S-T-I-K-S Траппер

Глава 1

Глава первая

На улице стояла жара, солнце припекало так, что асфальт плавился. Он шёл по узкому тротуару, что называется, куда глаза глядят. Впрочем, примерно так всё и было. В самом деле, какая разница, куда ты идёшь.

Это был относительно молодой парень лет двадцати трёх или двадцати пяти, ростом чуть выше среднего, худощавый, но жилистый. Руки его были привычны к тяжёлой работе, хотя одежда выдавала сотрудника офиса. Лицо имело тонкие черты, глаза равнодушно смотрели вдаль, а ещё на нём навсегда застыла злобная гримаса. Во взгляде его отражалась ненависть ко всему миру. Тонкие губы стиснуты, словно готовясь сказать ругательство. Звали его Егор.

Вообще-то, подобное состояние было для этого человека обычным явлением, он, что называется, в депрессии жил всегда. Но конкретно сейчас у этого были веские причины. Точнее, одна причина. Сегодня его выперли с работы. В кои-то веки он устроился на нормальную работу. Не грузчиком на склад, не рабочим в автосервис и не плотником-бетонщиком на стройку, а на нормальную интеллектуальную работу, для которой, собственно, вопреки всем входящим факторам, заканчивал университет.

Нельзя сказать, что работа в банке была пределом мечтаний, но всё же приличная зарплата, социальный статус и, наконец, отсутствие запредельных нагрузок, - это куда лучше, чем сомнительная карьера работяги. Увы, Банк некрупный, дела иногда идут так себе, а потому приходится кем-то жертвовать. А на примете как раз подходящий кандидат, у которого испытательный срок ещё не вышел. Его выставили за дверь, а обязанности распределили между другими сотрудниками, не повысив зарплату ни на копейку. Как известно, чтобы корова давала больше молока и меньше ела, её нужно реже кормить и чаще доить. Так и с рабочими.

Будь у него какой-нибудь хороший друг, то непременно подбодрил бы его, мол, ничего страшного, бывает, ты ещё молод, не нужно отчаиваться, место в жизни найдёшь. Но, увы, друзей у него не было. Вообще никого не было, кому он мог бы пожаловаться. А теперь ещё нет денег. Если скромно питаться, хватит на неделю, вот только через неделю нужно платить за жильё. Придётся что-то решать, он сам скорее удавится, чем вернётся в квартиру матери. Не хочется ему туда, никогда не хотелось, вот и свалил, едва закончив школу.

Хорошо хоть отчима-уголовника наконец надёжно закрыли, на целых девять лет строгого, вернётся нескоро. Этого типа Егор ненавидел особо. Вечно пьяный, в грош не ставивший мать (впрочем, заслуженно), весь в наколках, он постоянно пытался привить подростку блатные понятия, он которых того откровенно тошнило. Родного отца он не помнил, но и тот, судя по всему, хорошим человеком не был, вряд ли нормальный человек умрёт в двадцать восемь лет от цирроза печени. Уже лет с четырнадцати он старался как можно меньше времени проводить дома. Пытался забыться в чтении, занимался спортом, путь и не особо успешно, просто гулял по улицам. Странно, но при такой обстановке дома, у него находились силы, чтобы нормально учиться. Вот позади школа, а за ней и университет. Диплом на руках, а дальше… Вот так.

Казалось, сама судьба делает всё, чтобы как можно сильнее разозлить этого человека, всю свою недолгую жизнь он был нелюдимым, сторонился общества и чувствовал себя комфортно исключительно в компании самого себя. В школе над ним посмеивались, поскольку одевался бедно, не имел модных гаджетов, да и общаться со сверстниками толком не умел. Правда, при этом и объектом травли никогда не становился, неутихающая ненависть ко всему миру временами приносила пользу. Дрался страшно, не обращая внимания на силу противника, будучи избитым в мясо, каждый раз поднимался и снова бросался в бой. Его даже к психиатру водили, правда, быстро разобрались, что парень абсолютно инертен и, если его не трогать, мухи не обидит. Да и окружающим это стало понятно, очень скоро даже старшеклассники стали его сторониться.

Пекло было в самом разгаре, даже просторная белая рубаха не защищала тело от палящих солнечных лучей. Некоторое облегчение подарила тень от деревьев, Егор остановился и огляделся. Окраина города, несколько полос лесопосадок, за ними автопарк, а дальше свалка. Он сам не заметил, как прошёл половину города. Словно только что проснувшись, он поморгал глазами и остановился.

Идти было некуда, просто некуда, создавалось впечатление, что окружающий мир просто пропал для него. Или и в самом деле пропал? Нет, он потряс головой, прогоняя наваждение. Сейчас вернётся домой, хорошо выспится, а завтра пойдёт искать работу. Всё равно, какую. Руки у него есть, не пропадёт. Может, найдётся работа с проживанием или… Да хоть что.

Тропинка пошла под уклон, здесь было безлюдно, что несказанно радовало. Хотя нет, пройдя между деревьями метров пятьдесят, он разглядел двух крепко поддатых мужиков, что сидели на стволе поваленного дерева и догонялись пивом. Пьяниц он терпеть не мог, а потому предпочёл смотреть в другую сторону. Впрочем, они сами напомнили о себе, устроили какую-то ругань на тему неприятного запаха. Один стал обвинять другого, тот возмутился, словом, дело шло к драке.

Тут до него дошло, что в словах пьяных дегенератов есть зерно истины. В воздухе запахло какой-то отвратительной гадостью, словно бы кислотой. Егор сразу подумал про свалку, но до неё было ещё километра три, да и ветер дул в ту сторону. Зажимая нос, он попытался отойти подальше от этого места, но понял, что это бесполезно. Теперь уже не только нос ощущал адскую вонь, глаза тоже разглядели зеленоватый туман, висевший в воздухе. Это уже было слишком. Егор развернулся и побежал, стараясь как можно скорее покинуть облако ядовитых паров. В том, что они ядовиты, он не сомневался.

Казалось, стоит отбежать метров на сто, как он выйдет на открытое пространство, а там уже ветер в помощь. Увы, пробежать он смог всего метров десять, после чего, споткнувшись, упал на голую землю. Правда, бежать уже не имело смысла, мерзкий запах постепенно выветривался.

Встав на ноги, он, как смог, отряхнул штаны, потом осмотрелся по сторонам. Надо же, потерял ориентацию, вышел не там, где заходил. Там была узкая асфальтовая дорожка, что переходила в простую тропу, петлявшую между деревьями. Здесь же в наличии была только плотная земля. А дальше…

Пришлось помотать головой, прогоняя наваждение. Бред какой-то. Впереди стояла пристань, настоящая, на реке. И пусть река отчего-то значительно обмелела, оставив примерно треть воды от первоначального объёма, главного это не меняло. Реки здесь не было никогда. Та, что протекает на другой окраине города, зашита в бетон и никаких пристаней там нет, даже пляжа нет.

На полном основании заподозрив у себя проблемы с психикой, он стал медленно пятиться назад. Надо бы уточнить у местных, что это за территория. Вот только на пристани никого не было видно, а самыми близкими живыми людьми были те два алкаша, что, кажется до сих пор ругаются, сидя на бревне.

Поневоле пришлось идти к ним. Собрав волю в кулак и напрягая до предела свои способности к коммуникации, Егор подошёл к парочке и вежливо обратился:

- Мужики, не поможете?

Оба посмотрели на него, их конфликт уже себя исчерпал, но настроение у обоих было неважным.

- Что не так? – спросил один, с большой гривой волос, наполовину седых, и пышными усами.

- Я заблудился, - честно признался Егор, - местность не узнаю.

- Аааа… - протянул второй, чуть моложе, небритый и с солидным пузом, - чего не так-то? Местность как местность.

- Ну, там река какая-то?

Они некоторое время молчали, потом усатый важно заметил:

- Гонишь ты, парень. Река она… там вон, в другой стороне, а тут только деревья, а потом автопарк.

- Молодёжь, - презрительно скривился второй, - накурятся всякого дерьма, а потом им мерещится…

- Может, там трубу какую прорвало? – усатый был чуть трезвее и пытался строить предположения.

- Да нет же, река настоящая, там даже пристань есть, - Егор понимал, что выглядит глупо, пытаясь им что-то доказывать, но иного выхода не видел.

- Пошли, посмотрим, - вдруг решился толстый. – Вдруг правда что-то прорвало, а мы тут и не знаем.

Оба с явной неохотой встали с бревна и направились вслед за ним. Выйдя на открытое место оба впали в ступор.

- Слышь, Лёха, - пробормотал толстый, испуганно озираясь, - водка, по ходу, палёная была, мы где вообще?

- Да хер его знает, - ответил толстый, - я вообще такого места не помню.

- И я тоже, - подтвердил Егор, - шёл через лесок, за которым автопарк и свалка, вы там сидели, я назад повернул, а тут…

- Значит, не глюки, - заключил толстый, на глазах трезвея, - чует моя жопа нехорошее.

- Она у тебя вечно что-то чует, - отмахнулся Лёха, - пошли, посмотрим, может, встретим кого, спросим.

Глотнув ещё пива для храбрости, они направились к небольшому вагончику, что примыкал к пристани. Внутри никого не оказалось, более того, немногочисленная мебель была перевёрнута, стул сломан, а небольшое окно выбито. На осколках стекла остались следы крови.

Поняв, что происходит что-то совсем уж непонятное и пугающее, все трое сообразили достать телефоны.

- Связи нет, - выдал толстый и вопросительно посмотрел на остальных.

Связи действительно не было, никакой. Этот факт поверг всех в уныние. Егор предложил было отправиться дальше, поискать людей и попросить помощи. Однако два товарища по несчастью отчего-то не поддержали его порыв, вместо этого толстый достал из пакета очередную полторашку, открыл её и, сделав хороший глоток, передал товарищу.

Поняв, что с ними каши не сваришь, Егор вышел наружу и попробовал хоть как-то сориентироваться. То, что он видел перед собой, наводило на странные мысли. Вот река, вот линия берега с узкой полосой песка. Дальше илистое дно, а сама вода протекает только в центре. Дно ещё сырое, это говорит о том, что река обмелела совсем недавно и сразу. Как такое возможно? Вариант один: где-то ниже по течению находится плотина, там открыли шлюзы или просто её взорвали. И снова странности, ни на одной реке в радиусе нескольких сот километров плотин не было. Да и смысл на такой переплюйке ставить плотину? Мини-ГЭС? Бред какой-то.

Он отошёл от реки, в траве были натоптаны едва заметные тропы, прошёл метров сто в одну сторону, потом вернулся, пошёл в другую. Ничего и никого, солидных размеров город просто пропал. Снова вернувшись к пристани, он присел на корточки и задумался. Рационального объяснения происходящему он не видел, спросить не у кого, два алкаша в вагончике знают не больше, чем он. А если нерациональное? Магия? Портал в иной мир? Допустим. Он пошёл вперёд, потом назад, в этот момент открылся портал, он провалился в иную реальность. Версия при всей своей фантастичности смотрелась логично.

Тут из вагончика раздались крики, Лёха и его толстый товарищ опять ссорились. Вспомнив о них, Егор понял, что его идея несостоятельна. Допустим, он попал в иной мир, ну, или телепортировался в пределах мира своего. А они? Они-то ведь на месте сидели. Версия, что портал поглотил не только его, но и кусок окружающего мира, смотрелась совсем уж надуманной. Опять же, какие порталы, какой перенос, какая фантастика? Мир материален и объясняется с точки зрения законов физики, если он здесь и сейчас логичного объяснения не придумал, это не значит, что его нет.

Так он просидел ещё минут сорок, мужики в вагончике на время умолкли, а он всё ещё пытался придумать, как быть дальше. Час назад его волновал вопрос работы и денег, но стоило только попасть в аномалию, как он забыл обо всех горестях.

В вагончике снова разразилась ругань. Только в этот раз намного громче, а слова стали совершенно неразборчивыми. А ведь выпили они немного, полторашка пива, пусть и крепкого. Или там ещё водка нашлась? Неважно, но процесс ругани явно переходил в драку.

Тяжело вздохнув, Егор поднялся и пошёл в вагончик, намереваясь их разнимать. Ему было противно до омерзения, но логика подсказывала, что убийство или телесные повреждения в такой ситуации на пользу не пойдут, а это, как ни крути, единственные люди в округе.

Войдя в дверь, он застал удручающую картину. Оба мужика, словно обезумев, ходили кругами, порываясь атаковать друг друга. Лёха при этом вовсе потерял человеческий облик и вместо слов издавал страшное урчание, толстый ещё отдалённо напоминал человека, с его губ срывались глухие невнятные ругательства, в руке он держал невесть откуда взятую монтировку.

Егор замер на пороге, драку нужно непременно растащить, да только очень уж страшно выглядят оба. В глазах не осталось ничего человеческого, словно не пиво они пили только что, а какой-то жуткий яд, воздействующий на психику.

Тут они, наконец, сцепились. Лёха ухватил собутыльника за рукав, дотянулся и впился зубами в плечо. Толстый взвыл, но, пользуясь преимуществом в массе, прижал противника к стене и смог сбросить с себя. Укус тем не менее достиг цели, Лёха успел вырвать кусок мяса вместе с тканью футболки.

Толстый зарычал, рухнул на противника сверху, окончательно придавив его своей тушей, а потом принялся лупить монтировкой по голове. Не сказать, что удары были очень сильными, он, похоже, плохо владел своим телом, но металл оказался прочнее кости. После нескольких ударов голова Лёхи треснула, по дощатому полу растеклось кровавое пятно, а следующие удары окончательно превратили голову в кровавое месиво.

Толстый остановился, бить было уже некого. Некоторое время он сидел на убитом противнике, издавая негромкое урчание, после чего, бросив монтировку, склонился над жертвой.

Егор слабонервным не был, но, увидев, как толстый убийца с громким чавканьем пожирает содержимое головы убитого, он с трудом сдержал тошноту. Спасло его то, что с утра он ничего не ел, кроме кружки кофе, что дали коллеги по бывшей работе.

Поняв, что единственный выход для него – это свалить отсюда как можно дальше, он начал медленно пятиться, но не посмотрел под ноги. Тут хватало всякого хлама, но именно в этот момент под ногу подвернулось жестяное ведро, которое упало с оглушительным грохотом.

Толстый мгновенно прекратил свою омерзительную трапезу, обернулся и посмотрел на новую жертву. Только так можно было истолковать его взгляд. В глазах не осталось ничего человеческого, это теперь кровожадная тварь, которая не откажется и от второго куска мяса.

Красться было бесполезно, Егор просто развернулся и побежал. Бегал он быстро, толстый точно не догонит. Хотя, теперь сложно сказать, это раньше человек его бы не догнал, а теперь того человека нет, а есть кровожадная тварь неизвестной природы, и её способности неведомы.

Ему повезло, толстый, хоть и переродился неведомо во что, быстрее не стал, выбежав наружу, он споткнулся и кубарем полетел в реку. Не в реку, конечно, а в месиво из песка и ила, зарывшись туда с головой. Выберется нескоро, к тому моменту, когда чудовище сможет продолжать погоню, Егор будет уже далеко.

Глава вторая

Дорогу он особо не выбирал, да уже и неважно, бежать следовало не «туда», а «отсюда», чем большее расстояние будет его отделять от спятившего убийцы, тем лучше. А потом он найдёт людей и всё им расскажет. Ему бояться нечего, он ни в чём не виноват.

Тем не менее, километра через три начало подводить дыхание. Со спортом он дружил, баскетбол, лыжи, футбол. Вот только тренировался последний раз лет пять назад. Хорошо хоть курить не начал. Остановившись, он огляделся и попытался найти хоть какой-то ориентир. Взгляд зацепился за крыши домов на горизонте. Дома солидные, этажей по шесть, вот только стоят среди деревьев. Какой-то жилой комплекс для богатых, чтобы, значит, подальше от городского смога? Вряд ли, это были обычные панельные дома и напоминали они что угодно, только не элитное жильё.

Тем не менее, там должен был кто-то жить, а значит, появится связь с внешним миром. Выбрав направление, Егор уже без спешки направился туда. Теперь, когда шок от увиденного прошёл, он больше внимания уделял окружающей действительности. А действительность несла в себе что-то неправильное. Вот он идёт по слабо накатанной грунтовой дороге. Выглядит она так, словно раз в неделю тут проезжает грузовик, от этого получились две неглубокие колеи, в которых не растёт трава. Но, стоило пройти метров триста, как колеи сменились асфальтом, не сказать, что новым, но всё же асфальтом.

Как это объяснить? Допустим, изначально асфальт был на всём протяжении дороги. Потом разрушился, а тут… А что тут? Так не бывает, чтобы везде он исчез, а в одном месте хорошо сохранился. К тому же граница асфальта на удивление ровная, словно ножом отрезана.

Дальнейший путь подкинул загадок, асфальт закончился метров через сто, и тоже выглядел так, словно его отрезали ножом, но теперь по диагонали. Оглядевшись, он заметил ещё несколько странностей. Все сводились к одному: в какой-то момент местность очень уж резко меняется. Вот поле с жухлой травой, а следом плотная лесопосадка, потом снова поле, и границы абсолютно ровные, как под линейку. Ландшафтный дизайнер-перфекционист поработал? Вряд ли, слишком масштабы солидные.

Дома приближались, но на пути его ждало ещё немало сюрпризов. Одним из них стали человеческие кости, скелетом это назвать нельзя, скелет предполагает хоть какую-то целостность, а здесь относительно целой была только грудная клетка, остальные же кости, включая череп, были разбросаны метров на шесть.

Егор остановился и осмотрел находку. Сказать нечего, он не эксперт-криминалист, из найденных костей может почерпнуть только самые общие сведения. Покойник, судя по черепу, был мужчиной, зубы плохие, явно уже немолодой, одет был в джинсы, от которых осталось несколько лоскутов, к ним прилагался добротный кожаный ремень. Лежит тут давно, от костей уже запаха почти не осталось и несколько зелёных мух летают над ними с явно разочарованным видом. Плоть полностью сгнила или… Детальный осмотр показал, что именно или. Плоть с этих костей исчезла почти сразу после смерти, на суставах были видны следы зубов, и Егор почти не сомневался, что зубы это человеческие. Думать о таком не хотелось, картинка, где один человек ест другого, в голову не лезла, да и технически это сложно. Вот только увиденное меньше часа назад в вагончике на пристани убеждало его в том, что всё именно так и произошло. Толстый? Вряд ли, тот не мог быть в двух местах одновременно. Отсюда следовал вывод, что где-то в окрестностях скрывается ещё один сумасшедший людоед.

Егор похлопал себя по карманам в поисках оружия. Ключ от квартиры явно не подходил, а больше там не было ничего. Перочинный нож он с собой не таскал, монтировка толстого людоеда так и осталась в вагончике, а из твёрдых предметов в наличии были только кости. Некоторые из них, например, бедренная, сгодились бы в качестве оружия, но брать их руками он не хотел.

Постояв несколько минут, он отправился дальше. Приближаться к домам хотелось всё меньше, инстинкт подсказывал, что ничего хорошего он там не найдёт. А идти было нужно, как минимум, вставал вопрос еды и воды. Он уже основательно устал, желудок упорно требует подкрепиться, а во рту основательно пересохло.

К домам он подошёл через час, ничего нового, обычные высотки, дворы закатаны в асфальт, присутствует детская площадка с горками и качелями, на первом этаже одного из домов небольшой магазинчик. И всё это ограничено прямыми линиями. Егор даже специально прошёлся вокруг, оказалось, что участок с домами имеет форму неправильного восьмиугольника, кусок городского ландшафта просто вырвало из города и воткнуло сюда, в голое поле. Какая неведомая сила это сделала, оставалось непонятным.

Некоторое время Егор стоял во дворе и раздумывал. Появилась мысль позвать на помощь, но её он тут же отмёл Логика подсказывала, что в странном месте должны водиться странные люди, а какие бывают у людей странности, он уже видел.

Взглядом поискал хоть какое-то оружие. Увы, но двор был чистым, а выломать урну не представлялось возможным. Только голые руки. Недалеко от детской площадки он разглядел висевшее на верёвке бельё. Кто в наше время так делает, дома ведь сушилки проще поставить? Ладно, это неважно, а важно то, что ткань ему пригодится.

Поскольку висевшие тряпки уже основательно покрылись пылью, искать хозяина было бесполезно, значит, можно воспользоваться. Сняв белую (а точнее, уже серую) простыню, он стал рвать её на полосы. Ткань поддавалась плохо, пришлось подобрать с земли крошечный осколок стекла и надрезать. Полученные полосы стал наматывать на ладони. Большой практический опыт, полученный в драках говорил о том, что при битье морд, страдают не только сами морды, но и кулаки, и страдают иной раз сильнее, чем избиваемая морда. В местности, где встречаются абсолютно невменяемые персонажи, которые, скорее всего, и боль не почувствуют, придётся бить от всей души, а сломанные руки – последнее, что ему сейчас нужно.

Намотав слабое подобие боксёрских перчаток, он направился к магазину. Нужно осмотреть и, если найдётся что-то полезное, обязательно прибрать себе.

Пластиковая дверь открылась легко, внутри стоял полумрак, но разглядеть окружающую обстановку было можно. Итак, магазин, продукты и немного хозтоваров. В холодильнике явно завелась плесень, а от мощной вони спасает только плотно закрытая крышка. Спасает, впрочем, не очень хорошо, в воздухе попахивает гнилью.

За прилавком стояла девушка-продавец. Стояла в каком-то ступоре, слегка покачиваясь назад и вперёд. Он успел обратить внимание, что она на грани дистрофии, руки тонкие, словно у узника концлагеря. И это в магазине, где полно продуктов.

- Вам помочь? – негромко спросил он.

Голова девушки медленно поднялась, лицо частично закрывала светлая прядь волос, но даже так стало понятно, что это уже не человек. Те же самые глаза, что у Толстого. Она - зомби, мёртвый людоед, существующий только затем, чтобы есть других людей.

- Не подходи, - предупредил Егор, - убью.

Угроза для мертвеца звучала смешно, она, с трудом вспомнив технику ходьбы, начала передвигать ноги. Тонкая, почти невесомая рука потянулась к добыче.

Шаг назад, отвести её руку в сторону, а потом ударить. Прямой в переносицу. Сделано всё было ювелирно, удар вышел неслабый, человек от такого не сразу опомнится. Увы, мертвячка человеком не была. От удара она упала на спину, но почти сразу начала вставать. Егор вздохнул, избивать это чудо-юдо никакого желания не было. Связать бы, да нечем. Склонившись, он несколько раз наотмашь ударил кулаком в висок. Кулак заныл, даже несмотря на несколько слоёв ткани. Но и кость черепа твари не выдержала, треснула, наружу вытекло немного густой тёмной жидкости, глаз выскочил и повис на ниточке сосуда. Готова.

Егор присел на стул и задумался. Это убийство? Вряд ли, она ведь уже была мертва. А следователь поверит? Впрочем, какой тут, к чертям, следователь, он хоть сейчас готов сдаваться полиции и каяться во всех грехах. Найти бы только эту полицию. Ещё вопрос: откуда кровь? У мертвецов она должна сворачиваться. А у этой течёт, хоть и слабо. Вообще, любая рана на голове даёт целую лужу крови, а тут череп расколот, а из него и полстакана не вытекло. Странно.

Он открыл холодильник и вытащил оттуда полтора литра Колы. Вопросы следовали один за другим. А отчего люди становятся такими? Многочисленные фильмы говорят о том, что зомби-вирус передаётся с укусом, как бешенство. На продавщице укусов не видно. Она просто стояла тут и превратилась в тварь. Толстый с Лёхой тоже никем не были покусаны. Лёха Толстого в процессе укусил, но непонятно, откуда заразился он сам.

Один стереотип всё же подтвердился: травма черепа надёжно успокаивает зомбаков. Насчёт других травм пока неясно, нужно экспериментировать. Ещё желательно не давать себя укусить, даже если вирус передаётся другим способом, раны от зубов мёртвой твари могут воспалиться, а лекарств под рукой нет.

Бутылка опустела уже наполовину, а жажда всё не проходила. Проклятая жара. Что дальше? Как минимум, стоит поесть, а потом попробовать обследовать пару квартир. Ценности его особо не волнуют, а вот оружие пригодится. Ну, или хоть какие-то предметы, которые можно использовать для защиты.

Для перекуса выбрал мясные чипсы, вскрывать консервы не стал, сушёное мясо со специями ещё сильнее обострило жажду. Бутылка опустела, он потянулся за новой. Насытившись, он тщательно обыскал помещение магазина. Нашёл большой нож, которым резали на куски сырные головы. Оружие хорошее, вот только ему больше подошёл бы молоток. Ладно, найдёт ещё, а пока надо идти.

Стоило ему открыть дверь, как на него бросился какой-то мужик. То, что это мужчина, хотя бы в своей основе, он понял исключительно по одежде. Мерзкая харя оплыла, подбородок заляпан чем-то тёмным, а воняло от него, как от трупа, что неделю лежал в деревенском сортире.

Неожиданным броском он смог сбить Егора с ног, но тот, прокатившись на спине, быстро вскочил и от души пырнул противника ножом. Нож вошёл на удивление легко, проткнув тушу мертвяка почти до позвоночника. Мертвяк икнул, но продолжил атаковать, ударом ноги Егор отбросил его к двери, а сам перепрыгнул через прилавок. Тут ему удалось рассмотреть противника подробнее. Мужчина, довольно молодой, одет прилично, вот только брюки разорваны на том самом месте и остатки их удерживаются исключительно за счёт ремня. Один ботинок где-то потерян, отчего походка неровная. Главным же было то, что в отличие от продавщицы, этот дистрофиком не был, у него и с весом всё в порядке, а вдобавок он отчего-то очень резвый и сильный. И даже нож, торчавший в потрохах, его не особо смущает.

Замедлившись на секунду, мертвяк снова прыгнул вперёд, стараясь перелезть через прилавок. Сильный удар стулом, от которого сам стул разлетелся в щепки, отбросил его назад. Новая попытка наткнулась на град ударов кулаками. Увы, в отличие от хилой девушки, этот монстр обладал на удивление крепкой головой. Удары отбрасывали его назад, но он продолжал атаковать.

Егор понял, что сидя в обороне, бой ему не выиграть. Пришлось перелезать обратно и вступать в борцовский поединок. Мертвяк был явно сильнее, но испытывал некоторые проблемы с координацией движений, да и нож в брюхе ему мешал. После нескольких попыток Егор смог повалить его, но не абы как, а с таким расчётом, чтобы сзади была батарея. Хорошая такая старая чугунная батарея, которую не сравнить с современными алюминиевыми радиаторами. От удара мертвяк особо не пострадал, но Егор тут же ухватил его за голову и ударил об угол батареи ещё дважды. Этого хватило, мертвяк скорчился на полу, дёрнулся несколько раз и затих.

Егор присел рядом и некоторое время восстанавливал дыхание. А надо бы собой заняться, хоть бегать по утрам, что-то ослабел совсем, дыхалка ни к чёрту, хоть и некурящий. Отдышавшись, он стал осматривать вторично мёртвого оппонента. Это уже не зомби, это уже мутант какой-то, или, скажем так, зомби пятого уровня. Что будет на десятом или даже пятидесятом, страшно представить. Ладно, это всё абстрактные умствования, информации у него по-прежнему никакой, кроме эмпирической.

Скривившись, Егор сам себе пересказал анекдот:

- Василий Иваныч, а что такое эмпирический опыт?

- Сейчас объясню, Петька, помнишь, что такое нюанс?

- Не надо, Василий Иваныч!!!

- Вот, Петька, это и есть эмпирический опыт.

А если серьёзно, то смешного в его положении мало. Он застрял неизвестно где, его атакуют жуткие твари, живых людей вокруг нет, помощи ждать неоткуда. Только и остаётся уповать на тот самый эмпирический опыт, а уже на его основе строить выводы, по частям воссоздавая картину мира. Итак, в наличии мертвяк, да не простой, а с сильными изменениями. Очень сильный и быстрый, хотя при жизни отнюдь не был спортсменом. Внешность сильно изменена, налицо деформация челюстей, но зубы всё ещё человеческие.

Что стало причиной изменений? И почему продавщица им не подверглась? Вывод напрашивается простой: она стояла посреди магазина и ничего не ела. Возможно, какие-то из продуктов ей пошли бы на пользу, но не хватило ума открыть холодильник. А с этим живчиком что? А этот успел кого-то сожрать, вон, подбородок в застарелой крови, из пасти воняет гнилым мясом, да и одежда насквозь пропитана засохшей кровью. Вывод? Твари эти жрут людей и от этого меняются. И, судя по активности, жрать они должны много.

Попутно, руководствуясь исключительно логикой, открыл тайну порванных штанов. Понятно, что, если некто, будь он жив или мёртв, принимает пищу, значит, должен и испражняться. Штаны этому препятствуют, а снять их – задача непростая, особенно для зомби.

После этих нехитрых размышлений, он снова потянулся к неработающему холодильнику. Жажда отчего-то мучила всё сильнее, хотя на улице, вроде бы, стало прохладнее. Отсюда он уйдёт, прихватит еды и продуктов, а потом пойдёт дальше.

Подкравшись к двери, он осторожно приоткрыл её и выглянул наружу. Тут же пришлось отпрянуть и закрыть дверь, а потом ещё и задвинуть щеколду. Ситуация усложнилась. За дверью его ждали зомбаки в количестве не менее десятка рыл. Зомбаки вялые, под стать продавщице, у двоих он заметил кровавые следы вокруг пасти, но с тем живчиком, что сейчас лежал на полу у батареи, им не сравниться.

Встал вопрос: что делать? Выход отсюда один, это он уже выяснил. Можно попробовать прорваться, твари вялые и тупые, они даже дверь за ручку открыть не догадались. Вот только шансов мало, задавят массой и покусают. Оружие? ну, допустим, оторвёт доску от прилавка. Так себе оружие, но лучше ножа. Опять же, для доски требуется размах, а твари стоят плотно. Можно привязать дверь, приоткрыть сантиметров на десять и тыкать свозь щель. Пробить деревяшкой череп не так просто. Вон, предыдущий несколько раз о батарею ударился, прежде, чем…

Егор наклонился и, преодолевая брезгливость, осмотрел череп упокоенного мертвяка. Странно, сама голова целая, а на затылке… что это? Какой-то уродливый нарост, вроде гриба-трутовика. И этот нарост он расплющил ударом. А мертвяк помер, в смысле, упоукоился. Ситуация стала ещё непонятнее.

Пытаясь придумать решение, снова прошёлся взглядом по полкам. Продукты ничем не порадовали, а вот хозтовары уже интереснее. Есть инструменты, но ему разве что отвёртка подойдёт. Выбрал самый длинный экземпляр и сунул в карман. Если ткнуть в глаз, можно пробить кость и повредить мозг. Если повезёт, можно ткнуть сзади в тот серый нарост.

Взгляд его остановился на бутылках с химикатами. Уже интереснее. Что тут у нас? Электролит, сколькитопроцентная серная кислота. Пригодится, дальше идёт ацетон, бензин и керосин. Мысли цеплялись одна за другую. Огонь-ожоги-победа. Боли твари не чувствуют, мозг поджарится далеко не сразу, огонь против них не особо поможет. С другой стороны, у них есть глаза и другие органы чувств. Их-то сжечь вполне реально. Да и тело движется за счёт мышц, стало быть, при хорошей температуре их прыть сильно снизится.

Выставив бутылки на стол, он стал думать. Облить тварей горючим он, наверное, сможет, следом бросить факел. А сам не сгорит? Крыльцо бетонное, дверь снаружи обита жестью, если и загорится, то не сразу.

Плюс кислота, её тоже как-то нужно использовать. Порывшись на полках, нашёл садовый распылитель. Пластик кислота разъест? Возможно, но на какое-то время его хватит. Не откладывая дело в долгий ящик, он открутил две крышки и принялся наливать электролит в баллон. Закрутил, попробовал. Работает.

Нашёл проволоку, привязал ручку двери с таким расчётом, чтобы открывалась на пятнадцать сантиметров. Сделав глубокий вдох, открыл. Сразу напротив стояли двое, оба совсем молодые, подростки лет пятнадцати или около того, им-то и досталась порция кислоты. Облака едкой дряни, вырываясь из распылителя, попадали им в глаза и рот, а они даже не моргали. Руки их вцепились в косяк, стараясь пропихнуть тело, но проволока пока держала. Один успел впиться зубами в руку, но спасла намотанная ткань. Решив, что с них достаточно, Егор отвёл руку назад и резко захлопнул дверь. С первого раза не получилось, помешали пальцы мертвяка, но смог их оторвать от косяка и тогда уже закрылся.

Тут же принялся разматывать ткань с руки. Электролит ядрёный, ткань расползалась на глазах. Сразу помыл руку минералкой, пока кожа не слезла. Итак, если всё прошло правильно, двое, стоящих впереди, сейчас ослепнут. Что это даёт? Ну, как минимум, выигрыш времени. При следующем открывании они среагируют не так быстро, и при этом будут стоять на прежнем месте и мешать другим. Теперь нужно подготовить следующую подлянку.

Просматривая всякую дрянь в интернете, он как-то раз увидел способ приготовления напалма в домашних условиях. Тогда это ему было без надобности, а теперь вспомнилось. И все компоненты есть. Ацетон в наличии, пенопласт оторвёт от холодильника, там его хватает, а бензин и керосин дополнят картину.

Для замеса выбрал пятилитровую флягу, предварительно вылив воду. Куски пенопласта растворил в ацетоне, добился нужной консистенции, а потом всё добро разбавил бензином. Запах стоял такой, что глаза резало, но теперь он был готов накрыть всех тварей скопом. Распылитель тут не подойдёт, смесь слишком густая, пришлось перелить в ведро, которое использовали для мытья полов.

Быстро проработал план. Итак, распахнуть дверь, если сделать это резко, передние отшатнутся, а те, что остались без глаз (как он надеялся), ещё и атаковать сразу не смогут. Облить всех скопом из ведра, следом бросить факел, а уже потом с помощью доски пробиваться наружу. Рассовал по карманам шоколадные батончики, двухлитровую бутылку воды повесил через плечо на полоске ткани, будет мешать при беге, но выбора нет, никакой сумки или рюкзака в наличии нет.

Подготовив ведро и факел, он некоторое время набирался смелости, после чего распахнул дверь. Задумка с кислотой удалась, передние стояли с вытекшими глазами и съеденной до мяса кожей, от удара двери они попятились назад, но так и не смогли обнаружить обидчика. А остальные не смогли дотянуться из-за их спин. Ведро вязкой жидкости окатило если не всех, то почти всех. Следом полетело само ведро и горящий факел.

Никаких особых добавок огнесмесь не содержала, горела чуть лучше обычного бензина, всё ещё преимущество состояло в липкости, попав на одежду тварей, она не стекала, а оставалась на месте, пока не сгорит.

Прорваться сразу не получилось, крыльцо оказалось объято огнём. Первый зомбак, охваченный пламенем с головы до ног, ввалился внутрь, но тут же упал от удара доской по затылку. Второго постигла та же участь, остальные из-за огня потеряли направление, теперь тыкались друг в друга, не соображая, куда идти.

Уловив просвет в море пламени, Егор кинулся вперёд. Два удара доской помогли отбросить ближайших врагов, после чего он большим прыжком перебрался к ним за спины. Победа?

Увы, оказалось, что это только малая часть того, что требовалось сделать. Те твари, что стояли на крыльце магазина, составляли только часть мёртвого воинства, а вокруг уже появлялись новые. И насчитывалось их немало. Не один десяток точно.

Тут уже никакие хитрости не помогут, просто не хватит времени на их реализацию. Спасение теперь только в быстром беге. Мертвяки были большей частью вялые, а потому увернуться от их объятий он смог. Одного, точнее, одну, немолодую женщину солидной комплекции, пришлось стукнуть доской, потому как путь закрывала. После этого, выбросив своё оружие, он бросился прочь. Бежал, не разбирая дороги, лишь бы подальше отсюда.

Глава третья

Бежал он долго, тут уже не до отдыха, главное – преодолеть расстояние побольше. Урок ему на будущее, где есть жильё, там много людей, а где много людей, там много зомби. Впредь подобные места лучше обходить стороной.

Солнце клонилось к закату, хотя сейчас лето, а часы показывали только семь часов вечера. Здесь другой часовой пояс? Очень может быть. Наконец, сообразив, что за ним никто не гонится, Егор позволил себе упасть и растянуться на траве. Бег дался нелегко, сердце стучало через раз, в голове плыло, а в груди разгоралась печь. Пить хотелось невыносимо. Бутылка с водой на некоторое время решила проблему, но минут через двадцать жажда накатила с новой силой.

Когда организм пришёл в себя, пусть и не до конца, пришло время думать. Местность вокруг была однообразной, всё те же поля, лесополосы, изредка переходившие в полноценный лес, куски дорог, заборы с остатками хозяйственных построек. В общем, пока тупик. Чтобы найти людей, нужно выйти к жилью, а в жилье его будут ждать твари. Люди вообще в этом мире есть?

Вопрос этот остался открытым, а ему пришлось искать место для ночлега. Таковое нашлось в виде автобуса, что стоял на куске асфальта в пятьдесят метров длиной. Автобус почти целый, внутри присутствует едва заметный запах гнили, но терпимо. Твари сюда не залезут, двери можно закрыть. Спать только неудобно, кресла для этого не предназначены. Пришлось нарвать травы, постелить на полу и улечься сверху. Поужинал он батончиками, при этом вода расходовалась с опасной скоростью, а жажда всё не проходила.

Стемнело быстро, лёжа в темноте, он пытался строить планы на завтра, но придумать ничего не смог. Сон сморил быстро, снилась какая-то ерунда, но и то хорошо, что без кошмаров.

Проснулся утром совершенно разбитый. Ломило суставы, мышцы были, словно ватные, жажда мучила так, словно неделю не пил, ещё и голова болела. Нехорошо, в таком состоянии он даже от одного вялого мертвяка не отобьётся. Позавтракав и допив остатки воды, он почувствовал себя немного лучше и решился продолжить путь.

Сначала забрался на крышу автобуса, чтобы осмотреть местность. Увиденное его обрадовало и огорчило одновременно. Причиной первого были постройки прямо по курсу. Отличное место, чтобы прятаться от опасности, при этом постройки явно нежилые, что предполагает отсутствие там полчищ зомби. А плохой новостью было то, что вчерашние твари, сколь бы тупыми они ни были, о нём не забыли, шли по следу словно ищейки, медленно, но верно. Сейчас до них было около километра, но расстояние сокращалось.

Торопиться он не стал, сомневался, что в теперешнем состоянии сможет повторить вчерашний забег, впрочем, это и не требовалось, достаточно идти быстрым шагом, они не догонят. Перед уходом решил обыскать автобус и не зря. Среди инструментов нашёлся молоток, большой, тяжёлый и на крепкой пластиковой ручке. Это уже не доска, таким череп пробить легко можно, даже замах особый не требуется.

Сунув инструмент за пояс, он отправился в путь. Предварительно обошёл несколько раз вокруг автобуса. Неизвестно, что там у мертвяков с нюхом, но стоит усложнить им задачу.

Идти было тяжело. Жажда наваливалась всё так же, а утолить её было нечем. Движения стали вялыми, мучила одышка и головная боль. Зато теперь, двигаясь медленно, он мог подмечать особенности рельефа, вот один участок, а вот граница, дальше второй, вот поле с подсолнухами разрезано по диагонали. Вот забор обрывается, а через сто метров продолжается, но уже не из досок, а из колючей проволоки на столбах.

Наконец, он добрёл до строений. Кажется, котельная, или ТЭЦ, хотя для ТЭЦ мелковата. Тут гора угля, чуть дальше наклонная хрень, где внутри должна быть транспортерная лента, по которой этот уголь доставляют к котлам. Вокруг ни души. Пока.

Оказавшись на территории, Егор медленно начал обследовать местность. Интересовала его в первую очередь вода, во вторую – инструменты, возможно, найдёт что-то лучше молотка.

И снова мелкая оплошность испортила всё дело. Стоило войти в раздевалку, где стояли шкафчики с одеждой рабочих, как нога зацепилась за какую-то железяку. Это оказалась стойка для обуви, которую он не разглядел в полумраке. Грохот разлетелся по всем помещениям, если здесь есть твари, они уже бегут сюда.

Твари нашлись, но в этот раз Егор обнаружил их раньше, чем они его. Но и твари были активные. Первый живчик, ворвавшись в помещение, получил молотком прямо в отвратительную оплывшую морду, второго он встретил уже в коридоре, стремясь поскорее выбраться на улицу. Драться было удобнее внутри, но отсутствие света сильно снижало его боеспособность. Этот монстр оказался крупнее первого и такой же бодрый. Убить его первым ударом не получилось, метил в голову, а попал в ключицу, кость под ударом сразу сломалась, но зомбак продолжал атаковать, пусть и с меньшей прытью.

Следующие два удара снова прошли мимо главной цели, а тварь, уже заработав несколько переломов, обхватила Егора руками и попыталась свалить. Вывернуться он не смог, в итоге оба навалились на окно, которое, не выдержав веса, раскололось, в результате чего оба вывалились на улицу.

Приземлился он удачно, на кучу угля. Неудачей было то, что основательно искалеченный мертвяк оказался сверху. Молоток остался в руке, теперь Егор пытался половчее его применить. Тут к противнику пришла подмога, неизвестно откуда появившийся второй мертвяк вцепился ему в предплечье зубами. Хватка оказалась не человеческой, так, наверное, бультерьеры кусают. Егор завыл от боли, а рука помимо его воли разжалась, роняя оружие.

Он не знал, обращаются ли люди от укуса, но хотелось верить, что нет. А ещё хотелось жить, очень хотелось. Окровавленной рукой он смог сбросить того что сверху, вывернулся, наполовину зарывшись в уголь, а потом просто упал. В глазах потемнело, а ноги отказались слушаться.

Однако, смерть всё не приходила. Почему? Твари передумали его есть? Или их кто-то спугнул? Когда в глазах появился свет, он слегка приподнял голову, и попробовал осмотреться. Оба его противника лежали рядом. Оба с пробитыми головами. А над ними возвышался мужик в камуфляже, в одной руке он держал подобие кирки, а в другой – нож, которым старательно ковырял затылки тварей.

- Очнулся? – спросил он, голос был хриплый и прокуренный. – Сильно тебя приложило, отдыхай пока.

- Что это было? – спросил Егор, приподнимаясь на локтях, в глазах плыло, голова раскалывалась от боли.

- Ну, мертвяки тебя порвали слегка, - прокомментировал спаситель, - я вот пришёл и их успокоил, теперь хабар собираю.

- Хабар? – Егор уже мало что понимал, слово было знакомым, но смысл его ускользал.

- Ну, спораны, твари как раз подросли, с них есть, что поиметь. Погоди, что это с тобой? Ты, никак, без живца загибаешься?

- Не понимаю, - признался Егор.

- Зато я всё понимаю, - мужик присел рядом и посмотрел на него. – Ты свежак.

Теперь и Егор смог разглядеть своего спасителя. Тот до боли напоминал отчима, словно брат-близнец. Небольшого роста, коренастый, лицо круглое с большой залысиной, щёки небритые. И тоже уголовник, пальцы с татуированными перстнями, на груди распахнута камуфляжная куртка, под ней виднеется татуировка псевдохристианской тематики.

- Давно ты здесь? – спросил он.

- Где?

- Да что ж ты тупой такой, - мужик ухмыльнулся, - здесь, в Улье. Когда ты почувствовал кислый запах, когда начались проблемы с дорогой, когда ты тварей увидел?

- Вчера, утром, точнее, после обеда.

- Странно, - мужик поморщился. – За сутки такого не будет. А много кластеров пересёк… ну, мест, где границы проходят, участков разных.

Егор задумался.

- Много, штук сто, наверно, я от тварей бежал, они меня в магазине зажали, отбиться не получалось.

- Ясно всё, ну, считай, тебе повезло, меня Сизый зовут, будем знакомы. Я как раз подельника ищу, со мной не пропадёшь.

Егору меньше всего хотелось быть чьим-то подельником, но единственный живой человек ему был необходим, как источник информации. Пока.

- Расскажи мне, где я?

- Хлебни для начала, - он протянул флягу, - без этого напитка здесь смерть, ты теперь крестник мой, для тебя не жалко.

Егор отхлебнул из фляги, вкус не понравился, какая-то химия, ещё спирт, но его совсем мало. Сделал три глотка. Как ни странно, но жажда прошла сразу, головная боль постепенно стала утихать, а дыхание успокаивалось.

- Чуешь? – Сизый улыбался всё шире. – Вот, это первое, чему научу, смотри и запоминай. Ты каких тварей видел?

- Вялых и бодрых, - сообщил Егор.

- Так вот, вялых можешь обходить стороной, от них пользы нет, только геморрой один, а бодрые, вроде этих, имеют нарост на затылке, вот он. Так вот…

Егор слушал и запоминал, состояние его уже было близко к нормальному, хотя продолжал всё так же лежать на угле. Итак, собеседник рассказывает ему про напиток, без которого не выжить. Состав вызывает отвращение, но придётся делать и пить. Рецепт простой, вода, немного алкоголя, шарик из нароста твари, растворить, процедить и употреблять внутрь. Местность тут оживлённая, есть места для охоты, в стороне город, точнее, сборная солянка из частей разных городов, весь этот мир состоит из разных частей, которые обновляются время от времени, сюда вместе с территориями прилетают живые люди, здесь они заражаются, превращаясь в зомби. А дальше, в зависимости от питания могут вырасти в огромных зубастых монстров. При этом, чем больше монстр, тем больше с него добычи. Убивать лучше из огнестрельного оружия, но стоит оно дорого, а патроны ещё дороже, а ещё оно шумное, тварей привлекает, арбалет тоже ничего, но свой Сизый от лютого безденежья продал, теперь вот только киркой промышляет. А ещё есть места, где компактно живут люди, называются они стабами, стабильные участки, не подверженные перезагрузкам. Один такой как раз находится в дне пути отсюда, там спокойно, можно торговать и отдыхать, а сюда ходить на охоту. Места здесь рыбные, Сизый и раньше на хлеб с маслом зарабатывал, а теперь, когда их двое, круто навариться можно. Это утверждение слабо вязалось с продажей арбалета от бедности, но собеседника такое противоречие нисколько не смущало.

Вопросов у Егора было ещё много, хотя собеседник постоянно сворачивал на то, что теперь они вместе до гроба, попутно добавляя жаргонные фразы, расписывая прелести жизни в этом мире, поминая матом каких-то фраеров, что мешали ему жить. Короче, может быть, у Егора непереносимость уголовников, но сейчас он постепенно начинал собеседника ненавидеть. А отделаться так просто не получится.

- Знаешь, я тебя окрещу Уголёк, я ведь тебя на угле нашёл, вот и будешь. Так и поясняй, Уголёк я, крестник Сизого. Тут ведь всё зависит не от того, кто ты сам, а от того, кто за тебя впишется, одному ловить нечего, а если за тебя коллектив… тут ведь нету ни полиции, ни судов, тут, попомни мои слова, закон – тайга, прокурор – медведь.

Всё это время Егор, сидя на угле, ворошил его пальцами. Рука кровоточила уже меньше, надо бы перевязать, но это подождёт. Вдруг пальцы нащупали подозрительно твёрдый предмет. Он опустил глаза. Так и есть, половинка кирпича, сломанного по диагонали. Пальцы сжались на ней, словно от этого зависела вся жизнь.

- Знаешь, Сизый… - медленно начал говорить он, а продолжать не стал, рука с обломком кирпича описала в воздухе дугу, которая закончилась ударом острого угла в переносицу. Сизый откинулся назад, кровь хлынула ручьём, а Егор уже через секунду сидел сверху и продолжал бить. Череп у Сизого оказался крепкий, но кирпич всё равно крепче, после третьего удара на темени образовалась вмятина, а после десятого вся голова превратилась в кровавое месиво.

Отдышавшись, Егор сорвал с пояса убитого флягу, свернул крышку и сделал ещё несколько глотков.

- Закон – тайга, прокурор – медведь, - проговорил он и сам себе улыбнулся.

Вопреки первоначальным планам, сразу уходить отсюда он не стал. Очень уж место удобное, твари здесь ходят и довольно часто, стало быть, можно поохотиться. Тщательная разведка места показала, что на предприятии полно помещений с массивными дверьми, где можно спрятаться, из сбивчивых рассказов Сизого он вынес тот факт, что твари остро реагируют на запах крови, а значит, мимо заготовленной приманки не пройдут.

Обыскав труп убитого, он разжился несколькими полезными вещами. Например, той самой киркой, которая куда лучше молотка подходила для пробивания голов, также ему достался большой охотничий нож, две банки консервов, початая бутылка водки, сложенная в несколько слоёв марля, воронка и несколько тех самых споранов.

Сегодня он будет охотиться, а потом, когда соберёт больше добычи, пойдёт к людям. Справедливости ради, к людям ему совсем не хотелось, он отчего-то догадывался, что там ему вряд ли понравится, но обеспечить себя всем необходимым самостоятельно он не мог. Пока не мог, в будущем, возможно, перейдёт на автономное существование.

Пройдясь по двору, он прикинул масштабы будущей охоты. Казалось бы, всё просто, вот приманка, твари приходят, их следует бить по голове киркой. Но кое-что смущало. Например, тварь может заявиться не в одиночку, а он отнюдь не осьминог. Кроме того, вместо слегка развитого мертвяка, может заявиться некто огромный и сильный, кого киркой не возьмёшь. Что тогда?

Тогда всё просто, пока есть время, стоит подготовиться, здесь, в котельной очень много полезного, и всё это следует поставить на службу человеку. Для начала он прошёлся по помещениям. Оборудование, что здесь стоит, нуждалось в постоянной наладке и ремонте, а значит, здесь были те, кто этим занимался. А у них были инструменты. А каждый инструмент можно использовать, как оружие, или сделать оружие с его помощью. В сравнении с мертвяками у него одно преимущество – ум, и этот самый ум нужно использовать по максимуму.

Глава четвёртая

Чудовище было толстым, этакая бочка на двух коротких ногах. Штанов это существо лишилось, как и ботинок, осталась только куртка, кусок которой висел на плечах. Голова уже мало напоминала человеческую, разве что, зубы всё ещё оставались нормальными.

Само собой, чудовище было тупым, каким и положено быть мертвяку. В самом деле, зачем такому ум? Видишь еду – ешь, если еда сопротивляется – убиваешь, а потом ешь, если бежит – бежишь следом, догоняешь, убиваешь и ешь. Самый простой алгоритм, с которым прекрасно существовали ещё динозавры.

Вот и сейчас, увидев почти свежий труп, лежавший в куче угля, перемешанного с кровью и мозгами, кадавр не стал задумываться, что стало с его предшественниками. Эти самые предшественники, тоже желавшие полакомиться мясом Сизого, лежали неподалёку, в небольшом гараже. Уголёк их даже прятать особо не стал, времени не хватило, слишком резво попёрли покойники на приманку.

Тварь даже не поняла, откуда атакована. Сброшенное сверху копьё пробило толстую тушу и глубоко погрузилось в уголь. Для них это не смертельно, но мобильность потерялась полностью. Тварь заурчала громче, стала расшвыривать уголь и дёргаться в стороны, пытаясь снять себя с копья. Копьё, конечно, было никаким не копьём, просто отпиленная под острым углом труба, вставленная в другую трубу, уже пластиковую. Такой нехитрый инструмент, брошенный с высоты примерно шестого этажа (труба позволяла забраться и выше, но незачем), запросто пробивал тела мутантов. Опять же, высокая точка служила отличным наблюдательным пунктом, позволяющим засекать приближающихся любителей человечины.

Оглядев окрестности ещё раз, Уголёк быстро спустился с трубы вниз, подбежал к приколотому монстру и взмахнул киркой. После множества попыток удар был поставлен отлично, конец вонзился в череп сантиметров на пять, тварь дёрнулась и затихла. Вынув нож, он быстро вскрыл споровый мешок. Эка, целых две серо-зелёных виноградины. Неплохо. Если эта дрянь здесь служит деньгами, то имеющихся уже точно хватит, чтобы заплатить за еду и ночлег.

Это был уже восьмой развитый мертвяк за последние часы. Двое, правда оказались пустыми, хотя внешне выглядели не слабее других. Зато теперь толстяк подарил сразу два спорана. До вечера ещё долго, стоит продолжать охоту. Да и не все средства пока испытаны.

В помещениях котельной он раздобыл кучу железяк, из которых сделал несколько примитивных ловушек. Ни одна пока не пригодилась, но он смотрел на перспективу. Твари бывают и более крупными, Сизый об этом говорил, стало быть, кирка, примитивное копьё и топор могут просто не сработать. Уж лучше быть готовым.

Пришлось изрядно поработать, вытаскивая копьё из туши, потом оттащить тушу в гараж, где уже почти не осталось места, только после этого он отправился на наблюдательный пункт. Вовремя, поскольку ещё пара минут, и его взяли бы на месте преступления. И не просто взяли бы, а растерзали на месте.

Случилось то, чего он давно ждал. Сюда шёл крупный мертвяк. Не как эти, пусть и крепкие, и быстрые, но мало чем отличающиеся от человека. Это был всем мертвякам мертвяк. Одежды на теле не осталось, да и где взять одежду, чтобы напялить на такой торс. Даже с большого расстояния видна была мощная мускулатура. Человеку такую отрастить не получится, несмотря на тренировки, обильную еду и химию. При этом тело его было развито неравномерно, правая рука была заметно длиннее и толще левой, короткая шея сильно наклонена вперёд, а массивная голова с огромной пастью медленно поворачивалась вправо-влево на толстой бугристой шее. И зубы были уже не человеческими, а вроде крокодильих.

Шёл гигант, как и прочие, строго против ветра, туда, откуда ветер приносил запах крови. Зато, в отличие от своих неудачливых предшественников, шёл неторопливо, тщательно принюхиваясь и оглядывая окрестности. Не такой тупой, как другие, не как человек, разумеется, но соображалка у него работает.

Прикинув свои способности, он начал быстро спускаться с трубы. Такую тварь копьём не заколоть, там кожа, как у носорога, монстр ещё не видел его, но непременно увидит, оказавшись во дворе. Нужно спрятаться и подготовить ловушки.

Уголёк проверил повязку на руке. Крови нет, рана промыта водкой, туго забинтована, а сверху бинт смазан солидолом. Вряд ли запах через такое пробьётся. Теперь главное – не нашуметь.

Дальнейшее он уже наблюдал из приоткрытой двери насосной. Итак, гигант вошёл во двор и почти сразу двинул к добыче. Вот только в шаге от вожделенного мяса замер и осмотрелся. Уголёк матерился про себя и ждал. Монстр нехотя отошёл от трупа, протопал несколько шагов по двору, потом кинулся к гаражу, заглянул внутрь и всё понял. Ну, или понял не всё, но в его зверином мозгу сработала какая-то несложная цепочка. Приманка - трупы сородичей – неизвестный убийца. Он резко заурчал и стал крутить башкой, высматривая опасность. Визуально человека обнаружить не удалось, пришлось принюхиваться.

Несколько мгновений ноздри с шумом гоняли воздух, потом тварь наклонилась, обнюхала землю под ногами и стала двигаться по следу. Недооценил чутьё мертвяков, такой вывод сделал Уголёк, когда медленно отступал вглубь помещения. Тварь оказалась умной, отчего заготовленные варианты убийства пришлось сразу отмести. Теперь он задействует план Б. План, если честно, так себе, но есть и план В, совсем отчаянный.

Монстр уже уверенно шагал к его укрытию, в последний момент прыгнул вперёд, рывком распахнул дверь и кинулся внутрь. То есть, он попытался кинуться, но два натянутых троса перегородили ему путь. А следом на него обрушились два ведра с тёмной жидкостью. Бензин пополам с отработкой. Смешал, что было. В момент секундного замешательства твари, которой липкая жидкость залила глаза, сверху полетел примитивный факел. А через пару секунд небольшой тамбур превратился в филиал огненной преисподней.

То, что сказал на это гигант, воспроизвести было непросто. Бывает, что люди кричат, но кричат они на выдохе, а этот кричал на вдохе, попутно засасывая в глотку жидкий огонь. Тут же рванул вперёд, но, опять же, вслепую, а там его дожидался следующий сюрприз. Голова его попала в петлю из такого же троса, которая моментально затянулась. Вообще-то, шея монстра была куда толще головы и петлю при желании можно было снять, вот только для этого нужно немного подумать, а думать горящему чудовищу было некогда.

Рванувшись вперёд, он попытался трос оторвать, не получилось, зато тело по инерции опрокинулось назад. Пламя уже начало опадать, сообразив, что второго шанса не будет, Уголёк кинулся вперёд. Огонь постепенно гаснет, даже если выжгло глаза, тварь его и вслепую разорвёт, уж лучше действовать сейчас, пока петля на месте, а могучие лапы бессильно бьют по воздуху.

Кирку он не брал, не то оружие, чтобы бить таких матёрых зверей. Вместо этого в руках оказалась кувалда. Огромная кувалда со стальной ручкой, настолько тяжёлая, что даже один раз поднять её было подвигом. Уголёк всё же поднял, несмотря на своё небогатырское телосложение, силой он обделён не был.

Описав дугу, инструмент ударил тварь в живот, отсюда до головы не достать, пламя мешает, но и так приятного мало. Кувалда отскочила, как от батута, но и монстр без последствий не остался. Фигура его сложилась вдвое, а урчание разом смолкло. Страх придал сил, кувалда взвилась во второй раз, и теперь уже приземлилась на колено. С громким хрустом кость раскололась, монстр стал урчать едва слышно, убирая лапой с морды остатки горящих нефтепродуктов. В третий раз кувалда не пригодилась, вместо этого Уголёк использовал остро заточенный лом, который вогнал с прыжка в живот твари. Пробить кожу получилось, но вот в глубину лом не пошёл, видимо, слишком плотная мускулатура.

Монстр, всё ещё не видя противника, просто махнул от себя когтистой лапой. Лом полетел в сторону, а вместе с ним и неудачливый убийца. Чаша весов поединка склонилась на другую сторону. Тварь уже полностью сбила пламя и теперь запускала когти под петлю, чтобы высвободиться. Одной ноги нет, но это не помешает ему разорвать на куски такого наглого человечишку.

Но и у человека оставались козыри, всё же он к подготовке подошёл основательно. Рука ухватила стоявшее за углом копьё, а следом он стал наносить уколы. Пробить примитивным оружием такую шкуру было нереально, толстая, как у слона, да ещё покрытая какими-то твёрдыми бляшками, вроде роговых. Глаза маленькие, попасть в них сложно, да и не факт, что они ещё видят. Оставалось одно уязвимое место – разинутая пасть. Туда он и метил.

Монстр слишком поздно заметил свою оплошность, как в анекдоте про член с крылышками «Не разевай рот!». Крокодильи зубы сомкнулись на стальной трубе. Если сейчас навалиться, острая сталь пробьёт щеку и выйдет где-то у микроскопического уха. Но проблему это не решит, тварь слишком живучая. Пришлось высоко вздёрнуть древко, а потом уже давить сверху вниз. Заостренная труба вошла точно в горло, а вышла примерно из трапециевидной мышцы. Человек после такого точно бы помер, но этот бугай продолжал дёргаться.

А Уголёк уже без сил стекал по стене. Мало того, что вымотался, так ещё и надышался едкого дыма, что не успевал выходить по вентиляции. К счастью, стены и пол здесь были из бетона, так что большого пожара на получилось, остатки горючего чадили на полу.

А глянув на выход, Уголёк внезапно осознал, что расслабился слишком рано. Ещё двое гостей стояли снаружи. Не такие могучие, но и не слабые пустыши. Пламя пока останавливало их, но они точно знали, где враг. Даже труп Сизого их не привлёк, куда важнее им было загрызть живого противника.

Уголёк склонил голову к полу, где оставалось сантиметров десять относительно свежего воздуха, сделал несколько вдохов, потом начал подниматься. Глянув ещё раз на врагов, он понял, что огня они не боятся, две чадящих лужи можно легко обогнуть. Куда больше страха вызывал могучий сородич, что, хоть и пребывал в полном ауте, но всё ещё дёргался.

Уголёк хмыкнул. Ага, они его боятся, значит, в их популяции есть иерархия, более того, скорее всего, процветает каннибализм. Если нет нормальной добычи, такой амбал запросто схарчит парочку вот таких. Вывод? У него есть ещё несколько секунд или даже минута, чтобы прийти в себя, а потом, хочет он того или нет, придётся принимать бой.

Кирка за поясом, копьё в руке. Двое – это не десять, да, они крепкие и бодрые, но и он не пальцем делан. Да и оружие, что служило ещё предкам человека разумного, не подведёт.

К двери он двигался медленно, чтобы не вызвать реакции оппонентов, а уже на выходе ускорился, сделал рывок и с небольшого замаха воткнул копьё в живот тому, что стоял справа. Удачно получилось, копьё пробило туловище насквозь. Мгновенную смерть это не вызовет, но мобильность снизит изрядно. А Уголёк уже выпустил из руки копьё и кинулся на второго, замахиваясь киркой. Тут его ждал глобальный облом. Монстры развиваются, но развитие это не всегда идёт равномерно. Вот и этот вместо мощной мускулатуры обзавёлся прочными костями. Острие кирки просто соскользнуло, не повредив сам череп, а только оторвав большой кусок кожи. Второй удар вообще прошёл мимо, воткнувшись под ключицу, а третьего он сделать уже не смог. Монстр кинулся вперёд и ухватил человека лапами, силы ему не занимать, а вместо оружия сгодилась пасть, пусть и с человеческими зубами, но укреплённая мощными мышцами.

В последний момент Уголёк смог упереться рукой в подбородок твари, оттянув на несколько секунд встречу её зубов и своего лица. Нож Сизого пробил рёбра и погрузился в грудь чудовища, вынуть, воткнуть снова, и ещё. После четвёртого раза клинок застрял, но этого хватило. Хватка сильных рук ослабла, Уголёк боднул его головой, отбрасывая от себя, а потом стал просто и без затей лупить кулаками по морде. Вряд ли это повлекло смерть, но плоть, даже нечеловеческая, такому воздействию поддаётся. После нескольких ударов мертвяк упал и вставать не торопился.

Зато цели достиг его товарищ, он и раньше бы подошёл, но копьё из тела вырвать – та ещё задача для тупого мертвяка, а пластиковое древко постоянно упиралось в землю, мешая передвигаться. Уголёк ухватился за древко, рванул его в сторону, роняя противника на землю, а потом, подхватив кирку, уже точным и выверенным ударом пробил череп. Так же поступил и с первым, каковой корчился и хрипел, но умирать не хотел ни в какую.

От усталости он уже едва стоял на ногах, но нашёл в себе силы вернуться в помещение. Поверженный гигант был ещё жив, он даже петлю почти растянул, вот только подняться на одной ноге не смог, большой вес имеет свои недостатки. Обернуться на звук он не успел, кирка уверенно поразила споровый мешок. Огромная туша несколько раз дёрнулась и затихла. Всё, победа.

На этом приключения охотника можно было считать законченными. Дело даже не в том, что добычи хватает, просто вместо слабой приманки в виде свежей крови, теперь на всю округу работало оповещение в виде столба дыма. Да и шума было предостаточно, а на слух мертвяки не жалуются. Теперь осталось быстро собрать спораны и валить отсюда.

Оба развитых зомби подарили ему по шарику, что было ожидаемо, а вот в мешке гиганта его ждал сюрприз. Помимо трёх серых виноградин, там имелся странный шарик, напоминающий то ли пластмассу, то ли сахар. Что-то новое, о чём Сизый рассказать не успел. Ну и ладно, простая логика подсказывает, что в более развитой твари хранятся более дорогие трофеи, стало быть, шарик этот стоит дорого, и его можно продать. Вот только торопиться не нужно, сперва выйти к людям и получить дополнительную информацию.

Он успел собрать нехитрое имущество, копьё, кирку, нож, который с великим трудом вырвал из рёбер убитого монстра. После этого отправился на условный юг, где, как он полагал, находилось поселение. Там будет виднее, что делать дальше.

Хотелось есть, но и задерживаться он не стал, вместо этого вскрыл банку сайры и на ходу ел найденной в одном из шкафов ложкой. Попутно отхлёбывал тот самый напиток. Как его Сизый назвал? Живчик, ну, название подходящее, этого не отнять. Бодрит и придаёт сил. А рана на руке почти не болит, наверное, уже зажила. Напиток он, кстати, приготовил сам, благо, водка имелась, да и воды в котельной достать было несложно. Растворил споран, процедил, полученная жидкость ничем не отличалась от той, что хранилась во фляге.

По поводу сторон света тут могла возникнуть путаница, но Сизый, говоря про юг, махнул рукой в соответствующую сторону. Понятно, что грамотный человек, не страдающий топографическим кретинизмом, даже на такой однообразной местности может наметить ориентиры и выдерживать направление. Опять же, поселение людей – это не точка на карте, там занята некая площадь, где есть здания, ограда, люди имеют свойство шуметь, так что мимо он не пройдёт.

Что касается опасностей в пути, то он готов. Встреча с гигантом – это конец, здесь, на открытой местности ему не отбиться, но гигантов этих тут не так много, да и Сизый ходил почти без оружия, значит, рискнуть можно. Могут его выследить по следам от котельной? Наверное, хоть он и смочил туфли соляркой, но мало ли, все таланты тварей ему неведомы. Просто нужно идти быстрее. Вот он и шёл, временами переходя на бег. По сравнению со вчерашним днём, сил основательно прибавилось, жажда уже не мучила, сердце стучало ровно.

Солнце клонилось к закату, когда впереди он разглядел здания, потом показались невысокие земляные валы, после чего он упёрся в стальные ворота, на которых красной краской было выведено «Стаб Колония». Колония, значит, то ли поселение на новом материке, то ли исправительно-трудовая, то ли колония простейших микроорганизмов.

Подготовившись к худшему, он постучал в ворота.

Глава четвёртая

Открыли почти сразу, но не сами ворота, а небольшую калитку сбоку. Вообще, сама оборонительная инженерия не особо внушала, если отсюда Колонию атакуют десятка полтора таких гигантов, который пришёл в котельную, вполне могут проникнуть за периметр. Можно сделать вывод, что направление безопасное.

- Заходи, - сонно буркнул кто-то с той стороны.

Внутри царил полумрак, это была тесная комнатка с низким потолком, сделанная из тех же стальных листов. Тут стоял стол, за столом сидел тощий мужик в камуфляже неизвестной марки, расцветка странная, военные такое не носят. Оглядев Уголька, он что-то для себя решил и достал журнал.

- Имя, звание, цель прибытия? – спросил он, хитро прищурившись на гостя.

- Ээээ… - не понял Уголёк.

- Шучу я, - мужик хрипло рассмеялся, - но ты всё равно говори, кто такой, откуда прибыл. Не то, чтобы у нас тут контроль жёсткий, но знать надо.

- Ну, я человек новый, в вашем мире оказался… вчера.

- Некрещёный?

- В смысле? Это важно?

- Важно то, что, когда новый человек попадает в Улей, первый, кто его встретит, должен оказать посильную помощь, объяснить ему всё и научить готовить живец. А попутно он же даёт новое имя. Это у нас называется крещение.

- А, вы про это, имя мне дали. Уголёк.

Мужик сделал запись в журнале.

- Крестил кто?

- Сизый, - сообщил Уголёк.

Лицо мужика исказила гримаса.

- Ты передай своему крёстному…

- Он мёртв, - Уголёк развёл руками, - он мне только имя дать и успел, потом погиб, его сейчас твари доедают.

- Да и хрен с ним, - мужик махнул рукой, - должен он тут был… в другом стабе долг на тебя бы повесили, но у нас так не делают, ты-то ни в чём не виноват. Ясно, а бабло у тебя есть?

- Какое? – уточнил Уголёк, в кармане у него завалялись несколько мятых купюр, но собеседник явно имеет в виду другое.

- Спораны, они тут за валюту, Сизый не объяснял?

- Да, есть немного, я по дороге охотился.

- Похвально. Смотри, сейчас отсюда выйдешь, иди сразу прямо, там дорожка, щебнем посыпанная. Упрёшься в забор, но там откроют сразу. Это основное поселение, у нас стаб такой… - он покрутил рукой в воздухе, - в общем, это не один стаб, это несколько, на каждом свои здания. Разберёшься постепенно. Там найдёшь столовую, она же и гостиница. Не знаю, насколько ты богат, но какую-то конуру тебе сдадут. Иди в общем. И ещё…

Он полез под стол и после недолгой возни вытащил пыльную брошюру.

- Возьми, почитай за обедом, пригодится, раз уж с крёстным не повезло.

На обложке крупными буквами было выведено: «Пособие новичку, попавшему в Улей». Страниц там было около сорока, прочитать недолго. Но сначала он предпочёл бы поесть и отдохнуть. Очень уж много сегодня на его долю выпало.

То, что они назвали стабом, выглядело, как небольшой посёлок из разрозненных зданий. Построены они самым простым способом, из готовых панелей. На весь посёлок было только три дома из кирпича, при этом один имел целых три этажа. К нему и вела указанная дорожка, посыпанная щебнем.

Поднявшись по широкому крыльцу, он оказался внутри просторного помещения. Здесь было чисто, пахло едой, а несколько столов были накрыты скатертями. Впечатление создавалось положительное. За прилавком стояла миловидная женщина лет тридцати.

- Здравствуйте, - сказал он, встав напротив, - мне бы…

- Спиртное не продаём, - резко сказала она, - администрация запрещает, бухать можно только в отведённых местах.

- Да мне и не надо, - он даже растерялся, - мне бы поесть и комнату.

Женщина посмотрела на него с непониманием, потом что-то для себя решила и кивнула.

- Вон туда садись, сейчас принесу.

Уголёк присел за стол и в ожидании обещанного ужина (по времени как раз) открыл брошюру.

Тот, кто писал текст, был не лишён писательского таланта, информация подавалась, как обращение к новому обитателю Улья. Мол, приветствуем тебя, новый избранник Судьбы, на своём пути ты…

А если отвлечься от стиля изложения, то в тексте имелась масса любопытных подробностей, которых он не слышал от Сизого и уж точно не догадался бы о них сам.

Итак, место, куда он попал, именуется Улей. Иногда его называют Стикс. Первое – название практическое, второе – скорее, поэтическое. Улей, как и положено улью, состоит из сот или кластеров. Так здесь называют участки земли разной формы, среди которых преобладают многоугольники. Размер их разнится от пары метров до нескольких километров. Главная особенность кластеров – способность к перезагрузке. В строго определённое время кластер грузится, при этом старый исчезает, а на его месте появляется новый, причём со всем, что на нём было. Кластеры – это куски из разных миров. Глаз Уголька зацепился за множественное число, но тут же следовало пояснение, что да, миров в самом деле много, они могут сильно различаться историей, географией, населением и даже временем. Как объяснялось, время в разных мирах может отличаться на столетия, но такое бывает редко. Итак, кластер грузится. В Улей попадают здания, дороги, поля, леса и, что самое главное, люди. При этом из своего мира участок не пропадает, с него снимается копия.

По поводу последней фразы Уголёк задумался. Логика говорит об этом же, но подтвердить практически такое невозможно, потому что нельзя заглянуть из Улья в прежний мир. Если всё так, то один Егор сейчас в своём мире ищет работу и считает последние копейки, тогда как второй, ставший Угольком, сидит в столовой и ждёт ужин.

Ждать долго не пришлось, скоро на столе появилась тарелка с картофельным пюре, котлета и овощной салат. Запивать это полагалось сладким чаем. Небогато, но голод утолить хватит.

- Споран за еду, - прокомментировала женщина, - ещё один за комнату в сутки, а завтрак в стоимость входит.

Уголёк согласно кивнул, прикидывая в голове. Вроде, недорого, у него есть при себе запас, но если представить, что за тарелку картошки следует убивать одну мерзкую тварь, то ситуация выглядит несколько иначе. Впрочем, выбирать пока не из чего. Сунув руку в карман, он вынул две виноградины и положил на край стола. Когда единственная работница заведения удалилась за прилавок, он снова погрузился в чтение.

Процесс перезагрузки кластера сопровождается появлением тумана с кислым запахом. Если вы этот запах почувствовали, то вы уже в Улье. Вот и открылся секрет той вони из-за которой поцапались Лёха с Толстым. Туман этот содержит споры паразита, что постоянно живёт в Улье. Большинство людей от его действия сходят с ума и превращаются в кровожадных тварей, процесс обращения разнится пропорционально скорости перезагрузки кластера, занимая от часа до нескольких суток. Да, видимо, тот кластер был быстрым, мужики продержались чуть больше часа до того, как стали жрать друг друга.

При этом редкие счастливчики имеют иммунитет. Правда, за него приходится платить. Каждый иммунный должен постоянно употреблять живец, по-научному именуемый споровым раствором. Нехватка его приводит к постоянной жажде, головной боли, упадку сил, а в конечном итоге к смерти. При этом доза должна возрастать в случае, если иммунный часто пересекает границы кластеров или получил ранение. Этот же раствор служит универсальным лекарством, иммунные никогда не болеют, любая рана заживает на глазах, даже оторванные конечности отрастают заново, правда, занимает это приличное время. Они перестают стареть, более того, те, кто попал сюда в преклонных годах, молодеют, почти все обитатели Улья выглядят на тридцать лет, плюс-минус, понятно, бывают редкие исключения из этого правила.

Тут же давался ответ на невысказанный вопрос: кто-то из новичков, попавших в Улей, может попробовать вернуться назад тем же путём, прийти на кластер и дождаться перезагрузки. Увы, вместо ожидаемого переброса назад, происходит то, что здесь именовали странным термином «откат», то есть, человек умирает, либо сходит с ума, при этом теряя все вещи, в том числе одежду. Невесёлая перспектива.

Уголёк оторвался от чтения и приступил к еде. Нужно переварить полученную информацию. Он оказался здесь, ему повезло остаться человеком, он будет жить вечно и останется молодым. Это и значит, иммунитет. При этом в тексте пояснялось, что наличие иммунитета – это не особенность организма, а выбор самого Улья. Все его обитатели очень суеверны и считают, что мир обладает своей волей. Отсюда растут ноги у традиции помогать новичкам, потому как, навредив ему, пойдёшь против воли… практически бога.

Прервавшись на некоторое время, он набил рот и снова погрузился в текст. Дальше объяснялось, что есть кластеры, которые не перезагружаются, это стабы, где удобно располагать человеческие поселения. Они, правда, тоже могут перезагрузиться, но даже если так, период их перезагрузки составляет несколько десятилетий. Поскольку кластеров много и грузятся они часто, обитатели Улья почти всегда обеспечены жизненными благами, вроде еды, одежды и техники. А трофеи из монстров служат лекарством и универсальными деньгами.

Вот, то, что хотел. Классификация тварей и трофеев из них. По списку первым идёт пустыш, то есть, недавно обратившийся упырь, не растерявший сходства с человеком и сохранивший одежду. Опасен только в массе, в плане трофеев бесполезен. Убивать только по необходимости, при отсутствии пищи слабеет, превращается в ползуна, потом умирает. Вторая категория, с которой ему удалось познакомиться, - это бегун. Тот, кто поел мяса, обычно человеческого, стал сильнее, быстрее, но, опять же, всё ещё похож на человека. От предыдущего часто отличается отсутствием штанов, причина этого тут приводилась, но он давно уже догадался сам. А вот дальше пошли натуральные мутанты. Развитый бегун переходит на следующую стадию развития. Становится лотерейщиком. Также его называют жрач. Каждое описание сопровождалось рисунком или фотографией. Тут он опознал того самого гиганта, с которым бился в котельной. Более того, убитый им лотерейщик по развитости соответствовал верхней границе класса. Говорилось, что убивать его лучше дистанционным оружием, в идеале огнестрельным, но сойдёт и мощный арбалет. Уголёк улыбнулся, не переставая жевать. Название происходит от того, что его убийство представляет собой лотерею. В его споровом мешке может с равной вероятностью быть горошина (такая, как у него в кармане) или одни только спораны.

За лотерейщиком шёл топтун. Этого персонажа уже вовсе не стоило подпускать к себе близко, назван так из-за особого устройства стоп, при ходьбе издаёт характерный топот. Охота вполне возможна при наличии винтовки или автомата.

Дальше шёл кусач, внешне от топтуна отличался только размерами, силой и более прочной шкурой, а вот следующая модификация оказалась куда как серьёзной. Звали это чудище рубером. Сходство с человеком потеряно окончательно, разве что, в количестве конечностей и относительно вертикальном положении тела, туша обрастает костяной бронёй, каковую даже хорошая винтовка не всегда берёт, относительно уязвимы ноги, живот и подмышки. Весит такая тварь несколько центнеров, передвигается со скоростью автомобиля. В облике больше всего удивляла несуразная форма головы. Короче, охотиться только группой из оружия хорошего калибра. Зато, как тут утверждалось, в споровом мешке рубера можно найти жемчужину, редко, у одного из ста, но можно.

Следующим пунктом шла элита. Максимальный уровень мутаций. Тут уже полный простор для творчества спятившей эволюции. Несколько фотографий изображали нечто невообразимое. Если рубер создавал впечатление рационально созданного существа, сильного, бронированного, активного хищника, более того, он явно принадлежал к отряду приматов, то здесь просто мешанина конечностей, броневых пластин, каких-то шипов, рогов, когтей, передвигаться могут как на двух ногах, так и на четырёх. Охота подразумевалась исключительно группой, против менее развитых теоретически мог сработать крупнокалиберный пулемёт, но предпочтительнее был гранатомёт с кумулятивным зарядом. А, поскольку верхнего предела развития у элиты нет, то и гранатомёт панацеей быть не может, в истории остались случаи, когда элитник оставался жив после десятка попаданий такими гранатами.

Уголёк никогда не служил в армии и оружия в руках не держал, но, будучи человеком начитанным, прекрасно понимал, что такое калибр, пулемёт, гранатомёт и даже кумулятивный заряд. Представить, что граната, пробивающая танковую броню, не способна пробить живое существо, было трудно. Брошюра объясняла это наличием силового поля, укрепляющего броню, но такое объяснение с рационализмом не дружило. Но и награда за убийство такой твари была весомой, куча споранов, гороха и, самое главное, жемчуг.

Названия он запомнил, но что они значат, узнал только из следующего раздела. Трофеи и их применение. Со споранами всё понятно. Применяются в виде раствора с небольшой порцией спирта, осадок в виде серых хлопьев является ядом, действующим на людей и мутантов. Назначение остальных трофеев предстояло выяснить.

Дальше оговаривалось, что твари часто могут быть социальными, собственно, он это уже заметил, но в его случае социальность была условной, просто два бегуна охотились вместе. Пособие же описывало ситуацию, когда существует устойчивая стая с вертикальной иерархией, развитый заражённый, вроде элитника или рубера формирует вокруг себя свиту, которая помогает ему охотиться. А в голодный час можно кого-то из малоценных членов стаи пустить на корм. Это стоило помнить.

Теперь горох. Горошину следовало употреблять в виде раствора, но не в спирте, а в кислоте. Обычно использовался уксус. Туда бросалась горошина, растворялась, смесь полагалось процедить, загасить содой, а потом пить. Служил такой раствор для прокачивания дара Улья. Текст предостерегал от злоупотребления. Помимо простого расстройства желудка, можно заработать отравление и даже мутации.

Тут Уголёк слегка завис, но решил, что про дар объяснят ниже. Проще всего было с жемчугом, его полагалось просто проглотить, словно таблетку. И тоже служил прокачке дара. Более того, объяснялось, что дар от приёма жемчуга получает взрывной апгрейд, а если у старожила Улья есть прокачанный дар, после приёма жемчужины с высокой вероятностью появится второй. И снова напоминание, если съесть разом три жемчужины, то помрёшь на месте, принимать не чаще раза в неделю, а лучше в месяц, при употреблении есть небольшой шанс мутировать и сталь квазом. Сноска объясняла, кваз – это мутант, которым становится иммунный, выглядит отвратительно, похож на заражённого, но сохраняет разум. Уголёк от таких перспектив слегка растерялся.

Далее следовали цены на указанное добро. Итак, красная жемчужина торговалась в стабе за семь тысяч споранов, чёрная – за четыре, горох шёл к споранам, как один к десяти. Порядок цен мог разниться от стаба к стабу в зависимости от того, каких именно тварей там добывают, но разница обычно невелика.

Покончив с ужином, Уголёк отхлебнул чай и продолжил читать. Вот, теперь о дарах Улья. Каждый иммунный получает от мира некий дар, каковой развивается в нём постепенно. Прокачке дара служит не только регулярное употребление гороха и жемчуга, но и само его применение, а также долгое пребывание в Улье и частое пересечение границ кластеров. Улей поощряет бродяг, тот же, кто постоянно сидит в стабе, со временем начинает болеть. Дары бывают разные, полезные и не очень. В форме телекинеза, быстрого перемещения, порталов, позволяющих исчезать в одном месте и появляться в другом, пирокинеза, умения замораживать, были тут те, кого называли знахарями, это вроде экстрасенсов, умеющих вычислить дар другого и помочь в развитии, были ходячие детекторы лжи, именуемые ментатами, были даже ксеры, способные копировать любые вещи, лишь бы те помещались в кулаке.

Тут Уголёк окончательно перестал что-либо понимать. Всё предыдущее можно было объяснить особой биологией, законами мироздания, физикой и чем-то ещё. Здесь же он имел дело с натуральной магией, каковая не объяснялась ничем. Впрочем, какая разница, ему, если он всё правильно понял, до магии ещё не один месяц ждать, или даже год. Пока же придётся обходиться своими силами.

В конце книги давалась краткая политинформация. Улей, как и любое место, где живут люди, имеет свою организацию. Почти все сколько-нибудь пригодные для жизни стабы заняты укреплёнными поселениями, чаще всего там имеется гостиница, торговая точка, охрана и защитный периметр. Политическая организация бывает разной, чаще всего это слегка упорядоченная анархия, когда местная власть заинтересована, чтобы на их территории посетителей не грабили и давали сбывать товар.

Последний абзац пояснял странный термин «муры», в речи Сизого такое слово проскакивало, но без контекста. Итак, есть миры, где прогресс ушёл далеко вперёд, настолько далеко, что они сами могут открывать ворота в Улей. Правда, даже эти развитые и прогрессивные люди оставались беззащитными перед местной заразой. Поэтому сюда они приходили исключительно в противогазах и химзащите. Их называли внешниками. А что им понадобилось в этом сумасшедшем мире? Увы, ничего разумного, доброго и вечного они с собой не несли. Дело, как почти всегда и происходит, было строго в наживе. Оказывается, у иммунного, долго прожившего в Улье, изменяется организм, настолько, что потом его органы можно использовать для приготовления чудодейственных лекарств, стоивших астрономических денег. Стало быть, внешники приходили сюда, охотились на иммунных, потом разбирали их на запчасти, каковые уносили в свой мир и продавали. Но даже если иммунный был новичком, его тоже ловили, держали на ферме, пока не дозреет, а потом тоже резали.

А что муры? А всё просто, внешники, при всей своей развитой технике сильно скованы в плане перемещений в Улье. Дело даже не в ненадёжности противогазов, а в постоянном психологическом давлении, когда ты в любой момент можешь заразиться. Куда проще использовать местных наёмников. Находятся беспринципные граждане, которые ловят людей и сдают их внешникам, получая взамен пряники в виде оружия, боеприпасов, трофеев из тварей и прочего. Короче, вывод был такой: если увидел человека в противогазе, беги быстро и не оборачивайся. Воевать с внешниками бесполезно. У них нет недостатка в оружии, боеприпасах, ядовитой химии, есть даже артиллерия и авиация. Если же услышал где-то слова, типа «ферма», «мясо», «загон», то, скорее всего, эти люди из муров, желательно стукнуть на них в администрацию ближайшего стаба. За это дадут награду, а если и не дадут, то убить мура – дело хорошее и почётное.

Уголёк закрыл книгу. Запас споранов у него пока есть, хватит, чтобы отлежаться, но уже завтра пойдёт искать работу. Здесь ведь есть работа? Если нет, продолжит охоту на тварей, разве что, в другом месте. Встав из-за стола, он забрал с прилавка ключ от комнаты и отправился на второй этаж. Комната была тесной, но в ней имелся умывальник, а душ находился в конце коридора, там можно было помыться в едва тёплой воде и постирать одежду. Этого ему пока хватит для счастья, а потом он будет спать.

Глава пятая

Проспал он долго, почти до самого обеда. Часов не было, но и так понятно, что солнце в зените. Теперь он был полон сил, сыт, поскольку в столовой получил порцию каши, имел немного денег и желание ознакомиться с городом.

Город, как уже говорилось, имел несколько центров, тот, в котором остановился он сам, был аналогом спального района, там люди останавливались для отдыха. Были и другие, в которые следовало попадать по дорожкам, огороженным колючей проволокой. Сразу вставал вопрос: а как с перезагрузкой? Ведь при этом следует убрать заборы, иначе они исчезнут, потом ставить обратно. Ну, да, местным виднее.

Окружающий пейзаж его радовал ещё и тем, что тут было мало людей, а те, что были, на него не обращали внимания, просто куда-то спешили по своим делам. Заметил он и представителей власти. Они, собственно, не скрывались, в соседнем поселении, где находилось подобие администрации, стоял грузовик, кустарно укреплённый броневыми листами. На крыше имелась будка с пулемётом. В этот грузовик сейчас грузились солдаты. Не солдаты, конечно, просто люди в камуфляжной форме и с автоматами. Форма была однообразной, на рукавах пришит шеврон с буквой «К». Ну, да, Колония.

Про себя Уголёк отметил, что бойцы, хоть и выглядят браво, вряд ли являются профессионалами. Опять же, броню не носят, а к новым автоматам прилагается подсумок на два магазина, а ещё у каждого есть оружие ближнего боя, та же кирка, тесак или топор. Негусто. Патроны в дефиците? Возможно, пока же просто запомнил этот момент.

Не имея ни малейшего представления, где искать работу (а спросить ему было психологически сложно), он направился прямиком к администрации, выждав, когда клубы пыли на месте уехавшего грузовика немного осядут.

На входе его никто не остановил, там даже подобия охраны не имелось, сам дом был выстроен из кирпича, внутри имел неплохую отделку и, будучи одноэтажным, занимал большую площадь. Осталось найти нужную дверь и постучать.

Ему повезло. Видимо, таких, как он тут было много, а потому, чтобы всякая шушера не шлялась по кабинетам и не отвлекала от работы сотрудников, первая дверь справа имела говорящую табличку «По поводу работы». Дальше были написаны часы работы кабинета и подпись хозяина «Никола».

Стукнув три раза, Уголёк напрягся, но дверь всё же открыл. За массивным столом из тёмного дерева сидел тот самый Никола. Уголёк ожидал увидеть украинца или другого славянина, но сидевший за столом к славянам отношения не имел. Скорее, армянин, грек или молдаванин. Выглядел он лет на сорок, был невообразимо широким и толстым, лицо скрывала чернейшая щетина, а на голове не имелось ни волоска, её хозяин кабинета выбривал дочиста. Впрочем, отрицательного впечатления он не производил. Смерив взглядом вошедшего, Никола что-то для себя решил, потом указал на стул для посетителей.

- Садись, дорогой (всё же армянин, по акценту заметно), говори, как звать, как давно в Улье, что делать умеешь?

- Зовут меня Уголёк, - начал рассказывать он, - в Улье третий день, делать… ничего толком не умею, вас ведь технические специальности интересуют?

- Конечно, слесарь, токарь, сварщик, сантехник. Тут город, город надо держать в порядке. Если умеешь руками работать, всегда на кусок хлеба иметь будешь. Если не умеешь, то… грузчиком могу предложить.

- А что грузить? – поинтересовался Уголёк.

- Всегда разное, вокруг стаба куча кластеров, есть жирные, есть так себе. Вот сегодня после обеда машина уходит. Там, километров за десять, загрузка будет, торговый центр, продукты, вещи, техника. Часа три поработаешь, получишь споран и пакет с продуктами. Ну, там всякое. Хлеб, консервы, молоко, шоколад. Короче, дня на три хватит.

- А твари там есть?

- Они везде есть, - Никола вздохнул, - ты с оружием?

Уголёк продемонстрировал кирку.

- Хотя бы, держи при себе. Охрана у вас будет, но не особо большая. Случалось тварей бить?

- Да.

- Вот и хорошо.

- А просто охотиться тут можно?

- Можно, конечно, тут самые лучшие места, даже ты с клювом своим можешь споран добыть.

- А оружие получше достать можно?

- А тебе зачем? – собеседник усмехнулся. – Тут оружие есть, какой-нибудь дробовик ты купить сможешь, не сейчас, так потом. Вот только источника патронов нет. Те, что есть, стоят дорого. Вот застрелишь ты бегуна, получишь один споран, который ты отдашь за патрон. А если даже лотерейщиков стрелять, всё равно ружьё только через пару месяцев окупится.

- Я, наверное, сегодня съезжу в магазин, поработаю, а завтра попробую себя в охоте. Вы только подскажите, куда ходить.

- Смотри, - Никола вынул из ящика стола карту, та была бледной и чёрно-белой, но кое-что разглядеть получалось. – Вот тут сидим мы, стаб, не один, а все, вытянуты вот так. В эту сторону не ходи, там делать нечего, чернота.

- Не понял.

- Ты книжку не читал, как тут всё устроено?

- Читал, но там про черноту ни слова.

- Дураки писали, - фыркнул Никола, - черноту ты сразу узнаешь, там всё чёрное, и человек там плохо себя чувствует. Электроника отказывает, машины не едут. Новичок, вроде тебя, сразу в обморок падает. Да и старым трудно, далеко не уйдёшь. С двух сторон проходы узкие, там выехать можно. А вот с другой стороны, - он провёл толстым пальцем линию по карте, - тут обрыв, невысокий, но крутой, кластеры так сложились. Там твари подняться не могут, рубер или элита залезет, но их тут, считай, нету.

- А спуститься как?

- Там есть спуски, дороги насыпаны и мосты. Их убирают, потом ставят. Внизу там… город-не город, просто куски городских кварталов, дома, магазины. Мародёрство там не оправданно, а вот тварей, бегунов всяких, лотерейщиков – дофига и больше. Опасно, не скрою, но и прибыль…

- А что с крутыми тварями?

- Крутые твари дальше живут, здесь, близко, от одного квартала до другого километры, а там почти настоящий центр города, вот крупные твари там и живут, где еды много. Добывать их можно, да только доберись сперва. Да и нет таких сил у администрации.

- А какая тут администрация? – спросил Уголёк.

Никола сморщился, словно разжевал лимон.

- Так себе, нет, если ты про порядок, то тут всё хорошо. С хабаром до стаба добрался, никто ничего не отнимет, даже за драку наказать могут. Проблема в том, что… - Никола придвинулся и понизил голос, - гнилая тут администрация.

- А вы сами-то кто? – удивился Уголёк.

- Наёмный менеджер, - он похлопал себя по необъятной груди, - меня ценят, я умею дела делать, но в саму группировку не вхожу. Главным тут Кастет, он из бандитов, ну, не уголовник, знаешь, такие… - Никола помахал в воздухе огромной ладонью, - синие, восемь ходок за спиной, перстни-не перстни, на груди храм, на спине божья матерь… Нет, Кастет не из них. Он из новой волны, спортсмен, рэкетир, костюм спортивный, цепь золотая, всё такое. И люди его такие же.

- А много у него людей? – спросил Уголёк и тут же прикусил язык, ещё за шпиона примут.

- В гвардии человек семьдесят, это его люди, оружие хорошее и даже патроны есть. Ещё столько же может быстро собрать.

Уголёк задумался, такого количества вряд ли хватит для охраны периметра. Впрочем, половину прикрывает чернота, вторую – обрыв, а два выхода закрыть несложно.

- Мало, так и с оружием тут проблемы. Есть одна военная часть, так там склада нет, при загрузке несколько автоматов берут и патроны. Но Кастета никто не трогает, тут просто конкурентов нет, но он уверен, что это всё от его крутости. Ещё он с институтскими дружит.

- А это кто?

- Это… ну, учёные, вроде, но там организация такая, что круче армии, с ними никто ссориться не рискнёт. Они иногда приезжают, встают тут, несколько фур закрытых. Иногда ходят на кластеры, иногда наших нанимают. С ними хорошо работать, платят всегда, не то, что наши. Иной раз технику какую потребуют, а то бегуна им приведи с вот такими качествами. Много чего, толковые люди и работать с ними можно. А вот сам Кастет и его банда зажрались. Всё самое лучшее у них, бабы, выпивка, машины. Никто против сказать ничего не может.

- Я так понял, что к ним лучше не наниматься?

- Да, то есть, магазины грабить – это можно, если же за обрыв пошлют, лучше не берись. Часто бывает, что гонят туда должников, или тех, кто провинился, гонят… - Никола покачал головой, - крайний раз отправили группу за роялем, представляешь, там где-то музыкальная школа, в ней рояль. Прикинь, сколько весит, а места там неспокойные.

- Принесли?

- Принесли, троих потеряли, но принесли. А рояль в дороге поцарапали, короче… врать не буду, но что-то плохое с ними было. Из стаба исчезли навсегда.

- Если тут так плохо, то отчего люди не бегут?

- Проходы под контролем, а если и идти, то куда? Цивилизованные места далеко, вроде, за городом этим точно что-то есть, но его на танке не проехать.

Никола замолчал, а Уголёк задумался, переваривая информацию. По идее, стоит здесь задержаться, тихо охотиться, изредка подрабатывать. Главное – не попадать в поле зрения людей Кастета.

- Спасибо, - сказал он, - вы мне многое объяснили.

- Не за что, - махнул рукой Никола, - я в тебе хорошего человека увидел, только странного, есть у меня дар, слабый, но… иди с богом, в два часа сюда подходи, ничего говорить не надо, садись в кузов с остальными. Потом, когда с грузом вернётесь, с вами расплатятся. Выгружать уже другие будут.

Уголёк поступил в точности так, как советовал Никола. Чтобы не пропустить время, он просто торчал на месте, дожидаясь машины. Примерно в два часа у здания притормозил грузовик, следом ещё один. Со всех сторон стали подходить люди. Те, кто имел при себе огнестрельное оружие, садились в одни машины, безоружные – в другие. Уголёк запрыгнул к безоружным. Впрочем, беззащитными их не оставили. С краю в тентованном Урале сели два автоматчика, которые контролировали окрестности.

Народу в этой машине было человек двадцать, ещё столько же в другой, охраны чуть больше. Когда в кузов влез кто-то, вроде бригадира, провёл перекличку и записал всех в блокнот, машины медленно двинулись с места.

От обилия рядом незнакомых людей Уголька стала бить дрожь. Хотелось отодвинуться, не слушать разговоры, не чувствовать запаха. Он всё понимал, знал, что эти люди ему не враги, они просто работяги, но ничего поделать с собой не мог. Удивительно, но Никола такого отторжения не вызывал, с ним Уголёк мог говорить свободно, возможно, в самом деле какой-то дар.

Кто-то из сидевших в кузове закурил. Дым стал распространяться, но курение тут же было пресечено. Один из автоматчиков рявкнул в сторону курильщика, пообещав ему сигарету засунуть в зад. Тот моментально потушил окурок и до конца поездки даже не шевелился.

- Правильно, - сказал мужик справа, - твари на такие запахи сбегаются, курево у них – верный признак человека.

- Они и без курева почуют, - заметил сидевший напротив приземистый крепыш, - только рядом окажись.

- А я всегда на одежду соляркой брызгаю, - высказался третий, - отбивает людской дух.

- Да ни хрена, - возразил первый, - любой резкий запах их привлекает. Уж лучше травой натереться, полынью или одуванчиками.

Дискуссия об особенностях обоняния тварей постепенно сошла на нет. Скоро машина прибыла к месту назначения. Да, в самом деле, кусок улицы, на ней торговый центр в три этажа, а рядом ничего, лес и поле, заросшее сорняками.

- Пошли! – крикнул один из автоматчиков, - открывайте борт, двое в кузове, принимать и укладывать. Бегом, пока не началось!

Кластер загрузился совсем недавно, в воздухе ещё стоял запах кислого тумана. Внутри здания горел тусклый свет, видимо, люди, что остались там, включили аварийные генераторы. Спрыгнув на землю, Уголёк вместе с другими направился внутрь. Автоматчики заняли позиции вокруг, держа окрестности под прицелом.

Ту группу, в которой оказался он, отправили за продуктами. Таскать неупакованный товар не пришлось, нагрузили в тележки. Тот же бригадир следил, чтобы на полках ничего не оставляли. Спиртное, мясо, консервы, молочные продукты, - всё отправлялось в кузова. Вставал вопрос, где поедут люди, но пока никто не спешил отвечать. Персонал магазина не интересовал никого. Один из грузчиков попытался ущипнуть молодую кассиршу, которая в ужасе стояла у входа и наблюдала, как посторонние люди выносят всё на улицу. Попытка харрасмента была пресечена, стоявший рядом автоматчик просто двинул тому прикладом в плечо и пообещал отстрелить причиндалы. С дисциплиной тут всё отлично. Впрочем, стрелок заботился не о моральном облике грузчика, а о скорости работы. А вот охраннику не повезло, он по должности был обязан подобное пресекать, поэтому сделал попытку, и теперь лежал в нокауте с разбитым лицом.

С верхних этажей тащили вещи и технику, продуктовую бригаду погнали в подземный склад, где хранилось всё то же, только в больших объёмах. При внешнем хаосе работа продвигалась быстро, каждый знал свою задачу, двигались без остановок, напоминая муравьёв. Постепенно стали уставать, кто-то тяжело дышал, кто-то вытирал пот со лба, но к тому времени почти весь груз был перемещён в кузова машин.

Работа заняла от силы часа полтора, торопились, пока не прибудут твари. Новый кластер для них – место лакомое, тут мяса на всех хватит. Людей спасать никто не собирался, персонала здесь около двадцати человек, часть может оказаться иммунными, но это никого не волновало.

Последние ящики влетели в кузов, только после этого стали грузиться люди. Им не хватило нескольких минут. Один из автоматчиков громко закричал:

- Твари!!! – и тут же открыл огонь, стрелял он, правда, скупыми одиночными выстрелами.

Безоружные грузчики стали прыгать в машины бодрее, а твари уже неслись со всех сторон. Даже грамотная работа охраны не спасала, кольцо смыкалось. Пара пулемётов хорошего калибра могла смести волну, но пулемётов у охраны не было, как и патронов к ним.

Сам Уголёк успел, запрыгнул почти последним, двое бедолаг, что были позади, скрылись под ковром из тел заражённых, даже закричать толком не успели. Машина сорвалась с места и, ледоколом пробивая толпу тварей, двинулась к стабу.

Твари постепенно отстали, о погибших никто не переживал, отряд недосчитался четверых грузчиков и одного стрелка. Последний тоже никого не волновал, поскольку оружие успел отдать товарищам, а потом, залезая в кузов, был схвачен за ноги некрупным лотерейщиком и немедленно разорван в клочья.

По приезду снова провели перекличку, отметили всех участников, солдаты удалились, а рабочим стали выдавать зарплату. Поскольку уже стемнело, толпа стояла под уличным фонарём.

Бригадир называл имя, рабочий подходил к нему, получал споран и пакет с продуктами. Дождавшись своего, Уголёк шагнул вперёд. Ему без слов сунули в руки виноградину, а потом увесистый пакет. Он хотел уйти, а содержимое пакета проверить дома, когда бригадир сказал:

- А ты чего так вырядился, словно на праздник.

В самом деле, брюки, рубашка и туфли мало подходили для такой работы.

- Другого нет, - сказал Уголёк, желая поскорее отсюда уйти.

- Тогда держи, размер, вроде, твой.

Бригадир протянул ему куртку из кожзаменителя, довольно удобную и прочную на вид. Её он вынул из тех же гор вещей, что они привезли.

- Спасибо, - кивнул Уголёк и поспешил удалиться, щедрость начальства могла иметь последствия.

Оказавшись в одиночестве в своей комнате, он принялся думать и анализировать последние события. Итак, даже свой страх перед обществом он перебороть может, как раньше перебарывал на работе в банке. Это хорошо, хотя приятного мало. Второе: работа грузчика-мародёра трудна, опасна и неблагодарна. Риск не окупают ни один жалкий споран, ни продукты, значит, для него будет куда рациональнее заняться охотой. Жить ему пока есть на что, стало быть, завтрашний день потратит на разведку, а уже послезавтра пройдётся по рядам тварей. Жаль, что кроме кирки нет другого оружия, но он, как герой одного старого анекдота псих, но не идиот. Придумает что-нибудь, ловушки себя неплохо зарекомендовали.

Глава шестая

Лотерейщик не спешил. Он знал, что его миньоны уже загнали добычу, добыча в коробочке и никуда не денется. Тварям хватило ума перекрыть второй выход, они вообще были на удивление сообразительными. Впрочем, термин «они» тут мало подходит, очевидно, что за всю стаю думал вожак, а свита только выполняла приказы.

Уголёк стоял на крыше бетонной коробки, выглядевшей, как недостроенный бокс для техники. Высота была такова, что забраться сюда по стене невозможно, разве что лотерейщик с разбега запрыгнет, ну, или свита его встанет друг другу на плечи. Внутри был кавардак, лестница, по которой Уголёк забрался, отброшена в сторону.

Ситуация складывалась патовая, но это только на первый взгляд. Дело в том, что здесь, в этом здании и вокруг него, поначалу тварей не было, Уголёк специально выманил их и привёл сюда. Зачем? А затем, что кое-что тут было, кое-что он сделал сам, а остальное доделает в процессе. Мутанты наивно полагают, что охотники в этой ситуации они, увы, придётся их огорчить.

Лотерейщик привёл с собой пятерых, но сейчас их уже осталось четверо. Один слишком резво ворвался внутрь и споткнулся о примитивную ловушку – натянутый поперёк дороги трос. Споткнулся так неудачно, что упал плашмя прямо на замаскированного ежа из досок и гвоздей. Сразу не умер, но насадился так надёжно, что уже не встанет.

Твари окружили здание, но внутрь пока не шли. Вожак раздумывал. Понять ход его мыслей было несложно, вот человек, вкусный, но он высоко. Нужно к нему как-то залезть. Мыслительный процесс затянулся минуты на три, потом он негромко заурчал. Двое подручных бегунов кинулись внутрь. Соображал монстр правильно, внутри много хлама, можно стащить его в центр и по нему добраться до люка на крышу.

Один из посланных тут же выкатился назад. К голове его была намертво приколота доска с гвоздями. Падала с размаху и пробила череп. Ловушки совсем примитивные, в духе фильма «Один дома», но против безмозглых тварей действуют отлично. Второй, которого печальная судьба товарища ничему не научила, разбежался и попробовал подпрыгнуть, оттолкнувшись от валявшегося на полу шкафа. Зря, поскольку наружная стенка шкафа из фанеры была снята и заменена картоном, нога монстра провалилась и насадилась на ещё одну доску с гвоздями. Допустим, боли они не чувствуют, но попробуй такое отдери, тут мертвячьих мозгов точно не хватит, а ходить с полутораметровой доской на ноге – удовольствие сомнительное.

Мертвяк обиженно заурчал и попробовал всё же прыгнуть. Получилось плохо, нога с приколотой доской громко брякнула о бетонный пол. Осталось двое, ну, пусть два с половиной. Тут вожак издал вопль, похожий на бульканье слизи, а потом схватил последнего своего бойца и метнул вверх. Этого Уголёк не предусмотрел, пришлось импровизировать. Бегун успел ухватиться одной рукой за край крыши, но по этой руке тут же ударила небольшая кувалда, расплющив пальцы, второй удар уже не понадобился, мертвяк падал вниз, но вожак этот оказался не только сообразительным, но и быстрым. С небольшого разбега он подпрыгнул, безжалостно впился когтями в спину бегуна за мгновение до того, как тот упал, и, получив точку опоры, бросил своё тело вверх.

И снова импровизация, Уголёк метнулся к противоположному краю крыши, мешком свалился вниз, удачно упав на приготовленный матрас, тут же вскочил и выставил самодельное копьё. Копьё было дрянным, для рукопашного боя не подходило, единственными его преимуществами были приличная длина и зазубренный наконечник, сделанный из стального уголка. На него-то и насадился лотерейщик, прыгая следом. Не сказать, что ранение было тяжёлым, сталь насквозь проколола бок и вышла из спины. Вряд ли задето что-то жизненно важное. Важно другое: железка в три метра длиной намертво застряла в теле. Стоит побежать вперёд, как она упирается в землю, приподнять можно, но тогда занята одна лапа, и даже так разогнаться не получится.

А Уголёк уже убегал обратно, собираясь схватить лестницу и снова взобраться на крышу. По пути он встретил бегуна с расплющенной рукой, потом того, кто обзавёлся деревянной колодкой на ногу, угостив обоих короткими ударами клюва. Постепенно он становился профессионалом, удар уже поставлен, глядишь, и не самого большого лотерейщика сможет так угомонить.

Но не этого, этот, несмотря на рану, оказался слишком силён, а ярость добавляла прыти. Даже с торчавшим из туловища копьём он бросился в погоню. Уголёк успел схватить лестницу, приставить к люку, взобраться на крышу, но вот отбросить её в сторону не получилось, тварь уже лезла следом.

Но тут снова проявило себя копьё, стальное древко (странно звучит, правда) застряло между перекладинами лестницы. Монстр взвыл, снова ринулся вперёд, разрывая свою плоть, даже кувалда, прилетевшая по темени, не остановила. Уголёк продолжал бить в надежде, что череп расколется, но тварь тянула лапы всё ближе. Просчитался немного, теперь только в противоборство вступать. Отбросив кувалду, он ухватился за кирку, хоть бы в глаз попасть, но монстр остервенело крутил башкой, а пробить толстую кожу и начавшие формироваться костяные бляшки всё не получалось.

Наконец, здоровенная туша вырвалась на крышу, а потом придавила своей массой хрупкого человека. Последней попыткой стал нож, вонзившийся под челюсть, убить не получилось, но и зубастая пасть не смогла сомкнуться на голове человека. Когти впились в плечи, а человеческая рука, вырвав нож из раны, всадила его в глаз твари. Гигант захрипел и обмяк. Победа.

Но за победу пришлось заплатить. Раны свои он разглядел чуть позже, когда тем же ножом выковыривал из убитых мертвяков добычу. Собственно, увидел он не раны, а свою кровь, стекавшую по рукавам куртки. Боль отчего-то не чувствовалась. Лотерейщик – не та тварь, которую можно положить в рукопашном бою. Да, он смог серьёзно ослабить противника, умело применил нож, наконец, просто повезло. Но противник слишком силён, а на руках у него почти настоящие когти. Каждый такой коготь вошёл в его плоть сантиметра на три, оставив небольшую, но сильно кровоточащую рану. С каждого бегуна он взял по спорану, а с лотерейщика ещё и горошину. Увы, на сегодня охота закончена, он уже успел установить, как далеко твари чуют запах крови, не стоит рисковать.

Кинув добычу в приготовленный мешочек, он отправился назад. Требовалось пробежать около трёх километров, потом подняться по насыпному пандусу, затем пройти через ворота и оказаться на защищённой территории. Бежать не получится, разве что, быстро идти, но и этого достаточно, а если монстры увидят, вся надежда на адреналин. С расстояния метров в триста его смогут прикрыть стрелки охраны.

Это был третий день охоты. Первый почти целиком посвятил разведке. Сделал для себя выводы. Тварей тем больше, чем дальше отходишь от обрыва, почти все они низовых уровней, от пустыша до лотерейщика. Последние тоже сильно разнятся, сегодняшний был крупным, но уступал тому, с которым он бился в котельной. Утром второго дня приготовил множество ловушек. Против бегунов они действуют безотказно, даже не убивая, заставляют их разделиться, а он уже встречает их один на один, используя кирку.

К вечеру третьего дня он чувствовал себя богатым. В мешочке лежало тридцать девять споранов и три горошины. Итого, шестьдесят девять. Можно даже жильё себе подыскать более комфортное, но его пока всё устраивало. Да, конура, зато тихо и почти нет соседей.

На воротах его встретили спокойно, кто-то из охраны даже дал бинт и пластырь. Здесь стояли не гвардейцы Кастета, а привлечённые стрелки из местных. Уголёк от души поблагодарил их и отправился к себе. Кровь из ран остановилась быстро, зато пришла боль. Обрабатывать раны чем-либо смысла не было, просто сложил бинт, пропитанный всё тем же живцом и приложил к ранам, а поверх наклеил пластырь. Утром нужно будет тщательно вымыться, да и вообще стоит сделать выходной, сегодня был тяжёлый день, завтра раны немного затянутся, заодно можно будет раздобыть новую одежду. Куртка и рубаха в отличие от плоти, зарастать не умеют.

Вечером он спустился вниз, чтобы поужинать в столовой. Выбор этого заведения он считал один из самых умных своих поступков с момента попадания сюда. Это обычная столовая, здесь не пьют спиртное, не буянят, не поют песни. Работяги и охотники приходят, чтобы утолить голод и переночевать. Посетителей обычно немного, свободный столик всегда найдётся. Уголёк сидит один, чему несказанно рад.

Те, кто собираются здесь, обычно не молчат, обсуждают прошедший день. При всём обилии тараканов в голове, Уголёк имел живой ум, умел слушать, смотреть, запоминать и анализировать. Второй его особенностью была способность к кропотливой работе, каковую он использовал при изготовлении ловушек. Люди говорили много. Он знал, где внизу есть скопления тварей, знал, что такой-то кластер скоро перезагрузится, и тогда все монстры ринутся туда, а окружающая местность временно станет безопасной. Обсуждали, как администрация скоро поедет в военную часть, опять сгребёт десяток автоматов и пару сотен патронов, а больше там ничего нет. Часть, вроде бы, какому-то спецназу принадлежит, но склады отрезает граница кластера, потому и приходится довольствоваться остатками.

В другом углу обсуждали, что на стаб скоро приедет колонна институтских, что именно это даст, было непонятно, ведь свои «квесты» местным жителям они выдают крайне редко. Видимо, просто хотят посмотреть на новые лица и узнать новости из большого мира. Здесь, как ни крути, большая деревня, а в ней почти замкнутое общество.

Люди уже начали расходиться, а Уголёк всё сидел, погрузившись в свои мысли. Он даже не сразу заметил, как за его стол подсел кто-то ещё.

- Скучаешь? – раздался голос рядом, женский голос.

Напротив него сидела та самая продавщица, за прилавком стояла другая, видимо, у этой закончилась смена. Первым порывом было послать гостью подальше, но он сдержался, всё же воспитанность, вежливость и этикет были для него не пустым звуком.

- Эээ… да, - выдавил он из себя.

- Странный ты, - сказала она, глядя ему прямо в глаза.

- Почему? – он постепенно брал себя в руки, хотя взгляд собеседницы очень сильно этому мешал.

- Вроде, мужик денежный, но живёшь в этой дыре, водку не пьёшь, девок не водишь. То ли сектант какой, то ли с головой проблемы, - голос её звучал успокаивающе, но Уголёк, напротив, всё более напрягался. Те проблемы, что мучили его всю недолгую жизнь, мешали и сейчас. Грамотный начитанный человек с прекрасно развитой речью, который в школе писал отличные сочинения, при прямом общении превращался в косноязычного тугодума. Было несколько способов бороться с этим, например, в той же школе он, отвечая у доски, просто отключался, смотрел в одну точку на противоположной стене и забывал, что тут вообще кто-то есть. Сейчас этот метод не сработал.

- Скорее… второе, - честно сказал он. – Проблемы с психикой, не умею с людьми общаться. Пытаюсь… но не могу.

- Бывает, - сказала она, голос был тихий и непринуждённый, каждый звук отдавался в голове слабо различимой мелодией. – Улей всё лечит, даже голову. И времени у тебя будет достаточно, пытайся.

И продолжала смотреть, словно бы гипнотизируя его. Взгляд возымел действие, Уголёк вдруг понял, что сидящая перед ним женщина имеет над ним полную власть, он готов выполнить любой её приказ, даже если она прикажет ему себя убить. Это и не женщина вовсе, это совершенство, прекраснейшая из всех…

Его собеседница, насладившись произведённым эффектом, ослабила натиск, чувство преданности постепенно исчезло, оставляя в голове только приятную слабость.

- Понял теперь, кто я? – с улыбкой спросила она. – Меня зовут София, и я, как ты понял, нимфа.

Про нимф Уголёк что-то слышал, что те обладают невиданным по силе гипнозом, действующим только на мужчин, но даже так, всё осознавая, не пытался противиться.

- Не говори никому, - добавила София, - я скрываю свой дар, слишком опасно жить с этим.

- А… я тебе зачем? – спросил Уголёк, всё ещё пребывая в лёгкой прострации.

- Помочь тебе хочу, такому, как ты, непросто в Улье придётся. Дар мой, он не только про подчинение, в голову я залезть могу, пошарить там, нужные контакты замкнуть и программу переписать.

- Так переписывай, - он с удивлением отметил, что теперь слова даются ему легко, а смотреть в глаза собеседницы совсем не страшно.

- Начнём с малого, - она снова слегка нажала на психику, но никакого дискомфорта при этом не вызвала. – Тебе нужна практика. Обернись, видишь ту компанию?

Он обернулся. За дальним столом сидели трое. Один был мужиком в возрасте, видимо, недавно в Улье и не успел помолодеть, двое других были помоложе. С виду типичные работяги с завода, да и одежда на них соответствующая. Ужинают спокойно, о чём-то тихо между собой переговариваются.

- И? Что с ними не так? – спросил Уголёк, вернувшись взглядом к собеседнице.

- Они – такие же охотники, как и ты, тоже бьют тварей, но не так удачно, с трудом на еду зарабатывают. Сейчас ты пойдёшь к ним и предложишь завтра поохотиться вместе. Расскажешь им о своих приёмах, поможешь им научиться. Так будет правильно. К тому же сейчас ты ранен и полноценно охотиться не сможешь, они тебе помогут.

Каждое её слово откладывалось в мозгах. Да, она права, и не потому, что может внушать, а потому что его способ охоты требует не только и не столько ловкости и отваги, сколько огромных затрат труда, наличие рядом ещё троих человек позволит ощутимо сократить время подготовки, к тому же люди явно с руками, многие вещи они умеют делать быстрее и лучше. Надо было давно к ним подойти, но он…

- Я тебе сейчас сделаю внушение, просто на будущее, каждый раз, когда твои проблемы будут тебе мешать, просто вспоминай меня.

София подмигнула ему, одарила обворожительной улыбкой, а потом встала и пошла к себе. Правда, тут же обернулась:

- И ещё: сегодня вечером к тебе в комнату придёт девушка, не прогоняй её, потом дашь ей восемь споранов, она того стоит.

Некоторое время он сидел за столом и тряс головой. мысли слегка путались, сложно было понять, где его собственные выводы, а где грёзы, внушённые нимфой. Всё же, расценив её влияние на себя, как положительное, он встал и решительно направился к указанной троице. Подошёл, подсел на свободный стул и, когда заготовленные слова уже почти застряли в горле (как происходило всегда), вызвал перед собой образ Софии. Проблема тут же исчезла.

- Здорово, мужики, - обратился он.

- И тебе не болеть, - отозвался старший, старательно промакивая подливу с тарелки кусочком хлеба. – Рассказывай, зачем пришёл?

- Дело к вам, - он секунду помолчал, после чего продолжил: - слышал, вы охотитесь.

- Так и есть, - с достоинством ответил старший, - охотимся, добыча, правда…

- Есть предложение её увеличить, - спокойно сказал Уголёк. – У меня в день полтора десятка выходит.

- Поделись способом, - попросил один из молодых.

- Способ простой, но надо много работать, - Уголёк сам себе удивлялся, вот так, совершенно непринуждённо общаться с собеседником, которого впервые видишь, - у меня на подготовку уходит часа три-четыре, а на сам забой – минут двадцать. Предлагаю объединить усилия, конкретно моя добыча при этом упадёт, зато времени и сил терять буду меньше. Ну, и опасно одному, нужен кто-то, кто подстрахует.

- Вкратце обрисуй, - попросил старший.

- Ловушки, петли и капканы из железного хлама, западни в зданиях, крюки, проволока, колья. Можно загнать группу и бить по одному.

- Группу? – старший задумался, - мы-то полдня пытаемся одного от стаи отделить, а потом забиваем. И то через раз убегать приходится. А тут группу… Знаешь, а я согласен. Щепка, - он протянул широкую мозолистую ладонь, - а эти парни – Корень и Валет.

- Уголёк, - он по очереди пожал все три протянутых руки. – Давайте завтра, часов в восемь утра. Выходим отсюда, пару рыбных мест я сегодня присмотрел.

Закончив разговор, он отправился к себе. Растянулся на кровати и стал заново осмысливать состоявшийся разговор. Не с мужиками, нет, с ними всё правильно вышло, группой охотиться удобнее и безопаснее. А вот София… подробности дара нимфы он не знал, но странная женщина сумела сделать невозможное – обуздать тараканов в его голове. И что теперь? Это навсегда? Или эффект временный?

От размышлений его отвлёк стук в дверь. На язык уже попросилось нецензурное выражение, но образ Софии, всплывший перед глазами, заставил его сказать прямо противоположное:

- Войдите, открыто.

На пороге комнаты стояла миловидная девушка лет двадцати пяти, тонкие черты лица, огненно-рыжая шевелюра, которая, несмотря на тщательную укладку так и порывалась растрепаться. Стройное тело в джинсовом костюме. Косметики минимум, ничего вызывающего в поведении тоже не заметил. Он прекрасно понимал, кто эта девушка, знал, что ему предстоит делать и… Тут были определённые трудности. Несмотря на недетский возраст, с женщинами он дела не имел, так вышло, виной чему были психологические проблемы. А тут ему поднесли всё на блюде. И отказаться нельзя, да и, сказать по правде, не хочется.

- Меня Эльза зовут, - представилась она, закрывая за собой дверь, - Соня сказала, что тебе срочно требуется женское общество, а она зря говорить не будет.

Она сбросила куртку и осталась в тонкой майке, почти прозрачной, не прикрывавшей красивых форм.

- Да, так и есть, - Уголёк привстал на кровати, разговаривать он худо-бедно мог, но вот смущение никуда не делось, человек он умный, что делать, знает, но одно дело – знать, другое – применить знания.

- Ты как любишь? – спросила Эльза, - жёстко или нежно?

- Да я… - он сделал над собой усилие, но всё же сказал правду: - понятия не имею, так уж вышло, не было у меня женщины. Никогда. Мне даже разговаривать с ними сложно, поэтому…

- Блиииин… - протянула Эльза, - правда что ли?

Уголёк печально кивнул.

Она на секунду задумалась, после чего, снова улыбнулась.

- Ну и отлично, буду первая. Придётся постараться, зато ты меня запомнишь на всю жизнь. Только, пожалуйста, не влюбляйся, это до добра не доведёт. Готов? Раздевайся.

У них всё получилось. Девушка старалась, а он… мозг буквально захлёбывался в новых ощущениях. И дело тут не в физическом удовольствии. Столь близкое единение с кем-то потрясло его. А потом он нашёл его приятным. И физическое удовлетворение никуда не делось. А под утро, когда усталая жрица любви удалилась, забрав десять споранов, он и вовсе совершил для себя невиданное: улыбнулся. Насчёт оказанных ему услуг он остался вполне доволен, по крайней мере, шутить про жалкую копию правой руки не хотелось. Да и потраченных денег было нисколько не жалко.

Глава седьмая

Стая была серьёзной. Во главе стоял лотерейщик, но такой, что уже вот-вот перешагнёт на следующую стадию. Он бодро бежал во главе стаи. Рядом, почти не отставая, двигался его заместитель, из той же категории, но ниже ростом и чуть более слабый. А за ними, серьёзно отставая, бежала свита, шесть развитых бегунов. Были и пустыши, но те благополучно отстали ещё метров сто назад.

Загонщиком, а точнее, приманкой, выступал быстроногий Валет. Парень забрался в логово тварей, покричал им обидные слова, после чего немедленно бросился бежать. Со спортом парень крепко дружил, но даже так с лотерейщиком тягаться не мог, расчёт был исключительно на большую фору.

Разумеется, в таком деле рассчитать всё точно не получится, а потому парень влетел в помещение в последний момент, когда от преследователей его отделяло всего метра три. Влетел, ухватился за трос и в тот же миг был втянут на второй этаж. Иного пути туда не имелось, лестница обвалена, а прыгать было неудобно.

Преследователи влетели следом, хотя и вынуждены были затормозить, дверь оказалась не под их габариты, втискиваться пришлось боком. Как только они оказались внутри, стальная дверь резко захлопнулась, отсекая остальную погоню. Развитому бегуну, возможно, хватило бы мозгов повернуть ручку, но хитрый механизм уже сдвинул засов. Помещение оказалось отрезано от внешнего мира.

Отсутствие лестницы тварей не смутило. Наверху имелась площадка, куда и скрылась наглая добыча. Тот, что был крупнее, нисколько не сомневаясь, подпрыгнул и уцепился могучими руками за край площадки. Ещё секунда – и он подтянется, а оказавшись наверху, разорвёт на части всех, кто там есть.

Вот только этой секунды ему никто не дал. Люди работали синхронно. Удар кувалды по голове, пусть и не смертельный, помешал тянуться вверх, а одновременно с этим в морду твари выплеснули ковш едкой жидкости, которая полностью залепила глаза. Лотерейщик – не элита, глазные яблоки ещё не обзавелись защитой, а потому в этот момент он начисто лишился зрения.

Пока главный упырь метался внизу, пытаясь очистить морду от прилипшей дряни, второй испытывал другие проблемы. На шею ему упала петля из стального троса, которая тут же затянулась. Более того, петля стала тянуть его вверх. Ему туда и нужно было, но механизм, что поднимал тушу, остановился таким образом, что ноги твари повисли в полуметре над землёй. Возможно, в других условиях он бы и разорвал трос, но теперь требовалась точка опоры. Толстые пальцы пытались залезть под петлю, ноги толкались о стены, но в целом монстр был абсолютно беспомощен.

Поняв, что твари временно не боеспособны, люди приступили к забою. Для человека не впервой охотиться на того, кто больше и сильнее. Когда-то их предки аналогичным образом перебили мамонтов, пещерных львов и саблезубых тигров.

Вожак, кое-как очистив глаза (каковые получили серьёзные повреждения и теперь видели куда хуже), задрал морду кверху, но тут же получил по ней здоровенным куском железа. Крюк от башенного крана, закреплённый на верёвке. Высота приличная, железка тяжёлая, а тварь почти неподвижна. Кость с треском проломилась, глаз, верхняя челюсть и нос перестали существовать. Он был ещё жив, но боеспособность потерял начисто.

Настал черёд второго, тот продолжал болтаться в петле. Его подтянули чуть выше, напрягаться особо не пришлось, делали это не руками, а ручной лебёдкой, а потом неспешно забили кувалдой. Потребовалось больше десяти ударов, в идеале нужно было подтянуть ещё и зафиксировать, но это было опасно, монстр мог ухватиться рукой за край и забраться наверх. Уж лучше так.

Когда разобрались с главарями, настал черёд мелочи, что так и долбилась в стальную дверь. Дверь открыли, всё тот же Валет стоял внизу и манил их к себе. Снова рывок наверх, парень весил немного, Щепка и Уголёк легко поднимали его. После этого вбежавших в загон тварей просто перекололи длинными кольями.

- Итого, - сказал Уголёк, пересчитывая добычу, - одиннадцать споранов и одна горошина. Как?

- Круто, - Щепка присел на корточки, разглядывая убитого лотерейщика. – А времени потратили всего… часа два.

- Именно, ловушка – примитив, всё из подручных средств, а результат налицо. Твари тупые – это наш козырь.

Справедливости ради, результат был в полной мере заслужен всеми. Уголёк, по сути, только идеи подавал. И дверь, с засовом, что закрывался сам, и петля с лебёдкой, и даже стальной крюк на верёвке – всё было подготовлено ими. Он, разве что, щёлочь с мылом намешал.

- Продолжаем? – предложил он.

- Мы-то двумя руками за, - ответил за всех Щепка, - вот только откуда заманивать будем? Там только задохлики остались, от них выхлопа ноль.

- Мы туда не пойдём, - ответил Уголёк, - дальше, за оврагом есть ещё стая, чуть больше этой.

- Рискованно, - заметил Корень, - а ну как не добежим?

- Тоже верно. – согласился Уголёк, - значит, надо по пути сюрпризов приготовить.

- Валет, - скомандовал Щепка, - тащи железо, будем готовить капканы. Сюда бы болгарку и сварочник, я бы такого построил, как на конвейере бы заготавливали.

При установке ловушек требовалось рассчитать поведение тварей. Исходили из того, что мозгов у них мало, к цели движутся кратчайшими путями, под ноги не смотрят, вкладываются в быстрый бег. Отсюда и дальнейшие действия людей. Замедлить, обездвижить, а уже потом забивать. Часть сюрпризов можно подготовить снаружи, а для основного – добро пожаловать в дом.

Новые приготовления отняли времени больше, уже и световой день к концу шёл, когда Валет отправился на провокацию. Первый заход вышел неудачным, приманить удалось одинокого бегуна, отставшего от стаи. Он даже до ловушек не добежал, прибили на полпути, но и с него получили тот самый клок шерсти в виде одного спорана. Пришлось глубже забираться в дебри криво обрезанных кластеров с хозяйственными постройками, а потом ещё и кричать.

На этот раз получилось, да не просто получилось. Сам того не желая, Валет перевыполнил план: вместо одной стаи приманил две. Сначала всё шло по плану, из складского помещения выскочил крупный лотерейщик, следом парочка бегунов, дальше ещё трое, тоже бегуны, но похлипче первых. Казалось бы, полный комплект, теперь оттянуть их подальше, а там… Увы, метров за сто от этого места нашлась ещё одна стая, не стая даже, а просто троица из лотерейщика и двух бегунов, что немногим уступали комплекцией вожаку. И они тоже кинулись за добычей, которую посчитали своей. В таких случаях можно было рассчитывать на схватку между тварями, но те оказались здравомыслящими, а потому решили сначала добычу убить, а только потом драться за мясо.

Валет, сообразив, что влип, прибавил скорости, хотя и так бежал не хуже бывалого легкоатлета. Вторая группа тварей двинулась наперерез, а потому могла и перехватить его раньше.

Обошлось, парень успел добежать до первых ловушек, сделал затяжной прыжок, после чего резко сменил курс и направился к зданию. И снова примитивные ловушки сработали, пусть и избирательно. Ступни лотерейщика оказались слишком грубыми, гвозди не смогли их проколоть. Правда, у ловушки оказалось двойное дно: доска с гвоздями, проваливаясь в вырытую канаву под весом туши, резко поднимала ряд кольев, направленных назад. Первый, таким образом, проскакивал целым, а тот, кто следовал за ним, напарывался на полной скорости. Вторая группа, вырвавшаяся вперёд, сразу перестала быть группой, сократившись до одного вожака, двое его спутников повисли на кольях, сняться с которых самостоятельно нечего было и думать. Повисят немного, после чего пойдут в пищу более удачливым собратьям.

А вожак оказался проворным, догнать людей на открытом месте не получилось, он ворвался в здание, рванул вверх по лестнице, даже преодолел первый пролёт, после чего запутался в сетке из намотанной проволоки. Тонкая проволока из сгоревших покрышек была закреплена за перила, а концы оплетали грузы из бетонных блоков. Здоровяк поначалу даже не заметил этой преграды, просто рванул наверх, размахивая лапами и всё сильнее запутываясь. Порвать такую проволоку для него труда бы не составило, вот только проволоки было много, а ещё требовалось приложить усилия в правильном направлении. Пробежав следующий пролёт, он остановился, грузы тянули его назад, в сумме они весили больше, чем он сам. Остановившись, монстр обиженно заурчал и попытался стряхнуть с себя сеть. Не получилось, тогда он начал рвать проволоку, хватая её мощными лапами. Это был правильный метод, но он требовал времени.

Было ли у него время? Оказалось, что нет. В то же здание ворвались представители конкурирующей организации, тоже бросились наверх, наткнулись на препятствие. Главари потратили примерно десять секунд на выяснение отношений, но драка не началась. Вожак второй группы просто отодвинул конкурента и бросился дальше. Проволока помешала и ему, но он быстро вырвался и… больше ничего не сделал.

Наличие ловушек не отменяет расчёт на удачу, а также на человеческую наглость. Пока тварь обрывала проволоку, сверху высунулся Щепка, каковой от души пырнул копьём в споровый мешок. Заточенная стальная полоса оборвала атаку. Щепка немедленно нанёс укол второму, убить не смог, но повредил глаз. Следом на лестнице началась свалка. Там и так было узко, а теперь на перилах повис немалых размеров труп, рядом с ним вертелся одноглазый неудачник, всё ещё рвавший на себе проволоку, а поверх них лезли все остальные.

В это скопление тел прилетела бутылка с горючим, потом вторая, на несколько секунд твари исчезли в облаке вспыхнувшего пламени. Один из бегунов прорвался вперёд, даже не пытаясь тушить пылающие спину и плечи, поднялся ещё на два пролёта, но только затем, чтобы насадиться на самодельную рогатину, а потом рухнуть с пробитым черепом. Его судьбу повторил и следующий.

Двух изрядно обгоревших лотерейщиков встречали уже на чердаке. Тварь просовывает голову в люк, на шее затягивается трос, а дальше дело техники. Свой споровый мешок монстры стараются никому не подставлять, но, если тебя тычут копьями с нескольких сторон, ты, пусть и временно зафиксирован, а глаза твои повреждены огнём и плохо видят, судьба твоя незавидна. Второго убили тем же способом. Твари бывают умными, но к данным созданиям это не относилось.

- Круто! – заявил Корень, подсчитывая добычу.

Сейчас они находились в относительно безопасном месте, из того дома пришлось быстро сваливать, потратив время на сбор добычи. Пожар, пусть и скоротечный (огнесмесь выгорела, а кроме неё в бетонном здании гореть было нечему), привлёк ненужное внимание, со всей округи стали стягиваться твари. Они успели уйти, а заодно получили некоторую перспективу. Чудовища, разом собравшись на небольшой площади и не обнаружив добычу, разбрелись на небольшие расстояния и временно впали в ступор. Отсюда их будут выманивать в следующий раз.

- Ещё бы, - усмехнулся Щепка. – Раньше о такой добыче и не мечтали. Вон, ему спасибо скажите.

- Да не за что мне спасибо говорить, - пожал плечами Уголёк, - идея-то на поверхности лежит, только руки приложить требовалось. Мне рук не хватало, вот вас и позвал. Завтра продолжим?

- Конечно, - едва не хором отозвались все трое. – И послезавтра, пока весь этот пятак не зачистим. Потом можно будет и отдохнуть.

Разговаривая с командой, Уголёк отмечал две вещи. Первое: с коллегами получается общаться без малейших затруднений. И даже образ Софии вспоминать не приходится. Почему? Наверное, тут и обратная связь важна, они его воспринимают, как своего. Второе: его ситуация устраивает полностью. И даже тот факт, что добычи стало чуть меньше, нисколько не напрягает. Пара споранов – мелочь, да и особого смысла богатеть в этом мире он не видел.

Они отправились домой. Дом, конечно, условный, но так уж вышло, что другого дома нет. Все были в приподнятом настроении, даже сам Уголёк тихонько чему-то улыбался. Казалось, жизнь налаживается. В столовой его встретила София, женщина стояла за прилавком и, видя, что вся компания вернулась без единой царапины, да ещё и при деньгах, ласково ему подмигнула и указала на столик.

Добычу они делили поровну, Уголёк от каких-либо бонусов отказался, все работали, никто в стороне не сидел. Но ужин вышел богатый. Столовая имела в запасах некоторое количество дорогих продуктов, а потому на столе появились мясные деликатесы, икра, пирожные и, в нарушение правил заведения, бутылка вина. От вина Уголёк отказываться не стал, но выпил всего граммов двадцать, а вот на еду налёг от души, для такой жизни нужны калории.

Попутно, даже не следя за разговором товарищей, бросал косые взгляды на Софию. Странная, очень странная. И ведь давно в Улье, раз дар настолько силён. При этом почти его не использует. Почему? Боится? Допустим, а как ей удаётся скрывать? Есть ведь люди, дар которых – открывать дары других. Или в этом стабе всем на всех плевать? Очень странно. И с чего он её внимание привлёк? По доброте своей решила помочь? Может, и так. Кстати, у Николы ведь тоже какое-то подобное умение. А ещё Никола сказал, что Уголёк – хороший человек. А он хороший? В голове немедленно всплыл образ Сизого с разбитой головой. Хороший человек так сделает? Уголёк прислушался к своим ощущениям и решил, что ему нисколько не стыдно за тот поступок. Более того, он уверен, что убийство крёстного, что бы там ни говорили про традиции Улья, избавило его от кучи проблем.

Мысли его переключились на сам Улей. Он, вроде бы, может дать удачу, а может и наказать. Ему пока везёт. Вывод? Улей пока что на его стороне. А традиции придуманы людьми, что здесь живут, никакого подтверждения им нет, так что зацикливаться на них не стоит. Ему, кстати, совсем не нравилось новое имя. А сменить его можно? Наверное, хотя это, возможно, очередное местное табу, высосанное из пальца. С этими мыслями он поблагодарил спутников и отправился спать. Завтра будет трудный день, нужно отдохнуть.

Глава восьмая

Охотились они больше месяца, напрочь истребив тварей в так называемой средней полосе. Средней она называлась потому, что ближе к стабу находилась первая полоса, где было почти безопасно, а среди тварей преобладали безобидные пустыши, а дальше к густонаселённым кластерам располагались владения развитых заражённых, куда соваться не рисковали даже хорошо вооружённые группы. Рисковали, конечно, но нечасто, потому как мало было просто пробраться туда и убить крупную тварь, нужно было ещё и вернуться назад, что было не так просто. Теперь же эта самая полоса оказалась зачищена в ноль. Оставалось ждать перезагрузки серии кластеров, которая бы снова обогатила эти места.

Вариантов дальнейших действий было несколько. Первый: рискнуть и сунуться дальше, что было сопряжено с риском, даже простой топтун представлял уже другой уровень охоты, а примитивные ловушки его бы не остановили. Второй: сидеть на месте и ждать «урожая», это было куда рациональнее, тем более, что за этот месяц все четверо изрядно разбогатели. Ну и третий: просто свалить из стаба, подавшись в дальние земли.

Все трое его коллег выбрали третий вариант. Звали с собой и Уголька, но тот отчего-то отказался. Сам себе он свой поступок объяснить не смог, знал, что уезжать нужно, но что-то его пока удерживало. Распрощавшись с товарищами, к которым успел за это время крепко привязаться, он отправился к себе в номер.

Недавно в его жизни случилось ещё одно событие. Открылся дар. Не открылся, конечно, просто он сходил к знахарю. Время прошло, в организм последовательно поступили одиннадцать горошин, стало быть, можно интересоваться даром. Знахарь, странный худой мужик, расписанный татуировками и с длинными нечёсаными волосами, содрал с него приличную плату, после чего, несколько раз обойдя его вокруг и поводив руками у головы (всё это он делал с задумчивым видом, временами выпадая в астрал), выдал:

- Короче, ты – огневик-пиромант.

- А по-русски? – попросил Уголёк.

Знахарь почесал голову, видимо, с русским языком у него имелись некоторые проблемы.

- Нууу… видел магов, что файерболами кидаются?

- Вживую – нет, - с сомнением проговорил Уголёк.

- Так вот, твой дар – это… нет файерболы пока запускать не сможешь, ты не огнём управлять будешь, а… - он снова замялся, пытаясь облечь свою мысль в понятные слова, - короче, тепловую энергию направлять. Что-то нагреть, что-то охладить. Тренируйся, пей гороховый раствор, глядишь, научишься. Лет через пять, допускаю, и на файербол силы хватит.

Больше ничего от него не добившись, Уголёк отправился к себе и попробовал применить дар. Как ни странно, кое-что у него стало получаться почти сразу. Тренировался на стакане с чаем. В нём налит почти кипяток. Если оттянуть часть тепла, чай станет прохладнее. Это ему по силам? Вот и проверит. Когда получилось, удивлению не было предела. Правда, имелись и странности. Он ещё до эксперимента задавал себе вопрос: как быть с законом сохранения энергии? Вот какой-то горячий предмет, если его охладить усилием мысли, куда денется тепло? Оказалось, что тепло никуда не исчезает. Когда он руками попытался охладить чай, руки обдало жаром, словно кипяток выплеснули на них, нагрелся и стол под стаканом, хотя он деревянный, а дерево плохо проводит тепло. Зато чай резко стал комнатной температуры.

Подумав с минуту над перспективами, он попробовал обратный эксперимент, приказал чаю нагреться. И снова получилось, чай в стакане снова стал горячим, а руки заледенели, словно он зимой полчаса без перчаток гулял, да по столу расползлось пятно инея. Тут же выяснилось, что дар имеет ограничения. Условная мана на этих двух экспериментах закончилась, и снова развлекаться с нагревом и охлаждением получилось только минут через сорок.

Закончив с этим вопросом и выпив уже многострадальный чай, Уголёк предался размышлениям. Тема простая: что делать дальше? Запасов ему хватит на пару месяцев безбедной жизни, а потом? Друзья подались в большой мир, решив заняться торговлей. Удачи им. А он сам? К торговле не лежала душа, вообще, складывалось ощущение, что он ещё нужен здесь, что-то должен был сделать, но не сделал. Вот когда сделает, можно будет уходить.

Но с конкретикой было туго. Уголёк догадывался, что мысль задержаться ему внушает сам Улей. Какая-то великая миссия? Увы, коммуникация с местным богом затруднена, вопросы ему задавать можно, а вот ответов ждать не приходится. Закончив ужин, он отправился к себе, раз уж охотиться не нужно, стоит заняться разведкой. Собственно, неразведанных мест полно, просто там охотятся другие, даже вчетвером туда залезать не стали, избегая конфликтов. А он завтра заглянет, не в целях наживы, а только посмотреть. Там, в той стороне, располагался, по сути, мегаполис, состоящий из нескольких городов, слепленных вместе. Увы, нынешние жители были против пришлых, но сам город манил к себе.

Вечером к нему снова пришла Эльза. Он не вызывал, видимо, снова София постаралась, или же девушка пришла по своей инициативе. Уголёк не стал задавать вопросы, просто впустил её в номер и, ни слова не говоря, повалил на кровать. Пусть секс уже не впечатлял так, как было в первый раз, но эмоции никуда не делись, да и просто следовало отдохнуть, уж очень напряжёнными были последние недели.

Утром он отправился на разведку. Примерно в пяти километрах от привычных охотничьих угодий располагалась другая территория. Что именно тут есть, он представлял смутно, вроде как, приличных размеров клин пустого пространства вдаётся в городские кластеры. Добыча есть, вот только справа и слева могут найтись те, кто считает добычей тебя самого и, что характерно, совершенно справедливо.

Тем не менее, Уголёк смело направился туда. Убивать тварей необязательно, он вполне обеспечен, а вот ознакомиться местностью не помешает. Можно ещё пройти дальше, там, если сместиться обратно к стабу, находится та самая военная часть, где люди Кастета добывают оружие и скудные запасы патронов. Но это потом, а пока.

Уголёк сам не заметил, как вошёл в жилой дом. Тут уже порезвились заражённые, судя по разрушениям, рангом не ниже рубера. Вряд ли кто-то менее развитый мог так лихо выносить двери вместе с косяками. Можно было поискать что-то ценное в этих домах, но для этого придётся разгребать обломки бетона и кирпичей. А ему что-то нужно? Одежда? Её полно и стоит дёшево. Драгоценности? Так это просто красивые штуки и ценность имеют довольно ограниченную, более того, человек, активно собирающий золото попадёт под подозрение из-за возможной связи с мурами. Технику, так опять же, интернета здесь нет, а купить ноутбук с коллекцией фильмов и книг можно на стабе. Вот оружие ему бы пригодилось, среди жителей могли быть охотники, что хранили бы дома старый дробовик. Увы, на поверхности ничего похожего на оружейный сейф не видно, а обыскивать каждую квартиру он устанет.

Обойдя несколько разрушенных квартир, Уголёк махнул рукой на это занятие и стал спускаться по лестнице вниз. Здесь ничего интересного, сейчас он пойдёт дальше.

Но вышло несколько иначе, сразу на выходе его окликнули.

- Слышь, червяк, ты чего тут забыл? – голос был угрожающий, словно его обладатель в самом деле застал кого-то на месте преступления.

- Просто гуляю, - спокойно сказал Уголёк, окинув взглядом собеседника. Мужик, крепкий, бритый наголо, одет в камуфляж. Оружия не видно, только кирка за поясом. – А что не так?

- А то, что это наше место, - прорычал оппонент. – Какого лешего сюда лезешь?

- Я же сказал, гуляю, - так же спокойно ответил Уголёк, хотя внутри уже всё начинало бурлить, и даже спасительный образ Софии, каковой, возможно, позволил бы решить дело миром, отчего-то не появлялся.

Тут появился второй участник, под стать первому. Тоже крупный, разве что, выглядел старше и носил бороду.

- Охренел что ли?!! – вставил он свои пять копеек. – На нашу добычу пасть разинул? Ну-ка, выворачивай карманы, посмотрим, что скрысил.

Уголёк в последний раз попытался ответить словесно, но ему не дали открыть рот. Первый собеседник подпрыгнул к нему вплотную и резко боднул его головой в лицо. Сказалась разница в весе, Уголёк отлетел назад, а из сломанного носа хлынули струйки крови. Подняться не дали, второй нападавший с другой стороны резко его пнул, рёбра взорвались болью, он откатился шагов на пять, где снова получил удар ногой, теперь уже в плечо, отчего рука на несколько секунд отнялась.

Мужики продолжили его вяло пинать, приговаривая что-то про крысу и про то, как они его чему-то научат. Уголёк вертелся у них под ногами, забрызгивая кровью асфальт. Вдруг один из них замер, выпучив глаза, тихо застонал и стал медленно оседать. Второй даже не понял, что случилось. Просто нога избиваемого парня, резко выпрямилась, а твёрдый ботинок ударил в пах. Будь ты хоть сто раз здоровяк, хоть старожил Улья с суперспособностями, хоть вообще супермен, а яйца у тебя всё те же, и никакой Блендамед это не исправит.

Болевой шок временно выключил охотника из реальности, а когда его коллега понял, что случилось, было уже поздно. Избитый и окровавленный парень умудрился ухватить его за ремень, а потом с обезьяньей ловкостью запрыгнуть на грудь. Драться мужик умел, да только противопоставить бешеной ярости слабого на первый взгляд противника ничего не смог. Большие пальцы Уголька вдавились ему в глаза, а зубы вцепились в нос, да не просто вцепились, кончик этого самого носа был немедленно откушен, а дальше болевой шок полностью лишил его ориентации. Уголёк себя уже не контролировал, злоба и ненависть к людям, спрятавшаяся было на время, вырвалась на свободу и теперь куражилась вовсю.

Когда ясность мыслей вернулась, он сидел на корточках и рычал, словно зверь. Перед ним лежали два искромсанных трупа, а рука сжимала нож. Нож был не его, видимо, вытащил у одного из этих, но он этого момента не помнил.

С трудом поднявшись, он сплюнул кровавый сгусток вместо с парой зубов. Утерев кровь с глаз, он понял, что видеть лучше не стал, правый заплыл полностью, левый открывался наполовину. Рёбра горели огнём, а в голове всё плыло. С трудом выбрав правильное направление, он, шатаясь, побрёл в сторону стаба.

Где-то на полпути, пытаясь поймать вертевшуюся в голове мысль, он остановился и сформулировал её вслух:

- Мне нужно оружие.

Если бы рядом кто-то был, вряд ли смог бы разобрать фразу, разбитые губы плохо подходили для произнесения слов, но ему стало легче. Что там Никола говорил? Дробовик дорогой, а патроны не окупятся с добычи? Допустим, но можно его и не использовать, просто носить с собой, как страховку. Подобные случаи не должны повторяться, огнестрел в этих краях редкость, а значит, у вооружённого человека будет преимущество в спорах. Что там Сизый говорил? Закон – тайга, прокурор – медведь. Так и есть, прав был покойный уголовник.

Но сразу за оружием он не пошёл. Просто затарился едой и живцом, а потом закрылся в своей комнате, и не выходил оттуда восемь дней. Травмы были тяжёлыми, пусть и не посещая лекаря, он сам диагностировал переломы рёбер, рассечения, выбитые зубы и сотрясение мозга. И пусть тут Улей, в котором раны заживают быстро, отдых ему всё равно требовался.

На девятый день, почти без следов побоев, он покинул своё убежище. Направился к центральному району стаба, только там можно было купить оружие. Но, оказавшись у административных зданий, он остановился. Тут стояли странные машины, огромные закрытые фуры, вроде рефрижераторов. Рядом бродили странные люди, напоминающие учёных, разве что, белых халатов недоставало, тут же суетились некоторые представители администрации стаба.

Только теперь он сообразил, что это те самые институтские, о которых ему рассказывали. Это хорошо, что они приехали? Он не знал. Глаза тут же выхватили из толпы необъятную фигуру Николы. Тот его тоже узнал и приветственно махнул рукой.

- Уголёк, иди к нам, дело есть, на миллион.

- Прямо на миллион? – с сомнением проговорил Уголёк, но всё же подошёл.

- Вот, знакомься, - Никола кивнул на собеседника, - научный сотрудник…

- Старший научный сотрудник, - поправил тот, - но давайте знакомиться, меня зовут Борис Геннадьевич.

Учёный протянул руку.

- Уголёк.

- Товарищ Никола вас рекомендовал, - учёный указал взглядом на местного менеджера. – Говорил, что вы очень удачливый охотник.

- Ээээ… - Уголёк поднял взгляд на Николу.

- Э, дорогой, - в голосе Николы прорезался резкий акцент, - о тебе весь стаб болтает, так, как ты, никто тварей не бил.

Уголёк ничего не ответил, но запомнил для себя, что в ограниченном пространстве стаба оставаться незаметным не получится, особенно для таких, как Никола, для которых информация – один из важнейших элементов успеха.

- Если вы не против, пройдёмте к нам, - предложил Борис Геннадьевич. – Выпьем чаю и поговорим о деле.

- Да, конечно, пройдёмте, - Угольку опять стало неловко, эти люди словно вынырнули из той, другой жизни, о которой он уже стал забывать. Борис Геннадьевич, а не какой-нибудь Уголёк, Сизый или Щепка.

Они поднялись по металлической лестнице в фургон. Крошечная комнатушка с откидным столом и двумя стульями позволила разместиться с относительным комфортом. На столе появились две кружки кофе, а потом учёный выставил ещё и вазочку с конфетами.

- Угощайтесь, а я пока изложу вам своё дело. Итак, наши сотрудники регулярно посещают этот забытый всеми богами уголок. Кто-то даже говорит, что у нас какая-то особая дружба с местным руководством.

- Так само руководство и говорит, - заметил Уголёк, разворачивая конфету.

- Да, так они свой статус повышают, - Борис Геннадьевич усмехнулся, - мелкие бандиты, подмявшие под себя нищий стаб – это не уровень, а вот друзья Института… это, знаете ли, куда солиднее звучит. Впрочем, нам на это плевать. Нас вообще этот стаб не интересует, разве что, как источник неквалифицированной рабочей силы. Занимаемся мы кластерами, расположенными там, - учёный ткнул пальцем в стену фургона, - это место – одна сплошная аномалия, вы, наверное, заметили, что, в отличие от других мест, здесь границы кластеров проложены совершенно беспорядочно?

Уголёк ничего подобного не замечал, но на всякий случай кивнул.

- Так вот, через месяц с небольшим будет грузиться крупнейший кластер в той стороне, а нам нужно… Вам ведь не интересно, - он покосился на Уголька.

- Вы продолжайте, - сказал тот, отхлебнув кофе, - я так понял, вы мне какую-то работу поручить хотите?

- Именно, мы хотим исследовать местность сразу после перезагрузки, техника прибудет позже. Так вот, для этого нам нужно… нужен… Как же вам объяснить. В общем, есть подробный план подземных коммуникаций, известно, где он лежит, но сейчас то место разрушено в хлам. Сразу после перезагрузки нужно будет туда проникнуть и забрать. Папка с бумагами, вот такой толщины, - Борис Геннадьевич показал сантиметров пять.

- И где это? – спросил Уголёк, чувствуя подставу.

- Смотрите, - учёный нажал кнопку, штора на небольшом окне свернулась, открывая отличный вид на мёртвый город, - отсюда видно без бинокля. Вот этот дом, в нём шесть этажей, на самом верхнем… видите?

- Что я должен увидеть?

- Там вмятина, словно молотом ударили.

- Вижу, - согласился Уголёк, он действительно видел, что верхний угол здания просто разнесён неведомой силой.

- Так вот, именно там находится кабинет, в кабинете шкаф, в шкафу эта папка. То есть, всё это будет сразу после загрузки. Вы отправитесь туда, заберёте папку и принесёте мне. Профит, заплатить обещаю…

- Мне спораны не нужны, - тут же заявил Уголёк, - нужно оружие и патроны.

- Ну, мы обычно арсенал с собой не возим, - учёный поморщился, - но, думаю, что-то выделить сможем.

- Винтовку и пистолет, - заявил Уголёк. – С патронами.

- Так вы согласны? – спросил Борис Геннадьевич.

Уголёк снова посмотрел в окно. Слишком далеко, его сожрут на первой четверти пути.

- Что-то мне подсказывает, что не дойду, - с сомнением произнёс он. – Там ведь владения крупных тварей.

- Есть один шанс, - учёный откинулся на стуле и отхлебнул кофе из чашки. – дело в том, что твари, включая элиту, отлично чуют момент загрузки. При этом происходит их массовое бегство с территории кластера. И в этот момент они не думают о добыче. Просто бегут за его границы и чуть дальше. Потом возвращаются. Есть небольшой временной лаг, примерно в четверть часа. Если подгадать время, остановиться у самой границы, потом постараться не быть затоптанным, потом подняться на шестой этаж… Шансы есть, но нужна скорость и удача.

Уголёк задумался. Думал он минуты три, после чего ответил:

- Мне нужна карта, точное время загрузки, и чтобы меня встретили на обратном пути.

- Так вы согласны?

- Да.

Глава девятая

Нельзя сказать, что он не волновался. Причин для волнения было более, чем достаточно. Несколько таких причин бесновались в опасной близости от него. Твари размером с грузовик, чувствуя близкую загрузку, не могли усидеть на месте. Вылезали из подвалов, спрыгивали с эстакад, местами устраивали драки между собой, впрочем, не особо серьёзные, делить им было нечего.

А он сидел и ждал. Первая часть плана прошла успешно, он преодолел несколько километров, остановившись у границы небольшого, но плотно застроенного кластера. Отчасти ему повезло, отчасти помог тот факт, что путь хотя бы частично пролегал по уже зачищенной территории. Вдобавок он пропитал одежду особым составом, обивающим запах человека, твари бывают близорукими, но на запах добычи идут хорошо, а конкретно эти, хоть и нервничают в ожидании загрузки, но очень голодны.

Он сидел, скорчившись, на балконе второго этажа жилого дома. Граница кластера была в десяти метрах отсюда. Учёный был прав, говоря о том, что кластеры грузятся криво, обычно граница не разрезает дома пополам, а тут такое сплошь и рядом. Интересный, наверное, феномен, вот только какова практическая польза?

Посмотрел на часы. Ещё двадцать минут, а здоровенный рубер топчется совсем близко. Твари при загрузках кластеров убегают с запасом, на несколько сотен метров, так что время будет, по дороге туда можно не опасаться ничего, а вот обратно… и времени для хитрых задумок не будет, да и не помогут его примитивные ловушки против живых танков, что лапами крушат бетонные стены.

Минуты тянулись мучительно долго, вот среди тварей началась нездоровая суета, нет, они пока не бежали, просто вертелись на месте и осматривались. Вот один, слегка не дотягивающий до полноценного рубера, поковылял к границе кластера, вот второй, теперь уже почти настоящий рубер, резко кинулся туда же. Это послужило сигналом для остальных. Земля задрожала от топота гигантских ног, кто-то вылезал из подвала, снося несущие стены, кто-то спрыгивал со второго этажа, оставляя на асфальте глубокие вмятины. Снаружи поднялась пыль, скрывшая бегущих.

Уголёк медленно считал в голове, стараясь поймать момент. Твари уберутся чуть раньше, потом, с интервалом в минуту-две, произойдёт загрузка, после этого остаётся только не зевать.

Когда топот начал удаляться, он рискнул выглянуть. Пыль оседала, в воздухе начал появляться тот самый туман. Теперь только следить. Перепутать свежий кластер невозможно, там всё будет целым, тогда как здесь словно артиллерия поработала.

Три… два… один… Такое он видел впервые, дома, дорога, детская площадка, небольшой магазин, всё это, только что лежавшее в руинах, теперь восстановилось. На улицах появились люди, что зажимали носы и пытались прикрыть их рукавами одежды. Там, в том, нормальном мире, кажется была осень, очень уж одежда характерная.

Но всё это он обдумывал уже на бегу. В голове толкалась мысль о том, что людям этим нужно помочь, часть из них иммунные, вот только здравый смысл тут же отгонял эту мысль, как провокационную. В самом деле, ситуация такова, что ему одному, чтобы прорваться обратно, требуется чудо. А чего стоит увести за собой группу ничего не понимающих людей? Да он им только объяснять всё будет минут сорок, а с его коммуникабельностью, так и вовсе… нет, свой альтруизм следует спрятать подальше.

Он бежал со всех ног, стараясь не поскользнуться на мокром асфальте. Здание всё ближе, вот уже и угол в прямой видимости. Так, где вход? На входе имелась охрана, но, к счастью, не здоровенные ЧОПовцы с оружием, а просто вахтёр-пенсионер, в задачу которого входило проверять пропуска. Не обращая на него внимания, Уголёк перепрыгнул через турникет и рванул по коридору.

Требовалось найти лестницу, но с этим были проблемы, поскольку свет ожидаемо вырубился, а аварийного освещения здесь не предусмотрено. Хоть таблички пожарного выхода светятся, и то хлеб.

Вот, нашёл, лестница, по которой спускаются люди, расталкивая всех, он рвался наверх. Дыхание уже сбилось, ноги наливались тяжестью. Спринтерская скорость быстро высасывает запас сил, а он уже не меньше километра пробежал. Третий этаж, четвёртый… Вот, шестой. А в какой стороне тот кабинет?

Чтобы найти нужную сторону, пришлось ворваться в другой кабинет, кажется, бухгалтерию, напугав своим видом тёток, праздно сидевших за неработающими компьютерами. Здесь имелось окно. Отодвинув жалюзи, он выглянул на улицу. Ага, в той стороне, дверь справа.

Тут его ждало очередное затруднение. Дверь нужного кабинета оказалась заперта, причём, изнутри. Ну, это поправимо, дверь, всё же, не стальная. Отбежав к противоположной стене, Уголёк с размаху ударил плечом. Небольшая щеколда вылетела внутрь, дверь распахнулась и, с некоторой задержкой упала. Открывалась она обычно наружу, а тут её совершенно по-варварски открыли внутрь, хлипкие петли не выдержали такого надругательства.

В кабинете за массивным столом сидел местный начальник, судя по виду, очень важный начальник, такой, что к мэру города без стука входит. Он немедленно встал из-за стола и, сделав надменную гримасу, начал выговаривать:

- Вы что себе позволяете, молодой человек, кто вы вообще такой и почему…

Дальнейший поток слов был оборван самым беспардонным образом, кулак Уголька вонзился ему в солнечное сплетение, начисто выбив дыхание, а следом начальник был схвачен за воротник, а к глазу его приблизилось острие ножа.

- Где? План? Подземных? Коммуникаций? – раздельно прорычал Уголёк, стараясь напугать оппонента до полного подчинения.

- Ээээ… - начальник всё ещё пытался сделать вдох, получалось плохо, но и нож он игнорировать не мог. В итоге просто указал пальцем на шкаф.

Отпустив жертву, Уголёк бросился перебирать папки. Не то. Опять не то. Вот! Нашёл! Схватив папку, он сунул её в рюкзак и бросился к выходу. Пришедший в себя хозяин кабинета сидел в углу и настойчиво тыкал пальцами в кнопки телефона. Наивный, нет больше полиции, как нет и сотовой связи, а через несколько минут не станет и его самого, а вместе с ним всего населения этого куска пространства. Но Уголёк тут ни причём, не в его власти этих людей спасти, ему бы самому унести ноги.

По лестнице он нёсся, перепрыгивая сразу через шесть ступеней. Зря, наверное, только ногу сломать не хватало, но и экономия времени важна, тут каждая секунда может стать решающей. Снова прыжок через турникет, вот он на улице. Народ пока относительно спокоен, собрались кучками и обсуждают. Даже машина полиции стоит, правда, стражи порядка в таком же недоумении, как и простые обыватели.

- Бегите!!! – крикнул им Уголёк, пытаясь хоть немного очистить совесть. – Спасайтесь, туда, там спасение!!!

На этом его попытки закончились, да и смысла в них не было никакого. С той стороны уже двигались полчища тварей. И с другой стороны тоже. И с третьей. Этот кластер не так велик, скорее всего, те твари, что сюда заявятся, даже не поедят досыта. И уж точно не оставят никого в живых.

А он сам пока ещё надеется выбраться. Твари, даже те, что обладают каким-никаким интеллектом, действуют отнюдь не слаженно. Им бы согнать жертв в кучку, окружить, а потом есть, другие в это время прошлись бы по домам, выковыривая добычу из бетонных коробок. Вместо этого на улицы свежего кластера врывались одиночные монстры, хватали первых попавшихся жертв и рвали зубами. Следом бежали новые, кое-где соблюдалось подобие порядка, в том смысле, что более развитый мутант выбирал добычу первым, а те, что послабее, ждали очереди.

Но это не главное, главное, перед ним сейчас нет сплошного фронта загонной охоты. Значит, можно будет пробежать и разминуться с тварями. Только момент поймать, тогда…

Уголёк резко метнулся в сторону, прямо на его пути огромный мутант, почти настоящий элитник, схватил лапой толстую женщину лет пятидесяти, разорвал пополам и впился зубами в одну половину. Как бы ни жалел он этих людей, а пробираться вперёд получалось единственным способом, постоянно формируя перед собой живой щит. Если появлялся монстр, он прятался за толпой и, как только тот находил добычу, продолжал бежать.

Собственно, за пределы кластера он уже выбрался, вот только твари никуда не делись. Инстинкт подсказывал им, что бежать надо туда, где только что воняло кислым, но зачем бежать туда, когда добыча есть и здесь. Часть людей успела выйти из кластера и обследовала окрестности. Беда в том, что людей этих слишком мало для того, чтобы за ними спрятаться. А опоздавших монстров наоборот слишком много.

Мелькнула мысль забраться на тот же балкон, но тут же и погасла. Это через головы тварей придётся прыгать, там как раз две здоровенные туши сидят и старательно жрут каких-то неудачников.

Усталость наваливалась всё сильнее. В целом, ещё немного осталось, вот, сейчас сюда, потом ещё метров пятьдесят по улице, там забор. Если перепрыгнуть через него, там будет спуск. Дальше кувырком вниз, а там… Что делать, если за забором окажутся твари, он не придумал. Будет убегать, но вряд ли успеет.

Забор приближался, когда на него обратили внимание. Крупных тварей тут уже не было, а вот лотерейщик, пусть и занятый поеданием свежего трупа, нашёл силы дотянуться лапой и ухватить за плечо пробегавшего мимо человека.

Ухватил, но острые когти сыграли против него, распоров ткань и кожу, но скользнув по костям. Уголёк взвыл от боли, но смог с разбега ухватиться за кромку бетонного забора. Страх придал сил, он спрыгнул уже на той стороне и снова побежал. Для лотерейщика этот забор проблемы не составит, перемахнёт и не заметит. Обошлось. Тварь оказалась рациональной. Если догонять эту добычу, кто-то может спереть ту, что есть. Уж лучше спокойно доесть её.

С той стороны забора также имелись твари, но совсем уж второсортные, вроде бегунов и пустышей. Справится, а не справится, так убежит. Оказалось, что себя он переоценил. Несколько километров на предельной скорости, да сильнейший стресс, да потеря крови. В глазах начало темнеть, а ноги сами собой стали замедляться. А мертвяки уже собрались в толпу и бодро припустили за ним. Да и впереди по курсу есть несколько, они способны сработать на опережение.

Спасительный обрыв всё ближе, там его ждут, вот, прямо на спуске, ещё немного…

Сначала раздались выстрелы, потом его подхватили под руки, а только потом он позволил себе потерять сознание. Очнулся от запаха нашатыря. Находился он в той самой фуре, в которой перемещались учёные, он был раздет до пояса, а плечо замотано бинтами. Спасибо учёной братии за такую заботу, сам он никогда так плотно не бинтовался, хотя уже давно потерял счёт ранениям. Обычно обходился сложенной марлей и пластырем.

- Как вы себя чувствуете? – заботливо спросил Борис Геннадьевич. – Встать сможете?

Уголёк кивнул и с некоторым трудом поднялся с кушетки. Голова слегка кружилась, но тело слушалось, а раны постепенно заживут. Рядом стоял его рюкзак, который сейчас был расстёгнут, папки внутри не оказалось.

- Вы забрали план? – спросил он, указав на рюкзак.

- Да, вы отлично справились, - кивнул Борис Геннадьевич. – насчёт оплаты не беспокойтесь, сейчас сходите к нашему… скажем так, завхозу, он выдаст вам то… что выдаст. Как выйдете, сразу направо, там небольшой кунг, в нём сидит такой бородатый дядька, он в курсе.

Тянуть Уголёк не стал. Быстро попрощался с учёным, покинул фуру. Справа имелся кунг. Внутри, в самом деле сидел бородатый человек и перебирал какие-то коробки.

- Здравствуйте, - сказал Уголёк. – Меня Борис Геннадьевич отправил, сказал, вы в курсе.

- Ага, - хрипло отозвался бородач, - сейчас выдам, но, сразу говорю, на супер стволы не рассчитывай, только неликвид.

- Но хоть с патронами? – с надеждой спросил Уголёк.

- Кое-что дам, - обнадёжил завхоз. – Тебе, стало быть, два ствола нужно, длинный и короткий, так?

Уголёк кивнул.

- Начнём с длинного.

Бородач полез в продолговатый ящик и вынул на свет винтовку. Довольно неплохую винтовку, выглядела она, как новая, деревянное ложе не поцарапано, воронение на металле также в целости. Более того, внешний вид подсказывал, что винтовка автоматическая.

- Итак, - важно заявил завхоз, - винтовка М-14, производства США, год выпуска… шестьдесят второй. Калибр – семь шестьдесят две, ну, или триста восьмой, если по-буржуински. Состояние близко к идеальному, некоторое неудобство вызовет диоптрический прицел, но привыкнуть недолго. Работать можно, как одиночными, так и очередью, но очередью стрелять не советую, потому как хрен куда попадёшь.

Уголёк взял винтовку в руки, тяжеловата, но, в целом, сойдёт.

- А почему неликвид? – спросил он, ожидая подвоха.

- Сынок, - снисходительно обратился бородач, - скажи мне, ты из какой страны?

- Из России.

- И я, представляешь, оттуда, и кластеры эти, и другие, и третьи – они все, представь, тоже куски России с небольшими вариантами. Вывод отсюда какой? Всё просто, патрон такой задолбаешься искать, их только в охотничьих магазинах достать можно, ну, или у ксера, но это тебе точно не по карману.

- А зачем мне винтовка без патронов? – Уголёк даже положил оружие обратно на стол.

- Ну, я тебе дам кое-что, собственно, винтовка эта балластом лежала, а потом нашли раздолбанную машину внешников, а на ней сломанный пулемёт, а в пулемёте недобитая лента оставалась. Там восемьдесят патронов, из них двадцать бронебойных. Точнее, с твёрдым сердечником, вот эти, с зелёным кончиком. Пробивное действие приличное, если точно бить, то вплоть до рубера… хотя экспериментировать не рекомендую. Теперь короткий ствол.

Он снова полез в коробки и вынул нечто странное. В предложенном куске металла Уголёк не без труда опознал револьвер. Выглядел тот довольно уродливо, ствол сантиметров десять длиной, но калибр явно большой. Единственной красивой деталью была рукоятка, закатанная в чёрный пластик с выемками под пальцы.

- Знакомься, - бородач улыбнулся, - револьвер «Гном», экспериментальная разработка, таких сделали всего пару сотен, а потом конструкторы бросили это грязное дело.

- Всё так плохо? – Уголёк поморщился.

- Нет, с точки зрения характеристик, оружие отличное, просто его для полиции делали, спецназов полицейских и прочее. А им такое добро постольку поскольку. Его бы для геологов, полярников и охотников, тогда бы пригодился. Смотри, из плюсов: калибр конский, двенадцать и пять, тридцать второй ружейный с гильзой, укороченной до сорока миллиметров. С бронебойной пулей, просто гаубица карманная. Из минусов… например, гладкий ствол, впрочем, это не такой уж минус, зато начальная скорость большая, но точность так себе, дальше двадцати метров стрелять не советую. С ним ещё наши умельцы поработали, рукоятку заменили и убрали автоматический предохранитель, лазерный целеуказатель в комплекте был, так его тоже свинтили, лишнее это. Ну, и главный минус – это патроны. Дам всего десять, больше не проси, гильз нету.

- Негусто, - Уголёк рассчитывал хоть на три десятка.

- Не спеши унывать, - бородач улыбнулся. – На самом деле патронов у тебя гипотетически много. Смотри сюда.

На стол легла коробка, завхоз открыл её и показал приличный запас капсюлей. Следом он вынул небольшой, но очень увесистый мешочек из плотной ткани, а в довершение выложил на стол странный цилиндрический предмет длиной сантиметров тридцать с продольным отверстием в середине, сделанный из чего-то, похожего на полупрозрачный пластик.

- А теперь расскажите подробно, - попросил Уголёк. – Что мне с этим всем делать?

- А ты не понял? Вот, есть у тебя десять патронов, два барабана. Вот ты выстрелил десять раз и остался с голой ж… безоружным, в общем. Потом собираешь гильзы и спокойно их заряжаешь. Вот это – капсюли, их надо вставлять вот сюда, предварительно выбив старые, вот это – он раскрыл мешок, - пули, заметь, бронебойные. В довесок дам форму для отливки, правда, обычных, свинцовых, и даже вот эту штуку, куда ты будешь вставлять патрон и, вращая вот эту ручку, задавливать туда пулю. Если руки есть, справишься. Может быть, когда-нибудь где-нибудь ты найдёшь охотничий магазин, а в нём гильзы тридцать второго калибра. Каждую укоротишь до сорока миллиметров и будет тебе счастье.

С формой было понятно, свинец найти не проблема, с капсюлями тоже как-нибудь разберётся. В глаза бросилась странная форма пуль. Словно короткий карандаш. Оболочки нет, просто свинцовая рубашка, из которой торчит стальной грифель. Пуль примерно полсотни, капсюлей ещё больше. Тут его взгляд упал на странный цилиндр.

- А это?

- Порох, - объяснил бородач.

- Я порох как-то иначе себе представлял, - честно сказал Уголёк.

- Он разный бывает, это, например, пороховая шашка из реактивного снаряда какой-то иностранной марки. Точнее, половинка от неё.

- И? Как его в патроны совать?

- Берёшь нож, строгаешь, стружку измельчаешь и насыпаешь в патрон.

- А ствол не разорвёт? – с сомнением спросил Уголёк.

- Так пробовали уже, - он показал слегка сточенный бок шашки, - не разрывает, это же отечественная разработка, ствол дубовый, его и тротилом разорвать сложно. Всё, бери, что дают, а у меня своих дел полно.

Уголёк хмыкнул, сгрёб всё имущество в мешок и отправился к себе. С одной стороны, в самом деле ему сплавили неликвид. Вряд ли кто-то из институтских будет самостоятельно заряжать патроны. Но для бродяги рейдера такой подход вполне допустим. А к винтовке и вовсе претензий нет. Дома ещё покопается в механизме, но уже сейчас она ему нравится. Теперь, будучи вооружённым, он перейдёт на другой уровень охоты, а потом… Так далеко он загадывать не стал.

На выходе из лагеря институтских, он наткнулся на несколько дорогих машин. Вокруг стояли люди, вид которых вызвал у него отвращение. Ну, да, местные хозяева жизни, Кастет со товарищи. Вот и он сам, верзила с тупой самодовольной физиономией, одет в кожаный пиджак, в руке пузатый бокал с коньяком, а второй обнимает вульгарного вида девицу в вечернем платье. Что-то празднуют?

- О, какие люди! – воскликнул местный главарь, а его свита дружно обернулась в сторону Уголька, от чего его начало слегка потряхивать.

- Кто это? – спросила девица, а Уголёк получше её рассмотрел. Красивая, спору нет, вот только взгляд странный, а ещё ему показалось, что она играет. Играет девицу лёгкого поведения, пустоголовую блондинку, а на самом деле…

- Местный рейдер, который сейчас только в самое пекло бегал и яйцеголовым какой-то пряник принёс. Вон, и стволом разжился. Крут ты, Уголёк.

- Спасибо, - спокойно ответил тот, стараясь поскорее уйти.

- Раз так крут, может, к нам пойдёшь, сам ты хлюпкий, но характер есть, - сказал ему второй из банды, имени он не знал, но выглядел тот чуть умнее самого вожака. – Нам такие нужны.

- Спасибо за предложение, - тихо ответил Уголёк, - но я уезжать собирался…

- Сейчас никто не уедет, - заявил Кастет, - пока учёные тут, все сидят на месте, на воротах замок. Когда закончат, вали, куда хочешь. Усвоил?

- Угу, - кивнул Уголёк.

Уйти получилось, местные главари быстро переключились на какие-то свои темы, а проходивший мимо охотник перестал их занимать, разве что девица проводила странным взглядом.

Вернувшись к себе, Уголёк обдумал сложившуюся ситуацию. Итак, у него есть оружие – это плюс, он привлёк внимание местной администрации, людей невысокого морального облика, проще говоря, беспредельщиков, - это минус и большой. Кроме того, человек с оружием – это человек, с которого есть, что взять, потому как стволы тут в дефиците, - это ещё один минус. Что делать? Как минимум, разобраться с оружием, а потом… раз уж уйти из стаба не получается, лучше проводить больше времени за его пределами. В доступных местах дичь закончилась? Не беда, пойдёт в недоступные, с оружием охотничьи угодья значительно вырастут. А потом, когда учёные уберутся, следует эти места покинуть сразу же. Так он и сделает, а пока нужно заняться железом и залечить рану.

Глава 2

Глава десятая

Когда бородатый завхоз учёных говорил о недостатках оружия, он забыл упомянуть главный. Звук. И никуда его не спрячешь, глушителя нет. А звук выстрела разлетается на сотни метров и служит тварям отличным приглашением на обед. Теперь понятно, отчего даже гвардейцы кардинала… тьфу, Кастета, не охотятся в глубине кластеров. Оружие у них есть, но что толку, если с каждым выстрелом количество врагов будет расти в прогрессии, возможно, даже геометрической.

Уголёк эту простую истину осознал почти сразу. Нет, охотиться получалось. Уже полдюжины лотерейщиков и два топтуна нашли свою смерть от его пуль. Но после этого он вынужден был прятаться на чердаке трёхэтажного дома, надеясь, что перекрытия выдержат удары могучих лап рубера.

Уголёк был всё ещё жив лишь по одной причине: рубер оказался тупым. Увидев добычу огромный гориллообразный монстр с головой невообразимой формы просто ринулся по кратчайшему пути. Человек скрылся в подъезде – нужно ворваться туда, выбивая своей тушей двери косяки; бежит по лестнице вверх – нужно преследовать, ломая перила и кроша ступени; забрался на чердак – вынести горизонтальное перекрытие. Вот с последним не задалось, дом, хоть и выглядел старым, оказался построен на совесть, а потому пробиться из подъезда на чердак сразу не получилось. А врождённая тупость чудовища не позволила забраться по стене на крышу, проломить шифер и спокойно сожрать человека.

Огромная лапа с когтями размером с большой нож просунулась в люк, когти проскрежетали по бетону, высекая искры, не найдя добычу, рубер в очередной раз попытался просунуть голову, но, увы, строители не рассчитывали на такие габариты, и люк сделали довольно скромным. Снова лапа, и снова не достаёт. Уголёк уже надеялся, что тварь, потолкавшись тут, просто уйдёт, ему человек на один зуб, хоть и не элита, но всё равно огромный, как носорог, вставший на задние лапы.

Но гигант попался не только тупой, но и упрямый. Не лезет голова, попробую лапой, не достаёт лапа, снова буду совать голову. Второй маневр у него поступенно начал получаться. Целиком голова не пролезла, но один край он просунул, сумев оглядеть одним глазом чердак. Но это было последним, что он увидел в своей монстрячьей жизни. Прямо напротив него сидел человек, жалкое создание, маленький, слабый, без когтей и зубов. А в руке он сжимал странный кусок железа. Этот-то кусок и выплюнул сноп огня, а затем рубер вздрогнул, замер на месте и рухнул вниз.

Уголёк пришёл в себя не сразу, только через пару минут он спрыгнул вниз, отряхнул себя от пыли, навёл ствол револьвера на гигантскую тушу, занявшую всё пространство верхнего этажа, и только после этого позволил себе расслабиться. Монстр был мёртв. Месяц назад он и подумать бы не смог, что такую тварь можно убить. Дело даже не в размерах, хотя туша немаленькая, толстая, как у носорога кожа покрыта костяными бляхами, а те постепенно срастаются в сплошную броню. Голова и грудь защищены почти полностью, стрелять только в пасть, которую было не видно, в споровый мешок, также оставшийся снаружи, или в глаз. А вот тут вопрос, а сможет ли неопытный стрелок из почти незнакомого оружия попасть в крошечный глаз, который на огромной голове ещё попробуй рассмотри? Пусть расстояние всего метра три, но и рука дрожит, и цель дёргается, и клубы пыли её закрывают. Удача? Местные в таких случаях всё объясняют одной фразой «Улей тебя любит». Вроде бы, даже есть у этого какое-то обоснование, случаются необъяснимые случаи везения (и наоборот), бывает, даже сам Улей напрямую вмешивается в жизнь рейдера. Впрочем, о таких случаях предпочитали говорить шёпотом даже на стабах, эта тема считалась запретной.

Так или иначе, а из безнадёжной схватки он вышел победителем, сейчас заберёт трофеи и свалит. Снаружи какая-то мелочь топчется, но сюда они не пойдут, рубера побоятся, даже мёртвого. Прийти может только другой рубер, или кто похуже.

Разобрать споровый мешок оказалось непросто, в тесном пространстве убитый монстр привалился затылком к стене, пришлось напрячь все силы, чтобы вскрыть нарост. Итого: двенадцать споранов, четыре горошины и янтарь. Знакомую добычу он сгрёб быстро, а насчёт янтаря задумался. Штука ценная, особенно этот, оранжевые нити с узелками. Вот только продавать его… такое себе занятие, слишком уж покупатели ненадёжные, не стоит их провоцировать. Вздохнув, он оставил опасный трофей на месте. Количество споранов в его кармане посчитать трудно, их можно и киркой из бегунов выбить, а янтарь – это тварь не ниже рубера, а убитый рубер – это серьёзно, в них, по слухам, даже жемчужину найти можно, а раз так, стоит поговорить с удачливым охотником на предмет поделиться. Поговорить, разумеется, посредством утюга и паяльника, а жаловаться тут некому, не Кастету же. Не исключено, что местный босс сам и будет вопросы задавать.

Дом он покинул без приключений, твари, что собрались на шум, всё ещё стояли на почтительном расстоянии. Выпрыгнув через балкон первого этажа, Уголёк быстро зашагал вдаль.

В голове крутились сразу несколько мыслей. Первое: он опробовал оружие, ему понравилось. Проблема со звуком решаема, нужно тщательнее подбирать места для охоты. Винтовка вообще была выше всяких похвал. Человек без малейшего опыта стрельбы первым же выстрелом уложил лотерейщика с расстояния в полсотни метров. Попал, пусть не в голову, а в шею, но этого хватило. Нет, он, конечно, уединившись в своей каморке, разобрал винтовку до винтика и собрал снова, потратил пару часов, чтобы освоить прицеливание и быструю перезарядку, но теория и холостые упражнения не заменят практики. Конечный вывод был таким: оружие отличное, ему оно нравится, расставаться с ним он не хочет, осталось только найти источник патронов. Револьвер. С ним сложнее. Оружие, откровенно говоря, грубое, для топорной работы. Завхоз говорил правду, таёжным охотникам такое подойдёт, стрелять в упор в медведя получится. Увы, медведь и рубер несколько несопоставимые категории, второй гораздо быстрее и лучше защищён. С другой стороны, убить-то получилось, пуля пробила мозг твари, значит, убойность на уровне.

Уголёк ещё раз осмотрел револьвер, протёр пыль на металле, откинул барабан и извлёк патрон с наколотым капсюлем, заменив его другим. Нужно будет попробовать перезарядить.

Второе: жизнь в стабе начинает его ощутимо напрягать. Тут и ограниченность охотничьих угодий, и наглые конкуренты, и ненадёжная администрация, каковая уже обратила на него внимание, и просто отсутствие каких-либо перспектив. Глухая деревня, откуда вдобавок невозможно выбраться. Оставалось надеяться, что запрет на выезд снимут, когда свалят учёные.

Третье: раз уж он пока здесь, стоит тщательнее исследовать окрестности. Пока ему знаком только относительно ровный пятак с радиусом километров пять. Это если говорить об этой стороне, на другую сторону он не ходил, там чернота, это ему ещё Никола говорил, но она не подступает к стабу вплотную, стало быть, там есть, что исследовать. Опять же, стоит перебраться поближе к выходу, вдруг удастся проскочить мимо кордонов.

Внимательно оглядывая окрестности и держа наготове винтовку, он продолжал удаляться от родного стаба. Тут уже вовсе пустынная земля, вроде той, куда он попал в начале. Вдали виднелись строения, вот туда и пойдёт, даже если ничего полезного там не обнаружит, получит опыт, а карта, что хранится в его голове, станет куда обширнее.

Строения оказались огрызком военной части. Той самой, где группировка Кастета доставала оружие и патроны. Забор, КПП, колючая проволока поверху, внутри газоны, асфальтированные дорожки, побеленные бордюры. Даже сейчас заметно, что скучать солдатам не давали, порядок тут поддерживался идеальный. Медленно двигаясь вдоль забора, он начал обследовать здания. Нет по-настоящему ценных вещей тут не найти, хозяева выгребли всё подчистую, но и просто осмотреться не помешает.

Осмотр занял минут сорок. В процессе упокоил двух пустышей, оба в военной форме, оба когда-то были крепкими молодыми парнями, да оно и понятно, часть принадлежала отряду спецназа. А теперь это были едва живые пустыши, форма болталась на высушенных телах, а исхудавшие руки вяло тянулись к добыче. Он не стал тратить патроны, просто упокоил обоих киркой.

В столовой нашлись кое-какие продукты, видимо, мародёры не стали забирать, но макароны и полусгнившая картошка и у самого Уголька никакого интереса не вызвали. Разве что сделал в памяти зарубку, что, если сильно припечёт, можно будет спрятаться тут и не умереть с голоду. Нашёл и склад трупов, все, кто был в части, благополучно обернулись с перезагрузкой, после чего были упокоены и уложены в ангар для техники. Двери за ними прикрыли, лишив других тварей возможности погрызть падаль.

Нашлись и склады, один, где хранили ГСМ, был цел, а потому его выгребли полностью, другой же, самый нужный, с боеприпасами, сохранился только в виде входа. Вход, за ним лестница в подземное помещение и… всё. Дальше проходила граница кластера, оставляя совсем другой кусок местности. Учёные были правы, странные тут кластеры, режут пространство как попало.

От нечего делать Уголёк даже спустился по лестнице, присел на предпоследнюю ступеньку и некоторое время разглядывал идеально гладкий срез грунта. Сантиметров сорок чернозёма, а ниже глина пополам с камнями, часть камней срезана, а поверхность среза напоминает зеркало.

Поднял взгляд, солнце клонилось к закату, стоит отправляться обратно, а то до темноты не успеет. Твари его не задержат, если двигаться вдоль обрыва до первого подъёма, а если и задержат, так есть винтовка. Он ещё раз любовно погладил цевьё. Изделие американской военной промышленности нравилось ему всё больше.

Уже вставая, он зацепился взглядом за что-то сбоку. Нога, поднявшаяся над ступенькой, зависла в воздухе. А это что? В бетонной стенке, что прикрывала спуск с одной стороны, имелась какая-то дверца, небольшая, туда только на четвереньках протиснуться можно. Дверь дощатая, обита жестью и покрашена в один цвет со стенкой. Всю засыпано пылью, так просто не разглядеть. И что? Мародёры такое пропустили? Да запросто, они ведь не спускались вниз, глянули сверху, что склада нет, выругались неприличными словами и пошли дальше. Это только он зачем-то спустился и… Он пришедшей мысли он даже головой помотал. Снова Улей? Снова ведёт его? И куда? Вот бы знать. А может, это он сам себе напридумывал, чтобы хоть как-то объяснить простую цепь случайностей?

Опять же, а что там, за дверью? Её спрятали? Или просто так закрасили, а внутри пустое помещение. Пришлось с помощью кирки и ножа отрывать сначала кусок жести, а потом и доски по одной. Маленький фонарик слегка разогнал темноту внутри. Помещение имелось, тесное, каморка чуть больше той, где жил он. Внутри ящики, какие-то мешки, снова ящики, а на полке лежит странная книга.

Книгу он и взял первой. Только потом решился открыть ящики. Картина вырисовывалась интересная: в ящиках находилась взрывчатка, тротил, о чём прямо говорила надпись на шашках. Шашки были по двести и четыреста граммов. В мешках лежали две увесистых колбасы с пластичным взрывчатым веществом, имелась коробка с детонаторами двух видов, те, что с проводами, и без них. Имелись какие-то шнуры, вроде электрических, нашёл с большие катушки с проводами, и неизвестные механизмы. Это добро явно принадлежало местному подрывнику, или сапёру, Уголёк не знал, как правильно называть такого специалиста.

Что это даёт? Груз ценный, но ценность его относительна. Продать невозможно, единственный покупатель – Кастет, который просто не станет платить, а заберёт всё себе. Есть вариант использовать всё самому, собственно, он и так долгое время охотился с помощью примитивных ловушек, а теперь они выйдут на новый уровень. Единственной проблемой было то, что он понятия не имел, как всем этим пользоваться. Одно дело создать простую ловушку из подручного хлама, совсем другое – сделать мину и взорвать тварь, во втором случае цена ошибки выше, одно неосторожное движение – и он сам улетит на луну.

А вот тут самое время обратить внимание на книгу. Книга довольно толстая, вот только напечатана она не в типографии, переплёт добротный, а страницы явно из цветного принтера. Зато с картинками. «Пособие по обучению инженерному делу для бойцов спецназа» - гласил заголовок. А в конце указано, что составлял пособие некто Француз. Вот так, без имени, фамилии и отчества, одна только кличка. Впрочем, не кличка, а позывной, это ведь военный человек.

В свете фонарика он пролистал несколько страниц. Подробные объяснения, цифры, графики, каждое действие сопровождается фотографией, есть таблицы, где сравнивается действие разных видов взрывчатых веществ, схемы закладки зарядов. Есть всё, нет только самого инструктора, но можно ведь изучить по тексту, а потом…

Шестерёнки в голове Уголька стали вращаться быстрее. Итак, всё найденное здесь он срочно перепрячет. Книгу унесёт с собой. Несколько дней потратит на изучение, потом попробует применить. Тупым он никогда не был, постигать книжную учёность умеет отлично, а его склонность к долгой и кропотливой работе уже не раз показала себя с лучшей стороны. Сказать, что ему повезло, - не сказать ничего. Сначала обзавёлся оружием, сумев выжить в опасной ситуации, а теперь обнаружил такой клад, пусть и потенциальный. Да с таким он… Впрочем, радоваться было рано. Даже если всё пройдёт гладко, даже если с помощью взрывчатки он сможет убить элиту, ему ещё долго придётся жить, как крыса, пряча сокровища. А вот потом, когда он покинет это проклятое место, тогда можно будет зажить нормально. Есть ведь другие стабы, где соблюдают элементарные правила. Туда он и пойдёт.

Уголёк усмехнулся, в той, нормальной жизни ему не везло, жизнь раз за разом макала его с головой в дерьмо, а здесь, в диком мире он постепенно выходит в люди. Пока, правда, тайно. В Советском Союзе был такой термин «подпольный миллионер», когда ситуация позволяла индивиду нахапать денег, но возможностей их потратить было немного. Приходилось просто сидеть на мешке с деньгами и с опаской ждать денежной реформы. Вот и он постепенно в такого превращается.

Вздохнув, Уголёк ухватил увесистый деревянный ящик и, кряхтя от напряжения, выставил его на лестницу. Работы много, а день кончается, следует поторопиться.

Домой он пришёл затемно, хорошо хоть на воротах пропустили, могли и не открыть вовсе. Груз удалось надёжно спрятать, но с собой прихватил образцы, нужно будет учиться и запоминать.

Глава одиннадцатая

Шёл уже пятый день, как он неотрывно листал учебник. Термины постепенно укладывались в голове, учебник был составлен так, что понять его мог любой солдат, пусть и с тремя классами образования. Сам Француз, кем бы он ни был, оказался мужиком с юмором. Например, указывал название и тут же помещал фото, подписав от руки «Вот это!» Или «Втыкать сюда» и фото со стрелочкой. Часто добавлял философские замечания, типа «Если что-то не поддаётся взрывчатке, нужно взять больше взрывчатки».

А Уголёк читал, запоминал, воспроизводил по памяти, снова перечитывал. На третий день собрал свой первый фугас. Собственно, это и не фугас был, просто шашка, в которую вставлен капсюль-детонатор с огнепроводным шнуром. В магазине прикупил несколько зажигалок, раньше никогда не носил, некурящему ни к чему, а теперь точно пригодятся, подходящий дар у него есть, но он настолько слабый, что зажигать что-либо он сможет ещё очень нескоро.

На шестой день он решился. Начинать нужно с малого, несколько опытов можно провести вхолостую, просто взорвать несколько шашек разными способами. Правда, придётся скрываться в безлюдном месте. То, что услышат монстры, - полбеды, куда хуже будет, если люди прознают о том, что в округе объявился подрывник.

Пустой дом в четыре этажа, тварей нет, да и людей тоже, вокруг пустота на пару километров. Итак, Уголёк сосредоточился и вынул из рюкзака шашку. Вот она, в отверстие вставлен детонатор, а из него торчит белый пластиковый шнур длиной двадцать сантиметров. Положил на пол, осмотрел срез шнура. Тот был отрезан по диагонали, так, как говорилось в учебнике. Шашку он придавил деревянной табуреткой. Слегка дрожащими руками поднёс зажигалку. Шнур горит по сантиметру в секунду, стало быть, у него есть двадцать секунд плюс-минус. Щёлкнула зажигалка, синий огонёк коснулся косого среза, шнур вспыхнул, источая чёрный дым.

Уголёк подскочил и метнулся к выходу. Взрыв застал его уже на лестнице. По ушам ударило неслабо, но хотелось рассмотреть реальные повреждения. Ага, в полу немаленькая дыра, табурет разнесло в мелкие щепки, стёкла вынесло, а в комнате стоит удушливый дым.

Некоторое время Уголёк стоял над воронкой и размышлял. Вот что сделала одна шашка на двести граммов. А если она же взорвётся на голове, к примеру, рубера? А если шашек будет две или три? А если заряды объединить детонирующим шнуром? Мысли в голове вращались быстро, уже вырисовывался план охоты. Всё то, что он делал раньше не шло ни в какое сравнение с вновь открывшимися перспективами. А элита? Её ведь тоже можно так? И пусть там броня сродни танковой, но, как писал Француз, если что-то нельзя уничтожить взрывчаткой… ну, вы поняли.

В своих возможностях он не сомневался, материал из книги усваивал почти дословно, в наглядных пособиях недостатка нет. Теперь следовало зайти с практической стороны: где взять добычу? В развитых тварях недостатка нет, беда в том, что все они предпочитают обитать далеко от стаба (и слава Улью, поскольку иначе самого стаба давно бы не было), тот рубер, что ему попался, был приблудным, ушёл далеко от рыбного места, а потом ещё и на звуки выстрелов побежал. Чтобы найти настоящую элиту, придётся забраться далеко вглубь опасной территории. И что? Он туда как-то раз уже забирался, причём с голыми руками, даже винтовки тогда не имелось.

Теоретически, если выявить места, куда люди не ходят, можно будет постепенно расширять туда дорогу. Чем дальше в лес, тем толще партизаны. То есть, монстры. Начнёт с малого, а дальше, по мере роста мастерства, займётся настоящей охотой.

Уголёк улыбнулся своим мыслям, после чего развернулся и отправился домой. Торопиться некуда, нужно ещё многое изучить, а времени у него… Улей прекрасное место, прекрасное тем, что только здесь можно никогда и никуда не спешить.

Учебник временно заменил ему все жизненные удовольствия. Часами подряд он зазубривал правила. На память не жаловался никогда, но тут требовалось идеальное соответствие. Слишком высока цена ошибки. Можно не добить монстра, что чревато мучительной смертью, а можно и просто ошибиться с закладкой, лишившись руки или ноги. В Улье это не фатально, но стать инвалидом в нескольких километрах от жилья, да в окружении кровожадных тварей… результат будет очевиден.

На свою первую охоту он отправился ещё через три дня. С собой имелось несколько заготовок. Одна из них уже установлена в коридоре небольшого здания, вторая тоже там, недалеко от первой. Когда-то здесь была автомастерская, а на втором этаже какое-то кафе. Разумеется, всё ценное выгребли мародёры, а теперь это просто двухэтажная бетонная коробка.

Осталось заманить тварь. С этим проблем не имелось. Ушли в прошлое те времена, когда он издали кричал заражённым обидные слова или бросался камнями. Потратив полтора часа на выслеживание через бинокль подходящего объекта охоты, крепкого кусача, обещавшего в ближайшем будущем перейти в руберы, он, встав у входа, вскинул винтовку и выстрелил. Целился в голову, но попасть не рассчитывал. Расстояние велико, метров триста, тут оптика нужна и стрелковый опыт, которому неоткуда взяться при дефиците патронов.

Пуля ударила в землю в двух шагах от монстра, тот встрепенулся, отбрасывая недоеденные останки какого-то бегуна (голодают, своих жрут), покрутил огромной башкой, после чего, безошибочно определив направление, ринулся в атаку.

Уголёк смотрел на него с нескрываемым волнением. Приходилось уже убивать тварей и покрепче, но там только слепая удача сработала, а здесь имел место точный расчёт. Огромная туша всё ближе, а человек стоит и ждёт, не пытаясь убежать. Это даже тупому мутанту показалось странным, он даже замедляться стал. Но, когда расстояние сократилось до тридцати метров, человек всё же прислушался к голосу разума и с места рванул внутрь здания.

Кусач с торжествующим урчанием кинулся следом. Даже в его маленьком мозгу укладывалась простая теорема, здание крохотное, спрятаться там негде, никакие двери его не остановят, он их просто вырвет когтистыми лапами, или выбьет своей тушей с разбега.

Но кое-что ускользнуло от взгляда маленьких глаз, спрятанных за массивными надбровными дугами и костяными бляшками на скулах. Тонкая струйка дыма, что выходила из-за двери. Да и какое она могла иметь значение? Оказалось, что имеет, и немалое. В проход он поместился, хотя и с трудом, тут висели какие-то подобия проводов, куски скотча и верёвки, но на них он не обратил никакого внимания. Единственное, что его занимало, - это человек, вкусный, испуганный, до которого можно легко дотянуться.

На шее и плечах повисло странное сооружение, его бы стряхнуть, да времени нет, добыча уже рядом…

Уголёк уже выскочил на плоскую крышу, захлопнув люк. Люк небольшой, но тварь пролезет, хоть и не без труда, провернуть тот же трюк, что недавно с рубером, не получится. Более того, если он хоть на пару секунд ошибся в расчётах, заряд сработает уже после того, как его порвут на части, или сработает так, что охотник и жертва взорвутся вместе.

Он ошибся, но совсем немного. Люк вылетел от удара снизу, но на этом успехи монстра закончились, следом сработал заряд, здание содрогнулось, а потом Уголёк уловил отбитым слухом, как тяжёлое тело рухнуло вниз. Сразу рассмотреть результат работы не получилось, мешало облако пыли, но минут через пять она осела, а дым вытянуло сквозняком через выбитые окна.

На полу лежало разорванное тело. Взрывов было четыре, каждый на двести граммов тротила, ещё следовало приплюсовать детонирующий шнур, объединивший заряды в систему, но его вклад невелик, хватило и основных шашек.

Опыт можно считать удачным, если бы не один промах: слишком мощный взрыв. Всё бы ничего, да только твари вдребезги разнесло споровый мешок, а потому часть трофеев потерялась. Ну, и наконец, это просто грязно, выходить пришлось через тот же коридор, заваленный кусками мяса, костями и кишками.

Второй эксперимент не заставил себя ждать, тут уже работа была куда более тонкой. На звук взрыва заявился ещё один заражённый, чуть слабее первого. Уголька он не видел, но определил, что именно в этом здании происходит нечто, что сулит ему долгожданный обед.

Тут расчёт Уголька был на точное время срабатывания заряда. Не огнепроводным шнуром единым работает подрывник. Вход в здание был только один, запрыгнуть на крышу даже таким гигантам не под силу, стало быть, никакого иного варианта добраться до добычи не имелось. А на входе, сразу за порогом находился второй заряд, чуть слабее первого, зато с электродетонатором, провода от которого тянулись на крышу и заканчивались в подрывной машинке. Главным теперь было не упустить момент.

Тварь разогналась до скорости автомобиля, и так, с разгона ворвалась в дверной проём. Сама дверь была вынесена его предшественником. За две секунды до этого Уголёк привёл машинку в боевое положение, повернув нужную деталь поперёк, а в момент пересечения порога резко ударил по кнопке.

Снова взрыв, облако пыли, а через секунду монстр выкатился наружу, но вид он имел уже не такой грозный: отсутствовали обе ноги. Сработало. Вообще, ему чудовищно везёт, неисправность машинки, отпавший проводок, испорченная взрывчатка, - всё это могло привести его к гибели. Однако же, получилось.

Монстр вертелся на месте, издавая урчание, напоминающее рёв. Правда, в рёве этом слышались жалобные нотки. Действительно, теперь не то, что убить подлого человечишку, теперь даже убежать не выйдет. И кровь из обрубков течёт ручьём, даже если от этого твари не умирают, то общее ослабление гарантировано. Так и вышло, минут через пять кровотечение остановилось, да только монстр был уже при смерти. Человек просто вышел навстречу, обошёл вяло трепыхавшееся тело и выстрелил из винтовки. Готов и этот.

Теперь осталось только быстро собрать трофеи, а потом валить из этого места, пока ещё кто-то не заявился. Здесь жили заражённые высокого ранга, вплоть до элиты, правда, в стаи отчего-то не сбивались, действовали поодиночке, и каждый имел свой ареал охоты. Это было на руку Угольку, он ещё не раз сюда придёт.

Теперь, когда началась охота по-крупному, ему не было нужды тратить время на забой толпы бегунов, поэтому всё своё время он тратил на изучение местности и подготовку зарядов. А заодно вычислял места обитания крупных тварей. Пришла пора замахнуться на невозможное. Та самая элита, которую все боялись, которую убивать полагалось из гранатомёта или, в самом крайнем случае, из крупнокалиберных пулемётов.

Из жителей стаба элиту не видел почти никто. Так уж вышло, что обитали столь мощные твари вдали, глубоко в мешанине городских кластеров, теоретически, силами гвардии того же Кастета можно было убить одного или двух, но проблема заключалась в том, что сначала требовалось преодолеть километры пути, кишащие мелочью, которая просто возьмёт количеством, как минимум, заставив потратить уйму дефицитных патронов. Сейчас, кстати, уже не кишит, и охотники поработали, и развитые твари с той стороны. Самый крупный кластер давно не загружался, все сидели на голодном пайке.

Уголёк, в силу наблюдательности и осторожности смог углубиться довольно далеко, настолько, что имело смысл поискать элиту. Сейчас он этим и занимался, сидя на третьем этаже когда-то жилого дома и глядя в бинокль. Элитник должен быть где-то здесь, его не видно, но при этом в наличии весьма обширный участок местности, где другие твари не появляются. Почему? Ответ очевиден: боятся кого-то, кто превратит их из охотников в дичь. Оставалось только найти тварь.

Наблюдал он уже второй день. Нашёл пока только следы на обширном участке рыхлой земли. Тварь направлялась к пятиэтажке, а потом… а вот потом куда-то исчезала. Вокруг дома были какие-то развалины, словно кто-то нарочно сгрёб бульдозером кучу бетонных обломков и сделал небольшой вал. Но даже там спрятать крупную тушу было проблематично.

Наблюдать постоянно не получалось, нужно поесть, поспать, выпить живца, да и просто от постоянного напряжения глаз текли слёзы. Выход твари из логова он пропустил. Когда услышал шум, схватил бинокль, но увидел только огромную бесформенную тушу, что удалялась за угол дома.

Тем не менее, охотничий азарт проснулся. Осталось понять, где тварь всё это время пряталась. Подвал? Вряд ли, судя по размерам, обычный проход не подойдёт, тут нужна дыра метра четыре диаметром, каковой не наблюдается. Вопрос временно поставил его в тупик, но тут взгляд зацепился за странное несоответствие: изменились очертание груды бетонных обломков. Когда ты много часов пялишься на один и тот же пейзаж, он отпечатывается у тебя в мозгу, а потому даже малейшее изменение режет глаз.

Уголёк зажмурился и воспроизвёл картинку в голове. Снова открыл глаза. Точно. Вот тут была обломанная плита, ниже – кусок стены из белого кирпича, потом длинный обломок бордюра, что торчал наискосок. Позади имелось что-то ещё, но разглядеть подробности не получалось. А теперь этого нет. Элитник унёс? Во-первых, зачем, а во-вторых, это бы сопровождалось грохотом и клубами пыли.

Не найдя решения вопроса, Уголёк продолжил наблюдать. Тварь отправилась на охоту, а потом вернётся, должна вернуться, раз уж тут её логово. Этот момент следует не проморгать.

Тварь вернулась. Через два часа из-за угла показалась всё та же бесформенная туша. Точнее, форма у неё была, да только попробуй рассмотри её из-за кучи шипов, торчавших под разными углами. Имелась странная голова, огромный такой котёл с пастью, имелись конечности, одна из которых тащила пойманного лотерейщика.

Остановившись на углу, элитник поднёс добычу к пасти и начал грызть. На то, чтобы полностью уничтожить довольно крупную добычу ушло минуты три. После этого гигант поводил головой по сторонам, высматривая врагов, после чего направился к стене дома. В момент, когда он осматривался, Уголёк сжался от напряжения, казалось, взгляд твари пронизывает всё пространство и видит человека по ту сторону окна. Обошлось, настолько сильным зрением чудовище не обладало, а определить человека, скажем, по запаху мешало большое расстояние.

То, что произошло потом вовсе не поддавалось описанию. Монстр прошёл к стене, присел среди обломков и пропал. Совсем пропал. Уголёк, несколько раз моргнув, снова припал к окулярам. Только что была в том месте туша тонны в две весом, а теперь… Стоп. Плита, кусок стены и бордюр снова на месте, только бордюр наклонён в другую сторону.

Визуальный контакт не дал бы больше ничего, теперь он отложил бинокль и стал думать. Итак, тварь пришла на место лёжки, подошла к стене, потом исчезла, зато появились детали пейзажа, который исчезли с её уходом. Вывод? Для полноценного вывода требовалось немного раскинуть мозгами и вспомнить всё, что когда-либо слышал об элите. У иммунных имеются дары Улья, у старых иммунных они хорошо развиты. Элита, по общему мнению, тоже может обладать подобными дарами. И среди даров есть то, что по-научному именуется суггестией. Отвод глаз. Заставить того, кто на тебя смотрит, видеть не тебя, а что-то другое.

Налицо дар, каковой элита активно использует. Сходил на охоту, наелся, потом присел у стены, врубил маскировку и дремлет до следующего выхода. Очень может быть, что такая же маскировка используется в процессе охоты, чтобы ухватить зазевавшегося лотерейщика. Правда, с фантазией у чудовища так себе, использует один и тот же маскировочный образ. Теперь можно безошибочно указать место.

Итак, тайну элитника он узнал, осталось решить, как его убить. Когда тварь сидит у стены, она, скорее всего, дремлет, то есть, на раскачку потребуется секунда-две. Дальше: место отдыха тварь изредка покидает для охоты. При этом отсутствует в среднем два часа. Что можно сделать за два часа? Ну, например, прийти на то место и заложить заряд, благо, запас взрывчатки оставался ещё приличный.

Вот только Уголёк не был наивным и не склонен был недооценивать противника. В Улье постоянно твердили о сверхчувствительности монстров, особенно в плане обоняния. И чем выше монстр в иерархии, тем лучше он чует. И чуйка эта точно определит, что на месте его лёжки кто-то был и что-то прятал. А ещё твари бывают умными, настолько, что могут проявить осторожность и залечь не на том же месте, а метрах в пяти, а то и в десяти. Тогда заряд в несколько килограммов пропадёт зазря, а тварь просто оглохнет на одно ухо.

Ещё вопрос: а будет ли эффективен концентрированный заряд? В каком положении тварь сидит? Очень может быть, что тушу просто откинет взрывной волной, повредит броню и контузит. Но даже после этого она останется опасной. А если как с тем рубером? Серия зарядов вокруг тела. Правда, мешают шипы, но они всё же не настолько часто покрывают броню, если скинуть сетку из зарядов, то один или два будут прижаты к телу. Тоже ненадёжно? Может быть, но попробовать стоило.

Готовился он долго, изготавливал заряды и наблюдал. Уже знал, как прибудет на место, пропитав одежду и обувь чем-то, что отобьёт запах человека, поднимется по пожарной лестнице и займёт позицию на крыше. Крыша там плоская, с бортиком, так что спрятаться не проблема. Чудовище приходит всегда с одной стороны, а пожарная лестница расположена с другой. Даже если тварь учует запах, с такого расстояния он насторожить её не должен. А потом, когда тварь уснёт… вот тут следовало не ошибиться.

Для рубера он использовал шашки по двести граммов, здесь же скреплял две по четыреста, вставлял детонирующий шнур, потом наматывал из него же так называемый «боевик» - четыре-пять оборотов шнура вокруг шашки и сверху замотать скотчем. Свободный конец протягивал до другой пары шашек.

За два часа работы он соорудил круглую сеть, в которой было семнадцать зарядов, а в центре восемнадцатый, к которому подходил огнепроводный шнур. Провода он посчитал слишком ненадёжными. Эту конструкцию он даже сбрасывал с пятого этажа другого дома, она не развалилась, а заодно засёк время полёта. В деле счёт пойдёт на доли секунды, так что лучше всё рассчитать заранее. Для того, чтобы сеть в полёте не собралась в комок, к зарядам он приклеил примитивные стабилизаторы их ткани и бумаги.

Итак, он встаёт, берёт сеть, зажигает фитиль, а потом бросает её вниз. Тех секунд, что потребуются элитнику на то, чтобы пробудиться от спячки, как раз хватит, чтобы сеть прочно повисла на шипах. Шипы острые и подобны мечам, детонирующий шнур может разорваться, но они дублируются, так что все заряды в итоге сработают почти одновременно. Почти, потому что шнур передаёт взрыв не мгновенно, а просто с очень большой скоростью, в учебнике указывалось шесть с половиной километров в секунду, что в данном случае даст задержку в тысячные доли секунды, что непринципиально.

Чтобы отбить запах, он поступил так, как подсказывал тот неизвестный работяга. Натёрся горькой травой и цветами. Запах резкий, но к человеку отношения не имеет, возможно, этого хватит, чтобы обмануть чудовище. Едкий травяной запах теперь исходил от кожи, одежды и обуви. Выждал, когда элитник отправится на охоту, после чего, закладывая большой крюк, приблизился к дому. Последние пятьдесят метров вовсе продвигался большими скачками, чтобы оставить как можно меньше следов. С разбега подпрыгнул и уцепился руками за нижнюю перекладину пожарной лестницы. Подтянулся и стал забираться наверх. Если расчёт не оправдается, ему конец, но он отчего-то был уверен в успехе.

Итак, он на крыше, сеть из зарядов расправлена и лежит рядом, сам он прячется за бортиком и старается дышать через раз. Изредка поглядывает на табло дешёвых электронных часов. Уже скоро.

Тварь в этот раз отсутствовала долго, больше трёх часов, у него уже бока начали болеть от лежания на бетоне, а в голову заползало подозрение, что его раскусили, а тварь уже подкрадывается с другой стороны. Сейчас запрыгнет на крышу и разживётся деликатесом.

Обошлось. Послышались тяжелые шаги, потом отвратительное чавканье и хруст костей (элитник добывал еду где-то далеко, а есть предпочитал дома), после чего монстр, привычно поворочавшись, затих. Уголёк медлил, нужно выждать ещё время. Полчаса, а лучше час. Так и лежал неподвижно, изредка пытаясь разминать затёкшие мышцы.

Наконец, он решился. Медленно и бесшумно встал, начал подбирать сеть. Каждое движение занимало не меньше минуты, уж лучше так, чем выдать себя ненужным звуком. Набравшись смелости, он выглянул через бортик. Маскировка у твари идеальная: те же самые куски бетона.

Расправленная сеть легла на бортик, он поднёс зажигалку к огрызку огнепроводного шнура. Начинка вспыхнула. Одновременно он увидел, как нагромождение бетона дёрнулось. Тихий щелчок зажигалки привёл к пробуждению чудовища. Но сетка уже летела вниз, а он отсчитывал последние секунды до взрыва.

Ему бы хотелось сразу увидеть результат, но здравый смысл заставил метнуться на противоположную сторону в тот момент, когда сеть нанизалась на многочисленные шипы. Тварь мгновенно сбросила маскировку и подскочила на месте.

Взрыв был слишком силён, настолько, что рухнула часть стены, он бы неизбежно погиб, если бы остался на месте. Облако бетонной пыли поднялось выше крыши, звук буквально выбил перепонки, от контузии кружилась голова, в глазах плыло, а желудок подпрыгивал к подбородку.

Тем не менее, он, доковыляв до края, посмотрел вниз. Результат был спорным. Тварь, почти полностью погребённая под обломками, ещё шевелилась, с поверхности туши исчезли шипы, броня местами не выдержала, пошла трещинами, верхние конечности были изломаны, раны активно кровоточили. В отбитом мозгу мелькнула мысль, что, если сейчас не добить, тварь быстро восстановится и всё придётся начинать заново.

Уголёк метнулся по лестнице вниз. Громко сказано метнулся, он едва ковылял, держась за перила, временами падал, разбил колено, уронил винтовку, но всё же заставил себя встать и продолжить спуск.

Оказавшись внизу, он начал обходить завал. Тварь, ещё живая, почувствовала его и попыталась высвободиться, сломанные лапы медленно разгребали бетон. Уголёк вскинул винтовку. Картинка в глазах двоилась, но всё же ему удалось как-то нацелить ствол в споровый мешок. Тот был закрыт броневым щитком, но взрыв его расколол напополам, оставив часть мешка открытым. Выстрел. Мимо. Шаг вперёд, ещё выстрел, ещё. Где-то на середине магазина одна из пуль по чистой случайности попала туда, куда нужно. Огромная туша, только что разгребавшая обломки, просто затихла.

Уголёк рухнул на колени, не веря своей удаче. Глоток живца немного привёл его в чувство, настолько, что получилось вытащить нож и ползти к добыче.

Разделка заняла почти час, слабые дрожащие руки с трудом вытаскивали добычу. При этом он не забывал считать. Ровно шестьдесят споранов, семнадцать горошин, а в довершение два шарика, чёрный и красный. От радости хотелось смеяться, но состояние было не то. Сунув в рот чёрный шарик, он запил его живцом. Никаких ощущений, только тепло внутри, но так и должно быть, эффект он почувствует потом.

Глава двенадцатая

Он сидел на траве и развлекался. То, что раньше казалось делом далёкого будущего, теперь стало доступным. Провёл рукой над пучком сухой травы, она загорелась, а та, что вокруг, покрылась инеем. До того он вскипятил воду в кружке и заварил чай. Файербол пока не получался, но он выждет месяц или два, а потом примет вторую жемчужину, вот тогда…

Казалось бы, что такого, здесь, в Улье, каждый имеет какую-то способность, некоторые даже несколько. Но вот так, едва провалившись в иной мир, стать практически волшебником. И огнепроводный шнур теперь воспламеняется от прикосновения пальца, что значительно упрощает работу с фугасами.

А ещё он богат, настолько, что может жить припеваючи год, а то и больше. Правда, богатство специфическое. Жемчужина не тот товар, который можно просто взять и обменять на спораны. Нет таких обменных пунктов, где бы он её ни показал, окружающие постараются отнять. И это касается не только местной администрации, в других стабах всё произошло бы точно так же. Отсюда следует непреложный вывод: продавать жемчуг он не станет, а просто выждет время и проглотит красный шарик. Инвестиции в себя, в своё будущее. Только так он повысит свои шансы на выживание, здесь, в Улье, где люди не знают естественной смерти, нужно ценить жизнь и стараться её сохранить.

В этот день у него было хорошее настроение. Таких случаев он мог вспомнить всего несколько. Когда окончил школу, получил диплом, устроился в банк. Пожалуй, и всё. Эффект от общения с Софией в зачёт не шёл, это всё, хоть и пошло на пользу, пришло извне.

Увы, как и в большинстве случаев, настроение быстро сошло на нет. Стоило ему прийти домой, пообедать и растянуться на кровати, как прибыл посыльный из администрации. Принёс простое сообщение:

- Кастет вызывает.

Настроение рухнуло ниже уровня канализации.

- Зачем, не сказал? – спросил он, натягивая куртку.

- Вроде, работу хочет поручить, - пожав плечами, ответил молодой парень.

На душе стало совсем тоскливо. В голове всплыл случай, описанный Николой, про то, как тащили рояль. Он, конечно, охотник хороший, вот только тут задача другая, кроме того, не будет никакой возможности подготовиться, сделать ловушки, заминировать дорогу за собой, подготовить пути отхода.

В кабинет Кастета он прибыл в подавленном настроении, справедливо не ожидая для себя ничего хорошего. Кабинет был обставлен дорого, богато и безвкусно. Местный царёк, властвующий над скромной деревней, из кожи вон лез, чтобы выглядеть солидно. Кого он собирался впечатлять дорогими коврами, чучелами зверей, статуями и картинами, оставалось непонятным. Те же институтские относились к нему, как к неизбежному злу, игнорировали и презирали, а другие высокие гости тут не показывались.

Хозяин кабинета сидел в огромном кожаном кресле, напоминающем трон. На подлокотниках даже позолота имелась и какие-то камни, возможно, даже драгоценные. Рядом сидела всё та же женщина, которую Уголёк видел в прошлый раз. Красивая, этого не отнять, с роскошной фигурой, обтянутой коротким платьем, с идеальным макияжем и маникюром. Сам Кастет был в белой рубашке, расстёгнутой едва не до пупа, так, чтобы видно было толстенную золотую цепь. В Улье золотом никого не удивить, его тут полно и ценность оно имеет довольно ограниченную, но, видать, не отпускало прошлое, требовалось как-то подчёркивать свой высокий статус.

- Ха, а вот и наш герой, - воскликнул Кастет с наигранным удивлением. – Как жизнь? Слышал, ты всё богатеешь? Раньше группой охотились, теперь ты один, а тварей косишь пачками. Крут, нечего сказать.

Мысли в голове у Уголька неслись быстро. Он-то богатеет, вот только знать об этом никто не должен. Траты его остались на прежнем уровне, как жил скромно, так и продолжает. Разве что сделали вывод из уменьшившегося поголовья мертвяков в доступных районах. Но даже так опасно, могут и раскулачить.

- Такой странный, - томным голосом произнесла женщина, после чего смерила Уголька взглядом, в котором читалось… непонятное там читалось, и, сказать откровенно, понимать этот взгляд он не желал вовсе. – Охотник.

- Слушай сюда, охотник, - перебил её Кастет, - в нашем городе проживание бесплатное, нет ни налогов, ни трудовой повинности, каждый сам по себе. При этом город, администрация и я лично из кожи вон лезем, чтобы обеспечить вам безопасность. Так?

- Так, - кивнул Уголёк, спорить не хотелось.

- А значит, хотя бы некоторые из вас, те, кто имеет всё, благодаря нам, могли бы и пользу стабу принести. Причём не бесплатно. Как думаешь?

- Думаю, да, - Уголька начало уже потряхивать, ещё немного, и он выхватит из-за пояса револьвер и выстрелит в мерзкую самодовольную харю.

- А раз так, слушай сюда, через три дня загружается кластер, - Кастет встал с кряхтением и подошёл к стене, на которой висела карта, бывший спортсмен имел хорошую физическую подготовку, но, видимо, образ жизни не способствовал её сохранению. – Вот здесь. Кластер называют предвестником, а знаешь почему?

Уголёк помотал головой.

- Потому что грузится он ровно за два дня до того, как загрузится самый большой кластер, тот, который называют Городом, тот, который сюда приехали изучать наши яйцеголовые. Понял теперь?

- Понял, - Уголёк отвечал односложно, пялясь в точку на карте.

- Так вот, здесь, вот на этом перекрёстке, есть оружейный магазин. Небольшой, как эта комната. От вас требуется самая малость: попасть туда сразу после загрузки, выгрести стволы и патроны, а потом рвануть назад. Это понятно?

Уголёк кивнул, место на карте располагалось ближе, чем то, откуда он доставал план подземных коммуникаций, кроме того, туда проходила довольно приличная дорога, а вывоз оружия предполагал использование транспорта. Дорога эта пересекала мост через небольшую речку.

- Пойдёте впятером, - продолжал Кастет, - ты и ещё четверо охотников. Тачку вам дадут, главное не облажайтесь, кара будет страшна.

Он посмотрел на Уголька с кривой ухмылкой, потом, решив, что нагнал страху, продолжил:

- Насчёт оплаты, насколько знаю, институтские подогнали тебе отличный карамультук, а патронов к нему мало. Так вот, в том магазине они есть, сможешь забрать себе сто штук. Лучше рискнуть, чем потом использовать ствол, как дубину.

В голове Уголька мелькнули две мысли. Первая: Кастет, при всей своей осведомлённости не знает про револьвер, его и на входе не забрали. Вторая: дело того не стоит, даже если не кинут при оплате, мероприятие отнюдь не обещает быть успешным, а потому лучше было бы отказаться, да только такая опция тут не предусмотрена.

- Ну, если тебе всё понятно, - Кастет сверлил Уголька взглядом, а его женщина ходила рядом, распространяя удушливый запах духов, - через три дня на больших воротах, ствол с собой бери, думаю, пострелять придётся.

Выдав своё согласие, Уголёк покинул кабинет местного мэра, в голове бурлили мысли, которые просто тонули в море ненависти. Мелькнула даже мысль вовсе никуда не идти. А что? Он теперь кое-что может. Например, заложить заряд возле администрации, а потом все местные бонзы улетят на луну. Сделать это трудно, но можно. Или даже подловить Кастета по пути. В последнее время тот часто выезжал со свитой, имитирую вооружённую охрану институтских фургонов. Большой джип, где сидел он сам, а с ним два пикапа с пулемётами. Взрывчатки хватит на всех. На какой-то момент эта мысль завладела им полностью, но тут перед лицом всплыл облик Софии, ненависть резко пошла на убыль, он выдохнул и немного пришёл в себя. Нет, пока рано. Он немного поиграет в прятки с волками, а потом просто свалит отсюда. И тогда не придётся никого убивать. Задание предстоит несложное, он выполнял и похуже. И патроны к винтовке не помешают.

Утром третьего дня он стоял на тех самых больших воротах. Здесь располагался главный спуск в опасные земли, дорога, что вела на нужный кластер, резко поворачивала влево, потом, слегка петляя, выходила к реке, а оттуда углублялась в городские кварталы. Всего километров семь туда и столько же обратно.

С ним отправили ещё четверых. Это были отнюдь не матёрые охотники, простые работяги, даже огнестрел имелся только у двоих, и были это помповые дробовики. Лица у всех четверых были хмурые, смотрели исподлобья, разговаривать никто не хотел. Даже знакомиться не стали.

Машина тоже оставляла желать лучшего. УАЗ-буханка с кузовом. Никакого усиления, да и лет этой технике уже немало. Один из участников, хмурый мужик с полностью седой головой уселся за руль. Остальные прыгнули в кузов, от матёрых тварей кабина не спасёт, уж лучше иметь свободу манёвра.

Уголёк сел с краю, крепко сжал цевьё винтовки, вгляделся в поле предстоящей деятельности, тяжело вздохнул и ухватился за край кузова. Машина двигалась медленно, запас времени до перезагрузки пока имелся, вот потом придётся мчать изо всех сил, соревнуясь в скорости с матёрыми тварями.

Перезагрузка приближалась, вот из кварталов потянулись первые твари. Некрупные, лотерейщики и топтуны, здесь элита не водится. Селом двинулись бегуны, толпа становилась всё гуще, а водитель увеличивал скорость. Они миновали мост, Уголёк отметил, что мост хлипкий, из досок, вес машины выдержал с трудом, да и бортиков нет, а ширина едва вмещает машину.

С толпой тварей разминулись удачно. Одного сшибли бампером (Кастет, чего доброго, ещё и за вмятину предъявит), двоих, что уцепились за кузов, упокоили кирками, а одного особо крупного лотерейщика Уголёк застрелил в упор из винтовки. Револьвер у него был с собой, но он решил его пока не светить.

Первая часть плана прошла успешно. Машина мчалась на всех парах к домам. Уголёк уже стал переживать, как бы им не влететь на кластер ещё до загрузки, тогда произойдёт откат, отчего всем пятерым станет нехорошо, возможно, смертельно.

Но водитель знал своё дело. Дома едва заметно мигнули, вместо разорённых, частично сгоревших домов с выбитыми окнами, появились совершенно новые. А через несколько секунд машина с разгона влетела на оживлённую улицу. К счастью, машин на дороге было немного, удалось избежать столкновения. Промчавшись метров сто, буханка резко вильнула вправо, а потом остановилась у того самого магазина.

Ломать двери не пришлось, магазин открыт. Продавца моментально уложили мордой в пол, отобрали ключи от сейфов, а потом закипела работа. Стволов было немало, они стояли вдоль всех стен вертикально, а через спусковые скобы был пропущен тросик. Его, чтобы не возиться с замком, просто перекусили кусачками. Ружья и винтовки укладывали на руки, как дрова, выносили и складывали в кузов. Один из обладателей дробовиков охранял вход. На улице уже начиналась паника, кластер небольшой, люди сразу поняли, что бедствие не ограничивается отключением света. Но им это на руку, никому в голову не придёт бодаться с вооружёнными людьми. Могла, правда, полицейская машина сюда затесаться, но и им было бы чем заняться.

Кузов был завален доверху, чтобы ничего не выпало, прихватили добро тонкими тросами, в кабину забросили несколько мешков с патронами и экипировкой, а потом водитель прыгнул за руль. Остальные едва успели запрыгнуть в кузов.

Сделано это было вовремя, поскольку временной лаг, что проходил между загрузкой и возвращением монстров уже закончился. Уголёк слышал, что на больших кластерах он куда больше, там спокойствие займёт минут сорок, а здесь не больше пятнадцати. Попутно успел подумать, что добра они взяли немало. Стволов больше пятидесяти, среди них вполне современные карабины, мешки с патронами заняли почти всю кабину. Патроны, кстати, собирал не он, а потому даже не знал, есть ли там его калибр.

Машина рванула с места, резко повернула, потом заложила вираж, огибая двух огромных лотерейщиков. Нескольких бегунов просто размазали бампером, сдвинули две столкнувшихся малолитражки, а потом вырвались из города.

А вот тут пришлось туго. В городе у них был шанс. Вокруг уйма еды, тварям незачем доставать людей из кузова, особенно, если те огрызаются огнём, а здесь, когда людей не видно, они представляли собой единственную цель.

Первой жертвой пал молодой парень, он запрыгнул последним, дотащив мешок с патронами, сидел позади. Могучая когтистая лапа ухватила его за шею и выдернула наружу. Бедолага даже крикнуть не успел. Оставшиеся трое собрались в центре кузова и принялись палить во все стороны. Помогло, хотя и ненадолго, толпе заражённых, казалось, не будет конца. Тех, что помельче, удавалось сбивать, других объезжали, кого-то удавалось застрелить раньше, патроны быстро таяли, а до спасения было ещё далеко.

И всё же они прорвались. Толпа закончилась, но в кузове остался только Уголёк. Один из спутников лежал с проломленной головой, заливая оружие кровью, второй из последних сил пытался остановить кровь из разорванной сонной артерии. Судя по его бледному виду, жить ему осталось меньше минуты.

Машина мчалась к мосту, но тут на пути возник крупный монстр, больше топтуна. Он мастерски увильнул от столкновения с машиной, потом выбросил лапу и, пробив боковое стекло, попытался выдернуть водителя. Не получилось, слишком узкий проём, а следом Уголёк, вскочив, всадил в голову твари пулю из винтовки.

Но машина уже останавливалась, рывок был слишком силён, шея седого водителя не выдержала. Уголёк внезапно осознал, что остался один, позади толпа разгневанных тварей, а машина стоит, хотя двигатель не заглох. В отчаянии он спрыгнул вниз, выбросил тело водителя наружу, а сам запрыгнул на его место. Водить машину он когда-то пробовал, получалось так себе, но теперь не было выбора.

Получилось, мотор взревел, УАЗик сорвался с места и, виляя, полетел по дороге в сторону стаба. Оставалось совсем немного, Уголёк изо всех сил вцепился в руль, вдавил педаль газа, изредка успевая смотреть в зеркало заднего вида. Ничего хорошего он там не видел, погоня отстала, но продолжала преследование. Впереди уже маячил мост.

Будь дорога прямой, он бы справился, просто влетел бы на мост и проскочил по прямо. Здесь же требовалось выполнить на полной скорости сложный поворот, он резко закрутил руль, машина повернула, но усилия были излишними, тяжелый кузов проскочил чуть дальше, резкий удар по тормозам только усугубил ситуацию. Машина соскочила с моста и упала в воду.

Плавал он хорошо, и даже успел набрать воздуха, хотя автомобиль погрузился почти мгновенно. Река оказалась неожиданно глубокой, метров пять, сейчас он отчаянно дёргал ручку двери, пытаясь покинуть машину, но то ли дверь заклинило, то ли чем-то прижало на дне. Открыть не получилось, пришлось протискиваться в разбитое окно. Худая комплекция спасла, но при этом о распорол бок о торчавший осколок стекла. Теперь оставалось только всплыть.

Воздуха не хватило, уже близко к поверхности он умудрился нахлебаться воды и, выбравшись на мелководье отчаянно кашлял. Где-то слышалась стрельба, видимо, отсекали погоню.

Внезапно две пары сильных рук подхватили его и потащили вперёд. Он только сейчас обрёл способность видеть и заметил довольно большой комитет по встрече, стоявший на берегу. А больше он ничего не увидел, поскольку ещё одна могучая рука сжалась в кулак и ударила его в солнечное сплетение. Дыхание вылетело, боль парализовала всё тело. В таких случаях он всегда стойко переносил боль и начинал бить в ответ. Вот только сейчас это было невозможно, его держали с двух сторон, а удар был нанесён настоящим профессионалом, так, чтобы полностью подавить сопротивление. Оставалось только смотреть на мир широко распахнутыми глазами и задыхаться. Картинка в глазах расплывалась, но даже сквозь эту муть он разглядел ухмыляющуюся физиономию Кастета.

- Слушай сюда, щенок, - обманчиво ласковым тоном начал он. – Это добро, целая куча отличных стволов, - это всё моё, оно было моим с момента выноса из магазина. Ты, сука мелкая, утопил грузовик моего добра. Слышишь меня?

Ещё одна рука ухватила Уголька за волосы и подняла голову, тот мог только смотреть, дыхание так и не вернулось, а мысли путались.

- Тот, кто покушается на моё добро, живёт недолго, - продолжал Кастет, - по-хорошему тебя следует выпотрошить прямо здесь, так, чтобы другим урок был. Но я добрый. Я тебе дам шанс. Ты мне заплатишь. Заплатишь за всё, за каждый ствол, за машину и за мои нервы. Слышишь меня, тварь? Теперь ты должен, должен по гроб. С тебя, козлина, семь тысяч споранов. Я тут посчитал, если отдавать по двадцать в день, то… управишься меньше, чем за год. Услышал меня?

К нему только сейчас вернулось дыхание, он что-то прохрипел в ответ, но неразборчиво, а Кастет продолжал:

- И запомни, бежать отсюда некуда, на тебе индивидуальная метка должника, тебя ни один стаб не примет, а если бы и принял, то никуда ты отсюда не свалишь, ворота под присмотром, а на черноте смерть. Сегодня вечером первый взнос. К тебе придут.

В голове Уголька понеслись мысли. Вот сейчас, правой рукой дотянется до руки, что удерживает его, отогнёт один палец, да так, чтобы сломать, потом выхватит револьвер из-за пояса, он всё ещё там, прикрыт курткой, а потом… Перед глазами всплыло лицо Софии. Оно сейчас не к месту, но, как ни странно, подействовало. Не сейчас, проплыла в его мозгу мысль, а потом последовал новый удар, от которого он потерял сознание.

Глава тринадцатая

Очнулся он у своего дома, точнее, гостиницы, где жил. Посетители помогли ему встать, даже отвели в номер, где он смог немного отлежаться и выпить живца. Теперь он лежал на кровати и глядел в потолок. Мысли цеплялись одна за другую, он постепенно приводил их в порядок. Кастет со своей стороны поступил умно, удачливый охотник его раздражал, но просто ограбить его – это не выход, поскольку он сразу перестанет охотиться. Куда лучше держать его в рабстве. Двадцать споранов в день – нехилое поступление в бюджет.

И теперь он по сюжету должен почти год горбатиться на хозяина. И уйти никак, выходы под контролем, либо чернота, либо город, что кишит тварями. Ещё какая-то метка, с которой не примут в стабе. Да и плевать. А что сейчас? А сейчас ничего, ему нужно отлежаться несколько часов, выпить живца и прийти в себя. А вот потом…

Когда пришли двое от Кастета, он даже не встал с кровати, просто прохрипел что-то невразумительное и указал на стол, где лежали в ряд двадцать серых виноградин. Те забрали дань, посмотрели на его едва живое тело и ушли. Чуть позже прибыл Никола. Он всё знал, а потому решил помочь так, как считал нужным.

- Я тебя с людьми сведу, они дорогу через черноту пробивали. Вроде бы, даже пробили. Путь трудный и опасный, не уверен, что ты выдержишь, но иначе никак. Из долгов тебе не выбраться никогда, я Кастета знаю. И метку тебе поставили. Не через ментатов передали, а прямо на тебя, это редкость, теперь она всегда с тобой будет.

- Спасибо, Никола, - сказал Уголёк едва слышно, - но мне не нужна чернота, у меня свой путь, и не беспокойся обо мне, я уже всё решил.

- Не делай глупостей, парень, прошу тебя, - сказал напоследок менеджер и удалился.

Пролежал он так до поздней ночи, после чего поднялся и начал запихивать нехитрые пожитки в рюкзак. От слабости его слегка шатало, но живец своё дело делал, последствия побоев постепенно проходили. На столе оставил короткую записку, которую придавил двумя горошинами. Сразу его не хватятся.

Спустившись в столовую, он подошёл к прилавку, быстро перегнулся через него, ухватил Софию за плечи, прижал к себе и крепко поцеловал в губы.

- Спасибо за всё, - сказал он и вышел.

Войти в стаб ночью было затруднительно, особенно с обрыва. Все места возможного подъёма тщательно охранялись. А вот выйти было просто. Всего-то найти место, где обрыв не отвесный, сесть и благополучно съехать вниз. Вот и всё, теперь только добраться до тайника, а там… А там как Улей решит, Уголёк и сам не заметил, как стал верить в то, что раньше считал ерундой.

На следующий день он наблюдал в бинокль за событиями, что разворачивались у того самого моста. Несколько ныряльщиков зацепили утонувшую машину тросами, а потом небольшой, но мощный трактор вытянул её на берег. Оружие не пострадало, поскольку было прочно притянуто тросами. Патроны в кабине тоже остались целы, разве что те, что к дробовикам могли пострадать из-за плохой герметичности. Кастет осмотрел добычу, отдельно взял в руки винтовку Уголька, что так и осталась в кабине, а потом взмахом руки велел разгружать. Сцена знаковая, но Уголёк и ухом не повёл. Что ему это даёт? Знание о том, что люди – дерьмо? Он это знал, если и не с рождения, то примерно с детского сада. Теперь только утвердился в своём убеждении. Правило «Закон – тайга, прокурор – медведь» прекрасно работало и в обратную сторону.

В другом месте институтские активно готовились к исследованиям. Для этого использовались автономные дроны. Летающие и наземные, последние были частично на колёсах, частично на гусеницах, а некоторые представляли собой робособак на четырёх ногах. Отлично, и людьми рисковать не нужно. А если и понадобится, всегда можно нанять нищего бедолагу из местных. Впрочем, на институтских ему было точно так же плевать.

Волновало его другое, учёные заезжают на опасную территорию на своих машинах, за ними следует кортеж из машин Кастета, в одной из которых он сам. Считает нужным показать свою значимость. Едут всегда одинаковой колонной, впереди пикап с пулемётом, в середине колесница вождя, замыкает второй пикап. Бронетехники нет, да она и не нужна, элита в этих широтах не водится. Сегодня проехали так, завтра тоже поедут. Не могут не поехать, поскольку завтра грузится самый большой кластер, город, тот самый, ради которого они сюда и явились.

Уголёк оторвался от бинокля, отошёл от окна и, присев на стул стал грызть маленькую шоколадку. Работы ещё много, запасов жаль, но их с собой не утащить, разве что детонаторы, огнепроводный и детонирующий шнур. Остальное пустит в дело. Ночи здесь тёмные, никаких прожекторов на воротах не предусмотрено, стало быть, никто не увидит одинокого бродягу, что ползает по дороге метров за триста от выхода.

Наступило завтра. Ключевой день, впереди долгожданная свобода или мучительная смерть. И, говоря по правде, первый вариант тоже пугал своей неизвестностью. Даже если всё пройдёт, как он планирует, то что дальше? Как его примут другие? Скажется ли та самая метка? А может, всем на неё плевать?

Сделав несколько вдохов, он прогнал от себя тревожные мысли и, чтобы не сидеть без дела ещё раз проверил исправность проводов. Если нажать на кнопку в небоевом положении, загорится красная лампочка. Это говорит о том, что система исправна, а значит, остаётся только ждать.

Он сидел почти рядом с дорогой, стоило спрятаться подальше, но провода и машинка обеспечивают диапазон около ста метров, дальше могут начаться проблемы. Пришлось устроить себе лёжку в мелком кустарнике, откуда он будет убегать вдоль неглубокой канавы, а потом скроется в руинах.

Час Х приближался, уже скоро пройдёт загрузка, вот показались огромный фуры института. Вот они проехали через широко распахнутые ворота и стали спускаться по насыпи. Никто не обратил внимания на то, что укатанная земля впереди слегка взрыхлена. Он ночью, как мог её утоптал, но даже так опытный глаз мог заметить несоответствие. Впрочем, где тот опытный глаз? У Кастета? Да он в военном деле вряд ли хоть что-то понимает, всю сознательную жизнь занимался совсем другими делами.

И где он? Институтские уже внизу, а сопровождение? Неужели не приедут? Но тут пришлось облегчённо выдохнуть, кортеж показался. Ехали они медленно, пулемётчики в пикапах важно вертели головами и крепко держались за оружие. Передняя машина приближалась к нужной точке.

Клоуны – подумал Уголёк, переключая машинку в боевое положение. Главное, не опоздать. На последнем метре он резко вдавил кнопку. А следом дорога утонула в море огня, дыма и пыли.

Самый мощный заряд находился в середине. Несколько килограммов тротила, пластид и две противотанковые мины. Если оба пикапа подлетели в воздух, а там уже начали разваливаться на части, то джип просто исчез, его разнесло на молекулы вместе со всеми, кто находился внутри. В последний момент мелькнула мысль, что было бы хорошо, если вместе с Кастетом погибла бы его баба, которая Уголька откровенно бесила.

А теперь всё. Часы показывают, что до загрузки осталось всего двадцать минут. Если он будет бежать очень быстро, то успеет. Он и побежал, бежал со всех ног, почти не глядя по сторонам. Пока были безопасные места, потом начнутся опасные, но даже там он надеялся проскочить, разминувшись с толпой монстров, что массово побегут из кластера.

Надежда у него была, хотя и слабая. Во-первых, он провёл тщательную разведку, впереди, помимо городских кварталов, на пути к большому кластеру имелся довольно длинный мост через реку, мост этот грузился единым куском, что радовало, его можно преодолеть в пешем порядке. Правда, по нему будет бежать огромная орда тварей, но тут уже задача на скорость. Дальше будет небольшой запас времени, за который следует преодолеть почти весь город и выйти с другой стороны. Этого не делал никто и никогда. А он попробует.

Бежать было легко, рюкзак полупустой, револьвер за поясом, при этом ещё и зафиксирован шнуром, чтобы не выпал от резких движений. Вот уже и кварталы близко, обогнуть первые дома, а дальше прямо по улице. На пути много препятствий, груды костей и смятые искорёженные остовы машин. Асфальт местами усыпан битым стеклом, а в воздухе стоит запах разложения. Быстрее, часы отсчитывают время, скоро всё изменится, а значит…

Впереди показался мост, тяжело дыша, он прибавил шагу. Оставалось всего десять минут, большой кластер начинается на том берегу. Вот и мост, не такой уж и длинный, чуть больше километра. Он бежит вперёд, а навстречу ему огромная толпа тварей. Элита пополам с крепкими руберами. Такого он ещё не видел, а потому чувствовал себя, как таракан перед асфальтовым катком. Расстояние сокращалось стремительно, ещё секунд десять и его затопчут, даже не употребив в пищу.

В последний момент он свернул направо, бросился к перилам и, вынув из-за пазухи верёвку, быстро привязал её. Когда толпа с громким топотом промчалась по этому месту, он уже висел под мостом, крепко держась за верёвку. Сообразительный монстр сможет его достать оттуда, вот только им сейчас не до того, нужно убраться подальше от опасного места, не просто выйти за границу, а отойти на пару километров и подождать. Где уж тут отвлекаться, да и не стоит один человек затраченных усилий, когда впереди настоящее пиршество на много дней.

Висеть было нетрудно, на конце верёвки была предусмотрительно сделана петля, в которую он вставил ногу. Проход колонны заражённых занял минуты три, потом грохот сотен ног начал удаляться, а он полез наверх. Небольшой вес и крепкие руки ему в помощь, вот он уже перевалился через перила и снова бросился вперёд. Со временем угадал. Оставалось ещё пятьдесят метров до границы, когда кластер мигнул и обновился. Ноздри щекотал проклятый туман, но он не обращал внимания на мелкие неудобства.

Внезапно он оказался в самом центре большого города. Магазины с яркими витринами, дороги на восемь полос, где уже начинались столкновения из-за неработающих светофоров, растерянные люди на улицах. В запасе у него примерно полчаса, а потом придётся сваливать. До другого конца кластера несколько километров, но, если рассчитать всё правильно, кое-что успеет.

Первым делом нырнул в большой магазин одежды, быстро выбрал себе крепкие джинсы, ботинки по размеру и куртку-косуху из прочной кожи. Три предмета стоили столько, что в своей прошлой жизни он в их сторону бы не посмотрел, теперь же, затянув на джинсах ремень, просто ткнул в лицо продавцам стволом револьвера и выбежал на улицу. Те сейчас жмут тревожную кнопку, тычут в экраны мёртвых смартфонов, пытаясь вызвать полицию, но всё зря. Даже если полиция есть, им сейчас не до того, монстры пока не нагрянули, но Уголёк был уверен, что паника в городе уже почти началась. На окраинах увидели странное, люди напуганы и страх этот ползёт от окраин к центру.

Следующим магазином был продуктовый. Время поджимало, «покупка» одежды отняла минут семь, теперь ещё продуктов купить, чтобы на дорогу хватило. Схватив корзинку, он побежал вдоль рядов. Буханка хлеба, несколько мясных деликатесов, какой-то страшно дорогой шоколад, ещё более дорогая водка, две пластиковых банки с красной икрой, пачка чая, пачка сахара, две пятилитровых фляги с водой. Всё, хватит, рюкзак не резиновый.

Здесь с охраной было получше, двое парней в пиджаках с бэйджами, увидев, как он складывает продукты в рюкзак, направились было к нему, но выстрел в потолок охладил их пыл, пришлось расступиться и пропустить грабителя. Больше ему ничего не было нужно, теперь осталось только покинуть город, пока тот не превратился в цех по забою скота.

Оказавшись на улице, он подскочил к первой машине с шашечками и, запрыгнув на заднее сидение, обратился к водителю:

- Гони на полной скорости, туда, - палец указал в сторону, где, по идее, кластер заканчивался. – Не выполнишь – пристрелю, выполнишь – получишь золото.

Голос Уголька был как нельзя более убедительным, в одной руке он сжимал револьвер, другая протягивала горсть золотых украшений.

- Понял тебя, не стреляй, - испуганно проговорил таксист, молодой парень, лет двадцати пяти, блондин с нечёсаной гривой волос. – Уже еду.

-Быстрее, - прорычал Уголёк, - у нас двадцать минут, чтобы из города выехать, иначе сдохнем оба.

Водитель попался сообразительный и, что особо радовало, знал город. Кое-где, где заторы из машин оказались непреодолимыми, он объезжал их по тротуару, разгоняя пешеходов громкими гудками, в других местах срезал через дворы. Чуть позже они выбрались на относительно свободную трассу, кажется, приближалась окраина, но и время неумолимо истекало.

- Да быстрее ты, не успеем ведь, - голос Уголька с угрожающего стал просительным. – Сейчас начнётся.

- Да что начнётся-то? – спросил водитель, не отрывая глаз от дороги, скорость превышала сто километров в час, требовалось предельное внимание.

- Вот это, - крикнул Уголёк, указывая вперёд.

А впереди навстречу им неслась огромная орда тварей. В город спешили все, от элитника до простого бегуна, добычи много, глядишь, и мелочь сможет перекусить, пока матёрые твари заняты.

- Поворачивай! – приказал Уголёк и едва сам не дёрнул за баранку.

Водитель, хоть и пребывал в ступоре от увиденного, оказался профессионалом, на огромной скорости вошёл в поворот, они проехали ещё пару километров по дороге, а потом она упёрлась в какое-то здание, напоминающее богато отстроенную дачу большого начальника.

- Тормози, - приказал Уголёк.

Границу кластера они пересекли, толпа монстров побежала прямо, даже если заметили машину, отвлекаться не станут.

- Выходи из машины, - скомандовал Уголёк, - здесь пересидим.

Водитель, хоть и неуверенно, но всё же покинул сидение. Тут выяснилось, что одинокий автомобиль проигнорировали не все заражённые. Прямо на них мчались два крепких лотерейщика. Таким ничего не стоило порвать обоих в клочья и сытно перекусить, не привлекая внимание старших. Уголёк шагнул им навстречу, револьвер покоился за поясом, он не стал его трогать. Сегодня утром, на рассвете он принял красную жемчужину, это было опасно, но обошлось. Зато дар его получил резкий апгрейд и теперь уже мог считаться оружием.

Когда дистанция между ним и тварями сократилась до пары метров, он вскинул руки и сделал небольшое усилие. Оба лотерейщика мешками свалились ему под ноги. У одного изо рта валил дым, а кожа головы почернела от ожога, голову второго покрывал лёд. Вот и всё, теперь спрятаться и отдохнуть.

- Ты… колдун что ли? – испуганно пролепетал водитель, что прятался за машиной.

- Есть немного, - признал Уголёк. – Идём в здание, здесь опасно.

Таксист вошёл в калитку, что была распахнута настежь, а Уголёк задержался, чтобы выпотрошить затылки убитых тварей.

Глава четырнадцатая

Здание, которое они выбрали в качестве укрытия, оказалось небольшим санаторием, видимо, в момент перезагрузки кластера был не сезон, а потому следов большого количества людей не наблюдалось. Явно присутствовал кто-то из администрации, а потом они просто ушли. А ещё в здании имелись крепкие стены и высокий кирпичный забор, что хоть как-то обеспечивало безопасность.

Они разместились в холле, тут имелся небольшой стол, кресла, при этом имелось только одно окно, выходившее во внутренний двор. Уголёк уселся в кресло, пододвинул к себе стол и стал разбирать добычу. Набирал в спешке, но и этого должно хватить на сутки или около того.

- Кто это был? – спросил таксист, который понемногу начал отходить от шока.

- Зомби, мутанты, - равнодушным тоном сказал Уголёк, - называй, как хочешь.

Он немного помолчал, потом спросил:

- У тебя там, в городе кто-то остался?

Таксист помотал головой.

- Я приезжий, полгода здесь.

- Тебе же лучше, - сказал Уголёк и замолчал.

- Чем лучше? – не понял тот.

Уголёк прервал молчание и объяснил:

- Неприятно сидеть здесь и думать, что твою семью сейчас жрут твари. А они жрут, орда бежала в город на пиршество, там никого не останется.

Водитель нервно сглотнул, потом встал, подошёл к окну и выглянул.

- Откуда они взялись, да ещё столько? Когда успели мутировать?

- Я мог бы тебе всё рассказать, но не вижу смысла, эти знания тебе не пригодятся, а мне лень.

Водитель посмотрел на лицо собеседника, каковое не выражало ровным счётом ничего, потом задал следующий вопрос:

- А мы тут долго сидеть будем? – спросил он.

Уголёк вспомнил всё, что знал о сроках обращения заражённых.

- Всё зависит от тебя. Но, думаю, от нескольких часов до пары суток.

- От меня… - не понял таксист, - а потом что?

- Потом я тебя застрелю, сяду на твою машину и поеду дальше

Таксист побледнел.

- За что? Забирай машину, меня отпусти.

Он напрягся, собираясь кинуться в драку, только рука Уголька, что легла на рукоять револьвера, останавливала его.

- Ты видел этих тварей? На кого они похожи? Кем были раньше?

- Людьми?

- Именно, а теперь скажи, хочешь ли ты быть одним из них? Хочешь существовать в качестве безмозглой твари, живущей только затем, чтобы жрать людей?

- Но почему? Я ведь… меня же не кусали.

- А кто сказал, что заражение передаётся через укус? – Уголёк невесело усмехнулся. - Меня, например, кусали, но я не обратился. Помнишь, незадолго до того, как ты увидел меня, был сильный неприятный запах?

- Да, был.

- Вот это и есть источник заражения, - объяснил Уголёк, - споры паразита, что превращает человека в тварь. Поэтому мы здесь и сидим, я жду, пока ты обратишься, чтобы убить тебя.

- А ты почему не такой? – таксист кивнул в сторону окна.

- Иммунитет.

- А у меня его нет?

- Возможно, есть, и это причина, по которой я не убил тебя сразу, но не буду обнадёживать, шансов у тебя мало. Один к двадцати, или один к тридцати.

- А если я окажусь иммунным? – с надеждой спросил Таксист.

- Тогда я возьму тебя с собой, дальше мы поедем вместе, так даже лучше, потому что машину я вожу плохо.

Таксист встал и начал нервно ходить туда-сюда по комнате.

- Есть хочешь? – предложил Уголёк.

- А смысл меня кормить? – едва слышно сказал таксист. – Всё равно ведь…

- Но пока ты человек, так что не вижу смысла морить тебя голодом.

Он начал нарезать хлеб и копчёное мясо, сооружая бутерброды. Налил воды в большую кружку из нержавейки.

- Чаю хочешь?

- Хочу, а как ты его кипятить собрался? Света же нет.

- Ты забыл? - Уголёк слегка улыбнулся, - я ведь колдун.

Он провёл ладонью над кружкой, вода закипела, при этом в комнате ощутимо похолодало, а на столе расползлось пятно инея. Он бросил в кипяток два пакетика чая, дал им завариться, а потом, слегка охладив, протянул кружку таксисту.

- Тебя звать-то как? – спросил он.

- Никита, - отозвался таксист. – А тебя?

Уголёк открыл рот для ответа, но промолчал. Называться Угольком по прихоти покойного Сизого он не хотел. Прозвище нельзя менять? Плохая примета? Улей накажет? Ему были безразличны эти суеверия. А как ему назваться? Кто он? Сапёр? Как-то слишком явно, да и навыки подрывного дела у него довольно скромные. Охотник? Уже ближе, охотник, который ставит ловушки. Траппер, точно, так и будет называться. Траппер, крестник… Француза. Неизвестный автор учебника в его новой жизни сыграл куда более значительную роль, чем Сизый.

- Траппер, - сказал он после долгого молчания, - Траппер, крестник Француза.

- Странное имя, - сказал Никита.

- Ты, если выживешь, тоже получишь новое имя, это новый мир, новая жизнь и новый человек. А теперь помолчи, а лучше поешь, у тебя не так много времени, получай удовольствие.

Молчали они долго, часа два. Траппер погрузился в раздумья, а Никита просто сидел и пялился в одну точку, изредка отхлёбывая из кружки чай. Озвученные перспективы ему не нравились, но он нашёл в себе мужество смириться. Наконец, посмотрев на часы, Траппер обратился к Никите:

- Так, а теперь чётко и внятно назови свои паспортные данные, фамилия имя отчество, год и место рождения, номер, серию и остальное…

Никита удивился, но всё озвученное перечислил.

- Добро, - кивнул Траппер, - сидим дальше.

- А… зачем это всё?

- Затем, что мне нужно услышать, как ты произносишь сложные фразы, обращение начинается с нарушения речи, как только начнёшь запинаться, значит, процесс уже пошёл. Кстати, нет желания напасть на меня?

- А смысл?

- Поиск смысла – ещё один признак, ты всё ещё человек, твои шансы немного подросли.

И снова они молча сидели, Никита пытался тыкать в телефон, даже нашёл какие-то скачанные фильмы и пытался смотреть, правда, выключил на середине, настроение не то. Когда стало темнеть, Траппер взял со стола стикер и ручку, потом написал что-то и протянул Никите.

- Прочитай, только быстро.

Никита посмотрел в бумажку, вздохнул и начал:

В недрах тундры

Выдра в гетрах

Тырит в вёдрах

Ядра кедра.

- Пойдёт, - кивнул Траппер, - а теперь пора спать, сдвинь кресла, как-нибудь поместишься. Только сперва…

Он протянул два пластиковых хомута.

- Зачем? – не понял Никита.

- Вон там батарея, достаточно прочная, да и пластик так просто не порвать, по крайней мере, если ты новообращённый мутант. У них мозгов нет вовсе. А нужно это, чтобы ты мне во сне горло не перегрыз.

- А если я его ножом перережу? – он показал крошечный перочинный нож, висевший, как брелок на связке ключей.

- Я же сказал, воспользоваться ножом может человек, заражённый не догадается, будет просто дёргать, разбудит меня и получит пулю.

Тут Уголёк слегка лукавил, дело в том, что обращение – процесс не мгновенный, заражённый не в один миг становится мертвяком, неадекватное поведение начинается задолго до окончательного перерождения. Стало быть, Никита, когда у него поедет крыша, будет некоторое время человеком, который даже с поехавшей крышей сумеет воспользоваться ножом. Что до шансов, то тут всё странно, вообще, по времени изменения должны уже быть заметны. С другой стороны, кластер долгий, недаром институтские так ждали загрузки, стало быть, и обращение может занять больше суток.

Махнув рукой на все проблемы, Траппер растянулся на столе, положив под голову рюкзак. Утром всё станет ясно. Сон сморил его скоро, слишком насыщенный был день.

- Траппер… Трап, слышишь меня? – послышался голос.

Траппер открыл глаза, хотел выругаться, что ему не дают спать, но тут увидел, что в комнате стало светло. Выходит, проспал допоздна.

- Чего тебе?

- Я это… в туалет хочу.

- Так отрежь хомут и сходи, - равнодушно отмахнулся он, - хотя стой.

Он вытащил из-под себя ещё одну бумажку, написал на ней слова и протянул Никите.

- Прочитай.

Макака коалу в какао макала

Коала какао лениво лакала.

- Добро, иди.

Никита отрезал пластиковый хомут, после чего скрылся за дверью. А Траппер задумался. Итак, часы говорят, что с момента загрузки прошло двадцать пять часов. Пациент не выказывает никаких признаков заражения. Вывод? Да, скорее всего, он иммунный. Вот же повезло. Самому Трапперу компания даром не нужна, но не бросать же, да ещё в таком месте. Развитые твари выжрут город за несколько дней, потом часть разбредётся по окрестностям. Он ведь помнил, как сам оказался в Улье, помнил, как было тяжело, помнил, как пытался хоть что-то понять. Значит, нужно помочь, доставить в стаб, а там уже пусть сам.

Когда Никита вернулся, Траппер протянул ему бутерброд.

- Завтракай, потом поедем.

- Поедем?

- Я устал ждать, думаю, ты всё же иммунный, тебе повезло, вытянул счастливый билет.

- А куда мы поедем?

- Подальше от города. Хотя…

Траппер задумался, у него было много недостатков, но были и положительные качества, среди которых не последнее место занимала наблюдательность. Он умел смотреть, запоминать и делать выводы. Смотрел он и во время вчерашней поездки. Кое-что из увиденного отпечаталось в его мозгу.

- Слушай, Никита, помнишь, мы вчера проезжали… перед поворотом сюда, там был магазин «Охотник», так?

- Ну, вроде, был.

- А что там продают?

- Ну, удочки, ружья, фонари, бинокли, - начал перечислять Никита.

- Он достаточно близко и, когда всё началось, был открыт, - Траппер подводил подопечного к правильному выводу.

- Хочешь пойти и вооружиться? – спросил тот.

- Нет, хочу пойти и вынести оттуда всё, что есть, до последнего патрона, а потом с этим багажом двигать дальше. Когда доберёмся до людей, всё продадим, тогда будет с чего начинать новую жизнь. Тебе. Я-то уже начал.

- Ну, пошли, - Никита поднялся, но Траппер его остановил.

- Не спеши, так уж вышло, что ты остался жив, а значит, я должен рассказать тебе то, что знаю о новом мире. Потом я дам тебе имя, а после этого отправимся за добычей.

Вообще-то цель была ещё и в том, чтобы дать время тварям уйти с места предполагаемого мародёрства. В город они заходили с нескольких направлений, взяли его в кольцо и продвигались от периферии к центру, стало быть, окраины на какое-то время будут относительно безопасны, разве что бегуны заглянут, чтобы полакомиться объедками, но с ними он разберётся.

- А почему ты говоришь «Новый мир»? Что в нём нового? Мутанты?

- Слушай сюда, - почти торжественным голосом сказал Траппер, - в тот момент, когда появился кислый туман…

***

- Охренеть, - сказал Никита, когда Траппер закончил рассказ и ответил на все уточняющие вопросы. Впрочем, это был уже не Никита, а Таксист, крестник Траппера. – Нет, вечная жизнь – это круто. Дары эти тоже… а вот то, что мутантов валить нужно, - это перебор.

- Ну, валить необязательно, - сказал Траппер, - устроишься водителем, будешь спораны в виде зарплаты получать. Впрочем, по кластерам всё равно гулять придётся, иначе никак, Улей не одобряет домоседов. Ладно, хорош болтать, идём на дело.

Но сразу на дело они не пошли. Сначала пришлось искать машину. Авто Таксиста, старенький «Рено», за счёт хорошего тюнинга выглядевший прилично, отнюдь не подходил для перевозки габаритных грузов. Они нарезали по местности концентрические круги, отыскивая целый фургон. Таковой нашёлся уже на территории свежего кластера. Правда, у него была оторвана дверь, а переднее колесо залито кровью, но это никого не смущало, даже Таксист, непривычный к таким картинам, особого страха не проявил. Возможно, он просто верил в способности своего товарища.

Город выглядел ужасно, сплошь разруха, выбитые окна домов, перевёрнутые машины и кучи плохо обглоданных костей. Ну, да, зачем мелочиться, добычи много, нужно ловить момент, пока конкуренты не сожрали твоё. Заражённые тут были, но строго те, кому не было места дальше, ближе к центру. Некоторые оказались даже новообращёнными, каким-то чудом уцелевшими во время нашествия. Их сразу было видно по целой одежде. Теперь, на куче объедков, они имели шанс дорасти до бегуна или даже лотерейщика. Были и натуральные бегуны, но таковых оказалось немного, а потому окраины можно было назвать условно безопасными. Двух самых бойких пришлось угомонить (Траппер не преминул ещё раз продемонстрировать свой дар), остальные, решив не испытывать судьбу, старательно грызли мослы.

Машину подогнали вплотную к двери магазина, тот в самом деле оказался открыт. Продавцы не успели ничего предпринять, как внутрь вломились твари и растерзали обоих. От одного остались ботинки с торчавшими окровавленными костями, от второго – почти чистый скелет.

Но мародёров это не интересовало, трупов здесь много, а вот гора оружия одна. Три из четырёх стен торгового зала были уставлены стволами. Гладкими и нарезными, короткими и длинными, российскими и иностранными. На прилавках под стеклом лежали образцы патронов.

Таксист занялся стволами, перекусил кусачками тросик, продетый через спусковые скобы, после чего стал набирать оружие в охапку и выносить наружу. Траппера заинтересовали сейфы в соседнем помещении. Требовались ключи, каковые нашлись на крючке под прилавком. Повезло, что продавец не хранил их в кармане, иначе крупный монстр просто проглотил бы их.

Распахнув первый сейф, он увидел, что тот плотно набит пачками патронов. Все калибры, вплоть до самых экзотических. В следующем тоже патроны, теперь к дробовикам, есть и пистолетные, что лежали особняком. Наконец, в последнем он обнаружил комплектующие для зарядки ружейных патронов, порох. Всё ещё оставались на свете такие динозавры, что предпочитают заряжать самостоятельно. Как положено, дробь, картечь, капсюли и… гильзы. На нижней полке стояли коробочки с латунными гильзами. Траппер на мгновение замел, потом начал перебирать. Двенадцатый… шестнадцатый… Нужная коробка стояла у задней стенки, видимо, самый непопулярный калибр. Вынув её, он посмотрел на донце крайней гильзы. Там стояла заветная цифра 32.

- Бинго! – сказал он сам себе и, подхватив большой мешок, стал сгребать туда трофеи.

Глава пятнадцатая

- Ты скажи, куда поворачивать? – спросил Таксист на очередной развилке. – Направо дорога получше, налево – так себе, зато обзор хороший? Куда?

- Без разницы, - вздохнул Траппер, - куда душа лежит, я сам этих мест не знаю, рано или поздно заедем в стаб, а там уже сориентируемся.

Пока они стояли на развилке, он высунулся из люка на крыше машины и старательно оглядывал окрестности. Стабом тут и не пахло, зато вдалеке имелись сильно разрушенные городские строения. Значит, там было много людей, а потом стало много тварей. Или… одна большая тварь.

Уже когда Таксист трогался с места, он боковым зрение уловил какое-то движение позади. Бросив взгляд в ту сторону, немедленно крикнул:

- Гони! – и тут же бросился обратно в кабину, хватаясь за карабин.

По дороге мчался невесть откуда взявшийся рубер, матёрый, грозный, готовый сожрать ещё пару десятков человек и перейти на следующий уровень развития. Голову, грудь и плечи покрывали костяные бляшки, местами уже слившиеся в сплошные щиты, руки, а точнее, передние лапы существа почти доставали до земли, а огромные когти изредка высекали искры из асфальта.

Стрелять в такое чудовище было занятием малопродуктивным, бронебойная пуля из современной винтовки, возможно, пробила бы броню, вот только не было в охотничьем магазине таких патронов, охотникам они ни к чему, броненосцы в наших широтах не водятся. После разорения магазина, разбирая добычу, они договорились взять себе по одному стволу, а остальное пустить на продажу. Таксист выбрал себе карабин «Тигр», гражданскую версию СВД, точное, надёжное оружие под популярный патрон, правда, оптику следовало пристрелять, но это занятие пришлось отложить на потом. Траппер втайне надеялся достать здесь аналог своей бывшей винтовки. Но, увы, это творение американских оружейников сюда не добралось. Зато добралось другое: этот ствол лежал особняком, а стоил как недорогая машина. Карабин «Марлин» калибром .45-70, с рычажной перезарядкой, словно позаимствованный из вестерна. Средняя длина ствола, семь патронов в трубчатом магазине, большой калибр и полуоболочечные пули. Пробивное действие слабое, зато, например, лотерейщика можно убить даже выстрелом в грудь. А ещё он просто красив, дерево с витиеватой текстурой, воронёный металл, удобный приклад. С этим оружием не хотелось расставаться. Единственным минусом были патроны. Калибр неходовой, нашлось всего четыре пачки, восемьдесят штук.

И теперь из этого карабина предстояло отбиваться от адской твари, которой мягкие пули не причинят вреда. Впрочем, это ещё предстояло выяснить. Клацнув скобой карабина, Траппер полез в люк. Можно было попытаться уйти, но рубер бежал слишком резво, здесь, на ровной дороге, их скорость была почти равной, а когда дорога испортится, он их нагонит. Теоретически, можно попробовать применить дар, содержимое головы рубера поджарится с тем же успехом, что и бегуна, вот только действовал дар на расстоянии всего около метра. Такое сближение сулило только смерть. Значит, карабин.

Итак, машина почти не трясётся, хотя гонит километров восемьдесят в час (большего из неё не выжать), а вот бежит серая туша, отставая метров на семьдесят. Траппер вскинул карабин и прицелился. Мушка навелась на огромную голову существа, но стрелять он не стал. Бесполезно. Опустил прицел ниже. Ноги, живот, пах. Первый выстрел зацепил краем бедро, вырвал кусок мяса, но монстр даже не замедлился. Но Траппер не отчаивался, будь ты хоть десять раз рубер, с разорванной мышцей бедра быстро бегать не сможешь. Второй выстрел мимо, третий попал, как надо, возможно, даже кость повредил. Урчание твари было слышно даже через рёв двигателя.

Рубер начал было отставать, но тут кластер закончился, идеально ровный асфальт превратился в плохую грунтовку с выбоинами, машину стало подбрасывать, а скорость упала почти вдвое. Увидев это, рубер слегка приободрился и снова бросился в погоню. Ещё одна пуля ударила его в живот, пробила шкуру и, надо полагать, учинила изрядную разруху внутри организма.

Но и это его не остановило, для тварей, тем более таких развитых, ранения в корпус не смертельны, они легко их залечат при наличии еды, а еда совсем рядом, только лапу протянуть. Его финишный рывок был сбит пулей в голову, попадание, ввиду тряски, было случайным, но ему хватило. Всё же тяжёлая мягкая пуля действует, как удар кувалдой, недостаточно, чтобы убить, но достаточно, чтобы сбить наступательный порыв.

После этого рубер на секунду остановился, а потом машина, выехав на новый кластер, где покрытие оказалось сносным, резко прибавила в скорости и окончательно ушла в отрыв.

- Это и есть та самая элита? – спросил бледный Таксист, вцепившись в руль и косясь в зеркало заднего вида. – Может, лучше было добить? Трофеи ведь.

- Оно того не стоит, - покачал головой Траппер, - ты же видел, пули его не берут, затылок он не подставит, а дар мой действует только вблизи. Уж лучше свалить.

- А из моей винтовки такого завалить реально? – в глазах Таксиста загорелся охотничий азарт, Траппер решил, что в этом мире он далеко пойдёт, если рано не сожрут.

- Только случайно, - поспешил его расстроить Траппер, - может, бронебойная пуля и возьмёт, но вряд ли у тебя получится сделать это одним выстрелом, сам видишь, он не стоит и не ждёт, пока его убьют.

- А ты бы зажарить его смог?

- Для этого нужно оказаться в метре от него, - Траппер зевнул, разговор начал его утомлять, да и попутчик тоже, он слишком привык быть один, теперь только до стаба доехать. – Сам понимаешь, чем это чревато.

Стаб показался на горизонте к вечеру, да не просто стаб, а огромный город. Огромным он, конечно, был по меркам Улья, в том мире сошёл бы за крупный райцентр. Тем не менее, это было серьёзное поселение, обнесённое капитальными стенами, проживали там десятки тысяч человек, а значит, одинокому охотнику будет, где затеряться. Не чета Колонии, где был просто набор крошечных деревень. Были, правда, сомнения, что здесь его примут с меткой должника, но он надеялся, что местным просто плевать на какую-то глухую деревню в сотнях километров отсюда, как и на мёртвого Кастета.

Машина затормозила у капитальных ворот из стального листа, укреплённых приваренными рельсами. Предварительно пришлось проехать по узкой дороге зигзагом под прицелом орудий и пулемётов, с безопасностью здесь было хорошо. Сверху раздался окрик:

- Кто такие? – голос, впрочем, не сулил ничего плохого, охрана просто интересовалась.

- Просто рейдеры, - ответил Траппер, высунувшись из окна, - приехали погостить, есть товар на продажу.

- Как долго пробудете?

Траппер пожал плечами.

- От нескольких дней до месяца, зависит от условий.

- Запускай, - крикнул охранник кому-то снизу, после чего ворота начали со скрипом открываться, сквозь этот скрип послышался всё тот же голос: - добро пожаловать в стаб «Надежда».

Вот так, значит, Надежда. Что же, звучало обнадёживающе. Уголовники и барыги так себя не назовут, видимо, стаб основан романтиками.

Внутрь стаба их, однако, не пропустили. Машина встала в большом ангаре, выполнявшем функцию шлюза, а их отправили в неприметную дверь, где обоих посадили перед столом, за которым сидели два человека, очень похожих друг на друга. Оба одеты в деловой костюм, чисто выбриты, коротко стрижены, возраст у обоих около тридцати, что, впрочем, для Улья обычное дело. При этом у гостей даже не отняли оружие, что говорило в пользу гостеприимства местных.

- Итак, - сказал правый, - кто вы и откуда?

- Я – Траппер, крестник Француза, - начал объяснять Траппер, - он – Таксист, мой крестник, приехали из… там, в той стороне, - он показал рукой, - есть кластер, город большой, грузится редко. В общем, оттуда. Привезли груз оружия, охотничьи ружья и карабины. Хотим продать, дальше пока не думали.

Над столом повисло молчание. Оба близнеца о чём-то сосредоточенно думали. Потом левый выдал:

- Траппер – не твоё имя, Француз – не твой крёстный, а ещё на тебе метка должника, индивидуальная. Так редко делают.

- И одновременно он не врёт, - сказал правый.

- Они сейчас о чём? – спросил Таксист, но его вопрос повис в пустоте.

- Так бывает, - снова сказал левый, - когда человек искренне верит в сказанное, пусть даже это неправда.

- К мурам отношение имели? – спросил правый, создавалось впечатление, что вопросы он задаёт для порядка, уже зная ответы.

- Нет, - хором ответили оба гостя.

Снова повисла тишина.

- Они безобидны, - высказался правый.

- И у них есть ценный товар на продажу, - добавил левый, оба напоминали не людей, а роботов, что усиливалось каменным выражением лиц.

- И не связаны с мурами, - сказал правый.

- А метка должника поставлена в глухой дыре, второсортными нищебродами, - левый при этом слегка улыбнулся.

- Добро пожаловать в стаб Надежда, - сказал правый. – Гостиница прямо по улице, высокое здание из красного кирпича, магазин оружия по параллельной улице справа до конца, вывеска там большая, не проедете. Продавать оружие частникам запрещено, у нас это монополия. Продать или купить – только через этот магазин, если не устроят цены – можете ехать дальше.

- Спасибо, - за двоих ответил Траппер и встал со стула. Допрос его слегка удивил. Он собирался долго и нудно рассказывать о своём походе через свежий кластер, о том, как спас Таксиста, а тот оказался иммунным, про источник груза, а спросили только имя и причастность к мурам. Вообще, создалось впечатление, что всё необходимое ментаты просто прочитали у них в голове, а вопросы задавали исключительно для вида.

Город их приятно удивил. Высотных зданий тут почти не было, максимум, четыре этажа. Упомянутая гостиница была выше всех, там было целых шесть. По местному времени было шесть часов, можно попробовать сбыть товар, вряд ли магазины закрываются так рано. Можно было и на завтра отложить, но очень уж хотелось остаться одному, а компаньона, получившего долю, отослать на вольные хлеба.

- Поворачивай здесь, - показал он рукой, машина выехала на параллельную улицу.

В конце улицы нашлось упомянутое здание, двухэтажный дом из камня. Присмотревшись внимательно, Траппер понял, что не ошибся, не кирпич, не бетон, не строительные блоки, а натуральный тёсаный камень, серый гранит. Высокое крыльцо с резными перилами подразумевало наличие большого подвала.

Оставив таксиста в машине, он поднялся по крыльцу и открыл одну створку высоких дверей из дерева. Единого торгового зала внутри не имелось, множество коридоров, вдоль которых стояли витрины с оружием, снаряжением и прочим имуществом, необходимым для убийства. Почти за каждым прилавком стоял продавец. А на прилавках царило изобилие: от ножа до крупнокалиберного пулемёта, явно живут тут небедно, да это и неизбежно, чтобы стаб такого размера жил, нужно собирать «урожай» с сотен кластеров, где-то обязательно окажутся военные части или отделы полиции.

Собравшись с духом (прежние проблемы навалились снова, пришлось вспомнить Софию), он подошёл к молодому парню за прилавком.

- Простите, не подскажете, к кому обратиться, хочу продать крупную партию?

- Насколько крупную? – парень нисколько не удивился, видимо, вопрос был обычный, тут часто так делают.

- Стволов, наверное, сто, - ответил Траппер, - не считал, если честно, охотничий магазин вынесли. Ещё патроны и снаряжение.

- Вы на машине?

- Да, там, у крыльца стоит.

- Обогните здание, там чёрный ход, - вас примет наш агент, оценит всё и расплатится.

Чёрный ход в здание выглядел не так красиво, как центральный, зато там была стоянка. Таксист подогнал машину задней дверью к проходу, где их встречал уже другой человек. Этот выглядел старше, напоминал инженера, сходство усиливали рабочий комбинезон и карандаш за ухом.

- Здравствуйте, - сказал Траппер, - вы принимать будете?

- Я, - кивнул тот, - начинайте с патронов.

Из фургона были извлечены мешки с патронами, пачки которых поочерёдно ложились на стол, покупатель называл цену, которую предлагалось проверить по каталогу скупки, после чего исправлял цифру в блокноте. Работал он быстро, считал в уме не хуже калькулятора, так что управились минут за сорок. Дальше в дело пошли бинокли, ремни, ножи, оптика, тепловизоры и прочая мелочь. Цифра в блокноте стала увеличиваться быстрее, но и товар иссяк почти сразу. Теперь уже пошли стволы. Тут квалификации скупщика не хватило, он вызвал товарища, который каждый экземпляр рассматривал подробно, частично разбирал, заглядывал в ствол, щёлкал курком, после этого называл цену.

Как и следовало ожидать, дробовики, кроме нескольких элитных образцов, ушли задёшево, нарезное дороже, пару крупнокалиберных штуцеров для охоты на слона и вовсе продали за солидную цену.

Когда фургон опустел, на двоих у них было почти четыре тысячи споранов. Траппер, надо сказать, сам не ожидал такого навара. Часть выдали собственно споранами, часть – горохом, а часть местными купонами, что выполняли здесь роль денег. Прибыль Траппер сразу поделил на две равные части, одну отдал товарищу, давая понять, что их совместная деятельность окончена, дальше каждый сам по себе.

Перед тем, как они ушли, скупщик спросил:

- А купить что-то хотите?

Они несколько секунд думали, потом Таксист сказал:

- Патроны, к винтовке, - он похлопал свой «Тигр» по прикладу, - семь шестьдесят две, с бронебойными пулями.

- Бронебойных нет, могу предложить ЛПС.

- Ээээ?

- Стальной сердечник, хорошее пробивное действие.

- Давайте.

Цена при продаже была раза в три выше, чем при покупке, но Таксист всё же купил сорок штук и пересыпал в карман.

- Вам? – скупщик повернулся к Трапперу.

- Мне… - Траппер секунду подумал, - патроны .45-70 есть?

- Найдём, но мало и дорого.

- Сколько есть, - кивнул он, - ещё вот такие пули, нестандарт, свинцовая рубашка и стальной сердечник.

Он продемонстрировал пули к револьверу.

- Дня четыре потребуется, сделают в мастерской. Сколько?

- Сотню. И ещё… взрывчатку продаёте?

- Увы, - развёл руками скупщик, - даже гранатомёты только с разрешения администрации. Если интересует, сходите в мэрию, там, если объясните необходимость, вам выпишут бумагу. От себя скажу, что взрывчатки, как таковой, у нас мало и стоит она дорого.

- Я учту, так что с патронами?

- Сейчас принесут.

Патронов к карабину нашлось три пачки, шестьдесят штук, не так много, но он не стрелок, у него другие методы, траты себя оправдают.

Они покинули магазин, после чего доехали до гостиницы.

- Что дальше? – спросил Таксист на пороге.

- Ничего, - пожал плечами Траппер, - дальше мы сами по себе. Ты идёшь своей дорогой, я – своей.

- Хоть совет какой-то дай, - попросил тот. – Как здесь выживать?

- Я плохой советчик, - грустно улыбнулся Траппер, - думаю, тебе лучше остаться здесь. Найди работу, машина у тебя есть, со временем станешь гражданином (это трудно, но возможно). Не ищи приключений, просто живи.

- А ты?

- А я… не знаю, поживу здесь неделю или две, потом отправлюсь дальше. Не люблю места, где много людей.

Справедливости ради, он не любил места, где люди в принципе есть, но рассказывать подробно о своих предпочтениях не стал. Они не прощались, просто поселились в гостинице в разных номерах, где каждый завалился спать.

Глава шестнадцатая

Половину второго дня Траппер потратил на то, чтобы зарядить патроны к револьверу. Процесс этот был не таким простым, как могло показаться. Гильзы, что он добыл в магазине, требовалось укоротить до сорока миллиметров, он пытался использовать дар, чтобы резать латунь, но до такого мастерства было ещё далеко, поэтому пришлось сходить в магазин и купить ножовку по металлу. В процессе немного изучил город. Впечатление было хорошим, чистые прямые улицы, ровные дороги, на тротуарах чисто, в магазинах изобилие. Вызывал вопросы источник электричества, но, видимо, имелись какие-то генераторы.

Все гильзы он не осилил, но и двадцать штук были куда лучше, чем десять. Источник пороха его не особо волновал, поскольку шашка была большой и строгать её можно было долго, а вот специальные пули решил пока экономить. Раздобыл в автосервисе по соседству старый аккумулятор, выломал свинец и, расплавив его мановением руки, залил в форму. Простая мягкая свинцовая пуля, против брони такая работает плохо, зато небронированному монстру запросто вынесет все кишки, даже в голову стрелять необязательно.

Закончив работу, он свернул большой газетный лист, усыпанный латунными опилками и крошками пороха, встал и осмотрелся. Номер выглядел прилично, куда больше комфорта, чем в прошлом его обиталище. Здесь и широкая кровать, и стол со стульями, электрочайник и, самое главное, санузел, тесный, но индивидуальный, с горячей водой.

Зайдя в ванную, он посмотрел на себя в зеркало. Странно, но он постарел. И дело не только в том, что за дни скитаний у него отросла борода, натурально стал выглядеть старше, не только лицом, но и выражением глаз. Улей омолаживает стариков, молодые перестают стареть, но правило это не универсальное. Кто-то умудрялся выглядеть старым, кто-то наоборот молодел сверх меры и выглядел, как подросток. Те, кого можно было назвать учёными в Улье, говорили, что это каким-то образом зависит от психического состояния человека. Значит, он чувствует себя на тридцать. Или даже на тридцать пять.

Вздохнув, он вынул из рюкзака сумочку с туалетными принадлежностями и стал избавляться от бороды. Как-никак сегодня у него запланирован визит в администрацию города и беседа с местным начальством.

Закончив приводить себя в порядок, он оделся, сунул за пояс револьвер и ещё раз посмотрел в зеркало. Вид неплохой, куртка и штаны сидят на нём, как влитые, притом, что выбирал второпях. Подумал, что не помешает ремень с патронташем и кобура к револьверу. Вообще, скрытое ношение короткоствола в городе разрешалось, а с винтовками ходить было просто не принято. Создавалось впечатление, что администрация города настолько крута, что граждан, даже вооружённых, нисколько не боится.

Администрация обнаружилась ближе к окраине, город был выстроен странно, элитный район располагался не в центре, а ближе к окраине, где снаружи стены протекала полноводная река. Если разобраться, то тут самое безопасное место. Двухэтажное здание было облицовано белым мрамором. Неизвестно, где его спёрли местные строители, но видно было, что в красоту тут умеют.

Двери были сделаны из того же дерева, что и в магазине оружия, зато имелись позолоченные ручки. Впрочем, в этом мире золото имеет довольно ограниченную ценность, не исключено, что кто-то и унитаз золотой имеет. За дверью его встретил суровый охранник, впрочем, несмотря на грозный вид и мощную комплекцию, он был не вооружён и к тому же вежлив.

- Вы к кому?

- Я… - Траппер снова начал теряться, - к кому-то, кто может разрешить продать мне взрывчатку.

Охранник задумался.

- Отдел оборонного снабжения, сто двенадцатый кабинет. Вообще, нужно записываться, но, думаю, вас примут.

- Спасибо, - сказал Траппер и попытался войти, но охранник преградил ему путь.

- Револьвер сдайте, - всё тем же спокойным голосом предложил он.

И ведь знает, что там револьвер, но это неудивительно, дары Улья бывают и такими, а для охранника такое качество и вовсе незаменимо. Всё же про осторожность здесь не забывают, и к большому начальству с оружием нельзя. Траппер вынул револьвер и передал его охраннику. Тот спрятал его в ящик стола.

- На выходе получите, - заверил он. – Проходите.

Перед дверью пришлось снова вспомнить лицо Софии, только тогда он набрался смелости, постучал и просунулся в дверь.

- Разрешите?

- Да, - отозвался упитанный мужчина в пиджаке, что сидел за массивным столом, обложившись кипами бумаг, - вы по какому вопросу?

- Вчера я прибыл в город, - Траппер начал издалека, - привёз грузовик оружия, продал в магазине, как положено. На вырученные деньги хотел купить взрывчатку. Мне отказали и потребовали разрешения. Пришёл его получить.

- Вы – подрывник, сапёр? – заинтересованно спросил чиновник.

- Ну, умею кое-что, привык охотиться с ловушками и минами.

- А зовут вас?..

- Траппер.

- Хм, - многозначительно хмыкнул чиновник, - это интересно, но… вы не подумайте, террористических актов мы не боимся, с этим у нас нормально. Ограничения на продажу взрывчатки связаны с экономией военного имущества, самим, знаете ли, не хватает. Варианта два: либо вы устраиваетесь на официальную службу в качестве сапёра, тогда доступ к взрывчатым веществам у вас будет, либо можно попробовать обратиться к президенту.

- Лучше к президенту, - перспектива устраиваться на работу, да ещё в такой должности его не прельщала, он вообще не хотел ни на кого работать, к тому же трудиться придётся в коллективе, а он не настолько уверен в своих умениях, чтобы рисковать посторонними людьми. – А он разрешит?

- Вот тут я вам ничего сказать не могу. Видите ли, наш президент, зовут его Фараон, очень своеобразный человек. Он очень стар, а его умения… может быть, он вас на порог не пустит, а может, взрывчатку отдаст даром.

- Как к нему попасть?

- Пойдёмте, - чиновник указал на дверь, - мне как раз нужно пару бумаг подписать, а вы со мной зайдёте.

Траппера это обрадовало. Президент стаба казался фигурой почти недосягаемой, очереди на приём можно было ждать неделю, а тут так запросто.

Кабинет Главного находился на втором этаже, на двери висела табличка (судя по блеску, золотая) с одним словом «Фараон», должность упоминать не было нужды. Чиновник стукнул в дверь, как прежде делал Траппер, после чего заглянул:

- Можно, мне бы вот отчёты завизировать и на следующую неделю… Ага. Ещё со мной странный человек со странной просьбой.

- Чего хочет? – спросил президент, не отрывая глаз от монитора.

- Взрывчатку купить, - поражаясь своей наглости, Траппер влез в разговор.

Президент оторвался от экрана, встал и подошёл к посетителю. Он тоже был из тех, кто внешностью не подходил под стандарты Улья, на вид ему было хорошо за пятьдесят, а ещё он был сильно похож на покойного актёра и режиссёра Владимира Меньшова, как лицом, так и голосом.

В следующий момент они встретились взглядами. Траппер буквально остолбенел. Президент стаба «Надежда» был ментатом, как и те двое на проходной, вот только сравнивать их – это примерно как сравнить сержантов и генерала. Взгляд пронзил его насквозь, ощупал кости, пересчитал клетки крови, отсканировал все файлы мозга и, когда полученная информация была систематизирована, выдал вердикт:

- Странный человек, очень странный, чужое имя, метка, проблемы с психикой, полезные умения, а ещё… присаживайся, - он кивнул на стул для посетителей, а потом повернулся к чиновнику из оборонного ведомства, - оставьте ваши бумаги, позже изучу и подпишу, через час зайдите.

Траппер сел на стул и стал ждать. Фараон некоторое время раздумывал, потом сказал:

- Ты можешь быть полезен, но, как я вижу, оставаться в стабе не планируешь.

- Вы мысли читаете? – спросил Траппер.

- Можно сказать и так, но не напрямую, всё, что с нами происходит, отражается на нашем ментальном теле. Впрочем, мой вывод может быть продиктован и простой наблюдательностью, а также индукцией и дедукцией, ты выглядишь так, что сразу ясно, здесь не приживёшься. А отсюда уже остальные умозаключения.

- Так что с товаром? – Траппер уже слегка отошёл от напора.

- Смотри, - президент напустил на себя деловой вид, - взрывчатка у нас есть, но её источники крайне скудны, расходуется она централизованно, выдаётся со склада на определённые цели.

Тут он замолчал, но интонация подразумевала продолжение.

- Но?.. – начал за него Траппер.

- Есть ещё кое-что, например, артиллерийские снаряды, которые содержат в себе ту самую взрывчатку. Стаб располагает своим артиллерийским парком, очень большим, замечу, но при этом используются только отдельные калибры, тогда как другие попадают в категорию неликвида.

- То есть, можно пилить снаряды и добывать оттуда.

- Да, но не даром.

- Я заплачу.

- Видишь ли, стаб у нас богатый, мало того, что куча быстрых кластеров со всех сторон, так ещё и некоторые караванные пути здесь пролегают, а потому мы легко можем докупить то, чего у нас нет. От новой тысячи споранов в казне, ничего не изменится. Будет куда полезнее, накапливать не сами богатства, а, скажем так, их источники.

- Не понял, - честно сказал Траппер.

- Сейчас объясню, - он повернул монитор, щёлкнул клавишами, после чего таблица с цифрами сменилась картой, - вот это – наш стаб. Вот тут протекает река, которая закрывает почти половину стены. Отсюда и отсюда проходят дороги, вот эти окружности – это кластеры, которые обеспечивают нас всем. А на севере…

Траппер и сам уже видел, что контакты стаба с северными территориями отчего-то не отмечены.

- Река мешает? – спросил он, но тут же понял, что ошибся.

- Река наоборот помогает, - сообщил Фараон, - если бы не она… вот тут, севернее, примерно в трёх километрах от стены, течёт её второй рукав, а за ним странное здание, напоминающее средневековый замок, хотя и маленький. Кто-то из богачей хотел так заявить о своём статусе. Это кластер с очень долгим периодом загрузки, около десяти лет. Вокруг него куча вкусных мест, но пользоваться ими мы не можем.

- Там живёт тварь? – догадался Траппер.

- Именно, тварь редкая, можно даже сказать, уникальная. Уникальна она тем, что её почти невозможно убить. А те кластеры, что вокруг, почти круглый год снабжают её кормом. Туда даже другая элита заходить боится.

- И вы не смогли её победить силами стаба? – недоверчиво спросил Траппер.

- Пытались четыре раза, потом махнули рукой, лучше отказаться от части добра, чем каждый раз терять людей. Достоверно известно, что тварь выдержала шесть попаданий кумулятивных боеприпасов, в другой раз стреляли из пушки, калибр – сто миллиметров, бронебойный снаряд.

- Не пробил? – спросил Траппер.

- Даже не поцарапал, даже не заставил сдвинуться с места. Так вышло, что элита обладает аналогом даров Улья, в данном случае, таких даров несколько, среди них присутствует силовой щит, предел которого неизвестен. То, что предел есть – факт, но до него мы ни разу не дошли. Можно было устроить ковровую бомбардировку, но это ничего не гарантирует, да и расход средств не оправдан.

- И вы всерьёз думаете, что приблудный сапёр способен…

- Думаю, что да, ты способен, не факт, что победишь, но возможность такая у тебя есть. С нас матчасть и разведывательные данные. При успешном исходе тебе достанутся трофеи с твари (а они, поверь мне, велики), безлимитный доступ к запасам снарядов и сам замок. Думаю, тебе понравится там жить.

Фараон, помимо своего дара, умел говорить с людьми, отдельный дом, просторный и уединённый, цивилизация рядом, но отделена двумя реками, а ещё развязаны руки в плане средств для охоты. А нужно всего лишь…

- Можете описать чудовище? – спросил он.

- Я тебе даже видео покажу, тварь странная, обычно по элите не определить, кем она была раньше, то ли человеком, то ли медведем, а тут… смотри сам, - он снова постучал по клавишам, потом щёлкнул мышкой, выбирая нужный файл.

Траппер ожидал увидеть всякое, но тут. Сомнений не было, элитный монстр раньше был котом, не домашним, конечно, а каким-то представителем кошачьих, возможно, леопардом. И теперь, в новой своей ипостаси, сохранил кошачьи черты. Не привычная шарообразная фигура с конечностями, утыканная шипами, а длинное гибкое тело, размеры были приличные, около шести-семи метров в длину, а в холке не ниже небольшого слона. Движения стремительны, тело легко извивается, быстро перетекая с места на место.

На видео была запечатлена сцена неудачной охоты. Охотники, грамотно расположившись полукругом, поливали тварь из станковых пулемётов, попутно гранатомётчики всаживали в неё противотанковые гранаты, сразу по десятку. Часть просто пролетала мимо, попадала хорошо, если каждая пятая. При попадании поверхность тела вспыхивала оранжевым светом, идущим изнутри, при этом хорошо видны были броневые чешуйки, из которых торчали иглы, чем-то напоминающие шерсть. И ни один выстрел не смог пробить эту броню, зато сам кошачий монстр активно преследовал нападавших. Вот от удара огромной лапы с когтями отлетел в сторону гранатомётчик, вот пулемёт был расплющен вместе со станком и расчётом, оставшихся хватило ненадолго, единицы успели сбежать по воде, тварь не стала их преследовать, видимо, как все кошки не любит воду. Впечатления от увиденного были тревожные, такая картина могла отбить желание охотиться у любого.

- Видит в темноте, обладает хорошим нюхом, - комментировал Фараон, - быстро перемещается, абсолютная защита, ещё что-то, вроде мимикрии, меняет цвет шкуры, чтобы сливаться с местностью, но этот дар развит слабо, видимо, появился недавно. Место своего обитания временами покидает на сутки или двое, ходит в ближайшие кластеры за едой, знает на память время перезагрузки. Или как-то его чувствует, что тоже возможно.

- Нужно время, - неожиданно для самого себя сказал Траппер, - время, взрывчатка и помощники. Слесарная мастерская, много металла, горючее.

- Вот и хорошо, - с улыбкой сказал Фараон, - я ведь знал, что ты согласишься, ты достаточно безумен для такой затеи, при этом достаточно умён, чтобы она прошла успешно.

- А главное – меня не жалко, - горько усмехнувшись, добавил Траппер.

- И это тоже, - не стал скрывать Фараон, - но, справедливости ради, я бы предпочёл, чтобы ты выжил. Улей многое потеряет с твоей смертью, и он это знает, стало быть, удача на твоей стороне.

- Человеку не дано знать, чего хочет Улей, - заметил Траппер.

- Человеку – не дано, - ответил президент и снова посмотрел на Траппера своим пронзительным взглядом. – Но я… мы – не совсем люди. Ступай, составь список необходимого, человек проводит тебя в арсенал.

Глава семнадцатая

Собственно, время на подготовку операции никто не ограничивал, как и ресурсы. Траппер мог набрать себе уйму отличного оружия и сильно сомневался, что всё это отберут после выполнения задачи. Но, как ни странно, запросы его оказались куда ниже. Кое-что он потребовал для себя. Например, хороший патронташ для винтовочных патронов, каковой пристёгивался к изнанке куртки, ещё один крепился на ремень, в нём хранились револьверные патроны. Ещё несколько комплектов формы камуфляжной расцветки и раствор, скрывающий запах человека. Из местного парка техники ему выделили мотоцикл, да не простой, а с электродвигателем. Он развивал приличную скорость, при этом работал почти бесшумно, отличная штука, чтобы быстро преодолевать расстояние между двумя рукавами реки.

В мастерской он заказывал элементы конструкции будущих ловушек. Тросы, рубленую арматуру, сосуды для напалма. Взрывчаткой занимался сам. Действительно, снаряды на складе имелись в количестве, которого хватит на небольшую войну. И часть из них, таки да, была неликвидом. Зачем, например, нужны снаряды М795 для гаубиц калибром сто пятьдесят пять миллиметров? Отечественный калибр – сто пятьдесят два, а натовских стволов тут не водится. Откуда тогда взялись снаряды? Да кто ж их знает, есть и есть. Были ещё мины без взрывателей, тоже иностранные. Были и отечественные ТМки нескольких модификаций, наконец, имелось большое количество артиллерийского пороха, каковой по мощности взрыва в замкнутом пространстве немногим уступал бризантной взрывчатке.

К счастью, основной начинкой снарядов и мин был тротил, каковой можно без проблем расплавить и слить в форму. А с его даром эта задача упрощалась в разы. Некоторые снаряды приходилось резать болгаркой, это он тоже делал сам, опять же, используя свой дар во избежание детонации. Формы для литья придумывал сам, как подсказывала фантазия. Отдельной строкой шли детонаторы. У него остался ещё запас простых КД-8А, что он нашёл в кладовой Француза, но имелись и другие, которые требовалось приспособить под новые нужды.

В эти дни он почти перестал спать. Днём работал, ночью чертил схему, а остальное время сидел на берегу северного рукава реки и наблюдал. Наблюдать было нужно. В его распоряжении имелась трёхмерная компьютерная модель замка и окрестностей, но этого было мало. Мелкие детали, которые способны спасти или погубить всё дело, требовалось разглядеть вживую. Вот тут столб с проводами, а вон там слегка обрушенный забор. Здесь бетонный канал для стока воды, а дальше высокое дерево с широко раскинутыми ветвями. Всё это откладывалось в памяти, он отсчитывал длину тросов, размеры прохода между фугасами, силу взрыва. Знаний катастрофически не хватало, точнее, знания-то были, не хватало опыта. Если бы он произвёл пару тысяч взрывов с разными зарядами в разных условиях, тогда знал бы наверняка, какое количество вкладывать в каждую закладку. Но, увы, такого опыта не имелось, приходилось действовать по наитию.

А что вообще требуется сделать? У «котика» невидимый силовой щит, он срабатывает при ударе. При этом, как показала видеозапись, нутро твари вспыхивает оранжевым светом. При попадании пуль калибра двенадцать и семь, вспышки были едва видны, кумулятивные гранаты вызывали настоящий поток света. Такие щиты в Улье известны, даже некоторые удачливые люди ими обладают. Однако, подобный дар имеет массу ограничений, например, по времени. В случае, когда время использования не ограничено или просто очень велико, присутствует лимит насыщения. То есть, сотню пуль щит выдержит, сто первая его пробьёт. Иногда имеет значение масса этих пуль, иногда масса ни на что не влияет, а решающее значение имеет количество ударов или скорость пуль. Но это всё про людей, которые свой дар знают, регулярно испытывают и могут рассказать о результатах. Котик же особой болтливостью не отличался, а потому подробности его дара оставались неизвестными.

Итак, способ борьбы только один – нанести столько ударов, чтобы силовой щит котика перенасытился и отключился, потом добить заключительным ударом, а потом… да, трофеи, замок и что-нибудь ещё. Как это сделать? Ну, будь там существо с интеллектом кота, можно было разместить приманку, скажем, кусок мяса, в конце коридора, усыпанного минами. Пока тварь движется к приманке, мины последовательно взорвутся, каждый раз поражая чудовище взрывной волной и осколками, щит сдуется, а последний взрыв убьёт. Увы, рассчитывать на это было бы наивно. Твари такого уровня обладают развитым интеллектом, пусть не человеческим, но куда лучше, чем у любого известного хищника. Какой отсюда вывод? А такой, что после второго взрыва котик или вовсе откажется от приманки, или развернётся и использует окольный путь. При этом количество мин всё же ограничено, как и площадь возможного применения. Как быть? Например, угадать движения твари. И снова мимо, это движения лотерейщика угадать было можно, он тупой и сам идёт в ловушку. С котиком такое не пройдёт. Разве что, разозлить до такой степени, чтобы тварь не соображала, что делает. Как? Например, постоянным входящим уроном. От огня. Напалм во всех его модификациях, обладает не только высокой температурой горения, но и липкой консистенцией, тварь, превращённая в живой факел, перестанет видеть и слышать, даже если боль она не чувствует, само состояние будет её бесить и заставлять делать ошибки.

Ещё одним вопросом было время действия. Котик покидает своё логово, иной раз отсутствует несколько суток. Отлучки привязаны к загрузке кластеров с людьми. График загрузок у него есть, можно попробовать высчитать время ближайших отлучек.

Первый шар был пробным. Большой бак, набитый порохом, занял место на гребне кирпичного забора, частично прикрытый ветками дерева. Он не просто лежал там, он был намертво прикреплён болтами, сбить его случайно невозможно. Разместив бомбу, Траппер снова стал наблюдать. Котик вернулся часов через шесть, когда сам диверсант уже перебрался через реку на надувной лодке и спрятался в густом кустарнике с биноклем. Бомба привлекла его внимание, монстр, словно настоящий кот, обнюхал ветки и, фыркнув, стал озираться по сторонам. Зрение у него могло быть каким угодно, например, инфракрасным, то есть, видящим тепло. Впрочем, Траппер не стремился переоценивать противника, скорее всего, там зрение, как у обычной кошки, которая, кстати, не особо-то хорошо видит статичные предметы.

Бомба, хоть и насторожила тварь, но бурной реакции не вызвала. Через два дня, во время очередного похода чудовища на охоту, Траппер снова посетил берег и разместил ещё два осколочных заряда, настолько больших, что перевозить из пришлось по частям, иначе лодка не выдержит. А кроме того, мелко раскрошив взрывчатку нескольких сортов, рассыпал её по огромной площади. Теперь всё вокруг пахнет так же, как бомба.

Дальнейшая подготовка заняла десять дней, котик, что характерно, проявлял признаки беспокойства, но не делал никаких попыток убраться, не искал постороннего пришельца, да и вообще никак не реагировал, если не считать недовольного урчания. Просто приходил и ложился под деревом, в полусне переваривая добычу. Сколько людей он съедал зараз, оставалось неведомым, но никак не меньше семи-восьми. А каждый съеденный делал тварь сильнее. Мимикрия в самом деле была развита слабо, цвет менялся, подстраиваясь под зелёную траву или прошлогодние листья, но такая маскировка никуда не годилась, силуэт всё равно был виден, прошлый элитник, маскировавшийся под строительные обломки, справлялся куда лучше.

В ночь перед исполнением он специально попросил у группы поддержки снотворного. Исполнение планировалось на вечер следующего дня, а потому требовалось выспаться. Ему выдали какие-то таблетки, после которых он чуть ли не мгновенно провалился в сон. Последней мыслью было то, что от взрывов может пострадать замок. Стёкла точно вылетят. Впрочем, пусть вылетают, решётки останутся, комаров тут почти нет, тепло, а свежий воздух он любит.

За час до начала представления ничто не предвещало беды. Котик, как и ожидалось, покинул место лёжки и отправился на охоту. В запасе было около шести часов, достаточно, чтобы заложить последние мины, проверить уже имеющиеся и подготовить средства взрывания. Если все заряды, размещённые здесь, взорвать в одном месте, то, скажем пирамида Хеопса улетела бы в космос. А тут живое или даже псевдоживое существо. К счастью, взрываться всё будет последовательно, иначе всех жителей стаба «Надежда» ждала бы неминуемая контузия, а самого подрывника сдуло бы взрывной волной.

Траппер уселся на наблюдательной позиции, обложившись самодельными подрывными машинками, закрыл глаза и начал думать. В голове всплыл фильм про Шерлока Холмса, но не наш, а английский, режиссёра Гая Ричи, там сыщик перед каждой дракой строил в голове её подробную модель. Примерно тем же был занят он сейчас, разница только в том, что герой фильма планировал свои действия и возможную реакцию оппонента, ему же предстояло рассчитывать только движения твари, а самому уже реагировать на них.

Итак, заходит котик всегда с одного направления. Вот здесь он собирался поставить растяжку из троса, но передумал, стоит твари по-другому поставить лапу, как весь план полетит к чертям. Уж лучше электроподрыв. Ударная волна и сноп стальной картечи в брюхо. Тварь отпрыгивает. Куда? Вперёд или влево. На обоих направлениях заряды, более того, заряды направленные с кумулятивным эффектом. Один сработает от толчка туши котика, второй он подорвёт с кнопки. Дальше? Дальше вариантов было целых три, но тут имелись закладки с параллельным соединением, взорвутся все три, две впустую, третья поразит цель.

Помимо поражения цели осколками мины разорвут огромный пластиковый бак с напалмом, который, словно душ, обольёт котика. Дальше цель будет лишена возможности ориентироваться в пространстве. Отсюда следует, что движения угадать нельзя, следующие заряды он будет подрывать по мере необходимости. Самый простой вариант, если тварь всё же рассмотрит его и двинет по прямой. Соберёт все оставшиеся взрывы, а потом… если этого не хватит, то вряд ли он успеет убежать. Выданные администрацией гранатомёты РМГ в количестве двух штук могли стать последней соломинкой для верблюда. А могли и не стать.

Руки его слегка подрагивали, он снова и снова прокручивал в голове сюжет предстоящего действа. Кое-где всё держалось на волоске, оставалось уповать только на милость Улья. Время тянулось медленно, он уже начал подумывать, что тварь не вернётся до темноты, а следовательно, охоту стоит отложить.

Момент появления котика он едва не проморгал. Тварь, как и исходный кошачий вариант, умела двигаться бесшумно, при этом почти сливалась с окружающей природой. Движения были слегка замедленны, видно было, что тварь сыта и собирается как следует отдохнуть. Траппер мстительно ухмыльнулся и сказал негромко:

- Извини, киса, но покой тебе не светит.

То ли он слишком громко это сказал, то ли тварь почуяла запах, но голова гигантский бронированной кошки внезапно встрепенулась и начала вертеться.

- Начнём, - сказал сам себе Траппер и нажал на кнопку. Из-под земли вырвался сноп огня и дыма, насыщенный кусочками железа, и всё это ударило прямо в брюхо твари.

Сам он сидел в неглубоком окопе, позволяющем укрыться от осколков, правда, взрывная волна даже на таком приличном расстоянии била по голове, словно кулак боксёра в перчатке, в глазах слегка поплыло, но он заставил себя вернуться к реальности. Разъярённый котяра метался на месте, ища глазами обидчика. Резкий удар хвоста даже привёл в действие незапланированную ловушку. Кусок взрывчатки килограмма на четыре был запакован в пенопласт и обмазан липкой смолой, он висел на тонком тросике, подпёртый тонким шестом. Этот шест и был сбит ударом хвоста. Словно маятник липкий комок по дуге упал вниз и частично насадился на иглы, заменяющие шерсть, частично приклеился к броне твари. А ненадёжный ударный взрыватель через секунду сработал вплотную к шкуре. Одновременно Траппер привёл в действие второй фугас спереди. Всё шло не по плану, но пока оставалось приемлемым.

Одновременный подрыв спереди и сзади дал результат, хотя последствия можно было только предполагать, поскольку тварь едва не по-человечески завизжала, причём, визжала, как все заражённые, на вдохе, отчего звук становился ещё более жутким. Поражение одновременно с двух сторон, как один из вариантов пробить щит, было подсказано самим Фараоном. Он выдвинул идею, что щит не закрывает тело одинаково по всей площади, а может концентрироваться со стороны, откуда исходит угроза. С противоположной стороны он в это время ослабевает. Так это или нет, оставалось только гадать. Следом взорвались ещё две закладки, потом пролился огненный дождь из напалма, после чего тварь пропала в огромном облаке огня. Если щит настроен на время, то лучшей возможности его выбить, чем постоянный входящий урон, просто не придумать. Жаль, что прогорает быстро.

И тут котик, которого он уже поспешил похоронить, сделал неожиданный финт ушами – выскочил из пламени и бросился к воде. Вот ведь умная тварь. Пусть напалм водой тушить – занятие довольно бесполезное, но всё же вода позволит дольше не умереть от перегрева.

Своей выходкой он основательно порушил планы Траппера. Двигаться следовало к нему, тогда сработали бы ещё три закладки, а щит уже явно не справляется, поскольку огонь причиняет твари боль. Ближе к воде тоже были мины, но их было мало, а подрыв осуществлялся с растяжек.

Дважды бухнуло под лапами, монстр окунулся в воду, частично сбив пламя, потом выскочил и завертелся на месте.

- Ещё немного… ещё… - шептал Траппер, глядя на невидимую границу. – Есть!

Он едва не заорал, когда передняя лапа твари наступила на противопехотную мину, взрыв которой ничего бы ей не сделал, но от мины был проложен детонирующий шнур, на другом конце которого находились две противотанковые мины, одна над другой. И сдвоенный взрыв ударил прямо в брюхо.

Щит выбит, это ясно, уже и броня отлетает кусками, правая передняя лапа подламывается, с трудом выдерживая вес чудовища, осталось только добить. А с этим были проблемы. Котик сильно сместился в сторону реки, теперь, если кинется на Траппера, то по совсем другой траектории, не попав ни под один заряд. Впрочем, он пока никуда не идёт, а просто вертится на месте, сбивая остатки пламени, напалм уже почти прогорел. Нужно заставить его двигаться, иначе этот бой не выиграть.

Траппер дотянулся и подобрал лежавший на земле карабин. Пуля ничего не сделает, просто укажет путь. Выстрел был едва слышен, перепонки отбило начисто близкими взрывами, но пуля своё дело сделала. Монстр повернул голову в нужном направлении и двинулся на обидчика. Походка была дёрганая, сил оставалось мало, но котик был уверен, что с одним человеком справится.

Труба гранатомёта легла на плечо, отщёлкнул прицельное приспособление с дырочками, теперь вынуть чеку, поставить вертикально предохранитель спуска. Котик был опытный, он знал, что такое огнестрельное оружие, а ещё понимал, что щита у него больше нет. Он сделал ставку на скорость. И проиграл. Граната оказалась быстрее. Удар в грудь, кумулятивная часть пробивает дыру в броне, а следом тело скрывается в облаке термобарического взрыва. А Траппер слабеющими руками уже взводил второй гранатомёт. Вторая граната ударила в бок твари, существо ещё шевелилось, но это была агония. Траппер вынул револьвер и шагнул вперёд, чтобы выстрелить в споровый мешок, но ноги подломились, и он упал лицом в рыхлую землю. Котик же, умирая, решил оставить последнее слово за собой, дотянувшись до ненавистного человека и прихлопнув его когтистой лапой. Правда, лапа его уже не была когтистой, когти оторвало одним из взрывов, так же, как и колючки. Просто тяжёлый предмет накрыл его сверху и заставил потерять сознание.

Неизвестно, сколько он пролежал, очнулся уже на закате, когда его полили водой и похлопали по щекам.

- Мужик, просыпайся, - сказал незнакомый голос сверху.

- Где котик? – спросил Траппер, открыв глаза, видеть он мог, но изображение расплывалось, а ещё в горле першило от едкой гари.

- Сдох он, вон там лежит, круто ты его уделал, мы и не думали, что такое убить можно.

- А вы кто? – Траппер нечеловеческим усилием заставил себя сесть.

- Нас Фараон послал, сказал, тебе помощь нужна. Мы с того берега наблюдали, а сюда боялись плыть. Когда уже котик упал, тогда только перебрались, смотрим, ты лежишь под лапой, как мёртвый.

Зрение, наконец, сфокусировалось, перед ним был крепкий усатый мужик в камуфляже, за спиной которого стояли ещё трое таких же.

- Трофеи помочь достать? – спросил мужик.

- Не надо, я сам, - отмахнулся Траппер, прекрасно понимая, что вряд ли нож в руке удержит.

- Да ты не переживай, мы ничего себе не возьмём, сам знаешь, Фараон узнает по любому и шкуру спустит.

Траппер подумал, что так и есть, с таким даром поддерживать дисциплину среди подчинённых нетрудно, а потому молчаливым кивком согласился. Вскрытие не затянулось, улов оказался богатый. Восемьдесят два спорана, тридцать горошин и четыре красных жемчужины. Всё это охотники сложили перед ним.

- Возьмите по горошине, - разрешил он им, - и янтарь тоже ваш. Спасибо.

- Не за что, - отозвались они, но от предложенного отказываться не стали.

После порции живца ему немного полегчало, настолько, что он смог подняться на ноги и осмотреть свои новые владения.

Глава восемнадцатая

Теперь у него было всё. Всё, о чём он когда-то мечтал. Хотя нет, не мечтал, знал, что это невыполнимо. А теперь всё так, как он хотел. Спокойная обеспеченная жизнь в уединении.

Окончательно пришёл в себя он только на третий день, даже крепкий организм иммунного плохо переносил последствия контузии. За это время особняк привели в порядок. Фараон в знак благодарности прислал ремонтную бригаду, каковая вставила окна, восстановила фасад, пострадавший от осколков, а заодно засыпала глубокие воронки от взрывов. Теперь в его распоряжении имелся двухэтажный дом с удобствами. Электричество от дизельного генератора, водопровод, поставлявший воду из скважины и простенькая канализация.

Собственно, больше ему ничего и не требовалось. Это всё его. Не навсегда, на несколько лет, но тоже приятно. Опять же, по прошествии этих лет можно будет собраться и двинуть дальше по Улью. Мир велик, кто-то даже говорит, что он бесконечен, так почему бы не отправиться в путешествие. Опасно? Да, но тот, кто прожил в Улье много лет, становится сильным, иногда даже почти бессмертным. Впрочем, так далеко он не загадывал.

Администрация стаба тоже немало приобрела в результате его подвига. В эту сторону немедленно проложили трассу, установив два наплавных моста, грузовики проходили в обе стороны по несколько раз в день. Везли технику, строительные конструкции, запасы продуктов, оружие. Создавалось впечатление, что Траппер мало запросил за свою работу. Но ему было плевать, жадность никогда не была его отличительной чертой, несмотря на то, что всю жизнь был нищим.

Помимо прочего, Фараон оставил ему доступ к запасам взрывчатки, правда, предупредив, что иногда (очень редко) будет привлекать его к задачам, где потребуется подрывник. За прошедший месяц его не беспокоили, видимо, решали всё своими силами.

Чем он занимался? Человек с мозгами всегда найдёт себе занятие. Например, чтение книг, просмотр фильмов, или лёгкий физический труд по облагораживанию территории. Фильмы и книги, кстати, были отдельным удовольствием, поскольку кластеры поступали в Улей из разных миров, а потому набор творческой продукции радовал своим разнообразием.

Помимо работы для ума, нашлась и работа для мускулов, в особняке обнаружился спортивный уголок, всё просто и эффективно: доска со штангой, разборные гантели, турник. Траппер специально выделял себе час в день на тренировку, что в сочетании с обильным питанием очень быстро дало результат. Он и так слабым не был, сейчас же худое прежде тело стало обрастать мускулами, а весы показывали приличную прибавку.

Изредка, примерно раз в неделю, он выбирался в город, чтобы пополнить запас продуктов и, как правило, привести женщину. С последним всё было отлично, средства позволяли, а кроме того, он вполне освоился в общении с ними. Теперь он мог ответить на вопрос, как он любит это делать. А любил он стандартно: с нежностью и лаской. Это, кстати, доставляло отдельное удовольствие, ощущать себя нормальным. Ему нравились женщины, взрослые, красивые, с правильными чертами лица и хорошей фигурой. Сексуальный инстинкт не требовал ни детей, ни старух, ни мужчин, ни трупов. Короче, как единственный доступный психиатр он поставил себе диагноз: на пути к выздоровлению. Как ни странно, местные проститутки его запомнили и охотно отправлялись на вызов. Ещё бы, молодой, симпатичный, ласковый, платит щедро. Помимо основных услуг, можно было и поговорить, для них это пустяк, для Траппера же целое событие.

Сейчас он сидел в глубоком кресле за массивным деревянным столом, где стоял компьютер, слушал льющуюся из колонок музыку, а руки его, словно сами по себе мастерили очередной фугас. О безопасности он тоже думал, дом быстро оброс кучей минных ловушек, никто сюда не заберётся без его ведома, ловушки объединены в систему, каковая включается при его уходе, а по возвращении снова становится безопасной. Штурмовать его дом можно только ротой солдат с тяжёлым вооружением, при этом гарантии успеха нет, зато есть гарантия больших потерь. Разумеется, он постарался обезопасить случайных прохожих, вбив по периметру колышки с предупреждениями. Конечно, при использовании всех мин, сам особняк, скорее всего, будет уже безвозвратно испорчен, но гарантии безопасности того стоили.

В этот момент послышался сигнал, слегка приглушённый музыкой. На углу стола стоял радиотелефон. Такой тип связи был предпочтительным в городе и окрестностях. Правда, именно его номер знали только в администрации. Водимо, Фараон чего-то хочет.

- Алло, - сказал он в трубку.

- День добрый, - в трубке послышался знакомый голос, - сильно занят?

- Вообще не занят, - сказал Траппер, откладывая недоделанное устройство, - есть работа?

- Пока нет, но будет. Если не трудно, подъезжай к казармам, там найди Мамонта, он расскажет, что нужно.

Про Мамонта он слышал, это один из командиров местной армии, уровень примерно командира роты, но, с учётом небольшой численности вооружённых сил, примерно соответствует полковнику или даже генералу из прежнего мира. В лицо он этого командира не знал, но слышал, что тот обладает чудовищными габаритами, а потому ошибиться сложно.

- Добро, минут через десять выезжаю.

На этом разговор закончился, положив трубку, Траппер быстро оделся, сунул в кобуру револьвер, а после отправился в гараж за мотоциклом. Тот самый мотоцикл, что он приобрёл для охоты на Котика, так и остался при нём. Батарей хватало надолго, так что транспорт отлично подходил для поездок в город. Скорость невелика, но ему и не нужно быстрее, а управление – проще некуда, не нужно давать газ, разбираться с передачами, дёргать кикстартер. Просто сесть и повернуть маленькую клавишу под большим пальцем правой руки.

Так он и поступил, а через минуту нехитрый транспорт уже направился в сторону города. На воротах впустили почти сразу, а ещё через четверть часа он уже сидел в кабинете Мамонта и выслушивал суть задания.

- Итак, - начал Мамонт, командир вполне подходил под описание. Ростом за два метра, широченные плечи, внушительный живот и голова, как котёл. Камуфляжная форма на нём явно сшита на заказ. При этом он был абсолютно лысый, лицо имел слегка опухшее, а говорил густым басом, слегка растягивая слова, - идея обратиться к тебе пришла не сразу, но мы тут обсудили и решили… через две недели состоится одно событие, точнее, сразу три.

Он замолчал, а Траппер терпеливо ждал продолжения.

- Как ты, наверное, знаешь, в наши задачи входит не только охрана караванов, мародёрка и защита территории, на армию также возложена задача отстрела тварей и сбора трофеев, дабы снабжать жителей живцом. И желательно, заготавливать спораны оптом, не размениваясь на единичных особей. Идеальный вариант – орда. Знаешь, что такое орда?

Траппер покачал головой, то есть, слово он знал, но подозревал, что Мамонт имеет в виду другое.

- Орда, - продолжал офицер, - это массовая миграция заражённых, настолько массовая, что насчитывает несколько тысяч особей. Иногда десятки тысяч. Все объединены общей целью, во главе стоит элита, под ней – руберы и так далее, вплоть до бегуна.

- И вы хотите такую орду уничтожить? – догадался Траппер.

- Нет, Улей упаси, - отмахнулся Мамонт. – Более того скажу, если такая орда пойдёт через наш стаб, от него, скорее всего, ничего не останется. Разве что, получится спрятаться в подземных убежищах.

- Не справитесь?

- Сам посуди, там только элиты будет рыл полсотни, а среди них могут быть такие, что того самого Котика пополам перекусят, стволов у нас много, есть артиллерия и танки, да только по подвижной цели это оружие плохое. Орда здесь никогда не ходила, и это обстоятельство меня радует. Слышал про случаи полного истребления орды, но было это далеко и там были удачно сложившиеся обстоятельства.

- И что тогда? – спросил Траппер, пытаясь понять, зачем его всё же пригласили.

- Есть вариант попроще, - Мамонт, который до того слонялся (хорошее слово) по кабинету, присел на большое кресло, которое жалобно скрипнуло под огромным весом. – Вот карта, - в отличие от президента офицер пользовался бумажными картами, которые, впрочем, были ничуть не хуже электронных, - эта территория находится в сорока километрах к западу. Вот здесь, здесь и здесь находятся кластеры. Достаточно бедные, изредка оттуда гоняли тачки, иногда заходили группы за продуктами, но чаще всего вообще игнорировали. Во-первых, далеко, во-вторых, там труднодоступная местность, пройти или проехать можно только вот здесь, по самой дороге. Справа и слева там какой-то хаос из металла, брёвен и бетона. Кто и зачем это соорудил, понятия не имею.

- Так, - Траппер изобразил интерес.

- Так вот, в этих местах корм для тварей небогат, но стабилен. По нашим данным там находится до полутора тысяч заражённых рангом от бегуна до элиты, последних, впрочем, немного, единицы и, как правило, пришлые. Через тринадцать дней все три кластера перезагрузятся, понимаешь, что это значит? Знаешь, как ведут себя твари перед обновлением кластера.

Траппер знал, довелось на своей шкуре испытать.

- Они все побегут за пределы, - сказал он, проводя пальцем по карте, и тут же добавил: - а бежать некуда, только здесь.

- Красавчик, - похвалил его Мамонт, - думал, долго придётся объяснять. Так вот, представь себе толпу, что ломится через узкий проход. Представил?

- Их всех нужно перебить?

- Именно, можно было сделать это, используя пулемёты, но умные головы посчитали, что можем не справиться. Если вперёд выйдут элитники, то основная масса может преодолеть опасный участок, прикрывая собой остальных, и тогда пехоте не поздоровится.

- Каково расстояние? – Траппер склонился над картой и внимательно всмотрелся в отмеченный участок.

- Один километр восемьсот метров, - немедленно сообщил Мамонт. – Суть ещё в том, что между загрузками есть временной лаг, небольшой, около часа, а потому твари пойдут тремя волнами с интервалом примерно в двадцать минут.

Траппер задумался. Задача усложнилась. Единой массе заражённых можно устроить дорогу смерти с одномоментным подрывом зарядов. А три таких волны требуют трёх систем минирования с последовательным подрывом.

- Не думай, что всё на тебя свалим, - добавил Мамонт, - команда с пулемётами будет, важно, чтобы работы им досталось поменьше.

- Я не про то, - Траппер уже усиленно подсчитывал в голове необходимые ресурсы. – Взрывчатка есть, в принципе, можно перебить всех или почти всех, не нагружая пулемётчиков.

- Но? – вопросительно сказал Мамонт.

- Один я не справлюсь, - признал Траппер. – Нет, теоретически можно заложить много мощных фугасов, чтобы уничтожать заражённых крупными партиями. Против таких даже элита не выдержит. Но цель охоты – добыча, которую разнесёт в пыль. Значит, придётся закладывать массу мелких фугасов, отрывающих ноги.

- Так, - согласился Мамонт.

- Но то, что оторвёт ногу лотерейщику, на элиту впечатления не произведёт. Значит, на некоторых участках придётся ставить крупные заряды на управляемый подрыв. Короче, - он вздохнул, - один не справлюсь, нужны помощники, список матчасти сейчас набросаю.

- Пиши, - Мамонт немедленно сунул ему листок и ручку, - а людей выделим, всё сделают, тебе только руководить останется.

Траппер взял ручку и начал писать.

Если говорить об экономическом устройстве стаба «Надежда», то его можно было охарактеризовать, как полудикий капитализм. Однако, администрация во всём, что касалось общегородских проблем, пользовалась административно-командной системой управления, каковая куда лучше подходит для экстремальных условий. Людей не просто выделили, их выделили почти мгновенно. Когда Траппер, закончив писать, вышел на улицу, его уже ждала команда в три десятка рыл со всем необходимым инструментом, а также транспорт, чтобы доставить их на место.

С матчастью также проблем не возникло. Всё те же запасы снарядов и мин. Рабочие бурили дорожное покрытие, в лунки закладывали заряд, приблизительно равный двухсотграммовой шашке тротила, снабжённый простейшим детонатором, срабатывающим от батарейки. Тварь наступает, контакт замыкается, детонатор подрывает заряд. Мощности хватит, чтобы оторвать ногу по пояс, остальное доделают трофейщики. Поскольку сами детонаторы были в дефиците, в отдельных местах поставили системы зарядов. Через участок бежит толпа нечисти, пробегает без проблем, а в конце твари, бегущие впереди, срывают растяжку, после чего у толпы под ногами взрывается сразу три десятка зарядов.

В своей работе Траппер руководствовался правилом, гласившим, что план получится на сто процентов, если подготовить его на тысячу этих самых процентов. Против большинства заражённых отлично действуют осколочные мины, типа отечественной МОН-50. Пусть осколки и не убьют, но сильно ослабят тварей. Проблема в том, что этих мин практически не было. Говорили, что когда-то имелся запас, но теперь его пустили на минирование периметра города. Остались единицы МОНок, да ещё иностранные «Клейморы» в таком же количестве. Для осуществления задуманного этого было мало. Решение было найдено в виде самодельных одноразовых пушек. Кусок трубы, заваренный с одной стороны, внутри мощный артиллерийский порох, пыж и примерно два килограмма рубленого железа. Даже если орудие разорвёт, картечь всё равно поразит цель, находящуюся от пушки в трёх метрах. И таких труб заготовили больше сотни, натыкав их вдоль дороги с одной и другой стороны.

Главная проблема была в элите. Пулемётный заслон на выходе их не остановит, а значит, понадобятся отдельные заряды. И тут уже не помогут растяжки и нажимной механизм, подрывать их он будет исключительно сам, нажимая кнопку на подрывной машинке. Эти заряды должны сработать строго под ногами чудовищ, по возможности не зацепив других участников пробега.

Все тринадцать дней прошли в напряжённом труде, Траппер не жалел себя и других, более пятисот зарядов заняли свои места в ожидании жертв, где-то в середине пути были прикопаны баки с напалмом, небольшие, но достаточные, чтобы затормозить продвижение очередной толпы, заставить сбиться в кучу и попасть под очередной взрыв. Внутри дорожного полотна были пробиты каналы, в них положили трубы, а в трубах провели провода.

В последний день установили помещение для самого подрывника. Просторная будка из листового металла заняла место на склоне. Дорога, которой предстояло стать дорогой смерти для тварей, отсюда была видна, как на ладони. Дорога довольно широкая, на четыре полосы, справа и слева отбойники, а за ними начиналось странное: земля словно была вспахана исполинским плугом, когда-то здесь были какие-то строения, но теперь от них остались кучи кирпича, обломков бетона, арматуры, брёвен и стекла. Готовая оборонительная линия, к тому же круто поднимающаяся вверх. Даже если кто-то из тварей обратит внимание на одинокого человека в будке наверху, что маловероятно, забраться туда будет для них большой проблемой.

На всякий случай он поставил несколько небольших зарядов, хотя и не особо на них рассчитывал. Что, если найдётся осторожный и наблюдательный элитник? Тут вариантов несколько: можно попробовать отсидеться, металл будки выдержит несколько ударов, а потом… да, плохой вариант, можно было попробовать применить дар, но возьмёт ли он элиту? Помимо органической брони у тех имеется и некое защитное поле, которое никто не видел, но оно действует. Можно вызвать помощь, крупнокалиберный пулемёт достанет сюда, но пули, опять же, не лучший вариант, поскольку пробьют ли они шкуру элитника – неизвестно, а вот металл будки пробьют точно.

В итоге, ничего не придумав на такой случай, он просто не стал об этом переживать. Не раз и не два в его планах имелись слабые места, но всегда проходило, как надо. Улей его любит, а потому уповать остаётся на его помощь.

Глава 3

Глава девятнадцатая

Наступил тот самый день. Всё было готово, Траппер лично проверил каждый заряд, даже те, которые были тщательно замаскированы. Проверил исправность проводов, исправность батарей и, наконец, тщательно протёр свой револьвер. Отдельно порадовал заслон на выходе из коридора. Три крупнокалиберных пулемёта, один будет работать фронтально, два других – с флангов. При такой установке мелочь не сможет эффективно прятаться за спинами элиты.

Но и это было ещё не всё. Кроме пулемётов сюда прикатили древнюю пушку ЗИС-3, калибр невелик, всего семьдесят шесть, но бронебойный снаряд легко пробьёт броню элитника, да и от фугасного он, как минимум, заболеет. Пушка располагалась дальше от выхода, а ещё дальше сидели снайперы с винтовками большого калибра, наконец, у пулемётчиков в запасе имелось несколько одноразовых гранатомётов какой-то устаревшей конструкции. Все эти приготовления можно было считать перестраховкой, те полторы тысячи заражённых уровня лотерейщика плюс-минус, о которых говорил Мамонт, должны были погибнуть ещё в коридоре. Если найдётся элита, ей тоже ничего не светит. Или же угроза куда серьёзнее, а ему сообщили неполные данные.

Плюнув на эти размышления, Траппер отправился в будку. Он отработает, как обещал, сделает всё, что от него зависит. Остальное доделает заслон. В будке имелся стул и стол, а на столе специальный прибор с тумблерами, к которому был подключен мощный аккумулятор. Не доверяя приборам наблюдения, он велел прорезать небольшие окна в каждой стене, участок дороги отсюда виден почти целиком, а уж крупные фигуры элитников он точно разглядит. Всё, что от него требуется – это вовремя щёлкнуть тумблером. Крупных зарядов всего восемь, расположены они так, чтобы при подрыве не сработали остальные. Заряды нехитрые, противотанковые мины и осколочно-фугасные снаряды гаубиц. Остальное сработает без его участия.

Время подходило, до загрузки первого кластера оставалось около десяти минут. По идее, волна уже должна быть на подходе. Взяв бинокль, он всмотрелся в дальний конец дороги. Да, точно, идут. Самих фигур пока не видно, но над дорогой клубилась пыль, а чуть позже от пола пошла лёгкая вибрация. Сотни мощных ног неслабо сотрясали землю.

Траппер напрягся. Пропустить момент нельзя, заряд, сработавший на секунду позже, будет бесполезен, если прорвётся хоть пара элитников или даже руберов, заслону придётся туго.

В первой волне шла мелочь, видимо, самые нервные, или просто стояли ближе, а теперь бегут, подгоняемые сзади гигантами. Бегуны, три лотерейщика, за ними кто-то, вроде топтуна. Эти его не интересовали, просто разрядят собой первый ряд ловушек.

Так и вышло, под ногами бегущих стали вспухать облака огня и дыма, а полсекунды спустя донёсся и звук. Всё же с зарядами перестарался, надо было класть половину. Там, где он рассчитывал на отрыв ноги, отрывало и половину туловища, а некоторых лёгких тварей и вовсе отшвыривало с дороги. Радовало, что при этом их головы чаще всего оставались целыми.

Из толпы примерно в четыре десятка особей никто не преодолел даже пятидесяти метров. Топтун продержался дольше всех, поскольку прыгал по трупам мелких собратьев. Но и он не удержался на ногах, растянулся плашмя и привёл в действие мину. Взрыв разделил его тело на две неравные половинки.

А следом уже бежали другие. Этих было больше и рангом они превышали первую партию. Тут даже бегунов не было, а лотерейщики были развиты по верхней границе нормы. Двое передних сорвали своими телами оставшиеся мины, остальные прорвались к новой полосе. Растяжка приводила в действие рассеянные заряды под ногами, а следом по оставшимся выстреливала картечь.

На этот раз оказалось, что мощности не хватает. Кому-то удачно оторвало ногу, а кто-то отделался травмой стопы, которая позволяла бежать дальше. Картечь тоже не выбила всех, хотя попадания видны были с большого расстояния. Тех, кто оказался близко, просто разметало на куски, кого-то сильно поранило, настолько, что на следующую полосу вырвались всего шесть тварей. Пять из них беспокойства не вызвали, крепкие топтуны, которым просто повезло не попасть под взрыв, а от картечи прикрыли товарищи. А вот один, начинающий рубер с повреждённым бедром и множественными ранами от картечи, был сочтён достойным именного заряда. Правда, решив поберечь споровый мешок, Траппер активировал заряд не прямо под ногами чудовища, а позади него. Получилось отлично, тварь переломило взрывом пополам и протащило по дороге вперёд. Готов, и трофеи целы.

Следом твари пошли сплошным потоком. Уже все скопом, от мелкого бегуна, до настоящей элиты. Последних в наличии было две штуки. Огромные, не меньше раскормленного носорога, передвигались на четырёх лапах, а торчавшие из туш шипы заставляли мелочь держаться на расстоянии. Итак…

Щёлкнул тумблер. Пламя, дым и куски асфальта взметнулись в воздух. Заряд огромной мощности, настоящего носорога разнесло бы на молекулы, но элита не просто так называется элитой. Когда дым рассеялся, оказалось, что тварь ещё жива, хотя лишилась правой передней лапы и почти всех шипов. Куски костяной брони отваливались, как скорлупа ореха. Попутно взрывной волной положило свиту. Так никаких мин не напасёшься, подумал Траппер и привёл в действие второй заряд.

Второму элитнику повезло меньше, туловище было вскрыто, внутренности вывалились, после чего огромная туша больше не шевелилась. Зато шевелился первый. Он встал на задние лапы, повёл головой по сторонам, после чего, безошибочно определив, где сидит обидчик, стал карабкаться на гору.

- Пост, у меня проблемы, - сказал Траппер в рацию. – Элитник меня спалил.

Рация что-то невразумительно буркнула, но с поста долетела очередь из пулемёта. Гигант и так был основательно потрёпан, брони осталось мало, щит, если таковой имелся, выбит или почти выбит, правой «руки» нет. Но даже так он был опасен, особенно против человека с револьвером. Пули калибра двенадцать и семь, ударили его в спину. Меткость пулемётчика внушала уважение. Траппер разрывался, с одной стороны требовалось залечь, чтобы не попасть под дружественный огонь, с другой – требовалось постоянно пасти дорогу на случай, если гигантов будет больше двух.

А монстр медленно, но верно, приближался. Отсутствие конечности сильно мешало карабкаться, да и ноги (или задние лапы) были основательно посечены взрывами и осколками. Вторая очередь, прилетевшая с поста, заставила его пошатнуться, но больше оттуда не стреляли, опасаясь задеть своего, элитник подобрался слишком близко.

Бросив последний взгляд на дорогу и сделав вывод, что там нет никого, кому требовалось бы его внимание, Траппер максимально сосредоточился. Лапы у твари длинные, но его дар достаёт чуть дальше. Когда расстояние сократилось до приемлемого, он выбросил вперёд ладони. Сравнить его усилие можно было с поднятием тяжёлой штанги, организм перенапрягся, выкладывая всё, на что способен. Голова твари раскалилась, пошёл дым, кое-где даже вспыхнуло пламя, но Траппер нутром почувствовал, что внутрь жар не проник, какой-то щит там оставался, и он стал барьером для умения. Шкура твари плавилась, оставшиеся куски брони отваливались и трескались, но гигант был ещё жив.

Траппер после убийства котика принял ещё одну красную жемчужину. Новый дар у него не открылся, то ли Улей был против, то ли мало времени прошло, зато усилился уже имеющийся. Не только в плане температуры и радиуса действия. Откат в виде заморозки он теперь мог легко контролировать. Скажем, поджарить монстра, а потом высосать энергию из любого предмета, охладив его до абсолютного нуля. Да и откат теперь не так строго соответствовал затраченной тепловой энергии. Тем не менее, если усилие на нагрев выкачивало весь запас условной маны, то применённый следом удар холодом мог быть вдвое сильнее. Собственно, и наоборот, ударив сначала холодом, он мог усилить удар теплом.

Вот и сейчас, не придумав ничего, он просто обрушил на чудовище лютый мороз. Случилось то, что показывали в третьем фильме про Чужого, сперва тварь облили расплавленным металлом, а потом водой, отчего та просто разлетелась на куски. Здесь результат вышел скромнее, но тоже получилось неплохо. Череп треснул в нескольких местах, то, что выглядело, как мозг, мгновенно промёрзло до каменного состояния. Гигант рухнул, повиснув на торчавшей из земли арматуре.

Траппер, отряхивая ладони, одну из которых немилосердно жгло, а вторая покрылась инеем, бросился к пульту, выглядывая в наблюдательное окно. Вовремя. Дорога была завалена тушами уже до половины, а напор не ослабевал. Издали показались новые гиганты. Ох, не всё сказал Мамонт, или просто разведка так доложила.

Ещё два управляемых взрыва уложили элитников, но в этот раз досталось и мелочи, десятка полтора разорвало на куски, да так, что трофеи собирать смысла нет.

А они всё бежали. Будь у них мозги, давно бы сообразили, что нет смысла отбегать так далеко. Но нет, даже элита, которая по определению умнее мелюзги, продолжала рваться по дороге вперёд, растаптывая тела менее удачливых сородичей.

Наконец, поток тварей начал ослабевать. Было там три волны, или меньше, или просто чудовища со всех трёх кластеров смешались в общую массу, он не знал, чувствовал только смертельную усталость. Два заряда остались ненужными, последние чудовища легли метров за сто до выхода. Он своё отработал, и отработал прекрасно.

Но тут земля снова завибрировала. И звук был не такой, как раньше. Теперь можно было различить отдельные шаги. По дороге двигался кто-то крупный. Очень крупный, настолько, что все предыдущие рядом с ним покажутся мелюзгой.

Скоро он разглядел последнего выжившего. Монстр чем-то напомнил Котика. Нет, этот явно не из кошачьих, но его туша тоже обладает некоторой грацией, конечности чуть вытянуты, шипов на теле немного, что позволяет куда быстрее двигаться и проходить в узких местах. Голова чуть выдавалась вперёд, делая тварь похожей на динозавра.

Двигался он быстро, перепрыгивая с места на место. Почти не наступал на трупы, каждый прыжок перемещал его метров на десять. Траппер вцепился двумя руками в пульт, принцип перемещения противника его смущал. Слишком большие прыжки, так недолго и…

Он вовремя привёл в действие заряд, как раз в тот момент, когда гигант прыгнул, но тот, нарушая законы физики как-то умудрился подкорректировать свой полёт, вильнул в сторону, обходя взрыв. По всем вводным его должно было разметать взрывной волной снизу, а так только отбросило в сторону и крепко приложило о стальной отбойник.

Зверь снова помчался вперёд. Он словно знал о зарядах, дважды его осыпало картечью с нескольких направлений, под ногами взорвалось два десятка мин, но на его состоянии это не отразилось никак. Пост приближался, уже ясно было, что конкретно этот бежит не затем, чтобы спастись от перезагрузки, а затем, чтобы сожрать бойцов заслона. Наверное, по звукам определил, что там есть люди, и решил попытать счастья.

Последний заряд пропал впустую, монстр прыгнул вбок, оттолкнулся ногами от отбойника и только потом полетел вперёд, минуя взрыв. Его сверхъестественная чуйка не давала сбоев. До поста оставалось метров двести. Пулемёты били без остановки, перегревая стволы, громко ухнула пушка, снаряд разорвался в паре метров от туши, снова швырнув её в сторону. Вторые номера пулемётных расчётов дали залп из гранатомётов. Теперь видны были попадания, но тварь это не остановило.

И тут один из пулемётчиков побежал ей навстречу, он громко кричал, выставляя руки вперёд. Траппер подумал было, что парень помутился рассудком и решил поскорее умереть, но дело оказалось в другом: свои дары были у всех иммунных, вопрос только в уровне развития. Вот и этот боец обладал чем-то убойным. Крик его оборвался, сам он упал на землю, но монстр при этом замер, словно обращённый в статую. Это даже не паралич, при параличе его тело бы просто упало на землю, он именно застыл в одной позе и не мог пошевелиться. Эффект был временным, но даже этих пяти-шести секунд хватило. Расчёты сполна воспользовались остановкой цели. Несколько пулемётных очередей, два попадания из гранатомётов, а следом отработала пушка: бронебойная болванка пробила насквозь грудь и вырвала кусок из спины. Готов.

Траппер вытер пот со лба и устало опустился на стул. Дело сделано, он отработал не по всем целям, но процентов девяносто этой победы принадлежит ему и его помощникам. Да и Мамонт хорош, мог бы точнее оценить уровень угрозы. Опять же, максимальный уровень подготовки помог справиться.

Однако, покой ему только снился. С руководством стаба он никакого контракта не заключал, об оплате заранее не говорили. Но теперь он счёл собственноручно убитого элитника своей законной добычей, а потому спокойно потрошил споровый мешок. Небогато, жемчужина всего одна, к тому же чёрная. Но и это капитал, а гороха и споранов хватит надолго. За этим занятием его и застал командир трофейной команды.

- Траппер.

- Что? – с интересом спросил Траппер, ссыпая трофеи в карман.

- Помощь нужна, - ответил тот.

- Какая? – не понял Траппер, окинув взглядом дорогу, - я, вроде, всё отработал.

- Без вопросов, - командир трофейщиков примирительно выставил вперёд руки, - мужики на дорогу лезть боятся.

- ???

- Так мины там, могут подорваться.

Траппер хлопнул себя по лбу. Точно. Далеко не все мины сработали, часть осталась неповреждённой, так что люди, вскрывающие тварей, могут погибнуть зазря. Пришлось отправляться на дорогу.

Часть мин, что осталась невостребованной, подорвали простейшим способом, с помощью длинной палки. Несработавшие картечные заряды просто снимали с места и разворачивали назад. Часть тел сгрёб в сторону вовремя подоспевший бульдозер. Его гусеницы не боялись слабых взрывов, а потому дорога быстро стала проходимой на всём протяжении. Теперь одномоментно могло работать куда большее количество людей, а кроме того в сторону обновившихся стабом направились несколько тентованных грузовиков с бойцами. Трапперу стало любопытно, что происходит там, а потому он, пользуясь низкой скоростью, уцепился за борт последней машины и бодро вскарабкался внутрь.

Собственно, он знал, что сейчас будет. Солдаты войдут на кластер, соберут перепуганных людей, после чего начнётся сортировка. Может, будут ждать положенное время и отстреливать обратившихся, может, у них есть какие-то свои способы определения иммунных. Зрелище предстояло не самое приятное, но он отчего-то хотел оказаться там. Наверное, для того, чтобы хоть временно, одним глазком увидеть ту, другую жизнь, по которой он всё ещё скучал. В нормальном мире ему не везло, он всю свою недолгую жизнь был нищим, не имел друзей и злился на весь мир. Правда, там никто не пытался оторвать ему голову.

Городской кластер оказался довольно приличным. Километра три в поперечнике, дома большей частью оказались панельными пятиэтажками, но имелась и пара высоток. Нашлись магазины, авторемонтная мастерская, парикмахерские и даже ресторан. Прибывшие на грузовиках солдаты, как и предполагал Траппер, пока не трогали материальные ценности и сосредоточились на людях. Громко в мегафон выкрикивали призывы к эвакуации, народ тонкими колоннами стягивался на небольшую площадь перед универмагом. Дождавшись, когда толпа соберётся поплотнее, командир выступил с речью. Говорил он, в основном, правду, хоть и не всю. Город попал под удар биологического оружия, часть горожан уже заражена и будем помещена в карантин, на месте произведут сортировку и так далее…

Кто-то в толпе возмущался, кто-то порывался уйти, но автоматчики быстро это пресекали. Понаблюдав некоторое время, Траппер отправился гулять. В другое время здесь пировали бы заражённые, но сейчас есть возможность поглазеть на мирный город. Пройдясь по улице, он заглянул в винный магазин. К спиртному он был равнодушен, но показалось, что внутри кто-то есть. За прилавком сидела на стуле молодая девушка и плакала. Траппер встал напротив и некоторое время её разглядывал. Красивая, блондинка, кажется, даже натуральная. Стройная фигура, лет около двадцати. Девушка, заметив, что она не одна, убрала руки от лица и посмотрела на посетителя.

- Вам что-то подать?

- Думаете, есть смысл? – грустно улыбнувшись спросил Траппер.

- Ну, зачем же ещё вы сюда зашли? – она немного отвлеклась.

- Посмотреть на вас.

- Что со мной будет? Я слышала, что там кричат. Я умру?

- Не совсем, - Траппер вздохнул и присел на ящики с вином, что были сложены в центре помещения. – Вы превратитесь в кадавр, зомби, живого мертвеца и будете охотиться на живых.

В глазах её мелькнул ужас.

- Не беспокойтесь, люди, что приехали на машинах, убьют вас.

Из глаз её снова потекли слёзы. Траппер, сам не ожидая, протянул руку и погладил её по волосам, потом встал, подошёл и, обняв девушку, стал гладить по спине. Она уткнулась ему в куртку и продолжила рыдать.

- Хочешь вина? – спросил Траппер, указывая на полки.

- Шампанского, - всхлипнула она, - вон того «Просекко».

Траппер взял с полки бутылку, немного повозился с пробкой, потом с шумным хлопком открыл. Выковырял из подарочной коробки бокал для коньяка и наполнил до краёв.

- А вы… ты не будешь? – спросила она, принимая бокал.

- Я… - он поморщился, - а кроме шампанского что-то есть?

Безалкогольные напитки находились в дальнем углу, поэтому он взял банку с пивом. Алкоголь ему противен, но сейчас он подумал, что правильным будет выпить. Девушка приложилась к бокалу и выпила его почти до дна. Сам Траппер сделал небольшой глоток.

- Шансов никаких? – спросила она, отдышавшись.

- Есть, но очень маленькие, - честно ответил Траппер. – Недавно так же сидел с одним парнем, ждал, когда он обратится, чтобы убить. А он оказался иммунным. Вряд ли это повторится.

- Понятно, - всхлипнула она, потом, собравшись с духом, добавила: - я готова. Застрелишь меня?

- Да, когда обернёшься, - Траппер продемонстрировал рукоять револьвера. – Но это ещё не скоро, возможно, не один час пройдёт.

- Ага, - девушка начала пьянеть, - налей ещё. И посиди со мной. Пожалуйста.

Сидели они долго, девушку звали Дарья, теперь Траппер уже знал всю биографию девушки, вник в тонкости двух неудачных романов, кое-что понял об их разногласиях с мамой и даже о неудачной попытке завести собаку. Бутылка шампанского опустела, была открыта вторая, взгляд девушки становился всё более мутным, а речь неразборчивой. Никак не удавалось понять, это алкоголь так подействовал, или она потихоньку начинает обращаться. Траппер на всякий случай не убирал руку с рукояти револьвера.

Внезапно в магазине повисла пауза. Взгляд Даши на несколько секунд стал осмысленным, она пристально посмотрела на Траппера и почти внятно произнесла:

- Я готова, - голос был твёрдым, но из глаз снова покатились слёзы, - сделай всё быстро.

И Траппер поддался её уговорам, потянул из-за пояса револьвер. Стоило подождать ещё, но вероятность встретить подряд двух иммунных была крайне низкой, а потому…

- Вы чего тут пьянствуете? – дверь распахнулась, на пороге появилась огромная фигура Мамонта, - идите на площадь, там уже почти очередь прошла на фильтрацию.

- Очередь? – переспросил Траппер. Он не знал, как тут сортируют людей, вдруг есть другие способы, кроме научного тыка.

- Ну, - Мамонт шагнул внутрь, дотянулся до холодильника, вынул банку пива, с громким пшиком её открыл и залпом опрокинул себе в пасть. Пол литра провалились в один глоток. – Там будка стоит, медик работает.

- А… можно определить иммуннитет?

- Анализ крови, процедура две минуты занимает.

- Пойдём, всё же проверим, - предложил Траппер, повернувшись к Даше.

Увы, девушка, не выдержав убойной дозы алкоголя и переживаний, благополучно отключилось. Мамонт предложил её отнести, но Траппер справился сам, благо, весила она немного. Попутно прихватил пару бутылок дорогой водки, пригодится живец разводить.

На улице собравшаяся толпа уже почти исчезла. Счастливчиков увозили машины, тех же, кому не повезло, уводили куда-то подальше, где, видимо, закрывали в загоне, чтобы потом тихо отстрелять. Слышался детский плач, кто-то оказывал сопротивление, но в массе своей люди оказались адекватными, и судьбу свою восприняли мужественно.

В центре этого действа стоял грузовик с белой будкой, украшенной красным крестом. Задние двери открыты, два человека в белых халатах подавали оттуда реактивы третьему, который сидел внизу за высоким столом, заставленным пробирками. Как раз сейчас уводили под руки последнего пациента, каковым оказался немолодой мужчина интеллигентного вида. Диагноз был неутешительным, тем не менее, мужчина принял его спокойно, поблагодарил врача, встал и сам, без понукания, отправился следом за двумя автоматчиками.

Вместо него Траппер аккуратно усадил на стул бесчувственное тело Дарьи, усадить её так, чтобы не падала, не вышло, поэтому Мамонт могучими лапами ухватил её за плечи, а Траппер взял её руку и протянул врачу.

Укол в палец, капля крови в пробирку, туда же заливался неизвестный реактив, в который обмакивалась полоска, напоминающая тест на беременность. Обмакнув полоску, врач вынул её и стал внимательно смотреть.

- Ну, - поторопил его Мамонт.

- Здорова, - усталым голосом сказал врач, - грузите.

Даша могла бы обрадоваться, но для этого требовалось быть в сознании. А грузить её оказалось некуда, единственная машина была набита людьми. В итоге, Трапперу пришлось подобрать бесхозный мотоцикл, Дашу усадили сзади и привязали.

- Куда везти? – спросил Траппер.

Мамонт поморщился.

- Вообще, регистрировать надо, но она сейчас… короче, вези к себе, пусть проспится, завтра в администрацию.

Так он и поступил.

Глава двадцатая

Утром следующего дня Траппер, как обычно, сидел за компьютером, выискивая подходящие книги из онлайн-библиотеки. Онлайн она была условно, поскольку имелась только сеть стаба. Но и там было, что выбрать. Исходя из множественности миров, в каждом имелись свои писатели, а их произведения накапливались в Улье. Часть попадала прямо в виде файлов, на дисках, флешках и других носителях, часть имелась в бумаге, а оцифровывали их уже здесь.

Когда он высмотрел подходящий том и навёл мышку, дверь в спальню отворилась, оттуда вышла изрядно помятая Даша, одетая в просторную пижаму, нетвёрдой походкой подошла к нему, без слов уселась на колени и поцеловала.

- Представляешь, мне такой сон приснился ужасный… - проговорила она и осеклась, уставившись на Траппера.

- Про конец света? – спросил он сочувственно, готовясь повторить вчерашний разговор.

Девушка ничего не ответила. Сознание её ещё не до конца прояснилось, а потому сейчас она пыталась подвести логику под окружающий мир. С логикой имелись проблемы, сейчас она жаловалась на страшный сон тому, кого только в этом сне и видела.

- Ты… это не сон был?

- Не сон, - кивнул Траппер, - а если и сон, то хороший. Со счастливым концом.

Даша напряглась, пытаясь припомнить подробности, память явно имела несколько белых пятен, пришлось ей помочь:

- Ты напилась, долго изливала мне душу, я слушал, а потом ты попросила тебя застрелить.

- А ты? – Даша побледнела и инстинктивно потрогала своё тело, словно пытаясь отыскать раны.

- Ну, - Траппер смутился, - хотел застрелить, даже ствол достал.

- Но стрелять не стал, - подвела итог Даша.

- Зашёл человек и сказал, что тебя врачи ждут. Оказывается, есть быстрый способ определить иммунных, раньше я о таком не слышал. Тут ты отключилась, тебя отнесли на анализ, оказалось, что тебе ничего не грозит.

Даша присела на стул и задумалась.

- А это твой дом? Как я здесь оказалась?

- После анализа нужно было на регистрацию идти, но ты… в общем, ни петь, ни рисовать, пришлось везти сюда.

- У нас было что-то ночью? – подозрительно спросила она.

- Нет, только в пижаму тебя переодел, а спали, как брат с сестрой, - успокоил её Траппер. – Я женским вниманием не избалован, но с бесчувственным телом не очень приятно.

- Понятно, - она огляделась, - попить ничего нет?

Он молча подал ей кружку с чаем, чай уже остыл и прекрасно утолял жажду, а попутно выдал глоток живца.

- Что за дрянь? – спросила она, возвращая бутылку.

- Эту дрянь тебе придётся пить всю оставшуюся жизнь, - сообщил Траппер, возвращаясь к своему занятию. – Минусы жизни в Улье.

- Слушай, мне информация нужна, ты мне вчера почти ничего не рассказал.

- В администрации расскажут, - Траппер поморщился, лектор из него был так себе, да и рассказывать одно и то же порядком надоело. – Я тебя отвезу.

- Уже выгоняешь? – Даша вздохнула.

- Хочешь – оставайся, - теперь вздохнул он, - но регистрироваться всё равно нужно.

Она подумала ещё некоторое время.

- А если я совсем остаться захочу. Ну, с тобой, чтобы вместе… Ну, ты понял.

- Я-то понял, если хочешь, оставайся, но тебе вряд ли со мной понравится, - он оторвался от монитора и повернулся к ней.

- Что-то не так?

- Я… - он помялся, - короче, до попадания сюда был больным на голову социофобом, так, кажется, это называется. Здесь меня подлечили, одна женщина, гипнотизёр. Результат налицо, видишь, почти свободно с тобой разговариваю. Но занудой и одиночкой я быть не перестал. Чтобы терпеть рядом с собой кого-то придётся делать усилия, стараться этого кого-то не замечать. Вряд ли тебе подойдёт такой спутник.

- Офигеть, ладно, - она как-то невесело улыбнулась, но на бледном лице заиграл румянец, видимо, живец оказал благотворное действие. – А поесть что-то предложишь?

Он молча указал на холодильник. Даша встала, отправилась к холодильнику и через минуту уже сооружала себе огромный бутерброд.

- А как ты такой дом себе получил? – спросила она с набитым ртом. – Это же, наверное, дорого. Или я чего-то не знаю?

- По местным меркам я – человек зажиточный, - сообщил Траппер, - а дом мне достался в качестве приза за убийство огромного монстра. Если пройдёшь вдоль берега, увидишь воронки от взрывов, их засыпали, но всё равно видно. Хотя нет, лучше не ходи, там всё заминировано.

- А зачем? – она даже жевать перестала.

- В этом мире нужно думать о безопасности, я думаю, и потому ещё жив. Всегда оказываюсь на шаг впереди противника.

Они просидели до обеда, пришлось всё же прочитать короткую лекцию о жизни в Улье, потом поехали в стаб, где в администрации Даше выдали временное удостоверение, поставили на довольствие и выделили жильё. К Трапперу она благоразумно решила не возвращаться. А сам он, избавившись от спутницы, отправился гулять по городу.

Маршрутов было немного, оружейный, продуктовый и, возможно, магазин одежды. Имелся тут кинотеатр, сауна и рестораны. Да только ничто из этого не интересовало. Но и по этим маршрутам спокойно пройтись не получилось, прямо на улице его остановил патрульный солдат и сообщил, что его желает видеть сам Фараон. Не стоило заставлять начальство ждать, пришлось снова топать в администрацию.

- Проходи, - сказал местный президент, едва дверь открылась.

- Вызывали? – спросил Траппер и присел в кресло для посетителей.

- Скажем так, - Фараон встал с кресла и прошёлся мимо посетителя, - никакого конкретного дела у меня к тебе нет. Хочу только спросить, враги у тебя есть?

- Были, - туманно пояснил Траппер, - теперь нет.

И тут же задумался, а всех ли врагов он убил? А если в подорванных машинах был не весь актив банды? А если кто-то выжил? А если и выжил, то зачем ему переться в такую даль, чтобы покарать какого-то постороннего человека? А вообще взрыв связали с ним? А кроме банды Кастета у него враги были? Вряд ли.

- Есть у меня мысль, что стоит тебе временно в город перебраться, - высказался Фараон. – Недели на две. Там, у тебя дома, может быть опасно.

- У вас какая-то информация есть? – подозрительно спросил Траппер. – Кто-то меня ищет?

- В том-то и дело, что нет, - Фараон вздохнул, - есть то, что можно назвать чуйкой.

- И что говорит чуйка?

- Говорит, что в ближайшие дни тебя, возможно, убьют.

- Люди?

Фараон согласно кивнул.

- С вероятностью пятьдесят процентов. Примерно. И ещё, это как-то связано со мной.

- Вообще ничего не понял, - признался Траппер.

- А я тоже не понимаю, - резко сказал Фараон. – Есть в Улье люди с предчувствием, есть те, кто эти предчувствия может претворить в слова, есть (говорят) те, кто даже может кроить будущее заранее. Но в данном случае моих способностей мало. Если не хочешь перебираться в город, в ближайшие три-четыре дня удвой бдительность. Знаю, у тебя дом защищён лучше, чем любая крепость, но Улей – это Улей, тут бывают неприятные сюрпризы.

- Я вас услышал, - сказал Траппер, - можно идти?

- Конечно, - ответил Фараон, - мог и не спрашивать, ты не солдат и даже не гражданин стаба. Иди и береги себя, есть у меня по поводу тебя и другие предчувствия.

К себе он вернулся в глубоких раздумьях. Итак, Фараон как-то мутно намекнул об опасности. Кто-то хочет его убить. Допустим, а что теперь делать? В город перебираться не хотелось, это определённо не вариант. Нашествие орды тварей можно пересидеть в безопасном месте, с людьми такой номер не пройдёт, более того, за время его отсутствия они могут навестить его дом и оставить сюрпризы. Не только он умеет делать ловушки. Уж лучше просто усилить наблюдение. Камеры работают, мины никуда не делись, подходы к зданию предусмотрительно очищены от возможных укрытий. Отбить штурм он сможет, только вот будет ли этот штурм? Если бы опасность исходила от идиотов, Фараон не стал бы беспокоиться. Или стал бы? Траппер, пусть и привлечённый специалист, пользы стабу принёс немало, да и в будущем принесёт. Терять его президент не хочет, а потому и старается предупредить.

После долгих раздумий пришла мысль уехать. Просто бросить всё и отправиться дальше. Зачем? Он ведь ценит покой. Ещё месяц назад он мечтал о тихой и сытой жизни в домике на отшибе. А теперь она ему приелась. Хотелось двигаться дальше, открывать новые территории, сражаться с монстрами. Придётся, правда, и с людьми встречаться, но он уже привык. Хорошим людям он поможет, плохих – накажет. В конце концов, он стал грозным противником. Принятый жемчуг не открыл новый дар, но усилил имеющийся, уже почти настоящий огненный маг. Файерболами кидаться пока не умеет, но и так выходит неплохо. Пару-тройку человек на ближней дистанции вполне одолеет. Правда, дистанция эта пока удручает. Едва дотягивает до восьми метров. Ну и откат у заклинания долгий, чтобы полностью восстановить ману требуется пара часов. На днях он примет ещё одну жемчужину, знахарь разрешил, дистанция поражения увеличится метров до десяти. Уже лучше, сопоставимо со стрельбой из пистолета.

Удивительно, но мысленно он даже стал собирать вещи, прикидывая, что можно оставить здесь, а что непременно понадобится в пути. Стал даже транспорт придумывать. Какой-нибудь джип или микроавтобус. Водить он умеет, пусть прав никогда не имел, так тут и правил нет, и автоинспекторов. А просто ехать по дороге много ума не требуется.

Он даже с места встал, но тут же сел обратно. Что-то не сходилось. Откуда эта мысль? Откуда тяга к отъезду? Уж не Фараон ли её внушил? То, что он могучий ментат, известно. А что ещё умеют ментаты? А какие ещё у него дары? Он ведь своё чутьё подаёт, как информацию. А может, Фараон тут ни причём? Может, это сам Улей диктует ему свою волю? Если относиться к нему, как к местному аналогу бога, то… А вот тут можно только гадать. Улей не одобряет сидения на месте. У тех, кто не выходит из стаба, даже болезни какие-то начинаются, а вот частое пересечение границ кластеров наоборот идёт иммунному на пользу.

Устав от гаданий, он закрыл глаза и попытался выяснить, чего хочет он сам. После нескольких минут раздумий он решил, что уедет. Только уезжать следовало без спешки, обеспечив себя всем необходимым. Был и ещё один фактор, обязывающий его задержаться: неизвестные недоброжелатели. Во-первых, при всех своих недостатках, трусом он никогда не был, а опасности привык смотреть в лицо. Во-вторых, если он уедет, эти люди никуда не денутся, а последуют за ним. Рано или поздно придётся встретиться и поговорить. А встречаться лучше здесь, на его территории и по его правилам. Решено. Он остаётся, дожидается атаки, а потом, если жив будет, поедет дальше. Ждать будет неделю, если ничего не произойдёт, значит, Фараон ошибся. А пока…

Он открыл глаза. Собирался встать и отправиться в спортзал, но тут его что-то встревожило. По спине пробежал неприятный холодок. Что не так? Окинув взглядом комнату, он вдруг понял. Мониторы не работали. Камеры видеонаблюдения, что снимали все подступы к дому, показывали пустой экран. Можно было как-то объяснить неполадки, но следом и сам монитор погас. И компьютер. Когда над головой замигала лампочка, он уже накидывал куртку, а в руке держал карабин.

Рано расслабился, рано! Понадеялся на мины, целую систему придумал, вот только не учёл, в каком мире живёт. Кто-то мог запросто отключить всю систему, останутся только самые примитивные мины, которых там совсем мало. Ещё какие-то можно подорвать самому, пользуясь даром, но, опять же, дистанция слишком мала. А враги уже где-то рядом. Наудачу подхватил трубку телефона. Бесполезно, аппарат молчал, оставалось надеяться, что выстрелы услышат в стабе и вышлют помощь.

Всё же враги оказались не всесильны. Отключив электронику, они не смогли обойти мины нажимного действия, где электричество не требовалось. Справа раздался приглушённый взрыв, а следом громкий крик, кто-то явно остался без ноги.

Остальные участники штурма, сообразив, что в конспирации уже нет необходимости, пошли в атаку. Окна вылетели от града пуль, из автоматов садили без остановки, боеприпасы не берегли. Собственно, это единственный разумный способ штурма, прижать противника огнём, не давая высунуться, а потом подойти и забросать здание гранатами, благо, окон уже нет.

От пуль он не пострадал, поскольку не стоял перед окном, а стены в доме были отделаны относительно мягкими материалами, исключающими рикошет. А вот граната полетела, упала на пол и покатилась. Траппер вскочил и, вскинув карабин, начал ждать. Человек, что бросил гранату, укрылся сам, ждал взрыва, чтобы сразу кинуться к окну и открыть огонь на поражение. Так и вышло, в двух метрах от стены стоял, пригнувшись человек, одетый в камуфляж. Сейчас он быстро менял магазин в автомате. Не успел сменить, пуля из карабина разбила голову вдребезги. Падая, он вызвал срабатывание другой мины, оторвавшей трупу руку.

Траппер кинулся в другую комнату, отшвырнув ногой гранату. Граната не взорвалась, он просто потушил горение замедлителя, полезно иногда быть тепловым магом.

В другой комнате раздался взрыв. Там Траппер хранил кое-какое имущество, но жалеть о нём было некогда. После взрыва в разбитое окно буквально влетел штурмовик с автоматом, но навстречу ему уже летел небольшой фугас. Траппер его не доделал, но это и не требовалось. Просто в нужный момент капсюль-детонатор нагрелся до нужной температуры и сработал. Штурмовик вылетел в окно, ставшее едва ли не вдвое большим. Дом вряд ли подлежит восстановлению.

Где остальные? Остановились? Решили не штурмовать? Вряд ли. Прижавшись к стене, он напрягся, вспоминая места закладок, потом применил дар, подрывая их все. Серия взрывов скрыла двор в облаке пыли. Там были и осколочные заряды, так что у этой стены врагов не осталось, а если кто-то чудом выжил, воевать уже не сможет. Теперь к другой стене и повторить фокус. Вот только он не успел. Стена с оглушительным грохотом вывалилась ему навстречу, открывая незапланированный проход. Кирпичи больно ударили по ногам, взрывная волна на мгновение помутила рассудок, но тело продолжало действовать. Он откатился в сторону, метнулся в другую комнату, но там его встретили выстрелы.

Пуля, ударив в бок, вызвала резкую боль и заставила развернуться на месте и упасть в угол. Правда, и сам он успел выстрелить и попал. Сказалась разница в калибрах, Траппер отделался ранением неизвестной пока тяжести, а его оппонент обзавёлся огромной дырой в груди.

Снова стрельба и взрывы, враги падали, некоторые вставали, снова стреляли. В какой-то момент Траппер оказался снаружи, противники пока оставались, но их оставалось совсем мало. А он слабел, потеря крови и боль, которую раньше глушил шок, теперь мешали ему бегать, ноги подкашивались, а в глазах плыл туман.

Где они? В какой-то момент Траппер обнаружил, что лежит на траве и смотрит на стену дома. Дрожащие руки сжимали карабин. Ага, вот и враг. Вышел из-за угла дома. Сфокусировав взгляд, он понял, что был прав в своих опасениях. Он не знал имени этого человека, но точно помнил его в свите Кастета. И не лень же было из-за копеечной мести переться в такую даль? Человек этот был ранен, камуфляжный костюм залит кровью, походка нетвёрдая, но автомат держит уверенно. А почему не стреляет? Дым, дым от последнего взрыва, а Траппер лежит под дымовой завесой. Ну, значит, он победил.

Карабин изрыгнул пламя, звук выстрела был отчего-то совсем не слышен, видимо, слух отбило взрывами. Первый выстрел ударил врага в плечо, второй попал в живот, карабин сильно кидало отдачей, третий мимо, четвёртый разорвал бедро, заставив, наконец, врага упасть.

Из-за угла появился второй, тоже раненый, выстрел из карабина прошёл мимо, Траппер стал заваливаться набок и активировал свой дар. Нет, сжечь противника не позволяла дистанция, но активировать взрыватели мин получилось. Вот только внимание было расфокусировано, чтобы применить дар прицельно. Взорвались все мины между ними, противник исчез в дымном облаке, но и сам Траппер полетел спиной вперёд, роняя карабин. Оружие упало на ещё одну мину и разлетелось на части.

Как ни странно, сознание осталось при нём, шок всё ещё спасал от боли. С трудом приподнявшись на локтях, Траппер огляделся. Врагов больше нет? Видимо, нет. Теперь определить, что с ним. Контузия, одно пулевое ранение, несколько осколочных и, возможно, переломы. Но это пройдёт, только до запасов живца добраться.

И тут случилось странное. И страшное. Расстрелянный им предпоследний враг вдруг стал подниматься. Не в облике ожившего мертвеца, просто человек, которого он считал мёртвым, вдруг исцелился. Почти всю одежду с него сорвало близким взрывом, так что видно было, как на теле затягиваются раны. Дар.

Траппер рванул из-за пояса револьвер, сообразив попутно, что рука сломана, но держать оружие может. Прицелиться и выстрелить. Враг не стрелял, автомат его потерялся. Зато он вытащил из ножен на поясе огромный нож и двигался к Трапперу с неумолимостью парового катка. Убойности револьверу было не занимать, противника швыряло от попаданий, а попал Траппер три раза из пяти. Но раны всё так же затягивались на глазах. Отшвырнув ставший бесполезный револьвер, он стал ждать.

Десять метров, восемь, семь, шесть, пять… теперь можно. Запас огненной маны сократился примерно наполовину, но и этого хватило, чтобы превратить врага в обгоревший труп, а следом он ударил холодом, почерневшее тело покрылось льдом и рухнуло. Даже если оживёт, двигаться не сможет.

Сам Траппер тоже двигаться не мог, все его силы ушли на удар. Всё, что он смог, - это повернуть голову. Увиденное его удивило. Первой картиной был грузовик с солдатами, что пересекал мост через реку. Фараон всё же прислал помощь, а ещё он увидел её. Ту самую, что когда-то была рядом с Кастетом. Значит, она и привела сюда мстителей, она и направляла их, а теперь… нет, убить его она не успеет, разве что дар какой-то особый применит, но ей же хуже. Солдаты бежали к нему, он даже рукой смог махнуть, и только потом отключился.

Глава двадцать первая

Очнулся он в странном полутёмном помещении. На улице был день, но плотные шторы плохо пропускали свет. Попробовал пошевелиться. Получилось плохо. Правая нога в гипсе, левая рука замотана по плечо. Повязка на голове, пластыри на шее. Туловище тоже замотано, но разглядеть подробности не получалось. Поверх повязок была натянута полосатая пижама. Итого, на нём нет живого места. Разве что левая рука немного шевелится. Впрочем, всё пройдёт, здесь, в Улье, даже оторванные ноги заново вырастают. Только живец хлебай.

А где его взять? С трудом повернув голову, он рассмотрел рядом тумбочку. Там стояла пластиковая бутылка со знакомой жидкостью, заодно имелось блюдо с маленькими бутербродами. О нём позаботились. Кто? Ну, как минимум, один человек здесь заинтересован в сохранении ценного кадра. Впрочем, кадр этот собирался уезжать, но Фараон об этом точно не знал. Хотя, мог и знать, такой человек и в мысли пролезет. Помимо бутылки и блюда там же лежал его револьвер, причём, заряженный. Опасность всё ещё есть? Вот бы знать.

Дотянувшись левой рукой до бутылки, он зубами открутил крышку и влил в рот несколько глотков целебного зелья. Стало легче. Ещё он заметил, что почти не чувствует боли. Что-то вкололи? Или лекарь дар применил? Неважно.

Сделав ещё пару глотков, он смог сесть на кровати. При желании, наверное, и встать сможет, на одной ноге допрыгает до туалета. Хотя, вот рядом костыли стоят. Где он вообще? Это не его особняк, да и делать там нечего, дом основательно разрушен. Какая-то квартира в стабе.

Тут в дверь постучали, а потом она открылась. Увидев вошедшего, он немедленно схватил револьвер и направил на дверь.

- Убьёшь меня? – игривым голосом спросила женщина.

- Смотря зачем ты пришла, - сказал Траппер, не опуская оружия, говорить было трудно, оказалось, что и щека разорвана, а теперь там швы.

- Поговорить. Присяду?

Он указал стволом револьвера на кресло у окна. Женщина присела, Траппер хотел хлебнуть живца, но вспомнил, что рука у него только одна, и она держит оружие.

- О чём ты хотела поговорить? – спросил он, откидываясь на подушку, медикаменты отпускали, по телу пробежал разряд боли.

- О тебе, о себе, о жизни. Я закурю? – она достала сигарету.

Траппер хотел было запротестовать, табачный дым он не любил, а в Улье к этому вообще относились негативно. Потом решил, что стерпит, баба эта явно пришла не просто так, что-то важное сообщит.

- Окно открой.

Она отодвинула штору, а потом, после недолгой борьбы с засовами, распахнула окно. Траппер разглядел, что на дворе вечер, солнце уже катится к горизонту. Прикурив длинную коричневую сигарету от золотой зажигалки, она представилась:

- Меня Альбина зовут, - Траппер смог ещё раз её осмотреть, красивая, этого не отнять, даже сейчас, без косметики и красивых платьев, в джинсах и тонком свитере.

- Траппер, - представился он.

- Раньше тебя иначе звали, - заметила она.

- Раньше и я был другим, - парировал он.

- Ты, наверное, хочешь узнать, зачем эти люди за тобой пришли? – спросила Альбина.

- Их мотивация мне, в целом, понятна, - ответил он, - а вот какого беса ты с ними пошла? Или настолько хотела отомстить?

- Да будет тебе известно, что мстить никто из них не рвался, они вообще сомневались в твоей причастности к взрыву, это я их сподвигла?

- А тебе зачем? – с кривой улыбкой спросил Траппер, улыбаться иначе не позволяла рана на лице.

- Что насчёт мести за любимого? – Альбина хитро прищурилась.

- Незачёт, - ответил Траппер, - там любовью и не пахло.

- Даже ты понимаешь, - она улыбнулась и выбросила окурок в окно. – Так и есть, но они со своей местью были единственной возможностью для меня, чтобы прийти сюда. Мне пришлось агитировать их, стыдить, и даже… неважно. Я вернулась домой, но мне пришлось возвращаться к разбитому корыту и признавать свою неправоту.

- Ничего не понятно, но очень интересно, - признался Траппер.

- Попробую объяснить. Когда-то давно я поссорилась с отцом. Да, представь, в Улье бывают отцы и дети. Правда, редко. Мой отец был очень влиятельным человеком, меня ждало большое будущее, вот только я от него отказалась, заявив, что всего добьюсь сама.

- И не добилась, - констатировал Траппер.

- Поначалу я пыталась, но быстро выяснилось, что для того, чтобы построить могучую империю, мне не хватает самой малости - члена. Так уж вышло, что только мужчинам доступны многие вещи.

- И ты решила…

- И я решила, что нужен мужчина, который эту империю для меня построит. А потом я встану во главе. Ну, или просто буду управлять через него.

- Так ты с выбором промахнулась? Где Кастет, и где империя? Не его масштаб. Он так и не вырос за пределы мелкого рэкетира. Там даже намёка на рост не было, - Траппер внезапно осознал, насколько изменился сам. Он не просто научился разговаривать с людьми, но и спорить может, подбирать аргументы, давить логикой. – Надо было искать кого-то поумнее.

- А вот здесь уже неправ ты, - Альбина улыбнулась во все свои тридцать два зуба, - умный мужчина потому и умный, что им невозможно управлять извне. При таком я буду просто женщиной, вещью для удовольствий. Что до карьерного роста, то сразу видно человека, который в Улье недавно.

- Почему?

- Сложно сказать, я ведь в Улье родилась, а ты пришёл оттуда. Думаю, дело в сроках. Вы там умирали рано. Семьдесят лет, может, восемьдесят. А мы живём вечно. Отсюда и ваша психология, что если в тридцать лет у мужика нет своего бизнеса, квартиры, дорогой машины и прочего, то он однозначно лузер, и от такого стоит держаться подальше. Не спорь, всё так и есть. А здесь поправка на вечную жизнь. Стаб Колония был только трамплином. Он заработал стартовый капитал, утвердился в группировке, убрал (с моей подачи) всех, кто мог угрожать его лидерству. А главное – уверен был, что все удачные интриги – его заслуга. Скоро я вывела бы его в большой мир, все задатки бойцового пса у него были, оставалось только направлять его, думать за него, оставляя иллюзию, что решения принимает он сам. Лет десять-пятнадцать, и он стал бы большим человеком…

- А потом отравился бы грибами, - продолжил за неё Траппер.

- Необязательно, для этого следовало бы подготовить почву, соратники такого лидера вряд ли признают моё право на главенство, пришлось бы обновить всё окружение, а уж потом… в любом случае, история не имеет сослагательного наклонения, как говорит мой папа, эта ветка вероятностей срублена. А всё потому…

- Что твой герой на пути к мировому господству захотел раздавить маленького человечка, - подвёл итог Траппер. - А человечек оказался непрост.

- Именно, - она грустно улыбнулась. – Но я, в отличие от отца, вероятности видеть не могу. Что мне очередной охотник на тварей, таких тысячи. Заплатит копейку в фонд будущей империи. Каждый споран на пользу, он даст оружие и наёмников, даст средства для подкупа. А кто и какой ценой его заработал – дело десятое.

- А даже если оставить в стороне расчёт, неужели тебе приятно было находиться рядом с этим бабуином? – спросил Траппер, - ты, судя по речи, имеешь неплохое образование, книги читала и вообще… а он двух слов связать не мог.

- Увы, выбор был невелик. От чтения книг он, чего доброго, поумнел бы, а это только во вред. Для бесед у меня другие были. И не только для бесед.

- И что теперь? – спросил Траппер. – Попробуешь снова или…

- Увы, есть одно обстоятельство, которое не даст мне времени на новую попытку. Потому и пришлось вернуться сюда, - она задумалась и пристально оглядела Траппера, потом выдала: - раздевайся.

- И зачем тебе я? – Траппер от удивления рот раскрыл, - я империи строить не собираюсь.

- И почему вы, мужики, всегда членом думаете? – с усмешкой спросила она. – Раздевайся до трусов, лечить тебя буду. Я – целитель, один из лучших, а через одежду дар работает хуже.

- Так вот почему тот хмырь из мёртвых поднялся, - вспомнил Траппер. – Ты его лечила?

- Там всё сложнее, но да, я превентивно наложила лечебные чары. Как видишь, помогло слабо.

Немного подумав, Траппер всё же разделся. До трусов не получилось, потому как люди, что его одевали, про эту деталь одежды напрочь забыли, натянув пижаму на голое тело. Сняв одежду, он просто прикрыл срам краем одеяла.

- Гипс тоже нужно снять, - сказала она, - и бинты.

С помощью ножниц и пары крепких слов ему удалось полностью избавиться от бинтов, представ перед ней в первозданном виде. Альбина начала с ноги. Приложила ладони, от её рук пошло тепло, а потом появился слабый синий свет. Ногу заломило, но боль почти сразу прошла, тепло проникло внутрь, растеклось вверх. Ладони её двигались, словно размазывая свет по телу. Закончив с ногой, она поднялась выше, не пропуская ни одной раны или перелома. Траппер понял, что одних переломов в теле было около десятка, а теперь они все зарастали в один миг, что и для Улья было настоящим чудом.

Лечение заняло примерно четверть часа, после чего Альбина вернулась на кресло. Она была бледна, основательно вспотела и тяжело дышала. Знакомое чувство, когда выкладываешься целиком, до последней капли маны.

Траппер прислушался к ощущениям. Боль ушла полностью, в теле присутствовала слабость, места где были шрамы, слегка зудели, но на этом неприятные ощущения заканчивались. Альбина совершила чудо.

- И всё же, зачем тебе это? – спросил он, снова натягивая штаны. – Зачем тратить силы, лечить того, кто оставил тебя без перспектив.

- Сейчас объясню, - пообещала она, но вместо развёрнутого ответа сказала: - папа велел, я теперь его слушаюсь.

Как раз в это время раздался стук в дверь, впрочем, стучавший не стал дожидаться разрешения и просто вошёл, поставив в угол какой-то свёрток.

- Добрый вечер, молодые люди, - сказал Фараон, проходя в дверь, местный президент выглядел уставшим. – Не помешаю?

Траппер приветственно кивнул, а Альбина повернулась и тихо сказала:

- Здравствуй, папа.

Траппер не удивился, он уже и так догадывался, кто этот влиятельный человек.

- Присаживайтесь, - он кивнул на свободный стул, - я так понимаю, у вас ко мне разговор. У обоих. А то, что говорила Альбина – это прелюдия.

- Как-то так, - согласно кивнул Фараон, после чего присел, опершись локтем на край столика.

- Начинайте, - сказал Траппер, приложившись к бутылке живца и взяв с тарелки бутерброд.

- Начну издалека, - Фараон говорил медленно, подбирая каждое слово, - я уже стар, настолько, что мне пора умирать. Да, понимаю, здесь, в Улье не умирают, и тем не менее. Мир даёт нам долгую жизнь, дары делают нас почти богами, но вот разум остаётся человеческим. А он не рассчитан на сотни лет.

- Хотите совершить самоубийство? – осторожно спросил Траппер, пользуясь паузой.

- В моём случае это будет означать уход от мира, может быть, поживу ещё какое-то время в глуши, а потом… Не слышал, как умирают старожилы? В общем, это вроде слияния с Ульем, твой разум становится его частью, теряя свою индивидуальность. Но это неважно, поскольку данная опция мне сейчас недоступна.

- ???

- Видишь ли, парень, есть вещи, с которыми трудно расстаться. Этот стаб, город, окрестности, идеально отлаженная система безопасности и снабжения, да ещё с возможностью дальнейшего роста. Я его создал, он мне дорог, поэтому я не хочу оставлять его случайным людям.

- А неслучайных нет?

- Увы, подготовить себе наследника не получилось. Просто нет настолько близкого человека, есть Альбина, но, для того, чтобы удержать власть, ей не хватает…

- Члена, - догадался Траппер.

- Вообще-то я имел в виду авторитет среди подчинённых и умение управлять, первое, увы, заработать сложно.

Траппер понемногу склонялся к мысли, что на место нового правителя Фараон захочет воткнуть его самого, и теперь продумывал, как вежливо отказаться, потому как нафиг оно ему нужно.

- Есть ещё вариант с наследником. Видишь ли… Альбина беременна, у неё будет сын, которого я потом сделаю своим преемником.

Траппер облегчённо вздохнул.

- Отлично, только с чего вы взяли, что он подойдёт? Наследственность там…

- Не надо считать меня дурой, - вмешалась Альбина, - отец ребёнка – умнейший человек.

- Вот оно что, - с пониманием кивнул головой Траппер.

- Но это не решает вторую проблему, - продолжил Фараон, - ты, наверное, уже знаешь, что полноценная семейная жизнь в Улье невозможна. Дети не наследуют иммунитет. И способ здесь только один. Для матери Альбины я нашёл выход, теперь нужно найти его для дочери.

- Возникают вопросы, - сказал Траппер.

- Какие? Откуда я знаю наперёд? Так вот, мой дар куда шире, чем обычный дар ментата. Я, если можно так выразиться, вижу будущее. Точнее, не само будущее, которого ещё нет, а варианты. Ветки вероятностей. Что-то могу предсказать точно. Например, что у Альбины родится мальчик, что у него будут способности, но… Видишь ли, у людей, что родились в Улье больше шансов родить иммунного, шансы моего внука оцениваются, как один к двум. Тем не менее, я вижу, что он в этой лотерее проиграет. А если бы и не видел, то не стал бы рисковать.

- И вы хотите, чтобы я добыл для вас то самое? – Траппер не спрашивал, а, скорее, утверждал.

- Видишь ли, парень, - Фараон вздохнул, - я за тобой внимательно следил. Следил с того момента, как ты переступил порог моего кабинета. И видел твоё будущее, линии вероятностей, которые касались тебя. Помнишь «котика»? Так вот, вероятность твоей победы была более девяноста процентов, а на остальные падало то, что ты его убьёшь, а сам умрёшь от полученных ран. С моей стороны ставка была беспроигрышной.

- А что вы видите теперь?

- А теперь я вижу, что ты засиделся на месте, давно подумываешь свалить отсюда, а недавнее происшествие сгодится, как повод к отъезду. Дом твой разрушен, тебя ничто здесь не держит. Так?

- В целом – да.

- И это правильно, Улей не одобряет сидения на месте. Кроме того… ты стал силён, Улей дал тебе редкую мощь, второй дар у тебя так и не открылся, зато первый достиг небывалых высот. И у тебя есть запас жемчуга. Если нет, я подброшу. Но предупреждаю, в этом есть не только плюсы.

- Стану квазом?

- Нет, не станешь, такого варианта в твоей судьбе не прослеживаю. Он есть, но исчезающе мал. Проблема твоя в другом. Когда человек долго живёт в этом мире, он становится сильным, иногда его возможности граничат с возможностями бога, но, вспомни, что я говорил. Ты станешь богом, или, как любит говорить молодёжь, «имбой», непобедимым воином. А разум твой останется прежним, стать богом, когда ты ещё не наигрался в человека – это тяжело. Впрочем, ты это переживёшь, я вижу. Куда важнее другое: испытание, что я тебе предлагаю, - это не квест на убийство твари. Убить тварь тяжело, но ты с твоими талантами справишься. Это задача на то, чтобы выдержать искушение.

- Я его выдержу? – спросил Траппер и отчего-то улыбнулся.

- Вопрос к пророку, - Фараон тоже улыбнулся, - будущего нет, оно не написано ни в каких книгах. Есть случаи, когда Улей напрямую вмешивается в чью-то судьбу, но они редки и о них не принято рассказывать.

- Так что там с вероятностями?

- Вероятность такова: примерно шестьдесят процентов положим на то, что ты погибнешь в схватке с тварью, ещё пять – твоя смерть по дороге, ещё пять, что ты погибнешь по пути назад, остальное – твой успех. И ни одного варианта, что после победы ты помашешь мне ручкой. Также нет варианта, что ты откажешься выполнять задачу.

- Я подумаю, - сказал Траппер и уставился в потолок. Думал он недолго, вероятности его не смущали, справлялся с опасными тварями раньше, справится и теперь. А что даст победа? Ну, допустим, самую высшую ценность Улья. Фараону ведь нужна одна жемчужина.

- Я вернусь и отдам вам жемчужину, - сказал он.

- Именно, а оставшиеся можешь забрать себе. Заводить семью не в твоих правилах, это я вижу, но я вижу и другое, о чём пока говорить не стану. Важно, чтобы ты вернулся живым.

- Трудно действовать при неполноте информации, - заметил Траппер.

- Всё, что нужно для выполнения задачи, ты знаешь, географию объясню чуть позже, а остальное… Вообще, у тебя есть примерно два-три года, может, даже больше, хотя, уверен, столько не потребуется. Но дам один совет: если всё пройдёт гладко, постарайся убраться из того места поскорее, сюда или куда-то ещё, так будет лучше. Ну и берегись людей. Они могут догадаться, что человек, ходивший к логову скреббера и вернувшийся назад, очень богат.

- Хорошо, - кивнул Траппер, - излагайте географию, и ещё: что в том свёртке?

Он кивнул в направлении входа.

- Подарок, ты, я знаю, любишь редкие стволы. Так двуствольный нарезной штуцер калибра .577. Жутко дорогая пушка для охоты на крупного зверя. Убойность лютая, уступает, конечно, армейским образцам, но тварей до рубера включительно валить можно. Патронов в комплекте полсотни, есть порох и пули.

- Спасибо, - сказал Траппер. – Теперь рассказывайте, если можно, дайте бумагу, чтобы я мог записать.

Глава двадцать вторая

«...горный хребет имеет разрыв посередине, там кусок железнодорожной станции и вагонное депо, там и обитает тварь».

Последняя фраза из рассказа Фараона вертелась в голове у Траппера, когда он выезжал за пределы стаба «Надежда». Теперь он знал, что так звали мать Альбины, её уже нет в живых, но Фараон всё ещё её любит.

Но это всё частности, главное было в другом. Он наконец-то получил ясную и чёткую цель. Внезапно выяснилось, что спокойная и сытая жизнь не для него, а приключения и опасности тянут неотвратимо. Если рассудить, то он с самого начала рисковал, как только оказался в Улье, то постоянно нарывался на опасности. Да, он всё всегда хорошо продумывал, но даже так его судьба висела на волоске. А теперь… что же, одной опасностью больше, одной меньше.

Фараон сделал всё, что от него зависело. Выделил транспорт, неплохой микроавтобус. Траппер подумывал обзавестись мотоциклом, но встал вопрос перевозки расходников, каковых набралось не меньше тонны. Проблему получилось решить, микроавтобус имел высокую крышу салона, а потому получилось впихнуть туда тот самый электробайк, который мог здорово выручить при поломке основного транспорта. Всё остальное пространство внутри было забито добром. Взрывчатка и средства взрывания, горючее, еда и вода. В идеале, он мог проехать до точки, нигде не останавливаясь. Там, собственно, и не так далеко было, километров восемьсот, если по прямой. Вот только прямых путей не имелось, дорога петляла, извивалась, заходила в не самые надёжные стабы, а под конец и вовсе шла через пустыню. Пустыня, конечно, была не настоящей, просто куча кластеров, не занятых человеческим жильём.

Отдельно президент вручил ему небольшой мешочек с тремя красными жемчужинами. Знахарь расписал календарь приёма. Первую он принял прямо перед отъездом, а сейчас собирался проверить действие. Улей упорно не давал ему новый дар, зато имеющийся развивался скачками. Совсем недавно он с трудом нагревал чай в стакане, а теперь мог запросто расплавить машину, в которой ехал. И проблема сброса энергии теперь не стояла. Сразу после «горячего» удара он мог нанести вдвое более мощный удар холодом. Или наоборот. А мог и не наносить, избыточная энергия просто исчезала, не давая отката. Радиус действия дара пересёк отметку в десять метров, а ещё можно было применять его точечно, при этом точность превышала точность попадания пули, он просто представлял себе, какой предмет хочет нагреть или охладить, после чего отдавал приказ. Даже для большей части подрывных работ теперь не требовался огнепроводный шнур, детонатор можно было активировать даром.

Он остановился посреди небольшого кластера, представлявшего собой кусок небольшого посёлка. Загрузился он давно, здесь уже не осталось ни монстров, ни людей, ни каких-либо материальных ценностей. А значит, ему никто не помешает. Тренировка заняла примерно полчаса. Радиус увеличился ещё, но незначительно, точечный нагрев позволял резать металл не хуже автогена, эксперименты с лазерным термометром показали, что он может регулировать температуру нагреваемого предмета с точностью до двух-трёх градусов. Да, теперь уже встреча с элитой один на один не грозила ему немедленной смертью, даже их магическая защита не выдержит температуры в полторы тысячи градусов. Напоследок он не удержался и выжег на стене сельского клуба почти идеальный круг, внутри которого оставил своё имя.

Дорога вела его на юго-запад. Там, позади человеческих поселений находилась его цель. Он не планировал откладывать охоту, будет двигаться с такой скоростью, с какой сможет, прерываясь только на сон и еду.

Увы, как уже сказано, прямых путей тут нет, очень скоро справа и слева от него потянулись куски жилых кварталов, какие заводские корпуса и частные дома. Здесь ещё продолжалась зона ответственности стаба «Надежда», отсюда стаб черпал ресурсы для жизни. Крупных монстров здесь быть не могло, их отстреливали при каждом выезде, зато между домами и вдоль дорог бродили толпы вялых пустышей. Кое-где находился кто-то более сильный, убивал другого, грыз его, подходили новые, начиналась вялая драка за пищу, потом, когда добыча была поделена и съедена, они снова начинали впадать в спячку. Мало кто из них имел возможность дорасти даже до бегуна.

Траппер не обращал на них внимания, просто досадная помеха, при необходимости сожжёт их всех, а кого не сожжёт, того застрелит или убьёт в рукопашной. Куда больше его интересовал стаб, находившийся примерно в ста километрах. Это уже была независимая административная единица, но Фараон, пользуясь близостью, имел на его население кое-какое влияние, а потому в самом стабе и вокруг него поддерживался относительный порядок. Насколько знал Траппер, благосостояние местных держалось на топливе. В их сфере влияния имелись несколько автозаправок, а потому можно было заправлять идущие мимо караваны. А ещё там были люди, те, кто знал обстановку. Чуть дальше начинались уже ничейные земли, где могло происходить всякое, стоило побеседовать об этом. Расспрашивать незнакомых людей на такие темы было небезопасно, но больше информацию добыть было негде.

Стаб выглядел стандартно. Стена из потрескавшихся бетонных блоков, сверху ржавая «егоза», тут и там огневые точки. Сразу можно было сделать вывод, что место здесь безопасное, насколько вообще может быть безопасным Улей. Группа продвинутых заражённых легко снесла бы эту преграду, огневая мощь тоже не внушает, пара пулемётов и автоматы. Конечно, внутри найдутся люди с оружием, которых можно будет мобилизовать на стены, но и их не хватит для сдерживания натиска. Если же врагом будут выступать люди, то… собственно и сам Траппер уже прикинул возможные места диверсий. Пара часов работы, после чего стаб начисто лишится как огневых точек, так и части стен. Но от людей местное население спасала дружба с Фараоном, он, пусть и не сразу, но на помощь явится, а если и опоздает, то точно накажет обидчиков. Обидчики об этом знают, а потому можно обойтись и такой защитой.

Остановившись у ворот, он просигналил. Стальная створка медленно поползла в сторону. Никто не задавал никаких вопросов, не вёл к ментату, не пытался проверить груз. Он въехал на территорию, привратник нажал кнопку на пульте, ворота стали закрываться.

Взору траппера предстал небольшой посёлок, можно было даже назвать его хутором. Несколько двухэтажных домов из кирпича, ещё два десятка бревенчатых избушек, да ещё хозяйственные постройки из фанерных щитов. И куда пойти?

Одно место ему точно требовалось: заправка. Запас бензина имелся, но всегда лучше быть заправленным под пробку. Разглядев под навесом цистерну, Траппер направился туда.

Покупка проблемы не составила, за вполне разумную цену молодой парень заправил ему полный бак, а ещё наполнил десятилитровую канистру. Его же Траппер выбрал, чтобы получить информацию.

- Можно узнать, там, - он указал рукой направление, - река, а на реке переправа. Она цела сейчас?

Парень задумался.

- Даже не скажу, к нам с той стороны редко ездят и, как правило другим маршрутом. Переправа часто грузится, иногда прилетает целая, иногда – нет. Грузилась дней десять назад крайний раз, что там и как, понятия не имею.

Траппер уже нарисовал в голове приблизительный маршрут. Отсюда до той переправы километров сорок, что, с учётом плохой дороги, немало. Он доедет туда и встанет перед рекой.

- А что за другой путь?

- Выше по течению, где река узкая, есть мостик, ну, такой, хлипкий. Твоя машина пройдёт, он целиком на одном кластере и грузится редко. Сейчас исправен.

- Можешь на карте показать? – попросил Траппер, доставая планшет.

- Там с дорогой проблема, - парень поморщился, - нет её. Только на глаз ориентироваться. Так, на пальцах, объяснять сложно.

Всё, чего удалось добиться, - это примерное местонахождение моста. Заправщик обвёл пальцем на экране планшета довольно большую область. Теоретически, можно было двигать к переправе, а там, если она непроходима, просто двинуть вверх по течению. Вот только русло реки на карте было не отображено, а берега местами заболочены.

- А проводника нанять? – спросил Траппер, признавая для себя, что мысль неудачная.

- Вон там, - заправщик кивнул вперёд, - там закусочная, и много рейдеров без дела сидит. Сходи, спроси.

Пришлось ехать туда.

- Закусочная приятно удивила чистотой, пахло жареным луком, за прилавком женщина разливала пиво. За несколькими столиками сидели скучающие люди в камуфляже.

- Здравствуйте, - сказал он, подходя к прилавку.

- Готового нет, - сказала женщина усталым голосом, - могу полуфабрикаты разогреть.

- Спасибо, я не голоден, - отмахнулся Траппер, - мне бы с людьми поговорить.

- Ну, спроси, - она кивнула в сторону зала, - тебя что интересует?

- Дорога… дорога к мосту через реку.

Говорил он тихо, но сидевший за крайним столиком парень его услышал.

- Братан, если тебя мост интересует, я тебя сопровожу, мне по пути, проеду с тобой, а на той стороне в стабе «Огонёк» меня высадишь. Меня Штука зовут, я тут все места знаю.

Собеседник ему не понравился. Мелкий, тощий и с бегающими глазами. Явно аферист. Да и стаб «Огонёк» имел дурную славу, он вообще собирался его обогнуть, если дорога позволит. Вот только никто из других посетителей помочь не рвался.

- Сколько? – спросил Траппер.

- Ну, по-братски, десятку.

- Пятёрки хватит, - ответил Траппер.

- Ну… ладно, давай пятёрку.

С лица его не сходила хитрая ухмылка, которая вызывала у Траппера бешенство. Как раз тот тип людей, которых он больше всего ненавидел. Он даже неосознанно порывался применить свой дар и зажарить его на месте. Взгляд пробежался по фигуре проводника, выбирая место для нагрева. Сжигать его он, конечно, не стал, но при этом внезапно впал в ступор. Выбирая место на теле, он наткнулся на пистолет в кармане проводника. Куртка из плотной ткани, боковые карманы прижаты к телу, снаружи пистолет не видно. А он увидел. Дар сенса? Видимо, исключительно в приложение к основному дару. Он ведь может нагреть то, что не видит, значит, можно использовать этот дар, чтобы видеть, пусть и довольно условно, спрятанные предметы.

- Братан, ты чего завис? – спросил Штука, помахав перед лицом ладонью. – Пять виноградин гони и поехали.

- Держи, - Траппер протянул два спорана, - ещё три на том берегу.

- Договорились, - тот ощерился в широкой улыбке. – Двигаем?

И они двинули. Дорога, по которой вёл его Штука, отходила от основной магистрали градусов на сорок пять. При неудачном исходе он сможет вернуться, время, конечно, потеряет, но и торопиться некуда. Проводник продолжал болтать, тема его монолога была стандартной, он-де тут так давно, что всех знает, у него связи, он с большими людьми знаком, он таких тварей валил, что… и дальше в том же духе. При этом Траппер замечал, что рука собеседника всё время двигается в районе правого кармана. Тянется туда, потом замирает. В самом оружии ничего странного нет, здесь Улей, но вот то, что он старательно его прячет и временами порывается вытащить, настораживало.

Скоро дорога под колёсами исчезла, превратившись в направление. Кто-то здесь ездил, кое-где оставались следы колёс, но они пролегали в совершенно случайном направлении. Тем не менее, дорогу он запоминал. Кластеры пустынные, но кое-какие ориентиры имеются. Вот одинокий бетонный столб с обрывками проводов, вон там остатки небольшого дома с проржавевшей железной крышей, а вон там огромная ржавая труба лежит на земле. Если понадобится, он сможет вернуться в стаб.

Отсутствие дороги при достаточно ровном рельефе давало некоторое преимущество, можно было ехать по прямой, экономя время. Скоро показалась река.

- Ну что, - Штука снова улыбнулся и протянул руку, - вот река, вон там – мост. Гони спораны.

- На том берегу отдам, - спокойно ответил Траппер и стал выруливать к мосту.

- Знаешь, а я передумал, - с той же улыбкой сказал Штука, - я, пожалуй, сам доеду, без тебя.

Рука его резко нырнула в карман, но он тут же с воплями выдернул её. Пистолет в одно мгновение оказался нагретым примерно на полторы сотни градусов, не смертельно, но голой рукой не ухватить. Горячая железка жгла кожу, Штука попытался её вытряхнуть, но не смог, поскольку в тот же момент кулак Траппера прилетел ему в переносицу.

Дверь открылась, неудавшийся проводник выпал наружу. Траппер возвышался над ним.

- Слышь, мужик, - хлюпающим голосом проговорил он, кровь из носа хлестала ручьём, - ты попал, ты круто попал, у меня в «Огоньке»…

Поток угроз оборвался после удара ногой, Штука был ещё в сознании, но говорить уже не мог.

- Это ты попал, - спокойно объяснил Траппер, - если мне надо будет, я твой огонёк с землёй сравняю.

Добивать хитреца он не стал, вынул из его кармана мгновенно остывший пистолет, он зашвырнул его метров на двадцать в сторону, а магазин вовсе добросил до реки, хотя и сомневался, что патроны после такого нагрева будут стрелять. Добавив Штуке ещё раз ногой, он сел в машину и, захлопнув дверь, медленно поехал в сторону моста.

Мост, как и было сказано, оказался хлипким, но у него и не многотоннажный грузовик, а всего-то микроавтобус, пусть и основательно нагруженный. Доски скрипели, сбоку сыпалась труха, но строение выдержало нагрузку, со вздохом облегчения он выехал на другом берегу.

Пейзаж на другом берегу разительно отличался. Здесь имелись куски из вполне цивилизованных мест. Стандартные пятиэтажки, основательно разрушенные, с выбитыми окнами, на дороге валяются кости, а вокруг никого. Загрузка прошла давно, люди сожраны, квартиры разграблены. Есть ещё вероятность, что здесь, в этих руинах сидит кто-то серьёзный, а потому мелочь не рискует показываться.

Охотиться он не собирался, средства у него были, а мародёрить в квартирах и вовсе незачем. Уж лучше притопить газ, да проскочить потенциально опасное место на скорости.

Увы, не получилось, дорога, что вела между зданиями, оказалась завалена обломками, остовами машин и почему-то мебелью, словно кто-то выбрасывал из окон имущество. Пришлось медленно выруливать, чтобы не разбить машину.

И тут до него донёсся крик. Далёкий, едва слышимый, но всё же крик. Само собой, человеческий, поскольку монстры издают совсем другие звуки. А ещё голос был женским. Егор, наверное, проехал бы мимо. Да и Уголёк тоже мало беспокоился о людских страданиях. С Траппером было иначе, он с некоторых пор стал ощущать что-то, вроде ответственности за выданный Ульем дар. Вроде того, что он, будучи любимцем Улья, должен не оставлять в беде менее везучих его обитателей. А может, это ещё установка Софии так действовала.

Он затормозил, вышел из машины, на ходу вынув из-за пояса револьвер. Вряд ли там что-то по-настоящему опасное, иначе жертва не успела бы крикнуть.

Пройти пришлось один квартал, по пути попалась парочка свежеубитых пустышей с пробитыми головами, а за углом ближайшего дома раздавались визги, и слышался шум борьбы. Так это люди безобразничают.

Покрепче сжав револьвер, он вышел из-за угла и направился к месту действия. Картина налицо: трое бедно одетых рейдеров поймали богато одетую женщину, явно только что провалившуюся в Улей и раскладывают для употребления. Отметил, что женщина явно не отсюда, слишком чистая, а загрузка была давно.

- Ребята, - строго сказал он, возвышаясь над троицей насильников и их жертвой. - Прекратите пожалуйста.

Три физиономии с явными признаками умственной отсталости и аморального образа жизни обернулись в его сторону. Уголовники, причём самого низкого пошиба.

- Ты кто такой? – спросил тот, что был посередине, явно главный в компании.

- Я – Траппер, - представился он.

- А чо не триппер? Гы-гы-гы!!!

Все трое дружно заржали, скаля зубы, зубы по сюжету должны быть гнилые, но Улей исправляет и такое. Траппер не стал продолжать диалог, просто вскинул револьвер и прострелил голову крайнему. Не прострелил, конечно, пуля просто снесла половину головы, оставив только нижнюю челюсть. Следующая пуля пробила грудь второму, что сидел с другой стороны от жертвы. Третья пуля досталась третьему, вот только эффект озадачил. Противник мигнул синеватым светом, и пуля с визгом ушла в сторону.

- Гыыы, - осклабился бандит, - не работает.

Отшвырнув жертву в сторону, он резко вскочил на ноги и, вынув нож, двинулся на Траппера. Следующие две пули с тем же успехом отлетели от защитного поля. Траппер спрятал бесполезный револьвер за пояс и начал медленно отступать. Дары Улья – палка о двух концах, никогда не угадаешь, что в запасе у твоего оппонента. А если просто кинуться в драку? Да, раньше он так бы и поступил, но теперь есть дар. Зачем рисковать, противник, хоть и ниже ростом, явно очень силён, затасканная камуфляжная куртка едва не трескается на могучих мускулах, да и нож держит очень умело. Вряд ли защитное поле у противника работает вечно, а значит, следует обеспечить постоянный входящий урон. Воздух вокруг бандита моментально нагрелся до двухсот градусов. Он этого даже не заметил. Среагировал только тогда, когда клинок ножа раскалился добела и обжёг ему руку.

- Ай! – он отбросил нож в сторону.

А тут или отказало защитное поле, или просто он потерял концентрацию, но раскалённый воздух вокруг, наконец, возымел действие. Кожа его моментально покраснела и начала вспухать волдырями, потом почерневший труп рухнул на землю. Перешагнув через него, Траппер направился к жертве. Женщина за это время отползла в сторону, вооружилась киркой одного из насильников и готовилась встречать свою судьбу.

Траппер подошёл поближе и осмотрел спасённую. Женщина, довольно красивая, одета в брючный костюм, теперь уже грязный и местами порванный. На вид ей было лет тридцать, а взгляд, хоть и растерянный, выдавал, что в том, прежнем мире, она занимала не последнее место в социальной иерархии, причём, не как Альбина.

- Не подходи, - слабым голосом простонала она, сжимая кирку обеими руками.

Траппер ответил фразой из фильма:

- Пойдём со мной, если хочешь жить, - и протянул ей руку.

Способность соображать к ней вернулась быстро, отбросив кирку, она вскочила на ноги и ухватила его за руку. Они дошли до машины, Траппер сел за руль, а его спутница уселась на пассажирское кресло. Машина, заворчав двигателем, тронулась с места.

Женщина молчала. Траппер тоже молчал, стараясь поскорее покинуть неприятное место, трое уголовников вряд ли были единственной опасностью, твари тут могли быть, может, и не такие опасные, но машину могут повредить, а новую взять негде. Скоро кластеры с домами остались позади, дорога теперь шла по открытому месту, справа и слева на расстоянии в пару километров виднелся лес.

- Куда ты меня везёшь? - уже абсолютно спокойным голосом спросила женщина.

Траппер пожал плечами и указал вперёд.

- Туда.

Она вздохнула.

- А туда – это куда? Что там?

- Улей, как и везде. Ты… давно?

- Что? – не поняла она.

- Вот это всё, - он обвёл пальцем окружающую местность, - давно сюда попала? Сколько времени прошло с момента появления кислого запаха?

- Два дня, - уверенно сказала она, - вчера утром всё началось, запах… потом местность изменилась. Какие-то люди… как зомби.

- Зомби и есть, - согласился Траппер, - их тут много. А ещё они мутируют.

Он начал притормаживать.

- Предлагаю перекусить, - он указал на ближайшую рощу на пригорке, место удачное, деревья огибают подковой небольшую поляну, издали не видно, зато самому можно следить за обстановкой. – Вон там. Заодно я тебе всё расскажу.

Он вышел из машины и стал раскладывать два складных стула.

- Там, сзади, сумка-холодильник, внутри котлеты, достань. И сковороду тоже, и масло.

Она слушалась молча, достала всё необходимое и сама начала раскладывать котлеты по сковородке.

- А плитка где?

- А она не нужна, - отмахнулся Траппер, - садись и готовься переворачивать котлеты.

Она смотрела огромными глазами на то, как масло на сковороде начало шипеть. Сковорода при этом просто стояла на траве.

- Ты что, колдун? – спросила она.

- Умею кое-что, - неопределённо ответил он. – Как тебя зовут?

- Лиза, Елизавета… Андреевна.

- А меня – Траппер, садись, Елизавета, следи за котлетами и слушай, тебе многое предстоит узнать.

Глава двадцать третья

Она молчала, переваривая услышанное. Остывшие котлеты так и лежали на тарелке вместе с кусочком хлеба. Временами порывалась что-то сказать, но тут же замолкала.

- Это всё реально, - сказала она, наконец, замученным голосом и осмотрелась вокруг. – Это не сон, я действительно в другом мире.

- Думаю, стоит доверять тому, что видишь и можешь потрогать, - подтвердил Траппер. – Ешь, нам ещё далеко ехать.

Она подцепила вилкой котлету и стала жевать с безразличным видом. Траппер, решив, что больше уже ничем не поможет, тоже принялся за еду, попутно подогрев котлеты.

- А что здесь делать? – снова спросила Лиза.

- Что хочешь, охотиться, работать, просто жить. Ты – женщина, женщин здесь мало, сможешь выбрать достойного мужчину, который будет тебя обеспечивать.

- А ты чем занят?

- Охотник, разве непонятно?

- А почему должно быть понятно?

- Слово траппер о чём-нибудь говорит?

- Нет, а должно?

Траппер вздохнул.

- Ты книжки в детстве не читала? В частности, Фенимора Купера?

- Понятия не имею, кто это, а книги я читала, но всё больше такие, которые практическую пользу несут. Знания, которые в жизни не пригодятся, бесполезны.

- Не согласен, книги, любые, пользу приносят уже тем, что стимулируют мозги, впрочем, дело твоё. А траппер – это охотник такой, с капканами и петлями. Трап – ловушка.

- Куда мы сейчас? – она сменила тему.

- У меня есть цель, но она далеко. Ты пока со мной, понятия не имею, где тебя можно оставить.

- Ты говорил, тут поселения есть.

- Есть, стабы, один недалеко, но туда лучше не ехать, я собирался стороной обойти, если дорога позволит. Есть крупный стаб, город-государство, в той стороне, но туда я попаду… - он прикинул, - недели через две, и то не факт.

- А давай всё же заедем в этот… стаб. Я посмотреть хочу.

- Если хочешь, могу и заехать, но там смотреть не на что, крошечная деревня, сборище отморозков и наркоманов.

- Тогда сразу дальше поедем.

Траппер прикинул. В стабе «Огонёк» ничего хорошего встретить было нельзя, если ты, конечно, не член местной ОПГ и не прибыл с сильным караваном. К тому же Штука мог и добраться туда, он хитрый и живучий, хотя по времени должен быть ещё в начале пути. Впрочем, бояться ему не с руки, кто его обидит, проживёт недолго.

- Собирай посуду, - скомандовал он, - отправляемся.

Стаб показался минут через сорок, собственно, Траппер его описывал, исходя из своих ожиданий, при этом нисколько не ошибся. Чуть меньше предыдущего, правда, многоэтажных зданий больше. Явно злачные места для рейдеров, сам стаб живёт за счёт транзита караванов и скупки всего подряд. Теоретически, можно поинтересоваться на предмет взрывчатки, но очень не хочется перед ненадёжными людьми светить деньгами.

С контролем въезда здесь обстояло точно так же, правда, привратник попался вежливый и объяснил, что магазин вон там, гостиница направо, а пожрать – это в самый дальний дом.

Место для поселения было выбрано удачно, возвышенная каменистая проплешина, грязи нет и асфальт не нужен. И даже мусор тут худо-бедно убирали, складывая по обочине.

- Ну, посмотрела? – спросил Траппер, повернувшись к Лизе.

Она повертела головой, в самом деле, впечатления от этого места не лучшие, как от зданий, так и от людей. Двое подозрительных типов уже нехорошим взглядом осматривали их машину.

- Это – кафе? – она указала на здание с вывеской «Жратва».

- Ну, вроде того, а ты голодна?

- Кофе бы выпила.

- Не факт, что тут есть, но… давай посмотрим.

Перед выходом он сбросил куртку и набросил на плечи широкий и довольно тяжёлый плащ из жёсткой дерюги. Они вошли в помещение столовой. Столовая была обычной, столы, стойка. За стойкой крупный представитель южных народов. Двое полупьяных рейдеров что-то обсуждают за бутылкой.

- Кофе есть? – спросил Траппер как можно более безразличным голосом.

- Кофе? – темноволосый бармен весьма удивился такому запросу. – Да, есть.

Он отодвинул хлам со стола, позади обнаружилась кофе-машина.

- Два, с молоком и сахаром, - сказал он, присаживаясь за стол.

Пока ничто не предвещало беды, в кафе было тихо, рейдеры были слишком увлечены дискуссией, а бармен вовсе проявлял безразличие ко всему миру, только толстые волосатые руки приводили в чувство кофейный аппарат. Скоро на столе появились две чашки кофе, довольно неплохого, учитывая уровень заведения. Бармен даже поставил блюдце с двумя свежими на вид плюшками.

- Это от заведения, в комплекте идёт, - сказал он и удалился за стойку.

- Ну, не так уж здесь и плохо, - сказала Лиза, пригубив кофе.

- Хочешь остаться? – Траппер удивлённо приподнял бровь.

- Нет, - она откинулась на спинку кресла. – Тут мне точно ловить нечего. А тот… стаб, о котором ты говорил, там есть, чем заняться?

- Смотря что ты умеешь.

Она вздохнула.

- Я там фирмой владела, большой фирмой, модной одеждой торговали. Не самые известные бренды, но… вроде, как копии, качество то же, а цена вдвое меньше.

- И как, успешно?

- Да, деньги лопатой гребли, а теперь у меня просто руки опускаются. Кому я тут нужна, ты прав был, только найти богатого мужика и к нему прилепиться.

- А что в этом плохого? – спросил Траппер, вспомнив Альбину. – Только уголовников не выбирай, они иногда плохо кончают.

- А кого? Как вообще понять, что мужчина стоящий? Здесь, в Улье, кто вес имеет?

- Сложно сказать. Если тебя богатство интересует, то… я, например, по местным меркам богатый, но по мне не скажешь. Значение имеет не только наличие в карманах жемчуга, но и влияние. Руководители крупных стабов, командиры рейдерских группировок, просто старожилы Улья. Последние, правда, часто бывают… - он помолчал, вспоминая нужный термин, - дауншифтерами.

- Почему?

- Ну, представь, у тебя много денег, а тебе уже ничего не хочется, ни еды, ни спиртного, ни женщин, ни наркотиков. Всё уже было, и всё успело надоесть. Вряд ли ты захочешь с таким человеком жить.

- Ладно, отвезёшь меня туда, там и посмотрю. Правда, я всего сама привыкла добиваться, примерно с тех пор, как школу закончила. Попробую и здесь. – Она помолчала. – А ты, кем был до всего этого?

- В кругах, которые тебе близки, таких называют «лузер». Ни своего жилья, ни нормальной работы. В банк устроился, так выгнали, а потом сюда прибыл.

- Так тебе здесь нравится?

- По-своему. Я тут прижился, получилось занять своё место, да и Улей мне подыграл.

- Ладно, чего загадывать, будем в стабе, там и посмотрим.

- Знаешь, Лиза, - Траппер вспомнил, что ей следует дать новое имя. – Не факт, что я туда вернусь.

- ???

- То место, куда я еду… там очень опасно, постараюсь сделать так, что, если погибну, ты смогла бы уехать.

- Так, может, не ехать?

- Я считаю, что так нужно.

- Кому?

Ответить он не успел, в этот момент в помещение ввалились двое. Это были рейдеры, но совсем другого пошиба. Экипировка куда лучше обычной, оружие на себе, оба основательно пьяны и на взводе. С барменом они поздоровались, хотя и общались свысока, судя по физиономии последнего, он предпочёл бы никогда их здесь не видеть. Они уселись за стойку, заказали выпивку, а потом тот, что сидел справа, обратил внимание на присутствующих. Мутные глаза остановились на фигуре Лизы.

Он осклабился, сочно рыгнул, обдав помещение запахом свежевыпитого пива, соскочил с высокого стула и приблизился.

- Мадемуазель со мной потанцует? – поинтересовался он, игнорируя тот факт, что в зале нет и намёка на музыку.

- Нет, - спокойно ответила она. – Не хочу.

- А чё так? – он отодвинул стол и грузно плюхнулся.

- Послушай… - попытался сказать Траппер, но тот его оборвал:

- Заткнись, шкет! – рявкнул хам, не оборачиваясь, - Так что, будешь из себя строить принцессу, или…

Траппер предпринял последнюю попытку решить дело миром:

- Извините, - он обратился к бармену, - у вас всегда так с посетителями обращаются.

Тот не нашёл, что ответить.

- Ээээ… сами разбирайтесь.

- Как скажете, - Траппер пожал плечами и едва заметно взмахнул рукой.

Эффект был поразительным. На пол упало обугленное тело, плоть местами прогорела до костей, а в помещении распространился отвратительный смрад горелого мяса.

Несколько секунд стояла тишина, потом подельник убитого взвился, выхватывая пистолет. Хороший пистолет, дорогой, «Глок», кажется. Глядя бешеными глазами на Траппера, он медленно проговорил бармену:

- Заур, крыше своей говори, что хочешь, но я его завалю!

С этими словами палец его вдавил спусковой крючок, но пистолет только сухо щелкнул.

- Не работает? – с фальшивым сочувствием спросил Траппер. – наверное, замёрз.

Пистолет на глазах покрывался инеем, а следом и руки стрелка. Иней поднимался выше, к локтям, бросить пистолет он не мог, тот намертво приклеился к ладоням. В ужасе заорав, рейдер рванул руки в стороны, случилось то, что и должно было случиться. Промороженная плоть хрустнула чуть ниже локтей, кисти вместе с пистолетом упали на пол, рассыпавшись на множество красных кристаллов, а сам стрелок выскочил из кафе, как ошпаренный, размахивая обледенелыми культями.

Траппер встал, с невозмутимым видом подошёл к стойке и бросил на неё несколько споранов.

- За кофе и уборку, - сказал он, потом повернулся к Лизе, - пойдём, надо ехать.

Лиза, бледная от ужаса, механически встала и пошла за ним. Уже перед дверью Траппер обернулся и сказал ещё одну фразу из фильма:

- Передай всем желающим меня убить: если меня убьют, я упаду, а если я упаду, вашего стаба не будет.

С этими словами он распахнул плащ, к внутренней стороне которого были наклеены тротиловые шашки, самодельные гранаты, трубочки с пластидом, всё это было объединено в системы и переплетено проводами и детонирующим шнуром.

Они вышли из кафе, сели в машину, после чего двинули в сторону ворот. Паника в стабе только начиналась, но привратника успели предупредить. Он как раз выслушивал по рации чьи-то крики, когда подъехавший микроавтобус требовательно посигналил.

Бедолага, увидев, что выезжают те, кого велено не выпускать, растерялся, потом полез за оружием, извлекая на свет обрез двустволки. Рукоять и цевьё тут же вспыхнули у него в руках и рассыпались пеплом. От визгов заложило уши.

- Открывай, - потребовал Траппер.

Привратник обожжёнными руками смог нажать кнопку на пульте. Машина выехала наружу, после чего Траппер велел закрыть ворота, подошёл поближе и, сделав несколько пассов руками, приварил стальной лист к косяку из рельса. Это врагов не остановит, но изрядно задержит.

- Они нас догонят, - заметила Лиза после долгого молчания, машина к тому времени удалилась примерно на десять километров от стаба.

- Пусть, - равнодушно сказал Траппер. – Это их выбор, если хотят умереть…

- А ты крут, - заметила она, - и отморозок настоящий.

- У тебя были какие-то мысли по поводу этих людей? Ты знала, как решить конфликт, не прибегая к силе?

Она снова замолчала. Только сейчас начала осознавать, что в этом мире нет никакой власти, никаких законов, и жаловаться некому.

- Как я здесь буду жить? – сказала она, повесив голову.

- Я ведь как-то живу, - ответил Траппер и сильнее придавил газ. Погони пока не видно, но лучше с ними встретиться подальше.

- Тебе легко, ты, во-первых, мужик, сильный и смелый, а во-вторых, ты колдун и людей сжигаешь.

- Я не всегда был таким, магия – это дар Улья, но, чтобы его развить, нужно много охотиться. И сила тут не в помощь, любой лотерейщик сильнее человека, а про когти и зубы я вообще молчу. Оружие тоже не всегда есть, а если и есть, трудно достать патроны.

- И что ты делал?

- Я же говорю, я – траппер, моё оружие – ловушки и капканы, теперь к ним добавилась взрывчатка и мой дар.

Она на пару минут задумалась, потом сказала:

- Мне нужно оружие.

- Можно купить, впереди есть одно нормальное место, там посмотрим.

- И… ты мне купишь ствол? Просто так.

- Да.

- И я тебе ничего не буду должна?

- Нет.

Она снова задумалась, но раздумья были прерваны:

- Догоняют, - сказал Траппер, поглядев в зеркало заднего вида.

За ними, поднимая тучи пыли, неслись два джипа. Точнее, первая машина была джипом, а вторая напоминала самодельный пикап, на котором был установлен пулемёт.

- Это уже серьёзно, - заметил Траппер, поддавая газу, - если попадут, на нашем месте каньон получится.

Но преследователи пока не стреляли, асфальт был неровным, машины немилосердно кидало, а патроны у них, надо полагать, были в дефиците. Траппер, не отрываясь от дороги, протянул руку, покопался в вещах и вынул странного вида пластиковый контейнер.

- Смотри, сейчас проберись до задней двери, открой, вдави эту кнопку, чтобы лампочка загорелась, а потом брось на дорогу.

Лиза кивнула и, взяв предмет, начала пролезать через захламленный салон микроавтобуса. Задача оказалась ей вполне по силам, дверь распахнулась, пластиковый контейнер вылетел и покатился по дороге.

- А что это было? – спросила она, возвращаясь на пассажирское сидение.

- Сейчас узнаешь, - ответил он, старательно зарабатывая косоглазие, потому что пытался смотреть на дорогу и в зеркало одновременно.

Были опасения, что враги увидят странный предмет и объедут его, но клубы пыли не оставили им шанса. Мощный взрыв буквально разнёс первую машину на куски, вторая же от взрывной волны слетела с дороги и, несколько раз перевернувшись, пристроилась в кювете.

Магнитная мина, которую получилось купить у проезжавших караванщиков. Её усовершенствовали, умельцы-радиолюбители поработали с механизмом взвода, а сам он добавил мощности. Взвелась она через три секунды, а потом, оказавшись вблизи от крупного металлического предмета, каковым выступила машина, сработал детонатор и несколько килограммов взрывчатки сделали своё чёрное дело.

Машина замедлила ход, Траппер вывернул руль и поехал в обратном направлении, чтобы осмотреть результаты работы. По первой машине вопросов не возникало, вторая была относительно целой, только пулемётчик оказался разорван пополам. Внутри салона даже кто-то шевелился. Ну, да, это Улей, здесь некоторые персонажи обладают поразительной живучестью. Немного подумав, Траппер достал из машины ещё один предмет. Пивная банка, перемотанная скотчем, из которой торчал стандартный запал гранаты. Выдернув чеку, он бросил гранату вниз, а сам отскочил назад и потянул за собой Лизу. Запал сработал стандартно, через четыре секунды, обломки машины и камни взлетели над полотном дороги, местами серьёзно поцарапав их машину. У Траппера мелькнула запоздалая мысль, что следовало сначала собрать трофеи, но в итоге он решил, что поступил правильно, рисковать не было смысла, люди, что оставались в машине, могли неприятно удивить.

Глава двадцать четвёртая

- Давай остановимся и перекусим, - предложил Траппер.

- Слушай, а как ты спишь? – спросила Лиза.

- Вон там, сзади, если ящики отодвинуть, есть место, можно лечь. Проблема только в том, чтобы место стоянки найти.

- А стабы ещё будут? – спросила она, - мне бы помыться и переодеться.

Траппер и сам бы не отказался принять душ и поспать в кровати, а до стаба было ещё далеко. Притормозив, он сверился с картой.

- Впереди река есть, небольшая, но сгодится для мытья, мыло и шампунь найдётся, а с одеждой плохо, в стабе купим.

Костюм её, что когда-то был очень красивым, теперь изрядно обтрепался, покрылся пылью и напоминал мешок. Хорошо хоть туфли были обычными, без огромных каблуков. В стабе должен быть магазин, а в нём практичная одежда, в том числе и женская.

Река показалась через полчаса, Траппер остановил машину на высоком берегу, открыл дверь и начал копаться в поисках туалетных принадлежностей. Ухватив мыло, шампунь и полотенце, Лиза стала спускаться к воде, сам Траппер остался наверху, чтобы осматривать окрестности.

- А ты мыться не будешь? – спросила она, стоя у воды и неторопливо раздеваясь.

- Надо смотреть по сторонам, - он пожал плечами, - давай сначала ты, потом я.

Лиза оказалась без комплексов, но, справедливости ради, стесняться ей было нечего. Быстро скинув верхнюю одежду, она стянула бельё и предстала в первозданном виде. Фигура была подтянутой и тренированной, явно позади сотни часов в спортзале. Она, не торопясь, намыливалась, Траппер посматривал на неё через зеркало, делая вид, что охраняет. Даже ружьё на колени положил. Она тоже бросала на него странные взгляды, но ничего не говорила.

Помывка затянулась, требовалось ещё постирать вещи. Когда настала очередь Траппера, Лиза, завернувшись в полотенце, заняла его место за рулём.

- Что это за оружие? – спросила она, указывая на штуцер.

- А на что похоже? – с улыбкой спросил он.

- Дробовик, у меня дедушка с таким на уток охотился.

- Что-то, вроде того, только стволы нарезные, стреляет пулями большого калибра. Вот такими, - он продемонстрировал патрон. – Это чтобы охотиться на слонов и носорогов. Насколько я знаю, стоит… стоил очень дорого, игрушка для богатых. Можешь попробовать выстрелить, но потом, когда будем уезжать.

- Не, меня отдачей снесёт, - сказала она, повертев в руках патрон. – лучше пистолет оставь.

- Это револьвер, - поправил он. – И у него тоже мощная отдача. Держи.

Он отдал ей револьвер, а сам отправился к реке. Сам он помылся быстро, но солнце уже клонилось к закату, поэтому пришлось остановиться на ночлег.

- Спать будем по очереди, - объявил он. – Ты посидишь до двух часов ночи, а я – до утра.

- А если кто-то придёт? – спросила Лиза, надевая слегка подсохшую блузку, надевала она её медленно, дав Трапперу время рассмотреть красивую грудь.

- Просто разбуди меня, - сказал он и завалился на расстеленное одеяло.

- Слушай, Траппер, - она пододвинула стул поближе, - мне кажется, или ты какой-то странный?

- Не кажется, - признал он, - я странный. А тебе какая странность интересна?

- Почему, например, ты меня в постель не тащишь?

- Так у нас постели нет, - резонно заметил он.

- Ну, ты же понял, в каком я смысле. Ты – мужчина, сильный, уверенный в себе, а я всем тебе обязана, а ты… Нет, я не в претензии, просто это нестандартное поведение для мужчины.

- Может быть? Просто я… - он замолчал, внезапно из глубин души стал прорываться наружу он прежний, тот, кого звали Егором, и которого он сейчас старательно запрятал куда-то внутрь.

- Мне незачем принуждать тебя к сексу, - наконец, вымученно проговорил он, - я богат, в любом стабе есть проститутки.

- Почему принуждать? – с непониманием спросила она, - соблазнить, проявить напор, облапать и завалить… Ну, отношения так начинаются, чаще всего.

- Отношения… - он задумался. – Знаешь, у меня никогда не было отношений, меня, если честно, вообще нормальные отношения с окружающими людьми были проблемой. Социопат… или социофоб, не знаю, как правильно.

- Я в этих терминах разбираюсь, так вот, ничего подобного за тобой не заметила.

- Это сейчас, а когда я сюда попал… у меня не было женщин раньше. Да и друзей тоже. Мне даже поговорить с человеком трудно было.

- А потом?

- А потом появилась одна тётенька, у неё дар был, нимфа. Это вроде гипнотизёра, но действует только на мужчин. Она мне мозги вправила, просто приказала стать нормальным, собрать группу охотников для совместной работы и снять проститутку.

- И после этого ты…

- И после этого я стал… чуть лучше. Иногда снова впадаю в прежнее состояние, тогда вспоминаю её лицо, и всё проходит.

- А у вас с ней что-то было? – заинтересованно спросила Лиза, сделав упор на словах «с ней».

- Только разговор за столиком в столовой.

- Ага, значит, в голове твоей имеем наличие некоторого количества тараканов. Но, вроде, не смертельно. Ладно, спи, я тоже торопить события не стану, но, как по мне, ты очень правильный. С тобой спокойно.

- А у тебя как с этим? – спросил вдруг Траппер.

- У меня… как обычно. Работа съедала всё время, а тихонько мечтала о семье и детях. А мужчины… были, конечно, в количестве больше одного, но ни с одним не получилось. Всегда что-то мешало. А здесь семьи бывают?

- Да, загсов не видел, но понятия муж и жена существуют. Правда, с детьми проблема, я тебе уже объяснял.

- Да, я помню. Жаль, конечно, но, может быть, когда-нибудь…

В ту ночь у них ничего не было. И в следующую тоже. Они останавливались на ночлег, потом двигались дальше. Лиза освоила управление, права у неё были, оставалось только к незнакомой машине привыкнуть. К вечеру следующего дня показался стаб, который Фараон назвал нормальным. Нормальный он в том смысле, что там не цветёт бандитский беспредел, не убивают гостей, не обманывают в магазинах, не воруют вещи. То есть, место, где можно отдохнуть.

Стаб этот был на границе обитаемых земель, через него, перпендикулярно линии их движения, проходила караванная тропа, дальше имелись несколько временных поселений и бескрайняя пустошь. Внешне стаб, который не имел своего названия, выглядел куда внушительнее того же «Огонька», солидные стены из бетонных блоков, стволы крупнокалиберных пулемётов, торчавшие из бойниц, мощные ворота из листовой стали. Видно было, что жители не бедствуют.

Остановившись у ворот, он просигналил. Некоторое время ничего не происходило, потом ворота с громким скрипом начали расползаться в стороны. Когда промежуток стал достаточно широким, он легонько утопил педаль газа и въехал в просторный шлюз. Вторые ворота открывать никто не спешил, а первые закрылись за спиной. Траппера это слегка насторожило, даже ладони начали нагреваться.

Из жестяной будки, что стояла в углу шлюзовой площадки, вышел худощавый мужчина в камуфляже, неторопливой походкой подошёл к машине и, склонившись к открытому окну, начал задавать вопросы:

- Имя, цель прибытия?

- Траппер, - раздалось из машины, - со мной… новичок, не крестил ещё, цель прибытия – отдых, переночуем и в путь. Возможно, закупимся чем-то.

- С каждого по спорану и добро пожаловать, - сказал привратник и, получив требуемое, махнул кому-то рукой. Вторые ворота так же неторопливо, как и первые, начали открываться.

- В центре большое здание, - сказал он вслед, там гостиница, магазин, баня и вообще всё.

- Спасибо, - ответил Траппер, хотя вряд ли тот его услышал.

В гостинице их приняли радушно, плата была приемлемой, сразу выделили номер с одной большой кроватью. Никто из них не возражал. Сбросив вещи и посетив баню, они отправились за покупками. Начали с одежды.

- Что брать будете? – вежливо поинтересовался продавец, маленького роста, круглолицый, с вечно застывшей улыбкой. – Есть военная форма, много видов, в том числе парадная, есть гражданское, но тут, извините, размеры не все. Сами понимаете, добытчики гребут всё, что можно, тут уже сортируем.

- А бельё у вас есть? – немедленно вступила в разговор Лиза. – Женское.

- Да, - продавец немедленно метнулся к большому шкафу, - всё есть, в основном, конечно, спортивное, но есть и…

- Я сама выберу, - перебила Лиза и закопалась в кучу тряпья.

Выбирала она, надо сказать, с умом, никаких непрактичных вещей, всё простое и удобное, а главное – в весьма ограниченных количествах.

- Беру вот это, - заявила она, сложив стопку вещей на прилавок. – Теперь верхняя одежда.

И тут она тоже проявила сдержанность, футболки с джинсами, кроссовки, а под конец накопала себе приличный камуфляжный костюм странной расцветки. От себя Траппер добавил ещё крепкие берцы и приличного вида зелёную кепку.

- Нормально? – спросила она, выходя из примерочной, военную форму она надела последней, видимо, намереваясь в ней и остаться.

- Очень даже, - сказал Траппер и полез за деньгами, в самом деле, форма ей очень шла, красиво облегала фигуру, волосы она собрала в хвост и продела в кепку сзади. – Идём дальше?

- А дальше куда? – поинтересовалась она.

- Тут, в соседнюю дверь, оружейный. Ствол тебе покупать.

- Предупреждаю, - заметил продавец, убирая спораны в ящик под прилавком, - там строго антиквариат.

- Насколько антиквариат? – с подозрением спросил Траппер.

- Нет, состояние стволов хорошее, просто берут их… Знаете, не во всех мирах время совпадает с нашим, где-то оно отстаёт.

- Кремнёвые мушкеты? – с опаской уточнил Траппер.

- Нет, что вы, - с той же улыбкой замахал руками продавец, - Вторая Мировая, не знаю, была у вас такая война, но вот оттуда, какой-то склад, стволы разных армий, с консервации, сами посмотрите.

Траппер пожал плечами, вообще, он собирался купить своей спутнице автомат Калашникова и пистолет Макарова, самые популярные патроны, а само оружие простое, как топор. А оружие времён войны… оно лучше, в смысле убойности, но в остальном… Впрочем, добротная болтовая винтовка тоже сгодится.

В оружейном их встретил строгий дядька, на вид лет пятидесяти, но в Улье это ничего не значит. Одет он был в рабочий комбинезон и сейчас протирал руки от смазки куском ветоши.

- Чего изволите? - голос был довольно громкий, но глухой, словно говорил из бочки. – Выбор большой.

- Изволим чего-нибудь стреляющее купить, - заявил Траппер, оглядывая витрину, посмотреть тут было на что, прямо музей.

- Для себя или для дамы? – уточнил продавец.

- Для дамы, - сказал Траппер, - лучше автоматическое.

- Увы, - он развёл руками, - у нас либо пулемёты, которые для женских рук тяжелы, либо пистолеты-пулемёты, каковые… имеют довольно узкую сферу применения, ввиду небольшой дальнобойности и повышенного расхода боекомплекта.

- А из винтовок что предложите?

- Мосинки есть, - продавец указал на край витрины, где стояли три классических трёхлинейки и два коротких карабина на их базе. Хороши тем, что патрон популярный, но конкретно эти – уценка, ствол так себе. Хорошие быстро разбирают, популярное оружие. Есть экзотика, - он указал жестом на другой край витрины. - Манлихер-Каркано, запас патронов имеется, но в других местах их не добыть. Вообще, оружие интересное, говорят, в каком-то мире из неё даже президента убили, но я про такое не знаю.

- А вот это? – спросил Траппер, указывая на образец.

- Самозарядная винтовка «М-1 Гаранд», производства США, очень хороший образец, но есть минусы: заряжание пачечное, пачка на восемь патронов, при отстреле вылетает и часто теряется, и дозарядить нельзя. Патронов могу в нагрузку дать полторы сотни, а обойм всего четыре. Были советские СВТ-40, но закончились, если недельку подождёте, могу для вас придержать.

- Нет, неделя – это долго, - отмахнулся Траппер, - а вот эти две?

- Английская «Ли-Энфилд» и немецкий «Маузер». Советую второе, патронов в достатке, а сам ствол в отличном состоянии.

Траппер сомневался, что столь древний ствол может быть в отличном состоянии, а потому уточнил:

- А в каком году выпущены?

- Тридцать восьмой и тридцать шестой, - спокойно ответил продавец, - но вы не переживайте, стаб, где мы берём товар, попадает сюда из пятьдесят первого года, какой-то мобилизационный склад из Европы. Странно, конечно, что такое разнообразие из разных стран, но так получилось.

- К «Маузеру» патронов сколько дадите? – спросил Траппер, взяв винтовку и взвешивая её в руке.

- Четыре сотни, в пачках, цинк недавно вскрыли.

- Идёт, заверните. А оптика?

Продавец только грустно посмотрел на него.

- Нет, и не предвидится.

- Ясно, что по коротким стволам?

- Если автоматические, то вот, советский ППШ, отличная штука, неплохое пробивное действие, из минусов – громоздкий, магазин неудобный, да и патроны потребляет, как не в себя. Томпсон чуть лучше в плане останавливающего действия, но, опять же, патрон непопулярный в наших широтах.

- Пистолеты?

- Полный набор, я бы порекомендовал «Браунинг Хай-Пауэр», но, увы, последний забрали на той неделе. – «Люгер», «Вальтер», «ТТ», «Наган».

- А вот это что? – спросил Траппер, взяв с прилавка увесистый револьвер какого-то конского калибра.

- «Уэбли-Скотт» шестая модель, так, вроде бы, называется. Английский, шесть патронов, калибр… - он сверился с записью, - четыреста пятьдесят пять, пули мягкие, без оболочки, в наличии всего один, патронов в достатке. Плюс только один: хорошее останавливающее действие.

Траппер развернул револьвер рукоятью вперёд и протянул Лизе, которая всё это время молчала, задавленная кучей незнакомых терминов. Та взяла оружие в руку, взвесила, поморщилась.

- Не, не пойдёт, слишком тяжёлый, не для женской руки, да и отдача, наверное, тоже сильная.

- Всё равно заверните, - сказал Траппер, - для меня, а для неё…

Совещались они ещё минут десять, после чего купили «Кольт М1911», калибр тоже приличный, но Лиза сказала, что в руке он лежит лучше, она вообще хотела карманный «Вальтер ППК», но Траппер отказал, сказав, что таким калибром не всегда бегуна остановить получается.

После обильного ужина в местной столовой, оба сидели в номере, Траппер показывал, как разбирать и собирать новое оружие.

- Вот это называется затвор, - объяснял он, - в нём такая штука – ударник, который накалывает капсюль, отчего производится выстрел.

- Боюсь, без тренировки не пойму, как этим пользоваться, - жалобно сказала она.

- Пока изучи матчасть, - посоветовал он, - а потренироваться время ещё будет.

- Буду стрелять в мишень?

- Сомневаюсь, что найдём здесь стрельбище, будешь стрелять в зомбаков.

- А если промахнусь?

- Выстрелишь ещё раз, патронов много.

- Спасибо, успокоил.

Он рассказывал ей все термины, которые и сам выучил недавно, показывал, как следует чистить оружие, набивать магазин патронами, держать в руках, носить за поясом. Лекция затянулась до поздней ночи, но теперь он был уверен, что Лиза знает, пусть и в теории, не меньше, чем он сам.

- Спать будем? – спросила она, широко зевнув.

- Думаю, да, - согласился он и стал стягивать одежду.

- А… больше ничего?

Траппер задумался, потом сказал, сделав над собой некоторое усилие:

- Чего, если ты хочешь, можем и…

- Хорошо, - ответила она, слегка удивлённым тоном, после чего тоже стала раздеваться, - если ты отношений боишься, то это не они, это просто природа, понимаешь…

- Я другого и не жду, - он пожал плечами и первый залез под одеяло.

Глава 4

Глава двадцать пятая

- Вот смотри, - сказал Траппер тоном строгого учителя, указывая вдаль, - имеем группу из… примерно двадцати голов. Среди них два бегуна, крепких бегуна, остальные проходят, как пустыши. Их убивать смысла нет, только если мешают, ну, или надо тренироваться. Твоя задача – убить всех. Вот винтовка, вот патроны. Приступай.

Они стояли на небольшом асфальтовом пятачке между двух изрядно разрушенных зданий. Указанная стая находилась от них на расстоянии чуть больше ста метров. Твари сейчас находились в полусне, когда они, в целях экономии энергии стоят на месте, слегка покачиваясь вперёд и назад. Потому и не заметили потенциальную добычу. Впрочем, это быстро изменится, сразу после первого выстрела бегуны рванут к добыче. Они уже могут бегать, а мозгов понять опасность пока нет. На капоте машины лежал пистолет, к нему два запасных магазина, винтовка и кепка с патронами. Двадцать патронов были заряжены в обоймы, остальные – россыпью.

Лиза сделала глубокий вдох, поморгала глазами, потом решительно взяла в руки винтовку.

- С кого начинать? – спросила она негромко.

- С того, кто опаснее, - ответил Траппер, - советую вон того, в синей куртке.

Лиза вскинула винтовку, прицелилась, на некоторое время замерла, потом опустила ствол.

- Не могу, это же люди.

Траппер протянул ей бинокль.

- Присмотрись внимательно к их лицам, особенно тех, кого я указал. Они не просто крепче и быстрее других, они уже кого-то съели, причём, скорее всего, живого. Очень может быть, что ребёнка, потому как дети не превращаются, а взрослые…

- Прекрати, - она убрала бинокль, видимо, рожа бегуна, запачканная кровью, была убедительной.

Она снова подняла винтовку. Траппер отметил, что руки у неё достаточно сильные, чтобы держать оружие, но ствол слегка подрагивает, видимо, сказывается волнение.

Целилась она долго, секунд двадцать. Потом нажала на спуск. Ствол дёрнулся, выплюнув огонь, а бегун, выбранный целью, кувыркнулся вперёд. Зато остальные резво обернулись на звук. Пустышам для пробуждения требовалось секунды две-три, а второй бегун сорвался с места почти сразу. Бежал, правда, недостаточно быстро, под ногами валялось много обломков, мешавших быстрому бегу.

- Он головой мотает, - буквально простонала Лиза.

- Стреляй в туловище, - спокойно ответил Траппер, поглаживая рукояти двух револьверов.

Упрашивать не пришлось, пуля ударила монстра в грудь, потом – в живот, ещё одна прошла мимо, а последняя в магазине пробила шею, видимо, повредив позвоночник, отчего зомбак опрокинулся назад и замер. Правда, оставались ещё пустыши, да и первый подстреленный внезапно начал вставать. Траппер визуально наблюдал попадание в голову, но, видимо, пуля прошла вскользь и не нанесла критических повреждений. Впрочем, без последствий тоже не обошлось, прежде бодрый бегун теперь едва ковылял, ноги заплетались, а руки беспорядочно хватались за воздух.

Лиза, надо отдать ей должное, хоть и явно боялась, но продолжала стрелять. Опустошив магазин, открыла затвор, ухватила из кепки обойму и довольно проворно (сказались тренировки) вдавила патроны. Пустыши ковыляли медленно, а стрельба по мере их приближения становилась всё более точной. Правда, и патроны уходили быстро, запас уже не казался таким большим. Скоро закончились обоймы, пришлось заряжать по одному, но Лиза справилась. Врагов оставалось всего трое, да ещё позади плёлся пришибленный бегун.

Скоро он остался один, а Траппер велел опустить винтовку.

- Пистолет, - скомандовал он.

Бросив винтовку на землю, она подхватила с капота пистолет и навела его в голову бегуна, уже разбитую первым выстрелом. Выстрел был чуть тише, чем у винтовки, зато эффект превзошёл ожидания. Сорок пятый калибр сработал, как надо, во лбу зомбака образовалась дыра, а затылок снесло начисто, так, что сохранность спорового мешка теперь была под большим вопросом.

- Итого, - спокойно сказал Траппер, пересыпая в руках оставшиеся боеприпасы, - девятнадцать целей, двадцать семь патронов. С учётом того, что по живой силе ты стреляла впервые, вполне себе результат. При плохом раскладе сможешь себя защитить.

- Кто тут стреляет? – раздался откуда-то сзади грубый голос.

Они обернулись, позади них стояла группа рейдеров в количестве пять человек. У всех за плечами висели винтовки Мосина, явно купленные там же, а за поясом торчали кирки. Выглядели они небогато, и явно устали от долгих скитаний.

- Вы имеете что-то против? – спросил Траппер. – Это ваши угодья? Так извините, тут не написано. Да и, справедливости ради, там всего-то пара споранов, это не повод устраивать ссору.

- Да мы не в претензии, - сказал пухлый круглолицый мужик, видимо, бывший лидером группы. – Себе мы добычу найдём, просто шуметь тут не стоило.

- Почему? - заинтересованно спросил Траппер, жестом велев Лизе убирать оружие и патроны.

- Там, - рейдер показал рукой в ту сторону, куда они стреляли, - километров семь-восемь, тварь живёт. Мы сами не видели, но явно что-то серьёзное. Вроде, даже элита. А вы шумите. Мы в этих местах только холодным работаем, если услышит, смыться не успеем.

- Это интересно, - сказал Траппер, - а подробнее?

- Ты настолько крут, что элиту можешь уделать? – недоверчиво спросил рейдер, в глазах остальных тоже было сомнение.

- Нет, я ещё круче, - совершенно серьёзно сказал Траппер, - рассказывайте, вам же лучше, сможете работать без опаски, а элита вам всё одно не по зубам. Рискую только я.

- Ну, смотри, - начал рассказывать рейдер, - вот тут – гряда холмов, дальше дома, ну, бараки двухэтажные в ряд стоят, вдоль них дорога асфальтовая. В самом конце упирается в городской квартал. Потом промежуток, а дальше ещё один квартал, вот там где-то тварь и обитает. Мелюзга до первого квартала доходит, а дальше – ни ногой, словно граница там проведена. Кварталы эти грузятся часто, недели две-три, а чтобы оттуда пустыши приходили – не припомню. Явно тварь всех жрёт.

Траппер прикинул. Городской квартал – это довольно много людей, даже если там простые пятиэтажки. Кварталов два, грузятся часто. Надо полагать, там в самом деле элита или очень крепкий рубер, им такого пайка должно хватить. Опять же, если тварь не совсем тупая, будет растягивать запасы, сначала сожрёт тех, кто снаружи, потом пойдёт по квартирам. После недолгого раздумья он объявил:

- Итак, советую вам временно перебраться подальше отсюда, дня на два, потом придите вот сюда, - он, немного подумав, указал пальцем на ближайшее окно, - если тварь мертва, здесь будет висеть тряпка, а рядом я положу две горошины. Это вам за беспокойство. Устроит такой вариант?

- Ещё как, - хмыкнул рейдер. – Пусть Улей тебе удачу подарит.

После этого они развернулись и отправились дальше, а Траппер, вынув нож, протянул его Лизе.

- Вскрой мешки, там добыча.

Она, преодолевая отвращение, отправилась за споранами. Принесла два, как и ожидалось, первый пришлось вырезать, второй лежал среди ошмётков головы бегуна.

- Положи в карман, - велел Траппер, - твоя добыча.

- И что теперь? – спросила она.

- Ты слышала, тут тварь обитает. Большая тварь, жирная.

- И опасная, - добавила Лиза.

- Тут всё опасное, - равнодушно парировал он, - жить вообще опасно, особенно здесь. Садись, поедем, посмотрим.

***

Машина неслась по узкой асфальтовой дороге, с трудом попадая в повороты, водительский стаж Траппера просто не был рассчитан на столь экстремальный гонки, а следом за ними, постепенно сокращая расстояние, неслась тварь. Настоящая матёрая элита, огромная туша весом со слона, закрытая броневыми щитками, с торчавшими во все стороны шипами и огромной головой, половину которой занимала зубастая пасть.

К счастью, через несколько поворотов машина выехала на ровный участок, где получилось развить скорость. А монстр понемногу начал отставать, в итоге, махнув на ускользнувшую добычу когтистой лапой, медленно отправился обратно. Спустя полминуты, Траппер остановил машину, открыл дверь. Вышел и осмотрелся. Даже бинокль достал. Нет, элитник в самом деле отступал в свои владения. Не затеял обходной маневр, не сел в засаду, просто топает по дороге обратно.

Сев обратно в машину, он начал сосредоточенно думать. Раздумья прервал едва слышный голос спутницы:

- Ты собрался охотиться на ЭТО?

- Я собрался ЭТО убить, - вполне серьёзно заявил он.

Лиза какое-то время молчала, она была бледна, а глаза округлились от ужаса.

- Нет… я помню, как ты того мужика сжёг, но это ведь… ты уверен, что подействует?

- Не уверен, - честно ответил Траппер. Он и не мог быть уверенным, слишком непредсказуемыми были способности элиты, а потому угадать с воздействием было нельзя. Точнее, угадать-то можно, но слишком уж велик риск, а второй попытки никто не даст.

- У тебя есть гранатомёт? – в голосе девушки кроме страха послышался сарказм.

- Есть, - ответил он, - одноразовые, шесть штук, но… я не так охочусь.

- А как? – не поняла она.

- Я ведь объяснял, что значит слово «траппер».

- Ладно, если жива останусь, обязательно начну книги читать, про индейцев.

- В общем, так. Здесь мы задержимся дня на три-четыре, я потрачу часть своих запасов. Жалко их, запасы у нас не бесконечные, но Париж стоит мессы.

- Причём тут Париж? И какой мессы?

Он вздохнул.

- Ну, цель оправдывает средства, если тебе так понятнее. Это фраза такая историческая. Значит, что, ради приобретения большего, стоит пожертвовать меньшим.

- И кто её сказал?

- Генрих Наваррский, он был протестантом, но для того, чтобы стать королём Франции, перешёл в католичество. Тогда эту фразу и сказал.

- Увы, эти знания прошли мимо меня, - развела руками Лиза. – Давай в двух словах, что будем делать, и какова моя роль?

- Сначала мы будем наблюдать, - многозначительно сказал он и достал бинокль.

И они стали наблюдать. Потратили на это трое суток, после чего Траппер приступил к изготовлению ловушки. Разумеется, никакие капканы тут не сработают, только хороший запас взрывчатки, а ещё надо сделать так, чтобы взрыв произошёл в непосредственном контакте с поверхностью тела твари. Сначала он изготовил сам заряд по уже отработанной схеме, конструкция из тротиловых шашек в виде сети, шашки соединены детонирующим шнуром и, для прочности, тонким стальным тросом. Сеть крепилась с одной стороны к рукотворной стене, которую Траппер собрал сам, благо, строительного материала в виде обломков бетона и кирпичей тут хватало. Конструкция эта, во-первых, была очень непрочной, потому как ей надлежало рухнуть от первого удара, а во-вторых, построена с таким расчётом, что падать могла строго в одну сторону. Большего, по идее, не требовалось, он приманивает тварь, тварь кидается в его сторону, он ныряет в подобие дверного проёма, элитник просто обязан сунуться туда, конструкция упадёт на него, сеть будет накинута на голову и плечи, а дальше останется только подпалить детонаторы. Огнепроводный шнур ему уже не требуется, дар сработает прицельно и быстро.

Правда, было у плана одно слабое место. Твари бывают умными, но вот уровень этого ума у них сильно разнится. Большинство просто кинется за добычей, но найдётся кто-то, кто почует подвох и попытается обойти. В здание, с одной стороны которого располагалась засада, есть ещё два входа по бокам, для элитника они маловаты, но ему не составит труда вынести косяки.

Исходя из этого пришлось страховаться. На оба входа были установлены противотанковые мины, старые, но, как показала практика, вполне исправные. К ним он, не надеясь на свой дар (расстояние заставляло сомневаться в успехе), подвёл электродетонаторы, а подрывную машинку положил в центре.

Машина была спрятана в надёжном месте, для того, чтобы приманить тварь, он намеревался воспользоваться электромотоциклом. Скорость невелика, но, с учётом форы, успеет нырнуть в укрытие.

- А мне что делать? – спросила Лиза, когда все приготовления были завершены.

- Засядь на верхнем этаже, вот тут, в середине здания. Когда услышишь большой взрыв, выгляни в переднее окно. Если тварь ещё там, сбросишь не неё гранату.

- Гранату? – не поняла она.

- Ну, самодельную, помнишь, как я ту машину подорвал?

- Помню.

- Сейчас такую же сделаю.

Он вынул банку из-под колы, дал Лизе и велел выпить, потом достал объёмистый пакет с белой массой и ножницы.

- Отрежь верх, а я пока наковыряю, - велел он, указав границу, по которой стоило резать.

Лиза стала отрезать верх банки, когда Траппер вынул из пакета комок белой массы и принялся мять её в руках.

- И что это за дрянь?

- А на что похоже? – спросил он, сунув комок ей под нос.

- На пластилин, но воняет… фу, как китайские тапочки.

- Её ещё в качестве слабого наркотика используют, - усмехнулся он. – Запах, в самом деле, неприятный. Это Си-четыре, пластичная взрывчатка, самая мощная из того, что мне доступно. Я её напихаю в банку, потом замотаю изолентой и воткну запал от гранаты. Получится небольшая, но очень мощная бомба. Примерно, как десять обычных гранат. Или двенадцать.

- А дом не рухнет?

- Весь дом вряд ли, а вот стена может. Поэтому на момент взрыва ты должна стоять с другой стороны, в конце коридора. У тебя будет три-четыре секунды, выглянула, сбросила и бегом назад. Впрочем, возможно, это и не понадобится. Лучше всего присесть на корточки, прижаться к противоположной стене и закрыть голову руками.

Лизу план не особо впечатлил, но она признала его разумным. Траппер позаимствовал её винтовку, сел на мотоцикл, сразу проверив заряд батареи, а потом двинулся в путь, сказав последнее напутствие:

- Наблюдай за мной в бинокль, но не стой у окна, отойди вглубь здания и смотри оттуда.

Чудовище не подвело, оно оставалось на прежнем месте, даже не пытаясь прятаться. Да и чего бояться тому, кто сидит на вершине пищевой пирамиды, да не только здесь, а на многие километры вокруг. Даже тот стаб, где они закупались оружием, не факт, что сможет его остановить. Вот и сейчас элитник занимался привычным делом: жрал. Выбил окно в одном из домов, просунул лапу и, зацепив когтями пустыша, выволок его наружу. Вот и обед.

Вот только еда из обратившихся была так себе, монстру требовалось свежее мясо, которое появится только после загрузки, а пустыши, да к тому же изрядно отощавшие, позволяли только не умереть с голоду. Именно поэтому он насторожился тогда, когда Траппер подъехал метров на четыреста. А ведь транспорт почти бесшумный, тем более, при езде по асфальту.

Монстр медленно поворачивал огромную голову, но человек решил его поторопить. Дистанция довольно велика даже для винтовки, но и цель немаленькая, а стрелять можно в любое место, пуля, даже прилетевшая рядом, основательно выбесит тварь и заставит кинуться в атаку без оглядки. Это и требовалось. Траппер вскинул винтовку, прицелился и выстрелил. Пуля попала куда-то в район условного копчика твари. Сразу за этим раздался рёв, страшный и неестественный, поскольку элитник, как и все заражённые издавал звуки на вдохе. Гигант рванул с места с такой скоростью, словно в лапах сработала пружина. Траппер же спокойно развернул мотоцикл и припустил обратно.

В прошлый раз им удалось оторваться, когда спидометр машины перевалил за отметку в сто километров в час. Хорошая всё же машина, даже будучи тяжело нагруженной, выдаёт такой результат. Мотоцикл не давал и половины этого, но имелась небольшая фора.

Траппер успел, транспорт он бросил чуть в стороне, с таким расчётом, чтобы элитник не растоптал его, а сам метнулся в проём стены. Оставалось даже время высунуться и скорчить рожу подбегающему чудовищу. Потом он резко метнулся назад, вряд ли тварь успеет дотянуться, куда больше опасность погибнуть от взрыва. Мощный удар опрокинул стену, сеть с зарядами упала на добычу, а Траппер совершил головокружительный прыжок назад, одновременно поджигая детонаторы.

Расстояние и препятствия ослабили взрывную волну, но даже звук оглушил его, впечатал в стену и едва не лишил сознания. То место, где секунду назад стоял элитник, скрылось в облаке пыли, отчего невозможно было разглядеть результат. Где-то наверху что-то кричала Лиза, но голос был не громче комариного писка, а слов он не разобрал. Зато через пару секунд его взору предстала тёмная тень, что вставала посреди облака дыма и пыли. Монстр на деле оказался крепким, куда крепче, чем он рассчитывал. И теперь…

Мысли с трудом ворочались в голове, от неминуемой смерти его спасало то, что противник тоже ничего не видел, да и движения его стали медленными. Тут он, скорее, почувствовал, чем увидел, как сверху прилетело что-то, что упало под ногами твари. Точно, граната, Лиза, хотя ей, несомненно, тоже досталось, выполнила свою часть задачи.

Прятаться не было сил, он просто упал на пол, больно ударившись об острые обломки. Второй взрыв подбросил его вверх, но осколки не долетели, а слух и без того был отбит начисто. Монстр не двигался, вот только вряд ли он мёртв.

Пыль слегка рассеялась, отчего мутному взору охотника представился результат. Теперь элитник был не так страшен, шипы оторваны, голова искорёжена, в пасти недостаёт половины зубов, да и нижняя челюсть разломана надвое, а ещё он, кажется, слеп. Это последствия первого взрыва, второй же оторвал одну ногу и серьёзно изувечил вторую, сделав тварь почти неподвижной мишенью.

Спотыкаясь, Траппер доковылял до тайника, откуда вытащил штуцер. Два патрона, если выпалить в голову… он даже на спуск не нажимал, просто поджёг пороховой заряд. Стволы беззвучно выпустили два облачка дыма, голова монстра мотнулась назад. Первая пуля отскочила от броневой пластины, а вот вторая попала в голое место, пробив внушительную дыру. Но и это ещё был не конец. Помимо броневых пластин и нематериального щита, имелась ещё и толстая кость, которая служила ещё одной линией защиты.

Траппер переломил стволы, но зарядить оружие не смог, руки не слушались, а сознание готово было выключиться. Отбросив ставший бесполезным штуцер, он просто присел на корточки метрах в пяти от поверженного врага, после чего, сосредоточившись на разорванной в нескольких местах шее, применил дар. Воздействие возымело эффект, плоть монстра начала обугливаться, а рывки становились всё более вялыми, но до конца он дело не довёл, организм, державшийся за счёт адреналина, просто выключил сознание.

Когда глаза открылись, была уже глубокая ночь. Он лежал в каком-то помещении на мягком одеяле, рядом тускло светила свеча, а чьи-то заботливые руки вливали ему в рот живец с ложки.

- Лиза? – спросил он, пытаясь сфокусировать взгляд.

- Она самая, - слышал он почти нормально, хотя голова болела немилосердно. – Вот, что я тебе скажу, дорогой Траппер: план твой – полное дерьмо.

- Но ведь сработало, - попытался он возразить.

- Ага, только всё на волоске висело, чудовище это умерло за секунду до того, как ты отключился.

- У меня всегда так, - признался он, - с риском, но каждый раз получается. Сама-то как?

- Оглушило, - призналась она, Траппер разглядел плохо оттёртые следы крови на её лице, явно текла из ушей. – Первый взрыв особенно, второй почти не услышала.

- Ну и ладно, добычу собрала?

- Нет, он ведь на спине лежит, попробуй доберись.

- Ладно, берём добычу и отлёживаемся, время у нас есть, сюда твари не сунутся, элита, даже мёртвая, всех пугает.

Он дотянулся до фляги и сделал большой глоток. Рука всё ещё дрожала, хорошо, что здесь Улей, в обычном мире после такого можно было запросто помереть, а здесь всего лишь пара дней больничного.

Глава двадцать шестая

Это был последний участок пути. На месте охоты они задержались на три дня, обоим требовалось восстановление. Немало пришлось повозиться и с выемкой добычи, элитник был очень уж тяжёл, о том, чтобы его перевернуть, не могло быть и речи. Но всегда есть обходной путь: у тварей даже такого уровня после смерти перестают работать все защитные поля, даже костяная броня становится хрупкой. Пришлось подключить дар и аккуратно пережечь шею. Ситуация усугублялась тем, что шеи там почти не было. Кое-как справился.

Теперь в кармане лежали три жемчужины, две красных и чёрная. Это, конечно, радовало, но, по мере приближения конечной цели, он всё больше нервничал.

Слишком сложная задача стояла перед ним. За плечами имелся опыт с котиком, но тут всё было иначе. Скреббер, тот, кого в Улье и называть боялись, был тварью совсем иного уровня. Если обычные заражённые развивались по плюс-минус одному сценарию, с несколькими вариациями, то об этом чудовище сказать было нечего. Информации было примерно ноль. Нет, кое-что смог рассказать Фараон. Есть такие твари, они куда страшнее, чем самый развитый элитник, при этом не происходят от этой самой элиты, а происходят… а вот тут могли быть только предположения. Опять же, скреббер скребберу рознь, это не какое-то конкретное существо, это просто класс чудовищ, а выглядеть и действовать они могут, как угодно. Фараон даже фотографию показывал, когда-то убили такую тварь, но изображение не сказало ровным счётом ничего. Какое-то подобие гигантского насекомого, сегментированное тело и множество конечностей, самых разных, некоторые заканчивались когтями, некоторые – подобием серпов, другие напоминали копыта. Даже голову разглядеть не получилось, и вообще, была ли она в наличии.

О поведении также было известно мало. Как правило, тварь одиночная, но бывают и исключения. Атакует всё, что увидит, но, опять же, не всегда, вполне может проигнорировать человека, особенно, если тот один и не представляет опасности. Убивается тяжёлым оружием, желательно использовать танковую пушку. Правда, сам он этот танк вполне может разобрать на части вместе с экипажем. Гранатомёты и взрывчатка тоже подойдут. Сходились мнения в одном: тварь сверхъестественная, а потому может обладать самыми неожиданными талантами, и чужой опыт тут не в помощь, слишком разными они бывают.

А что может он? Ну, дара хватит, чтобы вывести из строя слабого элитника, опять же, раз на раз не придётся, твари тоже обладают дарами, и какой-то из них вполне может защитить от перепада температур. И дистанция ни о чём, для развитой твари это один прыжок.

Его стиль охоты с ловушками и минами вполне может подойти, абсолютной защиты не существует, пробить можно всё на свете, средств у него предостаточно. Проблема в том, как эти средства доставить. С котиком всё было просто, тварь обязана питаться, еда появляется в другом месте, стало быть, покидает постоянное место лёжки и уходит на охоту. За это время можно подготовить сюрпризы в логове. А скреббер? Тут даже непонятно, питается ли он вообще.

Теоретически, можно было заминировать участок снаружи, а потом выманить тварь туда. А получится? Далеко не факт, тварь умна и, возможно, с даром предвидения. Само собой, пока данных недостаточно для разработки самого общего плана, нужно оказаться на месте и наблюдать. Наблюдать он будет долго, много дней или даже недель. А потом… будет видно.

- Где мы едем? – спросила Лиза, чтобы прервать молчание.

Траппер огляделся по сторонам.

- Ну, собственно, конец пути, впереди точка.

- Что за точка?

- Там живёт самая страшная тварь этого мира, - спокойно объяснил он, - я должен её убить, забрать добычу, а потом мы вернёмся обратно. Ты попадёшь в большой город, где мы и расстанемся. Пойдёшь искать богатого жениха.

- То есть, тварь будет ещё страшнее, чем прошлая? – уточнила она.

- Скажем так, та тварь, которую мы убили, при виде этой твари в ужасе убежит.

- А теперь главный вопрос, - сказала Лиза после недолгого раздумья, - а нафига оно тебе?

- Там богатая добыча, - он пожал плечами с таким видом, что становилось ясно, это отнюдь не главная причина.

- Траппер, я на тебя уже насмотрелась, - она скорчила ехидную мордочку, - и могу смело сказать, что ты ради больших денег стараться не станешь, тебе на деньги плевать. Ты и предыдущую тварь мог не убивать, но почему-то убил.

- Зачем ты это выясняешь? – слегка раздражённо спросил он.

- Я, в отличие от тебя, привыкла о будущем думать. И тот факт, что ты погибнешь, меня отнюдь не радует.

- Ты уедешь обратно без меня, - ответил он, - что мешает?

- Ты издеваешься? – фыркнула она. – Я дороги не знаю, а по пути уйма опасностей.

- Я оставлю тебе средства, у тебя есть оружие, а дальше – как Улей решит.

- Есть встречное предложение: сейчас развернуться и уехать, - внезапно предложила она. – Я уже кое-что усвоила, та хрень, что ты из монстра вытащил, стоит очень дорого, на эти средства мы сможем год прожить, в любом месте. Давай уедем, и всё.

- Мы? – вдруг спросил он.

- Ну, да, мы, - она слегка растерялась. – Нет, я не настаиваю, но мы же уже… короче, для тебя это дико, но после такого я автоматически попадаю в категорию «твоя женщина».

- Зачем ты всё усложняешь? – он сбавил скорость и внимательно на неё посмотрел, - мне нужно это сделать, вот и всё. Шансы свои я оцениваю, как высокие, но это на месте виднее будет. А причина… я пообещал хорошему человеку. Для меня это важно.

- А что такого в той твари?

- Белая жемчужина. И не одна.

- Это… - она стала вспоминать сумбурную лекцию, которую Траппер прочёл ей в первый день знакомства. – Это самое ценное, что здесь можно найти.

- Да, - он затормозил, оглядываясь по сторонам.

- А ты уверен, что хороший человек тебя не грохнет, когда ты ему это принесёшь?

- Зачем ему это?

- Чтобы не платить, - резонно заметила она.

- Он платить и не собирался, никакую награду мы не обговаривали.

Лиза замолчала, не зная, что ответить, а Траппер открыл дверь, вышел из машины и стал осматриваться. Вообще, кое-какой резон в словах спутницы имелся. Фараону нужна одна жемчужина, а их точно будет больше одной. Остальные не пригодятся прямо сейчас, но не перестанут быть высшей ценностью. При этом он отчего-то был уверен, что Фараон его не кинет. Впрочем, с тем же успехом он мог подозревать, что такие мысли внушил ему сам Фараон.

Отмахнувшись от этих мыслей, он стал осматриваться. До цели всего километров тридцать, места совершенно гиблые, кластеры как под копирку, степь, камень, асфальт. Кое-где видны опоры ЛЭП, дважды проезжали деревни, но они были настолько разрушенные, что никакой жизни там явно не было ещё до переноса в Улей. И где-то здесь живёт ОН.

А другие твари сюда не заходят. Боятся. Боятся не просто более сильного хищника, страх перед скреббером иррационален, это своего рода программа, заложенная Ульем. Впрочем, им тут и взяться неоткуда, с этой стороны пустыня, а потом горы, а за горами… А что за горами, ему неведомо, если там и есть чудовища, сюда они не пройдут, потому как единственный проход охраняет скреббер.

В любом случае, тварей со стороны можно было убрать из уравнения. По сути, здесь только двое, охотник и дичь, осталось только понять, кто есть кто.

Местность впереди слегка поднималась, вместо ровной, как стол, степи, стояли холмы, поросшие редким кустарником и чахлыми деревцами. Это уже неплохо, можно будет наблюдать с возвышенности. А впереди маячил горный хребет. Разумеется, это были не Гималаи и не Тибет. Даже на какие-нибудь Карпаты не тянуло, никаких высоких пиков с ледяными вершинами, высота от подножия была всего метров триста-четыреста.

А ещё исчезли проблемы с ориентированием, поскольку в сплошной стене гор явственно проступал пустой участок. Ширину его было сложно определить, с километр, наверное, надо полагать, у подножия гораздо уже. Дорога, по которой они ехали, давно уже превратилась в тропу, а скоро обещала стать просто направлением, впрочем, это неважно, по твёрдому грунту машина проедет, аппарат мощный, проверен в деле.

Наконец, отбросив последние раздумья, он снова сел в машину, хлопнув дверью.

- Что решил? – осторожно спросила Лиза.

- Всё то же, нужно на месте осмотреться.

- Значит, пойдёшь.

- Пойду.

Она многозначительно вздохнула и замолчала.

Лагерь разбили в низине, день клонился к закату, так что сегодня уже поздно было что-либо предпринимать. Расстояние до цели составляло около трёх километров, точнее два километра восемьсот тридцать три метра, как подсказывал ему умный бинокль с множеством встроенных функций. Пока Лиза занималась ужином, он поднялся на один из холмов и оглядел будущее поле деятельности.

Итак, что в наличии? Первой неприятностью был тот факт, что местность вокруг снова становилась ровной. Имелись холмы и ямки, но это не укрытие. Траппер предпочёл бы рукотворные катакомбы и руины, где маленькое существо может скрываться от большого. Но, увы, имелось то, что имелось. Впереди из ниоткуда появлялась железнодорожная насыпь, точнее, две, по которым тянулись ржавые рельсы. Рельсы эти тянулись к проходу в горах и исчезали в широких воротах депо. На рельсах стоял состав, странный состав, часть его состояла из крытых вагонов, часть из простых платформ, а конкретно на выходе стояли три цистерны подряд. Бензин? Нефть? Дизель? Да, что бы ни было, оно явно горючее, а значит пригодится поджигателю. Вот только бочки эти вполне могли быть пустыми.

А в огромной бетонной коробке жил скреббер. Должен был жить, но как на самом деле? Узнать это можно было только одним способом, бинокль, даже такой умный, видел за воротами только темноту, ни тепла, ни движения. Возможно, чудовище в спячке, а температура тела понижена.

Солнце клонилось к закату, поэтому он, понаблюдав ещё минут десять, убрал бинокль и отправился обратно к машине.

Ужин был скромным, Траппер не стал ничего готовить, дабы не выдать себя светом или теплом. Просто перекусили консервами, после чего он принялся доставать из машины свои запасы и перебирать их, правда, занятие это пришлось прекратить, поскольку наступила темнота, а свет включать он боялся.

- Что делать будем? – шёпотом спросила Лиза, тревожность Траппера передалась и ей.

- Сейчас только спать, - так же тихо ответил он. – Завтра будет трудный день. И послезавтра тоже.

И они легли спать. Просто спать, забравшись в огромный спальный мешок. Лиза, некоторое время поворочавшись, уснула, а Траппер не смог. Мозг снова включился на полную мощность, картина входа в депо стояла перед глазами и уже обрастала установленными зарядами. Последовательно сменив несколько комбинаций, он задумался. Не давали покоя бочки. Если полные – это одно, если пустые – придётся задействовать куда больше зарядов. И вся задумка упиралась в одно препятствие: как эти заряды установить? Если предположить, что тварь находится в середине строения, а ставить закладки у входа, получается метров сто. Тут даже у пустыша триггер сработает. Рассчитывать, что скреббер проигнорирует одиночную цель, было наивно. Не исключено, что тварь может определять намерения человека. Предположение это слегка отдавало паранойей, но лучше исходить из худшего варианта.

Была возможность дистанционного минирования, но опять же, сложно, ненадёжно и может заранее привлечь внимание. В его распоряжении имелись квадрокоптеры, дроны, один маленький с хорошей камерой, второй куда крупнее, мог переносить до пяти килограммов.

Пока придётся задействовать первый, как знать, может быть, получится разглядеть врага раньше, чем тот среагирует. А уже потом… Траппер снова воспроизвёл в голове картинку. Одна деталь, которой он поначалу не придал значения, теперь его заинтересовала. Ворота, две линии рельсов, состав, а слева от насыпи небольшое озеро, метров сорок-пятьдесят в поперечнике. Что это даёт? Пока ничего, но почему-то он им заинтересовался.

Заснуть в итоге получилось, когда часы показывали три часа ночи, но время в Улье – это очень и очень условное понятие. Проснувшись с первыми лучами солнца, он немедленно стал собирать летательный аппарат. Кое-какая практика у него есть, специально тренировался перед выездом, но хватит ли её. Аппаратов всего два, пара неосторожных движений – и он останется без глаз.

Первый полёт прошёл удачно, получилось подробно заснять территорию, осмотреть бочки вблизи, даже заглянуть внутрь здания. Увы, но, кроме темноты там ничего не было. Тем не менее, в голове рисовался план. Полдня он потратил на составление чертежей, карта минирования уже была почти готова, когда внезапно пришло озарение.

Риск шёл с ним рука об руку с тех пор, как он оказался в Улье. Каждый раз его планы держались на довольно зыбком основании, и каждый раз всё получалось. Вспомнив все прошлые эпизоды, он решил рискнуть и теперь. Итак, машина стоит под парами, готовая сорваться с места. Сам он неспешным шагом отправился, как казалось, на верную смерть. Расстояние всё сокращалось, нервы были напряжены до предела. Была мысль взять с собой мотоцикл, но скорость и проходимость у техники оставляли желать лучшего, уж лучше надеяться на свои ноги.

План его состоял в следующем. Требовалось узнать о содержимом бочек и, если получится, о наличии внутри здания самого объекта. Как это сделать? Заглядывать внутрь он не собирался. Даже дрон туда отправлять не рискнул, техника ничего не увидит в темноте, и, скорее всего, бесславно погибнет, ударившись о балку. Оставался только дар. К умению пироманта добавился довольно специфический дар сенса. Он мог обнаруживать предметы, которые собирался нагреть или охладить. И действовал этот побочный дар на большое расстояние, почти километр. Отчего получился такой дисбаланс – одному Улью известно, но сейчас можно было его использовать.

Чем ближе он подходил, тем страшнее становилось. Трусом он никогда не был, но тут явно не простой страх, скреббер создавал какую-то ауру, которая заставляла поджилки трястись. В голову немедленно полезли нехорошие мысли. Если тварь сагрится на него и бросится в погоню, шансов нет. Пробежать расстояние до машины он не сможет, слишком далеко, форы не хватит. Если тварь бегает хотя бы как крепкий рубер, ему конец. А тварь, скорее всего, бегает куда быстрее, даже машина не факт, что спасёт.

И всё же он могучим усилием воли заставлял себя переставлять ноги. Рука зачем-то тянулась к револьверам, от которых толку никакого, но, прикасаясь к рукояткам, он всё же слегка успокаивался.

Готово, бинокль показал, что расстояние до входа – около семисот метров. Теперь бочки. Он привычно посмотрел на них и попытался нагреть содержимое. Есть! Внутри что-то налито, и это не воздух, субстанция определённо могла закипеть. Основной дар, разумеется, не сработал, для этого требовалось подойти вплотную, но это пока и не требовалось.

Теперь главное. Траппер немного сместился влево, теперь его глаза смотрели в черноту за воротами. Рельсы… вертикальная балка… какой-то металлолом… и тут невидимый луч наткнулся на главное. Ощупать и выяснить форму не удалось, что-то большое, хотя и не огромное, чуть больше их автомобиля, при этом форма напоминает кольцо, вокруг которого торчат конечности.

А через секунду он уже убегал. Из темноты послышался звук, которого он раньше не слышал. С привычным урчанием заражённых он не имел ничего общего, просто низкий гул, настолько низкий, что местами переходил в инфразвук. Звук этот пробирал до костей, заставлял зубы стучать, а картинка перед глазами начинала расплываться. Бежал Траппер только за счёт чудовищной дозы адреналина, который организм услужливо выбросил в кровь. И только на последнем участке, перед холмом, за которым стояла машина, он позволил себе обернуться.

Скреббер стоял на входе, тварь смотрела на него, глаз он не видел, да и есть ли там глаза, но Траппер знал точно, его видят. Если бы чудовище хотело, он был бы уже мёртв, но ему нет дела до человека вдали, как человеку нет дела до муравья, ползущего через дорогу. Муравей слегка задел совершенное создание, но был изгнан. Постояв на пороге пару минут, скреббер убрался обратно в темноту.

- Траппер, слышишь меня? - голос Лизы был тихим, раздавался из-за ближайших кустов.

- Да, слышу, - отозвался он, говорить было трудно, горло пересохло, а сердце продолжало стучать, как у зайца. Оглядев проделанный путь, он немало удивился, явно только что был установлен мировой рекорд по бегу. – Всё нормально, только лагерь нужно перенести.

- Ты его видел?

- Да, и он меня тоже. Всё в порядке, теперь я знаю, что делать.

Он действительно знал. Теперь вся конфигурация сложилась в голове. И бочки, и стены, и даже озеро в его плане встали на свои места. Разумеется, и тут часть плана держалась на допущениях, но сам Траппер был уверен, что всё получится.

Через пару часов он уже изготовил несколько самодельных кумулятивных зарядов, мощность ограничивалась массой, коптер поднимет немного, но и того, что есть, хватит с лихвой, бочки – это отнюдь не танки с мощной бронёй. Часть полезной нагрузки съедает радиовзрыватель. После сработки содержимое бочек будет использовано по максимуму, на входе образуется море огня. Хватит этого? Вряд ли.

- Лиза, - позвал он, не отрывая глаз от основного заряда.

- Что?

- Подай там шнур, с краю лежит.

- Белый или розовый?

- Розовый, только аккуратнее с ним.

- А что может быть? – спросила она, протягивая большую бухту детонирующего шнура.

- Ну, это всё же взрывчатка, - сказал он, отыскивая конец, - причём, чувствительная, этого мотка хватит, чтобы… в общем, улетим на луну вместе с машиной.

- Я уже поняла, что лучше тут ничего не трогать.

- Да, - сказал он и замолчал, отрезая кусок шнура, - лучше не трогать. Но шашки тоже принеси, их не бойся, они безопасные.

В несколько рейсов он смог заминировать территорию на входе, всё те же привычные сетки из шашек, подорваться они должны после подрыва бочек. Заряды для подрыва бочек он перебросит в самый последний момент, потому как радиовзрыватель на батарейках, а батарейки имеют свойство садиться.

- Завтра всё произойдёт, - сказал он, глядя на заходящее солнце.

Солнце выглядело странно, прежде, чем сесть, оно отчего-то раздвоилось, а потом обе копии стали медленно сливаться в одну, но слиться не успели, поэтому за горизонт спустился странный светящийся овал. Траппер счёл это добрым признаком. Этой ночью он спал крепко и без сновидений.

Глава двадцать седьмая

- Сейчас я уйду, - сказал Траппер, глядя на экран монитора, дрон как раз установил последний заряд на цистерну. – А ты слушай и запоминай, от этого зависит твоё дальнейшее выживание.

Он достал из-за пазухи небольшой свёрток мягкой ткани, где хранились жемчужины.

- Вот, прими одну, красную, она лучше.

- Это ведь дорого, - с сомнением спросила она.

- Неважно, деньги здесь имеют весьма сомнительную ценность. А тебе оно поможет, вдруг дар полезный получишь. Остальные положи в укромное место, никому и никогда не показывай. Горох и спораны в машине, ты знаешь, где. Жемчужины можно обменять в большом стабе, в той же «Надежде», там есть понятие частной собственности, никто не отнимет. Это твой стартовый капитал. Машина тоже имеет ценность, плюс оружие. Своё никому не отдавай, винтовка отличная и ещё послужит, пистолет тоже. Штуцер мой с патронами можешь продать, такое оружие тут купят с радостью.

- Ты так говоришь, словно умирать собрался.

- Нет, я рассчитываю выйти из боя победителем, - спокойно, словно робот, сказал Траппер. – Но лучше быть готовым.

Она проглотила жемчужину и запила её глотком живца.

- Теперь слушай дальше, вот тут, в планшете, карта. Бензин закупишь в первом отсюда стабе, там, где оружие покупали. В другие не заезжай, там есть обходные пути, можешь просто по степи ехать. Если машина сломается (я такое не исключаю), внутри есть мотоцикл, батареи запасные в наличии, в сумме хватит километров на восемьдесят, учитывай это. Как их заменять, я тебе показывал. Если доберёшься до «Надежды», найди Фараона и расскажи обо мне. Вроде, всё…

Он на секунду задумался, потом добавил:

- Ещё одно, тебя окрестить нужно, имя новое, я тянул до последнего, а теперь пора.

- А мне моё нравится, так мою бабушку звали, - заявила Лиза. – Это обязательно, имя новое брать?

Он снова задумался. В целом, ничего обязательного нет, он, например, поменял имя, и ничего Улей ему не сделал. Пока не сделал.

- Да, не обязательно, будешь Лиза – крестница Траппера.

- Что-то ещё? – спросила она.

- Думаю, всё, – он вздохнул и сгрёб в охапку шесть зелёных пластиковых труб. Гранатомёты вёз с самого начала, берёг в качестве последнего шанса.

- А как я узнаю, жив ты или мёртв? – вдруг спросила она.

Он повертел головой.

- Есть рации, если я выйду из схватки живым, то свяжусь с тобой, вот, держи.

Рации он положил с собой просто на всякий случай, вдруг придётся с кем-то кооперироваться. Оказалось, что пригодились. Внезапно он задумался о другом. Что если скреббер его убьёт, а потом пройдёт по его следам и догонит Лизу? Низшие заражённые могли преследовать добычу по следам, так что помешает разозлённому монстру? Он ведь будет очень зол после атаки.

- Знаешь, я подумал… если я погибну, а тварь пойдёт за тобой, вот, попробуем тебя прикрыть.

Он притащил тот самый плащ, увешанный изнутри взрывчаткой, поколдовал с детонатором и стал разматывать провода из катушки.

- Вот это, - он обвёл рукой скомканный плащ, - бомба. Там электродетонатор. Срабатывает от электричества. Положу вон там. Провода здесь, подрывной машинки нет, на прошлой охоте потерял, но… - он огляделся в поисках подходящего предмета. – Рация, вот так, снимаешь батарею, да, на эту кнопку. Вот батарея. Смотри, внутри контакты, правый и левый. Один провод прижать к одному, второй – к другому. Бомба взорвётся. Когда тварь появится, сместись так, чтобы бомба оказалась между вами, а потом, в нужный момент… Надеюсь, что не пригодится.

С этими словами он снова подхватил гранатомёты и собрался идти. Лиза подскочила к нему, резко поцеловала в губы и прошептала, прижавшись:

- Возвращайся, я тебя люблю.

После этого она села на землю и уставилась перед собой с отсутствующим видом. Поведение девушки вызывало кое-какие мысли, но они здорово отвлекали от предстоящего дела, поэтому Траппер отогнал их и бодро зашагал в сторону своей цели. Сначала отнёс гранатомёты и сложил их на дальнем берегу озера, потом двинулся к воротам. Снова накатил страх, но он, могучим усилием воли задавил его обратно в глубины сознания. Всё ближе и ближе. Как спровоцировать монстра на атаку? Снова зацепить даром? Есть и другие варианты. Тут снова пришло на помощь кино. Вспомнился фильм про Хищника. Там герой Шварценеггера вызвал его на бой громким криком. Правда, для такого крика нужны могучие лёгкие, но Траппер всё же попытался изобразить нечто похожее.

Выложился на совесть, даже голос сорвался на хрип. Результат не заставил себя ждать: снова низкий гул, а через пару секунд в проёме ворот показался хозяин. Счёт времени пошёл даже не на секунды, а на их доли. Тварь, увидев, что мерзкий таракан, мешающий спать, никуда уходить не собирается, ринулась вперёд, в один прыжок преодолевая расстояние равное длине цистерны. С той же скоростью палец Траппера вдавил кнопку на пульте.

Зря он беспокоился о мощности зарядов, после сработки цистерны едва не пополам разорвало, а топливо разлилось широким морем огня, что скрыл монстра с головой. Где-то в огне рвались заряды, а Траппер уже бежал к озеру. В голове мелькнула мысль, что скреббер может оказаться не таким уж крепким, в итоге просто сгорит в огне, и где потом искать добычу?

Но тварь совершенно определённо не собиралась помирать, сквозь гул пламени и взрывы слышался рёв и топот. Скреббер потерял ориентацию в огне, но при этом изо всех сил пытался оттуда выбраться. Как говорил доктор Ватсон, кто уязвим, тот и смертен, если скреббер ранен, его можно и убить. Может быть, вообще получится его зажарить, не прибегая к дару?

Рёв чудовища перешёл на визг, а потом оно нашло выход. Здоровенная многоногая туша просто подпрыгнула вверх, оказавшись над огнём. Конечности, число которых было сильно меньше изначального, уцепились за искорёженный металл цистерн, раздирая его в клочья, а потом перебросили тело в сторону Траппера.

Настал момент истины. Монстр был ещё объят огнём, но уже бодро бежал к противнику, над ним поднималось марево, ноги переступали неуклюже, туловище извивалось, видимо, взрывы и огонь не прошли даром.

Надо полагать, имелись проблемы и со зрением, тварь регулярно меняла курс, хотя и выдерживала общее направление. В последний момент, когда их разделяло только озеро, скреббер рухнул в воду. Возможно, хотел охладиться, ну, или просто собирался достать обидчика по кратчайшему пути, тем не менее, туша его с шипением погрузилась в мутную воду, пар встал столбом, но тут же рассеялся.

Вода вдруг превратилась в ловушку. Траппер выложился, что называется, в минус, направив весь запас силы на заморозку. Треть озёрной воды превратилась в лёд, очень холодный лёд, который имеет твёрдость камня. И этом льду застряли все конечности скреббера и половина туловища. Возможно, ему бы хватило силы, чтобы лёд разломать, вот только силу требовалось применять в правильном направлении, а конечности торчали, как попало, к тому же глыба льда не соприкасалась с дном, представляя собой аналог поплавка.

Траппер сместился в сторону, подхватил гранатомёт и, быстро освободив кнопку спуска, навёл в бок твари. Звук выстрела ударил в правое ухо, дым на мгновение скрыл цель от глаз. Пробития не было, броня, костяная или хитиновая выдержала, но и бесследно попадание не прошло. Тело твари стало извиваться, лёд потихоньку трескался, обещая скоро освободить из плена, но тут прилетел второй заряд, потом третий. Траппер стрелял почти не целясь, по крупной цели с такого расстояния промазать трудно. Все шесть выстрелов пришлись в цель, но только два последних пробили сегменты туловища. Скреббер был ещё жив, но пребывал в глубоком нокауте.

Траппер спокойно обошёл озеро по кругу, приблизился на расстояние пяти метров, а потом применил дар. Нет, он не рассчитывал сжечь столь мощного противника, дар, усиленный предварительным применением мороза, он расходовал экономно и чётко. Сегменты тела твари соединялись между собой множеством тяжей, подобных мускулам. И каждый из них, хотя бы теоретически, можно было пережечь. Температура в точке приложения он поднял примерно до тысячи градусов, непонятной природы плоть задымилась и рассыпалась прахом. За этим тяжем последовал второй, потом третий. К моменту, когда сила Траппера окончательно иссякла, тело скреббера развалилось на две неравных половины. Изнутри вываливались какие-то потроха довольно мерзкого вида. Прикинув, что голова у него с той стороны, которая была впереди при беге, Траппер вынул ящик с инструментами и принялся за вскрытие.

Всё оказалось просто, точный расчёт, подарок в виде цистерн, дар, который Улей щедро выделил ему. А теперь осталось только забрать добычу. Самый опасный участок его путешествия оказался и самым коротким по времени.

Болгарка на аккумуляторе оказалась слишком слабой, хватило, чтобы распилить половину пластины, после чего заряд благополучно закончился. Пришлось применить монтировку, топор и какую-то мать. Это оказалось куда труднее, но плоть скреббера, столь прочная при его жизни, теперь стала просто твёрдым материалом. Пришлось преодолеть брезгливость, споровые мешки обычных тварей были сухими, с серой трухой внутри. Здесь же, прежде, чем в его руках оказалась большая луковица мешка, пришлось погружать руки в зеленоватую слизь, которая, кроме отвратного вида, ещё и воняла, как застарелые помои.

Наконец, всё получилось. Расковыривая ножом мешок, он вытаскивал один за другим белые шарики. Один, два… всего шесть. Мешок после тщательного досмотра полетел в сторону, добыча заняла место в кармане, а сам победитель отправился обратно. Оставалось надеяться, что Лиза не перепутает его с чудовищем и не подорвёт.

Дойти он не успел. Когда до стоянки оставалось метров пятьсот, грянул взрыв. Запасы взрывчатки, что лежали в плаще, примерно соответствовали трём снарядам гаубицы. Взрыв, само собой, получился отменный, некоторые камни даже сюда долетели. Лиза, если она жива, заработала неслабую контузию. Но почему? Он пробовал кричать в рацию, но та не отвечала, видимо, батарею обратно никто не вставил.

Выхватив револьвер, он бросился бежать. Тут раздались выстрелы. Звук явно принадлежал разному оружию. Один точно от карабина Лизы, он раздаётся с этой стороны от взрыва. Другие похожи на пистолетные, но слух у него неслабо повреждён, а потому мог и спутать.

Картина, которую он увидел, много ему не сказала. Ложбина, где она остановились, почти полностью скрыта в туче дыма и пыли. Немного пометавшись, он нашёл Лизу. Девушка, до половины засыпанная песком, исцарапанная и окровавленная, лежала за кучей камней и в кого-то целилась. Этот кто-то отвечал ей вялыми выстрелами с той стороны воронки.

- Что там? – спросил он, падая рядом.

- Что?!! – она явно ничего не слышала.

- Что? Там? – он повторил вопрос, сопроводив его жестами, указал в ту сторону и нарисовал в воздухе знак вопроса.

- Бандиты, те... оттуда! – она громко кричала, видимо, не слыша своего голоса.

Он понимающе кивнул и, безуспешно оглядев задымлённое поле деятельности, выдвинулся в сторону. Бандитов оказалось двое. Один был вполне себе бодр, на ногах и с дробовиком. Стрелять он не спешил, тщательно всматриваясь в дым, а второй едва стоял на ногах, половина его тела была обгоревшей, а одежда свисала клочьями.

Траппер вдруг растерялся. Ситуация такая была с ним впервые. Нет заготовленных ловушек, нет мин, или даже просто гранат, всё осталось в машине. Дар в откате, кулдаун займёт ещё минут сорок. Только два револьвера, то есть, с противником он на равных. Впрочем, растерянность длилась всего секунду. Перебежав ещё метров десять, он выскочил справа от стрелков, вскинув оба ствола, и открыл стрельбу. Расстояние было метров десять-двенадцать.

Револьвер большого калибра хорош тогда, когда требуется один точный выстрел по крупной и сильной цели. А вот ураган огня из него получается так себе, слишком большая отдача, слишком сильно подкидывает ствол, слишком много времени нужно, чтобы вернуть его на линию прицеливания.

Первые два выстрела были точными. Стрелку с дробовиком разнесло плечо, а вторая пуля проделала дыру в груди. А со вторым пришлось повозиться, из оставшихся девяти пуль только одна достигла цели, попав в живот. Стрелок с пистолетом сложился вдвое, но умирать пока не думал, Трапперу пришлось кинуться вперёд и с размаху приложить его монтировкой по голове. Этого хватило, чтобы разбить череп.

В этот момент за спиной грянул выстрел, спину обожгло в нескольких местах. Тот, что был с дробовиком, тоже оказался жив, одна рука у него не действовала, крови вытекло целое ведро, но он смог одной рукой повернуть ствол и, пусть и не прямо, о по диагонали, направить его в спину противника. Траппер получил не весь заряд, две или три картечины, но и это было чертовски больно.

Он обернулся и увидел, что противник так же безоружен, ружьё упало на землю, да и сам он почти мёртв. А довершил дело сухой щелчок издали. Лиза подошла поближе, навела карабин и прострелила голову бандиту. Увидев, что врагов больше нет, Траппер немного расслабился и присел.

Лиза, что сама едва стояла на ногах, стала оказывать помощь. Для чего пришлось стянуть куртку и разрезать рубашку. Часть ран оказалась просто царапинами, картечины застряли в кости, вызвав только боль и небольшое кровотечение. И только одна прошла точно между рёбер и теперь пребывала где-то внутри правого лёгкого.

Раны были закрыты с помощью пластыря и бинтов, Траппер сидел на камне и отхлёбывал живец из пластиковой бутылки. Теперь ему была видна картина боя, отчасти по останкам, отчасти со слов Лизы. Итак, пока он устраивал фейерверк с чудовищем, с той стороны прибыла машина, нет, две, просто вторая стоит чуть дальше. Оттуда вылезли… восемь человек. Что сделала Лиза? Ну, соображала она здраво, этого не отнять, а потому бросилась бежать. При этом ухватила концы проводов и потащила с собой.

Спряталась, надо полагать, за тем камнем, где он её нашёл. Пришлые рассыпались цепью и приступили к поискам. Заглянули в машину, потом пошли дальше. Среди них был кто-то, кто умеет искать по следам, он указал, куда направились оба. А потом они увидели Лизу, кинулись в её сторону, но не все, двое отставали. Она долго возилась с батарейкой, в итоге взрыв грянул уже за спинами у банды. Шестерых убило на месте, а те двое, что отстали, выжили. Она стала стрелять, но через дым попасть не могла, они тоже. В итоге пришёл Траппер и бой закончился.

Лечение было недолгим. Никакая хирургия здесь не доступна, а потому остаётся только пить споровый раствор и ждать, пока сам организм вытолкнет из тела свинцовый шарик. Траппер был слаб, но очень хотел побыстрее покинуть это место. Лиза же настаивала на том, чтобы он отлежался до полного выздоровления. Её точка зрения победила, но отдыхать им пришлось всего чуть более суток.

Глава двадцать восьмая

Вечером второго дня Траппер смог вставать самостоятельно и, хоть и кряхтел от боли в груди, опять завёл речь об отъезде.

- А чем тебе здесь не нравится? – Лиза уже почти отошла от контузии, а потому была в хорошем настроении.

- А чего здесь хорошего? – недоуменно спросил Траппер. – Пустыня, камни, трупами воняет. Я одиночество люблю, но и комфорт важен.

- Ну, представь, что это наш медовый месяц, - внезапно заявила она. – Скрылись от мира, чтобы насладиться друг другом, как молодожёны?

- Ээээ…

- А я всё уже решила, - заявила она тоном, не терпящим возражений, - остаюсь с тобой, в качестве супруги.

- А моё мнение не важно? – вяло запротестовал он.

Она вздохнула.

- А какое у тебя мнение? Что плохого в том, что я буду рядом? Некрасивая? Или злая и мозг тебе клюю? Или готовлю плохо? Что тебя не устраивает? Знаю, ты одиночество любишь, так и люби, а буду рядом тихонько молчать в тряпочку.

- Так дело не в тебе, - он растерялся, - дело во мне, тебе же надоест быстро…

- Знаешь, - она несколько секунд помолчала, потом продолжила: - были у меня мужики до тебя, больше одного, разные, с разными характерами, побогаче, победнее, кто-то сильный и смелый, а кто-то умный. Все по-своему хороши, вот только семью создавать ни с кем не хотелось. А с тобой хочется. Короче, надоем – выгонишь, а пока я – твоя жена. И давай уже супружеские обязанности…

Он оборвал жестом поток слов. Где-то далеко, на самой грани видимости глаз засёк движение. Если бандиты двигались со стороны цивилизованных земель, то теперь взгляд его был направлен туда, где совсем недавно догорели остатки состава, а ещё где-то там лежала туша убитого скреббера, в не до конца растаявшей глыбе льда. Возможно, он и обратил на это внимание потому, что именно там никакого движения быть не могло, скреббер не терпит соседей, да и заражённые его боятся, как огня.

- Бинокль! – резко потребовал он.

Выражение лица Лизы тут же сменилось на встревоженное, но бинокль она подала. Траппер смотрел сквозь оптику на бывшее поле боя. Вот выжженное пятно на месте состава, даже металл оплавился. Вот озеро, а там едва различимые останки. А чуть выше… Он подрегулировал резкость, теперь ясно виден был крупный лотерейщик, что медленно спускался по склону горы. И он ведь не случайно сюда забрёл.

Видно было, что монстр, несмотря на свою могучую комплекцию и страшный вид, боится, передвигается мелкими перебежками, постоянно присаживается и пытается спрятаться за камнями. Правда, большая масса сыграла с ним злую шутку, очередной обломок не выдержал веса, вывернулся из-под ног, после чего тварь кубарем покатилась вниз. Внизу он встал, встряхнулся и, уже не прячась, посмотрел вперёд. Некоторое время смотрел на труп скреббера, после чего развернулся и побежал обратно. Вот только бежал он уже не через горный склон, а прямо в ворота депо, явно намереваясь выйти с другой стороны.

В голове Траппера завертелись мысли. Итак, монстр, развитый, но далеко не элита. Он за каким-то лешим отправился во владения скреббера, хотя, по идее, должен его бояться. Он и боялся, это ясно видно. Тогда зачем? Пойти сюда он мог в том случае, если его отправил кто-то посерьёзнее. Там стая тварей, что пришла из-за гор? Возможно. А насколько большая? Ответа нет, но, учитывая, что эти территории долгое время, а возможно, и никогда не соприкасались, то оттуда можно ждать чего угодно. Тем более, что проход теперь постоянный, а замка больше нет.

- Собирай вещи, - велел он тоном, не терпящим возражений.

- Что там? – спросила она, но приказ начала выполнять.

- Твари, - сказал он, - только не знаю, сколько их.

Собраться получилось в рекордно короткие сроки, но Траппер отчего-то задерживался, продолжая смотреть в бинокль. Очень хотелось разобраться в масштабе проблемы. Очень скоро из обгоревших ворот здания стали выходить заражённые. Несколько бегунов, три лотерейщика, потом буквально выкатился рубер, приземистый и толстый, как бочка, а следом, переваливаясь с ноги на ногу показался элитник. Вот только стая на этом не закончилась, следом пошли другие, толпа низших сменялась несколькими гигантами, потом снова шла мелочь. И шли они не абы как, а в строгом порядке, выстраиваясь частой цепью и начиная движение от гор.

Траппер наблюдал за этим представлением примерно полчаса, поток тварей не ослабевал, а цепь, двигавшаяся в их направлении, становилась всё гуще и длиннее. Это было то, о чём Траппер слышал, но никогда не видел. Орда, необъяснимая массовая миграция заражённых. И насчитывает она иной раз десятки тысяч голов. И он эту миграцию спровоцировал, открыв горный проход. А сколько всего там голов? А как далеко они пойдут, и не станет ли стаб «Надежда» для них накрытым столом? В голове всплыла карта этих земель. Ага, с двух сторон есть водные преграды, более того, равнина между этими реками, если смотреть глобально, сужается, то есть, Орда, рассыпавшись по равнине, будет собираться и к «Надежде» подойдут довольно компактным клином. Есть слабая надежда на водный поток, что стоит поперёк, но собственно поток так довольно слабый и мелкий, да и переправы имеются, так что можно рассчитывать только на задержку.

Тут он, наконец, сообразил, что расстояние между передовой цепью Орды и их убежищем уже сократилось вдвое, а очень скоро они и на машине убежать не смогут, поскольку часть чудовищ бегает очень быстро.

- Заводи! – скомандовал он, бросаясь к машине.

Их заметили, двигатель урчал довольно громко, а слух у развитых тварей что надо. Правда, имеющейся форы хватило, чтобы надёжно оторваться от погони. Несколько крепких руберов поднялось на гребень холма, но только затем, чтобы проводить взглядом удалявшуюся машину.

Траппер, что сидел со штуцером у задней двери, вернулся в салон, отложил оружие и взялся за планшет. Карта грузилась долго, он даже нервничать начал.

- Куда едем? – спросила Лиза, стараясь рассмотреть дорогу, каковая тут имелась чисто номинально.

- Строго обратно, - сказал он задумчиво, глядя в планшет. – В «Надежду», здесь, на этой равнине спрятаться не получится.

- Что это вообще такое, почему их так много?

- Явление называется Орда, - тоном университетского лектора начал рассказывать он, - необъяснимая массовая миграция заражённых. Конечно, какое-то объяснение есть. Где-то имеется сеть кластеров, на которой выросло значительное поголовье тварей. Потом экологическая ниша иссякла и теперь не может прокормить такую прорву. Ну, или периоды загрузки кластеров совпали так, что в какой-то момент наступает голодный период. Тогда крупные твари с мелкой свитой кооперируются и идут на новые земли. Могут пройти значительные расстояния даже по пустошам, вроде этой. Большие твари будут постепенно подъедать мелких, а заодно сносить поселения на пути, стабы, просто свежие кластеры. Короче, стихийное бедствие хуже саранчи, саранча хотя бы мелкая.

- А в этой… «Надежде» нас спасут? – спросила Лиза, видно было, что она нервничает.

- Не уверен, - честно признался Траппер, - стены там крепкие, защитников хватает, но такую массу остановить непросто. Опять же, мне неизвестно, как там с вооружением. Я бывал на складе боеприпасов, там уйма снарядов к тяжёлой артиллерии, от ста миллиметров и выше. Причём отдельные калибры мне трогать запретили. Если есть снаряды, есть и стволы для них. Проблема только в том, что артиллерия… Ты вообще понимаешь, о чём я?

- Ну, такие большие пушки… - попыталась она сформулировать мысль, - я на параде видела.

- Так вот, - продолжил он, - эти самые пушки, гаубицы и миномёты требуется достать со склада, потом установить, а весят они тонны, потом принести снаряды, потом навести и начать стрелять, при этом противник должен находиться минимум в нескольких километрах. Короче, я так думаю: если успеем предупредить хотя бы часа за четыре-пять, стаб отобьётся, если не успеем, могут его и снести.

- А что с теми, что по дороге? – она немного успокоилась и сосредоточилась на управлении машиной. – Их будем предупреждать?

Траппер задумался. Вообще, предупредить стоило, но не всех. Да и не получится. Нормально их приняли только в одном стабе, скоро они туда доедут, по любому требуется купить бензина. Там он их и предупредит. Какая-то фора есть, твари не бегут галопом, двигаются чуть быстрее пешехода.

Ехали не останавливаясь, твари остались далеко позади, Траппер уже начал подумывать, что панику поднимать рано. Сейчас Орда поскитается по пустым землям, потом их условный хан батый решит, что ловить нечего, и стоит уйти за реку. Или вообще вернуться за хребет.

С путями в этот раз было лучше, немного изменив маршрут, они срезали приличный угол, а потому в стабе оказались куда быстрее. Машина въехала туда ближе к закату. Не размениваясь на общепит и гостиницу, немедленно двинули к заправке.

- Полный бак, - скомандовал Траппер, без счёта отсыпая спораны.

- Кто за вами гнался? – подозрительно спросил заправщик, ссыпая плату в карман.

- Вот, сейчас заправишь, я тебе расскажу, - пообещал Траппер, поправляя револьверы, плохо скрываемые курткой.

- Элиту, что ли, встретили, - заправщик усмехнулся, но бензин заливал исправно.

- Ага, и не только, - Траппер, видя, что бак почти полон, вынул канистры. – Скажи, а связь с другими стабами есть? По радио или как?

- Ну, при желании главный может кое-чего крикнуть, не все услышат, охотники рации глушат часто, но радиус покрытия хороший, да и ретрансляторы стоят.

Траппер замолчал, терпеливо дожидаясь, пока наполнится последняя канистра. Завинтив пробку, он выпрямился, загрузил горючее в машину, после чего повернулся к заправщику:

- А теперь слушай: сейчас же беги к главному, кто бы он ни был, кричи во всё горло, что сюда идёт Орда. Пусть оповещает всех, пусть все бегут на северо-запад, к стабу «Надежда». Никакое другое укрытие не спасёт.

- Парень, - заправщик слегка побледнел, - ты, часом, ничего лишнего не принял?

- Орда, идёт от гор, - сообщил Траппер терпеливо, - видимо, нашли проход, голов… не знаю сколько, на тысячи счёт идёт. Отсюда примерно шесть-семь часов пути.

И тут, как раз в подтверждение его слов, загрохотал пулемёт на стене. Поднялась суета, несколько человек бросилось на позиции, стрельба загремела с новой силой, но скоро затихла.

- Что там было? – спросил Траппер у бойцов, что возвращались со стены.

- Да непонятно, - пожал плечами худощавый мужик в камуфляже, стая в восемь голов, топтуны в основном, крепкие, бежали, как ошпаренные в нашу сторону, а как стрельбу услышали, так резко развернулись и назад. Странное поведение.

Траппер быстро прикинул в уме. Орда двигается с обычной скоростью. А вот выслать рейдовые группы и заставить их быстро бежать – самое логичное. Они выяснили, где есть еда, а значит, скоро сюда заявятся основные силы.

- Валить вам надо, - снова начал Траппер, теперь уже обращаясь к стрелку, - Орда сюда идёт, я сам видел, а это разведка была, сейчас они старшим доложат, а часа через три к вам элита в гости пожалует. Десятка два голов.

Стрелок на секунду завис, потом пристально посмотрел на Траппера.

- Не гонишь?

- Зуб даю, - уверенно заявил он. – Ну, отправьте разведку, пусть глянут в той стороне, а сами собирайтесь и на колёса. Транспорта хватит на всех?

- Ещё останется, - кивнул тот, - слышь, мазута, как с горючкой?

- Если энзе распаковать, то хоть залейся, - доложил заправщик.

- Ладно, я к старосте, а ты – вскрывай цистерны.

Стрелок убежал, а Траппер быстро нырнул в машину и двинул дальше. Возле оружейного он всё же притормозил и, быстро забежав внутрь, спросил:

- Патроны к Маузеру есть?

Нашлось несколько пачек, Траппер сгрёб их, а потом быстро выложил всё, что знал про Орду. Он посчитал правильным предупредить владельца магазина пораньше, всё же добро собрать – дело долгое.

- Держи, - он плюхнулся на водительское сидение и ссыпал пачки с патронами на колени Лизы. – Теперь валим.

Всё же стаб был достаточно организованным, очень скоро заработал радиоузел, из всех боксов выгонялась техника, военнообязанные получали оружие, а заправщик едва успевал заправлять баки. Отдельно порадовали два довольно новых автобуса, можно надеяться, что места там хватит всем безлошадным рейдерам.

Мысленно пожелав обитателям стаба удачи, Траппер двинул дальше, ворота открыли сразу и без вопросов. Он уже прикидывал маршрут. Горючего им должно было хватить впритык, больше куда-либо заезжать он не планировал, только мчаться домой на максимальной скорости. Что до остальных стабов, то на них Трапперу было плевать. Если достанет радиосвязь, спасутся. Или нет, но это уже их проблемы. Спасти всех он не сможет при всём желании, ситуации такие уже случались и благородные порывы ни к чему не привели.

Правда, непреодолимые обстоятельства внесли свои коррективы в траекторию пути. Наступила ночь, стемнело внезапно, как часто происходит в Улье. А ехать по темноте было сложно, дорога на этом участке не отличалась хорошим покрытием, да и фары запросто могли собрать заражённых со всей округи.

Пришлось остановиться, загнать машину в старый ангар и, покрепче сжав оружие, дожидаться рассвета. Поспать получилось всего часа по два, слишком взвинчены были оба.

Утро наступало мучительно медленно. Только на востоке посветлело, Траппер отложил ружьё и разбудил Лизу.

- Что, уже утро? – сонно пробормотала она.

- Светает, надо уходить.

Девушка встала и, кое-как расчесав волосы, села на пассажирское сидение.

- Как думаешь, те люди, из стаба, они успели? – спросила она, когда Траппер заводил машину.

- Ночью проезжали какие-то, - сообщил он, - но кто именно, сказать не могу.

- А мы успеем?

- По идее, скорость основных сил сопоставима со скоростью человека, - сказал он, выруливая наружу, - но, как видишь, они высылают рейдовые группы в поисках еды, а группы эти двигаются чуть медленнее, чем мы на машине. Я надеюсь, что медленнее.

Надежда эта была слабой. Очень скоро, двигаясь по дороге, она стали замечать, что справа и слева мелькают группы заражённых. Все, как на подбор, топтуны, кусачи и руберы. И явно не местные уроженцы, очень уж целенаправленно прочёсывают местность. Среагировали и на них, но скорости хватило, чтобы уйти. А чуть позже наткнулись на разорённый автобус. Часть беженцев не смогла уйти, техника лежала на боку, двери и окна выбиты, всюду кровь. Трупов и костей не нашлось, видимо, гонцы прихватили добычу и отнесли старшим.

А для них это был лишний повод прибавить скорости. Горючего должно было хватить, но вот двигатель как-то подозрительно стучал. Если откажет, то, скорее всего, спастись не удастся.

Меняя друг друга они за день преодолели рекордное расстояние, скоро должен был показаться тот самый мост, где от так нехорошо разошёлся с проводником Штукой. И тут их ждало первое препятствие. Видимо, кто-то из командования Орды происходил от старого диверсанта. По крайней мере, захват мостов показался им хорошей идеей. На мосту дежурила группа, один рубер, два кусача, и несколько лотерейщиков. Не весть какая мощь, но хватит, чтобы не пропустить машину. Тут бы кстати пришёлся гранатомёт, чтобы пальнуть в центр группы, да только все израсходованы на скреббера. Придётся импровизировать.

Скрыться незамеченными не получилось, автомобиль – штука довольно шумная. Вся банда немедленно среагировала и бросилась на добычу, рассыпаясь подковой.

- Медленно двигай назад, - скомандовал Траппер, раскидывая перед собой заряды.

Твари набирали скорость, а Траппер медленно отступал назад, бросая перед собой шашки тротила. Детонаторы в них имелись, а огнепроводный шнур не требовался, подпалить можно было даром.

Под ногами монстров взвились столбы дыма, двоих помельче разнесло на куски, ещё двое лишились ног, остальные попадали с ранениями и контузией. Рубер оказался самым стойким, лишившись ступни, он продолжал ковылять к добыче, размахивая лапами, чтобы удержать равновесие.

Траппер больше не стал ничего придумывать. Как там Фараон говорил? До рубера включительно. Вот и проверит. Выстрелы после взрывов казались глухими, точность попаданий порадовала, обе тяжёлые пули прилетели точно в голову. Первая вмяла и искорёжила костяные пластины, вторая пробила череп. Гигант как-то громко вздохнул и рухнул вперёд. Быстро проконтролировав подранков, Траппер не удержался и стал потрошить споровые мешки.

- Может, поедем? – напомнила Лиза, оглядываясь по сторонам. – Могут ведь другие прийти.

- Я быстро, - пообещал он.

Управился с добычей он минут за двадцать, но и эта задержка едва не стоила им жизни. Мимо промчался грузовик с полным кузовом людей, эвакуация всё же шла. А следом с громоподобным топотом уже мчалась толпа тварей, среди которых были и слабые элитники.

- Больше не задерживаемся, - пообещал Траппер, садясь за руль. Теперь строго до «Надежды».

И вдавил газ.

Глава двадцать девятая

Всё же задержаться пришлось. Следующая ночь застала их в дороге, форы, что они выиграли за день, хватило, чтобы переночевать относительно спокойно, а вечером следующего дня он намеревался прибыть к стабу.

А Орда знала своё дело. Рейдовые группы носились во всех направлениях, до основных сил были ещё сотни километров, но и тех, кто вырвался вперёд было достаточно. А потом случилось то, что должно было случиться. Заражённые рейдеры стали постепенно успокаиваться, видимо, выяснили расположение самого главного поселения людей и теперь соединялись в одно подразделение и ждали основных сил. Они даже микроавтобус прекратили преследовать.

Техника подвела. Несмотря на новый двигатель, несмотря на полную заправку, несмотря на то, что сам Траппер старательно охлаждал его во время езды, машина, встав на очередном подъёме, неожиданно забарахлила и заглохла. Стартер отказывался повиноваться.

Они вышли из машины и некоторое время наблюдали за погоней, каковая пока что стояла на месте.

- Помоги мне, - скомандовал Траппер, вытаскивая из салона мотоцикл.

- Мы на этом самокате поедем? – спросила неуверенно Лиза.

- Выбора нет, заряда батарей должно хватить. Осталось всего километров сорок. Ну, по прямой.

Он быстро обшарил салон в поисках необходимого, забрал детонаторы, патроны, немного еды, запасные батареи. Остальное и так хранилось при нём. Всё необходимое он спрятал в два рюкзака, один повесил на себя, второй – на спутницу.

- Тяжело, - пожаловалась она.

- Ничего, бегать не придётся, - сказал он.

- А с машиной что?

Траппер оглядел машину. Нет, техника обречена. Когда здесь пойдёт Орда, её просто затопчут. С другой стороны, они стоят на возвышенности, вниз, к скоплению тварей, ведёт довольно ровная асфальтированная дорога, а внутри машины осталось ещё килограммов двадцать взрывчатки.

- Как думаешь, смогу столкнуть? – спросил он задумчиво и, не дожидаясь ответа, полез внутрь.

Один детонатор, самый простой КД-8А, и кусок огнепроводного шнура в полтора метра. Прикинув расстояние, он решил его укоротить до шестидесяти сантиметров. Быстро вставил фитиль, обжал мультитулом и воткнул в одну из шашек, закрепив для надежности изолентой.

- Получи, фашист, гранату, - прохрипел он, наваливаясь на машину.

Силы хватило. Машина сначала медленно, а потом всё быстрее покатилась вниз, руль был намертво заклинен монтировкой, изнутри шёл едва видимый дымок, но тварей это вряд ли насторожит. Скорее всего, они попытаются заглянуть внутрь.

Так и вышло. Стоило крупному предмету въехать в центр толпы, монстры взвились и с остервенением стали бить окна и вырывать двери. Продолжалось это секунд десять, а потом с оглушительным грохотом машина превратилась в миниатюрный ядерный взрыв. Тварей полегло десятка четыре, ещё больше было покалечено и оглушено.

Траппер удовлетворённо кивнул и оседлал мотоцикл.

Теперь их скорость основательно упала. Несчастный электрический самокат едва развивал сорок километров в час, и это только по ровной дороге, а на сложных участках их скорость падала едва не до пешеходной. А позади уже назревала буря. Отдельные отряды собирались вместе, часть по приказу старших, а часть просто потому, что сужалась дорога, две широких полноводных реки серьёзно ограничивали их перемещение. Гигантская стая становилась всё плотнее, приобретая один, строго определённый вектор движения.

Изредка, останавливаясь на возвышенностях, Траппер оглядывался назад и рассматривал местность в бинокль. Отрыв имелся, вот только совсем небольшой. Километра три-четыре, не больше. Орда следовала рассыпным строем, но за первыми рядами шла очень плотная толпа. А разведывательные рейды ограничивались мелкими группами бегунов, что вырывались вперёд метров на пятьсот, а потом дожидались основных сил.

- Мы совсем рядом, - сообщил Траппер, желая приободрить Лизу, которая уже порядком устала. – Километров десять, и дорога здесь ровная.

С этими словами он присоединил последнюю батарею. Стоило им тронуться, как над головой раздался вой, а там, вдалеке, где шла толпа монстров, вспыхнули облака разрывов, чуть позже до них долетел грохот.

- Арта долбит, - сказал Траппер и улыбнулся, - помнишь, что я тебе говорил. Они успели, готовы к обороне. Теперь и нам бы успеть.

И они поехали дальше. От воя снарядов Лиза постоянно съёживалась, а взрывы звучали всё ближе. Видимо, Орда, видя нехороший расклад, прибавила шагу. Успеть бы к воротам.

Навстречу им пролетели два небольших вертолёта, нёсших что-то, напоминающее самодельные баки. Траппер решил, что это напалм. С вертолётов их определённо заметили, а потому должны были подать сигнал. Или всем уже не до того, чтобы спасать двух путников? Ворота могли и заложить намертво.

За очередным поворотом показались стены. Траппер удивлённо присвистнул. Здесь и раньше имелось предполье, широкая полоса укреплений, кольев, брёвен, колючей проволоки и прочего. А теперь эта полоса стала вдвое шире, а почти на всех столбах имелись самодельные мины. Самые простые, растяжка с гранатой, к гранате примотана тротиловая шашка на двести граммов, а сверху густо оклеена гвоздями. Просто и со вкусом, и этого достаточно, чтобы вывести из строя всю мелочь, а крупных тварей отстреляют из пушек и гранатомётов.

Тут вставал вопрос. Чтобы построить такую полосу за двое суток, которые прошли с подачи радиосигнала, требовалось чудо, скорее всего, строительство начали в тот день, когда Траппер выехал. А почему? Знали? С учётом способностей местного президента, неудивительно.

К счастью, проход оставался. Узкая извилистая тропа, специально оставленная, чтобы простреливать её со всех сторон. Протиснуться по ней на машине было бы трудно, а вот мотоцикл в самый раз. Со стен их увидели, что-то кричали, но Траппер ничего не слышал за грохотом орудий. Снаряды выпускались с такой частотой, что потери Орды должны быть просто катастрофическими. Может, на этом и остановятся? Вряд ли.

Пригнув головы, они проскочили в узкую калитку, которая закрылась сразу за их спинами. Оказавшись в темноте, Траппер немедленно остановился, кто-то подхватил мотоцикл, не дав ему упасть, оба они спешились, а потом вышли на свет, где их встретил едва заметно улыбавшийся Фараон.

Траппер открыл рот, желая что-то сказать, но президент начал первым:

- Не нужно ничего говорить, я и так знаю. Сейчас есть дела поважнее, бери оружие и дуй на стену. Нужно удержать Орду, потом поговорим.

- Патронов мало, - пожаловался Траппер, показывая штуцер.

Фараон коротко кивнул, подскочивший адьютант немедленно передал ему пулемёт и несколько коробов с лентами.

- Вон там место займи, - посоветовал Фараон, - там башня, наверху расчёт АГС, а вы внутри сядьте, бойницы там есть, а твари не доберутся.

Приказ был странным, в голове мелькнула мысль, что Фараон планирует его гибель, чтобы потом забрать жемчужины. Впрочем, мысль была дурацкая, если бы президент захотел, просто отобрал бы всё.

- Идём, - кивнул он Лизе. – Готовь винтовку, будем воевать.

Вообще, польза от карабина Лизы была довольно сомнительной, особенно на фоне пулемёта, но хоть кого-то свалит, уже хорошо. Сам он по пути наведался в пункт боепитания и разжился двумя цинками патронов. Итак, осталось занять место на башне.

Башня была довольно внушительной. С толстыми кирпичными стенами, сверху имелась площадка, где сейчас три человека наводили станковый гранатомёт, а внутри нашлась небольшая каморка, как раз для двоих человек.

За время жизни в безделье, Траппер многому научился. Отдельно налегал на военное дело. Пулемёт ПКМ, например, он впервые держал в руках, но при этом смог бы его разобрать и собрать, заправить ленту и открыть огонь.

- Ложись вон там, - скомандовал он Лизе, устанавливая пулемёт на сошки. – Стреляй прицельно в головы. В самых крупных не стреляй, не пробьёшь, средних вали.

Лежать было достаточно удобно, кто-то заботливо бросил на пол коврик из пенопласта. Итак, прицепить короб, открыть крышку, положить ленту в нужное место. Теперь закрыть, предохранитель повернуть, рукоятку затвора дёрнуть назад, потом вернуть вперёд. Готов к стрельбе. Прикинув, что масса тварей ещё далеко, он озаботился запасом боеприпасов. Вдруг появится время, чтобы набить ленты. Пять коробов по сто – это много, но кто знает, сколько продлится бой, тут и о перегреве ствола думать придётся, запасного нет.

Пока что за всех отдувалась артиллерия, чуть позже к гаубицам присоединились миномёты. Стреляли и танковые орудия, для большей дальнобойности танки загнали на постаменты, где они стояли с наклоном назад, увеличивая угол возвышения.

Артиллеристы работали без отдыха. Если большое орудие требовало немало времени на перезарядку, то миномёты калибром восемьдесят два, били едва не с пулемётной частотой. Боеприпасы были сложены на улице горой, заряжающих было по двое у каждого, они хватали мины и по очереди опускали в ствол.

Скоро большие стволы замолчали, их стали собирать и оттягивать тягачами в тыл. Дистанция слишком сократилась. А миномётчики перешли на мины без дополнительного пороха или с уменьшенным зарядом. Противник уже рядом.

Траппер, перестав наблюдать за работой артиллеристов, вернулся к пулемёту. Да, теперь врага видно. Взрывы в толпе гремели непрерывно, заражённые помельче отлетали в стороны, иногда по кускам. Сейчас, когда гаубичная артиллерия временно не у дел, самым мощным оружием оказались миномёты на сто двадцать, оставлявшие в толпе тварей настоящие проплешины. И тем не менее, Орда двигалась к цели.

Скоро показались вожаки. Огромные грузные туши шагали в толпе мелких и средних, изредка кому-то точно прилетало. Мина в сто двадцать миллиметров – это не шутки, и вряд ли тут поможет хоть какая-то броня. Удар пудовой болванки пробивал тело, а взрыв разрывал его на части. Но гибель единиц никого не останавливала, сплошная масса продолжала двигаться к цели.

Огонь из стрелкового оружия открыли метров за шестьсот, застрельщики Орды были уже ближе, но их игнорировали, опасность невелика, даже проволочные заграждения порвать не смогут. Траппер и сам прильнул к прицелу. Элитников он обделил вниманием, а вот идущих между ними бегунов и лотерейщиков принялся бить короткими очередями. Практики у него не было, но пулемёт управлялся достаточно легко, почти не давал отдачи, только подпрыгивал на месте.

Тут в мышлении командующего войском чудищ что-то изменилось. Если мины представляли собой только лотерею, причём с приличными шансами на успех, то сплошной поток свинца грозил оставить их без свиты, разве что сама элита, да самые могучие руберы могли уцелеть.

Решив, что допускать такого не следует, невидимый главком отдал приказ. Самые могучие бронированные монстры выдвинулись вперёд, сомкнув строй, а за их спинами спрятались остальные. Первый ряд неумолимо приближался к полосе укреплений. Траппер продолжал стрелять, опустошив короб уже наполовину, хотя толку было немного. Рядом так же безуспешно дёргала затвор винтовки Лиза.

В голове его мелькнула мысль, что вот бы сейчас… И тут же она реализовалась. Метров за пять до первых рядов колючей проволоки шеренга элитных тварей скрылась в полосе сплошного взрыва. Траппер тут же прикинул, что там в ряд лежали противотанковые мины, возможно, в два слоя, настроенные на управляемый подрыв. Ну, да, он по таким фокусам не единственный специалист, есть другие, возможно, намного лучше.

Результат был настолько ощутим, что Орда, потеряв броневую стену, стала откатываться назад. Правда, их почти сразу одёрнули, а потому толпа бросилась в атаку, не считаясь уже ни с какими потерями.

Картина замелькала, словно фильм в быстрой перемотке. Вот здоровенный кусач разрывает колючую проволоку, короткая очередь из пулемёта прилетает ему прямо в морду, но он не опрокидывается назад, а заваливается вперёд, а по его спине, как по мосту, бегут другие. Их тоже сносит пулемётный огонь, но тут лента кончается. Ещё двоих успевает подстрелить Лиза, но один уровень обороны уже пройден.

Ещё одна толпа голов на сорок разной степени развития бросается к мостику. Траппер продолжал возиться с лентой, но тут на крыше ожил АГС. Длинная очередь, потом задержка в несколько секунд, когда гранаты взлетали к небу, а потом атакующая толпа просто исчезла в куче мелких разрывов. Часть погибла сразу, часть лишилась конечностей, остальные были так посечены осколками, что уже не представляли опасности.

Начало складываться впечатление, что победа склоняется на сторону людей. Сплошной огонь в придачу к постоянно срабатывающим минам просто перемалывал в фарш наступающих тварей. Они не прорывали заграждения, а просто заваливали своими телами, по которым карабкались следующие. Скоро стена из трупов сравняется со стеной города. На это тел хватит, но на всю полосу укреплений – вряд ли. Да и не прорвут её, требуется элита, способная вырывать из земли бетонные столбы и ломать брёвна, а элита сейчас…

Разумеется, та шеренга была не последней, нашлись и другие, за спинами толпы появились новые шипастые гиганты, которые, расталкивая и топча мелюзгу, бросились на штурм.

Справа и слева раздались хлопки, а следом Траппер увидел, как от стены потянулись огненные следы. ПТУРы? Он знал, что это такое, но впервые видел в деле. Танк такая штука превращает в металлолом, а элиту, соответственно, в фарш. И ракет в полёт отправилось немало, десятка три-четыре.

И снова чаша весов битвы стала клониться на сторону людей. Мутанты потеряли уже до половины лучших бойцов, едва ступив в полосу укреплений, среди мелочи начиналась паника. Несколько руберов пытались швырять в сторону стену обломки и тела павших сородичей, но добросить не хватало силы. И всех примерно полутора сотен элитников, что изначально были в Орде уцелели двое, и они сейчас пошли ва-банк. Огромные туши просто перемахнули через баррикаду из трупов и бросились вперёд. Их не останавливала колючая проволока, разрывы мин доставляли только неудобства, а ярость слепила и заставляла игнорировать опасность.

Траппер, поняв, что ничем тут не поможет, сосредоточился на отстреле мелочи, что продолжала лезть по трупам, а на двух прорвавшихся гигантов нашлась управа: откуда-то из подножия стены, из специальных отверстий, до поры замаскированных, грянул гром и вылетели облака дыма. Пушки ударили прямой наводкой, да не одна, а сразу десятка два. Стреляли подкалиберным боеприпасом, что пробил туши насквозь в разных направлениях и разворотил броню на спине. Твари замерли, покачнулись и стали заваливаться вперёд. Тот, что был ближе, успел поцарапать когтями бетон стены.

И тут толпа недобитков хлынула в стороны, а бетон завибрировал от мощных ударов по земле. Когда ходит элита, особенно, когда бежит, не скрываясь, земля тоже здорово вибрирует, но конкретно этот звук должно было производить существо раза в четыре тяжелее обычной элиты. А то и в пять.

Траппер отложил пулемёт, из которого выпала очередная опустошённая лента и стал смотреть вдаль. То, что он увидел, просто не могло существовать. Чудовище, что на четырёх лапах неслось к стене, было размером с трёхэтажный дом на два подъезда. И при такой массе оно передвигалось стремительно, напоминая памятного котика.

Защитники стены снова дали залп из всего, что имелось. ПТРК, пушки, гранатомёты, крупнокалиберные пулемёты, кто-то даже палил из автомата, но тому всё было нипочём. Уже на подходе монстр поднялся на задние лапы и снёс гору трупов, потом помчался дальше, от его лап бетонные надолбы разлетались облаками щебня. Подбежав к стене, он прыгнул вперёд, вскочил на спины двух павших элитников и готов был перемахнуть стену. Огромные подошвы с когтями вдавились в разорванные трупы, колени разогнулись, но… прыжка не вышло.

У Траппера заныло в висках, а перед глазами поплыло. Он снова прыгнул выше головы, выложившись куда сильнее, чем со скреббером. Ужасная тварь намертво примёрзла к трупам сородичей и не имела возможности оторвать ледяные оковы. А потом, где-то далеко за спиной, в нескольких километрах раздался грохот артиллерии. Траппер, прикинув, что сейчас будет, резко рванул к себе Лизу и оттащил её от амбразуры. Тут же с крыши вниз скатились операторы гранатомёта, тоже смекнувшие, с чем имеют дело.

И тут раздались взрывы. Пять или шесть, слившихся в один. Удар такой силы подбросил людей, больно ударив о бетон, не будь стен, взрывная волна, скорее всего, прикончила бы всех. Но обошлось. Когда пыль и дым рассеялись, Траппер, едва шевеля конечностями, подполз к амбразуре. Гигант был ещё жив. Он лишился обеих ног, которые просто отломились в местах заморозки, морда была напрочь оторвана, левая передняя лапа болталась, как резиновая, а правой он слабо размахивал вокруг себя.

Добивали его минут десять, все имеющиеся щиты разрядились, чтобы спасти существо от взрыва, что просто обязан был разнести его на молекулы, но оставалась ещё органическая броня и огромный запас живучести. Пришлось потратить ещё около тридцати выстрелов из гранатомёта, чтобы тварь окончательно упокоилась.

Остатки Орды добила всё та же артиллерия, стреляли по убегающим какой-то разновидностью шрапнели. Снаряды взрывались в воздухе и осыпали толпы мутантов тучами осколков. Но это была уже агония. Никого опасного уже не осталось, а несколько сотен тварей рангом до кусача включительно перебьют потом, будет работа для охотников.

Эпилог

Траппер сидел, борясь с последствиями контузии и отхлёбывал из фляги живец. Универсальное лекарство после каждого глотка просилось обратно, приходилось вступать в сложную борьбу со своим желудком. Пока что Траппер побеждал. Лежавшая рядом Лиза вообще ничего не соображала, только тяжело дышала, а глаза её смотрели в разные стороны. Лежать было неудобно, бетон был покрыт ковром из стреляных гильз, зелёных – от пулемёта и жёлтых, от карабина Лизы.

В голову пришла идиотская мысль: а кто сильнее, скреббер или вот эта тварь? По идее, только что убитый гигант куда опаснее, но Орда смогла пройти из-за хребта только после смерти скреббера, стало быть, командующий боялся. Впрочем, дело тут скорее всего не в силе, страх заражённых перед скреббером не имел рациональных причин, и, скорее всего, был запрограммирован Ульем.

Очень скоро их обоих взяли под руки и отвели в кабинет Фараона. Президент, в кои-то веки одетый не в костюм с галстуком, а в камуфляж, велел усадить их напротив себя в мягкие кресла. Траппер такое решение одобрил, со стула он, чего доброго, свалится, а в кресле можно просто лежать. Туда же, в кабинет, прошла Альбина. Тоже, как ни странно, в камуфляже, а на рукаве видна была белая повязка с красным крестом. Точно, она ведь целитель. Лечила раненых. А были раненые? Если и были, то только от дружественного огня. Оборона стаба, надо признать, была организована превосходно, словно организатор изначально предвидел, по какому сценарию пойдёт штурм. Впрочем, зная Фараона, можно было не сомневаться, что так оно и было.

Осмотрев их обоих, президент кивнул Альбине, та подошла и положила руку на голову, сначала Трапперу, а потом и Лизе. В голове стало проясняться, зрение удалось сфокусировать, тело перестало трястись. Осмотрев обоих пациентов, целительница удовлетворённо кивнула и отошла к окну.

- Итак, - начал Фараон, - стараясь смотреть сразу на обоих собеседников. – Думаю, у вас есть вопросы ко мне. Сразу скажу, у меня к вам таковых нет, я и так всё знаю.

- Да кто бы сомневался, - сказал Траппер, голос был хриплым, а слова невнятными. – Мне, конечно, неинтересно, но всё же, что вы знали о моём путешествии с самого начала?

- Понимаешь, дорогой Траппер… - начал президент, но Траппер его оборвал:

- Да, да, знаю, нет никакого будущего, есть только ветки вероятностей, а всё-таки?

- Ну смотри, - Фараон подошёл к стене, где висела школьная доска, взял с полочки синий маркер и начал рисовать ветку. – Вот ты двигаешься по маршруту, вот здесь, - маркер изобразил рогатку, - конфликт с местными, пытающимися тебя обмануть. Справишься? Вероятность такая же, как встретить динозавра, пятьдесят на пятьдесят, либо встретишь, либо нет. Справился. Следующая – встретишь свою судьбу, - Фараон выразительно посмотрел на Лизу, а Траппер сделал удивлённые глаза. – Продолжаем, из-за неё попадаешь в неприятности, справляешься, добираешься до цели, всё время углубляя контакт со спутницей, встречаешь неназываемого, убиваешь, его, выпускаешь Орду, убегаешь от неё, спасаешься за стенами стаба. Последней веткой был тот верзила, он мог атаковать там, где сидишь ты, а мог и в километре от тебя. В итоге… в общем, уверен я был только в последних выстрелах артиллерии. Наводил специальный человек со специальным даром, эллипс рассеивания тут не играл никакой роли, дар тот не из области баллистики, а из области предсказания. Итог очевиден.

Рогаток на доске получилось много, а пустые ветки с неудачным исходом Фараон зачеркнул.

- Нострадамус на минималках, - подвела итог Лиза.

- Соглашусь лишь отчасти, - покачал головой Фараон. – Из всего этого знания, - он обвёл рукой разрисованную доску, примерно половина происходит от моего дара, остальное же – только жизненный опыт, знание людей и самого Улья.

- То есть, вы знали про Орду и заранее приготовили стаб к обороне? – уточнил Траппер.

- Да, при этом пострадали мелкие стабы в той стороне, но почти все люди спаслись, а огромная территория теперь целиком во власти нашего стаба со всеми полезными кластерами, караванными путями, а заодно и каналом поставки охотничьей добычи через проход в горах.

- И теперь о главном, - Траппер перешёл к делу.

- Да, конечно, - спокойно кивнул Фараон, - отдай одну штуку Альбине. Кстати, я понятия не имею, сколько их всего. Это никак не высчитать.

Траппер встал, вынул из кармана маленький белый шарик и передал дочери Президента. Та взяла его и спрятала в карман куртки.

- Спасибо, - сухо сказала она и поспешно вышла.

- А дальше? – спросил Траппер, глядя за закрывшуюся дверь.

- Сложно сказать, но думаю, стаб наш будет расти и расширяться, ты поселишься в своём особняке, который, кстати, отремонтировали, будешь жить-поживать и добра наживать. Не один, естественно.

Он окинул Лизу подозрительно добрым взглядом.

- То есть, - голос Траппера стал недоверчивым, - я могу свободно покинуть этот кабинет, имея в кармане величайшую ценность Улья?

- Да хоть сейчас? – Фараон усмехнулся. – Я на неё не позарюсь, так уж вышло, что мой путь подошёл к концу, я ведь говорил тебе, что хочу этот мир покинуть. Ценность мне требовалась только одна, и я её получил.

- Вы хотите умереть? – удивлённо спросила Лиза.

- Смерть в Улье – понятие относительное, тут можно поиграть словами, такими, как сингулярность, сверхразум, частное и целое и многими другими. Но можно сказать и проще: я стар, я прожил очень долгую и интересную жизнь, я видел всё, что только можно увидеть, а теперь настал срок. Не сейчас, и даже не завтра, а лет через тридцать-сорок.

- А насчёт нас что-то подсказать можете? – спросила Лиза, подсев к Трапперу поближе.

- Только самые общие сведения. Заселяйтесь в особняк, дивите там. О вашем… имуществе не знает ни одна живая душа. Я буду молчать, Альбина тоже, в этом я уверен. Когда заведёте ребёнка, и ему исполнится пять лет, лучше отправиться в путешествие, средства и силы у вас будут, а люди успеют забыть дитя, которое должно было вот-вот обернуться. Тебя я буду иногда привлекать к работам, а охотиться сможешь по своей инициативе, благо, дар позволяет. Вот и всё, совет да любовь.

- А, кстати, - встрепенулся Траппер, указывая на Лизу, - вот вы говорили, нет никакой судьбы, нет будущего, а потом сказали, что я встретил свою судьбу. Это как? Есть ведь только ветки вероятностей?

- И в твоём случае они все сошлись в одну, - Фараон снова улыбнулся. – Будьте счастливы.

С этими словами Фараон встал и вышел из кабинета. Уже закрыв дверь, он услышал подозрительный голос Лизы:

- У тебя с этой белобрысой что-то было?

Траппер виноватым голосом ответил:

- Ну… она трогала меня за всякое, а я голый был.

Президент усмехнулся и пошёл по коридору.

Конец

Сентябрь 2025г. – март 2026г.

с. Бердянское.