Рыба без головы. Апокалипсис

Глава 1. Фейерверки

Был знойный пятничный вечер. Солнце вязло в горизонте, раскаляя воздух до состояния жидкого металла. Павел Трубинин шел, щурясь от бликов на витринах, и проклинал свою внезапную тягу к прогулкам. Ехал бы в машине — кондиционер бы сейчас выдувал эту липкую реальность из головы.

Он почти упал на стул в тени белой пластиковой веранды. Официант принес запотевший бокал. Первая глоток ледяной пены был почти оргазмическим — мир на секунду стал терпимее.

«Хорошо», — выдохнул он в пустоту.

Телефон в кармане взвизгнул так резко, что Павел едва не пролил пиво. На экране — Ольга.

– Ты где? — голос подруги дрожал, в нем не было привычной игривости.

– Пытаюсь не превратиться в уголь, — Павел приложил холодный бокал к виску. — Иду домой. Пятница, Оль. Возьму темного, завалюсь смотреть сериал…

– Какой сериал, Паш?! Ты новости видел?

– Опять про «Объект»? Да брось, вчера говорили, что это просто комета…

– Одна десятая «це», — перебила она. — Десять процентов от скорости света. Это не комета, Паш. Это... я не знаю, что это. Спутники в Азии уже «легли». Выйди на открытое место. Посмотри наверх.

Павел медленно поставил бокал. Вкус пива вдруг стал бумажным. Он поднял глаза. Верхняя полоса неба была подозрительно чистой, но там, где должна была зажечься первая звезда, зияла странная, «неправильная» пустота.

Он встал и пошел, уже не глядя под ноги. Пальцы привычно вбивали пароль, открывая вкладки. Смартфон обжигал ладонь не хуже солнца.

«Страница недоступна», «404», «Доступ к ресурсу ограничен...».

Цензура работала быстрее, чем страх. Закон о «цифровой гигиене» выкашивал интернет, как газонокосилка. Но лонгрид одного опального астрофизика еще висел в кэше.

Павел читал на ходу, врезаясь плечом в прохожих, которые тоже — как зомби — замерли со светящимися прямоугольниками в руках.

«...звезды не просто гаснут, — писал автор, чье имя уже наверняка вычеркивали из списков живых. — Они закрываются физическим телом чудовищной массы. Оно несется сквозь систему со скоростью тридцать тысяч километров в секунду. Представьте, что кто-то задергивает бархатный занавес. Сначала Орион, потом Плеяды... Мы следующие. У нас нет месяца. У нас остались дни».

Павел остановился посреди тротуара. На экране всплыло системное сообщение: «Данный контент удален по требованию Роскомнадзора в рамках обеспечения общественной безопасности».

Экран погас. В наступивших сумерках Павел почувствовал, как по спине, вопреки жаре, пополз липкий, ледяной холод. Он вспомнил события прошедших дней: Чем ближе подходил Объект, тем скуднее становились официальные отчеты. Сначала его называли «аномальным массивом», потом — «мелкодисперсным пылевым скоплением», и наконец, исследования и вовсе засекретили. Теперь правду можно было найти только в мутных глубинах даркнета или в желтой прессе, где на полном серьезе обсуждали «пылесос инопланетян» и Нибиру. Официальная же версия звучала успокаивающе-пресно: «Объект лишь слегка заденет верхние слои атмосферы. Возможны сбои в работе GPS и помехи на радиочастотах. Угрозы населению нет». Даже МКС предусмотрительно увели в тень Земли, якобы «в целях планового маневрирования».

Павел зашел в квартиру, не выпуская телефона из рук. Бросил аппарат на диван и быстро переоделся — выбрал любимую ярко-оранжевую футболку с парой замысловатых иероглифов (значение которых он так и не удосужился узнать) и легкие черные шорты.

Перед выходом Павел привычно поправил очки, которые вечно сползали на кончик носа из-за жары, и пригладил ладонью всклокоченную бороду. Для конца света сойдет, решил он, натягивая выбранную футболку.

Жара не отступала. Воздух был плотным, как кисель, и пах нагретым асфальтом. Павел неторопливо шагал к набережной, щурясь от низкого солнца. Город жил своей обычной пятничной жизнью: по тротуарам порхали девушки в легких платьях, из открытых окон машин доносилась музыка, а в воздухе витало предвкушение чего-то грандиозного. Люди ждали обещанного шоу, не подозревая, что «фейерверк» может оказаться последним, что они увидят.

Павел то и дело ловил себя на том, что засматривается на открытые плечи и загорелые ноги прохожих, и на мгновение ему стало смешно. «Мир, возможно, накроется медным тазом через пару часов, а я думаю о девчонках. Наверное, это и есть человеческая природа».

Вот и набережная. Ольга ждала его у парапета, задумчиво глядя на воду, которая в вечернем зное казалась тяжелой и неподвижной, словно расплавленное олово. На фоне серых плит её белая футболка и короткая красная юбка выглядели вызывающе ярко.

– Привет, – она обернулась, и Павел заметил, что она устало щурится от низкого солнца. – Куда пойдем?

– Давай заберемся под какой-нибудь навес, пока окончательно не спеклись. Пива бы холодного... А прогуляемся уже в сумерках, когда остынет.

– Тебе лишь бы пиво, – Ольга слабо улыбнулась и убрала со лба влажную прядь волос. – Ладно, веди… мой программист. Тут и правда дышать нечем.

Они пристроились за угловым столиком в летнем кафе. Павел с наслаждением приложился к запотевшему бокалу, а Ольга медленно перемешивала лед в безалкогольном мохито. Какое-то время сидели молча, слушая гул города, который сегодня казался непривычно нервным.

– Как день? – первой нарушила тишину Ольга.

– Да как обычно, – Павел пожал плечами, чувствуя, как приятная прохлада пива расходится по телу. – Кодил, отлаживал, коммитил. День сурка в стерильном офисе.

– Всё над тем же проектом?

Павел поморщился, словно у него внезапно заныл зуб.

– Угу. Допиливаю мозги для беспилотников. А у тебя что?

– А у меня сумасшедший дом, – она вдруг заговорила быстрее, словно пытаясь заслониться рабочими проблемами от странного неба над головой. – Три презентации, два совещания... Под конец еще инвесторы нагрянули. Вредные, вопросы каверзные, всё подвох искали. Но я не растерялась. Босс потом сказал, что я держалась молодцом.

Ольга говорила быстро, почти не переводя дыхание, словно если она замолчит, то небо упадет ей на плечи:

– Когда ты сказал про беспилотный летательный аппарат, у тебя такое лицо сделалось, как будто ненавидишь свою работу. Проект скучный?

– Нет, проект хороший. И деньги хорошие платят. Только…

Парень замолчал.

– Что «только»?

– Он для военных…

– Ну и что? Ой, я забыла, что ты у нас великий пацифист, – Ольга легкомысленно крутнула соломинку в мохито. – И что теперь? Уволишься в никуда? Или отнесешься к этому философски?

Павел посмотрел на пену в стакане. Ему вдруг стало невыносимо скучно объяснять очевидное.

– В никуда нельзя, Оль. Везде одно и то же. Либо пишешь софт, чтобы дроны точнее убивали, либо софт, чтобы банкиры ловчее грабили. Третьего не завезли. Мы просто обслуживаем этот огромный пылесос, который выкачивает из людей жизнь. Знаешь, Оль... иногда кажется, что мы все просто строим очень красивые и дорогие клетки. Либо для других, либо для себя. А чтобы просто... для людей? За это не платят… Ладно. Не будем об этом. А то я что-то разнылся.

Через какое-то время начало темнеть.

– Скоро начнется, – сказала Ольга, – пойдем?

– Угу.

Народу на набережной собралось много. Кто-то стоял и смотрел на воду, кто-то уже нетерпеливо задирал голову вверх, а кто-то просто шел. Иногда мимо проносились самокатчики и велосипедисты.

– Ой! А небо-то пасмурное! – вдруг сказала Ольга. – Как же мы взрывы увидим?

Он поднял голову. Небо над рекой стало странным — оно не темнело, а как будто выцветало, становясь пепельно-серым.

– Да не, – поспешил успокоить ее Павел, – на самом деле это Объект небо закрывает. Смотри, вот тусклая звезда. А вон еще одна. Видишь, она мерцает, потому что космическая пыль закрывает обзор.

– Смотри, – прошептала Ольга, и её голос вдруг потерял всю свою деловитость.

Над головами беззвучно расцвел огромный синий веер. Это не было похоже на салют. Никаких хлопков, никакого запаха пороха. Просто небо вскрыли, как вену, и оттуда потекло холодное мерцающее электричество. Вдоль горизонта прочертились белые нити — это сгорали на орбите миллиарды долларов, превращаясь в высокотехнологичный мусор.

На набережной стало тихо. Велосипедисты тормозили, самокатчики замирали, глядя вверх. В этой тишине было что-то религиозное.

– Красиво как... – выдохнула Ольга, прижимаясь к его плечу. Её пальцы были ледяными.

Вскоре небо начало пестрить другими, уже более хаотичными вспышками. Неоновые всполохи разных цветов, как разорванные нити, рассыпались высоко вверху, испепеляя что-то невидимое. Они не напоминали фейерверк, скорее — прощальную агонию умирающей техники. А потом начался настоящий «звездопад». Он продолжался несколько секунд, и все прекратилось. Местность погрузилась во тьму, но ненадолго. Через некоторое время глаза привыкли, и на небе можно было разглядеть привычные созвездия и полоску Млечного пути.

– Ну, вот и все, кончилось шоу, – грустно сказала Ольга.

Они еще некоторое время шли, потом девушка снова увидела какую-то вспышку.

– Ой, что это? – испугалась она. – Что-то сверкает.

– Сверкает? – удивлялся Павел и стал смотреть по сторонам.

– Ой, еще раз! – воскликнула Ольга.

– Это на небе сверкает, – сказал Павел, указывая на вспыхивающие и гаснущие огоньки в высоте.

Они стояли на тротуаре. Мимо по дороге проезжали машины. Прохожие равнодушно шагали мимо, не замечая, что шоу на небе продолжается. А Павел с Ольгой еще некоторое время смотрели вверх, пока странные огоньки вспыхивали и гасли.

Глава 2. Криптоанархист

Антон Зубатов наконец оторвал взгляд от монитора. В гараже было невыносимо душно — вентиляторы майнинг-фермы гоняли горячий воздух по кругу, не охлаждая, а лишь перемешивая его с потом, который градом стекал по его мускулистому телу. Он толкнул тяжелую дверь, чтобы выйти, глотнуть хотя бы ночной прохлады...

И замер.

Небо над гаражным кооперативом полыхало. Синие жилы прочерчивали темноту, рвались, вспыхивали снова, словно кто-то огромный тестировал неисправную гирлянду на всем небосводе сразу. Антон задрал голову и забыл про ферму, про биткоины, про духоту. Из раскрытого рта не вылетело ни звука. Это было красиво. Это было жутко. Это было не похоже ни на один фейерверк, который он когда-либо видел.

Вспышки участились, слились в сплошное мерцание, а потом небо взорвалось ливнем из падающих звезд. Антон машинально выставил руку вперед, будто пытаясь поймать одну из них.

— Твою мать... — выдохнул он.

Когда небо успокоилось и темнота снова стала просто темнотой, Антон еще несколько секунд стоял, глядя в одну точку. Потом развернулся, зашел обратно в гараж и плюхнулся на стул перед компьютером. Пот стекал по лицу, но он его не замечал.

В этот момент раздался звонок Skype.

Антон вздрогнул, принял вызов. На экране появилось изображение девушки — длинные золотистые волосы, желтый пиджак, ярко-красные ногти. Она улыбнулась и поправила прядь.

— Добрый день, — сказала незнакомка. — Вы готовы к интервью, Гиббон?

Антон машинально провел рукой по мокрому лицу, все еще не до конца вернувшись с того полыхающего неба.

— Да, — ответил он хрипло. — Начинайте. Только быстро. У меня тут... такое творится.

Девушка вопросительно взглянула на собеседника.

– А вы включить видео не хотите? – спросила она, и в ее голосе слышалась легкая нотка игривости.

– Нет, я предпочитаю оставаться инкогнито.

– Хорошо, – незнакомка едва заметно закатила глаза, но тут же улыбнулась. – Может, тогда пойдем на компромисс: вы включите камеру, но не будете показывать свое лицо?

– Ладно, сейчас.

Антон покопался в ящиках, нашел несколько медицинских масок, облепился ими, оставив только прорези для глаз. После этого включил видео. Девушка звонко рассмеялась:

– Неужели вы боитесь, что я заражу вас коронавирусом через Skype?

– Ближе к делу, – нетерпеливо бросил он.

– Хорошо, – она поправила волосы, и ее улыбка стала более деловой. – Меня зовут Ксения Воробьева, я ведущая видеоблога «Интересные люди». Сейчас представляю вашему вниманию интервью с майнером и криптоанархистом, известным в кругах даркнета как Гиббон. Слово «майнер», наверное, всем знакомо – это тот, кто добывает криптовалюту. Но вот термин «криптоанархист» вызывает вопросы. Гиббон, не могли бы вы рассказать нам, что значит «криптоанархист»?

Антон неопределенно хмыкнул и почесал затылок.

– Это довольно долго объяснять… но постараюсь сказать кратко. Представьте, что обществу не нужны государства, правительства, банки и прочие паразиты. Наша идеология в том, что криптовалюты позволят нам отказаться от всех этих финансовых институтов. А благодаря смарт-контрактам мы сможем упразднить суды и полицию. Ну а системы искусственного интеллекта позволят отправить государства и правительства на свалку истории.

– Звучит… амбициозно, – Ксения позволила себе легкий скептический тон. – А что, если чуть конкретнее? Что этот ваш новый мир даст обычным людям, тем, кто привык к паспортам и очередям в банках?

– Свободу! – Антон вдруг оживился. – Свободу, какую вам и не снилась!

– Во-первых, – продолжал он, – благодаря криптовалюте мы можем делать денежные переводы, не платя банкам грабительскую комиссию. Но это только начало. С исчезновением государств пропадут границы, таможни и прочие неудобства. Представьте: мы сможем свободно перемещаться по всему земному шару, и никакие таможни не станут мешать нам путешествовать…, – его пламенную речь прервал зависший интернет и слегка моргнувший свет, парень рассеянно замолчал, глядя на застывшую «пиксельную» Ксению на экране.

Спустя пару секунд связь восстановилась, и Гиббон, тряхнув головой, продолжил:

– …грузы смогут свободно перемещаться по миру не облагаемые пошлинами. Товары станут дешевле. Нам не придется содержать многомиллионные армии чиновников-дармоедов. А значит, уровень жизни людей повысится. И, самое главное, не будет идиотских законов типа «всем ходить в масках», и не будут ущемлять в правах тех, кто еще не сделал себе прививку от ковида.

– Стоп. Что-то я не поняла. Вы ковид-диссидент? Антиваксер?

– Нет, – покачал головой человек по прозвищу Гиббон, – я прекрасно понимаю, что с коронавирусом надо бороться. Я, кстати, сам привился. Но я категорически против того, чтобы к прививкам принуждали и вводили QR-коды. Это должно быть абсолютно добровольно, – он сделал акцент на слове «абсолютно».

– Ну что ж, ваша позиция понятна. А как вы прокомментируете тот факт, что на добычу биткоинов тратится больше электроэнергии, чем потребляет Аргентина? И это еще не предел…

– А на что Аргентина тратит энергию? На ночные иллюминации, рекламные огни? На питание компьютеров, которые используются для просмотра порнографии и котиков? Вы считаете это лучшее использование?

– Знаете, не все смотрят в Интернете котиков…

– Да не суть. В любом случае, человечество и так огромное количество энергии тратит на ерунду, и лишь небольшой процент на действительно нужные вещи.

– Но вашим майнингом вы только усугубляете положение…

– Это временное явление. На смену биткоину и эфиру придут более прогрессивные криптовалюты, которые не будут потреблять столько энергии.

– А как насчет того, что блокчейн-базы копируются на миллионы компьютеров? Вам не кажется расточительством занимать столько памяти?

– В природе очень часто присутствует подобное, как вы выразились, «расточительство». Например, генетический код человека копируется на триллионы его клеток.

– Природа не разумна, – возразила Ксения, – а человек – существо разумное и должен заботиться об оптимальности.

– Совершенно верно, – согласился Антон, – только вот человек почему-то нисколько не заботится об оптимальности. Существующая капиталистическая система, которая создает войны, голод и нищету – это продукт человеческой цивилизации. Выходит, не так уж и разумен человек разумный…

– Может быть, – неопределенно пожала плечами девушка, – но, тем не менее, у меня к вам еще вопрос. Скажите, каким образом вы собираетесь достичь своих целей? Революция?

– Если понадобится, то устроим революцию. Но пока мы планируем переделать общество без лишних кровопролитий.

– И каким же образом?

– Развивать технологию блокчейн, совершенствовать алгоритмы смарт-контрактов, внедрять искусственный интеллект.

– А вы не боитесь, что ваши технологии могут использовать правительства, чтобы загнать народ в «цифровой концлагерь»? На самом деле, власти уже давно финансируют разработку искусственного интеллекта и собираются контролировать потоки криптовалюты.

– А вот если это произойдет, тогда мы и устроим революцию. И никому мало не покажется.

– Вы уверены, что тогда не будет поздно?

– Не будет. Наше сообщество состоит из огромного количества сплоченных людей, среди которых хакеры, инженеры, ученые, а также мастера боевых искусств.

– Все ясно. Даже не знаю, желать ли вам удачи. Но, тем не менее, спасибо за интервью. С вами была я, ведущая видеоблог «Интересные люди», Ксения Воробьева. Спасибо за внимание, ставьте лайки, подписывайтесь на канал.

Антон еще немного поработал на компьютере, надел шорты и толстовку с капюшоном и в таком виде вышел из гаража. Снаружи была ночь. Парень зашагал, освещая себе дорогу фонариком. Впереди встречался асфальт с выбоинами, по обе стороны длинный ряд гаражей. Откуда-то издали доносились удары молотка – видимо, кто-то что-то мастерит даже ночью.

Глава 3. Медсестра

Мария Девятова совершала обход. Она по очереди осмотрела больных, подключенных к аппаратам, поддерживающих жизнь их исхудавших тел. Все спали. Кто-то был в коме, кто-то днем приходил в сознание. Но сейчас у каждого закрыты глаза. О том, что пациенты живы, сигнализировали лишь мигающие кривые линии на экранах. У одного из больных, седого старика со сморщенным лицом, пришлось сменить пакет с лекарством, прикрепленный к капельнице. У другого пациента необходимо было вынести судно. У третьего медсестра просто поправила трубочки.

Но вот обход закончен. Мария сделала запись в журнале, потом вышла в подсобное помещение, сбросила перчатки и маску. Открыла окно, достала сигареты и закурила, задумчиво стряхивая пепел в ночную мглу. Потом надела новую маску, вымыла руки, вернулась к больным. Услышала слабый стон. Его издавала старуха, которая внезапно проснулась и стала ерзать.

– Тихо, – скомандовала медсестра и сделала ей укол.

После очередного обхода Мария вернулась в подсобку и снова закурила. Какие-то вспышки привлекли ее внимание.

«Неужели гроза? Только этого не хватало», — Мария нахмурилась и прижалась лбом к прохладному стеклу.

Небо вдруг прочертили резкие синие жилы, напомнив мертвенное свечение кварцевой лампы в пустой операционной. Свет был неестественным, колючим; он заливал подоконник густым фосфоресцирующим блеском, от которого даже табачный дым в подсобке на миг стал фиолетовым. Светящиеся нити пульсировали, дергались и рвались, словно помехи на неисправном кардиографе. Это было красиво и жутко одновременно — как северное сияние над моргом.

Мария стояла, завороженная этим беззвучным электрическим штормом, пока небо не взорвалось финальным ливнем из «падающих звезд». Зрелище было величественным, но профессиональная привычка оказалась сильнее эстетики: она вдруг подумала, не повлияет ли эта чертовщина в атмосфере на чувствительные приборы в палатах.

Тряхнув головой, чтобы сбросить минутное оцепенение, Мария решительно затушила бычок. Снаружи догорал космос, но здесь, за дверью подсобки, её ждал привычный мир, пропахший хлоркой и болезнью, где живым людям всё еще требовались капельницы, судна и её внимание.

К утру ее сменила напарница. Утро было еще раннее, транспорт не ходил. Мария расположилась в подсобке, сделала себе крепкий чай. Нарезала хлеб с сыром, стала завтракать.

– Ты видела, что вчера на небе творилось? – спросила она напарницу, когда та вышла покурить.

Анна, уставшего вида женщина лет сорока, с короткой стрижкой, стряхнула пепел в приоткрытое окно и ответила:

– Не знаю, ночью я спала. Говорят, Земля с каким-то объектом столкнулась, и от этого виднелись «фейерверки». Хотела, конечно, посмотреть, вчера в новостях говорили, что зрелище будет, но поздно ночью. Вот я и подумала, а зачем мне это надо, завтра же на работу. А я что, салюта не видела?

– На самом деле, было красиво, – сказала Мария, а потом смачно зевнула.

– Э… подруга, – промолвила Анна, – ты давай, домой иди, отсыпайся.

– На чем? Транспорт же еще не ходит.

– Ах да… забыла, что ты далеко живешь. Мне-то удобно, я и пешком могу дойти. Ладно, сиди пока тут, только не засни.

– Ага, – снова зевнув, проговорила девушка.

Когда Анна ушла, Мария вновь налила себе чай. Выпила его. Покурила. Посмотрела на часы. Начала неспешно собираться. Сняла больничный халат, надела серую футболку и джинсы, поправила длинные светло-рыжие волосы. Медленно шагая, покинула территорию больницы и направилась к автобусной остановке, при этом грустно думая о том, что зарплата маленькая, после взноса за ипотеку денег осталось совсем мало. Непонятно, как жить до конца месяца, а еще за коммуналку надо платить.

Издав громкий шипящий звук, подошел автобус. Мария молча сунула кондуктору карту «Мир», но та покачала головой:

– Терминал не работает. Что-то с Интернетом.

Девушка порылась в сумочке, нашла немного мелочи. Но увы, не хватило парочки рублей. Кондуктора это нисколько не обрадовало:

– Бесплатно везти не буду! Выходите.

– Но позвольте. Как же так…

– Ваши проблемы. Выходите! Иначе полицию вызову, – голос кондуктора начал срываться на крик, а ее голова с седыми волосами нервно тряслась.

– Хорошо, хорошо, выхожу.

Мария оказалась на улице между серыми девятиэтажками. Воздух казался непривычно тяжёлым, с еле уловимым, горьковатым привкусом, и даже раннее утреннее солнце светило как-то тускло, словно через грязное стекло. Она огляделась: на соседнем балконе десятого этажа пожилая женщина истово крестилась, в то время как мужчина в спортивном костюме, стоящий прямо посреди тротуара, бессмысленно тыкал пальцем в погасший экран телефона, бормоча что-то неразборчивое. Мария старалась не обращать внимания на эти странности, ведь у неё была своя, куда более насущная проблема – деньги. Она увидела супермаркет и поспешила к нему. Там оказалось несколько банкоматов. Но и тут девушку ждало разочарование: стоило вставить карточку, как на экране загорелась надпись: «Банкомат временно не работает». Девушка глухо выругалась. Выйдя на улицу, она нервно закурила, пытаясь отогнать дурное предчувствие. Потом медленно зашагала по направлению к дому. Идти пешком, конечно, очень далеко, но Мария отчаянно надеялась найти по пути хоть один работающий банкомат.

Банкомат она так и не нашла, но на следующей остановке села в другой автобус, надеясь, что там ей повезет больше. На этот раз кондуктором был довольно молодой мужчина. Увидев карточку, он покачал головой.

– У вас тоже не работает?

– Сегодня вообще какой-то сумасшедший день, – пожаловался он. – В бухгалтерии компьютеры зависли, тут терминалы не работают. Сын позвонил, сказал, что у него нет Интернета.

– Может, все-таки попробуете, – попросила Мария, – вдруг сработает?

Парень несколько раз приложил карточку к терминалу и устало покачал головой.

– Жаль, – вздохнула Мария, – наличных с собой нет, а пешком идти очень далеко.

– Сочувствую, но на линии контроль.

Мария начала лихорадочно шарить по карманам. Наскребла горсть мелочи, пересчитала влажными от волнения пальцами.

— Тут только двадцать восемь... двух рублей не хватает до билета! — почти прошептала она

– Ладно, не переживайте. Я своих добавлю.

– Я верну! Честное слово, верну. Только скажите, как вас найти?

Кондуктор улыбнулся.

– Записывайте телефон, – сказал он.

Дальше ехали молча. Город за окном казался непривычно нервным. На задней площадке вспыхнула ссора: терминал в очередной раз выдал ошибку, и пенсионерка, решив, что её пытаются обмануть, перешла на визг. Водитель, не оборачиваясь, ударил по кнопке громкой связи.

— Эй, на галерке! Завязывайте с концертами. У всех ничего не работает. Выходим, не задерживаем людей!

Бабка вывалилась на тротуар, судорожно сжимая в руках бесполезный кусок пластика, и долго смотрела вслед автобусу, шевеля губами в бессильном проклятии.

– Ну, вот и мне скоро выходить, – улыбнулась Мария кондуктору и на следующей остановке вышла.

Она кое-как дошагала до своей однокомнатной квартиры, где царил сущий беспорядок, и прямо в одежде упала на диван. Девушка сразу же уснула.

Глава 4. Мамкин скалолаз

Утром Павел решил съездить в супермаркет купить еды. Он не ожидал, что будут дикие пробки. Стоять порой приходилось так долго, что парень время от времени пытался залипнуть в телефон, но это ему не удавалось, так как соединение с Интернетом отсутствовало.

«Видимо, все из-за того, что Объект посшибал спутники», – подумал он, глядя на неработающие светофоры.

Только спустя два часа Павел добрался-таки до магазина. Там он встретил своего коллегу по работе Рому, который с полной тележкой уже выходил из магазина.

– О, привет! – поздоровался с Трубининым мужчина лет сорока с довольно объемным пивным животиком.

– Привет, – махнул рукой тот, сделав кислую физиономию, догадываясь, что он опять будет рассказывать свои истории. Эти истории Павлу были не интересны, но он делал вид, что слушает.

– Пашка, прикинь, сегодня ночью в клубе был пожар! – сообщил Роман. – Я ведь не спал почти всю ночь, да и утром не выспался. Так вот, сегодня в полночь кто-то устроил пожар в ночном клубе «Метро». Представляешь?! Прямо в центре города. В клубе были только подростки, но, к счастью, никого не зацепило, обошлось небольшой дымовой завесой и сгоревшим кондиционером.

Трубинин усмехнулся.

– Вот ты интересный какой, – сказал он, – вчера все падение метеоритов наблюдали, а ты все про свои ночные клубы.

– Это же пыль космическая была…

– Да не суть важно.

– А не мог пожар случиться из-за метеорита… то есть, из-за космической пыли? – предположил Роман.

– Не думаю, – возразил Павел, – частицы пыли мелкие, несмотря на скорость, они вряд ли долетят до Земли – сгорят в атмосфере.

– Не факт. При такой кинетической энергии пылинка вполне могла превратиться в сгусток высокотемпературной плазмы… Но черт его знает. Надо будет погуглить, не было ли еще где пожаров. Кстати, – он достал свой телефон и посмотрел на экран, – ребята в скайп пишут, что Интернет появился.

– Да ну…

Павел достал свой смартфон.

– Точно, появился, – пробормотал Трубинин, – довольно быстро его починили, молодцы. Ладно, мне пора, бывай.

Павел сделал покупки, потом вышел на стоянку, загрузил багажник и сел в раскаленный от летнего зноя автомобиль. Кондиционер подействовал не сразу, и пришлось некоторое время ехать, покрываясь каплями пота. Пробки уже «рассосались», и парень довольно быстро доехал до дома. Открыв баночку пива, он расположился перед телевизором. Сначала просто щелкал каналами, надеясь найти какой-то фантастический фильм. Но его внимание привлек выпуск новостей

– Газопылевое облако, получившее в народе название «Объект», вчера ночью столкнулось с атмосферой Земли, – вещала дикторша. – Столкновение сопровождалось необычными явлениями, похожими на полярное сияние.

Показали кадры вспышек на небе, заснятые с разных ракурсов многочисленными видеокамерами.

– Облако двигалось со скоростью одна десятая от скорости света, что составляет тридцать тысяч километров в секунду. Это очень большая скорость. Неудивительно, что мы наблюдали на небе различные «фейерверки». А теперь перейдем к другим новостям…

Павел выключил телевизор и стал смотреть фильмы с компьютера, но скоро это ему надоело. Трубинин оделся и отправился в парк. До парка идти недалеко, и вскоре парень был уже там. В парке, несмотря на субботний день, оказалось довольно мало народу. Павел хотел взять холодненького пивка, но подумал, а не слишком ли часто он пьет в последнее время и купил мороженное. Шагая по аллее, наткнулся на влюбленную парочку. Они весело смеялись и держались за руки. А когда подошел поближе, он узнал их.

– О! Кого я вижу! – воскликнул парень. – Это же Сашка с Аленкой…

Девушка радостно взвизгнула, а парень улыбнулся. Все трое обнялись.

– Ну, как дела, как жизнь? – спросил Саша.

– Норм, в аутсорсинговой IT-компании работаю. А у вас как дела? Не поженились еще?

– Да от него разве дождешься предложения, – фыркнула Алена.

– А ты сама сделай, у нас же феминизм, эмансипация и все такое.

Алена хихикнула.

Потом все трое пошли в летнее кафе и взяли по пиву. Потягивая пенный напиток, Павел рассматривал старых друзей. За пять лет они совсем не изменились. Саша – все тот же худощавый молодой человек в очках. Волосы черные, коротко стриженые. Лицо типичного «ботаника», как их изображают в фильмах. Алена – кудрявая, светловолосая. Зеленые глаза смотрят слегка насмешливо. Девушка энергично жестикулирует при разговоре. Правда, за столом это делать неудобно, поэтому она периодически вставала и что-нибудь говорила. В основном о том, как туристической группой ходила в поход.

– А знаешь, – вдруг сказала девушка, – тут у нас намечается сплав на байдарках по горной реке. Буквально через пару недель. Айда с нами…

Саша при этом укоризненно посмотрел на нее. Павел сделал вид, что не заметил этого и сказал:

– Да нет, мне как-то некогда.

– А зря. Там обычно бывает очень весело…

– Ладно, я подумаю… Интересно было с вами повидаться. А сейчас, извините, мне надо бежать.

Павел поспешно ретировался. Он еще немного побродил по парку и решил вернуться домой. По дороге Трубинин думал о том, что хорошо бы действительно выбраться куда-нибудь на природу. Он вспомнил, как ездил с Сашей и Аленой на сплав. Как весело было, когда лодка перевернулась на водопаде, и все оказались в бурлящей воде. Потом они сушили одежду у костра. А чуть позже Алена стала заигрывать с Павлом. Саша тогда вспылил и бросился на Трубинина с кулаками. Завязалась потасовка. Девушка с трудом разняла дерущихся парней. С тех пор Павел дал себе зарок никогда не ходить с ними в поход.

Потом Павел вспомнил, как в том же походе он взбирался на крутой, можно сказать, почти отвесный склон. Никто тогда не рискнул на него залезть, а Трубинин рискнул.

«Ну, ты прямо альпинист какой-то», – кричали ему снизу друзья. Потом, правда, он не мог слезть. Было очень страшно. Кончилось все тем, что парень нашел какую-то более-менее безопасную тропку с другой стороны возвышенности и по ней уже спустился к друзьям. Правда, безопасной она казалась только вначале. А когда Павел стал спускаться, он едва не сорвался вниз с высоты трехэтажного дома. Он до сих пор не может без содрогания вспоминать этот спуск.

«Вот и точка для роста, – подумал Трубинин, – боязнь высоты. Это надо преодолеть. Может быть, записаться в секцию скалолазания? А что, идея, есть же секции, где просто лазают по стенкам в спортзале. Можно и с этого начать».

Глава 5. Астрономы

Синяя Лада Веста стремительно мчалась по шоссе. В салоне играла музыка радио Ретро-FM. За рулем сидела блондинка в зеленой футболке и джинсах, рядом с ней – угрюмый бородатый мужчина, а на заднем сидении расположился слегка полный парень в очках, который придерживал лежащий рядом с ним рюкзак и большую трубу. Волосы его аккуратно зачесаны назад, что придавало ему строгий вид.

Смеркалось. Машина затормозила, чтобы свернуть на второстепенную дорогу, ведущую через лес. Вскоре компания свернула с нее, и далее они следовали по грунтовой дороге, пока не остановились возле невзрачного деревянного домика. К тому времени совсем стемнело.

– Мы как раз вовремя, – сказала блондинка. – Толик, сегодня твоя очередь ставить телескоп, а я пока поесть соображу.

– А что тут соображать, – ответил парень в очках, вытаскивая из салона трубу, – развести костер, да пожарить сосиски. Димон, помоги-ка.

Мужчина с бородой немного придержал трубу, чтобы она не грохнулась на землю, пока Толя устанавливал ее на штатив. Девушка тем временем натаскала сучьев, сложила из них горку, подожгла.

– Ну что, сначала перекусим, потом будем наблюдать? – спросил Дима.

– Угу, – произнесла блондинка, доставая полуфабрикаты.

Расположившись у костра, молодые люди нанизывали на шампуры сосиски и стали держать их над огнем.

– Прямо, как в пионерском лагере, – мечтательно произнес Толя. – Хорошо, наверное, было в те времена… Это сейчас у нас проклятый капитализм.

– Да ничего хорошего, – фыркнула блондинка, – очереди за талонами на талоны и кровавая гэбня арестовывала кого попало…

– Вы спорите, как будто жили в те времена, – сказал Дима, – но что вы знаете о Советском Союзе? Да ничего! Как и я, собственно. Я только перестройку застал, когда все рушилось.

Толя грустно вздохнул, осматривая поджаристую сосиску и откусывая от нее кусочек.

– Кстати, уже стемнело, – заметил Толя. – Тань, что у нас там по программе? Марс, Юпитер, другие галактики?

– К черту программу, – сказала девушка. – Марс мы можем в другое время наблюдать. А сейчас есть кое-что поинтереснее, – она указала на небо, где время от времени вспыхивали разноцветные всполохи.

– Остатки Объекта? – на всякий случай уточнил парень.

– Угу.

Поужинав, ребята по очереди приложили глаз к окуляру телескопа. Остатки странного пришельца состояли из пурпурного тумана, в котором хаотично бегали какие-то синие частицы.

– Снимки будем делать? – спросил Дима. – Или, может, видео запишем?

– Надо бы, – промолвила Таня.

А Толя в это время смотрел в телескоп. И вдруг он увидел взрыв, а потом некий сгусток полетел вниз.

– Ой, что это? – воскликнул он. – Смотрите-ка…

Таня и Дима по очереди взглянули в телескоп.

– Ничего особого не вижу, – пожаловалась девушка.

– Там, похоже, что-то рвануло, – сказал Толя, – возможно, это явление повторится. Давайте включим видеозапись на все время, пока в ноуте действует батарея.

– А как же Марс и другие галактики? – спросила Таня.

– Да потом их сфоткаем… Ты же сама сказала, что Объект гораздо интереснее.

– Эти твои явления никто кроме тебя не видел. Может, ты сочиняешь.

– Ну да, делать мне нечего, как явления придумывать. Я на самом деле это видел. И, если мы снимем запись, то есть шанс поймать его, если будут повторы.

– Ладно, давай будем записывать происходящее в Объекте. Может, там действительно что-нибудь интересное случается.

Толя подключил оборудование, и теперь они могли наблюдать происходящее на экране компьютера.

– Пока ничего, все то же броуновское движение, – констатировал Дима.

– Подождем еще, может, появятся явления…

Ребята пожарили еще одну порцию сосисок.

– А все-таки странно, – заметил Толя, – почему остатки Объекта все еще светятся? Почему он не сгорел в атмосфере? Все-таки эта штука явно искусственного происхождения.

– Первое правило астронома, – заявила Дмитрий, – все, что мы наблюдаем на небе, считать естественными явлениями до тех пор, пока не будет доказано обратное.

– Ну, попробуй, объясни все это естественными причинами.

– Не знаю, теряюсь в догадках, – пожал плечами Дмитрий. – Да, все это очень странно. Особенно полярные сияния из остатков Объекта. И эти выбросы. Но и на нашем Солнце куча странных явлений. Вспышки всякие, протуберанцы. Эти явления тоже пока еще недостаточно изучены. Но никому же не приходит в голову считать Солнце объектом искусственного происхождения.

– Одно дело Солнце. Понятно, что на поверхности огромного шара из плазмы, внутри которого идут термоядерные реакции, будет различная странная активность типа протуберанцев. Но тут холодное газопылевое облако, которое, будучи естественным объектом, не может себя так вести. Взять хотя бы его скорость – одна десятая «цэ». Почему она такая большая? Кто или что разогнало Объект до такой немыслимой скорости?

– Это как раз легко объяснить, – сказал Дмитрий, – остаток после взрыва сверхновой. Насколько я знаю, скорость движения остатков сверхновых может достигать нескольких тысяч километров в секунду.

– Но тут на порядок больше… К тому же, в том направлении, откуда прилетел Объект, в ближайшее время не было вспышек.

– В ближайшее время – это когда? Сто лет назад, тысячу? Может, взрыв произошел далеко и давно, и только сейчас осколки звезды добрались до нас.

– Возможно, – задумчиво проговорил Толя, – но маловероятно. Тебе не кажется странным совпадение, что Объект прошел так близко к Земле и даже чуть-чуть задел атмосферу… как будто специально целился в нашу планету? В общем, думаю, что это все-таки искусственное творение.

– Но зачем кому-то потребовалось создавать газопылевое облако и пулять им по Земле?

– Да, Толя, зачем? – спросила Таня, которая до этого просто слушала разговор, жуя сосиску.

– Я полагаю, что Объект – это не газопылевое облако, а рой минизвездолетов. Их размеры, скорее всего, со спичечный коробок. Естественно, даже в телескоп такие маленькие объекты рассмотреть невозможно. Вот и видим мы их как газопылевое облако. И не то, что оно создано… оно и есть инопланетяне.

– Что? Ты на солнышке перегрелся? Так вроде темно уже... – ехидно проговорила девушка.

– А вот вы подумайте, – продолжал Толя. – Давайте представим, что будет через десять лет?

– Причем тут это?

– А притом. Предположим, что на далекой-далекой планете зародилась цивилизация, подобно нашей…

– С чего ты решил, что инопланетяне будут похожи на людей? Может, там будут рептилоиды какие-нибудь, или разумные осьминоги? – спросил Дима.

– Так проще провести мысленное моделирование. Хотя, если представить рептилоидов, это мало на что повлияет. Так вот, чтобы представить, каковы будут инопланетяне, когда доберутся до нас, надо представить, какие будем мы в далеком будущем, когда сможем полететь к звездам.

– Трудно представить…

– Но попробовать можно. Начнем с будущего через десять лет и постепенно пойдем дальше. Есть идеи?

– Думаю, через десять лет будут печатать органы на 3D-принтере. Это будет прорыв в медицине. Возможно, появятся новые компьютерные технологии, изобретут сильный Искусственный Интеллект, – предположила Таня.

– А дальше?

– А там, наверное, будет виртуальная реальность, полноценная, с ощущениями. Может быть, научатся прямо в мозг вставлять чипы и загружать знания, как в компьютер. Вот было бы здорово. Не надо пять лет зубрить в институте гранит науки. Нажал на кнопку – и ты уже все знаешь.

– Короче, наступит эпоха трансгуманизма, – подытожил Толя. – Личность научатся загружать в киберпространство, мы обретем цифровое бессмертие. Возможно, вся эта система будет развиваться, колонизировать другие планеты Солнечной Системы, строить сферу Дайсона, так как ей потребуется энергия. Так что, вполне возможно, что к звездам полетят не космонавты на звездолете, а зонды Фон Неймана. Роботы. И нет нужды делать их большими.

– Ну ты, Толя, фантазер, – улыбнулась Таня.

Потом они сидели молча. Дмитрий достал гитару и стал петь:

На пыльных тропинках далеких планет

Останутся наши следы.

На пыльных тропинках далеких планет

Останутся наши следы.

– Пока у нас капитализм, про космос можно забыть, – мрачно произнес Толя.

– Не скажи… у американцев – капитализм, но до Луны они долетели, – заметила Таня.

– Но первый в космос полетел именно наш космонавт!

А Дима продолжал петь:

Я верю, друзья, караваны ракет

Помчат нас вперед – от звезды до звезды.

А потом опять молчание. Где-то хрустнула ветка. Скрипнула приоткрытая дверь деревянного дома.

– Ой, что это?! – испугалась Таня.

– Да ветер, наверное, – усмехнулся Дмитрий.

– Самое время начать страшные истории рассказывать, – не в тему пошутил Толя.

– Да иди-ка ты…

– Ладно, не ссорьтесь, – сказал Дима. – Батарея на ноуте скоро разрядится, пора выключать. Да и баиньки скоро, но ехать далеко. Предлагаю здесь переночевать.

– Ну уж нет! – воскликнула блондинка.

– Я тоже за то, чтобы уехать отсюда, – сказал Толя. – В любом случае, спать лучше дома, чем в заброшенном деревянном домике на опушке леса. И пусть дорогая длинная, завтра же воскресенье, отоспимся.

– Ну и лады, поехали. Давайте, разбираем оборудование.

Глава 6. Падающие птицы

Антон часто ночевал у себя в гараже, в том самом, где у него находилась майнинговая ферма. Там даже была раскладушка. Вот сейчас он проснулся, потер глаза, сделал пару гимнастических упражнений. Сел за компьютер, начал писать программу. Так, один блок готов. Теперь следующий. Так прошел почти час. Антон подумал, что хорошо бы попить кофе, да и душ не мешало бы принять. Он скопировал нужные файлы на свой ноутбук и пошел домой.

Стоило только Антону отойти от гаража, как рядом с ним что-то громко плюхнулось – мертвая птица. Парень выругался, обходя упавшее с неба пернатое. Через несколько шагов он наткнулся еще на одну мертвую птицу. Так же старательно обошел ее. А когда увидел труп пернатого в третий раз, смачно выругался и едва не перекрестился.

«Что за черт тут происходит?» – подумал парень, на всякий случай ускоряя шаг.

Вскоре он добрался до дома. Первым делом залез в душ и долго стоял под струями воды, намылив волосы и напевая разные мелодии. Затем обтерся, накинул банный халат, включил кофеварку и сел в кресло перед телевизором. Листая каналы, наткнулся на выпуск новостей. Новости, судя по всему, только начинались, потому что пересказывалось их краткое содержание, с показом соответствующих картин: «В Сирии ликвидирована очередная группа боевиков… Американцы ввели против России санкции… Заболеваемость ковидом растет… Астрономы заметили странные явления в атмосфере после столкновения с Объектом… По всему миру находят мертвых птиц… Экипаж МКС пришлось срочно эвакуировать… А теперь эти и другие новости более подробно…»

Услышав про мертвых птиц, Антон сделал телевизор громче. Когда поспел кофе, парень открыл холодильник, чтобы сделать себе бутерброд. Но там лежал лишь не первой свежести кусок колбасы, а на столе валялась заплесневелая краюшка хлеба. Парень выругался, отправил испорченные продукты в мусорную корзину и через мобильное приложение заказал пиццу.

– Странное явление заметили астрономы, – вещала дикторша. – Время от времени в стратосфере происходят взрывы, сопровождающиеся выбросом вещества, направленного вниз. По заявлениям ученых, явления опасности не представляют, так как вещество выброса должно сгореть в атмосфере, не достигнув поверхности Земли.

Антон хмыкнул, отхлебнув кофе.

– Другое странное явление, – сообщала ведущая новостей, – по всему миру наблюдаются случаи массового падения птиц. Причину смерти пернатых установить не удалось. Но орнитологи утверждают, что это не связано с какой-либо инфекционной болезнью, так что спите спокойно – эпидемии птичьего гриппа не будет. Но чего стоит действительно бояться, так это ковида. Количество зарегистрированных случаев снова увеличивается. Коронавирус через космос не передается, но у членов экипажа МКС обнаружены характерные симптомы. Космонавтов в срочном порядке эвакуируют и посадят на карантин.

«И это все?» – разочарованно подумал Антон.

Из головы не выходили те мертвые птицы, которые он видел по дороге из гаража. Парень решил погуглить информацию по волнующей его проблеме. Он долго читал про то, что мертвых птиц находят в США, в Австралии, в Индии. Кто-то снял сам процесс падения птиц на видео и выложил на ютуб. Антон некоторое время смотрел ролики, где показывали, как птицы падают с неба или лежат мертвые на дороге.

Наконец, курьер доставил пиццу. Антон позавтракал, и его мысли снова вернулись к тем птицам. Парень набрал в браузере адрес закрытого форума, где тусовались его единомышленники, и набрал вопрос:

«Коллеги, сегодня я шел по улице и видел, как с неба падали птицы. А позже по телеку сказали, что такая фигня по всему миру. Как вы думаете, что это?» Потом Антон продолжил писать программу, и только уже ближе к обеду заглянул в форум почитать ответы.

«Должно быть, мировая закулиса проводит секретные эксперименты», – так написал некто с ником Арамир.

«А я думаю, что это просто птичий грипп, но власти молчат», – гласил следующий комментарий, который оставила некая Ванесса. На ее аватарке весело подмигивала мультяшная блондинка с длинными волосами.

«Да это и не суть, на самом деле, – написал третий участник форума, который назвал себя длинным именем НавуходоносорррЖелезныйЗверь. – Нам в любом случае пора делать революцию».

«И как ты себе это представляешь?» – задал вопрос Арамир.

«Ну, Гиббон же пишет свою криптовалюту, которая вытеснит фиатные деньги», – ответил тот.

«И что дальше? Как это поможет нам захватить власть? Да, и кстати, почему никто из вас не торопится помочь Гиббону с разработкой?»

«А ты сам почему ему не помогаешь?» – вмешалась в разговор Ванесса.

«Но я же не программист».

«Дык и я не программист. А ты, Ванесса, вроде же на паскале что-то писала…»

«Там не паскаль, другие языки надо знать», – ответила девушка.

Тут к дискуссии присоединился еще один участник. Его звали Огненный Феликс.

«Какая революция, вы о чем? Надо сначала план составить. Вы помните историю? Большевики в 1917-ом захватили сначала почту, телефон, телеграф. Потом стали то ли Зимний, то ли Смольный штурмовать…»

«Зимний, – напомнила Ванесса, – но мы же вроде хотим бескровную революцию».

«Тем более нужен план», – напечатал Огненный Феликс.

«Так давайте составим», – появился ниже пост от Арамира.

«Ну, давайте составим, – согласился НавуходоносорррЖелезныйЗверь. – У кого есть предложения?»

«Может, дождемся, когда Гиббон что-нибудь ответит?» – предложила Ванесса.

«Ок, ждем», – подытожил НавуходоносорррЖелезныйЗверь.

«Коллеги, я уже, наверное, десятый раз излагаю вам свой план, – набрал ответ Антон. – Надо разработать криптовалюту, которая заменит фиат, будет иметь достоинства биткоина и эфира, а также будет обладать искусственным интеллектом. Потом эту крипту надо распространить. Вы не помогаете мне программировать, но хотя бы распространить поможете».

«Вообще-то я могу помочь, если что, когда Python и C++ выучу, – написала Ванесса. – Только у меня тут ряд вопросов есть. Первое: ты как-то говорил, что если твоя крипта заменит фиат, то и государства исчезнут за ненадобностью. Я этот момент не поняла, объясни, плз. Второе: а с чего ты решил, что власть, извини за каламбур, так просто отдаст свою власть?»

Антон хмыкнул, поставил вариться кофе и стал набирать ответ:

«Вот смотри… Представь себе, что ты покупаешь что-то в магазине. Сейчас ты берешь товар, идешь на кассу, расплачиваешься. Но товар можно украсть. Чтобы не дать вору украсть товар, нужен охранник, полиция, суды, надзиратель в тюрьме, который будет сторожить вора, пока тот мотает срок. А как будет? Ты берешь товар, видеокамера это фиксирует, и Система автоматически списывает деньги с твоего криптокошелька. Не надо ни охраны, ни судов, ни полиции. По поводу второго вопроса. Это, на самом деле, очень хороший вопрос. Но я вот что по этому поводу думаю. На кого опирается власть? На силовиков. Почему силовики защищают власть? Потому что она кормит и поит их. Но что будет, когда власть потеряет свои богатства? Что будет, когда исчезнет государство, а общественным бюджетом будут управлять алгоритмы?»

Через некоторое время, когда Антон пил очередную чашку кофе, появился ответ Огненного Феликса:

«В твоей системе есть уязвимость. Ты подумал о том, что будет, если вор попытается унести товар, а денег у него нет? Кто его остановит? Робот?».

Майнер задумался.

«Ну, какая-то минимальная полиция, все-таки будет, – ответил он. – По крайней мере, до тех пор, пока не будут изобретены робокопы. А вот чего точно не будет, так это судей. Судить смогут и алгоритмы».

На этом общение приостановилось. Антон уже забыл, с чего началась дискуссия. Он просто видел, что никто больше не пишет, и решил продолжить работу над программой. К вечеру, правда, появился вопрос от Ванессы:

«Слушай, Гиббон. Я тут блог Ксении Воробьевой смотрела и наткнулась там на твое интервью. Скажи, а это правда, что у тебя есть знакомые хакеры?»

«Да, – ответил тот, – есть у меня один знакомый хакер. Кстати, он обещал присоединиться к нашему уютненькому чатику».

«Вот здорово!» – написала девушка.

Глава 7. Профком

Толя Крапивин проехал вдоль рядов припаркованных автомобилей, заметил зазор между ними и юркнул туда. Осторожно, чтобы не поцарапать соседнюю машину, открыл дверь, бочком протиснулся через узкий проход. Щелкнул сигналкой. Вошел во вращающиеся двери невысокого здания.

– Добрый день, Анфиса Николаевна, – поздоровался он с вахтершей.

– О, сколько лет, сколько зим, – улыбнулась та и потрогала свои седые волосы. – Как у тебя дела? Все еще астрономией своей увлекаешься, на звезды смотришь?

– Ну да…

– Ой, жениться тебе уже пора. Знаешь, у мой подруги внучка есть. Красавица! Хочешь познакомлю?

– Да нет, спасибо, у меня уже есть девушка.

– Ну ладно, нет так нет. На собрание профкома пришел?

– Угу.

– Третий этаж, комната 6, как обычно.

– Хорошо.

Толя вошел в небольшой актовый зал, где уже собралось примерно человек двадцать. Все со скучающим видом сидели на деревянных стульях, скрепленных в ряды, и залипали в смартфоны. Крапивин сел и тоже залип в смартфон. Пока ждал, зашел на новостной сайт и случайно наткнулся на рекламу турагентства, которая предлагала восхождение на гору Памир.

«А что, интересно, – подумал он. – Скоро отпуск. Надо куда-то съездить. Пляжный отдых надоел, экскурсии тоже. А тут, как-никак, экзотика какая-то».

В зал вошла девушка в синей юбке и белой блузке, держа в руках толстую книгу, на которой большими буквами было выведено название «Гегель. Наука логики». Она прошла на небольшую сценку и встала за кафедру.

– Товарищи! – начала вошедшая. – Собрание профкома объявляю открытым. Повестка дня. Первое: отчет о деятельности профсоюза. Второе: отчет об агитации среди работников компании «Спектрум». Третье: освежим наши знания философии.

– А как насчет вопроса сговора между IT-компаниями? – послышался голос из зала. – Доколе работодатели будут занижать оплату труда?

– К сожалению, пока мы не можем решить данный вопрос. Для организации классовой борьбы нам необходимо освоить труды Маркса, Энгельса, Ленина. Но их не освоить без освоения философии Гегеля.

– Простите, – послышался еще один голос из зала, – а на кой черт нужен профсоюз, если он не в состоянии защитить интересы трудящихся? Зачем мы тогда взносы платим? Чтобы подарки на Новый год получать и Гегеля читать? Так это мы и сами умеем…

Толя непроизвольно посмотрел на говорившего. Это был Павел из компании «Интех».

– Я еще раз говорю, – ответила девушка, – у нас недостаточно знаний, чтобы организовать классовую борьбу. Да и нас еще слишком мало. Агитация буксует, а почему буксует? Да потому что мы еще Маркса, Энгельса не освоили… Мы Гегеля-то еще не освоили…

– Мы уже полгода штудируем эту долбанную философию! – с возмущением в голосе произнес Павел. – Сколько можно? Когда, наконец, к реальным делам перейдем? И как нам Гегель поможет прижучить сговорившиеся IT-компании? Может, мы лучше юриспруденцию будем изучать?

– Юриспруденцию знать полезно, – согласилась девушка, – только вот без знания классиков борьба все равно не получится.

– А почему нет? – вмешалась в разговор сидевшая в первом ряду полная женщина в очках. – Кое-что мы и сейчас можем. Да, доказать сговор и заставить работодателей массово поднять зарплаты программистам, может быть, мы пока не можем. Но есть куча других вопросов. Например, охрана труда. Во многих IT-компаниях программистам не дают положенных по нормам перерывов в работе за компьютерами. Не соблюдаются санитарные нормы в офисах, в частности, нормы освещения, требование к компьютерной мебели. Эти вопросы тоже надо решать. Не знаю, нам самим законы изучать или юристов нанимать, чтобы судиться с работодателями.

– Изучай законы, да судись, тебе кто не дает, что ли? – проворчал сидящий через стул от нее мужчина в клетчатой рубашке и синих джинсах.

– Тогда зачем нужен профсоюз?

– Профсоюз нужен, чтобы координировать классовую борьбу, – сказала девушка с трибуны.

– Не вижу я никакой борьбы пока, – проговорил Павел. – У нас в компании уже три года не было повышения зарплат, а цены за это время повысились значительно. И куда смотрит профсоюз?

– Не нравится – меняй работу, – ответила ему худощавая женщина с рыжими волосами, одетая в зеленое платье и постоянно теребящая свою черную сумочку.

– Смысл, если у конкурентов зарплаты такие же…

– А может, у тебя просто компетенций недостаточно? – вмешался в разговор еще один участник, сидевший где-то на «камчатке», молодой человек в очках.

– Вообще-то я институт с красным дипломом закончил!

– Ну и что?

– Так! – громко произнесла девушка с книгой «Наука логики». – Мы отвлеклись от темы. Давайте придерживаться регламента.

– Вообще-то я не получил ответ на свой вопрос: какие шаги предпримет профсоюз для борьбы со сговором работодателей?

– Тебе же сказали, не для этого существует профсоюз.

– Вот как! – взорвался Павел.

Он встал, подошел к кафедре, демонстративно швырнул свой профсоюзный билет, и заявил:

– С меня хватит этого балагана. Я выхожу из профсоюза.

И ушел. Несколько человек тоже сдали свои билеты и вслед за ним покинули зал. Среди них был и Толя. В коридоре он догнал Павла, поздоровался, затем спросил:

– Ну, и что ты планируешь делать дальше?

– Не знаю. Если в ближайшее время босс не добавит мне зарплату, то я уволюсь и открою свой стартап. Благо, у меня есть кое-какие сбережения. А ты что будешь делать?

– Я? Сначала в отпуск схожу. Потому видно будет. Тут где-то видел рекламу тура «Восхождение на гору Памир». Думаю, вот, съездить, что ли?

– Ты что, с ума сошел? Это же опасно! Съезди лучше в теплые края. Вон, с Турцией границу открыли, говорят, с Кипром тоже.

– Да ну, надоели мне эти пляжи, экскурсии, красные рожи быдла, напившегося в олл-инклюзив.

– Ну, как знаешь. Ладно, пока.

Толя вышел из здания, задумчиво постоял у входа, затем сел в машину. Прежде чем ехать, сначала решил позвонить.

– Алло, Леночка, я вот тут что подумал… А что, если мне в горы съездить? На Памир, например. У тебя есть подобные варианты?

На несколько секунд повисла пауза.

– Хм… – послышался голос девушки, – попробую поискать. Но ничего не обещаю.

Глава 8. Бредящий больной

Мария снова дежурила в ночь. На этот раз, правда, не в реанимации, а в послеоперационном отделении. С вечера она приготовила больным таблетки, сделала укол неходячей бабке и отправилась к себе в каморку. Делать было особо нечего. Нужно просто присутствовать, и, если вдруг кому-то из больных станет плохо, отреагировать. Обычно ночь проходит спокойно, но не в этот раз. От залипания в телефон Марию оторвал стук в дверь.

– Мой сосед сходит с ума, – сообщил мужчина среднего возраста, одетый в полосатую пижаму.

– Хорошо, сейчас посмотрю.

Медсестра заглянула в палату. Сосед, который «сходил с ума», лежал на кровати с закрытыми глазами и говорил:

– Мы летим по Вселенной. Мы летим. Звезды, Планеты. Их много. Мы изучаем Галактику. А что это за странная планета возле желтого карлика? На ней какая-то аномалия. Надо бы подлететь поближе. Мы направили туда один из рукавов. Это было десять стандартных циклов назад. Но потом рукав стал синхронизироваться с циклами локальной звезды. И появилось другое «мы».

Мария положила руку на лоб больному.

– Вроде жара нет, – сказала она, – но бред интересный. Такого я еще не слышала.

А тот тем временем продолжал:

– Другое «мы» внимательно осмотрели планету. Странная аномалия. Надо изучить. «Мы» уже не общаемся с другим «мы». Но какие из «мы» это мы, а какое «другое мы»? Мы изучаем планету, но есть мы, не изучаем планету. И те «мы» это мы и эти «мы» это мы. Но так быть не должно. Значит отдельное «мы» – это «я». Получается, что я изучаю эту странную планету.

– Вы сделаете что-нибудь? – спросил больной, приведший медсестру в палату.

– Вообще, психические расстройства не по моей части…

– Ну, может успокоительное ему поставите, что ли?

– Нет показаний для успокоительного. У него обычный послеоперационный бред. Это пройдет. Если вдруг не пройдет, тогда обратимся к психиатру.

– И что, мне так вот лежать и слушать эту бредятину?

– Если мешает, могу принести вату, чтобы вам заткнуть уши.

– Нет, спасибо, не надо. Постараюсь так уснуть.

Мария хотела уже уйти, когда больной открыл глаза. Но зрачки его смотрели в разные стороны. Он повернул голову к ней и отчетливо, без запинки произнес:

– Ты видела прилет Объекта, Маша. Ты смотрела в небо и видела нас. Почему ты молчишь?

Медсестра отшатнулась. «Откуда он знает мое имя? – промелькнула в голове тревожная мысль, – я не представлялась ему раньше!»

Мария, холодея от ужаса, буквально выбежала из палаты, бред все еще звучал ей вслед:

– Эти странные существа обладают индивидуальным «я», но «мы» у них недоразвито. И как им удалось построить относительно высокоразвитую цивилизацию? Загадка… По всем законам биологии, они не могли пройти Великий фильтр… Загадка…

Медсестра вернулась в каморку. Странный бред больного все не выходил из головы. Через смартфон Мария зашла на медицинский форум.

«После операции больной бредит про космос. Это нормально?» – набрала она вопрос. Потом немного задремала. Ощутила себя бесформенным сгустком среди звезд. Ей показалось, что во сне она что-то бормотала, похожее на бред того пациента, и при этом летела над городом, который тонул в странной черной жиже. Проснулась от того, что кто-то ей в самое ухо прошептал: «Ты следующая, Маша. Ты должна нас понять».

Оказалось, что в коморке никого нет. Но кто-то стучит в дверь. Это оказалась довольно молодая девушка в футболке и спортивных штанах. Ее рыжие волосы были взлохмачены и распущены.

– У нас в палате бабка во сне разговаривает, – сообщила девушка.

– Случаем, не про космос? – усмехнувшись, спросила Мария, стараясь подавить дрожь в голосе.

– Про инопланетян…

– Нет, серьезно?

– А вы сами придите, послушайте.

– Она буйная, ей плохо? Ее состоянию что-нибудь угрожает? – девушка явно искала повода, чтобы не идти в эту жуткую палату.

– А я почем знаю? Вы же врач.

– Я не врач, а медсестра. Если больная просто бредит, то вы зря меня зовете. Скажите завтра лечащему врачу…

– Так вы не собираетесь ничего предпринять?

– В этом нет необходимости. Идите и спите спокойно.

– Ну ладно… – пожала плечами девушка.

Когда она ушла, Мария снова заглянула на форум.

«У нас в психбольнице о чем только не бредят, – гласил первый ответ. – Кто-то воображает, что его преследуют спецслужбы и зомбируют психотропным оружием, за кем-то охотятся рептилоиды. Кто-то сам называет себя инопланетянином. И да, сейчас мало кто называет себя, например, Наполеоном. Это уже не модно. В основном больные бредят на тему научной фантастики».

Мария хмыкнула и убрала телефон. Попыталась хоть немного поспать, но стоило ей только закрыть глаза, как зловещий голос в само ухо прошептал: «Ты следующая, Маша». Она вздрогнула и больше до утра не сомкнула глаз. Мария чувствовала себя, как выжатый лимон, но инструкция требовала, чтобы медсестра совершила обход и узнала, не надо ли ничего больным.

Утром она, как обычно, поехала домой на автобусе. Привычно расплачиваясь картой, заметила, что кондуктор – тот самый мужчина, который не так давно одолжил ей два рубля, когда у нее не хватило на билет наличных.

– Вы? – удивилась девушка.

Он покраснел.

– Извините, что не позвонил, – сказал кондуктор, – как-то не решился.

– А зря… Кто знает, может быть, мы вот так вот из-за нерешительности пропускаем нашу судьбу, наше предназначение.

Кондуктор улыбнулся. А через некоторое время он, как бы между прочим, чтобы поддержать разговор, спросил:

– А вы врач?

– Почему так решили?

– Вы часто садитесь утром на остановке, где находится больница. Значит, там работаете. Значит, врач.

– Шерлок Холмс нервно курит в сторонке, – рассмеялась Мария. – На самом деле, я медсестра.

– А у вас больные не бредят случайно про космос?

– Про космос? – Мария почувствовала, как по спине пробежал холодок, ноги подкосились, она едва удержала равновесие. А голос слегка дрогнул, – А почему вы это спрашиваете?

– У меня двоюродный брат врачом работает. Говорит, что некоторые больные во сне говорят какие-то странные вещи. Про звезды, галактики. Какой-то космический разум, исследующий странную цивилизацию на планете возле желтого карлика.

– Странно, – проговорила Мария, – у меня сегодня ночью больной что-то подобное бредил.

– Уж не с этими ли это связано? – задал кондуктор риторический вопрос, указывая пальцем вверх.

Мария не ответила. Она смотрела в окно, но ничего не видела. В ушах всё ещё звучал тот голос: «Ты следующая, Маша».

«Нет, – сказала она себе. – Нет. Это просто бред. Послеоперационный психоз. У него температура, у него галлюцинации. А мне просто показалось, что он назвал меня по имени. Я устала. Я переработала».

Она сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы унять дрожь.

«Я поеду домой, – решила она. – Забуду. Приму душ, выпью чаю и лягу спать. И больше никогда не буду дежурить в этом отделении».

Автобус остановился. Мария вышла, не попрощавшись с кондуктором, и зашагала к своему дому. Она шла быстро, почти бегом, стараясь не оглядываться. А дома, стоило ей рухнуть на кровать и закрыть глаза, снова раздался зловещий шепот. Но на этот раз он сказал: «Не пей панацею!»