S-T-I-K-S. Мур

Пролог

Знаете, когда ругаешься с любимой женщиной, становится как-то пустовато на душе. Особенно если эта женщина твоя бывшая жена. И, возможно, будущая. Хотя уже невозможно…

Сейчас попробую распутать то, чем вас озадачил.

Я человек свободной профессии. В силу ленивости и привычек долго сидел на кабинетной работе, пока не появился шанс уйти на вольные хлеба. Вообще-то шансы были всегда, но я ленивый. И шаг вперед был просто результатом пинка сзади.

В то время у меня был первый развод с ней… Запой трехнедельный. Недовольство деловых партнёров и жутко-тянущее ощущение падения вниз. Как при затяжном прыжке. Я был уверен, что парашют не откроется. Он открылся.

Потом. Потом у меня не было никакого потом. Об этом вам и расскажу. Не то что спасу кого-то, просто охота выговориться.

Вечер был томен. Традиционно заказан ужин из ближайшего дешевого ресторана, куплено кошке пожрать плюс молока на утро.

Утро началось часа в 03 ночи, по ощущениям. Наручные часы я давно забросил за ненадобностью, а искать телефон в темноте или включать свет, чтобы посмотреть на настенные часы, я боялся.

Научили бояться. Когда за окнами стреляют и орут жуткими голосами, включать свет просто глупо. Кто-нибудь с перепугу обязательно в новый ориентир влепит, и хорошо, если просто очередью.

Да простит меня гринпис, но первым делом я добыл сайгу, а не кошку. Кошку свою, кстати, я здесь не видел. Очень надеюсь, что ей повезло.

Сейф у меня стоял не очень стандартно. Под диваном лежал. Это надо поднять полдивана, открыть ключом, достать ствол, найти магазин… Ну понятно.

Так как я ленивый, я эти правила соблюдал только в момент отправки фото в росгвардию. Это меня и спасло тогда.

В квартире полная темень, не горят даже светодиоды на зарядках, за пределами квартиры темень жуткая с яркими проблесками – горят не вывески на торговом центре, горит сам торговый центр. Мечущийся свет ясности не добавляет. Непонятный вой, куда-то летят трассеры…

Нет рёва моторов тяжелой техники. И не орут сирены. Ну вот эти-то обязаны быть на таком мероприятии!

И вот тут, сбив балконную решетку из сантиметровых прутьев, ко мне пришел гость. На черно-красном фоне пожара проявился силуэт, который вбил эту решетку внутрь балкона и пошел было дальше.

Силуэт мне был не знаком. Мне было страшно… Не помню, чем у меня был заряжен карамультук, но 10 выстрелов хватило, чтобы черная тень замерла поперек балконно-комнатной двери. Еще раз несколько я давил на спуск и рвал затвор, слушая и не слыша пустой лязг механизма.

Мне не хватило соображения даже одеться. В халате (ну сплю я так), с разряженной сайгой, одним запасным магазином на пять патронов с утиной дробью, и в домашних тапочках я вышел в подъезд. Стикс принял меня.

Глава 1. Сосед

Когда пытаешься соблюдать тишину, лучше всего даже не дышать. Если открываешь замки двух подряд железных дверей, люди, стоящие за ними, тебя услышат, несмотря на развивающееся веселье на улице. А ты их нет.

- Не шуми, не надо, - сайгу почти ласково вывернули у меня из рук.

- !!! – больше ничего мне на язык не подвернулось тогда. В голове же крутилась странная смесь между белкой, пришельцами и психотропным оружием.

- Ух ты, говорящий, - восхитилась темнота. – Барин, давай вытащим свежака?

- Был бы он точно свежак, вытащил бы. Дядя, как себя чувствуешь? – Последний вопрос был явно обращен ко мне.

- Тебе правду или красиво? – Мне уже надоело бояться. Адреналин куда-то делся, осталась апатия.

- Лучше не ругайся, а то мы просто уйдем, - вежливо посоветовал Барин. Уже стало понятно, что их двое… Ну плюс группа обеспечения может сидеть по углам и ничем себя не проявлять до поры до времени.

- Парни, я ни…. не понимаю. Что происходит? Вы кто? Ствол отдашь?

- Бери, - тут же мне в живот ткнулось что-то твердое. – Заряжать не спеши…

- Тихо оба! Замерли! – шёпотом гавкнула темнота.

Вот это я понимаю командирский голос. Не орет, но чувствуется, что приказ лучше выполнить. Барину вот точно, а мне… Ну лучше тоже пока выполнять приказы, пока не пойму, что происходит.

Минуты через две субъективного времени мне замирать надоело. Пострелушки на улице продолжались в прежнем темпе, никто на нас внимания не обращал. Пообещав себе досчитать до ста, а только потом начинать шевелиться, я начал считать.

Досчитать я успел почти до двадцати. Потом в подъезд решил заехать танк. Или в крайнем случае тяжелый вездеход. Видно по-прежнему ничего не было, но звук явно показал картинку разлетающихся железных дверей.

- Не шуршите! – тихое змеиное шипение командира почти добралось до мозга. Почти – мозг у меня не работал. Только какие-то участки не могли понять, почему танк мягко идет на задних лапах и его не практически не слышно.

Закрыв сайгой голову, я ждал. Было почти тихо.

Насчет танка я немножко преувеличил. Весу там было меньше. Не умею объяснить, но мимо нас прошло что-то насмерть опасное и жутко тяжелое. Сначала вверх, спустя какое-то время вниз. За это время я дважды поклялся бросить пить. Врагу не пожелаю.

- Дядя, жив? – даже не понял, кто это спросил. Но решил, что отвечать надо.

- Не уверен, - не стыдно было в этом признаться, и рэмбы с пуленепробиваемыми трусами чувствовали бы себя не лучше. У меня хотя бы трусы сухие… Кажется.

- Отлично. Местность знаешь? – вопрос задан уже деловым тоном, и понятно, что прямо сейчас меня убивать не будут.

- Живу я здесь… - начал было я и тут же меня перебило жизнерадостное хрюканье вполголоса из двух глоток.

- Дядя, ты попал. Ты ещё не понял, как, а я пока не имею желания тебе объяснять. Расскажи про дом, – Негромко донеслось из темноты. Кажется было, я уже было научился их отличать, но опять непонятно чей шепот…

- Крейсер. 83 серия. 10 этажей…

Шутить с людьми, которых я не вижу, мне и в голову не приходило никогда. Но шутить с людьми, которые легко вернули мне оружие. Тонко намекнув тем самым, что мое оружие для них не опаснее зажигалки… Не хочу от слова совсем.

На крышу мы поднимались под практически бесшумный веселый мат Барина. Он замыкал нашу короткую колонну и как-то умудрялся видеть, куда я собираюсь поставить ногу. Загадку, откуда он видит весь мусор, лежащий на обычных ступенях обычных пролётов, я оставил на потом.

На пролёте 9 ступенек. Пролётов между этажами 2. Этажей 10. Задачу для третьего класса мы пытались решить очень тихо. Получалось не очень, и не только благодаря мне.

Не очень понял, да и не старался понимать, как открылся люк на крышу. Свет звёзд меня практически ослепил, и если бы не дружеский толчок в спину, я бы долго наслаждался тем, что хотя бы что-то вижу.

- Дядя, рассказывай, - потребовал Барин.

- ??? – по завету О. Генри мысли наши вертелись вокруг одной оси, но в противоположных направлениях.

- С начала, - уточнил собеседник.

- Как скажешь. Сначала, говорят, было слово. Потом меня приняли в пионеры в музее центральной группы войск. Потом школа, институт, армия, опять институт, опять армия… - поведал я ему свою краткую биографию.

- Он не понимает, - вздохнул Барин. – Может, ты попробуешь?

- А че ж не попробовать, - фыркнул до сих пор невидимый собеседник. – Фамилия, имя, отчество, статья, срок?

Меня аж подбросило. До этого момента я был счастлив что пока не надо никуда идти.

- Иванов Иван Иванович. Статья 12 и 7[1]. Так я решил уже все, товарищ начальник, да и не уголовка это! – выдал я чистую правду. Причем эту правду я никогда никому не говорил. Занимал было денег, чтобы откупиться, но отговаривался проигрышем в казино.

- 12 и 7 это что такое? Барин, не помнишь?

- Ну как не помнишь. Пулемёт такой, - заржал Барин.

- Не врёшь, - посмотрел на меня человек, от которого зависела моя жизнь. Но я тогда этого не понимал…

Барин рассказывал, как по плохо заученной методичке. Периодически повторялся, периодически явно добавлял что-то от себя. Как студент, который выучил что-то и надеется, что то, о чем он не готов рассказать, у него не спросят.

Но рассказывал он очень странные вещи…

Проблемы решили пощадить меня. Их роль решили занять мои новые друзья.

Они стали задавать вопросы. Тихим голосом.

- Тебя как звали раньше?

- Вова. Владимир Витальевич.

- Не, погоняло назови.

- Сначала Кирпич, потом Медвед.

Барин в четверть голоса заржал:

- Гы.

- Заткнись.

Барин даже не хрюкнул, а тихо пропал из разговора.

- Почему Кирпич?

- Производное от фамилии; - не видел смысла врать.

- Почему Медвед?

- Потому что отморозок. Не знали, с чем сравнить, а у нас медведь самый отмороженный зверь.

- О, понимает. Ну практически наш человек… Барин, дай ему запасной ствол.

Стоя в халате, я тупо не понимал, куда девать сайгу из рук, да тут добавляется еще че-то похожее на арку, которую стал пихать Барин в мою сторону. Ну раз я им нужен хотя бы в качестве оператора автоматической винтовки….

Мир в очередной раз стал другим.

- Уважаемый, разреши вопрос? – мне вручили в руки ствол, и я стал храбрым (попрошу не путать храбрых и отморозков – храбрым я бываю крайне редко).

Халат никуда не делся. Домашние тапочки на толстой подошве тоже никуда не делись. И темно. На бравого рембу я походил… ну мало походил, да.

Но меня учили держать в руках оружие как оружие. И арка уже болталась на левом плече, не особо мешая мне направлять в сторону источника звука ствол сайги… В которой не было ни одного патрона. Но кто об этом знает, кроме меня.

- Задавай.

-Он не врёт? – это всё, на что хватило моего здравого смысла вместе с остроумием.

- Нет. Ты, дядя. Попал. И нарекаю я тебя дядя Вова! Ты еще не понял, что попал?

Я бы с удовольствием не понял. Но вбитые внутрь квартиры стальные прутья на балконе.

- Я понял. Тебя как звать?

- Гедеван.

Настала моя очередь хрюкнуть.

- Ты чего? – удивился собеседник.

- Ну это… Дядя Вова... Гедеван Александрович… Кэцэ… Ку…

- Так-то не гони, - благодушно посоветовал Гедеван. – Я не понимаю, о чем ты, но меня зовут в честь поэта, Руставели. Тосты говорить люблю, красивые, когда время есть.

- Так Шота Руставели? – это уточнение было уже очень маленьким.

- А, параллельщик. Мы из соседних миров, понимаешь?

- Ну конечно. В ванной у меня вода протекает, это ты напакостил?

В темноте Барин пытался не ржать. Получалось плохо. Но что еще делать в такой ситуации? Я пытаюсь понять хоть что-то, кому-то весело. Все заняты, все при деле.

- Отставить дядю Вову, - неожиданно четко прошипел-прошептал Гедеван. – Нарекаю тебя Соседом. Крёстный – Гедеван. Понял?

- Точно так. Я – Сосед. Крёстный – Гедеван.

Армия, что же ты сделала с менеджерами среднего звена, таксистами и руководителями филиалов…

- Я что-то ещё должен понимать, кроме того, что видел?

- Ты пока ничего не понимаешь. Заткнись и не мешай. Все так делают. Почти.

Не понимаю и не мешаю. Куда-то топаем. Местность незнакомая от слова совсем. Вместо подъема к соседнему дому неожиданно ровная слабопересечёнка.

Горящий торговый центр, наполовину закрытый силуэтом моего дома, становится все меньше. При этом при всем идем как по асфальтовой дорожке. Вот только кто-то приделал много маленьких ножек соседним домам микрорайона – вместо типовых бетонно-стеклянных крейсеров непонятное редколесье.

Уже просёк, что в спину мне стрелять Гедеван не собирается. Да и технически ему трудно, он передо мной идет. Но вот мне сзади между ушей мне легко влепит Барин, который замыкает шествие. Какая ерунда лезет в голову, когда понимаешь, что идешь в домашних тапочках по другому миру…

- Ложись, - скомандовал Гедеван, кувырком сворачиваясь куда-то в сторону. Я как человек штатский тупо упал на пузо и стал не понимать, что делать дальше.

- Не стреляй! – Барин хлопнул меня по организму. – Пустыши. Я ж тебе рассказывал!

Рассказывать-то он рассказывал, да. Но как-то непривычно видеть с виду практически живых людей, которые хотят тебя скушать.

- Сосед! – Гедеван что-то хочет от меня.

- Их бин аз есмь, - а ведь недавно казалось, что адреналин из ушей течет.

- Считай до двухсот, потом вали обоих одиночными в башню, потом бегом ползи к той берёзе, - он показал на высокое дерево на опушке. – Справишься – выживешь.

И мои новые друзья бодро ушуршали в кусты. Пытаться надеяться на то, что это сон – бесполезно и наивно… Ноль-раз. Ноль-два.

Два-ноль. Естественно, я забыл запахнуть халат. На земле лежать спиной кверху – холодно и мокро. Но шевелиться уже рано, смотрим, что у нас по ту сторону ствола.

Ух ты, а у меня не арка, оказывается, а вполне себе автоматическая эмка. Только нафига мне сейчас эта автоматика.

Три-семь. Я совсем неудачно упал, сектор обстрела зело невелик. Но, как я понял, мне противостоять будут цели из серии ленивый пешеход.

Четыре-два. Идут. Расстояние порядка ста пятидесяти метров. Двое. Молодой парень в модных суженых вниз штанах, так что непонятно сразу по силуэту, мальчик или девочка. На башке модная нынче стрижка.

Девочка. Каре. Семь-четыре.

Время.

Дистанция практически пистолетная. Трогаю спуск и у девочки нет башки. Она шла правее, потому искать следующую цель чуть проще. Это ж чем там таким мой шайтан-палка заряжен?

Отдача.

Красивая прическа летит в воздух, тело практически без головы рушится на асфальт.

Пора ползти к берёзе. Рано. Он сказал досчитать до двухсот. На стрельбу я потратил две секунды. Три. Или пять? А какая разница, уже практически двести, если что, я считаю быстро…

Сначала вращаю глазами, потом слегка приподнятой над уровнем грунта головой. Активности не вижу. !!!, до обозначенной берёзы метров четыреста.

В домашнем халате ползать по непонятно чему пересечённому не есть айс. И если бы не недавняя встреча на балконе моей квартиры с чем-то непонятным и страшным, я бы тупо пошел пешком.

Пока трава была жесткая – я полз. Когда трава стала колючей – я пытался ползти. И преодолел метров, наверное, около семи из примерно четырехсот.

В очередной раз стало непонятно. Выстрел из арки, которая штурмовая винтовка м16, довольно резок и специфичен. Хрен с чем перепутаешь. Так что все имеющие ухи уже наверняка их повернули в мою сторону. И раз в меня не стреляют и меня не едят, значит я пока никому не интересен.

Раз я никому не интересен, то я могу заданную дистанцию пешком пройти? Ну пригибаясь…

Хромая на левую заднюю ногу (тапочек с нее куда-то делся), отягощенный своим дробовиком, который бросить жалко, и чужим автоматом, с которым непонятно что делать, я незаметно крался к одиноко стоящей берёзе. Абсолютно незаметно. В розовом халате. Хорошо еще, что ночь… Ну да. Заканчивается.

- Ты прямо мастер маскировки, - откровенно ржал Барин.

Возражать было лень. Лень совсем. Проще сдохнуть, чем хоть что-то делать.

- Барин, - это уже Гедеван, - кабанчиком на двенадцать, что надо возьми, и сюда. Наш человек вроде…

Просто лежать на спине, никуда не бежать и ни в кого не стрелять – это, оказывается, очень хорошо.

[1] Статья 12.7. Управление транспортным средством без прав.

Глава 2. Охотник

- Сосед! Подъём, - почти сразу заорали-зашипели в ухо. – Пей! Живец! Тебе надо!

По объяснениям Барина я понял, что живец нечто вроде лекарства, настоянного на спирту. Ну а со спиртными напитками, как настоящий русский еврей, я знаком не понаслышке.

Выпил. В бытность мою студентом я пил всё, что есть на свете. Я так тогда думал. Потом охранял составы с бухлишком. Потом пил спирт с лётчиками и вискарь с бомондом. В общем, я думал, что выпивкой меня удивить сложно. У этих получилось.

Божественный нектар запросился обратно и только диким усилием воли я удержал желудок на месте.

- Это точно живец? – на всякий случай уточняю. Спирт, слитый из самолётной системы антиобледенения, гораздо вкуснее. Если уместно слово вкуснее.

Но почему-то захотелось жить.

- Понравилось? – ухмыльнулся Гедеван, - хватит шуметь, одевайся да пойдем – он показал подбородком.

Пятнисто-зелёный узел. Куртка, штаны, нательное, разгрузка, берцы…

- Сосед! – Барин откуда-то сбоку, - ты себя не беспокой, тапки по ноге!

Тапки, которые берцы, сели на ноги как влитые.

Внешне теперь я почти не отличаюсь от своих новых друзей, - напялил мох и разгруз; сховал в сидор халат, сайгу со сложенным прикладом (ну подумаешь полствола торчит на улицу) и уцелевший домашний тапок под ехидными взглядами крёстного и Барина, получил пять запасных магазинов, пластиковую полторашку с божественным нектаром и пару банок тушняка.

- Сосед. Мы люди не добрые на самом деле, - начал Гедеван.

- Добрые тут быстро и нехорошо умирают, - неожиданно мрачно добавил Барин.

- Но мы и не злые, - Гедеван не обратил внимания на подсказку. – Мы просто люди. Если хочешь остаться человеком – живи по-человечески. Помогай молодым. Как мы тебе. Старайся не врать, да и видят вранье многие. В общем, будь человеком. А теперь запоминай. Стаб называется «К».

Стаб под названием «К» был всем стабам стаб. Это я понял сразу, как только увидел табличку: «МИНЫ. Монстр, сюда не ходи, да».

Сразу за табличкой начинался перекопанный мелкими воронками и засыпанный мелким мусором пустырь, пролегавший до довольно странно выглядевшей стены, за которой угадывались не менее странные здания. Мечта и одновременно кошмар для понимающего человека. Спрятаться от наблюдения – как два пальца об асфальт. Поставить мину в место возможного залегания прятуна – тоже довольно просто.

С поры моего славного и незаметного присутствия в рядах славной и непобедимой прошло довольно много времени, но некоторые вещи я запомнил. Например, то, что по минному полю лучше идти за сапёром. И не обгонять его, не глядя на то, что ходят они обычно медленно.

Поэтому, когда Гедеван и Барин просто пошли пешком в сторону странно выглядевшей стены, я озадачился: - А что, так можно?

- Только так и можно. И нужно, иначе миномётами в фарш перемелют, здесь это быстро, - ответил на ходу Барин. – Ну можешь постоять, подождать пару минут, сам увидишь.

Ранее словоохотливые мом друзья перестали тратить дыхание на обучение меня и полушагом-полубегом шуршали к уже понятным воротам. Ворота как ворота, что я, ворот не видел? Хотя, если честно, ворот, где проём затыкает танк, видеть не доводилось.

Танк и не подумал отъезжать при нашем приближении. Огня, правда, не открывал, что внушало слабый оптимизм. Слева от тёмно-зелёной громадины обнаружилась низенькая железная дверь, покрашенная светло-серой краской. Издалека она просто сливалась с забором.

Барин недовольно вздохнул, сложился практически вдвое и полез в дверь.

Гедеван поворотом головы приказал мне лезть следом.

- Э, - мне до сих пор не все было понятно.

- Я старший. Я замыкаю, - устало пояснил Гедеван.

- Ты кто? – вопрос, конечно, ожидаемый, но тем не менее очень не вовремя заданный.

- Э. Сосед. Крёстный Гедеван, - не сразу сообразил я. Гедеван одной половиной лица спародировал улыбку Моны Лизы. Похоже, что в стабах свои сложные системы взаимоотношений, о которых Барин мне не рассказал.

- Я – Понч, - белобрысый дядя с покатыми плечами борца равнодушно глянул сквозь меня. – Ты новичок. Запоминай правила стаба. Они простые. Выстрел не за периметр – тебе тут больше не рады. Нож – тебе тут больше не рады. В морду дать – ради бога, развлекайся. Крысить нельзя от слова совсем, зомбям скормим частями, начиная с яйцев. Как новичку тебе полагается бесплатный ночлег и ужин в первые сутки. Дальше придется платить. Вон туда зайди, скажи, Понч прислал; - махнул он рукой в направлении желтой трёхэтажки с кривой зелёной надписью «Hilton» на фасаде. - Дальше сам разберешься.

Почему-то стало скучно. А как же сорок восемь подписей чиновников?

Гедеван взглядом указал направление общего движения.

- Сосед, мы и так рискнули, когда сюда пришли. Так что дальше сам. Ерундой не страдай, подарок, - пресёк он мою попытку снять арку с плеча. – Барин все правильно рассказал тебе. Живи. От себя одно добавлю. Будь человеком, а?

Как-то став даже ниже ростом и не пожав мне руку, Гедеван в сопровождении Барина пошёл к серой двери. Удивляться и думать было лень.

Удивляться пришлось сразу при входе в хилтон.

- Стволы в номер закинь или у меня оставь, утром отдам; – предложил очередной камуфляжник. - Кабак налево, номера направо. Ты новый, не вздумай ругаться. Мне твой труп убирать неохота. Большой ты сильно, устану.

Обнадёживающее. Но и всё остальное вокруг поёт ангельскими голосами.

- Так не надо, - поморщился собеседник, когда я уронил сайгу на прилавок в направлении дульным срезом к нему.

Логично. Я и сам не был бы рад такому варианту развития событий.

Арка легла поперёк сайги и вдоль прилавка.

- Всё? – не пошевелился человек в пятнистом.

- Ты не поверишь! Да! У меня даже пулемёта с собой нет!

- Не психуй. Для тебя лучше будет. Номера записывать или на слово поверишь?

Мне уже было неважно, но интересно:

- А заберу я как?

- До одиннадцати утра я дежурю, я тебя запомнил. Потом напарник заступает, а стволы твои я в пирамиду поставлю. Напарнику скажу. И не злись так. Стволы могу хоть сейчас отдать, но с ними ты в кабак не попадешь.

- Ты думаешь, я мечтаю туда попасть?

- А зачем ты тогда вообще в Стикс провалился?

Вот этот вопрос поставил меня в окончательный тупик. Спораны, руберы, живец, пустыши, жемчуг, топтуны… Всё, о чем говорил Барин, жарко дыхнуло в щеку.

- Дядя, - наклонился ко мне охранник, - слушай совет. У тебя сегодня первый день, так?

Спорить с очевидным глупо.

- Бегом вали в кабак! Отдам я тебе утром стволы, не парься. В нашем стабе есть правило – в первый день с новых денег не берут. Даже за водочку. И Брысь, стриптизёрша наша, тебе станцует!

Почему-то захотелось поверить человеку. Наверное, просто потому, что устал.

Блондинка на ресепшене взмахнула кукольными ресницами.

- Здравствуйте! Я новый! Хочу водки, Брысь и домой!

- Я Брысь.

Сколько раз можно сесть на опу в течение одного дня?

- Пойдём, красавчик, - ласково улыбнулась блондинка, глядя на мое вытянувшееся лицо. – Покажу, как мы живём. Только лапать пока не вздумай.

Кабак был шикарен. Затоптанные полы, щедро усеянные мусором, обшарпанные пластиковые столы и неприветливые рожи камуфлированных посетителей. Блестящий шест для стриптиза несколько не вписывался в картинку.

- Я танцую, когда есть настроение, - Брысь поймала мой взгляд. – Сегодня не хочу. Есть хочешь?

Вот тут я сообразил, что не ел ничего еще с прошлого мира. А было это часов 15 и сколько-то миллионов километров назад. Или парсеков. Да я вообще не знаю, как между параллельными мирами расстояния измеряются.

- Чёрт возьми, да!

- Садись, - Брысь кивнула на свободный столик у стены. Хорошо. Не люблю быть в центре внимания.

Центр внимания переместился сам. Две личности из-за одного из соседних столов синхронно поднялись и направились к нам.

- Новый? – поздоровался со мной сутулый брюнет. – С Брысь, - та почему-то молчала. – Чё делать будем?

Не готов я ответить на этот вопрос. Стрелять не из чего, а драться как-то неохота. Говорящий был высоким сутулым дядей, которого лично я вроде как должен легко завязать в морской узел. Хотел же научиться вязанию морских узлов, но так как-то потянуло же в малую авиацию. Молчаливый был низкий, широкий, и всей своей безразличностью чётко показывал, что завязан в узел буду я.

Да и Понч говорил, что конфликты тут не приветствуются.

- Тихо, парни, не шумим, - за спинами моих собеседников возникла очередная небритая личность. Приобняв обоих за плечи, он посмотрел на Брысь, потом на меня.

- Свободны, - принял он решение. – Кушать хочешь?

Небритая личность оказалась хозяином хилтона.

- Брысь, разберись ты уже со своими кавалерами, - хмыкнул хозяин. - Сегодня, новичок, я тебя угощаю. Шашлык рекомендую, кстати. У меня повар – армянин. Обладает. Девушку, - хитро покосился в её сторону, - тоже угости. Ну и как новичку тебе водки принесут. Другие портвейны не помогают.

- Спасибо, - только и смог выговорить я.

- Сегодня спасибо, - ухмыльнулся небритый. – Завтра за это же пять споранов попрошу. Знаешь, как добывать?

- Рассказали. Но у меня даже ножа нет.

- Ай, нашел проблему, - на стол легло черное лезвие с обрезиненной рукояткой. – Подарок. Новичкам надо помогать. Правда, Брысь?

Та почему-то без эмоций смотрела сквозь нас.

- А как тут у вас вообще жить? – мне наконец-то стало интересно. День халявы клонился к закату, а меня пока не убили.

- Понимаешь, при перезагрузках валится куча всякого такого разного нужного барахла. Можно устроиться на работу и таскать тяжести. Можно это дело контролировать. Можно ко мне на работу устроиться, вышибалой я тебя возьму. Можно в автономку уйти. Можно у мэрии заказы брать. Можно кабачок открыть и разводить народ на лишние спораны.

Он взял театральную паузу. – Да, бесплатно только сегодня. Ещё чё-то хочешь? Хоть за стол бы меня пригласил, гость дорогой.

От очередной неожиданности я традиционно затупил.

- Ну ладно, сам тогда, - он плюхнулся в хрустнувшее пластиковое кресло рядом с Брысь.

- Шашлыка нам принеси, водочки, соку там, ну сама понимаешь, - обратился хозяин к неожиданно проявившейся и ко всему готовой официантке.

- Да, меня Тедди зовут. Не спрашивай, почему, - хозяин был настроен побеседовать.

- И как у вас жить? Чё делать-то? – ясности никак не прибавлялось.

- Смотри. Можно работать и жить на пустышах и лотерейщиках. Зарабатывать будешь мало, и ко мне ходить не сможешь, к твоему сожалению. Да и на Брысь у тебя не хватит, - подмигнул он. – А можно брать кого посерьёзней. Там и деньги появляются, и возможности. Вступай в команду, которая делами занимается. В одного не вытянешь. Хочешь, познакомлю с людьми. Сегодня бесплатно!

- А просто жить никак не получится?

- Это Стикс, дружище. Хочешь – просто живи. Но это будет недолго и для тебя неинтересно.

На стол волшебным образом телепортировался поднос с запотевшей бутылкой, графином сока и тремя порциями шашлыка. Шашлык был на шампурах, с помидорами и луком, зелень и соусы в отдельных тарелочках. Хороший подход, уважаю.

- Понимаешь, роскошь я могу обеспечить, - Тедди щедро наполнил рюмки; – Соку сами нальете. Но зачем? Здесь интересны только дела. И если ты…

Закончить фразу ему помешал громкий взвой тревожной сирены.

Удивляться и пугаться уже не хотелось. Хотелось проснуться. Но я уже проверял всеми известными мне способами, сон ли это. Убедился, что нет. Да и не видел я никогда таких реалистично-кошмарных снов.

Сирена заткнулась.

-- Вариант «Стая», - хрипнули невидимые динамики. – Номера, по местам! Охотники – к центральному! Бегом, парни!

До этой команды зал сидел, замерев в странных позах – кто-то забыл вылить рюмку в рот, кто-то так и замер с куском мяса в зубах, один деятель даже умудрился наклонить какую-то мудрёную бутыль над бокалом и продолжал ее держать недрогнувшей рукой, не глядя на то, что бокал давно наполнился и жидкость цвета янтаря образует янтарную лужу…

Сорвались с места почти все. Брысь тоже, чему я удивился совсем немного. В кабаке остались мы с Тедди и две грустно храпящих на столах лысины.

-А мне что делать? – напрямик спросил я у бармена.

- Можешь ничего не делать. Ты новичок, ты сегодня меж двух миров. Но можешь сходить к охотникам, если стрелять умеешь. Там платят, кстати!

Стрелять я умею.

- Куда идти-то?

Очередь была короткой. Мрачная коротко стриженная шатенка задавала три вопроса каждому, после чего поворотом головы отправляла соискателя к открытым воротам какого-то ангара, возле которого маячили несколько пятнистых рыл.

- Зовут?

- Сосед. Крёстный – Гедеван.

- Специальность?

- Снайпер.

- Навык?

- Не знаю. Новый я.

- А соображающий, - улыбка волшебным образом преобразила её лицо, - Скажи Слону, плётку пусть даст для начала. Беги, охотник!

Глава 3. Друг

Слон был похож на слона. Габаритами, цветом кожи и выражением лица. Силуэтом же он очень напоминал то чудовище, которое ломилось ко мне на балкон в самом начале этой чудесной романтической истории.

Вовремя вспомнил, что дал себе зарок не удивляться. Слон даже соизволил улыбнуться, заметив, как я безуспешно пытаюсь найти на поясе кобуру.

– Что брать будешь?

- Плётка, - механически повторил я распоряжение девушки с компьютером.

- Владей пока, - Слон аккуратно положил передо мной СВД и звякнувший рюкзак, как я понимаю, с боезапасом. Ещё бы не аккуратно – такими лапками ствол СВД можно в двойной морской узел завязать. Интересно, есть ли узлы такие?

- Давай к Пончу, он справа от выхода, - закончил нашу первую встречу Слон.

Перед столом Понча не было ни очереди, ни охраны. Да и зачем эти все премудрости человеку, перед которым полукругом стоят три десятка вооруженных рыл.

Лицо Понча было подсвечено снизу каким-то экраном. Надо полагать, тактическим.

- Граник нужен! – рявкнул Понч.

- Я умею, Доктор, - откуда-то слева от меня.

- Сектор три! Старший Фраер, ему доложишься! Енот, проводи! – две нагруженные стреляющим железом фигуры резво помчались куда-то в сторону.

- Снайп!

Нормальная такая у них терминология.

Это он, получается, снайпера ищет. И тишина. Я не то чтобы снайпер, скорее марксмен, кому интересно, загуглите. Но какие-то места на соревнованиях брал, да.И с боевых на своих ногах вернулся. Рассказываю долго, размышления не заняли и полсекунды.

- Я, Сосед!

- Ух ты, новый, - удивился Понч, - с меня флян! Сектор пять, старший Сова, доложишься, Чекист – проводи!

Чекист разговаривать то ли не хотел, то ли не умел. Он хлопнул меня по плечу и резво ломанулся куда-то в полутьму. Ну взялся за грудь – говори что-нибудь. Пришлось ломиться следом. Замечу, что бегать в берцах по ноге гораздо удобнее, чем в домашних тапках.

- Крупняк кто? - задушевно проводил нас Понч.

- Вот Сова, - махнул рукой Чекист в сторону первого, замеченного мной курящего в этой реальности, - докладывайся, я работать пошёл.

- Привет, Сова. Сосед пришёл, - представился я.

- Где вы, охотники, шляетесь, когда нужны, - басом сказал Сова. И добавил баритоном: - Новый? Курить хочешь?

Неожиданно вспомнилось, что курить я то бросать собирался, то собирался бросать.

- Дааааа!

- А тебе пока нельзя. Закончим с этими – он широким жестом указал на пустое покрытое воронками поле, по которому я бежал час тому назад, - заходи. Я тебя кубинской сигарой угощу.

И тут взвыли миномёты.

Сова в лице не изменился: - Идет стая. До четырёх тысяч экземпляров, - последнее слово он буквально выплюнул. – Твоя задача – стоять вот в том пристеночке, смотреть прямо и лупить БЗТ во всё, что выше трёх метров. Сектор огня с 10 до 2 часов. Как понял?

- Эээ. Я не знаю…

- Чё ты не знаешь, тебя Мышь снаряжала! – Сова заорал было, но взял себя в руки. - От отсюда – он плюнул под ноги, - до оттуда – лес видишь?

Ну как не видеть, сам оттуда пришел недавно.

- На опушке поваленное дерево видишь?

Ну такую пальму сложно не заметить. Вырванный из земли комель был размером с микроавтобус.

Киваю.

- Направление на туда – это твои 12 часов! На позицию и лупи во всё, что выше трёх метров!

Выше трёх метров мне казалось жутким преувеличением.

Ну почему все атаки начинаются утром? Нет бы дать время супротивнику выспаться, побриться, подготовиться, послать парламентера со словами в 17:00 иду на вы.

Ну, наверно, потому, что злые, голодные и не выспавшиеся зольдатики утром дерутся так, что потом им стыдно. Иногда.

Сам такой был. Мне и сейчас стыдно. Иногда. Да, в прошлой жизни…

Запихавшись в указанный простеночек, я залез в выданный мне рюкзак. К моему великому сожалению, ни одной бутылки текилы я в нем не нашёл. Но количество магазинов меня приятно, а потом неприятно… удивило.

Они что, реально думают, что такое количество патронов можно сжечь за один огневой контакт? Да тут ствол расплавится.

Или рюкзак переходящий. От снайпера к снайперу. Сейчас меня ушатают, а рюкзак пойдёт следующему добровольцу. Без пополнения. Интересно, сколько тогда изначально в этом рюкзачке весу было?

-Стрелки, внимание!

Миномёты продолжают работать.

- Огонь!

Ну самое время полюбопытствовать, а куда же я попал.

Попал, да, это правильное слово.

Изменённые вышли из леса практически сплошным строем. В гущу которого тут же влепили наши миномётчики. Ранее их огонь был предупреждающим, мол, сюда не ходи, а сейчас ребята работали по полной.

Короткими очередями рыкнули несколько автоматов, и тут же их поддержало солидное размеренное баханье дашки. Двух! Далее стало непонятно, ибо вся стена стаба дружно полыхнула огнём.

Казалось бы, что при таком пламенном привете атака закончится, не начавшись.

Стаб стоит явно не первый день, и, судя по оперативности, отбивает далеко не первую атаку. Почему я груды трупов не видел, пока сюда шёл? Непонятно.

Обматерив самого себя за ра….яйство, пообещав себе две ночи карцера (с Брысь), наконец-то догадался проверить, с чем меня послали на текущую войну.

Чёрно-красное. Красное-черноё, право-лево, кислое-сладкое, крестик-нолик…

Интересно, писал человек просто под впечатлением или знающий?

Чёрно-красная окраска принята в СССР и перешла в РФ для пуль бронебойно-зажигательно-трассирующих патронов. Слово зажигать здесь применяется в прямом смысле и к ночным клубам имеет весьма опосредованное отношение. Что ж, зажжём! Или зажгём?

Мне резко стало не до смеха. Среди толпы, в которую непрерывно летел свинец и прочие подарки, появилось два новых персонажа.

Был бы я дома, я бы сказал – главные персонажи из фильма ужасов. Мои цели, назначенные Совой для меня. Больше трёх с половиной метров ужаса.

Двигались они ломано-хаотично, и я не спешил открывать огонь – понял уже, что мои трассы просто будут целеуказанием для кого-то, а точно целеуказать я пока не очень могу.

Да и не попаду. Хотя… Ближайшая ко мне тушка высотой под метра четыре неожиданно изящно сиганула в воздух, сбив по пути пару мелких соседей, и по красивой дуге пошла к земле.

Крыльев я у чудища не заметил, потому тупо направил ствол в предполагаемое место приземления, досчитал до три и прижал спуск.

Тут же взвыли скорострелки. Но, к моему удивлению, лупили они не в мою тварь, а в дальнюю от меня. Две прерывистые линии сошлись на быстро увядающей тушке и сошли на нет.

Баханье дашек и лай автоматов, после того, как замолкли скорострелки, казалось тишиной.

Толпа, только что монолитно катившаяся на стены, обмякла. И дружно ломанулась в обратную сторону.

Автоматчики забыли про экономию. В спины убегающим-уползающим полетели длинные очереди.

Заткнулись пулемёты. Стало почти тихо, не считая полусотни автоматов, которые щедро лупили от забора и до отбоя.

Я проклял себя, командира, отдавшего мне столь идиотский приказ, сайгу, плётку, Брысь, Иру, Машу, Марианну, Катю, Кристину, Олю, всех остальных и поклялся больше в Стикс не попадать.

Сразу после того, как влепил в башку непонятному существу высотой метра три. В холке.

Причем влепил я туда весь магазин. И ни разу не промазал. Трудно промазать в кабину экскаватора со ста метров.

Оно просто неожиданно появилось в месте, где его никто не ждал.

В методичке, что вручил мне Барин, про таких существ было написано одно слово – элита.

Элита меня разочаровала. Вместо того, чтобы бодро откусить мне голову, она села – ну точно собака, и попробовала спеть.

Расчеты скорострелок и миномётов работали «на ять». В смысле «…ядь, бегом!». Рядом с элитой ухнул первый разрыв, слева шла очередь скорострелки, видимая по появляющимся разрывам-воронкам, и чуть с запаздыванием – вторая, ожили дашки.

Элита просто пропала. Не знаю, как – смотрел не моргая. Но вот она есть, а теперь её нет. Осколки мин и снаряды скорострелок зря рвали воздух.

Коротко мявкнул тревожный ревун.

Лучшая в мире снайперская работа. Просчитал движение противника, подобрал позиции, пути отхода, рассчитал смещения по ветрам, скорость роста телеграфных столбов, высоту падения в районе взаимодействия и отработал на «зачёт». А, ну не совсем. Тупо лупил в направлении цели. Ну хоть так…

- Сосед, - Понч был слишком серьезен, чтобы верить во всё это. Но убегать было некуда. – Снял рубера с одного выстрела. Стаб «К» решил так: потроха рубера Соседу отдаём. Не обсуждается! – прервал он хвалебные речи.

- Обнаружил элиту. Предотвратил атаку на стаб. Стаб «К» решил так: три процента всего добытого за атаку – Соседу! Обсуждается. Пять минут.

За пять минут у меня нарисовалось пятьсот друзей. Или четыре с половиной тысячи. Рука правая распухла настолько, что даже шевелить ею было больно.

Понч неожиданно подмигнул мне.

- Время!

- От имени стаба говорю! – Понч внезапно стал каким-то высоким. – Сосед отныне друг стаба «К»! Кто хочет с ним ругаться, сначала ко мне подойдите!

Друзей у меня внезапно стало меньше. Но ненамного.

- Ты что, дурак, сам не понимаешь, что сделал? – горячился Понч. – Ты элиту матёрую вскрыл. Если б не твой выстрел, представляешь, что она натворить могла?

Не представляю. Ну представляю, но как-то слабо. Кровь, кишки, говорящие головы на столбах, собаки, жрущие мертвечину.

- Да ты пей, - Понч лихо плеснул жидкой радости нам обоим. – Оп-па! Сосед, подожди, не уходи никуда, - в зал зашёл хозяин кабака.

Увидев меня, Тедди загрустил.

Увидев Понча, Тедди задумался. Потом обрадовался:

- Мужики! Как я…

- Рад буду другу стаба, Соседу, - подсказал Понч.

- Рад буду другу стаба, Соседу…

- Предоставить кров и еду на семь дней и шесть ночей, - Понч откровенно издевался

- Предоставить кров и еду на семь дней и шесть ночей, - эхом повторил Тедди; - Ладно, кушать-то что будете?

Через час оказалось, что Тедди меня обманул. Не смертельно, он просто водки посоветовал выпить, зная, что новички её любят. Хотя как новичок я имел право…

Часы над стойкой показывали 23:44.

Понч поймал мой взгляд и хищно ухмыльнулся.

- Закажи тогда, - я откинулся на спинку пластикового кресла и попытался задремать.

- Слушай, а почему Понч? – дождавшись, пока Понч закончит издеваться над Тедди, решил я удовлетворить своё любопытство.

Понч покраснел. Выглядело это неожиданно. Ну как может покраснеть токарный станок?

- Пончик потому что, - буркнул он. – Ты особо не это. Я ж тут большой и страшный.

Поржать я не успел. События падали как кирпичи на голову без каски.

В кабак зашёл Слон с двумя дамами.

Мышь и Брысь и сами по себе были довольно маленькими, а уж в сравнении со Слоном они просто исчезали.

- А, мелкий отморозок! – поздоровался Слон. – Рубера ушатал и счастлив?

- Чё это мелкий, - возмутился я. – Крупный довольно!

- Ну тоже нормально, - не стал спорить Слон. Дамы брызнули за стол и, судя но несчастной морде лица Понча, его планы на вечер терпели крах.

Слон присаживаться не стал. Да и не выдержит эта мебелюшка такую тушу. Я вообще удивлен, как эти креслица меня или Понча держат – под девяносто килограмм тренированного жира каждый.

- Я чё пришёл, - Слон с ходу взял свинью за рога. – У тебя Дар открылся, понимаешь?

Я не понимал.

- Элиту увидел только ты. Вспоминай!

Было бы что вспоминать. Стрельба, дым, маты со всех сторон.

Стоп! Ведь что-то буквально повернуло мою голову и ствол плётки в место, где ничего интересного или угрожающего не было.

- Ага, понял, - оскалился Слон. – На. Прямо сейчас сожри!

На большой серой ладони тускло светился?! матово-чёрный шарик. Понч икнул. Мышь подавилась канапе.

- Ты руки-то когда мыл? – на всякий случай поинтересовался я.

- Считай это инвестицией, - сказал Слон, дождавшись, пока я запью черную жемчужину зеленой текилой. – Ты мне должен. Согласен?

Будто у меня выбор есть.

- Кто Сосед? – в двери вломилась очередная компания из пяти гиперактивных камуфлированных рыл.

- Он! – махнул в мою сторону Слон и быстро удалился.

- Сосед? – уточнил главный в пятёрке.

Стрелять они не должны, а руками, даст бог, отмахаюсь. Да и Понч поможет. Наверное.

Блин, но я же друг стаба? Или это просто песочная медаль?

Камуфляжный положил на стол передо мной чёрный пухлый полиэтиленовый пакет.

- Твоя доля. Бывай. И это, спасибо, - буркнул он. Видно было, что слово «спасибо» в его словарном запасе появилось буквально недавно.

По рассказам Понча, Брысь и Мыши, элита способна в одно лицо отъесть ствол ведущей огонь танковой пушки. Её невозможно заметить до тех пор, пока она не начнёт активно шевелиться. А потом становится поздно. Так что моя заполошная стрельба не только показала элиту остальным, но и сбила все планы на предмет поужинать обитателями стаба.

Ещё б понять, как это у меня получилось.

Пришлось составлять столы. К нашей компании присоединился Тедди со словами «всё равно за мой счет, так хоть выпью на халяву», Сова и еще пара незнакомых мне личностей.

Разговор шёл вроде как откровенный, но чувствовалось напряжение. На некоторые вопросы ответов не было, и задавший неудобный вопрос тут же сам переводил беседу в другое русло.

Потому очень неожиданно прозвучало:

- Сосед! Ты заработать хочешь?

- Баб, детей и стариков убивать не буду, - отмахнулся я.

- А и не надо! – тут должно было прозвучать «не пригодится», но человек с грустной мордой потомственного наркомана настаивал на своей точке зрения.

Понч и Тедди присутствовали. На неожиданное предложение оба решили не реагировать.

- У тебя Дар! Прикроешь нас на выезде – пятьсот споранов. И делать тебе ничего не надо!

Понч прикрыл глаза. Соглашайся, мол.

Как я понимаю, пятьсот споранов – очень приличная сумма. Но!

- Не хочу, - озвучил я своё решение.

Как я могу их прикрыть, если мой Дар просто показывает не всем видимые вещи? Почему Понч и Тедди не реагируют на явный развод? Хотя это как раз понятно. Я пришёл и ушёл, а им тут жить.

Вмешалась Брысь.

- Семьсот. И мы идём вдвоём.

- Договорились!

Хорошо, что я уже сижу. Плохо, что я ничего не понимаю.

Задирать пушистый хвост и делать спину горбом я не стал. Посмотрел на Брысь. Та безмятежно цедила какой-то коктейль через трубочку.

- Слушай, а нафига тебе этот раритет? – новый охранник честно выложил мои стволы на стойку. К арке и сайге внезапно добавилась плётка с четырьмя запасными магазинами. Даю чью-нибудь заднюю ногу на отгрызание – я знаю, чем они снаряжены.

Раритетом он обозвал сайгу. Нормальный такой ствол, на мой взгляд. Что отдача сильная у двенадцатого калибра – это проблемы стрелка. Я справляюсь.

- А, не хочешь, не говори, - он хитро отвернулся. – Хотя могу патронов подкинуть.Контейнера. 25 споранов за коробку.

- Давай двадцать?

Брысь смотрела на меня как на идиота.

- Ты друг стаба!

Глава 3. Друг

Слон был похож на слона. Габаритами, цветом кожи и выражением лица. Силуэтом же он очень напоминал то чудовище, которое ломилось ко мне на балкон в самом начале этой чудесной романтической истории.

Вовремя вспомнил, что дал себе зарок не удивляться. Слон даже соизволил улыбнуться, заметив, как я безуспешно пытаюсь найти на поясе кобуру.

– Что брать будешь?

- Плётка, - механически повторил я распоряжение девушки с компьютером.

- Владей пока, - Слон аккуратно положил передо мной СВД и звякнувший рюкзак, как я понимаю, с боезапасом. Ещё бы не аккуратно – такими лапками ствол СВД можно в двойной морской узел завязать. Интересно, есть ли узлы такие?

- Давай к Пончу, он справа от выхода, - закончил нашу первую встречу Слон.

Перед столом Понча не было ни очереди, ни охраны. Да и зачем эти все премудрости человеку, перед которым полукругом стоят три десятка вооруженных рыл.

Лицо Понча было подсвечено снизу каким-то экраном. Надо полагать, тактическим.

- Граник нужен! – рявкнул Понч.

- Я умею, Доктор, - откуда-то слева от меня.

- Сектор три! Старший Фраер, ему доложишься! Енот, проводи! – две нагруженные стреляющим железом фигуры резво помчались куда-то в сторону.

- Снайп!

Нормальная такая у них терминология.

Это он, получается, снайпера ищет. И тишина. Я не то чтобы снайпер, скорее марксмен, кому интересно, загуглите. Но какие-то места на соревнованиях брал, да.И с боевых на своих ногах вернулся. Рассказываю долго, размышления не заняли и полсекунды.

- Я, Сосед!

- Ух ты, новый, - удивился Понч, - с меня флян! Сектор пять, старший Сова, доложишься, Чекист – проводи!

Чекист разговаривать то ли не хотел, то ли не умел. Он хлопнул меня по плечу и резво ломанулся куда-то в полутьму. Ну взялся за грудь – говори что-нибудь. Пришлось ломиться следом. Замечу, что бегать в берцах по ноге гораздо удобнее, чем в домашних тапках.

- Крупняк кто? - задушевно проводил нас Понч.

- Вот Сова, - махнул рукой Чекист в сторону первого, замеченного мной курящего в этой реальности, - докладывайся, я работать пошёл.

- Привет, Сова. Сосед пришёл, - представился я.

- Где вы, охотники, шляетесь, когда нужны, - басом сказал Сова. И добавил баритоном: - Новый? Курить хочешь?

Неожиданно вспомнилось, что курить я то бросать собирался, то собирался бросать.

- Дааааа!

- А тебе пока нельзя. Закончим с этими – он широким жестом указал на пустое покрытое воронками поле, по которому я бежал час тому назад, - заходи. Я тебя кубинской сигарой угощу.

И тут взвыли миномёты.

Сова в лице не изменился: - Идет стая. До четырёх тысяч экземпляров, - последнее слово он буквально выплюнул. – Твоя задача – стоять вот в том пристеночке, смотреть прямо и лупить БЗТ во всё, что выше трёх метров. Сектор огня с 10 до 2 часов. Как понял?

- Эээ. Я не знаю…

- Чё ты не знаешь, тебя Мышь снаряжала! – Сова заорал было, но взял себя в руки. - От отсюда – он плюнул под ноги, - до оттуда – лес видишь?

Ну как не видеть, сам оттуда пришел недавно.

- На опушке поваленное дерево видишь?

Ну такую пальму сложно не заметить. Вырванный из земли комель был размером с микроавтобус.

Киваю.

- Направление на туда – это твои 12 часов! На позицию и лупи во всё, что выше трёх метров!

Выше трёх метров мне казалось жутким преувеличением.

Ну почему все атаки начинаются утром? Нет бы дать время супротивнику выспаться, побриться, подготовиться, послать парламентера со словами в 17:00 иду на вы.

Ну, наверно, потому, что злые, голодные и не выспавшиеся зольдатики утром дерутся так, что потом им стыдно. Иногда.

Сам такой был. Мне и сейчас стыдно. Иногда. Да, в прошлой жизни…

Запихавшись в указанный простеночек, я залез в выданный мне рюкзак. К моему великому сожалению, ни одной бутылки текилы я в нем не нашёл. Но количество магазинов меня приятно, а потом неприятно… удивило.

Они что, реально думают, что такое количество патронов можно сжечь за один огневой контакт? Да тут ствол расплавится.

Или рюкзак переходящий. От снайпера к снайперу. Сейчас меня ушатают, а рюкзак пойдёт следующему добровольцу. Без пополнения. Интересно, сколько тогда изначально в этом рюкзачке весу было?

-Стрелки, внимание!

Миномёты продолжают работать.

- Огонь!

Ну самое время полюбопытствовать, а куда же я попал.

Попал, да, это правильное слово.

Изменённые вышли из леса практически сплошным строем. В гущу которого тут же влепили наши миномётчики. Ранее их огонь был предупреждающим, мол, сюда не ходи, а сейчас ребята работали по полной.

Короткими очередями рыкнули несколько автоматов, и тут же их поддержало солидное размеренное баханье дашки. Двух! Далее стало непонятно, ибо вся стена стаба дружно полыхнула огнём.

Казалось бы, что при таком пламенном привете атака закончится, не начавшись.

Стаб стоит явно не первый день, и, судя по оперативности, отбивает далеко не первую атаку. Почему я груды трупов не видел, пока сюда шёл? Непонятно.

Обматерив самого себя за ра….яйство, пообещав себе две ночи карцера (с Брысь), наконец-то догадался проверить, с чем меня послали на текущую войну.

Чёрно-красное. Красное-черноё, право-лево, кислое-сладкое, крестик-нолик…

Интересно, писал человек просто под впечатлением или знающий?

Чёрно-красная окраска принята в СССР и перешла в РФ для пуль бронебойно-зажигательно-трассирующих патронов. Слово зажигать здесь применяется в прямом смысле и к ночным клубам имеет весьма опосредованное отношение. Что ж, зажжём! Или зажгём?

Мне резко стало не до смеха. Среди толпы, в которую непрерывно летел свинец и прочие подарки, появилось два новых персонажа.

Был бы я дома, я бы сказал – главные персонажи из фильма ужасов. Мои цели, назначенные Совой для меня. Больше трёх с половиной метров ужаса.

Двигались они ломано-хаотично, и я не спешил открывать огонь – понял уже, что мои трассы просто будут целеуказанием для кого-то, а точно целеуказать я пока не очень могу.

Да и не попаду. Хотя… Ближайшая ко мне тушка высотой под метра четыре неожиданно изящно сиганула в воздух, сбив по пути пару мелких соседей, и по красивой дуге пошла к земле.

Крыльев я у чудища не заметил, потому тупо направил ствол в предполагаемое место приземления, досчитал до три и нажал спуск.

Тут же взвыли скорострелки. Но, к моему удивлению, лупили они не в мою тварь, а в дальнюю от меня. Две прерывистые линии сошлись на быстро увядающей тушке и сошли на нет.

Баханье дашек и лай автоматов, после того, как замолкли скорострелки, казалось тишиной.

Толпа, только что монолитно катившаяся на стены, обмякла. И дружно ломанулась в обратную сторону.

Автоматчики забыли про экономию. В спины убегающим-уползающим полетели длинные очереди.

Заткнулись пулемёты. Стало почти тихо, не считая полусотни автоматов, которые щедро лупили от забора и до отбоя.

Я проклял себя, командира, отдавшего мне столь идиотский приказ, сайгу, плётку, Брысь, Иру, Машу, Катю, Таню, Олю, всех остальных и поклялся больше в Стикс не попадать.

Сразу после того, как влепил в башку непонятному существу высотой метра три. В холке.

Причем влепил я туда весь магазин. И ни разу не промазал. Трудно промазать в кабину экскаватора со ста метров.

Оно просто неожиданно появилось в месте, где его никто не ждал.

В методичке, что вручил мне Барин, про таких существ было написано одно слово – элита.

Элита меня разочаровала. Вместо того, чтобы бодро откусить мне голову, она села – ну точно собака, и попробовала спеть.

Расчеты скорострелок и миномётов работали «на ять». В смысле «…ядь, бегом!». Рядом с элитой ухнул первый разрыв, слева шла очередь скорострелки, видимая по появляющимся разрывам-воронкам, и чуть с запаздыванием – вторая, ожили дашки.

Элита просто пропала. Не знаю, как – смотрел не моргая. Но вот она есть, а теперь её нет. Осколки мин и снаряды скорострелок зря рвали воздух.

Коротко мявкнул тревожный ревун.

Лучшая в мире снайперская работа. Просчитал движение противника, подобрал позиции, пути отхода, рассчитал смещения по ветрам, скорость роста телеграфных столбов, высоту падения в районе взаимодействия и отработал на «зачёт». А, ну не совсем. Тупо лупил в направлении цели. Ну хоть так…

- Сосед, - Понч был слишком серьезен, чтобы верить во всё это. Но убегать было некуда. – Снял рубера с одного выстрела. Стаб «К» решил так: потроха рубера Соседу отдаём. Не обсуждается! – прервал он хвалебные речи.

- Обнаружил элиту. Предотвратил атаку на стаб. Стаб «К» решил так: три процента всего добытого за атаку – Соседу! Обсуждается. Пять минут.

За пять минут у меня нарисовалось пятьсот друзей. Или четыре с половиной тысячи. Рука правая распухла настолько, что даже шевелить ею было больно.

Понч неожиданно подмигнул мне.

- Время!

- От имени стаба говорю! – Понч внезапно стал каким-то высоким. – Сосед отныне друг стаба «К»! Кто хочет с ним ругаться, сначала ко мне подойдите!

Друзей у меня внезапно стало меньше. Но ненамного.

- Ты что, дурак, сам не понимаешь, что сделал? – горячился Понч. – Ты элиту матёрую вскрыл. Если б не твой выстрел, представляешь, что она натворить могла?

Не представляю. Ну представляю, но как-то слабо. Кровь, кишки, говорящие головы на столбах, собаки, жрущие мертвечину.

- Да ты пей, - Понч лихо плеснул жидкой радости нам обоим. – Оп-па! Сосед, подожди, не уходи никуда, - в зал зашёл хозяин кабака.

Увидев меня, Тедди загрустил.

Увидев Понча, Тедди задумался. Потом обрадовался:

- Мужики! Как я…

- Рад буду другу стаба, Соседу, - подсказал Понч.

- Рад буду другу стаба, Соседу…

- Предоставить кров и еду на семь дней и шесть ночей, - Понч откровенно издевался

- Предоставить кров и еду на семь дней и шесть ночей, - эхом повторил Тедди; - Ладно, кушать-то что будете?

Через час оказалось, что Тедди меня обманул. Не смертельно, он просто водки посоветовал выпить, зная, что новички её любят. Хотя как новичок я имел право…

Часы над стойкой показывали 23:44.

Понч поймал мой взгляд и хищно ухмыльнулся.

- Закажи тогда, - я откинулся на спинку пластикового кресла и попытался задремать.

- Слушай, а почему Понч? – дождавшись, пока Понч закончит издеваться над Тедди, решил я удовлетворить своё любопытство.

Понч покраснел. Выглядело это неожиданно. Ну как может покраснеть токарный станок?

- Пончик потому что, - буркнул он. – Ты особо не это. Я ж тут большой и страшный.

Поржать я не успел. События падали как кирпичи на голову без каски.

В кабак зашёл Слон с двумя дамами.

Мышь и Брысь и сами по себе были довольно маленькими, а уж в сравнении со Слоном они просто исчезали.

- А, мелкий отморозок! – поздоровался Слон. – Рубера ушатал и счастлив?

- Чё это мелкий, - возмутился я. – Крупный довольно!

- Ну тоже нормально, - не стал спорить Слон. Дамы брызнули за стол и, судя но несчастной морде лица Понча, его планы на вечер терпели крах.

Слон присаживаться не стал. Да и не выдержит эта мебелюшка такую тушу. Я вообще удивлен, как эти креслица меня или Понча держат – под 90 килограмм тренированного жира каждый.

- Я чё пришёл, - Слон с ходу взял свинью за рога. – У тебя Дар открылся, понимаешь?

Я не понимал.

- Элиту увидел только ты. Вспоминай!

Было бы что вспоминать. Стрельба, дым, маты со всех сторон.

Стоп! Ведь что-то буквально повернуло мою голову и ствол плётки в место, где ничего интересного или угрожающего не было.

- Ага, понял, - оскалился Слон. – На. Прямо сейчас сожри!

На большой серой ладони тускло светился?! матово-чёрный шарик. Понч икнул. Мышь подавилась канапе.

- Ты руки-то когда мыл? – на всякий случай поинтересовался я.

- Считай это инвестицией, - сказал Слон, дождавшись, пока я запью черную жемчужину зеленой текилой. – Ты мне должен. Согласен?

Будто у меня выбор есть.

- Кто Сосед? – в двери вломилась очередная компания из пяти гиперактивных камуфлированных рыл.

- Он! – махнул в мою сторону Слон и быстро удалился.

- Сосед? – уточнил главный в пятёрке.

Стрелять они не должны, а руками, даст бог, отмахаюсь. Да и Понч поможет. Наверное.

Блин, но я же друг стаба? Или это просто песочная медаль?

Камуфляжник положил на стол передо мной черный пухлый полиэтиленовый пакет.

- Твоя доля. Бывай. И это, спасибо, - буркнул он. Видно было, что слово «спасибо» в его словарном запасе появилось буквально недавно.

По рассказам Понча, Брысь и Мыши, элита способна в одно лицо отъесть ствол ведущей огонь танковой пушки. Её невозможно заметить до тех пор, пока она не начнёт активно шевелиться. А потом становится поздно. Так что моя заполошная стрельба не только показала элиту остальным, но и сбила все планы на предмет поужинать обитателями стаба.

Ещё б понять, как это у меня получилось.

Пришлось составлять столы. К нашей компании присоединился Тедди со словами «всё равно за мой счет, так хоть выпью на халяву», Сова и еще пара незнакомых мне личностей.

Разговор шёл вроде как откровенный, но чувствовалось напряжение. На некоторые вопросы ответов не было, и задавший неудобный вопрос тут же сам переводил беседу в другое русло.

Потому очень неожиданно прозвучало:

- Сосед! Ты заработать хочешь?

- Баб, детей и стариков убивать не буду, - отмахнулся я.

- А и не надо! – тут должно было прозвучать «не пригодится», но человек с грустной мордой потомственного наркомана настаивал на своей точке зрения.

Понч и Тедди присутствовали. На неожиданное предложение оба решили не реагировать.

- У тебя Дар! Прикроешь нас на выезде – пятьсот споранов. И делать тебе ничего не надо!

Понч прикрыл глаза. Соглашайся, мол.

Как я понимаю, пятьсот споранов – очень приличная сумма. Но!

- Не хочу, - озвучил я своё решение.

Как я могу их прикрыть, если мой Дар просто показывает не всем видимые вещи? Почему Понч и Тедди не реагируют на явный развод? Хотя это как раз понятно. Я пришёл и ушёл, а им тут жить.

Вмешалась Брысь.

- Семьсот. И мы идём вдвоём.

- Договорились!

Хорошо, что я уже сижу. Плохо, что я ничего не понимаю.

Задирать пушистый хвост и делать спину горбом я не стал. Посмотрел на Брысь. Та безмятежно цедила какой-то коктейль через трубочку.

- Слушай, а нафига тебе этот раритет? – новый охранник честно выложил мои стволы на стойку. К арке и сайге внезапно добавилась плётка с четырьмя запасными магазинами. Даю чью-нибудь заднюю ногу на отгрызание – я знаю, чем они снаряжены.

Раритетом он обозвал сайгу. Нормальный такой ствол, на мой взгляд. Что отдача сильная у двенадцатого калибра – это проблемы стрелка. Я справляюсь.

- А, не хочешь, не говори, - он хитро отвернулся. – Хотя могу патронов подкинуть.Контейнера. 25 споранов за коробку.

- Давай двадцать?

Брысь смотрела на меня как на идиота.

- Ты друг стаба!

Глава 4. Мур

Нагруженный тремя стволами и изрядно потяжелевшим рюкзаком, я топал следом за Брысь, вооружённой укоротом, и занимался ставшим уже привычным делом – безуспешно пытался хоть что-то понять. Потом решил, что наступила моя очередь ругаться.

- Киса, куда мы идём? Зачем мы идём? Что мы делать будем, в конце концов? Что ты умеешь, кроме как на шесте танцевать?

Брысь надоела моя краткая истерика.

- Ты видящий. Я кинетик.

Объяснила, да.

Брысь прижалась ко мне невысокой грудью, укрытой бронежилетом.

- Ты кинетик. Устал просто, пока силы копишь. Снайпер – я. Понял?

Всё страньше и страньше. Конечно, понял. Ещё бы знать, что такое кинетик.

Брысь за ремень потащила у меня с плеча плётку. Само собой, ухватила не тот ремень…

- Сосед, Брысь. Прибыли.

Прислонившийся спиной к колесу урала дядя несколько секунд молчал.

- Я Торец. На этой вечерине я старший. Снайпер и кинетик, я полагаю?

Зафиксировав наши кивки, продолжает:

- Прыгайте во вторую машину, там по ситуации. Через десять минут будет перезагрузка. Наша задача – отловить как можно больше свежих, а иммунные они или нет – пусть дальше разбираются.

Во второй машине нам тоже разлёживаться не позволили.

- Новьё! Работать можете?

- Могу как стрелок, Дар еще не восстановился, - рявкнул я.

- Могу, - это уже Брысь.

- Брысь, бери бесшумку у Кузнеца и держи левый фланг. Левый, это там. Не вздумай только меня или ещё кого из наших прибить.

- Сосед, бросай оружие! Бери дубьё!

Мрачно смотрю на говорящего. Тот пожал плечами – не ругайся, мол, работа наша такая. Ага, на старости лет я с демократизатором ещё не работал.

Город ещё не понимал, что доживает последние секунды.

Потухли витрины, никуда не спешили экстренные службы, даже вездесущие гаишники куда-то делись.

- Это замечательно, клянусь богом, - киваю Брысь – мы сюда хотим; - показываю на магазин, весь вид которого говорит, что швейцарские часы китайцы будут подделывать до последнего.

Ну надо же нам будет одновременно убегать, если что. Или атаковать, что маловероятно. Синхронизация действий иногда показывает чудеса.

Добываю себе какой-то хронометр с вяло-светящимися стрелочками и большим циферблатом, в общем большой такой наручный будильник, почти как у товарища Сухова.

Брысь же выбрала маленькое, красивое и блестлявое. С трудом представляю, как по этому цифербляту считать азимут. Ну ладно, она красивая, ей можно. Тогда я получаюсь умный. Мдяяяя…

- Пойдём, - я ухватил за рукав очередную личность. Личность тут же заехала мне локтём в нос. Больно!

Отпустив оппонента метра на четыре, я прижал спуск.

Повезло ему, что попал куда хотел - поцарапало, а не порвало и не поломало.

И только тут личность издала яростное матерное шипение.

- Давай в грузовик, - мотаю башкой в сторону урала. – Там и перевяжешься.

Не очень добро зыркнув в мою сторону, личность побрела к уралу.

- Брысь!

- Я за неё!

Красавица развлекалась.

- Киса, я тебя сейчас изнасилую. Два раза.

- Да все вы вечно обещаете, - она сфокусировалась на мне. – Баран, ты ещё не понял? Нас подставили. Мы муры теперь.

Муры так муры. Но вообще-то это была её идея.

- Нужны три человека на сопровождение. Добровольцы?

Таких не нашлось.

- Снайпер, - он ткнул пальцем в Брысь, - пулемётчик, - ещё кому-то не повезло, - и прикрытие…

- Я!

Брысь ведёт какую-то свою игру. Но с ней я хотя бы немножко знаком.

- Грузовики водить умеете? – мы с пулемётчиком синхронно кивнули. Брысь растерялась.

- Едешь с водителем. Общая задача – до 16 часов привезти мясо в приёмник. В машинах навигаторы, не заблудитесь. Потом возвращаетесь сюда, я бойца оставлю, он скажет, что делать.

Глядя на то, с каким энтузиазмом водитель отдал мне руль, я начал что-то подозрительно подозревать.

Уралы весело поднимали пыль.

Получается, что мы сейчас везём примерно 150 рыл на опыты. Не то чтобы я сильно добрый самаритянин, но у людей должен быть выбор. Я так думаю.

Передняя машина непредсказуема. Там за рулём незнакомый мне пулемётчик. В замыкающей машине Брысь, она может помочь.

А, когда ни умирать, всё равно день терять.

Дождавшись поворота, я влепил весь магазин арки в район переднего колеса ведущей машины. По задним бить бесполезно, их много, на управляемость не очень влияют.

Получилось! Передний урал резко остановился.

Пустой магазин полетел куда-то вниз.

Выживу – найду! Да, я оптимист.

Сайгу или арку? Сайгу, если будет огневой контакт, в чём я уже не сомневаюсь, то на дистанции полтора метра сайга удобнее.

Пулемётчик оказался умнее, чем я думал.

- Ну и нафига было стрелять? Фарами бы моргнул, я б и так остановился. Пойдём.

В замыкающей машине царила идиллия. Брысь практически залезла на водителя и всячески лобзала его. Вот уж не повезло человеку.

- Выходи.

- Тент открой, - приказал я.

Пришлось стрелять. Может быть, в какой-то из трёх машин и оставались живые люди, но понять это было невозможно. Да и не выжили бы они в тесной компании заражённых.

Пулемётчика зовут Успех. Четвертого мура зовут Динар. Первый мур – это я, Сосед, второй – Брысь. Динар недолго раздумывал и очень быстро убежал. Достать его я мог легко, но не стал этого делать сам и Успеху запретил.

- Как я понимаю, мы километрах в нескольких от базы внешников, - понятно, что вещи очевидные, но всё-таки лучше их озвучить. – Предлагаю напакостить.

Успех подобрался: - Я против!

Брысь тут же влепила длинную очередь ему в бок: - А я за!

Ну нет бы аккуратненько в затылочек бахнуть, приспичило ей пополам порезать человека, раскидала тут кишки с говном на пол-улицы.

Не, не буду я её замуж звать. Вдруг согласится?

Мир Стикса зело велик и разнообразен. Но ждать, пока тебе медленно отжуют ноги, лично я не хочу. Лучше уйти быстро и красиво. Чем же руководствуется Брысь, я не понимаю.

Из трёх уралов выбрали самый не побитый пулями. Потом выбрали другой, ибо у первого внезапно нашлась куча сквозных дырок в переднем правом колесе.

Потом пришлось выбирать третий, ибо второй отказался заводиться.

Перебросив рычаг на третью передачу, я спросил у Брысь:

- Ну а тебе всё это зачем?

- Можно вернуться, - без эмоций сказала она.

Тормозить было поздно.

В пятистах метрах от базы чужого мира, в кабине урала с девушкой, которая способна легко запихать тридцать пуль в чужой организм. Она ещё у шеста танцует.

Подъезжая к воротам базы, я надеялся только на неё.

- Ну командуй, - сказал я.

- Делай вид, что ты умный.

Да я всю жизнь этим занимаюсь!

База внешников была непривычной. За простым забором на расстоянии порядка трёхсот метров мерцали несколько пересекающихся куполов разного размера. Самый мелкий и ближний к нам был размером с трёхподъездную двухэтажную сталинку.

С остальными непонятно, само пространство казалось каким-то помятым. Как туда целиться прикажете?

За простыми железными воротами в простом бетонном заборе угадывалась будка кпп, перед воротами маячили три вооруженных рыла.

- Почему опаздываете? – Брысь стала что-то объяснять. Ну да, всё верно. Если бы начал объяснять я, никто бы не поверил. В первую очередь я.

- Дикие напали на караван, в результате огневого контакта эти печальные лохи были рассеяны и ликвидированы!

Пора учить русский язык.

- Остальные где?

Брысь пыталась мне что-то просигнализировать.

Ну трое их. С гарантией могу вышибить только того, что стоит чуть левее меня.

«Бей левого!!!» - в моей многострадальной бритой голове гуляли строем туда-сюда странные мысли, поэтому без фанатизма просто влепил затыльник приклада под ухо левого. Это она сказала?

- Да свалите вы в ужасе, - орала-визжала Брысь, пока двое выживших охранников пытались её ловить.

Один из догоняющих неожиданно для своих планов уже остывал на поверхности Стикса.

За спиной второго кто-то заорал: - Мяу!

Этот кто-то был я.

Зря он обернулся на мяуканье. Ой, зря.

Ну и чем нам это грозит? Мы только что ушатали состав КПП, который в принципе ничего не решает.

- Выброси пару трупов из кузова на дорогу, - Брысь была похожа на сжатую пружину. – Выбей грузовиком ворота и застрянь в них. Потом падай туда и делай вид что ты ранен. Готовься прикрыть меня огнём. И, если мы выживем, нам придется очень быстро убегать. Грузовик постарайся не разбить, другого у нас не будет. Пошёл! Времени минута, если повезёт!

Хоть бы в нос поцеловала, что ли.

Выбить уралом жестяные ворота – дело нехитрое. Застрять – это уже сложнее, потому я, ещё вышибая ворота, сразу ставил грузовик по диагонали, перекрывая дорогу и упираясь углом бампера в коробку кпп.

В минуту я категорически не укладывался, поэтому просто перевалил пару тел за задний борт и разлёгся в их компании. Хорошо ещё, пахнуть не начали. И насекомых нет от слова совсем. Интересно, почему?

А видеонаблюдения у них нет, что ли? В голове не укладывается. Вход в одну из самых оберегаемых тайн Стикса охраняли три раздолбая у железных ворот?

«Мы не дошли до охраняемого периметра. Думай тише, мешаешь», - о как, я ещё и думаю слишком громко.

Сектор обзора наполовину закрыт грузовиком. Под днищем что-то видно, но полноценную картинку составить трудно. А Брысь где-то там, в районе капота. Как я её прикрывать буду, если я её не вижу?

Догадалась. Вышла, хромая, опустив очи долу и таща за ремень по земле чей-то автомат. Мдя, для голливуда такая красотка не пойдет – унылая ссутулившаяся фигурка полностью размазана бронёй и драным камуфлом, мордаха в каких-то пятнах, волосы напоминают старую присказку про инженерные работы на фабрике по производству макарон.

По поверхности ближайшего радужного купола полукругом побежали волны от открывшегося у поверхности прохода. Из прохода выскочил какой-то незнакомый мне самоход явно негражданского назначения и бодро порулил к нам. Волны по куполу покатились в обратную сторону, заливая-закрывая проход.

Пришлось напоминать себе, что это Стикс. На Земле такого не бывает, на зрение я не жалуюсь, а в дурку мне пока рано. Или я уже там? Хотя какое «или», там уже, конечно…

Самоход плыл в полуметре над поверхностью. Колёса и гусеницы отсутствовали как класс, никаких ножек под днищем тоже не наблюдалось. Не было и выхлопа. Но скорость около 60 вёрст в час, до нас он добрался секунд за двадцать.

Пулемётная башня прошлась зрачком ствола по нам и упёрлась в окружающую пустошь.

Правильно, я вообще труп, а Брысь явно неопасна – оружие лежит на земле и держит она его за ремень. Мне, правда, чтобы открыть огонь, надо полсекунды – но куда стрелять? Краску царапать на инопланетных броневиках я точно не хочу.

Шевелиться мне лучше не шевелиться, да и шайтан-арба стоит ко мне лобовой проекцией, где десантных люков обычно нет. Откуда-то сзади машины нарисовались четыре рыла, одетые в чё-то до боли напоминающее экзоскелеты.

Всё хорошо, но это передовые передовые разработки, насколько я знаю, и когда их армия увидит – бог весть. Ну да, что-то похожее было в сталкере. Игрушка такая компьютерная. Там, правда, для удобства игроков все раскрашено в свой-чужой, а не грязно-серый, как у этих персонажей.

Кстати, левитирующий бтр меня совсем не удивил. Устал уже удивляться, принимаю как данность. Вроде говорил уже?

Опой чую, сейчас что-то будет. И пока не началось, можно подумать, повспоминать, повздыхать… Поздно. Началось.

«Твои левый и правый, мои центр!» - Брысь продолжает меня удивлять. Ну как можно поставить задачу снайперу одновременно сбить двоих стоящих по углам сектора?

Ещё до выстрела я знал, что попаду. Не могу обозвать это состояние, но иногда при игре на бильярде или там на пострелушках я ещё до удара/выстрела знаю – попал, править не надо. Отдача.

Боковое зрение отметило оседающий силуэт, еще две фигуры, которые невидимым глазу бревном понесло к броневику, а палец сам дожал спуск в момент совмещения ствола и силуэта второй цели. В прицел посмотреть я как-то даже и не подумал.

Отдача.

- Бегом ко мне! – насколько пронзителен может быть женский голос. Хотя, говорят, именно потому, что он тонкий, его прекрасно слышно в шуме боя и работе механизмов. Поэтому речевые сообщения на истребителях проговаривает женский голос.

И поэтому упал минимум один истребитель, пилот которого, услышав ласковый женский голос «Проблема на борту», заорал – «Баба в самолёте» - и катапультировался.

Чужая планета толкает в пятки. Башня с пулемётом поворачивается в мою сторону – ну, кто не успел, тот не успел.

Не решаюсь погасить инерцию бега красивым кувырком, тупо хватаюсь за какой-то выступ на броне, падаю на опу и проезжаю так еще с полметра. Мдя. Стикс мог бы быть и помягче.

Мы в мёртвой зоне для пулемёта бтр. Возле открытого люка в десант, по периметру которого частично размазаны броня и тела двух средних неудачников. Остальное улетело внутрь, и чё-то мне туда не хочется.

Лично я бы на месте мехвода этой брони отскочил бы метров на триста, развернулся и посмотрел бы, кто пришёл и зачем пришёл, ну а далее по ситуации.

Дроны, сканеры, киборги, радары и прочая красота технологическая – это хорошо и даже замечательно. Но пока сам ногом не пройдёшь, не увидишь и не потрогаешь, что у тебя происходит, нету у тебя объективной картинки. Я так думаю.

У нас же объективная картинка такая – мы сидим на чужой планете. Прислонившись плечами – я правым, Брысь, соответственно, левым, к корме инопланетного летающего бтра, на броне и около которой частями расположены остальные участники мероприятия.

Запах. Да, есть. Пахнет не розами. Пахнет кровью, порохом и дерьмом.

- Да не поедет он никуда, не бойся. И стрелять теперь не сможет, – перепачканная грязью и кровью мелкая блондинка ни разу не походила на чудовище. Она им была.

- А это. Связь? – каркнул я. Надо бы было прокашляться, но потом, всё потом. Сначала выжить.

- Да я им передатчик сломала.

- Ты ещё и РЭБ обладаешь? – машинально удивляюсь.

Брысь покраснела и попыталась сдуть прилипшую чёлку со лба: - Нет, просто пополам.

Глава 5. Ромео

- Я всё выдала, - Брысь умудрилась похудеть и провалиться внутрь своей камуфляжки. – Я пустая пока. Связи у них нет и не будет, но двигатель я заблокировала неудачно. Через пару минут они оживут и поедут жаловаться. Понимаешь?

Стандартная ситуация. Опять спасать всех. Времени меньше двух минут. Куда, говорите, убегать?

Я решил немного помародёрствовать и быстро-быстро сваливать из этого негостеприимного места. Сунув плётку Брысь, я метнулся к ближайшему своему крёстничку. Брать что-то из неопрятной кучи в бтр не хотелось совершенно.

Пара непривычного вида гранат, неожиданно похожий на 911 кольт пистолет, запасная обойма в кармашке кобуры, нож, которые похожи во всех реальностях. Рацию не беру, запеленгуют нас по ней, броню снимать некогда, да и непонятно как, шлем слегка пришёл в негодность – я влепил бедолаге прямо в центр забрала, прозрачный бронепластик такого издевательства не выдержал.

Обернувшись, обнаруживаю Брысь не возле нашей машины, а сидящей на прежнем месте. Понимаю, что она красивая, но не настолько же!

Девушка изощрённо материлась, пока я за шиворот тащил её к уралу. Таких словосочетаний я не слышал давно, аж заслушался.

Обходить машину было далеко. Да и мордой она упиралась в кпп, анабазис до водительской двери обещал метров двадцать волочения возмущающейся блондинки, поэтому я тупо и цинично открыл пассажирскую дверь и полез в кабину.

Совсем плохой стал! Надо ж было гранатку в бтр закинуть на прощание. Хотя ладно, еще непонятно, как она работает, вдруг просто дымовая? Ага, или атомная…

- Дверь закрой, – велел я Брысь, заводя двигатель.

Стартер старательно крутился. Урал заводиться не хотел.

Метрах в пятидесяти за замершим бтр воздух длинной линией пошёл мелкой рябью вверх, формируя громадный купол диаметром, наверное, с километр, закрывший все постройки базы.

- !!! – прокомментировала Брысь; - тревогу подняли, сейчас нас на органы разбирать начнут без наркоза, - и с какой-то безумной надеждой посмотрела на меня.

Вываливаюсь из машины на водительскую сторону; - стволы и сидоры давай, потом сама.

Она поняла слово сидоры. Это я уже потом удивился.

Быстро раскидываю добро на две кучки. На меньшую киваю блондинке: - Хватай и вали по прямой на ту лэпку, догоню, - показываю на покосившуюся опору бывшей ЛЭП.

Ну хотя бы какое-то время грузовик будет скрывать нас от визуального наблюдения… Про остальные варианты думать некогда, да я их и не представляю.

Принцип действия гранат мне не понятен, но наличие кольца и рычага внушает определенные мысли. Быстро сделав мелкую пакость на открытие пассажирской двери, обвешиваюсь железом и бегу к собой указанной лэпке.

Куда прятаться? Удрать не то что от брони, но и от простой пехоты мы не сможем. Хорошо хоть в Стиксе с беспилотниками, да и вообще с летающими по небу агрегатами нехорошие чудеса происходят; с воздуха нас накрыть не должны. Это если Барин не соврал.

Брысь летит метрах в тридцати впереди. До ориентира еще метров пятьсот, следующего я не наметил.

Думаю я всё-таки слишком громко. Брысь чуть вильнула в сторону и нырнула в какую-то невидимую мне ямку. Надеюсь, там места на двоих хватит.

Когда они откроют грузовик, минимум одному бойчишке поплохеет. Надеюсь. Оставят кого-то ему в помощь, если та ещё потребуется, побегут дальше. Возле места взрыва искать никто не будет. Особенно когда дальше бахнет второй взрыв, чётко рисуя траекторию движения убегунов.

«Ты псих. Нет! Ты полный псих!» - Брысь вылезла из своей ямки и, пригнувшись, рванулась к грузовику.

Двигаюсь навстречу, стараясь держаться на одной линии с ней, лэпкой и уралом за спиной.

Бесшумку муровскую Брысь себе умудрилась оставить, очень хорошо…

Придавливаю рычаг гранатки заметным камушком, вытаскиваю кольцо и ломлюсь в сторону базы, под жалкое прикрытие грузовика.

Возле заднего борта грузовика прибавилось еще два трупа. В отличие от соседей, эти двое, которые я и Брысь, сильно нервничали.

Машину будут брать одновременно со всех сторон, это азбука. Хотя лично я бы снёс её к чертям собачьим выстрелом из чего-нибудь большого.

Вся надежда на любовь внешников к человеческим органам – пусть дохлые, но свежие, портить пока не надо.

И ещё, что тепловизоры у них в прицелы не встроены. А то кусок брезента, второпях оттяпанный от заднего полога, вряд ли тут сильно поможет.

Ожил не доломанный бтр. Подпрыгнув метров на восемь вверх, он немного побалансировал на непонятно чём и уверенно рухнул мордой в планету. В ближайшее время от него бегать точно не придётся.

Проявилась цепь внешников. Они уверенно топали в нашу сторону, как терминаторы в старом фильме. Огрызаться бесполезно, задавят огнём и сделают что хотят.

«Молчи, придурок», - Брысь в своём репертуаре.

- Двое у грузовика! Стволы в небо и медленно выходите.

Хреново мы спрятались. Но стволы в небо – значит не хотят разоружать? Или расслабляют, чтобы ушатать без затей? В любом случае они нас видят.

Поднимаюсь. Стоя обзор получше. Справа-слева метрах в двухстах систершипы неудачно летающего бтра, на нас движется цепь внешников в экзоскелетах. Конкретно к нам идут четверо. Это лучше, чем сотня.

Брысь вообще не стала утруждать себя железом. Встала в расслабленной позе. Глаза хищно прищурены. Кому-то не повезёт, если что. Интересно, а у меня какая морда лица?

Трое разошлись полукругом. Друг другу не мешают, грамотные, заразы.

Четвертый лаконично объяснил политику партии: - Вы уничтожили специалистов. Можете выполнить их работу, останетесь жить. Можете не согласиться.

Говорил он лениво.

- Мы согласны! – Брысь опередила меня.

Любопытный солдатик из цепи полез в урал. Двадцать два, двадцать три, двадцать четыре. Ну каким надо быть придурком, чтобы рассчитывать…

Бахнуло.

…. чтобы лезть куда попало?

Одному из конвойцев что-то прилетело, он опустил ствол и бесполезно шарил по бронированному боку бронированной перчаткой.

«!!!» - матерное предостережение Брысь коснулось мозга в момент, когда арка в моей руке выдала хвост огня в голову командира четвёрки.

- Оружие на землю! – отреагировал один из неповреждённых конвойцев.

Разжимаю пальцы, автомат падает. Почему не стреляют?

- Пять шагов вперёд!

С этого и надо было начинать.

- Разговоры разговаривать не хочу, - низкорослый лысый дядя откровенно тяготился нашим обществом.

– Ты – девяносто-семнадцать-шестнадцать, - это Брысь, и уже мне: - ты девяносто-семнадцать-семнадцать. Рации берите. Задачи вам ставит девяностый. Вопросы?

Мне уже давно было всё равно.

- Есть вопросы.

- Один вопрос разрешаю, - лысый вроде даже не удивился. Охранники, наоборот, насторожились – ну как еще можно истолковать уставившиеся в мой живот стволы.

- Почему нас не убили сразу?

«!!!» - Брысь меня не любит.

- Вы ж согласились сотрудничать, - даже удивился лысый. – Свободны!

- Жрать пока не хотите, - решил за нас сопровождающий. – Столовая там, по жёлтой линии. Но вряд ли она вам пригодится. Через 20 минут выход, вы в составе.

На 20 минут отдыха нам выделили целую комнату. Размером с купе эконом-класса. Кровать была одна и посередине. По бокам от неё оставалось сантиметров тридцать пространства. Всё! Ни стола, ни шкафа, ни туалета.

Брысь просто упала ничком на эту кровать. На белое покрывало. В броне. На которой пыль заморских дорог смешалась с кишками прогрессоров.

- Почему я тебя слышу? – наконец-то догадался спросить я.

- А почему Я тебя слышу? – Брысь только косила под смертельно уставшую, она как-то извернулась на кровати и упёрлась в меня взглядом из-под прилипшей ко лбу чёлки. – Ты сколько жемчужин сожрал?

- Одну, - я не понимал.

- Жемчужина открывает Дар. Или усиливает старый. Ну?

Стрелял я и до приёма жемчуга неплохо. Получается: - мой Дар тебя слышать?

- Ну ты баран! - восхитилась Брысь.

- Я девяносто, - вклинилась в разговор рация. – Циркуляр – всем в конференц. Я девяносто. Циркуляр. Всем в конференц.

- Это чё за хрень? – блондинка удивилась.

- Пойдём работать...

- По розовой линии, - сторож качнул стволом в сторону, указывая направление.

Прибить-то я его могу, а дальше? Непонятно. Ну пойдём по розовым стрелкам.

- Тебя не Алиса зовут? – спрашиваю у Брысь.

- Ты Морж или Плотник? – не осталась та в долгу.

Жизнь моя будет не скучная. Но, боюсь, что короткая.

- Я – Девяносто! – мрачно представился мрачный дядя в чёрном комбезе. – Наша задача, господа штрафники, взять живым одну единицу Стикса. Выжившим премия и повышение. Выживет примерно половина. В затылок соседу не стрелять, потом поболтаете, – Он зачем-то мрачно посмотрел на меня. – Конкретно мы – мясо. Выманиваем его на себя и работаем стрелковкой. Соседи ждут, пока он закусится с нами, потом берут его сзади. Я иду с вами, уговаривать никого не буду, буду стрелять. Вопросы?

Вопрос был один – как он собирается выжить, если у полусотни злых на него человек в руках оружие? Но этот вопрос лучше отложить на потом.

Получив сорок седьмой[1] и три магазина, я почти успокоился. Пока не увидел, как один из получателей оружия пытается ухватить Брысь за задницу.

Поводов для ревности вроде как и не было, но уже в процессе ударения прикладом в район печени казановы я придумал замечательную для себя отмазку – он снижает боеготовность снайперской пары. Дон Жуан улетел куда-то в сторону.

Брысь, почувствовав, что её лапают, развернулась и врезала мне между ушей чем-то железным: - Я же говорила не лапать!

В дружном ржании коллег удалось выхватить только фразу «ромео и джульетта».

Образованные, заразы.

- Единица Стикса – это чё такое? – поинтересовался я у Брысь, когда наше войско заняло позиции на остатках хутора.

Волею судьбы, а также моей наглой морды, позиции моя и блондинки оказались рядом. Никто почти и не возражал.

- Элита. Пустыш. Тот, о ком не говорят. Да даже ты, баран, единица Стикса.

Ну теперь-то всё ясно стало, да.

В центре полукруга, образованного позициями штрафников, на верёвочку была привязана корова. Большая. Чёрно-белая. А ведь ожидались лазеры с телепортами. Какие-то неправильные внешники нам достались в работодатели.

Резкий визг прорезал воздух и стих на самой высокой ноте. Ну как человек может так орать? Едят его, что ли?

Единица Стикса решила начать не с коровы. Лоснящаяся черная туша легко металась по правому флангу. Пыль, головы и гильзы летели во все стороны.

Максимум через полминуты рубер или как его зовут, доберется до нас. Убежать не успеем, прятаться особо негде. Найдёт.

Из-за руин соседнего дома неожиданно для меня высунулся летающий бтр внешников. Всё-таки могут, если захотят. Такую махину спрятать довольно сложно.

Пулемёт брони выдал горячий привет практически у нас над головами. Почти не трясущимися руками я направил ствол автомата в направлении туда же и стал разряжать магазин короткими очередями.

- Я Девяносто! – ожила рация. - Всем отставить огонь! Поздравляю, пацаны, мы его сделали.

Мы ж его уконтрапупили, а приказано было живым?

«Да такую тушу просто так не прибьешь, не бойся, но помяли его сильно».

Когда мы построились, оказалось, что Девяносто – тот ещё оптимист. Из пятидесяти рыл, вышедших на задание, в строю стояли восемнадцать.

Тем не менее он сиял.

- Для особо одарённых, - он задержал взгляд на мне. – Участием в операции вы сняли с себя все прошлые грешки. Можете идти отсюда… куда хотите. Оружие ваше, сдавать не надо. Ну а желающие стать злыми мурами – давайте за мной.

Желание выстрелить ему в лицо я переборол с трудом.

- Ну и что с вами делать, снайпер и кинетик, - вот этот персонаж не ошибся. – Дрг[2] из вас неплохая, но мне это не надо сейчас.

Давлю косяка на Брысь. Та делает вид, что это не нас допрашивают на базе внешников. А красивая ведь. Если отмыть.

- Ладно, - принял решение внешник. – Пока информацию от вас хочу. Смотрите карту, выбирайте, где будете жить. Легенду придумывать не будем, просто у грузовика мы вас не заметили.

Он добыл из стола стеклянный агрегат явно медицинского назначения. – В мышцу. Руку давай.

Соглашаюсь. Не ругаться же. То, что я не вижу охраны, не значит, что её нет. Да и некоторые с виду канцелярские столы вполне способны врезать из нескольких стволов.

А карта меня удивила. Кластеры, пока по ним топаешь задними ногами, не так удивляют, как при взгляде сверху.

- Мне интересно это направление, - офицер показал пальцем на пару кластеров. – Ваша задача: осесть там, докладывать мне о караванах. Кто идёт, куда идёт, что везёт. Через шесть месяцев я забуду о вас. Пока вы не напомните, - он криво усмехнулся. – Всё равно врать начнёте. Тааак, связь через Монаха. Каждую пятницу с восемнадцати до нуля часов вы там развлекаетесь, в кабачке «Фея». Подойдут к вам. И хочу сказу предупредить, обманывать не надо.

Вещи свои получите на выходе. Подвезут вас до куда получится. И это. Вы помылись бы, что ли? Говном несёт…

- Что нам вкололи? – интересуюсь у Брысь. Надо её переименовать в Вики.

- А я знаю? - возмутилась та. – Через шесть месяцев ласты склеим, вот тогда и поймём.

Шесть месяцев. Да это роскошно. Недавно про шесть секунд не очень понятно было.

Внешники отдали нам наш любимый урал. Выгрузили из него всё содержимое, завели, прогрели, кинули в опустевший кузов наши стволы и пяток канистр…

- А почему раньше не заводился? - спросил я у внешника, садясь за руль.

- Не знаю, у нас сразу завёлся.

Через несколько километров под колёсами оказался ручеёк. Ставлю в него передние колёса – ух ты, глубоко! И командую Брысь – моемся!

Никакой эротики. Сначала звенишь зубами, лихорадочно отмывая одёжку. Потом продолжаешь звенеть уже не только зубами, сидя на капоте урала и мотая бестолковой головой во все стороны света.

К кластеру «Новый-Новый» мы вышли в сумерках.

Вот эти ребята шутить не умели.

Строчка трассеров казалось, задела капот.

- Вы что творите, бараны! – ору в полутьму. – Добрые люди спать хотят, а вы пулемётом!

- Так то добрые, ты-то здесь при чём? – удивился секрет[3].

- Да мы добрые люди!

- Иди сюда один, добрый человек.

Ментаты. Должны дежурить на входе. Или как их Барин называл? Умеют читать мысли или чё-то такое. Сейчас нас проверят и в лучшем случае убьют.

Но убегать и отстреливаться от людей, которые мне ничего плохого не сделали? Рано.

«Не суетись, баран, нормально всё», - Брысь умеет поддержать ласковым словом.

- Сосед, Брысь, едем из стаба «К», хотим жрать и спать.

- Ну а нахрена тогда раскорячил своё корыто по всей дороге? Валите нахрен отсюда. Вон, «Фея» светится, туда ехай, - мне посветили в лицо фонариком и сразу потеряли интерес.

Моря горят, леса текут. Шлагбаумы поднимаются.

Стоянка перед «Феей» была занята начисто, за исключением места у низкого крыльца. Машину я припарковал там. Сходил в кузов, добыл пакет со споранами, арку и сайгу. Вернулся к крыльцу. Брысь сидела на охраннике и грудным голосом интересовалась: - Тебе яйца отрезать или голову?

- Алиса, пойдём сожрём что-нибудь, - жрать на самом деле охота.

- Я не Алиса, - спрыгнула с охранника Брысь, - ты угощаешь.

- Желаете покушать? – метр был вальяжен, - Винтовочки в гардероб, пожалуйста, а я сейчас вам стол организую.

- Винтовочки в гардероб, - подтвердил близнец Понча, - пистоль тоже сдай. Твой урал?

- Мой!

- Дай ключи, мои парни переставят, крыльцо чистое должно быть. Отдадим, не парься, - заржал безопасник.

- Рекомендую…

- Мил человек, мы жрать хотим, - Алиса, которая не Алиса, кивнула. – Нам по борщу, мяса там с гарниром, и грамм 500 крепкого. Брысь, ты водки хочешь? – Брысь водки хочет.

- Ээээ. Молодые люди, видите ли, я вас не знаю.

Как это знакомо и дорого. Я сунул метру в нос чёрный полиэтиленовый пакет:

- Хватит твой кабак купить? С тобой вместе?

- На кабак хватит. На меня нет, - расплылся в улыбке метр. – Пока позвольте закусочки, под водочку рекомендую…

Жизнь налаживается.

Дежа-вю. Из-за соседнего столика в нашу сторону поднимаются несколько угрюмых рыл.

Пора размяться. Явно агрессию не проявляю, стою вполоборота к ним с интересуюсь у Брысь: - Давай ещё пузырёк возьмём сразу, не хватит одного, – та кивает. В глазах сумасшедшинка, никак не подходящая к драке.

Изволю заметить соседей: - Чем обязан?

- Твой урал у крыльца?

Как мне дорог этот урал. Мало того, что заводится случайным образом, так ещё все, кроме меня, знают про него интересные вещи. Но его ж обещали-таки отогнать.

- Мой.

Урал завёлся. Бойчишка перепутал педали или передачи, тёмно-зелёный капот вынес стеклянные двери и заглох в пяти шагах от нас.

- Ну вот он, - показываю рукой в сторону кучи разбитых стёкол, ржущего начальника охраны и плачущего метра, - а чё такое?

- Ты ж из «К» приехал? Расскажи дорогу! И мы угощаем, давайте к нам!

В новой компании было две дамы. От Брысь они отличались плавными изгибами тел и общей холёностью. Мелкая блондинка, не пожелавшая снять броню, смотрелась так себе.

А мужчины были брутальны. Дикие гуси, псы Стикса, другого определения и не подберёшь.

Моя лысая помятая небритая рожа со следом неотмывающейся оружейной смазки поперёк морды лица – привет от Брысь – не смотрелась. Они киногерои, а мы не совсем. Как-то ситуацию нивелировал урал, к рулю которого никто больше подходить не хотел.

Парня, первым заговорившим со мной, зовут Каратом. С ним зачем-то шляется толстый чёрный кот. Ну со мной тоже таскается странный зверь, потому вопросов не задаём.

- Я – Заноза, - главный безопасник наконец-то решил заняться работой. – Сосед, Брысь, хотите поработать помощниками шерифа?

- Это как?

- За порядком следить для начала…

Ну да. Я показал подбородком на тушу урала:

- Мы тебе наследим.

- Решим! Ведь ты ж его заведёшь?

Кажется, надо мной издевается не только Брысь.

- Я попробую.

Урал завёлся сразу. От неожиданности я бросил сцепление и, выскочив на улицу, задавил задом пару тигров или кто там стоял рядом.

Заноза, забыв закрыть рот, смотрел на это безобразие.

- Ну мы спать?

- Бегом! Спать! И больше ничего не трогайте!

Хрюкая от смеха и спотыкаясь друг об друга, мы с Брысь бежали в нумера.

[1] Автомат Калашникова АК-47.

[2] Диверсионно-разведывательная группа.

[3] Дополнительный сторожевой пост, скрытно выставляемый сторожевой заставой на наиболее опасных подступах со стороны противника, а также место его расположения.

Глава 6. Штирлиц

- Чей грузовик!? Уберите его нахрен, пожалуйста, вашу мать! - орали в коридоре.

Брысь приподняла голову и сунула мне в руку пистолет. – Разберись там, чтобы не орали.

Ух ты. А я вчера чуть её не изнасиловал. Слава богу, что заснул рано... Лишь бы не обиделась.

В коридоре шумели трое зелёно-пятнистых. Хотя здесь все такие.

- Ну и зачем спать мешаем? – я реально не понимаю, зачем так орать в такую рань.

- Урал твой?

- Который без двери и без стёкол? Мой, да.

- Продай!

Я почесал макаровым щетину на подбородке.

- Зачем?

Заноза не спал. Он деликатно придержал меня за локоть: - Пушку спрячь.

Спросонья я и не обратил внимания, что так и разгуливаю в тельняшке, камуфляжных портках и пистолем в руке.

- Пойдёмте кофея бахнем, сплю ещё, - предложил я камуфляжникам.

- Нахрена вам мой урал? – после чашки кофе вопрос удалось сформулировать. Потом удалось сфокусировать зрение. Черно-зеленая морда урала по-прежнему нагло маячила перед входом. Стёкла с асфальта подмели, а грузовик веником вымести, видно, не получилось.

- Конкурентам подарим, - синхронно заржали покупатели.

К нам подсел Заноза:

- Понимаешь, Сосед, его завести никто не может.

- Ну так и у меня он через раз заводился.

- Один человечек полез в кабину, сорвался, сломал ногу. Второй еще на подходе поскользнулся на ровном месте и вывихнул руку в локте. Больше никто пробовать не хочет. Танком его отсюда вытащить, наверно, можно, но опять же опасаемся.

Заноза сделал паузу.

- Так что, мил человек, отгони свой пепелац метров на триста и спали его нахрен. А я никому не скажу, что ты на внешников работаешь.

Приплыли.

- Какие нахрен внешники!!! – старательно возмущаюсь, понимая, что удирать-то некуда.

- А, проснулся! – подмигивает Заноза. – Не злись, просто убери свою дуру куда-нибудь.

Безопасник и все остальные замерли. Брысь, зафиксировав руку с пистолетом у затылка Занозы и откровенно зевая, вполголоса поинтересовалась:

- А кофе мне тут принесут?

И тут же, резко переходя на визг:

- Кого ты дурой назвал?!!

Секунды тяжело падали на наши надгробия. Или нас в братской могиле похоронят? Про вариант, что наши тела, подранные пулями, отдадут на обед заражённым, думать не хотелось.

- Хреново работаете, - сказала Брысь, убирая макаров в карман. Это ж сколько стволов у неё с собой? – Кофе хочу, чёрный с молоком. А эту дуру всё-таки отгони, не смущай людей, - это уже мне, - после завтрака сразу.

После завтрака мы умудрились наконец-то спокойно поговорить. Сидя на нагретом солнышком капоте урала, пили горячий кофе, я даже пачку сигарет поднял[1] где-то…

- После твоей истерики в нас будут видеть любовников, психов, но не шпионов? – пробую догадаться.

- В нас будут видеть психованных любовников-шпионов, - успокоила меня Брысь. – Сосед, почему твой урал боятся заводить?

- Потому что падают на подходе к нему… - я внезапно догадался.

- Пока не догадался кто-нибудь ещё - ты отгоняешь грузовик подальше отсюда и взрываешь, жжёшь или что хочешь, но чтобы тут все были уверены – ты его сжёг! Тогда у нас есть шанс, что ментат не будет вдумчиво смотреть, кто мы. Иначе шансов нет. Совсем.

- А так будто есть.

- Если до приезда ментата мы примелькаемся и станем своими, то нас даже проверять не будут. Может быть. А если и будут, то ментат здесь слабенький, без явных зацепок можем и выскочить. Грузовик – лишняя напоминалка, не нужна она. Главное, прямо не врать, недоговаривать можно… Я специально этот стаб выбирала.

Так можно и комплекс неполноценности заработать. Я почему-то пребывал в полной уверенности, что стаб выбирал я. Ну да, из двух, показанных внешником.

- Ты тут будешь?

- Да, надо приучать их к тому, что мы тут свои. Учти, что тут половина стаба стучит мурам, вторая половина напрямую внешникам, и все поголовно сливают информашку стронгам.

Свои среди своих, да…

- А дальше?

- А дальше будем жить. Или ты против?

Нет, не против, конечно. Давно живу, привык уже.

- Будем жить.

Пока ментат не приедет. Интересно, как скоро?

Заноза на моё предложение выделить мне муху и человека в сопровождение даже не удивился.

- Человека не дам, незачем, сам справишься. Муху сюда принесут, покури пока. И на дорогу не выезжай, проедь насквозь, там овражек есть в паре вёрст, - кивнул безопасник на уходящую вглубь стаба улицу.

«Фея» была единственной двухэтажкой на весь «Новый-Новый». Похоже, что раньше это было школой. Наблюдалось еще несколько капитальных строений, но основная масса домов была сделана из творчески доработанных сорокафутовых контейнеров.

Про планировку жители «Нового-Нового» вроде как слышали, но что это такое, толком не поняли.

С трудом продираясь грузовиком по узенькой дорожке сквозь это хаотичное нагромождение, я сквозь зубы материл архитекторов данного чуда урбанистики.

Архитекторы, по совместительству обитатели контейнеров, которые я нет-нет, да задевал, экспрессивно и весело что-то орали вслед, потрясая разнообразными стволами. Что радует, даже целиться в меня никто не стал, не то что стрелять. Видимо, внешний вид урала явно говорил, что патроны на него тратить бесполезно – что там тигру лишняя полосочка?

Стена «Новый-Новый» была, по местным реалиям, смешной – каких-то три-четыре метра высоты из нагромождения бетона, кирпича, железа и огневых точек. Похоже, рассчитана на противостояние не зараженным, а обычным злодеям с легкой стрелковкой. Получается, что сильные твари сюда не ходят?

Очередное почему в копилку. Когда найду ответы, издам энциклопедию Стикса и буду продавать за большие деньги.

Овражек действительно оказался в паре вёрст. Стена стаба уже превратилась в тонкую белую полоску, на удивление ровную. «Новый-Новый» снаружи выглядел идеальным квадратом, и не скажешь, что внутри полный бардак и анархия с самостроем.

Не пытаясь затормозить, я кинулся к проёму пассажирской двери, попутно пытаясь ухватить какой-нибудь ствол. В водительскую дверь тут же врезалась туша неприглядного вида, когти со скрежетом рвали металл.

Расслабился, залюбовался красивым видом в уцелевшем зеркале, вот теперь придётся поднапрячься…

Кубарем вываливаюсь из кабины, благо скорость небольшая. Приземление не очень получилось, мухой приложило по затылку, мушкой арки чуть не выбило глаз, в придачу ногу, надеюсь, подвернул, а не сломал.

Грузовик снёс дерево метрах в пятидесяти впереди и остановился. Напавшей твари видно не было, но сомневаюсь я, что она удрала в ужасе.

Справа-слева чисто метров на двести, прятаться негде; быстро давлю косяка назад – тоже чисто, разворачиваюсь…

Здравствуйте! Моя смерть стояла в десяти метрах.

Первый раз разглядываю рубера в статике и не сказать, что сильно рад этому. Но вроде он поменьше того, которого мы гоняли с мурами. Арка плюнула огнём, но тварь уже была рядом и ленивым ударом вышибла винтовку у меня из рук. Кувырком прыгаю в ту же сторону, тварь промахивается и только слегка цепляет меня когтями. Бок моментально стал горячим и липким. Изворачиваюсь, добываю макаров, что всучила мне Брысь утром, и вколачиваю всю обойму в отвратительно воняющую пасть, которая хочет откусить от меня кусочек.

Тварь замирает на мгновение и падает на меня. !!! Несколько раз дергается, напоследок полоснув меня когтями, и наконец утихомиривается.

Адреналин творит чудеса. Нога у меня сломана, встать на неё не могу. Кисть правой руки тоже. Как я стрелял? Непонятно. Бронежилет на левом боку порван, в дыру можно голову просунуть, бестолковую. Количество и глубину царапин определить даже не берусь.

Два километра до стаба я не пройду. Пятьдесят метров до урала преодолею, наверно, но вести машину не смогу. Ждать помощи? Да меня съедят быстрее, чем помогальщики придут. Хотя вероятнее просто кровью истеку.

Левой рукой обшариваю карманы. Знаю, что аптечки нет, но мало ли?

В рубере должны быть какие-то чудо-запчасти, но я и в нормальном-то состоянии не вспомню, как готовить что-либо, кроме живца.

Рация. Муровская.

- Семнадцать-шестнадцать, семнадцать-семнадцать ответь, - отпускаю тангенту. Шансов, что у Брысь включена рация, мало, но вдруг?

А она вообще достанет? Хотя прямая видимость, должна.

- В канале, - бывают чудеса на свете.

- Киса, я трёхсотый, двигаться не могу. Нахожусь два километра южнее стаба. Ориентир – урал. Найди транспорт и вытащи меня отсюда, а я тебе песенку спою. Потом. Приём.

- Два километра южнее, транспорт, жди. Эска[2].

Пульсирующая боль дерёт весь организм, не понять, что именно болит. Изображение в глазах двоится, и понять, что ко мне движется мелкий заражённый, удаётся не сразу. Жесть. Уконтрапупить рубера пистолетом и быть съеденным пустышом. Невесёлая перспектива.

Никогда до этого не пытался стрелять из гранатомёта с левой руки из положения «щас сдохну». Что удивительно – попал. Граната не успела взвестись, расстояние было метров около семи, но пустую башку пустышу оторвало напрочь. Целился я, правда, в корпус…

Глаза открылись резко, как в 7 утра в воскресенье, когда вставать никуда не надо.

Ожидавшегося белого потолка, палаты и медсестры в мини-халате на голое тело не было. Было синее небо и злая Брысь.

- Вставай, хватит валяться. Поехали, пока гостей нет.

Встать получилось. Получилось оценить транспортное средство. Захотелось лечь обратно и тихо умереть. Ну Стикс, ну едят и стреляют друг друга почём зря. Но это ведь не повод везти в госпиталь тяжелораненого на спортивном мотоцикле?

- Я рубера не вскрывал, - докладываюсь, ковыляя к мотоциклу. Боли не было, но нога гнулась не только в местах, предусмотренных природой.

Брысь тут метнулась к туше рубера.

- Нормально, спасательную экспедицию ты мне оплатил. Чего стоишь, садись назад! В дороге сиди столбиком, не пытайся мне помочь наклонять машину. Давай, не тупи!

Держаться пришлось за Брысь. Левой рукой, кисть правой опухла и отказывалась шевелиться. Брысь для разнообразия решила не возражать.

Второй раз приходить в себя пришлось под хлопки по роже и мужской голос:

- Сосед, Сосед, мать твою, не спи! Сосед, слышишь меня? Как себя чувствуешь, Сосед!

Чувствовал я себя расплывчато.

- Будто флян коньяку в одно рыло оприходовал. Хорошего, - пояснил я своё состояние доктору. Ну голова примерно так себя и ощущала.

В этот раз белый потолок был в наличии. Правда, вместо медсестры был большой небритый дядя в белом халате.

- Прелестно, прелестно, - обрадовался доктор. – До завтра поваляешься, а после обеда я тебя выгоню, как раз кости срастутся. Отдыхай пока!

Кости за меньше суток срастутся? Да верю уже, тут чего только не происходит. Доктор велел отдыхать, значит отдыхать.

Отдохнуть не очень получилось. В палату влетела Брысь и первым делом чмокнула меня в нос. Упал бы, если б уже не лежал, честное слово.

- Рубера хватило на спек, Пилюлькину на операцию и сутки в больничке, там даже осталось немножко, - затараторила блондинка; – так что в наш пакет я пока не залазила.

Мой пакет уже наш. Ну всё хорошо, только почему я не в курсе?

- Выздоравливай, я насчёт урала просуечу пока, - Брысь решила не добивать меня контрольным поцелуем в нос и испарилась.

Следующим визитёром был сухощавый дядя далеко за полтинник с лицом сильно пьющего сантехника. Со здешней модой он не дружил и вместо камуфляжа и брони таскал старую брезентовую ветровку. Очень жаль, что всё стреляющее железо отобрали, зело опасен этот дядя. И не факт, что помогли бы мои железки в случае конфликта.

- Ты как? Говорят, руберов шатаешь, даже мявкнуть не успевают? – добро улыбнулся он, - меня Гюрзович зовут.

- Успевают, как видишь, - слабо ухмыляюсь я, - а я Сосед.

- Ну это бывает, дело житейское, - кивнул Гюрзович, - ты выздоравливай, потом поболтаем. И извини, что без гостинцев – просто мимо проходил.

После Гюрзовича навестить болезного меня решил Заноза. Пилюлькин – почему-то я сразу угадал, кто это, - пытался было возразить, но был убран с глаз долой резким движением головы.

- Живой, Соседушка! – и Заноза мне рад, - тут дело такое. Тебя внешники наняли… да не прыгай ты, меня ж Пилюлькин прибьёт! В общем, что им говорить, я тебе расскажу. Связь у тебя по пятницам, сегодня среда. Завтра часов в 19 в «Фее» и потолкуем. Выздоравливай!

Опять вломилась Брысь:

- К тебе Гюрзович заходил?!

- Ну да. А ещё Заноза знает, что мы муры…

- Да хрен с ним, с Занозой! – перебила меня мелкая террористка, - Гюрзович – это стронги!

Стронги так стронги. Хорошо, что не стринги.

Получается, я интересен четырём разведкам: внешникам, мурам, Занозе, непонятно кого представляющего, стронгам в лице Гюрзовича. Плюс ещё Брысь неясно на кого работает. Итого пять. Лень думать, я спать…

[1] Игра слов. В Армии Освобождения Израиля поднимают всё, не прибитое к полу.

[2] СК – связь кончаю.

Глава 7. Бегун

Проснулся я довольно поздно, по своим меркам – солнце уже было довольно высоко. Как сова, я ложусь поздно, как жаворонок, встаю рано, соответственно всегда спать хочу.

Но тут зачем-то дали выдрыхнуться, я удивлен. Ещё больше я был удивлен, когда смог без всяких болевых ощущений сломанной вчера правой рукой пощупать щетину. Рука работала как новая! Кости, скрученные вчера рубером в кубик Рубика, находились на своих штатных местах. Шкурка была практически целой, ссадины не считаем.

Для пробы я дрыгнул правой задней ногой. Нога тоже работала, будто не в ней вчера делали разрыв для нового сустава.

Организм не то чтобы тонко намекал, он орал дурным голосом, что пожрать надо. И наоборот бы, но это не срочно.

Из одёжки у меня только простынка и одеялко. Повязывать это в виде римской тоги я не умею, потому идея идти искать Брысь по стабу отпадает. Орать «Сестра, утку» тоже вроде рано. Потому заворачиваемся в простынку и идём искать персонал.

Стоит подумать о приятном, оно появляется. Стою у койки в костюме Адама, пытаюсь сообразить из простынки нечто среднее между скаткой и юбкой, и тут входит мечта поэта – медсестра в белом халатике. Длинном. Опу закрывает.

- Стучаться надо, - ворчу, пытаясь прятаться в простынку.

Сестричка хихикает:

- Да я ж при операции твоей была, чего ты стесняешься теперь?

Это сейчас я и жениться на ней должен? И сам не хочу, и Брысь мне голову оторвёт на всякий случай. Хотя девочка фигуристая, да…

Барин говорил, что соотношение мальчик – девочка в Стиксе 10 – 1. Не думаю, что меня путают с Бастой или ещё каким эстрадным недоразумением, стало быть, девочку нацелили на меня. Не сама же она внезапно вспыхнула пылкой страстью к помятому новичку, позавчера попавшему в Стикс.

Точно позавчера. А кажется, недели три уже стрельбы и беготни. Да что им всем надо от меня, интересно? Вдруг мне это тоже надо?

Интересуюсь насчёт одеться и пожрать.

Одёжку мне какую-то подобрали. Не от Версаче, что и слава богу, и даже не от Зайцева. Сверху чё-то похожее на камыш[1], без заштопанных круглых дырочек, а нательное – постирано, ну вот и хорошо.

Обувки нормальной не выделили, и вот в стандартных больничных тапочках (оба на левую ногу) топаю в столовую.

Это ж Стикс. Тут тех же тапочек с неба должно валиться – успевай варежку открывать! Ленивые они, понимаешь. Лень им варежку разевать.

Больничку без лишних затей собрали из семи сорокафутовых контейнеров, поставив их ромашкой.

Столовая была обозначена креативной надписью: «Кушать здесь. Проблемы на улице».

Зайти в рай, где обещали угостить покушать, не довелось. В бочину не больно, но ощутимо упёрся ДТК, и равнодушный голос велел:

- Стоять. Руки в гору. Башкой не вертеть.

Стою. А это ещё с какого перепуга? Меня и так завербовали все, кому не лень. Оппа, а если это подарок от ментата?

В поле зрения вальяжно вошла камуфлированная парочка. Два, блин, молодца, одинаковых с лица. Ну будете Правый и Левый, до пока местами не поменяетесь.

- Ничего сказать не хочешь? – спросил автоматчик за спиной.

Ну я много чего хочу сказать. Кстати, с чего я решил, что сзади автоматчик? Может, он мне просто пальцем в бок упирается? Проворот, подбив, подсечка на всякий случай. Дядя теряет равновесие и падает куда-то вправо-вниз, и автоматчик теперь я. Правый и Левый слегка опешили от такого нежданчика, и их стволы бесполезно висят за плечами.

Лязгаю затвором, нестрелянный патрон бодро вылетает. Ух ты, серьёзно как тут всё.

- Ничего сказать не хотите? – чуть смещаюсь влево, чтобы обиженный экс-автоматчик бяку мне не сделал. Нормально, копошится, в себя ещё не совсем пришёл.

- Погоди, давай разберёмся, - Левый решает прояснить ситуацию. – Сосед – ты?

- Не-а, я – Турист, - и кто меня тянет за язык.

Правый подарил мрачный взгляд Левому:

- Лысый? Новый? В комке? С автоматом?

Забыл добавить «на урале без дверей» и «с Брысь».

А так-то да, словесный портрет идеален.

Цепляемся взглядами с бывшим автоматчиком и начинаем ржать.

Ржущая сволочь вернула себе автомат чуть ли не быстрее, чем вчерашний рубер. Надо отдать должное, пальцы целы. Ну болят слегка. Шустрый, зараза, не ожидал.

Автоматчик решил больше не тыкать в меня стволом:

- Турист, говоришь?

- Нет, конечно. Геолог я, - огрызаюсь.

- Четыре, Сахибу, ответь, - автоматчик добыл левой рукой рацию. Правой на уровень меня автомат он подкинет запросто. А что спусковой крючок поддается лёгкому нажатию, знают все. Не все знают, насколько лёгкому.

- Сахиб, Четыре говорит, - зашипела рация.

- В канале! – Сахиб оживился, - тут такое дело. Сосед, Турист и Геолог – один человек.

- Соседа и Геолога к нам доставь, насчёт Туриста приказа нет, отпускай. Как понял?

- Сосед, Геолог, принимаю, Туриста отпускаю. Роджер.

- Так я Турист, велели отпустить, - включаю дуру.

- Не, братуха, ты Геолог, и говорить с тобой буду не я, - довольно добродушно улыбнулся Сахиб. Видел я такие улыбки, да.

Если бы меня вели только Правый и Левый, то, даю заднюю ногу Брысь на отсечение, я ушёл бы. Но рядом был злой на меня автоматчик.

Пробовать не стал. Ну щас расскажут, что им надо, недоразумение выяснится. Опять же где-то рядом шляется злая Брысь. Не то, чтобы я плохо оцениваю Сахиба, но против моей блондинки он не больше, чем куски мяса на броне, сам видел. О, блондинка уже моя?

Местом назначения был очередной контейнер. Ну почему я не удивлён?

- Ты кто? – вопросила личность.

Не люблю я таких личностей. У которых синдром вахтёра в квадрате. Вот Понч, Заноза и Сахиб не выпендриваются, они работают. Как умеют. Плохо ли, хорошо ли - не мне судить. Но вот личность, похожая на кусок говна в очках, начинает меня злить. Это плохо. Когда я злой, у меня забрало падает.

- А ты кто? – я максимально вежлив. Помню про Сахиба, который где-то вне поля зрения находится.

Личность про Сахиба знает. Но она ни разу не знает про Брысь и мой психологический портрет, где зафиксировано одно слово – псих.

На месте Сахиба я бы стоял сзади-справа. И обзор хорош, и ствол можно довернуть в любую сторону. По горизонтали.

Сдвоенным пинком обоих ног отправляю автомат Сахиба куда-то вверх. Подсечка не проходит, Сахиб прыгает. Ну, родной, тебе приземлиться ещё надо, а я уже на спине лежу и принимаю его на вытянутую вверх ногу. Больно, знаю, секунд несколько тебе не до драки. А мне много и не надо.

Сахиб мне не нужен. Тем более драться он умеет, ещё автомат назад отберёт, с него станется. Показываю стволом подобранного автомата на выход:

- Пойдём. Поболтаем.

Личность побледнела лицом, но возражать не стала. Это радует.

Ориентир в стабе у меня один, и тот за пределами стаба находится. И туда Брысь обещала подойти. Придёт? Не обязательно. А, всё равно без вариантов.

- Иди вперёд. Шаг вправо, шаг влево, прыжок на месте – огонь на поражение, - так себе шутка, но собеседник проникся.

- Шагай посередине, ни с кем не разговаривай. Шуметь начнешь, пополам из автомата перережу, - напутствую провожатого.

Нахожусь на полшага сзади-справа, и с ходу не поймешь, что я не под локоток его поддерживаю, а давлю костяшками пальцев под рёбра. Не автоматом же в него тыкать, не поймут аборигены. Автомат, как положено, под курткой спрятан. Ну как спрятан, условно. Но я тут такой далеко не один, потому, надеюсь, вопросов не будет.

- Вдвоём дорога вдвое короче, - вспомнил я восточную мудрость, - Это если сказки там друг другу рассказывать или песни петь. Песен я петь не умею, а вот сказку ты мне сейчас расскажешь, правда?

Собеседник громко икнул и закивал.

- Обзовись, - надо ж с чего-то начинать.

- Дракон, - проблеяло задержанное.

- Ну меня ты знаешь, - стараюсь не морщиться и не расслабляться. Расслабился тут один. Дважды. Предыдущий владелец автомата. – Зачем искали?

А время тикает. Связь у Сахиба есть. Значит, меня уже ищут. Где? Там, где меня видели. И там, где можно спрятаться. То есть никак не на центральной улице. Хотя если ресурсы позволяют, могут и тут проверить. Ну сейчас и выясним.

- Чётко отвечай на вопросы, - прерываю блеяние моего нового друга, - Кто сдал?

- Информация из Зелёного поступила, ты, мол, на муров работаешь.

Замечательно. Зелёный, если я помню карту правильно, отделён от нас тройкой стандартных кластеров по прямой, вёрст порядка ста сорока. Рации носимые на такую дистанцию не потянут, длинные вроде не смогут – Барин что-то говорил про помехи на границах кластеров, да и не видел я их тут, проводная связь как-то в Стиксе не приживается, почтовые голуби не встречались.

То есть информация о том, что я мур, появилась едва ли не раньше моего попадания в это сказочное место.

Заноза прекрасно знает, что я мур! Но тем не менее отпустил и прикрыл, сам решил в какую-то игру сыграть. И он вроде самый крутой ковбой в этом ауле. То есть вряд ли это его подчиненные шалят, скорее соседняя фирма.

- Не стесняйся, докладывай, - подбадриваю собеседника лёгким тычком под рёбра.

- Сказали, новичок, опасен, при оружии. Велели узнать, на кого работаешь.

Хоть бы подпрыгивал, когда врёт.

- Кто велел?

Гадёныш замялся. И придумал идеальную тактику на текущий момент. Развернувшись ко мне, он резко заверещал:

- Отдай кошелёк, падла!

Улица контейнерная, которую я не далее, как вчера бороздил уралом, на события, видать, небогата. Архитекторы и их семьи дружно полезли смотреть на нарушителей тишины. Семьи в основном небритые. Детей не наблюдаю.

Сбив ударом в ухо придурка на землю, быстро хлопаю его по карманам. Не зря ж ему орать. Кошелька не нашёл. Нашёл ПСС и что-то непонятное.

- Всем стоять! Уголовный розыск! – такой наглости я даже сам от себя не ожидал. – Свидетелей попрошу подойти с документами, остальные свободны! Не скапливаемся, граждане!

Граждане опешили. Но если начну убегать, влупят в спину из десятка стволов и скажут, что так и было.

Качественно я упырю врезал, не сдох бы раньше времени. Эх! Вздохнув, укладываю тушку на плечо.

- Стой!

Недолго музыка играла, недолго фраер танцевал. В автомате один рожок, минус один патрон на проверку, да сколько их было-то изначально? В лучшем случае сейчас двадцать девять. С пистолем ситуация не лучше, шесть или восемь у него? Не помню, не работал с такими. Тридцать секунд боя, если повезёт, а потом в совочек меня соскребут.

- Тележку возьми, чё тебе так корячиться, - на полном серьёзе предлагает очередной камуфляжник.

- Это. Спасибо. Флян с меня, - вспоминаю Понча.

- Ну это без вариантов, - ухмыляется даритель. Тянет руку: - Крошка.

- Турист, - я ж Сосед. Ладно, не важно. Хотя логично. Крошка тоже явно приближенный, а Туриста не велели обижать.

- Заноза чё-то мутит. Велел этого хмыря, - киваю на скинутое с плеча туловище, - доставить к овражку.

- Мдя? – Крошка удивился. – Вот странные люди, вечно мутят чего-то. Ладно, прогуляемся, провожу тебя.

Крошке скучно или он мне не поверил. Но из стаба он меня выведет, а дальше… А дальше я пока не знаю. Слона надо есть по частям.

Урал стоял на месте. Мордой в сломанное им же дерево и слегка набекрень.

- Этот придурок меня разбудил вчера, - просветил меня Крошка, - Стой, к бою!

Это он рубера увидел.

- Не суетись. Ствол урони и стой как стоишь, - я сзади, не успеет он. Он и не стал успевать. Положил оружие на землю и выпрямился, не пытаясь развернуться.

- Так-то не гони!

- Не шуми. Рубер этот мой. И грузовик мой. Это я вчера веселился.

- Ух ты, падла, - Крошка развернулся ко мне и совершенно не боялся автомата, - Ну молодец, !!!, что сказать, развёл нас всех. Заноза реально что-то затеял, мы и решили, что розыск он придумал, тем более ты Дракона спеленал. А зачем ругаешься?

Знать бы, что ему ответить.

- Ты это. Иди домой.

- Пойду, хорошо. Ствол подниму?

- ?

- У тебя есть, нафига тебе второй, - Крошка уронил на землю четыре магазина. – Не хочу я с тобой воевать. Минут через час тревогу подниму по твоему поводу. Больше сделать не могу, извини.

Опять ничего не понимаю.

- Стой! – останавливаю Крошку. Тот уже начал топать в неведомые дали, аж за два километра.

- Ну?

- Кто меня ищет? Чей заказ?

- Не знаю, - пожал плечами Крошка, - у этого деятеля спроси. – Кивнул он на тележку.- Нам сказали внимание обращать на наглых. Но не настолько же! Ладно, пойду я? Час я тебе дам, дальше и без меня начнётся.

- Кто сказал?

- Заноза, кто ж ещё.

- Топай, - вообще ничего не понятно.

Пожалуй, Крошке я не флян должен, а два как минимум. В уроненных им магазинах наблюдалась семёрка. Автомат мой, который от Сахиба, питался ими.

Жрать охота.

- Крошка!

- Ну чё тебе ещё надо?

Сырокопчёная колбаса под синим небом. Что ещё надо человеку для счастья? Разве что ещё килограмм колбасы?

- Поболтаем? – интересуюсь у своего источника информации. Дракон, значит, тебя зовут. Не, не хочет пока на контакт идти. Ну ладно.

Где Брысь? Она ведь каким-то образом воспринимает мои мысли, касающиеся её. Но уже сколько времени никакой реакции. Может, уехала куда? С нашим пакетом? Ну а зачем она меня тогда вчера вытаскивала, когда я по рации подмогу звал?

Или проблемы у неё, аналогичные моим? Ага. Судя по тому, что я видел, проблемы будут у тех, кто попытается её озадачить.

Брысь права. Вот я баран! Рация!

«Ты точно баран! Оставь у грузовика приманку и зашкерься рядом, чтобы видеть его. Рацию выруби напрочь, придурок!»

А, ну нормально всё, зря нервничал.

Дракон ожил. Вот и замечательно.

- У тебя какой размер? - киваю на его ботинки.

[1] Тип камуфляжной окраски.

Глава 8. Робинзон

Ботинки Дракона мне не подошли. Ну понятно, он и габаритами меня поменьше. Но на случай, если в ушибленную голову придёт мысль удрать, пускай пощеголяет босиком. Пока я думаю, что с ним делать.

А что с ним делать? Вариантов два. Отпустить или застрелить. Но мало информации для принятия такого судьбоносного для некоторых присутствующих решения. А выдавать информацию собеседник не торопится, и я его даже понимаю.

Дракон с недоумением смотрел на то, как я снимаю ремень. Хороший такой ремень, прочный и широкий. Тактический называется по нынешней моде. Удобная мода. Тактический ремень, тактические очки, тактические тапочки.

- Щас по опе получишь, - объясняю свои действия: - Свой ремень снимай!

Через несколько минут ещё пару раз ушибленный Дракон был пристёгнут ремнём к уралу. Пряжкой назад, зубами не достанешь. А руки были связаны вторым ремнём, опять же за спиной. Неудобно, надо полагать, ещё и положение между сидячим и стоячим.

Брысь говорила, что приманка нужна. Что ж, совместим с блиц-допросом и по результатам примем решение.

- Понял уже? – задаю риторический вопрос. По глазам видно, что проникся.

- Ты покойник, сука! – гордый. Боится, но ругается.

- А чё злой-то такой? Я ж тебе пока в ногу не выстрелил и не ушёл никуда. И на шум и кровь пока никто не пришёл.

Стрелять ему в ногу пока рано. Может оказаться, что мы в одной команде играем, тогда в дальнейшем общение усложнится. Хотя и сейчас уже дел я натворил.

Гордо отворачивает рыло. Ну как знаешь.

- Ты подумай пока, а я погуляю. Не уходи никуда, хорошо? - чем плоские шутки хороши, их в голове больше помещается.

Метрах в ста пятидесяти замечательный холмик. С его вершинки я буду иметь хороший обзор на урал с приманкой, и смогу прикрыть огнём.

Ага, из чужого автомата. Ну в пустыша я попаду, в рубера уже вряд ли. Кто там ещё, топтуны с лотерейщиками? Не умею пока их чётко идентифицировать и не очень понимаю, как им противодействовать. В толпе, что шла на «К», они явно были, но как-то было не до их изучения. А со слов Барина не всё понятно. !!!, обещал же методичку выучить! Или хотя бы прочитать внимательно.

Сделав хороший крюк, чтобы Дракон был уверен, что я ухромал в стаб, подползаю к вершине холмика. Первым делом осматриваю закрытые ранее холмиком сектора, активности не вижу.

Самое опасное направление со стороны рощицы метрах в семистах, потому укладываюсь так, чтобы она с уралом вошли в сектор наблюдения. Ну и не забывать башкой по сторонам вертеть, пока её не оторвали.

И сколько мне тут сидеть? Без пожрать неприятно, но не страшно, без курить приучен, без воды уныло, а без живца? В любом случае до темноты протяну, а дальше затея Брысь становится бессмысленной. Думаю, она это понимает лучше меня.

Значит, буду греться на солнышке. Интересно, а тут зима бывает? Сейчас по ощущениям начало лета. Это я полгода собрался прожить? В Стиксе? А ведь да, собрался.

От стаба в нашу сторону пошла чёрная точка. Слишком быстро для брони и, пожалуй, даже для автомобиля. Мотоцикл. Задних ног не хватит со всеми спорить, но я уже знаю, кто там едет.

«Отвлеки его, придурок!» - настроение у Брысь явно не очень лирическое.

Легко сказать. Выцеливаю середину диска переднего колеса урала и прижимаю спуск. Успеваю заметить искру рикошета и султанчик пыли возле Дракона. Отвлёк, да – привязанный задергался.

Брысь остановилась у заднего борта, на пару секунд задержалась и пригнувшись, сунулась было к Дракону. Тут же свернулась под грузовик и стала лупить короткими по мне.

Носи я прическу чуть подлиннее, причесала бы. Макушку ощутимо дёрнуло, чуть позже послышался весёлый посвист пули. Мдя, так кто из нас снайпер? Из укорота с такой дистанции чуть в башню не пришло.

Она совсем дура или повезло? И кому тут повезло?

Стрелять в ответ? Непонятно.

«Задела?» - Брысь прекратила огонь. Вопрос риторический.

«Как уедем, хватай рюкзак и вали на юг, через два стандартных будет чёрный. Его пройдешь и жди, я тебя найду. В стаб не суйся, ищут тебя» - информативно, а главное, понятно. Выполняю.

«Думай пока, как мне объяснишь, зачем эта овца сюда припёрлась? Я с тобой поговорю ещё!» - напоследок возмутилась Брысь, помогая размотаться Дракону. О ком она?

Две фигурки прыгнули на мотоцикл, тот взревел раненым зверем и бодро понесся подальше от неприятностей, которые явно ждали меня.

Дракон сидел сзади, и на какой-то момент я ощутил укол ревности и желание сковырнуть его с мотоцикла. Желание прошло быстро – всё равно не попаду.

В кузове урала лежал мой рюкзак, сайга и плётка. К рюкзаку были привязаны ботинки – спасибо, догадалась. В рюкзаке же, поверх кучи магазинов, лежала полторашка с живцом. Небогато. Магазины я быстро раскидал на три кучки – к винтовке пять штук, три к дробовику, остальные автоматные. Пятёрка. Выкинуть жалко, но что с ними делать? И как это всё добро на горбу тащить?

Урал завёлся сразу. С обломка пальмы, им же срубленной, слез без проблем. Датчик топлива показывал направление к центру земли – стрелка оторвалась при ударе. Остальное на первый взгляд работало.

В любом случае быстрее, чем пешком. Пока так, а дальше перейдём в пехоту. И надо срочно думать на предмет пожрать и попить.

Направление движения понятно, расстояние не очень. От двадцати до шестидесяти вёрст до черноты, и непонятно что дальше.

Опять же непонятно, как ехать. Хорошо, что уралу как-то дороги особо и не нужны, но направление выдерживать надо. Пешком шёл бы рядом с гребнем возвышенности, периодически высовываясь посмотреть на невидимую сторону, на машине же пылю поверху, рассудив, что так проще увидеть заражённых, а все прочие вряд ли с ходу начнут изничтожать машину, не поинтересовавшись, что внутри.

Как я понял, в черноте тонкая механика и электроника быстро выходят из строя. Интересно, насколько быстро, смогу ли я там проехать?

Не смогу. Урал обиженно застучал чем-то под капотом, задёргался и заглох. Выжав сцепление, я укатился с горочки и прокатился ещё метров с тридцать.

Впереди чётко видна граница стаба – разбитая грунтовка упиралась в довольно приличную двухполосную асфальтированную дорогу. Оборванные провода лэпки, идущие с той стороны, закрутились в причудливые спирали. С моей стороны столбов не было.

Очередная лотерея. Когда этот кластер перезагружается? Хотя под перезагрузку я вряд ли попаду, Брысь бы предупредила. Но когда была перезагрузка, она не сказала. Если недавно, есть неслабый шанс получить по рылу в чужой драке.

В общем, бояться надо всех. Местные переродившиеся меня захотят просто съесть, непереродившиеся попросят поделиться стволами, сталкеры и прочие рейдеры из гуманизма прибьют – зачем бедный человек мучается, прёт на себе почти полпуда оружия, внешники и муры просто из вредности, вряд ли я успею им объяснить, что я на них работаю.

Выпав из кабины, я обвешался железом – жаба сказала брать всё, потом бросим, если тяжело будет. Хорошо хоть, рельс рядом нет.

Долгая дорога начинается с первого шага. Первый шаг покорителя Стикса был идеален и вальяжен. Вторым я наступил на шнурок. Уже падая мордой вниз, я услышал характерный шлепок пули по чему-то не сильно твердому и внезапно передумал материться и дёргаться. Секунду спустя докатился звук выстрела. Плётка. Развелось тут снайперов, как котов у помойки.

Он меня видит, я его нет. Лупил он откуда-то слева. Удрать за машину? Могу не успеть, да и кто сказал, что он один. Контрольного выстрела нет, это радует. Что он видел? Выстрел, и цель падает. Лежит и не дёргается.

Стоп. А до гребня высотки всего метров двести, стало быть, сидит он сильно дальше. И сильно выше, иначе не увидел бы и не смог стрелять. Что там было из высокого? Не вспомнить уже, а посмотреть не дадут. Да и не один он, наверняка группа поддержки уже спешит посмотреть, что тут такого интересного завалялось.

Высотки тут, конечно, смех один, не сопки на Дальнем Востоке. Но скрывают, да. Будем надеяться, что снайпер меня лежащего не видит. Остальные подойдут, надо полагать, в секторе двенадцать-пятнадцать часов – ведь огонь открывают, когда цель входит в зону ответственности, а не покидает её.

Снайпер не стреляет в ответ на моё шевеление, стало быть, не видит. Усложним задачку проверяющим – приоткрываю клапан рюкзака и высыпаю часть добра на улицу. Хоть ненадолго, но внимание отвлечёт. А иногда и полсекунды – это куча времени.

Принимаю жутко неудобную позу убитого человека, из которой можно сразу влепить в направлении капота драконовой бесшумкой.

Так у меня, чего доброго, условный рефлекс выработается – у каждого грузовика трупом прикидываться.

Но и в этот раз моё лицедейство оценивать никто не стал. У будущих придирчивых ценителей внезапно организовались срочные дела. Кто-то заорал благим матом, ударили длинные заполошные очереди. Предохранитель, прячу пистолет за шиворот, перекатываюсь под грузовик, разворачивая к месту громких событий лицо и ствол автомата.

Откуда вылезла заварушка, непонятно. Несколько тел валяются в кровавых лужах, образуя собой полукольцо, в середине которого четыре человека в броне и при оружии отбиваются от значительно превосходящей по количеству стаи мутантов. Руберов в стае нет, их я опознавать уже научился, нынешние похлипче выглядят. Но они очень хотят жрать и их много.

Всё это топтание лапками проходит на фоне стоящего тигра, на крыше которого у пулемёта отдыхает тело без головы. Замес тут неслабый, почему я ничего не слышал до сейчас? Будто звук включили. Может, умение какое? Или я временно оглох? Опять непонятно.

Ладно, всё равно я лишний на этом празднике жизни. Ждём, пока определится победитель, и делаем ему бяку. Потом надо будет разобраться со снайпером. Если выживу.

Снайпер, вредитель злобный, меня видел. По рюкзаку будто кувалдой врезали со всей дури. Не заорал только потому, что из лёгких выбило воздух.

Продышавшись, неожиданно для себя выскакиваю из-под урала и сначала на четырёх, а потом, умудрившись подняться из низкого старта, и на двух, рвусь к приоткрытой водительской двери тигра.

Всё правильно. Раз снайпер меня видит, нефиг ему дарить возможность в стрельбе упражняться. Пусть на кошках тренируется, а лучше на руберах. А экипаж тигра пока занят изничтожением бывших добрых людей и стоит к машине спиной, меня они сразу не срисуют, а из тигра со злым и опытным водителем за рулём попробуй добудь кого-нибудь.

Об этом я думал, уже захлопнув дверь и заводя двигатель. Пассажиров, кроме пулемётчика без головы, не вижу.

Броневик прыгнул с места. За рёвом двигателя внешних звуков не слышно, но мамой клянусь, что за бортом кто-то орал: «Стой, !!!, ты куда!».

В броню что-то несколько раз ощутимо долбануло. То ли снайпер огорчился, то ли бывший экипаж расстроился. Стрелковкой они меня не добудут, и ногами вряд ли догонят.

Ломаю маршрут, забирая сильно правее направления, куда мне надо. Потом сверну влево. По ломанной линии, направление, конечно, вычислят, но мне это будет уже не важно.

Удрав километров на десять и заполучив, таким образом, часа полтора форы, осматриваюсь в машине.

Стикс подсовывает мне какие-то неправильные рояли. Такое количество патронов я могу не успеть сжечь до конца жизни, особенно здешней. Эфок два ящика. Это-то здесь зачем, ведь против нечисти они малоэффективны?

Живчика в разных алкогольных вариациях хватит на пару пьянок взводу алкоголиков. Вот в плане пожрать всё обстоит печально.

Спас на некоторое время пулемётчик. Во фляжке у него неожиданно обнаружилась вода, а в карманах, помимо всякой мелочёвки, шоколадка с орехами. Да и броня пригодилась. Ну, земля тебе стекловатой.

Кто ж тебе голову откусил-то? Лента на полста патронов с красными пулями[1], была сожжена наполовину, от корда сильно несло сгоревшим порохом. То есть стрелял он буквально недавно и рядом со мной, как же я не услышал-то?

Кто они были, зачем сразу на поражение стали лупить? А если снайпер не с ними? Тогда я машину не затрофеил у коварных врагов, а подставил случайных людей.

Ехать обратно и разбираться желания не было. Мур я или не мур, в конце концов.

Хотя язык бы не помешал, да. Разобраться, что происходит вообще и что за шевеление вокруг меня в частности.

Тигр как тигр. Армейско-зелёный, номеров нет ни бортовых, ни регистрационных. Пулемёт на крыше, корпус машины весь в подозрительных пятнах и оспинах от пуль.

Водитель как водитель. Лысый, небритый, помятый, в броне, в подозрительных пятнах и при оружии. Попаданий пуль в организм, к счастью моему, не замечено.

Обычная картина для Стикса, надо полагать. Плохо, что легенды у меня никакой нет. Но надо-то проехать всего два кластера. Ага, и чёрный потом.

Слона надо есть по частям. Судя по солнцу, сейчас около шестнадцати, и светлого времени у меня часов пять. Четыре, чтоб запас был. Задача – проехать тридцать-пятьдесят километров, направление известно. Машина есть, заправленная на полбака. Не помню расход у тигра, но в любом случае мне этого хватит с большим запасом. Ага, до конца жизни. В прошлой жизни это не задача. В нынешней это вообще непонятно как делать.

Ладно, пора жечь топливо.

[1] Зажигательная пуля мгновенного действия.

Глава 9. Крёстный

Тигр - машина, конечно, замечательная. Броня есть, в моём случае даже пулемёт на крыше присобачен, двигатель заморский[1] урчит сытым зверем, красота. Про тормоза только немного не подумали. Или рассудили, что носорог видит плохо, но проблемы это не его?

Машина резво катится к воротам коттеджного посёлка. Я пытаюсь тормозить. Действия связаны по времени, но между собой как-то не синхронизируются. Хреновые тормоза у тигра.

Не хватило буквально пары метров до полной остановки. Ворота выпадают внутрь. Из чего их только делают! Передо мной внезапно открывается вид изнутри на коттеджный посёлок.

Тут же стекло пошло оспинами. Кто-то из обитателей не выдерживает и бьёт в броневик. Дробью. Умный, да.

Грохота от выпавших ворот ему мало, ещё пошуметь решил.

Раз удерживает в руках оружие, значит, человек. Раз лупит по броне картечью или чем-то похожим, значит, гражданский.

Заражённых отстрелил и теперь всего боится. Логично. Но теперь и я этого стрельца боюсь, попробуй на улицу вылезти. А так надо бы объяснить, что в меня стрелять не надо, я же ветеран Стикса. Третьи сутки уже заканчиваются.

Помимо неизвестного стрельца не радовал и пейзаж, от слова совсем. Тут и там валялись трупы разной степени сохранности, стены домов в сколах от пуль и дроби, стёкла местами выбиты. Дверь красивого кирпичного коттеджика, стилизованного под замок, с кованными решётками на узких высоких окнах, была заботливо подпёрта бульдозером.

Исполняю на клаксоне незатейливый мотивчик «бей, барабан, бей барабан, бей, барабанщик, в барабан». «Спартак-Чемпион», конечно, исполнить проще, но вдруг здесь фанаты «Динамо» собрались? Ага, и артиллерию на меня наводят.

Приоткрываю дверь. Ароматы вокруг явно не от Коко Шанель.

Показываю над дверью пустые руки и ору:

- Не стреляй, поболтаем.

Выживших оказалось трое. Все трое из числа егерей, сопровождавших компанию больших людей на охоту. Когда началось, егеря успели запереться в одном из домов, и изолировать заражённых из числа своих – изначально их было восемь человек.Пятеро до сих пор валялись связанными в сарае. Повезло парням, обычно процент незаражённых сильно меньше.

Далее егеря зачистили ходящих по улицам и подпёрли дверь дома, где изволили отдыхать небожители, бульдозером, рассудив, что те и так привыкли жрать друг друга, так что для них ничего особо не изменится.

Связи у них не было, и на третьи сутки парни стали потихоньку сходить с ума. Не, егеря – воистину крутые парни! Я бы точно с ума сошёл ещё в первый день, если бы не Барин и Гедеван.

Оп-па, а ребята-то как бы не одновременно со мной попали?

Мы сидели на кухне домика, приспособленного егерями под оборону. Ну как приспособленному – возле каждого окна по стволу, местами по паре, и патроны в коробках и россыпью. Хотя для данной ситуации нормально.

Оружие гладкоствольное, нарезняка не наблюдаю. На птичку пошли, наверное. Подкину, наверное, им нормальных стволов, благо в трофейном тигре их есть у меня.

- Парни, мы в чёрной-чёрной опе чёрного-чёрного негра, - начал я пересказывать своими словами лекцию Барина, - вся эта хрень вокруг называется Стикс. Стикс собран из кусочков. Из кластеров. Кластер – это кусок нашей Земли, которая планета, перенесённый сюда хрен пойми как и заменивший собой такой же предыдущий. Размер кластеров разный, от нескольких метров до десятков километров. Конфигурация разная. Время перезагрузки тоже разное.

Парни, угодившие в самую чёрную в этой вселенной дыру, слушали меня затаив дыхание. Мне было гораздо проще – помогли практически с самого начала. Надо помочь и этим выжить, тут и так мало нормальных людей, да ещё и режем друг друга почём зря.

Если бы я ещё умел грамотно вести дозволенные речи или доклады делать без подготовки. Ну было, разумеется, но давно, навыки полузабыты без регулярных тренировок.

- При перезагрузке кластер обновляется. То, что принесено в него из Стикса, исчезает, появляется исходный кусок территории с теми же людьми и зданиями. Те из Стикса, кто остаётся в кластере во время перезагрузки, тоже исчезают. – Чёрт, Барин вроде что-то другое говорил. Хотя детали пока неважны, важно главное донести.

Смочив пересохшую глотку парой глотков живца, продолжаю. Парни, кстати, не бараны, сели так, чтобы просматривать все направления, благо планировка позволяет.

- Стикс пропитан каким-то вирусом. Заражаются все…

Слушатели ломанулись друг от друга и от меня в разных направлениях. Бью в потолок короткой очередью: - Стоять, !!! По местам!

Самаритянин, я, конечно, добрый, но мур я злой. Да и Стикс не располагает к расслаблению, потому на дружественную беседу я припёрся с автоматом.

Косясь друг на друга и на меня, аудитория расселась по местам. Ну правильно, мы все здесь друзья, все при оружии, но их оружие у окон, а моему автомату места не определено, потому таскаю его в руках. Логично и гибельно.

Но не этом случае, сегодня я добрый фей.

- Не дергайтесь, пацаны. Вы и я заражены, как все остальные. Но мы носители, а они – заражённые. Мы нормальные люди, !!!

- А когда мы станем такими, как… - протянул высокий белобрысый егерь. Блин, молодой совсем, как он в егеря угодил?

- Может быть, завтра. Может быть, вообще не станем. Люди говорят, что если не переродился в первые сутки, то будешь жить человеком. До пока не сдохнешь. И перерождение не мгновенное, сами видели, успеете среагировать.

Не сказать, что гроза миновала, но парни явно выдохнули.

- Заражённые проходят несколько стадий. Сначала пустыши, еле ходят, потом бегуны, бегают быстро, потом лотерейщики, топтуны, руберы, элита и тот, кого нельзя называть.

Дядя с пегой щетиной уточнил:

- А как зовут того, кого нельзя называть?

Для этих парней мне придётся быть крёстным. Нареку, пожалуй, сего отрока годочков сорока от роду, Тормозом.

Под взглядами коллег Тормоз стушевался и, что-то невнятно пробормотав, изъявил желания слушать меня дальше и очень внимательно.

- Для того, чтобы нормально жить и не превратиться в овощ или ... – показываю нижней челюстью в сторону на улицу, - мы должны регулярно принимать спиртовой раствор споранов.

- Ух ты, спиртяшка, - заинтересовался третий, особых примет не имевший. Алкашом тебя обозвать, что ли?

- А спораны это чё такое? – ну он ещё и закусить, похоже, любит.

Рассказываю про спораны. Вот тут я неубедителен, ибо лично сам их не добывал пока. Ну для новичков может и хватить, а вот сам себе я Станиславский.

Кстати, Тормозом надо крестить меня. Срочно. Исправляюсь.

- Грамм по сто бахните, больше не надо пока, - фляжку, которая не с водой, отправляю по кругу. Меня в отсутствие живца стало колбасить буквально в первые часы. А, ну я ж границу кластера пересёк, а эти на месте сидят. Сидели. В любом случае пусть привыкают.

С крестинами тоже торопиться не надо. Наделю сейчас человека позывным Тормоз, к нему и станут относиться соответственно, и сгинет парень ни за грош. Хотя, говорили в каком-то кабаке, парня одного нарекли Дворником. Он метлой рубера ушатал. Не урановой метлой, обычной.

Моей информации о Стиксе стало категорически не хватать, когда Алкаш стал задавать вопросы:

- Перенос или дублирование? Да что я спрашиваю, дублирование, конечно… Хотя, юноша, - это он мне! Мы как минимум ровесники плюс-минус немножко, да и ствол моего автомата направлен в его сторону. Уважаю, старая школа!

- Скажите, кластеры, как вы выразились, копируются из какого временного периода? Да, сам Стикс является геоидом?

- Стоп! – ухожу от неудобного вопроса. – Позже вернёмся, - киваю Декану. Ну пусть будет Декан, пока для меня. А будет задавать неудобные вопросы, будет Циклогексан. Ну не силён я в химии.

- Будь любезен, - киваю молодому, - сходи в мою машину. В ногах у штурмана стоит рюкзак, принеси сюда, пожалуйста.

Пошёл. После кивка Декана. Ну я не против, мне просто надо понимать, кто пришёл и зачем пришёл.

- Ему отдай, - киваю на Декана, вручая Молодому так и не прочитанную мной брошюрку «Стикс для чайников».

Сейчас Декан пробежится по книжечке, читает он быстро, и начнётся новая серия вопросов.

- Потом прочитаете, - останавливаю Декана; - сейчас делами нашими скорбными злободневными займемся. Вас принял Стикс, и я, как первый встретивший вас, обязан окрестить. Имена вручить, так сказать. Или позывные.

Ну не умею я речи говорить. Хотя заинтересовались.

- Ты – Декан!

Блин, хотел же Циклогексаном обозвать.

- Ты – Карлсон!

Ну не Малышом же молодого называть.

- Ты – Дачник!

Непонятная ассоциация, но этому деятелю подходит.

- Крёстный – Сосед! Как поняли?

Кивают неуверенно.

- Ты! Как зовут?

- Декан.

- Крёстный кто?

- Сосед.

- Что ржёшь?

- Да я всегда Декан, во всех мероприятиях. Но там я был заместителем!

- Отставить Декан. Нарекаешься Замдекана. Как понял?

- Я – Замдекана. Крёстный – Сосед.

И ржёт, зараза. Или это истерика?

Все вместе топаем к тигру, где я проявляю чудеса щедрости. В результате через полчаса наблюдаем уже не бедных бомжей, а неслабую такую ораву. Пусть числом всего в три рыла, но…

Загостился я тут, пора и честь знать. Тем более Брысь уже на меня злая за какую-то овцу, не стоит дальше её злить.

Она же мне между ушей чуть не влепила. По мне била, сучка!

Хотя била она просто в мою сторону. Захоти она убить меня, вариантов была куча. Ну да, например, затрахала бы до степени недвижимости.

Или просто задержалась бы на час с выездом, когда возле тушки рубера мне было нехорошо.

Не, если я начну подозревать в нехорошем Брысь, то проще застрелиться прямо сейчас. Вывод – я ей нужен. Живой. Зачем, это уже другой вопрос.

- О чём я не успел рассказать?

Парни, получив новые имена и оружие, сильно обнаглели. Но наглость на меня не проецировали, молодцы. Замдекана, правда, отличился и здесь:

- Кто такие муры? Почему их надо убивать при первой возможности?

Действительно, почему меня надо убивать? Вывозил людей под угрозой оружия, работал в конвое...

А, что себя обманывать. На внешников работаю? Значит, мур.

- В Стиксе есть хренова гора группировок. Все против всех, так истерически сложилось.

Оговорку приняли без ухмылок.

- Муры – это пособники внешников. Внешники – это самые технологически продвинутые. У них интерес в Стиксе свой, на других они не смотрят. Совсем не смотрят, валят всех. Потому их и не любят. А внешника прибить сложно, они обычно кучей и на броне перемещаются. Зато муров валят – только шум стоит.

Ага. Особенно меня. Четыре раза завербовали за двое суток. И ни разу даже на прицел не брали. Брысь и Сахиб не в счёт – ну эти прибили бы на раз-два при желании.

- На твой вопрос, Зам, - кластеры прибывают из одного времени. Если кластер начал перезагружаться первого января двухтысячного года, он так и будет делать. Там всегда будет первое января. А если ты про временной разброс – то непонятно. Везде есть похожее оружие и транспорт, остальное народу не сильно интересно. Наше время плюс-минус немножко.

Вот я баран.

- Когда вы сюда попали, какое было число? Месяц? Год?

Даты совпали.

- Но проблема, - не, это не проблема, - точнее, нюанс в том, что сюда попадают фрагменты параллельных миров. Где развитие шло по-другому. Где-то нас сильно опередили. Другое оружие, другая техника, другие ценности.

- Слушай, но тут написано не так совсем!

Когда он успевает.

- Правды никто из нас не узнает, - ухмыляюсь Заму. – Но есть одна маленькая вещь, о которой я знаю мало.

- ?

- Можно вернуться.

Честно рассказываю о том, как добыл машину. Потом совершаю самый невыгодный в истории Стикса обмен – меняю броневик, набитый боезапасом, на три палки копчёной колбасы и обещание довезти меня до черноты.

Правда, в придачу получил активные наушники и обещание подождать меня на месте нырка в черноту сутки. Правильное решение, на сворованном непонятно кем броневике ехать навстречу злым хозяевам этого броневика? Вот. Другое дело, если злого угонщика можно показать, тут и побеседовать можно.

Ну честно не знаю других путей. Рассказал про все стабы, которые запомнил с карты внешника и в которых был – про все четыре. В двух я был, о чём честно предупредил. Особенно про Дракона и урал.

Совместно с Замом решили, что, имея в наличии четыре рыла при оружии и крупняк, лучше ехать навстречу известным приключениям с шансом как-то договориться или отмахаться, а не ломиться непонятно куда. Ну а если не вернусь – пусть сами думают, парни вроде умные. Читать точно умеют.

Дачник оказался пулемётчиком. Приняв машинку в свои загребущие лапки, он сразу принялся колдовать над ней. Видно сразу, что человек знает, что делает. И хотя в деле я его не видел, на душе стало спокойней.

Договариваемся о связи. Вспоминая карту внешников, делаю кроки ножом на цинке с патронами. Ручек, карандашей и кисточек мы не взяли почему-то.

- Ну как-то так, - завершаю разговор.

- Спасибо! – оживляется Зам, - скажи ещё одно, и я отстану. Раз ты мур, почему тебя ещё не убили?

Вот умеет делать выводы, зараза. Почему он замом остался? Видать, шеф у него акула ещё позубастей этой. Правильно я сделал, что не пошёл в науку.

- Думай, - ухмыляюсь Заму.

[1] Сосед ошибается. Импортные двигатели ставят только на гражданские версии «Тигров».

Глава 10. Медалист

В одной из прошлых жизней я был таксистом, в числе прочего. Работа как работа, не хуже и не лучше начальника отдела, инспектора качества на фабриках, переговорщика с большими людьми или командира сводной группы. Любая работа в радость и в доход, если относиться к ней серьёзно и с выдумкой. Но у каждой работы есть своя мечта.

Когда был таксистом, мечтал прокатиться на пассажирском сиденье в большой дорогой машине и чтобы мне ещё доплатили за это. Бойтесь своих желаний.

Одна из моих мечт неожиданно сбылась.

Меня категорически отказались пускать за руль – мол, видели, как ты водишь! Возразить нечего.

За корд я сам не хотел, Дачник лучшее меня там справится. Ну не сторонник я правила – кто первый за пулемёт встал, тот и пулемётчик. Хотя разные были случаи… За руль сел Карлсон, кивком ответив на немой вопрос Зама.

Потихоньку становлюсь английской королевой. Царствую, но не управляю. Но нам проехать-то километров двадцать.

На эти двадцать километров мне выделили почётное место рядом с водителем. Даже не ругаюсь, надоело. Двадцать километров-то на броневике проехать можно спокойно?

Проехали мы четыре. Примерно. Потом по колёсам ударила граница кластера.

Ну как ударило? Перепад высот-то между кластерами небольшой, сантиметров пять-пятнадцать. И тут же заорал Дачник:

- Цель на…

Дальше я его не слышал, потому что он начал работать.

Оглох я моментально. По привычке открываю-вышибаю дверь и пытаюсь катиться колобком по непонятно чему, это лучше, чем остаться в машине.

Пыль. Удары по башке, спине, рукам, ногам, да всё потом, всё потом.

В секторе никого. Ага, в голове тоже. Разворачиваюсь к машине. Метрах в двадцати сюррная картинка – за кордом с погнутым стволом стоит Дачник и ничего не делает. Не может.

Отдача.

Создание, согнувшее ствол у ведущего в него огонь крупнокалиберного пулемёта и наклонившееся над пулемётчиком, осело вниз, не успев ударить оцепеневшего стрелка.

Это я в него влепил?

Из ДТК ползёт наверх еле видимая струйка дыма.

Получается, я. Ух ты. Мне медаль надо срочно. Шоколадную. Или коньячную. Хотя я на обе согласен, в комплекте если.

Куда я ему влепил? Ведь бил просто в силуэт навскидку. И как? Третий раз подряд.

Хотя второй лучше пропустить. Тогда нормально, статистика не хромает. Ну и пустышей можно не считать.

Но я за всю свою эпопею в Стиксе снёс с планеты трёх руберов и больше практически никого. При расходе патронов менее магазина. Это как?

Вру, пустыша завалил ещё. Из гранатомёта, с пяти шагов. Лучше никому не рассказывать, смеяться будут. Да и первая парочка пока не в счет. А, внешники же ещё попали под замес. Ну тогда нормально.

Дар Стикса у меня, похоже, есть. Но какой?

Обратно брошюрку «Стикс для чайников» требовать как-то несолидно. Хотя сейчас моя команда смотрит на меня как на воплощение Будды, Аллаха и Христа в одном фляне. Пол-литровом. С коньяком.

Ну ладно я себя в себя привожу, а какого органа команда отдыхает? Зольдатик всегда должен быть занят, а то ещё думать начнёт.

- Зам, наблюдение! Карлсон – помоги Дачнику!

Всех озадачил. Придурок. Сам себя только что назначил на должность вскрывателя рубера.

Пуля пришла аккурат под ухо. Мдя. При работе по силуэту.

Ухо – опять же условно. Трофей зело странный. Но на меня то ли потомственный алкоголизм влияет, то ли нервов у меня нету от слова совсем. Для душевного спокойствия будем считать, что первое. В любом случае моя пуля нашла слабое место в бронированной туше.

То есть я буду работать дробью, то одним выстрелом уконтрапуплю 200 руберов?[1] Не, ну не все же дробины имеют термоупроченный сердечник.

Имеем что имеем: на меня злится Брысь за какую-то овцу, трёх руберов я сшиб тремя выстрелами (это если грубо), и многие люди этим заинтересовались. Не овцой в смысле, а руберами. Как у меня так получается?

Мне самому любопытно.

Рубера вскрывать было как-то даже неинтересно. По инструкции, нашарил большой прыщ на затылке, ломанул ножом. Ни тебе гноя, ни крови. Даже как-то скучно стало. Еще скучнее стало когда оттуда полезла какая-то невесомая пыль, как шерсть от кошки.

!!! – да оно ж стоит как крыло от самолёта!

Не привлекаю бойчишек, у них своих дел выше крыши. Добычу прячу в набедренный карман, ну за исключением добряков для моих и того, что растворилось в пространстве (ну не успел поймать).

Вздохнув, отдаю Заму активные наушники. Всегда все говорят, что вещь замечательная, но когда ж я их опробую? В черноте им точно делать нечего.

Молчим.

Надоедает.

- Сутки с момента сейчас? – протягиваю руку. И только сейчас обращаю внимание, что Зам меня сильно старше. Но старается. Наука, мать её. У них тоже всё сложно.

- Да, - Зам пожимает мою руку.

Если ещё и этот подведёт, то моя неустойчивая вера в человека забьётся под плинтус.

- Постарайся не сильно опоздать!

Взбодрил, зараза. Ну ладно, если выживем, я тебя с Брысь познакомлю.

Ветер в лицо, дорога ложится под колёса арендованного лендкрузера. У меня судьба кататься на машинах без стёкол?

Как арендованного?

Машина стояла во дворе, открытая.

Ну и я ж отдам. Наверно. Половину. От того, что останется. Потом. Если выживу. Хозяину бывшему пока не до денег, у него вкусные соседи.

Под колёсами хрустят кустики, дорога давно ушла в сторону. В меня никто не стреляет и никто меня не ест. Мины под колёсами не взрываются и пулемётами в меня не лупят. А я не рад.

Приближается что-то насквозь чёрное. Причём настолько чёрное, что даже я, человек без эмоций, как меня называла моя вторая и единственная любовь, начинаю нервничать.

В черноту заезжать не хочу. Останавливаюсь в пяти метрах, зафиксировав машину водительской дверью в направлении на жутко-чёрное и спрашиваю у себя:

- Ты туда хочешь?

- Ни в коем случае! – возмущаюсь.

- Тогда пошли, - принимаю решение.

Быстро чешу репу за тонкую механику. Калашмат при всей его кошмарности и неточности некоторые личности не то что любят, а обожают. Хотелось бы посмотреть на арку при том же к ней отношении…

Окурок – в зубы! В смысле в зубы сигаретку, а в руках укорот. Ну непривычно. Кстати, если вам люба тонкая механика и красота, то попробуйте выстрелить из «орла пустыни», который «desert eagle». Незабываемые впечатления гарантирую.

Кстате, механизм перезарядки пустынного орла евреи спёрли у Михаила Тимофеича, а мы ж говорили за мериканский пистоль? Ну это так, надо что-то говорить отвлеченное, потому что в черноту заходить реально страшно. Под пулемёт как-то проще, привычнее, что ли.

Брысь вроде говорила недолго? Неее, она говорила – чёрный пройдешь. То есть она уверена, что я его пройду. Своим ходом. Надеюсь, что она не видит во мне чемпиона мира по тактической ходьбе в черноте.

Даже трава под тапками ломается с какими-то непривычными звуками. Что-то побольше я трогать опасаюсь, хотя все утверждают, что это неопасно. Ну как все? Два источника информации. Барин и методичка. По стилю изложения не удивлюсь, если Барин её и писал.

Отморозок я или нет, в конце-то концов? Направляю ствол в дерево – авось в дерево всё и прилетит, ну и вообще кто не спрятался, я не виноват. Нефиг прятаться.

Щелчок.

Дергаю затвор, повторяю попытку выстрела.

Ага.

Мог бы и сам догадаться.

Вокруг всё чёрное от слова совсем. Направление знаю, поэтому бросаю заниматься ерундой и топаю куда надо.

Страшно. Мне, контуженному на всю голову, человеку, который стоял ногой на мине и ухмылялся злым собеседникам, притараканившим с собой пулемёт? Мне страшно.

Сами попробуйте.

Да, про мину я тогда не знал. Потом рассказали, в госпитале. Нога на месте, а что кости титановые – кого это волнует, кроме массажисток задних ног в Таиланде.

Из черноты я выпал вспотевший и злой. Влепил очередь на два патрона в небо, дежурно удивился, что машинка теперь почему-то работает.

И стал искать Брысь. Парни, у каждого своя Брысь, так-то да, но мою Брысь искать я опять-таки боялся. Вдруг найду.

Вокруг лежала пастораль. Чтобы обозначиться, что я тут, уже решил было поджечь ближайшее строение, но не случилось.

«Баран, ты где, я уже устала тебя ждать!!!»

Ща обозначусь трассерами.

«Не вздумай, мы тут не одни!»

Плохо, что я ничего не понимаю. Хорошо, что рядом Брысь. И совсем плохо, что я не понимаю, что происходит. Повторяюсь? Так ничего не изменилось.

Она практически ела моё ухо.

- Элита. Там жемчуга – ой! Нам хватит всю свадьбу оплатить!

- Чью свадьбу? – я почуял подвох.

- Работай, баран!

Жирок с пуза сгонять надо, потому пошёл работать.

Элита, как я понял, это зверь ещё хуже Брысь.

Раскидываю сектор на дистанции. Кладу в сторону автомат, беру винтовочку. Ну так-то да, метров до 700 работать могу, дальше сами разбирайтесь.

Не, ну я готов между ушей влепить кому попало... Василий Иваныч, который Чапаев, говорил: - Винт при тебе, вот ты и сильнейший. В радиусе прицельного огня.

Он с Брысь незнаком.

Ну лично я могу влепить метров за 800 в пуговицу. Вру, конечно, пуговица просто как элемент прицеливания используется. Красивая, яркая такая, блестит. Ну опять же к оптике и стволу куча вопросов. Кстати, элита пуговицы носит?

Чтобы попасть надо как минимум увидеть. Потом уже начнётся веселуха с превышениями, падениями и прочими деривациями.

Но я не вижу ничего. В прицеле сплошная пастораль. Никакой активности.

Ну ладно. Ждём. Лежать на пузе и ничего не делать – это я умею и люблю. Мой командир как-то сказал: - Вова, ты идеальный снайпер. Ты ленивый и не любишь людей.

Да я и руберов как-то не очень. Движение!

Движение непонятно. Из-за угла дома за угол другого рванулась тень. Моей винтовкой можно спокойно в ухе ковырять или там в заднице – пуля до туда летит почти секунду, тень как раз успеет туда-обратно сбегать.

- Наблюдаю активность. Дом с жёлтой крышей, юг, - бормочу себе под нос.

- Баран, валить надо было! Ты забыл, с какой стороны приклад у автомата? На мою задницу смотреть успеваешь?

Не получилось. Не забыл. Успеваю.

- Ты придурок, - в очередной раз восхитилась Брысь. – Я пошла. Вали его.

И она пошла. Тупо пошла посередине улицы.

Четыре патрона – это всё, чем я смог помочь Брысь.

Хотя я думал, что хотя бы шесть у меня есть.

Чёрное нечто, собирающееся подмять мою блондинку, сломалось пополам и неопрятной тушей осело на асфальт. Брысь весело посмотрела на меня и послала мне воздушный поцелуй. В оптике это смотрелось довольно забавно.

Она думает, что я целенаправленно эту хрень уронил в шаге от неё? Чтобы ей ходить меньше было? Да я просто патроны сжигал в ту сторону!

Пустая плётка на плече, но в руках ксюха, готовая огрызнуться на все восемь сторон света. Идти пришлось довольно далеко, по дороге нашёлся ручеёк, мост через который был метрах в ста пятидесяти, так что крюк получился изрядный. Боевые действия вроде как закончились, и тапки я мочить не хотел.

Брысь подставила шею:

- Поцелуй.

Первым делом я уронил автомат.

Повезло. В лоб эту штуку не факт, что пулемёт возьмёт. Ещё ведь какая-то фигня есть вроде силового экрана, пули отводит. В методичке так написано. Пора мне свои методички писать. Угу. Берём Брысь, одна штука…

Шкурка у элиты жёсткая и местами даже острая. Да и расположена вроде как чешуи у рыбы, внахлёст. Две мои пули из четырёх пришли в затылок, между чешуйками. Ну я сзади бил. А ещё две ушли куда-то в пространство.

Брысь поправила ремень и заявила:

- Вечером чтобы был побритый.

Пришлось проявлять мудрость и многозначительно кивнуть. Про овцу мне потом расскажут, это без вариантов.

Не, вокруг чужая планета, нас все хотят сожрать, патронов у нас полтора магазина на двоих, а вечером я должен быть побритый?

Уважаю такой подход.

Брысь решила за обоих.

Что меня беспокоит, так это жуткий метаболизм или как оно правильно называется? Я ни разу не биолог, скорее геофизик, но дома я стригся налысо раз в две недели. Тут прошло три дня, и волосы мои на голове начинают кудри вить. Слава богу, что ногти на руках я сам грызу, не доверяя косметическим салонам. А с когтями на ногах что делать? По деревьям лазить?

Сильно быстро всё растёт. Опять непонятно.

[1]Один охотничий патрон может содержать до 1000 дробинок.

Глава 11. Флибустьер

На набережной в новом для меня кластере было нескучно.

- Валите нахрен отсюда! Бегом! !!! – орёт мелкая блондинка. Никто не слушает. Все слышат и занимаются своими делами.

Брысь посмотрела на меня. Не знаю, что она увидела в моей вечно сонной роже, но длинная очередь поперёк толпы имела место быть.

Трое двести, человек семь триста. Хреново. Могло бы и получше лечь.

- Стоять, уроды, стрелять буду!

Остаётся только орать. Ну и стрелять, если побегут. Если дойдёт до стрелять сейчас, нам будет грустно.

Толпа зашевелилась. Выкладываю над головами магазин. Два предпоследних трассеры, народ аж присел. Мне бы магазин трассеров… И четыре брони по углам, ага.

Под взглядами ближайших роняю пустой магазин. Затворную раму шевелить не надо, патрон в патроннике еще есть.

- Чё стоим! Команда бегом отсюда для всех! Считаю до трёх и открываю огонь!

Тут главное слабину не дать. Иначе точно придётся огонь на поражение открывать. С непредсказуемым результатом.

С предсказуемым. У меня полмагазина, Брысь пустая. Одному-двум я ноли нарисую[H1] , и привет.

Толпа отхлынула, утаскивая с собой побитых Брысь. Странные люди. Если бы в меня кто-то тыкал автоматом, не говорю про стрелять, я как минимум запомнил бы это рыло, дабы в дальнейшем напакостить. Хотя ещё ничего не закончилось. Для нас.

А для толпы только начиналось. Минут через тридцать они начнут друг друга есть. И тем, кого на глушняк положила Брысь, многие будут завидовать. Может и мне стоило чуть пониже ствол опустить? Не знаю, не знаю… Брысь выбрала, я выбрал. Мы, если что, не убиваем людей. Мы уничтожаем живую силу противника.

Мой новый знакомец отзывался на Мастера. Был он холён, ленив и любил пиво – ну как ещё охарактеризовать человека, который пьёт пиво, не особо обращая внимания на то, что рядом идёт локальная война?

- Свалить хотите отсюда в ужасе? – поинтересовался он.

- Да! – заорала Брысь и полезла к нему обниматься.

Повезло прелюбодеям, что патронов у меня мало. Да плюс к тому я не очень понимаю, как управлять катером в условиях Стикса – тут через каждые примерно десять вёрст перепад высот, глубин и окрестностей.

Если честно, катерами вообще управлять не умею.

Катер явно предназначен для лёгкого отдыха на воде. Про то, что в узкое пространство между рубкой и леерами на борту будет пытаться протиснуться немаленькое такое рыло, нагруженное по самое не хочу стволами и броней, конструкторы явно не подумали.

Оказавшись на носу и заимев пространство для маневра, понимаю, что зря сюда лез. Самое интересное находится сзади, в корме или как это у водоплавающих называется, где Мастер торопливо и шаловливо обучает Брысь азам мореходства.

Катер заурчал мотором и плавно пошёл от причала, где в нашу сторону уже начали недобро посматривать. Издалека послышался приближающийся вой сирены. Оперативно, что сказать. Мы перестреляли десяток человек и спокойно уходим.

Мастер так и не признался, кем и как он был в прошлой жизни. Но несколько цинков нам выдал, в том числе один с маркировкой снайперских. Резко передумываю задавать вопросы, а то назад еще отберёт.

Люди, которые говорят, что патронов бывает очень мало, просто мало, и мало, но больше не унесёшь, конечно, правы. Сам так бегал. Давно, правда, и больше чем наполовину врут за то время. Но как же хорошо, когда твой боезапас везут с тобой вместе на прогулочном катере!

Брысь поняла новую парадигму и довольно быстро слезла с Мастера. Даже раздеться не успели, а тут уже я рядом сижу, магазины к винтовочке снаряжаю. Хотя, может, она просто соскучилась по простому человеческому общению?

- Слушай, Мастер, а куда мы плывём?

Не знаю зачем задаю вопрос, но интересно.

Мастер обиделся:

- Таки мы не плаваем, и даже бывает тонем. Мы ходим по морям. То есть мы не то, что не тонет.

Во как. Ну ладно. Киваю своей головой в знак согласия. Но ответ на вопрос продолжаю ждать.

- Солдатик, а тебе это важно? Я тебя вывезу кластера на четыре. Держи!

В меня полетела банка пива. Этот придурок бросил её так, словно в руке у него была граната. Ловить эту штуку в воздухе не стал, испугался. Попытался выполнить приказ «вспышка сзади», скамейка, которая банка на морском языке, подо мной сложилась куда-то вниз, ну да, оно на такое не рассчитано.

Ломать скамейку, на жаргоне Мастера «баночку», падая на неё в полном обвесе, гораздо проще, чем вылезать из-под неё. Когда собирался обратно в вертикальное положение, что-то похрустывало и звенело.

Мастер ржал. Брысь делала вид, что её тут нет.

Меня закусило.

- Мастер!

- Угу, - он осматривал свой пароход на предмет повреждений.

- Чё делать-то?

Мастер стал широким и высоким. Набрал воздуха в пузо.

- Ну, во-первых, больше ничего не ломать без команды. А во-вторых, давайте вместе подумаем.

Это он напрасно. Мне как раз проще что-нибудь сломать, откопать или застрелить, а не думать. Непривычное занятие.

Мастер оказался евреем гораздо лучшим, чем я. Сообразив, что зараженные водичку, особенно глубокую, не очень любят, он начал делать свой маленький гешефт на том, что умел – плавать, пардон, ходить, на всём, что держится на воде. Ну и иметь с этого свою малую копеечку и уважение окружающих – в Стиксе в основном выживали почему-то сухопутные.

Согласовав с нами дальнейший маршрут – с умным видом надуваю щёки и киваю, а вот Брысь активно препирается, Мастер выдал резюме:

- Чистого ходу двадцать часов. По темноте двигаться не будем, можем во что-нибудь знатно упороться. Так что на третий день на месте. Как платить будете?

Возникла мысль предложить в оплату Брысь. Но Мастер явно потребует очень неслабую доплату. Дешевле, наверное, всё-таки так рассчитаться.

Сваливаю торговлю на мелкую террористку и пытаюсь найти на катере место, откуда смогу контролировать все 360 градусов. Задачка та ещё.

Правый берег заметно выше левого, и если подойти к нему достаточно близко, то стрелять мы не сможем до момента, пока руберы не начнут прыгать нам на головы. Если же подойти достаточно близко к пологому левому берегу, можно запросто сесть на мель.

Вроде ничего страшного, пока речка не сузится до десяти метров, но беспокоит. Хотя ширина водной артерии метров пятьдесят. Ну это пока.

В плане огневой мощи у нас как-то не очень. Плётка и два укорота. Но не может же у Мастера не быть че-то огнестрельного?

Не удивляться уже привык. Надоело уже удивляться. Но где можно было спрятать на не сильно большом катере счетверённый максим – вот это было непонятно. Мастер начал священнодействие с колдунским гибридом, бросив управление катером на волю волн, течения и Брысь. На моё осторожное «ээээ» Мастер весело ухмыльнулся:

- Мы на стрежне, движка на холостых, считай, работает. Рулить практически не надо.

Брысь явно подслушивала наш негромкий перелай, который слышно было метров на двести. По воде, наверно, дальше.

- Почему он назвал тебя солдатом? Ты военный? – накинулась на меня блондинка. Тут каждый второй, не считая каждого первого, таскает на себе минимум один ствол и прекрасно с ним обращается. Зачем тут служить. Непонятно.

- Никак нет! – пытаюсь отмазаться. Не самая удачная формулировка.

- Зачем врёшь, - Брысь из злой террористки моментально преобразилась в обычную блондинку. С глазами котика из Шрека.

- Да в запасе я давно, - пытаюсь перевести взгляд с печальных глаз на сектор «вперёд».

- А, вот где тебя стрелять научили! – догадалась блондинистая мелочь.

- Угу, - киваю. В армии меня идеально научили видеть грудь четвёртого человека и устранять недостатки. Остальное факультативно. Но не объяснять же ей?

Мастер закончил возню с пулемётной установкой и ему стало скучно. Он добыл моток синей изоленты, огромадный двухкассетный магнитофон японской системы с двумя отстегивающимися колонками и пытается прикрепить его сверху.

К сожалению, у него получилось. Про звуковую маскировку пришлось забыть.

Под такой шум можно смело лупить из всех четырёх максимов по пустым банкам – пулемётов слышно не будет.

Под раскаты симфоний Рахманинова как-то незаметно стух двигатель.

Обнаружил и озвучил это Мастер, выдав речь, которой я позавидовал. Надо будет попросить повторить, очень интересные обороты попадаются.

Мачты на катере не было. На моё предложение соорудить какой-нибудь парус из подручных средств узнаю много интересного про ветер, форму корпуса, мачты и свои сексуальные привычки. Брысь беззвучно ржала. Надо отдать должное Мастеру – объяснял он так, что даже блондинка поняла.

Вёсел на катере не оказалось. Настала моя очередь рассказывать Мастеру кто он такой есть и почему он от своей мамы произошёл. От драки нас отвлекла девушка, с испуганно-озадаченным видом вскинувшая автомат.

Брысь я знаю уже три дня, и ни одной причины, заставившей её озадачиться, а тем более испугаться, не видел. Что-то большое в лесу сдохло или она видит что-то, что пока не видим мы.

- Отставить, противник с кормы! – ору в лицо Мастеру. Тот тут же бросает со мной ругаться и мчится к своей стимпановской зенитке. Ага, будем считать, что опа у нас прикрыта, давлю косяка вправо, вперёд, влево. Активности не вижу. Смотрю назад. Понимаю, что зря туда посмотрел.

Если голова этой штуки была меньше нашего катера, то ненамного. В эту голову, весело сверкая рикошетами, прилетело содержимое магазина от Брысь, без всякой видимой реакции. Не стреляю, не понимая, куда стрелять.

Мастер как-то комментировал свою длинную очередь из четырёх стволов, лисьи хвосты пулемётных выхлопов почти упирались в морду твари. Музыку наконец-то перестало быть слышно.

Голова речной годзиллы плавно ушла под воду. Мастер ещё несколько секунд поливал свинцом пустое место на воде, воодушевленно сей процесс комментируя.

- Что это было? – мне лень искать кнопку выключения, потому тупо и цинично стреляю в магнитофон. В игре «Сони» против «Драгунова» магнитофон безоговорочно проиграл, брызнув пластмассой во все стороны.

Наступила тишина. Относительная. Шелестела вода, позвякивали гильзы, в несколько слоёв укрывшие палубу.

- Заражённые не живут в воде. Не должны, - сказала Брысь. – Но что тогда это было?

- Да не бывает такого, - сказал человек, только что высадивший примерно тысячу патронов в это «не бывает».

Методичка становится всё толще. Одно непонятно – как её дописать, если с реки нам уйти вряд ли получится. Мастер и Брысь в прострации, явно столкнулись с чем-то новым. Мне же это новое не страшно, для меня всё новое.

- Чё сидим! – ору на этих знатоков. – На, прикладом греби, хоть что-то, - сую плётку Мастеру. Магазин я от неё отстегнул и патрон из патронника добыл, а то мало ли. Нам ещё несчастных случаев не хватало.

Мастер ожил. Весло критиковать не стал, а стал действовать им как веслом. Браво мазнул им по воде… и ошарашенно добыл на воздух минимум деталей, ещё способных стрелять. Приклад как будто откусил кто-то. Надо будет запатентовать способ быстрого изготовления девайсов «смерть председателя».

Жесть. Купаться тут точно не стоит, хотя водичка вроде тёпленькая.

- Гранат у тебя сколько? – интересуюсь у Мастера.

Высыпав в воду ведра два гранат, мы добились пары дырок в корпусе. Зато наш неудавшийся «Титаник» плотно сел на мель. В четырёх метрах мутной речной воды от берега.

Вот тут задумываюсь, генерал я нынче или адмирал? Генерал в бой посылает, а адмирал ведёт. Послать на берег кого? Или самому пойти?

Кустики там не сильно приятные, роту автоматчиков можно спрятать. Или я даже не знаю, сколько заражённых. И пехотная тактика не подходит, шуметь нам лучше не надо.

Однозначно – с реки надо уходить. Довооружаемся, идём на берег с Брысь, Мастер нас прикрывает. Далее мы прикрываем его. Потом… До потом ещё дожить надо.

И всё надо сделать бесшумно. Если мы начнём прикрывать Мастера, бесшумно не получится. Но если Мастер начнёт прикрывать нас, будет ещё громче.

Хотя после нашего концерта на реке тут должны быть уже все любопытные. Но никого не видно. Опять непонятно.

Намечаю укрытие на три рыла на берегу, в разумном удалении от кустиков и от реки. Раскидываю своим диспозицию. Ну так как выбора нет от слова «совсем», моё предложение принимается.

[H1]

Глава 12. Байкер

Хуже нет ждать и догонять, как сказал кто-то умный. Насчёт догонять не согласен, какое-никакое, а развлечение. А вот ждать, это да. Особенно не понимая, каких неприятностей. За три часа ожидания мы всем коллективом дважды успели полаяться и помириться, слава богу, до огневого контакта дело не дошло, хотя было рядом.

И ни одной сволочи, тянущей на роль цели, так и не появилось в секторах наблюдения. Кажется, что водоплавающий монстр, которому Мастер упорно пытался скормить несколько лент, распугал всех в округе. И раз Мастер напугал страшного зверя, то он автоматически становится самым страшным зверем на районе? Ну а мы так, за компанию.

- Чё делать будем, мальчики-девочки? – интересуюсь в пространство. Командира мы так и не выбрали демократическим голосованием, ну и как-то само собой получилось, что меня слушают и даже команды выполняют. Когда хотят.

- Знаешь, я, пожалуй, катер заведу, - задумчиво говорит Мастер, - прикроете меня, пока ковыряться буду?

Лично я на воду не хочу. Переглядываюсь с Брысь и вижу в её глазах полное понимание.

- Прикроем. Но скоро темно.

- Ааа, успею, - махнул рукой Мастер и бодро почапал к берегу.

- Брысь, кусты! – её укорот уже показал себя красиво и безнадёжно. На воде. Теперь воду буду беречь я. С макаровым. Надеюсь Мастер поможет и спасёт. Хотя судя по грохоту изнутри катера ему совсем не до нас.

- Владей, - Мастер сунул мне в руки автомат и разгруз с магазинами. - Я, пожалуй, валю отсюда. Вы как?

Боюсь я речных монстров. Потому отказываюсь.

Мастер подал прощальный сигнал. Гудок? Не знаю, как правильно назвать. Катер заорал басом на всю округу. Ну нормально в принципе, со звуковой маскировкой у нас и так плохо.

Стоп. Гранаты. Два ведра мы уронили в воду, но там ещё осталось. И нам пригодится. Зачем? Откуда я знаю, зачем. Элите колечко подарить, например, когда она меня жрать начнёт.

- Мастер! – ну можно и не орать. Не услышит.

Пара секунд ничего не изменит. Добываю остаток стреляющих деталей винтовочки, заряжаю один патрон и с правой руки, левая убрана за спину, посылаю привет в медной оболочке в сторону катера. !!!, в Мастера бы не попасть!

Не попал. Шлепок пули о катер Мастер услышал и вылез посмотреть, что случилось. Вот тогда для меня Стикс стал почти родным и новым. В меня никогда не целились из счетверённого максима!

Четвёртые сутки. Почему фамилия моя не Голицин? Брысь лежит на спине в позе «мечта эротомана» и задумчиво так щелкает предохранителем, выбирая между одиночным и автоматическим огнём.

Ну пора когда-то начинать.

- Мяу?

- Мяу.

Она меня понимает с полуслова. Это хорошо. Понравятся ли мне её ответы – это непонятно.

- Рассказывай.

- Ты совсем баран?

- Почти. Говори.

- Дар Стикса слышал?

- Нихт. Расскажи.

Хорошо, что я уже сидел. Как я понял, Стикс вручил мне редчайший дар – вызывать очень повышенный сексуальный интерес у прекрасной половины человечества. Было бы мне 15 лет - был бы счастлив.

- А почему я тебя слышу всё-таки?

- Это ж Стикс, - лениво отвечает Брысь.

- А стрелять у меня так получается?

- Ты ж вроде сам умеешь.

Уметь-то я умею, да. Но чтобы так. Видать, жить сильно хочется.

- Это всё хорошо, - обламываю мечты Брысь, - но у меня есть другая идея.

- И?

- Домой хочу. Кошка у меня некормленая.

- Ага. И девка не… удовлетворена, - Брысь умеет удивить, - меня с собой бери.

- Зачем?

Настала моя очередь удивлять.

- Не хочу.

Брысь открыла рот и забыла закрыть.

Через полторы секунды ситуация изменилась радикально. Дульный срез заглядывал мне между ушей в самую душу.

Ух ты. Но я тоже не очень подарок. Ещё через полторы секунды тот же самый дульный срез упирался в затылок Брысь, лежащей ничком. Ну учили меня чему-то, и не все уроки прошли зря.

- Я хочу домой. Это понятно?

- Я хочу с тобой. Это понятно?

Маленькая, злая. Я её почти люблю.

Соврала она мне про возможность вернуться. Просто хотела, чтобы я как можно дольше был с ней. Мдя, не повезло мне с Даром.

С тактикой и логистикой у моей блондинки всё идеально. Мы хотим туда, рядом мужчина, пусть решает, как это сделать быстро. Всё хорошо, но мужчина – это я. Четвёртый день Стикса, ветеран, можно сказать.

Единственное транспортное средство мы с облегчением отпустили, сейчас только ходить ногом. Ну до пока не подвернется подходящий транспорт или пока нас не сожрут. По карте выходит три обычных кластера без крупной населёнки и водных преград. За день дойти можно, если топать вальяжно и забить на скрытность. Думаю, что прогулка может выйти гораздо короче, чем нам хочется.

Вариантов нет. Потопотали. Очень скоро захочется пить и есть, и опять придётся мародёрствовать. Может, танк угнать? Танк не катер, с управлением справлюсь. Но где ж его взять-то? Тут вроде хохлов нет, которые танки без боя наглым сепарам отдают, потому что те грамотно представились[1].

Деревня была деревней. Точнее, деревня была, пару десятилетий назад. Чёрные ушедшие в себя домишки, некогда огромные, новые и красивые, а сейчас просто жалкие. Покосившиеся заборы, дырявые крыши… Всё очень грустное и очень опасное. Не хочу я гулять по этой деревне, сбоку обойдём.

Хотя. В ближнем к нам дворе стояло что-то похожее на мотоцикл с коляской. Урал, днепр или может даже, цюндап[2] какой. Я не великий байкер, но мотак с коляской нам зело помог бы.

Жестом роняю Брысь на землю и предлагаю меняться автоматами. У неё укорот, у меня нормальная сотка, спасибо Мастеру.

Не понимает, но меняется. А всё просто – если будет огневой контакт, то либо мы удерём за пять секунд, либо ввяжемся в бой, где нам очень быстро станет очень грустно. Ну раз планируем сразу удирать, то дальность прямого выстрела некритична. А укорот на близких дистанциях довернуть в сторону цели проще.

Так и не понимаю, что за чудо техники хочу затрофеить. Мотоцикл. С коляской. Армейско-зелёный, но цвет не наш и не натовский. Без пулемёта в коляске. Стоит на подсыпанной дорожке, стало быть, минимум сюда он своим ходом приехал.

Пока окидывал жадным оком мародёра сей мотак, внутреннее разочарование выпустило свои цепкие лапки на улицу. Мотоцикл всем мотоциклам мотоцикл, особенно с учётом нынешних событий. Но всё-таки где, стесняюсь спросить, пулемёт в коляске?

Мотоцикл завёлся сразу. Добрые люди оставили ключи в замке, видать с соседями всё нормально. С диверсантами вот не очень.

Вспомнился сразу тихим незлым словом мой друг Эдуард, который учил меня водить тяжёлые мотоциклы. Ну как учил? Ключи выдал и сказал, чтобы я машину не ронял.

Практически в лицо зашёлся вспышками автомат Брысь. Ничего толком не слышу, надеюсь только, что бьёт не в меня. Второй раз. Пора условный рефлекс вырабатывать.

Судя по наличию отсутствия попадания пуль в мой организм, лупит она не в меня. Но я всё равно не очень рад. Торможу коляской рядом с ней и ору:

- В машину!

Сообразила, слава богу. Пытаюсь найти вторую передачу – человека, который придумал переключать скорости левым ногом, надо хоронить в вертикальном гробу вверх ногами. Брысь бросает автомат и лезет ко мне обниматься. Это она чётко придумала, главное, вовремя. А, ну нормально всё, она просто магазины из моего разгруза добывает.

Находится третья передача, мотоцикл уверенно тянет, из коляски весело рычит автомат короткими очередями. Жизнь налаживается.

Удрали. Опять же непонятно сколько нам можно спокойно жить, но у Брысь повышена активность и она сама сильно довольна.

- ?

- Через две недели меня ждут в Энэр. Там пару дней, потом помогут, и погоню я в белые кластера, - Брысь даже не осеклась, глядя на мою сумрачную морду. – Помоги добраться до Энэр?

- Это чё такое?

Энэр, как я понял, это стаб довольно большой площади с плотным наполнением разного стреляющего люда на броне. Товарищи эти гуманизмом не хворают и тупо и цинично отжимают в свою пользу всё, не прибитое гвоздями и не прикрытое огнём. Фу такими быть.

Белые же кластера это мечта мизантропа. Пальмы, море, минимум зомбей и хорошо обученная охрана. Стоит недёшево, но вроде как того стоит. Хоть какая-то польза от Стикса, кластеры с пальмами соседствуют с белыми медведями.

Ну мне точно туда надо. Всегда хотел спереть ананас. Прямо с грядки. Что я буду делать с этим ананасом, пока не знаю. Но он мне нужен.

Брысь просила две недели. До Энэр я домчал её за три часа.

Энэр выглядит шикарно. Два противотанковых рва и злые автоматчики. В принципе если бы у меня был нормальный пикап с блокировками и ЗУшкой[3] в кузове, я прошёл бы ходом. Но у меня мотоцикл. Без пулемёта в коляске. Приходится останавливаться.

- Сосед, Брысь, прибыли делать вам нескучно!

- Стволы на землю, - мне тут уже не нравится, - документы!

Усы, лапы, хвост – вот мои документы. У меня дома паспортов штук несколько на разные фамилии валяется. Сейчас это не шибко актуально, но как тут проверяют документы, выданные в разных вселенных?

Да никак.

- Это не документ, - камуфляжник вернул Брысь книжечку.

Блондинка озадаченно обернулась на меня.

- Где получить документ? – ну я ничего умнее не придумал.

- В мэрии Энэр, - охранник мазнул челюстью в сторону стаба.

- А как туда попасть? – уточняю.

- Ты тупой? Документ покажи! – сейчас в нас начнут стрелять, тут просто всё. Уходим.

Брысь молодая и глупая. Я же не сильно стар, скорее суперстар, но с похожими ситуациями сталкивался. Эх, опять не повезёт кому-то.

- Стой, не шуми, - никак не похож захват пленного на кино. Вышел дядя из кустов, махнул пустой рукой, останавливая машину, и просит документы отдать. Даже стволом в рыло не тычет, автомат пока на груди удерживается.

- А ты, случаем, часом, не ..., - начал заводить себя открывший было дверь водитель, но тут же заткнулся. Брысь тупо сунула ДТК ему в организм. Напомнила, так сказать. Ну хоть чему-то у меня научилась.

Лично таких документов не видел ранее. Пластиковая карточка размером с обычную банковскую, фото счастливого владельца, отпечатки двух пальцев и штрих-код. Мдя.

Фотографию на пластике, допустим, смогу подделать. При наличии некоторой техники. Ну в свежих кластерах это не проблема.

С отпечатками уже хуже. Знаю пару способов оставить пальцы без них на некоторое время и спокойно шариться где попало, но вот как их заменить – даже не представляю. Не, ну пальцы у владельца документа я отрезать могу, но охрану момент манипуляции отрезанными пальцами явно заинтересует. Срезать шкурку с пальцев хозяина и натянуть на свои – лучше я натяну сову на глобус.

Ну и что за штрих-код? Что и как закодировано, чем и как читается? Непонятно. Что ж, повезло кому-то.

- Извини, уважаемый, ошибка вышла, - возвращаю документ владельцу. И тут ангел-хранитель пнул меня под опу.

- Слушай, а как нам такие получить?

- Так сгоняйте до ментата в Таиланд, он вроде еще на месте, вечером только собрался уезжать.

- А где тут Таиланд?

Распрощались. И тут я вижу до боли знакомый хищный силуэт.

- Продай?

Всю жизнь мечтал съездить в Таиланд на мотоцикле. С автоматом в зубах, ножом за спиной и винтовкой в … кармане. А, да, ещё отмороженная до зубов вооружённая блондинка под правым боком.

Праворульные автомобили я водить умею. И лично мне знаком только один их недостаток – когда плюёшь через левое плечо, попадаешь в пассажира.

А вот щас думаю, что мне бы не помешал мотак с коляской с японской стороны, потому что сейчас при переносе огня назад Брысь крутанётся через левое плечо и на какое-то время я опять окажусь на линии огня.

Ну не люблю я наблюдать оружие, особенно заряженное, со стороны дульного среза. Никакой эстетики. Процесс либо чистки, либо стрельбы в меня. Что хуже, даже не знаю.

Денщика бы мне, чтоб оружие чистил и предупреждал: Ваше благородие, извольте волыну к бою изготовить, щас чё-то будет.

Что нам скажет ментат? Хотя неважно, что он скажет, важно, что он подумает.

Огонь назад переносить не пришлось. На рокот мотоцикла навстречу нам объявился комитет по встрече дорогих гостей – рубер, чему я уже не удивлён, пара силуэтов поменьше и штук восемь мелких – лотерейщики вроде.

Хорошо, что ума у них нет, выскочили сразу на шум, и дистанция для нас выгодная, а им не очень. Если б они подождали нас в кустиках, было бы грустно.

«Не каркай!», - Брысь проснулась.

Аккуратно останавливаюсь, оставляя Брысь между собой и гостями. Лучше я над головой у неё работать буду, чем она сквозь меня.

- Бери мелких! – рубера она не возьмёт, это однозначно.

Винт уже в руках, цель вижу. И эта цель смазанным движением уходит из-под выстрела. Отдача.

Дергаю башкой назад, убирая рыло от прицела и расширяя поле зрения. Левый глаз я при стрельбе закрывать не приучен, дабы контролировать ситуацию, но случаев упрыгивания цели метров на семь вверх мои учителя не знали.

Отдача.

Отдача.

Отдача.

Рубер ломается в воздухе, ноги обгоняют торс с башкой, и килограмм двести ужаса затихают метрах в двадцати от нас. А неплохо. Полста метров в два прыжка. Чёрт возьми, так меня так и съесть могут. Не, винтовочку теперь даже в сортир и в койку с Брысь. И пофиг, что мешать будет. И не в качестве секс-игрушки, это понятно.

С остальными было просто. Пока я тремя выстрелами свалил двух топтунов или как их зовут, Брысь короткими уконтрапупила практически всех лотерейщиков. Ну надо помочь даме, я ж вроде джентльмен. Смокинг расцветки «березка» ещё добыть бы где.

В прицеле перекошенное лицо без каких-то следов человечности, только желание убивать и жрать-жрать-жрать. Кстати да, покушать не помешало бы. Выбираю свободный ход спуска. Щелчок.

- Красный! – ору для Брысь.

- Пустая! – орёт она для меня.

Мы переглядываемся и начинаем ржать. Нервы и чувства всё-таки у нас есть.

Лотерейщика принимаем в два макаровых. Ну тут шансов у него не было.

[1] Реальный случай.

[2] «Zundapp» KS750 - тяжелый мотоцикл с коляской, стоящий на вооружении Вермахта. Предназначался для движения по тяжелому бездорожью и обладал повышенной проходимостью и маневренностью.

[3] 23-мм зенитная установка из двух спаренных скорострельных автоматических пушек. Прекрасно работает по наземным целям.

Глава 13. Бандит

Таиланд был весел. Ну на то он и Таиланд, что он весел во всех вселенных? Или я чё-то не понимаю.

На границе нас встретили неласково.

- Оружие на землю!

Кажется, я это уже где-то слышал.

- Документы!

Про усы, лапы и хвост молчим. Смотрю на Брысь. Блондинка молчит и пытается сфокусировать взгляд на чём-то впереди. Когда напиться успела и почему без меня? Ладно, это потом.

Пограничник тянет руку. Ага, сейчас. Оружие-то я сдал, конечно, раз просили. Но пару гранат в карманах оставил, привычка такая, понимаете ли.

Тайцы. Кик-боксёры. Собираются взять нас руками. Ну красавцы.

- Назад, - шиплю-ору на Брысь, - за меня.

Её-то точно руками прибьют. А у меня габариты побольше, стало быть меня и руками будут бить сильнее, и прикладами на всякий случай добавят. Не хочется от слова совсем. Ну открывай, сова, медвед пришёл.

Гранатка, которая РГН, весит меньше полкило. Сжатая в кулаке и прилетающая в ухо обладает не сильным бризантным и фугасным действием, но вот кинетическое удаётся на славу.

Улыбаемся и машем. А чё ж не поулыбаться, когда гранатка расчекована, кольцо со скобой на среднем пальце левой руки, а гранатка всё ещё зажата в правой. Окружающие думают, что если мне отстрелят руку с гранатой или голову, то станет грустно всем.

Правильно, окружающих надо периодически пугать, чтобы не сильно окружали.

Демонстрирую кольцо на среднем пальце. Получилось случайно, но доходчиво.

- Парни, нам бы с ментатом поболтать?

Необщительные какие-то. Да и вообще внезапно стали вялые, будто с бодуна жуткого.

Брысь по-прежнему в ступоре. Непонятно, что с ней делать. Что делать без неё, тоже непонятно. Ну, взялся за грудь – говори что-нибудь.

- Ладно, мы попозже зайдём, вы, я вижу, заняты сильно, - левой рукой поднимаю стволы с земли, пытаюсь навьючить их на Брысь, но она какая-то непривычно мягко-неупругая. Приходится вешать железо на себя, брать Брысь под локоток и отходить спиной вперед от передового дозора Таиланда. Лишь бы не споткнуться, ну да вроде ровная топография там…

Брысь пришла в себя сразу после взрыва.

- Ты !!!л в тайцев гранатами кидаться?!!

Кольцо я где-то потерял, а тащить одной левой три ствола и Брысь неудобно. Да и страшно – вдруг тайцы сообразят, что надо разбежаться в разные стороны, залечь, и если кого-то зацепит, то выжившие сразу за него отомстят. И может, даже не посмертно.

Тормоза какие-то.

- Я под ментата попала, поплыло всё в глазах, - любезно объясняет Брысь[H1] в процессе тактической перегруппировки. Когда бахнула подаренная тайцам гранатка, Брысь ожила и быстро двинулась в направлении подальше оттуда.

Совсем неинтересно, кого там осколками подрало или взрывной волной приложило. Даже если всех наглухо, что очень маловероятно, то за ними всяко присматривают, и моя эскапада без внимания не останется.

Брысь под ментата попала, погранцов, похоже, тоже зацепило, двигались будто укуренные в хлам. А мне почему не прилетело? Не то чтобы я не рад, но снова непонятно.

Пытаюсь нажать на курок. Не получается, хоть ты этим макаровым по башке себе стучи или ямку им копай. Хочешь - большую, но это копать долго придётся. Хочешь – маленькую, но это неинтересно.

Ладно про ямки. Про курок. Эта такая ребристая выступающая деталь сзади пистолета. Зачем на неё нажимать – непонятно.

Курок можно взвести для точного выстрела, тогда усилие нажатие на спусковой крючок минимальное и ствол в сторону не уведёт.

Можно плавно отпустить, чтобы боёк капсюль не наколол во избежание выстрела, можно спустить курок – в смысле нажать на спусковой крючок, курок в процессе опускается, а боёк лупит по капсюлю. Но смысл на курок нажимать?

Полувзвод еще есть. Да даже в нашем любимом калаше курок работает. Но он под крышкой ствольной коробки…

Нажимать надо на спуск, кнопку, педаль, гашетку… Да иногда даже нажимать на надо – касание подушечкой пальца спускового крючка – и вырывается с дульного среза чё-нить весом около десяти граммов и скоростью почти километр в секунду…

Кстати, где вы на автоматике курок возьмёте? Надавите на ребристую выступающую фигню сзади – и ловите неполную разборку оружия в момент, когда вы в супостата струлять собрались, а он в вас.

Ворчу и ругаюсь. Ибо мы с Брысь нынче не очень приняты в Таиланде и всех соседних кластерах. Её ещё ждут в энэр, а меня не ждут нигде. Нефиг гранатами кидаться. Потому развлекаюсь, внимательно и тихо изучая и так до боли знакомый пистолет макарова.

А чем ещё заняться? Мы тупо и цинично заселились в старый и насквозь дырявый автобус, стоящий в двухстах метрах от кпп. Ну нету в автобусе дверей и стёкол, стенки поела ржавчина и пули, просматривается всё навылет. Это если внутрь не заглядывать.

Мы, конечно, психи, но идиотами нас называть не стоит. На виду не маячим. И развлечения у нас ограничены – хочешь, сиди как мышь, тихо; не хочешь – тоже сиди.

Сидим. Развлекаемся как умеем.

Есть ли вас план, мистер Фикс? Есть, конечно, но я предпочитаю текилу. Как стемнеет, выберемся подальше и ищем возможность добыть документы. Если не получается в обозримые исторические сроки, возвращаемся в стаб К.

Это если нас тут не обнаружат каким-нибудь тепловизором (что вряд ли, стенки у автобуса хоть и дырявые, но железные) или умением (что лично мне вообще непонятно). Но с этим мы сделать ничего не можем, потому относимся как к погоде.

Ну или продолжим быть злыми мурами. Создам своё НВФ, с Мастером закорешусь ради тактической маневренности на воде, где муры вроде не работают. Песни будем петь про Стеньку Разина. Хотя Брысь вряд ли одобрит.

Делать все равно нечего.

- А почему Брысь? – шёпотом интересуюсь.

Она ответила не сразу.

- Это просто. Кристина. Крысь. Брысь.

Видно, на моей роже что-то отразилось, Брысь начала контратаку:

- Почему Сосед[1]? Гэбня кровавая?

- Чё сразу кровавая, - пытаюсь изобразить мышь, увидевшую мешок крупы.

- А, насчёт гэбни согласен?

- Какая нахрен гэбня, таксист я, - неубедительно и правдиво пытаюсь отмазаться.

- Таксист, да. Элиту с двух выстрелов завалил?

Крыть нечем.

- С четырёх вообще-то, - уточняю.

- Ой, красавчик, - Брысь ехидно ухмыляется, - её в полсотни стволов не всегда берут, с крупняком в составе, а ты четыре выстрела!

Вспомнился анекдот про девочку и сталевара. И старая песенка.

- Он грешниц любил, а они его, и грешником был он сам. Но где ты святого найдёшь одного, чтобы пошёл в десант.

- Ты ещё и парашютист? – удивилась блондинка.

Ну как можно жить с женщиной, которая читает твои мысли. Ну пока под рукой автомат, наверно, можно. Хотя у неё тоже автомат есть…

А с парашютом я прыгал всего один раз. Друзья подарили на сорок лет прыжок с четырёх тысяч метров, за что я этим сукам уже несколько лет благодарен. Подарок-то я принял и им с благодарностью воспользовался, но подарившие чё-то не горят желанием со мной встречаться. Странно, даааа…

- Ну расскажи, всё равно делать нечего, - в очередной раз шёпотом исполнила арию котика из Шрека мелкая отморозка. И я рассказал. Не то чтобы всё, но много.

Про жёлтый пластмассовый паровоз с двумя вагонами. Про избитый пулями сарай. Про белые грибы, которые не влезают в ведро, ибо растут на танковом полигоне. Про карабин Симонова, при первой стрельбе из которого я по привычке дёрнул затвор после выстрела, за что и получил по опе. Про мытьё посуды на сто рыл в трёх ёмкостях. Про отрикошетившую от стены практически в меня пулю из школьной мелкашки. Про футбол консервной банкой и автоматами. Про правила установки и снятия мин. Про моё детство.

У меня есть что рассказать.

- А почему таксист?

- Устал я, Брысь, устал. Не хочу работать, особенно на дядю, не хочу бегать и драться, стрелять даже не хочу.

- Я поняла. А таксист почему?

На какой-то момент она показалась мне умной. Не, нормально всё, она красивая.

Смеркается. Продолжаем с особым цинизмом вести террористическую деятельность. Практически не шевелясь, сидим в несчастном ржавом автобусе.

Но пора когда-то выходить. Решение принимает старший группы. Ну за что мне это.

Выставляю два пальца в виде буквы «виктори» и покачиваю вправо-влево. Брысь подбирается. Она-то откуда знает?

Ползём. Идём. Бежим. Идём. Бежим. Киплинга бы сюда, Редьярда нашего, дабы отрифмовал грязь-грязь-грязь.

Пока нас не гонят. Ну мы пока особо и не пакостим, так, в границах погрешностей для людей, принимающих решения.

Мерный звук потихоньку приближается. Ритмичное баханье, иногда меняющее темп.

Иду справа, Брысь слева. Берём в клещи источник звука, если понадобится, и в два огня его возьмём.

Не понадобится.

Полянка. Метров тридцать диаметром. Слева от меня из кущей вылезла Брысь – глаз не вижу, но всяко бешенные, в руках автомат, ствол направлен в середину поляны.

Справа от Брысь, т.е. в моей точке нахождения, их бин аз есмь, в руках автомат, переводчик огня на автоматической стрельбе, ствол направлен в середину поляны.

Посередине поляны за барабанной установкой, собранной из кучи пустых жестяных десяти-пятнадцати-двадцатилитровых банок из-под строительных вещей, возвышается человек и ритмично лупит по этим банкам.

Может, он и слышит какой-то мотив, но кроме банц-банц-банц я не улавливаю отсутствием музыкального слуха ничего.

- Брысь! – приходится орать. Не слышат. Оба не слышат. Музыкант в трансе, а Брысь не слышит из-за барабанов.

Выношу короткой очередью пару-тройку банок из барабанной установки.

Музыка стихла. Барабанщик удивленно смотрит на двух зелёных призраков.

- А мы точно психи? – интересуюсь у Брысь.

Барабанщик сказать ничего не успел. Блеванул кровью изо рта и рухнул на свою барабанную установку.

Влупив на весь магазин в кущи слева от Брысь, где вижу шевеление, ухожу в кувырок и добываю нож в процессе полета. Перезарядиться нам не дадут.

Лови, сука. Блок. Уход. Удар. Уход. Вроде не Брысь – удар. Паники нету, эмоций нету. Удар-отход. Не люблю рукопашку ещё со времён занятий карате, когда тренер кидал в середину зала мяч и командовал: «Играем в баскетбол. Правила – руками в голову не бить!».

Наааааа! Тут же отпрыг назад, куда-то тыкнуть ножом в процессе, Лови! Уход. Нырок. Удар. Удар. Отскок, Чё думали, суки, я туда ломанусь. Наааа! Прыжок.

Мдя. Эскапада на причале нервно курит бамбук. Семнадцать человек… Ну пустыши с лотерейщиками, но все равно их семнадцать. Скучают, окропляют земельку красненьким. А мы с Брысь почему-то живы. !!!, я и в двадцать лет так не носился. Хорошо это или плохо, пока непонятно. Дали мы джазу. Мне бы автомат свой найти.

[1] Название сотрудников ФСБ армейцами.

[H1]

Глава 14. Офицер

Курение вредит вашему здоровью. Особенно когда вы стоите на посту.

Муры решили оградить свою временную базу часовыми. Это верно, это правильно. Но когда ожидаешь нападение от руберов максимум, а к тебе приходит Сосед с Брысь…

- Сигареткой угости, боец, - стучу дтк по железной шапке часового. Боец в панике роняет сигарету себе за шиворот. Я ему как-то не завидую, болезненная процедура. Извиваясь и шипя аки змей, воин добывает уже потухший окурок из-под брони.

- Чё так рано? – бойчишка решил поругаться.

- На губу захотел, воин! – шиплю на него. К сожалению, я умею. – Зови разводящего!

- Тащ… - бойчишка окончательно запутался. Ну я в годах, явно офицер, рыло наглое, камуфляжка без знаков различия.

- Спокойно! Жди смену, мы с ней уйдем. У тебя пока поваляемся. Чё, последние новости не слышал?

Последние новости он слышал. Я не понимаю как, но весь Стикс уже в курсе, что Брысь и Сосед при поддержке танков и артиллерии, а также трёх авианосцев, взяли под контроль все точки перехода. Точки перехода, оказывается, существуют и управляются.

!!! – сказала Брысь.

!!! – согласился я.

- Не стрелять! – дурным голосом заорал кто-то. Это хорошо, что стрелять не хотят, потому что я орущего и остальных не вижу.

Страшновато сидеть под стволом и ничего не делать. Пришедшие на смену точки бойцы дело свое вроде как знают. Оружие у нас отобрали. Решили, что полностью. Романтики. Я сам по себе оружие, а Брысь это вообще прячьтесь.

Да и к воротнику у меня гранатка пришита так, что на улицу только кольцо торчит, бросить её никак нельзя, а вот завести запросто. Ну мало ли, в процессе боя счёт патронам потеряю. А так нормально всё, можно говорить здравствуйте. Эти не заметили. Не, лохи – не то слово. Интересно, сколько пистолей у Брысь по карманам?

- Сосед, Брысь, удрали из Таиланда, хотим свалить в ужасе из этой красоты, - представляюсь. Ну повторяюсь. Так ничего не изменилось.

- Давайте в штаб, там побеседуем, Да верю я вам, какие ещё придурки ко мне придут? – командир муров казался добрым дядюшкой.

Вот только глаза у доброго дяди могли резать броню. Комбинированную. Навылет.

- На внешников вы работаете. Сегодня, кстати, докладывать должны. Ну за что мне всё это! – обхватил руками голову наш собеседник. - В машину. Соврёте че-нить, в крайнем случае правду скажете. Чё стоим, бегом!

Дуэль против этого дяди выиграю только если вызову его на дуэль путём неожиданного выстрела в затылок… Опасен дядя, ох опасен…

У муров в лагере было не скушно. Эти ребятки добыли танк, запихали ему в ствол длинную пальму, и на получившуюся конструкцию накинули кусок брезента, большой довольно, а поверх пару маскировочных сетей. Под брезентом стояли столы, где нас приняли с восторгом, кажется даже излишним, я уже начал было думать, чью башку первой отстрелить.

Но полсотни рыл в тельняшках. Это до первого выстрела они пьяно-ленивые, а второй выстрел мне сделать вряд ли дадут. Народ матёрый, видно. Ну может не всем видно, но я более чем уверен. Им бы ещё полсотни зёбр – и бойтесь, руберы, психическая атака идёт. Муры в тельняшках на зёбрах. Я бы точно испугался.

- Брезент от дождя, а масксеть зачем? – интересуюсь у Брысь.

- От дронов, ты чё? – от удивления она даже забыла про барана.

- Так они ж тут не летают? – моя очередь удивляться.

- Какой баран чилийский тебе это сказал?

- Помехи на границах кластеров…

- Помехи на границах чёрных кластеров, придурок! – Брысь закончила урок, посвященный аппаратам тяжелее воздуха.

Очень печально, что я сайгу где-то протерял. Супротив беспилотников вещь годная.

Муры явно команды ждут. И не простой, типа новый кластер оббери. Чё-то интересное явно зарисовывается. Эх, зря я в Стикс попал…

Брысь время на раздумья не теряет, в отличие от меня. Благожелательно приняв от компании стаканов несколько, она залезла на танк и стала исполнять чё-то похожее на стриптиз.

Раздеться она не успела.

- Брысь! – захрипело откуда-то сверху. - Бери Соседа и к командиру!

Сперев со стола кусок колбасы, бегу куда указано. А странные звери эти муры, даже в боевых частях не всё так слаженно работает.

- Грузовики водить умеете?

Вздыхаю: - Умею.

Опять чё-то до боли знакомое. И опять целью база внешников. Но в этот раз у нас есть танк. Надеюсь, ещё пальму уберут и ствол прочистят, иначе пользы от него будет мало.

- Оба два. К Садисту!!!

Забавная команда, да….

Садист был с виду не садистом, а обычным дядькой лет сорока. Ну не считая пятнистой куртки, пистолета на поясе, ножа на груди и пулемёта в руках.

- Ты – зв руль! Ты – прикрытие!

Да знаем уже, сталкивались.

И вот тут он отдал Брысь пулемёт.

- Коробку донесёшь, поможешь девушке; - он даже не обернулся.

Не, ну я на всякий случай я утащил ещё две коробки. Да чёрт возьми, я злой мур или мелкий воришка? Не то что сильно тяжёлые, но неудобные. А Брысь между тем легко пёрла десятикилограммовую железяку плюс ко всему прочему, навьюченному на неё. Наверное, всё-таки возьму её замуж. За пивом если уговорить её сходить – сразу много принесёт…

Три коробки — это гораздо лучше, чем одна. Да и попробуйте без машинки заряжания пулеметную ленту набить. Под огнём. Или в Стиксе. Не, я точно зря сюда попал.

- Прикрываем этих, - Садист кивнул в пространство.

- Не вижу, - отвечаю. Ну ща туда Брысь выложит пятьсот патронов, куда прилетит, непонятно, а вот кому вопросы будут задавать – это понятно как раз.

Садист быстро нарисовал мне картинку. До того подробную, что даже пулемёт у Брысь можно было не отбирать. Показал ей два ориентира, и горе тому, кто горемычную башку между там высунет.

Атака началась как-то вяленько. Сначала в нас прилетело что-то из не сильно большого, никак не тридцатки или чё-то похожее. Потом прилетело ещё раз, уже с недолётом. Тут я забеспокоился, ибо следующий раз должен был пройтись по весёлым муровским рылам, в тои числе по мне.

Весёлое муровское рыло высунулось из-за соседнего дерева.

- Снайп, не спи, твоя работа!!!!

Моя так моя. Работа как работа. Для Брысь рано, для автоматчиков тем более. Моя дистанция, в районе семисот метров.

Интересно, а Брысь пулемётной отдачей не сдует? Печенег вроде не сильно лягается, но террористка весит как бы не меньше, чем он. Ладно, всё потом.

Отдача.

Пулемёт у Брысь пришлось забрать, обменяв на драгуновку. Не знаю, чем думает наш командир, но ставить к пулемёту блондинку, которая весит меньше этого куска железа – идея так себе. Наверное, мы всё-таки ещё в ранге кандидатов, несмотря на место за столом и в рядах. Но таки странно, ведь лучше хреновый снайпер и обычный пулемётчик, чем нормальный снайпер и никакой пулемётчик? Непонятно. Но боевой устав муров я точно писать не хочу, и так на обещанную писанину бумаги не хватит.

Садист молча прошёл перед группой и мягко развернулся на пятках.

- Довооружаемся и идём брать новый стаб. Вопросы?

Смотрел он почему-то на меня. Ну да, есть вопрос, где мои танки с авианосцами? А по делу вопросов нету.

Опять ловить добрых людей. Хорошо, что пока добрых и ничего не понимающих, через пару дней станут злыми и ловиться не захотят. Сам такой был.

Отказаться, я думаю, можно. Мне даже уйти позволят. Метров на пять, чтобы далеко за трофеями с меня не ходить.

Можно очередью хлестануть, но добуду я только Садиста, развернуться не успею. Брысь одного-двух снесёт с лица планеты, ну и как бы всё. Совсем всё. А, ну плюс умение. Ну десяток. Хошь как хошь а маловато.

Точно зря я в Стикс угодил. Больше не буду. Хотя больше и не надо.

Сосед справа внезапно прекратил огонь. В бою оно вроде как всё громко и потом долго разговариваешь, крича в лицо собеседнику, но несмотря на грохот своего ствола, успеваешь понять работу соседей. У меня точно получается, потому, наверно, и жив пока.

Давлю косяка вправо. Ну да, бинт не поможет. У соседа в руках каска. С половиной головы внутри.

Лучше бы меня Геологом обозвали. Сидел бы щас в кабинете у Дракона, получал бы по рылу от Сахиба и потихоньку придумывал и сдавал военные тайны. Всё лучше, чем укрепрайон штурмовать.

Перезагрузившийся кластер мрачно пошутил. Вместо обещанного городка с доступными женщинами и игрой в карты нас встретил ощетинившийся стволами укрепрайон.

Почему-то было у меня впечатление, что муры – это шайка отморозков, именуемая в просторечии преступным сообществом.

Не угадал. Сразу потеряв почти десять человек, группа разделилась и ловко и творчески стала гасить огневые точки. В ход шло всё, от гранат до умений, и потерь у нас больше не было. До вот пока не прилетело моему соседу.

Где бы я сидел на месте злого снайпера? Вижу идеальную позицию, где его всяко нету, и две чуть похуже. Вот скорее всего там-то он и тусуется, но попробуй его добыть. Как только он поймёт, что им заинтересовался пулемётчик, он сам им заинтересуется. А уже мне это неинтересно.

Неожиданно помог кто-то из наших. Да из наших, из наших, мур я окончательный теперь. В проёме подвальной двери резко образовалось грязное облако. Звука взрыва я не услышал, потому что уже выкладывал остаток ленты по второй предполагаемой позиции – трещине в стене на уровне второго этажа, надеясь добыть злодея хотя бы рикошетом и очень надеясь на то, что нас учили в одной школе и прятаться мы будем одинаково.

- Хреново, - спокойно сказал Садист.

Народ подобрался. Запахло откровенной чертовщиной – я чувствовал смерть, но не понимал, где её источник.

- Хома!

- Я!

«Яволь» бы еще сказал. Как-то непривычно видеть озадаченный двухметровый шкаф.

- Норм сработал. На базе сутки отдыха. Тебе и группе.

Уже ожидал было услышать «Служу Стиксу», но прозвучало лишь простое:

- Принял.

- Мрак!

- Я!

- А вот ты плохо отработал.

От Мрака шарахнулись все рядомстоящие. Садист на нарушение строя внимания не обратил. Сделал легкий пасс рукой и тут же прикрыл уши ладонями от безумного крика. Мрак с воем обрушился вниз. Ну да, сложно стоять, когда ступни задних ног куда-то делись.

- Забрать оружие! Жгуты наложить! – проорал Садист сквозь несколько секунд безумного воя.

Пара человек кинулась выполнять приказание.

- Полежи, подумай, - молвил Садист; - Какого !!! ты людей кучей вёл. Бас, принимай группу. И к машинам, мясо само себя не увезёт! Не стоим, !!!

Желающих повозмущаться не было. Мне же было непонятно – если так легко можно лишить человека ног, то и полголовы отчекрыжить без проблем, человек не мучился бы, а воспитательный эффект и так получился бы.

Хотя. Без ног, без оружия, в новом кластере, куда щас побежит вся линейка измененных…. Ну точно Садист.

Добивать Мрака я не стал.

Люди мы или муры? Непонятно.

Глава 15.Стронг

Сначала сгорел грузовик. Потом стало непонятно. Потом мы свернули куда-то в сторону. Потом я пытался погасить короткими чужой пулемёт, который пытался погасить меня. Потом по мне влупили из граника и почти попали. Слух я точно потерял, а нюхом, особенно на неприятности, похвастаться никогда не мог. Потом мне на голову упала Брысь, слава богу, каска спасла от повреждений черепа.

Террористка нагло наступает мне на поцарапанную осколком ногу, я изо всех матерных сил пытаюсь довести до её внимания простую вещь – если она ещё на десять сантиметров выше ботинок перенесёт, то я ей больше не нужен… Или ору тихо или она не слышит. Или она дочь Садиста?

Ну хотя бы устроилась на мне относительно нормально. Гильзы за шиворот не падают.

А потом раздался голос, искаженный матюгальником. Это-то они откуда взяли?

- Муры! К нам идет орда. Давайте потом подерёмся, сначала этих примем.

От неожиданности народ прекратил пальбу. Стало тихо настолько, что стало слышно дыхание лежащей поверх меня террористки.

- Слезай, - я в принципе не против, но не та ситуация. Мне ствол бы сменить у пулемёта, а тут лежат сверху некоторые… Шорт пьобери, а у печенега-то стволы не меняются. Ну с одной стороны приятно, которая сверху, а со всех других плохо – хрен куда убежишь.

- Направление! – наш босс решил поболтать со стронгами.

- Тот отнорочек бери, - сверкнул трассер; - по окончании полчаса вам дадим на сдаться!

- Отнорочек принял! А сдаваться еще подумаем!

Брысь слезла с меня и начала активно копаться в чьих-то рюкзаках. Ну если она найдет патроны или коньяк, то я ей всё прощу. Если её найдут хозяева рюкзаков в процессе мародёрства – будет скоротечный огневой контакт. Или не будет, раз уж стронги решили нас на ноль не умножать…

Стронг решил не падать мне на каску, за что ему большое человеческое спасибо.

- Чё, муряра, окропим земельку красненьким! – заржал амбал, ухнувший в мою ямку. Потом сразу заткнулся, уловив мой плотоядный взгляд на коробки. Пулемёты у нас одинаковые…

Стронга зовут Зайчик. В прошлой жизни программист, с микропроцессорами дело имел. Кулак у него с мою голову размером. В обычную дверь программист проходит боком, наклоняя голову. Ага, микропроцессоры…

Сектора поделили. Самое время поболтать, но тут началось. Пришла орда.

Дальше пошли отрывки. Смена ленты, перевод огня в чужой сектор, возврат, смена… и ни единой поправки по вертикали. На нас шла орда… Дергаться вроде как бесполезно, хотя лучше, конечно, помучиться… Лента! В мой сектор бьет Зайчик. Зайчик стихает, поливаю его сектор. О, ожил, тоже менялся, похоже. В этом грохоте не то что орально-матюгально, тут и по рации не доорешься. Тупо приземляем самых близких… В смысле изменённых, которые к нам подбираются…

Патроны имеют привычку заканчиваться. Естессно, не вовремя. Ушатали мы довольно много двуногих, людьми их назвать язык не поворачивается. Храбрый Сверло гордился бы такими учениками. Последняя коробка. Не крайняя, последняя. Её-то результативно и добьём, ну а дальше гранатка в воротник зашита.

- Ложись! – заорал Зайчик.

- Ложись! – заорала рация чужим голосом.

Да я и так лежу. По небу полетели огненные брёвна. Раньше не могли припереться, что ли.

- Лови, боец! – пробегающий мимо стронг кинул ксюху в мою сторону. Ну хвать я умею, и не в стронга же стрелять. Придётся лупить в набегающую толпу, надеясь, что патронов хватит. Хотя толпы там осталось… Отмахаемся, уже ясно всем, мы почти без потерь вышли, а у некоторых даже патроны остались. Но почему руберов и элиты не видно? Опять непонятно.

- Владимир, Зеркало, - тянет руку стронг.

- Владимир, Сосед, - тяну руку я. Ну мур я, мур, но этот же стронг.

- Чем обязан? – на всякий случай интересуюсь.

- Забавно, - сказал Зеркало.

- Магазин, - сказал я.

- Ну на, раз надо, - ухмыльнулся собеседник. – К нам пойдёшь? Ты вроде дядя нормальный. Барин за тебя говорил.

- Да я ж мур. И не один!!!

- Вот раз не один, тогда есть смысл говорить.

- Она дура. С Даром, - предупреждаю сразу.

- Ну тогда я тебе дам погоны полковника и шашку.

- Шашку-то зачем? – не понимаю.

- А за погоны тебе неинтересно, - заржал Зеркало, - не будет тебе шашки, да и с погонами я пошутил. Зови свою, говорить будем. Или сваливайте со своими вместе, из полчаса уже двадцать минут осталось.

Громко думаю, глядя на своего визави. Ну с виду такой же придурок, как и я. Но власть имеет, иначе не ругался бы. …

Надо полагать, выгляжу я полным идиотом. На плече висит пулемёт, в руках ксюха, патронов что туда, что туда, почти нету, и я ору, распугивая всех котов в округе.

- Брысь!

Брысь пришла. Поцеловала меня в нос, аккуратно забрала автомат из рук, вздохнула, глядя на печенега под ногами, посмотрела на Зеркало.

- Это кто?

- Похоже, что наш работодатель. Не вали его с ходу, давай поболтаем?

Зеркало окаменел лицом. Могу понять, да.

- Автомат ему отдай – оживает наш собеседник, - дело такое…

Оказывается, меня опять обманули. Даже ругаться почти неохота. Дар мой, оказывается, все-таки приносит удачу. Мне и группе. В том числе по девкам, чему я уже не рад…

- Вспоминай! – чуть ли не орал Зеркало.

Везло мне всегда. В основном в прошлой жизни… От пары случаев, когда официальные органы потеряли мои документы, до пары случаев, когда на оформлении документов завис компьютер. И не всегда фирма в этом помогала… Сами люди из отдела кадров начинали ругаться и орать, не обнаружив допущенного, должного быть, тем не менее не видимого системой… Плюс иногда просто не хочу перемещаться на проблемном транспорте, не хочу ходить по вроде годному маршруту…

Если бы мне ещё в картах так везло… Плюс мои с трудом объяснимые попадания по руберам и элите.

- У тебя эмпатия практически отсутствует, - заметил Зеркало. Слово «эмпатия» в его устах на фоне не то что пост-, а текущего апокалипсиса звучит таким себе оксюмороном.

- Моё человеколюбие имеет крайне малый радиус действия и высокую избирательность, - цитирую кого-то из друзей.

- А я тебе о чём. Вот твоя удача откуда, скорее всего, - стронг неожиданно чихнул.

- Будь здоров! – по привычке желаю.

- Обязательно. Ладно, чё стоим. Хеликоптер нихт, !!!

Радует то, что меня теперь будут беречь. Секунд сорок, наверное. А потом прибьют, чтобы коварному врагу не достался…

Ну опять у меня есть автомат, пулемет, Брысь и новый непонятный друг. И вот если щас пригонят мой урал без дверей, то я срочно захочу домой.

Урал приехал. По сложившейся уже традиции ударил мордой в дерево и заглох. Готов спорить даже на свою заднюю ногу – это мой. Дверей нету, стёкол тоже… Номера вот не помню, но 146% - мой. Номеров нету. Мой.

- Давим внешников. Ваша задача – ломануться как можно дальше внутрь и поддержать нас огнём. Вопросы?

Какие вопросы могут быть у камикадзе? Брысь меня приятно удивила. Залезла на командирское место и сказала:

- Чё стоим?

Интересный момент. Брони у нас нету, авианосцев тоже почему-то не нашлось, насчёт свадьбы я уже как-то и не заикаюсь. То есть мой новый друг Вова решил засунуть меня под танк и посмотреть, что получится?

В принципе да, но вот Вова идиотом не кажется. Злой, собака, думает вызвать противодействие на нас с Брысь и под шумок решить свою задачу. Но как при всём этом он нас ещё не записал в безвозвратные?

Ладно, тезка. Увидимся ))

И попёр я в свою последнюю атаку. На удивление, по нам особо и не лупили, было народу чем заняться. Проскакиваем вторую линию мин, мы еще живы. Особенно Брысь. Лучше я помолчу пока, развеселилась девушка.

А, где наша не пропадала. Наша пропадала везде. Ангар как ангар, ворота, думаю, вышибу, я ж тонн семь вешу. Кто будет ругаться – Брысь отреагирует, а не успеет если – я из кабины вылезу. Поболтаем.

Удар.

- Стой, придурок! – почему-то орёт не Брысь. Ей-то можно, но кроме неё придурком называть себя я никому не позволю. Ещё бараном окличут.

- Когда проходить будете, не шевелитесь. А документы ваши где?

Оказывается, я умудрился поставить грузовик мордой к какому-то зеркалу. И сейчас нас медленно тащит туда. Брысь решает не принимать участия в этом беспределе и спокойно дрыхнет, уложив голову мне на колени. Видать, башкой долбанулась в процессе, не замечал я за ней раньше таких нежностей.

Зеркало!

Глава без номера

- Отставить, - прошипело где-то сверху. – Готовность ноль.

Вместо привыч

- Свободны – неожиданно принял решение глава табора, сиречь НВФ. – Если ваше начальство захочет со мной говорить – приходите. Разговор через вас.

Офигительно.

- На три часа глянь, - даже не шиплю. Там просто какой-то кот начал строить пирамиду.

!!! – Зря говорят, что пехота не ругается.

- Автомат дай!

- Лови, урод!

По привычке мы с Брысь заняли огневую точку, Ну как огневую, точка молчала. Но мы были готовы фланкирующим огнём добавить джазу в это мероприятие.

- Идите нафиг

- Водки-то нальешь? – шиплю на всякий случай.

- Нам нужны паспорта. На двоих.

Не разбиваю себе и её. Группа всегда сильнее, чем два отморозка по отдельности.

- Три тысячи долларов.

- Одна. За оба документа.

Куда пропал акцент твоя-моя не понимай.

Сговорились на полторы. И вот тут я удивился – не зная, как продать спораны и прочую неведомую мне странную вещь в чёрном пакете, я доверился Брысь.

В результате пакет подрос.

- А, я ему все баксы слила. Нужны они теперь нам, как рыбе зонтик?

Брысь доложилась. Ну да, что доллары, что рубли, нужны нам примерно, как чайке вытяжной парашют. Но это ж не я начал!

Патронов нам категорически не хватает. В идеале целевых, а не пулемётных. На пулемётном патроне автоматика-то у винтаря должна сработать, но куда полетит пуля, я даже не знаю. Готов лупить на 42 метра в силуэт, если повезёт. Ладно, на 43. Или даже на 46. Но не более, там точности попадания не гарантирую.

Ну не подведи, зараза. Ну псих я, псих. Разговариваю с оружием, что тут непонятного. От него зависит моя жизнь. Да и жизнь других людей или не очень людей тоже зело зависит от настроения моего оружия. Мы партнеры. Я оператор, она ствол. Кто не понял, прячьтесь. Кто понял, уже спрятались.

Нелетальное оружие - танк

И если знатоков колёс и гусениц было как бомжей на помойке, то

Катер тихо-мирно чапает посередине реки и не собирается тонуть.

Как я понимаю, флибустьеры в прошлые времена были кучей гопников, которые отжимали в свою пользу водоплавающие транспортные средства. В нынешней реальности гопников было числом два. Угу. Я и Брысь.

Шизофрения? Или

Ложилась, километров несколько назад.

Новый деятель сильно отличался от всех прочих. Во-первых, вместо камуфла он таскал чёрно-разноцветный комбез. Во-вторых, у него оружия с собой не было! Ну и в третьих, он в одно рыло кушал боржсч из большой миски.

Как я понимаю. Мы все находимся в жутком котле, который некоторые обозвали СТИКС, некоторые графоманы про это книжки пишут длинными авторскими листами…

- Стреляй, придурок! – это уже, наверное, мне.

Очередью патронов в пять я снёс обоих охранников.

У меня еще четыре магазина к арке. Я знаю Понча, Брысь, Сову и принимаю участие в захвате гражданских лиц. Очень активно принимаю.

Хромайка должен перед начал огневого контакта нарезать сектора – мол, кто куда лупит при команде огонь. Он этим пренебрег.

И вот тут я его понял. Одно дело сидеть на позиции, понимая, что тебя страхуют хотя бы такие же операторы. Это да.

И совсем другое ждать пока тебе в гости не придет штука способная откусить башню от бмп.

Я не помню, была ли команда огонь.