S-T-I-K-S. Феррум 3: Стаб.

Глава 1

Глава 1 (день 114):

Проскочив через несколько относительно безопасных зачищенных стандартов, колонна въехала на стаб. Однако дорога не превратилась в разбитое непотребство, как это бывало обычно на пустых или слабо обустроенных стабильных кластерах. Каменистый следил за подъездными дорогами и содержал их в безоговорочно идеальном состоянии. Тем более это оказалось весьма просто. Стаб назвали Каменистым за то, что он представлял каменную плиту усыпанную мелким камнем, валунами да скальными обломками, перемежающимися с небольшими наносами грунта. Строя дорогу, местные использовали это и обходились минимумом затрат с максимумом отдачи. Гусеничную технику пускали вдоль асфальта. Там буквально находилась параллельная дорога. Без асфальтового покрытия, но и по ней можно было ехать не плохо. Серьезных перепадов температур на стабе тоже не наблюдалось. Так что, раз хорошо построенная дорога долго не нуждалась в ремонте.

Автобус, в котором ехал Феррум с крестниками, Грифом, Весельчаком и еще несколькими не особо примечательными бывшими обитателями Башни, весело катил по асфальту. Он даже добронирован особо не был. Только сетку Рабица на окна повесили. Так что автобус мог бы бежать гораздо веселее, но от форпост 3, где старшина с товарищами расстались со Стрыгой и остальными болотными рейдерами, до стаба, и даже по нему, движение одиночного невооруженного транспорта считалось опасным. Машины по этой дороге курсировали часто и проблемой найти сопровождающего с пулеметом на станине, пусть хотя бы с ротным ПКМ, сильной проблемой не являлось. Правда, иногда нужно было пару часиков подождать. Ну, или мчать в одиночку с автоматом на коленях и надеяться не повстречать никого страшнее бегуна, что не часто, но бывало даже тут.

Водитель рисковать не любил. Несмотря на приличное число вооруженных мужчин среди пассажиров, он согласовал свой выезд и пристегнул автобус к двум переделанным под Улей Уралам. Уралы оказались не рейдерскими, а принадлежали вооруженной охране Каменистого, и несли на капоте и дверях кабины герб стаба – скрещенные клюв и автомат. Клюв опознавался, потому что все его так называли, но на рисунке более всего походил на кирку. Автомат же, похоже, рисовали с ППШ с секторным магазином и звали автоматом для простоты, хотя прообраз таковым не являлся.

Уралы везли из третьего форпоста, оттрубивший недельное дежурство взвод ВОХР стаба с командиром и прикрепленным офицером Комитета безопасности. Помимо автобуса к ним присоединилась еще пара машин и вышла относительно сильная для этих мест вооружённая колонна. Правда, крупняк, пулемёт Утёс, имелся всего один, на Урале у вояк, но тут этого хватало. В этих местах и Рубер то был не частым гостем, а уж элиту и забыли, когда под стабом видели. Особенно если учитывать, что на втором Урале стоял ПКМ, как и на одной из машин попутчиков.

Феррум немного переживал расставание с товарищами, но вышло так, как вышло. Стрыга, Хохмач и Сфинкс решили, что им не место в городе. На коллективном собрании ребята постановили обосноваться на форпосте 3 и заниматься привычным делом, с поправкой на новое место. С ними осталась самая активная в этом часть болотников. Они и Ферруму с крестниками, Грифом и Весельчаком предлагали остаться, но старшина решил перебираться в местный мегаполис. Не собирался он с Пандой по кластерам мотаться. Ещё сорвет крышу от постоянных картин гибели людей. За свой рассудок он тоже отчасти переживал, хотя смел надеяться, что он покрепче.

Проехав несколько километров по стабу, подъехали к самому городу. Это был не какой-то там посёлок, а именно город с многоэтажными домами и полноценной инфраструктурой. Своя, тепловая, работавшая на угле электростанция коптила небо, чадом обеспечивая электричество и горячую воду в большинство строений стаба круглосуточно. Примитивная канализация, но тоже в наличии и вместе со специальной службой по откачке и вывозу отходов. С водоснабжением тоже проблему решили, благодаря протянутым по стабу трубам и кластеру с рекой. Ну, натурально город. Правда, маленький. Городок из глубинки России тысяч на двадцать жителей, но по факту столько постоянного населения не имеющий. Граждан стаба хорошо, если половина, остальные часто меняющиеся гости города.

Оборона Каменистого начиналась с пятиметровой сетчатой стены с мачтами железных столбов увенчанных гроздьями, направленных во все четыре стороны, лампам освещения. Этот периметр должен был удержать слабо развитых зараженных и обеспечить вокруг всего стаба широкое кольцо света для работы снайперов по тем, кто может прорвать сеть. С этим передняя стена успешно справлялась. С внешней стороны сетки и с внутренней, имелось по дороге для ремонтников и уборщиков, чтобы первые могли следить за целостностью ограды, а вторые собирать и вывозить на стандартный кластер отстрелянных заров.

Потом, за дорогой, идущей с внутренней стороны первого периметра, начинался газон. Грунт для него завозили со стандартных кластеров, поскольку на стабе было много только камня и росло все из рук вон плохо. Но зато теперь кольцо газона, полукилометровой ширины вокруг стаба, скрывало управляемое минное поле, способное само по себе остановить достаточно внушительную стаю мутантов, включающую даже элиту. Ходить по нему считалось безопасным, пока мины не были активированы, но соваться на такой газон у Феррума что-то особо желания не возникло.

На газоне в определённой последовательности размещались многочисленные бетонные колпаки долговременных огневых точек. Каждый колпак располагался так, чтобы находиться в зоне поражения двух других. Благодаря этому бойцы задних ДОТов всегда могли сколупнуть внезапно возникшую и ковыряющую колпак передней линии тварь. Входов в эти сооружения увидеть не получилось, отчего напрашивался вывод, что попасть в них можно было только через тоннели из-под последней линии обороны. Ну, разве что только иметь какой-то специфический дар для прохождения сквозь толстые стены или уметь просачиваться в узкие бойницы.

За газоном шло ещё одно кольцо дороги. Оно проходило под самой стеной стаба. Точнее это была не просто стена, а настоящее современное крепостное сооружение со всеми фортификационными причудами. Видно, что она ремонтирована и перестраивалась не раз, но перестройки ей не пошли во вред, поскольку делались они не как придётся. Толщину городской стены Феррум угадать и не пытался, но в самых низких местах в высоту она достигала не менее восьми метров. Хороший элитник конечно переберется, но стены сильны не столько высотой, сколько защитниками, а город, населённый в большинстве своём вооружёнными выжившими в Стиксе мужчинами, наверняка мог выставить таковых немало.

В общем и целом по прикидкам старшины и рассказам его знакомых получалось, что стаб Каменистый вполне может пережить отголосок миграции орды зараженных. Именно отголосок, поскольку с настоящей ордой тут еще никто дела не имел. Люди только слышали о том, что где-то западнее чуть ли не ежегодно проходят огромные массы мутантов, возглавляемые такой матерой элитой, что и живущий на Болоте Динозавр на их фоне будет не столь страшен. Бывало, что орды сметали стабы так, что восстанавливать их было попросту некому. Но по мере продвижения на восток масса мутантов рассеивалась, и к Каменистому докатывались только отголоски, да и то не каждый год. Последний осколок орды тут видели лет пять назад и какой-то особой проблемой он не стал.

- Выгружаемся, держимся меня, - напомнил ещё раз Гриф перед остановкой их полупустого транспорта.

Марксман из уничтоженной группы Гранита имел гражданство Каменистого, о чем говорил соответствующий документ. Гражданство стаба давало кое-какие льготы, часть из которых Гриф мог применить к своим знакомым. Конечно, их никто не пустит в стаб по его слову, но протекция гражданина могла облегчить некоторые процедуры. Например, не будет длинного инструктажа о правилах поведения, поскольку гражданин уже должен был их просветить на данный счёт. Ещё к ментату можно попасть без очереди, а к ментату им нужно всем, поскольку документы можно получить только после его посещения, а своего на форпосте не имелось. Там и знахарь то был так себе. Весельчак уделывал его по талантам на голову. Мальчишка даже подзаработал неплохо, пока они там гостили. Ему и остаться предлагали. Уговаривали слезно, но парень решил двинуть в цивилизацию вместе с Пандой.

Зато в городе ментаты сидели на обоих воротах по одному и ещё менялись. Было их пять человек на Каменистый и им платили немалые средства, чтобы добиться неподкупности и удержать на службе стаба. Дар редкий, на кластерах не очень востребованный, но крайне нужный в стабе. Без ментата, хотя бы одного, и стаб нормальным считать не принято. В такой стаб и мур и любой другой проходимец войдёт. Собственно так с Башней и случилось. Хотя Башне и ментат бы не сильно помог. Не через Улю с Надзаком, так у пленника муры и внешники вызнали бы все. Для безопасности человеческого общества мало одного живого детектора лжи. Тут нужна целая организация и лучше не одна, а несколько организаций действующих параллельно.

Автобус остановился ещё за несколько десятков метров до сетчатой стены. Дальше он не шёл, но на месте остановки имелась асфальтированная, огороженная бетонными блоками площадка, специально вот для такого, не заходящего в стаб транспорта. Водитель получил свою плату в споран с человека, узнал по рации: нет ли желающих доехать до форпоста и, узнав, что желающих таки нет, пристроился к нескольким рейдерским машинам, идущим в нужную сторону.

Водитель с укоротом и два охранника. Они устроили свой маленький бизнес. Заработали за этот рейс двадцать с небольшим споранов на троих. Даже если у них получается всего по одному рейсу в день, миллионерами не станут, но по меркам Улья могут жить нормально. Мотаются от третьего форпоста к стабу, да обратно. Все безопаснее, чем просто по кластерам мотаться. Наверняка такие же бомбилы есть и на других трех форпостах, соответственно первом, втором и четвёртом. Хотя на первом может оказаться посложнее. Там ситуация с кластерами сложно и иногда может быть очень горячо. Ну, разве что вместо автобуса использовать что-то с солидным добронированием и вооружением, да брать за рейс не по спорану, а хотя бы по горошине. Тогда при полной загрузке транспорта смысл будет.

Пока водитель автобуса разговаривал по рации, да пристраивался к рейдерам, чтобы отправиться в обратный путь народ от остановки группками и по одному по обочине, потянулся вслед за ушедшими по дороге к стабу Уралами ВОХР. Разумеется, Гриф повел своих временных подопечных в том же направлении. Дорогой Феррум, присмотревшись к минному полю, приметил систему полива. Получалось, что газон поливали, не боясь, что что-то случится с минами. Это наблюдение вылилось в вопрос к Грифу.

- Да там все в пластике. Вода не просочится. Да и поливают в меру, - отмахнулся единственный на всю компанию гражданин стаба.

- Его ещё и стригут, - вслух отметил высоту весело зеленеющей газонной травы старшина.

- Регулярно, - подтвердил Гриф.

Преодолев расстояние до КПП, люди обошли стороной препятствие из выставленных в шахматном порядке, огромных бетонных блоков. На большой скорости проехать через них могла разве только маневренная и небольшая машина. Чему-то крупному придется сбрасывать скорость до минимума, чтобы суметь заложить змейку и проехать между препятствиями. За бетонными средствами замедления на необходимой дистанции, стояло механическое противиторанное средства "Покат", поднятое перед уже проехавшей змейку, типичной рейдерской машиной. Покат на фоне блоков, весивших не меньше тонны каждый, выглядел не солидно, но со своей задачей справлялся. Машины благодаря блокам не разгонятся, и Покат удержит даже относительно тяжёлую. А врезаться в Покат на легкой и маленькой машине верное самоубийство. Такого деятеля из его транспорта даже доставать не будут. Уволокут получившийся фарш прямо с консервной банкой из разбитой тачки на ближайший стандарт и бросят.

Не став обращать особого внимания на досматривающих машину бойцов ВОХР, и ждущие своей очереди на досмотр перед бетонной змейкой, пешеходы направились к пристройке, расположившейся справа от выглядящих довольно монументально и приводящихся в движение двигателем, закрытых транспортных ворот. Перед пристройкой для пропуска пеших стояли вооружённые мужчины в камуфляже «Флора», поставляемой стабом для вооружённой охраны и с белыми повязками с черной надписью ВОХР на рукавах. Собственно, так же выглядели и люди досматривающие машину. Охранники у входа не пускали никого в дверь проходной, пока не собралась основная масса. Потом один заговорил.

- От длинных стволов отсоединяем магазины. У кого нет магазинов, все равно разряжаем. Патроны отдельно, длинные стволы отдельно. В пистолетах магазины можно оставить, но патрона в стволе быть не должно категорически. Будем проверять. Тех, у кого мы проверим оружие, проходят по коридору до двери в конце, попадают в новый коридор и проходят по нему в зал ожидания. Там сами организуете, очередь к ментату или предъявляете документ охранникам, дежурящим на выходе в город. Все кто впервые в Каменистом или не был тут больше десяти дней, должен пройти ментата, - продекламировал ВОХРовец со ступеньки бетонного крылечка.

- Я гражданин. Я местный, - нагло заработал локтями Гриф и Феррум с крестниками пристроился за ним, поскольку других граждан и даже простых жителей стаба более не нашлось.

Феррум замыкал. Сначала Гриф со своей винтовкой. Потом Панда с АКС-74У, ПМом и ножом. За ней, похудевший раза в два с момента попадания в Улей, Хотэй с ножом, клювом, ПМ и АКС – 74 без приставки У. Гайдук оказался полностью прав насчёт парня. Улей исправил все его проблемы со здоровьем. Теперь, несмотря на отсутствие попыток себя ограничивать в еде, от постоянных бешеных нагрузок он худел и худел. Да он был ещё довольно массивен и щекаст, весил килограмм под 100, но силы в нем имелось столько, что парень мог таскать на себе Феррума вместе со своим и его рюкзаком. И это оказалась природная сила, а не что от Стикса. Он ведь всю жизнь таскал на себе всю массу собственного жира, так что находился под постоянной нагрузкой.

Предпоследним шёл Весельчак с одним единственным пистолетом, коим владел теперь на должном уровне. У парня имелся не ПМ, а ПЛК (пистолет Лебедева компактный), попадавшийся на некоторых кластерах у полицейских, коих старшине до сих пор было дико называть этим словом. При этом юноша категорически не таскал на себе не только клевца, но даже ножа. Он искренне считал, что вскрывать споровые мешки и убивать пустышей найдется кому и без него, а пистолет таскал скорее для форса нежели, в самом деле, собирался в кого-то стрелять. Парень оказался настолько пацифистом, насколько это было возможно в Улье. Будучи знахарем и имея второй дар хиллера, он мог себе такое позволить.

И наконец, Ферр, двигаясь последним, по достигнутой ранее договоренности с Грифом, отсек своих от бывших башенников, так чтобы они и вместе шли, но и были отдельно. Те, кто пошел с ними в стаб, а точнее просто принял решение туда перебираться и ехал с ними в одном автобусе, друзьями Ферруму и Панде так и не стали. Знакомые, которым при случае поможет, если не в ущерб себе, но не более того. Друзья и товарищи, а это Сфинкс, Хохмач, Стрыга и еще несколько отличных мужиков и баб, остались в форпосте. Улей такой, что, может, уже и не свидятся с ними никогда.

Феррум традиционно нёс на себе Ультиматум, Вереск, Гюрзу, клевец из аномалии с замком, обычный нож и в одном из подсумков прятался коготь скреббера. Ещё помимо оружия, рюкзака с привычным снаряжением и дополнительными боеприпасами, к своему оружию он нагрузился сумкой с двумя карабинами: Вепрем и Мосина, ещё одним АКСом, помповым ружьем Бекас-М и револьвером ИЖ под охотничий патрон. Ко всему этому имелось некоторое количество патронов. Натуральный арсенал. От большинства стволов можно было избавиться на третьем форпосте. Оружие там охотно покупали, но давали за него неоправданно мало. Подумать только АКС – 74 стоил три магазина собственных патронов. При цене патрона 5,45 на 39 в два спорана выходило шестьдесят споранов или около шести горошин. Укороченный Калашников и уж тем более остальное оружие стоили еще меньше. Даже за оружие внешников особенно хорошей цены не давали, хотя Гюрза и Верес из-за возможности оборудовать их ПБС без переделки стоили на порядок дороже. За СР-1М Ферруму предлагали в полтора раза больше, чем за автомат Калашникова, но его рейдер не продал бы ни за что, несмотря на дефицитный и от этого достаточно дорогой патрон.

В общем старшине продавать хорошие пушки, добытые на кластерах не без риска для жизни, за бесценок, как-то не захотелось. Поэтому мужчина решил оставить запасное или даже сменное оружие для себя и крестников. Тем более спораны на первое время имелись. Пока выбирались из Болота и добирались по сухим кластерам до по-настоящему обжитых земель, кое-чего набили с болотными рейдерами, так что нищими себя после честного раздела добычи могли не считать. По крайней мере, на несколько недель жизни в городе-государстве вполне хватало.

- Взрывчатки нет? – спросил охранник проводивший осмотр оружия старшины, но не лазивший в рюкзак охранник.

- Проходи, - как не странно этого хватило, и ВОХРовец уступил дорогу.

Феррум вслед за Грифом и крестниками оказался в коротком коридорчике выступающей снаружи городской стены пристройки. Проходя в дверной проем, с дверью, сваренной из железа в сантиметр толщиной, он отметил, что на толщине стен этой наружной пришлепки не сэкономили. Вместе со штукатуркой и прочей отделкой выходило не менее полуметра. Не бункер, конечно, но вполне внушает. С потолка на проходящих людей с двух концов коридорчика смотрели две камеры, а справа находились двери. Ферр понятия не имел, что там находится, но имелась определенная уверенность, что за этими дверями или хотя бы за одной из них, расположилась дежурная, тревожная группа вооруженной охраны. Возможно, там еще и пульт слежения расположился, но он все же скорее находился где-то с внутренней стороны городской стены. Сигналу, идущему от камер времени, чтобы преодолеть лишние полметра кабеля, нужно ничтожно мало. Видео изображение это не ГНР, коему, если что бежать своими ножками в полной экипировке, и каждый метр выльется в излишние секунды.

За второй дверью находился коридор, что вел через стену и в нем тоже имелись камеры наблюдения, но в стенах да не в одной, а в обоих расположились не двери, а закрытые железными заслонками бойницы, через которые, запечатанных с двух сторон толстыми дверьми, людей можно угостить как выстрелами, так и гранатой. Глаза практически, тут же выхватили участки стен, что на общем фоне выглядели светлее. Немного подобрали тон и вот результат. Возможно, где-то под свежей краской в слое штукатурки, или даже в бетоне даже деформированные пули торчат.

За коридором смерти оказался, обещанный охраной на входе зал ожидания, с полусотней посадочных мест, опять же камерами видеонаблюдения по углам и выходом уже внутрь стаба. В боковой стене зала ожидания располагались двери в три кабинета, но судя по наличию охранника у дверей, работал только один из них.

- Давайте сюда, - указал направление на охраняемый кабинет Гриф.

Очереди перед ними не наблюдалось. Прошлую партию прибывших на попутном транспорте уже оформили, а в этой партии Гриф умудрился прорваться первым. Первым же он вошел и в охраняемый кабинет к ментату. Перед тем как войти, Гриф без напоминаний сложил оружие вплоть до ножа, в ячейку камеры хранения. Подобные стояли во всяких гипермаркетах мира Ферра, но те делали из совсем тонкой, отверткой проткнешь, жести, а тут использовали железо минимум в три миллиметра толщиной. Хотя двери оказались перфорированы так, что через отверстие казалось можно патрон калибра 12,7 целиком протолкнуть, так что содержимое ячейки через отверстия рассмотреть достаточно легко даже не открыв ее.

Гриф задержался у ментата довольно надолго, но с учетом истории гибели всего отряда Гранита, это ничуть не удивляло. Собственно поэтому Феррум и встал в своей группе последним. Он обоснованно рассчитывал, что его промурыжат дольше всех, как основного свидетеля, видевшего историю от начала до конца и по сути докопавшегося до того, кто истинный виновник убийства, далеко не последнего человека в стабе и командира одного из самых крупных и боеспособных трейсерских отрядов.

Глава 2

Глава 2 (день 114):

Пока в кабинете ментата, находилась Панда, Феррум запихал сумку в одну камеру хранения, а все оружие, включая нож и клевец, сложил во вторую. Разгрузка с магазинами и прочим осталась на нем, вместе с Когтем спрятанном до поры в одном из подсумков. Старшина не достал его не злонамеренно, а попросту забыл. Хотя и отнести коготь живого существа к полноценному оружию, сейчас можно было с натяжкой. Оставшиеся в разгрузке гвозди при наличии такого дара, как у бывшего милиционера, в случае чего, представляли для окружающих, куда большую угрозу, но и на них не обратили внимания. О дарах-то тут его, никто пока не знал.

- Фер, он интересовался, откуда мы с тобой появились, - предупредила девочка, выходившая из дверей предпоследней из их группы. Но уже разоружившийся старшина не придал этому никакого значения, ведь их опрос ментатом, в любом случае, должен был очень сильно выходить за перечень стандартных вопросов.

Рейдер вошел в почти пустой кабинет с голыми стенами, крашенными как в больницах его родины, в зеленый цвет снизу и белый выше уровня плеча. Возле дальнего угла боковой стены, расположился запасной вход в кабинет. Вел он, судя по сложившемуся в голове плану здания в соседний кабинет, который не охранялся и вроде бы был пуст. Оказалось что только вроде бы, а не, в самом деле, поскольку одновременно с Феррумом через второй вход вошло двое вооруженных мужчин во Флоре охраны, броне и с полностью готовым оружием. Впрочем, стволы на старшину никто не направлял, так что и напрягаться он особо не стал.

- Проходи, присаживайся. Я уже почти убедился, что мы тебя не за того приняли, но парни постоят тут на всякий случай, - сказал высокий мужчина сидевший за столом и явно имевший тут статус старшего.

Он ярко выделялся на общем фоне густейшей бородой, продетой в массивное золотое кольцо, диаметром сантиметров в пять. Кольцо перехватывало растительность на уровне середины груди, а подрезанный ровно по линии, точно ударом топора, ее край подметал столешницу, когда мужик сидел. Помимо растительности на лице, мужчина носил такую роскошную черную гриву распущенных волос, что многие женщины могли изойти на желчь от черной зависти. Ментат, а это, разумеется, был он, тоже носил Флору и повязку, но оружия на виду не держал. Пистолет, нож и возможно что-то еще, прятались на поясе, ниже уровня столешницы, и их наличие только угадывалось, а не являлось безоговорочным фактом.

Стол, за которым сидел бородач, расположился по центру кабинета и вокруг, в самом деле, более ничего не было. Кроме проводов и кабелей, пучком уходивших от стола к стене и одинокого табурета, на который владелец кабинета указывал рукой. Этот предмет мебели стоял на середине расстояния от входа к столу. Его местные вполне разумно привинтили к полу, что казалось странным на фоне отсутствия хотя бы поверхностного досмотра при допуске к ментату. На табуретку из двух ближних к основному входу углов и одного дальнего, противоположного от запасного входа угла, смотрело по камере. Казалось, что за стеклом через эти камеры неотрывно наблюдает как минимум шесть пар глаз, хотя там, скорее всего, находился один единственный оператор видеонаблюдения.

- За кого приняли, если не секрет, - бывший милиционер, стараясь не подавать вида, пошел к табурету, и сел на него положив ладони на колени.

- За твоего двойника, из твоего же или другого мира. За исключением прически покороче и отсутствия усов сходство девяносто девять процентов, - охотно ответил хозяин кабинета и властитель человеческой правды.

- Я так понимаю, разыскивают его не для того чтобы наградить, - понятливо кивнул в сторону охранников Ферр.

- Ты совершенно прав. На его счету несколько серьезных правонарушений. В том числе покушение на жизнь гражданина стаба, не закончившееся смертью, только благодаря тому, что вовремя появилась охрана и была грамотно оказана первая помощь. Но его не видели уже полгода. По всей вероятности давно погиб, - продолжил доверительный диалог бородатый.

- То-то Граниту мое лицо показалось знакомым. Наверняка видел моего двойника, - припомнил один случай Феррум.

- Вполне возможно. Гранит, как командир вольного отряда и гражданин, имел доступ к ориентировкам на тех, кого разыскивает стаб. Ну, хватит об этом. Давай разберемся с делами, и ты пойдешь, а я продолжу, - ментат переключился на деловой лад.

- Ну, раз так, то давайте приступать. Раньше сядешь - раньше выйдешь, - усмехнулся старшина.

- Сидел? – одна бровь ментата приподнялась.

- Скорее ловил и охранял. Несколько лет проработал в милиции, - подтвердил уже явно полученную от Панды информацию Ферр.

- Твое имя Феррум? – у живого полиграфа точно режим другой включился и эмоции из голоса почти совсем пропали.

- Да, - односложный ответ, поскольку бывший милиционер слышал, что многим ментатам требуются именно такие.

- Кто крестил? – эмоций в голосе снова самый минимум.

- Рейдер по имени Бурый, – старшина не смог на такой вопрос ответить односложно, но колоритного мужчину это нисколько не смутило.

- Что с ним теперь? – задал он еще один вопрос, на который оказалось никак не ответить одним словом.

- Он погиб при побеге из мурского плена. В целом был нормальным малым и, возможно без него я бы никогда не выбрался, - почти идеального из-за своего дара следователя, ответ снова не смутил, и стало окончательно, что у него такой дар, или такая степень его развития, при которой односложные ответы совершенно не обязательны.

- Носил ли ты в Улье другие имена кроме этого и того, что у тебя было в прошлом мире? – вопрос не праздный, поскольку людей бывает по каким-то причинам перекрещивают, а за старым именем могут оставаться долги, в том числе перед законом или кровные.

- Да. Панда в первые дни называла меня Дядя. Это имя придумала она. Нормального крестного у нас не было, так что крестили друг друга сами. Бура я встретил позже и Феррумом крестил меня уже он, - без промедления ответил вполне готовый к такому вопросу старшина.

- Имеешь ли ты какие-то договоренности с мурами или внешниками? – не дожидаясь ответа, ментат глянул на чуть сдвинутый к левому краю стола моноблок и что-то пробарабанил пальцами по клавиатуре, выдвинутой на специальной полочке из-под столешницы.

- Нет…

Допрос продолжался почти сорок пять минут, но старшине скрывать оказалась нечего, и он вполне охотно рассказывал обо всем, что случилось с ним в Улье. Неважно, касалось это дело его лично, Панды, пребывания у муров или судьбы Гранита и Гайдука. Так же Ферр рассказал все об аномалии и даже упомянул видение степи с мамонтами, но последнем говорил именно как о видении, хотя рейдер имел уверенность, что это не являлось продуктом деятельности его разума. Делал он это не по наитию, а после некоторого обдумывания и придя к пониманию, что пока для него такая политика лучше всего. Пусть лучше местный безопасник думает, что ему там что-то привиделось, нежели считает, что в аномалии есть секрет, который Ферр хочет скрыть и заинтересуется.

Ментат чувствовал полную открытость собеседника, и, казалось, был слегка поражен сим фактом. Это даже через «рабочий режим» стало проступать. Викарий, так звали властелина человеческих тайн, привык, что рейдеры обычно пытаются что-то утаить. Кто-то с кем-то пострелялся на кластерах. У кого-то какие-то смешные ухоронки с полусотней патронов на пару стволов. Бывший милиционер же, резал правду матку без стесненья. И про встреченные кластеры с оружейными магазинами рассказал и про кластер на болотах, со странными домами из воюющего мира поведал. Впрочем, по большому счету, в плане постыдных делишек, старшине нечего было стыдиться и скрывать. Не ангел в плоти и не шагающий по дерьму в белом паладин, но и скелетов полный шкаф накопить не успел. С мурами договоренностей не заводил, свежаков на убой не кидал, даже с рейдерами нигде не стрелялся. Не потому что не мог, а потому что не привелось такого. Ну, разве что за исключением муров. С ними даже если бы о чем-то и стал договариваться, то только для того чтобы кинуть пожёстче.

- А ты знаешь что? Нам нужны такие парни, - не вполне ожидаемо для Феррума закончил допрос Викарий, выключивший дар и вернувший полноценные эмоции на место.

- Для чего же? – чуть помедлив, спросил Феррум.

- ВОХР. Те парни, что дежурят на КПП. Они же патрулируют город и весь стаб, охраняют на выездах грузчиков, - показывая на охранников у запасной двери, внес ясность живой детектор лжи.

- Вы что, вот так вот туда людей с улицы набираете? – поразился Ферр.

- Ну, во-первых не совсем с улицы. Все проходят через меня или через других наших ментатов. Вдобавок в отделе кадров ВОХР работает свой ментат, хотя и довольно слабенький. Ну, а во-вторых кого еще брать то? Толпы профессионалов за забором нет. Набираем в охрану тех, кто есть и подготавливаем, - собеседник развел руками.

- Получается ваш ВОХР, нечто вроде добровольной народной дружины? – уточнил для себя старшина.

- Не совсем. Я тебя на работу приглашаю, а не после работы посильный вклад оказывать. Будешь получать денежное довольствие. Получишь табельное оружие, форму за счет стаба и кормежку. В случае чего, лечение частично или полностью за счет стаба. Что-то вроде работы в поли… ну ты вроде милицию упоминал. Значит в твоем случае, наподобие как милиции или в армии, но вольностей у нас поболее, чем в армейке, - Викарий зачем-то указал на собеседника пальцем.

- Зарплата большая? – в принципе Ферр действительно заинтересовался.

- Пять споранов в день, но плюсом лечение, обучение, жилье, оружие, обмундирование и питание. Оружие, если отработаешь три месяца, в случае ухода остается тебе в безоговорочное владение. Пулемет или танк там тебе, конечно, не подарят, но отечественный автомат запросто. И с выездов разрешается что-то прихватывать в рамках разумного, - палец указал на потолок и ментат многозначительно закачался.

- Пять споранов, - Феррум задумался.

Пять споранов это много или мало? Нужно как минимум завалить пять бегунов, чтобы получить столько же. Но это при сказочном везении или все бегуны должны быть почти лотерейщиками, чтобы точно в каждом имелся споран. Если валить не развитых спидеров, а простых бегунов, то реально понадобится для заработка пяти споранов прикончить десяток, если не больше особей, поскольку искомое окажется не в каждом и возможно даже не в каждом втором. Для охоты придется уходить от стаба на приличное расстояние, поскольку самые ближние кластеры вычищены так, что там или никого не найдешь или наткнешься на какую-нибудь особо хитрую тварь. Хорошо хоть, что в его случае можно обойтись без траты патронов, а то бы вообще рентабельность пропадала. Патроны к ПМ два - три штыки за споран, а без пистолета или хорошего умения Улья тягаться с бегуном уже риск. Если не погибнешь, то получишь раны и как минимум не сможешь продолжать охоту.

Феррума беспокоит только вопрос затрат времени. Гвозди и изменяющие форму руки помогут ему разобраться не только с бегуном, но и с любым лотерейщиком. По его прикидкам можно потратить день или два чтобы просто найти место охоты, а за это время уже получится заработать. И можно просто нарваться, даже не на развитого монстра, а на толпу мелких и с этой охоты не вернуться. От такого не застрахованы даже самые опытные рейдеры, не то, что он. Однако и жизнь ВОХР тоже наверняка не мед, но есть некое обучение, которое останется навсегда и шикарный по меркам Улья социальный пакет. Вдобавок, помимо обучения получишь полноценный опыт, не используя свое оружие и свои патроны.

- Выходные и больничные так же оплачиваются по пять споранов сутки. Многие мои знакомые прошли через ВОХР. Это отличный старт, а потом уж или в трейсеры или в сталкеры, ну или в Комитет безопасности стаба, - подлил маслица в огонь ментат.

- Я, пожалуй, возьму паузу. Если решусь, то куда подходить? – старшина решил не принимать решение в одиночку, а обсудить его с Хотэем, поскольку они с крестником решили держаться вместе.

Тянуть с собой Панду бывший милиционер не собирался. Она, возможно и сама этого захочет. Ей нравится оружие и стрелять. Однако пусть становится помощницей знахаря и живет с ним или ищет себе какую-то иную профессию внутри стаба. А Ферр, в случае чего, без сомнений поможет всем, чем сможет, как и Хот. Пострелять же подопечная при желании сможет и по мишеням, если тут есть тир или стрельбище. Ну, а если нет, то можно и на стандарты выбраться в свободное время и там устроить и тир и стрельбище.

- Да, спросишь где контора ВОХР, и тебе покажут. Там не промажешь. Они хоть и не в центре, но кусок занимают знатный. Место расквартирования, учебные классы и полигон для стрельб и тренировок. Чуть ли не воинская часть в городе, - вот Викарий сразу и ответил на вопрос о существовании стрельбища и добавил. – Или через биржу. Ее тоже покажут или карту купи. На ней все есть. Короче, захочешь - устроишься. Но сильно не тяни. Пара, может, тройка дней, а там набор на какое-то время закроют. Там вакансий с полста имелось, но в последнее время люд с форпостов повалил кое-как стрелять умеющий, так что наберется народ быстренько.

- В общем, пока ничего не обещаю, - рейдер поднялся со стула. – Могу идти?

- Гостевой забери и смотри не пролюби. Без него в кутузку залетишь при встрече с первым же патрулем, и за восстановление платить придется. Тем более с учетом наличия набедокурившего двойника. В стабе то его уж и не помнят, наверное. Тот гражданин, которого он чуть не убил, погиб пару месяцев назад. Это я точно знаю. Но патрули его, а значит и твою, физию знают, - ментат нажал кнопку и где-то под столом загудел принтер, а чуть позже на столешницу лег кусок листа плотной фотобумаги. – Лучше всего заламинируй. Документ все же. Не задерживаю, - кивнул ментат и дал знак бойцам охраны выходить так же как пришли, через запасную дверь.

- Последний вопрос, - Феррум подошёл к столу и взглянул на гостевой документ, оказавшийся в его руках.

Бланк на фотобумаге размером 9 на 12. Половинка занята фотографией старшины сделанной, судя по ракурсу с камеры, что следила за ним из дальнего угла. На второй половинке лицевой стороны документа, сверху герб стаба. Под ним довольно широкие графы с именем владельца, именем крестного, пометкой, что приведён в город под поручительство гражданина Грифа и именем ментата, выдавшего сей документ. В самом низу ярким золотым цветом, да с тиснением, серия и номер документа. Обратная сторона тоже не пустует. Там водяные знаки и опять же графы, но заполненные не словами, а крючочками, запятыми, точками и еще какими-то знаками. Со слов знакомых Ферр знал, что это ментат карта, которую может сличить и опознать любой ментат. Такая же, осталась в базе данных Каменистого. С ближайшими караванами ее копия уйдет в Княжество и не входящие в него расположенные поблизости стабы. А уж если старшина совершит что-то не хорошее, то его данные разойдутся по всему региону. Другое дело, что в некоторых местах, и не только у муров, на его проблемы с каким-то стабом могут и внимания не обратить.

- Какой-же? – заинтересовался пока не прозвучавшим вопросом Викарий.

- Как зовут или звали моего двойника? – Феррум спрятал документ в нагрудный карман под разгрузку и понял, что да надо ламинировать, а то быстро истреплется и превратиться в кусок жеваной бумаги.

- Марлин, - ответил Вик, глянув на экран моноблока, которого старшине не было видно, даже когда он оказался рядом со столом.

- Спасибо, - поблагодарил ментата старшина и, развернувшись, быстрым шагом покинул кабинет.

Столпившийся народ пропустил его, выдавив из массы очередного клиента для живого полиграфа. Пошел один из бывших башенников и Ферр кивком подбодрил его. Сам получивший документы рейдер прошел к ячейкам хранения и, достав из кармана ключ, открыл дверки да стал забирать их содержимое. Все тут же вешалось на себя, точно на пакистанского ишака. Неплохой нож, клевец с витой ручкой, принесенный из другого мира, полный набор оружия внешников, легкий бронежилет, разгрузка полная магазинами, шлем с кронштейном для крепления прибора ночного виденья или чего-то похожего. Вместительный и полный рюкзак. Вдобавок еще и длинная сумка, весело брякнувшая оружейным железом. Чистенький пиксельный камуфляж отличного качества, приобретенный на форпосте, отглаженный и впервые надетый только этим утром. Так понравившиеся старшине берцы, марки Grinders песочного цвета. Цвет ему по-прежнему не сильно нравился, но такая модель в ином цвете на форпосте не нашлась, а уж больно хотелось именно ее. На ноге эти берцы с новья сидели как кроссовки и весили не больше, а по прочностным характеристикам превосходили кирзовые сапоги и любую другую, ношенную когда-либо Феррумом обувь в разы.

Буквально кожей почувствовались завистливые взгляды. Завидовали не все. Кто-то просто не привык завидовать, кто-то сам что-то имел за душой, кто-то знал, как это добывается, ну, а бывшие башенники и самого Феррума знали прекрасно. Однако у большей части, кроме клевцов с ножами или пик с теми же ножами ничего не имелось, а у некоторых не нашлось даже этого. Кто-то пришел с топором, а кто-то с монтировкой. Ну, а кого-то только сегодня в одних трусах сняли с крыши рейдеры, на прилетевшем пару дней назад в Улей кластере. Мало кто имел оружие в прошлой жизни или сумел его добыть в этой, но еще меньше народа умели его применить. ПМ в руках обывателя это почти всегда источник шума и повышенной опасности для самого обывателя. Тот, кто стрелял в своей жизни только в компьютерных играх, скорее, случайно застрелится, чем сумеет пристрелить того же пустыша. Феррум это прекрасно понимал. В его памяти были еще свежи примеры Панды и Хотэя.

На выходе из зала ожидания тоже стояла пара охранников. Им пришлось продемонстрировать новенькие документы. Благодаря заполненной графе "Под поручительство гражданина" его пропустили. Тем, у кого не имелось такой роскоши, придётся сидеть в зале до тех пор, пока офицер ВОХР не зачитает инструктаж о поведении в городе и не доведёт основные положения местного законодательства. Впрочем, сам инструктаж не долог, поскольку правила и законы просты и их не слишком много. Все нужное обывателю поместилось в брошюре толщиной с советскую школьную тетрадь. Можно сказать, что местные законы слишком далеко, за пределы заповедей Христовых не выходят. Тем более что можно исключить заповеди про упоминания Господа всуе, прелюбодейство и некоторые другие.

Крестники и знахарь ждали старшину у выхода, стоя слева от бетонного крылечка с навесом и, хлопая глазами, смотрели на раскинувшийся перед ними мирный город. Гриф отсутствовал. Он посчитал свой долг исполненным до конца и поспешил на место дислокации отряда, чтобы попытаться урвать себе кусочек имущества, что уже начали разбазаривать остатки команды Гранита, не пошедшие с ними в тот злополучный рейд. Сохранить отряд он не рассчитывал, поскольку из боевого костяка остался один он и еще парочка бойцов на момент отправления восстанавливавшихся после серьезных ранений. У мужчины были мысли попробовать сколотить свой собственный отряд, а если не выйдет, то перебраться на форпост 3 и там присоединиться к Стрыге. На старшину и его крестников в этом плане он не надеялся. Уже имелся разговор и Ферр решил, что специально охотиться на матерых монстров он пока более не готов. Хватило с него уничтожения отряда Гранита и всего, что последовало за ним. И пусть там всему виной скреббер, но и отряд был такой, что о-го-го и элита элите рознь.

Феррум оказался поражён не меньше остальных, не смотря на то, что представлял себе все именно так, как увидел. Мужчина постарался не подавать вида, но все равно бросал косые взгляды на топающих с одним короткоствольным оружием, а то даже без иного, по своим делам прохожим. Если не считать за мирный город стаб муров Узловой, то в подобном месте мужчина оказался впервые. Стаб Башня на Болоте, ныне захваченный мурами и форпост не в счет. Они являлись натуральными фортами во фронтире. Небольшой стабильный кластер в окружении монстров, на котором никогда нельзя расслабляться до конца.

- Вон там, в ларьке, гостевые ламинируют и всякие мелочи продают. Я карту стаба и брошюрку с законами купил, так что можешь не брать, - сказал Хотэй и Феррум отправился к откуда-то целиком притащенному киоску Роспечати или киоску, сделанному по его подобию.

Заламинировав свой первый в Стиксе документ старшина без раздумий прикупил две карты, и две брошюру с законами Каменистого. Сделал он это не в пику крестнику, а чтобы было у каждого. Мало ли. Придется разделиться, а карта одна. Да и законы лучше изучать по собственному учебнику, а, не передавая один по кругу.

- Мне предложили в госпиталь обратиться или частную практику открыть. В госпитале, сказали, на ставке работать буду, но получу комнату при нем, профилактика трясучки со стабской охраной, горох на развитие даров. Вообще вся бытовуха за счет госпиталя. Ну а если частная практика то все сам. Жилье снимай, на профилактику хоть один мотайся и так далее, - объявил всем присутствующим Весельчак с неизменной улыбкой.

- Тут за тебя никто не решит, но я бы советовал тебе практики поднабраться, примелькаться в городе, наработать клиентскую базу. Госпиталь для этого совсем неплохо подойдет, - высказался по этому поводу Хотэй.

- Время к обеду уже. Идем, поищем, где пообедать нормально. Там по подробностям определимся, - объявил Ферр.

Глава 3

Глава 3 (день 114):

Возражений против предложения пообедать ни у кого не нашлось, и группа единомышленников отправилась по тротуару одной из центральных, ведущих вглубь города улиц, присматриваюсь к вывескам и посматривая на, проезжающие мимо, многочисленные велосипеды различных модификаций и довольно редкие машины. Встречались тут пассажирские велорикши, трехколесные велосипеды для перевозки грузов, электровелосипеды и четырехколесные конструкции, наподобие детских машин из парков развлечений. Машины же оказались в основном представлены переделанными под улей пикапами граждан, возвращающихся домой из рейда и относительно небольшими грузовиками, забитыми грузами выше уровня доработанной по местной моде кабины.

Несмотря на то, что в городе длинноствольного оружия особо никто, кроме патрулей не носил, свое автоматическое оружие в сумку не прятали. Носить на виду можно сколько угодно. Главное не примыкать отъемные магазины, не заряжать не отъемные и не вставлять патрон в патронник в длинноствольном оружии без магазинов или пистолетах вне специально отведённых для этого мест. Гриф, как и положено поручителю, об этом им рассказал, так что ребята данное правило прекрасно знали и не собирались подставляться на ровном месте под штрафы. Имелась тут такая фишка. Бывало, что даже после инструктажа некоторые, привыкшие сычевать на стандартах рейдеры, выходили с КПП и прямо на его крыльце машинально пристегивали магазин. Разумеется, их тут же штрафовал пасущийся по близости наряд ВОХР. Оштрафованные получали квитанцию и рассчитывались по ней в администрации стаба, а те, кому было нечем заплатить или кто не платил в срок, попадал на отработку. В основном в команды грузчиков, под надзором той же вооруженной охраны поставлявших стабу продукты и другие товары, с регулярно грузящихся на удалении двадцати и двадцати пяти километров от стаба кластеров, с кускамипровинциальных городов Филатов и Октябрьск.

Пройдя по центральной проезжей улице достаточно глубоко в город и поняв, что на ней заведения где можно пообедать не найдут, рейдеры и знахарь спросили дорогу у прохожих. Им предложили пройти в этом же направлении, то есть к центру Каменистого, по этой улице еще мимо двух идущих перпендикулярно улочек. После этого следовало свернуть в любую сторону на третью по счету улицу. Там, к их услугам будут и летние кафе и кафе обычные и всякий кондитерские, кабаки, трактиры и вообще все, что угодно с едой и выпивкой. Все первые этажи на той улице отведены под заведения такого рода. Половина города ходила на эту улицу обедать, посидеть в дружной компании или купить чего-то такого, чтобы покушать дома или на работе. Она поэтому и названа была Обедней.

Обедняя оказалась безоговорочно пешеходной улицей. В Каменистом вообще имелось множество таких улочек, по которым транспорту перемещаться запрещалось категорически или разрешалось ездить только на велосипедах. Эти улочки замостили брусчаткой, похожей на маленький цветной кирпич и перемащивали не многим реже, чем один градоначальник российскую столицу в одном из миров мультиверсума. Всегда использовалась именно похожая на маленький кирпич брусчатка и именно трех цветов: довольно ярко синего, темно серого и бледненького зеленого. Только брусчатка этих цветов и этой формы грузились на одном из кластеров поблизости, на протяжении последних восьми лет. Но она всегда появлялась в очень приличных объемах и не использовать сей факт на благо стаба администрация не могла.

Всего три цвета, но зато что с ними творили четыре местных умельца, из года в год занимавшихся мощением улиц. Два таджика, армянин и русский, одной интернациональной командой, иногда прерываясь на самостоятельные рейды для профилактики трясучки, за вполне умеренные деньги творили из брусчатки чудеса. Их руками на свет рождались такие картины, по которым тем, кто не привык к подобной красоте, и ходить то поначалу было как-то стыдно. То какую-нибудь неприступную стабскую красотку выложат с таким портретным сходством, что не узнает только слепой или полный идиот, то сделают какой-то сказочный замок в облаках, то еще чем-то удивят. Разумеется, работали не вчетвером, а нанимали чернорабочих делающих подготовку улицы и таскавших брусчатку и даже закладывавших промежутки между картинами. Вчетвером бы они умерли от старости на этой работе, так и не закончив, несмотря на то, что воздух Улья гарантирует бесконечную молодость.

Когда только вошли на мощеную умельцами улочку, и Панда увидела, какая у неё под ногами красота, то она захлопала глазенками и стала бегать от картины к картине с детскими восторгами. И взрослому восхититься бы не грех, а тут девчонка подросток - вчерашний ребёнок. Даром что за спиной милицейский укорот, а в кобуре на поясе ПМ, из которого она стреляет получше многих взрослых. На уме мальчики, пушки и плюшевые игрушки. Детство в известном месте еще поигрывает. Что тут больше скажешь?

Выбрали кафе с огороженной территорией на улице и небольшим помещением, видневшимся за большой витриной. Устроились под большим зонтом от солнца, за одним из столов на улице. Благо занято их оказалось меньше трети, поскольку время обеда уже закончилось, и основной поток клиентов миновал. Тут же подали знак персоналу. В этом заведении работало несколько официантов, так что бегать самим не пришлось. Если быть точным, то Феррум увидел двух мальчишек немногим старше Панды, наверное, ровесников Весельчаку, и девушку лет двадцати пяти. Все в черных брючках и белых фартуках. На парнях белые рубашки и черные бабочки, на девушке белая блузка, расстегнутая, так что груди чуть не вываливаются.

Парни честно делали свою работу, а вот девушка скорее служила украшением заведения. Такое украшение могло позволить себе далеко не каждое заведение, даже в столь благополучном городе. Такое уместнее в чем-то посолиднее. Несмотря на все старания стаба соотношение полов ниже, чем одна девушка к трём мужикам никогда не бывало. Хуже сколько угодно, а вот лучше, как ни старались, никогда. Сейчас, по слухам, на одну женщину внутри стен Каменистого приходилось четыре или даже пять мужчин. Возможно не лучший вариант, но и не одна к десяти, как бывает в некоторых местах неспособных наладить минимально приемлемый уровень жизни и защиту ближайшей округи.

Вот вроде мужчин спасается больше, а женщин меньше, но они потом реже выходят из стаба и их берегут. Постепенно положение должно выравниваться. Да не тут то было. Много самостоятельно добравшиеся до стаба женщины рвутся в рейды, думая, что раз они добрались до стаба сами, то и охотиться могут сами. У некоторых получается и нельзя отрицать, что есть бабы рейдеры, которые круче вареных яиц. Однако таких женщин мало. Феррум знал одну Валю-Стрыгу, ну и с натяжкой к ним можно было отнести мурскую Улю. На этом все. В рейдеры же рвалось до четверти выживших особ женского пола. Самая активная и агрессивная четверть. Имея в целом худшую подготовку и не сопоставимые с мужчинами физические кондиции эти дамы, в большинстве случаев, идут на корм тварям. Всех стабом их охранять не станешь.

Остающееся женское население косят самоубийства. Мужчины тоже, довольно часто добровольно уходят из жизни, но женщины делают это в среднем, вдвое чаще. Больше всего от него страдают дамы, работающие на ниве удовлетворения сексу. Те, у кого к этой профессии призвание живут долго и счастливо, но большинство туда идёт не по призванию, а просто, потому что ничего не умеют, да и работать не хотят. Секретарши, маникюрщицы и многие другие тут никому не нужны. Та же ситуация и с мужиками схожих профессий, но те продать себя могут только особому любителю, коих мало, так что мужикам через не могу приходиться идти на низкоквалифицированный и слабо оплачиваемый труд. Или на кластеры.

В итоге среди проституток, не сумевших врасти в новую шкуру или сменить профессию когда поняли, что раздвигать ноги перед любым кто платит это не их, сопли, слюни в три ручья. Спек или земная наркота, чтобы забыться и уйти от проблем. Как результат, выстрел в рот или петля обычное явление. У баб, не идущих дорогой продажной любви, самоубийства тоже не редки. К тому же часты преступления на почве ревности. По большей части женщины режут не мужиков, а соперниц, а это сразу минус две бабы, поскольку убийц тут казнят. Это если убийство не являлось результатом санкционированной дуэли на арене, но на дуэль соперниц обычно тащат те не многие рейдершей женского пола, что суровы как сибирские морозы. И ведь на этом, причины убыли женского пола не кончаются. По итогу смертность среди мужчин и женщин выходит практически одинаковой и перекос в сторону большего количества мужиков сохраняется.

- Мне предложили пойти в местный ВОХР, - отбросив размышления о смертности среди женщин, объявил Феррум, пока ждали официанта, обозначившего кивком, что они у него следующие на очереди.

- Мне тоже, - тут же признался Хотэй.

- А мне нет, - чуть обиделась Панда.

- Я вам про госпиталь уже сказал, - пожал плечами улыбчивый знахарь, пару раз зацепившийся взглядом за официантку и теперь старательно разглядывавший вывески заведений расположившихся на противоположной стороне улицы, чтобы не вызвать приступа ревности у подруги.

- Я думаю, что нам с Хотэем стоит пойти в охрану. Там обещают поднатаскать с оружием, можно набраться опыта, даже оружие вроде бы как дают и лечение оплачивают. У нас оружие хоть и есть, но зачем убивать свое и жечь свои патроны, - высказал свое мнение Феррум.

- Поддерживаю. Там минимальный срок службы три месяца. Контракт на полгода, но разорвать его без неустойки можно через три месяца. Я узнавал у охранника на входе. Он сам дослуживает уже вторые полгода и собирается заключить третий контракт, - поддержал крестного и заслужил от того уважительный кивок за разумную инициативу Хотэй.

- Я с вами. Меня возьмут. Стреляю я лучше тебя круглый, - тут же все решила девчонка.

- Точно. Будешь жить в казарме с мужиками, принимать общий душ и ходить в один общий туалет, - с напускной серьёзностью покивал Феррум, незаметно пихнув под столом ногой Весельчака.

Улыбка парня на долю секунды сменилась болезненным оскалом, он отдернул ногу, но его подруга, полностью сосредоточившая хмурый взгляд на своем опекуне, ничего так и не заметила.

- Панда, может другую работу поискать? Вон, посмотри, девушка официанткой работает, - юноша стрельнул глазами в сторону официантки, которая вставив попку обтянутую брючками так, чтобы точно видели все, протирала и без того чистый, никем не занятый столик.

- Хочешь, чтобы я вот так вот всем жопу показывала? - возмутилась в полный голос юная рейдерша, чем вызвала несколько смешков за соседними столиками и улыбку спешившего принять заказ парня.

На несколько минут все увлеклись беседой с официантом. Меню в кафе не имелось, поскольку ассортимент оказался не так велик. Все же кафе, а не ресторан. Пара первых блюд, пара вторых. Несколько видов чая и несколько кофе, булочки, пирожки и пирожные. Все по большей части готовилось здесь же, а не привозилось с кластеров. Дольше всех выбирала Панда. Для неё официанту несколько раз пришлось пересказать все меню от начала до конца. Потом парень ушёл за заказом, а рейдеры вернулись к разговору.

- Ну, в официантки тебя идти никто не заставляет. Не хочешь так не надо. Хочешь, иди в медсестры в госпиталь, а хочешь ещё куда, - сказал Феррум, сам невольно поглядывая на продолжавшую натирать чистые столы девушку.

- А пошли ко мне в ассистентки, - повернулся к подруге полубоком, сидевшей рядом с нею молодой знахарь.

- И что я там делать буду? - с сомнением спросила девочка.

- Да много дел всяких, - ответил Весельчак пространно, поскольку ещё не придумал, а предложение внес, чтобы держать девчонку рядом с собой.

- Раны промывать обрабатывать и перевязывать, - бросил для примера первое, что пришло в голову старшина.

- Точно, не на все раны мой дар нужен и не на все его хватит, так что работа будет. Только медицине поучиться надо, - загорелся идеей парень.

- Да ты её сам не знаешь, - усмехнулась девушка.

- Я учусь, - чуть смутился Весельчак, который в принципе учился, но явно уделял внимание медицине не в той мере, в коей следовало человеку, часто занимающемуся серьезным лечением людей.

- Так вот в госпитале тебя и подучат. И её, - многозначительно поднял палец вверх Ферр, действительно считая, что этот вариант не плох не только для знахаря, но и для его воспитанницы.

- И на кластерах эти знания, ой как могут пригодиться, - уловил, в чем суть и вставил нужные слова Хотэй.

- Можно попробовать, - задумалась девочка и тут же встрепенувшись, добавила, - Но автомат с пистолетом я не отдам.

- Никто и не забирает. Ты по здешним законам совершеннолетняя и имеешь право владеть оружием. Вот только хранить его нужно в железном ящике или оружейной пирамиде, - Феррум напомнил всем рассказанное Грифом, что подтвердили согласные кивки.

После принятия решения осталось только пообедать и начать его осуществлять. Сверившись с картой и уточняя дорогу у прохожих, старшина с Хотом сопроводили Веса и Панду до единственного на весь стаб, но большого и хорошо оборудованного госпиталя. Там мужчины дождались, когда закончится беседа знахаря с директрисой медицинского учреждения по имени Морена. Кстати она и сама имела какой-то лекарский дар, но не умела лечить прикосновением и знахаркой не являлась. Убедившись, что молодежи предоставляется комната при госпитале и все остальные условия устраивают пару подростков, мужчины тепло попрощались с ними, хотя, что не удивительно, ведь долгое время они не расставались больше чем на несколько часов, а если и расставались, то чаще всего на ночь и при этом находились в соседних комнатах. Так было на Тройке, как в народе часто звали форпост 3.

После расставания с подростками, Ферр с Хотэем отправились сначала просто побродить по городу и разузнать, кто тут, чем живет. В принципе от Грифа они уже кое-что знали. Однако трейсер не слишком сильно интересовался тем, что не касается охоты на матерых зараженных, и знал о жизни города только поверхностно. Для него главным было то, что в Каменистом есть кабаки, где не разбавляют выпивку и бордели, где можно, пусть и за дорого, снять на ночь девку с модельной внешностью.

Искать информацию лучше всего представлялось в барах и на бирже найма. Имелась тут такая биржа, где стаб набирал грузчиков для своих рейдов на обновившиеся кластеры и рабочих для какой-то иной деятельности. Там же обычный рейдер с хорошим для бродяг Улья даром, мог наняться в слаженную в команду или найти себе подходящего напарника. Имелись и объявления от представителей частного бизнеса, желавших нанять квалифицированных или не очень рабочих. При необходимости в это заведение могли даже ментата вызвать для подтверждения намерения сторон. Хорошее место, помогавшее многим без лишних хлопот и беготни решить проблему трудоустройства.

Нашлось на бирже и предложение о найме в вооружённую охрану стабы, а так же объявление о том, что Комитет безопасности Каменистого ведет отбор кандидатов на обучение и замещение вакантных должностей. Все условия по зарплате и социальному пакету оговаривались в обоих случаях и в принципе устраивали старшину, привычного к «государевой службе» еще по тому миру. В Комитете и льготы жалования оказались побольше, но в минимальных требованиях к кандидату значилось отработать хотя бы три месяца в ВОХР и прожить в Улье не менее полугода. По этим критериям рейдеры не проходили. С полезными умениями у обоих мужчин все было в порядке, но еще не могли пройти по физической подготовке. В целом оба мужчины не являлись изнеженными мальчиками, но теоретическая вероятность имелась, поскольку требования по физическим данным заявили не слабые. В общем, с Комитетом пока однозначно не складывалось, но в него идти изначально никто и не собирался, а ВОХР никуда не делась.

Единственная небольшая проблема заключалась в том, что Хотэя вооруженная охрана не устраивала ее сокращенным названием. Оно наводило узкоспециализированного сенса на мысли о репрессиях, расстрелах и ГУЛАГе. Однако бывший толстяк понимал, что эта аббревиатура к прошлому его мира отношение имеет очень слабое, да и Феррума название нисколько не смущало. В мире старшины в свое время тоже существовал Советский союз, и было всякое, но о каких-то особых зверствах коммунистов по отношению к собственному народу, он никогда и слыхом не слыхивал. Хот же рассказывал, что в их учебниках писали чуть ли не о тотальном истреблении советами всех подряд. Об этом же в его мире чуть ли не ежедневно вещали по телевизору, интернету и радио, так что он верил, хотя и мнение немногочисленных защитников иной точки зрения изредка слышал. Ну да миры происхождения у мужчин были разные, так что и история этих миров имела различия и разное отношение к ней людей, а спорить на политические темы они не собирались. Оба касались ее опосредованно.

Наниматься в ВОХР сразу на бирже все равно не стали. Решили, что если каким-то чудом не найдут за вечер какой-то лучший для них вариант, то утром отправятся прямиком в их контору и устроятся без посредников. Сняли номер в одной из достаточно многочисленных гостиниц города. Большинство рейдеров переменчивости жизни в Улье предпочитали посуточно снимать номера различной комфортности, а не брать в аренду на месяцы дома или квартиры, и уж тем белее приобретать недвижимость в собственность. В номере тут же определили длинноствольное оружие, в имевшийся в каждом номере, сейф. Сейф оказался большим, и сгрузили в него весь свой огнестрел. Сумку даже не разбирали, а засунули прямо так.

Приведя себя в порядок с короткостволом и ножами, правда, Феррум еще с Вереском с отомкнутым магазином и спрятанным Когтем, отправились в ближайший бар послушать сплетни. В баре нашлось пара мутных рейдеров, шарящихся по ближайшей округе и ищущих кого-то с приличным вооружением, чтобы проверить какое-то место, находящееся в достаточно опасной зоне вблизи первого форпоста. Такая работа ни Феррума, ни Хотэя не устроила и они даже подходить к парням не стали. Если бы мужчины хотели заделаться сталкерами, то остались бы со Стрыгой.

В итоге из полезного оказались только убитая первая половина вечера и информация о нескольких заведениях со жрицами любви. В одном из этих заведений и было решено провести остаток вечера. Выбрали бордель с говорящим названием «Продажная любовь». Судя по болтовне, услышанной в баре, оно считалось одним из лучших в городе. Девушки там трудились на любой вкус. У некоторых имелись дарованные Стиксом таланты наподобие такого, что достался Панде. У остальных не было таких талантов от Улья, но имелась не малая практика и природные умения, с которыми подарки Улья не нужны. Кое-кто начал нарабатывать эти навыки еще до попадания в мир кластеров и зараженных, но благодаря новой среде не превратился в изношенную тряпку, а сохранил молодость и свежесть. Однако и цены в этом заведении кусались. Час работы девочки из Продажной любви стоил не меньше горошины или десяти споранов, если переводить цену в них по среднему курсу Каменистого. Некоторые, особенно те, что обладали дарами Улья, брали и три горошины.

Заведение занимало целое трехэтажное здание веселенького розового цвета. Над входом красовалась вывеска, напоминавшая знатокам вывеску красовавшуюся над входом в бар из фильма Тарантино «От заката до рассвета». Только надпись рядом с губастой девкой, с накрученными большими титьками, оказалась не на английском и соответствовала названию борделя.

В заведении непосредственно передком трудилось полсотни девочек, плюсом шла охрана и обслуга. Оно разительно отличалось от того борделя из коего Феррум когда-то выручал Панду. Свободные девочки размещались на первом этаже на диванчиках и креслах в зале с красным освещением, которое, как говорят, сглаживает дефекты кожи. Они тут выглядели и являлись хозяйками положения. Если дама решит, то пошлет клиента и не подарит ему ласки ни за какие деньги. Охрана и администрация будут на ее стороне, поскольку таковы правила именно этого борделя. Другое дело, что ели дама окажется слишком переборчива, и не будет приносить прибыли. В этом случае, ее могут попросту попросить освободить рабочее место для не столь щепетильной в выборе партнера, особы.

Гости заведения, сдав на входе оружие, устраивались среди девушек, пили вино, закусывали и беседовали. Когда мужчина определялся, с кем хочет провести время наедине (а бывало и такое что рейдеры напивались раньше и их отправляли прочь), оплата передавалась мамке, гордо носившей звание администратор, а пара следовала в одну из комнат. Комнаты имелись как простые, так и тематические. Кому-то подавай восточную сказку с девушкой соответствующей внешности, а кому-то нужно БДСМ в полный рост, с плетками и шариками в известное место. Была тут девушка, которая могла устроить и такие игрища, брала дорого, но пользовались ее услугами довольно редко. Большинство посетителей, или не страдало такими пристрастиями, или тщательно их скрывало.

Глава 4

Глава 4 (день 114):

Разумеется, Ферру и Хоту тоже пришлось сдавать на входе оружие, а у первого при себе находился Коготь, который не очень хотелось светить, как и оставлять. Благо светить особо и не пришлось, ведь он лежал в подсумке с магазинами к Вереску. Подсумок висел на поясе, поскольку разгрузку Феррум оставил в номере вместе с разряженными магазинами к АК Ультиматум и пулями, рядочками стоящими на донцах на полке в оружейном ящике. В общем, снимай подсумок вместе с поясом и отдавай на хранения, но отдавать Коготь-это как отстегнуть часть тела, если бы какая-то из них отстегивалась. Собственно бывшая часть скреббера и являлась частью тела Ферра. Не приросла физически, но стала его частью на энергетическом или аурном уровне (называть можно по-разному), видимым только знахарям и может быть еще каким-то редким индивидам. Пришлось, переселить себя, и скрепить сердце, чтобы отдать подсумок, а потом заставить себя не оглядываться, но после первых мгновений стало полегче.

Еще на пороге заведения старшина почувствовал своеобразный запах дыма онаши, но ее никто не курил и запах едва чувствовался. Курить тут вообще дозволялось только в строго отведенных местах, дабы не раздражать некурящих и не травить душу тем, кому запретил курить Улей. Имелись в Продажной любви комнаты, как для простого курения табака, так и кальянные кабинеты. Дымок, клубившийся в зале, исходил из курильниц для благовоний. Похоже, именно в курившуюся в них смесь кто-то подмешал толику легкого наркотика. Несмотря на то, что в Улье всем было наплевать, кто, чем травится, Феррум не являлся сторонникам такого баловства, но посчитал, что концентрация наркотического дыма в местной атмосфере слишком мала, чтобы обратить на нее внимание и уйти. К тому же фантастическая регенерация иммунных, способна достаточно быстро убрать последствия даже после полноценного злоупотребления травкой, если оно не перерастает в постоянное явление. Она и с чем-то посерьезнее справится. Главное чтобы психологической зависимости не завелось. Хотя и с ней возможны варианты. Есть разновидности ментатов и знахарей, способных проводить такие внушения, какие ни одному гипнотизеру и не снились. А есть еще и умельцы, способные влиять на разум с другими дарами. Чего стоят только нимфы, которых так боятся все мужчины. Озлобленная нимфа конечно страшна, но если она будет использовать свой дар на благо, то легко избавит мужчину от любой зависимости.

Пройдя в глубину зала, размышлявший о возможности напороться на нимфу в борделе Феррум и его товарищ, осмотрелись внимательнее и убедились, что своим внешним видом тут никого не смутят и не удивят. Камуфляжи всяких фасонов, горки и остальное милитари даже в подобном заведении Улья оказались в почете. Вон и несколько девочек щеголяет в урезанных до ширины портупее комках. На одной шортики и топ из камуфляжа, а на другой лифчик и юбка, из-под которой видно трусики, даже когда она просто стоит. Однако даже клиенты поголовно не носили милитари. Глаза цеплялись за нескольких оригиналов, в брендовых спортивных или деловых костюмах. Не удивительно, что их нашлось всего несколько. Для большинства статусные и дорогие в тех мирах шмотки, стоили тут меньше второсортного комка.

- Смотри какая, - дернул за рукав крестного Хотэй, кивая в сторону пышной во всех нужных местах, блондинки.

- Иди пока не заняли, - подтолкнул Ферр крестника и тут же остался один.

Мужчина еще раз окинул взглядом зал. Блондинки, брюнетки, рыженькие и девушки с не природными цветами волос вроде зеленого или розового. Худенькие, средние и довольно пышные. Есть даже настоящая толстушка, точно не уступающая массой Хоту в его первые дни в Улье. Бледненькие до подозрения, несмотря на условия Улья, в какой-то болезни и загорелые так словно их забыли на пару суток в солярии. Представительницы всех рас. Разве что представительниц коренного народа Америки не видно и черных африканок. Хотя, с последними рейдер ошибся. По крайней мере, одна негритянка в зале присутствовала точно. Просто Феррум увидел ее не сразу. Чернокожую проститутку заслонил собой, стоявший спиной к рейдеру и беседовавший с негритянкой широкоплечий мужчина.

Видимо не сошлись в цене или нашлись другие причины. Здоровяк отошел в сторону и направился к небольшой группке беседующих между собой женщин. Тут же открылся вид на почти обнаженную девушку с кожей, цвета эбенового дерева. Она сидела у барной стойки в какой-то стереотипно дикарской юбке из длинных серых волокон. Спортивное тело, длинные черные вьющиеся волосы, обнаженная не маленькая, но не обвисшая грудь и босые ноги. В ушах какие-то костяные серьги, а на шее ожерелье из клыков и когтей хищных животных, но не зараженных. Бижутерия возможно даже бутафорская, из пластика, а не кости, но смотрится натурально.

Чуть подумав, старшина решил, что такой экзотики у него точно не было, направился к чернокожей девушке. В какой-то момент мужчина поймал себя на том, что смущается, но тут же отбросил это чувство в сторону. В конце концов, она этим зарабатывает на жизнь, а у него не было интимной близости со времен Ули – с того момента как они со Стрыгой и остальными, отправились в качестве проводников в последний рейд группы Гранита. Не сказать, чтобы уж совсем давно, но срок очень даже приличный. Нет, девушки то среди спасшихся были и на Тройке работницы древнейшей профессии имелись, но не сложилось. Все как-то не до этого было.

- Привет, - поздоровался он, присаживаясь на соседнее место.

- Привет, - ответила она, обнажая в улыбке белоснежные зубы.

Стоит отметить, что таких зубов естественная природа создать не способна. В обычном мире подобное может сделать стоматолог, а в Улье, скорее всего только хороший знахарь. Большая часть из того, что сделает стоматолог, выпадет и заменится естественным. Вставные зубы, пломбы и все прочее. Разве что какие-то коронки могут уцелеть, да и то не навсегда, раз каким-то необъяснимым образом восстанавливается даже зубная эмаль. Да чего говорить про зубы, если у некоторых, но отчего-то не у всех, через несколько лет и татуировки напрочь сходят.

- Сколько, - решил не ходить вокруг да около мужчина.

- Горошина час, - пожала плечами девушка.

- Что-то дешево для этого заведения, - не смог сдержать удивления рейдер.

- Минимальная цена, я не одна тут такая, - девушка говорила на таком чистом русском, какой можно услышать только у людей, родившихся и выросших в среде достаточно грамотных носителей этого языка.

- Действительно минимальная и как я не заметил, - Феррум махнул рукой одному из двух трудившихся за стойкой барменов. - Пива! - показал один палец. - Чего даме? Или дама на работе не пьёт?

- Только с клиентом и не много, - предупредила негритянка.

- Я что не тяну на клиента? - удивился старшина.

- Вполне тянешь, но тогда должна предупредить, а заодно и узнаешь, почему горошина за меня такую всю тут уникальную и единственную на весь стаб чёрную, - она сделала паузу, подогревая интерес.

- Ну не томи, - Ферр получил бокал пива и пригубил.

- Споран, - объявил бармен цену за алкоголь.

Феррум с совершенно невозмутимым лицом, точно отдавал такие платежные средства за такую мелочь всегда, положил оплату на стойку, хотя цена его морально убила. Споран за пол литра пива. В том баре, где сидели до этого Ферр и Хот получили за аналогичную цену два литра отменного пива и закуску трех видов на выбор. Он, конечно, подозревал, что цены тут будут не как в оптовом магазине его родины, но чтобы их загибали больше чем в четыре раза, по отношению к далеко недешёвому бару.

- У меня дар убивать прикосновением. Если я захочу тебя убить, то мне достаточно коснуться тебя ладонью, - пояснила девушка, отчего её услуги стоят минимум, несмотря на экзотическую внешность.

- Но ты же управляешь этим? - старшина засомневался, нужна ли ему такая продажная любовь и задумался, не стоит ли ему последовать примеру здоровяка, что беседовал с негритянкой перед ним.

Естественно он не собирался ее мучать в постели, поскольку придерживался в этом плане достаточно традиционных взглядов и привычек, но мало ли. Откуда он знает, какие тараканы бродят в этой головке? Хотя раз она все же здесь, то тараканы должны быть достаточно смирные. Бордель, где клиенты мрут, а с этим ничего не делают, давно бы сожгли.

- Управляю и если не захочу, то никого не убью, но многих клиентов это отталкивает. Переживают, что как бы я не захотела их убить, не понимая, что и мне клиенты нужны как я им, - констатировала факт проститутка, без особой грусти в голосе.

- Так чего будешь? - решился Феррум.

- Масло, мне того же, - обратилась на прямик к бармену девушка.

- И вот что? Прямо кого угодно убить можешь? - не сдержал любопытства бывший милиционер, поняв, что встретил девушку с даром, похожим на второй дар его хорошего знакомого, можно сказать друга, по имени Сфинкс.

- Если бы развивала дар, пила горох и тренировалась, то дар был бы гораздо сильнее. Так же бегуна или может лотерейщика смогла бы, если вести речь о зарах. Если же прикидывать на иммунных, то рейдера, активно бродившего по кластерам с полгода или больше, с одного раза уже точно не убью. Будет плохо, но выживет, - охотно ответила продажная женщина и кивком поблагодарила бармена, получая бокал с пивом аналогичный тому, что держал в руках любопытный рейдер.

- И что же ты его не развиваешь? - подивился старшина, вкладывая на барную стойку ещё один споран.

- Зачем? Мотаться по кластерам и лапать зараженных желания нет. Мне нравится здесь, - она улыбнулась и добавила. - Пара клиентов за вечер это, конечно, по меркам наших девушек мало, но мне на живчик и еду хватает.

- Прибедняешься, - не поверил ей Феррум про еду и живчик.

- Половина отходит хозяевам заведения, - не смутилась дама.

- Добрый вечер, - к ним подошла дама, на теле которой с одеждой оказалось значительно богаче, нежели у прочих дам в зале.

- Привет. Вы мамка? - выразился определениями своего мира Ферр.

- Администраторша, - поправила его женщина с вежливой улыбкой.

- Минуту, - старшина достал из кармана небольшой пластиковый цилиндр, удобно подходивший под горох, и выкатил на ладонь две штуки. - Два часа.

- Господин не любит торопиться, - снова улыбнулась администраторша, вполне способная занять место проститутки и наверняка делавшая это в некоторых случаях.

- Совершенно верно, - согласился с её утверждением Феррум.

- Приятного вечера, - мамка заторопилась к призывно машущему ей рукой мужчине, судя по виду и наличию девушки рядом, тоже клиенту.

- И что же мне можно? – окинул на показ оценивающим взглядом, сделанное только что приобретение Ферр.

- Всё что хочешь. Всё что хочешь, милый мой, - пропела красотка, хорошо оставленным голосом, строчку из припева знакомой старшине песни.

- Прямо вообще все? - в полушутливом тоне спросил старшина.

- Ну, пожалуй только не кричи что ты Себастьян Перейра торговец чёрным деревом, - перешла на аналогичный тон негритянка.

- О. Пятнадцатилетний капитан. Читала Жюля Верна? - искренне удивился бывший милиционер.

- Нет. Это мой любимый фильм. Первый раз смотрела в юности и пару раз пересматривала даже тут, - ответила женщина.

- Фильм. Точно. Я как-то про него и забыл, - покивал старшина не став говорить, что такого фильма припомнить не может. – Ну, да бог с ним. Я Феррум. Можно Ферр. Как зовут тебя?

- Как захочешь, так и называй, - пожала она плечиками.

- Вот только этого не надо, - бывший милиционер скривился, так, словно пришлось разжевать лимон целиком.

- Из-за цвета кожи меня окрестили Эбеной, но здесь для красоты меня зовут в честь певицы Эворой, - решила правдиво представиться женщина.

- Ну, тогда веди меня в номер Эбена, - улыбнулся проститутке Ферр и вылез из-за стойки с полупустым бокалом.

Мужчина успел заметить, что гости частенько уходят из зала со своими спутницами на час, забирая со стола бокалы и бутылки. Некоторые не утруждали себя, а велели перенести напитки и закуски официантам и официанткам. Не мудрено. Когда пол-литра пива стоит не много не мало, а споран, то легко представить, сколько стоит бутылка чего-то эдакого.

Эб последовала примеру клиента, то есть вылезла из-за стойки, забрав пиво, и обогнав мужчину, развратно виляя бёдрами, повела его к одной из двух лестниц на верхние этажи. Феррум хотел предупредить Хотэя, что загулял на два часа, но полного кипучей энергии бывшего толстяка уже и след простыл. По всей видимости, сразу увёл первую же приглянувшуюся даму в апартаменты и теперь делал с ней всякое.

Следом за чернокожей красавицей старшина поднялся на третий этаж. Она привела его в комнату с низкой большой кроватью. На полу вместо ковра лежала шкура зебры. На стенах висели или подлинные африканские маски или что-то на них сильно похожее. С одной стороны кровати стояло чучело леопарда, а с другой какой-то резной столик. В дальнем углу с потолка свисала имитация толстого удава и лиан. Попади такой удав в Улей, бесспорно, переродился бы. Ну, если бы не приобрел иммунитет.

- Так чего пожелает мой белый господин? - входя вслед за Феррумом, Эб заперла дверь с имитацией под собранную из жердей и веток, и повернувшись к клиенту, хищно ощерилась, словно собиралась не сделать свою работу, а уподобившись людоедам вкусить человеческой плоти.

По прошествии двух часов уставший, но сияющий как начищенный медный чайник Ферр, с не менее довольной Эбеной под локоток, спустился обратно в зал. За прошедшее время старшина успел сполна воспользоваться продажной любовью негритянки, отдохнуть, валяясь на кровати и ведя неспешный разговор, а после снова выложился так, будто какой-то норматив сдавал. Чёрная леди тоже отдавалась делу полностью, а не отбывала повинность. Умений для постели от Улья ей не досталось, но это был тот самый случай, когда они ничуть не требовались. Горошины за столь прекрасно проведённое время рейдеру оказалось не жалко.

Во время перерыва, лежа на постели, на спине с заложенными под затылок руками, Феррум успел выслушать, что экзотическая дама не такая уж и экзотическая. Мама у нее, оказалось, была русской и соответственно сама она являлась на половину этой же национальности. Откуда точно приехал папа, даже мама не знала. Было это в олимпиаду 80, но он не был спортсменом, а занимал какую-то должность при команде. Мама тогда из небольшого городка Московской области сбежала, чтобы посмотреть на олимпиаду. Мама и папа переспали всего несколько раз, а может даже и один раз. После чернокожей юноша исчез из жизни женщины, оставив подарок. Саму ее вернул домой, бушевавший по поводу побега, отец.

Через девять месяцев родилась здоровенькая и крепкая малышка. Все бы хорошо, да вот только девочка уродилась цветом кожи в отца, и жизнь уготовила ей не легкую судьбу. Ещё до попадания в Улей стала экзотической проституткой. Случилось это в середине девяностых ее мира, когда Эб еще и восемнадцати не исполнилось. Случилось это не от хорошей жизни. Деваться оказалось некуда. Девочка, одновременно доучиваясь в старших классах, таким образом, кормила себя и еще трех членов семьи. Свою, никогда не бывавшую за мужем мать одиночку, не получавшую даже той нищенской зарплаты, что ей причиталась на ткацком заводе. Маленького брата, учившегося в младшей школе. Деда, получившего травму и прикованного к креслу каталке, получавшему нищенское пособие по инвалидности так же редко, как мать зарплату.

Однако девочка на улице не работала ни единого дня. Ее присмотрел державший салон сутенёр, который за дорого продал девственность несовершеннолетней негритянки. Она не одна у него была такой. Сутенер регулярно сманивал на такую работу девочек из старших классов школ и с первых курсов других учебных заведений. Работа чернокожему подростку почти сразу же стала приносить удовольствие. Не только красивые вещи и дорогая еда, что было после, но и сам процесс.

Потом случился Улей. Эбене, еще носившей другое имя, тогда уже исполнилось двадцать. Выжившие братки, за несколько лет превратившиеся из бандитов в пузатых бизнесменов с легальными делами, и отдыхали в ту ночь с девочками. Вообще все, кроме негритянки, обернулись в пустышей. Там у половины имелось оружие, но Эб пользоваться им совершенно не умела. Когда к ней в руки попал пистолет, она его даже с предохранителя снять не смогла. Искусали ее тогда, будь здоров, но она забила одного пустыша пистолетом, как молотком, вылезла в окошко и сумела сбежать.

Половину ночи голая девица металась по зараженному городу, спасаясь от медлительных пустышей и только начинавших свой путь развития, бегунов. Ей очень повезло, что кластер, в котором она попала в Улей грузился так удачно, что в первые дни не интересовал развитых заражённых. Первые муты извне приходили в этот кусок города не ранее, чем на второй день. Просто относительно недалеко, практически одновременно с ним, грузился большой животноводческий комплекс, куда и стремились все твари. Ведь, как известно мелкие животные и травоядные для заров самая вкусная еда. Рядом с ней даже иммунные пасуют.

Группа рейдеров ей встретилась только утром. Они разграбляли какой-то охотничий магазин, в коем помимо всякой одежды имелось немного патронов, ножи и пара охотничьих ружей. Поняв, что Эбена иммунная, они не убили ее и не стали гнать. Мужчины напоили ее живчиком, умыли, объяснили, куда она попала, помогли выбрать одежду из того, что имелось в магазине. Сама-то она в таких вещах не понимала. Вот отличить брендовую сумочку от подделки под нее могла, а тут никак. Не было нужды. Она же если и ездила на охоту или рыбалку, то не дальше охотничьего домика, где выпивали, решившие поохотиться полукриминальные бизнесмены, милицейские чины или чиновники из администрации города.

Пояснив, что спасение надо отрабатывать, Эбену нагрузили рюкзаком с добром из того же магазина. Она не роптала, хотя к таким тяжестям не привыкла, ведь понимала, что выживет, только если будет слушаться этих мужиков. Потом девушку отвели в безопасное место и там, на ночной стоянке хором поимели. Эб не жаждала этого секса и даже удовольствия не получила, но не сопротивлялась и сделала вид, что ей хорошо. Лишь бы к людям вывели, а делать вид, что ей хорошо, этой женщине было не привыкать. Секс она, как и упоминалось, любила, но случались в ее жизни случаи, когда клиенты были противны. Однако раньше права отказывать, как в борделе Продажная любовь она никогда не имела.

Утром они снова тронулись в путь. Мужчины сказали, что к вечеру будут в стабе, да вот только в стаб никто из них так и не попал. Группа столкнулась со следовавшим на родной кластер Эбены, одиноким раненым рубером. Раны рапана имели характерный вид, по которому можно было предположить, что зараженному не повезло на кластере с животноводческим комплексом. Его там порвал кто-то с большей или как минимум, не меньшей силой. Вот и пришлось руберу отправляться на этот кластер раньше времени.

Рубер хоть и оказался серьезно ранен, но группе, у которой в наличии имелась только пара арбалетов, да гладкоствольный карабин Сайга двенадцатого калибра, с ним было не совладать даже в мечтах. Понимая, что уйти, не выйдет один из мужчин пиннул Эб в голень, так что сбил с ног и велел всем бежать в разные стороны в надежде, что пока монстр поедает негритянку, остальные разбегутся и хоть кто-то спасется. Жестокий, но по-своему рациональный поступок. Возьми ее кто-то с собой и не ушел бы вообще никуда, поскольку девушка едва волочила ноги.

Однако рубер посчитал, что обмочившаяся от ужаса и не способная встать добыча, никуда не денется и буквально перепрыгнул через Эбену, бросаясь за одним из мужиков. Тот бегал быстро и рапан догонял его пару минут, а потом бросился за вторым, убежавшим в другую сторону. Пока высокоразвитый мутант бегал за мужиками, Эб приметила щель, образовавшуюся на границе кластера, что проходила в нескольких метрах от нее и сумела в нее забиться. Попробовать убежать, и в мыслях не было. И не только потому, что негритянка оказалась слаба. Ногу ей отбили, так что она на нее встать не могла, хотя перелома не случилось.

Сидя в этой щели, Эбена слышала, как стреляло ружье, и только сильнее сжималась, стараясь вжаться в землю. Каким-то чудом, вернувшийся рубер ее не нашел. Он точно возвращался, хотя она его и не слышала. Рапан двигался не хуже кошки. Девушку из ее убежища выгнало только споровое голодание. Пересилив страх, она пошла туда, куда побежал тот, кого зар догонял первым. На месте гибели мужчины, среди останков, она нашла клюв и один единственный споран. Это и позволило девушке выжить, да добраться до стаба. Только был это не Каменистый, а какой-то клоповник, но в нем тоже имелся бордель, в котором за девушек заступался хозяин и его подручные.

Дальше проститутка рассказать не успела. Феррум успел отдохнуть, почувствовал, что может еще и ей пришлось возвращаться к своим обязанностям. Отлынивать от них он ей не дал до самого конца и даже на несколько минут дольше, ну да на секундомере тут время никто не замерял, так что пенять на это ему никто не стал. Тем более, сама девушка не возражала и лучилась довольством. И выговорилась, как давно не бывало, и секс с симпатичным мужчиной вышел что надо.

Внизу в зале старшина Хотэя не увидел. Поинтересовался на выходе и ему сказали, что с полчаса назад вышел мужчина, который просил передать, что будет ждать рейдера по имени Феррум снаружи. Тогда бывший милиционер забирал свое оружие и снова ощутил блаженство. В этот раз от возвращения когтя скреббера. Как только в его руках оказался подсумок с этим предметом он ощутил, что вернулось то, чего не хватало. Возникло чувство собственной целостности. Удовольствие получилось, пожалуй, не меньшее чем то, что испытал в постели с Эбеной, но все же иное.

Выйдя на улицу, Ферр нашёл крестника, сидевшего на лавочке под фонарём и блаженно жмурящегося на электрический свет мощной лампочки. Выглядел подопечный и верный товарищ довольным, точно обожравшийся хозяйкиной сметаны кот. Пояс со штатной милицейской кобурой с ПМ внутри, застегнутый висел колечком на плече парня.

- Приведи себя в порядок, и пойдём в гостиницу, - ухмыльнулся Ферр такому его расслабленному виду.

- Хорошо-то как, - констатировал он, вставая и сняв с плеча ремень, опоясался им поперёк ещё далеко не осиной талии.

Глава 5

Глава 5 (день 115):

Без приключений добравшись до снятого номера, парни занялись своим оружием. Все ещё на форпосте 3 вычистили точно кот, которому нечего делать, свои бубенцы, но решили проверить и протереть еще раз. Заодно решили разрядить еще не разряженные магазины, чтобы дать возможность пружинам какое-то время побыть в естественном положении. Иначе с этой частью оружия может случиться беда. Потеряет свою силу и станет подавать не все патроны из магазина. Сам Феррум такого не видел, но считал подобное вполне возможным и предпочитал не рисковать на пустом месте. Тем более, когда можно на случай внезапного ЧП приготовить револьвер с ружейными патронами, снаряжёнными пулей Бренеке. Пусть один на двоих, но на ночь в спокойном городе хватит для уверенного сна.

Так как пришли за полночь, а легли и того позже, то встали не рано. Старшина проснулся без будильника, чуть ли не с рассветом, но решил не будить, похрапывающего на койке у противоположной стены номера, товарища и в итоге сам придремал еще на несколько часиков. Проснувшись в очередной раз уже значительно ближе к обеду, Феррум поднял напарника. По военному быстро умылись в маленькой раковине, но с горячей водой. На пояс повесили ножи и пистолеты. Хотэй снарядил магазины к ПМ и вернул его в кобуру. Ферр Гюрзу трогать не стал, а повесил на себя кобуру от револьвера с патронташем забитым пулевыми патронами, да подсумок с заточенными гвоздями. Еще старшина пристроил к гвоздям Клык, обещая себе, что обязательно в ближайшие дни найдет человека, что приделает к нему ручку, как хотел и получит нож.

Мужчины перекусили в ближайшей кафешке и, глянув карту Каменистого, отправились через госпиталь в контору ВОХР, чтобы, наконец, наняться на работу. Увидеться с Пандой не вышло. Со слов дежурившего в приёмном покое медбрата и она, и Весельчак уже приступили к своим обязанностям и оказались плотно заняты до обеда. Прийти к ним оказалось можно или в обеденный перерыв, что продлиться всего час или вечером, после семи. Старшина оставил девчонке записку, в которой сообщал, что с семи до восьми вечера будет ждать в ближайшем к госпиталю кафе, и они с Хотом отправились в офис вооружённой охраны.

В западной части стаба их встретила территория наподобие воинской части, обнесенная двухметровым забором из бетонных плит с колючкой поверху. Каждые 150 метров, забор из плит прерывался немного вынесенной вперед бетонной башней, высотой в четыре метра с бойницами и наверняка круглосуточно дежурящими внутри часовыми. Помимо башен имелось КПП с воротами для въезда транспорта и проходной. Перед КПП находилось дополнительное укрепление из блоков и мешков с песком. КПП, блоки и даже мешки, местные затейники выкрасили в камуфляжную расцветку с закосом под Флору, что добавляло сходства с ВЧ.

Рейдеры предъявили на входе свои гостевые, сдали пистолеты. Их досмотрели, но ножи и Коготь оставили. Гвозди на всякий случай, тоже приняли на хранение. О даре Ферра не спрашивали, но явно догадались, что заточенные железки при нем не просто так. Получив вместо сданного оружия жетоны с номерами, вошли на охраняемую территорию. Бойца им в сопровождение не выделили, но дорогу пояснили и предупредили, что шататься по территории просто так не стоит. Церемониться никто не будет. Запросто могут обеспечить перенасыщение организма свинцом, если встретят там, где ходить посторонним не положено.

Путь оказался не сложным. От КПП тянулась прямая дорога, от которой ветвями дерева отходили дорожки в дальние части территории. На небольшом расстоянии от дорог тянулись невысокие деревья и подстриженные кустарники, за и под которыми прятались оборудованные окопчики для одиночных бойцов и небольших групп.

Несмотря на насаждения по дороге, Феррум успел приметить кирпичные здания, обозначенные как учебные корпуса, склады, казармы и гаражи. У одного из гаражей стоял танк. Не современный, а что-то периода самого начала Второй мировой войны. Ферр не разбирался, но вроде бы что-то вроде БТ. Вдали виднелась площадка с одиноко стоящим под открытым небом вертолетом Ми-24. Той самой рабочей лошадкой войны, что в мире старшины и многих других мирах окрестили Крокодилом. С противоположной стороны от вертолета и гаражей с танком, на не меньшем расстоянии удалось рассмотреть две коротких улочки, выстроенных из грузовых контейнеров, выкрашенных в вездесущую тут флору и земляные насыпи, огораживающие относительно небольшое стрелковое поле.

Центральная дорога привела к большому плацу, на противоположной стороне которого бетонным монолитом стоял штаб ВОХР, с венчающей его толстой и высокой башней. Башню в свою очередь венчало несколько антенн, обеспечивающих устойчивую радиосвязь не только на всем стабе, но и ближайших кластерах. Связь даже до всех четырех форпостов добивала, если где-то во внутреннем радиусе не начиналась перезагрузка. Разумеется, перед входом в столь важное здание расположился еще пост охраны. Постовой не стоял, как это принято в армии, а сидел на стуле, но при виде посторонних поднялся и проверил документы. После этого он пояснил, как сориентироваться внутри и пропустил мужчин.

Перед кабинетом кадровика имелось две небольших очереди. В одной стояли люди с жетонами с биржи и эти проходили вперед. Крестному с крестником пришлось подождать пока пройдут все они, а после все, кто оказался во второй очереди перед ними. Хорошо хоть с жетонами с биржи никто более не подходил, а то можно было бы простоять до самого вечера. Видимо все пришли с утра, а не отсыпались как некоторые, и оказалось их не так много. Правда пока ждали, подошло ещё несколько человек, и встали за ними, но они напарников не беспокоили.

В кабинет отдела кадров первым отправился Феррум.

- Разрешите, - Ферр приоткрыл дверь и сунул голову в помещение.

- Заходи, присаживайся, - махнул рукой мужчина в камуфляже местной ВОХР и направился к чайнику. - Пришёл устраиваться в охрану? – спросил, уже нажимая клавишу включения электроприбора.

- А к вам ещё зачем-то приходят? - не удержался от вопроса Феррум, усаживаясь на гостевое место у рабочего стола.

- Ну, раз в охрану, то тогда на столе контракт. Бери и читай. Там все черным по белому и простым языком, - проигнорировал вопрос хозяин кабинета.

Пока кадровик делал себе чай и неспешно пил его, Ферр прочёл контракт и заполнил анкету, в которой требовалось расписать свои дары Стикса и полезные для солдата умения, принесенные из прежнего мира или приобретённые уже здесь. После, правдивость написанного требовалось подтвердить под даром ментата. Хозяин кабинета как раз и оказался слабеньким живым детектором лжи, о котором говорил Викарий. Вот этот действительно мог распознавать только прямую ложь, ему требовались односложные ответы и телесный контакт. Мужик все время держал ладони Ферра в своих руках, пока тот отвечал на заданные вопросы.

- Выйдешь из штаба и иди налево. Там увидите ваше общежитие. Оно из контейнеров, но жить можно. Тем более это только на три недели учебки. Как только закончите с учебкой, переведут в нормальную казарму с кубриками. Как разместишься, или перед этим, топай на склад. Получишь обмундирование: форму, головной убор, обувь, рюкзак, разгрузку, бронежилет и каску. Даже если есть свое, все равно получай, на строевых смотрах нужно быть в том, в чем положено. Можешь выйти в город, но в десять, то есть двадцать два, ноль, ноль, КПП закроют и откроют только в шесть, а в шесть уже будет первое построение. В последний день ты пришёл, так что покутить еще ночку в городе не выйдет, - разъяснил обстановку кадровик, пока выписывал временный пропуск через КПП. - На вот пока. Если не свалишь через пару дней или за что-нибудь не выкинут, то сделают документы ВОХР, а пока со справкой походишь, - добавил он, вручая заполненный формализованный бланк.

Феррум никуда не пошёл в одиночестве, а дождался крестника у входа штаб, пытаясь беседовать с оказавшимся не болтливым постовым. Уже вместе мужчины отправились сначала на КПП за своим оружием, а после к новому месту временной дислокации. Как и приметил издали, имелось две улицы из грузовых контейнеров. Поставлены на большой, залитой бетоном общей площадке. В ряду по десять домов контейнеров, но они стоят в два этажа. У верхних этажей над выходами навесы, а под площадки, что служат навесами нижним этажам. С обоих концов каждого ряда лестницы. Контейнеры заварены и в них прорезаны новые двери. Крайние ряды обращены входами в середину, а два средних ряда приставлены тылами друг другу и противопоставлены входами крайним. Линии электропередач не видно, но контейнеры явно электрифицированы, поскольку над каждым входом красуется плоский диодный осветительный прибор.

Выяснив, что один контейнер обозванный сослуживцами люксом, рассчитан на троих, мужчины выбрали пустой и заселились в него. В помещении, к задней стене оказался приварен оружейный шкаф с предлагавшимся навесным замком и тремя ключами. Каждому обитателю по одному. У одной боковой стенки оказалась сварена и приварена двухъярусная кровать с панцирной сеткой. У второй стенки кровать стояла одноярусная, но над ней под потолком сварили объемную полку для вещей. На этой полке нашлись три стандартных для армии России девяностых или СССР ватных матраса, три синих одеяла с поперечными полосками на одном конце и три подушки, которые можно было смять в помещающийся в подсумок комок. Ещё в помещении имелось три деревянных тумбочки, три табуретки, да откидной столик для чистки оружия.

Даже умывальника в этой комнате, в отличие от оставленного гостиничного номера не имелось. Мыться предстояло в дальних контейнерах в ряду. Там и на первом, и на втором этаже, оказались оборудованы разделённые перегородками душевые, имелись умывальники, и даже стояло по паре стиральных машин. Туалет стоял отдельным контейнером, с десятком посадочных мест над пованивающей дерьмом и хлоркой, глубокой ямой. Что примечательно, над входом в туалет висела табличка, призывающая следить за оружием, чтобы оно не улетело вниз в известную субстанцию.

Раскатав по двум кроватям матрасы, мужчины представились соседям и, обозначив перед ними, что в этом контейнере заняты две койки, отправились сначала на склад. Там помимо всего упомянутого кадровиком, получили еще и постельное белье. Новенькое, но один комплект на весь срок учебного курса, соответственно на три недели. Хочешь, стирай хоть каждый день, а хочешь не стирай все три недели. Ну, или покупай в городе за свой счет и меняй на новое с любой частотой.

Отнесли вещи в контейнер и заправили кровати. Прикинули по времени, что до обеда с гарантией успевают и, не переодеваясь, потопали в город освобождать гостиничный номер от своего добра. На КПП немного задержались и на правах будущих сослуживцев поболтали с мужиками, что оказались поразговорчивее постового у штабного здания. В процессе выяснилось, что на территории местной ВЧ расквартирован не только ВОХР, но КБС, то есть комитет безопасности стаба. У них есть здание в городе и бойцы в основной массе живут кто где, но есть и казарма, где при нужде всех можно собрать при повышенной боеготовности, ну и где все же живут несколько человек. Танки, а их целых три, БТРы, БМП и вертолет, принадлежат комитету. У охраны, только несколько разных армейских бронеавтомобилей и переоборудованные под Улей простые машины. Впрочем, основная нагрузка именно на переоборудованные под Улей машины и ложится. В основном именно они и сторожат рейды поставляющие все в стаб.

Однако КБ тоже не бездельничает. Минимум один их БТР сопровождает любой рейд стаба. В патрулировании территории они тоже участвуют, хотя основную массу патрулей и в стабе и за ним, все же составляет именно ВОХР. Просто потому что вооружённой охраны тупо больше. КБС вроде как элитные войска, коих в большом количестве не натренируешь и в постоянной форме поддерживать не сможешь. Их всего-то рота со штатом, не превышающим сто двадцать человек. ВОХРовцев же восемь рот, соответственно два батальонасо штатной численностью до девятисот шестидесяти человек. Общего числа, тысяча восемьдесят бойцов при полном штате, для охраны самого Каменистого, патрулирования округи и дежурств на форпостах с натяжкой, но хватает, а вот к зачисткам кластеров, когда это нужно, стабу уже приходится привлекать рейдеров, за долю в добыче и с компенсацией боезапаса. Стабским старшим хотелось бы набрать побольше ВОХРовцев, но при этом не хотелось затягивать пояса и изыскивать на это дело финансы, так что обходились привлечением рейдеров.

Когда мотнулись до гостиницы, ускорив процесс с помощью наемной велорикши, и вернулись из города, то увидели, что в их люксе появился третий жилец. Это был детина, рядом с которым и Волот, скорее всего покойный глава Башни, не смотрелся бы великаном. Мужик от природы имел рост точно за два десять, скорее даже ближе к два двадцать, наверное, метр ширины в плечах и вес под двести килограмм, а то и чуть больше. Причем большую часть веса приходилось не на жир, как когда-то у Хотэя. Не культурист, на лицо солидный живот, но руки толщиной в ногу обычного человека и то не жир. Натуральный человек-гора. Ферруму доводилось видеть таких только в фэнтази фильмах. Дополняло картину лицо, сочетающее доброе и чуть глуповатое выражение, с квадратной точно кирпич нижней челюстью супергероя американских комиксов. Как последний мазок совсем короткие, реденькие и жиденькие волосенки соломенного цвета липли к голове.

- Я Бугай, - с простодушной улыбкой представился детина, встречая своих новых соседей и тут же спросил. - А как вас зовут?

- Я Феррум, а он Хотэй. Ты чего к нам решил подселиться? - решил не тянуть кота за хвост и сразу выяснить все старшина, не собиравшийся как полностью изолироваться от окружающего его общества, так и тянуть в свой ближний круг кого попало.

- Так это. Оно как. Меня другие не берут. Говорят я дебил и много места занимаю. Да только я не тупой, а что места много занимаю, так я большой и сильный, - с детской непосредственность высказался самоназначенный сосед.

- Сколько тебе лет, детинушка? - продолжил опрашивать Бугая Ферр, рассматривая того не без интереса.

- Двадцать два, - потупился здоровяк, точно красна девица.

- В армии, стало быть, служил? - кивнул Феррум, не без оснований надеясь на положительный ответ.

- Нет. Не взяли. Говорили, отстаю в развитии, - великан вообще залился краской и стал лицом похож на помидор.

- Стрелять-то хоть умеешь? - продолжил расспросы немного разочарованный, но не поставивший креста на человеке старшина.

- Не стрелял никогда, - здоровяк съежился, и, казалось, готов залезть под кровать, только что бы прекратить допрос.

- А оружие то есть? – Ферр спрашивал, уже зная, какой его ждет ответ.

- Да. Топор, - чуть воспрявший мужик показал на пристроенный в углу лесорубный топор на длинной рукояти.

- Ну, автомат-то тебе дадут, но что стрелять не умеешь плохо, - по итогу разговора Феррум все же решил пока не гнать от себя это чудо природы.

Возможно, что им с Хотэем не помешает такой соратник на службе. В крайнем случае, из него выйдет прекрасный мул, способный утащить на себе как дополнительное вооружение так изрядный запас боеприпасов. Возможно, еще и дар у гиганта хотя бы не бесполезный, но помня о том, что без веской причины это не прилично об этом Ферр спрашивать, пока не стал. В целом бывший милиционер решил завести если ни надежного соратника, то союзника приложить и к этому некоторые усилия. Тем более, если выпроводить этого, то, как бы следующий сосед не оказался хуже. Хотя теоретически его может и не случиться, ведь свободных мест достаточно. Есть даже полностью пустые контейнеры.

- Как-нибудь сумею, - вздохнул здоровяк прекрасно понимавший, что это слабое место, из-за которого он пусть и не с большой вероятностью, но все же может даже вылететь и попасть на отработку неустойки.

- Хот, я вот тут думал на стрельбище местное сходить. Давай Бугая с собой возьмем. Дадим пострелять, а то не дай Улей погонят его из ВОХРы за то, что стрелять совсем не умеет, - скорее озвучил готовое решение, нежели поинтересовался мнением напарника старшина, при этом невольно озвучивая опасения нового знакомого.

- Давай, - пожал плечами узкоспециализированный сенс.

- Ну, тогда раскладываем вещи, кто не заправил заправляем кровати, потом переодеваемся во флору и пойдем узнавать насчет того, как тут пострелять. Если пустят на стрельбище, по магазинчику сами отстреляем чтобы на местности освоиться, да вспомнить оружие, а то уж несколько дней не стреляли. И я со своего автомата дам Бугаю пострелять, - озвучил план действий на остаток дня Феррум.

Так и сделали, но после наведения порядка в люксе и переодевания случился перерыв на обед, в процессе, которого новички вооруженной охраны выяснили, где находится столовая и познакомились с еще несколькими будущими сослуживцами. Со слов новых знакомых выходило, что некоторые из будущих соратников по службе куковали уже пять дней. Именно тогда закончился перерыв в наборе. При этом люди радовались, что набор оказался не большим и закончился за пять дней. Чаще бойцов набирали месяцами и новобранцев учили не толпой в 50 человек, как будут в этот раз. Их обучали по отделению за раз, то есть по 10 человек. Такую численность в ВОХР стаба имело отделение и при этом делилось еще на две пятерки, иначе называемых командами. Кормили в столовой пусть ни как в ресторане, но вполне достойно. На уровне хорошей столовой при каком-нибудь предприятии. Выбор из нескольких блюд и не детские порции. Так что ели со всем удовольствием и нахваливали местных поваров.

Вход на то, что тут именовали полигоном, не был свободным, на нем постоянно дежурил вооруженный солдат из ВОХР. Он сидел в будке и давал расписаться всем, желающим пострелять, в журнале техники безопасности, а заодно и кратенько рассказывал базовые постулаты этой самой техники безопасности. Оружие на людей не направлять. Стрелять только в сторону мишенного поля. Ну и так далее. У него же и несколько мишеней из толстого картона получили. Что характерно бесплатно. Видимо, шло обеспечение ими за счет средств администрации стаба.

Полигон представлял собой добротно обвалованный участок местности, длинной в пятьсот метров и шириной в триста. Самый высокий вал, высотой около пяти метров, расположился за местом расположения мишеней, что не мудрено, раз стрельбище находится в городе. Пусть в той стороне, в нескольких метрах от вала, глухая стена территории ВОХР, а за ней обнесенный колючкой пустырь до самой городской стены. Но все же устраивать стрельбище прямо в городе, по мнению Феррума, было довольно опасно. Хотя свое удобство в этом явно имелось. Тех же новичков за город каждый день таскать не надо. Тем более этим и наличие пустыря обосновывалось, хотя, ходили слухи, что под ним спрятан какой-то секретный бункер. Вроде как в нем верхушка стаба пересидит опасное время, в случае если стены города не устоят. Опять же по слухам, вход в бункер находился где-то на территории ВЧ, а пустырь был заминирован. Возможно, именно по этому, а не из-за беспокойства о попадании случайной пули со стрельбища в постороннее лицо его периметр охранялся.

Бугаю стрелять вот так сразу никто не дал. Он несколько раз разобрал и собрал автомат, что казался детской игрушкой в его лапах. После следуя командам Феррума, здоровяк усердно изображал, как стреляет по мишени, имитируя все необходимые действия. То есть вставал в стойку для стрельбы стоя, присаживался на колено, укладывался на брошенный, на землю коврик из пенки, передергивал затвор, целился и делал вид, что осуществляет несколько выстрелов. После отмыкал магазин, словно у него закончились патроны, совал его в карман, а вместо него присоединял второй, тоже полностью пустой магазин. Далее снова следовало досылание патрона в патронник и имитация стрельбы. По окончании, доклад и демонстрация пустого патронника и магазинов.

Всё это время Хот свысока смотрел на своего нового товарища, хотя ещё совсем недавно, только не тут, а на кластерах он занимался ровно тем же самым. Старшина не проявлял большой фантазии в обучении и учил сам, так как по его воспоминаниям учили его еще армии, что было довольно давно, но впрочем, ничуть не забылось.

Когда Ферр убедился, что Бугай все действия с оружием делает правильно, то показательно сам отстрелял два раза по половине магазина с перезарядкой, но без каких-то тактических изысков. Просто по-солдатски. Всеми этими тактическими способами перезарядки Феррум не владел и относился к ним с некоторым подозрением. После, точно это же упражнение из положения лежа, по командам старшины, проделал Хотэй и наконец, пришел черёд здоровяка. Бывший милиционер буквально стоял над ним, не давая Бугаю сделать ни единого лишнего движения, как когда-то над самим старшиной стоял его армейский сержант. Получилось все как надо и мужчины решили, что для первого урока хватит.

Глава 6

Глава 6 (день 116):

Утром. Ровно в 6:00 по стабскому времени, мирный быт апартаментов класса контейнерный люкс на трех солдат, наполненный тихим сопением Бугая и похрапыванием Хотэя, разорвал сигнал к побудке. Мерзкий электронный звук раздавался на улице, но легко проникал сквозь стены со слабой звукоизоляцией, вызывал желание закрыть уши руками и бежать, куда подальше от этого всего.

- Подъем, обезьяны шелудивые!!! Или я приду к каждому лично и пну под сраку так, что говно изо рта вылетит!!! - орал чей-то голос, на порядок усиленный мегафоном.

- Что такое? - стал точно большой сонный ребёнок тереть глаза здоровяк, попавший под шефство Феррума.

- Давайте быстро одевайтесь. Это тут так первый день начинают, - вскочил с постели старшина, подозревавший, что что-то около этого и будет.

- Если через пятнадцать минут какой-то выкидыш пустыша не будет стоять передо мной, то я его засуну обратно в ту сраку, из которой он при рождении выпал, - продолжал голосить через мегафон их только обретенный наставник и воинский начальник.

Будильники завели и соответственно встали до подъёма всего несколько человек. Феррум тоже вчера думал о будильнике, но так его и не приобрел. Сначала в городе болтал с жаловавшейся на судьбу поломойщицей и уборщицей уток, но все же решившей потерпеть и продолжить трудиться в госпитале Пандой. Потом ходил в Продажную любовь. В этот раз Эбэну в зале Ферр не нашел, но не расстроился и присмотрел другую женщину торговавшую любовью. Сейчас выбор пал на роскошную блондинку с грудью четвертого размера, говорившую с финским акцентом и облаченную наподобие фэнтезийное воительницы. Топик с закосом, броне лифчик, стринги с поясом с какими-то бляшками и какая-то диадема с крылышками, видимо заменявшая шлем. Все блестит, но не звенит.

За эту полуголую валькирию пришлось отдать две горошина за час и в итоге старшина решил, что оно того не стоило. Дама делала все с огоньком, и умений ей хватало, да вот только она все равно чем-то уступала чёрной полукровке. Складывалось впечатление, что имеешь дело с дешёвой копией. В итоге Феррум не провел в комнате и часа, за который заплатил. Сделал свое дело, удовлетворился, разрядился и ушёл. В этот раз он, сидя на лавочке под фонарём дожидался Хотэя. Благо тот тоже снял женщину на час, и продлевать не стал. Оттуда они прямиком отправились в ВЧ, и про будильник старшина вспомнил, когда прошел через КПП. Возвращаться не стал, поскольку время подходило к его закрытию, и без специального пропуска, какой есть только у штабных посыльных, офицеров и бойцов КБС их никто бы не пустил. Вот получившийся и закономерный итог. Просыпаются от рева сирены и под крики в мегафон.

Довольно быстро собравшись, Феррум с товарищами выскочил из контейнера. Бугай на ходу застегивал брюки, при этом держа в руках ремень с фляжкой с живцом и волоча под мышкой свой топор. Феррум застегнул пояс с револьвером и забрал у здоровяка топор, дав тому возможность нормально использовать обе руки. В итоге они оказались на построении далеко не последними и экипированными излишне. Никто из их троицы не поинтересовался как, в какой одежде, строиться заранее, а самые прозорливые это сделали и стояли на улице обнаженные по пояс сверху.

Однако Ферр, Хот и Бугай оказались не самыми нагруженными. Многие не просто напялили полную форму, и прихватил ножи с короткостволом, а приволокли с собой рюкзаки и, те у кого они имелись, длинные стволы. По этой причине троица не побежала переодеваться сразу же, а решила дождаться развития событий. Логика подсказывала Ферру, что правильно с голым торсом, но на армейской и похожей службе логика частенько дает сбои. Помнится во время его службы в ВС РФ, вместе с командой на построение объявлялась и форма одежды, а сейчас или забыли или зачем-то не объявили специально.

- Это все?! – проголосил через мегафон одетый, в хорошо сидящую на нем форму, худощавый человек без головного убора и с лысой головой, а, не услышав ответа, разразился потоком. – Говорю для всех тупорогих первый и последний раз! Утреннее построение происходит по форме два! Если кто из вас, дебилы, не служил в нормальной армии, то форма два это голые сверху по пояс! Разбежались и вернулись, как положено! Оружие не берем! Даже ножи! У вас они пока даже не предусмотрены, имбецилы! Только фляжки с живуном! Разбежались как тараканы! Через десять минут обратно в строю, а то по сракам выхватите! – разумеется, вина за то, что начальник по каким-то причинам не объявил форму одежды, легла на новобранцев.

Большинство стало разбегаться по своим люксам, чтобы привести себя в соответствие необходимому, но нашелся индивид, посчитавший, что сейчас то самое время, когда следует задавать вопросы.

- Дядя, а ты кто такой! – выкрикнул мужчина, выглядевший лет на сорок одетый почти как нужно, за исключением майки и ножа на поясе.

- А ну, всем на месте! – рявкнул командир, и чуть подождав, давая всем возможность сбиться обратно в неровное и бледное подобие строя, продолжил. – Я хотел представиться перед нормальным строем, но видно придется перед нестриженными баранами! – самые внимательные обратили внимание, что с разговорчивым бойцом что-то не так. - Итак, господа, меня зовут Хартман. Я не сержант, а старший офицер подготовки новобранцев и кто знает, кто такой Хартман видит, что внешне я на него не похож. Хартманом меня перекрестили за строгость к крестникам и новобранцам вообще. Имейте это ввиду, когда захочется поострить или показать себя самой необычной снежинкой. Уверен, каждый из вас думает, что он крут как яйцо Чака Нориса, но поверьте на слово, что это не так и не заставляйте меня, вас переубеждать, - теперь уже все заметили, что любопытствовавший новобранец ловит ртом воздух точно рыба на берегу и не может вдохнуть. – Всех, кто со мной не согласен, я раздавлю подошвой как незамеченный на дороге кусок говна. Вам не помогут ни дары, ни физическая сила, ни боевые исхуйства, - он специально исковеркал слово искусство и выделил его голосом. - Я в Улье столько, что бросил считать, так что хватит сил надавать по сраке любому из вас, - речь в духе "Я генерал, а вы говно" не сильно вдохновила Феррума, но служить он от нее не передумал, даже несмотря на вид, упавшего на колени и синеющего сослуживца. – Все, кого не устраивает такое положение дел, платите неустойку и пинком под сраку за забор части! Без разрешения в строю не пиздеть! А теперь бегом все в форму два! Десять минут! – Хартман распустил солдат и, по всей видимости, отключил дар, которым лишил дыхания бойца.

Боец снова научился дышать и при помощи товарища поднялся. Он стянул с себя майку и ножны с ножом с ремня, после отдал этому товарищу, оставшись на месте уже с нужным на утреннее построение видом. Товарищ убежал к контейнеру, чтобы отнести полученное и снять свое. И это был не дружеский жест. Выглядело все, как оказание помощи подчинённым начальнику. Впрочем, Феррум ожидал, что тут может оказаться устоявшаяся группа новичков и не одна. Да чего уж там говорить, если он сам являлся членом подобной же группы. Пусть и всего из трех человек. Это, включая его самого, считая за члена группы Бугая и не считая Панду.

После повторного построения офицер, звание которого за отсутствием погон на плечах узнать пока не получилось, разбил большой взвод, на пять отделений из десяти человек каждое. Феррум с Бугаем попали во второе отделение, а Хотэй оказался в третьем, но увидев, как люди с молчаливого согласия Хартмана меняются отделениями, Хот перескочил к крестному и соседу по контейнеру.

Потом офицер стал выбирать отделенных. Он проходил мимо строя и задавал вопросы тем, кто ему чем-то приглянулся.

- Служил? - подошёл Харт к Ферруму.

- Так точно, - по-воински отозвался старшина.

- Воевал? - последовал второй вопрос.

- Никак нет. На войне не был. Участвовал в столкновениях с мурами и внешниками, - отрапортовал Ферр.

- Сколько в Улье? - последовал третий вопрос.

- Около четырех месяцев.

- Воинское звание?

- Старшина, - бывший милиционер решил сделать вид, будто забыл, что между воинскими и милицейскими званиями есть разница и не стал вспоминать, что вернулся из армии рядовым.

- Будешь отделенным, - офицер, позже узнали что майор, прошёл к следующему отделению, где находился тот боец, который задыхался и подошёл в первую очередь именно к нему.

- Поздравляю, - шепнул стоявший рядом Хотэй.

- Пока не с чем, но спасибо, - отозвался Феррум.

Через десять - пятнадцать минут Хартман назначил пять отделенных и велел им построить людей в квадраты по три. Квадраты можно было назвать и колоннами и шеренгами, поскольку строй имел одинаковую ширину с глубиной. Феррум как и все остальные без подсказок и проблем догадался произвести построение с учётом роста. Элементарное правило, так что даже одобрительного кивка от наставника никто не заслужил.

Построенных бойцов, в качестве проверки выносливости отправили бегать вокруг места расквартирования новобранцев. Бежали не ровными квадратами, но кучками из отделений. Слишком сильно не ускорялись, зато круги нарезали без счета. Главным оказалось никого не потерять, так что измотавшихся и неспособных бежать дальше, тащили всем отделением. Хартман сам в забеге не участвовал. Он точно цирковая блоха с места без разбега запрыгнул на крыши контейнеров среднего ряда и наблюдал оттуда больше половины маршрута забега. Этого ему хватало, чтобы обеспечить отсутствие пытающихся откосить. Попытки пересидеть круг - другой вне зоны видимости офицера подготовки имели место, но двум отделениям, «потерявшим» бойцов на втором круге пришлось возвращаться и «искать отставших», после чего все стали бегать честно. У Ферума на втором круге тоже появился боец, что глядя на закуривающих под стеной мужиков тоже решил схитрить, но старшина пригрозил, что его стукнет Бугай и хитрец, взглянув на габариты человека, не помещающегося в дверь, передумал. В принципе Ферр и сам имел не маленькие габариты, так что, обладая минимумом умений, мог провести экзекуцию сам, но зачем, если один вид верзилы может отрезвить многих.

Когда уже все еле волочили ноги, а сил тащить тех, кто не мог двигаться сам, почти не осталось, Харт спрыгнул с высоты второго этажа, словно с придорожного бордюра и велел всем строиться по отделениям. Как только построение закончилось, офицер распустил народ умываться и готовиться к завтраку, дав на все ровно полчаса. По окончании отведенного времени следовало снова построиться, а к опоздавшим обещали применить некие санкции. При этом упоминая сраку. Майору почему-то нравилось именно данное слово. Не жопа, не задница, а именно срака.

Замученный народ стал расходиться, сетуя на тяготы новой службы, но уйти, пока никто не пожелал. Даже те, кто о службе в армии только что-то видели и слышали по телевизору или в интернете не возжелали уйти. Отчасти из-за неустойки, а отчасти из-за того, что все тут понимали, в какой мир попали.

- Сейчас пойдём выяснять, кто из вас тут хотя бы стрелять умеет, а кто чужое место занимает, и автомат лучше доверить обезьяне, чем ему, - объявил майор Хартман, после завтрака представ перед строем уже в форме с погонами, и повёл солдат на стрелковый полигон.

Ещё с утра бойцы из состава наряда, приготовили пять автоматов и патроны россыпью во вскрытом цинке. Патронов приходилось всего по десятку на человека. Харт раздал отделенным по сотне патронов и выдал по автомату. По очереди проверил, как стреляет каждый из командиров. Потом командир первого отделения повел стрелять своих бойцов, а майор за этим внимательно следил. Проверку проходили как солдаты, так и сами отделенные, так что не мудрено, что первый командир оказался тут же заменен так, как показал, что не справляется с управлением и командами.

Отделение Феррума шло вторым. Старшина ранее никогда не занимал командных должностей, но через стрельбы прошел сотни, если не тысячи раз и полностью обучил стрельбе из нескольких видов вооружения двух подростков и взрослого мужчину, так что в своих силах не сомневался. Тем более, что один из его учеников, в его отделении, да и в Бугае можно до определенной степени было быть уверенным. Он хоть и туповат, но память с исполнительностью, как показалось старшине, на высоте.

Боец на КПП зачитал правила безопасности и дал всем расписаться в книге, но как только стихли выстрелы, произведенные последним бойцом первого отделения, Феррум построил свое и под любопытным взглядом майора провел свой собственный инструктаж. Он выяснил у всех подчиненных, кому приходилось стрелять из автомата Калашникова до попадания в Улей, и кто вообще стрелял хоть из чего-то. Выяснилось что семь человек из десяти, включая его самого, служили в армии срочную службу и неоднократно стреляли из автомата. Один даже утверждал, что являлся штатным снайпером и сносно стрелял из СВД. Правда, тут же признался, что делал это без оптики, поскольку им оптические прицелы на стрельбы не выдавали, опасаясь, что разобьют. Трое оставшихся не служили вообще, но Бугаю он сам вчера показывал, что делать с автоматом, а второй говорил, что имел дома охотничий карабин и иногда охотился.

Оставался только один не имевший дела с огнестрелом вовсе. Этот человек о стрельбе вообще знал только в теории. Поглядывая на Хартмана, старшина провел с ним короткое занятие без патронов. Наподобие того что устроил накануне Бугаю, но без повторений и закреплений. Тут же, после этого практически держа автомат вместе с неумелым бойцом, отстреляли снаряженные им в магазин десять патронов в сторону мишеней. Благо точной стрельбы пока никто не требовал. Потом почти также отстрелялись с Бугаем. Остальные стреляли сами, но Ферр стоял за плечом готовый в любой момент пресечь не нужное движение или прийти на помощь. Только с Хотэем старшина немного расслабился, но тот не подвел. Впрочем, можно сказать, что все отстрелялись сносно. Кто-то даже целился по мишеням и попадал.

Третий отделенный, Шмель, тот боец, что попал под удушение даром Улья, тоже худо-бедно, но справился со своей задачей, хотя от армии был далек. Оставшийся же условно сержантский состав откровенно филонил, и это оказалось хорошо видно вообще всем. Менять их Хартман не стал, поскольку было не на кого, и парни действительно когда-то служили и даже имели некоторый боевой опыт, хоть и не офицерский и даже не сержантский. Вместо этого он собрал всех отделенных и объявил, что для пополнения существующих отделений ВОХР нужно тридцать человек и три отделения распределят по ним, но два отделения останутся как есть на замену двум, полностью уничтоженным на одной неудачной вылазке на дальние кластеры. Так что у двух, лучше всего показавших себя командиров отделений, есть не маленький шанс сохранить за собой это место с повышением зарплаты. Отделенным положено не пять споранов в день, а целых семь. На некоторых мужчин, в том числе и Феррума это возымело некоторый эффект. Впрочем, старшина и так нисколько не собирался халтурить.

После стрельб каждое отделение чистило свой автомат. Чистили тщательно, но много времени это, при таком количестве чистящих, не заняло. Как закончили, первое отделение забрало все пять стволов и первым отправилось получать личное оружие, а заодно сдать автоматы, использующиеся вот для таких стрельб. Потом пришла очередь второго отделения во главе с Феррумом. Получив команду от Хартмана, они отправились на склад, где их поджидал напоминающий внешним видом паука, труженик тыла имени которого им никто не подсказал.

Оказавшись на складе люди, только шушукались меж собой, ожидая, что раз Феррум командует, то он и поведёт диалог. Разумеется, Ферр его и повел, поскольку понимал, что нельзя позволять бойцам брать что попало. Даже при том условии, что он уже обратил внимание, что выбор на этом складе не слишком богатый. В основном виднелись различные Калашниковы.

- Мы пришли за оружием по распоряжению майора Хартмана. Второе отделение учебного взвода, - отрапортовал старшина без погон.

- Хорошо, - как-то не по человечески пошевелил усами складской. - Для городского патрулирования и запасным оружием на охрану периметра и выезды по снабжению положен пистолет. Стаб обеспечивает патронами 9 на 18 ПМ и пистолетами под этот калибр, - собеседник показал взглядом, на стеллаж, находившийся сбоку от него, и продолжил. – Если есть желание таскаться с пистолетом под другой патрон, то ищите их себе сами. Патроны можете получать у нас и обменивать на нужные. Но опять сами, где найдете, и патроны буду давать не сколько унесете, а по норме. Так что учтите, что 9 на 18 самый дешёвый патрон среди пистолетных.

Феррум слушал, но смотрел на указанный взглядом оружейника стеллаж. Там грудой, в кобурах и без, лежали пистолеты Макарова различных модификаций, но при желании можно было отыскать и что-то иное. Например, с края лежал АПС без кобуры. Но старшину он не привлек. Отделенный смог рассмотреть лежавшую так же с края не стандартную кожаную тактическую кобуру ручной работы не с пластиковыми, а с железными креплениями. На кобуре имелось два кармашка под магазины. Один находился с фронта, а второй с боку. Третий кармашек располагался на кожаном ремне, предназначенном, чтобы соединять кобуру с поясным ремнем и не давать ей скользить по бедру вниз.

- Что в той кобуре? - спросил милиционер, кивая на кобуру и видя, что там что-то подобное пистолету Макарова, но далеко не стандартный ПМ.

- На, смотри, - заведующий складом тут же понял, на что показали и, достав оружие, протянул его на двух ладонях точно во время какого-то ритуала.

Старшина взял пистолет в руки и внимательно осмотрел его, даже магазин извлёк, но не смог понять ПМ ли это в тюнинге или какая-то незнакомая разновидность знакомого оружия. Черты вполне узнаваемые, но отличия имелись значительные. Прекрасно ложащаяся в руку рукоять с выступающим бобровым хвостом, не дающим возможность повредить руку затвором даже теоретически. Посадочное место для крепления глушителя. Крепление для подствольного фонарика или ЛЦУ. Магазин на 12 патронов с большой пяткой и удобной кнопкой сброса. Судя по магазину, патроны вроде бы стандартные для ПМ.

- Что это? На ПМ похоже, - озвучил, вставший у всего отделения вопрос, Хот.

- А это его сынок или внучок. Называется ПМ - 90. То есть ПМ образца 1990 года. В своём мире на вооружении у ментов и военных вместо обычных ПМ. Я ещё встречал ПММ, и многие говорят, что он на него похож. У тебя в мире такого не было?

- Вроде не было, но гарантировать не могу. А у тебя Ферр? – Хотэй вопросительно уставился на старшину.

- Не припомню, - покачал головой тот.

- Ну да ладно. Это не так важно. Мы берем их на одном кластере. Там какая-то интересная контора, но не ментовка. Патрон стандартного калибра 9 на 18 ПМ. На пистолет можно фонарик, ЛЦУ и глушитель повесить, но у меня их нет. В целом машинка надёжная и прочная. Хоть гвозди им забивай. Если кто возьмет, то советую заказать глушитель у местных умельцев. На выездах могут очень пригодиться. Пустышей иногда столько валить приходится, что рука махать клювом устанет.

- Что-то еще с таким же функционалом или лучше есть? – старшине уже понравилось, как пистолет сидит в руке и он оценил, что его вес без патронов и глушителя благодаря легкому пластику на рукоятке и неизвестно чему еще, точно не больше чем у Макарова из его мира, а может даже меньше.

- Ну, с глушителем кое-что есть, но на них ЛЦУ или фонари только колхозить, - без раздумий ответил человек, знавший свое хозяйство до последнего сломанного пистолета.

- Отлично. Десять таких найдется? - принял решение Ферр.

- Найдется, хоть сто. Я же сказал, что их с кластера для наших нужд привозят, - с усмешкой под топорщащимися усами подтвердил кладовщик.

- Мне такой не надо. Там вон АПС лежит, - решил действовать своим умом боец отделения по имени Кобальт, увидев знаменитую машинку.

- Ладно, бери раз тебе думано, но потом без жалоб на то, что эта дура тяжелая, а убить из нее можно только пустыша или бегуна, - легко согласился, но сразу же предупредил Феррум и мужик задумался.

- Он прав. АПС тяжелее на пол кило и легко можно высадить все патроны очередью в единственного пустыша. К тому же на АПС дополнительное оборудование только колхозить, - поддержал старшину кладовщик.

- Все равно, - ответил Кобальт из принципа, но зато остальные возражать выбору своего отделенного не стали, а то бы еще неизвестно чего набрали.

- Девять ПМ-90 в таких же кобурах и АПС, - внес поправку в заявку Ферр.

- Эта кобура на заказ шитая. Рейдер погиб на выезде, не отработав месяца. Оружие вернулось к нам вместе с кобурой и дополнительными магазинами. У нас так-то только закрытые кобуры и два магазина на каждый пистолет. Дополнительные магазины только покупать. Такие кобуры только в городе заказывать. Перешивают мастера, но проще купить оперативку, - завсклад достал из-под стола привычного для старшины вида кобуру.

- Пойдет. Что по основному оружию? – спросил Ферр, глядя как на стол ложатся пистолеты и кобуры, да при этом уже цепляя нестандартную кобуру на себя и убирая в нее один из пистолетов.

- Тут по калибрам. Либо под 7,62 на 39. Либо под 5,45 на 39. Под 5,45 есть РПК, АК, АКС, АКСУ, вроде где-то были АК сотой серии и может найтись еще что-то, - правая рука указала на одну сторону склада, где располагалась с пяток разделенных проходами стеллажей. – Под 7,62 на 39 в основном АК и АКМ, но есть и РПК и другое. Сотой серии, правда, под этот патрон нет, - рука указала в противоположную сторону.

- 7,62 на 54? – уточнил Феррум.

- Прерогатива КБС. Вам не положено, да и без надобности. Вы же просто охрана, - отрезал кладовщик, снова зашевелив усами и добавил. – Хотя покупать и таскать никто не запрещает.

Феррум, кивнув, замер, зависнув над выбором между калибром покрупнее и возможностью утащить больший боезапас. Из отделения стали доносится советы. Тогда он велел всем, кто за 7,62 на 39 поднять руки и посчитал. Получилось что пятеро. Четверо были за калибр 5,45, и остался он, единственный не определившийся. Внутренне радуясь, что у него, если будет нужен, найдется свой автомат под патрон 5,45, Ферр присоединился к любителям калибра покрупнее, чтобы закрепить количественный перевес и снять вопросы по голосованию. Все вооружились новенькими АКМС, но Бугаю Феррум своими руками вручил РПК со складным прикладом.

Глава 7

Глава 7 (день 135):

Прошедшие дни Феррум успешно командовал своим отделением и занимался подготовкой под командованием майора Хартмана. Мужчина вспомнил многое из армейской службы и даже узнал кое-что новое. Например, узнал о таком полезном девайсе как активные наушники, коих во время прохождения им срочной службы в мотострелковых войсках не имелось, а, может, и вообще не было нигде. Тогда с интернетами на постсоветском пространстве было туго, и темой он не интересовался, так что уверенности в их существовании на тот момент Феррум не имел. Знал только, что в милиции в их захолустье, такого девайся вплоть до момента попадания его кластера в Улей, не знали. В тирах и на стрельбищах пользовались системой «открой рот, чтобы ни оглохнуть».

В принципе Ферр не узнал об активных наушниках, как о каком-то неведомом до селе открытии. Он что-то слышал о них краем уха и даже где-то видел, скорее всего, в каких-то фильмах или учебных пособиях последних лет по стрельбе, но вот в руках старшина их никогда не держал. Хотя нет. Не совсем. Если припомнить он их видел в живую в Тайфуне внешников, когда бежал из Узлового вместе с Пандой и покойным крестным Бурым. Точнее он теперь решил, что видел там их, но гарантии бы не дал. Что-то такое среди экипировки одного из корпусников в броневике лежало. Жаль не сообразил, что это такое может быть, и не проверил. После же, ничего подобного не встречал ни на кластерах, ни у рейдеров, до самого третьего форпоста. На Тройке видел, но опять не придал значения. Ходит чувак в наушниках, ну и пусть ходит, раз ничего слышать не хочет. Так и помрет, не услышав, что его убило. Теперь же он понимал как не прав и знал, как это работает.

Правда столь бесспорно полезный девайс, приглушавший громкие звуки и позволяющий слышать тихие, со складов ВОХР не выдавали. Впрочем, не выдавали еще ножи, клювы и некоторые другие на взгляд старшины, просто необходимые любому жителю Стикса, вещи. Все это советовали приобретать на свой вкус и за свой счет, поскольку в теории вооруженной охране активные наушники, ножики и клювы не слишком нужно. Однако теория такая вещь, которая иногда, и даже не иногда, а часто, совсем никак не хочет дружить с практикой. Пусть патроны к ПМ-90 с купленным опять же за собственный счет глушителем, выдают и как бы вроде и клюв не нужен для тихого убийства мелких зараженных. Пусть споровые мешки, убитых тобой тварей, вскроет команда сборщиков и вроде бы нож опять же ни к чему. Но все же лучше иметь инструмент и пусть не понадобиться, чем не иметь и нуждаться в нем. Вообще старшина считал, что стаб просто пожадничал, понимая, что бойцы и те приобретут себе какой-нибудь холодняк. Если не купят, то подберут на кластерах.

Поразмышляв и поняв, что тратить горох на экипировку гораздо разумнее, чем на проституток, Феррум приобрел компактные активные наушники. Они стоили дороже, но оказались лучше больших, да и со шлемом, выданным ВОХР и его собственным, носить большие дешевые оказалось не слишком удобно. Не технологии нолдов, но явно из места более продвинутого в технологиях нежели Россия из которой пришел феррум. Хотя наушники, судя по названию, из русскоговорящей страны. РФ, СССР, РИ или еще что-то. В принципе можно было вообще приобрести такие активные, что совершенно ничего не весили и вставлялись в ухо как затычки, а не закрывали органы слуха сверху, но и они имели свои недостатки. Такие наушники оказались уж совсем неоправданно дорогими, да еще вполне могли выпасть при активных телодвижениях. Кстати тоже не технологии, нолдов. С названием на английском языке, но вроде «маде ин джапан».

Наушники не стали единственным приобретением старшины за эти дни. Он купил модератор звука, или в просторечии глушитель, для казенного пистолета. Глушитель от Гюрзы и Вереска ну никак не подходил. По крайней мере, без серьезной переделки. Все же не только оружие под разный калибр, но и миры, откуда пришли эти модели огнестрела разные. Клюв, разумеется, не покупал, поскольку имел свой, мало что красивый, так еще и удобный, да прочный. Его делали не из гнутой арматуры без закалки, а ковали и предназначался он изначально не что бы пробивать человеческие или почти человеческие кости черепа, а чтобы дырявить куда более прочные кольчуги и латы. Настоящий клевец, а не клюв. Вместо ножа у него теперь имелся насаженный на зеленую рукоять от ножа глок коготь скреббера. За работу над этим чудом пришлось отвалить совсем немало и не из-за сложности, а из-за того чтобы мастер согласился работать со столь необычным материалом.

Пока происходила насадка ножа, а мастер взял на это дело сутки, старшина весь извелся, поскольку с Когтем же пришлось расстаться. Словно сутки без какой-то конечности прожил. По этой причине и зеленая рукоять. У мастера быстро найти вышло только глок с рукоятью такого цвета. Лезвие ножа он сточил и на остатки железа нанизал часть неназываемого. С когтем мастеру пришлось сильно повозиться, но отверстие нужной формы и длины он в нем сделал, а Феррум пока все это продолжалось, несмотря на расстояние, испытывал ощущение сравнимое с тем, что получаешь, когда тебе сверлят зуб. Не такое когда до нервов и боли, а когда вовремя пришел к стоматологу тот тебе лечит зуб даже без наркоза. Просто пломбирует дырку в эмали. Боли нет, но и приятного мало. Зато теперь на поясе старшины висели ножны с ножом способным снимать стружку с металла.

Так же Феррум нашёл и приобрёл мануал по пользованию доставшимся ему биноклем нолдов и сопрягающийся с ним без проводов прибор для просмотра и управления записями. Мануал писался не нолдами, а в Улье местными умниками, но оказался составлен вполне понятно и достаточно грамотно, так что Ферр быстро во всем разобрался. Тем более многое он уже и без пособия, практически методом тыка, узнал. Сопрягающееся устройство тоже сделали в Улье. Использовали для этого сенсорный планшет и, по сути, им оно и осталось, просто планшет приобрёл возможность работать с УПН. УПН это аббревиатура от слов универсальный прибор наблюдения, именно так более - менее правильно именовался бинокль нолдов. За мануал и планшет пришлось заплатить несколько горошин, но по сравнению с огромной ценой самого бинокля, это были мелочи. Вот если бы получилось достать нолдовский планшет, то за него пришлось бы заплатить почти как за УПН, но и тот стоил своих денег. Бонусом к этим покупкам пошла бесплатная подзарядка бинокля. До полной разрядки было и так долго, а теперь стало по меркам Стикса невообразимо много.

Заместителем командира второго отделения и командиром второй пятерки, с подачи Ферра назначили не Хотэя, а другого человека, на что крестник даже несколько обиделся. Однако обида обидой, но бывший толстяк и сам понимал, что в командиры ему пока рано. Самого приходится носом в постоянные ошибки тыкать. К тому же старшине, как командиру отделения и первой пятерки сенс, пусть и с узкой специализацией был нужен при себе. При себе старшина оставил и Бугая, которому с удовольствием вручил бы не РПК, а ПКМ, Печенег или что-то подобное. При силе этого здоровяка ротный пулемет в его руках оказался бы на нужном месте. Впрочем, как и в руках, Хота, уступавшего габаритами, но не силой.

Кстати дар у Бугая оказался, на первый взгляд вроде бы как бесполезный, да вот только это если не думать головой. Здоровяк даже стеснялся его, пока ему не разъяснили, что стесняться нечего. Великан мог создавать иллюзии различных бабочек, но только именно бабочек. Даже других насекомых у него сделать не получалось. Зато бабочек этих, Бугай мог создать неимоверное количество. Мог буквально заполонить ими несколько десятков местности видимой им хоть глазами, хоть через бинокль или камеру в режиме онлайн. Буквально чуть подумав, Феррум понял, что такое можно использовать, как для прикрытия группы от прицельного огня, так и для перекрытия обзора противнику. К противникам легко приписывались и зараженные, и облепившая туча бабочек мешала видеть одинаково хорошо как пустышу, так и элите.

Дни каждый как один проходили в занятиях. Практическая огневая подготовка. Много за раз не стреляли, патроны все же дорогие, но стреляли ежедневно, кроме воскресенья имевшего статус выходного дня. Сжигали каждые стрельбы по четыре патрона из ПМ-90. Два патрона в одном магазине и два во втором. Со сменой. Такая же история с автоматом, только патронов десяток на ствол. Пять патронов одиночными в цель, смена магазина и еще пять патронов. Феррум прикинул, сколько только таким способом на них тратит ежедневно стаб. Пусть один споран за патроны к ПМ на человека, но уже пятьдесят споранов. Однако расстрел пистолетных патронов терялся на фоне автоматных. Десять патронов 7,62 на 39 это минимум тридцать споранов. Скорее уж сорок при покупке в Каменистом у местных барыг. Сорок споранов на одного - это две тысячи споранов на пятьдесят человек. Всего две тысячи пятьдесят споранов на одни стрельбы. Но за стаб в этом плане старшина переживать не собирался. Каменистый явно, либо достаёт патроны сам, либо покупает с огромной скидкой у постоянных караванщиков. Да и не те это траты чтобы стаб заметил. Даже если брать считать патроны не за одни стрельбы, а считать все патроны, истраченные за период их обучения на вооруженных охранников.

Физическая подготовка на пределе сил. Бег, подтягивания, отжимания, тренажеры, полоса препятствий, различные тренажёры. Все до изнеможения и с каждым днем все больше, по причине на глазах ко всему привыкающих организмов. В первый день старшина подтянулся восемнадцать раз, а во второй уже двадцать. Сегодня же он выжал из себя двадцать пять раз. Такой вот прогресс за девятнадцать дней. Даже мышцы на вид стали не больше, но рельефнее и вены проявлялись четче. Ферр и уставать стал меньше. В последнее воскресенье вечером так и вовсе вновь нашел в себе силы на посещение борделя. Правда после этого похода решил пока воздерживаться от платных плотских утех, но только по причине не столь хорошего финансового положения, как хотелось бы, а не из-за телесной слабости и отсутствия желания. Но и что посетил данное заведение, нисколько не жалел. В зале борделя ему подвернулась чернокожая красотка Эбена-Эвора, и он не став искать иной вариант устроил ей и себе настоящее испытание. Ему даже показалось, под конец, что проститутка и вовсе была готова сбежать от клиента, возомнившего себя отбойным молотком.

Теория огневой подготовки. Самое распространенное, прилетающее в Улей с кластерами, оружие. Оружие Особого корпуса ближайших внешников. Известное оружие нолдов, но эти только по фотографиям. Наглядное изучение различий патронов схожих, но не одинаковых калибров. Например, патроны НАТО 5,56 и отечественный патрон 5,45. Сам бы Феррум не перепутал, но не стал бы ручаться, что кто-то из его отделения не попытался бы загнать в оружие один патрон вместо другого. Разборка и сборка распространенных образцов оружия. Наконец их ТТХ.

Анатомия зараженных. Уязвимые места, слабости и возможная добыча. Рабочие методы приманить или отвлечь высокоразвитого монстра. Выявленные закономерности в поведении. Способы борьбы с тварями. Такие способы, при которых не надо тратить ленту пятидесятку патронов 12,7 на одного рубера, а можно обойтись винтовкой с калибром 7,62 на 54 или даже 7,62 на 39, но для последнего нужно не только умение, но и не малая толика удачи. Так же различные ловушки заров разных стадий развития.

Теория выживания в Улье в одиночку и в составе групп различного размера. Как понять насколько давно загрузился кластер. Где расположиться на ночёвку, чтобы спастись в случае неожиданной перезагрузки. Как приготовить пищу и не привлечь запахом зараженных. Как проложить маршрут, чтобы, даже не зная местности, избежать путей миграции тварей.

Дополнительно ко всем положенным занятиям Феррум периодически, стараясь делать это в одиночестве, или хотя бы только при Хотэе с Бугаем, тренировал оба своих дара. Теперь он мог контролировать до трех небольших предметов из металла. Гвозди порхали перед ним точно иллюзорные бабочки перед Бугаем, но для этого приходилось забыть обо всем другом. Делать даже простейшие действия и контролировать три предмета не выходило. Два предмета получалось держать под управлением лучше, но все равно не так как хотелось бы. Одним же даже предельной массы он управлял хоть на бегу, хоть в кувырках, хоть стоя на голове.

С первым даром тоже наметились успехи. От знахаря Гайдука Феррум слышал, что его дар напоминает возможности облитераторов. Он специально поискал информацию и теперь знал, что это могучие воины одной из фракций одной вымышленной вселенной. Некие гротескные магические киборги, созданные с помощью могущественных сил Хаоса. Старшина в принципе был согласен, что некоторое сходство имеется, но считал его не слишком большим. Поглощать оружие как эти самые облитераторы у старшины нужды не было, но он мог его создавать из своих рук. Главное заставить превратившуюся в металл плоть, принять форму не монолитного предмета, а достаточно сложного механизма. Для этого нужен достаточно сильный самоконтроль. Руки так и норовят стать простым предметом.

На днях Ферр впервые сделал из своей руки подобие пистолета и выстрелил из него пулей 9 на 18 мм. Все получилось, но ощущения и эмоции он получил еще те. Словно это не он стрелял, а будто ему руку прострелили. Оставалось надеяться, что со временем это пройдет или хотя бы сгладится, ведь в теории стрелять он, таким образом, мог любым патроном. Главное чтобы металл выдержал, а он, по сути, должен выдержать многое. Можно было даже попробовать выстрелить патроном 14,5 мм, да вот только что при этом придётся испытать и останется ли Феррум, после такого дееспособен? Даже если он после выстрела не лишиться сознания, то какое-то время будет выведен из строя ощущением попадания в руку крупнокалиберной пули.

В качестве альтернативы он пробовал делать из руки своеобразный стреломет для своих гвоздей. Ни со вторым даром, ни без него повысить убойную дальность не вышло, но вышло увеличить плотность огня, создавая магазин для снарядов и подавая их как в автомате. Скорострельность вышла, может, и не как у АК, но не менее одного выстрела в секунду. К тому же стреломет мог работать без задействования его второго дара. Убойная дальность падала метров до пятидесяти, но это могло пригодиться в случае иссякания дара магнетизма (так его называли для упрощения) в неподходящий момент или отсутствия металлических снарядов под рукой. Оружие из руки могло с одинаковой силой вытолкнуть как железный снаряд, так и любой другой. И стрелять так он мог легко и не принужденно. В отличие от пулевой стрельбы получался минимальным дискомфорт, а не ощущение пулевого ранения.

На днях командование ВОХР заменило выданные во время приёма на службу справки на удостоверения, в коих оказались прописаны звания. У Феррума в удостоверение значилось старшина, так что он теперь без стеснения носил соответствующие знаки различия. Здесь они представляли собой красный погон с продольной жёлтой полосой посередине. В принципе оказалось похоже на знакомые Ферру милицейские знаки различия соответствующего звания, но цвет самого погона совершенно другой. Носить их предписывалось только внутри Каменистого. При любом выходе, или выезде, за стены стаба столь яркие знаки различия менялись на менее заметные - зелёный погон с чёрной полосой.

На девятнадцатый день погодка выдалась на загляденье. Не жарко и не душно. До этого два дня с короткими перерывами стаб поливал дождь, и царила духота. Люди словно постоянно в парной пребывали. Шла чистка оружия после очередных утренних стрельб. Бойцы сидели, кто на чем с ветошью, да оружейным маслом и приводили оружие в порядок. Старшина тоже не отлынивал и доводил чистоту своего основного на текущий период оружия, до состояния близкого к идеальному.

- Феррум! Кто Феррум? - раскричался прибежавший со стороны штаба боец с жёлтой нарукавной повязкой, с надписью "наряд".

- Хот, ты за старшего, - уверенный, что придётся куда-то бежать, велел отделенный заместителю и кивнул посыльному. - Я Феррум.

- Тебя в штаб вызывают, - ответил боец и собрался убежать.

- Кто и зачем? - на всякий случай, поинтересовался старшина.

- Да я откуда знаю. Мне сказали найти и вызвать. На месте узнаешь, - посыльный лёгкой рысью убежал прочь, по своим посыльным делам.

- Хот, закончите чистку и оружие в оружейку. Сами в учебный класс. И лучше не заканчивайте чистку слишком рано, а то не дай Улей доложат Хартману, что у нас много свободного времени. Взвоем, - дал более точные указания Ферр и стал собирать свой не дочищённый автомат.

- Давай я дочищу, - прогудел Бугай без какой-то задней мысли о возможности подмазаться к начальству, а просто по-товарищески.

- Нет уж. Оружие мое, стрелял я, и чистить буду тоже я, - покачал головой отделенный и на этом разговор закончился.

Минут пятнадцать Ферруму понадобилось, чтобы отнести оружие в люкс, поставить его в оружейный ящик, помыть руки, добраться до штаба и предстать перед постовым на входе. На этот пост сегодня заступил один из новичков из третьего отделения, и как раз сейчас оказалась его очередь сидеть на стульчике рядом с дверью.

- Что тут у вас? Зачем вызывали, не знаешь? - полюбопытствовал, чуть задержавшись на крыльце Феррум.

- Не знаю, но в штаб прибыл ментат и с ним наши комитетчики, - по большому секрету всему свету рассказал постовой.

- Ну ладно, - пожал плечами ещё больше озадаченный Феррум, и спросил. - Куда идти-то хоть? В какой кабинет?

- С нами иди, - дверь в штаб была открыта и подперта откуда-то притащенным кирпичом, так что подошедшему безопаснику, издаваемому по красной нарукавной повязке с надписью КБС, открывать её не пришлось.

- Пошли, - кивнул Феррум, собравшись идти к нему.

- Сначала все свое оружие оставь бойцу, - комитетчик обладавший на редкость не выразительным, точно у манекена, лицом, кивнул на постового, вскочившего при его появлении и только во фрунт не вытянувшегося.

- Не положено, - попробовал тот возразить, по сути, совершенно правильно, но довольно робко.

- Возьми у товарища командира второго учебного отделение ВОХР, все до последнего гвоздя, - добавив в голос металла, велел безопасник.

- Давай, - вздохнув, сказал старшине постовой, понимавший, что от разводящего влетит, несмотря на однозначный приказ комитетского.

- Без проблем, - старшина в несколько движений снял с себя кобуру с ПМ - 90 без патронов, а затем ремень с подсумком с гвоздями, с фляжкой с живцом и с ножнами с Когтем, - Смотри не пролюби, - наказал Ферр добавляя к снятому с себя горсть мелочи, вынутую из кармана и сказал безопаснику. – Все. Остались только документы, - отделенный похлопал себя по нагрудному карману, показывая, где они.

- Заходи, - велел комитетский, и Феррум вошёл в коридор штаба.

- Не обессудь, тебя нужно обыскать, - сказал второй безопасник, которого не было видно с улицы, как и еще двоих стоявших рядом с ним.

- Без проблем, - ничего не понимающий мужчина сделал вид, что все происходящее его ничуть не беспокоит, расставил пошире ноги и развёл горизонтально в стороны руки.

Сзади к Ферруму, вроде как, собираясь охлопывать в поисках чего-нибудь подозрительного, подступили двое комитетских. Один из них положил ладонь ему на шею и из старшины тут же словно все кости разом вынули. Тело, хорошо хоть только в переносном смысле, но стало как тягучее желе. Оно перестало его слушаться. Ферр стал оседать и если бы его не подхватили под руки безопасники, то он оказался бы на полу.

- Так надо. Не беспокойся. У Квинта безвредный дар. Ничего с тобой не случится, - тут же произнёс комитетский с лицом манекена, а Феррума уже волокли в какой-то незнакомый ему отнорок с дверью в конце.

За дверью оказалась лестница в подвал с самыми настоящими, но пустыми камерами и допросным кабинетом. Старшина не знал о существовании такого заведения, но он и не интересовался, есть ли оно тут. В отличие от камер, допросная оказалась не пуста. Там присутствовало порядочно народа. Считать Ферр не стал. Ему хватило того, что среди присутствующих он узнал майора Хартмана, кадровика ВОХР, имени которого он так и не узнал, ментата Викария и командира ВОХР подполковника Сухого. А ещё в комнате находился Философ, человек которого он вроде бы никогда не видел ни в живую, ни на фото и знать не должен, но вопреки всему узнал.

Неожиданно Феррум осознал, что кругом враги. Даже не просто враги, а твари. Нелюди хуже зараженных, и даже хуже муров. Их надо давить как тараканов. Прямо сейчас. Незамедлительно. Несмотря ни на что. Вот только вдруг ставший ненавистным комитетчик, так и касался ладонью его кожи на шее. Он наверняка использовал дар. Другой причины у возникшей немочи, быть не могло. Ферр попробовал изменить свои руки, но они остались обычными и не начали слушаться. Тогда он постарался дотянуться даром магнетизма до оружия, имевшегося у пленителей, но и это дар отказал. В другой бы момент старшина наверняка испугался, но сейчас его наполняли только ненависть и желание убийства всех присутствующих.

- Чувствую работу нимфы, - поджав губы, сказал Философ глядя на пленника мечущего ненавидящие всех и вся взгляды. - Похоже, это та же сука что поработала над Грифом, - знакомый незнакомец направился к Ферруму, а в его разуме в это время всплыло воспоминание, которого еще несколько секунд назад вроде бы как не было.

Глава 8

Глава 8 (день 99 и 135):

В голове Феррума как будто что-то натянулось до предела и лопнуло. Черепную коробку от стенки до стенки пронзила резкая и адская боль. Через какое-то время, растянувшееся для старшины на годы, эта боль угасла до ноющей. Тут уже Ферр смог ориентироваться во времени, и осознавал, что новая стадия боли достаточно быстро прошла, сменившись нестерпимым зудом где-то в самой глубине черепа. Хотелось засунуть палец в глаз, добраться до зудящего места и яростно почесать. Он бы так и сделал, если бы мог пошевелиться. По счастью и зуд не продлился долго.

Стало хорошо, однако старшине оказалось некогда этим насладиться. Он тут же вспомнил, то, что с ним точно было, но чего он до этого вспомнить не мог. Это оказалось действительно страшно. Как вспомнить, то чего не мог вспомнить, так и осознать природу этого недоступного воспоминания. Страшно не просто знать, что теоретически такое возможно, а испытать на собственной шкуре и полностью осознавать, что в любой момент ты можешь превратиться в чью-то послушную марионетку. В биоробота с заложенной программой и даже не подозревающего, что ты биоробот и выполняющего чужую волю не ведая о том. Страх пробегающий от основания черепа до самого копчика и по пути заставляющий сморщиться тестикулы.

Когда группа спасшихся башенников, Феррум с крестниками и Гриф покинули аномалию с практически средневековым замком Гриф, Ферр и Хотэй составили одну из трех основных разведывательных групп. На их троицы обычно возлагалась проверка маршрута. Хот мог легко вычислить возможную засаду муров. Гриф со своей СВКУ прикрывал от среднеразвитых тварей. Старшина сканировал местность своим чудо биноклем и при необходимости дарами, мог зачистить низовых зараженных без единого потраченного патрона и с минимумом шума. Тройка сложилась достаточно удачная и, что не менее важно, удачливая, но в этот раз в лодке находилось только двое мужчин. Так сложились обстоятельства. Уже заметно похудевший на тот момент толстяк, остался с основной группой по причине отравления. Бедолагу укусил кто-то мелкий и в течение пары часов он свалился. Если бы не наличие в группе знахаря, то организм свежака возможно и даже, скорее всего, не смог бы перебороть яд так и оставшегося неизвестным насекомого. Однако даже при всех талантах Весельчака Хота быстро вернуть в строй не вышло. Вот и поплыли Гриф и Ферр без сенса не видящего зараженных, но хотя бы людей легко способного обнаруживать. Можно было взять кого-то другого, но оставались такие кандидаты, мужчины решили, что справятся вдвоем. Хотэя то они брали из-за дара и из-за того, что Феррум уже довольно неплохо его натаскал в обращении с оружием.

Как уже привыкли, плыли на замаскированной от беспилотников и посторонних взглядов лодке. Поставленная наподобие палатки измазанная грязью и краской теплоизоляционная ткань. Сверху маскировочная сеть с привязанными к ней пучками травы, ветками и прочим мусором. Если беспилотник пройдет прямо над такой лодкой или хотя бы близко, то конечно оператор поймёт, что что-то не так, но беглецы избегали такого. Пролетавшие же вдали летательные аппараты не видели ничего интересного. Тут подобного хлама плавает масса. Бесхозные лодки, еще никем не съеденные вздувшиеся трупы (их быстро подъедают, но наткнуться можно), какие-то деревянные обломки. В общем проще вспомнить то, чего тут не плавает, чем перечислить то, что можно встретить на просторах Болота.

- Смотри там лодка, - показал, лучше видевший в даль невооружённым взглядом, марксман, что сейчас занимал место вперед смотрящего на носу их маленькой посудины.

Ну-ка, старшина оставил весла и переместился к товарищу. - В ней люди, - подтвердил Ферр, приложивший к глазам УНП. - Мужчина похожий на обтянутый кожей скелет, женщина и уродливый кваз. Вылитый топтун. Как его лодка только держит, - на счёт последнего старшина несколько секунд сомневался, уж больно квазизараженный походил на настоящего зара, только был совсем чуток меньше обычного топтуна. - Баба нам машет, надо подплыть, - Феррум ощутил непреодолимое желание оказаться рядом с этой женщиной. - Она прекрасна, - чуть шевелясь, прошептали его губы о ни чем не примечательной женщине, выглядевшей для него сейчас точно спустившаяся с небес на грешную землю лучезарная богиня жизни и любви.

- Что? - Гриф не расслышал последних слов, хотя находился совсем рядом и повернулся к товарищу.

- Ничего, - ответил старшина, бросая бинокль, чтобы тот повис на приколхоженом шнурке на груди.

Руки Ферра уже изменились. Правая конечность превратилась в длинный предмет с утолщением на конце, и получившейся дубинкой один рейдер ударил другого по голове. Удар вышел что надо, но достаточно матерого иммунного вырубить сразу не вышло. Марксман только поплыл. Несмотря на оглушенное состояние, Гриф потянулся за пистолетом. Феррум тут же нанёс второй удар по голове и тут же левой рукой прихватил товарища за воротник, чтобы тот не свалился в воду.

Нет, старшина не возненавидел трейсера. Он действительно как и прежде, считал его своим товарищем и даже более того мог назвать другом. Однако губы Богини, когда он смотрел, прошептали, а глаза возжелали, и он сделал то, что был должен. Её желание закон для него. Ферр сделает все что угодно даже не за право обладать этой святой, а чтобы находиться рядом с ней и дышать тем же воздухом, что дышит это воплощение ангела. Пожелай она, и старшина бы без сомнений убил и не только товарища. По единственному слову Богини он бы вырвал Панде сердце и сожрал бы его сырым, несмотря на то, что у него к ней практически отеческие чувства.

Уложив бессознательное тело Грифа на дно лодки, Феррум быстро разоружил его и обыскал, несмотря на почти полную уверенность в том, что знает обо всем имеющемся у марксмана вооружении. Винтовка, пистолет и здоровенный кукри тут же оказались изъяты. Клюва трейсер не таскал, при необходимости используя вместо него чудовищного вида нож. Изъятое оружие Ферр сложил на корме, а друга связал его собственным ремнем. Сам старшина после всего сел обратно за весла и ликуя сердцем и разумом, наконец, поплыл к вожделенному существу внеземной притягательности.

- Кто тут у нас? - обрадованно спросила Богиня, с печатью усталости от использования своего дара на запредельной дистанции на лице.

- Я его точно видела среди бойцов Гранита, - утробно прорычало существо, по каким-то ассоциирующее себя с женским полом, но внешне выраженный половых признаков не имевшее.

- Кажется Гриф, - добавил к этому мужчина, больше похожий на иссушенную мумию, чем на живое существо.

- Ну не крупная рыбка, но нам сойдёт, - капризно поджала губки девушка, - А ты что за фрукт? Отвечай пёс, - глаза Богини уставилась на старшину, и он тут же поймал её взгляд, чтобы в нем утонуть.

- Я Феррум, крестник Бурого, - едва не разбрызгивая слюни, отвечал зачарованный нимфой рейдер, любое оскорбление, исходившее от Богини казалось ласковым словом.

- Ты из команды Гранита? - продолжила допрос дама.

- Нет, но я был в команде местных болотников, и мы работали при его отряде проводниками пока он не погиб, - в таком состоянии Феррум не мог что-то скрывать, да и не хотел этого делать.

- Он погиб? - брови нимфы от удивления чуть под длинной черной чёлкой не спрятались.

- Да, - подтвердил Ферр.

- Вы тут одни? – поинтересовалась нимфа на всякий случай, хотя у нее было полное основание полагать, что поблизости никого нет.

- Да, - отвечал старшина точно автоматическое устройство на запрос.

- Как погиб гранит? – женщина сложила руки в замок.

- Его убил Гайдук.

- Похоже это интересная история. Давай сначала и со всеми подробностями, - особа со столь могучим даром оказалась действительно очень возбуждена и заинтересована новостями.

- Мы охотились у рад кластеров, когда встретили детёныша того, кого нельзя упоминать вслух. Его убили из автоматической пушки. Потом появился его родитель. Он уничтожил половину отряда и всю технику, а сам Гранит оказался ранен. Нам пришлось возвращаться окольными путями. С мелкого того, кого нельзя упоминать вслух взяли одну белую жемчужина...

- Что с белкой? - тут же оборвала его нимфа, у которой аж руки зачесались от того, как ей захотелось заполучить эту драгоценность.

- Её съел Гайдук.

- А что с Гайдуком? - она буквально выплюнула имя знахаря.

- Я его убил, - отвечая, Феррум выпятил грудь колесом.

- Тайра, сука, - простонал пришедший в себя и осознавший всю отчаянность сложившейся ситуации Гриф, и Богиня обрела для старшины имя.

Рука Феррума, обратившаяся в тонкую пику, едва не пронзила трейсера оскорбившего божество. Феррум едва успел сдержать удар, увидев в глазах нимфы страх, потерять нужный ей сейчас инструмент.

- Нет! - вскричал она, но если бы не возникшее долей секундой раньше выражение глаз, крик бы жертву не спас. - Что ты делаешь безмозглый мудак?! - раздувала ноздри разгневавшаяся женщина. - Не смей никого трогать, пока я не разрешила.

- Чуть не убил он меня. Да? - марксман расхохотался, а потом стал орать во все горло. - Эй, твари!!! Все сюда!!! Тут вкусный обед!!! Чешите во все лопатки!!! Бегом бегите!!!

- Можешь не надрывать глотку. Тощий пугач, каких поискать. В радиусе километра нет ни одной твари. И ни одна тварь не подойдёт ближе, - сказано это было с такой уверенностью и таким пренебрежением, что Гриф смолк и нимфа тут же спросила. - Кто тебе ставил защиту? Философ?

- Философ. Попробуй, сломай, - ощерился пленник.

- Сломаю. Ты не переживай. Эй ты, пёс, держи его голову, чтобы он смотрел на меня, - последняя фраза оказалась обращена к Ферруму, и он со всем рвением исполнил приказание.

- Он тут не причём. Отпусти его, - прохрипел трейсер, взятый в захват за шею и выгнутый назад дугой.

- Все вы причём. Все вы одинаковые ублюдки, - она сплюнула в воду между лодок, стоящих почти впритык нос одной к борту другой. Она сосредоточила взгляд на новой жертве и какое-то время буравила мужчину глазами. - Долго не продержишься, - Тайра едва не скрежетнула зубами, сжала ладони в кулаки, так что длинные ногти впились в кожу и тут же возликовала. – Да!

- Получилось? - прорычала свой вопрос похожая на топтуна квазуха.

- А ты что сомневалась во мне? - с весёлым торжеством ответила вопросом на вопрос нимфа.

- Ну, мало ли, - развела корявыми руками квазизараженная, от чего их большая, но только не для квазки, лодка сильно закачалась.

- Не дергайся, а то вплавь за лодкой отправлю, - пригрозила едва не вывалившаяся от этого за борт нимфа.

- Не буду, - монстриху передернуло от одних мыслей о подобном, поскольку она боялась воды подобно большинству обычных зараженных.

- Отпусти его, - велела женщина, и Феррум тут же выполнил приказ богини, отчего полузадушенный Гриф упал и ударился головой, но ничего себе не разбил и не рассек. - Кто-то ещё выжил из команды Гранита? - продолжила спрашивать нимфа.

- Нет. Только он, - ответил Феррум.

- Вас вообще двое или где-то еще есть люди? – нимфа чуть склонила голову на бок и с снова сцепила руки в замок.

- Нет. Мы разведываем дорогу. Скоро подойдёт основной отряд.

- Много в нем народу?

- Семнадцать человек.

- Женщин в отряде много?

- Больше половины.

- И что вот мне с ними делать? - женщина обратилась к своим.

- Убей, да поплыли, - ответила квазуха.

- Что пожелаешь, - сказал тощий.

- Нет. Убить не пойдёт, - сказала Тайра задумчиво. - Есть у меня мыслишки поинтереснее, - сказала и обратилась к Ферруму. - Ты развяжи это говно.

Ферр безропотно все исполнил и по команде Тайры развязанный Гриф перебрался в её лодку. Там нимфа какое-то время нашептывала ему что-то в ухо, а марксман только и делал, что слушал ее голос, благоговея, как истинный христианин перед ликом вновь пришедшего к людям Иисуса. От происходящего он даже дышал и моргал через раз. Когда женщина со столь страшным для мужчин даром закончила с трейсером, то пришёл черёд рейдера. Старшина перебрался из лодки в лодку на смену товарищу и, замерев истуканом, стал внимать желаниям богини.

- Запоминай все с первого раза. Куда бы ни пошли остальные, ты отправишься в стаб Каменистый. С тобой пойдёт Гриф, но он будет заниматься своими делами и по прибытию в стаб, вам нужно сразу разбежаться. Он поручится за тебя и попробует помочь, как сможет, но после четкой связи между вами прослеживаться не должно. Вы хорошие знакомцы, но не более. Устроишься в Каменистом на службу в их ВОХР. Будешь спокойно служить и постарайся занять место какого-нибудь мелкого командира. Тебе не нужно забраться слишком высоко в их шайке. Ты не должен быть на глазах у начальников стаба, но ты должен стать среди простых солдат и младших командиров своим, обрасти связями и не вызывать подозрений. Самое главное не попадайся Философу, - Тайра показала взятое у Тощего фото мужчины. - Вот он. Запомни его. Если вдруг окажешься ближе пяти метров рядом с ним, то знай что вокруг тебя одни враги. Убей всех не щадя себя и в первую очередь убей его. Если же тебе повезет, и ты не пересечешься с Философом, то жди человека что придёт от меня. Это может быть кто угодно, но это будет мужик и он скажет тебе... - нимфа задумывалась, придумывал пароль. - Он скажет тебе: Мы построим девичий сад на месте этого говна. Встретишь этого человека как родного и выполнишь все его команды как мои, - она пристально посмотрела в глаза Феррума. - Ты все запомнил? Проблем с памятью, надеюсь, нет.

- Всё запомнил. Память хорошая, - тут же ответил старшина, ощущая как под взглядом богини и от её близости кровь готова разорвать детородный орган.

- Отлично. Тогда иди в лодку к своему другу. Мы уплывем, и вы забудете о нас. Ты будешь делать все, как я сказала, но нас вы не только будете упоминать даже в разговорах между собой, но и не вспомните пока не придёт время, - нимфа закончила наставления и кивнула на лодку мужчин. - Перебирайся и продолжайте делать, что вы там делали, словно нас нет.

- И что мы уплываем? - спросила квазуха, поправляя когтистой лапой, переделанный под неё неизвестный Ферруму, крупнокалиберный автомат с так же переделанным подствольным гранатомётом.

- Уплываем. Посмотрим издалека. Но так-то нам тут нечего делать, если Гранит и вся его шайка передохли. Конечно, жаль не своими руками придушила, но туда этим ублюдкам и дорога, - после этого нимфа со своими спутниками уплыла, оставив старшину и марксмана вдвоем, а те как она и велела благополучно забыли об этом событии.

Хотя слово забыли в данном случае не совсем верно. Неизвестно как Гриф (может ему никто и не приказывал все забыть), но Феррум все же помнил о случившемся. Просто повинуясь приказу Тайры, он благополучно пропускал это воспоминание. Старшина не смог бы за него даже под пытками, если бы не встретился с Философом, чьи дары Улей будто бы нарочно затачивал чтобы противодействовать нимфам и другим индивидуумам способным влиять на людские разум и сознания. Если бы не этот малоизвестный широкому кругу лиц человек, то еще неизвестно как сложилась бы судьба города. Возможно, им бы сейчас управляли нимфы с их поклонниками. Феррум мало знал о тех событиях, но слышал, что секта раскинула сети широко, и искоренить ее стоило большого труда и немалых жертв.

- Ну как ты? Очухался? – Ферру заглядывал в глаза безопасник с невыразительным лицом манекена.

- Вроде бы как, - просипел старшина и осознал, что может не только говорить, но и шевелиться.

- На вот хлебни, - тот, кто лишал его возможности двигаться и использовать дары Улья с сочувствием предложил свою фляжку с живцом. – Я сам через такое прошел, так что понимаю, - мужчина имел ввиду, что прошел через таланты Философа, ведь именно они так сказались на старшине при очистке его разума от влияния нимфы.

- Спасибо, - Феррум сидя на полу, сделал несколько глотков и вернул фляжку владельцу. – Мне разрешается встать? – командир отделения смотрел на офицеров ВОХР, но ответил ему ни кто-то из них.

- Садись на стул. Будем говорить, - сказал Викарий, указывая на место, предназначенное для подозреваемого, о чем говорил способ его установки материал изготовления и петли для наручников, чтобы приковать человека к стулу вытянутыми вниз руками.

- Сразу хочу заявить, что не совершил никаких злодеяний против стаба Каменистый, - высказался Феррум, не без труда поднимая с пола не слишком желавшее подчиняться тело.

- Вижу, желание сотрудничать есть, - кивнул человек манекен, занимая место за плечом ментата устроившегося на стуле для лица, ведущего допрос.

- Эта сука рылась в моих мозгах. Я хочу выпотрошить ее точно рыбину. Чтобы кишки по полу, - сверкнул глазами Ферр, принявший эту ситуацию очень близко к сердцу.

- У нас еще один нимфоненавистник, - констатировал факт Викарий, бросив через плечо взгляд на безопасника с невыразительным лицом, и снова уставился на Феррума. – Рассказывай кто она, где и как ее встретил, что она тебе велела делать и вообще все, что можешь рассказать полезного.

- Это была Тайра. Так ее называли. С ней был тощий мужик с даром пугача, которого так и звали Тощий и квазка. Такая, что от топтуна не отличишь. Разве что чуть меньше нормального топтуна. Я думаю имя Тайра вам о чем-то должно говорить. Она явно вас всех ненавидит и очень сожалела, что не сумела приложить руку к смерти Гранита и гибели его команды, - Феррум сделал короткую паузу и заговорил о том, что посчитал самым важным. – Гриф из команды Гранита. Он был со мной. Она что-то ему внушила. Ему нужно помочь, - он сбился, вспомнив, что названное имя совсем недавно упоминали. – Что с ним?

- Помогать некому. Гриф погиб, - ответил Викарий.

- Я могу узнать, как это вышло? – старшина совсем бросил обращать внимание на охрану из комитета и офицеров ВОХР.

- После я тебе расскажу, сейчас ты нам расскажи о Тайре. Возможно, нам это чем-то поможет, - сказал тот, что с лицом манекена.

- Из полезного и существенного, - Ферр чуть подумал. – Ее приметы и приметы ее подельников известны?

- Могла сменить внешность. Такое возможно, - пожал плечами Викарий.

- Рост где-то 160 – 165. Телосложения худощавого. Лицо европейского типа. Волосы темные, даже черные, до плеч. По всей видимости, крашеная. Стрижка с челкой почти по брови. Нос прямой, губы тонкие, брови дугообразные, глаза зеленые. Размер ноги 32 или 33. Ножка миниатюрная. Лицо чистое: без угревой сыпи или родинок. Косметики в тот момент на лице не было. Видимых особых примет нет, - как по написанной ориентировке рассказал бывший милиционер.

- О как. Про размер ноги у нас нет, - чуть удивился безопасник и спросил. - Служил в органах правопорядка?

- Достаточно продолжительное время, - подтвердил старшина и задал свой вопрос. – Приметы Тощего и квазухи нужны?

- Их основные приметы ты назвал прямо в этом в своем вопросе, - ответил снова безопасник.

- Тогда такая информация. Я не знаю, что она велела Грифу и куда направилась после нашей встречи. Из меня она решила сделать спящего агента. Я должен был забыть о ней все и ждать, сам того не осознавая, человека который придет от нее, - поведал Феррум.

- Больше ничего? – уточнил ментат.

- Ценного ничего. Она плыла следом за Гранитом. Встретила нас с Грифом, когда мы были в передовом дозоре. Выяснила судьбу группы Гранита, сделала свои закладки нам в головы и отправилась в неизвестном направлении. Собиралась понаблюдать издали. Больше я ее не видел. Сожалею, что мало чем могу помочь. Единственное, могу предложить себя в роли двойного агента. Если появится человек от Тайры, я незамедлительно доложу. Скажите только кому и куда. Еще могу составить полный список всех, пришедших с болот мужчин. Возможно, мы с Грифом не единственные кого она обработала. Могу предложить начать с моего крестника Хотэя. После проверки он, так же как и я окажет полное содействие. Так же в госпитале находится знахарь Весельчак. Возможно, на него нимфа тоже воздействовала. Хотя такое очень маловероятно. Он всегда находился с основной группой. Там имелись женщины. Думаю только поэтому Тайра не взяла всю нашу группу под контроль, - в Ферруме разгорелось желание не только разрушить до самого основания все планы этой псевдо богини, но и попробовать спасти возможных жертв нимфы.

- Списочек обязательно составим, - человек с невыразительным лицом подал знак и на стол перед Феррумом легли бумага и ручка, а он продолжил. – Я, думаю, все могут быть свободны. Мы с товарищем старшиной тут вдвоем справимся. После я сообщу вам о результатах, - высказано было как просьба, но офицеры ВОХР, ментат, Философ и охрана направилась на выход без слов, как после не предполагающего возражений приказа.

- Мы пока с товарищем майором его крестника навестим, - оповестил на выходе человек способный бороться с даром нимф.