Рябина на снегу

Глава 1

Рассказ

Анюта проснулась в пять утра, приняла душ, высушила волосы феном, выпила кофе…. Все как обычно! Изо дня в день одно и то же. Как вчера, как неделю и три года назад. А в шесть утра вышла на улицу. Город с трудом просыпался. Дворники сметали ноябрьский снежок с дорожек, окна домов перемигивались редкими огнями. Одинокие прохожие, сгорбившись от утреннего морозца, торопливо семенили по скользким тротуарам, автомобили дремали под тонкими снежными шубами. И в первый по расписанию автобус заходили одни и те же пассажиры – два-три человека, которых она узнавала в лицо.

Машина у нее была, но Анюте нравилось добираться до остановки пешком, вдыхать морозный, не успевший провонять угаром воздух, а в автобусе так хорошо думалось о Сергее.

… Они познакомились в школе – в пятом классе он носил ее портфель, в восьмом приглашал в кино, а в конце десятого впервые поцеловал. У Анюты после было много разных поцелуев, но этот отпечатался в памяти, казалось, на века.

В одиннадцатом классе, за месяц до экзаменов, Сергей куда-то исчез. Обычно он с утра ждал ее у подъезда, иногда с шоколадкой, иногда с яблоком, а постарше – с цветком. А в одно утро - не пришел. Просто так – не позвонил, испарился вмиг, как туман.

Анюта сначала решила, что друг заболел, а когда спустя два дня, не выдержав, пришла узнать, что случилось, – дверь открыла незнакомая женщина.

- Переехали они, деточка! – сказала она, придерживая тяжелую дверь. – Из города совсем! Отца их куда-то перевели! Мигом сорвались!

Анюта сначала не верила, затем удивлялась, а потом поняла, что ее вроде как предали. Правда, в юности горе забывается быстро. Она поплакала, поплакала и стала встречаться с другом Сергея – Виталиком.

С ним, правда, что-то не заладилось, после не повезло с однокурсником Игорем – талантливым художником, но страшным эгоистом. Последним в этом списке промаячил Егор – очень видный и состоятельный мужчина, но, как ни прискорбно, он оказался женатым вторым браком…

В итоге Анюта решила завязать с мужчинами навсегда.

- А что? - говорила она маме. - Живут ведь женщины одни, и прекрасно справляются! Карьера, достаток, путешествия! И никаких обременительных обязанностей! Свободна, как птичка!

Мама пыталась возразить, убедить, что семейные ценности – главное для женщины, но дочь ее доводы не воспринимала всерьез, отмахивалась и отшучивалась. И, в конце концов, мать отступила, лишь иногда вздыхала и качала головой.

В тридцать лет Анюта стала почему-то чаще вспоминать Сергея. По правде, еще в школе она попыталась его найти, даже узнала адрес через знакомого милиционера. Но на письма он не отвечал, а поехать к нему за тридевять земель она не решилась.

Полгода назад она обнаружила его страницу в социальных сетях, а когда зашла на нее, поняла, что лучше бы не заходила. Фото на страничке были только свадебные, а счастливая невеста оказалась очень красивой и молоденькой девушкой.

Словом, Анюта ушла со страницы в полной печали, ночью поплакала в подушку. Но в душе ведь не так просто нажать «удалить», и мысли о Сергее лишили ее сна и покоя. Длилось это, наверно, с полгода, и стало смахивать на легкий психоз. Анюта и уговаривала себя, и ругала за напрасные мечты, пыталась читать книги, смотреть телевизор, но перед глазами всплывало счастливое лицо Сергея с фотографии, и она принималась раскачиваться и, стиснув зубы, тихонько подвывать, чтобы унять невыносимую боль.

Но со временем желание увидеть его стало притупляться. Тем более на работе был полный завал - две сотрудницы почти одновременно ушли в декрет, а две уволились, решив поискать лучшей доли в Москве.

Замену им найти не удавалось, и Анюте пришлось на пару с подругой Натальей тянуть весь отдел. Они приходили на работу за час или два до начала, а вечером и вовсе работали, пока хватало сил. Правда, за это им хорошо платили, но Анюта чувствовала, что вот-вот и свалится бездыханной прямо под ноги безжалостному шефу. В приемной или на совещании - разницы никакой – все равно переступит и не заметит!

- Анюта! - встретила ее радостным воплем Наташка. - Он придет сегодня!

- Кто? – удивилась Анюта.

- Как кто? Новый сотрудник! Говорят, его начальником отдела назначат.

Анюта считала, что начальником назначат ее. Коллеги сходились во мнении, что лучше ее не найти, и вдруг! Она закусила губу. Опять облом, может, потому, что мысли о Сергее слишком долго мешали полностью сосредоточиться на работе?

… Зазвонил телефон. Секретарь сухо сообщила, что директор компании приглашает ее в кабинет. Анюта встрепенулась. С чего вдруг? Такие звонки всегда сулили неприятности. На ковер к шефу просто так не вызывали. Честно сказать, она его слегка побаивалась. Был он высоким и симпатичным мужчиной, черноволосым и голубоглазым, но абсолютно недосягаемым, что ли? О его жизни вне службы практически ничего не было известно, с сотрудниками он не братался, на корпоративах держался особняком. И если вдруг останавливал на ней взгляд, что случалось иногда на совещаниях, она чувствовала себя нашкодившей девчонкой и едва сдерживалась, чтобы не сползти под стол. Шеф ни разу не отругал ее при всех, не отчитал, а уж он умел делать это мастерски – с непроницаемым лицом, не повышая голос. И все-таки каждый вызов в его кабинет Анюта воспринимала, как восхождение на костер.

Она подошла к окну, чтобы собраться с духом, и невольно охнула от того, что увидела внизу. Все годы, что она трудилась в этой компании, от смятения, страхов и неуверенности ее спасала рябина, росшая под окном. Стоило ей посмотреть на деревце, то усыпанное цветами, то в рыжих осенних листьях, и волнения отступали почти мгновенно.

Наташка прошлой осенью сфотографировала ее под деревом, щедро усыпанным гроздьями ягод. Снимок получился ярким, солнечным, и всякий, кто заходил к ним в отдел, сразу обращал на него внимание. И с тех пор рябина стала для нее своеобразным талисманом. Еще вчера Анюта смотрела на кисти ягод, что пунцовели под хрупким снежком, и душа таяла и цвела, будто весной. Но сегодня рябины не стало. Чей-то джип наехал на деревце, сломал, измочалил ствол, и ягоды разметало по снегу, как капли крови по белой простыне.

Забыв одеться, Анюта выскочила на улицу. Ей было нестерпимо жалко деревце. Руки ее тряслись, когда она собирала сломанные ветки с раздавленными ягодами, не замечая, что сок вперемешку со снегом, безнадежно испачкал блузку...

Она прижала ветки к груди и только теперь услышала крики над головой. Из окна высунулась Наташка и размахивала телефоном, который Анюта впопыхах оставила на столе.

Она поняла, что шеф негодует. Тогда она со злостью пнула колесо джипа и, прижимая к груди рябиновые ветки, направилась в приемную. Секретарь хотела что-то сказать, даже потянулась, чтобы забрать у нее истерзанный букет, но Анюта смерила ее разъяренным взглядом, дернула плечом, и,потянув дверь на себя, с решительным видом вошла в кабинет.

И первым делом увидела глаза шефа, смотревшего на нее с неподдельным ужасом. Роняя стулья, он бросился навстречу.

- Что с вами? Отчего вы в крови?

- В крови? – гневно переспросила она. – Вы в курсе, что какой-то негодяй сломал рябину перед офисом?

И в этот миг мужской голос в изумлении произнес:

- Анюта? Неужели ты? Как же я рад тебя видеть!

Она отвела взгляд от шефа и едва не задохнулась от неожиданности. На нее, слегка приподнявшись со стула, смотрел Сергей. Боже, а она ведь в запале не заметила его! Правда, выглядел он не особо. Среднего роста толстячок с пухлыми щечками и ранней лысиной, в сером костюме – невыразительный и какой-то, потрепанный, что ли? Ничего, абсолютно ничего не осталось от того худощавого симпатяги на свадебных фотографиях. Правда, она отметила дорогое обручальное кольцо на пальце, и заколку с бриллиантом на галстуке, значит, не бедствовал! И тут ее осенила догадка. Так вот кто пришел в их компанию на место, которое по праву принадлежало ей?

Анюта гордо вздернула подбородок.

- Рада взаимно! - ответила высокомерно, и снова перевела взгляд на шефа.

Тот смотрел на нее тревожно и молчал.

- Вы меня вызывали? – сухо спросила она и положила охапку веток на стол.

- Вызывал, - кивнул шеф. – Присаживайтесь, Анна Дмитриевна, мне нужно поговорить с вами, - и вдруг подошел окну, глянул вниз и перевел взгляд на Сергея. – Твоя машина?

- Моя! - пожал тот плечами. – Прости, старик, случайно вышло! Но я подумать не мог, что сломанное дерево выльется в трагедию!

Шеф отошел от окна, и Анюта заметила, как вздулись желваки у него на скулах.

- Трагедию? - переспросил он, и глаза его потемнели. – Знаешь, Сергей, я думаю, ты ошибся! Работа у нас не соответствует твоему профилю. В городе - масса компаний, где тебе предложат лучшие условия.

- Т-ты… - Сергей побагровел, рывком поднялся со стула. – Ты мне отказываешь? Старому другу? Из-за поганого куста?

- Ты ничего не понял, - сказал шеф устало, и губы его сжались в тонкую полоску. - Но мы не сработаемся, так что ищи другую работу!

- Идиот! – прошипел Сергей. – Еще пожалеешь!

Он подхватил портфель и быстрым шагом направился к выходу из кабинета. На пороге оглянулся и смерил Анюту брезгливым взглядом.

- Надеюсь, не эта истеричка повлияла на твое решение? - и захлопнул дверь за собой.

- Вам надо умыться, - строго сказал шеф. – Приведите себя в порядок в комнате отдыха. Чистое полотенце в шкафу.

Глаза его вновь подернулись ледком, и он жестом указал на дверь за своей спиной.

Анюта поднялась со стула. Колени дрожали от страха, боевой пыл прошел, и она вновь ощущала себя маленькой и беспомощной.

- Может, вы отпустите меня? Я лучше в отделе… А то неудобно!

- Все удобно! – отчеканил шеф. – Идите уже!

Она направилась в комнату отдыха – святая святых ее начальства. «Он здесь живет, что ли?» – подумала с удивлением, разглядывая платяной шкаф, сквозь приоткрытую дверцу которого виднелась пара пиджаков на вешалках, подставку для обуви с туфлями и ботинками и домашние тапки подле мягкого кресла. Рядом, на журнальном столике, лежала раскрытая книга и стояла чашка с недопитым кофе. Но не это поразило ее. Честно, она даже забыла, зачем пришла сюда! Она увидела фотографию, ту самую, что стояла у нее на столе. Ее фотографию! Под рябиной! Только рамочка была другой.

Анюта метнулась к крану с водой, только умывание не избавило от потрясения. Она слегка пригладила волосы и на цыпочках подошла к столу. Нет, не ошиблась! Но снимок ей напечатала Наташка на цветном принтере, и Анюта знала точно - в одном экземпляре.

- Заметили все-таки? – раздалось за ее спиной.

Анюта быстро оглянулась и отчаянно покраснела, словно ее застали на месте преступления. Но быстро пришла в себя и с вызовом ответила:

- Заметила! И мне интересно знать, откуда у вас мой снимок?

- Это запрещено? – шеф высоко поднял бровь, и неожиданно улыбнулся. И его лицо - жесткое и волевое – чудесным образом преобразилось, и даже цвет глаз изменился, стал ярче и теплее.

Он подошел к столику, взял рамку, провел пальцем по снимку.

- Позвольте вам не отвечать, откуда здесь эта фотография. Я вас вызвал по другому поводу. Знаете, я предпочитаю мужчин-руководителей. С ними меньше проблем. Но сегодня я решил сделать исключение и назначить вас начальником отдела…

- После того, как выгнали Сергея? – спросила она тихо. – Чем он вам не угодил?

- Я не могу работать с тем, кто, походя, может сломать чужую жизнь, и не заметить этого. Я слишком давно его знаю, но только сегодня вдруг понял, что он за человек.

«Ох, - вздохнула про себя Анюта, - знал бы ты насколько прав сейчас!»

Но тут шеф взял ее за руку, подвел к окну, и не отпустил ладонь даже тогда, когда заговорил:

- Я посадил это деревце, когда основал компанию. И поклялся маме, что женюсь, когда зацветет рябина. Рябина этой весной отцвела в третий раз, и год уже нет мамы, но я так и не выполнил свое обещание. А теперь этот дебил и вовсе сломал дерево…

Лицо его исказилось, и он сильно, до боли сжал ее ладонь. Анюта непроизвольно дернула рукой, и шеф мгновенно пришел в себя. Отпустил ее ладонь, отошел от окна. Анюта не спускала с него глаз. Впервые смотрела без страха и смущения. Она вдруг вспомнила, что часто поздним вечером, выходя из офиса, видела свет в окнах его кабинета. Значит, не спешил домой? Значит, никто его там не ждал?

Она хотела сказать что-то ободряющее, вроде того, что весной можно посадить другую рябинку и дождаться, когда она зацветет. Но шеф вдруг глубоко вздохнул, обхватил ее лицо ладонями и поцеловал. Губы у него были горячими и требовательными. Колени подогнулись от неожиданности. Анюта схватилась за его плечи, как за спасательный круг, но странное дело, ей совсем не хотелось сопротивляться, и думать ни о чем не хотелось. Да и какие мысли могли роиться в голове у женщины, которую целовал мужчина, а не киборг, каким он всегда ей представлялся.

Только поцелуй слишком быстро закончился.

- Простите, - сказал шеф глухо. – Не сдержался! Эта фотография… Вы чем-то очень похожи на маму. Нет, не внешне, абсолютно нет! А вот голос, взгляд… Я не знаю, как объяснить… Она любила те же духи, что и вы. Я не маменькин сынок, и часто бывал невнимательным, злился. Мама очень любила рябину. Весь палисадник возле дома ею засадила. А когда умерла, зачахли деревья, словно пожгло их солнцем. А теперь и этой рябины не стало.

- Андрей, - сказала она, вспомнив, вдруг, что у шефа есть имя, и, удивившись, с какой легкостью его произнесла. – Давай, что ли, пообедаем вместе? А то с утра во рту маковой росинки не было!

- Ты серьезно? – Андрей расплылся в улыбке и снова притянул ее к себе. – И чего ж я так боялся?

Словом, они опять поцеловались, а затем еще раз, и два… Не зря ведь говорят, что рябина на снегу - к счастью!