(С)нежная для владыки

Глава 1. Приговор

В пергамент лорд Бервик почти не смотрел. Казалось, текст приговора он помнил наизусть. Пусть голос его звучал холодно, уверенно, но глаза поминутно останавливались на лице Повелителя, ища одобрения.

- За убийство священного Барса лорда Тревора Айдана раздеть донага, обернуть семь раз в саван, вымоченный в ледяной воде, и живым предать земле.

Повелитель кивал в такт словам. Мне показалось, что он едва сдерживает довольную улыбку.

- Род Айдан со всеми чадами и домочадцами лишить всех титулов и сословных привилегий. Имущество рода передать во владение правящей семьи Эс Кай.

На этих словах сын Повелителя – Рион Эс Кай нахмурился, золоченое перо в его пальцах переломилось со звонким щелчком. Ему приговор явно был не по душе.

Сердце мое сковало льдом – предстоящая казнь брата стала для меня мучением. Но она была карой ожидаемой. За убийство священного барса иного наказания и не бывает. Это точно описано в Небесной книге. Но остальное? Как это понимать? Приговор противоречил законам королевства.

- Сам род Айдан объявить вне закона. Жителям королевства запретить любой контакт с его представителями.

Маменька охнула, побледнела и бессильно обвисла на спинке скамьи. Отец, казалось, не обратил на это никакого внимания. Он сидел и потухшим взглядом смотрел сквозь судей. А лорд Бервик все читал и читал:

- Всякое нарушение сего указа будет караться штрафом в десять тысяч динариев для дворян либо пятью дюжинами плетей для простолюдинов. Приговор окончательный, бессрочный и обжалованию не подлежит.

Сухие крючковатые пальцы с удивительным проворством скатали пергамент. Судья нашел взглядом моего отца и спросил, показательно опустив в обращении титул «Лорд»:

- Остин Айдан, вам ясен приговор?

Отец в ответ только кивнул, на слова у него не было сил. Я не сдержалась, вскочила со своего места, прокричала:

- У меня! У меня есть вопрос! Этого нет в Небесной книге! Почему вы нарушаете закон?

Старейшина обернулся к Повелителю, поймал одобрительный кивок, неприязненно сжал губы и только потом проговорил:

- Эйра Айдан теперь, как простолюдинка, вы не имеете права голоса. Прошу вас хорошенько это запомнить. Иначе нам придется примерно наказать вас плетьми!

Отец испуганно надавил мне руками на плечи. Зашептал в ухо:

- Сядь доченька, сядь, не дергай бездну за хвост.

Я опустилась на скамью, не желая доставлять папеньке еще большие неприятности. Хотя, куда уж больше? Я и так чувствовала себя виноватой. Весь этот суд, весь фарс с приговором, все это из-за меня…

Бервик подал знак, и служка старательно ударил в гонг. Звон заполнил помещение, вырвался из открытых окон наружу. На площади возликовала толпа. Убийца священного ирбиса должен быть отомщен. Для них это значило, что Небеса будут милостивы. А для меня…

Для меня это значило только одно – вся моя жизнь, вся жизнь моей семьи сейчас закончилась. В один миг из знатного рода мы превратились в пустое место, в изгоев. У нас больше не было ничего. Ни дома, ни друзей.

Это тоже смерть, только отсроченная. Никто из нашего рода не сможет заработать денег. Нам не продадут ни еды, ни одежды, ни утвари. Мы даже не сможем снять жилье. В наших северных землях это – такой же смертный приговор. Тревору еще повезло, он умрет куда быстрее.

Я тихо вздохнула и постаралась удержать слезы. Как говорил папенька? «Настоящая леди умеет держать себя в руках? Настоящая леди никогда не плачет?» Я больше не была настоящей леди для других, но для себя, для своей семьи я осталась прежней леди Эйрой Айдан. А значит, никто никогда не увидит моих слез.

Плечи распрямились сами собой. Подбородок дерзко поднялся вверх. Пусть мне недолго осталось жить, я никому не позволю считать себя слабой. Взгляд мой устремился вперед и тут же встретился со взглядом Повелителя. Тот смотрел только на меня. Пристально, внимательно, как барс на убитого кролика. И от этого взгляда по спине пробежал холодок.

Отец неожиданно поймал мою ладонь и крепко сжал. Потом прошептал:

- Прости, доченька, нам не оставили выбора.

Я еще не поняла.

- За что? За что простить, папа?

Но он лишь покачал головой.

Зато Повелитель поднялся. Медленно-медленно стянул с пальца гербовый перстень и положил поверх пергамента.

В горле у меня встал ком. В душе трепыхнулась искорка надежды. Я о таком только слышала. У каждого Повелителя есть право вето. Всего один раз за жизнь он может этим правом воспользоваться. Верилось с трудом. Скорее опять какая-то гадость.

И все же в душе теплилась надежда.

- Неужели отменит? – едва слышно прошептала я.

Сын Повелителя Рион Эс Кай резко отбросил обломки пера и сжал кулаки.

- Вето! – голос прозвучал в стенах зала подобно грому. – Если род Айдан согласится отдать нашему роду выкуп.

Рядом громко всхлипнула маменька. Отец опять произнес: «Прости!» И выпустил мою ладонь.

- Я полностью отменю приговор, если леди Эйра Айдан даст согласие стать женой моего сына.

Матушка сразу вскинулась:

- Полностью? – почти прокричала она. – И Тревор останется жив?

Повелитель кивнул. Но тут же уточнил:

- Лорд Тревор Айдан останется в заключении до свадьбы сестры или до… - он запнулся, выговорил через силу, избегая меня взглядом, - наступления событий, которые сделают данную свадьбу невозможной.

Вот и все. Помилование семьи лично для меня ничего не меняло. Все помнили, что означают эти события, делающие свадьбу с наследником рода Эс Кай невозможной. Каждый раз это была смерть невесты.

И мне Небеса уготовили участь стать четвертой жертвой в скорбной череде обреченных.

Я опустила глаза. Как ни странно, на душе сразу стало легче. Я больше не чувствовала себя виноватой. Я больше не должна была выполнять обещание, данное Тревору.

Глава 2. Несостоявшаяся помолвка

Пять дней назад.

Я очень хорошо помнила с чего все началось. После завтрака мама отправила меня собрать букет для гостиной. Я прихватила с собой корзинку и нож. Надела уличные туфли и вышла в сад с черного хода.

Как же здесь было чудесно! Лето только набирало силу, но воздух днем уже дрожал от жары. В ярком небе летели облака, похожие на своенравных кудрявых барашков. В саду гудели мохнатые шмели. Над маленьким прудиком сверкали крыльями юркие стрекозы. Солнце так и норовило пролезть сквозь широкие поля моей шляпы и оставить на щеках свои поцелуи.

Вместе с приходом лета у меня на лице всегда высыпали крохотные конопушки. Маменька по этому поводу сильно кручинилась. Виданное ли дело, чтобы у благородной девицы на белоснежной коже цвели крапинки, как у какой-то плебейки?

Конопушки упорно старались извести. Каждый день заканчивался громким спором и принудительными примочками из кислого молока. Помогало это слабо, солнечные поцелуи, будь они неладны, держались стойко и блекли сами собой только ближе к зиме.

Я надвинула шляпку поглубже на глаза, приподняла подол платья и направилась к большому кусту пионов. Еще вчера там было много бутонов – крупных, крепеньких, как морские окатыши. А сегодня уже вовсю цвели прекрасные бело-розовые головки цветов.

Нож легко резал стебли. Корзинка наполнялась красотой. Я же хотела остаться в саду как можно дольше. Здесь, на свободе, вдали от родительских глаз, я чувствовала себя превосходно. Не было постоянных нравоучений, не было окриков. Маменька не докучала хорошими манерами.

- Эйра, расправь плечи! – передразнила я, срезая цветок. – Эйра перестань бегать. Ты должна ходить медленно степенно, как подобает благородной девице.

Я рассмеялась, вспомнив, как манерно двигаются все эти благовоспитанные гусыни, приглядела в центре куста шикарный пион и с удовольствием притянула его к себе. Потом вздохнула и добавила, подражая матушкиным словам:

- Эйра, так громко смеяться неприлично! Воспитанные девушки позволяют себе едва заметную улыбку, а ты хохочешь, как кобылица!

Новый бутон отправился в корзину. Я отложила нож и изобразила дурашливый поклон:

- Конечно, маменька, прошу прошения, маменька, такое больше не повторится!

Из-за спины раздались аплодисменты и задорный смех. От неожиданности я вздрогнула и едва не завалилась в куст.

- Эйра, ты прощена. – Тревор, как обычно, подкрался совсем неслышно. – Правда, я не подозревал, что хохочешь ты, как кобылица. Я думал, всего лишь как взбалмошная девчонка.

Брат от души заржал теперь по-лошадиному.

- Пожалуй, я так тебя и буду звать – Эйра кобылица! – Тревор приподнял одну бровь, внимательно обозрел меня, покачал головой и добавил: - Нет, лучше кобылка!

- Да ну тебя!

Я попыталась шлепнуть его ладонью. Но он, как всегда оказался проворнее. Ловко отпрянул в сторону, едва склонил голову на бок и снова заговорил. На этот раз вполне серьезно.

- Шутки шутками, малек, но у нас событие. Пойдем в дом, к тебе гости.

Тон его мне не понравился. Не было в нем ни веселья, ни задора – одно беспокойство. Тревор сам подхватил корзинку, мимоходом отнял у меня нож.

- Идем, отец велел привести тебя как можно скорее.

Я встревожилась:

- Что случилось? Откуда гости? Мы же никого не ждали!

Но братец лишь покачал головой.

- Прости, малек, отец тебе сам все скажет.

Он просто пошел вперед. Я видела его светлые волосы, спадающие на плечи, его напряженную спину и понимала, что стряслось нечто нехорошее. То, что мне точно не понравится. Иначе, зачем бы моему обожаемому братцу делать из этого тайну.

***

Обстановка в доме только подтвердила мои опасения. Вокруг царила напряженная тишина. На кухне не звенела посуда. Нигде не было видно слуг. Все словно мыши затаились в испуге по норам. Мне вновь стало любопытно, что за хорек наведался в наше жилище?

Я догнала Тревора, дернула его за рукав:

- Братец, так кто к нам приехал? Ну расскажи!

Он сбросил мою руку, слегка притормозил.

- Эйра, наберись терпения. Сейчас сама все узнаешь.

«Ну, хорошо. Немного я потерплю. Из груди моей вырвался тяжкий вздох. Кто только придумал все эти тайны. Взрослые вообще такие…» - Я покрутила перед собой рукой, пытаясь подобрать слово. Подходило только одно – скучные.

Крыло прислуги закончилось, и мы вышли в хозяйскую половину. Корзину с цветами пришлось оставить в малой гостиной. Тревор вывел меня в коридор и указал мне ладонью на резные двери парадного зала.

- Сюда? – откровенно изумилась я.

Братец кивнул.

На моей памяти зал этот использовали всего дважды. Сначала, когда хоронили дедушку, потом, когда отец принимал титул лорда. Все остальное время зал стоял закрытым из-за ненадобности. Лишь Лорна прибиралась там раз в неделю.

Тревор вновь обогнал меня, приложил палец к губам, прошептал:

- Погоди.

И постучал в дверь. Я тихонько стояла за его спиной, смотрела на свои руки, перепачканные зеленью, на домашнее платье, совсем не подходящее для торжественных встреч. Смотрела и думала, что буду сейчас выглядеть совсем ка Золушка из сказки. Только без хрустальных башмачков.

- Лорд Айдан, нам можно войти?

Голос Тревора вывел меня из задумчивости. С каких это пор он называет отца лордом? Странно. Все очень странно.

- Входите! – этот голос был совсем не похож на отцовский.

Но я его точно уже слышала раньше. Только где и когда? Брови мои нахмурились. Что же все это значит?

- Тревор! – прошипела я у него за спиной. – Ну, Тревор!

- Пойдем, - брат распахнул передо мной дверь. – Давай же, Эйра, не заставляй себя ждать.

И я вошла.

***

Вошла и разу увидела отца. Он стоял, заложив руки за спину. Взгляд растерянный, плечи поникшие. Рядом маменька. Ее пальцы нервно теребили платок. Возле окна спиной ко мне стоял незнакомый мужчина. Статный высокий с белыми коротко остриженными волосами. В отличие от моих родителей, он чувствовал себя совершенно уверенно. Ничего в его позе не выдавало волнения.

- Леди Эйра, - отец расплылся в притворной улыбке, - познакомьтесь с нашим гостем.

Он указал рукой на окно. И я заметила, как дрожит его ладонь. Да что же тут происходит?

Незнакомец неспешно обернулся. Глянул на меня светлыми, как льдинки глазами. О Бездна!

- Повелитель у нас? – выдохнула я совсем невежливо.

Впрочем, тут же спохватилась и присела подобающем поклоне. Вот бездна! Почему слова всегда сами выскакивают из меня? Знаю же, что благовоспитанной девице не подобает задавать вопросов. Знаю, что должна молчать и ждать. А говорить лишь тогда, когда разрешили.

Тревор поспешно опустил лицо, я догадалась, что он улыбается. Мой братец понимал меня лучше всех.

- Это и есть ваша дочь, лорд Айдан? – голос Повелителя был совсем негромкий, но что-то в нем заставило меня еще ниже склонить голову.

- Да, лорд Эс Кай, - беспомощно ответил отец.

Повелитель оторвался от окна, сделал вперед десяток шагов, оказался возле меня. И я почувствовала, что пахнет от него вереском и медом.

Он бесцеремонно подцепил двумя пальцами мой подбородок и приподнял вверх лицо. Брови его нахмурились.

- Сколько ей лет?

- Семнадцать. Летом после праздника солнца будет восемнадцать, - вид у отца стал совсем жалким.

- Да?

Мое лицо выпустили из рук. И я поспешила склониться еще ниже. Щеки пылали от унижения. Как он посмел? Я не лошадь! Спасибо, хоть в зубы не заглянул. «Молчи, Эйра, молчи! С Повелителем нельзя спорить», - велела я самой себе.

Повелитель отошел на шаг и отвернулся от меня.

- Выглядит гораздо младше. Впрочем, это неважно. Я жду вашего ответа до утра. А пока прощайте, лорд Айдан.

Повелитель слегка склонил голову. Отец едва не бросился ниц.

- Леди Айдан, Тревор, - каждый удостоился вежливого кивка, - и вы юная леди.

Возле меня ненадолго задержались.

- Я особо надеюсь на ваше благоразумие.

А после нас покинули.

***

Едва отзвучали шаги Повелителя, как папенька с шумом опустился в кресло. Матушка заохала, захлопотала. Лично принесла из отцовского кабинета вейского ароматного. Плеснула в бокал на три пальца. Тревор тут же повел носом, потянулся было к графинчику, но схлопотал по рукам и присмирел. Леди Айдан жуть как не любила излишних возлияний.

Отец выцедил драгоценный напиток медленно, по глоточку, тут же порозовел, прикрыл на миг глаза и улыбнулся.

Я сочла момент вполне подходящим для серьезного разговора. И задала вопрос:

- Папа, зачем он приезжал?

Отец моментально растерял хорошее настроение, просительно глянул на супругу и неожиданно получил добавки. Эту порцию он тянул куда медленнее. А во мне постепенно вскипало негодование.

- Лорд Айдан, - не выдержала я, - что все это значит?

- Эйра! – прикрикнул он. – Как ты себя ведешь?

Я лишь выпалила в ответ:

- Как всегда! – и тут же напомнила. – Ты не ответил на мой вопрос.

Мать молча скривила губы. Тревор хмыкнул. Он был на моей стороне. Всегда. Что бы не случилось. Отец вновь откинулся на спинку кресла, казалось, его вот-вот хватит удар. Но нет.

- Тревор, мой мальчик, - палец отца указал куда-то за наши спины, - покажи ей. Сам знаешь, эта пиявка не отстанет.

Пиявка? Это я-то пиявка? Позвали, осмотрели, как кобылу на торгах, ничего не объяснили, а теперь…

Я собралась уже выпалить все, что думаю об этом событии, но братец похлопал меня по плечу.

- Пойдем, сестренка. И не тужься так, а то лопнешь!

Тревор улыбнулся мне сочувственно. Весь мой запал моментально улетучился. Как можно злиться, когда рядом самый чудесный, самый любящий на свете брат? Самый верный, самый преданный друг. Я улыбнулась в ответ.

Матушка выдохнула и плеснула в отцовский бокал третий раз.

В дальнем конце зала, на низеньком столике неожиданно обнаружилась прислоненная к стене картина. Сверху на раму был наброшен отрез белоснежного шелка. Сквозь тонкую ткань проглядывали смутные очертание человеческого лица.

- Что это? – тихонько спросила я.

Брат стянул покрывало.

- Твой жених. Если ты, конечно, не будешь против.

- Тревор! – маменька впервые за этот день повысила голос. – Что ты такое говоришь? Как Эйра может быть против? Она у нас умная девочка!

- Вот именно, маменька, - слова моего братца буквально сочились сарказмом. – Была бы дурой, согласилась бы без раздумий.

Леди Айдан охнула и опустилось на кресло рядом с мужем и отхлебнула венейского прямо из горла. Во мне вся эта комедия вызвала лишь злость.

«Вот значит, что? Ну спасибо вам, родные мои!»

С портрета смотрел Рион Эс Кай. Единственный сын Повелителя. Владыка Ледяных Чертогов. Нет, он вовсе не был плох – густые белоснежные волосы длиной ниже плеч, красивые глаза цвета весеннего неба, твердые губы, упрямый подбородок, породистый нос. Мне доводилось видеть его лично. Я помнила какая сила исходит от Владыки.

Я видела, как трепещут пред ними женщины, какие бросают взоры. Я даже понимала их. Только сама не хотела сейчас такой участи.

- Но папа! – мой голос исполнился отчаяния. – За что?

Маменька всплеснула руками.

- Эйра, что ты такое говоришь? Это же сын Повелителя, наследник престола. Это такая честь!

- Мало чести лежать в гробу! – безжалостно припечатал брат.

- Тревор, выйди отсюда!

Леди Айдан вскочила на ноги и указала пальцем на дверь.

- И не подумаю! – братец нахально умостился на столик рядом с портретом. – И потом, маменька, не стоит забывать об обычаях. В Небесной книге четко сказано – девица имеет право решать сама. Так и оставьте Эйре это право.

Я была ему безмерно благодарна. И потому повторила, стараясь, чтобы голос не дрожал:

- Я не буду женой Риона Эс Кая. Слышите? Не буду! Никогда!

- Капризная девчонка!

Леди Айдан в сердцах жахнула об пол графином. Драгоценный хрусталь разлетелся по залу тысячей сверкающих осколков. Вейское расплылось по паркету рубиновой лужей. По залу разнесся пряный аромат.

Отец от этого звука словно очнулся. Вспомнил, кто в доме хозяин. Он гневно прихлопнул ладонями по подлокотникам и повысил голос:

- Ирма, прекрати. Девочка вправе решать жить ей или…

А потом тоже вышел, не договорив.

Я же осталась стоять возле портрета. В этом «или» крылся ответ к моему отказу. За последний год сына Повелителя трижды пытались женить. И все его невесты очень быстро из Ледяных Чертогов переехали в чертоги Небесные. Я невесело усмехнулась. Небесные чертоги - звучит красиво. Вот только ничего красивого в смерти нет.

Глава 3. Кольцо

Остаток дня промелькнул незаметно. Правда, сначала злополучный портрет Риона принесли в мою спальню. Под личным контролем маменьки установили на стол возле окна. Повернули так, чтобы пронзительно-голубые глаза «жениха» могли неотрывно следить за мной.

- Не смей выходить из комнаты! – приказала леди Айдан. – Ты наказана за непослушание.

После вышла, заперев для надежности двери.

Если она пыталась этим пристыдить меня, воззвать к моей совести и дочернему долгу, то просчиталась. Ничего в моей душе, кроме упрямства и раздражения, вызвать наказанием не удалось. Лишь только за маменькой закрылась дверь, я перетащила картину на пол, повернула лицом к стене, фыркнула возмущенно:

- Нечего пялиться на девиц без спроса.

Рион, по понятным причинам, промолчал. Я же взяла недочитанную книгу, плюхнулась на кровать и с удовольствием принялась шелестеть страницами. Мысли о замужестве отошли на дальний план. Меня они не волновали ничуть. Никто и никогда на заставит меня сказать: «Да». А значит, нет смысла об этом думать.

В столовую на ужин не позвали. Еду прямо в спальню принесла расстроенная Лорна. Поставила на стол поднос. Вздохнула. Не сдержалась:

- Не перечили бы вы маменьке, леди Эйра. Вон она как расстроилась. Целый день на всех ругается, хоть из дома беги.

Я обняла служанку, чмокнула в щеку.

- У нее всегда так. Неужели ты еще не привыкла?

Лорна повздыхала, поставила рядом с подносом кувшин с водой и собралась уходить.

Я оглядела принесенное: зеленый горошек, отварная рыба, кусок ржаного хлеба. Все то, что я с детства терпеть не могла. Маменька снова намекала, что сердита. Надеялась, что я изменю решение. Не дождется!

- Чаю мне тоже не положено?

Лорна покачала головой.

- Леди Айдан не велела.

- Ну и ладно. Передай огромное спасибо. Скажи, что мне все понравилось особенно вода. Я давно такой вкусной не пила.

Я нахально уселась на стул, взяла вилку.

- Не злили бы вы ее, - вновь попыталась служанка.

Мне пришлось сделать голос ледяным.

- Ступай, Лорна. И не забудь передать леди Айдан мои слова.

***

Ужин я съела скорее из вредности, из желания досадить, чем от голода. Через час вернулась служанка, чтобы забрать тарелки. И опять не смогла промолчать:

- Все же зря вы перечите матери.

Я вскипела, подняла с пола портрет, поставила посреди стола:

- Знаешь, кто это?

Лорна растаяла, глядя на красивое лицо. Губы ее улыбались.

- Лорд Рион Эс Кай. Наследник Повелителя.

- Верно, - согласилась я. – А знаешь, чем он знаменит?

Служанка отвела взгляд от картины, покачала головой.

Я выставила палец вперед:

- То-то же. Так вот, слушай. За этот год его уже трижды пытались женить. Все невесты, как на подбор, знатные леди.

Я замолчала, Лорна испуганно моргнула.

- А почему не сыграли свадьбу? – тихонько спросила она.

- Вот! – я выделила это слово особо. – мы и подошли к самому главному. Первая невеста выбросилась из окна своей комнаты. Не дома. В замке Риона, в Ледяных Чертогах.

- О… Она умерла? – голос доброй женщины дрогнул.

- Разбилась о камни, - безжалостно припечатала я.

Лорна ойкнула и села, прикрыв рот ладонью.

- Вторая, - я не собиралась никого щадить, - повесилась в спальне, там же.

- Насмерть? – на лице служанки появилась надежда.

На этот вопрос я даже не стала отвечать, просто кивнула.

- Отчего умерла третья понять никто не смог. Но! Перед смертью у нее очень сильно шла носом кровь.

- Какие вы страсти рассказываете. - Лорна всплеснула руками, поднялась взяла поднос, добавила убежденно: - Не мог такой милый юноша сотворить с девицами подобные злодейства! Не мог.

Я посмотрела на нее с усмешкой.

- Лорна, а если мог? Скажи честно, ты все еще хочешь, чтобы я согласилась?

Женщина заохала, поспешно покинула мою спальню. Ответа я так и не услышала.

Только на этот раз закрывать меня не стали. То ли Лорна пожалела, то ли мать не дала такого распоряжения.

***

Тревора я прождала дотемна. Мне очень хотелось с ним поговорить, понять, о чем шел разговор, пока я была в саду. Но брат так и не пришел. Тогда я решила отыскать его сама.

Шла потихоньку. Меня совершенно не радовала возможность увидеть мать. Я не желала слушать объяснения, попреки. Не сейчас. Возможно, позже, когда уляжется буря в душе, когда утихнет обида.

К счастью, ни леди Айдан, ни слуг на моем пути не попалось. Я добралась до заветной двери, тихонько потянула на себя ручку. Оказалось, не заперто. У братца горел свет, но самого его видно не было.

- Трев, - позвала я тихонько, - ты где?

Ответа не услышала.

- И где его только носит? – удивленно проворчала я. – Ну ничего, могу и подождать.

На столе стояло блюдо с пирогами. В чашке исходил парком ягодный взвар. В окно заглядывала огромная луна. Благодать! Я забралась с ногами в мягкое кресло, выбрала самый красивый пирожок, подвинула ближе кружку брата и только собралась наесться от души, как…

За стеной в кабинете отца что-то с грохотом разбилось. Послышались звуки мужских голосов. Там разгорался спор. А я расслышала свое имя. Тихо, приглушенно. Но стало ясно, что разговор идет обо мне.

Пришлось оставить пирог, скользнуть в коридор, встать у соседней двери и прислонить ухо к деревянной панели. И мне не было стыдно. Ни капельки. Сколько угодно можете говорить, что подслушивать плохо. Ерунда! Плохо покорно идти на убой подобной бессловесной овце. А я овцой никогда не была.

- И не стану, - прошептала я почти беззвучно и принялась жадно ловить каждое слово.

- Я не позволю!

Ого! Ни разу не слышала, чтобы Тревор повышал на отца голос.

- Жизнь Эйры – не пустяк. Не вам решать, жить ей или умереть!

Папенька возмущенно булькнул и тут же выпалил в ответ:

- Да как ты смеешь? Как только ты мог подумать, что я хочу отдать нашу девочку на убой?

Братец примолк и чуть сбавил обороты:

- А что я должен подумать? Мать только и говорит, о том, как скоро мы породнимся с родом Эс Кай. А ты помалкиваешь в ответ.

- Ты не понимаешь…

Тон, каким это было сказано, мне не понравился. Совершенно.

- Чего я не понимаю? Какой жирный кусь проходит мимо нашей драгоценной маменьки? Так вот, - я ясно представила себе, как Тревор наставил на отца палец, - не выйдет. Можете даже не надеяться. Эйра не пойдет замуж на этого упыря. Хватит ему тех смертей, что уже были.

Кто-то шумно сел, бухнул о стол бокалом.

- Ты не понимаешь, - повторил отец безнадежно.

Мне даже стало его жаль.

- Ты думаешь лорд Крэй хотел отдать свою дочь на верную смерть?

В его словах было столько горечи, столько боли, что сердце мое сжалось. А по спине побежали ледяные мурашки.

- Думаешь он не пытался бороться? Да он, - я почти увидела, как папенька бессильно махнул рукой, - что только не делал. Гвинеиру даже увезли подальше от дома в надежде, что Повелитель изменит решение. Не вышло, Трев. Нас все равно вынудят отдать Эйру в жены Риону. Все равно!

Последние слова отец проговорил медленно, почти по слогам.

- И я не знаю, что делать. Я не знаю, как спасти ее. Если сможешь, придумай сам.

- Нельзя ей туда, отец, - весь запал Тревора куда-то улетучился, - ее магия постоянно проявляет себя. Эйра пока не научилась контролировать свою силу. Если об этом хоть кто-то узнает…

Я повернулась спиной к дверям, чуть задержалась, оттолкнулась обеими ладонями и тихонько пошла обратно, к себе. Бездна. Еще и это. Как я забыла об этом законе? За что меня Небеса одарили таким проклятием? Если о моей силе станет известно, меня публично обвинят в колдовстве. А чем заканчиваются такие обвинения?

- Ничем хорошим, - ответила я сама себе. – На площади запалят красивый костер и…

Думать об этом не хотелось. И я прогнала прочь страшные мысли.

В комнате, пока меня не было, кто-то успел рядом с портретом Риона оставить пару пирожков и кружку. Плотно притворив дверь, я взяла напиток, невесело улыбнулась, потом поддалась порыву и чокнулась с вычурной рамой картины.

- Я пью за то, - сказала я, глядя в холодные голубые глаза Владыки, - чтобы никогда не увидеть твой проклятый замок.

А после залпом осушила кружку до дна.

***

За ночь чувство обиды основательно подугасло - стало не таким острым. Летнее утро стерло и ощущение опасности, и ожидание беды. Я сладко потянулась, перевернулась на бок и открыла глаза.

“Как хорошо, что меня сегодня никто не стал будить! До чего же иногда полезно спорить с маменькой”. Я тихонько хихикнула и накрыла рукой солнечного зайчика, притаившегося на подушке. Он выбрался из ладони и устроился на ней же, прямо сверху.

За окном синело чистое небо. Хитрое солнце нахально пробиралось сквозь тонкий кисейный полог, щедро разбрасывая блики по белым простыням. В кустах возмущенно орали воробьи.

Я чуть понежилась, глядя на сад, потом повернулась на другой бок и увидела упавшую книгу. Вчера я зачиталась допоздна и не заметила, как сон меня сморил. Поэтому сейчас ужасно захотела узнать, чем же закончился роман. Но дочитать мне не дали.

В комнату постучались, дверь приоткрылась, и в щель просунулась Лорна.

- Леди Эйра! - позвала она громким шепотом. - Вы не спите уже?

- Сплю, - ответила я.

Лорна зашла в комнату целиком и укоризненно покачала головой.

- Вечно вы шутите, леди Эйра. Я же к вам не просто так пришла. Меня ваша маменька прислала.

Женщина откинула полог кровати и встала, глядя на меня с укоризной. Мне же совершенно не хотелось выяснять, что понадобилось маменьке. Я все еще была обижена. Лорна заметила недовольную гримасу на моем лице и пояснила:

- Она вновь изволит гневаться.

Стало ясно, что просто так от меня не отстанут. Я сунула книгу под подушку, откинула покрывало и села.

- Что ей на этот раз не так?

Служанка вздохнула, потеребила пальцами передник.

- Полдень давно минул, завтрак прошел, скоро обед, - сказала она, - а вы, юная леди, все еще в кровати.

- Пффф… - я закинула растрепавшиеся волосы за плечо и улеглась обратно, на этот раз на живот, - можешь передать, что я не выйду. Что я все еще сыта вчерашним горошком!

- Зря вы так, леди Эйра, - в голосе Лорны появилась грусть. – Ваша маменька не просто так вас зовет. Через полчаса должен прибыть лорд Бервик.

Я приподнялась на локте.

- Это еще зачем?

- Вы должны дать ответ… Неужели забыли?

Служанка кивнула на портрет Риона, задержала на нем взгляд и очарованно улыбнулась.

- Такой красивый юноша. Что вам только не нравится?

Меня аж подбросило.

- Что не нравится? – Я едва сдержалась, чтобы не перейти на крик. – Ты правда не понимаешь?

Лорна наклонила голову и произнесла упрямо:

- Верите разной ерунде. Вот помяните мое слово, не мог он сделать ничего такого. Не мог!

И я поняла, что спорить совершенно бесполезно. Поэтому сменила тон.

- Ступай, Лорна. Можешь передать маменьке, что я скоро буду.

- Вы согласитесь?

Я сжала губы. Что тут скажешь?

- Ступай.

И отвернулась. Желание нежиться в постели пропало начисто. Глаза противно защипало. До жути захотелось шмыгнуть носом.

Лорна выскользнула за дверь неслышно, как тень. А я начала собираться.

***

Нет, соглашаться я не буду. Вот еще! Если кому-то охота помирать – милости просим. А мы уже как-нибудь без этого обойдемся.

Я выбрала строгое платье темно-синего цвета. Приколола жемчужной брошью широкий кружевной воротник. Волосы заплела в толстую косу и спустила на одно плечо.

Ни румян, ни духов добавлять не стала. Обойдутся. Папенька с Тревором любят меня и так. А остальные… Я даже вздохнула, представив себе недовольное лицо маменьки. Впрочем, леди Айдан никогда не пылала ко мне особой любовью. Главным для нее был обожаемый сын.

По коридору сновали слуги. Носили в гостиную напитки и угощение. А, значит, народа ожидалось немало. Я последний раз оглянулась на зеркало, натянула на лицо приветливую улыбку и тут же высунула язык.

– Ух!

Раздалось из-за спины так громко, что я невольно подпрыгнула на месте. А в зеркале появился довольный Тревор.

– Кривляешься? – спросил он со смешком.

– Отстань! – я отмахнулась. – Слышал, у нас опять ожидаются гости.

– Ага! – братец прислонился к дверному косяку. – Поэтому я и пришел. Пойду с тобой, будем вместе отбиваться. А то навалятся скопом и съедят!

Он сделал зверское лицо и смешно показал, как меня будут есть.

– Подавятся, - ответила я уверенно. – ты же знаешь, Трев, я не сдамся.

– Знаю, - согласился он, - но силы будут не равны. Поддержка тебе не помешает, малек.

- Идем, - я оставила зеркало в покое и вышла в коридор. Очень вовремя.

В дверях гостиной появился отец. Он усердно махал нам рукой и делал страшные глаза.

- Приехали, - прошептал за спиной Тревор, - шакалы.

И от того, как это было сказано, мне вновь стало страшно.

***

Лорда Бервика мне доводилось видеть и раньше. Сейчас в гостиной он был не один. Вместе с ним приехали двое мужчин помоложе. Впрочем, они держались позади своего господина, и я не стала обращать на них особого внимания. Просто присела в глубоком поклоне, как и положено благовоспитанной девице в присутствии старших по положению и возрасту.

- Леди Эйра, - гость приветливо улыбнулся, - Повелитель прислал меня за ответом.

Я с готовностью открыла рот, но маменька поспешно приложила к своим губам палец. Слова, рвущиеся наружу, так и не были произнесены. А лорд Бервик продолжил:

- Чтобы подтвердить серьезность намерений, мне велено передать вам семейное кольцо рода Эс Кай.

Мужчина протянул назад руку, в его ладонь тут же лег белый бархатный мешочек, перетянутый синим шнуром. Я пригляделась, на драгоценной ткани стояло золотое клеймо – герб правящего рода.

- Это вам подарок лично от лорда Риона Эс Кай.

Я снова бросила на маменьку взгляд и снова промолчала. Что ж, дорогие гости, пока поиграем по вашим правилам. А дальше не обессудьте.

Лорд Бервик нарочито медленно развязал шнур, подошел к столу у окна, ухватился за угол мешочка и вытряс содержимое на скатерть. У меня от восторга даже перехватило дыхание. Луч солнца, ворвавшийся в комнату, попал на грани огромного бриллианта, и вся гостиная наполнилась радужными бликами.

- Какое чудо! – Изумленно воскликнула маменька. – Эйра, ты только посмотри.

Все расступились, освобождая мне место. А я, словно завороженная, шагнула вперед и протянула руку.

Кольцо было восхитительным. Совершенно невозможным. На месте привычного камня красовался целый замок – с башенками, шпилями, окнами и крохотными дверцами. Крыша центрального строения была сделана и большого чистого, как слеза, бриллианта.

- Посмотрите, леди Эйра, - голос посланца Повелителя исполнился умиления, - это точная копия замка Владыки – Ледяных Чертогов. В жизни он столь же прекрасен. Говорят, что свет не видел более совершенного строения. Возьмите его, разглядите поближе.

Пальцы мои почти коснулись этого чуда. Почти… От неожиданности я едва не вздрогнула.

«Вот же… - в голову пришло слово, сказанное Тревором, - шакалы! Как все подстроили!» Стоило мне только взять кольцо или, еще хуже, примерить его на палец, я бы подписала себе приговор. От кольца нестерпимо фонило магией.

А служило оно печатью, скрепляющей вольное или невольное согласие стать женой наследника престола. Мерзкая дрянь. Взял в руки – и все, не отвертишься.

- Ну же, - подтолкнула меня маменька, - Эйра, доченька, почему ты не хочешь посмотреть?

Я оглянулась на нее. Да что, раздери меня бездна, с ней происходит? Лихорадочный румянец, блестящие глаза. Неужели? Меня осенила жуткая догадка. Да она же знает! Знает зачем нужно это кольцо и не пытается предотвратить катастрофу. Наоборот, всячески подталкивает меня к опрометчивому шагу.

Больше всего мне захотелось выпалить все эти мысли вслух. Прямо в лицо. И маменьке, и лорду Бервику, и его подручным. Но высказать означает выдать себя. Заявить всему миру, что я – леди Эйра Айдан – наделена магическим даром. Я могу отличить простую побрякушку от зачарованного артефакта. Означает навлечь на себя еще большую беду.

Я сжала кулаки и… мило улыбнулась. А потом обратилась к матери:

- Ну что вы, маменька, как я могу. Я попросту недостойна такой красоты. Подобные вещи в пору носить таким, как вы. – И тут же сменила тон, ничуть не заботясь, как это будет выглядеть со стороны. – Вам надо, вы и надевайте! А я как-нибудь обойдусь!

Леди Айдан недовольно поджала губы, но промолчала в ответ. Лорд Бервик только хмыкнул. Отец непонимающе огляделся.

- Дорогая, - спросил он у матери, - я не понимаю, что здесь происходит.

- Выясни у своей дочери, - раздалось в ответ. – Пусть она тебе объяснит.

- Эйра! Что все это значит?

С сердца упал камень. Хвала Небесам, отец не в курсе. Мать все организовала у него за спиной.

- Ничего, папенька, - ответила я успокаивающе, - я просто не люблю колец. Ты же знаешь.

Это было чистой правдой.

Мать громко фыркнула и уселась в кресло.

- Так что? – подал голос лорд Бервик. – Что мне передать Повелителю?

Я открыла уже рот, но Тревор, ловко задвинул меня себе за спину.

- Передайте, что леди Эйра недостойна такой чести. К сожалению ее манеры и воспитание не соответствуют высокому званию невесты лорда Риона Эс Кай. И да, - он пихнул меня локтем, чтобы я не пыталась всунуться с дополнениями, - леди Эйра будет примерно наказана за скверное поведение. Так ведь, лорд Айдан?

Папенька словно очнулся.

- Непременно, лорд Бервик, - подтвердил он. – Непременно накажем.

После этого меня попросту вытолкали из гостиной и закрыли перед носом дверь.

Глава 4. Охота

«Гости» задерживаться не стали. Не прошло и пять минут, как они покинули дом. На прощанье лорд Бервик сказал:

- Мы еще увидимся, леди Эйра.

- Вряд ли, - бросила я легкомысленно.

Он и не подумал обижаться. Улыбнулся от души.

- Увидимся, и гораздо быстрее, чем вы можете себе представить.

Я едва удержала себя, чтобы не топнуть ногой. Бездна из всех забери, как же мне надоели все эти недомолвки!

Матушка пошла провожать визитеров. Она ужасно лебезила, забегала вперед, трогала посланца Повелителя за рукав, заглядывала в глаза и бесконечно извинялась.

Лорда Бервика все это изрядно раздражало. Он морщился, молчал. Я все же не сдержалась усмехнулась им в след. Папенька осуждающе покачал головой.

- Эйра, - сказал он негромко, - быстро в мой кабинет.

- Зачем? – попыталась упереться я.

- Бегом! Я хочу знать, что произошло в гостиной.

- Я с вами, - тут же влез Тревор. – Мне тоже интересно.

Интересно, так интересно. Что мне, жалко рассказать? Я пропустила отца вперед, шмыгнула между ним и братом, тут же залезла в кресло, умостив под себя ноги. В этот раз мне даже не сделали не замечание. Всем было не до хороших манер.

Отец устроился на своем месте. Велел:

- Объясни, что за муха тебя укусила?

Тревор присел на краешек стола, задорно мне подмигнул.

- Понимаешь, есть такие магические артефакты…

Я не успела договорить. В комнату ворвалась маменька и с порога замурлыкала:

- Милый, давай, я лучше сама тебе все объясню. Эйре пока не хватает опыта. Она все не так поняла.

Тут я словно окаменела. Не хватает опыта? Не так поняла? Да как у нее только язык повернулся! Я глянула на отца и замерла второй раз.

Папенька был страшен. Никогда еще мне не доводилось видеть его таким. Лицо лорда Айдана сплошь пошло красными пятнами. Ноздри раздулись. Глаза превратились в щелочки.

- Милый… - маменька попыталась завести свою песню снова, но осеклась.

- Ирма! – от отцовского рыка я втянула голову в плечи. – Пошла прочь! С тобой я поговорю позже. А пока я желаю выслушать Эйру. Это ясно?

- Но милый…

- Вон! – Заорал отец. – И не заставляй меня звать слуг!

Мама жалко сморщилась, по щекам ее потекли крупные слезы. Она прекрасно знала, что отец не мог видеть рыдающих женщин. Обычно это помогало. Но не в этот раз.

Лорд Айдан зло сжал губы, метнулся к жене и грубо вытолкал ее из кабинета, а после запер дверь на ключ.

- Итак, - на свое кресло он вернулся почти спокойным, - а теперь я хочу услышать твое объяснение. Что там с артефактами?

И я рассказала. Все. Как есть.

***

- Кому-то сегодня влетит, - Тревор ухмылялся во весь рот.

В одной руке он держал чашку кофе, в другой здоровенный ломоть хлеба с окороком. Из-под мяса во все стороны торчали перья зеленого лука. Тревор в такт словам махал перед собой бутербродом, отчего казалось, что он схватил поперек тельца странную экзотическую птицу.

Я же неспешно уминала клубнику, тщательно обмакивая каждую ягодку в сладкие сливки.

- Тебе ее не жалко? – было даже немного удивительно. Братца маменька обожала.

- Жалеть? За такое? – Он покачал головой. – Ну уж нет. Знала же, чем это для тебя обернется. Знала и не попыталась удержать.

Я взяла новую ягоду, чуть подумала и вернула ее обратно. Аппетит отчего-то пропал.

- Ты не знаешь, почему лорд Бервик говорил, что мы скоро встретимся?

Тревор едва не подавился бутербродом.

- Точно! – хлопнул он себя по лбу ладонью. – С этими вашими колдовскими штучками я совсем забыл.

Братец старательно отер руки льняной салфеткой и полез в карман жилета. Я приподнялась со своего места, чтобы увидеть, что он оттуда достает. Но заметила лишь желтоватый бумажный уголок.

- Что это? – Меня распирало любопытство.

Тревор положил на скатерть сложенный пополам конверт.

- Приглашение, - сказал он.

Я сцапала конверт со стола. Но вместо того, чтобы открыть, вновь спросила:

- Куда?

- Отдай! – добычу вырвали из моих пальцев. Тревор сделал недовольное лицо. – Помнишь, что через два дня праздник солнца?

Я кивнула. Еще бы не помнить. Ведь после праздника мой день рождения. Правда, кому до него есть дело? А вот солцеворот каждый год отмечают с размахом. Повелитель устраивает охоту, а после гуляния и бал-маскарад. Быть приглашенным туда великая честь. Мы с Тревором каждый год мечтали об этом. Но нет. Род Айдан для этого не слишком знатен. Так неужели? Я и обрадовалась, и расстроилась одновременно. Не желая верить, решила уточнить:

- Нас пригласили на королевскую охоту?

- Да. – Удивительно, но брат был отнюдь не счастлив.

Я тоже совсем скисла.

- Тревор, давай откажемся?

- Не выйдет, малек. Ты можешь отказаться от помолвки. Но отменить вот это приглашение, - палец его показательно постучал по конверту, - ты не в силах.

- Ты же понимаешь, что они снова попытаются подсунуть мне какой-нибудь пакостный артефакт?

Тревор кивнул. Лицо его озарилось надеждой.

- А если надеть перчатки? Малек, ведь главное не брать ничего голой рукой.

- Я попробую.

Стало совсем тошно. Неужели теперь всю жизнь ходить в перчатках, бояться и думать о том, что любая мелочь может стать приговором. О, Бездна! Как же я умудрилась так вляпаться?

В сердцах я ударила рукой и смахнула со стола миску с клубникой. Алые ягоды разлетелись во все стороны. Застыли кровавыми пятнами в траве.

Но Тревор даже и не подумал сделать мне замечание. Он прекрасно понимал, что творилось у меня на душе.

***

Снежинка никак не хотела слушаться. Прядала ушами, испуганно ржала, норовила встать на дыбы.

- Хорошо, что ты не в женском седле, - заметил Тревор, - так бы намучилась с ней сегодня. Нервная она у тебя. Нет чтобы выбрать кого поспокойнее.

Снежинка недовольно глянула на моего брата и громко фыркнула. Эту кобылку отец подарил мне еще жеребенком. Ровно четыре года назад. Была она белая-белая, без единого пятнышка.

Папа тогда так и сказал:

- Моей снежной королеве другая лошадка не подойдет.

Воспоминания эти навевали на меня грусть. Папе вообще нравилось мое необычное имя. Эйра – снег, снежная. Это он меня так назвал. Маменька же всякий раз недовольно поджимала губы.

Снежинка вновь заржала и взбрыкнула.

- Может, тебе ее сменить? – озабоченно предложил Трев.

- Нет, - я охлопала мою красавицу по шее, погладила успокаивающе. – Она просто чувствует мое настроение. Успокоится потихоньку.

- Как знаешь.

Тревор огляделся и поморщился. И было от чего. Место нам выделили самое что ни на есть странное. Справа наш сектор ограждал глухой непролазный кустарник.

Слева, покуда хватало глаз, тянулся глубокий овраг с лысым берегом. По дну лениво тек ручей. Второй берег оврага был низкий, пологий, изрядно заболоченный. Оттуда звонко квакали лягушки. Остро тянуло тиной.

Из-за всего этого мы оказались словно в узком прямом коридоре.

- Ох, не нравится мне это, - Тревор оттянул ворот рубашки.

Я увидела, как нервно у него ходит кадык.

- Словно специально отрезали дорогу вбок.

Брат перестал пялиться на странности ландшафта и строго посмотрел на мои руки.

- Малек, а перчатки где? Высечь бы тебя…

Я виновато опустила глаза. Тревор был кругом прав. И мне не мешало его послушаться. Но…

- Живо надевай, скомандовал он.

Я обреченно вздохнула, вынула из кармана жакета длинные, по локоть, перчатки. Натянула их и заправила под рукава.

- И не снимай! – братец назидательно ткнул пальцем в мою сторону. – Эх, малек-малек, в кого ты только такая непослушная.

Если бы я знала? Пришлось привычно отшутиться:

- В тебя.

А он снова нахмурился.

За нашими спинами раздался звук рожка. Там появился лорд Бервик и объявил:

- Новичкам хочу напомнить правила королевской охоты. Все просто - кто первым подстрелит белого кролика, тот станет героем сегодняшнего вечера и получит от Правителя хрустальный кубок. Все понятно?

Тревор нетерпеливо кивнул. Что тут может быть неясно? Правила охотничьего поединка все отпрыски лордов и мужеского, и женского рода заучивали с малолетства. Слишком престижной была победа в этом турнире.

Вот и сейчас на боку у Тревора висел арбалет.

- Охота объявляется открытой!

Братец пришпорил своего жеребца, крикнул мне на ходу:

- Малек, держись за мной.

И пустился вскачь.

***

Природный коридор вывел нас к перелеску. Все вокруг разительно изменилось. Мы словно попали из обычных мест в сказочные владения. Кругом росли величественные тисы. Под ноги стелилась золотистая трава. Воздух полнился незнакомыми запахами.

- Королевский лес, - бросил Тревор через плечо.

Я и сама это поняла. Об этих лесах ходили легенды. Древнее место, величественное и прекрасное, где магия сочится прямо из земли.

Рядом с нами на ствол плюхнулся пестрый дятел. Покосился на незваных гостей блестящим глазом, примерился и отчаянно застучал клювом по коре.

Тревор спешился, схватил под уздцы жеребца и повел за собой. Я покидать седло не стала. Так мне было спокойнее. Только постоянно приходилось уворачиваться от низких сучьев, пригибаться к самой шее Снежинки.

Мы постепенно углублялись в лес. То справа, то слева слышались отдаленные голоса и ржание лошадей. Тисы сменились зарослями рябины. Здесь ехать верхом стало совсем невозможно. Тревор помог мне слезть с седла, и дальше мы пошли пешком.

Я в тихом восторге глазела по сторонам. Несмотря на раннее лето, кроны у рябин здесь были ярко-алыми. Маленькие резные листики трепетали на ветру и казалось, что на ветки села стая волшебных бабочек, да так и застыла.

- Как же красиво, - невольно выдохнула я.

Тревор обернулся, приложил к губам палец, прошептал:

- Тише, малек, не спугни.

«Кого?» - хотела спросить я, но тут увидела сама.

Лес перед нами расступился, обежал с двух сторон большую круглую поляну. В центре на золотистой траве лежал огромный плоский камень. А на нем, подставив солнечным лучам спинку сияющую, сидел белоснежный кролик.

- Тревор! – я с трудом удержала вскрик.

О, Небеса, неужели победа так близко. Брат столько о ней мечтал! Я сделала шаг назад и затаилась чуть в стороне, чтобы не мешать. А Тревор поднял арбалет.

***

Что случилось дальше… Мне очень трудно это объяснить. Помню, как болт отправляется в полет, как медленно и неизбежно рвет ткань бытия. В последний момент что-то неуловимо изменилось, словно с камня сдернули невидимое покрывало.

Тревор еще не успел ничего понять, а я с ужасом смотрела, как острый наконечник пронзает беспомощную плоть. На камне вместо кролика лежал котенок ирбиса. Совсем еще кроха. Тельце его слабо трепыхалось. С последними вздохами котенка дрожал и болт.

Ирбис! Священное животное Небес! О, Бездна, как это могло произойти?

Во мне словно что-то щелкнуло. Я забыла о себе, о запрете на магию, о том, что рядом могут быть чужие, обо всем! Ноги сами понесли меня к камню. В какой-то момент показалось, что я лечу над землей, что башмаки вовсе не касаются травы. Но это было не так.

Возле камня я плюхнулась на колени, ударившись с размаху ногой обо что-то твердое. Скинула перчатки, протянула ладони вперед, вызывая в себе волшебную силу. Кончики пальцев тут же закололо, сразу онемел язык. Почему-то речь отказывала мне всякий раз, когда я пыталась лечить.

Время стало почти недвижимым. Все вокруг словно замерло. Котенок был еще жив. Он смотрел на меня мутным младенческим глазом и мелко дрожал. Я коснулась его ладонями и сразу отдернула руки. Больно! Как же больно! На коже выступили капельки крови. Кончики пальцев покрылись мелкими порезами. Я не сразу смогла понять почему.

А потом едва не задохнулась от ужаса осознания. Маленький барс был плотно накрыт магической сетью, похожей на невидимую паутину. И сеть эта не давала ему двигаться, не давала прятаться и бежать. Впрочем, он бы не смог убежать, даже если бы захотел.

Одна из лапок котенка была переломана пополам. В этом месте белоснежная шерсть окрасилась алым. И рана была получена отнюдь не от стрелы Тревора.

Бездна! Бездна! Бездна! Все это подстроено специально. Все! И коридор, и поляна, и камень. И даже приглашение на охоту. Будь вы прокляты, Повелитель!

Я едва успела закрыть рот, чтобы не произнести последние слова вслух. Вновь приблизила ладони к страдающему зверьку, резко выдернула болт и стала вливать в него магию – каплю за каплей. Я пыталась представить себе, как срастаются хрупкие косточки, как сплетаются волокна тканей, как кровь бежит по запаянным сосудам. Все тщетно.

Жизнь уходила из звереныша тоненькой струйкой. Да и не слишком много осталось в нем той жизни. И тогда я просто заплакала, не смогла сдержаться. Как говорил папа? Настоящие леди не должны показывать слез? И пусть!

Все было так ужасно, хуже не было. Я своим отказом обрекла брата на смерть.

Тревор подбежал сзади, дернул меня за ворот, поставил на ноги.

- Эйра, очнись! Очнись тебе говорят!

Щеку обожгла хлесткая оплеуха.

- Сюда идут! Ты слышишь меня?

Я неуверенно оглянулась и кивнула. В руки мне всунули перчатки.

- Надевай. Быстро! И магию прячь. Нельзя чтобы ее почувствовали.

Я глубоко вздохнула, отвернулась от камня и стала поспешно натягивать перчатки. Тревор был прав, во всем.

- Вот и молодец, - он погладил меня по голове, а после опустил на траву арбалет. – Запомни, малек.

Слова его стали горячими, требовательными.

- Не смей соглашаться на помолвку. Не смей! Слышишь? Этим ты убьешь не только себя. Меня тоже. Я не смогу жить, зная, что стал причиной твоей смерти! Слышишь, малек? Живи. Живи всем назло! Ради себя, ради меня…

Я оглушено кивала. По щекам горячими струями текли слезы.

- Не вздумай! Слышишь?

Брат прижал меня к себе.

- Леди Эйра, - раздалось из-за спины.

Голос был тихим, вкрадчивым. Но звук его ударил меня словно бичом. На краю поляны, возле самых рябин остановился лорд Бервик. Рядом с ним был пяток егерей.

Подручный Повелителя наклонил на бок голову, глянул на меня, как на невиданную диковину, и произнес улыбаясь:

- Помните, я обещал вам, что мы увидимся куда быстрее, чем вы думаете? Помните?

Я кивнула. Ни на что другое у меня попросту не было сил.

- А вы не верили.

Лорд улыбнулся еще шире и обернулся к егерям.

- Господа, мы с вами стали свидетелями преступления. Лорд Тревор Айдан умышленно убил детеныша снежного барса. По законам королевства преступник должен быть предан суду. Взять его!

Я было дернулась, но Тревор вновь прошептал:

- Не смей!

И я обмякла. Последние силы оставили меня.

- Леди Эйра, - слова лорда Бревика сочились медовым ядом, - не желаете уладить вопрос миром?

На ладони его появился знакомый бархатный мешочек.

Я молча покачала головой.

- Жаль, - мужчина, казалось потерял ко мне всякий интерес, - впрочем, у вас есть время до завтра. Подумайте хорошенько, леди Эйра.

И Тревора увели. А я осталась одна. И ощущение предательства не покидало меня. Моего собственного предательства. За это я себя ненавидела.

Глава 5. Туман

Как добралась до дома, я почти не помнила. Снежинка тащилась еле-еле. Из головы не шли последние слова Тревора. Я чувствовала, что поступаю неправильно, но никак не могла решиться пойти ему наперекор.

С самого раннего детства я привыкла во всем полагаться на брата. Сколько помню себя, он всегда был рядом со мной. Говорят, что двойняшки чувствуют друг друга на расстоянии, читают мысли, ловят малейшие нюансы настроения. Это правда. Тревор был моим вторым я. Без него моя жизнь сразу станет пустой. Без меня его тоже. И все же…

«Живи всем назло! Ради себя, ради меня!» По телу пробежала дрожь. Губы прошептали:

- Тревор, я так не смогу.

Я приложила к глазам перчатку. Никто не должен видеть моих слез. Так почему же они без остановки бегут по щекам?

К дому Снежинка довезла меня сама. Конюх, охая и пряча глаза, принял повод, помог мне спешиться.

Лорна обняла, прижала к себе.

- Девочка моя, - она совсем забыла об обязательных «Леди» и «Вы», - какое горе! Как же так?

Судя по всему, посланец Повелителя в поместье уже побывал. И от этого было еще гадостнее. Я отстранилась, чтобы не разреветься еще пуще, и вбежала в дом. Сейчас мне нужно было увидеть отца, все ему рассказать. Вдруг можно что-нибудь придумать? Вдруг есть какое-то решение?

Я ворвалась в коридор, долетела до заветной двери и остановилась в нерешительности. Кабинет был пуст. Зато из комнаты матери доносились громкие всхлипы. Я замерла, не зная, что делать дальше.

Не было желания встречаться с маменькой. Я знала, как сильно она обожает Тревора, и боялась посмотреть ей в глаза. Мне захотелось развернуться, убежать в свою комнату, запереться там и не высовываться до самого утра. Так я и решила поступить. Но не успела сделать и пары шагов, как всхлипы сменились возмущенными словами:

- А все она виновата, эта дрянь! Все из-за нее. Говорили же ей, не смей перечить Повелителю! Прими свою судьбу! Так нет…

- Ирма рявкнул отец, прекрати!

На этот раз его окрик не возымел никакого действия. Маменька только распалилась ее сильнее.

- Дрянь! Гадина неблагодарная. Надо было сразу ее выкинуть! Это все ты! Зачем я тебя послушала? Зачем? К чему привела твоя доброта? Надо было…

Я замерла, бессильно осела по стене на паркет. Это стало последней каплей в чаше бед. Голос матери звенел от неприкрытой ненависти.

- Ирма!

Вслед за окриком раздался звук пощечины.

Я решила было, что ударила мать, но нет. Отец прошипел:

- Закрой рот и не смей так говорить! Девочка ни в чем не виновата. Дрянь здесь одна – и это ты! И если ты скажешь об Эйре еще хоть какую-то гадость, я снова тебя ударю! Не вынуждай меня, Ирма.

От ярости его голос дрожал. Леди Айдан вновь залилась слезами. Я с огромным трудом поднялась и побрела к себе, придерживаясь ладонью за стену. Мне было мерзко от услышанных слов. Сегодня я лишилась не только матери и брата. Я лишилась большей части своей души. Потеряла все светлое, что было там, внутри. Если бы не отец, я не знаю, что бы со мной сталось.

- Спасибо, папочка, - прошептала я на пороге своей комнаты и укрылась за дверью от всего мира.

***

Впрочем, долго быть одной мне дали. Очень скоро в комнату постучался отец.

- Эйра, - позвал он, - открой, доченька. Я знаю, что ты здесь.

Голос у него был жалкий, усталый. И сердце мое сжалось от боли. Я не смогла оставить его за дверью. Отворила замок, увидела ссутулившуюся фигуру, серое от горя лицо, покрасневшие веки и кинулась ему на шею.

Папенька крепко обнял меня, поцеловал в лоб и прошептал:

- Девочка моя дорогая, горе-то какое у нас.

Я тут же разревелась, едва смогла промолвить, глотая слезы:

- Там все было подстроено.

- Я знаю, доченька, знаю. Сразу было понятно, что нас не оставят в покое.

Слова из меня выскакивали сами. Мне нетерпелось высказаться, излить душу:

- На камне сидел кролик! Тревор стрелял в кролика!

- Как так? – не понял отец. – А как же ирбис?

- Он появился потом, когда в него попала стрела. Я успела рассмотреть. Его специально положили там и опутали магической сетью, чтобы не смог уползти.

- Уползти? – в голосе отца появилась растерянность.

- Ну да. Он уже был ранен до нас. У него переломана лапа. Маленький еще совсем. Котенок. Только-только глазки открылись. Как они только посмели! Ирбис – священное животное Небес. А они его…

Папенька выпустил меня из объятий закрыл руками лицо. Чуть посидел недвижимо. Глубоко вдохнул и заговорил:

- Ты просто не знаешь, Эйра. Если в помете барсов есть увечный котенок его всегда приносят в жертву Бездне. Только об этом не принято говорить.

***

Я едва не задохнулась от ужасной догадки.

- Папенька, так Тревора казнят из-за ирбиса, которого все равно должны были убить?

Отец молча кивнул. Я же вскочила, принялась ходить из угла в угол. Меня распирало от злости, от несправедливости, от подлости. Душа никак не могла смириться с произошедшим.

- А если, - я резко остановилась, глянула на отца, - если рассказать на суде, как все было?

Папенька снова сгреб меня в объятия, прижал к себе.

- Эйра доченька, - произнес он тихонько, - кому рассказать? Повелителю? Лорду Бервику?

- Я не знаю, - от чувства беспомощности стало совсем плохо. – Кому-нибудь…

Отец только погладил меня по голове. Слова его стали ласковыми:

- Эйра, чудесная моя девочка, даже если найдутся желающие выслушать, кто нам поверит? Мы теперь семья преступника. Все решат, что мы просто выгораживаем Тревора.

- Но, папа, как же быть?

- Не знаю, - отец отпустил меня и тяжело поднялся, - осталось только уповать на милость Небес. Другого выхода я не вижу.

***

Ночью не спалось. Я долго ворочалась, пытаясь представить, как утром все разъяснится. Как Тревора отпустят, а меня оставят в покое. Какая, право, глупость. Я все понимала, но так боялась верить в худшее. Уснула почти перед рассветом.

И тут же увидела белоснежного котенка барса. Маленького, беспомощного, трогательного. Он лежал на моей кровати, слепо тыкался мордой в разные стороны и звал маму. Временами малыш застывал, становился едва заметным, превращался в радужную дымку, исчезал и тут же появлялся в другом месте. Там все повторялось вновь.

Я смотрела на него не отрывая глаз и повторяла:

- Туман! Ты так похож Туман.

А потом что ткнулось в мою щеку – теплое, влажное. Раздался еле слышный плач. Сон моментально развеялся, и я открыла глаза. На подушке, прямо возле моего лица кверху пузиком лежал белоснежный котенок. Одна из лапок его была сломана. Он тихо плакал и пытался сосать прядь волос.

Я резко села на кровати, в изумлении протирая глаза. Казалось, один сон сменился другим, куда более реальным.

Маленький ирбис затрепыхался, пытаясь меня отыскать, не нашел, превратился в дымку, исчез и вновь уткнулся мне в бок.

- Туман? – в голосе моем все еще слышалось недоверие. – Ты настоящий?

Котенок забил лапками. Из раны вылетали капли крови, повисали в воздухе и таяли, превращаясь в дымок.

- Туман!

Я попыталась сгрести малыша, прижать его к себе, но ладони мои пронзили крохотное тельце и схватили лишь воздух.

Маленький ирбис был призраком. Фантомом. Правда, плакал он как настоящий. И сердце у меня вместе с ним рыдало от жалости.

- Туман.

На этот раз недоверие исчезло, уступило место нежности. Я снова опустила руку, остановила ее почти у самой шерстки да так и застыла, не зная, что делать дальше.

Котенок сам потянулся к моим пальцам, ткнулся розовым носом в ладонь. Мордочка у него была теплой, мягкие усы щекотали мне кожу.

- Маленький мой, - прошептала я еле слышно, - что же мне с тобой делать?

Ирбис запищал, лизнул ладонь языком. И тут с моих пальцев посыпались искры. Магия, обычно такая послушная, неожиданно пробудилась сама собой. От изумления я просто сидела, боясь пошевелить рукой, и смотрела, как быстрый язычок облизывает пальцы, как ловит волшебные искры, как причмокивает и довольно урчит.

Вскоре Туман насытился. Он мирно уснул, засопел. И раны на лапе у него больше не было.

***

Дверь пришлось на всякий случай запереть. Я побоялась, что Лорна с утра обязательно придет и точно увидит котенка. Мне это было совсем не нужно. Я пока совершенно не представляла, как объяснить его появление в моей комнате. А еще не понимала, что делать с ним дальше.

Если сейчас призрачный ирбис так легко преодолевает пространство, что будет потом, когда он окрепнет и подрастет? Как я буду объясняться с посторонними? Что я буду говорить?

В голову пришла замечательная мысль. Когда-то давно мне удалось случайно заколдовать повод непоседы Снежинки. С этим поводом у нее никак не получалось сбежать с коновязи. С ним она становилась смирной и послушной.

Почему бы не попробовать повторить это еще раз?

Я отыскала в шкафу длинную ленту. Синюю, как летнее небо, прочную и не слишком широкую. Потом прикрыла глаза, медленно провела по ткани ладонью, дождалась, пока она пропитается магией целиком и сделала из нее подвижную петлю. Примерно так Тревор в детстве мастерил силки.

Я не боялась, что петля навредит котенку. Я не боялась, что она удушит его. Как можно навредить призраку? Никак.

Теперь только нужно было осторожно, стараясь не касаться шкурки, накинуть магический ошейник на спящего ирбиса и затянуть петлю так, чтобы кроха не смог из нее выскользнуть.

Удивительно, но у меня все получилось с первого раза.

Потом я подняла нежданного гостя вместе с подушкой и отнесла его в шкаф. Конец ленты пришлось привязать к одному из одежных крючков. Я осмотрела полученное и осталась вполне довольна.

- Спи, Туман.

Мой голос прозвучал почти счастливо. Малыш зачмокал, свернулся клубочком, но не проснулся. И я тихонько притворила дверь.

***

Утром меня разбудил писк. Нет, даже не писк – кошачьи рыдания. Спросонья, запутавшись в одеяле и еще не до конца понимая, что происходит, я свалилась с кровати и приземлилась на мягкий ковер.

Шкаф ходил ходуном. Маленький безобразник упорно пытался вырваться наружу. Мордочка его то и дело просачивалась сквозь запертую дверцу, хлопала голубыми глазами, шевелила усами, открывала розовую неожиданно зубастую пасть, издавала душераздирающий мявк и возвращалась обратно в недра дубового пристанища.

Привязь держала надежно. Вот только шума от моего неожиданного питомца было слишком много. Не ровен час, кто услышит. И что тогда?

С перепуга я рванула к шкафу, сначала на четвереньках, потом, как и положено настоящей леди, прямо. Попутно умудрилась удариться коленом о комод, из-за чего дохромала до цели морщась и потирая ногу.

Ключ повернулся в замке. Дверь от удара распахнулась сама. Возмущенный Туман узрел меня, обрадовался, «взлетел», приземлился прямо на ручки и… блаженно замурчал.

Я машинально потрепала котенка между ушей. Шерстка у него шелковая, нежная. Нос – влажный, холодный, как у настоящего зверя. Пальцы больше не проваливались сквозь призрачное тельце. Нет. Барсенок был плотный, осязаемый и теплый. Губы мои расплылись в блаженной улыбке.

- Малыш, как ты подрос…

Котенок еще раз муркнул, перехватил языком магическую искру, сорвавшуюся с пальцев и вновь истошно заорал.

- Сейчас-сейчас, - я перенесла его на кровать, - ты кушать хочешь? Ешь. Ешь мой маленький, только не плачь.

Малыш поймал еще одну искру и притих.

***

Я гладила ирбиса по шестке. Искры магии щедро рассыпались во все стороны. Проворный розовый язычок слизывал их с шерсти, с покрывала, с усов. Глаза блаженно жмурились. Толстые лапы мяли мой бок.

Туман впитывал в себя волшебство и безостановочно мурчал. Я же смотрела на него и удивлялась – за ночь котенок увеличился почти вдвое. Раздобрел, распушился. Он больше походил на новорожденного младенца. Шерсть лоснилась и сверкала серебром. Взгляд был умный.

Наконец малыш насытился и отодвинулся в сторону.

- Что же мне делать с тобой? – спросила я.

Туман замер, приподнял лобастую голову, посмотрел внимательно, словно приглашал продолжить беседу. Я вздохнула.

- Мне сейчас придется тебя спрятать. Понимаешь?

Голова наклонилась на бок. Взгляд стал расстроенным.

- Я уйду. - Ладонь моя взметнулась вверх, останавливая возмущенный рев. – Ненадолго! Потом вернусь и обязательно тебя покормлю. Понимаешь?

- Мурк.

Ответа я услышать не ожидала. Потому обрадовалась, чмокнула малыша в нос. Он поймал лапами мои щеки, от души потерся о лицо лбом. Я же продолжила:

- Только тебе снова надо посидеть в шкафу. Нельзя чтобы тебя нашли. Понимаешь?

И тут Туман меня удивил. Он вновь понятливо мурлыкнул, сам спрыгнул с кровати и направился к шкафу. Лента волочилась за ним. Лапы совсем не оставляли следов на ворсе ковра. Для всего в этом мире, кроме зачарованной ленты и меня маленький ирбис был нематериален.

У самого шкафа котенок обернулся, и я вдруг услышала в голове его голос.

- Я подожду. Если буду нужен, только позови, и я приду.

Потом он просто просочился сквозь дубовую дверку и исчез. Снаружи на ковре остался лежать изрядно обмусоленный хвост ленты. Совсем недолго. Скоро Туман и его втянул внутрь.

- Спасибо, - прошептала я от души, - за то, что ты появился.

И принялась за утренний туалет. Сегодня мне предстояло пережить кошмар. Правда, я еще не догадывалась какой именно.

***

Всю дорогу до здания суда мы молчали. Мать поджимала губы и смотрела исключительно в окно кареты. Мне ни разу не удалось поймать ее взгляд. Папенька не выпускал меня из объятий, молча гладил по волосам. Только это и спасало меня от щемящего чувства вины.

Я же боялась за Тревора и Тумана. Только страх этот был совсем разным. Чем ближе мы подъезжали, тем сильнее ощущалось напряжение, разлитое вокруг.

На центральной площади спозаранку собралась огромная толпа. Лица у всех были угрюмыми. Нашу карету провожали злобными выкриками, проклятиями и свистом. Вместе с руганью на нас обрушились волна ненависти. И в моей душе поселился еще один страх.

Перед самой остановкой в дверцу прилетело яйцо. С треском разбилось, потекло по стеклу.

- Только бы камни не начали кидать, - прошептал отец.

Я оторвалась от лицезрения беснующейся толпы, оглянулась. Папа был бледен. Я вдруг заметила, что в его волосах заметно прибавилось седины.

- Не смотри туда, - улыбнулся дрожащими губами он. – Не нужно.

- Все из-за нее, - бросила не поворачиваясь маменька.

Я хотела ей ответить, но отец положил мне на губы ладонь.

- Молчи. Не надо. Я сам.

Только узнать, что он хотел сказать, мне было не суждено. В окно врезался первый камень. Прямо напротив моего лица. Дорогое стекло не разбилось, выдержало. От удара по нему разбежались трещины, похожие на лучики в паутине.

- Началось.

Отец обхватил меня руками, силой притянул вниз, спрятал, обнял и накрыл собой.

Второго удара я не слышала. Только увидела, как мне на колени, на длинный подол, на пол кареты посыпались блестящие осколки.

Глава 6. Мышеловка

Потом был еще один камень и еще. Восклик отца, капли крови, страх. Больше всего я боялась нечаянно позвать Тумана. Появление на площади призрачного барса, стало бы для нас приговором – окончательным и бесповоротным. Меня бы объявили ведьмой. И этот день мог закончиться костром. К счастью, ничего такого не случилось.

Дальнейшее произошло очень быстро. Нам не успели причинить особого вреда. Карету окружила стража. Служаки оттеснили толпу, отогнали прочь. Проезд расчистили, и до здания суда мы добрались уже без проблем.

У отца на лбу был глубокий порез. Из него тонкой струйкой сочилась кровь. Я достала чистый платок, приложила к ране.

- Доченька, только лечить не вздумай, - прошептал мне папенька.- Не нужно, родная.

Я и не думала. Хватит нам неприятностей. Магию лучше приберечь на потом.

Все остальное превратилось для меня в сущий кошмар: суд, приговор, вето. А еще довольный голос лорда Бервика, торжество в глазах Повелителя и потерянный взгляд Риона Эс Кай. В какой-то миг мне показалось, что губы его шепчут: «Я не хотел. Право, я не хотел!»

Впрочем, какая разница.

- Леди Эйра Айдан, - голос Повелителя вырвал меня из раздумий, - все в ваших руках. Мы ждем вашего решения. Если вы дадите согласие, то вето вступит в силу прямо сейчас. Если нет…

Он усмехнулся и не договорил. Что уж там, и так все ясно. Я поднялась. В ушах все еще звучали папенькины слова: «Прости, доченька, нам не оставили выбора!»

Я даже попыталась улыбнуться, лишь бы не разреветься. Никто не должен видеть слез лейди Эйры Айдан. Взгляд мой нашел глаза Повелителя.

- Ну же, Эйра, - мы ждем.

- Я согласна.

Маменька обессиленно откинулась на спинку кресла. Отец закрыл руками лицо. По щекам его потекла влага.

- Что ж, - лорд Бервик отодвинул в сторону пергамент, - тогда давайте скрепим ваше согласие. Подойдите к нам, леди Эйра.

Я тронула отца за плечо, чуть сжала пальцы. Потом прошла вперед, туда где сидели люди, с такой легкостью разрушившие мою жизнь.

- Наденьте.

Повелитель положил передо мной знакомый бархатный мешочек.

Я сама развязала шнурок, сама достала кольцо. Древняя магия подчинения остро кольнула кожу. Я не подала вида, что знаю о ней. Сама надела кольцо на палец. Руки мои не дрожали. Лицо стало каменным.

Ладонь я положила на стол кольцом вверх. Над башенками замка взметнулось голубое сияние холодное, как лед, мертвое, равнодушное. Мне стало неприятно от его прикосновения, но это больше не имело значения – самое страшное уже свершилось.

Я стояла и смотрела как ажурные башенки плавятся, текут, опадают внутрь. Скоро на месте прекрасного замка появился крупный светло-голубой топаз. Грани его сверкали, подобно льду на солнце. Кольцо сидело, как влитое. Магия его уснула в самом сердце камня. Не навсегда, на время.

- Вы довольны, Повелитель? – спросила я холодным голосом.

- Вполне, - спокойно ответил он. – Стоило ли так упорствовать, милая? Согласись вы сразу, столько проблем всем нам удалось бы избежать.

Его слова меня почти не задели. Сердце мое наполнилось абсолютным безразличием.

- Что дальше? – спросила я.

- Сейчас вас проводят домой, леди Эйра. Сегодня можете проститься с родными.

Я кивнула, а Повелитель продолжил:

- Вечером вам привезут наряды и украшения, подобающие невесте Владыки Ледяных Чертогов. А на рассвете вы тронетесь в путь.

- Могу я взять с собой что-то свое?

- Конечно, - Повелитель милостиво улыбнулся, - все что душе угодно.

- Спасибо.

Я поклонилась и вернулась на место.

Рион Эс Кай за все это время так и не поднял головы.

***

Время приближалось к обеду. Лорна встречала нас уже в саду.

- Леди Айдар, - вскричала она, едва завидев, как мы покинули карету. – Как я рада, что вы вернулись!

- Не сейчас, дорогая моя, позже.

Маменька поморщилась и отправила служанку прочь движением руки.

На пороге дома я остановилась сейчас меня больше всего тревожил Туман. Как он там? С непривычки я совсем забыла, что могу позвать его мысленно и узнать все прямо отсюда. Мне не терпелось вернуться к себе, посмотреть, убедиться, что все в порядке.

- Папенька, - попросила я, - разрешите мне отобедать в моих покоях.

Леди Айдар встрепенулась посмотрела на меня с искренним удивлением.

- Эйра, доченька, - пропела она, - надо провести этот день вместе. Завтра ты уезжаешь, неизвестно, когда еще нам доведется свидеться!

Лицо отца скривилось, как от зубной боли. Я видела, что он сдерживается через силу. Маменька вновь стала собой, только в словах ее явно чувствовалось море фальши и притворства.

Я решила, что нет смысла притворяться. Поэтому сказала начистоту:

- Я устала, и не хочу никого видеть.

- Но как же, - мать попыталась меня обнять.

Я же смогла увернуться, шарахнуться в сторону.

- Доченька, ты сама должна понимать, что так всем будет лучше…

О Небеса, какое искреннее недоумение, какое удивление в глазах. Аж противно.

- Кому? – выкрикнула я. – Кому лучше?

- Мне, Тревору, твоему отцу…

Маменька беспомощно оглянулась на мужа, ища поддержки. Когда не нашла, решила закончить мысль сама:

- Всем лучше.

- А мне?

Я остановилась напротив нее, поймала взгляд, надеясь увидеть там хоть каплю любви. Не увидела. Не было там и сожаления. Леди Айдар слегка пожала плечами.

- Такая уж у тебя судьба, доченька. Что поделать? Мы не в силах этого изменить.

Все! Мне больше не о чем было с ней говорить. Я развернулась и бросилась к себе. Теперь хотелось умыться, пустить по воде всю грязь, весь обман, провести ритуал очищения. Магия бурлила на кончиках пальцах. Колола, вспыхивала в сердце камня кольца рода Эс Кай. Магия была со мной заодно.

Я ворвалась в комнату, плотно-плотно прикрыла дверь и повернула в замке ключ. А потом осела на пол, прислонившись спиной к стене. Слез не было. Было одно лишь опустошение.

Из шкафа, легко пробив лбом толстую дубовую створку выглянула белоснежная голова. Внимательные глаза уставились на меня, сонно мигнули. Следом выплыл и сам Туман.

- Вернулась? – зачем-то спросил он.

Я кивнула. За эти полдня из маленького котенка мой питомец превратился большого зверя.

- Туман, - спросила я, ощущая в голосе волнение, - ты долго еще будешь расти?

Барс подошел к зеркалу, оглядел себя со всех сторон.

- Не знаю, - услышала я в своей голове, - думаю, что недолго. Я уже почти вырос.

Он превратился туманную ленту и моментально переместился ко мне. Рука моя легла на его голову, пальцы провалились в густую шелковую шесть.

- У нас проблема, малыш.

- Какая? – ирбис сел рядом.

- Завтра мне придется уехать отсюда. Навсегда.

Зверь обеспокоился:

- А меня возьмешь с собой?

Я посмотрела на барса с любовью. Меньше всего на свете мне хотелось с ним расставаться.

- Я бы взяла, но не знаю как. Не понимаю, где тебя спрятать.

Он неожиданно замурчал, потерся о мой бок. От шерсти во все стороны полетели теплые искры.

- Не бойся Эйра, - сказал Туман, - если нужно, я могу сделаться маленьким. Только надо придумать, куда меня спрятать.

От неожиданности я обрадовалась и растерялась одновременно.

- А куда можно?

Мой волшебный зверь попятился назад, отошел и оглядел меня с ног до головы. И до меня вдруг дошло, что взгляд его остановился на кольце рода Эс Кай. Точнее на огромном топазе.

И точно, кошачий голос довольно промурчал:

- Можно попробовать поселиться в этом камне.

Я не успела крикнуть ему: «Нет!» Не успела отдернуть руку. Все произошло очень быстро. Огромный барс уменьшился в один миг, превратился в сияющий сгусток магии, взмыл над полом, пронзил пространство и утонул на дне проклятого кольца.

Только губы мои прошептали запоздало:

- Туман, не надо! Нет!

***

В этот день Туман больше не показывался. Я видела его в глубине голубого кристалла. Он то ли был очарован, то ли мирно спал. Только я никак не могла до него докричаться. К вечеру пришлось оставить бесплодные попытки и смириться.

Позже приехали слуги Повелителя привезли обещанные наряды. Я встречала их вместе с маменькой в гостиной. Первым внесли большой отделанный эмалью и изящной резьбой сундук. Следом бесподобное бело-голубое платье, шитое золотой канителью. Такое богатое и помпезное, что мне стало немного не по себе.

Подобных нарядов у меня не было никогда. Не мог наш род позволить себе тратить деньги на бесполезную роскошь.

Лорд Бервик, заметив мое смущение, совсем по-отечески улыбнулся:

- Вот видите, леди Эйра, - сказал он, - Повелителю ничего не жалко для избранницы наследника. Женщины, принадлежащие роду Эс Кай, заслуживают только самого лучшего!

Я не смогла сдержаться и заметила язвительно:

- Жаль, ненадолго. Очень скоро все это положат склеп вместе со мной. Или же, - мне в голову пришла неожиданная мысль, - все это перейдет по наследству следующей невесте?

Лорд Бервик сразу утратил облик доброго дядюшки, словно окаменел:

- Зря вы так, леди Эйра, Повелитель не желает вам зла.

- Добра он мне тоже не желает!

- Эйра! – выкрикнула маменька. – Веди себя прилично.

- А то что? – я не желала молчать. – Если уж не оставили выбора, пусть слушают правду. Рот мне никто не закроет.

- Зря вы так, леди Эйра, - лорд Бервик поклонился и вышел.

- Эйра, - маменька попыталась смягчить мое сердце, - только подумай, скоро ты станешь женой наследника престола! А позже, - она запнулась, но договорила, - когда Повелитель вознесется в небесные чертоги, женой нового Повелителя!

Лицо ее стало мечтательным. На миг мне даже подумалось, что она искренне верит в свои слова. Пусть так. Только… И я выпалила:

- До меня уже были Дилиса, Кристал и Гвинеира. И в Небесные чертоги они попали куда раньше Повелителя!

- Эйра!

Леди Айдан не нашлась, что ответить, лишь покачала головой и гордо удалилась, оставив меня одну. Я усмехнулась.

- Сложно спорить с истиной, маменька?

В словах моих не было торжества, только горечь. Впрочем, что толку горевать? Жить мне осталось совсем недолго, а значит, нужно насладиться последними днями в полной мере. Я, как могла, отогнала мрачные мысли, придвинула к сундуку удобный стул и погрузилась в изучение подаренных сокровищ.

***

Разбудили меня едва рассвело. Показалось, что только успела закрыть глаза, как уже пора подниматься. Но нет, солнце стучалось в окно, роняя на полог кровати солнечных зайчиков.

Лорна была грустна. Она принесла большой таз и кувшин для умывания. Повесила спинку стула мягкое полотенце.

Я скинула рубашку, осталась нагая, как младенец, зябко повела лопатками. По спине побежали мурашки. Было еще по-утреннему прохладно.

Служанка поливала мне на руки теплой водой, я, азартно фыркая, терла лицо, шею. Настроение, как ни странно, было прекрасным. Ночью мне снились Тревор и Туман. Мы втроем носились по полю, сплошь усеянному белыми пушистыми головками одуванчиков. И, казалось, что сон этот вещий.

Когда вода закончилась, Лорна подала мне полотенце и неожиданно всхлипнула.

- Вот вы и покидаете нас, леди Эйра…

Прозвучало это так, словно расставались со мною навечно. Все очарование от чудесного сна улетучилось без следа.

Лорна подала мне новую рубашку – белоснежную, тончайшую, украшенную драгоценным кружевом. После сказала:

- Повелитель прислал своих служанок, одевать вас будут они. Мне велено уходить.

Я кивнула. Лорна подхватила таз с водой, сделала уже шаг к двери, потом как-то дернулась, вернулась обратно, водрузила свою ношу на стол и сгребла меня в объятия.

- Девочка наша, - прошептала она, - как вы там без нас будете?

В этом жесте было куда больше любви, чем во всех словах моей матери. Я невольно растрогалась и позорно разревелась. Новые служанки так и застали меня, сидящей на кровати и утирающей слезы.

***

Через час я была полностью готова. Две проворные девицы быстро снарядили меня. Третья женщина – дородная и суровая, как фельдмаршал, взирала на все это строгим взглядом.

Облачили меня в привезенное платье, парчовые туфельки и шелковую пелерину, подбитую белоснежным мехом. Слушать мои возражение, что на улице лето, никто не стал.

- Так положено, - скупо проронила служанка.

Я не стала с ней спорить, твердо решив, что претензии проще и надежнее высказать самому Риону.

Волосы по традиции заплели в две толстые косы, после закрепили на затылке. Сверху украсили сапфировой диадемой.

В уши вдели ажурные серьги, к родовому кольцу добавили еще одно – крупное и помпезное, украшенное гербом Владыки. Для моих пальцев оно было слишком велико, и, из страха потерять украшение, мне пришлось сжать руку в кулак.

В этом наряде я чувствовала себя фарфоровой куклой. Новой, дорогой и совершенно ненужной игрушкой.

Слуги мне поклонились.

- Леди Эйра, - сказала женщина, - выезжаем мы через полчаса, у вас есть время собрать необходимые вещи. Я вам настоятельно не советую брать одежду. В ваших покоях все подготовлено.

Здесь я возмущенно фыркнула. Вот еще! Я сама разберусь. И неожиданно в ее глазах уловила понимание.

Дожидаться моих слов служанки не стали, лишь поклонились и вышли. Я придвинула к себе подаренный сундук, открыла крышку и задумалась, что взять с собой.

Глава 7. Ледяные Чертоги

Костюм для верховой езды, мягкие сапоги, пара книг, медальон с крохотным портретом Тревора и его же прядью волос. Что еще? Зеркальце в золотой оправе, старая кукла, книги и костяной гребень. Странный набор вещей для леди на выданье. Не находите?

Только все эти вещи были дороги мне как память. Память о моем обожаемом брате. Все это были его подарки.

Сверху легла тоненькая стопка писем и перламутровая шкатулка с украшениями.

После драгоценностей, присланных Повелителем, собственные казались жалкими побрякушками. Но я их ничуть не стеснялась. Вот еще! Не у каждой семьи столько денег, как у рода Эс Кай. Не все могут позволить себе кольцо ценой в три обычных поместья.

Собственно, на этом мои сборы и завершились.

В самую последнюю очередь я вспомнила про портрет Риона и водрузила на сундук его тоже. Нечего оставлять в родном доме лишнее напоминание о том, как нас прилюдно макали в грязь.

Я выглянула за дверь и крикнула в пустоту:

- Все готово!

Тут же появилась мадам «фельдмаршал», оглядела скромные пожитки, кивнула:

- Ваша разумность, - сказала она без намека на сарказм, - не может не радовать. У леди столь юного возраста это – большая редкость.

Я криво усмехнулась и добавила в этот елей ложку дегтя:

- Рано радуетесь, это не все.

- Что еще? – Женщина заинтересованно приподняла бровь.

- Я беру с собой свою кобылу.

По легкой улыбке стало понятно, что такой ерундой ее не удивить.

- Всего-то? Я уж решила…

Дама махнула рукой.

- Не переживайте, леди Эйра, для вашей лошадки в конюшне Владыки найдется местечко.

На меня посмотрели лукаво.

- Кажется, ее зовут Снежинка?

Я разочарованно дернула плечом. Вот же… Но тут же нашлась:

- А если я решу ехать верхом?

Дама притворно вздохнула, правда, в глазах ее не погасла смешинка.

- К моему огромному сожалению, этого я вам позволить не смогу.

Стало даже интересно.

- И что вы сделаете, леди…?

Я вдруг сообразила, что не имею ни малейшего понятия, как зовут мою собеседницу. Она замахала рукой, словно отгоняла назойливую муху.

- Что вы, леди Эйра, у меня нет титулов. Можете называть меня просто Хефина.

«Лето» тут же перевела я.

А Хефина продолжила:

- Пока Рион был маленьким, я была его воспитательницей. А сейчас осталась присматривать за замком.

- Так что же вы мне сделаете, Хефина? – повторила я.

- Ничего особенного, леди, не пугайтесь. Только прикажу слугам, чтобы вас посадили в карету силой и заперли двери.

- Вот даже как?

Я видела, что женщина не шутит.

- У меня есть на этот счет распоряжения.

- От Риона? – невольно вырвалось у меня.

Лицо Хефины смягчилось, на нем появилось совершенно особенное выражение. Именно так смотрел на меня Тревор.

- Нет, - женщина покачала головой, - от Повелителя. И я это сделаю. Мне совсем не хочется, чтобы вы покалечились по пути. Это ясно?

Куда уж яснее.

- А теперь, прощайтесь с родными, леди Эйра. Нам пора в путь.

Хефина сделала знак слугам, те подхватили мои пожитки и унесли. А я пошла к отцу, надеясь в душе, что маменьку увидеть мне не доведется.

Не повезло.

***

После слов воспитательницы Риона я не стала испытывать судьбу. В карету села совершенно добровольно. Только сначала проследила, чтобы Снежинку не оставили в поместье.

Хефина устроилась рядом на мягких сидениях. Выдвинула на центр салона большой плетеный короб, разложила на дорожном столике свежайшую выпечку, достала бутыль молока и чашку. Почему-то одну.

Я невольно принюхалась. Сдоба пахла изумительно вкусно. В животе заурчало. Мне за сборами так и не удалось поесть.

- Леди Эйра, мне нужно вам кое-что сказать.

Карету почти не качало, ход был плавный, словно мы не ехали по сельской дороге, а плыли по спокойному озеру. Моя попутчица легко разлила молоко, подвинула мне чашку.

Я не спешила брать угощение. Спросила:

- Это тоже поручение Повелителя?

- Нет, - Хефина была абсолютно серьезна, - это поручение Риона Эс Кай, вашего жениха.

Тем более. Какая тут может быть еда?

- И о чем он вас попросил рассказать мне Рион?

Женщина вздохнула. Слова ей давались нелегко.

- Чтобы вы не думали о нем, леди Эйра, а Рион неплохой человек. И зла вам не желает.

- Конечно, - невесело усмехнулась я, - а чего он желает мне?

Хефина сделала вид, что пропустила мои слова мимо ушей. Но по горькой складке в уголках губ стало понятно, что это не так.

- Он тоже не горит желанием насильно тащить вас под венец.

- Тогда зачем тащит?

- От него, как и от вас не зависит ничего. Вся эта помолвка – желание Повелителя. И, - женщина подняла на меня глаза и глянула в упор, - если что, я не говорила вам ничего подобного. Вам ясно, леди Эйра.

Я не кивнула и выдержала ее взгляд. Какая разница, кто и чего желает. Важно не это. Важно кто и что делает. Но об этом я не буду говорить с прислугой.

Хефина сама кивнула за меня.

- Рион не желает вам зла, - повторила она. А после неожиданно крикнула: - Стой!

Карета остановилась. Моя спутница, торопливо выбралась наружу. Закрылась дверь. Я осталась одна. За окнами опять замелькали летние красоты.

Только сейчас я взяла в одну руку плюшку, в другую молоко, отхлебнула из чашки и вслух продолжила свою мысль:

- Он не желает мне зла. Но и ничего не делает против воли отца. От просто оплачет мой труп и тихо похоронит четвертую невесту. А потом будет послушно ждать пятую жертву.

На этом я посчитала диалог завершенным и с удовольствием принялась за еду.

***

Время уже давно перешагнуло за полдень. Солнце преодолело зенит и неспешно клонилось к закату. Ледяные чертоги я заметила издалека. Сложно было не заметить такую красоту.

Замок стоял в цветущей долине, окруженный с трех сторон скалистыми пиками. Белые снеговые шапки горных вершин прятались в пушистых облаках. Чуть в стороне, на самом подходе к долине сверкало синевой округлое озеро. Все утопало в цвету.

Я еще успела удивиться, какому чудаку пришло в голову назвать столь дивное место «Ледяными чертогами»?

Но потом наш маленький кортеж обогнул озеро, проехал сквозь цветущий сад и оказался совсем рядом от владений Риона Эс Кай. Ответ на мой вопрос нашелся сам собой.

Ничего странного в этом названии не было. Даже наоборот. Тот, кто придумал столь меткое прозвище, говорил чистую правду. Широкое основание замка венчали семь круглых башенок. Каждая из них заканчивалась остроконечным куполом, выполненным из цельного куска горного хрусталя. Из-за этого казалось, что высшие силы накрыли строение сверху ледяными шапками.

Хрусталь сиял в солнечных лучах, рождая мириады радужных бликов. Сам замок казался иллюзией, грезой наяву.

- Неужели я тоже здесь буду жить? – невольно вырвалось у меня.

Конечно, мне никто не ответил. Всю оставшуюся дорогу я, как завороженная, смотрела в окно.

***

Грунтовая дорога сменилась аккуратной мостовой. Плиты под колесами были ровные, калиброванные, из почти прозрачного голубого камня, что добавляло пейзажу еще больше волшебства.

Ближе к замку дорога расширялась, постепенно превращалась в большую площадь, в самом конце которой начинались широкие ступени парадной лестницы.

По бокам этой лестницы вместо ограждения плелись, обвивая кованную шпалеру странные цветы. Издалека я не смогла понять, какие именно, но казались они совсем уж нереальными – нежные, прозрачные, похожие на разноцветные крылья гигантских стрекоз.

Ветер слегка шевелил эти «Крылья», воздух полнился мелодичным хрустальным звоном.

Кортеж остановился почти в центре площади. Дверь мне открыл учтивый лакей, он же подал руку, помогая выйти. Рядом с ним стояла немного уставшая Хефина.

Я повертела головой, пытаясь отыскать жениха, только Риона нигде не было видно. Хефина правильно поняла мой жест.

- Пойдемте, леди Эйра, - сказала она примирительно, - я провожу вас в ваши покои. Владыка приедет чуть позже. Он сейчас занят.

- Мог бы встретить, - пробурчала я, чтобы скрыть радость.

На самом деле мне вовсе не хотелось видеть ни Риона, ни его отца. После вздохнула с облегчением и еще раз огляделась. Что ни говори, но замок и все, что его окружало, было сказочно прекрасным.

Каменная площадь походила на ледяную мозаику. Блики от хрустальных куполов только добавляли ей красоты. Казалось, стоит только ступить, и нога непременно поедет, как на катке. Я осторожно провела туфелькой по голубой поверхности и изумилась еще больше. Камень был удивительно шершавым и совершенно не скользил.

- Не бойтесь, - улыбка Хефины стала чуть лукавой, - ступайте смело, здесь невозможно упасть.

- Что это за материал? – спросила я, не в силах сдержать любопытство.

Она лишь пожала плечами.

- Не знаю. Камень очень древний. Раньше его добывали в этих горах. Но шахты давно заброшены.

Я вздохнула, присела, потрогала плиты рукой. Теплый? Взгляд мой стал совсем изумленным.

- Теплый, - подтвердила Хефина вслух. – Всегда. Даже зимой. На нем не бывает ни снега, ни льда.

Я отчего-то смутилась, стремительно распрямилась и отряхнула руки.

- А хотите, - предложила моя сопровождающая, - я покажу вам ледяные розы?

- Хочу, - совершенно искренне ответила я.

Это место было полно чудес. И меня они увлекали. Почему я должна была себе отказывать в этом маленьком удовольствии?

Женщина указала рукой на край лестницы, на высокую бронзовую шпалеру.

- Уверяю вас, леди Эйра, - сказала она совершенно искренне, - вы такого никогда не видели.

И оказалась права.

***

Ледяные розы. Одна такая теперь стояла в моих покоях в вазе на старинном столике возле окна. Я смотрела на нее и отчего-то улыбалась. Не верилось, что это чудо может живым, настоящим. Однако, это было так. Прозрачные лепестки, перламутровые листья, запах первого снега и мороза, а еще, совершенно неожиданно, ванили.

Там возле шпалеры, на площади я провела по цветку пальцами и быстро отдернула руку. Даже наощупь цветок был ледяным.

- Рион сам вывел этот сорт, - сказала Хефина с придыханием.

В голосе ее было море любви. Стало ясно, что воспитанника своего она обожает.

- Таких больше нигде нет, леди Эйра.

- Сам? – это поразило меня больше всего.

Женщина согласно кивнула.

- Вы еще не видели, какой у нас зимний сад.

Стало любопытно. Я бы прямо сейчас отправилась посмотреть и на это чудо, но была оставлена.

- Не спешите, леди Эйра. Давайте, для начала, вам покажут ваши покои. Остальное никуда не денется. В Ледяных Чертогах много чудес.

Последние слова меня отрезвили, развеяли эйфорию. В этом замке не только чудес хватает. Здесь живет еще дух тайны. Тайны злой, безжалостной.

- Давайте, - ответила я, нехотя отходя от шпалеры.

Хефина уловила мое настроение, сделала знак и один из слуг срезал ледяной цветок.

- Поставите у себя в вазу, - сказала она. – Одного цветка хватит. Иначе у вас разболится голова. У них слишком сильный запах.

Я приняла волшебный цветок с благодарностью. Это действительно был прекрасный дар. Всю дорогу несла его осторожно, в двух пальцах, боясь нечаянно сломать, раскрошить прозрачные лепестки. Поэтому почти пропустила остальные красоты.

В окружении толпы слуг я поднялась по голубой лестнице и оказалась возле входа в замок. Камень, из которого неведомые мастера сложили его стены, казался вырубленным из снеговых глыб. Таким ослепительно белым он был. Широкие двери, украшенные витражами, высокие окна, льдисто-голубые колонны. Чем дальше, тем более нереальным казался мой новый дом.

Изнутри же все выглядело вполне обыденным. Я не заметила излишней помпезности и вычурности – тепло, уютно, мило. И слава Небесам. Жить в чертогах Снежной Королевы мне было совсем не по вкусу.

По широкой лестнице, устланной голубой дорожкой, пришлось подняться на третий этаж. Там пространство делилось натрое – правое и левое крыло были отгорожены закрытыми дверьми. Передо мной осталась просторная арка с лесенкой по центру.

- Ваши покои здесь, - указала рукой Хефина.

И мне стало совсем любопытно. Похоже, мне отвели одну из семи башенок, совсем как сказочной принцессе.

Сдерживать нетерпение больше не было никаких сил. По этой лестнице я буквально взлетела, едва не наступив на широкий подол платья. Толкнула последнюю дверь и пропала окончательно.

***

Я оказалась в настоящей сказке. Слуги тихонько занесли мои вещи. Я мельком уловила их понимающие улыбки и довольные взгляды.

- Пока устраивайтесь, - сказала Хефина, стараясь держать серьезное лицо. – Скоро вам принесут перекусить. Обед будет накрыт чуть позже, на площади.

- Снаружи? – не поняла я. – Перед замком?

Женщина кивнула.

- Это распоряжение Риона. Вы против?

Ей удалось меня смутить. И я покачала головой, показывая, что нет, ни капли.

- Вас позовут.

И Хефина оставила меня одну.

Я сразу же забыла и про обед, и про вещи. Красоты площади не шли ни в какое сравнение с тем местом, где мне довелось оказаться. Но поразили меня ни стены в золотой лепнине, ни драгоценная мебель, ни шелка. Я просто стояла, задрав кверху лицо, и смотрела на пронзительно синее небо.

Да-да, над головой у меня был абсолютно прозрачный хрустальный потолок. Купол находился безумно высоко. От этого создавалось впечатление, что кроме неба, солнца и облаков эта башенка ничем более не накрыта.

Ощущение было сродни наваждению.

- О Небеса, - прошептала я, - а как же прекрасно здесь должно быть ночью.

- Тебе понравится, - неожиданно ответил урчащий басок.

***

Я вздрогнула, едва не подпрыгнула на месте. У ног моих сладко тянулся огромный снежный барс. Был он уже совсем не котенком.

- Туман! – я едва не разревелась от счастья. – Ты смог выбраться.

- Смог, - подтвердил он довольно, - а что такого? Очень уютная норка. И магии вдоволь.

Он довольно облизался и огляделся.

- Это наш новый дом?

Я кивнула.

- Только я еще не успела осмотреться. Давай вместе?

Барс потерся лбом о мое бедро.

- Туман, - меня переполнила такая нежность. – Что бы я делала без тебя?

- Скучала, - заявил он авторитетно, - и плакала. А потом наоборот.

Мне стало удивительно хорошо. Рядом с этим огромным зверем я ощущала себя в полной безопасности.

***

Покои мне выделили воистину огромные – шесть просторных комнат и ванная со всеми удобствами. Никаких тебе тазиков по утрам и служанок с кувшинами. Это была прекрасная новость.

В спальне стояла высокая кровать с голубым балдахином. Напротив которой в стене обнаружился полукруглый эркер, заменявший этим комнатам балкон. Прямо из паркета без горшков здесь росли цветы – ярко-синие дельфиниумы. Я потянула носом воздух, но запаха растений не учуяла вовсе.

- Иллюзия? – спросила я вслух.

Туман настороженно прижал уши и подошел к цветам. Тронул их лапой.

- Нет, настоящие.

Я и сама увидела, как синие головки закачались от прикосновения. Но поверить увиденному не смогла.

- Как это настоящие?

- Откуда мне знать?

Ирбис сел на пол и шумно принялся чесать за ухом. Он тоже был иллюзией, фантомом, но вел себя совсем как настоящий.

Пришлось подойти поближе. Я несмело коснулась пальцами листвы, лепестков и невольно отдернула руку. Цветы, действительно, были живыми. Только над ними ощущался шлейф незнакомой магии.

- Странно все это, - сказала я.

Туман прекратил чесаться, зафыркал.

- Тоже мне, нашла чему удивляться. Цветы, как цветы. А мне вот странным кажется совсем другое.

- Что? – я искренне не понимала.

- Неужели ты ничего не замечаешь?

Я огляделась, потом выскользнула из спальни и обошла все комнаты одну за другой.

- Ну? – барсу не терпелось поделиться догадкой. – Увидела?

Я помотала головой. Все было совершенно обычно. Если не считать шикарной ванной и растущих из пола цветов.

- Хватит тянуть, говори, что заметил.

Паршивец вновь поднял лапу для почесушек.

- Туман! – я даже притопнула ногой. – Дождешься, засуну тебя обратно в кольцо.

Ирбис выразительно хмыкнул, увидел мой нахмуренный лоб и сдался:

- Какие мы грозные, однако… Ну ладно, ладно. Смотри сама – здесь нет ни одной такой серебристой штуки…

Туман замолк. Я сначала решила, что он вновь испытывает мое терпение, но потом догадалась, что призрачный кот попросту не знает название этого предмета. Да и откуда дикому котенку его знать?

- Какой штуки? – переспросила я. – Попробуй объяснить.

- Такой, - он уселся и сделал передними лапами жест, словно рисовал прямоугольную рамку. – У тебя их было много. На стене, на шкафу. И во всем вашем доме они были. А здесь нет.

Я уже догадалась, о чем речь.

- А здесь нет, - машинально повторили мои губы.

И действительно, здесь не было ни одного зеркала. Я попыталась припомнить, видела ли зеркала в других помещениях замка, но безрезультатно. Пришлось признать:

- Действительно странно.

***

От дальнейших размышлений о странностях Ледяных Чертогов меня оторвал стук в дверь. Туман превратился в белесую струйку и юркнул в кольцо. Я услышала оттуда его шепоток:

- Лучше тут посижу. Буду нужен, зови.

- Войдите, - повысила голос я.

Мне казалось, что сейчас появится вездесущая Хефина, но в комнату заглянула незнакомая служанка.

Она почтительно поклонилась и произнесла:

- Леди Эйра, обед будет через полчаса. Вам стоит переодеться. Я пришла чтобы помочь.

О Бездна, обед! Я совсем о нем забыла.

- Да-да, конечно.

Служанка провела меня к гардеробной, открыла неприметную дверцу.

- Какой цвет предпочитаете? – спросила она.

Я безумно любила голубой. Но здесь везде его было так много, что пришлось выбрать другой.

- А есть восточные наряды? – спросила я.

Когда я была маленькой, отец привез нам с Тревором красивые книжки с картинками. Там были принцессы из дальних стран, летающие львы, ажурные башни, чудные растения. Я разглядывала эти картинки часами. День за днем. И все время мечтала заполучить такой наряд. Сочный. Яркий. Необычных цветов.

- Есть, - с улыбкой произнесла служанка, - вот, посмотрите.

Она достала из недр шкафа прекрасный наряд, пошитый из парчи. Ткань переливалась подобно радуге, меняя цвет от желтого до багряного. По юбке шли клинья яркой бирюзы. Волшебный образ дополняло золотое кружево.

- Вам нравится? – спросила моя помощница.

Я молча кивнула. Если бы не грозная слава этих мест, не мрачная череда смертей, не странное отсутствие зеркал, я бы решила, что попала в сказку.

Глава 8. Знакомство

Стол, и правда, накрыли на улице. Только не возле парадного крыльца, а в стороне. Среди прекрасных цветов, возле старинного фонтана.

Мирно журчала вода, воздух слегка дрожал. Над головками цветов стоял гул шмелей. У воды резвились стрекозы.

Здесь не было голубых плит – простой серый камень под ногами. Старый, покрытый прожилками трещин.

Служанка довела меня, раскланялась и поспешила удалиться. А я оглянулась. Рион уже был тут. Он стоял спиной, смотрел куда-то вдаль. Меня заметил не сразу.

Пришлось поддать мыском изысканной туфельки камешек, чтобы вывести его из задумчивости.

Владыка встрепенулся и резко повернулся ко мне.

- Леди Эйра, - он поклонился, - рад вас видеть. Пойдемте.

И протянул руку.

Взгляд его был странным. Пристальным, пронизывающим до костей. В глазах мне почудилось море боли.

***

Рион

Бездна, как же она была похожа на Дилису. Я попросту не мог ожидать такого сходства. Не бывает так. Не бывает!

В висках застучала боль, зазвенел любимый голос. Голос из такого далека, что казалось, будто он остался совсем в другой жизни.

Я вцепился пальцами в то единственное, что попалось мне под руки – в обычный карандаш. Старался не поднимать глаз, чтобы не видеть это лицо – глаза, губы, руки, волосы. Чтобы не ощущать изматывающую боль.

Лорд Бервик читал приговор. Но до меня не доносилось ни одного слова. Я мог понять отца, но не мог одобрить весь этот спектакль. Нельзя навязать любовь. Нельзя построить на этом счастья. Впрочем, мое мнение не имело ровным счетом никакого значения, так же, как и мнение этой бедной девочки.

Когда отзвучали последние отголоски приговора карандаш в моих руках лопнул на две половины.

Я поднял голову, дослушал, досмотрел остальное. А после сказал одними губами, без звука:

- Я не хотел. Право, я не хотел!

Звук камешка вывел меня из забытья. Я резко обернулся. Леди Эйра стояла у меня за спиной. Такая похожая и такая чужая. Она была не та, которую забрали у меня Небеса, но боль в сердце от этой мысли не становилась слабее.

Пришлось улыбаться, пришлось быть приветливым:

- Леди Эйра, рад вас видеть. Пойдемте к столу.

Я протянул ей руку. Она нерешительно вложила в мою ладонь свои пальцы. Я ощутил ее живое тепло, увидел умный сочувствующий взгляд и лед в моем сердце взорвался, рассыпался на мириады осколков.

***

Эйра

От пристального внимания мне стало немного не по себе. А еще во мне неожиданно проснулось чувство жалости. Хотелось сказать слова утешения, прижать к себе, погладить по голове. Вот Бездна, какая, право, глупость. Кому нужны утешения подневольной девчонки, почти пленницы? Владыке? Повелителю?

Я взяла в руки бокал, отпила самую малость, ощутила на языке кисло-сладкий ягодный вкус и мысленно усмехнулась. Не городи ерунды, Эйра. Твои мысли, твои чувства не интересны здесь никому.

- Почему вы ничего не едите? – Рион поднял вопросительно брови. – Разве вы не голодны? Попробуйте. Повара старались, не стоит их обижать.

Какое-там, не голодна! В животе если только не урчало. Кроме булочек и стакана молока там за этот долгий день не было еще ничего.

Я вежливо улыбнулась.

- Спасибо, сейчас попробую все.

Рион взял инициативу в свои руки. Придвинул ко мне салат, положил отбивную. Я добавила туда же ломтик сыра с оливкой и поджаристую гренку. Взялась за столовые приборы и на время выпала из разговора.

Все было вкусно. А отсутствием аппетита я никогда не страдала. Так что в ход пошло все. И отбивные, и салат, и овощи, и закуски, и даже десерт.

Рион смотрел на меня со смесью ужаса и восхищения, старался подкладывать самое вкусное, качал головой.

Уже за кусочком торта с ароматным чаем я почувствовала себя почти счастливой. Решила, что знакомство с женихом прошло успешно, а потому можно задавать вопросы. Начала издалека:

- Лорд Рион, меня кое-что в вашем замке удивило…

- Что? – спросил он с любопытством.

Я ответила уклончиво:

- Вообще-то многое, но…

Меня перебили:

- Вам понравились цветы в вашей спальне?

Я помотала головой, заметила разочарованное лицо собеседника, мысленно отругала сама себя и поспешила исправить ситуацию:

- Цветы мне понравились. Они восхитительны. Так же, как и хрустальный купол, как весь ваш замок. Но спросить я хотела о другом.

Рион отложил ложечку, глянул на меня серьезно. Вопроса от него я не дождалась.

- Я хотела узнать про зеркала. Странно это как-то. Представляете, у меня в покоях нет зеркал. Вообще! Совсем не одного. Не могли бы вы попросить у слу…

Лицо Владыки изменилось, стало хмурым. Я осеклась на полуслове.

- Леди Эйра, - из голоса тоже пропали теплые нотки. – Это я дал такое распоряжение.

- Зачем? – в моем голосе появилась растерянность.

Что здесь происходит? К чему такие глупые распоряжения?

Рион вздохнул, вцепился в вилку, совсем как тогда на суде в карандаш.

- Это не моя тайна, леди Эйра. Я не могу вам всего рассказать, только прошу, пока вы здесь остерегайтесь зеркал.

Я попыталась улыбнуться. Все это звучало, как глупая шутка.

- Но почему?

Вилка со звоном переломилась пополам. Я вздрогнула. Рион откинул половинки в траву и встал.

- Это не моя тайна, - повторил он. – Но если вдруг вы привезли с собой зеркала, то молю вас! Нет, заклинаю, избавьтесь от них. Отдайте слугам, им известно, что делать дальше. Это не моя блажь, леди Эйра. Это нужно для вас самой.

Какая глупость. Вот еще! Я вспомнила маленькое золотое зеркальце в своем багаже. Подарок Тревора. Какая от него может исходить угроза? Никакой. Тем более для меня.

- Ну же, Леди Эйра? – подстегнул меня Рион.

Я сделала кристально-честные глаза и ответила, как можно искреннее:

- Что вы, лорд Рион, я не брала с собой ничего такого. Иначе я бы вам обязательно сказала.

***

В мягкое кресло я забралась с ногами. Сейчас на мне было светло-зеленое домашнее платье. Длинным подолом я укутала вечно зябнущие ступни. Подвинула к себе поднос с печеньем и клубнику. Только решила выпить чаю, как мой призрачный кот все испортил.

- Может быть надо было ему сказать? – Туман развалился на мягком ковре посреди гостиной.

Именно это место понравилось ему больше всего. С одной стороны у него был большой камин, с другой - окно. Но огонь сейчас не горел. Лето набирало силу, в комнате было тепло даже вечером.

- Вот еще! – беспечно отмахнулась я. – Это подарок Тревора. Почему я должна его отдавать? И потом, брат мне никогда ничего плохого не делал.

Ирбис потянулся передними лапами, выпустил когти, погрузил их в ковер.

- Как знаешь, - муркнул он, - но я бы на твоем месте…

- Хватит!

Я сама не понимала, что за вожжа мне попала под хвост. Только с подарком Тревора, с памятью о нем расставаться не желала. Я положила печенье на блюдо, спустила ноги вниз.

- Очень прошу тебя, Туман, давай не будем больше говорить про зеркала.

- Зря, - кот нехотя поднялся, отвернулся от меня, прошел сквозь стену и испарился.

- Туман! – расстроенно пискнула я.

Могла бы и не стараться. Он не вернулся.

- Ну вот, обиделся.

Настроение сразу испортилось. В душе разлилась тоска. Захотелось домой, захотелось увидеть отца, брата. Я бы не отказалась даже от бесконечного ворчания Лорны.

Но что толку мечтать о том, чего нельзя получить? Нет, Эйра, так не годится. От уныния только сырость заводится. А, значит, не нужно унывать.

Я просто из вредности поставила зеркальце на прикроватную тумбочку, потом пошарила на стеллаже с книгами, выбрала себе знакомый роман и вместе с ним завалилась на кровать. Только почитать не успела.

Взор мой уперся в хрустальный купол башенки. Там расцветала ночь. Черная, бархатная, прекрасная. Оттуда в мою комнату заглядывала луна. Ясная, круглощекая, как на картинах старинных мастеров. Звезды – вечные светлячки, таинственно мерцали в вышине.

А поверх всего этого разливалось полярное сияние. Невыносимо яркое и столь же прекрасное. Книга сама собой выскользнула из моих рук. Погруженная в чудо, я забыла и о доме, и о Рионе, и о Тумане, и тем более о зеркалах.

Я не могла отвести взгляда от нереальной красоты. И не сразу заметила то, что происходит вокруг. Где-то на грани бытия раздался тихий звон. Нежный-нежный, как песнь хрустальных колокольчиков. Песнь эту подхватил детский смех. Тоненький, звучащий на одной ноте. Он отзвучал и превратился в плач.

Смех? Плач? Откуда здесь дети? Осознание этого моментально привело меня в чувства. Страх пробежался по жилам, хлынул могильным холодом к голове и наваждение растаяло.

Сверху с ночного неба в башню заглядывала луна. Рядом мигали обычные звезды. Только от сияния не осталось и следа.

Зато плач никуда не делся. Вместе со звоном хрустальных колокольчиков он звучал со всех сторон. Тихий-тихий, вкрадчивый, ласковый.

Я рывком уселась на кровати. Огляделась, пытаясь понять, что же происходит вокруг, и обмерла.

Плакало зеркальце. Там в самой глубине сверкающего стекла жила чья-то тень. Тень эта смотрела на меня. Пристально, жадно. Из зазеркалья темной струйкой вытекала мгла.

Магия родилась во мне сама собой, собралась на кончиках пальцах. Я действовала словно во сне – ударила со всей силы по зеркалу открытой ладонью, осыпала его голубыми искрами, скинула на пол.

И только тогда поняла, что тьма успела залить мою спальню почти по колено.

***

Тут я закричала. Сама не понимаю, как у меня это получилось, но крик вышел воистину фантастический. От звука даже тьма осела наполовину. Эхо разнесло вопль по всем комнатам, подняло до самого неба, отразилось от купола и вернулось вниз.

Оглушенная, я вздрогнула и открыла глаза. На душе стало легче. Словно с этим криком изнутри, из самого сердца выплеснулось все плохое.

Тьма вползала в зеркало. Слышались жадные чавкающие звуки. Серебристое стекло светилось мертвенной синевой. На миг мне показалось, что оно содрогается, поглощая черный дым, дышит. Нервно, жадно.

Я закричала снова. В комнату сквозь стену просочилась неясная ослепительно-белая полоса. Не касаясь пола, вознеслась вверх к кровати. Обернулась огромным ирбисом. Глянула умными янтарными глазами. Облизала мне щеки шершавым языком.

- Туман! – почти прорыдала я. – Ты вернулся?

Барс оставил мой вопрос без ответа. Сразу скользнул вниз к зеркальцу. Тьма всколыхнулась. Набросилась на него, опутала черными жгутами, вонзилась в призрачные бока. Подарок Тревора тут же окрасился алыми, запульсировал и полыхнул почти до самого купола столбом живого света.

И тут я заорала в третий раз:

- Туман!

Все что было дальше превратилось в странный калейдоскоп событий. Дверь в спальню без стука растворилась и на пороге появился Рион. Босой, растрепанный, облаченный в тончайшую белую рубашку и домашние штаны.

Я закрыла рот и замерла.

- Глупая девчонка! – выкрикнул он зло. - Я же просил…

Я нервно моргнула, хотела оправдаться, но все это стало совершенно ненужно.

***

Рион

Я все никак не мог выкинуть из головы эту девчонку. Ее невероятное сходство с Дилисой. Я видел ее улыбку, слышал голос. Я вспоминал каждую минуту, когда она была рядом. И мне становилось страшно. От безысходности, от дурного предчувствия.

В своих покоях я скинул парадную одежду, остался в одной рубашке, надел удобные брюки. Ворс драгоценного ковра приятно обволакивал ступни. Я подошел к окну, прильнул лбом к прохладному стеклу.

Где-то совсем рядом была она. ОНА! Эйра! Снег. Снежинка. Необычное имя. Очень редкое для наших мест.

Интересно, почему ее так назвали? Ведь родилась она летом. Здесь я встрепенулся. Точно! У Эйры скоро день рождения. Надо подумать, какой подарок ей сделать.

Я отошел от окна, плеснул себе в бокал на донышко терпкого янтаря и уселся в кресло. Мысли потекли в исключительно приятном направлении. Мне очень хотелось верить, что в этот раз отец не ошибся. Что пророчество говорило именно о ней. О моей маленькой Эйре.

Моей? От этой мысли я даже улыбнулся. И тут же посмурнел. Надо только сделать все, чтобы с ней ничего не случилось. Надо…

Тишину пронзил жуткий крик. Был он таким страшным, что древние стены буквально содрогнулись.

- Эйра?

Дальше я не раздумывал. Тело действовало на автомате. Меня буквально вынесло из комнат. Я помчался по коридору, за два десятка ударов сердца долетел до лестницы, вознесся вверх, перепрыгивая разом по три ступени. Босые пятки шлепали по холодному камню, но я не чувствовал этого.

Вылетел на площадку возле перехода, на миг замер, чтобы отдышаться. И тут меня застал второй вопль. Этот крик придал мне сил. Толкнул, подобно сжатой пружине. Дальше я несся уже без остановок.

Почти у самых покоев моей невесты я услышал крик третий. Безумно странный.

- Туман! – кричала она.

Почему туман? До этого все поминали только тьму. Но Безда знает, во что могло превратиться проклятие на этот раз.

Стучать я не стал, ворвался в двери, пронесся по анфиладе комнат и оказался в девичьей спальне.

Здесь я даже замер на миг.

Эйра сидела на кровати, подогнул под себя ноги. Щеки ее были мокрыми от слез. По полу стелилась черная дымка. Мне впервые удалось увидеть ее своими глазами. В самом центре комнаты на полу лежало крохотное зеркальце. Оно жило, оно пульсировало, содрогалось. Тьма лилась из недр зазеркалья. Но поразило меня не это.

Рядом с зеркалом в черной паутине бился огромный призрачный барс.

- Туман, - выдохнула Эйра.

Смотрела она только на сияющего зверя. Я неожиданно разозлился.

- Глупая девчонка! Я же просил.

Эйра замерла, распахнула обиженные глаза, попыталась что-то сказать, но я отмахнулся от нее.

Зеркало надо было разбить. Только чем?

Первое, что попалось на глаза – старая бронзовая статуэтка. Пальцы сами вцепились в нее. Взмах. Удар. В самый центр зеркала. В сердце сияющей бездны.

Металл соприкоснулся со стеклом и… отлетел в сторону. От удара в пальцах моих взорвалась боль. С тем же успехом я мог молотить по камню.

Рука разжалась, ни в чем не повинная фигурка упала на пол. Я растерялся. Что делать? Как теперь быть. Схватить зеркало и унести его отсюда? На это я был готов. Непонятно почему, но тьма не могла навредить никому, в ком течет кровь правящего рода.

Глава 9. Разговор

Рион

Брать эту гадость голыми руками мне было… Даже не страшно, нет. Просто, гадливо, неприятно.

Я с силой рванул ворот рубашки. Тонкая ткань почти не сопротивлялась. Она расползлась под пальцами легко, послушно, сама свалилась с плеч. «Укутать, завернуть и унести!» - беспрестанно крутилась в голове навязчивая мысль. А дальше что? Что дальше? В этом зеркале уже проснулась тьма. И она не успокоится, пока не довершит начатое.

- Кулаком! – простонал Барс. – Кулаком и магией! Бей в самый центр.

Наверное, он был прав. Я поднял взгляд на Эйру. Она смотрела на меня огромными глазами. В них не было ни слезинки. А щеки полыхали ярким алым. Казалось, девчонка даже не дышала.

Взгляда ее я не понял. Мельком успел подумать о том, что же могло ее так смутить? Не стал ломать над этим голову. А после призвал свою магию, собрал ее мощь в ладони, добавил еще капельку для верности и вдарил кулаком по страшному стеклу. ***

Эйра

Зачем бить по зеркалу статуэткой? Ясно же, что этим его не проймешь. Я вон как шарахнула магией, а все без толку. Но спорить с Рионом я не стала, не говорить же ему про магию, про то, что у меня есть дар? Бронза врезалась в стекло, раздался оглушающий звон. Только звенело отнюдь не зеркало. От этого звука я вздрогнула, поежилась. Увидела, как боль исказила лицо Риона, как бронзовая фигурка выпала из ослабевших пальцев. Удивилась, каким беспомощным стал взгляд.

Бедный Туман! Бедный Рион! А все из-за меня, из-за моего упрямства. Зачем я утаила это гадкое зеркало? Почему не сказала о нем сразу? Мне захотелось все исправить, соскочить с кровати, поднять эту мерзость, прижать к себе. Пусть лучше заберет меня! Пусть убьет! Зато не пострадают другие.

Возможно, я так бы и сделала. Но тут Рион изменился в лице, как будто принял решение. И я промедлила.

Он схватился за ворот рубашки, рванул в разные стороны. Звук раздираемой ткани показался мне таким же громким, как звук удара. Ой! Я хотела зажмуриться, но почему-то не смогла. Никогда раньше мне не доводилось видеть обнаженного мужчину.

Даже Тревор не снимал при мне рубашку. Маменька следила за этим строго. А тут…

Ткань расползалась на две половины. Сначала в прорехе показалась крепкая шея, потом грудь, после тело обнажилось еще ниже. Рубашка спала с плеч, и я увидела живот, расчерченный кубиками напряженных мышц, и серебристую дорожку волос, бегущую вниз от пупка.

Мамочка! Лицо мое залила горячая краска. Стало трудно дышать. Я не могла отвести глаз от этой завораживающей наготы. Неужели все мужчины такие?

Рион бросил на меня странный взгляд, на миг нахмурился, тряхнул головой, старательно обмотал тканью ладонь.

Что он собирается делать?

Туман выпутал из черных щупалец морду, обернулся к Владыке и выдавил с трудом:

- Не так! Бей кулаком и магией! Сильно! В самый центр!

Я согласно кивнула. Так! Именно так! Только магией!

- Магией?

- Бей! Не спрашивай!

Владыка стянул с руки измятую ткань. Поставил перед собой ладонь, прикрыл на миг глаза. Пальцы его засветились изумрудно-зеленым.

- Какой красивый цвет, - прошептала я и осеклась.

Ну почему меня сейчас волнует такая ерунда? Почему?

А дальше Рион сжал руку в кулак, резко размахнулся и ударил по зеркалу. С моего места было прекрасно видно, как магия его выплеснулась наружу, как врезалась в стекло, вгрызлась, ввинтилась внутрь.

Тьма закричала на разные голоса, заплакала, как младенец, дрогнула и опала. Освободив из плена призрачного барса. В лицо Риону брызнул целый фонтан осколков.

***

Время почти остановилось. Потекло медленно, как мед стекает с ложки. Острые сияющие осколки тьмы взлетали вверх. Вращались в воздухе, ловили блики пламени свечей, стремились к лицу Риона Эс Кай.

Я попыталась крикнуть, предупредить. Но звук в моем горле застыл куском льда. Губы были тяжелыми, непослушными. Не получилось даже шевельнуться. Время сковало меня прочными цепями.

Невластным оно оказалось лишь над Туманом. Ирбис сорвался с места, упал передними лапами Риону на грудь, отклонил назад. Осколки холодными бабочками пронзили барса насквозь, вознеслись вверх, осыпались серебряным дождем.

И время вернулось к жизни. Я наконец-то выкрикнула:

- Рион!

Он дернулся и завалился на спину. Туман уселся рядом. В боках у него зияли огромные прорехи. Но казалось, что его они ничуть не тревожат.

- Рион…

На этот раз я уже не кричала. Голос был жалобный, плачущий. Мне стало безумно стыдно за все. За глупую мою самоуверенность, за нежелание сказать правду, за упрямство. И я не знала, как поступить дальше.

- Вот Бездна! – Рион уселся на полу, согнул в колене одну ногу, оперся о паркет ладонью.

Белоснежные его волосы разметались по плечам. Грудь часто вздымалась. Моим глазам предстало зрелище совершенно неподобающее для незамужней благородной девицы. Но я не чувствовала себя обиженной. Стыдно признаться, скорее наоборот.

- Владыка, - прошептала я, - я не хотела, чтобы все получилось так…

***

Он вытянул вперед ладонь, остановил меня.

- Речь не об этом, леди Эйра. Ответьте честно, сколько еще у вас с собой зеркал?

Я замотала головой, прижала к груди ладони.

- Это все. Больше нет. Это был подарок Тревора, моего брата. Того…

Я почувствовала, что вот-вот разревусь снова.

Рион легко поднялся на ноги. Он был босым. Ковер же сплошь усыпан зеркальными осколками.

- Я вам не верю, леди Эйра. Подумайте хорошенько и сами отдайте все. Иначе мне придется прислать слуг и устроить здесь, - он обвел рукой комнату, - обыск. А мне бы не хотелось начинать наше знакомство со столь унизительной процедуры.

К горлу подкатил ком. Он был прав. Прав во всем!

- Но я не лгу…

- Как знаете, леди Эйра. Видят Небеса, я все хотел уладить по-хорошему.

Туман поднялся на лапы, потянулся всем телом, обернулся к моему спасителю, сказал серьезно:

- Нет у нее больше ничего. Я проверял.

Рион обернулся на голос.

- Уверен?

- Абсолютно.

- Хорошо.

Владыка нахмурился.

- А теперь второй вопрос. Кто это? – и он указал на Тумана рукой.

***

Рион

Бездна меня раздери! Сколько еще сюрпризов в запасе у этой неугомонной девчонки? Сначала зеркало. Теперь еще фамильяр.

Я указал на магического зверя рукой и повторил вопрос:

- Кто это?

Вид у нее стал беспомощным. Мне тут же захотелось собрать с полу осколки, завернуть их в рубаху и попросту уйти, не задавая вопросов. Но это было плохое решение. Я должен был выяснить все первым, пока об этом не узнал отец.

- Барс, - ответила Эйра дрожащими губами.

- Сам вижу, что барс. Откуда он здесь взялся?

- Не знаю…

А глаза-то, глаза опустила. И вид виноватый-виноватый. Врушка! Нет, Рион, нельзя отступать, надо выяснить.

- А кто знает?

Ну вот, совсем замолчала.

- Я знаю! – барс ответил за нее. Голос у него был низкий рокочущий. Словно не говорит, а порыкивает.

- Тогда объясни мне. Я тоже хочу знать.

- Погоди, Туман!

О, и Эйра заговорила.

- Понимаете, лорд Эс Кай, это тот самый котенок, который… - она замялась, впрочем, ненадолго, - которого мой брат…

Ах вот оно что! Что же отец, твоя идея удалась. Правда совсем не так, как ты планировал. Вместо жертвоприношения мы получили фамильяра. Я довольно усмехнулся, пытаясь представить кислое отцовское лицо. Даже настроение поднялось. Такая оплеуха Повелителю! Ха! Но надо держать серьезный вид.

- А что он делает здесь, леди Эйра?

Ну вот, опять замолчала. Зато этот призрачный кот совсем не по-кошачьи ухмыльнулся.

- Где хочу, там и живу! – ответил он.

А потом попросту поднял лапу и принялся намывать…

От такой наглости я даже онемел. Да, непросто мне придется. Я вдруг осознал, что за все это время ни разу не вспомнил о Дилисе. Эйра полностью заняла мои мысли. И мне это нравилось.

Вот и сейчас - сидит и смотрит громадными глазами. Все, хватит, скоро ночь. Нужно собрать осколки и идти к себе. Не стоит злоупотреблять гостеприимством девицы. Я сделал шаг и вскрикнул.

Осколки! Вот Бездна! Один из них воткнулся в мою ступню. Я осторожно наступил на пальцы, сделал шаг, другой, обошел все это сверкающее крошево. И уселся на краешек кровати. Как же неудачно получилось.

- Вы поранились?

Эйра вскочила на колени, быстро-подобралась ко мне.

- Вам больно?

От нее пряно пахло ледяными розами. Этот запах было сложно спутать с чем-то другим. Он щекотал ноздри, будоражил кровь. Мне захотелось сгрести ее в охапку, повалить прямо тут на постели и целовать, целовать. Я стиснул зубы. Зачем мне это наваждение? О, Небеса!

- Давайте, я вам помогу.

Прохладные пальцы коснулись моего плеча. По коже вниз побежали горячие мурашки. Сердце подпрыгнуло к самому горлу и забилось часто-часто. Я сделал вид, что не замечаю ничего, закинул ногу на ногу, подцепил осколок двумя пальцами и осторожно вытянул его. Из ранки заструилась кровь.

Эйра скользнула вбок и уселась рядом, прислонившись ко мне теплым бедром.

- Давайте я помогу!

Пальцы ее приложили тонкое кружево к моей ступне, стерли алое. От каждого касания я вздрагивал. О Бездна! Только не сейчас. Сейчас нужно думать совсем о другом. О том, как помочь этой девочке дожить до венчания.

Я оттолкнул ее руки и резко встал.

- Не нужно, леди Эйра, со мной все нормально. Рана пустяковая. Пока не спускайтесь вниз. Я пришлю слуг, чтобы здесь все убрали.

Сердце, как сумасшедшее колотилось в груди. Щеки полыхали. Ноги сами несли меня к выходу. Я не мог дольше оставаться в этом месте. В самых дверях притормозил.

- И еще, я советую вам серьезно подумать над своим поведением.

Тут мой взгляд упал на барса. Призрачный паршивец мыться перестал, правда, лапу так и не опустил. И выражение на его морде было таким ехидным, что мне остро захотелось прибить его второй раз.

***

Эйра

Туман сидел на полу, зализывал языком рваные раны на лапах, на боках. Я дернулась было к нему, но он меня остановил:

- Нет, Эйра! Не ходи. Рион прав, пусть сначала уберут осколки. Но не волнуйся, я справлюсь сам. Со мной не случилось ничего опасного.

Я пригляделась. И правда, от каждого прикосновения быстрого языка ранки становились все меньше и меньше, словно зарастали.

Я улеглась на живот, протянула руку вниз, подняла с пола окровавленный платок, прижала к себе. Алые пятна на белоснежном кружеве смотрелись жутко. Губы мои предательски задрожали. На глаза вновь навернулись слезы. От стыда, от обиды, от жалости к Владыке. О себе в этот момент я почему-то совсем не думала.

В голове звучали слова Риона:

- Глупая девчонка! Я же просил…

Тут я окончательно разревелась.

- Дура! Полная дура! – это вылетело у меня вслух.

Туман перестал вылизывать лапу и добавил с ехидцей в голосе:

- Удивительная самокритичность. А еще что-нибудь можешь сказать?

Я могла. Еще как могла!

- Идиотка! Бестолочь неразумная! Дрянь!

Барс задумался, наклонил голову на бок.

- С первым и вторым, - сказал он, я согласен. – А последнее почему?

Я оторвала от груди испорченный платок, помахала им, как флагом, и проревела:

- Ты мог погибнуть! Рион мог погибнуть! Он прибежал меня спасать! А я, как последняя гадина…

- У-у-у-у, - Туман глубоко вздохнул и переместился мне поближе, - как все сложно.

- Дура! – опять повторила я.

- Это все?

- Нет.

- А что еще? – в голосе зверя появился интерес.

Я замерла. Вспомнила пристальный взгляд, красивые плечи, руки, шею, живот, серебристую дорожку волос…

От последнего воспоминания лицо мое полыхнуло.

- Он такой красивый, - неожиданно выдохнула я.

Взгляд тумана стал на редкость загадочным. Но мне почему-то показалось, что он едва сдержался, чтобы не покрутить лапой у виска.

***

Ночью меня ничего не тревожило. Туман самым наглым образом взгромоздился на кровать и улегся в ногах, как самый настоящий кот. Я ощущала его совсем не призрачное тепло и уже ничему не удивлялась.

Сверху сквозь хрустальный купол смотрела луна. Мерцали перемигиваясь звезды. Вдруг одна из них сорвалась со своего места, прочертила на бархатном небе яркую полосу и провалилась вниз.

- Успела загадать желание? – прошептал Туман.

- Успела.

- Не говори, - тут же выпалил он. – Плохая примета. Не сбудется.

Я и сама не собиралась. Хотя, чего тут скрывать? Желание у меня было одно. И я всем сердцем хотела, чтобы оно сбылось.

Под утро мне приснился Рион. Он протягивал дивной красоты флакон, улыбался и говорил:

- С днем рождения, Эйра. Эти духи я сделал для тебя сам…

А я как дурочка пыталась вытащить из склянки пробку, но все никак не могла подцепить ее пальцами. С этим и проснулась.

Сверху сияло солнце, но вовсе не било в глаза. Купол отражал лучи, пропуская вниз лишь приятный, рассеянный свет. В соседней комнате кто-то был. Я слышала шорох, вздохи и невнятный шепот.

Нога сама дернулась, стараясь нащупать барса, но там было пусто. Тогда я уселась на кровати, натянув одеяло до самого подбородка и притихла. Кто там? Кто мог прийти сюда?

После ночных событий у меня не было ни малейшего желания идти и проверять.

- Туман! – позвала я тихонько. – Туман, ты где?

- Эйра, - раздался из-за стены рокочущий басок, - иди сюда.

- Туман?

От радости из головы напрочь вылетело, что я совсем неодета. Лишь только тонкая сорочка на кружевных бретельках. Босыми ногами я дошлепала до двери, оперлась о косяк и выглянула из спальни.

Там, прислонившись спиной к камину, стояла изрядно перепуганная Хефина. В руках она что-то держала. Но со своего места я не видела, что. Рядом с ней сидел мой верный защитник и грозно скалил клыки.

На столике возле окна кто-то успел оставить кофейник с чашкой и большое блюдо, накрытое хрустальной крышкой.

- Что здесь происходит? – спросила я изумленно.

Туман последний раз оскалился, зарычал и отступил.

- Я отравительницу поймал, - ответил он.

Хефина встрепенулась и горячо возмутилась:

- Не слушайте его, леди Эйра. Я никого не хотела отравить!

Ирбис злобно ощерился.

- А что хотела? Эйра, ты только посмотри, что у нее в руках! Я застал эту злодейку, когда она наклонилась над едой!

- Да я…

Хефине не дали договорить. Зверь резко поднялся и оперся ей лапами на грудь. Бедняга пискнула под тяжестью и едва не завалилась в камин.

- Леди Эйра, - взмолилась она сдавленным голосом, - прикажите ему не трогать меня. Я боюсь больших кошек.

Рык барса стал чрезвычайно довольным.

- Туман! – прикрикнула я. – Отойди от нее. Пусть объяснится.

- Как знаешь, - он отпрянул назад, стал почти прозрачным, исчез, проявился возле стола, улегся на пол и демонстративно зевнул.

Клыки в его пасти опасно сверкнули.

- Так что же, Хефина? – спросила я. – Зачем вы сюда пришли?

Женщина облегченно вздохнула, схватилась одной рукой за сердце. И я увидела, что во второй руке у нее красивый флакон. Точно такой же, какой Рион мне дарил во сне.

Глава 10. Зимний сад

- Я не хотела ничего плохого, - Хефина едва не плакала. – Меня прислала Владыка. Он просил отнести вам подарок. Вот.

Она опасливо покосилась на барса, протянула в мою сторону потрясающей красоты флакон – хрупкий хрусталь, заключенный в морозные узоры из черненого серебра.

Внутри флакона, в серебристом тумане словно плавали розовые бутоны. Я невольно ахнула от восхищения. Подобная вещица должна была стоить безумных денег.

- Он хотел поздравить вас с днем рождения, но сам не решился прийти. Правила приличия…

Она едва подавила улыбку. А я откровенно зарделась. Ночью правила приличия не волновали ни Риона, ни меня. Перед глазами у меня до сих пор стояла незабываемая картина.

Хефина же продолжала:

- Рион был против, но я хочу, чтобы вы знали – эти духи он сделал специально для вас из снежной розы. Он узнал, как сильно понравился вам цветок.

- Сам? – не поверила я.

Женщина кивнула.

- Рион не совсем обычный юноша, леди Эйра. Вы еще поймете это.

Я ей хотела сказать, что уже поняла. Но вместо этого зарделась еще пуще.

- И я рада, что вы нашли общий язык.

Тут на меня нахлынули ночные воспоминания и смущение сменилось острым стыдом. Я постаралась не выдать своих чувств. Поэтому слова мои вышли излишне холодными.

- Передайте Владыке, что я благодарю его.

Хефина изумленно подняла брови.

- Я обязательно передам. – Тон ее стал ледяным. - Мне можно идти?

- Да-да, конечно, идите.

Я понимала всю неловкость ситуации, но поделать с собой ничего не могла.

Гостья моя преувеличено вежливо откланялась и ушла. Туман же весело зафыркал.

Я присела рядом с ним на полу, спросила:

- Туман, ну почему я такая?

- Какая? - переспросил он.

- Такая. – Я нахмурилась. – Даже поблагодарить нормально не могу.

Барс положил голову мне колени, шумно завздыхал.

- Это ничего, Эйра, - сказал он утешающее, - ты просто все еще маленькая глупая девочка.

Я возмутилась:

- И ничего не маленькая! Мне сегодня исполнилось восемнадцать!

Он приподнял голову, глянул лукаво.

- Значит с глупой не споришь?

- Ах ты!!! – возмутилась я. – Вот я тебя…

Хотела легонько прихлопнуть ладонью по наглой ухмыляющейся морде, но барс исчез и появился у другой стены. Я же рассмеялась и махнула рукой. Глупо гоняться за тем, кому не нужны лапы, чтобы преодолевать пространство.

***

Чуть позже пришла служанка, но я ее отправила прочь. Не было ни малейшего желания наряжаться в помпезные платья. Я выбрала простой наряд цвета пыльной розы. Сама его надела. Волосы распустила по плечам, так, как всегда делала дома.

Капнула на шею духами, плотно закупорила флакон. Запах меня восхитил. Ничего подобного в моей жизни еще не было. И я после посетовала:

- Туман, я снова сглупила.

- В чем на этот раз? – спросил он деловито.

- Я не узнала, где здесь зимний сад. Хефина говорила, что там выращивают потрясающие цветы.

Морда барса тут же стала довольной.

- Я и без прислуги могу тебя туда проводить.

- Когда ты успел его найти?

- Вчера, - начал он беспечно, - перед тем, как ты…

Ирбис запнулся, и фраза повисла в воздухе. Но я прекрасно поняла, о чем речь. Мне еще долго будут аукаться моя беспечность и упрямство.

Туман поспешил перевести тему:

- Пойдем, провожу. Только сначала я спрячусь в кольцо, чтобы никого не пугать.

Тут сложно было спорить. Громадный зверь выглядел устрашающе. Он исчез, взвился над полом дымком и втянулся в камень.

- Из башенки вниз и налево.

Услышала тихий голос в своей голове. Дальше я только выполняла указания. Дорогу Туман запомнил превосходно. И мы ни разу не ошиблись с поворотом. Направо, налево, прямо, вверх, вниз – постепенно я преодолела почти весь дворец, оказалась в дальнем крыле и поняла, что почти дошла до места.

Зимний сад легко было узнать по цветочному аромату. Я прошла еще десяток шагов и оказалась перед высокими стеклянными дверями. Владыка был там. Он сидел ко мне полубоком, водил ладонью над цветочным кустом и что-то неслышно шептал.

Я сразу почувствовала отголосок магии. Необычной. Незнакомой. В ней мне послышались звуки жизни, пения птиц и шепота трав. Я невольно залюбовалась.

Если волосы Тревора были цветом, как спелый колос. То грива Риона сияла, как снег под солнцем. Яркий ослепительно-белый снег. Этим вообще отличался правящий род. Ни у кого не было таких белоснежных волос. Даже моим локонам, несмотря на то, что отец гордился их белизной, до Правящей семьи рода Эс Кай было далеко.

Я пошла к двери, коснулась пальцами витой бронзовой ручки. Рион услышал мои шаги, обернулся, грациозно, как снежный барс, распрямился, откинул с лица белую прядь.

- Вы уже поднялись, леди Эйра? – спросил он с усмешкой. – Доброе утро.

Взгляд его почти прозрачных глаз неожиданно заставил мое сердце биться часто-часто и невыносимо громко. Мне вдруг показалось, это биение слышно далеко вокруг.

- Я, - о Небеса, как же сложно подобрать слова, - хотела вам сказать... Хотела просить…

Нет, не удаются мне слова извинения. Тревор это прекрасно понимал и никогда не ждал покаянных фраз. Здесь же все было сложнее. Чувство вины меня тревожило.

Бровь Риона насмешливо поползла вверх. Сам он молчал, ожидая объяснений. А я вдруг вспомнила из-за чего попала сюда, разозлилась, решила обойтись без извинений вовсе и заговорила совсем о другом. Слова мои получились путанными.

- Мне захотелось посмотреть на ваш зимний сад. Хефина рассказывала мне про цветы. Я даже не знала, что такие бывают. Это все тоже вы? Но разве сыну Повелителя пристало заниматься садом? - последние слова я выпалила, не задумываясь, и тут же смутилась. Как же неловко вышло. О бездна! Почему я такая?

- Ты совсем, как мой отец, - горько сказал Рион, неожиданно переходя на «ты», - пристало, не пристало. Ни о чем другом он не может рассуждать вовсе. Неужели все это…

Он обвел руками цветущую сказку, что нас окружала.

- Неужели может не нравиться?

Я прижала руки к груди. Постаралась, чтобы в моих чувствах нельзя было усомниться.

- Конечно, нравится. И духи просто чудесные. Я хотела сказать спасибо…

Рион увидел мое смятение и лицо его смягчилось.

- А хочешь, я покажу тебе сад?

- Хочу! Очень-очень! Ты ведь не сердишься на меня больше? – Неосторожные слова вновь вырвались у меня раньше, чем я успела замолчать. А потом уже было поздно.

Рион от души расхохотался.

- Не сержусь. Только, если вдруг устанешь, - предупредил он, - сразу скажи. А то Хефина всегда ворчит, что о цветах я могу говорить бесконечно.

- Я не устану, - пообещала я. – Я тоже люблю цветы. Особенно такие красивые.

- Тогда пойдем.

И Рион протянул мне ладонь, совсем как это делал Тревор.

Я лишь услышала, как довольно заурчал внутри топаза Туман, отбросила все сомнения и оперлась на протянутую руку.

***

Рион

Два часа пролетели, как один миг. Мы болтали без умолку. Эйра смотрела вокруг восхищенными глазами. Я не уставал ею любоваться.

Какая же все-таки она смешная, трогательная, доверчивая, чистая. И как похожа на Дилису. Я отогнал эту мысль прочь, потому что ничего хорошего от нее ждать было нельзя. Сказал:

- Эйра, у меня есть еще одно предложение. Если только захочешь…

Она толком не узнала, о чем я, но видно было, что уже готова согласиться на все. И точно:

- Захочу!

Вон как блестят глаза, как звенит голос. Я даже умилился.

- Здесь недалеко есть озеро, ты могла его видеть, когда ехала сюда.

Эйра кивнула.

- Я предлагаю накрыть обеденный стол на берегу. Там очень красиво. А у тебя сегодня праздник. Согласна?

Мог бы и не спрашивать.

- Тогда я прямо сейчас отдам распоряжения. Угощения уже готовы, осталось только перенести их туда. А вас, - перешел на чопорный слог, - достопочтенная леди Айдан, я приглашаю прогуляться туда пешком.

Я протянул ей руку. Эйра прыснула, ответила не менее важно:

- Достопочтенный лорд Эс Кай, ваше предложение – огромная честь для меня.

И присела в почтительном поклоне. Потом расхохоталась, глянула дерзкими глазами, хлопнула меня ладошкой по плечу, выкрикнула:

- Попробуй догони!

И бросилась вперед со всех ног. Смех ее разливался вокруг серебряными колокольчиками, разбивая лед последних месяцев. Эти стены давно не видели такой радости.

Я не стал строить из себя буку, отбросил все условности, побежал следом. На душе стало так легко, так хорошо.

На выходе из оранжереи столкнулся с кем-то из слуг, только и успел крикнуть:

- Передайте Хефине, что мы с леди будем обедать у озера.

- Догоняй! – вновь прокричала Эйра.

Она уже почти преодолела длинную галерею с окнами на главную площадь и грозила скрыться за поворотом.

- Через час! – добавил я уже на бегу.

***

Эйра

Что за бес в меня вселился? Я вдруг вспомнила, как когда-то мы с Тревором бегали наперегонки, и это показалось хорошей идей. Я осалила Риона и крикнула:

- Попробуй догони!

Бросилась бежать со всех ног. А потом вдруг испугалась, что никто не побежит вслед. Но нет, сзади раздался ответный смех и звук шагов.

Рион еще что-то успел сказать прислуге, но я не расслышала слов. Только вновь подстегнула его:

- Догоняй!

Туман в кольце подозрительно молчал. Но мне сквозь биение сердца слышались его довольные смешки.

Я на одном дыхании пролетела прямую галерею, приостановилась на повороте, глянула через плечо – Рион все еще отставал.

Здесь я крикнула третий раз:

- Кто последний, тот индюк!

Рион погрозил мне пальцем и ускорил ход. Я не стала ждать, пока меня обгонят, вновь бросилась вперед.

За поворотом меня встречал зал. Краем глаза я успела заметить слугу, что шарахнулся прочь от ненормальной девицы. Это меня еще сильнее насмешило. Я помахала бедолаге рукой.

Из зала дверь вывела на перекресток, где я чуть замешкалась.

- Налево, - скомандовал из кольца Туман.

В голосе его слышался откровенный азарт.

- До конца на лестницу и вниз. Выход там.

Я доверилась барсу полностью. Лестница, и правда, привела к центральному выходу. Внутрь, как по заказу, заходил лакей, мне даже не пришлось ломать голову, в какую сторону открываются двери.

Я проскользнула у слуги под рукой, едва не сбив его с ног. Преодолела открытую площадку, пролетела вниз по голубой лестнице, едва касаясь ступеней и снова оглянулась.

Рион был уже почти рядом – только-только выскочил из дверей. Двигался он легко, грациозно, почти как настоящий барс. Я же топотала как подкованная кобылка.

- Сейчас догонит! – подстегнул меня туман.

В голове мелькнуло – жаль, что утром надела это платье. Юбки так мешают бежать. Лучше бы костюм для верховой езды. Я слегка приподняла подол и припустила через площадь наискосок.

Шаги за спиной были все ближе. Сердце стучало все чаще. Еще чуть-чуть и я выскочу с голубых плит на траву. А там уже все равно, можно сделать вид, что так и было задумано, можно прекратить этот сумасшедший бег.

Вот последняя плиточка, еще шаг и…

Туфелька моя ступила на влажную зелень и неожиданно поехала. Я взмахнула руками, теряя опору и даже успела испугаться, что сейчас упаду.

Рион подхватил меня за плечи, не дал упасть, прижал к себе. Я увидела его близко-близко: горящие восторгом глаза, разгоряченное лицо, приоткрытые губы. Ощутила жар, исходящий от рук, услышала биение сердца. Частое, взбудораженное. Мое сердце отвечало тем же.

Лица наши оказались почти рядом. Глаза у него были прозрачные, голубые в неожиданно черных ресницах. Рион смотрел на меня с нежностью и затаенной болью.

Мне почему-то захотелось забыть обо всем: о хороших манерах, о правилах приличия. Я подалась вперед и прижалась к нему. Стало горячо внутри. А еще неожиданно сладко. Так сладко, как никогда.

Теплая ладонь легла мне на поясницу, вторая медленно прошлась по щеке, коснулась подбородка. Я зажмурилась и потянулась губами к моему жениху.

Рион вздохнул и убрал руку.

- О Небеса, - прошептал он с горечью, - как же ты похожа на Дилису.

Глава 11. Портрет

Это было, как ушат ледяной воды. Как он мог?

Я оттолкнула от себя руки Риона и бросилась бежать, на этот раз не призывая сыграть в догонялки. Он все понял, виноватый остался на месте.

Губы мои беспрестанно повторяли: «Не плачь, только не плачь! Никто не должен видеть твоих слез!»

- Кхе-кхе, - раздалось из кольца вкрадчивое. – Чего это ты опять понеслась, словно тебя ненароком клюнули в седалище?

- Отстань, - мне было не до шуток.

- И не подумаю, - Туман не пытался вылезти из кольца, но и молчать не собирался, - лучше объясни, по какому поводу на этот раз страдания.

- Я дура! – выпалила я, не раздумывая.

- Тоже мне новость. Это ты уже говорила. Другой причины нет?

- Тебе мало?

- Конечно, - голос барса стал серьезным, он философски выдал: - бегай, не бегай, от собственной дурости не убежишь.

От возмущения я остановилась прямо возле ледяных роз.

- Ты ничего не понимаешь! Я думала, что нравлюсь ему, а он…

В горло застрял горький ком обиды, стало трудно дышать.

- Да что он такого сделал? – искренне удивился мой фамильяр.

- Он сказал, что я похожа на Дилису!

В воздухе повисла пауза. Потом Туман выскользнул из убежища, уселся у моих ног, наклонил голову на бок и глянул на меня так, словно видел перед собой диковинную букашку.

- И все? – спросил он.

Я вспылила:

- А этого мало?

На мой вопрос отвечать не стали. Барса заинтересовало совсем другое.

- Интересно, кто такая Дилиса?

- Ничего интересного, - отмахнулась я, - это – первая невеста Риона.

- Она тоже погибла?

Я слегка остыла, обида пошла на убыль.

- Да, а какое это имеет значение?

Призрачный кот поднялся, улегся на лапы, задрал вверх хвост и с удовольствием потянулся. Я терпеливо ждала объяснений.

- Глянуть бы, как она выглядела?

- Нет ничего проще. Здесь точно должно быть ее изображение. В таких замках всегда бывают портретные галереи.

- Большая комната, где висит много картин? – быстро уточнил барс.

- Да.

- Я видел такую. Хочешь провожу?

Стыдно признаться, но злость моя сменилась любопытством. Что такого было в этой Дилисе Лери? И я кивнула.

- Пойдем.

***

На этот раз Туман не стал прятаться в кольцо. Вел меня открыто, наслаждаясь взглядами перепуганных слуг.

Зал с портретами он отыскал легко. Дверь оказалась не заперта. Мы тихонько вошли внутрь. Сердце мое вновь заколотилось, как недавно на площади после бега.

- Ого! – проговорила я тихо, но голос эхом разнесло во все уголки. – Где же его тут искать, этот портрет?

Что сказать – на предков хозяин замка был богат. Такого количества картин мне не доводилось видеть никогда в жизни. И неспешно пошла вдоль одной из стен, останавливаясь у каждого полотна с женскими лицами и читая вслух имена. Пока не наткнулась на нечто странное – на стене висела картина, закутанная в черную ткань.

- Что за ерунда? – вслух удивилась я. – Никогда не слышала о таком обычае.

- Давай проверим, - предложил Туман. – Вдруг там как раз Дилиса?

Я подошла к стене, осторожно потянула за угол полотна. Ткань с легкостью скользнула вниз, открывая лик.

Дева была молода, прекрасна и надменно холодна. Волосы почти такие-же белоснежные, как и у самого Риона. От прочих портретов этот отличали удивительно ясные живые глаза. Я прочитала имя и испытала разочарование.

Нет, это была не Дилиса Лери. Надпись гласила: «Леди Изольда Эс Каф».

- Эс Каф? – удивился Туман. – Что это значит?

- Младшая ветвь правящего рода, - пояснила я, - не имеющая права на престол. Удивительно, что годы жизни не обозначены.

- Да какая разница.

Мне показалось, если бы барс был человеком, он бы непременно пожал плечами.

- Мы все равно искали не ее.

- Тут ты прав.

- Леди Эйра? – раздался из-за спины холодный голос. – Кто вам позволил сюда прийти?

Я обернулась и поймала неприязненный взгляд Хефины.

- А кто мне запрещал сюда приходить?

Она поджала губы и процедила:

- Вы удивительно легкомысленная особа. Я непременно доложу о произошедшем Владыке.

Я не успела ответить.

- Не нужно, Хефина, - новый голос вновь вогнал меня в краску. – Я уже здесь. Можете считать, что я разрешил моей невесте навестить галерею.

С ним женщина спорить не посмела.

- Как знаете, Владыка, - сказала она и удалилась, даже не подумав склониться в поклоне.

Я проводила ее удивленным взглядом.

- Не обращай на Хефину внимания, - сказал Рион. – Она заменила мне мать и очень за меня переживает…

Я как всегда не смогла сдержать любопытства:

- Из-за того, что здесь происходит последний год?

Он кивнул, но углубляться в вопрос не стал.

Рион поднял с полу черное полотно и вновь завесил портрет.

- Так лучше, сказал он. – А потом обратился ко мне. – Ты хотела увидеть, какой была Дилиса?

Я не нашлась, как ответить – кивнуть, пожать плечами, что-то сказать. Впрочем, Риону это было ненужно.

- Пойдем, - сказал он, - я покажу.

***

- Ну уж нет, - мне показалось, что от меня пытаются утаить нечто важное. – Сначала я хочу узнать, кто это.

И я указала на занавешенный портрет. Туман довольно муркнул, а Рион кисло поморщился.

Фраза моя прозвучала излишне дерзко, и я ее немного смягчила.

- Расскажи мне о ней, если она имеет отношение к тому, что здесь происходит.

Рион вздохнул и снова сдернул полотно.

- Ее звали Изольда Эс Хаф. Это она прокляла наш род.

- За что?

- Я не знаю.

Мой фамильяр тут же уселся на пол и показательно задрал лапу, выражая свое отношение к происходящему. Я же язвительно приподняла одну бровь.

- Так уж и не знаешь?

- Да не знаю, я. Честно! – выпалил Рион. – Я тогда совсем маленьким был. Знаю только, что после этого имя Изольды было вымарано изо всех родовых книг.

Туман опустил лапу и задумался.

- Это все, что ты знаешь? Ни за что не поверю.

Я была с ним согласна. Рион вздохнул, и неохотно признался:

- Не все. Еще есть пророчество.

Глаза барса загорелись.

- Та-а-ак, - протянул он, - это уже теплее. Что за пророчество?

Жених мой почти выкрикнул:

- Это не моя тайна! Я поклялся отцу не говорить никому!

Это был плохо. Всем известно, что родовые клятвы нарушать нельзя. Этим можно навлечь на себя гнев Небес.

Только Туман и не думал расстраиваться.

- А ты не говори. Мы не заставляем.

Вид у барса был такой довольный, что я уставилась на него изумленно. Спустя мгновение он удивил меня еще сильнее:

- Ты просто покажи. Молча. Показывать тебе не запрещали?

Рион ошеломленно покачал головой.

- Вот видишь, - барс даже муркнул от удовольствия, как самый настоящий кот. – Покажешь, где это, а мы все сами прочитаем.

- Так просто?

Казалась, Рион не может поверить услышанному. Я опустилась рядом барсом на колени и обняла его за шею.

- Какой ты умный! – в этой похвале не было ни капли лжи.

- Я знаю, - важно подтвердил Туман.

***

- Погодите! – вдруг вспомнила я. – Пока мы сюда пришли, я хочу посмотреть на Дилису и на остальных невест тоже. И еще хочу узнать, что с ними случилось на самом деле.

Стало видно, что Риона мои слова окончательно расстроили. Ему совершенно не хотелось об этом вспоминать.

Тогда я повторила то, о чем так любил говорить Тревор:

- Нельзя чтобы между стояла ложь. Давай будем честными друг с другом. С самого начала.

Сказала и прикусила язык. Сама я уже начала знакомство со лжи, которая чуть не привела к трагедии. Но мне об этом промахе напоминать не стали.

Лишь только Туман бросил лукавый взгляд. А Рион серьезно кивнул.

- Ты права, на лжи ничего путного не построишь. Идем.

Он провел нас через весь зал почти к самому выходу. Портреты всех трех несостоявшихся жен наследника висели рядом. Девушки на них были совершенно разными.

И лишь одна приковала мое внимание. Я подошла поближе, жадно вглядываясь в такие знакомые черты лица. Поразительно, но у меня возникло ощущение, словно на стене висит не портрет, а зеркало.

Глаза Риона стали невыразимо грустными. Он остановился рядом с картиной, коснулся пальцами полотна, проговорил еле слышно:

- Знакомитесь. Это леди Дилиса Лери. Я ее любил.

В последних словах было столько боли, что мне даже в голову не пришло обидеться. Напротив, захотелось пожалеть, развеять такое далекое и столь сильное горе.

Я поймала ладонь Риона и сжала пальцы. Он бросил на меня благодарный взгляд. Мы поняли друг друга без слов.

Туман выждал пару минут и прервал молчание:

- Расскажи, что с ней случилось на самом деле.

- Хорошо, - голос Владыки зазвучал отстраненно, словно он рассказывал историю, которая к нему самому не имела никакого отношения. – Мы были помолвлены уже давно. Наши семьи договорились о свадьбе почти пятнадцать лет назад.

- И при этом ты ее полюбил? – удивилась я.

- Она меня тоже, - подтвердил Рион. – Но речь не об этом. За месяц до свадьбы Дилиса приехала сюда. Так повелось испокон веков. Традиции рода.

Он криво усмехнулся и повернулся к портрету спиной. Я молчала, боясь прервать его рассказ.

- А через неделю ей начала сниться тьма.