственная, кому плевать на деньги моего отца.

Я остановилась, Гарри аж врезался в мою спину.

— То есть...— я повернулась к нему, — Ты решил, что подружиться с противной сучкой из гангстерского района -это хорошая идея?

— Ну...да, — он почесал затылок, неловко улыбаясь.

Слова едкого замечания по поводу его умственных способностей уже готовы были вырваться из моего рта, как вдруг...в нос ударил знакомый запах. Шерсть, перегар, звериная вонь и кровь. По спине тут же потек ледяной пот, а сердце пропустило несколько ударов.

Медленно. Очень медленно я обернулась. Против воли чувствуя, как глаза принимают форму блюдец, я судорожно сглотнула.

Знакомая фигура маячила в конце коридора. Патлатый мужик в меховом пальто торжествующе лыбился. При свете дня он еще страшнее, чем в темноте логова сутенера. Там его хоть видно было плохо. Мой кошмар хмыкнул и медленно направился к нам с Гарри, будто кот, нашедший новую игрушку и смакующий каждую секунду страха жертвы.

— К-кэт...это твой отец? — дрожащим голосом прошептал Гарри.

— Нет...— одними губами ответила я, задвигая Озборна младшего себе за спину.

Паника накатывала удушающими волнами, будто...будто я несмышленый слепой котенок, стоящий перед злым и матерым хищником. Что-то похожее я чувствовала, когда лет в шесть мама подкопила денег и отвела меня в зоопарк. Тогда, стоя перед клеткой с тигром, я ощущала примерно то же самое.

Начало драки я благополучно пропустила. Пропущенный удар в челюсть ощущался так, будто меня сбил автобус. Упав на пол, я лицезрела плывущие перед глазами звездочки. Ну хоть не птички и на том спасибо....

— Дерись, молокосос! — послышался рычащий хриплый голос, — ДЕРИСЬ!

Помотав головой и слегка проморгавшись, я встала с пола. Как он меня вообще нашел? Лица моего он, вроде бы, не видел. Проследить не мог, я лично видела, как в него пустили несколько очередей.

— Ты можешь бежать, но тебе не спрятаться от Саблезубого, — самодовольно рассмеялся он, — Особенно с такой воняющей кровью раной, как у тебя.

— Саблезубый? А чо не "Мамонт"? — фыркнула я, выпуская свои когти.

От второго удара увернуться получилось. Вышло даже полоснуть Саблезубого по животу. Какого же было мое удивление, когда прямо у меня на глазах рана от когтей почти мгновенно затянулась. Этого секундного замешательства хватило, чтобы меня схватили за волосы и впечатали лицом в металл шкафчиков.

***

Виктор был разочарован, сосунок, за которым он шел по следу, оказался девкой. Причём неопытной, нетренированной и необученной. Он ожидал веселья, погони, тренированных убийц или, хотя бы, кого-то с пушкой, а не...школьницу. Наверняка и мутация у нее прорезалась совсем недавно, наверняка еще и не в полную силу. Наблюдая, как девчонка встаёт, шатаясь, Виктор зверел всё сильнее.

— Чтобы язвить, нужно сначала научиться драться, — пробормотал Виктор, оглядывая свой немаленький кулак, а потом добавил, — Может, мне следует поиграть с остальными детишками тут?

Видимо, последняя фраза проняла девчонку, потому как она начала атаковать. От одного удара когтями Виктор увернулся, однако второй прошёлся по касательной по груди. В янтарно-карих глазах девчонки медленно разгоралось знакомое пламя животной ярости. Губы Виктора расползлись в ухмылке. Драка начинала быть интересной.

— Ой, котёнок показывает коготки?

Мутант нанёс сильный удар, полоснув малявку когтями по телу наискосок. Девчонка не ответила, банально прыгнув на него и вцепившись клыками ему в лицо. Даже несмотря на регенерацию это было больно. Виктор зарычал, хватая малявку за бок когтистой лапищей. Розовая кофточка уже почти перестала быть розовой, став красной от крови владелицы.

— Хррррр!

— Ырррра!

Отшвырнув от себя наглую мелочь, Виктор коснулся своего уже почти зажившего лица. Глаза мутанта слегка расширились от удивления. Малявка вставала, держась за шкафчики. Даже с вырванным куском тела.

— Это будет интересно, — прорычал Виктор, набрасываясь на девчонку.

Малявка прыгнула ему навстречу. Вместо красивого одиночного удара оба мутанта сцепились в кровавый и рычащий клубок. Катаясь по полу, они самозабвенно полосовали друг друга когтями. Вот только Виктор регенерировал, а девчонка - нет.

— Когда ты уже сдохнешь! — рычал Виктор.

После очередного удара головой об пол удары малявки начали становиться слабее, хаотичнее. С торжествующим рыком Виктор вывернул когтистую руку, спровоцировав слабый всхлип. На большее его "напарница для игр" была больше не способна. Слабо суча ногами, она пыталась ухватить мутанта хоть за что-нибудь.

— С...скха...н..кхчу...мрхать...

Занеся когти для последнего удара, Виктор вдруг остановился. Опустив руку, он склонился над девчонкой и принюхался...

Глава 4 "Кусочек пирога"

7 апреля 10:50, Нью-Йорк

В больнице царила суета. Медсестры сортировали пострадавших по степени серьёзности травм, делали перевязки, направляли к нужным врачам. Пострадавших было много, и, в основном, подростки. У кого-то было сотрясение, у кого-то страшные следы от когтей, у кого-то переломы.

Единственным местом, где было тихо, был коридор у операционной номер три. Тишина этого белого и чистого коридора нарушалась лишь всхлипами сидевшей на скамеечке около стены женщины. Её миниатюрная тоненькая фигурка подрагивала от сдавленного плача. Она была чем-то похожа на подростка, молодости ей добавлял большой зеленый свитер, короткая стрижка пикси на каштановых волосах и большие влажные обрамленных длинными ресницами глаза. Эмили Хилл.

За дверью оперировали её дочь, единственного близкого человека, который был у Эмили. Взглянуть хорошенько женщине на дочь не дали, но и того, что она мельком увидела через маленькое окошко в двери было достаточно. Кошмар стал явью, её малышка Кэт может умереть.

Эмили всегда надеялась, что её дочь проживет относительно спокойную и размеренную жизнь, учитывая все обстоятельства. Женщина всегда с замиранием сердца смотрела на свою маленькую радость, молясь всем известным богам, чтобы Кэт не стала мутантом и не впуталась в разборки фриков со сверхспособностями. Однако… однако её дочь теперь была здесь, в больнице, под капельницами и на операционном столе.

Внезапно незнакомая рука опустилась на плечо Эмили. Это была абсолютно незнакомая рыжая девушка с доброй улыбкой.

— Прошу прощения, возможно, сейчас не лучшее время…— начала незнакомка очень вежливо.

— Вы из того университета для мутантов? — подозрительно спросила Эмили, — Как его там…

Рыжая незнакомка слегка скривилась, но вежливо кивнула. Эмили тяжело вздохнула и снова посмотрела на дверь операционной.

— От Кэт же теперь не отстанут? — спросила она обреченно.

— К сожалению…— кивнула незнакомка с грустным вздохом, — Жизнь мутанта...не то чтобы проста или спокойна, хочешь ты этого или нет. Смысл школы профессора Ксавьера в том, чтобы научить юных мутантов управлять своими силами и пускать их на благое дело.

— Звучит, как благое дело, — Эмили грустно улыбнулась, — Правда, я не уверена, смогу ли оплатить...

— Профессор делает это не ради денег.

— А...

— Давайте обсудим все в более спокойной обстановке? — незнакомка аккуратно кивнула в сторону выхода, — Меня зовут Джин...Джин Грей.

— Эмили Хилл.

7 апреля, 13:30, Нью-Йорк

На огромном экране аналитического отдела Щ.И.Т.а застыли кадры с камер видеонаблюдения школы, ближайших к школе магазинов и новостных сводок. Крупным планом на экранах красовалось рожа звероватого вида блондина. Виктор Крид, как следовало из ориентировки.

Мрачный Ник Фьюри сердито взирал на экраны единственным глазом. Ситуацию можно было описать фразой «прилетело откуда не ждали». Подумать только, они предусмотрели всё, но не то, что взбесившийся маньяк-мутант заявится в школу средь белого дня. И теперь следовало проанализировать и обдумать, что они упустили. Где просчитались? Была ли это спланированная акция или просто порыв кровожадного психопата?

Что директор Щ.И.Т.-а не знал, так это того, что за ним наблюдали. Команда сопливых юонцов со сверхспособностями. Подростки, что с них взять? Вечное стремление к самоутверждению, желание показать, какие они взрослые, и, конечно же, безрассудство пополам с поспешностью.

Недосмотрев и недочитав информацию на экранах, Человек-паук прополз по потолку обратно к команде.

– Ну что там, Ткач? – спросила Белая Тигрица недовольно.

– Оказывается, на нашу школу напал какой-то бомжеватый мужик, – пожал плечами Человек-паук, – И злодейское имя у него дурацкое… саблезубый. Пф, все крутые прозвища уже разобрали?

– Не стоит недооценивать врага, каким бы он ни казался, – мягко упрекнул Паука Железный кулак.

Может быть команда и прислушалась бы к мудрости шаолиньского монаха, но вмешался Нова.

– Только не говорите мне, что мы будем сидеть, сложа руки! Фьюри только и делает, что гоняет нас по тренировкам! Пришло время показать, что мы можем выполнять серьёзные задания! – возмутился он.

Конечно, запал немного поутих под взглядами товарищей, даже вспомнился тот самый провал в прошлый раз, как они пытались показать свою полезность.

– Ну, я имею ввиду, это же явно рыбка помельче, чем Дум*, – уже не так уверенно дополнил Нова, поёжившись под осуждающими взглядами.

– В каком-то смысле, он прав, – наконец, ожил Люк.

– Вот только…как мы его найдем? – задумчиво прищурилась Белая Тигрица.

– У меня есть идея.

10 апреля, 23:30, Нью-Йорк

Тихо...лишь пиканье каких-то аппаратов и мягкое гудение ламп в коридоре. Ничего не болело. Стоп. А почему?

Я открыла глаза.

Больничная палата. Я, обмотанная датчиками, трубками и катетерами. Пикающие приборы рядом с койкой перемигивались тревожными разноцветными огоньками. Полумрак. Видимо, в этой палате меня и оставили помирать.

Я скосила глаза на дверь. Светящаяся полоска под дверью давала хоть какой-то свет, ведь шторы были занавешены, погружая палату во тьму.

Запах собственной крови смешивался с запахами лекарств и медицинского оборудования, пополам с запахами чужих людей, создавая флёр легкой тревоги. Вдруг послышался далекий звук цокающих по кафельному полу каблуков. Я затаила дыхание, прислушиваясь. Каблуки замерли около «моей» двери. На полоске света под дверью было явственно видно тень от чьих-то ног. Некто за дверью тяжело вздохнул.

Услышав, как ручка двери поворачивается, я закрыла глаза, притворяясь, будто всё-ещё не в сознании. Судя по звуку дверь открылась и закрылась. Некто прошел от двери до стоявшего около койки стула и уселся на него. Звука каблуков больше не было. Мистический посетитель снял обувь?

– Ах, бедная моя девочка? Кто же мог такое сотворить?!

От этой реплики меня прошиб холодный пот. Это был голос мамы…вот только…запах был не мамин, и каблуки мама после моих разборок с сутенером не носит.

Я приоткрыла глаза, притворяясь еще сонной.

И тут же чуть не подскочила. Волосы на затылке встали дыбом, а горло пересохло. Этот «кто-то» с голосом мамы…выглядел в точности как она. Волосы, глаза, выражение лица, да даже одежда.

– Очнулась! – всплеснула руками женщина и потянулась ко мне, – Иди, мама тебя обнимет.

В груди зародился и поднялся к горлу удушливый рык, из пальцев медленно выдвинулись когти. Тело само подалось угрожающе вперед, заставляя датчики отлепляться, катетеры выдираться, а трубки выпадать.

– Солнышко, ты не узнаёшь мамочку? – побледнела, но продолжила игру притворщица.

Распрямляющейся пружиной тело метнулось вперед, а когти вытянулись в её сторону. Как она смеет пытаться меня так тупо обмануть!

Когти сомкнулись на месте, где секунду назад было тело. Хрустнул под моим телом стул. Сама же притворщица ушла от моего прыжка перекатом.

– Такая же, как сраный Крид…– буркнула она и элегантным сальто ушла в окно.

…

…и тишина…

Кто такой, мать его, Крид?

_________________________________________

*Отсылка к мультсериалу Ultimate Spider-man (далее, все, что связано с Пауком и Щ.И.Т. Будет взято именно из этой вселенной)

Глава 5 "Профориентационное занятие"

[Дата: неизвестно] время: 18:30, место: Канада, ???

За окнами завывал холодный голодный буран. Внутри же было тепло, горел камин, потрескивая и исходя волнами приятного жара. Кабинет был обставлен вычурно, но со вкусом. Резная тяжелая мебель темного лакированного дерева создавала ощущение духоты и клаустрафобной замкнутости. Тихо и как-то обыденно лежащие за стеклянными витринами гладиусы с золотыми рукоятями и расписанные лавровыми листьями скутумы давали понять, что хозяин данного кабинета питает слабость к Древнему Риму. Полумрак и огромный деревянный стол с роскошным винтажным креслом во главе намекали на то, что хозяин этого места любит чувствовать себя хозяином положения и абсолютно не волнуется, о том, что кто-то может прошептать едкий комментарий насчет "компенсации".

У самой двери мялся невысокий человечек. Зеленый шерстяной костюм, плешивая голова, огромный очки со здоровенными линзами, все заставляло его казаться меньше, будто он специально подбирал одежду, чтобы напоминать жука. Перебирая руками ярко-голубую папку очкарик казался еще меньше, создавалось впечатление, что он вообще собрался спрятаться за этой папкой. Хозяин же кабинета сидел, удобно расположившись в кресле во главе стола. Обитая красным бархатом спинка бросала тень на него, так что посетитель мог видеть лишь руки, увитые будто высеченными из дерева мышцами, и длинные пальцы, оканчивающиеся острыми черными когтями.

Хозяин кабинета отставил стакан с громким ЦОК и сцепил руки в замок, расположив на них свой подбородок. Из тьмы выплыли очертания римского профиля.

— М-мы отследили в-выживших после п-проекта...— заикающимся голосом промямлил очкарик, обливаясь холодным потом и чуть ли не теряя сознание.

— Обрадуй меня, — довольно мурлыкнул хозяин кабинета.

— Д-двое.

— СКОЛЬКО! — когтистая рука громко ударила по темной древесине стола, но сразу же, дабы совсем не доводить несчастного посетителя до инфаркта, хозяин кабинета медленно вдохнул и так же медленно выдохнул, — Кто?

— К-крид и Хоулетт, — чуть не плача отозвался очкарик, прикрываясь папкой, как щитом.

— Прелесно, идиот кровожадный и идиот идеалист, — черные когти проскребли по лакированной поверхности стола, — Так...найди-ка мне где сейчас каждый из них.

— Уже...

— ...А также обзавелись ли они каким-нибудь потомством. И не торопись, я никуда не спешу.

Очкарик закивал так, что показалось, будто его голова на тоненькой шее сейчас отвалится. Оставив папку на столе, он поспешил ретироваться.

— Да, все время мира, — хозяин кабинета снова взял в руку стакан, наполовину наполненный вином, — E fructu arbor cognoscitur, как говорится.

11 апреля 8:00, Нью-Йорк

Почему все эти офисы обязаны быть такими белыми? Стены, покрытые белыми панелями, белый кафельный пол, белая мебель из твердого пластика, белые жалюзи и ручки, даже компьютер белый. Моя нога в ярко-красной кеде отстукивала тревожно-раздраженный ритм. И зачем приглашать на встречу, если сам опаздываешь? Часы прямо над длинным рабочим столом показывали ровно восемь. Тихое тиканье, жужжание кондиционера, тихое гудение проводки в стенах.

Да, после моего внезапного пробуждения и недолгой драки с какой-то имитирующей людей хренью меня пригласили для беседы с кем-то вАжным. С мамой, очевидно. Я ведь еще несовершеннолетняя, и меня нельзя привлекать ко всяким полезным общественным работам без согласия опекунов. Хе-хе. Мне даже кажется, что будь я каким-нибудь фриком в обтягивающем костюме, им было бы намного проще. Однако, что имеем, то имеем. Ведь зачем обычно всякие фрики скрывают свое лицо? Лично я считаю, что у них просто есть, что защищать. Ну сами подумайте, размеренная жизнь в школе, друзья, родители. Я же...Ну, у меня есть мама. Не думаю, что уровень опасности для нее как-либо изменится.

Я глянула краем глаза на нее. Сидит, как и всегда пытаясь казаться меньше, утопая в отвратительном зеленом свитере и уткнувшись в телефон. На самом деле, она ни с кем не переписывается, это ее универсальный способ сказать "не разговаривайте со мной".

Я вздохнула и развалилась в неудобном белом пластиковом стуле. Интересно, что это все-таки за доппельгангер был? И как так вышло, что я встала с больничной койки ТАК быстро? Ну не верь, что мне так оперативно сшили харю...у мамы столько денег нет, не было и никогда не будет. Я нахмурилась и опустила взгляд на мои руки, лежащие на белых подлокотниках. Выпустила когти, совсем чуть-чуть. Раздался отвратительный скрежет моих когтей по подлокотнику, заставивший меня скривиться и отдернуть руку.

— Кэт! — мама нахмурилась, — Давай не будем вынуждать их выставить нам счет за починку.

— А я чо? Я ничо!

Мама вздохнула, нервно тыкая в экранчик телефона активнее. Сто процентов листает красивые фотки любовниц всяких миллиардеров. Показатель. Нервничает. Я тоже, между прочим! Вот только у меня-то телефона нет и залипнуть некуда.

Бесшумно открылась белая дверь и в комнату вплыла, иначе это никак не назвать, женщина в...БЕЛОМ. Сколько можно?! Почему белый!? Я что в психиатрической больнице?! Хорошо хоть, что волосы этой дамочки были не белыми, а рыжими, а то я вообще с ума бы сошла.

Процокав каблуками по белой плитке пола, дамочка уселась на кресло за столом, положила перед собой папку с бумагами и принялась что-то печатать. И ноль внимания на меня с мамой, вообще, абсолютно. И зачем было звать? Прищурившись, я молча наблюдала за ее приготовлениями. Тетка будто специально делала буквально все, что угодно, кроме того, чтобы начать говорить. Сидящая рядом мама оставалась такой же неподвижной и тихой.

Недовольно фыркнув, я встала и вышла из этой отвратительно-белой комнаты. Нахрен! Будут еще тут всякие, позовут, сами опоздают, так еще и кота за яйца тянут. Внезапно, сам собой получился взрык. Я аж сама присела от неожиданности, не то что охранники, которые вообще за кобуры похватались.

— Ого-го, сама не знала, что так умею...— неловко объяснилась я, вызвав нервные смешки у дядь в форме.

Ну его...пойду я отсюда. Что интересно, останавливать меня никто и не собирался. Так что я вполне имела удовольствие бодро топать вниз по лестнице, пугая встречных офисных работников своим внешним видом. Ага, одежда ведь из секонд-хенда, ибо предыдущая порвалась в драке с тем патлатым мужиком. Эх, это же была моя любимая розовая кофточка, так подходящая волосам.

На выходе из здания ошивалась компашка каких-то странных личностей в одинаковых желто-синих костюмчиках с буквой "Хэ" на груди. Не нравятся они мне, хоть там и есть девчонки, рыжая и с коричневым крысиным хвостиком. На самом деле наибольшие опасения вызывал невысокий мужик сильной потрепанности и легкой небритости, я аж тормознула в лобби, напрягая своим присутствием администраторшу за стойкой информации.

Тем временем небритый мужик принюхался...реально принюхался. Я недоуменно покосилась на администраторшу, пытаясь удостовериться, что она тоже это видела, и я не схожу с ума. Она это тоже видела. После задумчивого почесывания затылка мною было принято решение не выходить, пока. Однако...

Как говорится, если ты не идешь к неприятностям. то неприятности придут к тебе. Вот и мужик, поводив башкой, очень целенаправленно попер в лобби. Интересно, а я могу послать его в задницу и не получить при этом по лицу?

*snikt*

— КАКОГО ХУ-!

11 апреля 8:30, Нью-Йорк

Джин чувствовала, что вся эта авантюра - плохая идея. Да, Щ.И.Т. заграбастал молодого мутанта вместе с опекуншей для "разговора" первым, но ничего не мешало подождать, пока они выйдут. Конечно же, никто Джин одну не отпустил, Скотт, Китти и даже Логан пошли вместе с ней. Компаний их выглядела, мягко говоря, не внушающей доверия. В основном, из-за Логана, который то и дело принюхивался и ругался сквозь плотно сжатые зубы.

И вот...из глубины здания чуть вприпрыжку вышла виновница их ожидания. "Бедная девочка..." - подумала джин тогда. Ну, бывает, что мутации проявляются во внешности, ничего страшного. Вот только, удивил Логан. Принюхавшись, он с упорством танка попер внутрь здания, выпуская когти. Джин не знала, что Логан учуял запах схожий с запахом своего злейшего врага. Не знала, что молодой мутант, которым была Кэт, пахла настолько похоже на Крида, что у Логана, как говорится, упало забрало.

Теперь отряд, представляющий "Школу для одаренных детей имени Чарльза Ксавьера", бессильно наблюдал сцепившихся Логана и Кэт. Оба регенераторы и оба стремятся нанести друг другу как можно больше повреждений. Что самое неприятное для Джин, успокоить этих двоих телепатией не представлялось возможным. Во-первых, у Кэт присутствовала какая-то хитрая природная защита, активно "кусающаяся" при любых попытках прикоснуться к ее разуму. Во-вторых же...Джин не была уверена, что, если она вырубит Логана, то Кэт перестанет атаковать.

В самой же драке сложился хрупкий паритет. На стороне Логана выступал опыт, на стороне же Кэт - более длинные руки и обостренные рефлексы. Таким образом, Логан самозабвенно полосовал полосовал адамантиевыми когтями пол, волосы, мебель, а Кэт самозабвенно пыталась оторвать от себя коротышку, периодически пиная того между ног. Драка выглядела бы комично, если бы не осознание, что дерутся все-таки не самые безопасные мутанты.

Наконец, Кэт уселась на Логана сверху и принялась с методичностью отбойного молотка пытаться вбить голову коротышки в пол. В процессе она рычала что-то матерное и не совсем вразумительное.

Это неприглядное действо остановил женский окрик.

— Кэт, что ты творишь!?

Кэт завертела головой, пытаясь определить источник звука, из-за чего потеряла концентрацию и получила когтями поперек лица. С визгом она отпрыгнула от Логана, хватаясь за лицо. Наконец, Джин смогла сделать хоть что-то. Подавшийся было в атаку Логан упал лицом вниз после телепатического удара.

Тем временем женщина в белом офисном костюме наклонилась к стоящей рядом с ней на лестнице и доверительным голосом прошептала.

— Вот поэтому я рекомендую вам все-таки убедить Кэт рассмотреть именно Щ.И.Т., как будущее место работы.

____________________________________________________________________________________________

На связи автор. В этой главе я попыталась по-максимому расставить крючки и намеки на будущий курс сюжета.

Спасибо за чтение моего произведения!

Глава 6 "Оу! Щиииииииииит!"

20 мая 11:00, Хеликерриер (где-то над Гудзоном)

В одном из залов для собраний стояли двое. На экране проигрывалось видео тренировки. Действующий директор Щ.И.Т.а Ник Фьюри стоял с хмурым выражением и так недобродушного лица. Второй же в комнате была женщина с рыжим каре, выглядящая не менее серьезно. Запись тренировочного боя проигрывалась уже не первый раз, в замедленной съемке, на нормальной скорости, с паузами, целиком. На прозрачном стеклянном столе лежала пухлая папка под грифом "секретно".

— Меня напрягает ее психологический портрет, — наконец, сказала рыжая.

— Как по мне, вполне нормальное психологическое состояние, особенно для той, кто разодрал насмерть человека, а потом пережил драку с двумя смертоносными мутантами по-очереди, — отозвался Фьюри устало.

— Возможно вы не заметили, директор Фьюри, но Кэт не является психологически тренированным солдатом.

— Нат, у меня под боком целый отряд таких детишек с супер способностями, — Фьюри ущипнул себя за переносицу, — Половина из них уже убивала и, спешу заметить, намного больше, чем одного сутенера.

— ДА, но тут есть одно важное "НО", — нахмурилась женщина, названная Нат, — Все эти супердетишки испытывают хотя бы легкую, но вину. Кэт же во время ее долгих разговоров с психологом, а так же всего времени нахождения под наблюдением ни разу не выказала даже малейшего намека на беспокойство по поводу отнятой ей жизни.

Фьюри задумчиво нахмурился.

— Может, скрывает? Пытается показаться сильной.

— Тут явно что-то другое, — Нат всмотрелась в стоп-кадр тренировки, — Кэт, очевидно, не психопат и даже ни одной формой социопатии не обладает.

— Тогда не понимаю к чему твое беспокойство. Девочка стабильна, кровожадностью не страдает, прекрасно понимает, когда остановиться.

— Но что если она выйдет из-под контроля? Что если мы получим второго Саблезуба, но уже с кодами доступа к системе?

— Нат, — Фьюри повернул к ней голову и осуждающе посмотрел единственным глазом, — Ты правда думаешь, что я и правда просто решил подобрать подростка-мутанта из неблагополучной семьи просто так?

— Я просто...

— Позволь объяснить, агент Романофф, — директор Щ.И.Т.а взял пульт и переключил видео с одной из тренировок Кэт на видео с камеры видеонаблюдения, — Кэт, какой бы неубиваемой она не была, все-еще является подростком.

— Не вполне улавливаю ход ваших мыслей.

— О, ничего страшного, — хмыкнул Фьюри, наблюдая за движением женщины на видео, — Нам крайне повезло, что у Кэт жива мать, а уж то, что отношения у нее с матерью доверительные - вообще благословение. Стоит нам только пообещать ей, что ее мать будет в безопасности, Кэт побежит выполнять любое задание. И когда я говорю "любое", я имею ввиду абсолютно любое...

— Получается, манипуляция через родственников...— слегка нахмурилась Нат, — Грязная игра, директор Фьюри.

— Я знаю, не учи ученого, — Фьюри вздохнул, — Но...лучше мы, чем Озкорп или та же Гидра.

— С огнем играешь, директор Фьюри, с огнем...

20 мая 12:30, Хеликерриер

Все-таки выбрать Щ.И.Т. было хорошей идеей, тут неплохо кормят. Не знаю, как там в той мутном пансионе для юных мутантов, но после того, как один из сотрудников Щ.И.Т.а показал мне, как аппаратура может за считаные часы отыскать информацию о человеке по одной лишь капле крови, мне стало предельно ясно, что бодаться с этими правительственными ребятами можно либо если ты фигура не меньшей «весовой категории», либо если тебе нечего терять Впрочем, мне как-то плевать. Меня тут кормят, меня тут одевают, меня тут лечат, меня тут учат, даже свободное время есть...и Интернет. Я не в том положении, чтобы жаловаться. Запустив руку в карман, вытащила пропуск агента Щ.И.Т. с пометкой "курсант", на веревочке, кстати, чтобы не потерять.

Мимо прошли другие курсанты-стажеры. У нас с ними утром была тренировка тактического взаимодействия. Знаете, что это? О, это когда тренировочный зал оборудуют, как улицу, здание, лес или любое другое окружение. в которое возможно попасть во время заданий, курсантов же разделают на две условно вражеские команды и дают задание либо захватить флаг, либо перебить команду противника. Очевидно, не насмерть. На нашей же тренировке с утра мы отрабатывали взаимодействие с учетом моей регенерации. Ага, теперь знаю, как это называется, объяснили.

Заулыбавшись, я помахала рукой этим ребятам. Заметили, заулыбались. Вообще интересно, все вокруг постоянно корчат постные и жутко серьёзные морды. Подсев ко мне один из ребят стажеров чуть склонился вперед и, глянув по сторонам, доверительным шепотом спросил.

— Кэт, тебе же шестнадцать?

— Ну типа, — непонимающе нахмурилась я, — А к чему вопрос?

— Так это, — подключился второй парень, — У Фьюри есть отдельная команда подростков с суперсилами.

— Да, и вот нам интересно, чего это ты не в ней, а с нами «скучными нормисами».

Повисла напряженная тишина. Я же крепко задумалась. И правда, почему? Я же, вроде, и с суперзлодеем дралась, и всякими суперсилами обладаю, да даже в возрастную категорию «подросток» попадаю. Может…

— Ну, может, у меня силы не такие крутые, — наконец, пожала плечами я, — Я же не стреляю паутиной, и пули от меня не отскакивают. Лажёвые у меня суперсилы.

Стажеры поулыбались, похлопали меня по плечам и разошлись. А у меня в голове поселился червячок сомнений и вопросов. И правда, почему я не в команде суперпуперов? Почему меня определили в группу подготовки для взрослых солдафонов? Действительно ли это из-за того, что мои способности недостаточно зрелищные и мощные? А может, дело в чем-то другом?

(Кэт в форме Щ.И.Т.а)

Глава 7 "Тучи на горизонте"

27 мая 4:30, место: Канада, ???

В кабинете обставленном вычурно, полном тяжелой резной мебели сделанной из настоящего дерева, потрескивал камин. Гладиусы и скутумы, спрятанные под стеклом витрин, поблескивали в свете огня камина. Хозяин же кабинета стоял, заложив руки за спину, и смотрел в окно. За стеклом окна занимался красно-оранжевый рассвет. Его было прекрасно видно в свете поднимающегося солнца, высокий мужчина, на вид, разменявший третий-четвертый десяток, с лицом отражающим абсолютную уверенность и терпение, присущие кому-то, кто может позволить себе неспешно выжидать. Огромный стол, обычно сияющий чистотой и пустотой был завален документами. Разнообразные папки, фотографии и досье равномерно покрывали лакированную деревянную поверхность.

Тяжелая деревянная дверь в кабинет со скрипом приоткрылась, впуская в теплый кабинет женщину с недовольным выражением лица и длинными красно-рыжими волосами, длинными настолько, что они почти касались пола. Она встала, скрестив руки и сверля спину мужчины недовольным взглядом. Хозяин же кабинета от такого убийственного взгляда даже не почесался, наблюдая в окно за птицами. Повисло молчание.

— Ты же знаешь, что на меня это не действует, дражайшая сестрица? — ехидно оскалился мужчина. не оборачиваясь.

— Ромулус! Ты опять грезишь Римской Империей? Прекрати! — возмущенно выдохнула женщина.

— Если тебе не нравится, можешь уйти, Рем.

— Будто ты просто так меня отпустишь...

Ромулус обернулся с тем же оскалом и крайне неприятным прищуром.

— Незаменимых нет.

Фыркнув, Рем развернулась на каблуках и покинула кабинет. Хозяин же кабинета хмыкнул, неспешно пройдя к рабочему столу, открыл ноутбук и нажал пару клавиш и несколько раз щелкнул мышью. Блокировка доступа Рем к базам данных завершилась. Ромулус прекрасно знал характер сестры, просчитать ход диалога и его завершение было не сложно.

— У меня есть все время мира, сестрица, пора бы привыкнуть, — проворчал он в пустоту кабинета.

27 мая 8:30, Нью-Йорк

Каких-то громких заданий нам не давали. Все самое зрелищное и пафосно-героическое было роздано ребятам в ярких понтовых костюмах. Наш же отряд, подразделение, или как это там называлось, отправили на штурм какого-то блестящего остеклением здания где-то в районе, не внушающем доверия. Это я, кстати, не про неблагополучный район сейчас говорю. Этот район был богатым, здания с квартирами премиум-класса, бассейнами на крышах и понтовыми кофейнями, где чашечка эспрессо стоит около десятки.

Стоим упакованные, я с баллистическим щитом и в страшном закрытом шлеме. Ребята проверяют автоматы и запас патронов. Мне же нужно удостовериться лишь в наличии и исправности шлема, ведь глаза и голова регенерируют дольше и тяжелее всего. Встряхнувшись, чтобы избавиться от бегающих по спине мурашек, взрыкнула.

— Готовность две минуты, — скомандовал Сэмюэль, командир отряда с позывным "Штырь", — Помним, сначала заходит граната, потом Кэт, и только за ней все остальные.

Привычных шуточек не раздалось. В основном, потому что опытные бойцы этих шуточек не знали, а мы, молодые идиоты, были настроены на работу, а не на юмор. Я взрыкнула еще раз.

Десантный мини-шаттл человек на двенадцать снизился и завис примерно в футе над землей. Бронированная дверь отъехала в сторону. Мой выход. С тихим всхрапом я спрыгнула, встретив удар асфальта подошвами тяжелых ботинок. Баллистический щит перекочевал со спины в руки. Встав между зданием и отрядом, ожидаю команды.

С крыши быстро, но аккуратно спускались ребята на тросах. Альпинисты, мать их. Вот тоже вечный вопрос. Зачем ломиться в окно? Ну не прыгают, обычно, злодеи из окон третьего этажа, особенно, если они люди, а не суперсолдаты. Альпинисты зависли по обе стороны от нужных окон.

Сэмюэль махнул рукой. Передвигая перед собой щит, я протиснулась через дверной проем на лестницу. Аккуратно прислушавшись и принюхавшись, взобралась по ступенькам и встала сбоку от двери в нужную квартиру. Опять ждать сигнала Сэмюэля.

— Выбивай, — послышался знакомый голос командира.

Ну, а я что? Встав напротив двери, примерилась и от души треснула тяжелым ботинком в дверной замок. С приятным хрустом дверь распахнулась внутрь.

— Всем мордой в пол, руки за голову, работает Щ.И.Т.! — проорала я вламываясь в загаженную квартирку и сразу же ловя несколько пуль щитом.

Вот ненавижу две вещи, расизм и мексикосов. Эти засранцы в майках типа "я бью свою жену и состою в картеле" и зататуированные всякими черепушками, слезами и молитвами на испанском будто не услышали инструкций к задержанию. Пальба стала активнее. Пробития нет, пока.

Так, а что делать-то? Парни не могут пройти из-за того, что я проход своей тушкой и щитом загородила. Ладно, плюсы тоже есть, мексиканские пули в них не попадают. Надо что-то придумать...

Погодите-ка...я же не боюсь простреленной бочины, мне уже и лезвие в бошку втыкали и ребро выдирали. Идея есть, но это будет больно...

Перехватив баллистический щит одной рукой, швырнула его в мексикосов, обходивших меня справа, сама же прыгнула на тех, кто заходил слева. Когти прорезали тактические перчатки и врезались в тела бойцов картеля. Достаточно быстро это сделать не получилось, парочка лишних дырок в моей тушке все-таки появилась. Больно то как, ух. Ну ничего. По какой-то причине последнее время боль у меня вызывает не паралич всего, а стойкое желание порвать и погрызть всех вокруг. Кто я такая, чтобы не позволять себе пристукнуть парочку бандитов? Правильно.

Топот за спиной возвестил о том, что остальные бойцы из штурмового отряда наконец-то смогли преодолеть дверной проем. Хлопки же выстрелов возвестили о том, что картельные бойцы скоро окончат свое существование на этой бренной земле.

— Кэт ранена! Медика...— начал было один из опытных.

— А, не парься, это же Кэт, — отмахнулся Сэмюэль, — Она и не такое переживет. Правда, Кэт?

Я встала и отошла от растерзанных мексикосов, отряхивая перчатки.

— А вот сейчас упаду и буду изображать умирающего лебедя, — хмыкнула я, наблюдая как, выталкиваемые регенерацией пули падают на пол.

— Это было как-то слишком легко, — почесал затылок один из таких же новичков, как я.

— Это потому что на тренировках нас мучили всякими сложностями, — поднял палец Сэмюэль, — А тут миссия, как в самом начале нашего обучения.

Облокотившись о подоконник, я вздохнула, наслаждаясь ушедшей болью и замерла. Шерсть, перегар, кровь...и звериная вонь.

Хорошо, что шлем скрывает мое лицо. Медленно-медленно я повернула голову и взглянула на улицу. На крыше здания через улицу стоял тот самый мутант, с которым мы махались в моей, уже бывшей, школе. Саблезубый. Это прозвище отпечаталось в моем мозгу намертво.

Заметив мой взгляд, он оскалился и отсалютовал. Меня аж передернуло. Пожалуйста, не иди сюда...ну пожалуйста.

Будто услышав мои мысленный мольбы, Саблезубый принялся уходить с крыши.

27 мая 10:30, Нью-Йорк

В небольшой кофейне, хозяин которой не задавал вопросов, сидели двое. Опасности того, что кто-либо из случайных посетителей сюда зайдет не было. Вывеска на входной двери была повернута стороной с надписью "Закрыто". Одной из парочки была сексапильная брюнетка в офисном прикиде и очках. Вторым же был звероватого вида мужчина в потертых джинсах, белой растянутой майке и пальто с меховым воротником. Тот самый, что так заставил Кэт понервничать.

— Рейвен, ты меня пригласила потому что соскучилась? Или потому, что Магнето что-то опять нужно? Я вообще-то занят, — Саблезубый с неприязнью опустил взгляд на чашку кофе с дурацким рисунком на пенке.

— Давай без своего обычного нахальства, Виктор, — Рейвен чуть закатила глаза раздраженно и аккуратно сняла очки, — Ты ведь в курсе, что твое нападение на ту школу спутало планы Магнето?

— У меня были причины.

— Упоение насилием - это не причина.

— Ты пришла мне мозги трахать? — огрызнулся Виктор с силой опустив чашку на стол, да так, что почти все содержимое выплеснулось.

— Во-первых, успокойся, — Рейвен подняла свои бумаги со стола, спасая их от растекающегося пятна кофе, — А во-вторых, что тебе известно о некой Кэт?

— А можно как-то поконкретнее? — Виктор недовольно откинулся на спинку стула.

— А, ну да, — Рейвен извлекла из папки фотографию, — Вот, это та самая девчонка, которую ты чуть не убил в той школе...кстати, почему не прикончил?

Виктор прищурился, разглядывая фото и абсолютно игнорируя вопросы.

— Это моя, — наконец ответил Виктор, пряча фотографию за пазуху пальто.

— Твоя кто? — раздраженно спросила Рейвен, — Девушка? Любовница?

— Что? Ревнуешь? — оскалился Виктор, — А кто променял меня на место в кроватке у старого магнита?

— Ты все-еще обижаешься?

— Я? О! Мне насрать, — он усмехнулся, — Ну так что нужно Магнето?

— Он хочет, чтобы эта малышка присоединилась к Братству мутантов.

— Охохо, есть же ты, великий дипломат, — ехидно склонил голову на бок Виктор.

— Она меня учуяла и напала, — Рейвен нахмурилась, — Подозреваю, что больше не подпустит.

— И ты хочешь, чтобы я тебя прикрыл...— прищурился Виктор.

— Ну, очевидно, что сам ты с ней не договоришься.

— Спорно. Может и договорюсь.

— Ты ее чуть не убил!

— Бывает...

Глава 8 "Внезапная встреча"

28 мая 10:00, Нью-Йорк

Жить - хорошо, а хорошо жить - еще лучше. А все почему? А все потому что мне заплатили и отпустили гулять. Как же хорошо гулять по Нью-Йорку, когда в кармане пачка денег и никуда торопиться не нужно. Откуда такое особое отношение? Так ведь раненым бойцам положены выплаты и отпуск. Хе-хе. Ну, технически, мне не нужна реабилитация и время на восстановление, на мне в течение получаса даже шрамов не осталось. Однако же, правила есть правила. Вот, гуляю по Нью-Йорку.

Кстати, надо купить себе новую кофточку...и кеды...и штаны...а то после постоянных махачей с недоброжелателями у меня из одежды только рваные джинсы и форменная футболка Щ.И.Т.а. Так, куда бы зайти? Ну, в магазинчиках модной одежки моих размеров точно нет. Кто в здравом уме будет делать женскую обувь сорок третьего размера и платья в размере Хэ Эл? Поэтому, пройдя мимо красивых витрин с летними платьями...блин, хочу такое! Розовое! С цветочками и чтобы оно не напоминало чехол на старушку.

— Добро пожаловать в наш магазин для охоты и...ооой, — улыбчивый продавец, начавший стандартное приветствие, слегка запнулся, подняв глаза на вход.

— Шмотки есть?

— Аэээ...да.

— Икс-эль?

— Да...

— Шикарррно, — я довольно оскалилась.

Да, мне сегодня везет. Первый же магазин и сразу же есть то, что мне нужно. Черт возьми, тут даже есть нужные размеры! О, а как же хороши непромокаемые ботинки! Ох, а эти плотные джинсы с защитой от цепной пилы! Е-мое, да это же просто лучший магазин, что я видела!

Ладно, из минусов - цены кусаются. Но вы вообще видели эти непромокаемые говнодавы? Ох, мать! В этот момент, могу поспорить на баксов двести, в моих глазах читалось "ХОЧУ". Продавец, видимо, запереживал, что я решила его ограбить. Или его напрягает моя морда. Вообще, если честно, то морда и правда вполне себе напрягающая. Такая...очевидно-мутантская хлеборезка нежного душегуба.

— Дядь, сорок третий есть?

— Есть...

— Беру.

Как я так беру без примерки? Просто большие размеры обуви, обычно, совпадают у всех брендов. Видимо, тайный заговор производителей обуви пожалел большеногих. Осталось только заплатить и можно с чистой совестью идти жрать бургеры...и картошку с экстра-сырным соусом. Может еще на колу хватит.

Как оказалось, тратить собственноручно заработанные деньги - очень приятно. Наконец-то я могу себе позволить то, что я хочу, не оглядываясь на маму и на счета за электричество. Да, работа на Щ.И.Т. - это афигенно.

Выйдя из магазина, я уже подсчитывала, сколько порций картошки и гамбургеров я хочу купить, как мое внимание привлек репортаж на экране выставленных на продаже теликов. Какой-то репортаж с какого-то толи саммита, толи просто дебатов. Какая-то рыжая баба в якобы строгом костюмчике вещала про права мутантов. Погодите-ка...я ее, вроде бы, видела. По-моему, она была среди ребят в костюмах с буквой "Хэ". Да, меня еще помятый небритый мужик с лезвиями из рук пытался отпинать. Помню-помню.

Фыркнув, прислушалась. Врет как дышит. Ишь ты. Безопасность, контроль способностей, тоже люди.

— Гамадрила своего сначала угомоните, чтобы не кидался кромсать нормальных людей...— проворчала я раздраженно, потирая подбородок, куда в прошлый раз воткнулись железные когти того мудилы.

Внезапно я почувствовала чью-то теплую когтистую лапищу сзади на шее. Рука эта держала не больно, но крепко.

— О, вижу, с шавками лысого колясочника ты познакомилась, — послышался до боли знакомый голос с рычащими нотками.

Я замерла в ужасе. Только не опять. В прошлый раз это было очень больно.

— А что такое? Причина мокрых штанишек, детеныш? — почти промурчал мой кошмар.

—...что? — пробормотала я еле слышно.

— Да так, — он слегка выпустил когти, еще не больно, но ощутимо, будто предупреждение, — Как можно пройти мимо такого перспективного мутантика?

— Я в Щ.И.Т.е, — неуверенно напомнила я.

— Я видел, как ты давила мексикосов, — хмыкнул он, — Хорошо тебя натаскали, Кэт.

Я вздрогнула. Откуда он знает мое имя? Что еще он обо мне знает?

— Есть разговор, — продолжал он свой монолог, — Пройдем…в менее людное место. А?

И, не дожидаясь моего ответа, силой потащил меня куда-то. Черт, и что же делать? Начну вырываться - сломает мне шею и все-равно утащит, пока регенирирую, но при этом во время наших вопросов может задеть обычных людей, у которых регенерации нет.

— К-какой...— дрожащим голосом спросила я.

— Важный, пошли, — с нажимом ответил он.

И я пошла. Глупо? Абсолютно по-идиотски, знаю. Однако, как я уже сказала, шея моя, как и спинной мозг, сейчас в очень уязвимом положении. Регенерация с порванным спинным мозгом справится, однако это время, которое мой кошмар мне не даст. При параличе из-за сломанной шеи я не смогу даже защищаться.

Шли мы в молчании. Когтистая лапища сзади на шее направляла мое движение. Свернули в проулок, прошли по другой, менее людной улице, свернули еще раз. Через некоторое время мы вышли к пустой задрипанной кафешке. Дешманские пластиковые столы и стулья, ублюдские пляжные зонтики, раскрашенные под рекламу кока-колы и грязный холодильник для напитков. Честное слово, будто дешевое пляжное кафе, где папаша готовит, мамаша стоит за кассой, а вся свора детворы моет посуду и разносит еду.

Меня толкнули на один из поцарапанных пластиковых стульев. Как там этого мужика звали? Вроде, перед тем, как отпинать меня в школе, он представлялся...как там его? Мамонт? Неандертал? Саблезубый? Да, Саблезубый.

— Так-с, — Саблезубый уселся на второй пластиковый стул и, потянувшись, достал из холодильника алюминиевую банку пива, — Нам надо поговорить...

Я поджала губы и уставилась на то, как он вскрывает банку своими когтями. Почему-то было ясно на каком-то подсознательном первобытном уровне, что смотреть в глаза - плохая идея.

— Что, даже не спросишь ни о чем? — Саблезубый шумно отхлебнул из банки, — Имей ввиду, у нас около получаса прежде, чем эта синяя сучка явится...

Я вздохнула, обдумывая его слова. О ком он вообще? Зачем он меня сюда притащил?

— Зачем...— начала я.

— Не слышу. Громче.

— Зачем была та драка в школе? — уже громче повторила я.

Саблезубый хмыкнул и тряхнул нечесаной гривой.

— Захотелось.

— И все? — удивление было очевидно в моем голосе.

— Хах, скоро ты придешь к тому, что это достаточная причина, чтобы что-то сделать, детеныш, — хмыкнул Саблезубый, шумно отхлебывая опять.

— Почему не добил?

Тут пришла очередь Саблезубого задуматься, гипнотизируя кошачьими глазами подранную когтями банку. Что-то мне не нравится эта его задумчивость.

—...у тебя мутация пробудилась окончательно, когда я уже собирался тебя добить, — как-то очень серьезно и тихо ответил он, — Ты же уже заметила, что каждый человек имеет свой запах?

— Да...— пробормотала я, вспоминая тот случай, когда какая-то хрень попыталась имитировать мою маму.

— При полном пробуждении мутации запах, бывает, меняется...

— Я как-то особенно воняю? — попыталась отшутиться я.

— Можно и так сказать, детеныш, — хмыкнул Саблезубый в ответ.

— Почему ты зовешь меня "детеныш"?

Ответом мне послужил тяжелый вздох.

— Ладно, глупый вопрос...— поежилась я, — ...забудем.

Он фыркнул и кивнул. Я набрала воздуха. уже готовясь задать очередной вопрос.

—...а...

— Тихо, — прервал меня Саблезубый и потянулся за следующей банкой пива, достал две, одну швырнул мне.

В воздухе разлился уже знакомый запах, вызывающий легкое недовольство, а то и злость. Так пахла та, пытавшаяся имитировать мою мать, тварь. Я чуть прищурилась, шумно выдыхая сквозь плотно сжатые клыки. Запах доносился из-за поворота в очередной проулок, заставленный переполненными мусорными баками. Сначала появился запах, а потом, спустя секунды три, раздалось цоканье каблучков. Неспешное такое, будто фифа ступает, наслаждаясь чувством собственной важности.

Заметив мою реакцию Саблезуб рыкнул на меня, будто говоря "ну-ка ша!". Вставшая дыбом на затылке шерсть чуть улеглась, а мой собственный рык, так и остался тугим комком недовольного клокотания где-то под ребрами. Это не было успокоением в привычном смысле этого слова. Это была команда вожака. Мать моя женщина...это, получается, мне моя мутация ТАК по мозгам дает? А весь табун Щ.И.Т.овских психологов и психоаналитиков на предмет жестокости меня мучил. Не туда копали, оказывается. Совсем не туда.

Из-за поворота вышла шикарная дама. Даже мне видно. Черно-белое платье обтягивало фигуру модели из журнала мод, точнее такими фигурами обладали дамочки из журнала, рекламирующего нижнее белье. Стыдно признаться, но была в моей жизни полоса жизни, когда я разглядывала такие журналы, в надежде, что когда-нибудь стану такой же красивой. Темные очки закрывали почти половину ее лица, а шляпа с огромными полями добавляли элегантности и дороговизны ее образу. Самому лицу тетки было лет эдак тридцать, но не просто какие-то усталые тридцать лет, а те красивые тридцать лет, какие бывают у очень богатых женщин, либо актрис.

Царственным, полным самолюбования движением женщина сняла солнечные очки, уставившись внимательным взглядом на меня и Саблезуба. Этот взгляд раздражал.

28 мая 10:40, Нью-Йорк

Рейвен Даркхольм решительно не нравилось место, выбранное Кридом. Какой-то заплеванный и грязный закуток в не очень хорошем районе. Возникла даже мысль, что не зря она тогда разошлась с ним.

Выйдя из-за угла, она действительно увидела как самого Крида, так и юную мутантшу по имени Кэт. Сходство между этими двумя было поразительным. По фотографии в свистнутом из архивов досье на Кэт этого было незаметно, однако...Сходство заключалось не только в лохматой светлой гриве волос и прочих сходствах колера и черт лица, нет. Поражала своим сходством манера себя вести. Хищные напряженные движения, напоминающие координацию тигра или другой дикой кошки. Даже несмотря на то, что, по сравнению с Кридом, Кэт выглядела неуклюжей и как-то по-детски гиперактивной, сходство было поразительным. А этот характерный фырк? Рейвен заметила. Примерно так же фыркает Крид, когда ему не нравится запах.

Рейвен присела на один из пластиковых стульев, поправила подол, уложила сумочку на коленях. И все это под бурлящим неприязнью взглядом Кэт. Вот же…Хорошо хоть Крид рядом сидит и не позволяет Кэт совершить бросок. Хоть Рейвен и могла похвастаться огромным опытом в рукопашном бою, но вот против всяких диких звероподобных мутантов с непонятно какой бурей гормонов в башке она выходить не любила.

Кэт, не прерывая зрительного контакта, медленно поднесла алюминиевую банку пива к своему лицу и резким броском впилась прямо в бок банки. Пиво с громким шипением вырвалось из банки небольшим фонтаном. Сплюнув откусанный алюминий, мутантша отхлебнула из образовавшейся в банке дыры.

— Мне кажется, вы меня недолюбливаете, — начала Рейвен.

— А за каким чертом тебя любить? — Кэт фыркнула, опасливо косясь на Виктора, — Ты обосралась, когда попыталась изобразить мою мать. Я, по твоему, совсем тупая и не отличу?

— Произошло недопонима...— начала было Даркхольм голосом как у какой-нибудь властной, но мягкой учительницы, который она всегда использовала дабы успокоить и склонить на свою сторону с недоверчивыми мутантами-подростками.

Кэт просто зарычала, довольно громко и зло. Глухой, глубоко-грудной звук отдавался дрожью где-то в позвоночнике, выжимая холодный пот.

Быстрее всех среагировал Виктор. Отозвавшись еще более мощным рыком, здоровенной когтистой лапищей он впечатал Кэт лицом в пластиковый стол. Стол треснул, но выстоял. Кэт же замолчала, чувствуя крепкую хватку на затылке.

— Знаешь, Мистик...— прорычал Виктор, щурясь, — Это правда просчет с твоей стороны. Я бы тоже за такое хотел убить.