(С)нежная королева для Властелина

Пролог

***

За три дня до основных событий.

Адриан

– Ты уверен? – напряжённо спрашиваю я, глядя на Тгора.

Варвар, покрытый трофейными отметинами и облачённый в доспех из меха стального волка, смотрелся инородно в моём кабинете. Дорогая кожа и лакированное красное дерево не слишком сочетались с засохшими разводами грязи на Тгоре. Однако весть, которую принёс этот воин, слишком важна, чтобы обсуждать её в казармах.

– Да, мой лорд. Я проверил. В этой пещере залежи волшебных камней. И их очень много, – пророкотал Тгор глядя на меня как преданный пёс. Такое отношение коробило, но глупо отказываться от преданности, принесённой на блюде. Тем более теперь, когда этот варвар узнал что-то настолько замечательное.

Ещё раз посмотрев на неприметную точку на карте, разложенную на столе, я изо всех сил постарался сдержать ликование и не подпрыгнуть в кресле. Нетронутая жила магических кристаллов – это ли не подарок судьбы?

Такая находка способна изменить очень многое. Как только я завладею шахтой, уже никто не сможет сравниться с влиянием Даристра – всему континенту придётся считаться с моей страной. Теперь осталось найти повод, чтобы вторгнуться в Ледяные Пустоши – всё же даже у этих земель есть хозяйка.

– Хорошая работа, – скупо похвалил Тгора, но даже такие слова из моих уст нужно как следует заслужить.

Варвар довольно прищурил чёрные глаза, радуясь тому, что угодил мне. Тгор знает: теперь он вправе просить у меня, что угодно. Такие дары обычно не забирают сразу, вот и Тгор, не смотря на скудный интеллект, не стал просить о чём-то сейчас – решил приберечь. И верь после этого в россказни, что все варвары непроходимо тупы.

Пристально посмотрев на Тгора, я холодно произнёс:

– Держи рот на замке и убедись, что никто из твоих подручных не проболтается раньше времени о такой находке.

– Слушаюсь, – прокатился зычный бас по моему кабинету, после которого последовал неуклюжий поклон.

Кивком головы отпустив Тгора, я откинулся на спинку кресла. Взгляд сам собой блуждал по ломаным линиям на карте, означающим бесконечные горы, пока в мыслях выстраивалась цепочка дальнейших действий.

Как только верный варвар покинул мой кабинет, я перевёл взгляд на своего помощника тихой тенью, стоявшего всё это время справа от меня.

– Что скажешь? – Привычно обращаюсь за советом, хотя и так уже знаю, что буду делать. Мнение Эшесса может ни на что не повлиять, но оно позволит мне посмотреть на ситуацию с иной стороны, стороны хладнокровного вампира.

– Мой господин, – шелестящим голосом привычно начал Эшесс, – время не терпит. Пусть ваши слуги все верны вам, но мы не можем допустить, чтобы кто-то ещё узнал об этой пещере.

Алые глаза моего советника сверкнули в свете магических ламп, выдавая его нетерпение. Чтобы не говорили об отсутствии темперамента у этой расы с белой кожей и волосами, Эшесс иногда доказывал обратное.

Задумчиво понаблюдав за чёрной мантией вампира, что постоянно находилась в движении, будто здесь был ветер, я произнёс:

– Да, стоит поторопиться. И самый быстрый способ это – вторжение…

– Вы, безусловно, правы, – тут же перебил меня вампир, за что удостоился испепеляющего взгляда, – но тогда вы лишитесь всех своих сил.

Безжалостное напоминание заставило скрипнуть зубами. Зато предусмотрительный Эшесс таким нехитрым способом направил мою злость в иное русло. Теперь мне хотелось оторвать голову не ему, а тому демону, что меня обманул.

Проклятый контракт! Из-за него я не могу нападать первым, а ведь насколько бы это облегчило задачу.

Прикрыв глаза, заставил бурю в душе утихнуть и совершенно спокойно сказал:

– Нужно найти такой повод, чтобы Снежная Королева сама дала причину для нападения на её территорию. Причём, после первого же письма.

– И у вас уже есть на примете такой предлог, – с уважением произнёс вампир.

– Есть. – Чуть заметно кивнул и, потерев подбородок, принялся рассуждать: – Насколько я знаю, ни одна из правительниц Ледяных Пустошей не была замужем. Все они на протяжении веков отказывались от брачных предложений, предпочитая оставаться единственной опорой для своих земель.

– Вы сделаете предложение? – спросил Эшесс с лёгким удивлением. – А как же ваше обещание жениться лишь после того, как померкнет свет?

Припомнив эти громкие слова, я поморщился. Ну, а как мне ещё относиться к браку, когда все женщины вокруг из кожи вон лезли, чтобы нацепить на себя корону Даристра? Пришлось даже составлять магический контракт для любовниц, чтобы избавить их от пустых надежд, а себя от головной боли.

– Снежная Королева откажет, – уверенно произношу, – как и все до неё. И это станет достойным оскорблением, после которого я смогу спокойно напасть на Ледяную Пустошь и забрать то, что мне нужно. – Когда планы были озвучены вслух, во мне неожиданно закрепилось нехорошее предчувствие. Но, не придав этому значения, я распорядился: – Проследи, чтобы гарнизоны были в полной боеготовности.

Эшесс спрятал паучьи пальцы в широких рукавах мантии и уточнил:

– Готовимся к войне?

– Да. Ты же сам сказал, время не терпит, – заметил я и продолжил. – Стягивай войска на наши северные границы, а я пока составлю достаточно унизительное предложение руки и сердца.

Вампир не сдвинулся с места, и я вопросительно на него посмотрел. На что Эшесс с поклоном произнёс:

– Ваше коварство не знает границ, но, мой господин, а что, если... Королева согласится?

В алых глазах не было и намека на насмешку, но этой летучей мыши в занавеске только дай повод поглумиться.

– Зачем ей это? – логично рассудил я, пожимая плечами. – Все снежные женщины лишены страстей, и муж для таких будет бременем. В дневнике моего прадеда говорилось, что предыдущая снежная королева Мирелла, была настолько красива, что к ней стекались женихи со всего света. Она отказала всем, несмотря на подарки, обещания и откровенные угрозы. – В воспоминаниях вспыхнул портрет настоящей красавицы, нарисованный от руки. Возможно, мой предок был одним из тех, кого отвергла та королева. Аргументы из дневника я так же подкрепил тем, что знал сам: – А нынешняя вообще заморозила корабли императора Иерхира Седьмого, приехавшего с ультиматумом: либо она отправляется в его гарем, либо он с помощью драконьего огня уничтожает её дворец. – Уже не скрывая усмешки, я спросил у своего советника: – Ты думаешь, что женщина, так резко отказавшая императору самой богатой страны, примет моё предложение?

– Я просто стараюсь учесть все факторы, – в своей манере ответил вампир. Как ни посмотри, но его слова всё же заставили меня задуматься и об ином исходе.

– Даже если Снежная Королева согласится, брак с женщиной, лишенной эмоций, будет больше походить на взаимовыгодную сделку. В любом случае именно я останусь в выигрыше.

Почтительным наклоном головы Эшесс согласился с моими словами и только после этого отправился выполнять моё поручение. Я же достал дорогую бумагу с золотым тиснением и посмотрел на карту. Всего одно письмо отделяет меня от таких желанных шахт.

Глава 1

***

Последнее, что я помнила, – это холод, пронизывающий каждую клеточку моего тела. Затем наступила тьма. Но она не была пугающей и леденящей душу, как частенько говорилось в книгах; наоборот: в этой мгле было тепло. Словно кто-то укрыл меня, продрогшую до костей, пуховым одеялом и оставил согреваться в уютной тишине.

Лишь спустя какое-то время безмолвие вокруг разрезал недовольный, скрипучий голос:

– И это новая наследница? Какая-то она… мелкая…

А вот это обидно. Не всем же иметь рост выше среднего. Лично я всегда предпочитала слово «миниатюрная», но окружающие частенько бросали в мою сторону «коротышка», «мелюзга» и «от горшка два вершка».

Да, щадить чувства других мало кто привык.

– Не ворчи, Вьюга, – раздался совсем близко второй женский голос, похожий на хрустальную капель. – Сердце замка никогда не ошибается. Теперь она будет твоей хозяйкой.

– Тоже мне… – проворчала та, которая заговорила первой, и её голос больше смахивал на скрип старой табуретки.

Более лояльная ко мне собеседница тихо рассмеялась, но в её смехе было больше грусти, чем веселья.

– В своё время ты и обо мне так отзывалась, – усмехнулся приятный голос, а затем явно обратился ко мне: – Проснись, дитя. Новая жизнь ждёт тебя.

Стоило незнакомке сказать это, как меня выдернуло из безмятежной тьмы. Тело скрутило, в висках застучали барабаны, а горло сдавило спазмом. Я распахнула глаза и губы, громко втягивая колкий воздух в лёгкие, но они упрямо противились его принимать. Пока я боролась за каждый вздох, глаза слезились всё сильнее от ослепляюще белого света, в котором утопало всё вокруг.

– Успокойся, – мягко велела обладательница красивого голоса, – дыши ровнее, и через какое-то время тебе станет лучше.

Доверять первому, не то, что встречному, а только услышанному, конечно, глупость, но пока моё тело билось в судорогах, вся моя настороженность улетучилась. Поэтому, прислушавшись к словам незнакомки, я постаралась выровнять дыхание. Было сложно – казалось, будто кто-то, пока я спала, поил меня ледяной водой, отчего теперь в горле ужасно саднило. Но с каждым ударом испуганного сердца мне становилось чуточку лучше.

Сначала притупилась боль в горле. Затем мои лёгкие, наконец, перестали упрямиться, и мне удалось надышаться вволю. И лишь после этого медленно ко мне вернулось зрение. Хотя, на самом деле, оно никуда не пропадало, просто комната с высокими сводами, в которой я находилась, имела белоснежный цвет.

Начиная от, хм, полупрозрачной лепнины до украшенных замысловатым узором стен, всё сияло белизной. По крайней мере, так показалось изначально. Когда же я осторожно приподнялась на локтях и осмотрелась, то заметила голубые блики – они сверкали сильнее всего на полу, но то и дело проскакивали прямо в толще стен.

Оказывается, всё это время я лежала на чём-то очень смахивающем на алтарь. Слава богу, без подозрительных креплений или желобков. Помимо меня в просторной комнате без мебели – если не считать мой постамент и кресло неподалёку – находилась только одна женщина. На её идеальном фарфоровом лице играла тёплая, дружелюбная улыбка, но я не спешила отвечать тем же. Просто женщина, хоть и была очень красивой, выглядела слишком странно.

Всё в ней, от кончиков ноготков и до кончиков длинных белых волос, дышало… зимой. Какие-то синеватые губы, излишне бледная кожа, и даже ресницы с бровями имели белоснежный цвет. На голове блестела корона из каких-то прозрачных кристаллов, отливающих радужным светом. Точно такой россыпью мелких камней было украшено струящееся платье неизвестной женщины, что наталкивало на мысль о не самом бюджетном фэнтези-фильме – слишком уж естественно, но при этом богато выглядел наряд.

– У тебя есть вопросы ко мне? – нарушила тишину женщина в белом. Она чуть наклонила голову к плечу, и если бы не это движение, то я бы убедила себя в том, что передо мной слишком реалистичная кукла.

С настороженностью посмотрев в серебристые глаза незнакомки, честно ответила:

– Вопросов так много, что не знаю, с какого начать. – Сосредоточившись на том, что меня окружает, я старалась не замечать паники и стучащих в висках вопросов: «Где я?», «Что здесь делаю?» и «Куда подевалась безлюдная дорога с моей заглохшей машиной?». В последний раз меня окружали заснеженные ёлки, и пока что мой мозг не мог найти объяснение происходящему.

– Хорошо, – чему-то вроде как обрадовалась женщина. Она грациозно указала куда-то мне за спину и сказала: – Тогда Вьюга ответит на них, а я, если позволишь, расскажу тебе о своём прошлом.

Повернувшись назад, я обнаружила на краю алтаря сову. Странно, и как я раньше её не заметила? Но это неудивительно, ведь птица была такой же белой, как и сверкающая комната. Лишь чёрные глаза, с интересом рассматривающие меня, выдали идеально замаскировавшуюся птицу.

Не знаю зачем, но я поспешила отодвинуться от совы. Пришлось сесть и свесить ноги с алтаря – как и ожидалось, до пола мои босые стопы не достали.

А это ещё что? Только сейчас я с удивлением заметила, что на мне надето платье, очень похожее на наряд сидящей в кресле женщины. Между тем незнакомка, слишком хорошо загримированная под снежную королеву, пустилась в рассказ, и всё моё внимание сосредоточилось на ней:

– Наверное, это странно, – тихо начала женщина, – но я помню свою человеческую жизнь так ясно, словно и не провела трёх веков в этом замке. Я была ничем не примечательной дочерью обычного фермера, которая, как и полагалось в наших краях, рано вышла замуж. – Взгляд беловолосой красавицы затуманился, давая понять, что мыслями она сейчас не здесь. – Мой последний день пришёлся на середину зимы. Отец часто ругал меня за то, что я любила срезать путь через замерзшую реку, когда навещала их…

Повисла небольшая пауза. Я всё ещё не понимала, что происходит, но мне было совестно прерывать человека, так желающего рассказать о себе.

Благодарная улыбка тронула синеватые губы женщины, и она грустно продолжила:

– Хрупкий лёд забрал мою жизнь, слишком рано оставив в прошлом всех, кто был дорог мне. Следующим, что я помню, стала эта комната, – изящная рука обвела пространство вокруг, – и невероятно красивая женщина, назвавшая меня преемницей. – Вот тут до меня начало доходить, что рассказанная история подтолкнула ко мне часть ответов.

Отчего-то у меня не возникло мыслей о сне или своём сумасшествии. Слишком уж реально всё выглядело вокруг. Зато часть пустых вопросов трансформировалась в более конкретные. Я уже было открыла рот, чтобы задать первый вопрос, но женщина с тоской вздохнула:

– Жаль, что моё время так быстро истончается, и я не успею выслушать твою историю. Её тебе придётся рассказать своей наследнице – это уже своего рода традиция.

Очередная улыбка ещё больше меня озадачила, и я пробормотала:

– Ничего не понимаю…

– Не страшно, – как-то слишком по-матерински утешили меня, – у тебя достаточно времени, чтобы во всём разобраться. Теперь всё, что находится на территории Ледяных пустошей, принадлежит тебе. – Огорошила меня так и не представившаяся женщина, после чего с теплом посмотрела в сторону совы и сказала: – Вьюга, не обижай её. Ты же сама всё понимаешь.

Пронзительный взгляд женщины снова обратился ко мне, и у меня перехватило дыхание. Стройную фигуру в белом окутало голубое, какое-то потустороннее сияние. Женщина слабо засветилась и, за несколько мгновений превратившись в ледяную статую, рассыпалась искрами.

Настолько эффектно при мне ещё никто не уходил…

Потребовалось несколько минут, чтобы осознать случившееся. Всё услышанное складывалось в подобие картины, от которой меня пронзило осознание. Встретившей меня женщины больше нет. У её последнего взгляда имелось чёткое название. Прощание.

В ужасе глядя на пустое место, где только что сидел живой человек, я попыталась и дальше не обращать внимания на панику. Но как бы я ни старалась, дыхание становилось всё быстрее и чаще, а изо рта начали вырываться хлипающие звуки.

Меня отрезвила пощёчина. Увесистая такая пощёчина не менее увесистым крылом.

Хотя это странно, – ошарашенно подумала я, – у птиц же кости лёгкие, так откуда у этой ненормальной совы такой удар?

– Что? – Спросила я у пустоты, глядя на белую сову, уже вальяжно сидящую рядом со мной. Моё состояние можно понять: за всю жизнь меня никогда не били, а тут пощёчина от птицы. Кто угодно растеряется.

– Зато в себя пришла, – проскрипела сова, и к моим пораженно распахнутым глазам добавилась отвисшая челюсть.

– Ты умеешь говорить? – Осторожно спросила, при этом начиная чувствовать себя сумасшедшей. Лучше поздно, чем никогда.

– И получше тебя, – съехидничала сова, разминая крыло так, будто хочет взлететь или снова отвесить мне пощёчину. – Ну что, ещё истерики будут? – Деловито спросила эта поганка, давая понять, что крыло разминалось точно не для полёта.

– Нет, – испуганно замотала головой, отодвигаясь от бешенной и – мама! – говорящей птицы.

А ведь точно – как-то до меня туго доходит – та женщина называла сову Вьюгой и говорила, что она ответит на мои вопросы. Тогда наличие речи логично. Угу, если учесть, что, с тех пор как я пришла в себя, логикой вокруг и не пахло.

Круглая голова Вьюги повернулась назад, позволяя её хозяйке осмотреть пространство за ней, после чего так же мягко вернулась в исходное положение.

– Вот и славно, – проскрипела птица, нахохлившись. – Бросай уже изображать истеричную барышню и пошли отсюда. Мне тебя в курс дела надо вводить, и желательно не в этой комнате: здесь холоднее всего.

Да? Странно. Лично я совсем не замёрзла. Мне вообще казалось, что температура воздуха вполне себе нормальная. Пожалуй, это была единственная вещь, не вызывающая у меня дискомфорта. Но думаю, говорящей сове виднее, да и если я хочу получить ответы на все свои вопросы, нужно быть помягче с этой птицей. Печально, что она со мной особо не церемонится.

Соскользнув с алтаря на пол, всё ещё потирая щеку, я направилась к единственной двери из этой комнаты.

Надеюсь – грубая сова станет самым страшным из того, что меня здесь поджидает.

Глава 2

Мои шаги тихим эхом разлетались в стенах настоящего ледяного замка. Едва мы с не самой дружелюбной совой покинули комнату с алтарём, я только и делала, что вертела головой.

Потолки просторных коридоров сияли многоярусными люстрами из капелек льда. А массивные колонны, поддерживающие сверкающий свод, были оплетены вьющимися розами – если бы не белоснежный цвет и хрустальный блеск, как бутонов, так и лоз с листьями, их можно было бы принять за живые цветы. Вообще-то это место больше напоминало причудливую оранжерею, которая заледенела и покрылась пушистой изморозью. Очень красиво, но слишком по-зимнему.

Рассматривая белый пол с голубоватыми прожилками, я задала летающей вокруг меня сове закономерный вопрос:

– А почему мне не холодно? – Недоуменно глядя на свои босые стопы, я понимала, что уже давно должна бы окоченеть. Но пальцы на ногах оставались нормального цвета, да и меня совсем не беспокоила явно минусовая температура при том, что на мне лишь платье.

– С чего бы начать, чтобы вышло покороче? – задала риторический вопрос Вьюга, бесцеремонно плюхаясь мне на плечо.

От веса небольшой птицы меня повело, но я быстро восстановила равновесие. Ругать пернатую нахалку, способную без колебаний отвесить оплеуху, у меня язык не повернулся, и потому я молча продолжила идти вперёд, не забывая рассматривать ледяной дворец.

Сова повернула голову и, вперив в меня чёрный взгляд, принялась недовольно объяснять:

– Теперь даже самая низкая температура тебе не страшна. Твоё тело больше не восприимчиво к холоду, иначе ты бы просто рассыпалась ледяной крошкой в комнате возрождения.

– Возрождения…, – неверующе пробормотала я, – так значит, я…

Закончить фразу уже не смогла, но картина безжалостно собиралась по кусочкам. Вьюга же церемониться не стала и поспешила разбить в пух и прах мои надежды на возвращение домой:

– Да, прежняя ты умерла. – И, словно подслушав мои мысли, сова добавила: – Теперь это твой дом. Ты здесь хозяйка, а точнее: королева, и тебе принадлежит не только этот дворец, но и внушительный кусок земли. Правда, на нашей территории кроме снега ничего нет, но зато многие королевства могут только мечтать о настолько большой стране.

А толку от этого? – грустно подумала я. – Очевидно, никому не нужны промёрзшие до основания территории, иначе бы их присоединили хотя бы ради банального "чтоб больше было". Вот и получается, что теперь я королева ничего, морозного, чуждого.

Эх, ну что мне стоило остаться в тёплой квартире, а не срываться в канун Нового Года к друзьям в глушь? Отпраздновала бы сама. Так нет же, загорелась идеей встретить Новый Год в домике, спрятанном в морозном лесу, да так и застряла там навсегда. Вот тебе и банька, и катание на лыжах… Представляю, какой «сюрприз» ждёт первого, кто найдёт мою заглохшую машину на обочине дороги. Б-р-р.

Хорошо хоть дома больше никто не ждёт. Отца я не знала, а мама, загнав себя на работе, желая дать мне всё необходимое, умерла четыре года назад. И что мне тот счёт в банке, если я осталась одна, едва став совершеннолетней? А из-за моей глупости такая жертва кажется слишком бессмысленной.

Совсем расстроившись от таких мыслей, я остановилась и задумалась: а не поплакать ли? Скорее всего, не поможет, но хоть уровень стресса снизится.

Неодобрительно посмотрев на меня, Вьюга проскрипела:

– Тебе повезло, что как раз в это время сердце замка искало новую преемницу. Магия этих земель выбрала тебя и, призвав твою душу, воспроизвела тело. Тут радоваться надо, а не носом шмыгать.

Ворчание совы немного меня успокоило, и я, заинтересовавшись её словами, переспросила:

– То есть я теперь не совсем человек? – После такого умозаключения мне срочно понадобилось зеркало. Такового не нашлось, но чуть дальше по коридору обнаружилась гладкая, отполированная стена. Пусть отражение было немного искажённым, но оно позволило достаточно рассмотреть себя.

Да вроде бы всё ещё я. Тот же немного крупный нос с вздернутым кончиком, глубоко посаженные глаза и высокие скулы. Даже пухлые губы не были синими, а лишь слегка бледными, но на фоне кожи, почти утратившей загар, это не так бросалось в глаза. Из изменений были только волосы – мой русый цвет превратился в пепельный блонд, который на удивление мне шёл, а также глаза, ставшие серыми вместо привычных голубых.

Позволив мне собой налюбоваться, Вьюга скучающе ответила на мой вопрос:

– Ну почему же не человек? Ледяное воскрешение максимально повторило твоё тело. Только внесло несколько изменений, чтобы ты смогла выжить здесь, а также, чтобы твоя магия не уничтожила тебя. Одни плюсы.

– Моя магия? У меня есть магия? – осторожно уточнила я у совы, так оптимистично рассуждающей о моей новой жизни.

– Да. И очень сильная. – Последовал ответ, и эта крылатая поганка шлёпнула меня крылом по затылку и указала в сторону лестницы.

Пришлось покорно идти, куда велели таким варварским способом. Мысль о магии вселила надежду, что однажды я смогу отплатить за добро этой пернатой и в качестве ответной услуги заморозить ей хвост. А то слишком уж невоспитанная птица. Почему именно заморозить? Раз уж всё вокруг окутано снегом и инеем, значит, логично было бы предположить, что дарованная мне магия именно такого рода.

Наверное, заметив мстительный блеск в моих глазах, Вьюга фыркнула и ехидно добавила:

– Но нужно время, чтобы к тебе перешла сила и знания твоих предшественниц. С ходу ты даже снежок мысленно не слепишь. А вот когда твоя магия окрепнет, сможешь даже пургу на всей территории Ледяных Пустошей вызывать.

– Разве чему-то такому не нужно учиться? – спросила я, недоумевая. А как же без заклинаний и пассов? Да-да, одно время я подсела на всякие фэнтези-фильмы и сериалы, и там всегда нужно было что-то большее, чем просто пожелать. Возможно, именно из-за бывшей страсти ко всему волшебному, промелькнувшая мысль о попадании в другой мир была воспринята мной совершенно спокойно.

Вьюга устало вздохнула, и как только мы оказались в новом коридоре, указала крылом налево и проворчала:

– Говорю же, сердце замка добавило в твоё тело несколько полезных изменений. Теперь ты, как и все до тебя, связана с источником магии всех снежных королев. Источник просто передаст тебе необходимые знания. Как раз к нему я тебя и веду.

Значит, можно перестать мучить сову вопросами, а то она явно не в восторге от своей роли. Интересный факт, но как только Вьюга произнесла «снежных королев», до меня дошло, что мы говорим не на русском, и всё, что я слышу – это перевод. Возможно, словосочетание, известное всем, кто читал сказки Андерсена или смотрел мультфильмы по ним, имеет здесь немного иное значение. Однако с учётом перевода и без шуток, судя по всему, я стала пресловутой Снежной Королевой.

Ну и дела…

Пока я переваривала всё, что мне подкинула Судьба, мы дошли до нужного места. Прямо передо мной оказалась лазурная дверь, чей витиеватый орнамент немного выбивался из общей растительной тематики. На створках, пропускающих через резной рисунок свет, были изображены какие-то символы, пентаграммы, а также узоры, больше похожие на древний язык.

Как только я подошла ближе, двери сами распахнулись, свободно пуская меня внутрь. Вьюга потопталась у меня на плече, усаживаясь удобнее, при этом её когти чуть не ободрали отделку на платье. У меня закралась мысль, что эта птица – оживший кусок льда, иначе с чего бы ей столько весить и при этом уметь не просто летать, а парить? Тут точно не обошлось без магии.

Спокойствие, с которым я приняла существование ещё и волшебства, меня уже не удивляло. Для одного дня возрождения в качестве новой Снежной Королевы уже многовато. Потому мои нервы решили просто расслабиться и получать удовольствие от происходящего. Лучше уж я потрачу энергию на восхищение, а восхищаться чем – тут точно было.

Мы оказались в идеально круглой комнате, в центре которой, раскинув ледяные ветви без листьев, находилось дерево. Оно было настолько огромным, что кончики многочисленных ветвей впивались в стены и потолок, в то время как виднеющиеся над полом корни крепко держали исполинский ствол. Кора дерева была покрыта пушистой изморозью, но то тут, то там виднелись сверкающие грани ледяного ствола. А свет, проникающий через полупрозрачный потолок, заставлял кристаллизованное дерево искриться и сверкать, превращая его в настоящее произведение искусства.

– Это потрясающе…, – заворожённо разглядывая сказочное дерево, выдохнула я.

Вьюга гордо приосанилась и сказала:

– Да, средоточие магии всегда поражает своей красотой. Между прочим, сейчас ты смотришь на своё собственное сердце.

Такие новости меня не порадовали. Я перевела недоуменный взгляд на сову и осторожно уточнила:

– И как это понимать?

– Твоя жизнь отныне крепко связана с магией Снежных Королев, а она берёт своё начало именно здесь. – Белое крыло указало на ледяное дерево, что словно всеми силами цеплялось за это место. – Если кто-то уничтожит сердце замка, ты просто… исчезнешь…

Вьюга замолчала, но я вовремя вспомнила, что у всего есть своя цена, и сама дополнила прерванную фразу:

– Потому что именно магия вернула меня к жизни, а без неё не будет и этого тела.

Видимо, моей расплатой за новую жизнь стал натуральный поводок. А как иначе мне теперь воспринимать ледяное дерево? Благодаря этому сердцу магии я теперь привязана к замку. И, судя по всему, не на один век.

Глава 3

Вредная сова даже не стала глумиться и спокойно подтвердила:

– Ты права: без магии тебе не жить. Так что будем надеяться, твоя сила окрепнет как можно скорее. – И уже тише сова пробормотала: – Всё же без стражи даже мне не уютно.

– Как, без стражи? – встрепенулась я от такой новости. – Разве можно в одиночку защитить этот замок?

– Нет, конечно, – ответила Вьюга, при этом посмотрев на меня как на очень глупого человека. – Все королевы сами создают себе слуг, в том числе и охрану. Ещё утром здесь обитало множество снежных монстров, подчиняющихся воле Элении. Но они развеялись, как только её не стало.

Невольно вспомнив короткую встречу со своей предшественницей, я растерянно спросила:

– И что теперь делать? Как мне кого-то создавать, если я и о магии ничего не знаю? Вдруг именно сейчас кто-то решит напасть?

– Не паникуй, – не успокоила, а скорее предупредила Вьюга. – Как только кто-то ступит на территорию Ледяных Пустошей, замок сообщит нам об этом. Добраться сюда не так-то и просто, так что у тебя будет полно времени, чтобы подготовиться к встрече. Последние гости были пару недель назад, но они потоптались на границе, промёрзли до костей и снова убрались восвояси. – От сердца немного отлегло, а тем временем моя крылатая наставница продолжила вводить меня в курс дела: – Но тратить время попусту всё же не стоит. Подойди и прикоснись к сердцу замка, чтобы оно открыло тебе знания. Не все, конечно, иначе ты просто свихнёшься, но хоть что-то да узнаешь.

Вот о последнем можно было и не говорить, потому что у меня подозрительно затряслись руки. Но, не дав себе утонуть в сомнениях, я зашагала к стволу. Вьюга оставила в покое моё плечо и, взлетев, принялась парить у меня над головой. Это нервировало ещё больше, но я не подавала вида.

Вблизи ствол казался гораздо внушительнее, а ещё… он пел. Готова поклясться чем угодно: я слышала звук, очень похожий на тот, который издаёт хрусталь, когда по нему водишь пальцами. При этом звук не был монотонным, а как будто исполняя мелодию, менял тональность и частоту. Удивительно!

Мои пальцы неуверенно коснулись изморози, ствол ответил лёгкой вибрацией и… на этом всё. Немного постояв, я приложила уже обе ладошки, но эффект был тот же. Точнее, он вообще отсутствовал. Меня уже посетила мысль крепко обнять дерево в надежде, что это поможет, но мои планы нарушил нетерпеливый вопрос совы:

– Ну что?

– Ничего, – честно ответила Вьюге, отходя от ствола. Дерево казалось слишком живым для статуи, просто выстроганной изо льда. А ещё мне почудилась грусть, ощутимыми волнами исходящая от этого хрустального исполина.

– Сердце замка ничего тебе не показало? – удивлённо спросила сова, приземляясь на корень, выпирающий из пола и замерший на уровне моего лица.

– Нет. – Медленно покачала головой, при этом неотрывно глядя на ледяное дерево. – Может, я что-то делаю не так?

Вьюга промолчала и над чем-то задумалась. Правда, обычные думы, какими бы сильными они ни были, нам точно не помогут, если я окажусь единственной хозяйкой этого замка, неспособной колдовать. Разглядывая ледяное дерево, я всё пыталась понять, чем могла ему не угодить. Но раз так, то почему никакой враждебности в мою сторону? Меня просто проигнорировали, давая понять, что проблема во мне?

Я так погрузилась в излюбленное многими самокопание, что чуть не подпрыгнула, когда перед глазами раскрылся веер крыла. Маховые перья Вьюги слишком неожиданно оказались у меня перед носом, и, прежде чем я успела испугаться, меня… пощекотали. В носу зверски засвербело. Настолько коварная атака повлекла за собой закономерные последствия.

Мой придушенный чих хрустальной трелью прокатился между стен и ветвей, а вместе с ним у меня изо рта выпорхнул сноп снежинок.

– Это что сейчас было? – ошарашенно спросила я у совы, разглядывая оседающие мне под ноги снежинки.

– Магия! – гордо воскликнула Вьюга и, небрежно махнув крылом, сказала: – Не благодари.

– За что? – уточнила, недобро глядя на самодовольную сову. Что-то мне уже начинает надоедать её поведение.

Проигнорировав моё недовольство, наглая птица принялась мне, как маленькой, объяснять:

– Иначе бы ты ещё долго возилась, разбиралась. Теперь же мы в курсе, что колдовать ты точно сможешь, а вера в себя – это половина дела. Так что не сопи. Лучше подумай о том, что нам нужна стража, и постарайся её создать.

Легко сказать… Это то же самое, что столкнуть в реку и крикнуть: «Учись-ка ты плавать, иначе утонешь». Наставница из Вьюги так себе. Не удивлюсь, если некоторые из новеньких королев сменялись очень быстро – по тому, как скучающе ведёт себя сова, становилось понятно, что она уже не в первый и не в десятый раз объясняет основные обязанности хозяйки этого замка.

Ладно, нужно попробовать, а не искать себе оправдания. Так, что я ощутила перед тем, как вызвала этот мини-снегопад? Мне было щекотно, по телу пробежала дрожь, а потом – мурашки. При этом я почувствовала что-то тёплое в районе солнечного сплетения. Значит, попытаюсь воспроизвести эти ощущения и подкреплю их желанием создать охрану. Может, во мне скрыт недюжинный потенциал, и я лишь попусту трачу время.

Сказано – сделано. Однако вот так сразу, конечно же, ничего не вышло. Я хотела было уйти из этого святилища с сердцем замка, но Вьюга предупредила, что пока я слаба, мне будет проще колдовать именно здесь. Оказывается: чем дальше я от средоточия уже своей магии, тем меньше шансов на успех. В итоге мне пришлось усесться в позе лотоса среди корней ледяного дерева и натурально медитировать.

Понятия не имею, сколько прошло времени, но я, кажется, успела задремать. Из полудрёмы меня вывело скрипучее:

– Ну, хоть что-то!

Я вздрогнула, встала и более осмысленно посмотрела перед собой, чтобы обнаружить там… снеговика. Он был вполне себе стандартным: три снежных шара разного диаметра, крепко держались друг на друге и стояли на небольших снежках-ножках, а вместо рук-веточек у моего снеговика обнаружились лапки из снега. Нос-морковка по понятным причинам отсутствовал.

Пока я хлопала глазами и разглядывала слишком милого снеговика, с трудом достающего мне до колен, он беззубо улыбнулся. Был бы хвостик, кажется, он бы ещё и им повилял.

– Нам крышка, – обречённо выдохнула я, разглядывая совершенно безобидное существо из снега. Такой не то, что нас, он и себя-то не защитит. Может, перелепить его в пёсика? Так он хоть за домашнего любимца сойдёт.

– Ничего, завтра ещё попробуешь, – впервые попыталась успокоить меня Вьюга. Видимо, до неё дошла маленькая истина: провалюсь я – придёт конец и ей. Без охраны замок разнесут вдребезги вместе с источником магии, а эта ворчливая птица совершенно точно зависит от него.

Больше сова ничего сказать не успела. Дворец задрожал, отовсюду полился звон, а моё сердце сжалось от дурного предчувствия.

– Без паники, – хрипло рыкнула Вьюга, разглядывая, как я подхватываю на руки своего снеговика и взглядом ищу, в какую сторону уносить ноги. – Это всего лишь сигнал о магическом вестнике.

Выдохнув, я прижала крепче к груди завозившегося снеговика и неуверенно переспросила:

– Почта?

– Именно. Кто-то прислал нам письмо, – ответила сова и, улетев, оставила меня наедине со своим возмущением.

Боже, да у меня так и сердце остановится от страха! Кто вообще в здравом уме делает обычное оповещение больше похожим на пожарную тревогу? Такими темпами из-за стресса мои волосы быстренько станут белоснежными.

Посмотрев на снеговика, увидела, что он всё это время рассматривал меня, вскинув голову вверх. Как только он понял, что я смотрю на него, мне досталась ещё одна искренняя улыбка, которая, как ни странно, помогла немного успокоиться.

Вздохнув, я поставила этот снежный комок на пол, размышляя над тем, как дальше жить. Честно говоря, у меня уже голова шла кругом, но я старалась держать себя в руках. Какой толк от истерик? С их помощью я смогу заработать только очередную оплеуху от вредной совы. Кстати, о ней.

Вьюга вернулась довольно быстро и принесла в клюве письмо. Отдав его мне, она опять умостилась на моём плече и неожиданно спросила:

– Слушай, а звать-то тебя как?

– Майя, – отстранённо ответила, срывая сургучную печать. Плотная бумага немного хрустела и очень приятно пахла лесом. Было дико держать нечто подобное в руках, но у таких сообщений имелось своё очарование, не идущее ни в какое сравнение с электронной почтой.

– Странное имя, – протянула Вьюга, вновь принимаясь меня рассматривать.

Пожав плечами, я решила поспорить:

– Обычное имя для девочек, рождённых в весеннем месяце мае. Может, редкое, но точно не странное.

– Весеннее? – переспросила Вьюга и… кажется, рассмеялась. Не знаю: принимать ли этот лихорадочный клёкот за смех или же и вовсе за совиные проклятья, но мне стало не до поведения вредной совы, потому что я вчиталась в ровный почерк.

Кажется, у меня задёргался глаз. Пришлось зажмуриться и посчитать про себя до десяти. Потом медленно поднять ресницы и убедиться, что зрение меня не подводит.

– Вьюга, – бесцветным голосом начала я, – кажется, у нас серьёзные проблемы, и мой снеговик от них не спасёт.

Сова вытянула голову, видимо, вчитываясь в содержимое послания, а потом закашлялась. Натурально так, будто подавилась очередной язвительной фразочкой.

Когда Вьюге удалось восстановить дыхание, она прохрипела:

– А ты часом не проклята? На моей памяти ещё никому настолько не “везло”, как тебе.

Вот спасибо. Утешила от души, называется.

С грустью посмотрев на подпись, гласившую: «Властелин Тьмы Адриан ист Деркилл», ещё раз пробежалась по тексту послания и вновь прочитала между строк негласное объявление войны.

Глава 4

***

Адриан

Прохладный ветер обдувал моё хмурое лицо, пока я стоял на балконе. Это было очень кстати, потому что кожа уже начинала гореть от злости.

«Согласилась… Она. Согласилась».

Пергамент со скромным ответом и подписью «Снежная Королева» вспыхнул в моей руке. Чёрно-золотые языки пламени быстро справились с ответным письмом не такой уж и предсказуемой женщины, но буря во мне оказалась куда упрямее клочка бумажки. А как было бы славно рассыпаться пеплом не ему, а всему замку правительницы Ледяных Пустошей. Можно даже от моего огня.

Мне всего-то и нужен крохотный кусочек никому не нужной земли. Может, всё же стоило попросить продать его? Ну да, и вызвать этим неподдельный интерес Снежной Королевы. Даже самый богатый правитель не отдаст просто так и горсть золота за бесполезную территорию. Потому что лучше пустить эти деньги на развитие страны или же на очередной бочонок эльфийского эля – у каждого правителя свои приоритеты.

И ведь даже условия брачного контракта не оттолкнули Элению от моего предложения. Неужели то, что это предлог, оказалось слишком очевидно? Но даже если так – с той силой, которой обладает Снежная Королева, какое ей дело до угрозы в моём лице? Откуда ей знать, что ледяная магия против меня бессильна? И что толкнуло эту бесстрастную женщину на такой шаг?

Если бы мне только дали повод, а так… у меня связаны руки. Чтоб этому Мамону икалось до конца его дней! Я имел дело со столькими демонами, но позволил именно этому обвести себя вокруг пальца – из-за его высокого ранга проклятье не обойти. Теперь каждый раз приходится ждать, чтобы меня ударили первым, и лишь после этого вступать в бой. Как же хлопотно.

Отвернувшись от закатного пейзажа, я вернулся в кабинет и зыркнул на Эшесса. Вампир, несмотря на абсолютно непроницаемое лицо, показался мне слишком довольным.

– Это ты виноват, – процедил я, глядя на Эшесса, – всё из-за твоих слов.

Вампир покорно опустил белоснежную голову и подобострастно ответил:

– Но, господин, моя раса не сильна в предсказаниях.

– Зато проклятья – ваш конёк, – припечатал я, направляясь к креслу у камина. Работать в таком состоянии – только измываться над подчинёнными. Лучше остыть, взять себя в руки и только потом браться за дело. Так будет куда эффективнее.

Эшесс бесшумной тенью последовал за мной, но садиться во второе кресло он не стал, а, замирая слева от меня, произнёс:

– Мои слова ничего под собой не несли.

– Знаю, – вздохнул, немного успокоившись. После чего я признал очевидное: – Просто не очень приятно запутаться в собственных сетях. К тому же меня задевает, что какая-то снежная женщина оказалась сильнее моей способности анализировать и предугадывать действия противника.

Кто-то зовёт это «не магическим предвидением», кто-то «чутьём», но для меня это всего лишь логические выводы. И они меня крайне редко подводили. Даже сейчас что-то дёрнуло меня в последний момент, и я передумал отсылать лишь письмо с предложением.

– Эшесс, подай брачный договор.

Вампир без лишних слов исполнил приказ. Но, понаблюдав за тем, как я достаю перо, Эшесс вежливо спросил:

– Ваша невеста настояла на некоторых изменениях?

Тьма заклубилась, уплотняясь в подобие небольшой столешницы, и замерла передо мной в воздухе. Лист с контрактом опустился на неё, а я протянул:

– Нет, как ни странно. Эления пожелала кое-что добавить.

Золотой наконечник пера задумчиво постукивал по пергаменту, пока я размышлял вслух.

– Всего два пункта. Первый: жить мы будем на границе Даристра и Ледяных Пустошей. И второе: никакого насилия в нашем браке.

Тут я не удержался и усмехнулся:

– Видимо, даже во дворец королевы дошли слухи о том, какое я чудовище. Тогда становится ещё непонятнее… Зачем она вообще согласилась? Её даже не смутило, что по контракту вместе мы будем проводить лишь месяц в году, а всё остальное время каждый волен жить, где пожелает.

В этот раз Эшесс не смог сдержаться и слишком спокойно поинтересовался:

– Это господин так тонко намекнул, что большую часть года Снежной Королеве будут не рады в вашем замке?

Вампир очень тщательно спрятал сарказм за скучающим тоном.

– Просто хотел свести наши контакты к минимуму, – ответил я недовольно. Мне казалось, что думать о ком-то хуже, чем он есть, – лишь человеческая черта. Ну, будь мой помощник обычным вампиром, он бы не покинул добровольно Город Ночи. И пока от Эшесса больше пользы, чем вреда, я буду держать его при себе.

Посмотрев в алые глаза вампира, я сказал:

– Кстати, благодаря твоим словам контракт был составлен так, чтобы в случае согласия я оказался в наиболее выигрышном положении. Откажись королева от предложения, мы бы уже маршировали к её территориям. Если бы она согласилась на брак, но отвергла контракт, то я бы оскорбился, и… поход, война, шахты. Но Эления оказалась достаточно умна, – скрепя сердце похвалил я Снежную Королеву, – и попросила лишь добавить парочку пунктов от неё, а это равноценный обмен.

– У господина очень интересные понятия о равноценности, – невинно уточнил вампир.

Мои губы тронула улыбка, от которой помощник стал бледнее обычного. Чтобы закрепить эффект, я многообещающе произнёс:

– А у моего помощника, видимо, слишком длинный язык.

– Так что же мы будем делать, мой повелитель? – тут же превратился в вышколенного помощника вредный вампир.

Удовлетворённо кивнув, я покрутил перо между пальцами и начал давать указания:

– Основную часть гарнизонов отозвать. Причина? В этом году учебные сборы было решено не проводить. Планы по вторжению пусть останутся в тайне.

Помощник кивнул, соглашаясь: новость, что вместо войны получилась свадьба, лучше держать в секрете. Даже тёмную репутацию нужно беречь. Немного подумав, я произнёс:

– Так же всех в замке предупредить о том, что мы переезжаем.

– Ваша будущая жена очень удивится.

Тень от улыбки скользнула на бледном лице вампира, и я хмыкнул:

– Ещё бы. Она наверняка планировала хоть немного мне отомстить. Но я не собираюсь жить под северными ветрами в палаточном городке, пока не построим особняк.

Уверен: ледышке-королеве нет дела до комфорта, и ради того, чтобы мне насолить, она выдвинула такое условие. Вот только у меня есть возможность переиграть её хотя бы в этом.

Поразмыслив, я добавил:

– Думаю, недели хватит на подготовку к перемещению.

Эшесс медленно кивнул и прошелестел:

– Как пожелаете. Я прослежу, чтобы в замке было всё необходимое. Что насчёт штата прислуги?

– Минимального будет достаточно. Остальным пусть выплатят жалование за следующий месяц и отправят пока в Холсвил.

Да, так будет лучше. Почти вся человеческая прислуга родом из городка у подножия моего замка. Так что будем считать, что у них отпуск за мой счёт. К тому же это позволит оставить здесь только самых колоритных слуг – будет забавно наблюдать за Снежной Королевой в окружении демонов всех мастей.

– Будет исполнено, – ответил вампир, бросив ещё один взгляд на меня, незаметно покачал головой и растворился в воздухе.

Ну да, мне хочется немного напугать мою почти жену. Мы встречались пару раз от силы, но её лицо, высеченное будто изо льда, трудно забыть. Вся красота снежной женщины меркла на фоне её полного безразличия. Интересно – способна ли Снежная Королева испытать хоть какие-то эмоции? Или же все они и правда, ожившие ледяные статуи?

Глава 5

***

Меня трясло. И самое печальное: дрожь эта не была от холода, хоть она куда уместнее в ледяном замке, меня же потряхивало от натурального страха. Прошло два дня, как я оказалась в другом мире, но проблем только прибавилось.

Для начала мне теперь придётся на месяц покинуть замок и.. я до колик боялась отъезжать от него слишком далеко. Теперь моя новая жизнь была тесно связанно с сердцем замка, а я так и не смогла создать нормальную охрану для его защиты.

К моему первому улыбчивому снеговику, добавился ещё один – всё такой же мелкий, безобидный, но в отличие от первого постоянно о чём-то вздыхающий. Никогда не думала, что мне будет так хотеться утешить снеговика. Но так как оба моих творения говорить не умели, узнать причину меланхолии второго снеговика у меня не получилось. Хорошо хоть эти снежные Инь и Ян вроде бы как слушались меня – по крайней мере, приказ охранять они поняли правильно.

– Да не трясись ты, – недовольно буркнула Вьюга, встречая меня у широкой лестницы парадного входа в замок.

Она, нахохлившись, сидела на резной балясине в виде громадной снежинки. Долгий взгляд вредной пернатой достался моему платью под горло и с длинными рукавами, больше похожему на “голое платье” из моего мира – вышивка и россыпь кристаллов прикрывала вроде бы почти весь наряд, но подложка в тон кожи создавала иллюзию откровенности. Ну а что я могу сделать, если почти вся одежда в гардеробной была именно такой? Не ехать же мне голой. Я честно попыталась спасти ситуацию накидкой из белого меха, но кажется, стала выглядеть ещё вульгарнее.

Потому я уже не смотрела в зеркало, когда довершала наряд тиарой и длинными серьгами, коих в сокровищнице оказался вагон и маленькая тележка. Жаль, что туфли были немного велики, но пока магия меня не слушается, буду довольствоваться тем, что есть.

Вьюге точно не понравился мой внешний вид, но по поводу него она смолчала. Зато её следующие слова хоть немного успокоили моё волнение.

– Без присмотра замок не останется: моя ледяная копия присмотрит за ним в наше отсутствие. – Сова махнула крылом и рядом с ней появилась ещё одна полярная птица, но уже изо льда.

Разглядывая магического клона Вьюги, я почувствовала себя неучем перед отличницей. Даже сова может с лёгкостью колдовать, а мне нужно долго концентрироваться, чтобы хоть что-то получилось.

Пока я сокрушалась, что у совы в запасе куда больше магических трюков, чем у меня, Вьюга продолжила:

– У нас с двойником постоянная связь и, если что, он сообщит мне об опасности, и мы примчимся назад во дворец. – А потом Вьюга куда тише добавила: – Хоть толку от этого не будет.

Я поджала губы, но спорить не стала. Магия так же оставалась для меня чем-то непонятным и неизведанным. Сердце замка не спешило делиться со мной знаниями всех Снежных Королев, а теперь у меня не будет возможности приходить к нему. Ну что стоило предложению о замужестве появиться чуть раньше? Тогда бы Эления возможно успела разобраться с подозрительным соседом, и мне не пришлось бы мчаться под венец.

С поникшей головой я спустилась с широкой лестницы и посмотрела на наш “экипаж”. Очередной повод для расстройства, иначе его не назовёшь...

– Вьюга, мы точно доедем до места? – неуверенно спросила у парящей вокруг совы, разглядывая ожидающие меня сани.

Они, между прочим, были очень красивыми: бледно-голубое ландо на полозьях украшала морозная роспись, в которой то тут, то там искрилась искусная инкрустация радужных кристаллов, а за комфортное путешествие отвечали широкие сиденья вместе с откидной крышей над ними. Когда я впервые увидела эти сани, у меня дух захватило.

Вот только рядом с таким потрясающим транспортом должны стоять, по меньшей мере, белоснежные жеребцы с развевающимися гривами или же величественные олени с искрящимися рогами, а не мои… пони...

Видимо, пока что это максимум моей магии: пара безобидных снеговиков и четвёрка снежных пони. Вселенная, хватит уже этих шуток! Меня мой рост вполне устраивает.

– Тебе виднее: доедем мы или нет. Это же ты их создала, – хрипло усмехнулась сова, не пытаясь скрыть своего отношения к моим первым потугам в магии. На снеговиков она, кстати, тоже смотрела с нескрываемой печалью. И как бы обидно мне не было, я понимала, в каком плачевном положении оказалась.

Не знаю, чтобы я делала, если бы всё остальное здесь так же исчезало вслед за своими прежними хозяйками – на моё счастье, распад касался только оживлённых существ. Всё остальное, не имеющее зачатков разума, оставалось в наследство новой преемнице.

Благодаря этому я не осталась голой, а комнаты замка, со вкусом меблированные, кстати, не оказались пусты. Правда, посмотреть я успела немногое, потому что спешно собиралась на собственную свадьбу и помимо этого старалась выжать из сердца замка хоть какие-то знания. Ледяное дерево упорно отказывалось делиться со мной информацией, а я не знала, что и думать.

Повернувшись, я посмотрела на безмолвный замок слишком огромный для меня одной. Зачем он выбрал именно меня, если не принимает как свою хозяйку? Вьюга говорила, что обычно самое позднее через сутки новая королева начинала заселять замок своими слугами. А мне только и оставалось двигаться наощупь, пока сердце ледяного замка молчало.

Отвернувшись от нереального строения, я вновь посмотрела на Вьюгу – она расположилась на месте для извозчика и со всем возможным скепсисом рассматривала снежных пони. Не выдержав новой волны пренебрежения в сторону таких милых коняшек, я произнесла:

– Если тебя что-то не устраивает, ты можешь остаться здесь.

Вьюга покосилась на меня, раздражённо взмахнула крыльями и ответила:

– Я бы с радостью, но не положено.

Сомневаюсь, что дело в простом правиле. Эта вредная сова точно связана магией, иначе она бы наверняка предпочла остаться в замке.

Придерживая подол длинного платья, я забралась в сани – благодаря спокойной, без снежной погоды крыша осталась сложенной, что позволит мне в дороге любоваться пейзажами.

Удобно расположившись, я посмотрела на птичью спину и сказала:

– Тогда хотя бы постарайся быть чуточку дружелюбнее. Между прочим, я, правда, стараюсь.

– Буду иметь в виду, – буркнула Вьюга, продолжая рассматривать холку одного из пони. Сова обернулась лишь, чтобы убедиться, что я готова к путешествию, а потом из её клюва раздался громкий свист и сани помчались прочь от замка.

На сердце было неспокойно от осознания, что охраной своей собственной жизни я оставила лишь двух снеговиков и ледяную копию совы. Но особого выбора у меня не оставалось. Точная дата бракосочетания назначена, а магический маяк уже указывает место, где мы встретимся с будущим мужем. А ждать этот типик точно не станет.

Решив не зацикливаться на пустых переживаниях, удобнее устроилась на мягком сиденье. Вокруг царила белая безмятежность, а низкие тучи прятали лучи солнца. Но это даже хорошо. Так бы глаза слепил искрящийся снег, и пришлось бы прятаться под крышу.

Казалось, что ветер, играющий с моими волосами, ласковый и тёплый, но наблюдая за тем, как Вьюга, перелетев ко мне, прячется в складки моей меховой накидки, я вспомнила, что температура вокруг минусовая. Наверное, я никогда не привыкну к особенностям вроде бы своего, но при этом нового тела.

Ехать в тишине мне наскучило довольно быстро, и я решила кое-что уточнить у неразговорчивой совы:

– Вьюга, ты не забыла внести изменения в границы Ледяных Пустошей?

– Нет, не забыла, – отозвалась птица откуда-то из района моего бедра. В меховых складках показалась круглая голова, заверившая: – Тот кусок земли, что был запрошен в качестве твоего приданого, теперь за пределами охранного контура. С этого момента если там кто-то будет сновать, замок проигнорирует.

Эти изменения были неспроста. У нас с Вьюгой закрались некоторые подозрения.

– Думаешь, там правда золото или может драгоценные камни? «И теперь мой вынужденно наречённый начнет их добычу?» —спросила я, с интересом глядя на пернатую голову.

На что Вьюга уверенно кивнула и проворчала:

– Иначе, зачем Властелину просить его? Да и вообще эта история с женитьбой какая-то странная.… На том участке земли точно есть что-то, что ему нужно.

Я тоже склонялась к таким же выводам. Но тогда сразу возникали разумные мысли:

– Ну, так и попросил бы эти земли. Щедрая цена может убедить любого. Для чего вся эта канитель с женитьбой?

Вьюга подняла голову и, посмотрев на меня, спросила:

– Мне-то откуда знать? Этот тёмный стал нашим соседом сравнительно недавно, да и его страна совсем молодая. – Тут она задумалась, что-то перебирая в уме, а потом произнесла: – Вообще-то Адриан изначально был королевских кровей – его семья долгое время правила королевством Дарст, но, когда отец тёмного был ещё ребёнком, их страну разрушили, а королевскую семью изгнали.

Ничего себе, какие страсти. Слушая такие истории о прошлом кого-то настолько выделяющегося, начинаешь чувствовать себя очень маленьким и незначительным. Однако по мне лучше не иметь за плечами великой родословной. Не сложно представить, как тот, кто собирался стать королём, перекладывает свои чаяния на отпрыска. А тот в свою очередь начинает жить не своей, а чужой жизнью.

Эти размышления натолкнули меня на вопрос:

– Видимо наследник изгнанной королевской семьи решил, во что бы то ни стало вернуть себе величие?

– Как видишь. – Кивнула Вьюга, а затем так непривычно пустилась в рассказ: – Мальчишка из павшей династии преуспел. Он подчинил себе изначальную Тьму, которая подарила ему новое имя Властелин Тьмы, и благодаря ей же он обзавелся армией демонов. – Сова ненадолго замолчала, а потом в её скрипучем голосе проскользнул интерес. – Когда тёмный только начал отвоевывать земли мне казалось, что его аппетит утихнет лишь после того, как Адриан проглотит весь континент, но почему-то он ограничился только клочком земли рядом с нами. Мне до сих пор не ясно, почему тёмный остановился.

– Ты так много знаешь при том, что проводишь всё время в замке, – натянуто усмехнулась я, старательно отгоняя от себя образ своего будущего мужа. После короткой биографии от совы моя фантазия постоянно пририсовывала мужской фигуре то копыта, то хвост, а ещё почему-то лысину и красные глаза.

Мой испуг не укрылся от Вьюги, но она не стала опять ругать меня за трусливость. Сова предпочла ответить на мою фразу:

– Когда к тебе начнут приходить знания, мы снова сможем узнавать обо всём на свете. – Я недоуменно посмотрела на Вьюгу, и та добавила: – Северные ветра могут добраться куда угодно и принести любую новость. Осталось только научиться пользоваться своим даром.

Надо же, как удобно. Но опять-таки для меня пока не доступно.

Чтобы снова не начать рефлексировать о своей ущербности, я решила ещё кое-что уточнить у своей разговорившейся спутницы:

– Вьюга, думаешь, наша уловка с именем сработает?

– Почему нет? – ответила зевающая сова. – Теперь Снежная Королева такое же твоё имя, как и Майя, хе-хе, – уже привычно усмехнулась пернатая, – чудное оно конечно. Так вот, это не титул или звание, а именно имя, которое отныне прочно связанно с твоей душой. У Адриана, кстати, так же.

Это обнадеживало. И я, выдохнув, сказала:

– Тогда хорошо. Потому как нам не надо, чтобы тёмный властелин местного разлива узнал, что вместо могущественной Элении к нему еду всего лишь я.

Конечно же, меня переубеждать не стали. Оно и к лучшему. Хуже открытого презрения может быть только ложное утешение.

Глава 6

***

Ноги были ватными. Какая-то заунывная музыка звучала вокруг, но до меня она доносилась словно через вату.

Если бы это была обычная свадьба, то моё состояние можно было бы списать на волнение, однако сама церемония сейчас меня мало волновала. Я едва отошла от обморока, а потрясение от первых впечатлений, оставленных моим временным домом, всё ещё ярко горели во мне.

Наш путь с Вьюгой прошёл на удивление просто. За те дни, что мы находились в пути, я для себя отметила куда больше изменений в себе, чем обещала вредная сова. Для начала, даже после нескольких суток в санях я не чувствовала себя уставшей или разбитой – ноги и прочие прилегающие места не затекли и не требовали их «выгулять», что странно для хрупкого человеческого тела.

Также до меня дошло, что теперь мне не нужна еда и вода. Этот момент Вьюга объяснила просто: пока во мне есть магия, мне ничего больше не понадобится. С одной стороны, это, безусловно, удобно в ледяном краю, но от осознания, что человеческого во мне оказалось куда меньше, чем хотелось бы, становилось не по себе.

А вишенкой на торте стало то, что я начала ловить себя на мыслях: меня то и дело охватывало безразличие, и это особенно сильно проявлялось каждый раз, когда я пыталась колдовать. Вызвав всего-то пару снежинок на ладони, я несколько часов пребывала в странной апатии. Поэтому я решила пока отложить своё самообучение в магии, тем более те крохи силы, что были мне сейчас доступны, точно не помогут при встрече с тем, кому подчиняется тьма.

Кстати, о моём неожиданном женихе.

В момент, когда мы прибыли на место встречи, я поняла, что пункт о насилии я очень правильно внесла.

— Эт-т-то что? — заикаясь, спросила у такой же ошарашенной Вьюги.

— Крепость? — напряжённо предположила сова, разглядывая строение, представшее перед нами.

Похлопав глазами, я кивнула:

— Предположим. Но что она ТУТ делает?

Мой вопрос был к месту. Судя по карте, в этой точке заснеженное подножье гор, опоясывающих Ледяные Пустоши, встречалось с густыми лесами Даристра, и здесь не должно быть никаких строений. Так откуда же на этом месте появилась не просто крепость, а громадный чёрный замок с внушительной крепостной стеной? Он не выглядел так, будто его построили за неделю.

— Ходили слухи, — задумчиво начала Вьюга, — что крепость Властелина Тьмы может в одночасье оказаться там, где он пожелает. Но я даже не думала, что они правдивы…

— То есть, он вместо походной палатки берёт с собой свой замок? — нервно хихикнула, пытаясь себе вообразить, какой же силой должен обладать мой будущий муж, чтобы позволять себе такую роскошь.

Мои сани, запряжённые пони, на фоне тёмной громадины походили на блоху, несущуюся на мамонта. Наверное, более ничтожной себя почувствовать просто невозможно.

— Как видишь, Майя, — хрипло протянула Вьюга, — нам лучше не злить Властелина. Тихо выйдешь за него, тихо поживем тут месяцок, а потом смотаемся обратно до следующего года. Будем тише воды, ниже травы, и точно проживём чуточку подольше.

Я гулко сглотнула и молчаливо поддержала план совы. Пока мои лохмоногие пони из снега бодро несли нас с горки, мне казалось, будто я качусь в пасть громадного чудовища.

Острые шпили многочисленных башен пронзали небеса, пока замок безмолвной тенью нависал над лесом. Его крепостная стена была настолько высокой, что её острые зубы находились гораздо выше любой из стройных сосен. Повсюду горели какие-то слишком багровые огни, дававшие понять – внутри этого монстра всё же кто-то живёт. Не хватало только рва, наполненного лавой, чтобы полностью соответствовать тому, кто подчинил себе демонов. Зато имелся подвесной мост, чей стальной язык сейчас дружелюбно улёгся точно у кромки заснеженной земли. Он будто приглашал войти и остаться на ужин… в качестве главного блюда.

Мой «экипаж» пришлось оставить прямо у моста – сани без снега не самый удобный транспорт – и ступить на территорию врага уже своими ножками. Пусть нас встречали, но вспоминать дальнейшее мне не хотелось. Главное то, что я очень заскучала по безлюдному ледяному дворцу, а потом… позорно свалилась в обморок. В бездну такие первые впечатления!

Зато, когда я пришла в себя, сразу приняла решение хотя бы по-тихому насолить этому проклятому властелину. Ну а что? Он меня не встретил, подсунул прислугу, от которой у меня не только мурашки по коже – теперь после увиденного от кошмаров так просто не избавиться, а также подготовил покои с видом на дворик с кладбищем. Шутник…

В общем, когда я начала готовиться к церемонии, то обрадовалась, что захватила с собой одно платье. Сама не знаю: дело ли в интуиции или просто этот наряд слишком выбивался среди остальных, но он нашёл место в небольшом сундуке с моими вещами. Теперь он оказался как раз кстати.

Платье было очень праздничным: пышная юбка загадочно мерцала при каждом движении, лиф и рукава плотно прилегали к телу, оставляя открытыми плечи и ключицы, а по краю этого декольте струился драгоценный орнамент. Богатое кружево, которым было расшито всё платье, повторялось на кромке полупрозрачного палантина, и его я решила использовать как фату. Всё вместе смотрелось просто чудесно, вот только цвет чуточку не соответствовал случаю.

— Он может разозлиться, — меланхолично заметила Вьюга, наблюдая, как я натягиваю короткие шёлковые перчатки в тон наряду.

— Почему? — невинно уточнила, поджимая губы. Набросив фату на лицо, я осталась довольна результатом. — Судя по обстановке вокруг, это его любимый цвет. Пусть ценит моё желание угодить будущему мужу.

Вьюга недовольно заклёкотала:

— Рано ты зубки решила показывать. — А потом, наблюдая за моей неуверенной походкой, уже привычно на меня забурчала: — И хватит качаться как осинка на ветру.

— А что мне делать? — вздохнула я в ответ, пытаясь идти ровнее к двери из покоев. — Ты видела эти каблуки? Да и то, что туфли велики, не делает походку более грациозной.

— Эления была выше тебя, так что терпи, — отозвалась Вьюга, паря вокруг меня. Сесть на плечо она не рискнула, боясь, что я просто завалюсь на бок. — Нам повезло, что Адриан решил не видеться с тобой до церемонии, иначе бы обман раскрылся, и тогда только боги знают, чем бы это обернулось. А туфли сама под себя подгоняй, могла бы и научиться этому за время, потраченное на наш путь.

— Я пыталась, но ничего не вышло, — пожалуй, впервые по-настоящему огрызнулась я. Мне ещё было немного дурно после обморока, который точно был не последним. Пусть любезный дворецкий пока спровадил приставленную ко мне камеристку и горничных, они точно снова вернутся. Б-р-р.

Вьюга обогнала меня, села на комод рядом с дверью и принялась бубнеть:

— Найди в себе больше благодарности. Радуйся, что хотя бы наряды замок сам подогнал под тебя, потому что платье воплотилось вместе с тобой. А обувь не положена: на ладонях и стопах находятся все точки энергоканалов, и они должны были оставаться открыты. Никто не виноват, что ты не в состоянии подчинить себе силу.

Скрипнув зубами, оставила своё негодование при себе. Как бы сова меня ни бесила, но она была права. Поэтому, отбросив капризы, я собрала остатки воли в кулак и отправилась в часовню, где меня уже ожидал жрец и будущий муж. Туфли я, кстати, чуть не потеряла по дороге. Дважды.

И вот теперь я находилась в небольшом круглом помещении, украшенном гирляндами из белых магнолий. Их было так много, что они почти скрывали тёмно-шоколадный камень на стенах и потолке – не думала, что мрамор может быть вот такой чудной расцветки. В центре комнаты находился столб света, который проникал внутрь благодаря окну, встроенному прямо в потолок. Как раз там, освещённые бледными лучами ночного светила, стояли жрец в белой рясе и высокая тёмная фигура.

Фата не позволяла хорошо рассмотреть мужчину, замершего ко мне спиной, но я определенно увидела, что он не лысый. Минус один кусочек из мозаики предполагаемого образа будущего мужа.

Когда же я оказалась рядом, властелин даже не подумал повернуться. Бросив на него возмущённый взгляд, который потерялся в складках моей фаты, я остановилась по левую руку от своего невоспитанного почти мужа. Хотелось бы верить, что такое поведение — следствие стыда, но в наличие совести у местного повелителя демонов верилось с трудом.

Повисла неловкая пауза, но ненадолго. Жрец окинул нас каким-то мутным взглядом и, прилепив на морщинистое лицо улыбку, затянул речь – она была настолько заунывной, что я быстро заскучала. Это позволило перестать нервничать и сосредоточить своё внимание на высокой фигуре рядом. Мужчина стоял настолько неподвижно, что у меня закралось подозрение. А вдруг этот шутник-властелин оставил тут свою статую, а сам сейчас где-то сидит и посмеивается надо мной?

Отбросив неловкость, повернула голову – чтобы увидеть профиль жениха, пришлось ещё и вскинуть её. Наша разница в росте меня удручала, как и то, что мужчина рядом оказался из плоти и крови – чёрные густые ресницы периодически опускались и поднимались.

Чёрт, к сожалению, оно всё-таки живое. Жаль, очень жаль. Шикарный повод послать куда подальше этого шутника растворился раньше, чем я успела обрадоваться. Не знаю почему, но во мне поселилась уверенность: нельзя, чтобы властелин нашёл к чему прицепиться, иначе случится нечто плохое.

Отворачиваться я не спешила, всё равно жрец продолжал расписывать прелести семейной жизни, и поэтому я внимательнее рассмотрела того, за кого спешно выходила замуж. Нервный смешок сдержать удалось с большим трудом.

У меня закралось подозрение: мой жених был того же мнения о свадьбе, что и я. Иначе зачем ему одеваться как на похороны? Чёрный пиджак – хотя нет, судя по крою, всё же больше сюртук – хоть и сшит явно из дорогой ткани, был лишён всяческих украшений. Тёмный властелин ограничился лишь драгоценными запонками на манжетах чёрной рубашки и булавкой на таком же чёрном шейном платке.

М-да, мы, должно быть, выглядим сейчас очень комично… Что жених, что невеста полностью в чёрном. На фоне слишком радостного жреца и дождя из белых магнолий мы больше походили на двух недовольных ворон, а не на счастливых брачующихся. Видимо, с настроением я угадала. Печально, мне ведь хотелось… немного позлить этого гостеприимного хозяина, а оказалось, что мой наряд, кстати.

Продолжать пристально смотреть было уже неуместно, и потому я вернула голову в исходное положение. Хватило минуты, чтобы понять увиденного недостаточно.

Старательно скашивая взгляд, я пыталась рассмотреть внешность своего почти мужа. Пусть вуаль мешала, но отметить привлекательности мужчины я всё же смогла. Профиль точёный, красивая линия подбородка, а низкие брови вообще покоряли своей строгостью. Ему где-то немногим за тридцать, но при этом никаких признаков ранней седины в чёрных волосах.

Надо будет спросить, в чём секрет? Жить среди демонов, от вида которых лично у меня до сих пор трясутся коленки, и при этом не посидеть. Мужчина-кремень или же у него просто есть хорошая краска для волос?

Однако наиболее странной оказалась иная деталь во внешности властелина. Мне показалось будто у него... золотые глаза. И именно не светло-карие или золотистые – его зрачок тонул в натурально золотой радужке. Может это, конечно, просто игра света – отблеск подрагивающих в воздухе золотых огоньков, но мне очень захотелось, чтобы у стоящего рядом мужчины был именно такой мистичный цвет глаз.

В любом случае ответ я узнаю очень скоро, потому что жрец, наконец, решил перестать терзать наши нервы долгой речью и задать нам сакральный вопрос: согласны ли мы стать мужем и женой?