«С.Л.К.-10» Иллюзия победы. Часть вторая.

Глава 1

Новая Саксония

Анхальт

Небо над столицей Рейнского Протектората заволакивали тяжёлые свинцовые тучи. Сплошным одеялом они покрывали небеса над крупнейшем городом на планете.

Привычная картина. Для живущих в этом городе людей серо-стальной отблеск небосвода был куда более знакомым и привычным нежели радостная голубизна. Даже солнечный свет, что прорывался в разрывы между мрачными облаками, казалось, стеснялся этого. Как человек оказавшийся не в своей компании.

Ему здесь не были рады.

Его здесь не ждали.

Вопреки распространившейся моде на высокие и изящные башни, здание, являющееся самим сердцем Протектората, отдавало стариной и силой. Высокие, кажущиеся монументальными стены. Искусно вырезанные толстые колонны из чёрного камня. Тянущиеся вверх арочные окна. Огромное здание походило на пятиугольник, если бы кто-то взглянул на него сверху. Всего лишь шестнадцать этажей. В нынешнее время это казалось какой-то шуткой. Даже не выглядело серьёзно. Но лишь с первого взгляда.

Там, где изящные башни жилых и деловых центров казались хрупкими, словно хрустальные иглы, громада Рейнстага выглядела нерушимо и монолитно. Будто древняя крепость, стоящая посреди чёрного моря главной площади Анхальта. Идеально ровный круг двухкилометрового диаметра, окружал выстроенную в центре столицы цитадель власти подобно неприступному морю. Выложенная идеально отполированными чёрными пластинами площадь выглядела мрачно и пугающе.

Пока случайный человек не посмотрит себе под ноги.

Тогда на смену любым подобным чувствам приходило лишь одно.

Величие.

Каждая пластина, лежащая под ногами тысяч людей, что сейчас стояли на площади, несла в себе частичку истории. Кусочек их общего прошлого. Каждая была подписана именем человека, так или иначе послужившего делу Рейна. Все они были героями для своего народа.

Чьи-то имена знали едва ли не все.

Другие не знал почти никто.

И, всё-таки, их имена были тут. Высечены в камне, дабы люди не забыли.

Каждый из собравшихся на площади мог посмотреть себе под ноги и увидеть частичку истории государства. Государства столь же крепкого, как и плиты, на которых были выгравированы эти имена. Столь же нерушимое, как и здание, что находилось в центре площади.

И столь же сильное, и объединённое, как и люди, что сейчас наполняли площадь.

Не было шума и гама. Если кто-то и говорил, то делал это шёпотом, тихо переговариваясь со стоящими рядом. Никто не повышал голоса. Все они оказались здесь из-за трагедии, постигший один из миров Протектората. Все они пришли сюда для того, чтобы увидеть, как одна из частей этой трагедии будет исправлена.

Немногие из собравшихся оказались затронуты ею. У кого-то на Померании служили друзья. У других жили родственники и знакомые. Кто-то всё ещё оплакивал погибших. Иные же сжимали кулаки в бессильной злобе на такой варварский и жестокий удар, нанесённый Верденом по одному из их миров.

Померания стала для Рейна своеобразным символом этой странной войны, что длилась вот уже почти год.

Для других она была сосредоточением злости и ярости. Чувств, что перерастали в желание, требующее немедленного отмщения.

И сегодня. В этот пасмурный и привычный для Анхальта день, они пришли сюда. На главную площадь столицы. Для того, чтобы увидеть это событие. Столь редкое. И многие, едва ли не все из них, держали в руках заранее подготовленные для этого дня свёртки.

Они заметили его не сразу. В дальней части площади появился пожилой мужчина.

Седые волосы и мрачное, волевое лицо. Чёрный, идеально отглаженный чёрный мундир бывшего адмирала идеально подходили к настроению этого дня. Опираясь на трость в правой руке, он подошёл к самому краю толпы и единственной части площади, что не оказалась заполнена людьми.

Четыре сотни рейнских солдат в парадной форме и с винтовками в руках стояли, вытянувшись и образуя тем самым коридор шириной в десять метров, проходящий от самого края площади до входа в здание Рейнстага.

Тридцать два года назад этот мужчина уже проходил этот путь.

Все они проходили его. Каждый из гранд-адмиралов Рейнского флота делал это. Август, Вирена, Филипп. Фредерик. Точно так же, как до них это делали их предшественники. Старая традиция, появившаяся после гибели агонизирующий республики и рождения нового, куда более сильного государства. Государства, которое было достойно людей, которые в нём жили. Пусть не всех, но большинства.

И сегодня ему вновь предстояло пройти этот путь. Семьсот двадцать два метра от края площади до входа.

Вильгельм Поль сделал первый шаг по чёрным плитам в направлении своей цели. И стук его трости по камню оказался единственным звуком, сопровождающим его в первые секунды.

Но только лишь секунды.

Над площадью раздался тихий шелест. Движения десятков тысяч рук, что разворачивали заранее подготовленные и бережно завёрнутые в бумагу цветы.

Если кто-то в этот момент смотрел бы на площадь сверху, то он оказался бы поражён произошедшей переменой. Сначала это казалось похожим на крошечные красные капли. Одни пятнами возникали то тут, то там среди шевелящегося моря собравшихся на площади людей. Едва заметные на общем фоне. Но с каждым прошедшим мгновением их становилось всё больше и больше. Люди обнажали завёрнутые в защищавшую их бумагу цветы, подставляя алые, оттенка свежей крови розы тёмному небу Новой Саксонии.

Альвира Фольк стояла на самом краю образованного в собравшейся в толпе коридора.

Некогда красивая, изящная девушка. Совсем недавно ставшая матерью. Сейчас же, её было не узнать. Лицо осунулось и было бледным. Под глазами появились круги от постоянного недосыпания, а сами глаза покраснели от слёз, что появлялись стоило только ей вспомнить о муже. Дитмар погиб всего несколько месяцев назад, но боль по-прежнему была такой же острой, как и в тот самый момент, когда ей сообщили о его гибели в сражении у Бедергара. Она хорошо помнила тот момент. Как держала на руках их маленькую дочь. Крошечную Марину. Девочку, что по злой насмешке судьбы родилась всего за несколько дней до смерти своего любящего отца.

С шелестом бумаги Альвира бережно извлекла из неё завёрнутый цветок. Хрустальная роза до крови уколола пальцы острыми шипами, но державшая цветок девушка не обратила на это никакого внимания. Она не сводила глаз с идущего по площади мужчины. Почти старика. Опирающегося на трость при каждом шаге. И в тоже самое время от него веяло такой силой и уверенностью, что все внешние слабости блекли на фоне волевого лица и твёрдых, как алмазы глаз.

Сжав губы и стараясь не заплакать при виде его мундира, почти такого же, какой носил её любимый супруг. Альвира взмахнула рукой, бросая цветок и тот упал на площадь. Хрупкий стебель, затвердевший после того, как цветок был срезан с куста, треснул и раскололся от удара о твёрдый камень, словно был сделан из стекла искусным мастером, а не причудливым творением самой природы этого мира.

Вильгельм Поль медленно шёл вперёд, глядя только перед собой.

Каждый его шаг сопровождался ударом трости о камень. Размеренными и ровными. Будто удары метронома.

Но уже через несколько секунд к нему добавился новый звук. С хрустом ломаемого стекла трескались стебли редких, растущих лишь на Новой Саксонии цветов. Они раскалывались под подошвами его сапог, превращаясь в осколки, пока алые, цвета крови, лепестки, усеивали чёрные плиты площади.

Поль шёл вперёд, чувствуя единство и поддержку окружающих его людей.

Он шёл вперёд к зданию Рейнстага с упорством и уверенностью человека, знающего себе цену.

Гнев. Скорбь. Гордость. Злость. Воодушевление. Всё это он видел на лицах окружающих его людей, пока они бросали прекрасные цветы на его пути.

Медленно, но верно полоса чёрных плит превращалась перед ним в багряное море. Те, кто стояли позади просили других передать их ближе. Какие-то из цветков были перевязаны лентами. К стеблям других крепились маленькие записки с именами погибших.

Каждый вкладывал в этот жест что-то своё.

И Вильгельм принял их желания. Принимал их горе, печаль и скорбь за погибших. Впитывал источаемый людьми гнев и желание отомстить. Видел единство на их лицах.

Второй раз в жизни он шёл по этому пути и хрустальные цветки трескались под его ногами. Второй раз он собирался занять должность, с которой ушёл.

Он прошёл через этот коридор, ступая по цветам до самого входа. Поднялся по лестнице, тяжело опираясь на свою трость. Двое солдат в парадной форме рейнской армии открыли перед ним двойные двери, пропуская старого адмирала внутрь. Вильгельм знал это здание чуть ли не наизусть. Каждый поворот. Каждый коридор. Он бывал тут тысячи раз, проходя мимо редких картин и статуй, что украшали аскетичный интерьер этого здания.

Ещё одна двойка солдат в парадной форме и ещё одни двери. Высокие и крепкие. Они раскрылись перед ним, открывая проход в просторный зал. Один из многих в здании рейнстага.

Здесь уже собрались люди в ожидании него. Десятки офицеров флота. Военные чины из армии, разведки и других структур. Рядом с ними стояли обычные гражданские. Планетарные губернаторы, управляющие мирами Протектората. Министры центрального правительства. Даже частные предприниматели, имеющие большое влияние в экономической и политических сферах. Все они собрались здесь сегодня из-за него.

Каждого пригласили лично, дабы засвидетельствовать становление в должности нового главнокомандующего Четвёртого флота Протектората.

Вильгельм на несколько мгновений замер в дверях, окинув собравшихся взглядом. Всего пара секунд, но ему оказалось этого достаточно, чтобы увидеть торжественное ожидание на лицах гражданских и безмерное уважение среди военных.

Лишь один человек позволил себе не стоять вместе со всеми. Карл Адлер ожидал его в дальней части зала. Стоял, одетый в обычный военный мундир, который носили его адмиралы. Только цвет его был чёрный, а не белоснежный. И не имеющий знаков различия. Чёрная, как сама ночь ткань, пересекаемая двумя кроваво-красными полосами, что спускались вниз от правого плеча.

В полной тишине, Вильгельм подошёл к главе своего государства и лишь стук трости по полированному полу был единственным звуком, что сопровождал его. Мерные удары, что разносились эхом по огромному залу, теряясь где-то посреди высоких потолков.

— Вильгельм, — спокойно произнёс Адлер, когда Поль подошёл к нему. — Я вызывал тебя.

— И я прибыл, — так же спокойно прохрипел Вильгельм. — Как вы и приказывали.

— Верно, — кивнул Адлер. — Как я и приказывал. Ты знаешь, зачем. Согласен ли ты с этим?

Вопрос, на самом деле, не имел большого смысла или силы. Если бы Вильгельм не был согласен, то он бы тут не стоял.

И, всё же, собравшиеся вокруг люди затаили дыхание в ожидании его ответа.

— Да.

Адлер кивнул и достал их внутреннего кармана своего мундира небольшую чёрную коробочку.

— Тогда своей властью и приказом, я назначаю тебя главнокомандующим Четвёртого флота. С этого момента, адмирал Поль, все его подразделения, корабли и инфраструктура переходит под ваше командование. Служите с честью, адмирал.

Вот и всё. Всего несколько фраз. Коробочка с лежащими внутри знаками различия адмиральского звания перешли из рук в руки. Кто бы, что не думал, но в этой церемонии не было и грама помпезности. Она столь же практична, как и сам Протекторат. Только эффективность.

Получив футляр в свои руки, Поль моментально вытянулся, насколько позволяла больная спина и повреждённая нога. Он посмотрел в глаза канцлеру Рейнского Протектората, ожидающего от него лишь одни слова.

— Во славу Рейна.

***

— Нога всё также болит? — спросил Адлер, протягивая своему гостю бокал с налитым в него коньяком.

— Она и не переставала, — ответил сидящий в кресле новоиспечённый адмирал, с благодарностью принимая протянутый ему бокал. — Спасибо.

Кивнув, Карл опустился в кресло напротив.

Теперь, когда церемония завершилась, и оба мужчины уединились в более приватной и располагающей к беседе обстановке, можно было наконец поговорить более свободно.

Статус и образ железного канцлера никогда бы не позволил Карлу вести столь фамильярное общение с кем либо. Только не ему. Для всех он являлся нерушимым столпом государства. Опорой. Человеком, который вёл свой народ вперёд, ведомый лишь одной единственной целью. Это не культ личности. Не попытка превратить себя в икону для тех, кто подчинялся ему. Несмотря на всю свою важность, канцлер Рейнского Протектората по-прежнему оставался инструментом. Без сомнения полезным и необходимым. Но всего лишь инструментом.

Но даже ему оставались не чужды простые земные радости.

Как, например, разговор со старым другом.

— До сих пор не понимаю, почему ты поставил себе протез, Вильгельм. Я понимаю, что из-за синдрома Гранина пересадка невозможна, но в наше время протез практически не отличим от настоящей конечности. Одно твоё слово и мы решили бы эту проблему.

— Это моя нога, Карл, — покачал головой Поль и сделал глоток из бокала. Он несколько секунд помолчал, позволив себе насладится вкусом напитка. — Это часть меня. И я не собираюсь от неё отказываться. Мою работу это делать не помешает. Ты это знаешь не хуже меня.

В конце-концов, вряд ли мне придётся много бегать, подумал он про себя. Для этого есть молодые адъютанты.

— Да, — согласился с ним Адлер. — Знаю. Я слышал, что у Померании погиб твой внук. Прими мои соболезнования и прости, что не высказал их раньше.

К удивлению Адлера, напоминание о гибели внука... практически не отразилось на лице сидящего в кресле мужчины.

Вильгельм покачал бокал с коньяком в руке, дав напитку несколько раз скользнуть по стенкам бокала.

— Колман... мне жаль мальчика, Карл. Правда. Но капитанское кресло «Тьерина» стало его пределом. Было им, по крайней мере. Да и там, я до сих пор не очень понимаю, как он смог его получить. Наверное, кто-то решил, что раз мальчишка носит мою фамилию, то у него есть скрытый потенциал. К сожалению, это не так. Он никогда не поднялся бы выше. Столько сил приложил, чтобы его обучить, а всё бестолку.

На суровом лице мелькнуло выражение, которое Карл не смог до конца определить. Что-то среднее между злостью на лень и инфантильный характер мальчика и тщательно скрываемым горем от его гибели.

— Некоторые вещи не меняются. Ты всё так же суров.

— Не я такой, Карл. Жизнь такая. Как там дела у Филиппа?

— По-прежнему удерживает Бедергар и блокирует силы верденцев у Звёзд Лаконии и Дария.

— Я слышал, что он неплохо так потрепал их флот в последнем сражении.

— Верно, — кивнул Адлер. — Филипп грамотно расставил ловушку, но верди повезло. Они успели вытащить свои головы из капкана прежде, чем тот захлопнулся. В любом случае, своей цели он достиг. Их главные ударные силы сейчас стоят на ремонте и пробудут на верфях ещё по меньше мере от двух до трёх месяцев, прежде чем снова будут готовы к новым действиям. По крайней мере так заявляет наша разведка. Да и ты скоро и сам получишь все отчёты. Вирена и Первый флот уже покинули Тронхейн. Август и его Третий так же выдвинулись. Операция «Возвышение» идёт по плану.

— Всё так, как ты и задумывал. Сколько им осталось?

— Сейчас оперативные группы Первого и Третьего флота должны занимать позиции для удара по своим целям, — вспомнил Карл последние отчёты. — Если всё будет развиваться именно так, как запланировано то примерно через месяц они нанесут первые удары. Ты не хуже меня знаешь, сколь трудно координировать действия на столь обширном пространстве. В любом случае, нам нужно будет дождаться первых курьеров, а это произойдёт шесть — восемь недель.

— Значит до окончания второй фазы остался месяц?

— Может быть чуть больше, — спокойным голосом заметил Адлер. — Но в любом случае, верденцы уже ничего не успеют предпринять. Их Седьмой флот будет не боеспособен, когда Вирена и Август выполнят свою задачу. Всё, что им останется — признать случившееся и согласиться на наши условия. Других вариантов у них просто не будет.

— Безысходность. Хороший союзник. Но не мне тебя предупреждать, Карл. Не стоит недооценивать Верденцев, — предостерёг Адлера его новый главнокомандующий Четвёртого флота. — Даже если они не окажутся достаточно хитры для того, чтобы переиграть нас, то в дело всегда может вмешаться фактор неожиданности. Померания и провалившаяся ловушка Штудгарда хорошее тому доказательство.

— Я и без тебя прекрасно это понимаю, — кивнул канцлер, сделав глоток коньяка. — Но в данный момент я опираюсь на сухие цифры. А они таковы, что при желании Филипп сможет удерживать их в пределах собственных границ столько, сколько будет необходимо. Второй флот у Бедергара и его отдельные группы почти на тридцать процентов превосходят всё, что верди могли бы использовать для открытого конфликта за пределами своих баз. Конечно, стоит признать, что шансов на штурм верденских систем у него нет. По крайней мере на успешный. После действий эскадр Золо верденцы значительно укрепили свою оборону.

— И тем самым приковали флот к своим мирам, — закончил за него мысль Поль.

— Верно. Седьмой флот Райна был их единственным боеспособным соединением способным действовать в отрыве от метрополии. Собственно, они нам это и показали, выбив наши силы со Звёзд Лаконии и из системы Дария.

— И тем самым загнали себя в ловушку, — Вильгельм взболтнул содержимое бокала и поднёс его к лицу, вдохнув богатый аромат дорогого алкоголя. — Пока Филипп находится там, они не посмеют и шага ступить. Но, так ли это?

Вильгельм несколько секунд молчал, раздумывая, а затем сделал глоток из бокала. На первый взгляд ситуация выглядела именно такой, как её описал Адлер. Но, только лишь по началу. Слепо доверять сухим данным разведки он не собирался.

Да, на первый взгляд выглядело так, словно устроенная Штудгардом ловушка для Седьмого флота, пусть и не окончившаяся полным разгромом верденской группировки, тем не менее смогла лишить их наступательного потенциала.

С другой стороны, существовала опасность того, что верди смогут наскрести кораблей для активных действий вырвав их из флотов обороны. Канцлер только что ему сказал, что боевое охранение верденских систем усилилось. А ни один офицер космического флота, только если он не зря носит свои погоны и способен найти собственную задницу без подсказок, не променяет статичную оборону на мобильную. В реалиях современной войны это просто не сработает.

А, значит, что всё развивалось именно так, как и было запланировано.

Но, опять-таки. Так ли это?

— Что ты имеешь в виду? — поинтересовался Адлер, заметив задумчивое выражение на лице своего гостя.

— Я считаю, что мы должны усилить Филиппа, — произнёс Поль.

— Мы уже думали об этом. К сожалению, на данный момент, корабли взять просто не откуда. Потеря ядра тяжёлых кораблей Четвёртого флота сильно ударила по нам. Случившееся не предполагалось изначально. Верфи работают без остановки, чтобы ускорить ввод в строй новых звездолётов, но это процесс не быстрый. Да ты и сам это знаешь не хуже меня. К тому же мы уже начинаем испытывать проблемы в промышленном и экономическом секторе. Модернизация флота сожрала огромное количество ресурсов. Первый и Третий флот покинули свои базы в полном составе. Плюс подразделения армейских корпусов. И ты должен понимать, что в ближайшее время они не вернутся. Ситуация такова, Вильгельм, что в данный момент мы просто не можем себе этого позволить.

Экономика. Промышленность. Логистика. Три кита, на которых держалась мощь государства. Но имелся и ещё один показатель, стоящий если не выше, то точно вровень с этими столпами. Человеческий ресурс. Сейчас в Протекторат Рейна входило шестьдесят три системы. Восемьдесят пять в той или иной степени обитаемых миров с общим населением, приближающимся к показателю почти в тридцать восемь миллиардов человек.

Население Вердена едва дотягивало до тринадцати миллиардов по самым смелым подсчётам.

На первый взгляд этот число выглядело огромным. К сожалению, реальное положение дел имело несколько другой облик. В отличии от Вердена, где распределение граждан по всем мирам государства имело весьма ровные значения, в Рейне ситуация обстояла иначе. Порядка сорока процентов всего населения Рейна сконцентрировано всего на шестнадцати мирах. Сказывалось весьма небольшое количество полностью пригодных к жизни людей планет. Население одной только Новой Саксонии уже давно перевалило за отметку в три с половиной миллиарда человек. Все остальные миры имели куда как более скоромные показатели населения в отличии от центральных систем.

Нет, естественно, что за прошедшее время многие из них были терраформированны и сделаны более приятными для обитания, ситуацию данное обстоятельство не исправляло. Из шестидесяти трёх планет — только шестнадцать являлись полностью пригодными. Ещё двадцать семь имели те или иные сложности. Начиная от повышенной или же пониженной гравитации, тяжёлых климатических условий или же другие трудные моменты их освоения. Оставшиеся являлись промышленными мирами, сконцентрированными на производственных мощностях государства.

Именно из этих тридцати восьми миллиардов предстояло набирать офицеров флота. Тех, кто будет составлять костяк боевой силы Рейна. Казалось бы, это огромное число людей. Мобилизационный резерв выглядел едва ли не бесконечным.

К сожалению, реальная обстановка на поверку оказывалась куда хуже. На самом же деле, из этого числа стоило вычесть стариков и детей, непригодных к военной службе. Далее из уравнения исчезали те, кто по определённым причинам не могли служить в армии. Огромное количество людей задействованных в экономической и промышленной сферах. Представители социальных служб. Врачи, инженеры, преподаватели, строители и тысячи других профессий, требующих человеческого участия. Один только административный аппарат управления государством включал в себя порядка двух-трёх с половиной сотен миллионов человек, рассеянных по всем шестидесятитрём системам Протектората. А это уже едва ли не целый процент от всего населения Рейна.

В конечном итоге Флот и Армия могли опираться примерно на два — два с половиной процента населения. Порядка миллиарда человек. Эта цифра по прежнему выглядела огромной, но, к как и предыдущие, она подвергалась неминуемому дроблению.

Ведь из этого «человеческого объёма» происходил найм не только офицеров флота и солдат армейских подразделений, но и обслуживающего персонала для этих структур. Служащие на базах, подразделения обеспечения снабжения и логистики. Опять таки, административные кадры.

Так что на самом деле, в сухом остатке получалось не такое уж и большое число доступных людей.

— Всё настолько плохо?

— Как бы мне того не хотелось, но сейчас нам просто неоткуда взять новые корабли и экипажи для них, — ответил Адлер. — Мы ведём подготовку людей. Новые корабли строятся. Но прежде чем они будут готовы пройдёт время. Скорее всего верденцы пока ещё не знают об этом.

— Как будто это что-то для них поменяло бы. — хмыкнул Поль, покачивая в руках бокал с коньяком.

— Нет, — согласно кивнул канцлер. — Не поменяло бы. Но в любом случае, в будущем нам потребуется больше сил для того, чтобы воспользоваться успехом операции Августа и Вирены.

Вильгельм несколько секунд разглядывал полотно, висящее на одной из стен кабинета Адлера. Он знал эту картину. Даже слишком хорошо. Когда-то, почти две сотни лет назад она принадлежала его деду и висела в их поместье. Дед подарил её Карлу в тот день, когда Адлер стал канцлером Рейнского Протектората. Дикая охота Одина, за авторством Арбо. Написанная ещё в то время, когда люди не то что о полётах в космос не задумывались. В те времена даже сама мысль о том, что человек может летать подобно птице вызывала смех.

Это полотно являлось единственным свидетельством того, сколь близок род Вильгельма к нынешнему правителю Протектората. Невероятной красоты картина, изображающая Дикую охоту. Явление скандинавского фольклора со Старой Земли. Они скакали по тёмному небу на своих чёрных жеребцах, в сопровождении воронов. Но особо выделялось единственное светлое пятно. Сигурд в сопровождении двух валькирий верхом на белом жеребце. При взгляде на неё Поля посещали столь же мрачные мысли, как и старое стихотворение, что стало мотивом для этой картины.

Страх и ужас перед приближающейся угрозой. Дикая охота спускалась по расписанному маслом полотну с небес на землю, неся лишь смерть. Эта картина словно предзнаменование злого рока. Приближающейся угрозы, грозящей разрушить всё, что создали люди для своего счастья.

— Когда-то, моя семья решила, поверить в тебя, — медленно произнёс Поль, покачивая пальцами бокал с брэнди и не отрывая глаз от картины. — Скажи мне, Карл. Ведь мы всё это делаем не зря?

— Время покажет, Вильгельм, — заметив, что Вильгельм не сводит глаз с полотна, Адлер позволил себе на несколько мгновений прикрыть глаза. — Время и сила. Это всё, что нам нужно. Если твои друзья не солгали.

— Мне бы и самому этого хотелось.

— Нам всем, Вильгельм. Нам всем.

Глава 2

Сульфар

Всплеск. Звук прибоя. Вода бьётся о скальные стены пещеры, взрываясь фонтанами брызг. Запах сырости и морских водорослей. Странный. Не на что не похожий. Сладковатый и отдаёт странным привкусом, более всего напоминающим заварной крем. Том почти привык к этому странному запаху за те несколько дней, что они провели в этом месте.

Лиза рассказала ему, что эта небольшая база, расположенная на самом краю Карского пролива раньше принадлежала главе одной из местных ячеек сопротивления. Впрочем, по её же словам, у них с Шехаром вышел «небольшой конфликт». В результате мужик от расстройства чувств потерял голову. Буквально. Химмат лично отрезал её. По приказу Шехара.

Услышав это, Тому оказалось невероятно трудно представить себе подобную картину. Похоже прошедшие события изменили Шехара куда сильнее, чем Райн мог себе даже представить.

Да, что уж говорить. Чуть повернув голову, он посмотрел на сидящую рядом с ним девушку. Прошедшее время изменило их всех.

Они перебрались сюда из столицы практически сразу же после того, как Лиза и её группа вывезли Тома и остальных верденцев из контролируемой хашмитами территории. Небольшое морское путешествие прошло в чреве подводной лодки, которая и доставила их сюда.

И сейчас Том стоял на пирсе, рядом с Элизабет. И молчал.

А, что он мог сказать? Дошедшие до них, благодаря Пандару, новости, безжалостно похоронили под собой практически любую надежду на то, что их миссия окончится успехом. Хоть каким-то.

Одного взгляда на бледное и мрачное лицо любимой достаточно, чтобы понять, насколько ей сейчас было плохо.

Нори... Том и сам чувствовал боль от утраты человека, ставшего ему другом всего за год с небольшим. Но, что тогда должна чувствовать Лиза. Ведь они с Мак’Мертоном провели вместе почти восемь лет в организации Лестера Мэннинга. Нори всегда был рядом. Сначала, как один из бойцов её отряда, а затем, как и заместитель. Всегда готовый помочь и поддержать. Всегда готовый прикрыть её.

И теперь он мёртв. Как и практически всё сульфарское сопротивление. Естественно, оставались ещё мелкие, разрозненные отряды. Но группа Шехара являлась крупнейшей и наиболее хорошо оснащённой. А теперь всё это оказалось похоронено и разрушено.

Нет, он и раньше не особо ожидал, что у них будут большие шансы. Где-то, глубоко внутри себя, Том прекрасно знал причину, что заставила его бросить командование эскадрой и вызваться на эту миссию «добровольцем». Просто он получил «законный» повод поставить свои личные интересы выше долга службы.

И как бы он не отнекивался и не оправдывался, Том прекрасно знал правду. Вопреки всем своим убеждениям и заявлением. Всем тем словам, что он сказал Серебрякову. Он пренебрёг долгом и ответственностью ради того, чтобы стоять сейчас здесь. Рядом с ней.

И поступил бы так снова. Потому, что он не герой. Не какой-то великий полководец. Не преисполненной отвагой адмирал. Он не икона с картинки, а лишь обычный человек. И сейчас, он стоял в пропахшей водорослями пещере.

Просто потому, что Лиза сейчас сидела рядом с ним.

— Ты как?

— Так же, как и пять минут назад, — вздохнула она. — Тебе не надоело уже спрашивать?

— Не спрашивал, если бы это меня не волновало. Ты же знаешь.

Протянув руку, Том нашёл своими пальцами её ладонь и сжал её.

Лиза несколько секунд сидела неподвижно, а затем поднесла его пальца к своему лицу, коснувшись их щекой.

— Знаю, Том. Правда знаю. Просто...

— Я понимаю, Лиз. Терять их всегда не легко.

В ответ она лишь кивнула. Слова не нужны. Они и так оба всё понимали.

Они ждали. Ждали уже сорок минут, сидя в одиночестве на пирсе внутри скальной пещеры, превращённой в перевалочную базу для контрабандистов Каур Кай. Только они вдвоём. Пирс и его люди сейчас находились в своих комнатах. Он тоже хотел присутствовать, но Том отговорил его от этой идеи.

Они прилетели через четверть часа. Небольшой флаер прошёл сквозь низко висящую над водой арку входа в пещеру и пролетел над водой. Старый, явно давно находившийся в использовании аэрокар медленно подошёл к пирсу, пролетел над головами проводивших его взглядами Тома и Лизы и опустился на просторную бетонную площадку. Они заранее освободили её от ящиков и другого хлама, оставшегося тут ещё с тех времён, когда этим местом владели Чанд Каур Кай и его люди.

— Пошли.

— Ага, — Лиза поднялась на ноги, выпуская его руку из своих пальцев. — Пойдём.

Эту встречу нельзя было назвать радостной. Какая к чёрту радость после всего случившегося.

Первым наружу выбрался Шехар Аль Хан. Наследный принц Сульфара и последний оставшийся в живых из правящего рода. Том с трудом узнал в этом человеке юного принца, впервые встреченного в кабинете Лестера почти два года назад. От него не осталась и следа. Вместо него Райну предстал взрослый и жёсткий мужчина. Уставший. Вымотанный до предела.

Не отставая ни на шаг следом за ним, показался Химмат. Последний из королевской гвардии, он по-прежнему продолжал выполнять свой долг, следуя за своим господином и готовый защитить его даже ценой своей собственной жизни.

Подойдя к Лизе, Том заметил, что он избегает смотреть ей прямо в глаза. Его рот на мгновение приоткрылся, будто принц хотел что-то сказать, но затем вновь закрылся. Слова, которые он хотел сказать застряли у него в горле. Вместо этого, Шехар достал из-за пояса какой-то предмет и молча протянул его Вейл.

Тому послышался тихий, едва слышный всхлип. «Худах». Старый пистолет Нори, доставшийся ему ещё от отца. Талисман. Нори всегда таскал его с собой. Говорил, что на удачу. И старое, но верное оружие не раз спасало его в трудный момент.

А теперь оружие лежала в руках Лизы. С пятнами крови, что въелись в рукоять.

Эти двое оказались единственными, кого Райн знал лично. Оставшихся Сульфарцев, выбравшихся наружу из флаера следом за принцем Том не знал.

Но, наверное, сейчас в этом и не было нужды. Главное, понять, что им делать дальше.

И в этом заключалась главная проблема.

***

Настроение у всех собравшихся откровенно дерьмовое. Впрочем, оно и не удивительно.

— Значит, у нас не осталось ничего.

Лиза говорила тихо, ни к кому не обращаясь. Не спрашивала. Просто подвела итог услышанному. Её голос нарушил повисшую в комнате тишину после того, как Шехар рассказал обо всё случившемся.

— «Колыбель» в их руках. Полностью, — хриплым голосом отозвался бывший принц. — Большая часть наших людей мертвы. Вероятно. Кого-то они конечно же взяли живыми. В основном технический персонал, инженеров и других гражданских. Но все остальные...

Он поморщился и покачал головой.

Они сидели за столом в самой просторной комнате, которая только нашлась на этой скрытой базе. Кто-то назвал бы её конференц залом, но куда более ей подходило название «склад для всего того барахла, что не влезло туда, куда нужно». Даже столом им служили старые, покрытые пятнами ржавчины металлические ящики, поверх коих положили несколько листов Толстого пластика да так и прикрутили болтами.

Контрастная картина, на фоне современных помещений «Колыбели», где они собирались раньше. Ещё одно напоминание о том, чего они лишились и в какой ситуации теперь оказались.

— Я до сих пор не понимаю, как они смогли узнать её местоположение, — покачал он головой.

— Как будто сейчас это имеет хоть какое-то значение, — зло бросила Лиза. — Уж точно не теперь.

— Наверное, не такой встречи ты ожидал, — Шехар невесело усмехнулся. — Да, Том?

Райн лишь пожал плечами.

Он, Лиза, Шехар, Пандар и Грейсон Пирс сидели вокруг прибитого к ящикам куска пластика. Настроение у всех отвратительное. Странно, будьь оно иначе.

— То есть, мы зря сюда припёрлись, так что ли?

Том с раздражением посмотрел на сидящего напротив него Пирса. Грейсон выглядел расстроенным. Не тем, что находящиеся рядом с ним в комнате люди потеряли друзей и близких. Причина его плохого настроения крылась в основном в том, что задание ради выполнения которого оказалось потрачено столько сил — теперь не то, что висело на волоске.

Вся их затея катилась прямиком в чёрную дыру с присвистом.

— Я не знаю, что мы сможем сделать для вашего правительства в такой ситуации, — честно признался Шехар. — В сложившихся обстоятельствах у нас просто нет ресурсов. Оружие. Техника. Люди. Мы лишись всего...

— Да и насрать.

Все обернулись к Вейл. Лиза достала из набедренной кобуры Хаудах. Раньше она там носила свой обычный пистолет, но теперь оружие Нори заняло своё в ней своё место вместо него.

Пистолет со стуком ударил по крышке «стола».

— Плевать, — медленно произнесла она. — Мы просто прикончим Рустала. Пандар, твои люди помогут нам его найти. Мы подготовимся. Подгадаем момент. Спланируем и кончим ублюдка своими силами...

— Простите, но я в этом участвовать не буду. — моментально высказал свою позицию Пирс. — И своим людям не дам.

Последние слова, как и направленный на Райн взгляд говорили больше любых слов.

— Сама разберусь! — рявкнула Лиза. — Чтобы грохнуть этого поганого старика меня и одной хватит...

Тому хватило лишь положить ей руку на плечо и чуть сжать, чтобы успокоить.

— Лиза. Успокойся. Я понимаю, как сильно ты хочешь отомстить за Нори, но не хуже меня понимаешь, что вряд ли у тебя это получится. Только не в одиночку.

Злые слова почти сорвались с её языка. Почти. Всё же уроки Сергея не прошли зря. Когда первый эмоциональный порыв выдохся, она успокоилась. Почти. Буквально через силу заставила себя глубоко вздохнуть полной грудью и успокоится. Желание прямо сейчас отправится в Синангар не исчезло, но больше не заслоняло собой всё остальное. Стало более контролируемым.

— Чёрт... Тогда, что нам вообще делать? Шехар прав. У нас не осталось вообще ничего.

— Ну, это не совсем так, — осторожно заметил Пандар.

— Пара «Шерханов» не в счёт, — резко оборвала она его. — Эти мрази уже доказали, что одной лишь экспериментальной машиной войну не выиграть. Да вы и сами это знаете не хуже меня.

Шехар скривился.

— Тем более, что у них появился собственный доспех такого же класса.

— Это моя вина, — произнёс Пандар. — Мои люди знали, что солдаты Рустала забрали останки первой машины с базы «Багран» после Восстания. Но мы и понятия не имели, что они пытались её восстановить. Думали, что Рустал отдаст её рейнцам.

— Не просто пытались, Пандар, — впервые подал голос Али, стоящий у стены рядом с Химматом. Ему просто не хватило места за столом. — Похоже, что они не только восстановили моего малыша, но и изрядно его доработали.

— Ты уже говорил с Латой?

Али посмотрел на принца с таким видом, что дальнейшего ответа уже не требовалось. Да и вообще. Выглядел он так, словно хотел сейчас находится совершенно в другом месте.

Лиза даже знала, где именно, но это к делу не относилось.

— Без толку. Девчонка до сих пор в шоке. Честно говоря, не знаю, что с ней делать. В таком состоянии, она бесполезный мусор. Толку никакого. Но Химмат рассказал мне то, что видел сам.

Наёмник ткнул пальцем в стоящего недалеко от него королевского гвардейца.

— Похоже, что эти гады по крайней мере смогли восстановить силовую установку и большую часть систем управления. В принципе достаточно и этого. Дальше оставалось только нагружать его до тех пор, пока позволяет несущий каркас. Скорее всего. Без более точной информации я точнее не скажу. Старик бы смог, но...

Он пожал плечами.

Неру Мукерджи стал одной из самых тяжёлых утрат.

До вчерашнего дня Шехар, как и остальные, считали, что профессор был убит во время штурма «Колыбели». К их всеобщему удивлению, это оказалось не так. Мукерджи, как и большая часть другого научного и инженерного ядра комплекса попали в руки хашмитов. Эту информацию им так же передал Пандар. К сожалению, дальнейшая их судьба неизвестна. Лиза, да и все остальные, считали, что его, как и большую часть других пленников наверняка будут держать в максимально безопасном и охраняемом месте.

Вот только в каком именно никто из них не имел ни малейшего понятия.

Правда одна догадка всё же имелась.

Как ни странно, но идею подал именно Эль Сарчес. Наёмник довольно удачно заметил, что на месте хашмитов отправил бы захваченных техников и инженеров туда, где они смогли бы принести наибольшую пользу новому режиму. Хашмитов можно называть как угодно, но они не идиоты. Последние их действия уже наглядно это доказали. И Али предположил, что Мукерджи и остальных вполне могут привлечь для работы над новыми доспехами хашмитов, наподобие того, который пилотировал Абал. Командир Камаан ке Сена.

От мысли, что скоро в руках солдат Рустала окажутся новые машины наподобие той, что убила Вимала, всем стало ещё тоскливее.

Так что предложение более чем здравое. Лиза, Том и остальные вполне дошли бы до этого и своими головами. Просто так уж вышло, что Али высказал его первым. Правда это нисколько не прояснило ситуацию. Хотя бы потому, что никто не знал точного места, где хашмиты работали над останками первого «Шерхана».

Немного переварив эту информацию в голове, Лиза посмотрела на Али.

— Попробуй привести Лату в чувство.

Эль Сарчес в ответ на это расхохотался.

— Позволь спросить, как? У девки крыша течёт. Она и раньше была неуправляема. А после гибели парня совсем сдала. Больше тебе скажу. От неё сейчас вообще никакого толка. Бесполезна. Точка. Если так хочешь, то могу её просто пристрелить. Пользы от мёртвой будет ровно столько же сколько от неё нынешней. Я тебе не психотерапевт и не нянька, чтобы за ней сопли подтирать. И ведь я вас предупреждал. Между прочим. А? Ведь говорил. У неё проблемы с башкой. Это и слепой бы заметил. Но, нет. Вы продолжали её использовать, пока эта дура окончательно не съехала с катушек. Она нам нужна, Али. У нас мало пилотов, Али. Пожалуйста, подотри ей сопельки, Али. Она ведь такая нежная и несчастная. Ой какая жалость.

Последние слова он чуть ли не выплюнул. Столько желчи и яда в них было.

— Я предупреждал парня. Если так всё оставить, то она его прикончит. И? Что в итоге? А?

— Ты закончил? — устало спросил Шехар, потирая пальцами красные от недосыпания глаза. За последние семьдесят два часа он спал, дай бог, если больше восьми. А ещё ему уже осточертело слышать нытьё стоящего у стены наёмника. И без этого паршиво.

— В целом или вообще?

— А есть разница?

Али задумчиво нахмурился.

— Ну, если рассматривать ситуацию...

Лиза опередила Шехара.

— Али, пошёл нахер отсюда!

Наёмник просто хмыкнул, оттолкнулся спиной от стены и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Скорее всего, ему и так глубоко наплевать на происходящее, подумал Шехар. Ещё не понятно, кому Лиза сделала лучше, когда выгнала Эль Сарчеса из помещения.

— Лад... — Шехару пришлось прерваться на зевок. — Ладно. Что мы будем...

— У меня есть вопрос.

— Что...

— Не к тебе, Шехар, — вместо принца Вейл посмотрела на Пандара. Недобро так посмотрела. Том даже на несколько секунд забеспокоился, заметив, как пальцы Лизы слегка стучат по рукояти лежащего на столе пистолета.

— Может быть ты объяснишь, почему люди, работающие на род Дев Агра помогли нам, Пандар?

— Что?!

Услышав это Шехар едва не вскочил со стула.

— Пандар! Какого дьявола?

— Шехар, прошу не делай поспешных выводов, — попросил старик, применительно подняв ладони. — Я не сказал тебе об этом, потому что знаю. Ты никогда бы не одобрил это моё решение.

— Ашиит предал меня, Пандар! — едва ли не прошипел принц. — Он сам отдал меня в руки Камаан ке Сена. Или ты забыл об этом!

— Я прекрасно всё помню. Поэтому и не стал посвящать тебя в наш с ним договор.

Уже давно переступивший через свою молодость, Пандар посмотрел на взвинченного молодого мужчину с лёгким, едва заметным осуждением.

— И именно поэтому я не собирался тебе говорить об этом. По крайней мере сразу. Знал, что ты остро отреагируешь...

— Остро?! Ты в своём уме, старик! Он предаст нас точно так же, как и раньше. Ашииту нет веры!

— Не то чтобы я не была согласна с Шехаром, но без помощи людей Дев Агра мы бы не смогли протащить Тома и остальных верденцев на планету, Шехар. — влезла в разговор Лиза. — Более того, если бы не подготовленные ими документы, то нас бы даже внутрь космопорта не пропустили. Если бы он хотел нас предать, то это был бы лучший момент. Зачем ему такие трудности? Хватило бы просто сообщить черепоголовым о том, что мы будем в космопорте и тогда всё. Нас бы повязали ещё в самом начале или просто убили прямо там.

Благодарно кивнув в сторону Вейл, Пандар заговорил вновь.

— Я говорил с ним, Шехар. Поверь мне. Я никогда бы тебя не предал. Мы делаем одно дело. Ради наших людей и нашего мира. И Ашиит понимает, что мы поступаем правильно. Но он боится. За свою семью, а не за себя. Именно этот страх толкнул его на то, что он сделал.

— Плевать я хотел на его причины, — огрызнулся Шехар. — Он предал меня. Отдал им в руки и сделал это глядя мне в глаза!

— И, всё же, его люди нам помогли, — заметила Лиза. Устало. Без какого-либо энтузиазма. Просто констатировала факт.

— Сейчас это не так уж и важно, — Том окинул всех собравшихся взглядом. — Наш флот прибудет в систему через несколько недель. Плюс или минус. Сейчас в первую очередь нужно решить, что именно мы будем делать.

Шехар посмотрел на него и усмехнулся.

— Ничего. Дождёмся ваших военных и тогда уже будем думать. Своих сил у нас не хватит в любом случае. Так что придётся надеяться на помощь верденцев.

Говоря это, он перевёл взгляд на Пирса, практически молчавшего всё последнее время.

— Ваша война, Шехар, не наше дело. — медленно произнёс он.

— В каком смысле?

— Мы прибыли сюда для того, чтобы обеспечить наш флот информацией, — пояснил Том. Ему стало неуютно только от одного взгляда на Шехара. Стоило ему произнести свои слова, как в глазах принца что-то надломилось. Как будто Том только что перерезал тонкую нить последней надежды.

— Я не понимаю... Тогда зачем вы вообще прилетели?

— Основная цель флота — рейнская база в вашей системе. Это и есть главная цель операции «Катапульта». Обеспечить разведданные для удара и удостовериться в том, что это не будет ловушкой...

— И я уже считаю, что у наших сил будут проблемы, — перебил Райна Пирс. — Рейнцы значительно укрепили систему.

— Не настолько, чтобы всё отменять, — возразил Том.

Хотя даже ему показалось, что в его словах не доставало уверенности. Пусть у «Шаррикопуры» и не имелось хороших сенсоров, уже того, что они успели увидеть рядом с Индрианом достаточно, чтобы поставить под сомнение всю запланированную операцию.

То, что это место рейнцы будут использовать в качестве своего перевалочного пункта, было понятно сразу. Так поступил бы любой командир на их месте. Действия флота на таком отдалении от метрополии и путей снабжения становится большой проблемой. И Валетрия эту проблему решала. Комплексы по производству топлива на орбите спутника. Ремонтные верфи. Склады снабжения. Это место позволяло рейнскому флоту действовать в отрыве от своей территории достаточно продолжительное время.

И было бы откровенной глупостью подумать, что они не озаботились о том, чтобы защитить его.

Одних только космических крепостей выпущенные с транспортного судна дроны насчитали шесть штук на геосинхронных экваториальных и полярных орбитах. Плюс значительно количество крупных кораблей. Определить, что именно это за корабли с имеющейся аппаратурой практически невозможно, но их размеры говорили сами за себя. Дредноуты и линейные крейсера. Плюс лёгкие эскортные силы, выполняющие патрульные обязанности. И это только то, что они смогли заметить.

А ведь не стоило забывать ещё и о возможном присутствии РПП. Эти проклятые автономные ракетные платформы уже успели изрядно попортить крови верденскому флоту и вряд ли Протекторат откажется от их использования в дальнейшем. Особенно с учётом того, что РПП оказывались наиболее эффективны именно, как часть статичной обороны.

И, всё-таки, даже с такой силой Седьмой флот мог справится. По крайней мере Том на это надеялся. Главная проблема заключалась в другом. Райн, как и его отец, боялись, что «Катапульта» может закончится новым Бедергаром. Пусть пока ещё ничего об этом не говорило, но опасность оставалась. Штутгарт и Второй флот Рейна уже доказали, что могут быть достаточно коварны. А, значит, вероятность того, что их действия будут просчитаны и вся операция превратится в новую ловушку отбрасывать нельзя.

В итоге импровизированное общее совещание окончилось ничем. Том и не надеялся на то, что собравшись вместе, они смогут решить хоть какие-то проблемы. Слишком поганой оказалась ситуация.

— Что думаешь?

Том с Лизой снова стояли на причалах небольшой пещерной бухты. Райн протянул девушке одну из чашек с чаем, что держал в руках. Звезда Валетрии уже давно ушла за горизонт и сейчас в пещере царила темнота, нарушаемая лишь светом нескольких ламп, да бликами на воде.

— Спасибо, Том, — поблагодарила она, принимая чашку с горячим напитком. — Не знаю. Честно, не знаю. Но в одном я уверена точно. Я хочу убить мразь, которая ответственна за всё случившееся.

Сделав небольшой глоток, Том посмотрел на неё с укором.

— Ты же сама мне рассказывала про эту девчонку. Как её...

Лиза покачала головой, баюкая в руках чашку.

— Не переживай. Я не такая дура, чтобы жажда мести мне мозги вскипятила. Я умная девочка. И терпеливая.

Она не будет торопиться. Найдёт того, кто ответственен за то, что случилось, а затем выпотрошит так же, как мясник разделывает тушу. Главное не спешить и сделать всё по уму. А пока она найдёт подходящий нож побольше.

Том лишь задумчиво хмыкнул.

— Ты ведь понимаешь, что происходит на самом деле?

— Ты про этого хмыря, Пирса?

— Ага. Думаешь, Шехар уже понял?

— Если ваша операция удастся и флот выгонит отсюда рейнцев поганой метлой, то только идиот не воспользуется представившейся возможностью.

Том вздохнул. Допил остававшийся в чашке чай и присел рядом с ней на пластиковый контейнер для воды.

— Давно поняла?

— Как только он упомянул, что не будет лезть в нашу заварушку с Хашмитами. А ты?

— Отец предупредил. Если «Катапульта» пройдёт по плану, то мы избавимся не только от их оперативной базы, но сможем выгнать и с Бедергара. Общее положение вернётся к тому, что было в начале войны. Наше командование сделает всё, чтобы получить базу здесь. И им будет плевать, с кем договариваться. Никто не захочет влезать в гражданскую войну внутри одной из бывших колоний Федерации.

Наверно Шехар так до сих пор ничего и не понял, как-то мельком подумал Том. Ещё до отлёта отец сказал ему о реальной ситуации. Земная Федерация, в силу своей удалённости практически не проявляла интереса к конфликту. Да оно и не удивительно. Не так-то и просто держать руку на пульсе событий, когда для того, чтобы получить ответ на собственное послание требуется прождать от трёх до четырёх с половиной месяцев.

Но они всегда ревностно реагировали на любые посягательства на суверенитеты других миров. Это являлось одной из причин, почему Рейн приостановил свою жёсткую захватническую политику почти сорок лет назад. Это же, вероятно, повлияло и на их внешнюю политику.

И по этой же причине они не рискнули на захват Валетрии. Просто потому, что вооружённая аннексия привела бы дипломатическим проблемам с Федерацией. Куда проще иметь договор с местным правительством, чем потом разгребать политическое дерьмо.

По крайней мере Том считал так. Ошибался он или нет, он не знал. Да и сейчас это было не так уж и важно. В конце-концов, она снова была рядом с ним и только это сейчас имело значение.

Встав с контейнера, Том потянулся, разминая спину и протянул руку Лизе.

— Пойдём. Нам обоим не помешает немного поспать.

— Ага.

Лиза взмахом руки выплеснула остатки чая в воду. Всё равно он уже остыл.

Глава 3

Франкс

Штаб-квартира Шестого отдела МВД

Два грузовых флаера без каких-либо опознавательных знаков приблизились к башне с западной её стороны и влетели в расположенный на сорок шестом этаже просторный ангар. Со стороны кто-то мог бы подумать, что они принадлежали Шестому отделу, но это не так. При подлёте каждая из машин передала коды опознания разведывательного управления Вердена.

Но, и это, так же не являлось правдой. Одна ложь обёрнутая в другую.

Когда их задача будет выполнена, эти машины, так же, как и находящиеся внутри них люди, исчезнут. Без следа. И никто не сможет даже доказать, что они когда-либо были здесь.

В тот самый момент, когда первый из двух флаеров приземлился в ангаре, Ричард Эйхарт сидел в своём кабинете, занимаясь обычной и привычной работой с документами. Не самая любимая часть его работы, но она позволяла ему хотя бы некоторое время провести в тишине и одиночестве. После прошедших событий, ставший нервным и раздражительным, глава Шестого отдела по возможности избегал других людей. Просто теперь он понятия не имел, кому мог доверять.

Хотя, нет. Это же не правда.

Нескольким людям он доверять всё же мог. К сожалению, всё привело к тому, что их у него забрали. Барт и его люди так пока и не вернулись после той злополучной поездки вместе с Изабеллой. Она перевернула всю его жизнь вверх ногами. Слишком много он узнал в тот день. Знание это являлось чересчур невероятным, чтобы принять его в одночасье.

Ещё и Риваль отправился с Шан... куда-то. Эйхарт даже не знал, живы ли они ещё. Этот ублюдок в маске сказал, что им нет смысла их убивать. Только не теперь, когда они узнали правду.

И, самое паршивое заключалось в том, что Ричард действительно поверил. Как бы безумно это не звучало, но всё рассказанное звучало достаточно невероятно, чтобы оказаться правдой. И эта правда его пугала. Пугала до дрожи. Пугала до ночных кошмаров, после которых он просыпался посреди ночи в поту.

И, опять-таки, этот ублюдок в маске прав. У них действительно нет другого выхода...

Дверь в его кабинет открылась без предупреждения, впустив внутрь совершенно незнакомого ему мужчину.

— Какого чёрта! — погружённый в свои собственные мысли, Эйхарт едва не вскочил с собственного кресла. И только в этот момент заметил своего секретаря, вбежавшую внутрь следом за незнакомцем.

— Мистер Эйхарт, простите. Я говорила ему, что вы заняты, но он просто прошёл...

— Все в порядке, Эмили, — успокоил он её, при этом не спуская глаз с вошедшего в его кабинет мужчины.

— Я пришёл за нашими вещами, — коротко произнёс тот и усмехнулся, будто в сказанных словах имелась какая-то шутка.

Это могло показаться забавным, но Ричард моментально узнал этого человека. Осознание того, кто именно только что вошёл в его кабинет пришло практически мгновенно. Правда в прошлый раз выглядел он иначе. Блондин, а не брюнет. Другой голос. Другие черты лица. Этот чуть выше и шире в плечах. Но манера поведения и речи остались те же самые.

— Эмили, подожди снаружи, — попросил её Ричард. — Я сам здесь разберусь.

— Конечно, директор. Скажите если что-то понадобится. Ещё раз, извините...

— Да, да. Иди.

Эйхарт дождался, пока за ней закрылась дверь, а затем быстро нажал пальцами на скрытую в поверхности его стола кнопку блокировки. Как только это произошло толстые гидравлические замки выдвинулись из пазов, намертво блокируя единственную дверь в кабинет. Учитывая, что та сделана из армированной стали, выбраться из кабинета теперь становилось невозможно без специального кода самого Ричарда.

Всё помещение превратилось в отрезанную от всего мира ловушку для находящихся внутри него двоих мужчин.

— Вы, мать вашу, совсем охренели?! — заорал он. — Как вам вообще хватило мозгов появится здесь?!

— Не ори, Ричард, — с выражением ленивого безразличия на лице попросил хозяина кабинета Нойнер и пройдя вперёд опустился в одно из двух стоящих перед столом кресел. — Нам нужно моё тело. То, что хранится у вас. И желательно побыстрее.

— И, что? Я тебе, что, ручной терьер, чтобы прыгать по команде? Думаешь, что я должен вот так вот взять и отдать его? Чёрт знает кому?

— Успокойся. Всё уже продуманно. Мы здесь со стороны РУФ. Официально это дело переходит под их юрисдикцию. Так что будь хорошим мальчиком и организуй выдачу нашим людям.

— О, вероятно уведомление об этом затерялось где-то на почте, — съязвил Эйхарт, но тут же осёкся, заметив улыбку на лице Нойнера.

— А ты проверь почту.

Эйхарт нахмурился, сдерживая рвущиеся с языка ругательства. Подошёл к своему столу и коснулся поверхности умной столешницы. Пара взмахов ладонью и перед его глазами открылось окно входящих сообщений. И первым он увидел файл, поступивший ему из РУФ. Хотя он готов был поклясться, что всего пять минут назад этого сообщения не было.

Если бы он его открыл, то смог бы прочитать выполненный привычным для подобного рода сообщений сухим бюрократическим языком приказ передать все имеющиеся наработки по делу уничтоженного киборга в руки специальных представителей управления разведки флота с санкции советника по национальной безопасности президента.

Но вместо этого Ричард повернулся к Нойнеру.

— Вот так просто?

— Вот так просто, — отозвался Нойнер. — Наши люди заберут тело и все материалы по этому делу.

— Что-то мне подсказывает, что они вряд ли окажутся там, где должны.

— Там, где должны, там и окажутся, — отрезал Нойнер. — Твоя задача — выполнять приказы и делать то, что скажут.

— Пока вы из подполы контролируете разведку и устраиваете теракты? Так что ли?

Нойнер со вздохом закатил глаза.

— Эйхарт. Давай только без этих детских трюков. Хочешь, чтобы датчики твоего кабинета записали моё признание? Или что? Да пожалуйста. Это мы стояли за похищением информации через Элеонору Годдарт. Это я, лично, прикончил твоих людей в той башне. Выпотрошил их собственными руками. В конце-концов, именно мы взяли под контроль вашу разведку. Ну, как, достаточно?

Легкомысленный тон и расслабленное, практически беззаботное поведение неожиданного и нежеланного в его кабинете гостя моментально натолкнуло Ричард на неприятную мысль. Коснувшись одного из дисплеев, он открыл архив, куда в реальном времени сохранялись все данные с установленных в кабинете датчиков.

Стоило ли удивляться, что за последние десять минут там не было ни единого файла?

— Убедился? — со смешком поинтересовался Нойнер, когда увидел злое выражение на лице хозяина кабинета. — Делай своё дело, Ричард. И не мешай нам.

— Где мои люди? Симмонс, остальные. Где Риваль?!

— Ривалю и его мозговитой подружке предстоит небольшое путешествие. Не переживай. Как вам и обещали, нам нет никакого смысла от вас избавляться. От живых толку будет больше. А, что касается Симмонса и его ребят... Скажем так, у нас всегда есть потребность в хороших профессионалах. Если они согласятся, то будут работать с остальными на Фонд.

— А если откажутся?

— Тогда я доделаю то, что не смог в той башне. Прикончу их одного за другим. Альмарк всё вам рассказал. В конечном итоге всё это пойдёт на благо.

Встав с кресла, Нойнер направился в сторону всё ещё закрытой и заблокированной двери.

— На благо кому?

— Как и всегда, — бросил киборг, подходя к двери и та немедленно открылась, хотя должна была быть по прежнему заблокированной. — Тем, кому нужно.

***

«Сильвана» вырвалась в реальное пространство, закончив гиперпространственный переход на самом краю безымянной звёздной системы. Вытянутый матово-чёрный клиновидный корпус, практически не заметный на фоне черноты окружающего космоса, сразу же начал менять ориентацию в пространстве, готовясь к продолжению полёта.

Конечно же, то, что у этой системы не было названия — не совсем соответствовало истине. Название у неё было. Длинное буквенно-циферное обозначение, под коим она отмечалась на картах. Всё же центральное светило проходило по самой нижней планке третьей категории классификации Герцшпрунга — Рассела, что классифицировало её как гиганта. Крошечного. Всего в одиннадцать раз превосходящего земное Солнце. Так что шансов на то, что она останется незамеченной астрономами практически не существовало.

Тем не менее, размер местного светила нёс за собой определённые трудности для навигации. Создаваемая звездой гравитационная тень значительно превосходила таковые в обитаемых системах, где звёзды имели меньший размер.

Последнее наблюдение Шан Линфен сделала исходя исключительно из собственного любопытства. Просто больше ей нечем было заняться. Вот женщина и смотрела в прозрачный обзорный иллюминатор, не прикрытый сейчас тяжёлыми защитными ставнями.

После того злополучного дня, когда правда о человеческой истории оказалась вывалена им прямо на головы, их с Ривалем практически в приказном порядке отправили на этот корабль. По словам человека в маске, Шан предстояло принять участие в какой-то работе, вот только она до сих пор понятия не имела, чем именно ей предстоит заниматься.

Ещё больше вопросов вызывало присутствие на корабле Риваля. Блауман, наверное, сейчас находился в своей каюте. Почему-то она считала, что их просто запрут в отдельных помещениях до самого конца полёта. Казалось, так и стоило поступить. Но вместо этого им практически сразу же предоставили почти что полную свободу перемещения по кораблю. Их никто не запирал. Не приставлял к ним охрану. Им не угрожали. Просто коротко пояснили, что делать можно, а что нельзя. Будто эти люди имели абсолютную уверенность в том, что ни один из них двоих не в состоянии составить им хоть какие-то проблемы.

И, в принципе, это было не далеко от правды.

Так что почти трёх недельный перелёт, начинающийся, как нечто захватывающее и пугающее, теперь превратился... в обычную рутину. В мерзкую и отравляющую сознание скучную повседневность.

Линфен просыпалась в своей каюте. Принимала душ. Ела в одиночестве или же в компании Риваля. Иногда к ним присоединялась их сопровождающая или кто-то из команды «Сильваны». Очень малочисленной команды, стоит ответить. Но подобные случае можно было пересчитать по пальцам. Чаще она проводила время в одиночестве, читая выданные ей материалы или же разговаривая с Блауманом. Учитывая сколько времени, они уже провели вместе, она даже почти перестала считать его узколобым идиотом.

Почти.

— Похоже наше небольшое путешествие подходит к концу.

Обернувшись от обзорного экрана, открывавшего вид на космическую пустоту, Шан увидела входящего в отсек Риваля. В руках он держал пластиковый поднос с едой.

— Ты не пришла на обед, — пояснил он, садясь в одно из кресел и протягивая поднос ей.

— Извини. Просто задумалась.

— О чём?

— Да так... обо всём, наверное.

Линфен взяла в руки поднос и достала из специального держателя вилку. Острая лапша с мясом и обжаренными овощами. Ломтики свежих фруктов. И закрытая герметичная фляга с трубочкой. Забавно. Неужели он заметил, что я люблю острую пищу, мимоходом подумала она, накручивая лапшу на вилку.

Прожевав еду, она взяла флягу и потянула напиток через трубочку, решив не удивляйся тому, что внутри оказался её любимый манговый сок.

Сидящий рядом с ней Риваль бросил взгляд на окружающих их космос.

— Интересно, сколько нам ещё торчать на этом корыте.

— Это гигант. Хоть и маленький, — прожевав высказала она свои мысли. — И его гравитационная граница шире. Так что если финальная точка нашего маленького путешествия во внутренней части, то думаю ещё по меньшей мере дней восемь или десять. Может быть даже больше.

— Хорошо, — мрачно заметил Блауман. — Может быть хоть тогда наступит хоть какая-то ясность.

— Нервничаешь?

— Нет. Наверное нет. Если бы они хотели прикончить нас обоих, то уже давно бы сделали это. Ведь так? Иначе какой смысл? Скорее я бы сказал, что удивлён.

— Удивлён? Чему?

— Тому, что сам всё ещё жив.

В его голосе сквозила усталость. Не столько физическая, сколько эмоциональная. И вряд ли она имела отношение к долгому полёту.

— Ты о чём? Они же сказали...

— Да помню я, что они сказали, — махнул он рукой, не отрывая взгляда от панорамы космической пустоты. — Но, давай будем честны. Это ты им полезна. Даже Ричард и его люди, в силу работы в Шестом отделе. А я? Простой оперативник и аналитик. Какой от меня толк?

— Ну, раз ты всё ещё жив, то, вероятно, у них по-прежнему есть на тебя планы, — задумчиво предположила она, проглотив еду.

— Это то меня и пугает, — вздохнул Риваль. — Знать бы, зачем, какие именно...

— Не переживай. Скоро узнаешь.

Прозвучавший за спиной голос заставил его резко обернутся.

Ведущая в отсек дверь уже скользнула на своё место за спиной вошедший платиновой блондинки так же бесшумно, как и открылась.

Филисия. Только это имя и всё. Больше ничего ни Риваль, ни Шан о ней не знали. Кроме, разумеется, того факта, что её отправили вместе с ними. В качестве надзирателя или же проводника, Блауман не знал. Да и знать особо не хотел. Он уже и так устал думать обо всём происходящим.

Они практически не встречались во время всего полёта. Лишь несколько раз пересекались во время приёма пищи или в других местах. Большую часть времени Филисия проводила в закрытых для них двоих отсеках корабля. Мостик. Технические отсеки. Системы связи и управления и другие места. Туда им обоих доступ был запрещён.

Филисия тем временем прошла мимо них и с удовольствием растянулась на одном из свободных диванов, напротив Линфен. Одетая в обычную футболку и подобие обтягивающих спортивных штанов, она вытянула длинные ноги и с видимым удовольствием потянулась всем своим стройным телом.

— Не переживайте, осталось совсем немного.

— Ваш объект находится во внешней части системы?

— Нет, — ответила она и Шан нахмурилась.

— Тогда...

— Вы всё увидите, — пообещала Филисия и закрыв глаза откинула голову назад на спинку дивана.

— Зачем мы вам?

— Потому что нужны, Блауман, — ответила та, не открывая глаз. — Шан ради своих мозгов. Для тебя тоже уже нашли работу. Не спрашивай. Всё равно всё узнаешь. Да и не мне это рассказывать.

— Очень информативно, — проворчал Риваль. — Прямо кладезь полезной информации.

Развалившаяся на диване блондинка улыбнулась.

— А я вам в няньки не напрашивалась, милый. Просто выполняю свою работу. Сказали сопроводить вас на «Голгофу», вот я этим и занимаюсь.

— Я всё хотела кое-что спросить. — Шан смотрела на их «сопроводителя» и Риваль заметил разгорающийся в глазах женщины огонь интереса.

— Спроси, — последовал ленивый ответ. — Может быть я и отвечу.

— Как ты это сделала?

Филисия открыла один глаз и чуть приподняв голову посмотрела на Линфен. И Риваль не смог не отметить, что даже это просто действие получилось... сексуальным. Это то слово, которым он лучше всего смог бы подобрать. Казалось, что всё в этой женщине сквозило эротизмом. Будто каждое движение было вызовом и провокацией. И в тоже самое время удивительная красота каким-то образом сочеталась с тем ощущение опасности, что исходило от неё.

— Что именно?

— Тогда, в той комнате, когда подчинённые Эйхарта набросились на вас. Что ты сделала?

Риваль нахмурился, не совсем понимая, о чём именно она говорит.

В тот момент он отвлёкся на действия Симмонса, который бросился на киборга. Он просто не видел того, как она одним движением руки впечатала Сонг и Линду в стену комнаты. При этом даже к ним не прикоснувшись. А вот Шан видела. И запомнила.

Пока он пытался понять, Филиссия просто вытянула руку в сторону Линфен.

Стоило ей шевельнуть пальцами и один из кусочков порезанного ананаса с подноса дёрнулся в её направлении. Просто скользнул по воздуху, оказавшись в её руках.

— Ты об этом? — с издевательской улыбкой поинтересовалась она, откусывая кусочек и смотря при этом на широко раскрытые от удивления глаза Шан.

— Я так и знала... — прошептала она. — Значит мне не показалось.

— Боже, вас так легко впечатлить. Вы, как дети малые.

— Как ты это сделала?

Филиссия чуть поджала губки и посмотрела на неё, словно раздумывая, стоит ли отвечать на этот вопрос.

— Слышала когда-нибудь сказки про ведьм? — Улыбка на её лице стала ещё шире. Она буквально наслаждалась ошарашенными выражениями на их лицах. — Так вот, это совсем не сказки.

На лице Шан возникло выражение абсолютного непонимания.

— Что? Это какая-то шутка? Я не пони...

Громкий звуковой сигнал разнёсся по отсеку через систему общего оповещения, прервав её на полуслове. В прошлый раз они слышали его в тот самый момент, когда «Сильвана» готовилась перед прыжком.

Фелиссия отправила в рот последний кусочек ананаса и облизнув губы поднялась на ноги.

— Похоже, что время для разговоров закончилось. Пойдёмте. Обещаю, вам понравится.

Риваль переглянулся с Шан. Оба не понимали, что происходит, и эта растерянность на их лицах вызвала у Фелиссии ещё одну улыбку.

После небольшого путешествия по коридорам корабля, она привела их туда, где ни они оба ещё ни разу не бывали. На центральный мостик «Сильваны». Сюда им обоим доступ был заказан, о чём сразу же сообщила Фелиссия.

И теперь у Риваля появилась удобная возможность рассмотреть главное место корабля.

«Сильвана» оказалась на удивление пустым кораблём. Когда Блауман впервые её увидел, то по размерам она показалась ему схожей с верденскими эсминцами. А они, как правило, несли на себе экипаж под две сотни человек.

Здесь же, за всё время перелёта, он едва ли встретил больше двух десятков разных лиц. Возможно, что другие члены экипажа находились в других отсеках, но даже так. Количество людей на борту явно меньше, чем положено звездолёту подобного размера.

И мостик «Сильваны» снова подтвердил его подозрения. Узкий и вытянутый, как на новых верденских крейсерах, он явно был рассчитан не более чем на пол дюжины человек. На это намекали всего пять отдельных постов и центральное кресло капитана.

К слову, именно его и заняла Филиссия. Остальные места уже занимали члены экипажа «Сильваны». При этом среди них Риваль и Шан не увидели ни одного незнакомого лица, что лишний раз подтверждало мысли Блаумана о весьма небольшой команде.

— Ответ по СКС получен? — требовательно спросила она.

— Да, — отозвался один из сидящих за постами управления. — Наши коды доступа приняты. Гравитационный трал развёрнут в нашем направлении. Можем совершить прыжок через тридцать секунд. Сейчас проводим последние расчёты.

— Что происходит? — шёпотом спросила Шан, стоя рядом с Ривалем.

— Понятия не имею, — так же тихо отозвался он. — Филиссия?

— Объект находится глубоко внутри системы, — пояснила она. — Вы уже должно быть заметили, что местная звезда относится к третьей категории. Полёт и торможение обычным способом займёт у нас слишком много времени. Да и с учётом всех систем защиты, это не безопасно. Так что мы просто прыгнем к ней.

— В смысле, прыгнете?! — не понял Риваль. — Ты же сама сказала, что он находится...

— Вы можете это сделать? — Шан шокированно уставилась на сидящую в кресле блондинку.

— «Голгофа» создаст нам коридор для прыжка, — как-то обыденно произнесла сидящая в кресле Филиссия и повернулась в сторону одного из постов. — расчёты закончены?

— Да, мэм. Можем прыгать?

— Тогда... чего стоим?

Риваль в этот момент готов был поклясться, что услышал шорох тихих смешков, что прокатились по мостику. Ну конечно. Как же весело наверно смотреть на двух ничего не понимающих идиотов, подумал он.

Хотя, ладно. Будем честны. По крайней мере одного из этих идиотов можно было назвать гением. Блауман скосил взгляд на Шан. Женщина стояла рядом, с горящими глазами взирая на происходящее.

«Сильвана» мягко совершила гиперпереход...

...и практически сразу же вышла из него, за мгновение преодолев расстояние, на преодоление которого обычным способом им потребовалось бы больше полторы недели. И сделала это внутри гиперграницы, что ранее считалось невозможным.

Хотя, если бы Риваль на мгновение задумался, отбросив в сторону охватившее его удивление, то он смог бы вспомнить, что уже видел нечто подобное...

— Добро пожаловать в сердце Фонда Лапласа, — улыбнулась их поражённым лицам Фелиссия.

За время своей жизни Риваль повидал многое. Но сейчас он стоял, пялясь на центральный обзорный дисплей мостика, пытаясь осознать то, что видел перед собой.

— Что это ещё за хрень?!

Занимающий большую часть видимого пространство на экране, прямо перед «Сильваной» в космическом пространстве висела... луна. Так по крайней мере он подумал сначала. Лишь через несколько секунд до него дошло осознание того, что это была вовсе не луна.

Представший его глазам объект больше всего напоминал круглый планетоид. Серая поверхность мелькала крошечными вспышками, а по орбитам двигались едва заметные точки других кораблей и космических аппаратов. Изображение приблизилась, давая Блауману и Линфен возможность ближе рассмотреть появившийся перед их глазами объект. То, что они вначале приняли за покрытую серым грунтом поверхность, на деле оказалось оболочкой из переплетающихся металлических конструкций. Они сплетались друг с другом, образуя фрактальный рисунок из переплетающихся шестиугольников. С дистанции в сорок восемь тысяч километров они казались небольшими. Даже маленькими, но Риваль быстро понял, насколько сильно он ошибается. Каждый из них имел площадь в несколько километров.

— Мегаструктура, — прошептала Шан, не способная оторвать глаз от картинки на дисплее. — Как... как вы смогли построить нечто подобное?! Даже в Лиге давно отказались от подобных проектов...

— Потому что мы её не строили, — прозвучал незнакомый голос за их спинами.

Резко обернувшись, Риваль увидел стоящего на мостике мужчину. Он готов был поклясться, что всего секунду назад его там не было. Ведущие на мостик двери надёжно закрыты, да и Блауман с Линфен стояли слишком далеко от входа.

Но всё это не имело никакого значения по сравнению с тем шоком, который Риваль испытал, когда узнал стоящего перед ним человека. Одетый в просторную и свободную одежду, он стоял перед ними, заведя руки за спину, смотря на них спокойными ярко-карими глазами. Длинные белые волосы зачёсаны назад, открывая широкий лоб и тонкие очки в золотистой оправе, надетые на искривлённый горбинкой нос.

Риваль уже видел его фотографии. Он прекрасно знал, кто именно стоит перед ним. И от того вид стоящего перед ним мужчины отдавал каким-то сюрреализмом, превращая этот отдельный момент его жизни в какое-то изощрённое безумие.

Только он начал думать, что его уже ничем нельзя удивить, как жизнь и эти люди разбивали эту уверенность с настойчивостью гидравлического молота.

И Шан ощущала себя точно так же. Стояла за спиной Блаумана, прижав пальцы к губам и что-то шепча.

— Добро пожаловать на базу «Голгофа», — улыбнулся Эолия Лаплас.

Глава 4

Аккуратно маневрируя двигателями пространственной ориентации «Сильвана» плавно сблизилась с зависшей в космическом пространстве огромной станцией.

— Это не можете быть он! — обвиняющее заявила Линфен. — Эолия Лаплас умер больше восьмисот лет назад! Это невозможно!

Стоящий перед ними мужчина добродушно улыбнулся. Будто Шан только что произнесла какую-то забавную шутку. Хотя, скорее будет правильнее сказать, что его развеселил тон её голоса. Словно кто-то пытается нагло обмануть ребёнка, сказав ему, что не существует никакого доброго толстяка в красном костюме, приносящего подарки в рождественскую ночь.

— Пожалуй, что можно сказать и так...

— Риваль, это голограмма! — перебила его Шан. — Не ведись на этот спектакль!

Откуда-то со стороны до них донёсся приглушённый смешок. Кто-то тихо прыснул в кулак, боясь, что его голос разрушит магию странного момента.

— Филиссия, что здесь происходит? — потребовал от неё ответа Риваль. — Зачем это представление?

— Уверяю вас, это никакое не представление, — ответил Лаплас вместо своей подчинённой. — Но, не стану лгать. Я действительно не Эолия Лаплас, хотя и очень бы этого хотел.

Доказывая правоту своих слов, он поднял собственные ладони и прикоснулся ими к груди. Пальцы даже не заметили преграды, когда ладони погрузились глубоко в грудную клетку.

— Значит голограмма, — Риваль оглянулся, окидывая взглядом помещение мостика, в попытке найти проекторы, созидающие изображение стоящего перед ними мужчины, но те оказались слишком искусно спрятаны между элементами обшивки.

— Верно, — согласился с ним цифровой призрак. — Вы тоже правы, госпожа Линфен. Эолия Лаплас мёртв. Мёртв уже слишком давно, чтобы увидеть, к чему привели его мечты.

— Тогда кто вы?

— Можете считать меня аспектом его воли. В древности говорили, что человек, у которого осталось незаконченное дело, после смерти превращается в призрака, призванного вечно скитаться по нашей земле. До тех пор, пока его начинание не будет закончено. Пожалуй, меня можно назвать чем-то подобным.

— Чушь какая-то.

— Отнюдь, — губы голограммы растянулись в тёплой улыбке. — Просто вы не понимаете. Пока что. Но поймёте. Как и Эолия в своё время. Филиссия. Доставишь их на станцию. Всё уже подготовлено.

На этом разговор закончился, а голограмма растаяла в воздухе, словно её никогда и не существовала.

«Сильвана» продолжила свой путь, приближаясь к огромной станции. Риваль вместе с Шан буквально прилипли к обзорным дисплеям мостика, рассматривая окружающее её пространство. А посмотреть там было на что.

Только приблизившись, они наконец смогли осознать настоящие масштабы этой колоссальной постройки.

Первое, что увидел Риваль, когда «Сильвана» повернулась на левый борт, оказались размещённые прямо в космосе стапели. Сотни стапелей. Огромный кораблестроительный комплекс, размещённый кольцом вокруг станции. Своими размерами он не то, что не уступал огромным военным верфям «Сашимото индастриз» на Фароне. Риваль ни раз бывал там, и они всегда поражали его своими размерами.

Но сейчас, ему пришлось признать. Кораблестроители «Сашимото», всегда гордившиеся своими производственными мощностями, сейчас попросту удавались бы от зависти. То, что открылось глазам Блаумана превосходило главные верденские военные верфи по меньшей мере в восемь раз. Если не больше. И вся эта громадная инфраструктура терялась на фоне огромного искусственного планетоида.

Там находились корабли. Сотни кораблей в разных стадиях постройки. От небольших, напоминающих тот, на борту которого они сейчас находились, до более крупных, не уступающих размерами самым современным верденским дредноутам. Повсюду из стороны в сторону сновали крошечные аппаратики и куда более громоздкие транспортники, перетаскивающие грузы с места на место.

Прямо здесь, прямо на глазах у Риваля строился флот. В силуэтах находившихся на стапелях корпусов легко угадывались очертания именно военных кораблей, что не оставляло абсолютно никаких сомнений.

— Мэм, получено разрешение на вхождение в Центральную Догму, — произнёс один из членов экипажа, отвлекая Риваля от разворачивающейся на их глазах картины. — Дано добро на посадку.

— Мы состыкуемся с этой станцией?

Филиссия покачала головой.

— Нет. Нет нужды. Наверное, вам уже надоело это слышать, но...

— Дай угадаю, — с горящими от возбуждения глазами перебила её Шан. — Нам понравится, да?

Сидящая в центральном кресле блондинка расхохоталась и кивнула.

— Ещё как.

Затем она повернулась и приказала.

— Заводи нас в ворота, Энрике. И готовься к передаче управления.

— Будет сделано, мэм.

«Сильвана» отозвалась на новую смену курса, разворачиваясь и направляясь прямо к одной из частей станции. Издали она напоминала некое подобие ворот, или же шлюз, если обращаться к более техническим терминам.

И, опять-таки, гигантские размеры сыграли с сознание Риваля злую шутку. Он по-прежнему просто не мог себе представить, что могло существовать нечто столь громадное. Поэтому, когда он увидел раздвигающиеся створки тоннеля, то не сразу смог осознать их реальный размер. Широкий зев тоннеля спокойно принял в себя плывущую с крошечной скоростью «Сильвану». И если судить по его ширине, то сюда поместилась бы не только она. Пространства хватило бы и для того, чтобы сквозь него прошёл дредноут.

— Неужели мы способны построить что-то подобное? — тихим шёпотом спросил он у стоящей рядом с ним женщины.

Шан хотела было ответить, но осеклась. Не сразу поняла, что под «мы» Блауман подразумевал не верденцев или людей других государств. Это обозначение относилось ко всему человечеству в целом.

— Я... я не знаю, — так же тихо призналась она, оглядывая стены тоннеля, по которому сейчас двигался их корабль. — В Лиге существовал проект искусственного мира — колонии. Кольцевого типа. Диаметр по проекту должен был составить десять километров. Его даже не начали строить. Уже в самом начале признали проект слишком сложным и не стоящим затрат.

Риваль мысленно присвистнул. Да при таком диаметре длина окружности такой станции приблизительно равнялась бы тридцати километрам. Даже простая мысль о таких цифрах внушала уважение.

Вот только по сравнению с этим чудовищем, это колечко показалось бы детской игрушкой.

— Филиссия...

— Интересуют размеры станции? — угадала она.

— Ага... да. Можешь сказать? Хотя бы приблизительно?

— Длина по экватору порядка ста восьмидесяти километров. Плюс — минус несколько сотен метров, если я не ошибаюсь.

Кажется, Шан только что нервно икнула за его спиной.

Названные цифры просто не поддавались осознанию. Сколько же ресурсов оказалось потрачено на создание этого чудовища? Риваль только молча покачал головой, всё ещё потрясённый происходящим.

Тем временем «Сильвана» продолжала своё неторопливое путешествие сквозь тоннель. Через равные промежутки перед ней открывались всё новые и новые створки шлюзовых ворот, толщина коих могла бы соперничать с бронёй самых крупных дредноутов. Они бесшумно расходились в стороны, пропуская летящий в невесомости корабль.

Вот в конце показались новые ворота. Они раскрылись точно так же, как и предыдущие, но вместо уже привычного тоннеля за ними оказалось нечто вроде широкой полусферы, в которой выход из тоннеля находился на её вершине, а сама полусфера была как бы перевёрнута на подобие чаши.

— Начинаем переход на репульсоры...

— Система управления получила ответ от станции...

— Готовы ко входу в Центральную Догму. Вторичное разрешение получено.

Доклады сыпались со всех сторон. Спокойные голоса переплетались между собой, пока «Сильвана» легко повернулась в пространстве, корректируя своё положение. Риваль заметил, как окружающий мир начал вращаться. Всего тридцать секунд и они развернулись в пространстве. Теперь днище корабля смотрело на закрывающиеся «под ними» шлюзовые врата.

— Восстановление атмосферы... Выполнено!

— Открытие внутренних ворот.

Огромные створки, находящиеся в этот момент прямо над «Сильваной» начали открываться. Риваль видел, как смещались гигантские запорные замки. Видел, как начали смещаться отдельные части приводившие в действие весь механизм.

Но чего он точно не ожидал, так этого, что за раскрывшимися створками он увидит... солнечный свет.

«Сильвана» поднялась над поверхностью, постепенно набирая высоту и давая своим пассажирам осмотреть внутреннее пространство огромной станции.

И, как и с внешней частью станции, то, что скрывалось внутри неё, удивило его не меньше, а возможно даже и больше.

Риваль и Шан смотрели на идеально ровные зелёные квадраты парков и золотистые прямоугольники полей. Тонкие голубоватые линии рек и каналов, протянувшихся по внутренней поверхности сферы. Серые и неровные площади городских кварталов и узкие иглы поднимающихся вверх зданий. Это был целый мир, спрятанный под поверхностью рукотворной станции. Он удивлял и завораживал своими размерами и масштабами, поражая грандиозностью.

То, что Риваль поначалу принял за солнечный свет, на деле же оказалось искусственным освещением. Восемь колонн протянулись от одного края сферы до другого. Четыре по экватору и ещё четыре от полюса до полюса, соединяя между собой внутреннее пространство и сплетаясь в самом центре станции. Именно оттуда и исходил яркий и мягкий свет.

Концепция построения подобных структур давно известна человечеству. Ещё на самой заре колонизационной эры люди строили колонии для освоения глубокого космоса. Вытянутые трубы, полые внутри. Именно там, по внутренним стенкам цилиндра и располагались жилые помещения, а гравитация в них создавалась вращением жилой секции станции.

И если раньше они и могли впечатлять, то теперь казались чем-то несуразным и смешным.

Правду говорят. Всё познаётся в сравнении.

— Впечатляет, не правда ли?

— Да, — чуть хрипло сказал Риваль, на мгновение отрывая взгляд от сказочной картинки на дисплее. — Это впечатляет. Это и есть Фонд Лапласа?

— По крайней мере часть его. Одна из важнейших, если не самая. Если хотите, то можете считать это место кузницей.

Филиссия помнила, как её и Альмарка привезли сюда в первые. Почему-то это воспоминание заставило её улыбнутся. Наверное, у них тогда были точно такие же поражённые и удивлённые лица, когда его мать показала им это место.

«Здесь мы выкуем оружие, чтобы убить бога»

Так она сказала своему сыну в тот момент, когда он увидел Центральную Догму.

И практически эти же слова повторил сам Альмарк Ривалю, Линфен и Ричарду Эйхарту при их первой встрече.

Её смерть почти сорок лет назад до сих пор оставалось одной из самых тяжёлых утрат. Как для их дела, так и для человека, которому Филиссия поклялась служить до самой смерти.

Вместе с этими грустными воспоминаниями, ей в голову пришла ещё одна мысль.

Она не раз задумывалась над ней. Даже говорила об этом с Альмарком. Особенно после случившегося на Новом Руане. Но тогда он отмахнулся. Сказал, что сейчас не время. Да и вряд ли оно когда-нибудь наступит.

Умелый экипаж направил «Сильвану» в сторону от одной из центральных колонн. Корабль мягко скользил по воздуху на антигравах, что дало Ривалю ещё одну мысль для размышления.

— А в планетарной атмосфере вы тоже можете летать?

— Да, — кивнула Филиссия. — Суда этого типа создавались, как машинки сверхширокого профиля. Здесь усиленные репульсорные кластеры, так что мы спокойно можем спустится в атмосферу планеты с гравитацией до полутора g и подняться обратно на орбиту.

— Но зачем? Разве не проще использовать малые суда? Челноки...

— Никогда не знаешь, что может пригодится. Говорю же. Сюда постарались впихнуть всё, что только может понадобится. Огневой мощи и брони, конечно, маловато, но это и не боевой корабль, так что всё нормально.

— Куда мы летим?

— Мне приказано доставить вас вашему куратору, — ответила Шан блондинка. — Она уже объяснят всё остальное. А я вернусь обратно на Галахд. У меня и без вас, между прочим, полно дел.

***

Невысокая девушка со светлыми волосами сидела в кресле, читая документ с планшета. Средней длинны волосы заплетены в тугой пучок на затылке, оставляя всего несколько прядей, обрамляющих лицо и задумчивые глаза, что скользили по экрану.

Над портовой зоной на несколько секунд появилась тень, заслонившая собой мягкие лучи искусственного света, исходящего из середины Центральной Догмы.

Клиновидный матово-чёрный силуэт неторопливо скользнул вниз, плавно зависнув над полем. Точно такой же, на каком и сама девушка прибыла сюда несколько месяцев назад. А может быть и тот же самый. Она не знала. Слишком плохо разбиралась в этой теме.

Из его корпуса не выдвинулись массивные опоры, хотя на корабле они имелись для посадки на поверхность. Вместо этого, под звуки предупреждающих сирен, из поверхности посадочной зоны поднялись восемь захватов. Будто под «землёй» пряталось огромное чудовище, жаждущее заключить зависший над ним корабль в свои объятия.

Но вместо этого они лишь обхватили корпус, войдя в специальные пазы и приняв на себя его вес.

Выдвинулись длинные рукава переходов, соединяя посадочный терминал вместе с кораблём.

Значит, пора. Ей приказали встретить этих людей и ввести их в курс дела. По крайней мере одну из них. Что будет со вторым, девушка не знала. Да и не хотела, если честно. У неё и от собственных проблем голова уже порой болеть начинала.

Положив руку на округлившийся под одеждой живот, она осторожно встала и пошла к приёмной зоне. С каждой прошедшей неделей беременность становилась для неё всё более и более тяжким испытанием.

Но, хотя бы содержимое желудка теперь оставалось внутри неё, а не как в первое время. Это радовало.

Девушка вспомнила, как впервые ощутила движение ребёнка внутри неё. Крошечный, едва ли не судорожный пинок крошечного малыша, что рос внутри.

Когда она узнала о случившемся, то чуть не свихнулась. Заперлась в своей квартире и провалилась в удушающую слезами истерику, вызванную несправедливостью происходящего. Только через некоторое время, когда слёзы высохли, а первые эмоции схлынули, она ощутила глубокое, всеобъемлющее счастье от случившегося. Никогда не хотела. Даже не планировала. Но, вот это случилось. Практически случайно. Неожиданно.

И это понимание произошедшего в тот самый момент сделало девушку самым счастливым человеком в мире. Даже не смотря на то, каким пугающим рисовалось ей грядущее будущее.

Как ей и сказали, их оказалось двое. Невысокий и молодой мужчина с тёмными волосами и задумчивыми глазами. Он практически сразу же напомнил девушке его. Два разных человека и в тоже самое время, она ощущала нечто знакомое. Была ли это осанка. Строгая манера держатся, под которой скрывалось любопытство, выглядывающее наружу, когда мужчина осторожно оглядывался по сторонам, подмечая мелкие детали. Или же внутренняя дисциплина. Она не знала.

Второй оказалась высокая и удивительно красивая женщина. Стройная. С длинными прямыми и чёрными волосами. В её лице явно прослеживались азиатские черты. Девушка уже знала, что она являлась уроженкой Лиги. Этот генотип не просто распространён на территории ЛРЧ, но был доминирующим.

И вот именно эта женщина сейчас больше всего напоминала ей саму себя в тот день, когда она впервые оказалась здесь. На лице выражение плохо скрываемого восторга. Как ребёнок, попавший в самый потрясающий и большой магазин игрушек в мире. Тяжело сохранять невозмутимое спокойствие, когда оказываешься внутри самого настоящего мира чудес.

А вот идущая следом за ними блондинка вызвала у девушки абсолютно противоречивые чувства.

Слишком хорошо она знала, на кого она работает.

И кто может прийти следом за ней.

— Ну вот и всё, — вместо приветствия сказала она, подойдя ближе. — Можешь их забирать. Дальше они твоя проблема.

— Я думала, что буду работать только с ней, — произнесла девушка, переводя взгляд с Филиссии на «гостей».

— Этого красавчика потом заберут, но на ближайшее время они твои. Альмарк сказал ввести их в курс дела, так что не разочаруй уж его. А я пойду. Мне нужно кое-что забрать и потом лететь обратно.

Вздохнув, девушка подавила появишься раздражение и кивнула. Достав из кармана маленький инфочип, она протянула его ей.

— Здесь вся информация о грузе. Всё уже готово к отправке.

— Ну и замечательно.

Филиссия уже хотела было развернутся, как вдруг замерла. Бросила взгляд на Шан и ядовито ухмыльнулась. Так обычно делают дети, задумавшие какую-то гадость.

Оканчивающиеся идеальным маникюром пальцы схватили Риваля за воротник куртки. Филиссия притянула ничего не успевшего сделать парня к себе, буквально впившись в его губы страстным поцелуем.

И столь же резко оттолкнула его от себя. Прервав поцелуй на своих условиях, ведьма направилась обратно к кораблю, метнув нисколько не стесняющийся взгляд на Линфен. Как воровка, успевшая украсть что-то раньше других.

— Надменная сука... — тихо и зло пробормотала Шан, глядя вслед удаляющейся женщины.

Случившееся, к её собственному удивлению, разозлило её, хотя она до конца и не понимала, откуда именно так резко появились эти эмоции.

— Ага, — пробормотала встретившая их девушка.

А затем обе они вдруг повернули головы и впились глазами в замершего с полным непонимания произошедшего на лице Риваля. И сделали они это пугающе синхронно.

— Чего? Я сам не в курсе, что сейчас было.

— Ладно, забудьте, — пробормотала девушка. — Пойдёмте. У нас ещё полно дел.

— А, вы? — поинтересовалась Линфен, мельком глянув на немного выпирающий под одеждой живот.

Девушка улыбнулась. Она ведь и забыла представится.

— Рита. Рита Фарлоу.

Глава 5

Сульфар

— Вот так! Осторожнее! Осторожнее я сказал!

Следуя командам Али, погрузчик неторопливо поднял из кузова тяжёлый контейнер и поставил его на пол. Стоящие рядом люди принялись тут же отцеплять тросы, снимая их с креплений.

— Значит, это всё, что у вас осталось? — Том оглядел ещё пару грузовиков, стоящих рядом в ожидании разгрузки. По словам Лизы, внутри них находилось всё, что осталось от сопротивления.

— Пара «Шерханов», — принялась перечислять Лиза. — Дополнительное вооружение для них. Плюс кое-что из специального оборудования для них. Пара «Шахов». Запасные батареи. Немного оружия и боеприпасов. Вот и всё... Всё, что удалось вытащить. Капля в море, если вспомнить, что у нас было раньше.

— Ну, по крайней мере вы всё ещё живы, — обнял её за плечи Том. — Это чего-нибудь да стоит.

— Ага, — Лиза прижалась к нему. — Знать бы ещё, что делать дальше.

— Придумаем.

Ага. Придумаем. Том сдержался, чтобы крутившиеся на языке слова не вырвались наружу. Не то, чтобы он боялся расстроить ими любимую. Лиза не дура и сама всё прекрасно понимает.

По сравнению с тем, что у них имелось всего месяц назад — это жалкие крохи. Какое сопротивление? С такими ресурсами даже повоевать толком не получится.

Верденский флот прибудет сюда через две недели. Через пятнадцать дней, если быть точным и в том случае, если его отец следует графику. Правда Том крайне сомневался, что всё произойдёт именно так. Редко, когда подобного рода операции идут по часам.

Но сейчас проблема заключалась не в этом.

Шесть беспилотников, запущенных с «Шаррикупуры» продолжали скрытно действовать в системе, собирая разведывательные данные, передавая массу интересной информации о находящихся в системе силах Протектората. И именно здесь был нюанс. Наблюдение с платформ велось при помощи пассивных сенсоров. Крайне чувствительных, но всё равно уступающих по своей чувствительности активным. Без них они будут не способны засечь мелкие замаскированные объекты, но в текущей ситуации это всё, на что Том и группа Пирса могли рассчитывать. Стоит им запустить датчики в режиме активного поиска, как платформы моментально будут обнаружены. А этого допустить ни в коем случае было нельзя. Эти шесть беспилотников — их единственные глаза в космосе.

Поэтому это они оставили на самый последний случай. Дабы успеть «осветить» систему и коридор вторжения заранее, до прибытия седьмого флота. Это позволит получить данные о возможных ловушках и впоследствии передать их флоту.

В том случае, если они не опоздают, конечно.

А до тех пор придётся довольствоваться данными с пассивных датчиков, передаваемых на планету замаскированными передачами и принимаемыми с помощью переносного передатчика. Его по частям на планету как раз таки и доставили ребята Пирса.

Вопрос только в том, что делать дальше. И здесь возникал затык. Потому что ни единой идеи у Райна и остальных просто не было.

По крайней мере Том думал так раньше.

— Почему ты изменил своё решение?

Шехар посмотрел на Пандара тяжёлый взглядом.

Они снова сидели в той же самой комнате. Шехар. Пандар. Лиза и Том. Те же самые обшарпанные стены старого склада, ставшего для них неким подобием гостиной или же общего зала. Тот же потёртый и покрытый царапинами кусок пластика, лежащий на ящиках и исполняющий обязанности стола. И те же мрачные лица.

Говорят, что постоянство — залог успеха.

Вот только вряд ли этот умник оказывался в подобных ситуациях.

— Я не менял своего решения, Пандар, — жёстко поправил его Шехар. — Но ты прав. Нам нужна его помощь. И если он не солгал, то это единственный способ заполучить нужное.

Глава семьи Бахад Джайн понимающе кивнул.

— Ашиит искренне сожалеет о том, что сделал...

— Плевать я хотел на его извинения! Я никогда не забуду того, что сделал Ашиит, Пандар. Даже не думай об этом. Но, если он действительно хочет помочь, то я не вправе отказывать ему. Только не сейчас. Не тогда, когда мы... Когда всё наше дело висит на волоске.

— И? Чего ты хочешь?

— Передай ему, что я хочу с ним встретится.

— Я не думаю, что я смогу договориться... Шехар, Ашиит слишком сильно беспокоится о своей безопасности. Он не захочет подвергать опасности семью и...

— На моих условиях, Пандар, — с нажимом повторил Шехар. — Там, где и когда скажу я. Если он хочет нам помочь, то передай ему, что встреча будет на моих условиях и никак иначе.

— Хорошо. Это справедливое требование. Я передам его ему.

— Если уж на то пошло, — вдруг заговорила Лиза, — то у меня тоже есть предложение.

Все посмотрели на неё.

Она кратко рассказала об их последней поездке в Синангар и о том, что там случилось. Лиза и раньше сообщала о случившемся Шехару и остальным, но без особых подробностей. В частности, она не стала говорить, о том, что она взяла у одного встреченных ими ребят код для связи. Если честно, то Лиза и сама об этом забыла. Не до того тогда было. Да и не думала, что когда либо воспользуется им.

— Думаешь, что они могут нам помочь?

Лиза пожала плечами.

— Понятия не имею, Шехар. Если честно, то я пока вообще не знаю, что нам делать дальше. Но в любом случае нам потребуется помощь. А это какой-никакой, но всё же ресурс. Наверное.

— Только есть проблема, — Том оглядел собравшихся. — Они же в Синангаре. Разве безопасно соваться туда после всего произошедшего?

Шехар согласно кивнул.

— Том прав. Лететь сейчас туда слишком опасно. Ты сказала, что у тебя есть код для связи, так?

— Да. Тот парнишка дал его мне.

— Тогда просто свяжись с ним и договорись. Хотя бы просто разузнай, чем они могут нам помочь и чего вообще хотят. Но рисковать лишний раз мы не будем. Пандар, когда ты сможешь организовать встречу с Ашиитом?

***

— Ты идиот, — хрипло произнесла она пересохшими губами, тщетно стараясь отдышаться.

Ада расслабленно растянулась на постели, вслушиваясь в звук собственного бешеного бьющегося сердца. Комочек в её груди стучал с такой сумасшедшей скоростью, что ей казалось, будто он хотел вот-вот выпрыгнуть наружу.

Сильные руки обняли её, скользнув ладонями по рёбрам. Пальцы накрыли грудь и нежно сжали её, прижимая покрытую капельками пота обнажённую спину к широкой груди.

— Всего пару минут назад, ты говорила совсем другие вещи. Или забыла?

— Не смущай меня, придурок, — простонала она, прикрыв глаза.

— И? Каково это? Для такой снобки-аристократки, заниматься сексом с грязным наёмником в грязной каморке? — спросил ей в ухо голос, от которого по её телу вновь пробежала дрожь.

— Слишком много слова «грязь» в одном предложении, — бросила она упрёк вместо ответа и ощутила горячее дыхание на своей шее.

Ада зажмурилась, когда жёсткая щетина пощекотала ей щёку.

Правда, как минимум одна часть предложения оказалось не лишена смысла. Их комната действительно представляла из себя небольшую и грязную каморку со стоящей в ней широкой раскладушкой и переносным холодильником. Вот и все удобства, что у них остались. Даже несравнимо с просторной и комфортной квартирой, где Ада жила в «Колыбели». А уж про её родовое поместье даже и говорить не приходилось.

— Но, знаешь, ты прав. Раньше меня бы стошнило только от одной мысли о таком месте.

— Или о том, что ты будешь трахаться, как животное? — в свойственной ему грубоватой манере подсказал Али. — С другим животным.

Ада не выдержала и расхохоталась, переворачиваясь в постели. Её пальцы нашли его лицо. Поцелуй продлился не долго. Всего-то пол минуты. Но в нём было не меньше страсти чем в том, чем они занимались всего пять минут назад.

— Знаешь, это даже забавно, — произнесла она, оторвавшись от его губ. — Раньше меня передёрнуло бы от отвращения только от одной мысли о том, что я буду в месте подобном этому.

— И, наверное, с кем-то подобным мне, да, малышка?

— Не передёргивай! — с притворным гневом в голосе пригрозила она, положив голову ему на грудь. — Но, да. Знаешь... Люди меняются.

— Какой, однако, разрыв шаблонов.

— Да пошёл ты.

— Какие мы злобные, — усмехнулся Эль Сарчес и погладил девушку по растрепанным после секса тёмным волосам, играя пальцами с тёмными локонами.

Они полежали так несколько минут. В полной тишине. Наслаждаясь лишь объятиями друг друга.

— Знаешь, я всегда думала, что моя жизнь будет другой, — призналась она. — Отец... Я ненавидела его. И любила одновременно. Не знаю, как это объяснить. Просто... он так меня любил, но эта его...

Ада прикрыла глаза, вдохнув пахнущий сыростью, потом и уже остывшей страстью воздух так, словно это дорогие духи.

— Дайка угадаю, — предположил Али, глядя в потолок и играя пальцами с её волосами. — Для тебя, наверное, уже нашли жениха. Да?

Вместо ответа Ада просто кивнула, не отрывая головы от его груди и слушая спокойный, ритмичный звук ударов его сердца.

— Откуда ты...

— Несложно догадаться, — усмехнулся он.

— Да. Брак по расчёту. Я всегда знала, что это так и произойдёт. Мама мне ещё в детстве сказала. Думала, что готова к этому. Ведь это ради семьи...

От которой теперь осталась только лишь одна одинокая девушка, лежащая в постели с человеком, на которого раньше даже не взглянула бы.

Отец Ады трагически погиб в тот день, когда рейнский эсминец кинетической бомбардировкой разрушил столицу Королевства. А дальнейшие чистки не оставили от её семьи вообще ничего. Дядя. Два двоюродных брата. Бабушка.

Мать Ады умерла ещё двенадцать лет назад. Да и сама их семья уже давно растеряла большую часть имеющейся власти. Теперь они были просто небольшим родом. Богатым, на первый взгляд. Но всё это лишь остатки того, что имелось у них раньше. Как тонкая позолота, шелухой висящая на куске камня в попытке выдать его золотой самородок.

И заранее спланированный брак Ады с отпрыском другой аристократической семьи должен был вернуть пошатнувшееся влияние. Возможно. По крайней мере её отец в это верил.

Ада считала, что смирилась. Убедила себя в том, что это правильно. Всю жизнь она подчинялась требования отца, позволяя ему контролировать свою жизнь. Дала ему вырастить из себя колючую, прячущуюся за маской из аристократического снобизма и высокомерия послушную девочку.

Единственное решение, которое она приняла наперекор ему — пойти учится в Королевский колледж. Именно там она познакомилась с профессором Мукерджи, впоследствии став его помощником и ассистентом. Какое же это было наслаждение. Самой принимать хоть какое-то решение за то, что делать дальше.

Кто-то скажет, что это глупо. И, скорее всего, будет прав. У неё от рождения было всё. Хорошее образование. Еда. Дорогая одежда и комфортная жизнь. Всё, что ей нужно было сделать — следовать воле отца и выйти за того, кого прикажут. Не великая цена за то, что она никогда и в чём не нуждалась в своей жизни. Не знала нищеты, голода и нужды.

И, всё-таки, Ада этого не хотела. Возможно, что именно так проявил себя её избалованный характер богатенькой девочки. Где-то, в глубине души, она не хотела делать то, к чему её принуждала воля отца. И это желание лишь окрепло, когда её познакомили с будущем супругом. Нет, он не был толстым или уродливым. Наоборот. Высокий. Красивый. Вежливый. С железной уверенностью в собственном превосходстве в глазах. С той самой уверенностью, которую Ада видела в глазах своего отца. Её будущий муж смотрел на неё так же, как и её родной отец. Как на необходимость. Что-то, что необходимо совершить. Что-то, что, вероятно, будет отягощать его в будущем. Так смотрят на нежеланную покупку. Хочешь или нет, но тебе придётся её купить по причине простой необходимости.

Это бесило. Злило до дрожи.

А затем Ада встретила Али. Грязного. Грубого. Человека, плюющего на все правила приличия. Опасного. Во многом неприятного и неопрятного. Такого, какого никогда бы не пустили на порог её дома просто из-за боязни, что потом придётся менять пол из-за нанесённой грязи.

Она до сих помнила тот взгляд, каким он посмотрел на неё в день их первого знакомства. Вот уж действительно, глаза похотливого животного...

Ада тихо хихикнула своим собственным мыслям.

— Ты чего?

— Ничего. Просто вспомнила кое-что.

— Это что-же?

— Да так... — лениво отозвалась девушка и вдруг вспомнила об обещании, что дала недавно одной рыжей. — Ерунда. Кстати, Али.

— Что?

— Та девушка...

— Эй! — наёмник в шутливом жесте поднял руки, словно защищаясь. — Малышка, я, конечно, тот ещё похабник, но стойкий однолюб.

— Да я не об этом, идиот! Тут другое. Лата...

— Хм... — Эль Сарчес поднял глаза к потолку, скользнув взглядом по протянувшимся по старой штукатурке трещинам. — Нет, я, конечно, не против тройничка, но боюсь с ней в постели будет слишком грустно... Ай! Какого чёрта, женщина?!

Ада посмотрела на него таким взглядом, будто готово была ещё раз заехать локтем по рёбрам.

— Нет, ты правда идиот.

— Какой уж есть и меняться не собираюсь. Кстати...

Извернувшись, он одним движением перевернул взвизгнувшую от неожиданности девушку на спину и навис над ней.

Ада быстро заговорила, прекрасно зная, что произойдёт дальше и боясь, что уже точно не вспомнит о просьбе.

— Али, подожди, — взмолилась она, чувствуя, как обжигающие губы коснулись её шеи. — Я хотела...

— Не интересно, — пробормотал тот, спускаясь губами всё ниже.

— Али! — Ей пришлось даже обхватит его лицо ладонями, останавливая дорожку из обжигающих поцелуев, что спускались по её обнажённому телу.

— Ну чего?

— Поговори с ней.

— На кой чёрт мне это нужно? — в глазах Али сквозного недовольство от того, что его прервали. — Слушай, там уже ничего нет. И никого. Понимаешь? Я видел её. У неё глаза, как у мёртвой рыбины.

— Ты же знаешь, что...

— Что пацана грохнули прямо у неё на глазах? И? Сама виновата. Готов поспорить, что она сорвалась. Полезла в бой из-за своей тупости и эмоций и подставила пацана. Я что ли виноват в том, что парнишка копыта отбросил?

— Ты единственный, кто может ей хоть как-то помочь. Али, неужели у тебя в жизни никогда не случалось ничего подобного? Просто представь, что она сейчас чувствует.

Что-то в его глазах изменилось. Словно привычные и такие знакомые карие глаза вдруг заволокла тёмная дымка.

— Ада. Ты никогда не поймёшь, что с ней сейчас происходит. Поверь мне. Там уже нечего спасать. Сначала у неё разрушили привычный мир, в котором она жила. Прикончили всю семью прямо на глазах. А теперь убили единственного человека, которому было на неё не насрать. По её же вине, скорее всего. И она это понимает. Если бы не понимала, то сейчас работала бы вместе со всеми. Но, нет. Она прекрасно знает, что всё это дерьмо, по крайней мере частично — её рук дело.

— Так помоги ей. Я же смогла как-то всё это пережить.

— Давай по-честному. Не стоит вас сравнивать. Плюс, у тебя же есть я, не так ли? — усмехнулся Али и тут же мысленно обругал себя за то, что ляпнул подобную глупость.

— А у неё нет никого!

Раздражённо цокнув языком, он вдруг нахмурился и поинтересовался.

— Это тебя Вейл попросила?

— Что? Али, я.... а-а-а-х... дьявол! Да! Больно же!

— Не стоит мне врать, — Али улыбнулся и примерился для нового укуса. Примерно рядом с тем же местом, на левой груди. — Если я пообещаю поговорить с ней, ты заткнёшься?

— Это было слишком грубо, знаешь ли.... Да чтоб тебя! Прекрати меня кусать, придурок!

— А ты прекрати отвлекать меня от отдыха, женщина! — пригрозил он ей. — Так, что, ты согласна?

— Обещаешь?

— Я когда-нибудь тебе врал?

Ада улыбнулась, прекрасно зная ответ на этот вопрос. Эту прямоту она и любила.

— Нет.

— Вот с хорошо. А теперь заткнись и...

Прикосновения горячих, почти обжигающих губ начали спускаться всё ниже и ниже.

***

— Нет. Это слишком опасно.

Прошло всего несколько часов с их последнего разговора. За это время Лиза успела связаться с тем пареньком, которого они с Масудом встретили в столице. К сожалению, как того и боялся Том, решить всю проблему по комму не удалось. Арнав, а именно так звали того паренька, сказал, что их лидер настаивает на личной встрече и никак иначе.

— И? Что ты тогда предлагаешь? — спросила Лиза. — Я что-то не вижу, чтобы у нас было вот прямо дохрена вариантов. Если ты не забыл, то мы тут чуть ли не с голыми задницами сидим в этой пещере.

— Да всё я понимаю. Просто это всё равно слишком опасно, — покачал головой Шехар.

Они вдвоём стояли рядом с причалами внутри пещеры. Вытянутое веретено подводной лодки едва заметно покачивалось на воде рядом с бетонным пирсом, а вокруг висела тишина, разбавляемая звуками разбивающихся о камень волн.

— Слушай, ну я же правда пыталась, но Арнав сказал, что их лидер не будет говорить с нами по комму. Этот мудак упёрся, как баран.

— Он, что, идиот? Это же гораздо безопаснее...

— Да откуда мне-то знать? Я тебе просто передаю его слова и всё. Ты, кстати, когда улетаешь?

Шехар задумался.

— Думаю, что часов через десять. Полетим ночью. Плюс обещают низкую облачность, а она хотя бы немного прикроет нас от глаз на небе. Пандар договорился с Ашиитом о встрече и... Так, не переводи тему!

— Эй, я просто спросила.

— Лиза, — Шехар вздохнул и потёр глаза. — я не хочу, чтобы ты или кто-то другой ещё пострадали...

— Раньше об этом думать надо было, Шехар. Уже слишком поздно для того, чтобы сожалеть. Ты не хуже меня знаешь, в какой мы сейчас дерьмовой ситуации. У нас два десятка людей из тех, кому можно доверить оружие. И всё.

— Да знаю я, просто не хочу, чтобы ты совалась в Синангар.

— А когда ещё? — пожала она плечами. — Сейчас, наверное, самое лучшее время. Уверена, что эти ублюдки сейчас во всю празднуют. Поймали нас за хвост. А такие мысли расслабляют. Порой даже самых лучших. Если мы хотим, чтобы всё удалось, то...

— То в первую очередь мне нужно договорится с Ашиитом, — отрезал Шехар. — Помощь этих ребят... Не факт, что она нам потребуется.

— Не факт, — согласилась она с ним и тут же добавила. — Но, никогда не знаешь, что и кто может пригодится. Не в нашем положении быть чересчур разборчивыми.

Он постоял, несколько секунд помолчал.

— Мне ведь не удастся тебя отговорить, да?

— У нас у всех своя работа. А для этой я подхожу лучше всего. Из тех, кто у тебя есть сейчас.

— Ладно. Хорошо. Только возьми с собой Ашу и Казима. Думаю, пары человек хватит, чтобы вытащить твою задницу из неприятностей. Масуд, Химмат и ещё несколько человек полетят со мной. Посмотрим, что из этого выйдет.

Глава 6

Франкс.

Посольство Земной Федерации.

— Так значит, я могу передать им эти данные? Ты даёшь своё разрешение?

— Почему нет?

Посол Земной Федерации и глава дипломатической миссии в Вердене отложил в сторону планшет.

На экране виднелись строчки документа, подготовленного аналитиками Роллинза. В частности, полная информация, собранная по передвижениям верденских кораблей за последние два месяца и прочие данные, касающиеся их военного и торгового флота.

У главы разведывательной резидентуры Федерации имелось более чем достаточно своих источников, дабы собрать эту информацию. Работники на верфях. Сотрудники служб астроконтроля. Члены экипажей гражданских судов. И многие другие. Сбор полезных данных не останавливался ни на минуту. Особенно сейчас, в период военного конфликта между Верденом и Протекторатом.

И сейчас у него имелся хороший шанс воспользоваться этой информацией. Кто-то из его предшественников назвал бы это «непрямым вмешательством». Весьма подходящее определение.

— Иногда я даже не представляю, как ты смог затащить в постель эту змею.

Джеймс рассмеялся.

— Считай это бонусом от нашего взаимного сотрудничества, Дилан.

— Как бы она потом тебе штрафных очков не накинула.

— Не переживай, я слежу за ней так же внимательно, как и она за мной.

— Этого то я и боюсь. Две такие ядовитые гадины, как вы, вряд ли уживутся в одной банке. Ты же уже передал ей часть данных. Разве нет?

— Да. Пришлось это сделать, чтобы заинтересовать её. Не смотри так на меня, Дилан. У вас свои игры, у нас свои. Для того, чтобы рыбка клюнула, перед этим нужно её раззадорить. Учитывая, что все те данные легко подтвердить, её начальство захочет большего.

— Уверен, что она даст тебе то, что нужно?

— Более чем, — заявил Роллинз. — Поверь, я достаточно хорошо узнал эту женщину, чтобы предугадать её следующие действия. Уверен, что она уже запросила разрешение на то, чтобы при необходимости сообщить нам хотя бы часть нужной инфы.

Джеймс в задумчивости посмотрел в широкое панорамное окно и опрокинул в себя остатки кофе. Сегодняшний вечер предстоял быть крайне занимательным.

— Ладно, считай, что ты меня убедил. Моё разрешение у тебя есть, — кивнул Макнамара. — Только помни...

— Рука руку моет, Дилан. Я помню.

— Я хочу знать, чем занимаются Винсент-Рау и Берншталь, — напомнил разведчику посол. — Сейчас это наш приоритет в плане интереса.

Выйдя из кабинета посла, Роллинз отправился в ангар посольства. В его кармане лежал маленький информационный чип, содержащий в себе все данные, что его люди собрали по кораблям верденского военного флота. И эту информацию он собирался передать ей. В качестве товара для обмена за необходимую им информацию.

Сама по себе эта ситуация могла казаться абсурдной. Два государства обменивались данными, имеющими важное значение для обороны Вердена. И, в тоже самое время, никто и никогда не назвал бы их союзниками. У Земной Федерации нет и не могло быть никаких союзников. Они ей просто были не нужны. Зачем тебе какие-то слабаки, когда один только флот Федерации мог в одиночку выступить против Рейна и Вердена и утопить обоих в крови. Одновременно.

Конечно же, в реальности все обстояло совсем не так просто. Прошедшие сражения между двумя государствами показали, что многие старые наработки и тактики уже не настолько хороши. Другие же оказались полностью ошибочны. Да и технологическое развитие обоих государств не стояло на месте. Чего стоят только новые типы ракет и дредноутов. Или же лёгкие ударные корветы Протектората и их переосмысление в использование РПП.

Естественно, работающие на Джеймса аналитики постоянно собирали данные о столкновениях между Протекторатом и Верденом. Создавали из них многостраничные доклады, чуть ли не по секундам разбирая каждый бой и создавая на основании всего этого кажущиеся бесконечными документы. Эти материалы, в последствии, уйдут на Старую Землю, дабы послужить усилению ФЗФ.

Но сейчас главным вопросом для землян оставались действия Первого и Третьего флотов Рейна.

В условиях этого конфликта Джеймс видел лишь один единственный способ их применения для Рейна. Быстрый и решительный удар, который положит конец войне. С таким количеством сил, что имелось в руках двух рейнских гранд-адмиралов, они смогут взять Верден дня за три. Может за четыре. Главное, атаковать повсеместно. Нанести удары повсюду.

И Макнамара не собирался рисковать собой, своими людьми, а также имуществом и гражданами Федерации. Нужно быть готовыми к тому моменту, когда это случится.

Роллинз не стал брать собственный флаер. Вместо этого он воспользовался рейсовым транспортом. Тот развозил сотрудников посольства по местам проживания в посольских кварталах. Решение, принятое на фоне тех погромов, что случились в районах вокруг рейнского посольства во Франксе.

Выйдя на самом краю квартала, Джеймс неспешно направился в нужном направлении. Он никуда не торопился и не спешил. Даже успел заглянуть в одну из полюбишься ему небольших закусочных, чтобы перехватить небольшой обед по пути. А то с его работой он даже не всегда успевал нормально поесть в посольстве, отдавая всё свободное время службе.

Ну почти всё...

То же самое кафе, расположившееся на небольшой пешеходной эстакаде на самом краю посольского квартала. Та же самая непринуждённая атмосфера летнего вечера, когда люди выходили с детьми на прогулку, дабы купить маленьким сорванцам мороженного, а, может быть, даже раскошелиться на пару новых игрушек.

Эта картина всегда забавляла Роллинза.

У него никогда не было собственных детей. Сначала было не до того. Учёба и начало карьеры. А затем, когда служба стала швырять его по различным мирам, подобное обременение только бы всё испортило. Среди людей его профессии было очень мало семейных. Не среди кабинетных работников, понятное дело. Среди настоящих полевых агентов оперативников. Тех, кто работали в самом сердце возможного врага. Их работа не располагает к постоянству и крепкому семьянинству. Только не тогда, когда в любой момент может поступить приказ немедленно сорваться с места и лететь в новое, совершенно незнакомое.

Джеймса эти мысли забавляли ещё и потому, что в последнее время он слишком часто о них думал. Каково это, воспитывать своего ребёнка. Любопытный вопрос, на которой у него не имелось ответа. Возможно ли, что подобные мысли означали, что пора бы уже и остепениться. Сколько лет он потратил? Почти пятьдесят и всё ради того, чтобы делать свою работу. Делать её безукоризненно и хорошо, снабжая руководство и своё государство жизненно необходимой информацией. Может быть уже хватит?

Роллинз сел за столик и сделал свой обычный заказ. Обычный чёрный кофе. Крепкий, горячий и густой. Без сахара и всего прочего, что только портило вкус. Простой в приготовлении напиток, но в этом месте его готовили лучше всего.

Ждать пришлось недолго. Аманда появилась ровно через пять минут после того, как он сделал первый глоток. Заранее задуманное опоздание, как он считал. В конце концов разве женщинам не свойственно опаздывать.

Ни один из них не заговорил о деле. Простая болтовня. Несколько глуповатых и плоских шуток с его стороны и кажущийся искренним смех с её. Забавно, насколько полезной оказалась придуманная им легенда. Он не сомневался в том, что верди известно о том, кем на самом деле является Аманда Колтри. За красивой, но глуповатой на первый вид мордашкой и должностью помощницы посла, которую, если верить слухам он сам же и периодически трахал, скрывался глава рейнской разведывательной резидентуры в Вердене.

Учитывая её интеллект, Джеймс и не удивился бы тому, что Аманда сама эти слухи и распространяла.

А вот сам же Роллинз, пребывал в полной уверенности, что верденцам о нём ничего не известно. Для этого он даже специально использовал пару сторонних сотрудников посольства, постоянно выдавая им простые поручения. Такие, какие бы крайне подозрительно выглядели для любого, кто поставил своей целью найти самого Джеймса. Плюс ко всему прочему несколько завербованных лично им человек в военных и политических кругах так же сообщали ему о том, что на данный момент контрразведка верди понятия не имеет о том, кто именно руководит действиями оперативников со стороны Федерации.

Поэтому в данный момент для любого стороннего наблюдателя она оставались агентом Рейнского Протектората, которой удалось крайне удачно подцепить «на крючок» глуповатого атташе из команды земного посла.

Ложь всегда лучше прятать в обёртку из полуправды.

Прошло всего десять минут, а столик уже остался пуст. Для всех окружающих мужчина и женщина удалились, желая потратить время на куда более принятые занятие.

***

— Значит, я всё-таки была права.

Аманда коснулась планшета, открыв новую фотографию.

В этот раз на экране появились ремонтные стапели расположенные на верденской базе флота у двойных звёзд Лаврентия. До этого она уже просмотрела целую пачку снимков сделанных на Фароне. К сожалению качество было отвратительным. Снимали явно с очень большого расстояния. А вот тут фотографии высшего качества. Будто снимались одним из работников доков. Это явно говорило о том, что у Роллинза имелись люди на ремонтной верфи. Аманда зафиксировала эту мысль и отложила её на потом.

— Да. Они массово отправляют на ремонт корабли после Бедергара, но ты это знала и так.

— Любой идиот догадается, что они это делают, — небрежно произнесла Аманда с интересом рассматривая фотографию. — А вот то, что они проводят доукомплектование своих расконсервированных дредноутов у Лаврентия — это информация новая. Не знала. Спасибо.

— Всегда пожалуйста, милая.

Джеймс протянул руку и взял стоящий на столе бокал с шампанским. Они с Амандой находились в одной из арендованных квартир. Их они снимали несколько штук для своих встреч. В целом, учитывая их общую легенду, в этом не было ничего удивительного. Бутылку дорогого алкоголя, как и раньше, принесла Аманда. А Джеймс, как и раньше, приготовил ужин, остатки которого можно заметить на тарелках на столе.

— Честно говоря я удивлён, что ты этого не знала.

— Не то, чтобы не знала. Скорее догадывалась. Но после неудачной операции Золо верденцы неплохо так почистили свои ряды от всех, кто вызывал хоть какие-то подозрения. Признаюсь, я потеряла несколько источников информации в этом месте.

Джеймс только хмыкнул, ощутив странное чувство благодарности. Эта женщина только что приоткрыла ему кусочек правдивой информации о том, что происходит в недрах разведки Протектората на территории Вердена. В ответ на его аналогичный жест. Ведь он не подвергал фотографии обработке, что она обязательно заметит.

Пусть и толку с этой информации немного, но от полученного кусочка доверия он ощутил приятное тепло в груди.

— Здесь всё, что мы смогли собрать по их передвижениям. Маршруты военных кораблей. Аналитическая информация о поставках военного снаряжения. Пути перемещения личного состава и ещё много чего. Со своим начальством я это обговорил, так что проблем не будет.

Под «начальством» Джеймс имел в виду Дилана Макнамару. Посла Федерации. Естественно, он не являлся его начальником, но учитывая ситуацию Дилан являлся самым должностным лицом на несколько сотен световых лет вокруг. А подобные решения могли быть осуществлены только с его одобрения. В конце-концов это, в каком-то смысле, можно назвать «международными отношениями».

От такой мысленной формулировки Роллинз хрюкнул в бокал и чуть не подавился дорогим шампанским из-за смешка.

Аманда посмотрела на него и приподняла бровь.

— Ты чего?

— Да так, подумал тут, насколько странными выглядят наши отношения.

— А у нас отношения? — она подавила улыбку. — Вот уж не знала.

— Эй, легенду же надо поддерживать! — наигранно возмутился Джеймс, садясь на белоснежный кожаный диван, стоящий у стены.

— Это ту, в которой ужасная и плохая я соблазнила несчастного дурачка из вашего посольства? О, да. Эту легенду стоит поддерживать. Хотя бы из-за твоей готовки.

— С дурачков спрос небольшой, — пожал плечами Роллинз, делая глоток шампанского. — И смотрят на них реже.

— Смотри, если слишком часто прикидываться дураком, то можно и правда им стать, — со смешком предостерегла его Аманда, откладывая планшет в сторону. — Я так понимаю, что здесь далеко не всё?

Многозначительно хмыкнув Джеймс достал из кармана инфочип и положил его на подушку дивана рядом с собой.

— Здесь всё. И, да. Ты правильно понимаешь, что эта информация не бесплатна. Цену ты знаешь.

— Информация о действиях Первого и Третьего флота, — кивнула она.

Они уже обсуждали это в одну из их предыдущих встреч.

— В точку, Аманда. Макнамара хочет знать, что вы будете делать. Федерацию не волнуют ваши проблемы с Верденом. Даже, думаю, что можно сказать иначе. По факту, нам глубоко наплевать на то, кто победит в этой войне.

— Но вы будите счастливы, если верди лишатся своего влияния на экономику Союза и территории внешнего кольца Федерации, — закончила за него Аманда, прекрасно понимая, к чему именно всё идёт.

— Это было бы хорошим исходом для вашей войны, — отметил Джеймс, сделав особое ударение на последних словах. — Для нас, естественно.

Женщина кивнула, в задумчивости смотря на лежащий перед ней инфочип.

Не для никого не секрет, что Правительство Федерации давно высказывало недовольство из-за растущего влияния верденских торговых картелей в последние время. Всего пятьдесят лет назад их присутствие на рынках систем внешнего кольца Федерации не превышало и пяти с половиной процентов. Сказывалась отдалённость и тот факт, что этот рынок можно было счесть новым для них. Плюс никто не отменял «тугость» федеративной бюрократии.

Но, такой ситуация была пятьдесят лет назад. Сейчас же она в корне изменилась. Жалкие пять с половиной процентов превратились в тридцать два. И это несмотря на все бюрократические и политические препоны, что ставились перед ними. Как известно — вода камень точит. Особенно это неприятно становилось в последние годы, когда на периферии Федерации раз за разом возникали опасные волнения. Только за последние десять лет было подавлено шесть выступлений за независимость. Люди не особо хотели продолжать жить под давлением тяжёлой и неповоротливой бюрократической машины, отдавая большую часть своих доходов на бесконечное развитие миров центрального ядра Федерации. А ведь они пожирали деньги с такой же скоростью, с какой распалённая печь пожирает брошенную в неё бумагу.

Так что любые проблемы для Вердена станут прекрасным поводом для бесконечных пропагандистских рупоров Федерации. Посмотрите на них. Вот к чему приводит такая желанная независимость. Взгляните на то, как верденские миры склоняются перед агрессией Протектората. Хотите так же? Хотите стать независимыми и променять безопасность на слабость?

Со стороны могло показаться, что таким образом она тянет время для того, чтобы придумать ответ или же обдумать услышанное. На самом же деле ответ давно ей известен. Этот свой ход она давно обсудила с начальством и получила точные указания того, что стоит передать послу Федерации.

— Знаешь, это довольно непростая ситуация, — издалека начала она. — Ты ведь понимаешь, что я не могу вот так взять и сказать тебе, чем именно занимаются наши вооружённые силы.

— Конечно понимаю, — Джеймс улыбнулся и откинулся на спинку дивана, закинув ногу на ногу. — Но, мы ведь можем рассуждать гипотетически, не правда ли?

— О, конечно. Обожаю это слово. Гипотетически. Очень... удобное, знаешь ли.

— Без сомнения. Итак, что же, гипотетически, может произойти?

— Хм-м-м... — Аманда сделала вид, что размышляет.

Она встала из-за стола, захватив с него свой собственный бокал с шампанским, к которому ещё даже не притрагивалась. Обошла стол и подошла к дивану.

— Гипотетически, я бы сказала, что в скором времени в Верденских системах будут большие проблемы с трафиком. С любым трафиком.

На последних словах она, как и Джеймс немногим ранее, сделала особо ударение.

— Насколько серьёзные? — поинтересовался тот, глядя на стоящую перед ним женщину снизу вверх.

— Самые серьёзные, какие только можно представить, — продолжила она игру в намёки.

Тонкие и обманчиво хрупкие пальцы задрали юбку, позволив Аманде усесться мужчине на колени лицом к нему.

— Знаешь, обычно бывает очень сложно покинуть систему, когда она находится в полной блокаде.

Осознание грядущего в купе с возбуждением распалил огонь внутри него. Джеймс скользнул рукой по бедру, задирая юбку ещё выше, превращая её из предмета одежды в жалкое подобие смятого пояса.

— Вы собираетесь устроить повсеместную блокаду. Вот зачем Штудгард гонял их силы. Выбивали из них дух, чтобы снизить риски для других подразделений...

— Кто знает, — пожала она плечами и обняла сидящего перед ней мужчину за плечи и клонилась вперёд, так, что её лицо замерло в паре сантиметров от его собственного. — Ты же сам сказал. Гипотетически. Не так ли?

— А Третий и Первый флоты, полные сил, заблокируют их внутреннее пространство... Подожди, вы не сможете держать их долго. Глупость какая-то.

Противоречия только что услышанного и уже известной ему информации сбили весь настрой. Роллинз нахмурился и чуть отстранился от почти что прижавшейся к нему Аманды.

— Что вы задумали, Ами? Только не говори, что Август и Вирена собираются ударить по системам верди. Обычная блокада не имеет смысла.

Аманда усмехнулась.

— Ты сам это сказал, — напомнила она. — И, в качестве небольшой вишенки на тортике, я бы сказала, что у вас есть немного времени, чтобы подготовится к тому, что случится. Около месяца. Но я бы поставила на три с половиной недели.

— Значит, я всё же прав.

— Понятия не имею, о чём ты говоришь. Моё дело лишь сказать тебе то, что мне разрешили. Не больше и не меньше. А, что делать с этой информацией, тебе решать самому.

Если всё это правда, то...

Джеймс с трудом подавил желание вскочить на ноги и бросится обратно в посольство. Макнамара обязан узнать об этом как можно раньше.

С другой стороны, несколько часов не сыграют никакой роли. Ничего страшного, если он задержится, подумал Джеймс расстёгивая пальцами пуговицы на блузке сидящей у него на коленях женщины.

Глава 7

Сульфар

Очередной порыв ветра принёс с собой запах пыли и грязи.

Давно прошло то время, когда вместо этого воздух здесь наполняла свежесть от высаженных талантливыми садовниками парков и садов, бесчисленных ресторанов и небольших закусочных, полных ароматов жареного мяса и специй. Прошло то время, когда жившие тут люди могли называть это место своим домом.

Больше здесь не осталось жизни. По крайней мере той, что царила тут раньше. Теперь те, кто остались скорее выживали.

Шехар стоял в одиночестве, облокотившись спиной на борт флаера и сложив руки на груди. Он смотрел на то, что осталось от столицы Королевства, испытывая целый вихрь противоречивых эмоций. Джайпур-Бан. Город, ставший для него домом и нынче обращённый в руины. Он ведь уже бывал тут. В первый месяц, когда прилетел на Сульфар скрываясь под чужой личиной. Видел то, что осталось от столицы. А всё равно этот вид приносил ему боль.

Шехар очень хорошо помнил то ощущение, которое почувствовал впервые оказавшись здесь. Помнил своё решение, принятое прямо тут. На этом самом месте. В тот раз он стоял здесь, глядя на остатки руин королевского дворца. Похожие на кости мёртвого животного, они поднимались к небу отвратительными обрубками, оставаясь скорбным напоминанием о том, что находилось тут раньше.

— Каз видит флаер, — донёсся из вставленного в ухо наушника голос Масуда. — Приближается с востока.

Шехар чуть приподнял голову, но так ничего и не заметил. Вероятно, машина была ещё слишком далеко, чтобы он мог её рассмотреть. В любом случае, Казиму, выполняющему сейчас роль наблюдателя в одной их полуразрушенных высоток виднее чем ему.

— Далеко?

— Через пару минут появится с восточной стороны от дворца. Он один. Вроде больше никого нет.

— Хорошо, Масуд. Следите за ним и сообщите мне, если заметите что-то подозрительное.

— Вся эта ситуация чертовски подозрительная, ваше величество. Не переживайте, я дам вам знать, если что-то случится, а Каз прикроет в случае чего.

«В случае чего»...

Сколь размытое определение. Если это очередная засада, то одинокий стрелок, пусть и очень хороший по словам Масуда, вряд ли сможет что-то сделать.

С другой стороны, если верить тем слухам, что им удалось собрать, выходило, что хашмиты верили в то, что сам Шехар был мёртв. Умер в тех пещерах, когда Мак’Мертон затопил подземные пещеры под «Колыбелью». Что же, ему не впервые становится живым мертвецом, не так ли?

Минуты через две над головой раздалось лёгкое, пробивающееся сквозь вой ветра гудение. Почему-то Шехар думал, что если Ашиит и появится, то сделает это на своей обычной машине. Старик любил жить с комфортом. Но, нет. Совершенно обычный на вид и не особо привлекающий вид флаер скользнул по воздуху над его головой и пошёл на новый круг. Пилот, очевидно, искал место для посадки. Бывший принц проводил машину взглядом, следя за тем, как та плавно опускается на землю в десятке метров от него.

Он так и не сдвинулся с места, когда дверь флаера открылась, поднялась наверх и наружу выбрался пожилой мужчина в светло-коричневом сари. Когда-то Шехар считал, что знает его. Когда-то ему даже доверял.

Теперь же видел в нём лишь инструмент. Способ добиться своих целей. Не больше и не меньше. Предательство оставило слишком большую рану на его сердце, чтобы он мог просто забыть о случившемся и простить того, кого считал роднёй.

Ашиит остановился в нескольких шагах от него.

— Шехар, я же просил Пандара передать, что встречаться здесь — не безопасно. Если бы только согласился прилететь ко мне...

— Однажды я уже поверил в твоё гостеприимство. Мы оба помним, чем всё закончилось. — жёстким голосом оборвал старика Шехар.

На лице Ашиита мелькнуло что-то похожее на разочарование и... сожаление? Шехар не успел понять, что именно это было. Слишком быстро всё произошло.

— В то время у меня не было другого выбора, — попытался оправдаться Ашиит и в тоже мгновение понял, насколько жалко звучат его слова.

— А сейчас, значит, выбор у тебя появился?

В голосе бывшего принца звучала неприкрытая издёвка. Он попытался. Честно попытался. Но ядовитый сарказм из голоса не исчез, как бы он не старался.

— А сейчас его осталось и того меньше, — вздохнул старик и Шехару показалось, что в этот миг тот стал лет на десять-двадцать старше.

Ашиит вообще выглядел хуже, чем в тот день, когда он его видел. В осанке уже не присутствовала та железная, несгибаемая воля. Спина ссутулилась. Под глазами появились мешки.

— Почему твои люди помогли нам... Нет. Не так. Почему это сделал ты, Ашиит? Мы оба знаем, что они не сделали бы этого без твоего приказа.

— Всё не так просто... — начал было старик, но осёкся. — Шехар, ты должен меня понять. Я беспокоился за свою семью. После гибели сына, они — это всё, что у меня осталось. Рустал безжалостен ко всем, кто хоть как-то может встать у него на пути. Я боялся того... того, что ты можешь сделать.

— И поэтому ты предал меня? — со злость бросил ему в лицо бывший принц. — Они пытали меня, Ашиит! Едва не убили! И ты отдал меня в их руки! В твоём собственном доме!

— И сделал бы это снова! — рявкнул в ответ старик. — Посмотри, что происходит! Наши города горят! Рустал и его мясники начали охоту на ведьм! Из-за вас! Этот старый безумец в каждом видит угрозу. Угрозу его власти! Ты видел, на что способны его люди. Джаруан! Райпур! Гривед! Где теперь эти города?! А? Я тебя спрашиваю, Шехар! Они превратились в развалины! Ничего не осталось! Сгорели! Их жители мертвы! И всё из-за вас! Из-за вашего чёртового восстания!

Старик задрожал от едва сдерживаемого гнева. Даже спина стала более прямой, а в глазах появилось тот огонь, что Шехар помнил по временам своего детства. Только теперь это пламя подпитывалось совсем другими чувствами. Злость. Ярость. Сожаление. Всё это горело в глазах старика, смешиваясь с безысходностью, в которой он и его близкие оказались.

— Кто их вспомнит?! — не выдержал и закричал он, глядя на мальчика, которого раньше считал членом своей семьи. — А, Шехар?! Скажи мне. Сейчас. Прямо здесь! Что все их смерти стоило этих бесполезных усилий! Что жизнь моего сына стоила его глупых идеалистических мечтаний! Если бы ты не вернулся на Сульфар, то этого бы никогда не было. Лучше бы ты, прости господи, умер бы вместе со своим братом! Тогда мой сын был бы сейчас жив!

Когда последние слова сорвались с его губ, старик словно выдохся. Будто съёжился. Казалось, что он потратил на это все имеющиеся силы.

А Шехар просто стоял. Смотрел на него. Ничего не говорил. Не оправдывался. Потому, что это не имело смысла. Всё сказанное им — правда. Они решились на это, чтобы пойти против Рустала. И он знал, что их борьба не будет бескровной. Они уже заплатили огромную цену и, возможно, заплатят ещё большую.

Наверное, всего полгода назад, эти слова могли бы покоробить Шехара. Заставить его испытать стыд или же сомнения в том, что они делали.

Но только не сейчас.

Поэтому он молчал. Ему не было нужды оправдываться. Извинятся? Возможно, но только не оправдываться. И уж точно не перед этим стариком.

— Чего ты хочешь, Ашиит?

— Рустал избавляется от всех, кто хоть как-то может ему угрожать, — произнёс, будто выплюнул, старик. — Часть поддерживающих его семей уже лишили всего. Некоторых вообще убили!

Принц нахмурился.

— Впервые это слышу.

— Потому что об этом не кричат во все стороны. Рустал не дурак. Он медленно и неторопливо отнимает всё, что хочет заполучить. Кто-то попытался воспротивиться. Те же Гаришанья или До’Рамиаль. Их перебили. Как собак. Вырезали всех. Даже детей. Просто потому, что они не захотели отдать находящиеся в их руках активы.

Шехар слышал об этом. Семьи Гаришанья и До’Рамиаль, как и Дев Агра или же Керан Су, выступили на стороне Рустала, примкнув к Хашмитам. Не сказать, что они отличались каким-то богатством или же обширными связями в промышленности и торговле, но определённый вес имели.

Сначала, примерно полгода назад, пошли слухи о том, что кто-то напал на имение До’Рамиаль. Всего одна ночь и огромное имение сгорело дотла вместе с большей частью семьи. Практически сразу же хашмиты заявили о том, что это нападение осуществили несогласные с властью нового режима. В живых после этой «трагедии» остались только лишь двое детей. Девочка и мальчик, которым и десяти лет то не исполнилось. Естественно, Рустал практически сразу же пообещал отомстить за случившееся, а детей взял под собственную защиту. В том числе и передавшиеся им права на владение всеми активами семьи.

А через три месяца тоже самое произошло и с Гаришанья. Почти тот же почерк. Очередной теракт. Взрыв на свадьбе одного из младших сынов главы рода.

Тогда Шехар не придал значения случившемуся. Просто потому, что на то время, да и сейчас, ему было глубоко наплевать на то, что станет с этими предателями. Они пошли против его брата. Против короля, которому поклялись в службе. И не заслуживали ничего другого, кроме постигшей их участи.

Жестоко? Конечно. Но, к сожалению, если бы в мире существовала справедливость, он бы сейчас здесь не стоял.

И теперь, в свете рассказанного Ашиитом, ситуация заиграла совсем другими красками.

— Считаешь, что ты следующий?

— А ты думаешь, что этот демон позволит хоть кому-то держать власть в руках кроме себя? — вопросом на вопрос ответил Ашиит. — То, что случилось с До’Рамиаль, просто проверка. Рустал одновременно наказал их за жадность и проверял, насколько далеко может зайти. Да ты и сам должен видеть. Вся сила у него в руках. Армия. Камаан ке Сена. Его личная гвардия. Он убьёт любого, в кого только ему взбредёт в голову ткнуть пальцем, Шехар. Я уже чувствую дыхание смерти на затылке. Хожу с этим ощущением каждый день. И каждый раз, когда я вижу Рустала это чувство становится сильнее. Он уже это начал. Мерзавец решил отобрать у меня торговые предприятия и мои корабли!

— И поэтому, ты решил помочь нам? Потому что переживаешь...

— Потому, что не хочу, чтобы моя семья пострадала из-за жадности этого ублюдка, Шехар, — перебил его старик.

Ашиит вздохнул.

— Пойми, я сожалею о том, как поступил с тобой. Я не собираюсь извиняться за содеянное. Но хочу, чтобы ты понимал, будь у меня второй шанс, в той ситуации, я поступил бы так же. Просто потому, что моя семья для меня всегда будет важнее всего.

— Я тоже когда-то считал тебя своей семьёй, — Шехар с нескрываемой злостью посмотрел на него. — И мой брат думал так же.

— Да, Шехар. Когда-то так и было, — признался Ашиит.

— И? Что ты можешь для нас сделать?

— Информация. Деньги. Помощь моих людей. Всё, чтобы помочь вам избавить Сульфар от этого безумца.

— Ты ведь знаешь, что случилось?

— Да. Пандар рассказал мне. Да и хашмиты трубят об этом повсюду. Трудно не услышать рык сытого тигра. Рустал считает, что ты погиб.

— Ага, мы слышали что-то похожее...

Шехар думал не долго. Всего несколько секунд, прежде чем принять решение.

— Ты понимаешь, что обратной дороги не будет? Ашиит, если ты сейчас пойдёшь с нами, то пойдёшь до конца. И я не прощу тебе нового предательства. Только не теперь.

Прежде чем ответить, глава рода Дев Агра вспомнил свой разговор с Пандаром.

В ту ночь, когда этот хитрый лис заявился в его родовое имение на озере Сагар. И сейчас, глядя на то, как за прошедшие месяцы изменился стоящий перед ним мальчик, он понимал, о чём именно говорил Пандар. Мальчик возмужал. В нём более не было той нерешительности. Теперь перед ним стоял мужчина, знающий цену своему слову и готовый сделать всё, ради его выполнения.

«— Государство должны вести люди вроде нас с тобой. Те, кто способен проложить путь в будущее своей мудростью и жизненным опытом. А мальчику с горящими глазами и жарким сердцем лучше всего будет сделать предназначенное для него дело. Для простых людей такие, как он, всегда становятся героями. А всех героев объединяет между собой лишь одно... В конце они всегда умирают.»

Подняв голову, Ашиит посмотрел принцу в глаза. Ведь он и правда, когда-то, считал его своей семьёй.

— Я не подведу тебя, Шехар.

***

Побережье Ригведского моря.

Корпус подлодки разрезал морскую гладь, появившись на поверхности. Солнце уже несколько часов, как скрылось за горизонтом, а висящие над морем чёрные, клубящиеся тучи хорошо скрывали его поверхность от света звёзд. Лодка всплыла в десяти километрах от берега, практически в том же самом месте, что и в прошлый раз, когда Лиза и остальные посещали Синангар.

Не прошло и десяти минут, как небольшую лодку спустили на воду. Люди заняли свои места внутри, расположившись вместе с сумками. Оттолкнувшись от борта подлодки, маленький катер повернул и направился в сторону берега, подпрыгивая на волнах неспокойного моря.

Примерно через пол часа они осторожно причалили к небольшой бухте. Той же, что и в прошлый раз. И, как и Масуд в прошлый раз, Лиза проделала в лодке пару отверстий и оттолкнула от берега, позволив воде заполнить и утащить на дно маленькое судёнышко. Спрятать её тут было попросту негде, а оставлять — банально опасно.

— Вы уже использовали это место? — тихо спросила Франческа, оглядываясь по сторонам, пока их группа поднималась по крутому берегу.

— Да. В прошлый раз, когда ездили сюда.

— Опасно использовать одни и те же места.

— Ну, извини. Если ты не заметила, то у нас и так не очень много возможностей, — проворчала Вейл и бросила взгляд на идущего следом за ней Тома. Тот просто пожал плечами, молча продолжив подъём.

Верденки из разведывательной группы Пирса вообще не должно было тут быть. Раз уж на то пошло, то и самого Райна тоже. Когда Лиза сказала ему, что собирается отправится в Синангар, дабы встретится с лидером одной из местных групп, то Том просто заявил, что едет вместе с ней и начал собирать вещи.

Она уже тогда понимала, что отговорить его будет бесполезно. Хотя и всё равно попыталась сделать это. После потери «Колыбели» у них осталось слишком мало опытных людей, чтобы Шехар мог доверить это дело кому-то другому. А Том не собирался отпускать от себя Лизу. Однажды, он уже отпустил её одну, и они оба прекрасно знают, что из этого вышло. Раз уж не может отговорить её ехать, то одну не отпустит уж точно.

Грейсон тоже попытался этому воспрепятствовать. Наверное, даже более рьяно чем сама Вейл. Том попросту посоветовал ему «пойти в задницу».

В тот момент, стоя на пирсе, они так друга на друга смотрели, что в какой-то момент Лиза была уверена, что драки не избежать. Но, вместо этого, Пирс лишь что-то тихо сказал Тому и приказал Франческе отправляется вместе с ними.

Стоя рядом со старым, замаскированным флаером и стаскивая с него маскировочную сеть, Лиза пыталась понять, что же так сильно её беспокоило. Что-то в нём изменилось, но она до сих пор не могла понять, что именно. Райн без сомнения был всё тем же человеком, которого она знала. Она любила его. Но, что-то было не так. Что-то поменялось и это изменение беспокоило её всё сильнее.

— Поторопимся, — приказала она, отгоняя лишние мысли прочь. — Встреча через несколько часов. Нужно успеть всё сделать за одну ночь.

Через пару минут старый, потрёпанный жизнью флаер, поднялся над землёй и неспешно направился в сторону раскинувшейся на побережье Ригведского моря новой столицы Сульфара. Преследуемые чёрными и тяжёлыми тучами, они приближались к городу, чтобы минут через десять влиться в общий транспортный поток.

Встречу с группой, именующей себя «Сварадж» назначили в одном из торговых районов на самой окраине Синангара.

Хотя, глядя на низенькие и грязные домики, Тому подумал, что этому месту куда лучше подошло бы лучше другое название. Трущобы. Покрытые пылью и грязью трущобы. Даже ночью, под светом редких фонарей городского освящения было заметно, что городские службы либо не уделяют этому месту должно внимания, либо вообще забыли о его существовании. Кучи мусора валялись прямо на улицах, заботливо сдвинутые к стенам зданий, которым явно не помешал бы ремонт. Некоторым даже капитальный.

И, что почему-то удивило Тома, здесь оказалось полно людей. Даже несмотря на то, что сейчас середина ночи, они ходили по улицам. Разговаривали. Кто-то сидел за столиками крошечных закусочных прямо на улице, потягивая ароматный дым из кальянов. Другие пили чай или ели. Пролетая над одной из улиц, Райн даже заметил полный людей рынок. Широкую улицы, полную небольших палаток и прилавков. Люди сновали между ними, перемещаясь от одного к другому.

Жизнь здесь, казалось, вообще не замедлилась с приходом темноты, на что обратил внимание Лизы Том.

Ответ оказался проще, чем могло бы показаться. Количество хашмитских патрулей с заходом солнца уменьшалось. Они почти пропадали с улиц, если уж на то пошло. Солдаты старались не соваться в районы окраин по ночам. В том числе и благодаря группам подобным «Свараджу». Не настолько храбрым, чтобы нападать при свете дня, но не желающим упустить свою возможность, когда солнце скрывалось за горизонтом. Они бросались на вооружённые группы из нескольких солдат, убивали их, забирая оружие и другое снаряжение и растворялись в кажущейся бесконечной паутине узкий переулков.

Естественно, что реального вреда режиму такие нападения принести не могли. Чтобы там не думали эти «храбрецы», но всё, что они делали — занимались обычным убийством и грабежом. Убивали одних, чтобы забрать то, что было им необходимо. Да они и сами прекрасно это понимали. Если и не сразу, то со временем уж точно. Слишком часто такие вот «революционеры» превращались в обычных бандитов и головорезов, когда полог высоких идеалов исчезал подобно миражу в пустыни и обнажая скрытую в глубине человеческой натуры алчность.

И чем тогда одни лозунги отличаются от других, когда и те и другие написаны кровью?

Аша посадила флаер в паре кварталов от нужного им места. Рядом с небольшим складом. Какого-то отношения к нему они не имели, просто это место оказалось достаточно удобным, и их машина не будет привлекать внимания. Хотя бы на первый взгляд.

Выбравшись наружу, Том первым делом поправил намотанную на голову куфию. Широкий платок, служащий, головным убором, как хорошо защищал от палящего солнца, так и прикрывал лицо от лишних взглядов. Эту деталь гардероба его заставила надеть Франческа. Сказала, что таким образом они будут не так заметны. Главная проблема по её словам — выделяющаяся и отличающаяся от местных внешность, могла доставить слишком много хлопот. Говорила она это с такой уверенностью, что Райну показалось, будто эти знания вбиты в неё вместе с полученным от жизни опытом. И вряд ли этот опыт был достаточно приятным.

— Пошли, — позвала их Лиза. — Здесь недалеко.

— Что это за место? — тихо поинтересовалась Франческа, догнав Вейл.

— Арнав сказал, что какой-то небольшой ресторанчик или что-то вроде того, — пожала та плечами и одновременно с этим осматриваясь по сторонам.

— Хорошо, если не ловушка, — проворчала верденка.

— Не переживай, подруга. Если эти ребята вздумают бузить, то очень крепко об этом пожалеют, — успокоила её шагающая рядом Аша, держащая на плече небольшой рюкзак.

Обернувшись, сульфарка бросила взгляд на тёмное небо и приближающиеся к городу тёмные тучи.

— Паршивая, похоже, будет погодка.

Глава 8

Она просто лежала в своей комнате. Снова.

Хотя, пожалуй, слово «комната» мало подходило к коморке два на два метра без окон и со стоящей у стены раскладушкой. С брошенной на пол сумкой и парой бутылок с питьевой водой, что стояли или же валялись прямо на полу. Но лежащей на старом матрасе девушке было плевать. Ей вообще на много теперь было наплевать. Не волновала капающая на бетонный пол вода, капли которой срывались с плохо закрученой муфты на ржавой трубе на потолке. Не заботил запах сырости и плесень, растущая в углу. Даже на ползающих по сумке мелких десятилапых насекомых, она едва ли обращала внимание.

Вместо этого она просто повернулась лицом к стене, отворачиваясь от всех звуков, что доносились из-за тонкой двери, что служила входом в её убежище. Лата не хотела ни с кем говорить. Ни с кем встречаться. Она вообще ничего не хотела.

Потому что больше ничего не осталось. Теперь всё это окончательно потеряло для неё всякое значение, превратившись лишь в лишённые смысла звуки.

В разное время к ней приходили разные люди. Шехар, желающий проверить, как она. Масуд, утверждающий, что она всё сделала правильно. Аша, в бесполезной попытке утешить подругу. И другие. Они хотели помочь. Наверное. Она не знала. Да и не хотела знать. Лата просто хотела, чтобы её наконец оставили в покое.

Все их слова бесполезно сотрясали воздух в тесной каморке, что стала ей спасительным убежищем от внешнего мира. Девушка не слушала их. Не хотела слышать. Потому что знала правду. Горькую, разъедающую её подобно кислоте правду.

Больше ничего не осталось. Вообще. Сначала друзья и близкие, погибшие во время восстания. Потом семья, убитая мясниками Рустала прямо у неё на глазах.

А теперь и Вимал.

Единственный человек, который не переставал верить в неё, даже когда она сама перестала. Тщетно пытавшийся вытащить её из бесконечного омута злости и желания мести, в который она сама же с головой и погрузилась. По своей собственной воле. Отворачиваясь от того, для кого была важна.

И теперь он мёртв.

Умер из-за её желания глупой и бесполезной мести. Лата сама себя сжирала. Пыталась хоть как-то оправдаться. Что в тот момент не было другого выбора. Другой возможности. Может быть так-то оно и так.

Вот только правда в том, что именно из-за неё погиб последний человек, который любил её.

И которого любила она.

Почему люди понимают это так поздно? Воспринимают других и их чувства, как должное до того момента, пока не потеряют? Она отмахивалась от него, всё глубже и глубже погружаясь в бесконечное по своей глубине болото ненависти к тем, кто отобрал у неё семью. Вместо того, чтобы принять случившееся и попытаться жить дальше, она просто отказалась от настоящего, с головой уйдя в прошлое. Цепляясь за свою ненависть, будто это было единственное, что не давало ей забыть о родных.

Какая же дура. Безмозглая, тупая дура.

А теперь не осталось вообще ничего.

В тишине крошечной каморки раздался тихий всхлип. Затем ещё один. Лежащая на раскладушке фигура девушки вздрогнула и сжалась в комок на тонком матрасе. Вновь зарыдала, когда вместе с мыслями в очередной раз пришли воспоминания. О них. Двоих. В то время, когда её глаза не застилала убивающая всё хорошее ненависть и злоба.

Лата думала, будто всё произошедшее сделало её сильной. Чёрствой. Стойкой к потерям и способной равнодушно смотреть на гибель других.

Чушь. Жалкий самообман.

И сейчас она лежала, сжавшись на скрипящей от каждого движения раскладушке. Тряслась мелкой дрожью от льющихся из глаз слёз. Боль в сердце душила не хуже накинутой на шею петли. Потому что теперь она понимала.

Теперь она действительно лишилась всего.

Это был тот самый момент, когда человек окончательно теряет смысл не просто жизни, а самого своего существования.

И это был тот момент, когда Лата впервые задумалась о смерти.

***

Синангар

— Далеко ещё? — тихо спросил Том.

— Нет, через пару зданий слева перекрёсток. Нам туда. — так же тихо отозвалась Лиза. — Арнав сказал, что будет нас ждать.

— Надеюсь, что этому пареньку и его друзьям можно доверять, — пробормотала идущая рядом с Ашей Франческа, так же внимательно оглядывающаяся по сторонам.

На самом деле они могли бы уже быть на месте, если бы Лиза не повела их узкими переулками, вместо того, чтобы пройти по широкой улице с рынком, которую Райн видел, когда они ещё только подлетали к этому месту.

Но её решение он понимал. Им лучше особо не светится на улице. Мало ли что.

Дойдя до конца переулка, они повернули на более широкую улицу и прошили ещё несколько десятков метров, пока не дошли до перекрёстка и нужного им места.

Ресторан действительно оказался не очень большим. Занимал угол стоящего на перекрёстке здания. Освещённый фонарями, он казался полным жизни, как и окружающие их улицы, даже несмотря на ночное время. У Тома не имелось ещё возможности взглянуть на столь крупный город днём. Всё же после их бегства из космопорта они сразу же направились к морю, чтобы убраться подальше. Создавалось впечатление, что именно сейчас жизнь здесь кипела по-настоящему, из-за того что люди ощущали себя свободнее. Отсутствие хашмитских солдат и патрулей на улицах будто давало местным вздохнуть с облегчением.

Снаружи ресторанчика, расположившись под натянутыми на шестах навесами, сидели люди. Прямо на уложенных на землю широких подушках. Они пили и разговаривали. Кто-то курил стоящие на деревянных подставках кальяны, распространяя вокруг облака сизого дыма. Сладкий запах явно намекал на то, что там горел не только табак. Уж слишком умиротворёнными выглядели сжимающие мундштуки люди. Вот из лишённого дверей широкого проёма вышла молодая девушка с кожей цвета крепкого кофе с молоком и держа в руках поднос с чайником и окружающими его невысокими чашками.

Том и остальные зашли внутрь следом за Лизой. Вейл огляделась по сторонам и нашла взглядом невысокого паренька, сидящего в одиночестве за низеньким круглым столом, и повела всех к нему.

— Арнав?

Парнишка поднял голову и посмотрел на них. Несмотря на то, что в помещении было не жарко, он вспотел. Словно нервничал.

— Здравствуйте. Садитесь пожалуйста...

Лиза даже с места не сдвинулась.

— Я думала, что мы тут, чтобы встретиться с твоим начальством.

— Д... да. Он скоро придёт. Простите, но у нас тоже возникли проблемы в последний момент...

Арнав словно хотел сказать что-то ещё, но в итоге просто пожал плечами.

Том и Лиза переглянулись, но ничего не сказали. Все расселись за столом. К ним тут же подошла девушка, попытавшись принять заказ. Вот только молчаливые люди явно не были настроены на то, чтобы заказывать еду. Все, кроме одного.

— Чего? — удивился Том, когда все посмотрели на него после того, как он попросил принести ему местного чаю.

— Не нравится мне всё это, — тихо пробормотала Франческа, оглядываясь по сторонам.

— Ты ещё почаще повторяй, — скривилась Аша. — Чтобы вот точно накаркать. Чтоб с гарантией всё пошло по...

За окном раздался грохот, заставивший всех на мгновение напрячься. Это до них донёсся раскат сверкнувшей в дали молнии. Первые отзвуки приближающейся грозы.

Вернулась девушка, принеся с собой поднос с небольшим чайником и четырьмя странными, плоскими на вид чашками, больше напоминающими небольшие блюдца с высокими стенками. Сам же чайник стоял на странной конструкции. Том не сразу сообразил, что это подставка, внутри которой находилось что-то вроде маленького источника портативного пламени. Только через пол минуты до него наконец дошло, что это была самая обычная свеча. Широкая и плоская, с толстым фитилём. Её пламя разливалось по днищу стеклянного чайника, постоянно подогревая находящийся внутри напиток.

Впервые он столкнулся с чем-то столь... архаичным. Слишком привык к встроенным в посуду нагревательным элементам. Но, почему-то именно такой способ в этот момент показался ему удивительно органичным. Словно идеально подходящим под окружающую их обстановку. Сам же чай оказался необычным. Горьковатым, но в тоже время удивительно освежающим для горячего напитка. Отдавал травами. Что-то типо мяты и что-то ещё. Необычно, но вкусно. Единственное, из-за странных чашек пить оказалось не очень удобно.

При этом Лиза не сводила взгляд с сидящего рядом с ними парня. Тот сидел сгорбившись, держа в руках почти пустой стакан с водой. Арнав крутил его в пальцах, не поднимая взгляда на сидящих рядом с ним людей.

— Арнав? Всё в порядке?

— Ч... что? — парень вздрогнул и вскинув голову посмотрел на Лизу. — А, да. Да, всё нормально.

— А где Саха? — задала следующий вопрос Вейл, всё так же не сводя взгляда с паренька.

— Она...

Лиза так и не договорила. Её прервал голос мужчины, подошедшего к столу.

— Так значит, вот вы какие? — с лёгкой насмешкой в голосе произнёс он. — О! А я думал, что ты сдохла.

Том глотнул чая, никоим видом, не показывая своего напряжения и поднял глаза на подошедшего.

Среднего возраста. Высокий. С широкими плечами и жёстким, будто вырубленным топором из куска камня лицом. Но главной особенностью была налысо выбритая голова. Гладкую, тёмного оттенка кожу покрывала хитрая вязь татуировок, чью красивую и сложную структуру нарушали тонкие линии белёсых шрамов.

— Охренеть просто... — пробормотала Аша, к которой и относились последние слова стоящего перед их столиком здоровяка. — Сержант?

— Я что-то пропустила? — Лиза посмотрела сначала на сидящую чуть ли не с открытым ртом Ашу и затем снова, но мужчину. — Ты его знаешь?

— Ещё бы я его не знала. Чёрт, мы с Масом тоже думали, что вы мертвы, серж!

Стоящий здоровяк расхохотался и сел за стол. Всем пришлось немного подвинутся, но большой проблемы это не составило.

— Слушайте, очень круто, что вы друг друга знаете и всё такое, но может кто-то уже объяснит мне, что здесь проходит?

— Рама Агрэ, — представился здоровяк, без спроса, по-хозяйски, наливая себе чая из стоящего на столе чайника в одну из чашек. — Сержант королевской армии. В отставке так сказать.

— Мы с Масудом служили в его взводе, — добавила Аша, всё ещё не веря в то, что сидящий перед ней мужчина действительно состоит из плоти и крови, а не является бесплотным призраком. — В одиннадцатом королевском полку. Прошли через начало восстания, а затем и через долбаную мясорубку в Катак-Репале. Мы тогда с Латой и Вималом как раз и познакомились. Они без доспехов остались и их сунули к нам в отделение.

Агрэ нахмурился, будто вспоминая что-то, а затем кивнул.

— Да, помню. Было такое.

— Серж, мы все думали, что вы мертвы. Погибли с остальными, когда то здание рухнуло. Как вы вообще выжили?

Аше потребовалось всего несколько минут, чтобы в вкратце пересказать эту историю, случившуюся в самом начале восстания.

Королевская армия, зажатая в небольшом городке, заманила основные силы хашмитов, устроив им самую настоящую кровавую бойню. Подошедшие подкрепления из столицы и других регионов помогли окружить Катак-Репал, а именно так и назывался город, и перебить большую часть наступающих войск Рустала.

Правда для королевских солдат это сражение тоже не прошло без потерь. Даже скорее наоборот. Большая часть войск, участвовавших в засадах по всему городу погибла. Никто не ожидал, что у фанатиков нового режима в тот момент окажется столько современного оружия и техники. Сама Аша вместе с Масудом, Вималом и Латой едва не погибли, когда здание, в котором они все находились, начало разваливаться прямо у них под ногами.

— Да, паршивый был денёк, — согласился с ней Агрэ, отхлебнув чая из чашки. — Мы почти успели выбраться из дома до того, как оно рухнуло. Почти. Эта мразота развалилась, когда мы уже спускались на первый этаж. Чуть-чуть не успели. Меня и остальных завалило. Разиму плитой голову раздавило прямо у меня на глазах. Как сейчас помню. Горра в лепёшку. Будто кто-то на арбуз камень уронил. Мне то чуть больше повезло. Успел упасть в пролёт между лестницами. Повезло. Только разве что чудом не убило, когда чёртов дом всё таки рухнул прямо на голову. Вот только на этом везение закончилось. Завалило так, что сам выбраться был не в состоянии. Думал, что там и сдохну, но нет. Где-то через день или около того услышал людей. Местные разбирали завалы и достали меня. Я тогда вообще ничего не соображал. Даже не знал, что эти ублюдки разрушили «Багран» и столицу.

Агрэ замолчал, словно вспоминая те дни. На его лице появилось мрачное выражение, отчего спускающиеся по лицу тёмные линии татуировок будто стали на несколько тонов темнее.

— Я в то время и соображать то толком не мог. Местные вытащили меня из-под завалов. Немного подлечили. В себя пришёл где-то через неделю, а тогда-то всё и закончилось. В итоге я ещё пару месяцев валялся в постели у местных, которые меня и вытащили. Они приютили и не сдали хашмитам, когда те устроили настоящую охоту за нашими головами. Мне же тогда уже ноги сломало, так что куда-то спешить всё равно смысла не было.

— Рама, можно вопрос? — Лиза смотрела на сержанта в упор. — Ваша фамилия...

Бывший сержант покачал головой.

— Понимаю, что ты имеешь в виду. Нет, никакого отношения к этим аристократическим задницам не имею. Просто фамилии звучат похоже, вот и всё. Так что, когда я смог хотя бы ходить нормально, то от королевства ни черта не осталось. Как и от нашей армии. Вот я поехал сюда. У меня мать из Синангара. Жила здесь. Как-то так, — сказал он в конце, допивая чай.

— И теперь ты руководишь «Свараджем»? — с подозрением спросила Аша.

Рама покачал головой.

— Нет.

— Не поняла, — Лиза посмотрела на Арнава. — Я думала, что ты...

— Что вам так сразу обеспечат встречу с руководством группы? — хохотнул Агрэ. — Нет. Меня послали на тот случай, если всё это какая-то хитрая ловушка. Правда учитывая, что с вами эта засранка, то думаю, что всё в порядке.

Последние слова он произнёс, ткнув пальцев в Ашу.

— Значит, это проверка.

Здоровяк кивнул Лизе и поставил чашку обратно на блюдце.

— Да. Нужно было убедиться. Так что собирайтесь. Я вас отведу, пока тут дождём всё к хренам не залило.

Погода будто дожидалась этих его слов. Стоило ему их произнести, как на оконные стекла с едва заметным стуком упали первые тяжёлые капли, разбиваясь брызгами о прозрачную преграду.

Том наклонился к Вейл.

— Лиза, я отойду на минутку, — тихо произнёс он встав из-за стола.

Быстро спросив, где именно находится туалет, Райн дошёл до конца зала и завернул в небольшую комнату, разделённую на подобие отдельных кабинок пластиковыми панелями. Дверь за ним закрылась, отрезая большую часть звуков доносящихся из зала, а дождь за окном лупил крупными каплями по стеклу, выбивая незамысловатый и хаотичный ритм.

Сделав всё необходимое, Том подошёл к паре приделанных к стене раковин, чтобы вымыть руки, когда дверь за его спиной открылась.

Вошедший мужчина прикрыл за собой дверь, пока Райн споласкивал ладони и достал из-под курки пистолет, подняв руку и наведя ствол в спину Тома.

***

Ада шла по коридору, держа в руках планшет.

На экране тянулись колонки цифр с обозначениями. Подсчёты всего, что осталось в руках повстанцев, начиная от нескольких мобильных доспехов и снаряжения к ним, и заканчивая зарядами к ручному оружию, старым армейским сухим пайкам, большую часть из которых они нашли прямо тут и прочей мелочью. Нужно было чётко понимать, на что именно они могли рассчитывать.

Учитывая ситуацию, даже самые крохи были важны, так как с потерей «Колыбели» остатки их группы нуждались буквально во всём.

Правда появился шанс на то, что удастся кое-что восполнить. Ада собиралась поговорить с Лизой, когда та вернётся или же хотя бы выйдет на связь. Масуд говорил, что они вывезли со своей старой базы на заброшенной плотине большую часть своего снаряжения, а то, что осталось, законсервировали, так как в нём просто не имелось необходимости. Всё, что там осталось в достатке имелось и на складах «Колыбели».

Так что в целом работа подходила к концу. Если повезёт, то возможно им удастся вывезти эти остатки сюда, к побережью Карского пролива. Ещё пару часов поработать, а затем можно будет и отдохнуть. Девушка настойчиво гнала подальше недостойные молодой аристократки мысли о том, что Али делал с ней прошлой ночью. А то слишком они отвлекали.

Не глядя перед собой, Ада делала последние отметки на экране, когда столкнулась с неожиданно появившейся из-за поворота фигурой. Ей пришлось даже схватится за торчащую из стены трубу, чтобы не упасть. А вот выпавшему из её руки планшету так не повезло. Тонкое устройство вылетело из пальцев, ударилось углом об пол и отлетело куда-то в сторону.

— Эй, ты хоть смотри куда идёшь! — раздражённо бросила она, спешно подбирая планшет и осматривая его.

Повезло. Устройство отделалось только небольшой вмятиной на углу, которым ударилось об пол.

А вот виновник происшествия даже не обратила на неё никакого внимания. Лата просто прошла мимо неё и пошла дальше по корриду в ту сторону с которой пришла сама Ада.

— Лата! Эй, постой! — Ада быстро догнала девушку. — Эй, ты как?

— Нормально, — сухо и безжизненно отозвалась девушка, идя вперёд.

Поникшие плечи. Грязные светлые волосы, заплетённые в хвост на затылке и перевязанные обычным шнурком. Казалось, что Лата даже не видит ничего перед собой. Просто шла вперёд по коридору.

Ада внутренне поёжилась. Всё равно, что на мертвеца посмотрела.

Жизни в идущей рядом с ней девушке казалось не больше. Она вспомнила, как пыталась утешить девушку в то время, когда они добирались сюда после потери «Колыбели». У неё тогда одна тихая и почти беззвучная истерика сменялась приступами чуть ли кататонический меланхолии, когда Сингх тупым взглядом пялилась в одну точку. Стоило только Аде заговорить с ней о случившемся, как всё становилось в разы хуже. Сколько бы она не говорила, что в случившемся нет её вины, почти любое упоминание выводило ту из себя.

А сейчас Лата просто шла вперёд, засунув руки в карманы штанов и шагая в явно крупных для её ноги ботинках по грязному бетону коридора.

Вдруг вспомнив о своей просьбе прошлой ночью, Ада чуть добавила шага, нагнав удаляющуюся девушку.

— Слушай, Лат...

— Отстань от меня, — тихим и всё таким же неприятным голосом попросила девушка.

— Али поговорил с тобой? Я просила его...

— Нет.

— Что?

— Я ни с кем не разговаривала, — сухо отозвалась она. — Я не хочу ни с кем разговаривать. Просто отстаньте от меня уже наконец.

Ада удивлённо моргнула. Он же обещал, что поговорит с ней. Что попытается что-то сделать.

— Послушай, Лата, я знаю, как тебе сейчас плохо. Я хотела, чтобы ты поговорила хотя бы с Али... Эй! — Она протянула руку, чтобы взять девушку за плечо и повернуть к себе. Не так-то просто говорить с кем-то когда этот кто-то специально уходит от тебя. — Ну подожди пожалуйста, Лата!

— Отвали от меня! — едва ли на заорала та, стоило только коснуться её плеча. — Не прикасайся ко мне!

Ада отдёрнула руку так быстро, будто пальцы кипятком ошпарила.

— Прости пожалуйста, я не хотела...

— Да, что вам всем от меня нужно?! — закричала Лата, срываясь чуть ли не на визг и Ада отшатнулась назад только увидев перекошенной от злости лицо. — Просто отвалите от меня! Оставьте меня в покое, мать вашу!

— Я... я не хотела. Извини.

— Да пошла ты...

Последние слова Лата чуть ли не прошипела. Резко развернувшись, она пошла дальше по коридору, а Ада смотрела ей в спину, не понимая, что только что произошло.

Глава 9

— Я же просила тебя поговорить с ней! Али!

— Хватит орать на меня, женщина, — наёмник даже не повернулся в её сторону, идя по подземному пирсу. — От твоих громких криков у меня уже голова болит.

Эль Сарчес только закончил проверять доспех, потратив почти три часа на то, чтобы решить проблему с приводами левой руки. А ведь кучу времени на это убил. Раньше-то этим занимались люди Мукерджи, но теперь с хорошими техниками у них неожиданно образовались совсем не маленькие такие проблемы. Их вообще не осталось, если уж на чистоту. Только те шесть человек, что помогали Али и остальным в транспортировке сюда обоих «Шерханов» в начале месяца. Так что мелкий ремонт и калибровку приходилось делать чуть ли не самому.

Не то чтобы Али не мог этого сделать. Просто у целой команды техников со специальным оборудованием на это ушло бы едва ли больше тридцати минут в то время, как Али, практически в одиночку, пришлось потратить в шесть раз больше времени.

А теперь к усталости и раздражению добавились ещё и эти крики.

— Ты обещал мне, что поговоришь с ней! — обвиняющее крикнула Ада, делая пару быстрых шагов и вставая на пути у своего мужчины.

— Боже, женщина, ты же передо мной голая лежала,— взмолился Али. — Да в тот момент я бы тебе что угодно пообещал бы. Хоть луну с неба достать! Я что ли виноват, что ты...

Ада лишь фыркнула.

— Мужчины... Правильно мама говорила. Все вы придурки.

— Видать мудрая была женщина, — не мог не согласится с ней Эль Сарчес и попытался обойти стоящую на пути преграду.

Вот только у стоящей перед ним девушки явно были совсем другие планы. Она упёрла руку ему в широкую грудь, в попытке остановить на месте.

Правда смотрелось это не очень впечатляющее.

— Али, я прошу тебя.

— Да, что ты от меня хочешь!

— Я хочу, что бы ты сделал... хоть что-то! Она же вообще никакая. Ты сам говорил, что у нас почти нет пилотов! Ладно, если тебе плевать на мою просьбу, так подумай хотя бы об этом!

— Я и думал. Говорю же. И вообще у неё крыша течёт. С такими союзниками никакие враги не нужны. Даже от тебя в кабине доспеха будет больше сейчас толку, чем от неё.

— И я о том же, Али. Она ходит, как приведение. Почти не ест. Дашь ей воду — пьёт. Даш еды — поест. И всё. У неё как будто вообще желания жить не осталось. Я её встретила минут десять назад, так она вообще, как мертвец выглядела!

Али закатил глаза.

— Господи... Ладно, пошли. Всё лишь бы твоих криков не слышать. Пять минут и всё. Потом ты от меня отстанешь.

Комната Латы оказалась пуста. Впрочем, это и не удивительно. Ада уже сказала, что видела, как девчонка шла куда-то. Просто комната попалась по пути и Али заглянул внутрь чисто из лени. Вдруг эта дура там и дальше идти не придётся.

К сожалению, придётся. Девчонки в комнате не оказалось.

— Эй, знаешь где эта дура?

Идущий им навстречу Химмат удивлённо посмотрел на него. Гвардеец шёл к ним по коридору.

— Кто?

— Сингх.

— А, сейчас нет. Но минут пять назад видел её на складе.

Путь до склада, организованного в одном из пустых залов, не занял много времени.

Вся эта база, построенная в пещере, и так имела довольно компактные размеры. Можно было пересечь её из одного края в другой всего за десяток минут. Пирс, куда через несколько часов на рассвете должна была вернуться подлодка. С дюжину жилых помещений. Ещё пяток складских. Два хранилища для запасных топливных ячеек. И два тоннеля, ведущих на поверхность. Один прямо на скалу, что свисала над входом в пещеру со стороны пролива и ещё один тянулся на юг, выходя в небольшую седловину в двух сотнях метрах от берега. Там выжившие повстанцы организовали что-то вроде стоянки для флаеров и пары колёсных тягачей, накрыв всё это сверху маскировочными сетями и отражающими радиолокационное излучение панелями. Укрытие, конечно, не ахти какое, но если специально не искать в этом месте, то его хватит.

Так что до того склада, о котором говорил Химмат, Али и Ада дошли всего за пару минут.

— Ну и где она?

— Химмат говорил, что должна быть где-то тут.

Ада огляделась по сторонам, но ничего необычного не увидела. Всё те же ящики и грузовые контейнеры, описи коих она составляла пару часов назад. Ничего необычного.

— Ну, мы попытались, — сделал заключительный вывод Али, окинув тёмное помещение взглядом и повернувшись к выходу.

— А ну прекратил! Или никакого секса тебе до конца жизни!

Наёмник лишь горестно вздохнул. У него не так много радостей в жизни, а угроза лишиться одной из них звучала весьма весомо.

— Жестоко, однако.

— С тобой по-другому никак, — парировала она, оглядываясь по сторонам. — Странно...

— Чего?

— Я была здесь час назад, — сказала Ада, подходя к стоящим у дальней стены ящикам. — Тут всё должно быть заперто.

— Может ты ошибаешься? — без какого-либо интереса к происходящему предложил Али, заглядываю ей через плечо.

— Нет, нет. Я же опись наших остатков делала, — уверенно сказала она. — Эти ящики я запирала.

Подойдя ближе, Али открыл один из них. Внутри лежали армейские пайки. Старые, даже на вид. В потёртой пластиковой упаковке. Раздражённо цыкнув языком из-за того, что приходится этим заниматься, он открыл второй ящик. Там тоже не нашлось ничего интересного. Какие-то тряпки. Сложенные брезентовые сумки. Ещё какой-то хлам. А вот в третьем.

Даже его внешний вид уже сумел зародить в голове наёмника нехорошие мысли, которые, впрочем, тут же подтвердились, когда он поднял крышку.

Полтора десятка импульсных пистолетов лежали в специальных пазах внутри ящика.

— Слу-у-у-ушай, — медленно протянул он. — Как ты сказала, она выглядела, когда ты её в коридоре встретила?

— Не знаю, — ада нахмурилась, глядя на оружие. — Очень плохо. Бледная. Злая. Накричала на меня просто за то, что я к ней прикоснулась. А что?

— Ладно. Раз обещал, то надо бы её найти.

Правда про себя Али подумал, что скорее всего уже, наверное, поздно. И именно эта мысль вызвала в нём такую злость, что руки задрожали.

Потому что в ящике не хватало одного пистолета.

***

Том едва успел. Заметил движение человека за спиной в зеркале перед собой.

Пистолет выстрелил с глухим щелчком в тот момент, когда заменяющий левую руку протез ударил по сжимающим рукоять оружия пальцам.

Выпущенный из ствола заряд проделал узкую дырку в потолке, а пистолет вылетел их руки нападавшего и отлетел куда-то в сторону, стукнувшись об одну из пластиковых кабинок.

Времени на то, чтобы разбираться в происходящем у Тома не было от слова совсем. Противник бросился на него врукопашную, выхватив из-под куртки длинный нож.

Лезвие полоснуло перед лицом Райна. Едва не рассекло ему кожу на щеке. Протез схватил руку с оружием за запястье. Механически пальцы сжались с силой стальных тисков, сдавливая кости и ломая их так словно это были сухие ветки. Том по собственному опыту знал, насколько больно это может быть.

Ожидал, что напавший на него хотя бы растеряется.

Но тот вместо этого с размаху ударил его головой в лицо. Широкий лоб врезался в переносицу с такой силой, что из глаз искры посыпались, а мир вокруг на секунду потемнел. Последовавший вслед за этим пинок в грудь швырнул Тома назад. Прямо на раковину, расколовшуюся и слетевшую от удара со стены. В воздух взметнулись фонтанчики воды из повреждённых труб, лужами растекающейся по полу.

Мужчина поднял выроненный нож здоровой рукой.

— Поганый аджанби. Всех вас прикончим и этого ублюдка тоже, — мужчина сплюнул красную от крови слюну и пошёл вперёд.

Перед глазами всё плыло. Времени на то, чтобы приходит в себя не оставалось от слова совсем. Том попытался вскочить на ноги и кинулся на приближающееся к нему тёмное пятно, выставив перед собой левую руку в качестве щита.

Лезвие ножа полоснуло по ней, рассекая куртку и длинный рукав футболки, но лишь бесполезно проскрежетало по прочному протезу.

Правда победой это назвать было сложно. Вместо удара ножом, Том налетел рёбрами на колено, едва не задохнувшись от боли, когда ударом из него вышибло весь воздух из лёгких. Упав грудью на мокрый от заливающей его воды пол, он скользнул по нему до самой стены.

Почти так, как и рассчитывал.

Пальцы правой руки нащупали рукоять отлетевшего в сторону ещё в самом начале схватки пистолета.

Выстрел пробил прыгнувшему на него мужчине голову, оставив в ней дыру, через которую можно было бы два пальца просунуть. Просто повезло. Целился то он в грудь.

Вся схватка заняла едва ли больше нескольких секунд, но по ощущениям продлилась чуть ли не с десяток минут. Адреналин стучал в висках в такт бешено бьющемуся сердцу.

Потратив ещё пару секунд на то, чтобы сбросить с себя упавшее на него мёртвое тело, Том спешно вскочил на ноги и снова чуть не поскользнулся на окрасившейся алым воде на полу и бросился обратно в зал.

Вопросы о том, какого дьявола тут происходит он решил оставить на потом. Сейчас просто не до этого.

Они сидели за одним из боковых столиков. Почти у самого выхода. Трое мужчин в почти точно таких же куртках, как и тот, что напал на самого Райна. Когда Том, весь мокрый и с окровавленным лицом выскочил обратно в зал, один из них заметил его.

По округлившимся от удивления глазам сразу стало понятно. Вместо Райна они ожидали своего приятеля. А появление самого Тома стало для них тревожным сигналом.

Двое выхватили пистолеты. Третий что-то вроде небольшого карабина со сложенным прикладом.

Том выстрелил едва ли на секунду опередив собственный крик. Первый же выстрел ранил одного из мужчин в плечо. Другой попытался прыгнуть в сторону, прикрываясь ещё ничего непонимающими посетителями ресторана.

А вот третий навёл ствол карабина на то место, где сидели Лиза и остальные и открыл огонь.

Первыми, как это ни странно, среагировали Агрэ и Вейл. Предупреждённые криком Тома ещё до того, как он сделал первый выстрел, они начали действовать. Бывший сержант рыбкой нырнул в сторону, пытаясь вытащить из-под тяжёлой куртки собственное оружие. Лиза же пинком перевернула широкий и низкий столик, выставив его в качестве преграды между собой и стреляющим.

Правда, учитывая, что тот был сделан из дерева, защита так себе. Выпущенные из карабина дротики пролетали его на вылет, почти не замедляясь.

Но и смысл был не в этом. Простая уловка, чтобы хотя бы на мгновение скрыться от глаз стрелка. Тот ещё не успел закончить первую очередь, а Лиза уже появилась с другой стороны стола, прижимаясь плечом к полу и выглядывая сбоку.

«Хаудах» в её руке рявкнул дважды, хотя второй выстрел явно оказался лишним. Первый снёс нападающему большую часть головы, расшвыряв её во все стороны кровавыми ошмётками. Прямо по сидящим сзади людям.

И всё эти события произошли всего за какие-то три или четыре секунды. Если в первые мгновения люди просто не понимали, что вдруг произошло, то затем началась настоящая паника и хаос. Они бросались кто куда, стараясь как можно скорее убраться из опасной места. Вопли доносились со всех сторон, а бегущие люди совсем не помогали точной стрельбе. Один из них чуть не столкнулся с Томом, не дав ему выстрелить в свою цель.

А в следующий миг он полетел на пол, когда незамеченный им противник врезался в него сбоку, повалив прямо на один из столиков. Стоящие на столе чашки разлетелись во все стороны осколками и каплями недопитого горячего чая. Пистолет вылетел из руки, а искать его времени не оставалось. Протез схватил кинувшегося на него противника за руку, не дав воткнуть лезвие ножа в грудь.

Чуть ли не рыча, мужчина схватил Райна за горло, сжимая шею и не переставая давить на руку с ножом, в тщетной попытке пересилить протез. А вот сдавившие до рези в горле шею пальцы продолжали своё черное дело.

Нащупав что-то рукой, Том ударил первым же попавшемся предметом его по лицу. Стеклянный чайник не выдержал такого обращения и разлетелся вдребезги, ошпарив пальцы Райна кипятком. Но убийце не повезло ещё больше. Он моментально отпустил свою жертву, с воплями зажимая окровавленное лицо ладонями. Том успел заметить торчащие из кожи стеклянные осколки.

Кашляя, буквально продавливая воздух через сопротивляющееся горло, Том нашёл пистолет и пристрелил орущего от боли мужчину. Два быстрых выстрела в грудь и тот затих.

За те секунды, что он боролся со своим противником бой постепенно сошёл на нет. Лиза пристрелила ещё одного оппонента, оставив в его груди пару зияющий отверстий. Всё же калибр «Хаудаха» не подходил для деликатного обращения со своими целями. Дыры были такие, что аж ошмётки рёбер виднелись.

С последним расправился Агрэ. Сержант успел выпустить в спину убегающего по меньшей мере половину зарядов до того, как тот успел выбежать на улицу.

— Лиза?!

— Я в порядке, Том. Всё хорошо.

— Мы тоже в норме, спасибо, мать вашу, что спросили, — проворчала Франческа, осторожно выглядывая из-за небольшой стойки, куда они вдвоём успели заползти во время короткой перестрелки. Сейчас обе девушки сжимали в руках оружие, следя за обстановкой в баре.

Единственным пострадавшим оказался Арнав. Парня зацепило острыми щепками, когда тот придурок выпустил по перевёрнутому столу очередь из карабина.

— Рама! Что это за хрень?!

Том отметил, что задавая этот вопрос, Лиза как бы невзначай повернулась так, чтобы пистолет в её руках почти смотрел в спину Агрэ. Почти, но не до конца.

— Хотел бы я и сам знать, — ответил бывший сержант, оглядываясь по сторонам и не опуская руку с пистолетом.

Подойдя к одному из убитых, он пинком перевернул того на спину и содрал с лица закрывающую нижнюю часть куфию.

— Да чтобы тебя... Дакши!

Том сделал тоже самое с тем, который его чуть не задушил. На нижней губе и подбородке виднелась татуировка из переплетения каких-то хитрых символов, спускающаяся на шею.

— Что? — не поняла Лиза.

— Не «что», а «кто», —поправил её Агрэ, тут же подходя к дверному проёму и быстро выглядывая на улицу. За то время, что они тут находились, дождь полил с утроенной силой, превратившись чуть ли не в сплошную стену льющейся с неба воды.

— Гасим Дакши, — пояснил он. — Урод, который держит местные крайние районы города. Да со времён восстания под ним почти вся преступность ходит. Тот ещё ублюдок. У нас давно с ними тёрки... но какого чёрта они тут делают, я понятия не имею.

— Зато я знаю, кто в курсе, — зло произнесла Лиза и резко развернулась.

Пытающийся дрожащими пальцами вытащить засевшую в плече длинную щепку Арнав даже среагировать не успел. Лиза пинков в грудь опрокинула парня на спину, ногой прижав того к полу.

— Ничего не хочешь нам рассказать, парнишка? — мягким, но в тоже время пугающим до мурашек голосом потребовала она.

Ствол крупнокалиберного пистолета вжимался чуть ли не в его лицо в качестве дополнительного и очень весомого аргумента.

— Простите... прошу, простите меня. Рама, я ничего не мог сделать, — быстро заговорил парень, едва не запинаясь.

— Мелкий засранец нас сдал! — зло бросила Франческа.

— Нет... то есть... Рама, они схватили Саху и сказали, что убьют её если я... если я не...

— Если ты не сдашь им меня, — кивнул Агрэ. — Я понял.

— Просто потрясно, — сделал вывод Лиза. — Рама, что здесь происходит?

— Арнав правду сказал. Можете не париться. Эти уроды точно по мою душу припёрлись. Вам просто не повезло оказаться не в том месте и не в то время. Помнишь я говорил, что у нас в прошлом месяце были тёрки с Гасимом? Так вот я этой суке пол лица об асфальт содрал. Жаль прикончить не успел. Похоже, что этот гад решил мне отомстить.

— Простите... У меня правда не оставалось другого выхода, — продолжал скулить Арнав. — Они сказали, что убьют Саху. У меня выбора не оставалось.

— И? Что будем делать? — задал резонный вопрос Том.

— Будем отсюда валить, — дала обстоятельный ответ Лиза и остальные тут же поддержали её энергичными кивками.

— Ага, только не через главный вход. Я процентов на сто уверен, что нас там ждут. Гасим тот ещё ублюдок, но он точно не тупой. Он бы не послал всего четырёх человек, чтобы прикончить меня.

— Пятерых, — поправил его Том. — Я ещё одного в туалете пристрелил.

Рама с благодарностью кивнул и дёрнул Арнава за руку, потащив его в глубь помещения.

— На кой чёрт тебе этот парень?

— Чтобы вытащить его отсюда, — спокойно отозвался Агрэ, открыв дверь ведущую из зала в другие помещения ресторанчика.

— Серж, я, конечно, ни на что не намекаю, — со скепсисом в голосе заметила Аша, пропуская перед собой Франческу. — Он же тебя сдал с потрохами. И нас тут чуть не прикончили.

Агрэ вздохнул.

— Вы просто не знаете Гасима. Поверьте, если бы вы имели представление об этом человеке, то поняли бы, что у парня и правда не было выбора. Пошли, у нас мало времени.

Глава 10

Пройдя через небольшую кухню и пару подсобных помещений в задней части ресторана, Агрэ вывел всех к чёрному входу. За приоткрытой дверью всё так же продолжал лить проливной дождь, заглушая своим шумом практически все остальные звуки.

— Сколько здесь торчу, таких ливней ещё ни разу не видела.

— Где ты говоришь ваш флаер? — уточнил бывший сержант.

— В паре кварталов отсюда, — Лиза проверила магазин пистолета. — За рыночной улицей.

Рама скривился и покачал головой.

— Дерьмово. С таким же успехом он может быть хоть в другой части города. Вряд ли эти ребята нам так просто дадут до него добраться.

— А твой?

— А я пешком пришёл. Ладно, попробуем добраться до вашего, а там посмотрим.

— Серж, может всё не так уж и плохо, как вы думаете? — предложила Аша. — Может эти засранцы тут одни были.

— Ага, конечно. Нет, если Гасим твёрдо решил от меня избавиться, то я практически уверен, что они тут не одни. Слишком уж этот гад меня ненавидит после последней нашей встречи.

— Слушайте, — вдруг заговорила Франческа. — Мне, конечно, очень жаль, что они хотят вас грохнуть, но строго говоря это вообще не наша проблема.

— Теперь можете считать, что ваша тоже, — поправил её Рама. — Просто поверь. Эта мразь грохнет и вас тоже. Просто за то, что вы говорили со мной.

Верденка покачала головой.

— Бред какой-то...

— Ладно. Делаем так. Выходим и идём налево. Там дальше должны быть две улицы. Они в стороны расходятся. Та, что правее идёт прямо на рынок. Вторая уходит в сторону и обходит рыночную улицу параллельно с ней. Немного попетлять придётся, но по ней обойдём самые открытые места и доберёмся до вашего флаера. Согласны?

Последний вопрос уже относился к Лизе. В ней Агрэ с какой-то внутренней уверенностью определил главного в их группе.

Вейл просто кивнула, принимая предложенный сульфарцем план.

— Ну, тогда пошли, что ли...

Стоило им только выйти из здания, как падающая с неба вода прохладным потоком обрушилась на плечи. Дождь лил с такой силой и плотностью, что одежда на них практически мгновенно промокла до нитки. Где-то за спиной ослепительной вспышкой сверкнула молния. Её басовитый грохот долетел только через несколько секунд, эхом прокатившись по узким улочкам окраин Синангара.

Беглецы старались жаться ближе к стенам стоящих вокруг зданий. Они давали хоть какую-то защиту от дождя. Хотя, ощущая, как в ботинках хлюпает вода, Том решил, что эта защита была не более чем самообманом.

Несмотря на то, что из-за дождя видимость стала паршивой, Агрэ вёл их за собой с той уверенностью, какую можно ожидать от человека, что вырос в этих местах или же прожил в них достаточно много времени.

Всем хотелось, чтобы Аша оказалась права. К сожалению, мир и желание одного конкретного человека избавиться от другого рассудили иначе. На них напали в тот момент, когда группа под руководством Рамы уже подходила к той развилке, о которой он говорил ранее.

Единственное, что их спасло — дождь мешал не только беглецам. Короткая очередь из карабина ударила чуть выше, чем надо, пройдясь градом выстрелов по стене над их головами. Из-за дождя никто даже толком не услышал выстрелов. Импульсное оружие, и без того довольно тихое, а в такую непогоду все услышали лишь глухие удары, с которыми выпущенные из карабина дротики выбивали штукатурку из стены здания.

Агрэ бросился вперёд, на ходу стреляя в ту сторону, откуда прилетели выстрелы. Лиза не отставала от него ни на шаг, выпустив несколько зарядов из «Хаудаха». Крупнокалиберные дротики прошивали воздух с такой силой, что оставляли трассы в сплошной пелене дождя.

Попутно она чуть ли не схватила Тома за шиворот, потащив его за собой. Где-то за спиной Райна слышались выкрики Аши и Фрэн, бегущих следом за ними.

Что-то обожгло Тому ногу и тот оступился. Рухнув грудью в полную воды улицу.

— Давай, Том! Вставай! — Лиза схватила его за руку, пытаясь поднять на ноги и не переставая при этом нажимать на курок, выпуская последние оставшиеся в магазине заряды в сторону противников.

Выплюнув попавшую в рот грязную воду, Райн вскочил обратно на ноги стараясь не обращать внимания на боль в ноге. Остальные уже обогнали их, укрывшись за поворотом. Том успел заметить, как присевшая на колено Аша и возвышающийся над ней сержант стреляли из-за угла, давая им с Лизой время на то, чтобы добраться до укрытия.

Вот только сделать это им было не суждено.

Металлический цилиндр ударился о стену и отлетел прямо к ним под ноги. Граната успела отскочить от брусчатки, подпрыгнуть и скрыться под водой, попав в особенно крупную лужу прямо на пути Тома.

Лиза этого не видела. Просто не заметила, слишком занятая стрельбой.

Потому Том сделал единственное, что мог в этой ситуации. Прыгнул на девушку сзади, валя её на покрытую грязной водой землю и прикрывая собой.

Взрыв, казалось, подбросил их с земли, хотя это впечатление и было обманчивым. Ударная волна даже на несколько мимолетных мгновений разметала падающие с неба дождевые капли, расшвыряв их в стороны и выбивая стекла в ближайших окнах.

Райн прекрасно знал, что будет дальше. Слишком много общался с Серебряковым. Вряд ли их противники рассчитывали убить их одной этой гранатой. Хорошие профессионалы пойдут на штурм едва только произойдёт взрыв, чтобы добить тех, кто остался в живых и воспользоваться эффектом неожиданности, пока их жертвы дезориентированы. Как ни печально, дилетанты сделают тоже самое, уверенные в том, что этот взрыв если не убил, то хотя бы искалечил их цели, превращая противника в лёгкую добычу.

Просто сделают они это немного позже.

Райн вскочил на ноги, дёргая девушку следом за собой.

В глазах плыло, а окружающий мир будто качался из стороны в сторону. Явный признак лёгкой контузии.

На мгновение ему показалось, что Лиза что-то кричит, но вместо слов слышал только противный и настойчивый звон в ушах, что перебивал собой все остальные звуки. Даже кажущийся ранее оглушительным шелест дождя и грохочущие раскаты грома теперь казались лишь едва ощутимы.

Бежать!

Сработал главный инстинкт, заложенный в любого человека при встрече с опасностью. Не трусость или паника. Именно необходимость бежать, чтобы не подохнуть прямо тут.

Том никогда не был хорошим бойцом в отличии от Серебрякова или Лизы. Но даже он прекрасно понимал, в насколько проигрышной ситуации они находились сейчас. Когда почти ни черта вокруг не видно из-за проклятого дождя. Когда по ним палят чуть ли не со всех сторон и понять откуда именно почти невозможно. По крайней мере для него.

В такой ситуации он видел только один выход. Бежать. Разорвать дистанцию с противником. Избежать атаки. Или же остаться на месте и поймать с полдесятка дротиков собственной башкой и сдохнуть в ближайшей грязной луже.

Выбор очевиден.

Таща за собой Лизу, Райн бросился в сторону улицы, где скрылись Аша и остальные. Сейчас они уже не стреляли, и он не мог понять почему. Не важно.

Они добежали до улицы, прорываясь сквозь стену дождя, пока вода нещадно заливала глаза, а правая нога пульсировала болью.

Короткая улочка быстро закончилась тупиком. Том на секунду испугался, что они оказались в ловушке, пока не увидел, что то, что он принял за тупик — на самом деле оказалось поворотом. Особо не раздумывая, он бросился вперед увлекая Лизу следом за собой и всё ещё не мог понять куда же пропали Агрэ и остальные. Где Аша и Франческа?

Дождь неожиданно прекратился. Нет. Не совсем так. Он не исчез. Просто разбился на случайные и тонкие струи воды, стекающие с неожиданно ставшего столь близким неба.

Кто-то неожиданно возник на его пути. Мужчина, старательно собирал товар с прилавка. Другой едва не врезался в самого Райна, выскользнув из-за очередного прилавка. Слишком много людей для обещанной Рамой боковой улицы.

Только сейчас, Том вдруг понял, что они с Лизой оказались на том самом рынке, о котором говорил Агрэ. А столь близкое небо предстало перед ним натянутыми над рыночной улицей вереницей навесов и кусков пластика, что в солнечные дни защищали людей от палящего зноя.

Дождь продолжал барабанить по тонкой преграде над головами людей, стекая ручейками в прорехи растянутого над головами людей лоскутного одеяла из навесов.

***

С трудом повернув круглую ручку, Лата наконец выбралась наружу. Дверь открывалась с трудом, сопровождая своё движение жалобным скрипом. Будто механизм не хотел выпускать девушку наружу.

В лицо ударил свежий воздух, сильно контрастирующий с царящей в пещере духотой. Прохладный. Пахнущий морем. Лата вдохнула его полной грудью.

Она выбралась наружу через один из двух тоннелей. Через тот, что вёл наверх, прямо на нависающую над входом в пещеру со стороны пролива скалу. Почему она выбрала это место? Всё очень просто. Здесь почти никогда и никого не бывает. Наверное, раньше здесь мог находится наблюдательный пункт, но сейчас его обязанности полностью заменили установленные ещё людьми Чанда Каур Кай пассивные сенсоры и камеры.

А учитывая, что с этой скалы практически никуда нельзя было уйти, то и смысла находиться здесь не было. Разве что кто-то не решит спуститься два десятка метров по отвесной каменной стене с одной стороны. С другой был обрыв над морем с другой.

Ночь постепенно подходила к своему концу. Если присмотреться, то на востоке даже можно было заметить первые признаки рассвета. Небо у горизонта на несколько тонов стало светлее. Ещё минут двадцать и появятся первые лучи восходящей Валетрии.

А ещё здесь ей уже никто не помешает.

Оставив дверь открытой, Лата пошла вперёд, пока не остановилась прямо у обрыва. Внизу плескались сине-зелёные волны Карского пролива, разбиваясь о камень и разлетаясь вихрями брызг. Но даже несмотря на это, тут было тихо. Удивительно тихо и спокойно. Поразительно умиротворяющая картина.

Хватит, мысленно сказала она себе, глядя на море. С неё хватит. Достаточно жалобных взглядов. Достаточно тупых вопросов. С неё достаточно этого.

Лата посмотрела на предмет, что держала в руке.

Обычный армейский пистолет. Она проверила магазин. Тот оказался заряжен. Привычные движения принесли ещё больше спокойствия. Пальцы делали всё сами, повторяли механически заученные движения. Она даже не думала об этом. Будто была каким-то инструментом.

Ненужным. Бесполезным теперь.

Подняв руку, Лата вздохнула и приставила ствол пистолета к виску. Голый металл холодил кожу. Сердце вдруг неожиданно ускорилось, стуча в груди с такой силой, словно хотело вырваться наружу.

Не было больше ни папы с мамой. А теперь и Вимала, тоже. Вообще никого не осталось.

Палец нащупал спусковой крючок.

Всего одно движение. Стоит лишь чуть-чуть потянуть и оружие выстрелит. Оборвет наконец эту бесполезную, бессмысленную жизнь в которой более ничего нет.

А ведь он предлагал ей. Бросить всё и уехать вместе с ним. А она, дура, оттолкнула его из собственной глупости и неспособности перестать цепляться за душившую её ненависть. Будто это единственная оставшаяся у неё нить, что связывала с родными. Сейчас они могли бы быть вместе. Он любил её. А она... задушила в себе все чувства, потому что считала их слабостью. Ненужными. Бесполезными.

А в итоге слабой и ненужной оказалась здесь только она.

Палец дрогнул на спусковом крючке.

Лата до боли прикусила губу.

Даже сейчас, приняв решение, она всё ещё не могла собраться с духом. Казалось, будто её палец давит не на лёгкий спуск боевого пистолета, а на каменную скалу, на которой она стояла.

Так трудно. Но больше она этого не вынесет. Просто не хочет выносить. Хватит.

Палец дрогнул и потянул спуск.

***

Выпущенные из карабина дротики прошивали тонкий пластик будто и вовсе не замечая его. Слепая очередь разорвала один из навесов, и накопившаяся внутри вода хлынула вниз, смывая стоящий на одном из прилавков товар на землю.

— Том, не высовывайся! — крикнула Лиза и тут же пошла наперекор собственному совету, высунувшись из-за прилавка, служившего им укрытием.

Правда сделала она это припав плечом к земле вместо того, чтобы встать в полный рост. Так что бегущие за ними противник этого не заметили. Все кроме одного. Того, кому выстрел «Хаудаха» бесжалостно оторвал ступню от лодыжки.

Болезненный вопль разнесся по рынку, а карабины и пистолеты в руках нападавших бандитов вторили ему, превращая в фарш всё, во что попадали. Нет, Лизу они не заметили. Просто начали стрелять от испуга, когда один из их товарищей упал на землю с окровавленным обрубком вместо ступни.

Вернувшись в укрытие, Лиза вытащила из рукояти пистолета магазин. Принадлежащий Нори пистолет был довольно старым и не имел привычного индикатора боезапаса, как у более современных моделей. Да и оружие это, строго говоря, не военное, а скорее охотничье.

Она всегда подтрунивала над ним, а теперь сама цеплялась за него, как за единственный шанс к спасению.

— У меня зарядов мало, — заметила она, убрав почти пустой магазин в карман и вставив в рукоять новый вместо него. — Один полный и ещё пара в другом.

— У меня половина, — отозвался Том, глянув на индикатор в задней части оружия. — Что будем делать?

Отличный вопрос. Лиза подавила желание выругаться. В частности, на самого Райна, выбравшего неправильное направление. Но в тоже время она понимала, что в тот момент и сама оказалась ничем не лучше него. Не заметила в дожде чёртову гранату. Слишком увлеклась стрельбой. Серебряков бы за такое ей голову оторвал если бы увидел.

— Ладно. Держи голову ниже и давай за мной. Попытаемся найти флаер. Может наши уже там.

Куда проще было бы просто связаться с ними и объяснить произошедшее. Вот только лежащий в кармане куртки комм сейчас представлял собой жалкое зрелище в виде двух изогнутых и смятых частей. Сломался, когда Райн повалил её на землю, прикрывая от гранаты, а она упала прямо на торчащий из кривоватой брусчатки камень. Свой он, наверное, потерял ещё во время потасовки в том ресторане.

— Готов?

— Ага.

— Тогда пошли.

Пригибаясь и стараясь не поднимать голову над прилавками, Лиза двинулась вдоль рядов. Райн следовал за ней, стараясь не отставать.

Какой-то мужик выбежал из-за прилавка прямо перед ними, но не успел сделать и дюжины шагов. Несколько выстрелов попали бедолаге в плечо и грудь, бросив его на землю. Вокруг царила паника. Люди, осознав, что происходит бежали во все стороны, стараясь скрыться от опасности. Некоторые запирались в домах по краям улицы. Другие бежали в переулки. Кто-то прятался за своими же прилавками.

Впрочем, последний способ можно назвать наименее надёжным. Том уже видел одного такого. Точнее лужу крови, растекающуюся из-под дырявого прилавка метров десять назад.

В любом случае, сейчас лучшей тактикой будет скрыться. Сбежать, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания. По крайней мере такой была их с Лизой задумка. К сожалению, они оба по какой-то причине забыли рассказать этот план своим нападавшимям.

Сзади раздался возбужденный крик. Обернувшись Том увидел одного из напавших на них бандитов. Тот смотрел прямо на Райна, крича что-то своим товарищам.

Райн вскинул зажатое в руке оружие, но выстрелить так и не успел. Лиза сделал это раньше, попав почти успевшему поднять оружие противнику в грудь. Два заряда превратили её в кровавое месиво.

Да. Весь их хитрый план ускользнуть незамеченными только что приказал долго жить.

— Бежим! Том!

Лиза вскочила на ноги, утягивая Райна за собой и бросилась сквозь рынок. Вода хлюпала под ботинками, а сзади раздавались глухие звуки выстрелов. Кажется Том даже услышал, как выпущенные из оружия дротики вспарывают воздух вокруг них.

Спереди показались ещё пара человек. Райн выстрелил едва только увидел у них в руках оружие, надеясь на то, что это были именно их преследователи, а не кто-то из местных, решивших защитить свой товар. Правда оружие в их руках быстро убедило его в правильности подобного решения.

В точности стрельбы, да ещё и на бегу, да и когда по тебе самому стреляют, он хорош не был. Это на флоте, в тире, в спокойной обстановке, он мог выбивать десятку за десяткой в стрелковой галерее. Сейчас же первые три его выстрела прошли мимо. Да и четвёртый особо ничего не сделал. Только вскользь задел одного из них, порвав одежду на плече.

Зато бегущая перед ним Лиза оказалась на высоте.

«Хаудах» снёс одному из нападающих голову и тут же пробил грудь второму. И это в тот момент, когда она бежала. Руки тряслись от движения и адреналина. Ещё и бегущие навстречу местные, спасающиеся от творящегося вокруг беспредела тоже особо, не помогали.

Том успел заметить движение сбоку, но вот среагировал слишком поздно. Неожиданный враг прыгнул на него сбоку, вскинув руку с ножом когда Райн уже поворачивался чтобы выстрелить. Двое мужчин сцепились друг с другом, улетев на один из прилавков. Своей массой они снесли один из шестов, на котором крепился натянутый над их головами кусок пластика. Хлипкая конструкция посыпалась вниз вместе с накопившейся на ней водой. Обоих будто из ведра окатили.

Отплевываясь от заливающей лицо воды, Райн одновременно старался не дать упавшему на него мерзавцу воткнуть нож себе в живот, а другой рукой пытался направить пистолет в сторону цели. Почти получилось. Пришлось отпустить руку. Что-то болезненно обожгло бок, чиркнув по рёбрам. Протез врезался сульфарцу в лицо, вминая носовую перегородку в череп, а ствол пистолета наконец упёрся во что-то массивное и мягкое.

Не медля не секунды, Том нажал на курок, опустошая магазин в живот своего противника...

И в тот же миг его голова разлетелась на куски, забрызгав Тома кровью и ошметками.

— Давай, Том! Поднимайся!

Практически ослепший от заливающей лицо воды, крови и бог знает чего ещё, Райн поддался на уговоры. Тем более, что подоспевшая Лиза помогла спешно подняться на ноги.

Кое как вытерев лицо, он бросился бежать следом за ней, едва ли не перепрыгивая через попадающиеся на пути прилавки. Только вперёд. Не останавливаться. Не медлить.

Они вдвоём пронеслись через рыночную улицу с такой скоростью, будто за ними демоны гнались. Не разбирая, что перед ними. Главное поскорее убраться с открытого и освещенного пространства.

Откуда-то сзади доносились наколенные злостью крики, но Том даже не оглядывался назад, стараясь не отстать от Лизы и чувствуя, как лёгкие горят огнём, а рот хватает воздух.

В голове вместе с мозгами тряслась мерзкая мысль о том, что, став руководить эскадрой, он неплохо так забросил занятия в зале, за что сейчас расплачивался дрожащими ногами и пожаром в груди.

До конца улицы оставалось метров пятьдесят, когда впереди замаячили фигуры с замотанными куфиями лицами. Они шли им навстречу, отрезая путь к флаеру.

Лиза тоже обратила внимание на то, что эти головорезы шли им прямо наперерез. Что ни говори, но в такой вот ситуации, по колено в грязи, она соображала куда быстрее Райна. Пока он силился придумать, что делать дальше, она уже нашла решение.

Ну, как нашла.

Просто бросилась к ближайшему дому, вломившись прямо в дверь. Та, слава богу, оказалась не заперта. Тёмный коридор встретил их блаженной сухостью, темнотой и тишиной.

Глава 11

Звук пистолетного выстрела потерялся на фоне морского шума.

Али едва успел вовремя, в последний момент ухватив оружие за ствол и отведя его в сторону.

— Какого хрена ты делаешь?! — зло рявкнул он, вырывая оружие из её пальцев. — Совсем рехнулась?!

— Верни его! — Лата попыталась вцепиться в пистолет. Почти успела схватить рукой оружие.

А в следующий миг обнаружила себя лежащей спиной на траве.

Перед глазами резко потемнело, а из разбитой губы текла кровь. Кулак Эль Сарчеса врезался ей в лицо раньше, чем она вообще поняла, что только произошло.

— Безмозглая сучка... — Али тряс ушибленной рукой. — У тебя совсем мозгов не осталось?! А?

— Лата!

Повернув голову Али заметил Аду. Она шла растрёпанная и хватала ртом воздух. Запыхалась, пока поднималась по ведущей сюда лестнице неспособная угнаться за ним. Она неплохо так от него отстала, когда он бросился по коридору к лестнице. Понял, что собирается делать эта идиотка, когда увидел недостающий пистолет в ящике.

— Верни его. — зло произнесла лежащая на траве девушка, не сводя глаз с пистолета в руках Али.

— Зачем? Чтобы ты себе свои дурные мозги вышибла?

— Это не твоё дело!

— Ага. К сожалению, я тут кое кому должен.

Размахнувшись, Али швырнул пистолет со скалы. Чёрный силуэт оружия крутанулся в воздухе и вращаясь скрылся за обрывом скалы.

— Лата, зачем ты хотела это сделать? — спросила подошедшая Ада, опускаясь рядом с ней. — Самоубийство, это не выход.

Говоря это, она едва не скривилась от того, как тупо и банально звучали её слова.

— Послушай, я понимаю, как тебе сейчас тяжело, но это...

— Отвалите от меня! — заорала на неё Лата. — Откуда вам знать, что я чувствую?! Вы нихрена не знаете! Просто оставьте меня в покое! У меня больше ничего нет. Вообще. Я всё потеряла. Зачем так жить дальше?! А? На кой чёрт мне это поганое существование?!

В её крике было столько пропитанной отчаянием злобы, что Ада внутренне содрогнулась. Ей почти физически было трудно смотреть на бледное, покрытое слезами лицо.

— Лата, прошу тебя... — снова попыталась она, но Али грубо её прервал.

— Ах ты бедненькая, тупорылая сука, — елейным и насмешливым тоном заговорил он, даже не пытаясь скрыть издёвку в голосе. — Папочку с мамочкой у неё убили. Ай какая жалость. Ты моя несчастная. Смысл жизни она потеряла. Да пацана на небесах, наверное, сейчас на изнанку выворачивает от того, какое ты жалкое ничтожество!

Ада отшатнулась назад, когда Лата с воплем бросилась на Али. В один миг на её лице исчезла маска апатии и равнодушия, сменившись искажённой в ярости гримасой.

Она кинулась на стоящего перед ней мужчину желая только одного. Убить его за эту насмешку. За издевательство над теми, кого она любила и потеряла. Эти мерзкие, насмешливые слова словно ножи, что резали её по живому мясу. Боли они причинили в сто крат больше, чем недавний удар, которым Али отправил её на траву.

Но и Али был готов. Собственно, именно этого он и добивался.

Первый удар, направленный ему в лицо, он отразил с лёгкостью. Почти лениво. Второй, целящийся ему в горло, просто перехватил, вывернув руку бросившейся на него девчонки.

В этой атаке не было тактики или умения. Лата попросту кинулась на него. На одной лишь голой ярости, подчиняясь всколыхнувшимся в душе эмоциям.

Он себя не сдерживал. Вообще. Просто не видел в этом смысла. Вывернул ей руку так, что Лата взвыла от боли, а стоящая сзади Ада закричала, выкрикивая его имя и прося остановиться.

Вот только останавливаться он не собирался.

Сжатые в кулак пальцы правой руки врезались ей в лицо, разбивая нос в кровь. Не отпуская схваченную руку, Али дёрнул девчонку на себя, не давая ей упасть назад и ещё раз врезал ей. Хорошо так. От души. Слишком уж он ненавидел тот взгляд, которым она посмотрела на него, когда он отобрал пистолет.

Челюсть не держит боковых ударов.

Это связано с большим количеством нервных окончаний, собранных в этом месте. А любой сильный удар по таким точкам вызывает выброс калия из клеток и последующее замещение его кальцием. Нарушается баланс электролитов. В этот момент человеческой мозг в шоковом состоянии стремится этот баланс восстановить. Начинается гомеостаз, что требует огромного количества энергии. Если проще, то один хороший или же несколько ударов и мозг просто отключается, чтобы избежать дополнительного урона.

Вот только в последний момент Лата каким-то образом умудрилась чуть сместиться в бок. Удар, который должен был неминуемо её вырубить — лишь скользнул по скуле.

Удар коленом в пах почти достиг цели, попав в бедро и заставив наёмника зашипеть. Но свою добычу он не выпустил.

— Сука. Да ты хоть знаешь, как это могло быть больно?!

Апперкот и кулак врезается ей в солнечное сплетение, выбивая воздух из лёгких. Лата рухнула на траву, как подкошенная, в бесполезной попытке схватить ртом воздух.

— Безмозглая дура. Сдохнуть решила? — Али едва ли не рычал от испытываемого им бешенства. — Так я тебе помогу.

Удар ботинка под ребра перевернул едва поднявшуюся на четвереньки девушку на спину.

— Али! Прекрати это! — Ада бросилась к нему, схватив за руку. — Ты убьёшь её!

— Отвали, женщина! Она и так хочет сдохнуть. Так я хоть разомнусь.

Он оттолкнул Аду в сторону. Так, что та ничком упала на траву.

— Эй! Ты там ещё жива? — с иронией поинтересовался он, подходя ближе.

Едва восстановившая дыхание Лата будто ждала этого момента. В один миг она подобралась и попыталась прыгать на него, целя пальцами в лицо и глаза.

Не вышло.

Резкая и такая же сильная, как предыдущие удары пощёчина швырнула её обратно на землю. Мир перед глазами потемнел и крутанулся кубарем вокруг неё, пока Лата со стоном катилась по траве.

— Ну, что? Ещё не появился вкус к жизни? А? Слышь, дура. Ты там ещё не сдохла?

Али подошёл к ней. Чуть опустился, схватив рукой за волосы и поднял измазанное кровью и слюной лицо к себе.

— Посмотри на себя. Ты ничтожество. И это ради тебя пацан пожертвовал собой? Кретин. А я ведь говорил ему. Предупреждал.

Слова лились на неё подобно разъедающей кислоте. Мир перед глазами вращался, никак не желая останавливаться и приходить в норму. Руки, да и всё остальное тело будто налились свинцом, став практически неподъёмными.

— Решила, будто ты тут самая бедненькая и несчастная. Ой, какая жалость. Родителей убили. Парня прикончили. Ничего не осталось. Эй, дура. Не вздумай тут отрубиться, — Али пару раз пошлёпал её по лицу, а затем за волосы повернул голову в сторону с ужасом смотрящей на всё это Ады. — Вон. Посмотри на неё. Думаешь ты тут одна такая? Она тоже всё потеряла. И родных. И всю свою семью и жизнь, которой жила. А Его долбаное высочество? Его брата грохнули вместе со всем их королевством, родными и близкими. Думаешь, им легко? А? Но, нет. Естественно, только ты тут самая несчастная. Хочешь секрет раскрою?

Али подтянул её к себе, так, что лицо Латы находилось в считанных сантиметрах от его собственного.

— Всем. На. Тебя. Насрать. Мне уж точно. У всех свои проблемы. Ты тут не одна такая бедненькая. Посмотри, что делают другие! Они продолжают жить дальше. Находят причину даже тогда, когда, казалось, ничего не осталось. А, что ты? Утопаешь в жалости к себе. Жалкая эгоистка. Решила, что весь мир на тебе клином сошёлся? Так я тебе раскрою правду. В мире полным-полно людей, которые потеряли в стократ больше тебя. И они продолжают жить. Идут дальше. Потому что это и есть жизнь, конченая ты дегенератка. Поняла?! Вимал умер, чтобы ты могла жить. Потому что твоя жизнь значила для него больше, чем собственная.

Лицо девушки дрогнуло. По щекам потекли слёзы, смешиваясь с текущей из носа и разбитых губ кровью.

— Я... я не могу без него... Без них... Больше ничего...

— Послушай себя, — с отвращением приказал ей Али, с удивлением для себя осознав, что только что впервые назвал парня по имени. — Ты даже не говоришь по-человечески. Это жалкий скулёж побитой собаки. Разе он полюбил бы тупорылое животное? А? Отдал бы за него жизнь? Он сделал это, потому что хотел, чтобы ты жила. И, как ты распорядилась его поступком? Решила вышибить себе мозги, потому что жить с болью трудно? Жить вообще больно. Это одна сплошная сраная боль. И только мы сами можем хоть как-то её разбавить. Если бы пацан тебя сейчас увидел, то блеванул бы прямо тут. Так, что? Всё ещё хочешь сдохнуть? Давай я тебе помогу.

Резко отпустив её волосы, Али схватил девушку за шею и буквально потащил её по траве к обрыву. Лата сначала не понимала, а затем начала упираться, задыхаясь от сжимающих стальными тисками горло пальцев.

Увидев происходящее, Ада не выдержала и снова попробовала броситься к ним. В этот момент выражение на лице Али испугало её настолько, что ноги задрожали. Ещё никогда в своей жизни она не видела на нём столько злости

— Али, подожди...

— Назад! — рявкнул он на неё таким голосом, что Ада замерла, не сделав и пары шагов. — Не вмешивайся.

Подтащив Лату к краю скалы, Али резко дёрнул рукой, подняв девушку на ноги так, словно та и вовсе ничего не весила.

А затем толкнул её вниз.

Ада закричала, в её глазах уже застыла картина падающей вниз девушки.

Но своих пальцев Али так и не разжал. Лата едва могла устоять на краю, опираясь на самые носки ботинок и вцепившись пальцами в сжимающую её горло руку.

Али смотрел на неё со злостью, чувствуя, как под сдавившими горло пальцами бешено бьётся сердце. Ощущал её пульс. Видел, как в панике расширились зрачки. Как пальцы сжимали его руку, царапая ногтями кожу чуть ли не до крови.

— Что? Запал пропал? Или, когда кто-то хочет тебя прикончить это уже не то? Ну же, Лата. Давай. Сделай то, что хотела. Просри последнее, что подарил тебе пацан. Докажи, что ты и правда тот кусок бесполезного дерьма, который я тут с грязью смешал. Докажи мне, что ты и плевка его не стоишь. Ведь это именно то, чего бы он хотел, да? Увидеть, как ты убьёшь себя. Давай я тебе помогу, если у тебя духу не хватает.

Медленно. Неторопливо. Али чуть наклонился вперёд, ещё сильнее свесив девушку над пропастью и начал разжимать пальцы на её горле. Если бы она не вцепилась в его руку, то уже сорвалась бы вниз с отвесной скалы.

Но она продолжала держаться.

Вцепилась в него так, что побелели костяшки пальцев, а ногти до крови царапали кожу. Она держалась, едва стоя на самом краю. Он уже даже не держал её. Отпустил шею. Но она всё ещё продолжала стоять, цепляясь за свой единственный шанс на спасение.

— Вот значит, как...

Дёрнув рукой, он потянул девушку на себя и рывком бросил её на траву подальше от края скалы. Лата рухнула ничком, хватая ртом воздух и ощупывая покрытую синяками шею.

— Пошли отсюда, — бросил он, проходя мимо Ады к двери ведущей обратно.

Не зная, что делать дальше, Ада смотрела то на него, то на заходившуюся в кашле окровавленную девушку.

— Али, она...

— Пошли, женщина, — приказал он ей, почти дойдя до входа и продолжил уже тише, когда она подошла ближе. — Успокойся. Не будет она кончать с собой. Уж не сейчас то точно.

Он зашёл внутрь и пошёл к лестнице.

— Откуда ты знаешь?!

— Поверь, я просто знаю, — убедительно сказал он. — Для того, чтобы вышибить себе мозги нужно находится в очень определённом состоянии. Это нифига не так просто, как тебе кажется.

— Ты поэтому выбросил пистолет?

— Да. Сброситься со скалы, это не тоже самое, что вышибить себе мозги. Тут ты не можешь быть уверена в лёгком и быстром исходе.

— Зачем тогда было её бить? Оскорблять? Разве это было необходимо?

— Я её встряхнул. Адреналин. А слова... — Али пожал плечами. — Люди редко задумываются над тем, какие они мрази и говно, пока кто-то им об этом не скажет. Поверь мне. Я знаю. Сейчас я ей показал всё с другой стороны. Сама видела, как она в меня вцепилась. Так что не переживай. Если она сейчас решит себя прикончить, значит ей уже ничего не поможет. А если нет, то можно уже не волноваться.

Для наглядности он показал ей исцарапанную до крови руку.

Рассказывать всё он ей не собирался. Слишком... личной была бы эта история. Да и не для чужих она ушей. Даже не для неё. Да и сама Ада не дура. Догадается. Вон, идёт с ним рядом по лестнице и молчит. Умная. Из-за собственных мыслей или же просто шокированная тем, как он жестоко избил Лату.

Может перестарался? — мысленно спросило себя Али, а затем сам же и ответил на свой вопрос. Нет. Давно пора это было сделать. Только он не думал, что эта идиотка и правда решит застрелиться.

— Так что? Я сделал то, что обещал. Как там насчёт моего вознаграждения...

Поздно он обратил внимание, погружённый в собственные мысли. И тем неожиданнее стало для него произошедшее. Пощёчина не то, чтобы тяжёлая, но рука у Ады была лёгкой и быстрой. Как плеть. Видно, что ударила со всей силы. Даже щёку оцарапала ногтями.

— Никогда. Больше. Так. Меня. Не пугай. Ты понял?!

Она сейчас больше напоминала разъярённую фурию. Глаза горят. Лицо покраснело. Грудь вздымается под футболкой. И стоит, потирая ушибленную ладонь.

— Знаешь, ты ещё никогда не выглядела так сексуально, — пробормотал он, потирая щёку.

— Я тебе сейчас по яйцам врежу, — пригрозила она, но почти сразу немного расслабилась. — Пойдём. Тебе надо руку обработать, — тихо приказала она.

— Можем сделать это у тебя? — со смешком предложил наёмник.

— Ты совсем дурак? Обойдёшься. И ещё долго будешь обходиться, пока я тебя не прощу за то, что так меня напугал.

— Не делаю то, что обещал — наказан. Сделал — тоже наказан. За что мир меня так не любит, — притворно сокрушался Али, пока спускался следом за своей женщиной по лестнице. — Можно хоть сока? Знаю, что у тебя в комнате в холодильнике ещё осталось.

— Ага, — кивнула Ада, спускаясь впереди него. — Можно. Там как раз только манговый остался.

— Ненавижу долбаное манго...

***

Лата лежала на траве, глядя на поднимающийся над горизонтом жёлтый диск Валетрии.

Сколько она так пролежала не знала даже сама Лата. Может пять минут. Может все пятьдесят. А может и пять часов. Просто лежала, чувствуя, как боль в теле постепенно проходит. Разбитый нос и губы ещё болели, а кровь уже запеклась и засохла отвратительной коркой на лице.

Всё сказанное отдавалось в голове вместе с тупой болью. Вбитые кулаками слова жестокой правдой разливались по сознанию. Они буквально через силу заставляли Лату с отвращением смотреть на саму себя со стороны.

Нет, так быстро осознание собственной неправоты не приходит.

Она всё ещё гнала эти мысли прочь. Старалась забиться в тесную каморку из собственных отвратительных иллюзий, которыми подпитывала жалость к самой себе.

Но, как это часто бывает, сказанная другим человеком правда, какой бы мерзкой она не была, заставляет тебя задуматься. Хочешь ты этого или нет.

Али прекрасно знал, в каком состоянии должен находиться человек, решивший вышибить себе мозги. Это не секундное решение. Человек спускается к нему постепенно, преисполняясь жалостью к самому себе. Ставя себя в центр им же придуманной бурлящей несправедливости окружающего мира. Какое ему дело до других людей? Правильно. Никакого. Ведь решившийся на подобный грех человек не способен трезво оценивать других. Даже самого себя.

Но, так же он был прав и в другом. Мысль о самоубийстве не постоянна. Разве что только у безумцев, но им уже ничем нельзя помочь. Просто время зря потратите.

А для нормального человека, упавшего на самое дно кипящей ямы эмоциональных отходов такое решение будет продиктовано совсем другими желаниями. Спрятаться. Трусливо сбежать. Просто потому, что мир слишком жесток к бедному тебе. Мерзко. Отвратительно. Для него это ничтожный поступок жалкого слабака, не способного больше цепляется за собственную жизнь и найти причины жить в других.

И поэтому он сделал то, что сделал, натурально выбив это желание из Латы собственными руками. Сейчас она этого ещё не понимала, сжавшись на траве и обхватив колени. Поймёт позже.

Сейчас же она боролась со жгучей ненавистью к этому ублюдку и тихо рыдала, представляя, чтобы сказал ей Вимал, окажись он рядом.

Ничего хорошего. Перед глазами маячил его осуждающий взгляд.

К счастью, человеческий мозг способен запоминать и сохранять в памяти не только плохое.

Очень быстро осуждающее выражение в её мыслях сменилось той тёплой, любящей улыбкой, какую она видела на его лице, когда Эранди смотрел на неё.

Сколько она так пролежала не знала даже сама Лата.

Может пять минут. Может все пятьдесят. А может и пять часов.

Но в конце-концов она встала. Поднялась на ноги, преодолевая боль во всём теле, подставив окровавленное лицо под тёплые солнечные лучи.

Посмотрела на край обрыва.

А затем повернулась и пошла прочь, неся с собой в мыслях улыбающееся лицо человека, что её любил и собственный стыд.

Глава 12

— Ну, что там?

— Понятия не имею, — так же тихо отозвалась Лиза, осторожно выглядывая из-за окна. — Больше никого не вижу.

Они прятались в небольшой комнатке, на втором этаже одного из идущих вдоль рыночной улицы зданий. В том самом доме, куда Лиза вломилась.

Каким-то чудом нападающие не заметили, куда подевались Райн и Вейл, что дало им небольшую передышку в этой безумной погоне.

Прихрамывая на пульсирующую болью правую ногу, Том опустился на стоящий у стены диван и принялся снимать с себя промокшую до нитки одежду. После этого проклятого дождя, что, кстати, продолжал настойчиво стучать по окнам, на них не осталось и сухого места.

Стянув куртку, а за ней и футболку с длинным рукавами, он осмотрел рану на боку. В первый момент, ещё снимая одежду, кровь на руках заставила его испытать самый настоящий страх. Уж слишком много её оказалось. Только лишь осмотрев рану, он понял, что виной тому была дождевая вода, размывающая кровь. От того и казалось, что её пугающе много.

На самом же деле нож всего лишь скользнул по рёбрам, разрезав кожу, но и не более того. Повезло, хотя менее болезненной это её не делало и сейчас рана и горела огнём.

— Давай я помогу, — сказала Лиза, отходя от окна и попутно роясь в карманах висящей на поясе небольшой сумки.

Достав перевязочный пакет и маленькую аптечку, она подошла ближе и села рядом с ним, принявшись обрабатывать раны.

За окном сверкнула молния, а донёсшийся спустя несколько секунд грохот заставил стёкла в оконных рамах вздрогнуть.

— Сколько ещё до рассвета?

— Пара часов, наверное, — Лиза достала из аптечки баллончик с обеззараживающим спреем. — Не мешай мне, пожалуйста.

У неё с собой был только простейший набор. Ничего серьёзного. Но и того, что она всегда носила при себе, должно хватить с избытком. К счастью, рана оказалась не такой серьезной, как она подумала в начале.

— Будем ждать рассвета и...

— Тогда хашмитские патрули вернутся, — возразила ему Вейл, обильно опрыскивая рану и разрывая водонепроницаемую плёнку на пакете с широким пластырем. — Просто променяем одну опасность на другую.

Когда раствор попал на рану, Том зашипел сквозь зубы.

— А полегче никак нельзя?

— Что ты, как маленький? Ерунда же.

— Ага... конечно.

— Всё, — она осторожно разгладила края наклеенного пластыря, скользнув пальцами по его груди. — Покажи мне ногу.

Скинув ботинок, Том закатал правую штанину. Попавший вскользь выстрел порвал мягкие ткани на голени.

Лиза покачала головой. Встряхнув баллончик, она выдула остатки раствора на рану, не обращая внимания на болезненный вздох.

— Охренеть, ты везучий. Ещё бы пара сантиметров левее, и тебе бы кость перебило.

— Ага, — сквозь зубы отозвался Том. — А если бы он целился на полтора метра выше, то попал бы мне в глаз. Прямо офигительное везение.

— Это с каких пор ты стал таким язвительным?

— Да, как-то вот...

— Всё. Я закончила, — перебила она его, хлопнув ладонью по наклеенному на бок груди пластырю, от чего Райн едва не выругался. —Жить будешь.

Тщательно собрав все обрывки от упаковок, она сунула их обратно в сумку, не желая оставлять здесь ничего, что могло бы превратиться в ту самую роковую ниточку, которая потом сможет привести к ней. Вбитые годами уроки от Сергея всё ещё оставались в голове.

— Так, что будем делать? — спросил Райн, когда она уселась рядом с ним и принялась перебирать заряды одного из пистолетных магазинов.

— Пока подождём. Я видела, как минимум пару засранцев очень похожих на тех, кто на нас напал, — Собрав всё, что осталось, она полностью зарядила один магазин. Всего семь выстрелов и пистолет окажется пуст.

— Думаешь, обыскивают рынок?

— Или играют в салочки. Откуда мне, блин, знать. В любом случае, пока в нас не стреляют — я довольна. Посидим пока здесь. Вряд ли они начнут обыскивать тут каждую дыру. Да и патрули, что вернутся с рассветом тоже им особо не помогут. Так что я бы на их месте свалила бы отсюда пока есть возможность. А как только это произойдёт — постараемся найти наших или способ связаться. Такой вот план.

— Нормально. Мне нравится.

Они посидели так. В полной тишине, нарушаемой лишь стуком дождевых капель по окну и редкими раскатами грома.

Их укрытие выглядело, как чья-то небольшая квартира. Две комнаты. Спальня с низкой одноместной кроватью и совмещенная с кухней небольшая гостиная, на диване в которой они и сидели. Просто это оказалось единственное место, куда Лиза быстро и без шума смогла вскрыть дверь. О том, где сейчас находился хозяин или же хозяева квартиры, Том старался не думать. Учитывая всё случившееся, они уже должны были быть тут.

Или же, что могло быть вполне возможно, лежали сейчас на улице внизу, попав под устроенную ими перестрелку.

— Срань... Я ведь должна была догадаться раньше.

— Ты о чём? — не понял Том.

— Арнав, — пояснила Лиза. — Я же видела его. Заметила, что с ним что-то не так. Чёрт, я же знаю, что он не ровно дышит к этой девчонке. Ещё в нашу первую встречу заметила. А сейчас...

— Да ладно. Не кори себя. Мы живы. Ребята скорее всего тоже. Так что всё нормально...

— Да нихрена не нормально, Том! — произнесла она тихим голосом. — Посмотри. Мы в полной заднице, просто никто ещё не хочет этого признавать. Лишились «Колыбели», людей... да почти всего. Шехар ещё как-то цепляется, но я понятия не имею, что делать дальше.

Она говорила тихо. Почти вкрадчиво. Это не была истерика. Просто констатация факта. Целой кучи омерзительных фактов, которые можно было только признать и попытаться идти дальше. Вот только тяжело брести в кромешной темноте, не имея ни малейшего понятия о том, где находится спасительная тропинка, что выведет тебя на свет. Явный признак того, что сидящая рядом с ним девушка постепенно теряла уверенность, постоянно подтачиваемая свалившимися на неё трудностями и потерями.

Он хотел ей возразить. Но понял, что не может. Просто потому, что с точки зрения банальной действительности она была абсолютно права.

— Мы справимся, — только и сказал он. — У нас же есть план...

— Грохнуть Рустала, — тускло улыбнулась она. — Да, отличный план. Просто превосходный. Надёжный. А дальше, что? Ну прикончим мы его. Как будто среди этих уродов не найдётся тех, кто тут же займёт место этого ублюдка.

— Мы же не знаем, чем кончилась встреча Шехара и этого... как его там?

— Ашиита.

— Да хоть так, — хмыкнул Райн. — Вдруг они о чём-то договорятся? Может найдут способ решить проблему.

— Ага, мечтай. Скорее уж Шехар прикончит его прямо там, — невесело усмехнулась Вейл. — Ашиит сам сдал его местным уродам из Камаан ке Сена. Сам. Лично. Он ведь его чуть ли не своей семьёй считал. Чёрт, до сих пор не могу поверить, что тот парень, которого мы встретили тогда у Лестера и этот Шехар одни и те же люди.

— Я слышал, что он кому-то голову отрезал.

— Не он. Химмат. Но так-то, да. Он приказал. Одному из местных. Ты не подумай, Чанд был тем ещё мудаком, но всё равно...

— Да, он сильно изменился, — согласился с ней Том.

— И не только он.

— Что ты имеешь в виду?

Лиза повернула голову и посмотрела на него.

— Почему ты прилетел, Том?

Райн даже моргнул от удивления. Такого вопроса он не ожидал.

— Не понял... Ты же знаешь. Меня отправили сюда с группой Грея и...

— Господи, Том. Ты можешь рассказывать эту историю, кому угодно. Но я знаю тебя слишком хорошо. Я говорила с Пирсом. Он сказал, что ты бросил командование эскадрой и полетел сюда. Бросил своих людей и примчался сюда, на Сульфар. Раньше бы ты так не поступил. Для тебя твой долг всегда был важнее всего. Ты всегда поступал разумно, а не бросаясь что-то делать на одних эмоциях. Уж я-то знаю...

— Я однажды уже поступил разумно, — раздражённо бросил Том, глядя на покрытое шрамами от ожогов лицо. — И? Чем это закончилось, тебе напомнить?

— Это не ответ на мой вопрос.

— Лиза, да какая разница. Я сделал то, что должен был...

— То, что хотел...

— Не передёргивай!

— Просто говорю, как есть, — отозвалась она. — Послушай, я очень счастлива, что ты жив. Но...

— Но хотела бы, чтобы меня тут не было? — раздраженно произнёс за неё Том. Адреналин после погони уже начал постепенно рассасываться в крови, чем только подстёгивал нервное состояние организма. — Так что ли?

— Учитывая в каком дерьме мы застряли... Знаешь, да.

Лиза подняла взгляд и посмотрела прямо на него.

— Да. Я хотела бы, чтобы тебя здесь не было. И уж точно я бы не хотела, чтобы ты из-за этого бросил своих людей. Тех, кому ты нужен...

— Это просто бред какой-то.

Райн не выдержал и встал с дивана, пройдя несколько шагов. Руки трясло. Не только из-за того, что адреналин уже покинул кровь. Так ещё и эти слова... злили его.

— Знаешь, что?! — он резко повернулся к ней. — Ты не права.

— В чём?

— Да во всём, — отрезал Том. — Я, никого не бросал. Да! Это были мои люди. Я командовал ими. Я обучал их и тренировал. Мы вместе с ними прошли через такие мясорубки, что и представить страшно. Но не надо тут строить из меня какого-то незаменимого героя. Понятно?! Лиза, я...

Райн замолчал, чувствуя, что его начинает заносить. Пришлось пару раз глубоко вздохнуть, чтобы успокоится и продолжить.

— Знаешь, когда я получил твоё сообщение, то едва не сорвался с места. Вот настолько я близок был к тому, чтобы действительно всё бросить и полететь сюда, — Том даже показал, насколько, сведя вместе большой и указательный пальцы протеза. Через оставшееся между ними расстояние можно было разве что только волос провести. — Но я этого не сделал. Потому что не мог. В тот момент. На мне висела большая ответственность. Всё, как ты сказала. За моих людей. Мы только прошли через первый бой, а тут это. И, знаешь, что? Серебряков спросил у меня тоже самое. Почему?

Лиза молча смотрела на него, ожидая ответа.

— Потому, что ты права, — тем временем продолжил он. — Командовать ими — мой долг. И я делал это. Делал то, что должен. Старался выполнять свои обязанности, как можно лучше. Тренировал и обучал их. Гонял на учениях пока люди не начинали валиться от усталости и продолжал дальше. Но, знаешь, в чём правда? А? Как только отец рассказал мне о том, что планируется, я согласился без раздумий. Вообще не сомневался. Потому что это задание дало мне возможность сделать всё официально. Дало мне...

Райн вдруг запнулся на полуслове, оборвав сам себя. Все те мысли, которые он старался запихнуть как можно глубже, вдруг вырвались на волю. Только лишь когда он сам произнёс это, он вдруг действительно осознал, как звучали его слова.

Он ждал эту возможность.

Не бросился спасать её, как только узнал, что Лиза жива. Нет! Он выбрал ответственность, которая лежала на нём, даже несмотря на личные желания. Но, как только появился шанс... Том окончательно запутался. Не мог разобраться в собственных мыслях. Распутать этот противоречивый клубок, что свился в его голове. И не видел никакой надежды на это.

Но, была одна мысль, что золотой линией проходила сквозь него. Подобно указывающей путь сияющей нити, она не могла распутать это безумное нагромождение мыслей, но могла помочь пройти сквозь него к той единственной мысли, которая действительно была для него важна.

— Я не могу потерять тебя, Лиз, — тихо произнёс он. — Только не снова. Не после того, что случилось...

Он замолчал на несколько секунд, пытаясь подобрать слова. После случившегося с Ритой, он чувствовал себя столь же разбитым. Просто старался не показывать этого. В тот момент, после Второй битвы у Нормандии, гибели стольких товарищей, смерти Уинстона, она стала для него лучиком надежды на то, что нормальная жизнь всё ещё возможна. Именно жизнь, а не существование в качестве важного винтика в военной машине верденского флота.

Встав с дивана, Лиза подошла к нему.

Просто взяла его лицо в свои ладони и поцеловала. Смешно, но это был их второй поцелуй за всё время с момента первой встречи. Мокрые после дождя. Прячущиеся в чужом доме от ищущих их бандитов. Лиза поцеловала его с той страстью, которая отпечаталась в памяти Райна. Не потускнела ни на мгновение. Так же горячо и жадно, будто этот поцелуй был глотком воздуха для утопающего.

Он всегда это знал. И раньше. Просто не понимал до конца.

Говорят, что люди не осознают, насколько ценны вещи, пока их не потеряют. Райну повезло. Пусть он уже однажды и потерял самое дорогое, что было в его жизни, но теперь смог обрести это снова.

И в этот самый момент, Том, как никогда ясно, понял, чего он на самом деле хочет.

Не власти, наград или же высоких постов.

Это раньше он считал свою службу — смыслом своей жизни. Кресло капитана на мостике корабля.

Теперь, всё чего он хотел — это жить.

Вместе с ней.

После всех трагедий и испытаний, что выпали на его долю за столь короткое время, теперь он понимал это лучше всего. Какая разница, чего ты достиг, если в конце концов остаёшься в гордом, но разъедающим душу одиночестве.

Это был порыв. Страсть, подпитываемая недавно пережитой опасностью и превалирующая над логикой и смыслом. Райн толкнул её диван, пока Лиза прямо на ходу скидывала с себя одежду и та мокрыми тряпками падала на пол.

Были только они и этот самый момент. И как бы абсурдно это не казалось, они хотели им насладиться. Прямо здесь и сейчас. Сплетясь в объятиях на старом диване и с оружием под рукой.

После всего случившегося, сжимая наконец в руках любимую женщину, ради которой он готов был сделать всё, что угодно.

***

Своё укрытие они покинули через полтора часа. Лиза решила не дожидаться рассвета.

Выйдя на всё ещё прикрытую сумерками улицу, Вейл повела Райна в сторону. В кой-то веки одежда на них обоих высохла, а дождь наконец закончился. Похоже, что местные небеса вылила на них всё, что было, так что о недавнем буйстве природы напоминали лишь глубокие лужи и мокрая земля.

Том постарался вспомнить место, где именно они оставили флаер, но это оказалось труднее, чем он думал. Стоило только выйти за пределы широкой рыночной площади, как окраины Синангара встретили таким безумным переплетением узки улочек и переулков, что Том потерялся уже на четвёртом или пятом повороте.

Зато Лиза в отличии от него шла достаточно уверенно, хотя Райн и понять не мог, как именно она выбирала направление.

Тем не менее, через пятнадцать минут ходьбы они вышли к старому, но крупному складу. Прямоугольное здание стояло в окружении небольших построек. Именно здесь, на парковке с другой стороны склада они и оставили флаер на котором прилетели в город.

— Думаешь, они всё ещё здесь?

— Понятия не имею, — Лиза осмотрелась вокруг. — Но я бы на их месте уже свалила бы отсюда.

— Обнадеживающее, ничего не скажешь, — кисло произнёс Том.

— Ну, уж как есть. Пошли.

Они обошли склад с западной стороны. Над горизонтом уже начал медленно подниматься сияющий диск Валетрии, разгоняя своими лучами ночную темноту. Том только сейчас заметил, что несмотря на то, что вокруг становилось светло, Лиза выбрала такой маршрут, что они продолжали оставаться в тени.

— Ну, можешь это сказать.

— Что?

— Ты же говорила.

— Я же говорила, — послушно произнесла она, глядя на пустую парковку. Их флаера тут не было и помине. — Это было ожидаемо. Я бы тоже не стала тут торчать.

— Ну, как-то всё равно обидно, знаешь ли. Ладно, зато хотя бы с остальными всё в порядке.

Лиза покачала головой, не став говорить, что машину могли просто угнать, а Аша и остальные уже валяются где-то с дырками в головах... В последнее время она вообще старалась гнать подальше от себя дурные мысли.

Жаль, но получалось не всегда.

— Ну? Долго вы будете там стоять?

Лиза обнаружила, что развернулась на голос, направив пистолет на говорившего раньше, чем тот закончил предложение. Том отстал от неё всего на секунду, успев выхватить собственное оружие.

Агрэ стоял в переулке, в нескольких метрах от них. Тёмная и мешковатая одежда хорошо скрывала фигуру здоровяка в тени здания. Скинув капюшон куртки с татуированной голов, он махнул им рукой.

— Где остальные? — тут же потребовала Лиза, едва они с Томом подошли ближе.

— Я им сказал, чтобы отогнали машину в безопасное место. Аша и ваша подруга сейчас там. А я решил остаться.

— Вот прямо так просто и решил? Ты нас тут вообще сколько ждал?

— Ну, Аша сказала, что вы обязательно припрётесь сюда, как только у вас появится такая возможность. Так что я решил, что если у вас есть мозги, то вы переждёте опасность и не станете соваться сюда до рассвета.

— Умно.

— Опыт, — возразил ей Рама, накидывая капюшон обратно на голову. — Пошли. Отведу вас к старому. Думаю, что мы сможем договориться.

Глава 13

База «Голгофа»

— Я конечно всё понимаю... Нет. Не всё. Но я стараюсь! Правда стараюсь! Но хоть убей, я всё равно не могу найти ни одной долбанной причины, почему я должна жить вместе с тобой?! Здесь же чёрт знает сколько места!

Риваль только вздохнул, флегматично помешивая ложкой в стоящей перед ним чашке кофе.

Шан сидела напротив него за столом, со злым выражением на красивом лице и жевала бутерброд. Жевала так, словно сэндвич сделал ей что-то плохое.

— Тебе ещё не надоело жаловаться? — спросил он из желания поддеть её ещё немного.

Подобные мелкие подтрунивания над своей «подругой по несчастью» оставались для Блаумана чуть ли не единственным развлечением в общении за последние два дня.

Их обоих поселили в одном из небольших городков в Центральной Догме станции. Встретившая их девушка, Рита, оказалось очень вежливой и дружелюбной, что было весьма удивительно. Нет, учитывая, что их обоих до сих пор не грохнули и не вышвырнули в открытый космос без скафандров, Риваль не думал, что с ними случится что-то подобное и в дальнейшем. Почему? Банальная логика. Раз уж эти люди потратили столько сил на то, чтобы доставить их сюда, значит для этого есть какая-то цель.

Вопрос в том, какая именно.

Им выделили довольно крупную квартиру в одном из зданий на краю поселения. Именно так они решил называть эти скопления зданий разбросанные по внутренней поверхности станции. К слову, они оказались не такими уж и большими.

И, да. Шан злилась не просто так. Их действительно поселили вместе. По какой причине это было сделано, Риваль не знал.

С другой стороны, он всё же был благодарен за подобное. Меньше всего в этой странной и лишенной какой-либо определённости ситуации Ривалю хотелось остаться в одиночестве. Да и Линфен, он уверен, чувствовала тоже самое. Иначе какого дьявола большую часть своего свободного времени она старалась проводить рядом с ним.

Ворчать на это, она естественно не переставала, но это его даже забавляло.

Так что вот уже почти три дня они торчали здесь, предаваясь практически полному безделью. К слову, дверь в квартиру оказалась не заперта, как Рита им и сказала. Более того, им двоим даже разрешили выходить на прогулки, чем Риваль и Шан воспользовались в первый же вечер, решив осмотреть местность вокруг. У обоих имелись выданные встретившей их девушкой специальные коммы. Устройства выполняли все те же самые функции, что и обычные, но так же и следили за тем, что их хозяева случайно не зашли в не предназначенные для них места.

На вопрос Риваля о том, что мешает ему выбросить комм и ходить, где вздумается, она лишь рассмеялась и пожелала удачи. Впрочем, почти сразу же попросила этого не делать, так как они оба сейчас на её ответственности, а лишние проблемы ей не нужны. К тому же, как она потом пояснила, коммы предназначены в первую очередь для их собственной безопасности. На возможность слежения за ними их наличие или же отсутствие всё равно никак не повлияет.

Так что Шан и Риваль просто гуляли по небольшому городку, в котором их поселили. Больше всего это место напомнило ему небольшие курортные городки на Траствейне. Выстроенные в одном едином стиле, они имели всё необходимое для комфортного проживания в них людей. Несколько раз Риваль даже порывался подойти к прохожим и поговорить, но каждый раз, вспоминая, что за ними следят, обрывал это желание. Не хотелось злить незримых хозяев этого места.

Так что сейчас, сидя за столом и попивая горячий и на удивление превосходный кофе, Риваль прекрасно понимал, в чём причина столь скверного настроения у Линфен. Оно ухудшалось на протяжении последней пары дней.

Так обычно выглядят дети, которых пообещали сводить в магазин за новой игрушкой и до сих пор этого не сделали.

— Успокойся. Она сказала, что заедет за нами сегодня.

— Да я задолбалась уже ждать... — Шан, уронила голову на сложённые на столе руки, благо они уже позавтракали и стал практически пуст. — Сколько можно. Мы здесь уже три дня почти. Я не могу больше сидеть в четырёх стенах и маяться тупым бездельем, как ты. Мне. Нужна. Работа. Я должна что-то делать!

— Порешай уравнения в уме, — предложил он в шутку.

— Засунь свои тупые предложения себе задницу, — проворчала она. — Или в ближайшее время единственной задачей, которую я буду решать в уме — будет убийство нежеланного сожителя и проблема избавления от его тела.

— Ой, как страшно...

Замок на двери открылся со щелчком, и вся дверная панель бесшумно скользнула в сторону.

— Доброе утро! — Рита осторожно вошла, придерживая одной рукой небольшую коробку. — Как у вас тут дел...

— Отлично! — Шан вскочила на ноги и схватила куртку. — Поехали.

— Э-э-э... — Фарлоу перевела взгляд с взбаломошенной учёной на Риваля, грустно смотрящего на оставшийся в чашке кофе. — А я вам принесла булочек на завтрак.

— К чёрту твои булочки, — вскинулась на блондинку Шан. — Ты обещала, что всё нам объяснишь! Три дня! Три дня я должна сидеть здесь взаперти и терпеть этого недалекого дурака! Столько времени впустую потратила...

Удивлённо моргнув, Рита посмотрела на Риваля непонимающим взглядом.

— Я же сказала, что вас никто не ограничивает. Вы могли спокойно выходить и...

Но Блауман только махнул рукой.

— Просто не обращай внимания, — попросил он, поставив чашку на стол. — Не сидели мы тут. Просто у неё от безделья уже крыша едет. Вот и бесится. Так что, если ты не против, лучше давай займемся делом, пока она мне последние мозги не проела.

Последние слова он уже добавил шёпотом, дабы не нагнетать обстановку.

— Было бы, что проедать, — шикнула прошедшая мимо него Шан и Блауман тихо выругался.

Совсем забыл, что отличии от него, она напичкана кучей имплантов.

Рита как-то грустно посмотрела на коробку в руках.

— Ладно, тогда оставляю вам их. Потом съедите.

Они втроем спустились вниз на лифте. Не на первый этаж, как подумал сначала Блауман, а до середины здания. Там находился внутренний ангар для личных транспортных средств.

Флайер, на котором и прилетела за ними Фарлоу, больше всего напоминал овальную капсулу, с расположенными в носовой и кормовой части репульсорными панелями. Внутри же имелось четыре кресла. Их то они и заняли.

Не прошло и нескольких минут, как капсула поднялась в воздух и плавно покинула ангар, пока сопровождающая их девушка читала что-то с лежащего на ладони комма.

Как и во время их первого полёта, Риваль не смог отказать себе в удовольствии полюбоваться внутренней сферой станции.

Даже с земли, когда они с Шан просто гуляли по улочкам небольшого города, где их поселили, это выглядело впечатляюще. Достаточно было поднять голову, и вместо неба увидеть искривляющуюся поверхность, покрытую зелёными и серыми пятнами.

А уж когда они постепенно поднимались всё выше и выше, то зрелище становилось и вовсе невероятным. Это натурально целый мир, построенный внутри станции по её внутренней поверхности.

— Много людей здесь живёт? — спросил он у Риты, отворачиваясь от проносящейся за стеклом картины.

— Сейчас около ста семидесяти тысяч человек, — рассеяно ответила та, не отрывая глаз от устройства.

— Что-то многовато у вас тут построено для такого количества людей, — заметила Линфен, как и Риваль глядя за пределы окружающего их аэрокара и Риваль внутренне с ней согласился.

Только тот небольшой город, где они жили последние три дня, мог по его прикидкам вмещать до двадцати тысяч человек. Может быть даже и больше. А если даже посмотреть за борт, то можно заметить по меньше мере с десяток таких поселений. И это только те, что Риваль мог увидеть отсюда.

— В данный момент персонал станции и сотрудники фонда проживают только в шести готовых городских зонах, — пояснила Рита, правильно поняв скрытый за её репликой вопрос. — Большая часть до сих пор находится в процессе и на разных этапах строительства. Как бы нам не хотелось, но ещё далеко не всё готово.

— В смысле?

— Что «в смысле»? — не поняла она.

— Разве не проще было строить всё вместе с самой станцией? — уточнил Риваль.

Рита удивленно посмотрела на него, оторвав взгляд от комма.

Только сейчас, встретившись взглядом с сидящей так близко к нему девушкой, Риваль вдруг заметил, что у неё искусственные глаза. Это оказались протезы, что заменяли настоящие глазные яблоки. На первый взгляд почти не отличимые от человеческих, но если присмотреться, то их искусственность моментально бросалась в глаза, если знаешь, что искать.

— Я же говорила, — лениво сказала Шан, глядя куда-то в сторону и подперев кулачком подбородок. — Он идиот. И я, между прочим, в его компании уже почти месяц торчу. Сама не понимаю, как до сих пор не скатилась до его уровня.

Блауман чуть не прикусил себе язык, дабы удержаться и не высказать всё, что он думает о его невольной напарнице по этому «приключению».

— Мы не строили станцию, — Рита наконец поняла, что именно Шан имела в виду. — Мы нашли её... То есть, её нашёл Фонд.

— Хочешь сказать, что это, — Блауман обвёл рукой проносящийся за окном вид. — Всё это осталось от тех... пришельцев?

Даже на его собственный, совсем незамысловатый вкус, подобраное слово звучало глупостью.

Пришельцы.

Человечество уже давно уверилось в том, что является единственным разумным видом, так и не встретив других инопланетных рас. За прошедшие столетия это стало практически аксиомой. Поэтому ему чуть ли не физически трудно было сказать это.

Но, похоже, что сидящую напротив девушку такие проблемы совсем не мучали.

— Да. Она принадлежала Эллинам. Её обнаружили в триста семьдесят шестом году после Колонизационной эры. Гораздо позже, чем рассчитывалось изначально. И уже после смерти самого Лапласа.

— Это как? — не понял Риваль.

— Вы никогда не задумывались, почему Колонизационная эра отсчитывает чуть меньше полутора столетия? — спросила она. — Почему... нет, не так. Что стало толчком для неё?

— Появление способа путешествия к дальним мирам, — мгновенно ответила Линфен. — Это стало возможно благодаря двигателям Кобояши-Черенкова.

— Ну, раз уж вы здесь, то, вероятно, знаете, как они появились, — сделала очевидный вывод Фарлоу. — Используя эту технологию, а также доработанный в последствии гипердвигатель, человечество начало взрывным темпом осваивать новые системы, расширяя своё влияние за пределы Солнечной системы.

Девушка в последний раз посмотрела на дисплей и убрала комм в карман своего платья, сложив руки на округлившемся под одеждой животе.

— Вот только настоящая причина в том, что всё это происходило исключительно из-за поисков этого места, — продолжила она. — По крайней мере во второй половине. Мы искали эту станцию. В то время большую часть экспедиций сопровождали сотрудники Фонда. Они и занимались поисками «Голгофы».

— Вы использовали их?

— Верно. В то время у нас ещё не было столько средств и ресурсов, сколько есть сейчас. А экспедиции в дальние части космоса стоят не дёшево. Поэтому часть колонизационной партии занималась поисками этого места. Потратили почти семьдесят лет поисков, которые начались почти сразу же, как только наши учёные смогли расшифровать их язык.

Риваль вспомнил, что рассказывал им Альмарк. По его словам, на то, чтобы разобраться с этой проблемой и перевести имеющуюся информацию, содержащуюся внутри компьютеров на корабле чужих, Фонду потребовалось огромное количество времени. Кажется, он говорил что-то о двух поколениях или что-то вроде такого.

И даже это на взгляд Блаумана выглядело как-то невероятно. Расшифровать и перевести язык существ, не людей, выглядело для него едва ли не невозможной задачей.

— На самом деле это оказалось не так сложно, как вам кажется, — отметила Рита, когда Риваль высказал ей свои мысли. — Вы слышали про Розеттский камень?

— Какой камень? — не понял Риваль, чем вызвал ещё один пропитанный сарказмом стон со стороны сидящий рядом с ним Линфен.

— Его нашли в конце восемнадцатого века на Земле, — начала объяснять Фарлоу. — Это... как бы это сказать. Это была грандиозная находка. Одна из важнейших в человеческой истории до космической эпохи. На этом камне имелись три выбитых послания на трёх языках. Одно на древнегреческом и ещё два на Египетском. Последнее в двух вариантах, но это не так сейчас важно. Так вот. Основная ценность находки состояла в том, что все три текста имели одинаковое значение. Это позволило расшифровать диотические и иероглифические структуры древнеегипетского языка. Один этот камень смог сделать для лингвистики то, что не смогли учёные за всё время до этого.

— И вы нашли такой «камень»? — сделал вывод Риваль.

— Что-то вроде того, — уклончиво ответила Рита. — Важно другое. Расшифровав информацию, мы поняли, что найденный нами корабль Эллинов не единственный. Их должно было быть гораздо больше. Несколько сотен, по меньшей мере. Может и больше...

— Откуда это название? — заинтересовалась Линфен. — Эллины. Это после перевода их языка вы узнали?

— О, нет, — покачала головой Рита. — К сожалению, мы так и не узнали название их расы. Если честно, то мы вообще не уверены, что оно у них было. Это, как с нами. Мы же не придумывали себе громкого имени. Просто, люди и всё.

— Как по мне, так звучит уже достаточно громко, — пробормотал Риваль и Рита рассмеялась.

— Да, понимаю к чему вы. Но, ведь нам же нужно было как-то называть их, правда? Вот Эолия Лаплас и дал им такое имя. В честь народа Эллин.

— Кто это?

Блауман не смог сдержаться и посмотрел на Шан со смесью удивления и плохо скрываемого восторга.

— Неужели такое возможно? Ты, и чего-то не знаешь?!

На это она лишь демонстративно закатила глаза.

— Древняя Человеческая история — не моя специальность.

— То есть, если чего-то не знаю я, то это потому, что я тупой? А если ты, то просто не твоя специальность. Так что ли?

— Пф-ф-ф... естественно.

— Не находишь, что это какие-то уж очень двойные стандарты, а?

— А вы забавные.

Последние произнесла уже Рита, глядя на них обоих. Линфен фыркнула и взмахнула рукой в сторону Риваля. Будто пытаясь прогнать надоедливое насекомое.

— Так, что там с Эллинами? — торопливо спросила Шан, желая продолжить разговор.

— По легендам так называли родоначальников древних греков, — пояснила она и тут же добавила, заметив непонимание на лице Блаумана. — Это одна из древних народностей на Старой Земле. Именно в их честь Эолия и назвал их так.

— Потому что их теоретически можно называть нашими предками? — Риваль вспоминал всё, что показал и рассказал им Альмарк.

Рита кивнула.

— Верно. Мы до сих пор не можем точно сказать, какое именно отношение они имеют к нашему... виду. Нет, не так. К самому процессу формирования нашей цивилизации. Альмарк, вероятно, уже рассказал вам, насколько схожи наши виды?

— Да. Он говорил, что мы практически одно и тоже. На генетическом уровне.

— Очень близки, было бы более верным определением, — поправила она Шан. — Да, с точки зрения генетического кода, биохимии и строения организма мы практически идентичны. Но есть некоторые существенные отличия. В частности, в строение определенных отделов головного мозга и некоторых других органов. Это если не учитывать то, что лучше всего будет назвать кибернетическими имплантами. Там вообще творится просто какая-то магия. Но, вы скоро и сами всё увидите.

Вытянув руку, она указала на тёмный провал открывающихся ворот. Пока они разговаривали их флайер пересёк практически всю сферу, оказавшись у её противоположной части. Их маленький аэрокар скользнул с небес к открывшимся в «земле» воротам тоннеля, постепенно меняя свою ориентацию в пространстве. Всего на пару секунд, но находящиеся внутри люди ощутили, как их словно потянуло в две разные стороны.

— Я так понимаю, гравитация здесь создаётся не вращением. — Шан с любопытством осматривала всё вокруг.

— Нет. Антигравитационные панели в основании станции. Они создают общее поле притяжение по всей поверхности центральной догмы. Оно немного колеблется от ноль девять g до одной целой. Плюс в центральной части гравитации нет совсем.

— Равноудаленное балансирование, — с пониманием кивнула Шан.

Значит, в самом центре этого места существовала полная невесомость.

— У меня ещё один вопрос, — вдруг вспомнил Риваль. — Когда наш корабль приближался к станции, то мы видели голограмму, которая выглядела, как Эолия Лаплас. Альмарк показывал нам его фотографии.

— Это был не он, — покачала головой Рита.

— Это и так понятно. Вопрос — кто это?

Девушка задумалась.

— Скажем так. Можете считать, что это его Демон.

Риваль и Шан переглянулись, но Рита сказала, что они всё поймут и так. Полёт продолжался не долго. Ещё не больше десяти минут, что потребовались их капсуле, чтобы преодолеть часть уже знакомого тоннеля.

— Куда мы летим?

— В пятый инженерный узел, — ответила Рита на заданный Шан вопрос, а затем задумалась над собственными словами. — Точно. Вам же это ничего не говорит. В общем, вы, Шан, будете работать со мной над одним проектом. Мы пытаемся закончить его на протяжении последних сорока лет. Ну, то есть научная группа, которая им занимается. Он почти готов, но возникли трудности с теоретической частью. И он считает, что у вас есть шанс помочь нам её исправить.

— Кто «он»? Альмарк?

— Нет. Демон.

Её последние слова окончательно запутали Линфен.

В голове крутились сотни вопросов, но она решила подождать. Раз уж эта девушка так охотно делится с ними информацией, то вполне возможно, что и всё остальное они узнают дальше.

Широкий тоннель наконец закончился, и капсула вырвалась на свободу.

Сначала они решили, будто вновь оказались в космосе, но очень быстро поняли, что это не так.

То, что было ими принято за мерцание звёзд, оказалось крошечными огоньками освящения и работающих аппаратов молекулярной сварки. Учитывая, что вокруг чудовищного по своим размерам пустого пространства тянулись конструкции из неизвестного Ривалю тёмного металла, он сделал предположение, что они всё ещё находились внутри самой станции. Где-то между Центральной догмой и внешней обшивкой.

И они находились тут не одни. Вокруг них сновали десятки, если не сотни судов. От совсем крошечных, не больше их собственного флайера, до куда более крупных. Один из них казался размером с эсминец верденского флота. Странной и вытянутой конструкции судно с целым ворохом длинных манипуляторов в нижней части корпуса, сжимающий широкий и отливающий металлическом блеском изогнутый лист.

Всё это постоянно двигалось, перемещаясь по одним им известным маршрутам и с неизвестными целями. Ривалю потребовалось несколько долгих секунд, чтобы понять, на что именно всё это походит.

Стройка. Это именно она. Здесь, прямо внутри станции происходила постройка чего-то.

И когда они с Шан это увидели, у женщины в предвкушении загорелись глаза. Потому, что только один единственный взгляд на чудовищных размеров кольцо только что дал ей ответ на главный вопрос всей её жизни. То чувство, когда осознаешь, что всю свою жизнь была права.

Глава 14

Широкие дверные створки бесшумно разъехались в стороны, пропуская вошедших внутрь людей. Рита уверенно шла вперёд, ведя за собой «гостей». Риваль вместе с Шан оглядывались по сторонам с жадностью детей, неожиданно для себя оказавшихся в огромной кондитерской.

Больше всего это место походило на огромный лабораторный и научно-исследовательский комплекс. Три поднимающихся вверх уровня с центральной вытянутой «шахтой» по середине, куда выходили прозрачные панорамные окна. Стеклянные стены, разделяющие рабочие кабинеты и отдельные лабораторные залы. Десятки людей, что занимались своими делами.

А ещё, белый цвет. Чуть ли не все поверхности были покрыты матовой краской. Она имела такой насыщенный и яркий белый оттенок, что Ривалю даже стало прохладно. Будто он снова оказался в госпитале.

— Добро пожаловать в сердце проекта «Врата», — Рита обвела место рукой, словно хотела указать на всё и сразу.

— Так и знала, что была права! — с невероятным самодовольством в голосе произнесла Шан, с восторгом в глазах осматривая всё вокруг. — Я, а не этот идиот, Отис.

Рита улыбнулась, глядя на такую реакцию.

— Ну, нам только предстоит это выяснить. Пойдёмте ко мне в кабинет. Там и поговорим.

Она провела их по паре широких лестниц на третий этаж. Собственный кабинет Риты располагался в центральной части третьего этажа. Широкие стеклянные стены позволяли одним взглядом окинуть практически всё огромное помещение, где располагался комплекс.

— Мне кто-нибудь объяснит наконец, что именно здесь происходит? — попросил Риваль.

Сняв со спинки кресла белоснежный халат, Рита накинула его себе на плечи и села за стол. Шан и Риваль последовали за ней, разместившись в креслах напротив стола.

— Для того мы сюда и пришли, — произнесла Фарлоу. — Но для начала я хочу кое-что прояснить. Альмарк показывал вам записи того, что произошло с Шестой Дальней Экспедицией?

Они оба кивнули.

— Отлично, тогда всё будет гораздо проще.

Рита откинулась на спинку кресла, сложив руки на округлившемся под платьем животе.

— И так. С чего бы начать... — Она задумалась. Ривалю даже показалось, что она выглядит немного смущённой. — Простите, я никогда не умела толкать пафосные речи. В общем... Как бы это лучше сказать. По данным наших аналитиков у человечества осталось где-то тридцать четыре года. Может быть чуть-чуть больше, но это вряд ли.

— Тридцать четыре года до чего? — не понял Риваль.

— До того, как сюда придут те, кто уничтожил корабли Шестой Дальней, — пояснила Рита. — Те, кто согласно нашим исследованиям и уничтожил Эллинов.

— В смысле, придут? — Риваль переглянулся с Шан.

— Подумайте, — попросила их сидящая в кресле девушка. — Альмарк же рассказал вам достаточно. Не мог не рассказать, раз вы оба сидите тут. Человечество активно осваивает космос уже более семи сотен лет. И большую часть этого времени Фонд искал следы присутствия Эллинов. Но всё, что нам удалось найти — несколько десятков кораблей и эту станцию.

Это было не совсем так, про себя подумала Рита, но не стала менять сказанное.

— Почему? Почему мы не обнаружили ни одной заселённой планеты? Почему не смогли обнаружить вообще никаких следов чужого присутствия и колонизированных миров в освоенном нами пространстве?

Шан в задумчивости уставилась на стену, неосознанно прикусив ноготь на большом пальце левой руки.

— Потому, что они никогда здесь и не жили, — через секунду ответила она.

Рита кивнула.

— Верно.

Коснувшись сенсорной панели стола, она нашла нужное изображение и взмахом руки вывела его над столешницей. Освещение в кабинете мгновенно стало более приглушенным, а стеклянные стены потемнели, став практически не прозрачными.

Перед сидящими вокруг стола людьми появилось схематическое изображение галактики Млечный Путь.

— Если говорить очень грубо, то мы находимся вот здесь, — на голограмме появилась крошечная точки в нижней её точке. — Солнечная система находится в южной части галактики. А вот это — примерные границы освоенного человечеством пространства.

Стоило ей произнести эти слова, как голограмма вновь изменилась. Добавились полупрозрачные алые линии — границы исследованного и освоенного человечеством космоса за всю его историю.

Риваль знал, что на сегодняшний день Люди ещё никогда не занимали столько жизненного пространства сколько сейчас. Да только лишь в состав одной Земной Федерации на сегодня входило более семи сотен обитаемых систем. Верден. Рейнский Протекторат. Лига Реформации Человечества. СНП. Другие государства. Все эти ореолы обитания человечества расплывались по звёздной карте галактики неровными геометрическими фигурами, что отмечали их примерные границы.

Когда начинаешь об этом задумываться, мозг с трудом способен представить расстояния, на которых теперь проживало человечество. Потому что они были воистину огромны.

Но почему-то, за всю свою жизнь, Риваль ни разу даже не подумал о том, чтобы наложить такие карты на проекцию галактики.

Потому что на её фоне, все эти достижения выглядели не более чем крошечной песчинкой.

— С такой перспективы выглядит не очень впечатляюще, да? — правильно поняла Рита их мысли и улыбнулась. — За нашу историю мы распространись не так уж и сильно. Шан правильно сказала. Эллины никогда не обитали здесь. По нашим данным их миры находятся в северной или же в северо-восточной части галактики.

Вторя её словам на голограмме появился синий многоугольник. На этот раз он уже находился в верхней её части, обозначая примерное местоположение области о которой говорила Рита. И её размеры в десятки раз превосходили все ранее отмеченные территории. Да, по сравнению с огромной воронкой Млечного Пути эти территории всё равно смотрелись не более чем крошечным лоскутком на широком одеяле, но он всё равно был куда больше современных территорий людей.

— Это только примерная область, — поторопилась и добавила она, заметив ошарашенные лица. — Мы пока точно не знаем, где именно они обитали, но смогли примерно сузить область поиска. Где-то здесь должны находится их миры. И, вот теперь главный вопрос. Почему мы нашли их тут? Ответ на самом деле прост. Они бежали. Спасались от войны, в которой проигрывали.

— Тот мистический Альфа-хищник, о котором говорил Альмарк? — вспомнил Риваль.

Рита снова кивнула.

— Верно. Хотя название, конечно, так себе. Но в целом, верно. Эллины бежали со своих территорий, ведя войну с противником, которого не могли победить. Со всеми их технологиями и достижениями. Наши криптографы и лингвисты смогли расшифровать часть записей из компьютера станции. По крайней мере те, что оказались не повреждены.

Она наклонилась вперёд.

— Поймите. Это была не война в привычном понимание этого слова. Уничтожение. Геноцид. Тотальное истребление. Выбирайте то, что больше нравится. Эллины сражались с этим более двух сотен лет. Почти двести лет они вели войну, в которой проигрывали раз за разом. Я читала часть расшифрованных хроник. Их врагу не нужны были ни территории, ни ресурсы. Их не интересовали власть, деньги... Ничего, что может считаться поводом для чего-то подобного. Эллинов истребляли с почти что религиозным фанатизмом. Этот враг уничтожал их флоты, а затем выжигал планеты. Разрушал их, не оставляя после себя ничего живого. По нашим данным Эллины превосходят нас в технологическом уровне почти так же, как мы сейчас превосходим самих себя из двадцать первого века. И со всеми их технологиями всё, что они могли сделать — лишь замедлить продвижение врага. И всё.

Она обвела рукой, показывая не на голограмму, а на саму комнату и за её пределы.

— Эта станция... Что-то вроде ковчега. Они планировали сбежать в дальние части галактики, чтобы спасти свой вид от уничтожения. Это своего рода их последний шанс на выживание.

— Чёт у них не очень хорошо вышло, — с сарказмом заметил Блауман, на что Фарлоу с грустью покачала головой.

— Им не хватило времени. По крайней мере, мы так думаем. Насколько мы смогли понять, они хотели отправить подобные станции в различные уголки космоса в надежде на то, чтобы создать там свои анклавы. Максимально далеко от истреблявшего их врага. Хотели затеряется в космосе, дабы спастись.

— Так! — остановила её Линфен. — Стоп. Что-то не вяжется. Если это ковчег, и они планировали сделать так, как вы говорите, то где они сами? И где остальные их анклавы? Я ни за что не поверю в то, что эта станция была их единственным вариантом.

В ответ на это Рита просто пожала плечами.

— Мы не знаем. Фонд нашёл станцию пустой. Никаких признаков жизни. Вообще ничего. Почти. Но кое-какой ответ у нас есть. Именно он и лёг в основу проекта «Врата».

— И он же подписал нам смертный приговор, — прозвучал из-за спин людей бесплотный голос.

Риваль вскочил с кресла быстрее, чем понял, что уже стоит на ногах.

Мужчина с внешностью Эолии Лапласа стоял у дверей кабинета, спокойно наблюдаю за людьми внутри.

— Не будьте столь агрессивны, мистер Блауман, — произнесла голограмма. — Здесь вам не причинят вреда. Разве, что только вы сами этого не захотите.

— Я как раз объясняла им суть, — Рита указала рукой на голографическую схему галактики над своим столом.

— Можете продолжить, Рита. Я помогу вам, если потребуется моя помощь.

— Конечно...

— Это по-вашему вообще нормально?! — с вызовом спросила Шан, указав в сторону цифрового призрака, на что Рита коротко рассмеялась и предложила Ривалю сесть обратно.

Когда он снова опустился в кресло, она продолжила.

— О, поверьте. Вы привыкните к его поведению. Так вот. Как я уже сказала, у нас есть теория. Станции были перемещена сюда Эллинами заранее. Да, станция подобная «Голгофе» существовала не в единичном количестве. Линфен права. В расшифрованных данных мы обнаружили, что были построены как минимум три схожих по классификации объекта. Каждый из них должен был стать центром анклава. Что-то вроде своеобразной мобильной базы. Их строили в одном месте для того, чтобы впоследствии использовать в качестве средства последнего спасения. Три подобные станции и колонизационные флоты в итоге помогли бы Эллинам спасти свой вид от истребления.

— Что-то паршиво у них получилось, — заметил Риваль, вновь повторив свои же слова.

— К сожалению, да, — в голосе Риты появилась грусть. — Когда мы нашли «Голгофу», то поняли простую вещь. Она не была закончена. В плане строительства, я имею в виду. Всё, что вы видели внутри Центральной Догмы — уже было создано нами. Вы же видели верфи вокруг экватора станции?

Линфен и Блауман почти синхронно кивнули.

— Часть из них построена на основе отставших вместе со станцией конструкций. По нашей теории её переместили сюда прямо в момент строительства из того места, где станция и создавалась.

— То есть это сделали преждевременно? — Спросила Шан. — Так что ли?

— Скорее всего. Мы полагаем, что Враг нашёл место, где они создавались и атаковал его до того, как станции оказались закончены. Фонд полагает, что часть Эллинов решила воспользоваться ими для того, чтобы сбежать. До того, как сами эти объекты будут закончены. Говорю же. Эти места создавались таким образом, чтобы служить одновременно и кораблями ковчегами и базами для будущей колонизации. Но в тот момент, когда мы её нашли, она была пуста. Огромные ангары — пусты. Вообще ничего. Вероятно, кода строившие их существа поняли, что проиграют и лишатся последнего способа для выживания, они попытались совершить аварийные прыжки, перенеся эти недостроенные объекты с теми, кто находился на борту в различные уголки галактики, чтобы затеряться в космосе и спрятаться от своего противника...

— Одну секундочку, Рита, — прервал её Риваль. — Что значит «перенесли»? «Голгофа» может перемещаться в гиперпространстве?

— Нет, идиот ты несчастный! — на лице Шан появилась та самая улыбка, что загорелась в тот момент, как она увидела то кольцо, что строилось внутри станции. — Она говорит о пространственном переходе. Телепортация, если хочешь более тупые термины.

Не выдержав возбуждения, она встала с кресла и принялась ходить из стороны в сторону. Видно, что она нервничала. Риваль даже заметил, как её руки потянулись к пустому карману лёгкой серой куртки и вспомнил, как она курила, когда объясняла ему свои теории в университете.

Вот только сигарет у неё больше с собой не было.

— Я была права. Знала, что это так. Я! Я, а не этот идиот Отис!

— О чём ты вообще?

— Господи, ну почему тебе всё необходимо рассасывать, как маленькому? Помнишь нашу первую встречу? — требовательно спросила она и добавила. — На Траствейне.

— Да.

— Вспомни, что я тебе говорила!

Риваль посмотрел на неё таким взглядом, что Линфен перекосило. Она повернулась в сторону Риты и указала на верденца рукой.

— Видишь с кем приходится работать? Ладно. Так. По порядку. Помнишь, я приводила тебе аналогии с частицами Черенкова из квантовой физики? Пример с магнитами?

— Ну-у-у?

— Чё ты мычишь. Да или нет?

— Помню, я помню. Примерно. Дальше, что?

— Отис применял к ним уравнение Шрёдингера. По его теории, если создать достаточное высокий уровень компрессии внутри модифицированного сердечника силовой установки, как он пытался сделать на Нормандии, то частицы за счёт собственного энергетического потенциала смогут перейти в состоянии суперпозиции. В его теории, частицы, находящиеся в таком состоянии, моментально бы начинали взаимодействовать на другие, находящиеся вокруг них. И этот эффект распространялся бы во все стороны волнообразно. Если грубо, то это походило бы на расходящиеся круги по воде от брошенного в неё камня.

— Так разве это не так? — Риваль откинулся на спинку своего кресла, глядя на ходящую туда-сюда в центре кабинета женщину. — Разве это не так? Мы же фиксируем излучение от двигателей по схожему принципу с помощью датчиков.

— Да! — воскликнула Шан, а затем немного стушевалась. — То есть нет! Не совсем так...

— Ты заговариваешься.

— Заткнись! Знаешь, как я сейчас нервничаю?! У тебя часом нет здесь сигарет?

Последний вопрос относился уже к Рите, на что та только иронично приподняла одну бровь. Ответ напрашивался сам собой.

— Ладно. Чёрт с ними. Так, о чём я... Точно. Так вот. Я считала, что Отис ошибается. Дело в создании волнового эффекта.

— Транзиционная интерпретация Крамера, — подсказала Рита.

— В точку, — обрадованно воскликнула Шан. — Боже, как приятно общаться с человеком, который тебя понимает.

На это Риваль лишь демонстративно закатил глаза.

— Да, — продолжила Рита. — Мы пришли к тому же самому заключению. После того...

— После того, как вы саботировали проект и вызвали аварию на станции «Арфа»? — бесстрастно подсказал ей Блауман, чем заставил девушку смутится и покраснеть.

— Не стоит обвинять доктора Фарлоу, мистер Блауман, — попросило голографическое изображение Лапласа. — Приказ отдал я.

— То есть это вы виноваты в том, что погибло огромное количество людей? — Риваль с неприкрытой злостью посмотрел на голограмму. — Так себе признание, если честно.

— А вы бы предпочли, чтобы то, что произошло с людьми на станции, случилось со всеми в радиусе световой минуты? — ни капли не смутившись спросил призрак. — Как по мне, это был наилучший выход из сложившейся ситуации. Но, если вы не против, давайте позволим дамам продолжить. Госпожа Линфен?

— А? А, да... Так вот. Риваль, ты же помнишь, что я говорила о взаимодействии подвижных частиц и тех, что излучаются двигателем корабля?

— Что эффект, который улавливают наши датчики — это последствие их взаимодействия. Да, я помню.

— Хорошо. Так вот. Согласно работе Крамера квантовая механика способна влиять на время. Как мы уже с вами выяснили, время, как измерение пространства, пластично и может изменятся под воздействием внешних факторов. Первые, к примеру, за счёт своего образования в ядре двигателя, двигаются с невероятной скоростью. Вторые же, в свою очередь, пребывают в состоянии перманентного покоя. Их взаимодействие друг с другом создает влияющие друг на друга волны. И ещё. Давайте не будем забывать, что скорость тоже влияет на время. Согласно теории относительности, для объекта движущегося со скоростью света время останавливается. И если допустить, что мы способны настроить два источника излучении таким образом, чтобы они одновременно отправляли волну в обе стороны по линии времени. Здесь следует отметить, что Крамер учитывает эти волны, как нечто материальное, а не просто математический аппарат для записи наблюдений. А раз они материальны, то могут влиять на внешнюю среду так же, как и любая другая физическая переменная. А значит, мы получаем в свои руки прямо способ взаимодействия со временем и пространством.

Она даже не заметила, что начала едва ли не слово в слово повторять сказанное ему на Траствейне. Шан ходила из стороны в сторону и продолжала говорить. Возбуждение, вызванное подтверждением всех её научных теорий, заставляло руки дрожать. Пальцы так и тянулись к карману в поисках отсутствующих сигарет.

И, как и в прошлый раз, Риваль почувствовал, что начинает терять нить разговора.

— Я предположила, — продолжила Шан, — что если квантовые фазы волн двух источников излучения будут совпадать, а сами эти волны будут гасить друг друга, то исход может быть лишь один. Волна «настоящего» времени источника будет поглощать волну «настоящего» времени отправителя, а волна «запаздывающего» времени будет делать тоже самое, что приводит нас к коллапсу временной функции. Эффект будет «вневременным». А учитывая, что и источник, и отправитель объединены одинаковыми фазами этих волн, то транзакция будет происходить мгновенно. Вне зависимости от расстояния их разделяющего. То есть вообще! Расстояние более не будет играть никакой роли. Понимаешь? Это гребная телепортация. Мгновенное перемещение объекта, на которое не оказывает влияние расстояние! Не нужны будут гипердвигатели и долгие перелеты!

— Верно, — кивнула Рита, перенимая слово. — Вы полностью правы. Ну, или мы так думаем. Вот только чтобы дойти до этой теории нам потребовались десятилетия.

— То кольцо... Это то, что я думаю? — спросила Шан.

— Да. Наш собственный прототип. Врата Фазового Перехода. Их постройка почти завершена, но мы до сих пор не можем завершить алгоритм, который заставит их работать.

— У вас же есть эта станция? — Риваль ткнул пальцем в потолок. — Так в чём проблема? Разве у неё нет этой штуки?

— Есть. Но вспомните, что я вам говорила. Станция совершила перемещение в незаконченном состоянии. Установка разрушила сама себя в момент перехода. В этом, как мы думаем и кроется ответ на вопрос — что случилось с находящимися на борту станции Эллинами. Его нам подсказал эксперимент доктора Отиса на станции «Арфа». Помните, что произошло с персоналом станции?

Риваль помнил. Видел записи с камер наблюдения десантников участвовавших в спасательной операции на станции. На самом деле такие вещи сложно забыть. Картина того, как человеческая фигура распадается на мельчайшие частицы от прикосновения ещё долгое время появлялась в его мыслях в качестве кошмаров.

— Но какое отношение его работа имеет ко всей этой истории? — спросил он.

— Можете поставить тот отрывок, — обратилась Рита к голограмме.

Тот кивнул и махнул рукой в сторону. Сбоку от него сформировался голографический дисплей, на котором сразу же началось воспроизведение записи.

— Этот отрывок взят из записи, сделанной на мостике верденского крейсера «Анцио» в день аварии на станции «Арфа», пояснил Лаплас.

Но Блауман понял это и так. Узнал форму на людях на записи. Женщина с аккуратно убранными каштановыми волосами и высокий широкоплечий мужчина.

— Сэр... Здесь что-то странное.

Уинстон Мак’Найт, а это был именно он, оторвался от экрана, на который передавались данные со встроенных в шлемы десантников камер. Судя по углу, с которого велась съёмка, видео записано находящимися на мостике сенсорами.

— Что такое Мария?

— Если честно, я даже не знаю, насколько это важно, но...

— Говори уже.

— Траектория станции «Арфа» отличается от первоначальной, сэр. Она почти на шесть метров ниже чем...

— Капитан, я в курсе, что станция теряет высоту, — раздраженно бросил Уинстон.

— Нет, дело не в этом, сэр. Мы отслеживаем положение станции с момента первого взрыва. Каждое её движение, сэр. Более того, мы смогли подключиться к её маяку и снять показания телеметрии. Я сейчас перешлю вам данные инерционной системы.

Рядом с проекцией Марии появилось ещё одно окно. На нём находилось сразу два полупрозрачных изображения гибнущей станции. Они накладывались друг на друга и двигались совершенно одинаково. За одним исключением. Одно из изображений находилось чуть ниже другого. Это было едва заметно, но всё же заметно.

— Мария, на что я смотрю?

— Сэр, это разница между тем, где станция находится сейчас и тем, где она должна быть. Мои люди не понимают в чём причина, но электроника не фиксировала этого, пока мы не сравнили её показания с системой инерциальной навигации, снятой с её собственного маяка. Даже с учётом всего, что произошло на борту станции, она не должна двигаться по этой траектории, сэр...

— Так, стоп, — прервал её Мак’Найт. — Ты хочешь сказать, что «Арфа» сместилась в пространстве? На шесть метров? Ты сейчас издеваешься?

— Да, сэр. То есть, нет. Не издеваюсь. Вы верно сказали. Станция сместилась в пространстве.

— Мария, это просто обычная погрешность...

— Которую не зафиксировали ни электронные системы, ни инерциальные? Сэр, это невозможно!

— И что? Какая разница?

Капитан «Анцио» нахмурилась.

— Сэр, вы не понимаете. Программы отслеживания траектории должны были заметить любое отклонение от первоначального местоположения станции, сэр. Они просто не могли этого не зафиксировать. Любое движение фиксируется с помощью навигационных спутников и постоянно отслеживается.

— Я, конечно, могу ошибаться, — с раздраженной язвительностью пробормотал Мак’Найт, одним глазом следя за отрядом Райна и десятниками. — Но возможно, проблема в том, что долбаная станция разваливается на куски?

— Сэр, я...

— Мария, хватит. Разбираться с этим будем потом. Сейчас нужно вытащить людей со станции, а потом уже думать о том, что там произошло...

— Каким-то образом, Отису удалось воспроизвести эффект Фазового перехода с помощью своей установки, — продолжила Фарлоу, когда запись закончилась. — Это было неожиданно. До сих пор не можем понять, как именно это произошло и почему то, что убило находящийся на станции персонал не затронуло исследовательскую группу. По нашей теории именно это и произошло с находящимися на станции Эллинами. Видимо их генератор перехода оказался не закончен или же не испытан. Мы вообще считаем, что она появилась здесь случайно и как раз вследствие аварии. К сожалению, мы так и не смогли не то, что восстановить это устройство, но даже толком в нём разобраться. Нам пришлось начинать все исследования практически с нуля. То, что вы видели в сборочной зоне — итог сорока шести лет работы Фонда и моих предшественников.

Что-то в сказанном Ритой зацепило Риваля. Он уже ни раз сталкивался с этим числом. Даже Альмарк, кажется, говорил что-то подобное. А затем его будто осенило. Он же сам копал в этом направлении. Ещё до того, как Решар отвезла в тот проклятый особняк.

— Сорок лет назад в Вердене проводились опыты по исследованию Частиц, — медленно произнёс он. — Какой-то эксперимент. Там произошла авария... Это тоже сделали вы?

— Если позволите, доктор Фарлоу, то я отвечу на этот вопрос, — произнесла голограмма Лапласа и подошла к столу. — Вы частично правы. Тот эксперимент стал для нас отправной точкой в этих исследованиях, если можно так выразится. И, нет. Мы не саботировали их. Более того, мы были бы рады успеху. Пожалуй, можно сказать, что это моя вина.

На лице Лапласа появилось грустное выражение.

— Фонд слишком долго находился в тени. Мы скрывались от всех на протяжении всей современной истории и довольно-таки поднаторели в этом деле, как вы можете заметить. К сожалению, как это не прискорбно, за всё время нашего существования находились те, кто в свете приближающейся угрозы начинал действовать слишком радикально...

— Слишком? — Риваль не поверил собственным ушам. — Вы сейчас издеваетесь?

— Не стоит делать из нас безумных мясников, мистер Блауман, — с укором произнесла голограмма. — Вы ведь всё ещё живы, не так ли? И ваши друзья, я замечу, тоже. И, да. Мы устраняем угрозы. Любые. Каждая ошибка сейчас может стоить нам будущего. Возвращаясь к нашему разговору — сорок три года назад, через три года после того, как начались исследования в технологии фазового перехода, наши люди проводили эксперимент совместно с инженерами из вашей компании «Сашимото индастриз». Естественно, они понятия не имели, с кем работают на самом деле. К несчастью, эксперимент закончился провалом. Его саботировали. Произошла катастрофа, в которой погиб глава верденского филиала Фонда. В последствии её место занял её сын, которого вы знаете, как Альмарка.

— На вас напали? Как вы вообще могли допустить нечто подобное при ваших-то возможностях.

— Очень просто, мистер Блауман, — жёстко ответил Лаплас. — Легко увидеть опасность извне. Но гораздо труднее, когда угроза исходит изнутри. Нас предали.

Глава 15

На то, чтобы обдумать услышанное, Ривалю потребовалось всего несколько секунд.

А следом за этим пришла злость.

— Знаете, что я думаю? — медленно, будто чеканя каждое слово, произнёс он. — Вы получили то, что заслуживаете. Вы... Весь ваш проклятый Фонд. Вы сидите здесь, в этой станции, как в грёбанной башне из слоновой кости! Действуете из тени, прикрываясь словами о грядущей угрозе, но ничего не делаете для того, чтобы хоть как-то подготовиться. Вы же могли рассказать людям. Использовать всё это время для того...

— Для чего? — с ироничной ухмылкой поинтересовался Лаплас. — Для всеобщего объединения? Или, что? Считаете, будто человечество непременно забудет все старые обиды и неожиданно объединится? Этого не будет. Это даже не в человеческой природе. Оставьте наивные мечтания. Люди — существа конфликтные. Вы это доказывали на всём протяжении своей истории.

— Вы не можете этого знать!

— Мы не просто знаем, что этого не будет, мистер Блауман, — вкрадчиво сказала голограмма. — Мы в этом уверены. Поймите одну простую вещь. Человечество разобщено. В этом его главная слабость. И в этом же его главная сила. Люди конфликтны. Они всегда найдут причину для противостояния. И эти конфликты сделают его сильнее.

— Звучит, как чушь, — со злостью бросил Риваль.

— Как и научные объяснения госпожи Линфен для вас, — парировала голограмма. — То, что вы этого не понимаете, не делает это не верным. Да, в сложившейся ситуации есть и доля нашей вины. Глупо это отрицать. Но не потому, что порой мы действуем излишне жёстко или же скрываем что-то. Нет. Наша вина только в том, что мы действовали слишком медленно. Слишком поздно поняли, к чему приведут использование технологий Эллинов.

— Это использование двигателей Кобояши-Черенкова привело к гибели Эллинов, — добавила Рита. — Всплески частиц от их работы выдавали их. Именно поэтому они не способны были спрятаться от своих противников.

— Альмарк говорил об этом, — вспомнила Шан.

Лаплас благодарно кивнул.

— Верно. Мы повторили ту же самую ошибку, что погубила Эллинов. Мы использовали эти технологии без опаски. Даже не задумывались о том, что делаем. В этом нет ничего удивительного. Человечество нуждалось в них для развития своей экспансии в космос. Нуждалось, как воздух, иначе человеческая история закончилась бы в раздираемой конфликтами Солнечной системе. Вспомните войну Марса и Земли. Расселение было единственным способом направить энергию людей в созидательное русло. В то время никто из нас и не подозревал о том, какую угрозу это несёт для нашего вида. И истребивший Эллинов враг уже прекрасно знает, что мы существуем. Он знает, где мы находимся. И он уже направляется сюда, чтобы закончить то, что сделал с ними почти сорок тысяч лет назад. Вы видели, что случилось с Шестой дальней, мистер Блауман. Это был всего лишь один корабль. И он без усилий уничтожил охранявшую экспедицию эскадру. Сделал это играючи. Без милосердия и сострадания. То, что произошло с ними — отражение грядущего для всех людей. Истребление.

— И, что? В чём ваш план? — потребовал ответа Риваль.

— Один из планов, мистер Блауман, — Лаплас назидательно подняла указательный палец. — Сделать человечество сильнее. Вы же видели верфи вокруг станции. Мы строим флот. Мы разрабатываем новые технологии. Создаём оружие. Ищем пути к спасению, чтобы потом ими воспользоваться. Есть и другие планы, но в данный момент все наши усилия брошены на то, чтобы максимально усилить человечество.

Риваль почувствовал, как у него нервно дернулся глаз.

— Война? Вы думаете, что мы будем способны воевать с ними? Чёрт, да вы же только что сами сказали, что эти ребята превосходили нас технологически, но так и не смогли победить. Какой у нас есть вообще шанс в столкновении с таким противником!

— Никогда не стоит отказываться от борьбы, даже если она выглядит безумием. И не стоит марать нас чёрно-белой краской.

В голосе голограммы впервые промелькнуло что-то похожее на негодование или даже возмущение.

— Поверьте, мы прекрасно понимаем, что наши методы могут считаться жестокими и аморальными. Вы можете это принять или можете нас ненавидеть, — бесстрастно произнесло голографическое изображение Лапласа. — Это ничего не изменит. Мы, как делали то, что считали правильным, так и продолжим. Если потребуется убивать для того, чтобы наше начинание закончилось успехом, то значит люди будут умирать. Это не так уж сильно отличается от того, чем занимались вы и ваши люди в РУФ, мистер Блауман. Разве ваши агенты не устраняли неугодных?

— Это...

— Что? — перебила его голограмма. — Было вызвано необходимостью? Удобная отговорка. Вы шпионили. Крали информацию. Шантажировали других, чтобы её получить. Даже убивали, когда это соответствовало интересам вашей организации и государства. Скажите, мистер Блауман, вы знаете, сколько людей гибнет в мире каждый день?

— Нет, но...

— Их сотни тысяч. Миллионы. Всего за день умерло больше людей, чем погибло за всё время вашей войны с Рейнским протекторатом. Старость. Несчастные случаи. Убийство. Наркотики. Суицид. Голод. Болезни. Тысячи причин, что отнимают чужие жизни в чудовищных количествах. Мы, лишь одна из многих и даже не самая опасная. Нам не нужно ваше прощение. Лишь осознание факта, что мы не остановимся. Фонд Лапласа будет делать всё от него зависящее, чтобы выполнить свою миссию. Мы пойдём по трупам и перешагнем кровавые реки, если потребуется, но сделаем то, что должно. С вами или без вас. Такова реальность. И всё, что вы можете сделать — это принять её.

Блауман стоял, глядя на спокойное и бесстрастное голографическое изображение человека, что был уже давно мёртв.

Сказанные им слова безумным вихрем крутились в голове, окончательно выбивая его из равновесия. Это походило на встречу человека с разбушевавшейся стихией. Всё равно, что смотреть на цунами, волнами накатывающее на прибрежный городок. Ты прекрасно понимаешь, что сделать ничего не в состоянии. Тебе просто нечем остановить этот безумный вал, грозящий снести всё, что находится перед тобой и разрушить это без остатка. Патовая ситуация, в которой ты остаешься безучастным наблюдателем, не способным хоть как-то повлиять на происходящее.

Именно так сейчас чувствовал себя Риваль. Обычным наблюдателем. Ему дали возможность взглянуть на грядущую катастрофу и осознать её масштаб. И в тоже самое время он ненавидел того, кто скрывался за голографической маской больше всего на свете. Этот человек вызывал у него только ненависть просто потому, что его действия и мировоззрение в корне отличалось от тех, которых придерживался Риваль. Он вызывал отвращение.

Но, кое в чём он был прав.

Можно сколько угодно думать, что цунами не остановить. Можно принять этот факт и смириться с ним.

Хищные морские волны всё равно придут и разрушат всё, что стоит на берегу.

Но это совершенно не означало, что стоит опустить руки и принять смерть от беснующейся стихии. Люди будут сопротивляться. Будут сражаться. Просто потому, что такова их природа. Они станут защищать то, что принадлежит им. И даже если ты ненавидишь своего соседа, вы всё равно станете вместе таскать мешки с песком и стремится защитить свой маленький городок от грядущей катастрофы.

Он в это верил.

И не смотря на свою ненависть, Риваль прекрасно понимал, какое решение он примет.

По крайней мере сейчас.

***

Франкс

Человек, которого Риваль и Шан знали под именем Альмарк поднялся с кровати в своём особняке.

Стоило ему открыть глаза, как системы умного дома моментально отреагировали на пробуждение хозяина. Панорамные, от пола до потолка, окна спальни моментально стали прозрачными, впуская внутрь комнаты солнечный свет и открывая великолепный вид на лес за окном.

Забавно, но при всей таинственности его личности, утро Альмарка практически ничем не отличалось от утра сотен тысяч и миллионов обычных людей, что просыпались сейчас вместе с ним.

Душ. Небольшая тренировка, чтобы размять тело. Уже приготовленный завтрак ожидал его на столе на кухне. Он никогда не ел в просторной столовой, находящейся в этом доме, предпочитая принимать пищу именно на кухне. За едой последовала чашка крепкого чёрного кофе и планшет с новостями из верденской столицы. Многое из того, что писали журналисты в своих утренних блогах и выпусках он знал уже и так.

Просто порой было крайней любопытно взглянуть на происходящее «с другой стороны».

Но рано или поздно, утру приходит конец. Начинается рабочий день, а учитывая двойную жизнь, сделать предстояло очень многое.

Войдя в собственный кабинет, Альмарк опустился в кресло. Прикосновение к полированной поверхности стола из чёрного стекла, моментально запустило заранее подготовленные программы.

Система, встроенная в этот стол также, была связана с передатчиком СКС, установленным в этом доме, что давало ему возможность получения информации из любого места в режиме реального времени. Не важно, где находились его агенты. Если у них существовал доступ к системам квантовой связи, то их рапорты Альмарк получал практически в ту же секунду, как они были отправлены.

Филиссия и «Сильвана» уже возвращались с базы «Голгофа» назад. Его ручная ведьма доставила на станцию Блаумана и Линфен, забрав взамен столь необходимый груз и сейчас летела сюда, на Галахд. Правда пройдёт по меньшей мере три недели, прежде чем она вернётся в систему.

Досадно. Неудобно. Впрочем, вероятно, с помощью доктора Линфен, Фонд вскоре сможет преодолеть и эту проблему.

Седьмой флот уже выдвинулся на базу ВКФ «Сиракузы» на Тендрисе. Собранные Виктором Райном силы покинули систему Фарон и направлялись к Валетрии. Пройдёт по меньше мере две с половиной недели до того момента, как они доберутся туда для нанесения удара.

Что же, это произойдёт несколько раньше, чем Альмарк полагал. Первоначальный план верденской операции «Катапульта» находился в его руках с того момента, как она родилась в голове Михаила Гаранова. Изначально он предполагал, что Филиссия вернётся раньше, чем Седьмой флот нанесёт свой удар. Впрочем, не так уж это и страшно. В план легко внести дополнительные корректировки.

Дальше.

Штудгард всё ещё находится у Бедергара.

Второй флот Протектората продолжал мероприятия по укреплению системы, но в данный момент она защищалась именно силами Второго флота, находящегося в системе. Рейнский план работал именно так, как и должен был. Их присутствие сковывало силы Террадока и верденского флота у двойных звёзд Лаконии, не давая им покинуть это место. Любой компетентный офицер должен понимать, что если они попытаются это сделать, то Штудгард может и не упустить возможности. Особенно с учётом того, что Филипп продолжал прощупывать и Лаконию и Звезду Дария своими разведывательными отрядами, дабы держать верденцев в постоянном напряжении.

Здесь пока всё развивается в соответствие с планами самого Альмарка. И, судя по всему, будет идти так и дальше. Только если не случится что-то экстраординарное. Никогда нельзя забывать о форс-мажорах.

Дальше.

Первый и Третий флоты Протектората под командованием Вирены Анны Бейншталь и Августа Винсента-Рау.

Эти двое так же уже выступили со своих баз. Риваль постарался вспомнить, когда такое количество военных кораблей Рейна в последний раз покидало свои порты и не смог. Да. Впечатляющая сила, которая вскоре обрушится на свои цели.

Иоахим был прав. Для верди это станет настоящим шоком. Альмарк даже улыбнулся, представив себе их лица в этот момент. Впрочем, полюбоваться на них у него ещё будет возможность в будущем. В конце-концов они давно готовились к этому шагу Адлера.

Кто бы мог подумать, что имперские амбиции из тлеющих углей превратились в яркое и очень горячее пламя.

Пролистывая файл за файлом, Альмарк незаметно для себя погрузился в мысли о прошлом. Сколько всего было сделано... и сколько ещё предстоит. Работа, которой не видно ни конца ни края. А ведь всё только начинается. И чем дальше, тем активнее они будут проявлять себя. Это неизбежно. К сожалению. Но ничего не поделаешь. За всё придётся платить.

Главное, чтобы в ближайшее время всё закончилось именно так, как запланировано. Остальное они смогут и переиграть при необходимости. Но Валетрия...

Это будет поворотный момент.

Альмарк посмотрел на единственный предмет декора, имеющийся в кабинете. Простая серебряная рамка, в которой находилась самая обычная фотография. Плоская и старомодная, она стояла на столе с изображённой на ней тёмноволосой женщиной.

Это место дорого ему стоило. Больше, чем кто-то мог бы подумать.

На одном из экранов загорелось новое сообщение и Альмарк коснулся голографической иконки. Дверь в кабинет открылась, впустив высокого и подтянутого блондина в деловом костюме двойке без галстука.

— Как у нас дела? — поинтересовался Альмарк, откидываясь на спинку кресла и сплетая пальцы рук между собой.

— Мы забрали всё, что имелось у Шестого отдела, — доложил Нойнер. — Остатки моего тела, все записи и материалы, плюс исходники всех файлов. Ничего не осталось. Также нам передали Элеонору Годдарт.

— Должно быть Эйхарт был не очень рад, — философски заметил Альмарк.

— Не то слово.

— Ну, ничего страшного. Побесится и перестанет. Он человек умный. Понимает, что к чему. Годдарт?

— Устранена, — спокойно произнёс киборг. Почти год потребовался на то, чтобы исправить эту ошибку, но теперь и эта ниточка оборвана. — Я всё равно считаю, что проще было бы их всех ликвидировать.

— Кровожаден, как всегда, — хмыкнул глава верденского филиала Фонда Лапласа. — Но это не обязательно. Блауман и Эйхарт ещё могут быть нам полезны. Кстати, что с его людьми.

— В порядке, — отчитался Нойнер. — Сейчас восстанавливаются в нашей клинике. Их уже ввели в курс дела. У них есть ещё двадцать часов на размышление.

— Хорошо. Как только решим этот вопрос, то перейдём к следующей фазе. Филлисия забрала наш груз и летит сюда. Удостоверься, что комплекс будет готов к её прилёту.

— Сделаю.

— Сделай, сделай. И не забудь, что у нас мало времени. Всего несколько недель, прежде чем мы перейдём ко второй фазе.

— Я помню.

Глядя на закрывающуюся за спиной Нойнера дверь, Альмарк в очередной раз подумал о том, как удивителен на совпадения может быть мир. Ведь он подошёл так близко! И если бы не банальная случайность... Действия Фарлоу буквально спасли его. Что же. Нужно будет при встрече сказать ей отдельное спасибо за это. Особенно теперь, когда Шан Линфен находится в их руках и проект «Врата» получил наконец возможность преодолеть перегородившую путь прогрессу стену.

Ещё один шажок на пути к выполнению задуманного.

Встав с кресла, Альмарк направился по коридорам своего особняка в сторону Зала. Именно так он про себя называл комнату с полированными чёрными зеркалами, где был установлен находящийся в его распоряжении передатчик СКС.

Эта технология, как некоторые другие, была получена Фондом при исследовании «Голгофы».

Если уж говорить на чистоту, то именно Система Квантовой Связи сделала их работу возможной и эффективной. Без неё было бы попросту нереально координировать действия Фонда на столь огромных расстояниях. Весь её принцип строился на теориях квантовой запутанности. По сути, он представлял собой кластер из созданных в едином сцепленном состоянии субатомных частиц. Фокус в том, что изменения одной из частиц мгновенно оказывало влияние на другую вне зависимости от расстояния, на котором они находились друг от друга.

Каждый передатчик СКС Фонда имел в своём распоряжении ровно половину кластера в то время, как другая половина находилась на базе «Голгофа».

Именно там происходила, если так можно выразится, коммутация и распределение сообщений. Отправленное сообщение шло на станцию, после чего уходило нужному адресату уже по другой паре частиц в сцепке. Это обеспечивало Альмарку и другим филиалам Фонда возможность связи не только друг с другом, но и со своими агентами, в распоряжении коих имелись такие же передатчики. В частности, один из них находился на борту «Сильваны».

Проблема этой технологии заключалась в том, что данная система связи была чудовищно дорога. Просто-таки до безумия. Стоимость передатчика СКС на борту «Сильваны» превосходила стоимость самого корабля по меньшей мере в несколько раз. Да и сам процесс создания являлся делом непростым и далеко не таким быстрым, как того хотелось бы.

Но они старались. Понимали, насколько важна ценность этой технологии, ни на минуту не останавливая производство. И со временем подобных кораблей и передатчиков будет становится всё больше и больше, чтобы покрыть нужды Фонда.

Войдя в Зал, Альмарк провёл пальцами по гладкой полированной поверхности парящего в воздухе куска полированного гранита.

Как всегда, он считал выше себя стоять при разговоре с равными ему, поэтому с привычным удобством опустился в кресло. Высокое, выполненное по древней викторианской моде, оно создавало любопытный контраст с этим помещением, где царили полированное чёрное стекло и камень. Красные и золотые тона в этой обители тёмных цветов.

На то, чтобы установить соединение потребовалось всего несколько секунд. А вот, чтобы дождаться человека, с которым он хотел поговорить, пришлось ждать чуть больше. Что же, такова проблема незапланированных разговоров.

Иоахим появился в кресле напротив Альмарка почти через пять минут.

Как и раньше, на его лице застыла белая фарфоровая маска, полностью закрывающая лицо. Точно такая же сейчас находилась и на лице самого Альмарка. Главы Фонда не должны знать, кто именно скрывается под масками их коллег. Правило безопасности на случай повторения событий сорокалетней давности.

Впрочем, личность Иоахима, как и Летиции, не являлась для него секретом.

— Как всё прошло? — без каких-либо приветствий спросил Альмарк.

— Так, как мы и предполагали, — отозвался глава рейнского филиала. — Адлер продолжает идти по выбранному им пути с упорством несущегося вперёд слепого носорога. Боюсь, как бы он не натворил дел.

— Ну, слепота носорога не является проблемой для него самого, — иронично заметил Альмарк.

— Тут я с тобой соглашусь.

— Планируется ли усилить силы Филиппа?

Иоахим отрицательно покачал головой.

— Нет. Адлер отказался от этой идеи. Все силы сейчас направлены на поддержание операции Вирены и Августа, а также на комплектацию и реорганизацию Четвёртого флота. Штудгарду придётся справляться своими силами, что идеально нам подходит.

— Ну, если нам повезёт, то ему вообще более не придётся участвовать в бою. Пусть сидит в Бедергаре и не мутит воду. Нам и без него будет не просто всё это закончить.

— Знаю, — кивнул Иоахим. — Я проконтролирую, чтобы всё прошло так, как нужно. Слышал, что есть продвижение с проектом «Врата». Это так?

— Поживём — увидим, Иоахим, — Альмарк пожал плечами. — Всё говорит о том, что эта Линфен действительно может нам помочь. В теории. Пока нет смысла загадывать наперед. Посмотрим, как всё выйдет. Надеюсь, что это вложение себя окупит. Если же нет, то просто продолжим работать дальше.

— Времени становится всё меньше, — предупредил его сидящий напротив человек.

— Время ещё есть, — парировал Альмарк. — Мы всегда подозревали, что наш гандикап может уменьшится.

— Кстати об этом, — вдруг вспомнил Иоахим. — Ты просмотрел данные, что я тебе передал?

— Ты про новую игрушку Филиппа? — спросил Альмарк и Иоахим кивнул. — Да, я читал техническую документацию. Любопытная реализация. Но их прототип всё ещё далёк от завершения.

Проект «Гунгнир». Экспериментальное оружие, созданное в недрах рейнской компании «Рейденсбрау» и находящееся под пристальным взором командующего Вторым флотом.

Прототип позитронной рельсовой пушки. Чудовищное по своей разрушительной силе и мощности выходной энергии, оно позволяло вести огонь на дистанции ранее не доступные энергетической артиллерии с куда большим эффектом.

Альмарк ни раз пересматривал записи испытаний, что проводились в «Гавельхайме». Видел, как рейнцы переоборудовали дредноут, превратив его, по сути, в платформу для линейного ускорителя частиц. А ещё он видел, чем эти испытания закончились.

— Игрушка хороша, но крайней далека от реализации. — заметил он.

— Это пока. Поверь мне, этот проходимец, Гюнше, в лепёшку разобьётся, но доведёт работу до конца.

И тогда у нас появится аналог оружия, который уничтожил корабли Шестой Дальней Экспедиции. Альмарк совсем недавно показывал эту запись Блауману и остальным и прекрасно помнил, как сияющие золотом спицы рвали военные и гражданские корабли экспедиции на части.

— К чему ты клонишь?

— На следующем собрании я хочу поставить вопрос на передачу этой технологии подопечному Летиции.

Скрытые под маской глаза Альмарка округлились от удивления.

— Даже так? С чего это вдруг такое решение? И не рановато ли сейчас говорить об этом? Запланированная фаза плана в отношении Федерации начнётся только через четыре или пять лет. Ей ещё предстоит потратить море сил на раскачку Внешнего кольца.

Из под маски его собеседника послышался смешок.

— Поверь мне, Альмарк. С учётом того, что там происходит, проблем в этом у неё не возникнет. А если мы хотим добиться хороших результатов, то ему потребуется мухобойка побольше и поувесистее.

Глава верденского филиала хмыкнул, прикидывая в голове это предложение. С одной стороны, технология ещё не закончена. И не факт, что от неё будет толк. Да, выглядит эффектно, но, если учесть, что произошло с испытательным образцом, мало эффективно.

С другой стороны, Иоахим также прав. Если всё пойдёт так, как запланировано, то это может быть хороший козырь.

— Дай мне время всё обдумать. Ты ведь хочешь задавить Тяньгоу на голосовании, ведь так? Летиция только спасибо скажет за такой подарок.

— Верно мыслишь, — кивнул скрывающийся под белоснежной фарфоровой маской рейнский адмирал. — Этот писклявый урод никогда мне не нравился. Готов поспорить, он проголосует против. Поэтому и хочу быть заранее в тебе уверенным.

— Я понял тебя, Иоахим. Хорошо. Считай, что я дал предварительное согласие.

— Прекрасно, — Иоахим чуть наклонился вперёд. — А, в качестве ответного жеста... Ты в курсе, что наша разведка нашла «Регента»?

Альмарк едва заметно напрягся.

О существование этого агента он так же знал. Для него это не являлось секретом. Служащий центрального адмиралтейства Рейнского флота, что вот уже несколько лет поставляет ценнейшую техническую информацию для разведки Вердена.

— Они уже знают, кто именно им является?

— Нет. Но проверки уже начаты. Не сомневайся. Пройдёт в лучшем случае несколько месяцев и его найдут. В худшем — несколько недель. Всё, что его сейчас спасает — то с какой маниакальностью Остреленд скрывал этого агента.

— И? К чему мне эта информация?

— Я подумал, что твой ручной глава РУФ будет весьма опечалена, если потеряет такого агента. В конце концов ты столько сил положил, чтобы пропихнуть её на это место. Станет обидно, если она сядет в лужу потеряв такой источник информации.

— Да, по меньшей мере неприятно, — согласился с ним Альмарк. — И?

— Услуга за услугу. Ты поможешь мне с моим предложение на голосовании. А взамен я помогу тебе.

Альмарк потребовалось всего несколько секунд на то, чтобы принять решение.

— Хорошо. Я поговорю с Решар. Время у нас ещё есть.

— Есть, но его немного.

— А, что? Когда-то, бывало, иначе?

Глава 16

Сульфар

Рама провёл Тома и Лизу по улицам окраин Синангара.

Сразу было видно, что Агрэ прекрасно знает, куда нужно идти. Такая уверенность рождается исключительно у людей, что выросли в таких местах, либо же провели значительную часть своей жизни.

Так же, он, по просьбе Лизы, дал ей свой собственный комм, чтобы она могла связаться с Ашей и Франческо. Она должна была лично убедиться, что с обеими действительно всё хорошо. Не то чтобы она в это не верила, но убедиться хотелось. К счастью, всё было именно так, как и рассказал ей Агрэ. Они перегнали машину в другое место и сейчас находились в относительной безопасности в том месте, куда их вёл Рама.

Примерно час ходьбы им потребовался на то, чтобы добраться до точки назначения Лиза готова была голову дать на отсечение, что это не база «Свараджа». Скорее всего просто удобное и безопасное место для встречи. Вряд ли кто-то будет светить хоть сколько-то важное место для встречи с ними.

Впрочем, про тот ресторан они считала точно так же.

Над их головами, гудя репульсорами, пролетело небольшое судно с нанесёнными на борта знаками Сульфарской Народной Республики. Вместе с восходом солнца вернулись и хашмитские патрули. Правда до этого момента Лиза и Том видели только их воздушные транспорты, летающие над городом. Пеших групп пока видно не было и они оба надеялись, что всё так и останется.

— Почти пришли, — бросил Рама, поворачивая на очередной развилке и лавируя в плотном потоке идущих по улице людей.

Этот дом ничем не отличался от других, мимо которых они прошли, пока спускались сюда по улице. Четыре этажа. Торчащие отовсюду небольшие балконы и светло-песочная краска на стенах. Сверху, за края крыши выступали края натянутых навесов, что наводило на мысль о том, что крыша здания также использовалась жильцами.

Рама остановился перед дверью, но даже и руки не протянул, чтобы открыть её.

— Ребят, вы вроде нормальные, так что давайте без резких движений и глупостей? Хорошо. Сами всё понимаете, не маленькие.

Прекрасно осознавая к чему он ведёт и что произойдёт дальше, Лиза кивнула и повернулась к Райну.

— Только не дёргайся. Хорошо?

— Да какие проблемы, — пожал тот плечами.

Рама открыл дверь и медленно вошёл внутрь. Лиза вместе с Томом последовали за ним.

Первое — внутри было благословенно прохладно.

Видимо работали кондиционеры. Несмотря на то, что солнце только недавно поднялось над горизонтом, открытые улицы уже постепенно начали превращаться в раскалённую сковородку. Духота и жара стояли такие, что привыкшему к прохладному и регулируемому климату на борту космических кораблей Тому едва не стало дурно. Не помогал даже долетающий с моря свежий воздух. Тело под одеждой стало таким мокрым, будто они вновь прогулялись под дождём.

Второе — их добродушно встретили стволы импульсных винтовок и пистолетов, направленных прямо в лицо.

Пятеро человек стояли полукругом вокруг входа, направив своё оружие на них.

— Дайте сюда стволы, — спокойно попросил Рама, закрывая за ними дверь. — Здесь не вопрос доверия. Просто необходимая предосторожность. Их вернут, когда будете уходить.

Лиза неторопливо достала из кобуры «Хаудах» и кивком приказала Райну сделать тоже самое.

Всё это она старалась делать медленно и неторопливо, дабы ничем не спровоцировать ребят, что сейчас держали её и Тома под прицелом своих стволов. Уж слишком молодо выглядели некоторые из них. Не хватало ещё, чтобы кто-то оказался чересчур нервным. Начнёт стрелять один и палить будут все.

А потом замучаются отмывать комнату от того, что останется от Вейл и Райна. Правда им будет уже всё равно.

Забрав у них оружие, Рама передал его одному из своих людей, после чего повёл их по лестнице на верхний этаж. Мысли Тома подтвердились, когда Агрэ вывел их на крышу, прикрытую от палящего солнечного света растянутыми над головами людей навесами.

Аша и Франческа сидели за одним из двух столов, что стояли в тени. Обе девушки скинули часть одежды и сейчас сидели и о чём-то тихо разговаривали, попивая что-то из высоких бокалов. На столе между ними стоял и высокий кувшин.

Лиза уже говорила с обеими, но увидеть напарников в спокойной обстановке и без видимой угрозы, оказалось приятно. Естественно, что так же, как и Том с Лизой, они обе сидели без оружия. Пустая кобура на бедре у Аши явно намекала, что девушек разоружили так же, как и их самих ещё на входе в здание.

Второй столик также оказался уже занят. За ним сидел невысокий, чуть полноватый мужчина в светлой одежде и пил чай из небольшой чашки с невысокими стенками, вроде тех, что Том видел в том ресторане. Хорошо заметно, что мужчина уже давно перешагнул через половину того срока, что отмерила ему судьба. В короткой тёмно-каштановой бороде уже серебрилась седина, как и в аккуратно уложенных на голове волосах.

Именно к нему Агрэ и повёл Лизу и Тома.

— Так значит, вот, как вы выглядите, — негромко заметил он, поставив чашку на стол. — Присаживайтесь. Желаете чаю?

— Нет, благодарю, — тут же отозвалась Лиза.

Правда прежде, чем она успела сказать ещё хоть что-то, Том её опередил.

— А я выпью. Если вы не против.

Старик усмехнулся и самолично налил напиток в одну из двух пустых чашек на столе.

— Спасибо, что привёл их, Рама, — произнёс он, ставя чайник обратно на стол. Оставь нас, будь добр. Дальше я разберусь сам.

— Как скажете, — кивнул Агрэ и отошёл в сторону. С крыши он так и не ушёл, как заметила Лиза. Просто отошёл подальше от их столика, оставаясь в пределах видимости и наблюдая за происходящим.

Том взял чашку и сделал короткий глоток. Простой чай и всё. Не было ни мяты, ни лимона, ни других добавлений, к которым он так привык. Просто обычный чай. И, в тоже самое время, напиток обладал удивительно ярким вкусом. Пожалуй, самым впечатляющим из всего, что он пил до этого. Не горький и не кислый. Чуть сладковатый, но эта сладость хорошо гармонировал с остальным вкусом.

— Я должен принести вам свои извинения, — тем временем признался старик. — Мы не ожидали, что Гасим решится на что-то подобное. То, что произошло на вашей встрече с Рамой... досадно.

— Я бы подобрала несколько другое слово, — едко заметила Лиза.

— О, нисколько не сомневаюсь, — улыбнулся сидящий напротив них мужчина и пристально посмотрел на неё. — Аджанби. Женщина с рыжими волосами и шрамами от ожогов на лице. О вас ходят любопытные слухи, девочка.

Его взгляд скользнул по шрамам, что спускались по левой стороне тела и скрывались под одеждой.

— Уверен, что таких отметин у вас намного больше.

Лиза вопросительно подняла одну бровь.

— Это имеет отношение к делу?

— Абсолютно никакого. Просто мне любопытно... как бы это сказать. Я люблю узнавать маленькие истории других людей.

— Моя история не так уж и интересна.

— Кто знает.

— Я так понимаю — это вы руководите «Свараджем»?

— Руковожу, не совсем подходящее слово, — поправил её мужчина. — Я его создал. Как и многое другое за свою долгую жизнь. Просто ещё один инструмент, которым удобно пользоваться.

— Может у вас ещё и имя есть? — с напускным любопытством поинтересовалась Лиза.

— Конечно есть. Как ему не быть. Хотя вряд ли оно скажет что-то чужакам вроде вас. Кишан Рахара. К вашим услугам.

Как он уже заметил, ни Тому, ни Лизе это имя ничего не сказало.

А вот сидящая за их спинами Аша заметно напряглась в одно мгновение. Поза в которой она сидела уже не была столь расслабленной, как раньше. Оглянувшись на стоящего у выхода с крыши Раму, она вопросительно посмотрела на своего бывшего сержанта, на что тот только рукой приказал ей успокоится.

Этот обмен взглядами и жестами не укрылся от Рахары, вызвав лёгкую улыбку у него на губах.

— И так, с чем вы ко мне пожаловали? — спросил он, переходя к «деловой» части разговора.

— Вы же знаете, кого мы представляем? — в ответ спросила Лиза.

— Того, кто по слухам уже мёртв, — кивнул Кишан. — Но, жизнь хорошо научила меня не верить слепо в россказни и пересуды. И, как же поживает его величество принц Шехар? Признаюсь, я опечалился, когда шавки Рустала раструбили о его смерти.

— Уверена, что он это оценит. Мы хотели бы предложить вам сотрудничество между нашими группами...

— Не стоит играть словами, девочка, — мягко осадил её Рахара, наливая себе новую порцию чая. — Мне прекрасно известно, что произошло в Битетских горах. Вы проиграли. Не знаю, насколько сильно, но вероятно достаточно, чтобы опуститься до наших грязных улиц.

— Сами сказали, что жизнь научила вас не верить в россказни и пересуды, — напомнила ему Лиза. — А сами повелись на эти глупости. Поверьте, у нас более чем достаточно ресурсов, чтобы...

— Чтобы забиться в самую глубокую дыру, какую вы сможете найти и сидеть тише воды, — закончил за неё Кишан, делая глоток чая. — Я же сказал, девочка. Не нужно играть словами. Если бы мы были вам нужны, то вы бы связались с нами гораздо раньше. Ещё после того, как встретились с Арнавом. Раз уж вы тогда не были настроены на сотрудничество, то сейчас ваше желание можно продиктовать лишь необходимостью. Не более.

Лиза улыбнулась одними губами, внутренне стиснув зубы от злости. Просто потому, что крыть было нечем.

— Но, давайте предположим, что я пойду вам на встречу, — тем временем продолжил Кишан, не сводя с Вейл взгляда своих карих глаз. — Чего вы от меня хотите?

— Прикончить Рустала, — быстро ответила. — Ликвидировать его и всю верхушку Хашмитского движения.

— А смысл?

— Шехар...

— Принц без королевства. Давайте будем реалистами. Мир изменился. И я не думаю, что он будет в ближайшее время меняться вновь. Даже если, допустим, вы убьёте Рустала, то на самом деле сделаете только хуже. Начнётся новая неразбериха. Люди будут грызть друг друга за власть в надежде занять опустевшее место. И, поверьте, шансов на то, чтобы его занять у вашего принца немного. Даже просто выжить теперь для него будет чудом.

— Не стоит нас недооценивать, Кишан. — ответила Лиза.

— О, я даже и не думал этого делать. Просто не вижу смысла тратить на вас своё время.

— Тогда какого чёрта вы здесь делаете? — требовательно спросила Вейл, потеряв смысл разговора. — Ваши люди нападают на хашмитские патрули. Ваша группа устраивает атаки и теракты. Я наводила справки. Мы знаем, чем вы занимались.

— Только для того, чтобы защитить то, что принадлежит нам, девочка. — ответил Кишан. — Поймите одну простую вещь. Я деловой человек. И я не привык рисковать, когда не знаю, что могу выиграть взамен. Иначе бы просто не прожил столько, сколько смог. Хотите ещё чаю?

Последний вопрос относился уже к Тому. Райн как раз допил свою порцию и поглядывал на чайник.

— Да, если вы не против, — вежливо попросил он, даже не обратив внимания на злой взгляд сидящей рядом с ним девушки.

Рахара улыбнулся и придерживая край рукава налил Тому ещё одну чашку чая.

— Как вам, молодой человек?

— Должен признаться, это лучший чай из тех, что я пил, — признался Райн, осторожно держа в пальцах протеза чашку без ручки и своим признанием вызвал ещё одну улыбку у сидящего за столом мужчины.

— Рад, что вам понравилось. Что же. Допивайте чай и уходите. Будем считать, что на этом наш разговор закончен...

— Стабильность, — произнёс Том, прервав старика на полуслове.

— Поясните, молодой человек, — попросил Рахара, опускаясь обратно в кресло, с которого уже почти встал.

— Вы не совсем правы, когда считаете, что нам нечего вам предложить, — Райн поставил чашку с нетронутым чаем обратно на стол. — Вы ведь понимаете, на чём зиждется сила Рустала.

— На присутствии в нашем доме аджанби. Чужаков. Они помогли ему захватить власть на Сульфаре. И они же снабжают его оружием.

— А, что случится, если этой поддержки вдруг не станет? — спросил Том. — Вы правы, когда заметили, что сама по себе смерть Рустала не изменит сложившегося положения вещей. Но, что, если у другой стороны появится такая же поддержка?

— Райн! — Франческа даже со стула встала, буквально прожигая его взглядом. — Не смей!

Сделала она это так резко, что стоящий у выхода с крыши Агрэ даже сделал несколько предупреждающих шагов в её направлении.

— Продолжайте, молодой человек, — заинтересованно попросил Кишан. — Что вы имеете в виду?

— Предположим, что есть третья сила, готовая решить проблему присутствия Протектората в системе? И не только это. Что если они согласятся поддержать новую власть? В конце концов, Шехар весьма справедлив. Он не сможет отказать в награде тому, кто помог ему вернуть мир на Сульфар.

— Любопытное заявление. Но, способны ли вы его подтвердить. Слова... слова это хорошо, но они эфемерны и почти ничего не стоят.

— Слово Шехара стоит, — твёрдо произнесла Лиза, заметив заинтересованность в глазах мужчины.

— Боюсь, что в таком случае жизнь одного лишь Рустала не станет тем камушком, что перевернёт чашу весов, — осторожно заметил Кишан. — Давайте будем честны. Слишком многие будут драться за то, чтобы забрать себе власть после того, как Льва больше не станет. Они передерутся между собой, как только вожак стаи останется без головы.

— У нас есть план, как этого избежать, — заявила Лиза. — Но, нам нужны ресурсы. Люди. Вы были правы, когда сказали, что мы сейчас в тяжёлом положении. Это верно. В противном случае мы бы к вам не обратились. Но, так уж вышло, что мы сейчас здесь. И вы тоже.

— И? Что мне мешает остаться на своём месте, девочка. Просто сидеть и смотреть, как рушатся все ваши начинания? И, будем справедливы, шансов на победу у вас мало. Я жил так, как хотел ещё во времена, когда брат вашего принца сидел на троне. Мне никто не указ. Так было раньше. Так есть сейчас. Теперь я спокойно живу, когда этот же самый трон занимает Рустал. Мне плевать, кто величает себя хозяином Сульфара. Я всегда стоял в стороне и жил своей жизнью.

— Возможно, что у нас ничего не выйдет, — Лиза чуть наклонилась вперёд и посмотрела Кишану в глаза. — Может быть вы и правы. Но, что, если нет? Что если всё получится именно так, как мы и планируем? Что вы тогда будете делать? Шехар обратился к вам за помощью в трудную минуту и получил отказ. Как думаете, он это забудет? Если не знаете, то дам подсказку. Ответ можете спросить у Чанда Каур Кай.

Кишан замолчал, явно раздумывая над услышанным. Его глаза смотрели куда-то в сторону, далеко за спины сидящих перед ним людей. Если бы они повернулись, то проследив за его взглядом нашли бы центр города, где возвышались над окружающим городом иглы высоток. Те, где теперь находился центр, управляющей планетой.

— Что же, — почти через минуту произнёс он. — Пожалуй, я бы хотел встретится с вашим принцем. Но для начала, я считаю, что вы должны оказать мне небольшую услугу. Ведь вы воспользовались моим гостеприимством, ведь так? Будет справедливо, если вы окажете и мне небольшую любезность в решении одной недавно возникшей проблемы.

И Лизе совершенно не понравилось появившаяся на его лице улыбка.

***

— Да вы хоть понимаете, кто он вообще такой?! — буквально взорвалась Аша, едва только за ними закрылась дверь небольшой квартиры, подготовленной для них Пандаром в другой части Синангара.

Почти всю поездку до сюда она молчала. Все они молчали, так как Агрэ сам вызвался довезти их сюда, высказав своё предложение так, что от него нельзя было отказаться. Разговаривать или обсуждать что-то в его присутствии никто не собирался. После прошедших переговоров, если конечно их можно было назвать подобным словом, доверия к нему Лиза не испытывала.

Она вообще рассчитывала, что всё пройдёт совершенно иначе, раз уж на то пошло.

— Нет, но уверена, что ты нас просветишь, — раздражённо бросила Лиза, быстро идя в одну из комнат.

— Кишан Рахара, мать вашу! Долбаный Преступный Король Синангара! Да у этого урода крови на руках не меньше, чем у Рустала! Контрабанда, наркотики, взятки, убийства... чёрт, да он замешан практически в любом дерьме, какое вы только сможете придумать!

— Что же вы раньше об этом не подумали? — язвительно заметила Франческа.

— А мы как будто знали! — огрызнулась Аша. — И, что теперь?! Будем у него мальчиками на побегушках? Стрелять в тех, кого он прикажет?

— Плевать. — Лиза вернулась из комнаты неся на плече сумку и одновременно с этим проверяя пистолет. — Собирайте вещи. Мы сваливаем отсюда. Нужно связаться с Пандаром, чтобы он приготовил нам другое место для ночлега. Я не собираюсь оставаться тут. Только не после того, как твой сержантик знает, куда нас отвез. Быстро!

Было в её голосе что-то такое, отчего все моментально заткнулись и пошли забирать приготовленные людьми Пандара для них вещи. Том часто слышал подобные интонации в её голосе, когда наблюдал за тем, как она тренирует своих людей.

И в такие момент с ней было лучше не спорить.

Глава 17

— У меня... нет слов, если честно, — признался Шехар. — Даже и не знаю, что сказать.

— Как будто мы сами ожидали чего-то подобного, — лицо Вейл на экране выглядело уставшим.

— Значит, за свою помощь он хочет, чтобы мы убрали для него этого Дакши? Так? Такова цена?

— Ага, раскатал губу. Считай, что это максимум аванс. Кишан хочет, чтобы мы избавились от его соперника. А потом встретиться с тобой. Аша нам немного про него рассказала и...

— Ага. И на встрече он выдвинет мне кучу требований. Я тебя понял. Чёрт, раз уж даже ты считаешь это паршивой идеей, то, что уж говорить обо мне, Лиз. Я знаю об этом человеке куда больше, чем ты.

— Ты сам это сказал, — ответила она. — И? Что думаешь?

— Думаю, что у нас толком ни ресурсов, ни людей, — Шехар потёр лицо ладонями, старательно размышляя над сложившейся ситуацией. — Я встретился с Ашиитом. Всё прошло... нормально. Вроде. Он нам поможет, но только в политическом плане. Рассчитывать на него и его людей в боевом столкновении смысла нет. У него просто нет таких возможностей.

— Тогда и думать тут нечего, — пожала она плечами. — Ты и сам всё прекрасно понимаешь. Да и времени у нас не так, чтобы очень много. Чуть меньше двух недель. И если мы согласимся, то этот вопрос нужно решить как можно скорее. В течении двух ближайших суток. А лучше сегодня же ночью, пока эта мразь в городе.

— Тогда у нас проблема, — покачал головой Шехар.

— Что-то случилось?

— У лодки проблема с двигателем. Её починят, но нам нужно время. Хотя бы несколько дней. Мы не успеем быстро перебросить к вам Масуда и остальных.

Лиза размышляла над новой информацией всего несколько секунд.

— Значит просто придётся справляться своими собственными силами. Ничего нового.

— Уверена, что у вас получится?

— Сначала нужно переговорить с дружком Аши. Пандар сможет снабдить нас оружием и всем необходимым?

— Думаю, что да. Я поговорю с ним сразу после тебя и уточню это, хорошо?

— Окей. Тогда свяжемся через час или около того.

Лиза отключилась и экран мгновенно потемнел, оставив Шехара в тишине.

Да, такого поворота событий он не ожидал.

Кто бы мог подумать, что один из самых известных преступников Сульфара не просто выжил, но и вполне хорошо себя чувствует, пригревшись прямо под боком у Рустала.

Всего год назад он и помыслить не мог о том, чтобы действовать рука об руку с подобными людьми.

Сейчас же...

У него не оставалось другого выхода.

Как он и сказал Лизе, договор с Ашиитом перекроет часть плана с политической стороны. Хотя бы часть. Это уже хорошо. Так же глава семьи Дэв Агра обещал помочь им с деньгами и другими ресурсами настолько насколько сможет.

К сожалению, после потери «Колыбели» это — крохи. Но даже это им необходимо, если они хотят, чтобы всё получилось.

И даже если у них всё вдруг удастся, существует другая проблема.

Рейнский Протекторат всё ещё присутствовал на планете и в системе. Наличие этой переменной могло на корню разрушить весь их замысел всего за несколько часов. Шехар прекрасно понимал, насколько ценной для них является эта система в текущем конфликте с Верденом. И они не станут терпеть очередной переворот на планете.

По крайней мере Шехар так думал. Это было логично.

Если Верденский флот не вышвырнет Рейнцев из системы, то не пройдёт и недели, как они сомнут любое сопротивление на поверхности Сульфара.

Шехар не знал, какие именно договоренности существуют у Рустала с рейнцами, но не сомневался в том, что они есть. Не могло не быть.

В голове принца вдруг появилась любопытная мысль. Он обдумывал её несколько минут, прежде чем отложить в сторону. Слишком мало информации. Слишком мало они знали. Нужно будет переговорить с Ашиитом.

Но сначала, Пандар.

Если уж Лиза решит влезть в это дело, то он хотя бы обязан обеспечить её всем необходимым.

***

— Слишком мало времени.

— Другого шанса не будет, — развёл руками в стороны Агрэ. — Он не смог прикончить меня этой ночью, а, значит, постарается забиться в самую хорошо защищённую нору. И достать урода будет на порядок сложнее. Если вообще возможно.

Они сидели в небольшом кафе. Рама показал на лежащий перед ним планшет.

Бывший сержант хотел подъехать к ним, но Лиза предусмотрительно решила встретиться на «нейтральной» территории, не испытывая никакого желания раскрывать адрес их новой квартиры. После всего произошедшего, и в особенности после знакомства с Кишаном, какого-либо доверия к этим людям она не испытывала.

— Слушай, я понимаю, что у вас с ним тёрки, но если ты не заметил, то нас всего четверо...

— Пятеро, — поправил её Агрэ. — Я пойду с вами.

— Да хоть шестеро, — отмахнулась Лиза. — Одна хрень. Вы даже толком не можете сказать, где сейчас Гасим находится!

— Не, не парься. Я знаю, как решить эту проблему, — уверенно сказал Рама, помешивая ложкой странное пойло в высоком бокале. Куча какой-то травы, льда и прозрачной жидкости. — Нам поможет Арнав.

— Не поняла... А, всё. Поняла. Хочешь с помощью него вытащить мерзавцев из норы?

— И заодно вытащить девчонку. Саха всё ещё у этих уродов, если ты не забыла.

— Слушай, не сочти за наглость, но какого чёрта вы сами не можете разобраться с этим уродом. У вас же должны быть свои люди.

— Всё... не так просто, — задумчиво проговорил Рама, делая глоток своей бурды из бокала. — «Сварадж» — это не военная организация. Мы что-то вроде охраны для Кишана.

— Прикрываете его грязные делишки? — с иронией спросила Лиза.

Впрочем, Рама нисколько не обиделся на её тон.

— Да. И это тоже. И давай в дальнейшем без вот таких вот подначек? Хорошо? Мир и без того достаточно дерьмовый, чтобы я ещё и эту срань от тебя выслушивал.

— Эй, это не я работаю на преступного воротилу, наркоторговца и бог знает кого ещё. Аша нам рассказала, чем занимается твой босс.

— Наверное она даже и половины не знает, —вздохнул Рама. — Лиза, всё не так... однозначно.

— Ты удивишься, сколько раз я слышала эти слова из уст людей, готовых прикрываться любым дерьмом лишь бы защитить свою задницу.

— Ты удивишься, насколько эти слова могут быть правдивы, если снять с глаз сраные розовые очки, — парировал Агрэ. — Послушай, я прекрасно знаю, что Рахара не тот человек, которому можно памятник поставить. Он жесткий. Даже жестокий. Но он справедлив. И он никогда не опускался до тех вещей, какими, например, занимается Гасим и подобное ему отребье. Он не торгует детьми. И он не обезумевший от жестокости мясник. Думаешь, почему Арнав сдал меня Гасиму? Потому что прекрасно понимает, что они сделают с Сахой если он откажется ему помогать. Про мясника я не просто так сказал, кстати. Дакши большой любитель накачать свою жертву стимуляторами, дабы та не могла потерять сознание и не отрубилась от болевого шока, а затем снимать заживо с неё кожу, пока та не сойдёт с ума. Поверь, за годы он поднаторел в этом деле настолько, что часть его жертв успевала застать момент, как эта мразь игралась с их собственным отрезанным лицом прямо у них перед глазами.

Лиза внутренне поёжилась. Такую хрень не в каждом кошмаре увидишь. Теперь понятно, почему парнишка в том ресторане выглядел столь пришибленным.

— Так значит, выманиваем его на Арнава?

— Верно. Будем надеяться на то, что Гасим решится ещё больше запугать парня. В этом отношении таких садистов, как этот мудак, просчитать легче. Вам понадобится оружие? Если что-то нужно, то мы можем это предоставить. У нас не такие большие запасы, но кое-что сможем найти...

Впервые за всё время разговора у Лизы появилась на лице уверенная и довольная улыбка. Она уже успела просмотреть список того, что Пандар сможет ей предоставить.

— Ты говорил, что его люди это в основном простые головорезы, так?

— Да. Обычные мордовороты. Просто их много. А что?

— О-о-о-о. Поверь, тебе понравится.

***

Яркий диск Валетрии уже наполовину скрылся за горизонтом, когда Арнав подошёл к нужному месту. Один из жилых районов в восточной части Синангара. Недалеко от промышленной зоны.

С трудом сдерживая дрожь, он шёл по улице, сжимая в спрятанном в кармане кулаке коммуникатор. Тот самый, что дали ему люди Гасима.

Уже в тысячный раз он проклял судьбу. Если бы в тот чертов день они с Сахой остались дома вместо того, чтобы пойти прогуляться по городу.

Ну почему он на это согласился? В отличии от неё Арнав никогда не любил все эти бездельные прогулки. Уж лучше посидеть дома, чем лишний раз жариться на улице.

Но в этот раз он согласился. И в итоге Саха попала в руки этих ублюдков. Арнав до сих пор помнил приставленное к её лицу лезвие мясницкого ножа и угрозы. Все они слишком хорошо знали, на что может быть способен Гасим.

Поэтому, когда ему сказали сделать так, чтобы Агрэ оказался подальше от своих, он всё понял. И поступил именно так, как ему и сказали. Просто потому, что другого выхода не видел.

Это сейчас, после разговора с Рамой, он понял, каким идиотом был. Мог ведь сразу ему всё рассказать. Признаться. Но вместо этого, не способный соображать из-за страха за свою девушку, он безропотно сделал то, что от него хотели.

Арнав вообще не понимал, почему он до сих пор жив.

Удивительно, но Рама даже не разозлился, когда он его предал. Просто принял случившееся, как факт, а затем спокойно поговорил с ним. Даже немного успокоил.

Поэтому он сейчас шёл туда, куда в здравом уме никогда бы не пошёл. А Валетрия продолжала опускаться за горизонт, превращая крайние районы города в царство сумерек и теней от включающихся уличных фонарей.

Место встречи. Небольшой и грязный переулок. Ничего сверхъестественного. Очередная грязная дыра, коих на краю Синангара было не сосчитать.

Достав из кармана комм, Арнав отправил короткое сообщение на единственный сохранённый в памяти устройства контакт и стал ждать. Ему чётко сказали, что делать и он не собирался отступать от этих команд ни на шаг.

Рама пообещал ему, что всё будет хорошо. Арнав очень хотел ему верить, но...

Лёгкое гудение репульсоров ознаменовало собой появление небольшого флаера. Старый и покрытый потёртой краской аэрокар вильнул в воздухе, залетев в переулок и опустился на землю в нескольких метрах от Арнава. Открылась одна из дверей и наружу выбрался высокий мужчина. Почти на голову выше него и раза в два шире в плечах.

— Ты подвёл нас, парень, — прозвучал грубый голос.

— Я сделал всё так, как вы просили! Я сказал вам, где он будет! Один! Вы обещали, что отпустите её!

— Девка за голову этого ублюдка Агрэ. Таким был уговор. И что-то я не вижу, чтобы у тебя с собой была его голова, — насмешливо произнёс мужчина. — Так что, я боюсь, что твоей подружке придётся ещё немного поразвлекать нас, прежде чем босс ей займётся.

Он уже развернулся, чтобы сесть обратно в машину, когда Арнав бросился вперёд.

Правда, столь же резко остановился, когда ствол пистолета едва ли не упёрся ему в лицо.

— Я могу вам помочь! — взмолился он. — Кишан хочет, чтобы Рама проверил наши склады за городом. Он поедет с ещё двумя людьми. И всё! Больше никого не будет! Я помогу вам убить его, только отпустите Саху, прошу вас. Я скажу, где и когда он будет. Вы сможете сделать все, что захотите!

Громила уставился на паренька, словно размышляя. На его широком и почти плоском лице явно отразилась работа того жалкого количества извилин, что скрывались внутри черепной коробки.

— Где и когда? — потребовал он.

— Нет! Сначала я хочу убедиться, что она жива...

Арнав оказался на земле, даже раньше, чем вообще смог заметить удар. Кулак этого амбала разбил ему нос в кровь, буквально швырнув парня на землю.

— Ты видимо не понял, ушлёпок. У тебя тут вообще нет права что-то требовать! — грозно рявкнул здоровяк. — Живо отвечай, или...

— Нет! — Чтобы возразить, Арнау потребовалось собрать в кулак всю свою храбрость. — Сначала Саха...

Тяжёлый ботинок врезался ему под рёбра, моментально заставив замолчать.

— Слышь, ты не оборзел, парень! — заорал на него громила, примериваясь для нового пинка. — Вздумал нам тут условия ставить?

— Это... это будет ваш последний шанс, — задыхаясь выдавил из себя Арнав. — Потом вы его больше не достанете!

— С чего это вдруг? — хохотнул верзила.

— Я уже сказал. Сначала Саха! Я хочу знать, что она жива! Обещаю, я расскажу всё, что знаю. Сделаю всё, что захотите, но только после того, как смогу убедиться, что с ней всё в порядке!

Громила несколько секунд смотрел на него с таким видом, будто не мог решить — стоит ли пнуть под рёбра ещё раз. Сколь бы притягательным не было это желание, он, вместо этого, достал из кармана комм.

— Это я, — произнёс он, не сводя глаз со всё ещё сидящего на земле Арнава. — Парень говорит, что Агрэ собирается за город. Хочет что-то проверить... Да, я тоже так думаю. Нет. Он отказался. Говорит, что сначала хочет убедиться в том, жива ли его подружка. Да. Да, я сейчас дам ему комм...

— Я хочу увидеть её! — резко произнёс Арнав, понимая, к чему всё идёт и пытаясь встать. — Не просто поговорить...

Удар ботинка по лицу швырнул его обратно на землю.

— Тебе кто вообще разрешал говорить, ушлёпок?! — заорал верзила и с размаху ударил его ногой в живот. — Вшивый щенок... Да?!

Уже примериваясь для нового удара, он отвлёкся на донёсшийся из комма голос.

— Да. Я понял, босс. Хорошо. Да, я привезу его. Стоит ли... Да, да, босс. Я понял, простите. Всё сделаю.

На лице бандита появилась настолько мерзкая улыбка, что Арнаву стало дурно. Хотя, возможно, это и от побоев.

— Похоже сегодня твой счастливый день, малец, — расхохотался он. — Садись, мы отвезём тебя к твоей подружке.

В его голосе было столько сарказма, что Арнава передёрнуло. Но, всё-таки он как-то смог подняться и подойти к флаеру.

***

— Похоже всё пока идёт по плану.

Лиза проследила сквозь электронный бинокль за тем, как флайер с Арнавом поднялся над улицами города и направился куда-то в сторону побережья.

— Хорошо бы, чтобы так всё и осталось, — заметил стоящий рядом с ней Рама. — Пошли, не будем терять время.

— Ага.

Они быстро забрались внутрь стоящего на крыше дома грузовика. Практически сразу же сидящий в кабине человек Пандара поднял машину в воздух, развернув её в нужном направлении над крышами задний.

Лиза проверила экран своего комма. На нём чётко был виден сигнал маяка, который был с собой у Арнава. И сейчас крошечная точка на экране стремительно летела в сторону Ригведского моря.

— Так, упаковываемся и готовимся, — приказала она, стаскивая чехлы с закреплённых на стенках фургона бронекостюмов.

Произведённые ещё в Союзе, и затем закупленные рейнцами для Хашмитов, они представляли из себя далеко не самую новую и свежую технику.

Но даже такие костюмы дадут им куда больше шансов на то, чтобы выполнить задуманное и не разбросать свои кишки по сторонам, чем если бы они пошли без них.

Большую часть всей техники и оружия они потеряли вместе с «Колыбелью». Тем не менее у Лизы и других имелось с полдюжины более современных моделей. Тех, что были модернизированы и немного улучшены ещё в то время, когда над ними работали техники Мукерджи.

Сейчас, к сожалению, использовать их не было никакой возможности.

Из-за ремонта подлодки Шехар смог бы доставить сюда людей и снаряжение только через несколько дней, не раньше. А это слишком поздно. К счастью, у Пандара оказалось несколько комплектов брони, купленных практически с рук. Чёрный рынок процветал даже при новом режиме, и ушлые дельцы всегда искали способ чтобы навариться на продаже казённого имущества.

Скинув с себя всю одежду, она осталась в тонком чёрном облегающем костюме.

Он выполнен из негорючей и очень прочной ткани. Даже мог кое как защитить от совсем слабеньких импульсных пистолетов, обеспечивая ещё один слой защиты на тот случай, если костюм не справится.

Рама и Аша поступили аналогичным образом, принявшись быстро одевать на себя элементы брони.

Всего трое.

Им придётся сделать эту работу только втроём. Пандар мог предоставить восемь комплектов брони, но никто кроме них не смог бы ею воспользоваться. Не было ни необходимых навыков, ни опыта.

— Давай помогу, — Райн подошёл ближе и принялся застёгивать крепления на спине.

— Помнишь, что я говорила? — ещё раз требовательно спросило она.

— Да, да. Не лезть. Быть осторожным. Не покидать позицию. Я всё помню, Лиз. Не переживай. Мы с Фрэни прикроем вас.

— Я больше переживаю за то, чтобы ты ненароком не сунул нос куда не следует, — вздохнула она, поворачиваясь и запуская проверку всех систем брони.

— Постараюсь быть хорошим мальчиком, — с кривой улыбкой пообещал Том. — Всё будет хорошо. Главное — сама не рискуй.

Лиза надела глухой шлем и застегнула воротник-манжету, крепя его к броне. На лицевом дисплее пробежали строчки окончательных технических проверок систем брони. Каждая горела обнадёживающим зелёным цветом.

— За меня не волнуйся. Этим уродам придётся в стократ хуже.

Глава 18

Флайер с Арнавом на борту качнулся в сторону и начал снижаться, когда Валетрия уже скрылась за горизонтом, и ночь окончательно заявила свои права на этот город.

Пытаясь понять, где именно они находятся, он посмотрел в окно, но здоровяк одним движением схватил его за шею и усадил обратно на место.

Нервно сглотнув, Арнав постарался успокоить бешено бьющееся в груди сердце. Пока всё шло так, как задумано. Вопрос только в том, так ли оно всё будет и дальше?

Аэрокар резко и неожиданно пошёл на снижение.

Арнав даже успел мельком заметить прибрежную полосу, а затем вид вновь сменился однообразными строениями расположенного рядом с берегом промышленного района. Машина, в которой они находились, замедлилась и опустилась на крышу невысокого, всего в пять стандартных этажей, но очень широкого здания. Какая-то фабрика или же производственный цех.

— Выметайся и иди за мной, — приказал громила, выбираясь наружу.

Здоровяк повёл Арнава за собой с крыши. Пока он шёл, успел хоть немного сориентироваться, пусть в темноте это оказалось и не очень просто.

Они действительно находились в портовой промышленной зоне в южной части города. Самой отдалённой от центра. Здесь, в основном, располагались исключительно производственные комплексы и заводы, здания коих окружали Арнава со всех сторон.

В этот момент он очень надеялся на то, что маячок продолжает работать.

Спустившись по лестнице, сопровождающий Арнава амбал провёл его через несколько коридоров верхнего этажа. Вокруг царила полная тишина, что говорило о том, что либо на производстве уже никого не было, либо, что тоже вероятно, завод вообще не работал.

Работал. Просто он этого ещё не знал.

В конце их небольшого путешествия ждал лифт. Кабина уже находилась на этаже, а рядом со створками ждали ещё двое таких же мордоворотов, как и тот, что привёл сюда Арнава. Как и у него, нижнюю губу, подбородок и шею покрывала вязь тёмных татуировок, спускающаяся по шее и скрывающаяся под одеждой.

Кабина лифта опустилась вниз. Значения на табло несколько раз сменили друг друга, по мере того, как они опускались всё ниже и ниже, пока не они замерли на втором этаже.

Стоило дверям распахнуться, как Арнав едва не пошатнулся. В лицо ударила волна духоты и жара.

А вместе с ними на обоняние молодого сульфарца навалилась целая лавина сладковато-травяных ароматов.

Слишком специфичная, чтобы её можно было встретить в природе или цветочной лавке. И слишком хорошо знакомая Арнаву по его молодости, проведённой на улицах города...

***

— Будь осторожнее, — успела крикнуть Лиза, прежде чем дверь грузового отсека флайера закрылась, и машина начала подниматься в воздух.

Том лишь махнул ей рукой, одновременно пристраивая на левом плечо ремень тяжёлой сумки.

Не тратя больше времени, он побежал к стоящему рядом шестиэтажному зданию. Проигнорировав освещённый фонарями вход в дом, он обошёл его и свернул в небольшую улочку, огибающую строение.

Здесь то и обнаружилось то, что было ему необходимо. Пожарная лестница, предназначенная для эвакуации с верхних этажей.

Перепрыгивая через ступеньки, Райн за пол минуты поднялся на самый верх, оказавшись на крыше. Отсюда открывался отличный вид на большую часть промышленной зоны. И, в частности, на пятиэтажное здание завода, стоящее в двух с половиной сотнях метрах слева от него.

То, что нужно.

Быстро дойдя до края, он скинул с плеча сумку и расстегнул её, принявшись доставать наружу содержимое.

Внутри, разобранная на отдельные составные модули, лежала тяжёлая импульсная винтовка. Боеприпасами служили двадцатимиллиметровые оперённые дротики с бронебойными наконечниками. Оружие предназначенное для борьбы с пехотой, оснащённой индивидуальными бронекостюмами.

Конкретно эта винтовка была старой. Действительно старой.

Эта модель выпускалась на территории Союза Независимых Планет уже очень долгое время и была поставлена Протекторатом на Сульфар уже после Хашмитского Восстания. Там она поступила на склады Хашмитской армии, да так и лежала вместе со своими собратьями. Никому особо не нужная.

Её оказалось просто против некого использовать.

Вот предприимчивые дельцы на складах хашмитской армии и начали потихоньку приторговывать их содержимым, которое не пользовалось спросом.

А Пандар скупал его. Через своих доверенных людей и только тогда, когда это можно было сделать безопасно.

После разгрома Королевской армии на планете просто не осталось для неё подходящих целей. Против мобильных доспехов она была не особо полезна. А повстанцы очень редко использовали десантную броню. Для этого нужно было сперва её как-то получить. Да и про необходимость специфических навыков для её использования так же забывать не стоило.

Это вам не контактный скафандр носить.

Со всеми усилителями, приводами и комплектами искусственных мышц такая броня обладала очень специфическими требованиями к своим операторам. Не ровен час, как можно было случайным движением сломать то, что ломать совершенно не требовалось. Например, рукоять оружия или кости напарника, лишь слегка переборщив с усилием.

Так что из всей их группы только Лиза, Аша и Агрэ могли принять непосредственное участие в грядущем штурме. А Тому и Франческе, несмотря на всё её нежелание участвовать в «местных разборках», выпала роль огневого прикрытия.

Быстро собрав винтовку, Том пристроил её на разложенных сошках, направив ствол на стену тёмного заводского строения.

Электронно-оптический прицел моментально замерил расстояние с помощью лазерного дальномера и пришёл к выводу, что корректировки не требуются.

Ещё бы они были необходимы, мысленно хмыкнул Том.

Оперённые малышки, выпущенные из этой дуры не «падали» по траектории полёта больше километра. Это давало возможность стрелять практически прямой наводкой.

Правда стрелять пока не во что.

Всё, что видел Райн — тёмная стена завода и ничего больше. Разве, что на крыше двигалось несколько тёмных силуэтов. Вероятно охрана, мельком подумал Том, наводя прицел на один из них.

В точку. Здоровенный детина с уже знакомой татуировкой на лице ходил из стороны в сторону, держа в руках импульсный дробовик. А вот всё, что находилось внутри здания, оставалось для Райна одной сплошной загадкой.

Но, со временем это изменится.

Сейчас, где-то в полукилометре к югу, Лиза и остальные должны высадить Ашу, чтобы она успела занять свою позицию для стрельбы. Флайер не поднимался выше крыш зданий, чтобы не привлечь внимания соглядатаев Гасима. Рама особенно настоял на этом.

Видимо бывший сержант чертовски хотел разобраться с этим парнем.

Том улёгся поудобнее, вставив небольшой наушник в ухо. Рядом с ним лежали ещё шесть десятизарядных магазинов. Конденсаторы винтовки заряжены. Их хватит на то, чтобы спокойно отстрелять весь имеющийся у него боезапас.

Пока вроде всё шло так, как должно...

— Райн? — услышал Том в наушнике голос Франчески.

— Я на месте. Уже готов.

— Я тоже. От тебя на десять часов. Четыреста шестьдесят метров. Здание с рекламной вывеской на крыше. Видишь?

Райн сместил прицел в указанную сторону и быстро нашёл нужное место. Как и удивительно дурацкий рекламный баннер.

Здоровенный, фиолетово цвета, щит с изображением логотипа какой-то местной компании. На нём жёлтым цветом выделялся неизвестный Тому местный фрукт, которому дизайнеры пририсовали ножки и ручки в дополнение к мультяшно большим глазам и радостной улыбке.

Наверное, всё это должно было выглядеть весело и радужно, но у Тома вызвало только отвращение.

А под ним прицел быстро нашёл лежащую на крыше стройную фигуру с точно такой же винтовкой, как и у самого Райна.

Да, позицию Фрэн выбрала отличную. Тень от щита падала как раз на то место, где она лежала, прикрывая от уличного освещения. Если бы Том предварительно не знал, куда смотреть то и вряд ли бы вообще смог так быстро найти её глазами.

Франческа так же навела ствол своей винтовки в его сторону и приподняла левую руку, пару раз махнув пальцами.

— Выглядит отвратно, — констатировал Райн, ещё раз глянув на рекламный щит и вновь перенацеливая винтовку обратно на нужное здание.

— Ну, не знаю. Мне нравится. По-моему, даже миленько.

— Беда у тебя со вкусом.

— А у тебя, похоже, с мозгами, — долетел до наушника в его ухе голос верденки. — Ты совсем спятил? Болтать о предстоящем с кем ни попадя?!

— Я делал то, что считал правильным. Если заручимся поддержкой Кишана, то выполнить нашу задачу станет проще...

— Да хрен там. Не думай, что я собираюсь скрывать произошедшее от Пирса. Определись уже, для кого ты всё это делаешь.

Большего она не сказал.

Пусть их коммы и имели шифрованную защиту, никто и никогда на её месте не стал бы обсуждать такие вещи даже по закрытой связи. Слишком велик был риск.

Том тоже не стал продолжать разговор. Смысла не было. В том числе и потому, что он прекрасно знал, что именно стоит для него на первом месте.

Всё, что теперь оставалось — дождаться команды.

***

Длинные столы тянулись практически во всю длину этого этажа. Специальные сушильные печи. Промышленные измельчители. Химическое оборудование, расставленное по столам. И большое количество ламп солнечного света, что протянулись над частью столов.

Десятки, если не сотни людей перемещались между ними, ходя от одного стола к другому под холодным белым светом висящих на потолке светильников. Хотя, даже будь на улице сейчас день, вряд ли эти люди увидели хотя бы лучик солнечного света.

Все окна наглухо закрыты непрозрачной серой тканью или же вообще оказались закрашены чёрной краской, что не давало ни малейшей возможности увидеть, что происходило внутри.

Кхат. Цветок растущий исключительно в южных регионах Сульфара. С очень красивыми белоснежными бутонами и прозрачными изумрудными листьями. Стоит только вынести цветок на свет, как практически сразу же солнечные лучи просвечивают листья и стебель практически насквозь из-за их тонкой структуры, что создавало невероятно красивый вид.

А ещё он являлся крайне ядовитым.

Стоило только лучам попасть на него, как стебель, листья и лепестки бутона начинали выделять тетрагидроопианол. Сильнодействующее вещество, способное в больших дозах действовать подобно нейропаралитическому агенту. Прикосновение всего к одному цветку, уже начавшему выделять свой яд обернётся для человека лёгким онемением. Помутнением сознания. Проблемы с дыханием и слабостью.

Увеличь дозу, и несчастный потеряет сознание.

Ещё немного больше и отрава парализует дыхательные пути, моментально останавливая процесс обогащения крови кислородом, вслед за чем идёт очень быстрая смерть от удушья.

Очень опасное растение, жертвами коего часто становятся дети, по незнанию хватающие красивые цветы руками. Своеобразный механизм защиты от животных, выработанный тысячелетиями эволюции цветка.

Но было у него и ещё одно свойство, скрытое в самом яде и том эффекте, который он оказывал в малых дозах. Эффект изменения сознания. Именно он делал его таким опасным.

И таким важным для определённых людей.

Именно собранные под солнцем и специальным образом высушенные лепестки Кхата так любили добавлять в кальяны к табаку некоторые. Это давало сильный расслабляющий эффект в купе с умиротворением и приходящей вслед за ним удовольствием.

Но проблема даже не в этом.

Из свежего Кхата делали один из самых страшных и опасных наркотиков на Сульфаре. Яд собирали со свежих цветов, после чего химическим образом обогащали определёнными компонентами, высушивали и пропускали через несколько сложнейших химических процессов, на выходе получая ценный наркотик.

Эта дрянь вводила тебя в состояние эйфории, превращая человека в безмозглое подобие самого себя. А ещё вызывало очень сильное привыкание, от которого было крайне сложно избавиться.

Арнав слишком хорошо знал, как действует эта дрянь.

Ни раз в молодости видел, как его сверстники подсаживались на эту отраву, превращаясь из молодых и полных силой людей в иссушённых ядом существ, готовых на всё ради ещё одной дозы.

Буквально на всё.

И от понимая, что он видит перед собой огромную лабораторию по производству этой дряни, Арнава передёрнуло.

Он даже на несколько секунд замер на месте, оглядывая превращённый в нарколабораторию цеховой зал.

Правда долго стоять ему не дали.

Идущий следом амбал толкнул его в спину, приказав идти вперёд.

— Шевелись, — приказал он. — Босс не будет ждать.

Сглотнув ком в горле, Арнав кивнул и пошёл вперёд. Здоровяк провёл его через всё помещение в дальнюю часть зала, где, очевидно, располагались административные помещения.

Гасим Дакши сидел в кресле в одной из комнат. Высокий и коренастый, с массивным телом, он развалился в кресле, закинув ноги прямо на стол. Наверное, когда-то его даже можно было бы назвать красивым.

Но только не сейчас.

Левая сторона лица и головы выглядела так, словно кто-то прошёлся по ней мелкой стальной тёркой, соскабливая кожу и мясо едва ли не до костей. Одна ноздря отсутствовала. Губы на левой стороне превратились в уродливую бахрому. Глаз исчез вовсе, оставив после себя мерзкую пустую глазницу с оторванными веками. Рама хорошо постарался в своей попытке убить мерзавца.

Жаль только, что у него не получилось. Лишь искалечил ублюдка.

И расплачиваться за эту неудачу сейчас приходилось Арнаву.

— Заходи парень, — с обманчиво приветливой улыбкой на лице приказал Гасим. — За одно объяснишь мне, как так вышло, что Рама перебил моих людей и сбежал прошлой ночью.

В горле разом пересохло.

— Я хочу увидеть Саху, — произнёс он не сразу. Потребовалось время на то, чтобы справится с голосом.

Хотя это не особо помогло.

Он дрожал так, будто вокруг стоял минусовой мороз, а не жаркая духота. Так что вряд ли его тон мог хоть кому-то показаться уверенным.

Самому Арнаву он больше напоминал жалкую мольбу.

Услышав, его Гасим лишь рассмеялся и встал с кресла.

— Хочешь увидеть свою подружку? Да без проблем, парень.

Вставив два пальца в рот, Дакши громко свистнул. Из-за двери внутрь заглянул один из его мордоворотов, стоящих на входе.

— Босс?

— Приведи сюда эту шлюху. Пусть парень посмотрит.

Громила рассмеялся и кивнул.

— Сделаем, босс.

В помещении повисла давящая и тяжёлая тишина, нарушаемая звуками, доносящимися из цеха.

Дверь распахнулась неожиданно. Со стуком.

Тот же самый здоровяк, что исчез несколько минут назад, вернулся, таща за длинные волосы стройную девушку. Он просто толкнул её вперёд, позволив заложнице сделать пару шагов на подгибающихся ногах и упасть в центре комнаты.

Арнав моментально оказался рядом с ней, упав рядом на колени.

Он по-прежнему дрожал. Едва не забыл нажать на крошечный передатчик, что ему дала та рыжеволосая женщина. Удалось сделать это, прикрыв руку телом, когда он опустился на колени рядом с подругой.

Только теперь страх полностью вытеснила обжигающая, кипящая ярость.

Девушка была практически голой. В явно чужой и слишком крупной для неё рваной рубашке. Даже не застёгнутой, от чего покрывающие обнажённое под тканью тело синяки были видны ещё лучше.

Но больше всего Арнава напугал её взгляд. Мутный взор расширенных зрачков и выражение омерзительного блаженства на лице.

— Ублюдки... Вы накачали её этой дрянью!

Гасим и его мордовороты заржали в голос.

— Знаешь, какой классной сучкой она оказалась, когда я заставил её проглотить первые таблетки? Немного сопротивлялась, а потом сразу стала такой покладистой и услужливой.

Гасим провёл ладонью по изуродованной части головы, лишённой волос.

— Она неплохо развлекла моих ребят. Даже не знаю, стоит ли её возвращать тебе после такого. А? Что думаешь? Сможешь удовлетворить эту шлюху после моих парней?

Новый взрыв хохота, от которого у Арнава сжались кулаки.

— Вы же обещали, что не тронете её? — прошипел он, прижимая к себе сотрясаемое мелкой дрожью тело.

Явный признак того, что девушку знобило. А, значит, скоро начнётся наркотическая ломка.

— Ты не борзей, щенок, — гневно рявкнул Гасим. — Я обещал, что не убью её. Видишь? Она всё ещё живая. Может чутка потасканная, но живая. Так что закрой рот и говори, где будет эта мразь, Агрэ? Или поверь, то, что мои ребята с ней сделали, покажется тебе благословением небесным по сравнению с тем, на что я способен.

В доказательство своих слов, он показал на кусачки, лежащие на столе рядом с длинным и узким ножом.

Таким обычно снимали филе с крупных кусков мяса.

О том, как Гасим чаще всего его использовал, Арнав знал не понаслышке.

— Рама... Он завтра утром уедет из города, — произнёс он, прижимая к себе дрожащее тело девушки. — Кишан хочет, чтобы Агрэ проверил какие-то склады за пределами Синангара.

— Какие? — потребовал Гасим.

— Я не знаю. Мне никто этого не говорил. Я и о том, что он уедет знаю только потому, что подслушал разговор.

Дакши смотрел на него, слегка почёсывая подбородок лезвием ножа в своей руке.

— Значит этот урод решил просто сбежать из города, — в задумчивости произнёс он.

— Да не знаю я, — едва сдерживаясь, чтобы не закричать выдавил из себя Арнав. — Это всё! Всё, что я знаю! Он возьмёт грузовой флайер и полетит на восток.

— Как именно?

— Я же сказал, что не знаю!

— Значит узнаешь, — удовлетворенно кивнул Гасим. — Вернёшься назад и узнаешь маршрут.

— Да, как я это сделаю?! — взмолился Арнав.

Гасим пожал плечами.

— Да мне плевать. Не моя проблема. А твоя подружка пока ещё немного погостит у нас. А, чтобы ты не забыл о моём гостеприимстве...

Дакши кивком головы указал своим мордоворотам в сторону стола.

С улыбками на лицах они схватили Арнава под руки и потащили сопротивляющегося парня к столу.

— Какого чёрта?! Вы же обещали!

— Не думал же ты, что я забуду о твоём провале прошлой ночью? — искренне удивился Дакши. — Парень, это твой косяк. У меня вообще-то люди погибли. И по понятиям за ошибку нужно ответить. Или ты не в курсах вообще? Дайте его руку.

Арнав попытался сопротивляться, но противостоять амбалу схватившему его за запястье сил просто не хватало.

— Нет! Отпустите...

Мощная пощёчина моментально заставила его замолчать.

— Эй! — привлёк его внимание Гасим, похлопав ещё пару раз парня по лицу, одной рукой, а в другой сжимая взятые со стола кусачки. — Не брыкайся тут, парнишка. Или за твой косяк заплатит подружка. Правда у неё пальчики поменьше, так что придётся и цену поднять. Инфляция, сам понимаешь.

Стальные жвала кусачек сдавили мизинец на левой руке. Арнав в ужасе смотрел на то, как металл вдавливается в кожу, пока пот стекал по его лицу

— Так, что? — сам заплатишь, или моим ребятам взыскать с твоей шлюхи?

— Я... сам... Я сам...

— У-у-у... да ты у нас мужик, — на искаженной злобной улыбкой лице Гасима появилось выражение искреннего уважения. — Ну, тогда не будем тянуть!

Треск откушенной фаланги практически совпал с болезненным воплем самого Арнава.

— Хотя знаешь, — задумчиво произнёс Дакши, рассматривая отрезанный палец. — Твои пальцы тоже не особо крупные.

— Нет... нет, прошу не надо, — взмолился Арнав, пытаясь вырвать окровавленную ладонь из стальной хватки держащего его здоровяка. — Пожалуйста...

— Прости, парень, — развёл руками в стороны Гасим. — Инфляция, сам понимаешь.

Безымянный палец упал на стол под пропитанный болью человеческий вой.

А покрытые кровью хищные жвала кусачек жадно раскрылись в очередной раз.

Глава 19

— Начали! — прозвучал в наушнике голос Лизы и Том плавно нажал на спуск.

Двадцатимиллиметровый, оперённый снаряд с хлопком вырвался из ствола винтовки, моментально преодолев те жалкие три с небольшим сотни метров, что отделяли его от цели.

В тот же миг один из громил на крыше дёрнулся и упал со здоровенной дырой в груди. В неё, наверное, можно было целиком руку просунуть.

А выпущенный из винтовки снаряд, практически не замедлившись после встречи с целью, унёсся куда-то дальше, в сторону моря.

Да, мощности винтовке было не занимать. Том даже запоздало подумал о том, чтобы снизить мощность выстрела до дозвукового. Впрочем, если всё будет развиваться так, как задумала Лиза, избыточная мощность даже пригодится.

Ой, как пригодится.

Спустя мгновение второй здоровяк рухнул на крышу с мерзким обрубком в том месте, где голова соединяется с шеей.

Всего два выстрела и размещённая на крыше охрана оказалось нейтрализована. Том сразу же сообщили об этом Лизе.

Прошло всего с десяток секунд и их грузовой флайер выскочил из узкой улицы в нескольких сотнях метрах от Тома.

Грузовик начал спешно набирать высоту, быстро приближаясь к зданию. Быстро поднявшись до нужного этажа, он резко развернулся прямо в воздухе. Так, чтобы дверь грузового отсека была направлена в нужную сторону.

Едва ему стоило оказаться рядом с крышей, пилот перевёл антигравы на реверс, одновременно раскрывая дверь грузового отсека флайер. Всё выглядело так, словно кто-то пустил машину в занос по мокрому асфальту.

Лиза, Аша и Агрэ тут же выскочили наружу, выпрыгнув пока корма грузовика была направлена в сторону крыши.

***

Три закованные в десантную броню фигуры тяжело приземлились на крышу завода.

— За мной! — сразу же приказала Лиза, бросившись вперед и ударом ноги снося ведущую внутрь здания дверь с петель.

Вместе со стоящим за ней человеком.

Её собственная сила, помноженная на приводы и комплекты искусственных мышц брони. Всё в купе дало поистине завораживающий эффект. Кувыркнувшись в воздухе бедолага улетел в сторону лестничного пролёта, ударился спиной о парапет и с воплем упал вниз.

Сорванная с петель дверь долетела до него секундой позже.

У них было два варианта, как провести это дело. Громко или тихо. Лиза не долго думала над проблемой и сразу же выбрала первый вариант. Просто потому, что для «тихого» варианта их было слишком мало. И информации тоже. А противников наоборот, скорее всего слишком много. И план здания они не знали. Слишком много неучтённых факторов.

Так что в такой ситуации прямой и жёсткий штурм куда предпочтительнее попыток играть в скрытность. Только бешеный напор. Особенно с учётом того, что штурмовая броня позволяла им это сделать.

Перемахнув через перила, Лиза просто прыгнула прямо в проём между лестницами, не желая тратить время на ходьбу по ступенькам. Высота всего три с половиной метра, а такое для брони пустяк. Агрэ последовал за ней. Аша отстала всего на пару секунд, приземлившись сверху на дверь и многострадальное тело под ней.

Следующая дверь оказалась снесена так же безжалостно, как и первая. К удивлению Лизы, эти ребята запирали за собой замки. Удивительная предосторожность для таких уродов. В итоге Рама просто сорвал её с петель рукой, когда та отказался открываться

И сразу же отошёл в сторону, открывая проход идущей за его спиной Вейл.

Укороченный карабин в её руках выстрелил трижды и два тела упали там же где и стояли. С пробитыми грудными клетками и удивленными выражениями на лицах.

Откуда-то со стороны донёсся вопль. За ним ещё один.

Весь коридор заполнился криками встревоженных людей. Они поняли, что что-то произошло. Но всё ещё не знали, что именно. И не понимали всей опасности, которая настигла их там, где они чувствовали себя в безопасности.

Именно то, на что и рассчитывала Лиза.

— Сигнал маяка идёт со второго этажа! — крикнул Рама.

— Поняла, — коротко отозвалась Лиза.

Они вдвоём бросились вперёд.

Стволы карабинов в руках Лизы и Аши плавно ходили из стороны в сторону, стоило только кому-то появиться в коридоре. Стаккато выстрелов ритмично обрывало жизни паникующих людей, бросающихся из стороны в сторону.

Кто-то попытался напасть на них сзади. Двое мордоворотов — из тех, что оказались чуточку умнее своих товарищей — выскочили из бокового помещения в коридор и принялись палить из пистолетов.

Правда толку оказалось мало. В основном они мазали. Это в не особо широком и прямом, как стрела коридоре. Один, правда, всё же попал.

Несколько выстрелов отскочили от брони Рамы. Слишком слабый калибр, чтобы повредить броню.

А вот бывший сержант королевской армии себя сдерживать не стал.

Импульсный дробовик в его руках дважды чихнул, послав к обоим стрелкам два облака бритвенно острых стрелок. Самое то для работы в замкнутых пространствах. Бежевые стены коридора будто из аэрозольного баллончика облили красным. Оба выстрела пришлись в цель, натурально освежевав верхние части тел обоих людей.

Лиза этого не видела, прорываясь вперёд. Карабин в её руке дал ещё одну короткую очередь и затих. Кончились боеприпасы, что спасло жизнь одному из бандитов Дакши. Последние выстрелы прикончили его товарища, отбросив тело обратно в комнату, из которой они только что вышли.

Спрятавшийся за стенкой мужчина почему-то пребывал в полной уверенности, что находится в безопасности, стараясь в этот момент перезарядить дрожащими руками магазин импульсной винтовки.

Почему-то он совсем забыл, что стены помещений в этой части здания сделаны из тонких листов, просто служивших перегородками, отделяющими одну комнату от другой.

Вспомнил он об этом факте только тогда, когда закрытая бронёй рука эту самую перегородку пробила. Прямо рядом с его головой.

Ухватившись за свою добычу с упорством рыбака, вытягивающего из воды крупную рыбину, Лиза дёрнула руку на себя, одним рывком проломив телом мужика тонкую стену и выбросив его обратно внутрь коридора.

Уже перезаряженный карабин в её руке превратил грудь бедолаги в решето.

В этот момент что-то вылетело со стороны, ударив её в голову и едва не сбив с ног.

Обрадованный тем, что попал в цель в коридор выскочил один из мордоворотов Гасима, занося зажатый в руках лом для нового удара. Вероятно рассчитывал, что первым если и не убил, то хотя бы сильно покалечил свою жертву.

Обтянутая латной перчаткой бронекостюма рука сжала его голову. Мужчина закричал от боли и вцепился в закрытую бронёй руку, пытаясь сорвать её со своей головы. Вейл с размаху впечатала кричавшего противника в стену. Даже не стала себя сдерживать, почувствовав, как череп промялся под её ладонью не выдержав давления.

Рядом оказалась Аша. Карабин в её руках дал короткую очередь, отшвырнув ещё одно, уже мёртвое, тело в сторону.

— Нормально?

— Да, да. Не останавливаемся! — приказала Лиза, тряхнув головой.

Всё же даже в броне получить удар двадцатикиллограмовым ломом по голове это вам не шутки. Не будь на ней шлема, то здесь бы её жизнь и закончилась.

Но шлем был.

Именно на это и был рассчитан план.

Лиза больше десяти лет работала с такими костюмами и прекрасно знала, на что именно они могут быть способны. И в противостоянии людей без брони с теми, кто этой бронёй вооружён, шансы на победу будут явно не в сторону первых.

В этом и есть план.

Яростный штурм, пока на их стороне сохраняется преимущество в защите и эффекте неожиданности. План уже работал. Многие из тех, кто пытался на них напасть почти не были вооружены. Многие вообще выбегали из помещений в одном нижнем белье. В конце-концов на улице стояла ночь.

И там их встречал огонь двух карабинов и дробовика. Ни Лиза, ни Аша, ни Агрэ не собирались проявлять какую-либо жалость к своим противникам. Они стреляли на поражение, как только появлялась такая возможность. Убивая всёх, кто попадался им на пути. Учитывая, что большая часть этих людей оказывалась вооружена, подобная жестокость диктовалась банальным благоразумием.

Добравшись до лифта, Лиза повернула в сторону.

У лифтовой шахты проход расходился в стороны в виде т-образной развилки. Слева он уходил в какой-то зал. Справа оканчивался дверью, над которой висела привычная и понятная табличка. Выход на лестничные клетки.

Экран над шахтой показывал, что кабина сейчас на втором этаже. Отлично. Пусть там и остаётся.

— Рама! Заблокируй лифт!

— Понял, — отозвался тот. — Аша! Иди сюда и помоги мне.

— Сейчас.

Подскочив к Раме, она бросила карабин, позволив тому болтаться на ремне и пальцами подцепила створки дверных лифтов.

Обычному человеку, да ещё и без инструментов нечего было даже и думать о том, чтобы открыть их. Для начала требовался хотя бы специальный ключ. Чтобы открыть замки дверей и разблокировать их механизмы. Уже потом, можно попытаться сдвинуть их в стороны. Защита от идиотов, решивших по собственной глупости залезть внутрь.

У Лизы и остальных таких ключей, естественно, не было.

Но, какая разница, если на тебя надета десантная броня, дающая возможность голыми руками мять металл.

Аша одной лишь голой силой продавила тонкий металл створок. Ухватившись поудобнее, она начала разводить руки в стороны, открывая проход в шахту лифта. Механизмы дверей протестующе заскрипели, не рассчитанные на подобное варварское обращение.

Как только Аша раздвинула створки на необходимое расстояние, Рама просунул руки между ними. Четыре осколочные гранаты полетели вниз, ударяясь о стенки лифтовой шахты.

***

— Давай, ещё один. Держите его крепче, мать вашу!

Гасим поднёс покрытые кровью кусачки к указательному пальцу вырывающегося парня, когда всё здание содрогнулось. Эхо взрыва долетело до них гулкой волной, от которой с потолка посыпалась старая штукатурка.

— Какого хрена?! — заорал он на своих подчинённых, но оба бандита имели такие же удивлённые лица, как и их главарь. — Что происходит?!

Впрочем, осознание происходящего дошло до него всего через несколько секунд. Гасим никогда бы не продержался так долго и не залез на то место, на котором сидел, если бы был полным идиотом.

А потому, он практически сразу же понял, что именно произошло. Точнее, в его голове моментально появился худший из вариантов происходящего.

— Мелкий ушлёпок, — прорычал он, в бешенстве посмотрев на Арнава. — Ты привёл его сюда!

— Нет... нет, я ничего не делал! — взмолился тот, но разъяренный Гасим даже не стал его слушать, ударив тяжёлыми кусачками по лицу.

А затем ещё раз, когда его громилы отпустили парня, позволив тому упасть на пол рядом с лужей натёкшей со стола крови.

— Поганый... Мелкий... Урод! — в бешенстве орал Дакши, подкрепляя каждое своё слово очередным ударом тяжёлого ботинка по сжавшемуся в комок телу. — Херли вы встали?!

Последняя претензия предназначалась уже двум амбалам, замершим в неподвижности и явно не знающим, что им делать дальше.

— А... А что нам делать? — тупо спросило один из них, посмотрев на другого.

— Идите и прикончите эту мразь! — брызжа слюной заорал на них Гасим. — Или я сам вас прикончу!

Обоих будто ветром сдуло. Громилы бросились наружу из кабинета, подгоняемые страхом. Слишком хорошо знали, что их главарь слов на ветер не бросает.

Сам же Гасим подбежал к столу и принялся доставать из его ящиков содержимое. Никак он не ожидал, что такое может произойти. Как? Как этот ублюдок узнал, что он здесь? Первая мысль о том, что парень мог как-то привести Раму прямо сюда Гасим отбросил в сторону. Его люди отобрали у того комм и должны были обыскать его.

Пихая в раскрытую сумку вещи, Гасим достал из ящика стола пистолет.

Ладно. У него есть ещё одна лаборатория по производству наркотиков. Не такая большая, как эта, но тоже приносящая большие деньги. Потеря не страшна.

Единственное, чего ему было жаль, так это запертый в подвале товар. Хашмитский офицеришка, продавший ему их, содрал большие деньги за эту партию. Больше, чем за предыдущую. Но это того стояло. Может быть, если его люди убьют Раму и тех, с кем он пришёл, то ему потом удастся всё вернуть.

Застегнув сумку, Гасим бросился к выходу, на уже у самого выхода вспомнил кое-что.

Повернувшись, Дакши навёл пистолет на лежащего в луже собственной крови парня, прижимающего к груди обезображенную ладонь, на которой не хватало трёх пальцев.

Он уже нажимал на курок, когда столь дорогая его сердцу лаборатория по производству наркотиков взорвалась.

***

Бронированный ботинок врезался бросившемуся на неё бандиту в грудь. Сила удара была такой, что тушу весом в сто двадцать килограмм швырнуло в стену лестничной клетки.

Лиза чуть повернула руку с карабином и нажала на спуск. Короткая очередь пробила другому бандиту грудь.

Правда тот всё равно успел выстрелить, рефлекторно нажав на спусковой крючок сжимаемого в руках дробовика.

Оружие мертвеца в автоматическом режиме выпустило весь свой магазин из двадцати выстрелов, заполнив лестницу тучами мелких дротиков. Досталось абсолютно всем.

Но, если Лиза, Агрэ и Аша могли наплевать на оружие со столь низкой кинетической энергией, то вот дружкам убитого досталось по полной. Выплюнув весь свой боезапас дробовик изодрал нападающих в клочья.

Они шли вперёд, прорываясь через подручных Гасима без остановки.

Это даже не походило на бой. Скорее на бойню.

Оружие в руках Вейл и остальных обрывали жизни так быстро, как их хозяева успевали нажимать на курок и менять магазины.

И дело даже не в идеально продуманном плане, удаче или чём-то ещё.

Просто их противники были полнейшим мусором.

Бросились на них подобно бродячим собакам, привыкшим загонять более слабую добычу целой стаей. Только сейчас против озлобленных псов оказались не беззащитные и слабые жертвы.

Лиза, Аша и Агрэ больше походили на трёх яростных львов, что ворвались в логово шакалов. Всё равно, что избивать детей. Никакой тактики, стратегии или же умения. Всё, что умели их оппоненты это громко орать и стрелять. Не особо точно, к слову.

Даже плохо подготовленные хашмитские солдаты, с которыми Лиза встречалась раньше, были на порядок более опасными противниками. Что уж говорить про Камаан ке Сена. Эти мясники хорошо доказали, что усвоили все уроки, что им преподали рейнские инструктора.

Нажав на кнопку под указательным пальцем, Лиза сбросила опустевший магазин на пол и взамен него вставила в оружие новый. Агрэ в этот момент прикрывал её, пока Аша точными одиночными выстрелами добивала живых.

Наверное, из жалости, подумала Лиза, глянув на лежащее на полу и ещё шевелящееся тело.

Лицо и вся передняя часть груди и рук содрана до голого мяса. Даже кости кое-где просвечивают. Сразу видно, что бедолага целиком поймал собой сразу несколько выстрелов из взбесившегося дробовика своего напарника.

Как он в таком состоянии всё ещё был жив, Вейл даже представить себе не могла.

Впрочем, она моментально забыла о нём, едва только её руки закончили перезаряжать оружие.

Спуск до второго этажа по лестнице занял у них не больше двадцати секунд. Может получилось бы и чуть быстрее, если бы они не наткнулись здесь на четвёрку головорезов Гасима, бегущих прямо им на встречу.

Да. Прямо-таки судьбоносная встреча. В плохом смысле. Для них, разумеется.

Агрэ открыл дверь и сразу же скользнул в сторону, давая пространство для прохода идущей следом за ним девушек. Лиза двинулась вперёд по коридору, держа карабин у плеча и готовая открыть огонь в случае любой угрозы.

— Сняли троих на выходе из здания, — раздался в наушнике голос Райна. — Больше никого. Как у вас дела?

Значит, крысы начали бежать с корабля.

Позиции для Тома и Франчески оказались выбраны не просто так.

С обоих мест очень хорошо просматривались оба выхода из здания. И основной и расположенная на торце зона для погрузки-разгрузки. Поскольку Кишан поставил их целью полное уничтожение всей банды Дакши, Лиза не собиралась выпускать кого-либо из здания живым.

Нет, естественно, что кто-то сможет уйти. Выпрыгнет из окон или ещё что. Но это будут единичные счастливчики.

Главное, чтобы после них не осталось ничего, что могло бы снова поднять голову. Вырезать как можно больше людей и от банды ничего не останется.

— Нормально. Мы уже на втором этаже. Идём к сигналу маяка Арнава.

— Понял. Если потребуется помощь...

— Я скажу, — оборвала его Лиза и указала на широкую и довольно массивную дверь. — Аша, вышибной.

— Сейчас.

Напарница быстро сняла со спины Агрэ тугой свёрток.

Пока Лиза и Рама её прикрывали, она развернула сложенный кумулятивный заряд стала быстро ставить его на дверь.

Почему-то в этот момент Лиза вспомнила Диану. Подругу, с которой она работала ещё в организации Мэннинга. Именно Ди сопровождала её вместе с Евгением, Нори и Химматом на ту злополучную станцию на орбите Индриана. Прирожденный подрывник, она могла собрать бомбу из чего угодно и где угодно.

Аше в этом плане до неё было невероятно далеко.

С другой стороны, чтобы прикрепить пять небольших квадратных зарядов направленного действия много навыков не нужно.

— Готово, — крикнула та и тут же ушла в бок, подальше от двери.

— Сноси её, — приказала Вэйл, сама вжимаясь в стену рядом с дверным проемом и держа в руке несколько дымовых гранат, которые приберегла для такого вот момента.

Сработал детонатор и заряды направленного действия вышибли дверь под оглушительный грохот взрыва. Ударная волна швырнула всё, что осталось от двери внутри огромного зала, превратив недавнюю преграду в облако обломков.

Даже с учётом того, что взрыв был направленным, стоящую рядом Лизу тряхнуло так, что она себе едва язык не прикусила. К счастью, полностью закрытая броня позволила выдержать подобное без серьёзных последствий. Даже в ушах не звенело и никакой контузии.

А вот всем, кто в этот момент находился внутри пришлось ой как несладко, когда превращённая в импровизированную шрапнель дверь и части дверного проёма плетью хлестнули по залу, снося химическое оборудование и аппаратуру для приготовления наркотиков.

Часть находящихся внутри, в частности почти пол десятка занятых производством наркотической отравы людей, убило практически сразу же. Они стояли слишком близко к месту взрыва.

К несчастью для Вэйл и остальных, именно здесь находилось больше всего вооружённых головорезов Гасима. В качестве охраны и надсмотрщиков они следили за персоналом лаборатории.

Плюс именно сюда, как в самое важное место подтянулись бойцы с нижних этажей в надежде понять, что именно только что произошло.

И едва только отгремело эхо взрыва, как они принялись делать то, за что им платили.

Они начали стрелять, опустошая магазины своих винтовок, карабинов и дробовиков в сторону затянутого дымкой и пылью разрушенного проёма, чем ещё больше добавили неразберихи.

С другой стороны, они, сами того не понимая, сделали всё настолько правильно, насколько это было вообще возможно. Такой плотный огонь был бы опасен даже для штурмовой брони.

Глядя на то, как стена напротив только что пробитого входа превращается в решето и буквально исчезает на глазах, Лиза порадовалась, что смогла правильно предсказать реакцию находящихся внутри мерзавцев.

А вот её они предсказать не смогли бы никогда.

Вытянув руку, она осторожно высунула кулак за угол.

Здесь, в отличии от десантной брони верденского производства которую использовала раньше Вейл и другие бойцы Серебрякова, крошечная камера оказалось установлена не на подушечке указательного пальца, а на нижней части ребра ладони. Идиотское решение. Вместо кончика пальца пришлось высунуть сжатую в кулак ладонь.

И наедятся на то, что никто тебе руку не отстрелит.

Впрочем, даже не смотря на глупую, по её мнению, компоновку, оборудование работало исправно.

Объектив камеры моментально окинул превращенный в нарколабораторию промышленный зал. Лиза переключилась на инфракрасный спектр, от чего выделяющие тепло фигуры стреляющих по входу людей загорелись яркими пятнами.

— Том, Фрэн, вы готовы? Отправляю данные.

Её глаза забегали по лицевому экрану шлема, отмечая каждую цель. Каждый, кто держал оружие или что-то подобное тут же оказался помечен алым маркером.

— Есть. Получили телеметрию, — тут же раздался в наушнике голос Райна.

— Я тоже, — это уже доложила Франческа. — Готовы стрелять.

— Валите их, — тут же и без промедления приказала Вейл.

Стоило ей это произнести, как в огромном зале начался настоящий ад.