Русская Калифорния. С Югом против Севера.

Глава 1

Глава 1.

Февраль 1861 года в России этой реальности оказался самым обычным месяцем. Никаким ни "роковым", ни "судьбоносным", ни "переломным". Освобождение крестьян шло уже как шесть лет, постепенно и абсолютно спокойно, "без нервов". Кто хотел выйти из крепостного состояния, - делал заявление на сходе или оповещал старосту или помещика и, здравствуй воля вольная. Правда надела лишался такой свободолюбивый гражданин, оставалось у дома максимум полдесятины огорода, но зато свобода. За шесть лет "ползучего" раскрепощения не было ни одного случая саботажа, "торможения" крестьян в "крепости". Ни одного!!!

То, что Константин Николаевич, несмотря на годы молодые "крутенёк", куда там покойному царю-батюшке Николаю Павловичу, срабатывало прям таки "волшебно". Помещики, за саботаж раскрепощения, убоялись вовсе не петровской палки и плахи, вытащенных "американским" императором из запасников Эрмитажа, а ссылки в "солнечную Якутию" и лишения дворянства по нисходящей - вплоть до внуков-правнуков.

Константин Неистовый из Америки привёз практику коллективной ответственности, поражая в правах целые семейные кланы, наплевав на знатность рода и прошлые заслуги перед державой, что преизрядно нервировало "цвет империи". Но "калифорнийские опричники" не дремали, брали под арест любого, кто оказывался заподозрен в "государственной измене". Константин, вернувшись из дальних странствий, ещё великим князем будучи, уговаривал Николая приравнять расхищение казны к измене Родины. Тогда попытка второго сына императора предотвратить воровство столь оригинальным способом успехом не увенчалась, но когда Александр отказался от трона в пользу младшего брата, "верхушка" напряглась. И, как оказалось, не зря.

Слухи поначалу по России ходили разные, но распускавших язык, что, дескать, сыновья возжелали "царствовать и всем владети" и потому "притравили" зажившегося Николая Павловича, а Александр получил мол, от Константина "в утешение" сто миллионов золотом с калифорнийских и сибирских приисков и польский престол, пресекались жёстко. Три с лишним сотни семей чиновников, офицеров, разночинцев, с детьми, внуками, отправились на вечное поселение на реку Лена. Жалели их уцелевшие страшно. Ведь не карбонариев каких перевёл в ранг государственных крестьян грозный самодержец, а исключительно благонадёжнейших и добропорядочнейших отцов семейств. А что немного у таких отцов-молодцов "к рукам прилипало" - так какая же это измена?

Император Константин в первые же месяцы царствования развязал войну с Северо-Американскими Соединёнными Штатами, объявил всю Россию на военном положении и пользуясь этим, нещадно гнобил казнокрадов и болтунов. Такие неоправданные строгости, в том числе и ограничение выезда за границу, ведь война то шла за океаном, не коснулась ничуть исконной Руси-матушки, пугали сановников до дрожи. Нередко до обмороков и сердечных приступов доходило во время приёмов у государя.

Однако ж романтически настроенная молодёжь, в отличие от присмиревших родителей, рвалась за океан в далёкую и прекрасную Калифорнию, живописные виды коей, продуманный великий князь с 1848 года запечатлевал и отсылал в фотографических картинах в Санкт-Петербург.

И вот новой повод покинуть отчий дом у юных искателей приключений - на сей раз задрались две половинки расколовшейся Америки: Север пошёл против Юга.

Россия высказалась за поддержку отделившихся южных штатов, объявила набор в "Добровольческий корпус" предназначенный к защите Юга, подвергшегося неспровоцированной агрессии негодяев северян. Константин даже простил адмиралов Корнилова, Нахимова и большую группу офицеров Черноморского флота, вздумавших критиковать реформы армии и флота и сосланных чуть ранее в Кондопогу.

Опальные моряки отбыли на американскую войну в качестве волонтёров, то ли надеясь искупить кровью вольнодумство, то ли в чаянии перебраться на жительство в Калифорнию. А может по примеру колонистов поляков - попросить гражданства Конфедерации, там заделаться адмиралами и в награду за подвиги негров получить в услужение и огромные хлопковые плантации...

Деловые люди давно желали вложиться немалыми капиталами в заокеанские губернии, но Константин предпочитал денежных подданных толкать на освоение сибирских просторов. Мол, на Аляске, в Калифорнии и Орегоне, отвоёванном у САСШ по итогам Русско-Американской войны 1855-1857 годов, денег и так хватает - и золотые и серебряные прииски работают без часа простоя.

Даже именным указом создан монетный двор Американского наместничества, где чеканят серебряные рубли и золотые червонцы. Русской Америке не деньги нужны - люди! Потому Российско-Американская компания и держала представительства в половине губерний, бедноту принимая, ссужая денег на переселение.

О несметных богатствах императора и его компаньонов, старообрядцев-аввакумовцев, легенды ходили чище чем о Жар-птице и неразменном рубле. Приехавший на побывку из Калифорнии Николай Васильевич Гоголь, намеревался увезти в Русскую Америку писателей, поэтов, художников и композиторов, дабы те, напитавшись романтикой дальних странствий, воочию увидев необъятные просторы империи Российской, раскинувшейся аж на двух континентах, создали величайшие произведения...

- Александр Михайлович, - канцлер сердито воззрился на суверена из-под очков, - да не хмурьтесь так. Прямо дрожь пробирает, вы словно учитель строгий и суровый. Ну надо вам побывать с визитом в Ричмонде. Понимаете, - ОЧЕНЬ надо. Сам бы с превеликим удовольствием пересёк океан. Но - увы...

- Ваше величество, - Горчаков досадливо поморщился, - столько в Европе дел неразрешённых.

- Полно, канцлер, в прусско-датскую драку мы не полезем. Чёрт с ними с тевтонами, пускай отгрызают кусок от старушки Дании, строят там Кильский канал, или как там его назвать решатся, не суть. Мы промолчим.

- Но, почему? Вы же моряк, генерал-адмирал флота Российского и считаете тот будущий канал чрезвычайно важным для переброски эскадр. Или же приняли решение сделать Пруссию основным союзником? Ваше величество, если я, как канцлер, узнаю об изменении вектора российской политики последним!

- Не горячитесь, Александр Михайлович. Экий вы порох! Поди не раз и не два дрались в Лицее с Александр Сергеичем то? Было дело, признайтесь?

- Ах, Константин Николаевич, всё-то к шуткам сводите.

- Серьёзно, Канцлер. Сейчас совершенно серьёзно. Да, отдать пруссакам Шлезвиг-Гольштейн, значит усилить Берлин. Но тут другое интересно. Представьте, начнёт немчура копать канал, возжелает флот сильный построить, так оно и прекрасно. Во-первых на армию меньше потратятся, а во-вторых сильная Пруссия в сердце Европы, сей факт означает, что Франция будет с нами дружить и дружить. К вашей величайшей радости, мой франкофил!

- Уели старика, ваше величество! Уели.

- Какой же вы старик, Александр Михайлович. Мужчина в самом расцвете сил! Орёл, можно сказать!

- Ваше величество, коль я орёл, то позвольте обратить ваше внимание на моих "орлят".

- А что не так? Старшего, Михаила, отправили в Мехико, пока его в Атланте Мезенцев не пришиб. Уж коль нравятся мексиканки юноше, там есть где добру молодцу разгуляться.

- Вот именно, ваше величество - разгуляться. Опасаюсь я за Михаила, не удержит его в ежовых рукавицах Свиридов.

- Ну уж, Свиридова то назначили в Мехико по вашей протекции.

- Увы, по моей. Дипломат он опытный, за интересы России костьми ляжет. Но с сыном канцлера строжиться не будет.

- Что вы хотите, Александр Михайлович? В Африку старшенького сослать? Так он оттуда невестку чёрную привезёт. И кучу внучат приятных оттенков.

- Ваше величество, а прикрепите Михаила к миссии Гоголя.

- Захотели, чтоб сын совершил кругосветное путешествие? А не вижу препятствий, пускай Александр Михайлович пересечёт Американский континент, Тихий океан, Россию-матушку промчит от Владивостока до Санкт-Петербурга. То-то рассказов будет в столичных салонах по прибытии...

Горчаков и "миссия Гоголя" в составе почти сотни человек (канцлера сопровождала свита в полсотни чиновников министерства иностранных дел) направлялись в Париж, затем в Брест, откуда на пароходе Российской трансатлантической линии доберутся до Норфолка.

Там сейчас должно быть спокойно, вряд ли янки дерзнут напасть на британский флот, они даже к трём английским фрегатам, ставшим в Бостоне, никаких военных мер не предприняли, "уговорив" союзника Конфедерации покинуть порт после начала боевых действий за неделю напряжённых консультаций с Вашингтоном. Хитровыделанные бритты, несмотря на официально заключённый союз с КША, вступать в драку не спешили, лишь указав северянам на нежелательность провокаций против их кораблей. Янки и не провоцировали, дураки они разве? Но хоть Норфолк за Югом остаётся благодаря присутствию там англичан, и на том спасибо. Достаточно сильный флот САСШ на порядок превосходил жалкую пародию на оный у КША, но янки, судя по всему, нервничали и ждали нападения на побережье истоминских орлов. Однако Владимир Иванович, получив наиподробнейшие инструкции на начальный период войны Севера и Юга, геройствовать не спешил, а собрав эскадру в Чарлстоне, "вытягивал" противника подальше от баз.

Пока на море шла "позиционная" война, заключающаяся в раздумьях адмиралов над картами, по линии разграничения вспыхивали ожесточённые схватки.

В этой реальности Юг получил два года на подготовку и использовал их достаточно продуктивно. Закупки стрелкового оружия шли как за деньги, так и "бартером": англичанам хлопок, а конфедератам винтовки, русским зерно, а конфедератам тульские "константиновки", по сути те же "энфилдки".

Север же, "готовясь к прошедшей войне", столько мониторов понастроил, неуклюжих, чрезмерно перетяжелённых, с малой остойчивостью, что на армию денег не всегда и хватало. Однако русская эскадра в лоб на забронированные "утюги" не попрёт, адмирал Истомин имеет чёткие указания - наседать на неприятеля как свора отменных зверовых лаек на медведя. Нам слава и максимальное число утопленных вражеских "килей" не важны. На этой войне флоту поставлена совершенно конкретная задача: учиться, учиться и учиться. Разумеется, пресекая сообщение между Европой и портами Северо-Американских Соединённых Штатов. Но в эскадренные сражения не ввязываться ни в коем случае! Вот доберутся до Норфолка Нахимов и Корнилов сотоварищи, им и предстоит навербовать дикси и "дать жару" янки, прикрываясь британскими кораблями. А задача Истомина - крейсерство и охрана российских пароходов. "Под шумок" планирую перевезти на североамериканский континент несколько десятков тысяч переселенцев всех званий и возрастов. Молодняк из "Добровольческого корпуса" настроен с первых дней появления в Северной Америке покрыть себя неувядаемой славой на полях сражений. Но предстоит романтикам долгий и тяжёлый марш вдоль размеченной трассы будущей трансконтинентальной железной дороги, прямиком до Сант-Диего, переименованного переселенцами из Царства Польского в Краков-Тихоокеанский. Несколько отрезков пути добровольцы всё же проедут в вагонах, но ноги побить на переходах ещё придётся, да и надо "подмогнуть" со всем энтузиазмом, российским строителям железки, там как раз немало наших артелей из Калифорнии работает, очень уж выгодные подряды, чего денежку упускать? А будущих калифорнийских и орегонских фермеров перекинем до места более комфортабельным маршрутом, через Панамский перешеек.

Почему принято такое, на первый взгляд нелогичное решение? Какой интерес солдатам тысячи миль, ну ладно, вёрст, хотя это в полтора раза больше, маршировать в пыли? Да всё оттого, что генералитет Конфедерации сильно опасается удара в спину от мексиканцев, укрепивших на французские займы армию и жадно поглядывающих на Техас. Потому переход через Техас и Аризону отрядов русской армии чрезвычайно важен в политическом плане. Тут высшая стратегия в дело вмешалась - геополитика! Впрочем, сие слово ЗДЕСЬ ещё "не придумали". Слова не было, но геополитика была, равно как и "обычная" политика.

Президент Северо-Американских Соединённых Штатов Уильям Сьюард, которого даже многие его сторонники считали причастным к убийству Линкольна, человеком был трезвомыслящим и постарался перед нападением на Конфедерацию заручиться поддержкой великих держав. Великобритания и Россия симпатизировали Югу, а вот Франция легко пошла на контакт, не убоявшись возможных "недоразумений" с европейскими "соседями".

Наполеон Третий, не потеряв в Крымской войне сотню тысяч бойцов, настроен был архивоинственно и помимо Вашингтона вёл переговоры с Мехико. В обмен на признание сына, пятилетнего Эжена, королём Мексики, племянник великого корсиканца обещал вернуть в состав королевства Мексика его исконную территорию Техас.

Ну, хоть Калифорнию не обещал у России отжать, и то ладно.

Первые телеграммы от Мезенцева, отправленные из Ричмонда, после начала широкомасштабных боевых действий, прям-таки умоляли "решить с Наполеоном "мексиканский вопрос". Роберт Ли, возглавивший армию КША, имел сведения о намерении армии Мексики при поддержки французского "миротворческого контингента" захватить Остин. Похоже, генерал Ли северян так не боится, как возможного открытия "южного фронта". Так что топать русским добровольцам по техасщине да топать. По "легенде" их задача охранять будущую трансконтинентальную железную дорогу от нападения кавалерии САСШ. И хотя нет там ни рельс пока, ни шпал, ни станций, ни паровозов, нечего разрушать янки, само присутствие российского воинства является фактом, удерживающим горячих латиноамериканцев от свершения необдуманных поступков.

Кстати, через несколько месяцев по тому же маршруту надо запустить "миссию Гоголя", дабы творческая Россия "прониклась" и "разродилась" политически правильными стихами, рассказами и картинами о российской экспансии в Северной Америке.

- Дмитрий Дмитриевич, - позвал я адъютанта, - распорядитесь, чтоб Николай Васильевича с его сподвижниками по экспедиции доставили в Зимний завтра, к трём часам пополудни.

Глава 2

Глава 2.

Огромный пароход "Выборг" подавлял своими размерами. Третий Калифорнийский батальон Добровольческого корпуса ожидал погрузки и гадал - хватит ли мест на 825 человек списочного состава. Ведь помимо людей "Выборг" должен принять имущество батальона, да ещё невесть откуда взявшийся "дополнительный груз" в полторы тысячи лопат, по тысяче ломов и кувалд, полсотни ящиков с подковами, а также гвозди, изрядное количество брёвен и жердей, доски и кирпичи.

- Господа, зачем тащить через океан весь этот хлам, - Арсений Веточкин, вышибленный за неуспеваемость с юридического факультета Петербургского университета, горячо взывал к товарищам по взводу.

- Надо, значит надо, - недовольно откликнулся Семён Ноздреватый, бывший слесарь Путиловского завода, повздоривший с мастером аж до мордобоя и решивший "спастись" от возможной тюрьмы или ссылки на Амур, записавшись в добровольцы, откуда как с Дону - выдачи нет! Сам государь так недавно заявил на всю Россию: мелкие прегрешения, сделанные не по злому умыслу, а в горячке, лучше всего исправляются служением Отечеству в Добровольческом корпусе.

- И кирпичи? - Веточкин театрально указал на приличный "кубик" красно-бурых параллелепипедов, перемещённых почти на версту силами батальона, растянувшегося ради такого трудового подвига в цепочку от флотского склада до причала. - Нет, я понимаю доски, будем на месте строить фургоны, чтоб не зависеть в мелочах от конфедератов, ломы и лопаты - окапываться на позициях, но кирпичи?

- Не твоего ума дела, - кряжистый, в годах моряк, подошёл к отдыхающим добровольцам, - сей момент будьте готовы начать погрузку. На "Выборг" отправляйте самых толковых, чтоб каждый кирпичик, каждую досочку, уложили в трюмах как положено, матросы проследят и принайтуют, как положено. Что во время шторма всё лежало, как положено.

- А как положено? - Семёнов, отставной унтер-офицер, назначенный командовать взводом, гордился своей "офицерской" должностью и решил показать, что здесь он самый главный, среди сухопутных, разумеется. Вообще в Добровольческом корпусе с чинами-званиями творился настоящий бардак. Взводными назначались мало-мальски знакомые с армейской службой люди, даже не всегда унтера, хватало и отставных солдат. Ротами командовали, как правило, отставные офицеры, решившиеся "вспомнить молодость", от поручика до капитана включительно, а батальонными командирами становились подполковники, реже полковники. Первым же батальоном вовсе командовал отчаянный капитан Маслов, поучаствовавший в Русско-Американской войне, лишившийся глаза, но подавший прошение на высочайшее имя с просьбой вернуть в строй.

Император лично принял ветерана и указал дать Маслову батальон. В корпусе шептались, что ждут "капитана Копейкина" полковничьи погоны, как только добровольцы ступят на землю американскую.

- А положено быть морскому порядку, каждая вещь имеет своё место и в шторм по трюму не балабохается. Я как есть боцман "Выборга", за малейшую оплошность спрошу по всей строгости. Иная крупа сухопутная по незнанию так навалит груз, что ужас берёт за душу - случится крен парохода на волне и амба!

- Так ты бо-о-о-оцман, - расслабился Семёнов, - а нашивок, что у нашего полковника.

- На переходе нет полковников и генералов, все вы пассажиры. Командир "Выборга" власть на борту имеет наивысшую. Только государю-императору подчиняется, согласно Морского Устава!

- Ладно, боцман, не бухти. Считай, поняли пассажиры важность правильной укладки кирпича. Командуй!

Не прошло и получаса с начала погрузки, как к месту швартовки "Выборга" подкатило несколько экипажей из которых высыпали здоровые и хмурые гвардейцы, сразу же ломанувшиеся по трапам на пароход, четверо остались у кучи батальонного имущества, ещё не переместившегося в вместительные трюмы океанского лайнера.

- Финляндцы, - ахнул запарившийся Веточкин, - государь сейчас явится, точно говорю!

- А почему финляндцы, они же все русские в полку, - вопросил длинный и нескладный, сбежавший от несчастной безответной любви "на кровавые поля сражений" Владимир Жердёв, - Арсюха, ты ж жил там с отцом, поди знаешь. Говорят, изрядно финнов на каторгу угнали после убийства царского брата.

- Володя, язык придержи, - Веточкин старался казаться солидным и немногословным, получалось так себе. А что вы хотите с такой-то фамилией и субтильным сложением.

Подкатившие через пять минут три совершенно одинаковые кареты, различить которые можно было только по масти крупных, лоснящихся лошадей, споро тянущих тяжеленные, обитые стальными листами повозки. Император ехал в последней. Арсений не выдержал роль взрослого молчуна и рассказал товарищам по оружию, что безопасности ради Константин постоянно перемещается из кареты в карету, дабы запутать бомбистов, убивших младшего брата государя - великого князя Михаила Николаевича. Оказалось, что убийцу царского брата направляли финские революционеры, жаждущие создать независимую страну Суоми и разломать, утопить Санкт-Петербург в Балтийском море. Семейство Веточкиных на всю жизнь запомнило, как гвардия, дивизия морской пехоты Балтфлота и кавалерийские части Петербургского гарнизона без огласки в газетах вошли в великое княжество Финляндское, взяли под охрану семьи российских чиновников и произвели аресты злоумышленников и им сочувствующих. Несколько тысяч отъявленных финских революционеров было схвачено и отправлено на каторжные работы по прокладке железнодорожных путей до Архангельска. В России об этом говорили весьма осторожно, опасаясь царского гнева, но, якобы Константин Николаевич приказал "стереть чухонцев в пыль" за брата, чтоб ни один не выжил. По иронии судьбы государь с юных лет шефствовал над лейб-гвардии Финляндским полком и именно с доблестными финляндцами основывал Владивосток, утверждал Россию по Амуру, брал на шпагу Калифорнию. Да, такие вот дела. А в великое княжество недавно перевели особым указом три полка с Дона, получившие из личных царских средств огромные подъёмные. Финские кораблестроители, однакож продолжали трудиться на благо империи, пароход "Выборг" строился в том числе и мастеровыми шведско-финского происхождения.

- Не разломится в океане посудина? Вдруг со зла за заарестованных родственников недоделку какую оставили финны?

- Не должна, - Арсению понравился испуг кригскамрадов, в большинстве своём море увидевших после зачисления в Добровольческий корпус, - проверка идёт суровая и если кого уличат во вредительстве, сразу каторга и всей семье ехать вместе с хозяином туда, где Макар телят гонял...

- Понятно, почему нам оружие не выдали здесь, сказали, только в Америки винтовки получим. Ждали государя, а вдруг кто пальнёт...

Волонтёры проходили необычайно краткое обучение воинскому ремеслу, кто месяц, кто три, а последние и вовсе две недели. Изучали устройство "константиновки", револьвера Кольта, практиковались в сборке-разборке, штыковом бое, умении окапываться и наступать редкими цепями. Пару раз выступал боевой капитан Маслов, увлекательно рассказывавший о стычках с отрядами американских рейнджеров, о засадах, когда из укрытия за пару минут расстреливался вражеский эскадрон и о важности иметь каждому солдату пакеты для перевязки ран и уметь повязки быстро накладывать.

Батальонный командир подполковник Михеев, не выдержавший жизни на пенсии, успел в последние пять лет службы изрядно погонять китайцев и маньчжуров, служа в Амурском корпусе. Слегка припадающий на левую ногу офицер пользовался тросточкой и запросто, как старый знакомец, держался с государем, не тянулся во фрунт, оживлённо размахивал руками, указуя то на тушу "Выборга", то на кучи незагруженного батальонного имущества. Константин кивал, видимо соглашаясь с энергичным подполковником, а после жестом подозвал бравого моряка в белоснежном кителе, вроде командира парохода и долго его о чём-то расспрашивал.

Уехал император также внезапно, как и приехал. Казалось, только что разговаривал с Михеевым, а вот уже садится в карету, а из "Выборга" как тараканы из под газеты выбегают гвардейцы-охранники.

- Враль ты отменный, Арсюха, - Семёнов добродушно рассмеялся, - царь в ту карету сел в которой и приехал.

- А ну за работу, негры, солнце ещё высоко, - весело прикрикнул на зазевавшихся подчинённых командир батальона.

- Ваше высокоблагородие, дозвольте поинтересоваться, - получив одобрительный кивок (в Корпусе отношения офицеров и солдат изначально устанавливались куда как более демократичные, чем в армии) Веточкин продолжил, - правда в газетах пишут, северная армия составила несколько полков из негров?

- Раз в газетах пишут, значит, правда. Запомни, воин, вражеские газеты всё врут, а в наших исключительно правду печатают. Про негров самому интересно, читал в "Ведомостях" о формировании двадцати батальонов из чернокожих, но пока, как слышал, только три или четыре создано и показали себя африканцы в стычках не очень. Только что его величество рассказал последние заокеанские новости, генерал Конфедерации Борегар в штате Кентукки вдвое меньшими силами расколотил корпус северян, благодаря тому, что на фланге у янки стояла бригада негров, которая не выдержала удара небольших сил кавалерии конфедератов. Как было плантаторам отступить? Увидели против себя чёрных и... ударили, смяли, порубали, постреляли, сколько смогли. В плен не брали. Для южан негр с оружием - вне закона.

- Простите, господин подполковник, - Арсений попытался изобразить строевую стойку, - а почему государь не собрал батальон, не произнёс речь.

- Да не тянись, вольнопёр, - добродушно хохотнул Михеев, - ещё настоишься во фрунт. Такие дела ребята, - Константин Николаевич нашему батальону дал особое задание. Если прочие три батальона сразу направляются пароходами в Мексиканский залив, в Техас и далее марш-марш на Калифорнию, то мы прикомандированы к российскому посольству в Ричмонде. Мало ли - прорвут северяне фронт, там до столицы то всего ничего, один рывок, и придётся дипломатов выручать. А потому, кто на коне держаться не горазд, смазывайте заранее задницы - переходим из пехоты в драгуны, лошадки в Норфолке нас уже ждут, сейчас подвезут две тысячи револьверов, по два на каждого, плюсом к винтовке. Ну и шашки подвезут вместе с кольтами. Смотрите, не покалечьте друг друга по дури.

- Мы же не казаки, есть такие, кто к коню подойти боится. Опозоримся перед американцами.

- Нашёл о чём переживать, эх, молодо-зелено. Едешь за океан умирать и боишься оказаться смешон в глазах тамошних барышень, сидя на лошади как собака на заборе? Ничего, обвыкнетесь. Я так его величеству и сказал - если батальон сформирован и готов к отправке, менять одних на других, пусть и лучших стрелков и кавалеристов считаю неправильным. Наловчитесь и шашками махать и гарцевать что твой Денис Давыдов.

- И что государь?

- А что государь? Согласился, говорит, если б задумали показуху учинять, то можно под видом добровольцев отправить и кавалергардов и преображенцев. Но поскольку в Корпус записались люди, искренне желающие послужить интересам Отечества в краях дальних, несправедливо в последний момент производить перетасовки. Правда, просил его величество подтянуть боевую подготовку и хоть немного по плацу вас погонять, ведь маршировкой совсем не занимались, а придётся в Ричмонде почётные караулы выставлять. Ну да ладно, решим сей вопрос, решим. Помнится, когда Владивосток с его величеством, в те времена великим князем закладывали, про плац и парады вообще не думали - баньку бы поскорее срубить да казарму успеть до больших морозов. Так, поговорили и за работу - вон, похоже, из флотского арсенала револьверы везут, пойду принимать...

Пока личный состав третьего батальона Добровольческого корпуса под присмотром взводных с развесёлым мат-перематом забивал трюмы "Выборга", подполковник Михеев двинулся, сильнее обычного опираясь на трость, к соседнему причалу, где готовился в отправке в КША первый батальон Корпуса. Капитан Маслов, завидев коллегу поспешил сократить путь товарищу и забыв о солидности пробежал с полсотни шагов, затем картинно перешёл на строевой и изящно откозырял, приветствуя старшего по званию.

- Брось Пётр Тихонович, не на Марсовом поле. К тебе государь заезжал?

- Так точно, Василий Васильевич, уделил время, уважил.

- И что думаешь? Наверняка с тобой Константин Николаевич о том же говорил, я не касаюсь задач батальонам.

- Непросто придётся, Василий Васильевич. И тебе в Виргинии, и нам в Техасе и Калифорнии. Если уже сейчас, по прошествии всего пары месяцев с начала военных действий у Конфедерации страшнейший недостаток вооружения, то что случится через полгода?

- Да уж. Когда его величество приказал принять в догруз не только револьверы и шашки, но и тысячу "константиновок" с боеприпасом, сразу почуял - неладно дело. Мы же как рассчитывали: прибудем в Норфолк, там со складов Российско-Американской Компании и получим винтовки. Ан нет, не осталось ничего - всё выгребли конфедераты. Интересная штука выходит, - везём людей умирать за их интересы, да ещё оружие и патроны за наш счёт.

- Погоди, провизию закупать будем, попомни мои слова. Нам в Калифорнии полегче придётся, а твоим орлам в Виргинии ушами не хлопать - иначе объедят союзники.

- Даже так?

- А вот увидишь, Василий Васильевич. Южане лучшие земли отдают под хлопок, все силы на "белое золото" бросают. Вроде со стороны большое поместье, а зерна да овощей да мяса производят только чтоб самим прокормиться. На Юге считается неудачником тот, кто выращивает продовольствие на продажу. Дескать, аристократы продают благородный хлопок, а фермерская нищета - зерно и мясо. Может, я излишне грубо говорю, но суть именно такова, уж поверь, Василий Васильевич. Не зря всё что везли на пароходах через океан в Кронштадт, выращивалось фермерскими хозяйствами. А теперь Правительство Конфедерации вывоз продовольствия запретило. Посчитали в Ричмонде аппетиты армии, посчитали и ужаснулись.

- Выкрутятся, уменьшат посевы хлопка...

- Ага, а на что закупать станут оружие и корабли? Англичане в долг торговать не будут. Югу нужен хлопок, значит урежут солдатскую пайку. А "Русский легион" предложат обеспечивать России. Так будет, господин подполковник, я американцев изучил, когда полгода в плену провёл в Новом Орлеане, а потом в Атланте.

- Тяжело пришлось?

- В плену то? Да нет, обращались прекрасно. Я ж офицер, схвачен в беспамятном состоянии, глаз вытек опять же, раненый герой в плену на чужбине. Да ещё приврал от скуки, что отпрыск побочной ветви знатного рода графов Масловых, так едва не женили.

- Да ну!

- Вот те крест, Василий Васильевич!

- Богатую невесту хоть сватали?

- Не приценивался, но вряд ли приданое завидное получил бы. Всё-таки Мари-Анна старшая дочка, при пяти младших сестрах и братьях. Родители поди и старались выдать девицу за знатного "русского Циклопа" чтоб остальных сестрёнок поскорее пристроить.

- И чем дело кончилось.

- Да ничем. Воздыхатель Мари-Анны, юноша бедный, но впечатлительный, решился меня извести, вызвал на дуэль.

- Ого!

- Ага. Скандалище вышел знатный, я же раненый, в плену. Не по джентльменски так поступать, не по правилам Юга. Мальчонку быстро выпнули в действующую армию, где он и погиб вскоре. А меня в Атланту отправили, но там труднее пришлось, чем в Новом Орлеане.

- Это почему такое различие?

- О, к турчаниновцам на Юге особое отношение, я ж у генерала эскадроном командовал, а Николай Гаврилович подловил кавалерийскую бригаду Джорджии и вырубил подчистую. Меня когда спрашивали про участие в битве у Каменной Пади, отвечал честно - был, рубил. Ну, южане зубами поскрипят, раскланяются - к пленному врагу какие могут быть вопросы. Я в доме доктора жил, на правах гостя. Но в то же время как бы и под домашним арестом. Вечерами ходили в тамошний клуб, - картишки, виски. Сами джентльмены, не отнять - вежливые, чопорные, а почти у каждого сын или племянник русскими убиты. Были семьи, где по три-четыре погибших враз.

- Скажи, как участник события, Пётр Тихонович, как получилось, что тогда. у Каменной Пади, Турчанинов меньшим числом выкосил лучшую кавалерийскую часть армии единых САСШ?

- Э, господин подполковник, этот вопрос, кто только не задавал. И американцев интересовало мнение врага, а когда по заключении перемирия его величество затребовал пленных в Петербург и засадил за отчёты - страшно вспомнить, сколько бумаги исписали. До мельчайших подробностей: как воевали, как в плен попали, про устройство жизни в городах, где довелось дожидаться мира и обмена, сильные и слабые стороны нашей армии и противника.

- А всё-таки, как удалась та виктория? В патронах подмоченных дело?

- Не читай американских газет. Василий Васильевич, - капитан расхохотался, - про патроны придумали, чтоб как-то оправдать разгром. Тебе скажу, не выдашь военную тайну? Когда две лавы сошлись, мы, как водится, шашки наголо, а они - с револьверами. Видно за индейцев русских кавалеристов посчитали. Помнишь же: русские белые рабы, отсталая страна и прочее? И когда столкнулись и перемешались, начался ближний бой, растерялись южане, не могли взять на мушку противника, а палить наобум - так сразу за казаком маячит брат или знакомый, промажешь и в своего попадёшь. И пока такая заминка случилась, наши не оплошали, посекли сопляков как лозу на учениях! Я троих завалил. Пять минут и нет красы и гордости штата Джорджия! А подмоченные патроны - ну как можно такое писать? Южные джентльмены на войну собирались за свой счёт. И оружие, и боеприпасы каждый самостоятельно покупал, не из одной партии те патроны были...

"Выборг" оказался надёжным, добротно "скроенным" пароходом и испытание океаном выдержал успешно. Лейтенант Сазонов, когда стали на якорь в Норфолке, доложился встречавшему караван из двух пароходов и двух военных клиперов послу Российской империи в Конфедеративных Штатах Америки гвардии генерал-майору Мезенцеву и отпросился в каюту отсыпаться.

- Помотало, поболтало? - Мезенцев кивнул на уходящего лейтенанта, - даже флотского, вижу, проняло.

- Нет, ваше превосходительство, дошли вполне хорошо, пару дней поштормило, но это и к лучшему, командир парохода убедился в прочности судна. Он на мостике считай, весь переход дневал и ночевал, переживал - первый рейс всё-таки.

- Понятно. А как разместились, удобно? Пароход новой океанской серии, скоро такие как "Выборг" повезут переселенцев в Русскую Америку, сотнями, а понадобится и тысячу за рейс доставят.

- Тесновато, но терпимо. Офицеры по четверо в каютах, рядовые по 8-12 человек. Кормили хорошо, кухня на судне оборудована просто изумительно.

- Камбуз.

- Что? Ах, да, камбуз! Больных на переходе не было, морская болезнь не в счёт. Сейчас выгрузим имущество батальона и готовы приступить к несению службы.

- Скажите, подполковник, мы раньше не встречались?

- Наверняка. Я участвовал в особой экспедиции его высочества Константина Николаевича, но в число "калифорнийцев" не попал, остался на Амуре, где и служил до комиссования по ранению.

- То-то лицо знакомое. Да, было время славное, - "амурцы", "калифорнийцы", "сахалинцы". Теперь, говорят, "японцы" появились, северную часть Хоккайдо осваивают.

- Есть такое дело, ваше превосходительство. И русские в Японии и самураи на службе России, у графа Муравьёва-Маньчжурского.

- К чёрту официоз, Василий Васильевич, коль оба мы "птенцы гнезда Константинова", надо встречу отметить - нечасто с боевым товарищем жизнь сталкивает, да ещё после стольких лет.

Вечером того же дня, 5 мая 1861 года за графином местного вина Мезенцев вводил Михеева в курс дел на североамериканском континенте.

За неполные три месяца с начала боевых действий ни Юг ни Север не предприняли решительного наступления с целью покончить войну одним решительным ударом. Причиной такой сверхосторожности, по мнению генерала и дипломата, послужил опыт недавней русско-американской войны. Страшась прорыва вражеской кавалерии в глубокий тыл, по линии разграничения САСШ и КША каждая из сторон начала возводить на наиболее опасных участках что-то вроде русских "засечных полос", втыкая колья, роя волчьи ямы, устраивая цепь фортов. Сразу же после сецессии южных штатов генерал Ли проломил сопротивление Президента и Сената Конфедерации и ценой огромного напряжения сил и нервов обустроил приличную линию укреплений от побережья, севернее Ричмонда и по линии границы до Луисвилла, ставшего ключевым опорным пунктом армии КША. Ошибкой Уильяма Сьюарда стало объявление о призыве на военную службу в армию САСШ негров, что окончательно отвратило жителей штата Кентукки от "продажных вашингтонских политиканов". В ответ все белые мужчины штата от 15 до 65 лет записались в ополчение а "лояльных" негров бросили на строительство фортов. Русские офицеры, возводившие в Калифорнии "линию Константина" дали немало полезных советов по усилению эффективности оборонительных сооружений и старые пушки времён войны за независимость встали на наиболее угрожаемых участках с единственной задачей - принять "на картечь" колонны наступающего неприятеля.

Однако ж, янки не спешили очертя голову штурмовать Ричмонд и бросать кавкорпуса в прорыв и далее во вражеский тыл. Лучшие части составили "Армию побережья" предназначенную к отражению десантов, чтобы не повторилась история прошлой войны с уничтожением Бостона. А сейчас русский флот может перебросить одновременно 20-30 тысяч конфедератов и с этим необходимо считаться.

Первые же бои показали превосходство армии Юга в воинской выучке, а боевой дух и заряженность на победу у дикси были гораздо выше нежели чем у "лавочников и бродяг" Севера. Однако и потери среди "джентльменов", напоказ, не кланяясь пулям, идущих в атаку, зашкаливали. Какие перебежки, или, не дай Бог, переползания под огнём. Нет!

Молодые офицеры гордо шли впереди взводов и погибали первыми, приказы командиров полков о "правильном" ведении войны отметались как бурчание стариков, и бравада, игра со смертью продолжались. Из пяти тысяч погибших в два первых месяца войны конфедератов, семьсот офицеров, практически все - юные лейтенанты, не пережившие свой первый бой.

- Да, Андрей Дмитриевич, если перефразировать песню его величества, про кавалергардов, век которых недолог, получается - "конфедерата век недолог". Ненадолго хватит союзников, если так продолжат класть офицерские кадры.

- Я разговаривал по этому поводу и с Президентом КША и с генералом Ли. Они всё прекрасно понимают, но переломить дурные традиции чрезвычайно тяжело. Вспомните, как нас учил государь: "Невелика доблесть, показушно геройствуя, без всякой пользы, картинно погибнуть за Отечество. Уничтожить врага Отечества. Неважно, каким способом - честным ли, бесчестным, вот наивысшая доблесть солдата. А все грехи, переживания и сомнения, я беру на себя".

- Точно, это когда Константин Николаевич в Америку уезжал, с гарнизоном Владивостока прощался, говорил такое.

- Ну, я тогда уже в Калифорнии обживался. Но эту фразу его величество частенько повторяет, распекая лихих подпоручиков и мичманов.

Офицеры рассмеялись...

Батальон Михеева был придан посольству России для охраны дипломатической миссии, что вызвало ропот у романтически настроенных добровольцев, желающих как можно скорее свершить геройский подвиг на поле брани о котором напишут американские газеты, а российские непременно перепечатают. Впрочем, репортёры "Петербургских ведомостей" Семиреченко и Копытов прибыли в Новый Свет чуть раньше, вместе с "черноморскими отставниками" и уже разразились серией очерков о контр-адмиралах флота КША Нахимове и Корнилове. Но несмотря на громкие имена Конфедерация на морях всецело зависело от поддержки флота Великобритании, прикрывающей гавани Юга своими стационарами. Северяне не обостряли ситуацию и в первые недели войны демонстративно не приближались к главной военно-морской базе КША, дабы не спровоцировать британцев на активные действия. По мнению Мезенцева между Вашингтоном и Лондоном достигнута негласная договорённость - янки не вторгаются в Канаду, а флот Её Величества не проявляет активности в Атлантике, занимаясь исключительно конвоированием пароходов с хлопков. Подданные королевы Виктории прекрасно чувствовали себя в Нью-Йорке и Филадельфии, намереваясь разжиться на поставках вооружения в САСШ. Точь такие "подданные британской короны" осаждали Президента Джефферсона Дэвиса и Главный Штаб армии КША с предложениями закупок оружия и снаряжения. Недостаток средств у Правительства Юга дельцов не смущал, предлагались солидные банки, готовые обеспечить сделку под гарантии имущества и земель Конфедерации.

- Обычная картина прорисовывается, - не удивился Михеев, - героизм и самоотверженность на передовой оттеняются мздоимством и алчностью в тылу. Дай Бог здоровья государю, приравнявшему хищения из казны, особенно в военное время к государственной измене. Слышал, в Русской Америке такого засилья чиновной сволочи и вороватых купчиков нет?

- На удивление, Василий Васильевич, на удивление. Так и народ какой подобрался, всё руководство наместничества начинало здесь службу при Константине Николаевиче. Многие из солдат достигли высокого положения. А выборы в поселениях? Это же пример для всей России, когда люди сами решают кому доверить управление на территории, кто достоин занимать ключевые должности. На Амуре разве не так?

- По-разному на Амуре. Где Муравьёв бдит, там порядок образцовый, но чуть подалее от высокого начальства, начинают договариваться "по свойски". Нет, армии гнильё поставлять никто не осмеливается. Но по мелочам, что самое противное, начинают торгаши умасливать людей служивых. И то им помоги и там пособи. Может и нет впрямую нарушения закона. Но противно!

- Потому и решились податься в добровольцы?

- Надоело мух ловить. Семьёй не обзавёлся, пенсии с избытком, но скука смертная, а пить не тянет. Да ещё посмотрел кто в Корпус записывается. Этих же желторотиков в первой стычке ухлопают. Не выдержал, прошёл к начальнику Штаба корпуса полковнику Паткулю, знакомы немного по Амуру, поставили на батальон...

- Ясно. А насчёт "желторотиков", Василий Васильевич не так всё просто. Если бы понадобилось - стотысячный корпус кадровых частей перекинули б через океан. Кроме громадины "Выборга" десять его "братьев" скоро в строй вступят, объём перевозок возрастёт кратно. Но принято решение, на самом верху принято, - выявить по империи молодёжь с неустойчивой психикой, готовую к неожиданным поступкам. Потенциальных бомбистов, скажем прямо. Воинствующие романтики идеальный материал для революционных кружков. А если ещё красивая стерва женского пола в руководстве такого кружка - считай готов пылкий юноша погибнуть во имя высоких целей и чтоб та стерва слезу о павшем герое уронила. Тонкая психология, тонкий расчёт у нынешних карбонариев!

- И потому вольнопёров на передовую?

- Боже упаси! Ваш батальон при посольстве, считайте тыл глубокий, остальные пойдут через Техас, прикрывая Юг от возможного удара мексиканской армии. Вряд ли там что серьёзное случится. Сейчас и южане и северяне вперегонки тянут "линии заграждения" от Луисвилла на запад. Остряки в штабе генерала Ли именуют это "бег к Тихому океану"...

- Но позвольте, Андрей Дмитриевич, Тихоокеанское побережье за Россией!

- Да понятно, что сплошной "Континентальный вал" ни одна, ни вторая сторона не в силах выстроить. Тысячевёрстные расстояния - не шутка! Остановятся в середине континента. О чём я? Ах, да о добровольцах. Обкатать их конечно нужно, чтоб мужчинами себя почувствовали, на войне побывавшими. Разница между обстрелянными бойцами и новичками - огромного размера. А как закончится здешняя заваруха, предложим участки в Орегоне и на границе с Британской Колумбией. Пускай заселяют, обживают, тут не забалуют.

- А что с железной дорогой до Тихого океана?

- Южную, что на паях с Российско-Американской Компанией тянет Правительство Конфедерации строят невиданными темпами, три прочих батальона Добровольческого корпуса там тоже отметятся. Инженеры на стройке обещают через год-полтора запустить сквозное движение, вот как раз от Норфолка до Сан-Диего. От порта к порту через континент! А стройка северян сейчас забуксовала. Объединились в районе Чикаго банды дезертиров не желающих гибнуть за барыши банкиров и железнодорожных магнатов. Грабят банки, государственные учреждения на Среднем Западе, разрушают полотно железной дороги.

- Ого! Если спрошу, не приложили ли вы руку к этим беспорядкам, Андрей Дмитриевич, не поставлю вас в неловкое положение?

- Лучше не спрашивайте, Василий Васильевич, чтоб СЕБЯ не поставить в неловкое положение, - отпарировал посол России в КША.

- Ловко уели, - смущённо признал Михеев, - сразу видно дипломат, горчаковская выучка!

- Чёрт, совсем забыл! Горчаков через пару недель приезжает! С официальным визитом, по итогам которого Россия может вступить в войну на стороне КША. И Добровольческий батальон, как единственная русская часть в Ричмонде, должен непременно участвовать в торжественных церемониях.

- Ох ты ж горюшко! Мои охламоны в шагистике "сено-солома". Пару раз всего и практиковали строевщину.

- Вот и первое важное задание на земле американской. Не допустить, чтоб престиж России упал из-за нечётких строевых приёмов. Завтра ещё день на обустройство, а послезавтра извольте начать учение. Да не смотрите так на трость, Василий Васильевич, вам на коне с палашом лицедействовать. А вольнопёрам придётся туго с непривычки. Так на то и армия.

- А форма?

- Найдём. И парадная отыщется на складах и повседневная. Уж "посольский" то батальон обеспечим, не сомневайтесь.

Глава 3

Глава 3.

Спровадив "черноморцев" в Конфедеративные Штаты Америки (а поехали с Корниловым и Нахимовым почти все старшие офицеры, угодившие в "Кондопогскую ссылку", лишь семь моряков отказались принимать участие в войне Севера и Юга, предпочтя "оставаться охранять окрестности Онежского озера") я крепко задумался.

Слом вековых, незыблемых ещё недавно флотских традиций шёл полным ходом, во всех морских державах. А Павел Степанович и Владимир Алексеевич, как ни крути, но марсофлотовцы до мозга костей и перестроиться, откреститься от "парусной романтики" у адмиралов не получится. Вроде и понимают необходимость ухода от паруса, но физиономии "бывалых" моряков, наблюдающих океанские пароходы серии "Выборг" столь выразительны, что являются лично для меня тестом на "профпригодность". В самом деле: большой корпус лайнера, надстройки венчают труба и пара брёвен-мачт, исполняющих исключительно функцию передачи флажных сигналов. Уродцы, одним словом - "утюги"...

Другое дело - клипера, там паровая машина совмещается с парусом, существенно повышая автономность. Так им и предстоит крейсерство в океане неделями! А пароходы чётко нацелены пересечь Атлантику и, заполнив угольные ямы, - в обратный путь. Отклонения от маршрута лишь в крайнем случае. Но как увижу "перекошенное" лицо морского волка, рассматривающего суда трансатлантической линии, сознание сразу "отщёлкивает" офицера в стан ретроградов. Ничего не могу с собой поделать. Спасибо "сдвоенной матрице" - память абсолютная, что читал в прошлой жизни, при некотором усилии вспоминается от и до, даже чертежи мудрёные всплывают из глубин подсознания. А читал, ой как немало. Однако прогрессорство не по моей части, - всё лучшее мигом переймут, перехватят промышленно развитые европейцы. Да те же североамериканцы моментально скопируют образцы морских мин и бензиновых двигателей, не говоря уже о "дизеле", каковой в этой реальности будет точно носить иное имя. Как приехал, ещё с 1848 года попросил Путилова, ставшего компаньоном великого князя, создать "Особое Техническое бюро" при заводе, который в этой реальности я выкупил из казны за "калифорнийское золото", сделав Николая Ивановича младшим компаньоном. По правде говоря, то золото было с сибирских приисков, но сие неважно. Важно, что "скромный" великий князь поименовал "Общество заводов" - "Путиловским", о чём много судачили в своё время, а незабвенный папенька Николай Павлович даже похвалил второго сына за продуманную дипломатию. Дескать, теперь Путилов в лепёшку расшибётся, за такую честь то.

Но я знал, каков Николай Иванович умище и какой великий организатор и всемерно продвигал Путилова, не жалея "золотой кубышки"...

И теперь, за без малого 15 лет совместной работы, с гордостью могу сказать - управленческий гений Путилова, всемерно поддерживаемый великим князем, а затем и императором Константином, плюс приобретение наисовременнейшего оборудования (уж тратить золото, так на индустриализацию, а не на балы и храмы) горы свернул. Горы бардака бюрократического и косности российской. Молодёжь из небогатых дворянских семей подросла, "вышла в инженеры" и ударно трудилась под началом Николая Ивановича. На заводах Общества, куда раньше чем в МОЕЙ реальности освоили производство рельсов и даже строительство цельных металлических корпусов для клиперов полуторатысячетонников и машин к ним. Англичане и те заволновались, как это так - у лапотной, полукрепостной и безграмотной России крейсера, способные к океанским переходам, с отменной мореходностью, сходят со стапелей один за другим. Бритты посчитали сие угрозой их морскому владычеству, пришлось пояснять, что скоро заводские мощности переключатся на выделку пароходов, а на первенство "владычицы морей" Российская империя покушаться не собирается - нам бы Сибирь освоить да Калифорнию удержать.

Доведя число парусно-винтовых клиперов до трёх десятков (восемь больших "трёхтысячников" ещё достраивались и готовились к переходу на Тихий океан) Балтийский флот практически в полном составе, за исключением учебных судов и дивизии миноносок, охраняющих Финский залив, ушёл в Северную Америку. Надо было подкрепить заявление канцлера Горчакова о поддержке Конфедерации и возможности вступления России в войну на стороне Юга, если янки не свернут боевые действия и не усядутся за стол переговоров. Но Александр Михайлович, как я и ожидал, по правде то говоря, начал мямлить и слать панические шифрованные телеграммы, умоляя не втягивать страну в чуждую и разорительную гражданскую войну. Тем более всё равно скоро южанам придётся капитулировать под напором превосходящих сил Севера. Хорошо, посол в КША Мезенцев, параллельно с канцлером пересылал в Санкт-Петербург наисвежайшую информацию, беззастенчиво гоняя наиболее быстрые клипера через океан, дабы в дополнение к отрывочным сведениям получаемым через кабель телеграфа, можно было уяснить, что же творится на полях сражений. А там прелюбопытные вещи происходили.

Для начала в Вашингтоне посчитали, и не без оснований, приезд канцлера Российской империи за недружественный акт (в принципе, так оно и было) и упредили мятущегося Горчакова, объявив нам войну.

В отличие от моей реальности северяне на поля сражений не рвались, втихомолку, а кто и громко, осуждая президента Уильяма Сьюарда и Сенат с Конгрессом за спланированное убийство народного вождя Авраама Линкольна и спровоцированную войну, выгодную лишь богатеям. Увиливающих от призыва хватали и гнали в бой, используя систему заградотрядов. Дезертиров отлавливала конная военная полиция, например, по улицам Филадельфии нельзя было прогуляться без бумаги, удостоверяющей об освобождении предъявителя документа от призыва в армию САСШ.

Надо ли говорить, что первое время конфедераты одерживали верх в пограничных стычках и здорово потрепали противника. Но южан подводила излишняя лихость - так и пёрли вперёд, нарочито не кланяясь пулям, оттого потери были просто ужасающими. Российские советники, в основном офицеры Калифорнийского корпуса, воевавшие в 1855-57 годах против тогда ещё единых САСШ, отмечали, что та война мало чему научила что дикси, что янки. И вот под Луисвиллом случилось грандиозное побоище, эдакая предтеча Вердена и Сталинграда. Вначале конфедераты разгромили две или три бригады, одну - из негров составленную, уничтожили едва ли не полностью и хотели рвануть вперёд, но порыв генерала Борегара остановили из Ричмонда. Направленный исправлять ситуацию Грант, запросил подкреплений и двинул корпус на окружение города. Борегар, несмотря на численный перевес неприятеля почти в два раза (30 тысяч против 17) оставил на позициях городскую милицию, "вытянул" Гранта на лобовую атаку укреплённого городского предместья и, совершив мастерский обходный манёвр, наголову разгромил противника. Взятый в плен Уиллис Грант пытался застрелиться, но великодушный Пьер Густав Тутан Борегар даровал поверженному полководцу свободу, взяв с Гранта клятву, что тот не наложит на себя руки, а позаботится о тяжело раненых солдатах-северянах, доставив их в расположение армии САСШ. По правде говоря, такой широкий жест был вызван отсутствием возможностей оказать помощь тысячам покалеченных солдат и офицеров неприятельской армии. Южане даже своих раненых обиходить не могли и запросили помощи у русских. В Луисвилл прибыл походный армейский госпиталь Российского Калифорнийского корпуса, спешно передислоцированный на передовую из Атланты. Главный врач, военный хирург Виктор Варфоломеевич Храмцов во время Русско-американской войны трудился ординатором и ассистентом у самого Пирогова и, судя по восторженным отзывам, учителя не подвёл. О "Русском госпитале" с того света вытягивающего защитников Конфедерации, в самых комплиментарных выражениях писал "Голос Луисвилла", а прочие газеты Юга прилежно перепечатывали новости из города, где решалась судьба войны. Вот так, ни больше, ни меньше - судьба войны! И небезосновательно газетчики такие передовицы штамповали, -переполошившиеся янки начали направлять под Луисвилл все мало-мальски боеготовые части, ослабив "Армию охраны побережья". Только от Вашингтона не стронули ни единого батальона. Конфедераты в свою очередь погнали в главный город штата Кентукки подкрепления. Удержать Луисвилл, значит угрожать Северу рассекающим Союз надвое ударом в направлении Великих Озёр. Тогда коварный и не особо то и секретный план Вашингтона по "располовиниванию" КША обернётся симметричным ответом и "расчленением" собственно самих САСШ, доблесть и выучка эскадронов Юга общеизвестны. А учитывая низкий воинский дух солдат Севера, не верящих своим вождям, Союз может рассыпаться как карточный домик, дай только возможность развернуться кавалерии Конфедерации - и в плен янки начнут сдаваться многими тысячами, охотно, лишь бы избежать ужасов войны.

Прикинув невесёлые перспективы, северяне решили упредить, - взять Луисвилл и уничтожить корпус Борегара. Роберт Ли в ответ, всё что мог, также отправлял в сию ключевую точку. И уже два или даже три месяца продолжалась "Луисвиллская бойня". В настоящий момент северяне ценой огромных потерь прошли 15 миль предполья и зацепились за городскую окраину. У конфедератов не было сил выбить неприятеля, но город, где каждый дом превратился в форт, бравые сыны Юга удерживали надёжно.

Русская Америка к драке была готова, план предусматривал рывок до Большого Солёного озера и создание там мощного укрепрайона. Невада наша, и Юту раздербаним. Не зря же я Никиту Сыромятова с парой сотен лучших его бойцов загодя велел переправить в Нью-Йорк, а затем в Чикаго. И когда началось, не подвёл Никитос - мигом сорганизовал недовольных, "плеснул керосинчику" в огонь антивоенных настроений. Дескать, пока мы воюем за интересы богатеев, они наживаются и баб наших валяют, да ещё хотят неграм дать право белых женщин шпили-вилить...

Отряд Сыромятова прошёл прекрасную подготовку, там были собраны лучшие стрелки и наездники российских заокеанских губерний. Потому и захват пригородов Чикаго, разграбление банков и оружейных магазинов прошли строго по плану. Никита, "наведя шороху" в районе Великих Озёр, повёл отряд на Запад, по пути громил отстроенные участки трансконтинентальной железной дороги, по которой коварные янки планировали перебрасывать корпуса к Русской Калифорнии, уничтожал линии телеграфа.

Орёл Сыромятов, самородок, гений партизанской войны! Ковпак середины 19 века! Экспроприировал лучших лошадей и фургоны, составил огромный обоз, загрузил туда оружие и провиант и взял курс на Константинополь-Тихоокеанский. Причём часть фургонов погнал параллельно, как приманку, на что и "купился" полк милиции штата, упустив основную колонну. Уничтожение железнодорожного полотна и телеграфного сообщения проходило одновременно с призывами к рабочим - дезертировать, грабить банкиров и миллионщиков, развязавших кровавую бойню и уходить от отрядов военной полиции на Юг или на Индейскую территорию.

Хаос и дезорганизация тыла в штате Иллинойс, сожжение элеваторов и запасов продовольствия здорово напугали верхушку САСШ. Кое-кто в Вашингтоне решил, что русские казаки скрытно добрались до Великих Озёр и вот-вот учинят великую резню. Друзьям и родственникам, проживающим на Среднем Западе, из столицы Союза полетели телеграммы с призывом бросать всё и срочно уезжать на побережье. Слухи, как водится, обрастали и дополнялись самыми фантастическими версиями и распространялись как бы не быстрее, чем проходил сигнал по проводам телеграфа. В воцарившемся бардаке отряд русских диверсантов благополучно затерялся на Великих равнинах, а Никита большую часть трофейного оружия выгодно реализовал индейцам, ненавязчиво намекнув на возможность без опаски грабить янки, бросивших все силы на фронт. Предприимчивые индейцы, узрив фургоны забитые оружием, потащили шкуры и самородки на обмен, а первоначально предтеча Ковпака думал так раздать ружья и боеприпасы, но раз дают плату - надо брать. Краснокожие, давно обрабатываемые агентурой губернатора Русской Калифорнии в духе неприятия железных дорог, которые бледнолицые строят для окончательного порабощения аборигенов и поголовного уничтожения бизонов, решили немножко "пошалить" и отправили с русским отрядом три сотни молодых воинов. Готовы были выставить более двух тысяч, но капитан Сыромятов отобрал лучших, пообещав принять на службу и остальных в самое ближайшее время. Хотя, какой капитан? Полковник! И плевать на молодость, на нехватку знаний. Не в Петербурге, чай, на балах Никите блистать. Хватит с него обеда с царём батюшкой, когда хозяин земли Русской самолично водку разливал да тосты в честь героя произносил, а государыня потчевала офигевшего казака салатами да морс предлагала для запивона. А ещё детишки таращились на Никиту, наследник Александр Константинович просил саблю подержать...

Да, мой, со всеми потрохами мой человек полковник Сыромятов. Потому и полетела через океан грозная шифровка - Никиту Васильевича, только-только добравшегося до российской территории (хоть заокеанская, но Россия и шутки здесь неуместны!) от любого участия в боевых действиях отстранить, его дело готовить личный состав в "Бригаде особого назначения", выросшей из полка. Что Дмитрий Кустов, что Никита Сыромятов - выходцы из "лучших" старообрядческих семей, первыми перебравшихся через океан, эдакая элита переселенческая. А ведь интересно - их отцы в самой "головке" общины, прям из самой первой артели золотодобытчиков, но огромных богатств не нажили - почти всё из кержацкой доли шло в казну "Беловодьевской общины". Но и развернулись староверы прилично, надо признать. Такую финансово-промышленную группу организовали - мама не горюй! И добыча полезных ископаемых и металлообработка и сельское хозяйство и рыбный промысел и переработка...

Сейчас, когда прииски заметно истощились, всё-таки 15 лет плановой добычи, все пенки давно сняты, кержачьё шустро переключается на новые "бизнеса". Да, представьте, так и говорят промеж себя: "рыбный бизнЭс", "хлопковый бизнЭс"...

На начало 1861 года золота из калифорнийской земли извлечено на невероятную сумму - около 510 миллионов долларов. Страшно представить в ценах 21 века. А ведь ЗДЕСЬ не было шаек авантюристов золотоискателей. С самого начала добыча драгметалла шла "грамотно" и планово. Но, похоже, иссякает "золотой ручеёк". Правда, есть варианты заняться добычей серебра, на которое раньше и внимания не обращали, спеша выбрать жёлтый металл. А серебряная денежка очень даже ценится, очень даже в ходу. Собственно и золото есть где добывать, не в тех, разумеется, количествах. А потому надо застолбить за собой на будущее нефтеносные участки в Техасе. Коль уж президент и правительство Конфедеративных Штатов Америки просят и умоляют помочь с оружием, возьмём арендой территорий Техаса на 99 лет, под пастбища, ага. Там как раз кержаки тушёнку из бычков готовят для армии КША, легенда не придерёшься. Фиг здесь клан Рокфеллеров поднимется! Но нефть качать надо приискивать новых компаньонов, опасно дальше аввакумовцев деньгами накачивать. И так Беловодьевская община по финансовой мощи сейчас сопоставима с самыми серьёзными структурами. Бородачи аккуратно скинули акции Российско-Американской Компании, предпочтя чем быть в младших партнёрах императора (как на калифорнийских приисках) своё дело основать. Русская Тихоокеанская Компания - звучит!

Пять океанских пароходов заказали староверы в Англии и Дании, два уже бороздят просторы Тихого океана, три строится. И это не считая солидной флотилии из более чем полусотни шхун, барков и небольших пароходов. И ладно, не в претензии, ведь "кержацкие" акции Российско-Американской компании приобрели в основном мелкие пайщики, что мне, как владельцу 72 процентов, только на руку - в Компании отныне только я и "мелкота".

Интересный фактик - пришлось для нужд военных "перебить" заказ у томского купечества, они в Марселе строили пароход, очень близкий по характеристикам к столь нужному мне "транспорту - перевозчику минных катеров". Сами посудите: 2500 тонн, полубак, прекрасная остойчивость, легко выдаёт 14 узлов, уверенно держит 12. Попросил сибиряков уступить кораблик, обещал накинуть двести тысяч сверху. Обиделись купчины, посовещались и преподнесли "Томск" в дар флоту российскому...

Земляки-сибиряки всё-таки молодцы, и про океан думают и активно зазывают крестьян из "нечернозёмных" губерний Центральной России на жительство на Обь, Иртыш, Томь, Енисей. Так что не Калифорнией единой прирастает держава, но и Сибирью!

Первые сквозные проходы кораблей Северным морским путём и закладка поселения и геологической исследовательской станции на месте Норильского промышленного района моей реальности здорово подстегнули развитие Енисейска, его судостроительного завода из большой мастерской превратившегося в современное предприятие (станки завозили из Европы морем-рекой). На 1861 год Енисейск кабы не населённее и столичнее Красноярска. Купечество тамошнее предприимчиво и богато, золото на таёжных приисках пока добывается в приличных объёмах. Есть чем гордиться, есть чем похвастать.

И никто в славном городе Енисейске проживая, не подумывает о переезде либо в Томск, где Университет, либо в Красноярск, к железной дороге поближе. Перспективы освоения севера ого какие, дух захватывает. Понимают земляки, что Российской империи нужен свой, надёжный и короткий путь до Аляски и Калифорнии. А в порту Проточный (у нас - Диксон), выбранном как место для зимовки караванов идущих на восток начальствует целый капитан первого ранга Похвиснев с полусотней ветеранов морской службы. Выйдут в отставку прапорщиками по Адмиралтейству - благородиями! Интересно, что гарнизон Проточного содержат и горды сим фактом необычайно всё те же томские промышленники, получившие концессию на разработку медных месторождений в районе озера Пясино. Сибиряки, кстати, очень ревностно отнеслись к приращению России Калифорнией, считали надо бы сперва Сибирь исследовать и освоить. Потому с восторгом приняли планы по развитию Северного морского пути и железной дороги до Тихого океана.

Не пристало, не пристало самодержцу колебаться и сомневаться, но до последнего тянул, думал, прикидывал - оставлять Томск в стороне от Транссиба (путь то короче до Владивостока на сотню вёрст, если город на Томи окажется севернее магистрали) или же "прицепить" к "железке".

Однако на всю Россию озвученное решение - отправить цесаревича Александра Константиновича на учёбу в сибирский Университет, зажгло зелёный семафор перед томскими фанатами "чугунки". Чёрт с ним, всё-таки я тут в альтернативной реальности, пускай немного иначе развиваются родные сибирские края. Тем более земляки-сибиряки здорово помогли шестнадцатилетнему Константину, поделившись прибылями от добываемого золотишка. Получили в обмен, конечно, "крышу" от наездов губернских и столичных чиновников, не дерзающих с той поры "нагибать" золотопромышленные артели, где половинный пай у Константина Николаевича. Да и наиболее перспективные участки утверждались за такими объединениями золотопромышленников буквально "по щелчку". Так что взаимовыгодно сотрудничаем, взаимовыгодно. И вполне заслуженно пойдёт "Сибирская магистраль" через университетский город, благо от Красноярска до Ачинска уже положили рельсы местные энтузиасты чугунки...

Томская общественность за Университет готова была последние штаны продать и пароход "Томск" был лишь малой толикой пожертвований "на одоление супостата" - САСШ. Еле уговорил деньги тратить на университетский городок. А армейские инженеры уже "пробивают" магистраль от Томска на запад, к Оби, на некоторых участках начались работы, спешат томичи успеть к 1866 году, когда цесаревичу исполнится 17. Сомневаюсь, что несмотря на стахановские рвение получится у сибиряков доставить государыню Александру Иосифовну и наследника Александра Константиновича, ну и меня "в нагрузку" от Санкт-Петербурга до Томска по рельсам. Но какой-то участок пути до города точно проедем "чугункой". Вёрст 200? А может все 500?

Каюсь, наблюдая за "железнодорожным порывом" томичей обокрал Володю Кузьмина и от своего имени запустил в народ песню. Ту самую, про то как "Поезд мчит меня в сибирские морозы...".

Там всё смыслово совпадает - провода телеграфа уже "сшили" империю, осталось паровозным гудком растревожить таёжную глушь. Одного не учёл - "паровозная романтика" песни, она на втором плане, а сам хит посвящён расставанию любящих сердец.

Дорогие россияне как с ума посходили, выводя трагически: "Я не забу-у-у-у-д-у-у-у теб-я-я-я-я никогд-а-а-а-а-а-а-а-а"...

А царь батюшка ожидаемо, в очередной раз стал кумиром молодёжи. Песня тут же подверглась переделкам и её пели уезжающие через океан, творчески заменив сибирские морозы на какие то там калифорнийские грёзы, сам слышал. Но главное - душераздирающее: "Я не забу-у-у-у-д-у-у-у теб-я-я-я-я никогд-а-а-а-а-а-а-а-а" - осталось...

Горчаков перед отъездом даже поинтересовался, не специально ли поэт К. Н. Романов, ученик самого А. С. Пушкина написал такое произведение, не побуждения ли ради к "перемене мест". Ответил Александру Михайловичу предельно честно - именно для поощрения переселенческой политики и писалось. Канцлер отбыл в КША под впечатлением. А вслед фрегату с официальной делегацией океан пересёк "минный транспорт" "Томск" имея на борту полдюжины катеров, предназначенных для атаки кораблей флота САСШ шестовыми минами. Балтийцы ещё в 1857 году провели масштабные испытания этого оружия, опередив время той, моей реальности. Надеюсь, первые успешные подрывы вражеских боевых кораблей шестовыми минами ЗДЕСЬ запишут на свой счёт отчаянные мичмана, чьи катера сейчас Норфолке готовятся к боевым выходам. Десятитонные малыши, с цельнометаллическим корпусом выдавали от 12 до 14 узлов, тут разнилось качество и мощь паровых машин, сами корпуса были абсолютно однотипны. Своим закрытым приказом я поименовал катера в честь купцов и промышленников, пожертвовавших флоту "Томск". Одновременно "для конспирации" велел до поры называть катера по номерам. Вот даст Бог, рванём успешно, пустим на дно броненосный утюг северян и тогда гордо напишем на катере "Семён Головатый", или "Анастас Брюханов". И непременно в газеты! Портреты доблестного экипажа (дай Бог живы останутся) и купца-жертвователя. А как хотите - пиар 21 века в середине века 19 убойная штука! Когда добровольцев, составляющих экипажи катеров, перед отбытием "Томска" повели фотографироваться и в салоне "нарисовался" государь император народ впал в ступор. Делали фото каждого моряка отдельно, потом запечатлевали экипаж катера и экипаж, но уже с императором. Выходя из фотоателье подумал, - надо дать вдогонку строгую инструкцию, чтоб никаких самоубийственных таранов. Не камикадзе чай. Хотя, судя по тому как "загорелись" парни после фотосессии с царём-батюшкой, - хрен они свернут с боевого курса, погибнут, но не отступят.

Президент и военный министр Конфедерации телеграфировали в Петербург и Лондон, умоляя передать, в счёт будущего урожая хлопка оружие. Винтовки и патроны. Патроны, патроны, патроны!!!

Оказалось, что запаса по 50-100 выстрелов на ствол катастрофически мало. Будь в достатке боеприпасов никогда бы янки не дошли до пригорода Луисвилла. Там сейчас, судя по донесениям российских наблюдателей такая неразбериха, дома предместья вперемешку заняты то конфедератами, то северянами, эдакий Сталинград в миниатюре. Широко применяются ручные гранаты, изготавливаемые на заводике, совсем неподалёку от русского госпиталя. Клипера эскадры Истомина ушли в крейсерство и не знали об официальном объявлении войны между САСШ и Российской империей, но это проблема плёвая. Другое тревожит - пропал в Атлантике пароход "Алабама" везший из Кронштадта 250 гальваноударных мин конструкции умницы Бориса Семёновича Якоби. "Алабама" уже как две недели должен пришвартоваться в Чарлстоне, чтобы оттуда под сильным конвоем дойти до Норфолка. Чёрт бы с ним с пароходом и с минами, но на "Алабаме" три десятка гардемаринов, должных получить офицерский чин уже на Атлантической эскадре Балтфлота. Ладно, если их захватили янки, досадно, но не смертельно, вернутся после плена на родину, но если мины сдетонировали?

Конфедеративные Штаты Америки, заполучив в союзники Великобританию и Россию и договорившись с Мадридом о дружественном нейтралитете повели компанию по заимствованию средств для наискорейшего разгрома неприятеля. Россия отговорилась огромными расходами на прокладку Великого Сибирского железнодорожного пути, а королева Виктория выразила готовность предоставить займ в размере 50 миллионов золотых, считаемых по довоенному курсу, долларов единой САСШ, но не деньгами, а военным снаряжением и боевыми кораблями. Южане не хотели забирать плавающий хлам по двойной (время то военное) цене и резонно заметили - русский и английский флоты и так обеспечивают безопасность гаваней КША, не лучше ли на всю сумму получить пушки и винтовки с большим запасом зарядов. Расход патронов в этой войне воистину ужасающий, военные наблюдатели заговорили о "снарядном и патронном голоде" мешающем Югу одержать быструю и решительную победу. Джеймс Бьюкенен, исполняя функционал посла Конфедерации в Российской империи, так переживал за плохое снабжение армии КША, что частным порядком попробовал занять денег сразу в трёх банках Петербурга и Москвы. Даже выезжал в первопрестольную, попросить о финансовой помощи старообрядцев, всё большую силу забирающих в старой столице.

Подобные выкрутасы 68 летнего государственного деятеля очень напоминали "постучавшегося дедушку Альцгеймера" и, не было печали - необходимо срочно думать о замене старика Джеймса на более молодого представителя Конфедерации, предпочтительно, человека с техническим образованием. Да тут ещё у нас в Ричмонде приключился конфуз изрядный, - с неделю как Горчаков решился вспомнить молодость и принялся самолично править шарабаном, направляясь из посольства на загородный пикник. Далее версии разделяются: то ли лошади понесли, то ли ослаб канцлер, но вылетел Александр Михайлович с кучерского "насеста", хорошо под колеса не попал, однако головой о суровый североамериканский континент приложился знатно.

Вражеская печать тут же съехидничала, припомнив и шараханья по Петербургу Бьюкенена "в поисках десятки" и гусарские эскапады Горчакова, обозвав сие непотребство "дипломатией Константина".

М-да, мало мне проблем, теперь ещё и на Министерство иностранных дел человека искать!

Глава 4

Глава 4.

Пробуждение было ужасным. Каждое движение отзывалось болью во всём теле, как будто Николая целую ночь дубасили палками негодяи-плантаторы, совсем как на агитационных листках северян, где чопорные джентльмены при цилиндрах, с брюшком, неистово лупцуют измождённого, в тряпьё одетого негра, порвавшего оковы и, очевидно, вознамерившегося бежать. Как полудохлый, даже на рисунке вызывающий жалость раб сумел разорвать массивные кандалы - осталось на совести художника. Подобными "картинками" грешили обе стороны. Конфедерация выпускала сотнями тысяч листовки с ужасающего вида небритыми бандитами, с мачете в одной руке и кольтом во второй, а маячащие на заднем плане черномазые, зловеще, и где то даже похотливо ухмылялись, глядя на кучку пленённых прекрасных южанок, держащих на руках детишек-крох...

"Защити свой дом, свою семью от банд янки" - листовки подписывались, как правило, кратко и незамысловато, зато предельно патриотично. Поговаривали, что русское посольство весьма изрядно помогает конфедератам в "битве картинок", мобилизовав на "карандашную войну" живописцев из "экспедиции Гоголя". Но то враки, Николай точно знал - его рота сопровождала миссию Николая Васильевича, из Ричмонда до Атланты, никто из российских художников не остался в столице КША. Хотя, какая к чёрту столица, никакого сравнения с Петербургом - так себе городок...

- О-о-о-х, - застонал Николай, - хреново-то как.

- Очухался? Ну, ты, брат и отчебучил вчера в "Эльдорадо".

- Кто тут? Ты, Арсений? Воды подай!

Арсений Веточкин, некогда нескладный и тощий студент-недоучка, записавшийся в Добровольческий Корпус из-за страха быть выпоротым грозным отцом, (пропуск занятий и "вылет" из Университета серьёзный повод к наказанию оболтуса) в Новом Свете как-то разом преобразился в лихого наездника и меткого стрелка. А поскольку экс-студент "грамоте разумел исправно", его и поставили на унтер-офицерскую должность, замещал Арсений командира взвода в его отсутствие.

- Держи, Аника-воин. Хоть помнишь кто тебя отметелил?

- Откуда. Припоминаю, как хотел Янеку по роже настучать, когда он начал смеяться, что конфедераты у нас винтовки отобрали и русские добровольцы как бабы, с одними револьверами...

- Не, те поляки позубоскалили и ушли. А ты до артиллеристов конфедератских пристал, на кулаках побиться вызывал самого здорового.

- И как? Долго продержался?

- Какое там! Сразу, с одного удара и рухнул. Тот пушкарь ждал, пока поднимешься, не дождался, допивать пошёл. А ты уже после как водой отлили, вырвался и побежал, пока на кучу битого кирпича не свалился. Приподнимешься и снова - бух в кирпичи.

- Ох, понятно. Каждая косточка ноет, как будто в молотилке побывал. Какая гадость их виски. Нет бы водки, да под огурчик хрустящий. Ох...

- Ладно, оклёмывайся, "канцлер Горчакофф". Вечером выезжаем на позиции.

Николай обиженно засопел. Не дай Господь приклеится прозвище, а народ в Добровольческом Корпусе злоязыкий, так хоть фамилию меняй на Горчаков. Запросто станет сын сельского дьячка, из семинаристов ушедший в землемеры, Коля Рождественский "однофамильцем" дипломата и князя Александра Михайловича Горчакова, злоупотребившего вином, вывалившегося из экипажа и изрядно расшибшегося, на потеху американцам. Причём как врагам-северянам, так и союзникам-южанам. Казус, приключившийся со знатным русским вельможей, министром иностранных дел, ближайшим сподвижником императора выставлял в смешном свете лапотно-крепостную Россию. И уж тут позлословить, позубоскалить рады были что те, что эти. Не любят русских в Новом Свете, ох не любят. Северяне ненавидят за вмешательство в войну на стороне КША, а конфедераты хоть и принимают помощь, но свысока, считают подданных императора Константина "белыми рабами"...

Впрочем, товарищи Николая по службе в "посольском батальоне" придерживались совершено иного мнения: с конфедератами общались, частенько устраивали дружеские посиделки, даже братались, оружием обменивались, и считали - просто не повезло Коле в любви, вот он и бесится, на всех бросается. По правде говоря, основания так думать у того же Арсения, знающего все тайны приятеля, были. Первая любовь Николая Рождественского - Елизавета, упорхнула в Константинополь-Тихоокеанский, выскочив замуж за перспективного горного инженера, получившего сказочное назначение. О золотых рудниках Русской Калифорнии и знаменитом "Русско-Американском монетном дворе" какие только легенды не ходили. Достаточно сказать, что у входа в монетный двор выставили саженную скульптурную композицию - золотую (позолоченную) белку, шелушащую гору кедровых шишек, а рядышком растёт гора уже монет - червонцев с профилем государя. Разумеется, не обошлось без листа с золотом начертанными строками Александра Сергеевича Пушкина...

Белка там живет ручная,

Да затейница какая!

Белка песенки поет,

Да орешки всё грызет,

А орешки не простые,

Всё скорлупки золотые,

Ядра - чистый изумруд;

Слуги белку стерегут,

Служат ей прислугой разной -

И приставлен дьяк приказный

Строгий счет орехам весть;

Отдает ей войско честь;

Из скорлупок льют монету,

Да пускают в ход по свету;

Девки сыплют изумруд

В кладовые, да под спуд;

Все в том острове богаты,

Изоб нет, везде палаты...

Фотографические карточки с изображением хитро прищурившейся белки и молодцеватых караульных (пост батальона охраны располагался рядом) разошлись по всей России, вызывая ожесточённые споры - золотая белка и шишки, или только крашены так. Большинство сходилось на подлинности как шишек, так и огромного пушного зверька, мол престижа ради не может позволить царь батюшка простую позолоту, не купол же церкви в российском захолустье - сама золотая Русская Америка!

И как мог скромный землемер, мечтающий подкопить денег и стать студентом Института путей сообщения конкурировать с блистательным "калифорнийцем"? Приехал Николай из Казанской губернии, где размечались участки под оружейные заводы и выкупались в казну помещичьи имения, заработал прилично, только Лизочка уже упорхнула через океан.

Друзья решили, что завербовался Коля-попович в Добровольческий Корпус исключительно, чтоб быть поближе к любимой. Но несчастный Ромео хотел всего лишь героически погибнуть в борьбе за правое дело. И хотя симпатизировал, по правде говоря, северянам, допустить чтоб родителей и пятерых братьев-сестёр погнали по этапу в "Якутское королевство" Николай не мог. А такое запросто случится, если дойдут слухи о поступлении на службу в армию САСШ до жандармов, его величество Константин Николаевич неоднократно сожалел о мягкости батюшки, незабвенного Николая Павловича, не вырвавшего с корнем декабрьскую заразу 1825 года, не заменившего "недостойные фамилии" новыми, отличившимися дворянами. "Крутенек, ох и крутенек не по годам царь то наш" - не зря так родитель, Серапион Павлович Рождественский, говаривал...

К сентябрю 1861 года "Посольский батальон" разросся до полутора тысяч человек, а командир, подполковник Михеев Василий Васильевич ожидаемо получил полковничьи погоны. После отправки в Северную Америку четырёх полнокровных батальонов Добровольческого корпуса пополнения поступали "россыпью" - по роте, по две перебрасывались через Атлантику и получали назначения, кому куда шагать, от посла России в Конфедерации. Незаметно образовался "Луисвиллский Русский батальон" воюющий на развалинах некогда красивого и богатого города в составе армии генерала Борегара. В Луисвилл отправляли и из Ричмонда. Рота Николая провела там полтора месяца, потеряв 32 добровольца убитыми и ранеными более семидесяти. Такая ротация крайне не нравилась полковнику Михееву, считающему, что "обстрелять" новичков и гнать на убой необученных новобранцев, не одно и то же, но высшее руководство Корпуса опытного офицера выслушивало, но к его доводам не прислушивалось...

Боевые действия русских частей на Восточном побережье координировал генерал-майор Новиков, ранее служивший на Панамском перешейке, который всё-таки передали под контроль французов и три с лишним тысячи солдат и офицеров регулярной армии Российской империи перебрались в Техас, на мексиканскую границу КША, послужив "разделительным барьером" между двумя государствами.

До Ричмонда долетали отголоски "обид" добровольцев, которых вместо битв и подвигов "подрядили" на строительство трансконтинентальной железной дороги. И хоть платили неплохо, добавляя к небольшому, чисто символическому жалованью, получаемому в Корпусе изрядную по российским меркам сумму, желающих "погеройствовать" хватало. В самом деле - ехали через океан воевать, а тут шпалы таскать заставили и рельсы укладывать, ссылаясь на стратегическую важность "железки". Вон, арестованные русскими крейсерами пароходы с мигрантами из Европы, вместо Нью-Йорка, Бостона и Филадельфии идут в Чарлстон и Саванну где ирландцам, итальянцам, немцам предлагается на выбор: потрудиться на прокладке железной дороги за точь те же деньги, что платятся "нормальным" рабочим, или отсиживать до заключения мира между КША и САСШ в лагере для военнопленных. Известно же - все мигранты в Новый Свет в военное время рассматриваются как завербованные рекруты, которые непременно будут служить в армии Севера.

Такая принципиальная позиция Конфедерации, безоговорочно поддержанная Россией при "нейтральной" Великобритании хоть и осуждалась европейскими министерствами иностранных дел, но дальше нот протеста не пошло. Тем более "пленные" строчили бодрые письма "домой, в Европу" о прекрасном климате, огромном заработке и вовсе не страшных и не злых плантаторах-южанах. Когда несколько тысяч таких "невольных железнодорожников" отправили послания через океан, даже очередь возникла к посольствам Конфедерации. Обездоленные, желающие достойно жить европейские пролетарии, просили переправить их на постройку железной дороги и позволить переселиться на Юг с семьями.

Николай тогда как раз стоял на посту при посольстве и слышал как Горчаков и Мезенцев восторгались хитроумием его императорского величества, заранее придумавшего эту комбинацию. Правда, верхушка КША не очень-то благосклонно относилась к переселяющимся "нищебродам", но во время войны каждая пара рабочих рук ого как ценилась. Тем более мигранты готовы сражаться за новую Родину, чего лучше желать?

Но если мигранты с удовольствием настилали рельсы в Техасе и Луизиане, то добровольцы жаждали драки, требовали боя. Отчасти поэтому, но больше из-за упрёков союзников-конфедератов в пассивности русского контингента, принято было решение о создании "Луисвиллского Русского батальона", куда направлялись поочерёдно, на месяц-полтора, роты из прочих частей Добровольческого Корпуса.

Николаю сотоварищи ещё повезло - во время "командировки" их роты в Луисвилл, погиб "только" каждый пятый. А первая рота второго батальона сгинула в тамошней "мясорубке" считай вся, - лишь три десятка калек, остались после отбития "Седьмого штурма".

Русские добровольцы в том деле показали себя геройски, переломив ход сражения, сбив наступательный порыв северян и обратив их штурмовые колонны в бегство. Конечно, роль небольшого контингента союзников руководство КША несколько преувеличило в политических целях, не могли три сотни бойцов развернуть вспять двадцатипятитысячную вражескую армию. Но на своём участке стояли добровольцы до последнего патрона, до последнего солдата. И выстояли, дождались подкрепления...

Президент Конфедерации Джефферсон Дэвис, произнёс проникновенную речь, восхваляя доблестных союзников, ударивших в штыки по янки, прорвавшихся к госпиталю. Российские газеты вышли отдельными номерами с перепечаткой речи Президента и фотографическими изображениями всех бойцов Добровольческого Корпуса участвовавших в отражении "Седьмого штурма Луисвилла": павших, раненых, немногих уцелевших.

Его императорское величество Константин Николаевич, изображение которого также присутствовало в траурном номере (государь был запечатлён в Кронштадте с офицерами Корпуса, погибшими затем в Луисвилле) высказался необычайно кратко. Но ёмко: ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ ГЕРОЯМ, ПАВШИМ ЗА СВОБОДУ И НЕЗАВИСИМОСТЬ РОДИНЫ. ВЕЛИКОЙ ЕДИНОЙ И НЕДЕЛИМОЙ РОССИИ...

Число заявлений, поданных в Добровольческий Корпус после выхода "траурного номера" зашкалило. Даже гвардейские офицеры, как рассказал полковник Михеев, готовы подать прошение об отставке, чтобы ехать отстаивать интересы державы в заокеанском далеке. На успешные действия Калифорнийского корпуса, совершившего марш-бросок в сотни вёрст, окружившего и принудившего капитулировать две бригады армии САСШ в районе Большого Солёного озера внимания обращалось гораздо меньше, хотя старожилы североамериканского континента по боевому опыту и выучке превосходили добровольцев как бы не на порядок.

Но в России любят героически павших, а потому, как верно напророчил командир батальона Василий Васильевич Михеев, потянулись через океан "неорганизованные добровольцы", которых не приняли в состав Корпуса по тем или иным причинам.

По договорённости с руководством Конфедерации, таких "героев" прямо с пароходов отправляли в Ричмонд, где посол в КША Мезенцев решал, как поступить с патриотически настроенными соотечественниками. Тех, кто желал перебраться на место жительства в Калифорнию и Орегон, немедленно отправляли на Запад, в Константинополь-Тихоокеанский. А жаждущих непременно и поскорее повоевать оставляли при "Посольском батальоне". Новичков регулярно "обстреливали", выводя на позиции "Линии генерала Ли", разделяющей столицы САСШ и КША, где застыли, так и не решившись наступать армии Севера и Юга.

Образовавшаяся между двумя линиями обороны "ничейная территория" составляла где пять, где десять вёрст. И там постоянно орудовали охотничьи команды враждующих сторон, стремящиеся добыть языка или просто постараться подстрелить неприятельского солдата. Изрядно послуживший на Амуре Михеев называл "ничейную территорию" не иначе как учебным полигоном и считал, что нет лучшего способа проверить новобранцев в настоящем деле, не бросая их сразу в штыковую. По мнению Василия Васильевича, такая война разведчиков с разведчиками выковывает лучшие кадры младших командиров и всех перспективных солдат батальона, которые способны со временем вырасти в командиров взводов, полковник отсылал "на позиции".

Николай попал в число перспективных. Чем и гордился, стараясь сего не показывать перед товарищами.

То, что на "прогулку" по ничейной территории направляются не все, породило большое количество жалоб на полковника, разбирать которые пришлось генерал-майору Новикову.

Бывалый "панамец" собрал батальон без офицеров и выслушал претензии.

- Ясно. В следопыты поиграться захотелось? Так скажу, ребятушки, мне по перешейку Панамскому, по болотам и лесам тропическим изрядно побегать довелось. То колонны переселенцев охранять, то за бандами гоняться. И батальонами облавы устраивать случалось, и повзводно людей на задания посылать. Так скажу, когда малая команда идёт, все равняются на самого неопытного, неумелого. Веткой хрустнет ротозей не вовремя, иначе как-то себя выдаст - беда, всей команде пропасть, нарваться на засаду. И правильно Василий Васильевич делает, когда тех, у кого задора много, а воинских навыков нет, учиться заставляет. Учиться военному делу! Воинская наука она не только в наматывании портянок и зубрёжке уставов. Так скажу, ребятушки, времена суворовские, когда штык на штык, грудь в грудь полки и армии бились, уже не вернутся. За тысячу шагов сейчас прицельно можно из винтовок поражать неприятеля. Пока бежит, скажем, рота по чистому полю, со штыками наперевес на врага, тот и не подумает в ответ из укрытия подниматься и по джентльменски резаться. Нет! Один взвод расстреляет такую роту на подходе и потерь стрелки не понесут. Так скажу, ребятушки - на войне думать надо, а уж потом бежать как наскипидаренный.

- Ваше превосходительство, доброволец Телегин, разрешите вопрос!

- Спрашивай, ради разговора и собрал вас.

- Почему конфедераты бросили русский батальон в Луисвилле?

- Кто ж вам такой чуши наговорил? А, ребятушки? Я вам так скажу, генерал Борегар не знал куда янки направят главный удар, те могли в три места ударить, а неожиданно для всех атаковали Русский госпиталь, который и охранял батальон Добровольческого Корпуса. Северяне флаги над госпиталем увидели, а что за флаги не разобрали, решили, что там штаб генерала Борегара находится. И атаковали со всей дури. Наши молодцы стояли до последнего. А янки ещё сильнее нажимали, пока не получили окружение. Семь тысяч одних убитых у армии Севера после того штурма, а у конфедератов, вместе с нашими, - две тысячи.

- Ваше превосходительство, так есть ли смысл держать город, если он на много раз разрушен до основания, зачем гибнуть многим тысячам людей, у которых семьи, дети?

- Удивительный вопрос слышу от добровольца, специально записавшегося в Корпус, чтоб ехать через полмира на войну. Ладно, ладно, герой, не тушуйся. Как тебя, Михаил? Так скажу, Михаил. Война двух Америк будет продолжаться до той поры, пока одна из сторон не понесёт такие потери, что решится просить мира. Численно Север гораздо больше Юга, но по боевому порыву северяне уступают, не хотят сражаться, много дезертиров. У конфедератов другая беда - дурная храбрость, про которую я говорил. Идут молодые офицеры во главе рот и эскадронов прямиком на картечь и думают не о том, как победить, а как красивее умереть, чтоб в газетах, да в чёрной рамке. Эх, молодость да глупость...

Итогом той беседы с генерал-майором Новиковым стало получение русскими добровольцами участка "Линии генерала Ли" протяжённостью в две мили, ну или в три версты. И теперь каждую неделю батальон, по сути разросшийся до полка (а если брать в сравнении с армией Конфедерации, так и до бригады) отводил с линии соприкосновения с противником шесть "боевых" рот и менял их на "свежие".

Пришла очередь и Николаю с Арсением заступить на боевую вахту. А тут такое приключение, - весь избит измочален, как в сражении побывал, а не по пьяной лавочке опозорился. Рождественский даже застонал, как представил себя взгромоздившимся на норовистого жеребчика Барса и двигающимся с ротой-эскадроном (считай, драгуны стали) к фронту.

- Коль, а может тебе отлежаться? После приедешь, денька через два-три.

- Это как, унтер? Вы под пулями, а я из-за пьянки в тылу? Да не в жизнь!

- Да ладно, можно подумать так уж опасно в блокгаузах да окопах высиживать. Бывает, днями клятых янки не видишь.

- Бывает, - согласился Николай, - а бывает, привозят ребят, чтоб поп при посольстве отпел. Уже целое русское кладбище в Ричмонде образовалось.

- Не нравишься ты мне сегодня, дружище.

- Да я сам себе не нравлюсь.

- Это верно, не красавчик, всю личину о кирпичи ободрал. А ведь не успеет за неделю зажить то.

- И что с того?

- Не знаешь? Так барышни приезжают через два или три дня, когда там "Буцефал" должен прибыть. А на "Буцефале" барышни, что в Добровольческий Корпус от Красного Креста записались.

- Да ну.

- Ну да! А то "поп при посольстве". Ты ж сам попович, друг Мыкола.

- Да иди ты! Ох, помоги на ноги встать.

- Так лучше?

- Ага, не болит если стоя. А точно "Буцефал" на днях придёт?

- Точно. Есть же расписание. Солидный пароход солидной трансатлантической линии, не "Алабама" какая...

Друзья расхохотались, вспомнив про приключения российского парохода "Алабама", который посчитали погибшим в неспокойной Атлантике. А оказалось иначе. Капитан "Алабамы" молодой лейтенант Пётр Копылов имел на борту не только груз в 250 морских гальваноударных мин, но пассажирами 32 гардемарина, уже сдавших экзамены в Морском Корпусе. Однако по прихоти генерал-адмирала Константина Романова получить эполеты мичманские им предстояло не в Петербурге, даже не в Кронштадте, а на флагманском корабле адмирала Истомина. Сей торжественный акт - получение кортиков на борту флагмана Атлантической эскадры очевидно должен был знаменовать собой выход России из балтийского мелководья в океан. Гардемарины, не погуляв в чинах офицерских перед отправкой на войну, сдержанно критиковали государя и горели желанием отличиться. Командир парохода Копылов был не так давно их старшим товарищем по Корпусу и не пойми как оказался вовлечён в невероятную авантюру. Повстречав по пути русский клипер "Сапсан", конвоирующий в Кронштадт запризованный прусский пароход "Олимп" с грузом стрелкового оружия для армии САСШ, Копылов получил от командира "Сапсана" целую сумку документов для передачи адмиралу Истомину. Почему то в сумке оказались бумаги на "Олимп", сходный по своим характеристикам и внешнему виду с "Алабамой".

"Вдруг" оказалось, что у без пяти минут офицеров флота российского, руки растут из нужного места, - изнывающие от безделья моряки ухитрились на переходе до неузнаваемости изменить, перекрасить "Алабаму", сменить название на "Олимп" и даже подделать судовые документы на груз. И пошёл "Олимп"-"Алабама" прямиком в гавань Нью-Йорка!

Досмотр корабля нью-йоркские таможенники не проводили, - груз то военного назначения, а к военным, само собой, авантюристы обращаться не стали. Отсутствие взаимодействия между морской стражей САСШ и сухопутными интендантами позволило лже "Олимпу" трое суток отстоять в Нью-Йоркской гавани и в одну прекрасную ночь, чёрную как хм... душа негра, бравые гардемарины со шлюпок выставили два десятка мин аккурат на пути ежедневных маршрутов броненосных сил морской охраны штата Нью-Йорк. К подорвавшемуся и затонувшему монитору "Аллигатор" поспешил систершип "Кайман" и (видимо сдетонировал боезапас) "разлетелся на мелкие атомы", так писали газеты города-яблока...

Выскочивший восвояси "Олимп", вернее уже "Алабама", взял курс на восток, дабы сбить со следа погоню, что Копылову и удалось. В Чарлстоне адмирал Истомин не знал, что делать с воскресшими "утопленниками" внезапно оказавшимися ещё и героями. Уничтожить два сильнейших корабля вражеского флота - подвиг достойный ордена Святого Георгия. Но налицо нарушение воинской дисциплины.

Вестей из Петербурга ждали с нетерпением. По телеграфу было велено ожидать почту с фельдъегерем и там то и будет окончательное императорское решение по данному вопросу.

Его императорское величество Константин Николаевич начертать соизволил: "Выпороть, конечно, следует капитан-лейтенанта Копылова и всех тридцать двух мичманцов. Но, из петербургского далека всех нюансов не разглядеть. Оставляю, Владимир Иванович, дело сие на ваше усмотрение. Хотите - своей рукой разгильдяев порите, хотите - той же дланью пишите представления на оболтусов. Константин"...

Арсений и Николай моряками не были, поэтому до них пересказ истории дошёл через пятые, а то и десятые руки, приукрашенный различными высокохудожественными вариациями. Но мичман Ивантеев, участник той авантюры, присланный в "Посольский батальон" для обучения сапёров минному делу, на кортике поклялся, что именно эти слова государя зачитал им адмирал Истомин. Конечно, не было в адмиральском салоне ни палача, ни жандармов, чтоб сразу вязать моряков, если царь-батюшка вдруг решит осерчать на неслухов, равно как и не было матросов с щипцами, чтоб погоны срывать. Но то, что вскрывая конверт, адмирал всерьёз волновался, не зная о решении суверена, так и было в действительности...

Флот САСШ, после такой наглой атаки совершил два выхода в океан, однако к Норфолку не приближался, что подтвердило подозрения о негласном соглашении Лондона и Вашингтона не вступать в противоборство, несмотря на войну между двумя странами.

- Арс, а Арс, - Николай никак не мог успокоиться.

- Чего тебе?

- Если со следующего года в Калифорнию повезут из России больше пятидесяти тысяч человек, значит, железную дорогу к тому времени отстроят? Ведь на Панамском перешейке французы сели.

- А что французы, по договору они препятствий переселенцам чинить не могут, их дело охранять перешеек и рыть канал, соединяющий Атлантический и Тихий океаны.

- Они же ещё Суэц не докончили.

- К 1864 году обещали запустить Суэцкий канал, а пока там работы ведут, через перешеек запустят изыскательские партии. Пророют Суэц и рабочие и инженеры на Панамский перешеек поедут. Все при деньгах, при работе на много лет вперёд. А чего вдруг заинтересовался каналами?

- Не каналами, "железкой" до Калифорнии. Сколько времени туда и обратно ехать, с неделю?

- Э, брат. Ничему-то тебя многократное падение мордой лица на кирпичи не научило. К симпатии своей, Лизавете поехать хочешь?

- Не твоё дело.

- Ой, а покраснел то как, покраснел. Коля, послушай товарища. Дезертировать что ль решил? Так ты не геройский мичман с "Алабамы", тебя быстро в каторгу определят или так опозорят, что сам в петлю рад залезть будешь.

- Почему дезертиром? Перевестись в Калифорнийский корпус. Вон генерал Турчанинов как крушит янки.

- И кем ты будешь у калифорнийцев? В рядовых бегать? Я узнавал, там со стороны человеку трудно подняться, все держатся друг за дружку, своих продвигают. А мы, Коля, тут отличились, под Луисвиллем побывали, хоть на нашу долю штурма и не пришлось, однако-ж ТАМ были! А через месяц держим экзамен и бац, прапорщики! Слышь, Коля - благородия, офицеры!

- Тебе-то это зачем, Арсений? Отец штатский генерал, дом в Петербурге.

- Интересно, Мыкола, интересно жить! Кто я в Питере? Студентишкой ещё четыре минимум года. А потом тянуть лямку служебную. Нет, не моё. Уже не смогу. Давай, друг, тут корни пустим. И климат райский и народ дружелюбный и язык даже ты почти освоил.

- Ничего не вижу дружелюбного в здешнем народце. Снобы высокомерные.

- Так посмотрят на твою вечно угрюмую рожу и сторожатся. И почему обязательно здесь, в Ричмонде? Есть много интересных мест на континенте, где после заключения мира можно неплохо устроиться русскому человеку.

- В Конфедерацию решил перебраться?

- Что ты, друг. Я подданство российское менять не собираюсь. Тут другое дело. Послушал я беседу посла Мезенцева с нашим полковником.

- Говори уж прямо - подслушал!

- Нет, они при мне разговаривали, не скрываясь. Так что послушал один умный человек беседу двух других умных людей и кое-что понял. Так вот, Коля, Конфедерация получает оружие от России, а расплачиваться то плантаторам особо и нечем - хлопок идёт на британские ткацкие фабрики и того джентльменам не хватает.

- Это я знаю.

- Слушай дальше, Мезенцев предложил Василь Васильичу приобрести несколько участков в Техасе за смешные деньги. Если надо, для этого даётся беспроцентный кредит в Русско-Американском банке!

- Арсений, ты бычков выращивать собрался? А как же мечты о выгодной женитьбе на дочке плантаторской? Чтоб сразу и поместье и негры в услужении?

- Одно другому не мешает, Коля. Кто мы сейчас? Так, добровольцы, не пойми даже армия или штатские. Но как только держим экзамен на прапорщиков - сразу другое дело! Хочешь - роту получишь в Корпусе, как заслуженный боевой офицер. А хочешь, можно в тот же день в отставку выйти с поступлением на службу в Российско-Американскую Компанию и заняться деловыми операциями. Видел прихрамывающего мужика с тростью?

- Ну.

- Это Дмитрий Ефимович Кустов, представитель Компании на континенте за исключением российских территорий. Он из самых первых калифорнийцев, как и посол Мезенцев. И им край как нужны люди знающие язык, побывавшие в переделках, умеющие помалкивать и дело делать.

- Арсений, не тяни вола за яйца. Говори, чего надумал.

- Через полгода заработает "железка" до Калифорнии, к этому времени надо получать офицерский чин и переходить в Российско-Американскую Компанию, берём кредиты в банке и покупаем те участки в Техасе, на которые укажет Дмитрий Ефимович Кустов.

- И что?

- А то, дурья твоя голова. Там либо золото, либо ещё что ценное. Не будут такие люди как Мезенцев и Кустов попросту предлагать знакомым землю купить у чёрта на куличках. Заметь - надёжным и давним знакомым.

- Мне бы сначала на Барса залезть и до блокгауза дотрястись. Там отлежусь и договорим.

- Договорим, Коля, обязательно договорим. А потом, как порешаем с производством, глядишь, кого из ребят позовём в дело. Гуртом то всяко веселее техасщину осваивать.

- Войну сначала закончить надо. Да, а как же женитьба на плантаторской дочке?

- Войну без нас закончат, а мы, как государь говорит, станем ковать победу в тылу. А про женитьбу, зря смеёшься. У южан страшная убыль молодёжи, девицы на выданье без женихов остаются. Слыхал поди какой на моряков холостых с эскадры истоминской в Саванне и Чарлстоне спрос?

- Так-то моряки. Кортик, треуголка, труба подзорная. Романтика!

- Вот станешь офицером, тоже на прицел здешних старых грымз, ну, свах по-нашему, попадёшь.

- Не до баб сейчас, Арсений. Помоги до конюшни доковылять.

- Сиди уже. Для тебя самолично его высокоблагородие полковник Михеев распорядился тарантас заложить. Знал Василь Васильич, что Николай Рождественский геройски превозмогая боль, поедет на позиции. Поди пари выиграл старик, видишь как довольно лыбится.

- Случайно не тот тарантас, с которого Горчаков навернулся?

- Что? Ах ты ж ёрш твою медь! Ха-ха-ха-ха. Не знаю, Коля, не знаю. Может и тот самый - исторический!

Глава 5

Глава 5.

В Петербурге новости из-за океана живо обсуждались, а списки отличившихся, геройски погибших и раненых офицеров и солдат Калифорнийского и Добровольческого корпусов публиковались на первых страницах столичных газет. Российское общество уже привычно рассуждало, как же мудр государь - войны идут где-то далеко, за тридевять земель, нисколько не затрагивая "коренную" Россию, как случилось при "Наполеоновом нашествии". А ныне со всеми европейскими державами мир и взаимопонимание, даже турки подуспокоились. Это ли не благодать? Рассказывать обывателям, сколько усилий было положено на предотвращение Крымской войны, как Россия подчёркнуто не проявляла интереса к экспансии в Средней Азии, реагируя лишь исключительно ответно на набеги "дикарей", получающих субсидии с берегов Темзы ханов, беков и прочих басмачей века 19, я не считал нужным.

Туркестанское направление курировал генерал-майор Герасим Алексеевич Колпаковский. Приметив толкового штабс-капитана уже как 12 лет тому назад, я продвигал его по службе, "отдав на откуп" перспективному офицеру, "авансом" получившему генеральский чин, всё военное администрирование в Туркестане. Колпаковский неустанно готовился к "часу икс", к получению телеграммы от императора с кодовым словом "ВЕТЕР", для начала активных действий шестнадцати батальонов, ему подчинённых, а также семиреченских казаков. Этими невеликими силами предстоит взять огромный регион под контроль в наикратчайшие сроки. Понятное дело - как только начнётся, двинем в Туркестан подмогу, "второй эшелон". Азию забирать под себя ой как надо, вот только разгребёмся с делами американскими, только укрепимся в Новом Свете, сразу начнём в бывших советских среднеазиатских республиках наводить должный порядок. И дело даже не в хлопке, мне лавры Рашидова не нужны - лён наше всё! Главное не отдать территории под управление эмиров и ханов, ориентированных на "джентльменов". Ну, разберёмся как-нибудь.

Город Верный, основанный как и в нашей реальности в 1854 году (хотя ЗДЕСЬ Василий Алексеевич Перовский скончался гораздо раньше чем "у нас") быстро стал центром русского влияния в Средней Азии. Офицеры Туркестанского корпуса числом в полста человек были командированы в Калифорнию, дабы там, действуя под командованием генерала Турчанинова набраться боевого опыта, гоняя янки и банды всяких там индейцев да мексиканцев в схожих климатических условиях. Герасим Алексеевич после высочайшего запрета подавать рапорта о переводе в воюющий Калифорнийский корпус, утешился прокладкой линий телеграфа и созданием воздухоплавательной роты, на которую получал финансирование из личных средств царя-батюшки. Я посчитал, что именно там, в туркестанских степях, подальше от соглядатаев нужно воплощать в жизнь наработки по созданию планеров и дельтапланов, а не только в воздушные шары горячий воздух закачивать. Дело, как докладывал Колпаковский, шло. Спасибо моей абсолютной памяти и советским журналам "Техника молодёжи" и "Моделист-конструктор" выписывавшихся дядькой Вовкой в далёкие, ещё не наступившие семидесятые-восьмидесятые годы века двадцатого. Благодаря "сдвоенной матричной памяти" при некоем усилии даже чертежи, когда-то мельком "в первой жизни" просмотренные-пролистанные, уверенно переносились на бумагу и воплощённые в хищный и стремительный дельтаплан вызывали восторг неописуемый у военных летчиков, для солидности и краткости высочайше поименованных военлётами. Впрочем, пока гордые покорители пятого океана не пленяли орденами и эполетами столичных барышень, а торчали в азиатском захолустье, осваивали передовую технику и увы, нередко сворачивали шеи в приступе энтузиазма. Хотя инструкции по технике безопасности прямо таки указывали на недопущение бравады и гусарства, но как молодым поручикам, из личной, Его Императорского Величества Особой (читай секретной) воздухоплавательной роты, не повыделываться перед товарищами. Пять человек уже схоронили, два десятка изрядно побились, а вывихи, рёбра сломанные вообще не считались за травмы. Но полетели мои орлы! Полетели!

Ничего, сперва планеры и дельтапланы, а году так к 1870-75 и двигателем оснастим первый аэроплан. В принципе, можно и прямо сейчас, на радость газетчикам соорудить "летающую этажерку" и успешно запустить, например, из Петербурга до Кронштадта, но ни к чему прогресс подстёгивать, аккуратнее надо, аккуратнее. Потому в Калифорнии наместник Образцов занимается исключительно воздушными шарами, там шпион на шпионе, мало ли. А шары воздушные, что у северян, что у южан, широко используются для разведки. Кстати, именно "воздушные наблюдатели" конфедератов вовремя сообщили о концентрации больших сил Севера на узком участке в Виргинии.

Янки долго запрягали, но потом довольно шустро "поехали". Потенциал у САСШ ого какой и они не особо напрягаясь, одновременно с непрекращающимся давлением на Луисвилл, осенью 1861 года организовали масштабное наступление по наикратчайшему расстоянию до Ричмонда. Так сказать - "от столицы до столицы". Сконцентрированная перед "линией Ли" огромная армия северян месяца три "запугивала" конфедератов "завтрашним" нападением и в первых числах октября таки ударила...

Но Роберт Ли не только укрепрайоны возводил на наиболее угрожаемых участках, но и организовал отменную службу разведки. Помимо наблюдения с воздуха, три человека с "той стороны" сумели проскочить к стоящим на "линии Ли" батальонам и передать одну и ту же информацию: "25 или 26 сентября, ровно в четыре утра"...

Издёрганные ожиданием наступления противника конфедераты обрадовались, выкатили на прямую наводку всё пушечное старьё, засели в окопах и приготовились встретить "сброд и ублюдков" как и полагается настоящим мужчинам. Однако янки устроили мощную трёхчасовую артподготовку, вывалив на противника почти весь запас накопленных снарядов. И только потом в атаку ринулась кавалерия. Это то и стало ошибкой генерала Гранта, желавшего реабилитироваться за поражение под Луисвиллем. Пусти он первой пехоту, изрядно побитые артиллерией конфедераты наверняка были бы уничтожены и выбиты с позиций. А вот лошадки через ямы и "засечные линии", устроенные, кстати, по совету русских офицеров-сапёров, не пошли, притормозили, что дало возможность "плантаторам" оправиться, отразить атаку и отойти во вторую линию окопов более-менее организованно.

Обрадованные "бегством" врага юнионисты (знали бы они как муштровали полковники и капитаны армии Конфедерации своих подчинённых, вдалбливая в храбрецов и гордецов понимание - в порядке отступить, наполовину победить) накопили достаточные силы для решительной атаки и колоннами рванули на штурм. Рванули и попали под сосредоточенный огонь полутора сотен пушек конфедератов, спешно свезённых к месту предполагаемого наступления неприятеля.

Потери у атакующих были страшные, но, тем не менее, солдаты Союза показали себя стойкими бойцами и даже раненые оставались в строю, дошли до укреплений южан и бросились в штыки.

Если судить по убитым и раненым, "виргинская мясорубка" по ожесточённости превзошла "луисвиллскую бойню". За три дня стороны потеряли от 10 до 11 тысяч убитыми - Конфедерация и от 12 до 14 тысяч - Союз...

От разгрома южан спас Томас Джексон, положивший свою бригаду практически полностью, до конца защищая артиллерийские батареи, замолчавшие только после израсходования всего запаса бомб и снарядов. Сам Джексон с тремя ранениями (все тяжёлые) был эвакуирован в тыл лишь после контузии и потери сознания.

Остервеневшие северяне, уже почувствовавшие вкус победы, пёрли на пушки конфедератов как коты на валерьянку и хоть дорогой ценой, но таки захватили орудия. Увы, для армии САСШ, орудия те стали, по сути, бесполезными железяками и чугуняками - расстрелянные стволы, старые пушки, не стоили они таких жертв...

Трёхдневное перемирие, объявленное в Виргинии для погребения умерших, спровоцировало кавалерийский рейд бригады генерал-майора Стюарта, отличившегося в войне с Россией 1855-57 гг. в глубокий тыл неприятеля. Стюарт, "бездельничая" в Кентукки постоянно телеграфировал Ли, требуя пустить отборную часть в дело. И главнокомандующий, полагая возможным поражение в Виргинии и даже оставление Ричмонда и перенос столицы в Атланту (столь сильным был натиск северян) дал отмашку Стюарту: "Действуй, отвлеки на себя превосходящие силы врага"...

Стюарт среагировал мгновенно, опасаясь, что Роберт Ли может отменить приказ. Прорвав фронт у Цинциннати практически без потерь, генерал повёл 2800 всадников на северо-восток, "круша и сжигая всё на своём пути".

Про "круша и сжигая" писали газеты как Севера, так и Юга, одни восторгались лихостью удалых кавалеристов, другие проклинали негодяев и разрушителей. Как впоследствии оказалось, огромную роль в успехе рейда и приобщении южан к "настоящей" войне сыграл польский эскадрон, сформированный из "сливок общества Речи Посполитой".

Поляки, получив автономию в составе Российской империи и короля, пусть и из династии Романовых, но всё-таки полонофила (женатого на полячке, наследника заделавшего, всё как положено) невероятно возбудились и озаботились величием Польши. Перед отбитием Кракова у австрияк паны решили - боевой опыт, полученный на Кавказе, конечно же хорошо, но желательно и в "современной" войне принять участие. И перебрались триста человек из знатных фамилий через Атлантический океан, чин чином вступив в армию Конфедерации на правах добровольцев. Подчёркивали паны свою независимость всячески, - от Русского Добровольческого корпуса дистанцировались, эскадрон выступал всё время с развевающимся национальным прапором, трубачи гимны всякие выдували, и так далее и тому подобное...

Александр даже нервно поинтересовался, не считает ли младший брат такое поведение поляков демонстративным. Успокоил короля польского, - пускай его подданные творят что хотят, а то, что они формально числятся ещё и моими подданными, - увы, факт прискорбный. Ну да ничего, вот окрепнете, поднатаскаетесь, и идите прямиком на Краков, да хоть на Познань, с расчехлёнными знамёнами. Вот нисколько мешать не буду. Помогать, впрочем, тоже. Брат успокоился, а родовитая шляхта поступила на службу в бригаду самого лихого кавалериста Конфедерации генерала Стюарта и рвалась в бой, вояки то они отменные, что есть, то есть. Когда бригада пошла по вражеским тылам случилось невероятное - чистоплюи южане не знали что делать с захваченными трофеями. И если склады с амуницией ещё как-то сжигались, то мастерские, где изготавливалось оружие решено было не трогать, ведь частная собственность. Разве что изъять из станков самые важные детали и утопить их в ближайшем пруду...

Когда поляки поняли, с какими чистоплюями связались, то невероятно изумились и начали учить кригскамрадов как следует разрушать вражескую военную промышленность.

Стюарт, в минувшую войну дважды раненый орлами Турчанинова, и не подозревал, что знатные польские аристократы (а в "Польском эскадроне" действительно собрались наследники лучших фамилий, будущая элита королевства) могут крушить и ломать чужое имущество совсем как гунны, или как иные какие варвары. Генерал искренне полагал, что настоящие, не "липовые" князья и графы должны являть пример благонравия и не уподобляться "русским рабам", разрушавшим инфраструктуру во время диверсионных рейдов во время Русско-американской войны...

А тут такое - вооружившиеся ломами и кувалдами поляки в хлам разнесли оружейный заводик и как начали разгром по пути следования бригады, так любо-дорого посмотреть! Офицеры и солдаты КША, слегка робевшие от соседства с сиятельными польскими вельможами, изумились не меньше генерала Стюарта, но уж коль командир меланхолично покачивался в седле, не делая замечаний ретивым шляхтичам, значит так тому и быть! И запылали склады и мастерские в штате Огайо, разрушались заводы и железнодорожное полотно...

Три недели рейда и тысяча с боями пройденных миль, отвлечение с фронта нескольких полноценных дивизий Союза для "ликвидации занозы", невероятно прославили бригаду Стюарта, ушедшую в итоге на Запад, в район Большого Солёного озера, где закрепился кавалерийский корпус Турчанинова. Лихие южане потеряли в боях всего с полсотни человек, всех раненых вывезли с собой и смешали все планы янки на завершение компании 1861 года сильнейшим решающим ударом.

Промышленники Севера, подсчитав убытки, прокляли "русских" разрушителей, а когда оказалось, что бесчинствовали в тылах Союза исключительно поляки, вынудили Президента Сьюарда объявить войну королевству Польша...

Занавес...

По идее, по всем канонам законам и правилам Польша, получившая лишь автономию в составе Российской империи, и так находилась в состоянии войны с Северо-Американскими Соединёнными Штатами. Но когда поляков "особо выделили", тут шляхта как с катушек слетела. Надо же! Их заметили! Признали! Признали полноценной стороной конфликта!

Король Польский Александр Первый Романов, на спешно созванном Чрезвычайном Сейме, к вящему восторгу "цвета нации" 7 ноября 1861 года объявил войну САСШ. Предварительно его величество бомбардировал меня тревожными телеграммами, спрашивая, что делать. Каково же было удивление брата, когда император всероссийский отбил предельно лаконичный ответ: "Саша, поступай как считаешь нужным. Победим - будут Польше и репарации и контрибуция и колонии заокеанские. Дерзай"...

И поляки дерзнули. Семь тысяч добровольцев только в первые два дня проведения Чрезвычайного Сейма. А когда Александр обмолвился о разделе "американского пирога" после победы, число панов, желающих покарать негодяев янки, одномоментно скакануло до тридцати тысяч...

Вот она энергия, скопившаяся в польской нации и вылившаяся в восстание 1863 года! Лучше уж направить её через океан, пускай там саблями да кувалдами орудуют. Я даже решил немного урезать программу переселения в Орегон и Калифорнию, только бы побольше поляков загнать в армию Конфедерации.

А на море у нас как-то не заладилось. После эпического подвига "Алабамы", моряки воодушевились и готовы были "повторить Бостон", но отрезвление пришло быстро. "Опричник" и "Варяг", преследуя пароход-прорыватель блокады из Европы, нарвались сразу на четыре военных корабля САСШ, более сильные в плане артиллерии, нежели чем полуторатысячетонные, к крейсерству длительному предназначенные, русские клипера...

"Варяг" чудом ушёл, помогли сумерки, отличная работа машинной команды, удержавшей предельную скорость и азарт янки, спешивших добить героический "Опричник".

С "Опричника", по сведениям североамериканцев, спасённых не было...

Вообще же, флот САСШ действовал у побережья, миль так на 50-100 от берега очень хорошо, пресекая малейшие попытки Истомина даже разведку провести, не говоря уже о высадке десанта. Похоже, в этой реальности отладить систему береговой охраны у янкесов получилось лет так на 80 раньше, нежели чем "у нас".

А "Опричник" жаль - и командир был хороший и экипаж отменный. На "Варяге", кстати, офицеров повыбило практически всех, мичман Лебедев принявший командование после гибели старшего офицера, к тому моменту сам еле стоял на ногах и свалился после успешного прорыва прямо на раскуроченном мостике.

"Патриотическая общественность" требовала предать команду "Варяга" суду. Как же - сам погибай, а товарища выручай, закон русского флота!

Отстучал Истомину открытую телеграмму, перепечатанную "Петербургскими ведомостями". Мичман Лебедев за прорыв и доставку важнейших сведений командованию стал кавалером Ордена Святого Георгия и производился сразу в капитан-лейтенанты. Ордена получили все участники боя, три четверти из героев - посмертно. Поймал себя на цинично-кощунственных размышлениях, - жаль "Опричник" не рифмуется так же здорово как "Варяг", ведь уже готов хит: "Наверх вы товарищи, все по местам"...

Всё-таки пропагандистские приёмы 21 века на хроноаборигенов середины века 19 действуют убийственно. Только-только вышли газеты в траурной рамке, с фотографиями молодых и весёлых моряков с "Опричника" и "Варяга", как дом на Литейном, где располагалась "контора" Добровольческого Корпуса, словно кольцами удава окружила-обвила очередь впечатлительных патриотов.

Благо люди, занимающиеся у меня кадровой политикой, - спецы высшей пробы, не первый год, даже десятилетие не первое служат "ситом", отыскивая кандидатов на переселение в Калифорнию, решая кого в Константинополь-Тихоокеанский направить, кого во Владивосток, или же на освоение Севморпути. Знают, куда порекомендовать человека семейного, лучшей доли ищущего, что посоветовать пылкому романтику, жаждущему подвигов во славу Отечества. Психологи - у-у-у-у-у какие. С их подачи жандармы начинали проверку "подозрительных" переселенцев или добровольцев и в девяти случаев из десяти оказывалось - то карбонарий хренов, по заданию "Организации" эдаким хитрым способом внедряющийся в структуры приближённые к императору, или опасный шизоид какой.

Но всё-таки у "кадровиков" главная задача - не набирать для переселения на форпосты Российской империи балласт. Никчёмный инженер, ленивый крестьянин, тупой плотник, или же бегущий от долгов и проблем мошенник, - таким в Русской Америке не место. А романтиков, пусть и неумех - брать! Научатся, куда денутся, благо педагоги отменные, начиная с наместника - графа Образцова. Да ещё Калифорнийский Университет открыли, ради такого случая "тормознув" на североамериканском континенте три десятка живописцев и поэтов из "миссии Гоголя". Надо же закрыть бреши в преподавательском составе. Сам Николай Васильевич с удовольствием воссел в своём кресле, вернувшись к исполнению должности редактора газеты "Русская Америка". Полторы тысячи экземпляров каждого номера отныне уходили в Санкт-Петербург, для ознакомления жителей "материковой" России, с делами и свершениями на нашенской "калифорнийщине". Кстати Орегон и Вашингтон россияне, не заморачиваясь и в детали не углубляясь, также именовали Калифорнией, некоторые "географы" даже Аляску начали туда же, к "калифорнийщине" жаркой "пристёгивать", что аляскинцев со стажем кровно обижало.

Если первоначально конфликт Севера и Юга европейские умники и острословы называли "войной по соглашению сторон", то через полгода, когда сводка потерь за неделю могла состоять из трёх, а то и пяти тысяч только убитых солдат и офицеров армий САСШ и КША, желающих поехать через океан "поразвеяться" резко поубавилось. К тому же российские крейсера надёжно перекрывали Атлантику, задерживая до половины пароходов идущих в порты Севера. Ситуация в сравнении с нашей реальностью просто "зеркалила". А сильный флот Союза не начинал блокаду портов Конфедерации из-за стоящих там фрегатов Великобритании. Так что зря мы ругали островитян, была от них польза, да ещё какая. Но молодцы, умеют устроиться. Это ж прямо как в не написанном ЗДЕСЬ стихотворении Тютчева к Горчакову: "Не двинув пушки, ни рубля...". Англичане одним присутствием своим нейтрализовали неприятельские эскадры.

Да, друг дипломата и поэта Фёдора Тютчева - князь Александр Горчаков вернулся в Петербург, но отставку не получил.

- И думать не смейте, Александр Михайлович! Идёт война и вдруг канцлер империи, министр дел иностранных покидает свой пост. Мало того, что разговоры пойдут нехорошие, так примета плохая - проиграть можем запросто.

- Но, ваше величество, разговоры и так идут.

- Полно, князь. Ну, шлёпнулись оземь, не усидели в экипаже, так что с того? Меня как только эти два балбеса, Огарёв и Герцен с берегов Темзы не обзывают.

- Однако вы, Константин Николаевич, сами раздразнили Герцена.

Тут да, каюсь, раздразнил, или разбудил, кому как привычней, Герцена, что есть, то есть. Во время Берлинского конгресса по примирению САСШ и Россию, тот из лондонского далека разразился очередным пасквилем о российской действительности, на что моё величество на приёме, прерывая спор группы сановников, изволило изречь: "Господа, прекращайте стенать и жаловаться друг на друга, не уподобляйтесь говнюку Герцену".

Сие крылатое слово мгновенно пересекло Ла-Манш и, "по данным нашей разведки" едва не добило Александра Ивановича. В империи стало модно интересоваться у симпатизантов Герцена: "И чего новенького ваш говнюк вы..., пардон исторг из себя?"...

Состязаться в остроумии с императором-поэтом Герцен не пожелал и всю желчь, весь яд направил на обличение российской армии, провоцирующей войны во всех уголках земного шара. А поскольку авторитет человека с ружьём и при погонах ныне стоял очень высоко, веры главреду "Колокола" совсем не стало.

Внезапно англичане обратились к российскому послу в Лондоне, молодому выдвиженцу из "калифорнийцев", отставному полковнику Платову с предложением, которое нельзя отклонить.

Платов тут же сорвался в Петербург и 30 декабря стоял в приёмной Хозяина Земли Русской...

- Без церемоний, Алексей Алексеевич, проходи. Чего желаешь с дороги? Ром, пунш, глинтвейн, овсянка?

- А, ваше величество, э...

- Не бойсь полковник, про овсянку пошутил. Поди там надоела?

- Не злоупотреблял, ваше величество. Ни овсянкой, ни ромом!

- Молодец! Сразу видно - дипломат! А то Горчаков всё брюзжал, мол, обставляю его "своими" людьми. Мезенцев в Ричмонде, ну там ладно - "половинка" Америки всего лишь. Но чтоб в Лондон да новичка! Артиллериста Платова! В отставку грозился подать неистовый наш Александр Михайлович, насилу уговорил старика ещё послужить России. Да, что джентльмены, шутят ещё про Горчакова?

- Если о падении канцлера с экипажа, то первый вал злословья давно прошёл, но прискорбный факт регулярно обыгрывается и в среде творческой - театральная богема, художники, написатели критических стихов.

- Хм, "написатели" значит, острословят против канцлера Российской империи. Сами критикуют, по порыву душевному, или заказ исполняя?

- Ваше Величество, - Платов поднялся с кресла, вытянулся во фрунт, - по моим сведениям такие стишки заказывает французская партия. У меня только сейчас глаза открылись!

- Вот видишь, Алексей Алексеевич, как полезно с государем встретиться. Бах - и озарение тебя посетило!

Платов с благоговением уставился на собеседника. Эх, полковник. Молодо зелено! Тебе 35 лет, а мне, с учётом двух жизней, уже за 80. Да и информация стекается отовсюду...

- Ладно, это всё лирические отступления. К делу, посол. Чего эдакого англичане предложили, что ты самолично в Петербург ринулся, курьерам не доверяя?

- Ваше величество!

- Сиди, Алексей Алексеевич. Если же эмоции переполняют, не можешь кресло давить - подойди к карте и глядя на очертания островов Британских, для успокоения и мыслей концентрации, докладывай.

Платов послушно подошёл к огромной карте и, уставившись на кружок Лондона, начал...

- Ваше величество, я имел двухчасовую конфиденциальную беседу с премьер-министром Великобритании, Генри Пальмерстоном.

- И чего же захотела от России старая сволочь лорд Генри?

- Пальмерстон предлагает поделить Азию.

- Индия и Афганистан - им. А Хиву и прочих нам покорять дозволяет?

- Да, ваше величество, но откуда...

- Зная немножко британцев, предположу, что лорд Генри "набросал" предложений о разделе половины глобуса.

- Так и есть, ваше величество. Премьер-министр выразил готовность пойти навстречу нашим притязаниям в Китае, гарантировал благожелательное отношение британской короны и правительства её величества к российским судоходству в северной части Тихого океана, посредничество в урегулировании проблем с Османской империей.

- Как считаешь, Алексей Алексеевич, отчего такая спешка непонятная? Мы ж с Британией и без того союзники, воюем вон заодно против САСШ, братство по оружию, всё такое.

Платов подобрался, принял строевую стойку. Понял "дипломат Константинова разлива" - экзамен ему предстоит на понимание текущей ситуации и обстановке в мире в целом.

- Ваше величество, полагаю Пальмерстон спешит потому, что Наполеон Третий начал сколачивать коалицию среди европейских держав, для упрочения позиций Франции в средиземноморье и на Панамском перешейке.

- Гм, интересно...

- Да, ваше величество. В Лондоне были весьма разочарованы, когда бригада генерала Новикова передислоцировалась в Техас. Полагаю, британцы рассчитывали на оставление российского воинского контингента на перешейке, что непременно привело бы к обострению отношений Парижа и Петербурга. А их лордства известные любители сыграть на противоречиях. К тому же, ваше величество, через три-четыре года запустится Суэцкий канал, что кратно сократит путь из Европы на Дальний Восток. А канал принадлежит Франции. Далее, Наполеон два месяца тому назад принимал в Париже вашего брата, короля Польского Александра Николаевича. По сути приём прошёл полноценный, как будто Польша независимое государство, не связанное унией с Россией. И это внезапное объявление войны Польше со стороны Северо-Американских Соединённых Штатов. Оно изрядно переполошило Лондон.

- Оно и Вену переполошило. Так сам как считаешь, Алексей Алексеевич, дыша воздухом лондонским, впитывая эту атмосферу чопорной и надменной Англии, - чего от нас потребуют взамен джентльмены?

- Полагаю, - военного союза против Франции. Всё остальное - для отвода глаз. Стравить Францию и Россию как полвека назад, ослабить две ведущие европейские державы, а потом отнять у нас американские владения, у французов - Суэц и Панамский перешеек. Классическая британская "высокая политика"...

М-м-м-м-м-м-м. Выдержал Платов экзамен, выдержал. У парня информации на порядок меньше чем у меня, но выводы верные сделал. А кто такого орла нашёл и продвинул? Я нашёл и продвинул! Старый хрен Горчаков может бухтеть сколь угодно долго и нудно, но мне послы именно такие нужны - молодые, энергичные, думающие как выгоду державе принести, а не как выглядеть попригляднее в глазах лондонского или там венского, парижского света и полусвета. Платова я приметил ещё в Калифорнии, как раз с мексиканцами сцепились и молодой поручик, провёл глубокую разведку и высказал немало дельных соображений по расширению российского "пятачка". Тогда скромный артиллерийский офицер, горячась, волнуясь и сбиваясь, заявил на Военном Совете, что зациклившись на форте Росс и заимке Саттера, отряд великого князя будет впоследствии обставлен блокгаузами американских переселенцев, что потенциального врага надо встречать на дальних подступах. И коль уж больше тысячи штыков российских через Тихий океан перебрались, так надо использовать такой случай.

- Алексей Алексеевич, как думаешь - какой линии британцы будут придерживаться в войне Севера и Юга, на кого сделают окончательную ставку?

- На первом этапе, ваше величество, Великобританию устроит максимальное истощение сторон, а затем они найдут повод и выйдут из соглашения с Конфедерацией.

- А почему не верят в Лондоне, что Юг и Российская империя устоят против Севера?

- Наверняка считают, что Россия увязнет в большой войне в Европе, а ресурсов у САСШ в разы больше чем у Конфедеративных Штатов.

- Ладно, козни и происки наших злейших друзей, считай, обсудили. Сам как думаешь, посол? Идти на сближение с таким ненадёжным союзником как "владычица морей", или к Наполеону качнуться? Тем более он в Мексике авантюру затевает, там без России точно не обойдётся. Байку слышал, наверное, о моём якобы бастарде, сыне Мезенцева, которого Россия в мексиканские царевичи прочит. В пику пятилетнему Эжену Луи Жану Жозефу Бонапарту. Чего глаза отводишь, мы не приятеля твоего Мезенцева обсуждаем сейчас, о деле говорим.

- Так точно, ваше величество. Слышал. Англичане эту сплетню очень активно распространяют.

- Сходится всё, Алексей свет Алексеевич. Всё сходится. Что ж, они с нами в покер хотят сыграть, а мы с просвещёнными мореплавателями в шашки партию распишем. Посмотрим кто кого.

- Когда прикажете отбыть в Лондон, ваше величество.

- Э, полковник. А торопиться не надо! Не надо торопиться! Пару недель поживи на родине. Родители же под Тулой обретаются, так? Вот и навести стариков, Рождество с ними встреть. А числа эдак 15 января одна тыща восемьсот шестьдесят второго года предстань передо мной как лист перед травой. Знаешь такую сказку, про Сивку-Бурку?

- Так точно, ваше величество! Знаю!

Глава 6

Глава 6.

Калифорния, хоть и отстояла за тысячи вёрст от Виргинии, где сейчас шли ожесточённые бои на подступах к столице Конфедерации - Ричмонду, ничуть не напоминала глубокий тыл.

Напротив, всяк, решивший прогуляться по Константинополю-Тихоокеанскому мог убедиться - скоро ГРЯНЕТ. Очень уж серьёзные лица были у спешащих по широким улицам "именного" города военных. Даже чиновники губернского правления переоделись в форму четвёртого батальона лейб-гвардии Калифорнийского полка (дал государь "американским чернильным перьям" такую привилегию в военное время). Прочий же народ щеголял в ополченческих "комбезах", непонятно, но кратко прозванных так Константином Николаевичем в бытность его в Русской Америке ещё великим князем.

Пришедший вчера пароход "Святая Августа" сообщил, что через пару-тройку дней следует ждать, сделавший остановку на Сандвичевых островах, караван из трёх судов Российско-Американской Компании с более чем трёмя сотнями выпускников и выпускниц Императорских Технических училищ. Училища те открыли в Томске и Красноярске, но по просьбе наместника Русской Америки графа Образцова, сибирская молодёжь (на треть из девиц состоящая!) была после экзаменования направлена через Тихий океан в Калифорнию. Как удалось графу "вырвать" подготовленные кадры у сибиряков - загадка загадок. Государь хоть и благоволил необычайно заокеанским территориям, но старался побудить к переселению в Калифорнию и на Аляску жителей центральных и западных губерний, оставляя сибиряков осваивать дикий, суровый, таящий несметные богатства край.

Ефим Фомич Кустов сам в Сибири провёл большую часть жизни. Ну как большую, Бог даст, проживёт пяток лет в Калифорнии и окажется, что в здешних краях Ефим жизнь разменял на постройку дома, на рождение младших детей, обустройство и отделение старших, вот уже почти десяток внучат - настоящих русских американцев на свет Божий народился. Полковник вздохнул и поднялся на третью ступеньку входа в губернское правление.

- Ефим Фомич, - из распахнутого окна кабинета окликнул Кустова наместник Образцов, - у тебя подошвы прилипают, не иначе? Смотрю за тобой и не пойму, чего топчешься. Случилось что?

Атаман всего заокеанского казачества замотал головой - дескать, всё хорошо, задумался просто и прошёл в прохладный вестибюль. На первом этаже "управы" суетились консомольцы - ребятишки из Союза Молодёжи имени его Величества Константина Николаевича.

Государь лет пять как тому задумал и создал сей Союз, а чтоб отличались консомольцы от прочих детей, велел повязывать на шею красные галстуки и носить значки в виде ромбика. У консомольцев от восьми до 12 лет на значке красовался пятилетний кудрявый Константин, чистый херувимчик. Для подросших 12-16 летних консомольцев второй ступени полагался значок, где вдаль смотрит серьёзный подросток - великий князь Константин на фоне парусов флагманского корабля Балтийской эскадры фрегата "Аврора". С 16 до 21 года консомольцы гордо носили ромбик с изображением молодого великого князя, уже на фоне строящегося Константинополя-Тихоокеанского. Ефим тогда стоял рядышком и хорошо запомнил радостно-хищный оскал генерал-адмирала, потеснившего мексиканцев и расширившего русские заокеанские владения, даже мастер фотографии несколько раз просил его высочество смотреть в аппарат "подобрее". И выпросил - на значке для старших консомольцев Константин выглядел и добрым и мудрым.

По достижении 21 года консомольцы выходили из юношеского возраста и покидали "Союз", получая право носить выслуженные значки на форме и на цивильной одежде. Умные родители, те сразу поняли - надо отпрысков в консомол продвигать. А туда брали не всех, - лодырей и бузотёров для начала отправляли исправиться, только потом, на общем собрании решали, достойны ли Марфушка да Павлушка заполучить заветные значок да галстук. Его величество подробно расписал, кто и как должен на местах организовывать консомольские ячейки и чем следует занять шустрых и непоседливых мальчишек и девчонок. В Русской Америке молодёжь занималась посадкой деревьев, что им вменялось как "государевым людям" и зарабатыванием денег на пароход "Юность Калифорнии". Работу предоставлял генерал-губернатор Образцов и хоть там небольшие деньги "капали", но так за три-четыре часа трудов. Десятую часть заработка консомольцы отдавали в "пароходный" фонд. И хотя на судно пока не набралось, всем страшно хотелось превзойти успех пятнадцатилетнего Семёна Воротникова, нашедшего золотых самородков на 17 тысяч рублей и весь свой капитал, свою долю от находки (земля была выкуплена Российско-Американской Компанией) перечислившего на общее дело. Фотография Семёна вышла на первой полосе "Русской Калифорнии" и сам Николай Васильевич Гоголь так расписал юношу, так превознёс...

Юные геологи за два года изрядно прошерстили Русскую Калифорнию, устраивали экспедиции даже в горы Сьерра-Невада, чем очень заинтересовался из далёкого Петербурга Константин, велев наместнику немедля создавать горно-егерские батальоны с последующим развёртыванием до бригад и непременным выделением опытных альпинистов в инструктора. Также его величество озаботился снаряжением тех батальонов, указав и обувь с шипами посмотреть и выбрать самую удобную, какую укажут горные егеря и верёвки особо прочные и кирки-ледорубы из лучшей стали...

Полгода как прошло большое совещание, на котором "русские калифорнийцы" решили, что Константин не верит в победу над САСШ и заранее готовится сражаться в горах. Фельдъегерем было отправлено в столицу решение Военного Совета, где государя успокаивали, клятвенно обещая - не удастся "пиндосам" сбросить русских в Тихий океан, не дойдут до Калифорнии сволочи-янки. Но горные батальоны создавать начали, тем более комплектовать их предполагалось из консомольцев.

- Что так долго от крыльца до кабинета шёл, господин полковник, - наместник был явно в хорошем настроении, - на юношество любовался?

- То так, ваше высокопревосходительство. Спорят, ругаются. Те кто постарше мелочь приструнить пытаются, а те обзываются, дескать у них все три значка консомольских к выходу на взрослую службу на форме будет красоваться, а у старших по одному или по два.

- Хм, интересно. И что старшие?

- Обижаются, подзатыльники отвешивают, оттого и гам стоит. Как будто не губернское правление, а стадион мячепинательный.

- Футбольный, Ефим Фомич, футбольный! Английским ты давно овладел, а тянет всё по нашенски переделать, а, признайся, атаман?

- Тянет, Сергей Вениаминович, - Кустов расслабился, не нотации читать вызвал наместник, хотя есть за что, неважно идёт заселение границы с Британской империей, клятой территории Вашингтон, по наименованию схожей со столицей САСШ.

Инициатива Образцова переименовать Орегон и Вашингтон, сделать новые губернии более благозвучными для "русского уха" императору не понравилась. Константин язвительно поинтересовался - а как Русская Калифорния, не режет слух? Так и нечего мудрить, оставить Калифорнию, Орегон и Вашингтон заокеанскими губерниями Российской империи с приставкой - Русские. Губерния Русская Калифорния, губерния Русский Орегон, губерния Русский Вашингтон. Только Аляска, четвёртая заморская губерния так и осталась Аляской.

Кустов, как атаман всего американского казачества, вдобавок "числился" губернатором Русского Вашингтона, помимо обустройства границы отыскивая переселенцев для расселения на практически безлюдной территории, граничащей с британскими владениями губернии. Дело шло ни шатко ни валко, малороссы и белороссы, вывозимые в Русскую Америку через Атлантический океан охотно селились в Калифорнии и Орегоне, а вот севернее мало кто желал ехать. Сибиряков же было - капля! И тут такой подарок от его величества - молодые и грамотные специалисты, в суровой Сибири взросшие и там же образование получившие. Но их, как назло, наместник решил оставить в Константинополе-Тихоокеанском. А как прикажете укреплять и оборонять Новосибирск, бывший Сиэтл? Где брать людей? Полки и батальоны Калифорнийского корпуса словно растворялись в североамериканских владениях Российской империи. Простор и воля! Масштабы с сибирскими сопоставимые! Благо, выслужившие срок флотские отставники облюбовали Новосибирск-Сиэтл для обустройства и дальнейшего проживания. Тем русским переселенцам, кто в Калифорнии очутился в зрелые годы, привыкнуть к жаре оказалось непросто, а пограничный Новосибирск - самое то! Британцы, разумеется, зорко наблюдали за жизнью русской колонии, в форт, что в городке Виктория, доставили самые современные и дальнобойные орудия, способные перекрыть пролив Хуан-де-Фука, единственный выход из гавани Новосибирска-Сиэтла в океан. Однако численное превосходство "диких казаков" и три небольших парохода, приписанных к главному порту Русского Вашингтона, на которых десант легко перебрасывался в любую точку внутри залива, не оставляли просвещённым мореплавателям никаких шансов. Да и союзники сейчас Британия и Россия, это так, Генерального Штаба офицеры возможную стычку "прорабатывали" на будущее, мало ли...

Два "заслуженных" фрегата, доставившие экспедицию великого князя на североамериканский континент 15 лет назад, передислоцированные в Новосибирск, первое время использовались как плавучие батареи. Но, с появлением в наместничестве пароходов, пушки с заслуженных "старичков" сняли, установили на берегу, а кое-какие вообще отправили в Константинополь-Тихоокеанский на переплавку. Сами же корабли неспешно разобрали на дрова и прочие нужные в хозяйстве колонии вещи. Так что спасибо огромное сибирским золотопромышленникам, вложившимся по договорённости с самим императором (давние партнёры его величества по золотодобыче оказались) в развитие губернии, - пароходы "Енисейск", "Ачинск" и "Красноярск" не единожды выручали Ефима Кустова, волею царской ставшего полковником и губернатором.

Наместник несколько раз просил его величество оставить Ефима в Калифорнии. Кто ещё мог, так как Кустов уладить противоречия, совместить интересы верхушки старообрядческой общины и всей Русской Америки? Но Константин как будто специально "законопатил" полковника подальше, дав возможность давнему соратнику проявить себя вдали от начальства. Губернатор - это серьёзно, прямая дорога к генеральскому званию.

Ефим старался как мог, первоочередной задачей видел рост постоянного населения губернии, держал в порту Константинополя двух "агитаторов" - еврея Иосифа Малкина и попа-расстригу отца Никодима. Два почтенных мужа, встречая партии переселенцев, выступали зазывалами, расписывая прелести проживания на границе с Британией, где не жарко и не холодно и даже снежок зимой выпадает, не то что в калифорнийской "преисподней". Отца Никодима даже как-то поколотили "патриоты Калифорнии", подвыпившие разведчики из второго Калифорнийского полка, считавшегося личным резервом наместника. Но побили, по правде говоря, не сильно. Золотой червонец местной чеканки, выданный на поправку здоровья, только раззадорил экс-священнослужителя, едва ли не молочные реки и берега кисельные сулящего всем, кто в Русский Вашингтон стопы свои направит.

Пришлось даже Образцову вмешаться - приказал граф Никодиму не хулить Орегон и Калифорнию перед "свежими" жителями Русской Америки, не сбивать новичков с панталыку...

Линия телеграфа от Новосибирска до Константинополя функционировала исправно, в 1861 году два города связала вполне приличная шоссейная дорога, отстроенная артелями трудолюбивых корейцев. А вот "чугунку" государь строить категорически не желал, пожурил даже Беловодьевскую общину, вложившуюся капиталами в строительство трансконтинентального рельсового пути от Атланты до Варшавы-Тихоокеанской (Сан-Диего). Только с началом войны Севера и Юга на строительство западного участка магистрали были брошены сапёрные батальоны Калифорнийского корпуса.

Как по большому секрету (под клятву, не шутка!) поведал Кустову наместник, Константин по детски ошибся, почему-то посчитав, что ширина колеи на спешно строящейся южанами дороге составляет не пять футов, что в переводе на столь любимые его величеством французские меры составляет 1524 миллиметра, а четыре фута и восемь с половиной дюймов (1435 миллиметров). А ведь разная ширина колеи у Севера и Юга - РАЗНАЯ! Железнодорожные чиновники, робея грозного властелина, развеять заблуждение царя-батюшки не спешили и Константин совершенно случайно, из письма Образцова, узнал о своей ошибке, которая из незначительной, могла превратиться в стратегическую. Ведь коль у Российской империи и Конфедерации единая колея, можно паровозы для обслуживания литерных поездов, перевозящих ценные грузы через континент, не закупать задорого в Англии, а свои поставлять, да и по российским владениям продолжить "чугунку" от Варшавы-Тихоокеанской хоть до Новосибирска-Сиэтла!

Кавалерийский корпус генерала Турчанинова, в который вошли практически все сотни и эскадроны Русской Америки (остальные, хоть и конные, были не более чем ездящей пехотой), крепил оборону у Большого Солёного озера как раз для воспрепятствования янки пытавшихся тянуть свою трансконтинентальную дорогу к Тихому океану. Но северяне то работают с более узкой колеёй, у них и паровозы и вагонный парк - всё заточено под 1435 миллиметров! А Россия и Конфедерация живут по единым железнодорожным стандартам, что символично!

Распоряжение Константина о передаче КША десяти паровозов (повезли в трюмах в полуразобранном состоянии) в счёт военных поставок, для эксплуатации их на Тихоокеанско-Атлантической железной дороге явилось первой ласточкой. Через океан спешно перебросили десяток опытных инженеров и мостостроителей, ещё от Петербурга до Москвы прокладывавших рельсы, до Севастополя и далее по шпалам свежеположенным, дошедших. И 17 июля 1862 года жители Варшавы (которую большинство "русских американцев" и мексиканцев по привычке называли Сан-Диего) радостно приветствовали первый поезд.

Из Петербурга пришла телеграмма от САМОГО, Константин пафосно, в несвойственной ему "чиновной" манере, назвал окончание строительства магистрали невероятным трудовым подвигом и величайшей победой Юга в железнодорожной гонке.

Возможно, так император хотел "подсластить пилюлю", подбодрить союзников, - в мае президенту и Сенату КША пришлось перебраться из Ричмонда в Атланту. Северяне ценой огромных потерь сумели таки прорвать "Линию Ли" и добрались до предместий столицы мятежного Юга. Как считали многие в армии Конфедерации, фронт не развалился единственно из-за воинского таланта Роберта Ли и вернувшегося в строй на костылях Томаса Джексона, возглавившего "армию обороны столицы".

Флот Союза, решивший поддержать наступление армии высадкой десанта, приблизился к Норфолку и тут, только через полтора года после начала войны произошло первое столкновение эскадр САСШ и Великобритании. Моряки королевы Виктории, надо отдать им должное, не остались в стороне и поддержали три корабля Конфедерации, отважно выскочившие на пересечку вражеской армады. После полуторачасового ожесточённого боя, два парохода с пехотой северян были взяты на абордаж, а побитые корабли Конфедерации "с гордо развевающимися стягами, под всенародное ликование вернулись в родную гавань". Так писали газеты Юга. Доблестные британцы, "зацепив" пять кораблей эскадры САСШ, поплатились попаданиям в три своих фрегата и гибелью пяти офицеров и тридцати семи матросов. Желание отомстить янки у джентльменов было велико, но адмирал решил сначала отстучать депешу в метрополию, запросить дальнейших инструкций, а из Лондона пришёл "стоп-приказ". В итоге ситуация на море вновь вернулась к первоначальному "ни войны ни мира", но северяне более не докучали даже посылкой судов-разведчиков. До Чарлстона, места базирования русской эскадры, моряки Союза так и не добрались, после болезненной плюхи от Флота Её Величества (в ходе боя погибли около двухсот матросов и офицеров САСШ) сосредоточившись на охране побережья и охоте на русские крейсера в океане.

Но на суше янки наседали. Медленно, но неуклонно "выдавливали" конфедератов из Виргинии, захватили практически весь Кентукки и западную часть Теннесси, активизировав речную флотилию на Миссисипи.

Добровольческий корпус за первые пять месяцев 1862 года потерял убитыми и тяжело ранеными полторы тысячи человек, что при общем количестве русских добровольцев в Виргинии и Кентукки, в девять с половиной тысяч штыков, наводило на невесёлые мысли. Нет, о поражении никто не думал, но оптимизм первых месяцев войны, когда многие поддались радостным обещаниям "плантаторов", клятвенно заверявших, что за полгода "раскатают лавочников", испарился как эфир, широко применяемый при хирургических операциях. Русские врачи ценились командованием армии КША на вес золота, за каждым хирургом закреплялся взвод охраны, перемещавший "своего" эскулапа вдоль линии фронта на самые горячие участки. Из далёкого Томска давал советы Пирогов, которого только личный приказ императора удержал "во глубине сибирских руд" на посту ректора Сибирского Университета.

Молодой и перспективный учёный Дмитрий Иванович Менделеев, "сосланный" в недавно открывшийся Калифорнийский Университет, где возглавил факультет естествознания, помимо чтения лекций занялся производством взрывчатых веществ. Образцов сначала с подозрением относился к Менделееву, проходившему по громкому делу бомбиста Недосекина, взорвавшегося вместе с великим князем Михаилом Николаевичем. Менделеев даже в Петропавловской крепости какое-то время отсидел, пока не был отправлен в Калифорнию. И здесь химик развернулся, благо ехал в Новый Свет не спеша, основательно по дороге "закупившись" в Свете Старом, приобретя для Университета учебных пособий, книг и прочего на без малого сто тысяч золотых рублей, выданных лично императором.

Наместник, следуя указаниям из Петербурга, шёл навстречу пожеланиям учёного и не прогадал. Пороха и взрывчатые вещества, потребные для армейских нужд к началу 1862 года производились на двух специально отстроенных фабриках в количествах достаточных не только для российских частей в Северной Америке, но и союзникам, конфедератам, отчаянно выпрашивающим оружие и боеприпасы в долг, возможно стало помочь.

- Налегай на английский, атаман, - Образцов указал собеседнику на кресло, - путь тебе лежит далёкий. Поездом по новопроложенной железной дороге до Нового Орлеана.

- Зачем, - искренне удивился Кустов, - война идёт, я за губернию в ответе. Какой поезд? Куда ехать?

- В Петербург, - граф вытащил из папки "именной" лист отменно отбеленной бумаги, - его величество Константин Николаевич ждёт с наиподробнейшим докладом начальствующего в губернии Русский Вашингтон полковника Кустова Ефима Фомича. Сразу говорю, готовь парадную форму, а генеральский мундир в столице закажешь. По факту считать если, ты уже произведён, но оглашение произойдёт на приёме у государя, в торжественной обстановке.

- Зачем мне это, - тоскливо поморщился Ефим, - казаком был, им и остаюсь, хоть и пребываю полковником. Ну какой из меня генерал, Сергей Вениаминович? И губернатор - смех один.

- Губернатор отменный, не спорь, мне лучше знать. Его величество ясно дал понять - в Русской Америке чиновниками должны становиться местные уроженцы. Только в исключительных случаях командированные из метрополии будут руководить "русоамериканцами"! Цени, как нас выделяет Константин Николаевич. Ты как сам то, как супруга, дети, внуки?

- Слава Богу, все здоровы, - Кустов исподлобья посмотрел на начальника, - про Серафима ведь всё одно не скажешь, где он, что с ним, а, Сергей Вениаминович?

Второй сын большого семейства Кустовых, полиглот и умник Серафим с юных лет "взятый на карандаш" разведчиком Образцовым, ныне обретался в Чикаго, поставляя наидостовернейшие сведения о перемещении воинских грузов северян по Среднему Западу, о работе канала Мичиган-Иллинойс и функционировании всей транспортной системы от Чикаго до атлантического побережья по Великим Озёрам. Рейд кавалерии генерала Стюарта потому и вызвал панику среди генералитета САСШ, что там решили - южане настроены уничтожить всю инфраструктуру, позволяющую штатам Среднего Запада быть единым целым с Нью-Йорком, Пенсильванией и Массачусетсом. А тут ещё янки железные дороги потянули на Запад, как не запаниковать, узнав о прорыве кавалерии южан? Но рассказывать обеспокоенному отцу о подвигах сына, значит увеличить шансы разведчика на провал. Мало ли - обмолвится Ефим, дабы супругу успокоить, а вдруг кто подслушает, да ещё кому расскажет. И без того много желающих знать, какие разговоры ведёт глава пограничной губернии. Нет уж, меньше знает отец, больше шансов у сына не быть разоблачённым. А нравы здесь простые -пойманных шпионов вешают в тот же день, не утруждаясь обменом.

- Жив-здоров Серафим, - быстро ответил наместник, по старой памяти руководящий всей разведывательной сетью и в Северной и в Южной Америках, - с неделю как приходило донесение. Так и скажи домашним - всё в порядке. Да, а ты кого на хозяйстве то оставил? Вроде всех с собой в Новосибирск перевёз?

- Софья, старшая дочка с мужем за домом и хозяйством присматривают, - вздохнул полковник, - что Дмитрий, что Серафим - всё на службе. А младшие помогают отцу - нашли верстах в пяти от границы с Британской Колумбией выход железа. Геологи похвалили, рудник ставить будут.

- Замечательно, - обрадовался наместник, - они ж наверняка консомольцы?

- А как же. Один третьей ступени, двое второй, ну а Сёмка, самый малый, по первой ступени значок носит.

- Прекрасно! - Образцов пальцем указал на пол, - видел как юношество на первом этаже безумствует.

- Шумят, галдят, ну чисто галчата, или сорочата, - согласился полковник.

- С этого момента, Ефим Фомич, считай себя главной галкой, или там сорокой, как сам решишь. В Петербург поедешь не один, а сотню отличившихся консомольцев повезёшь. Своих галчат тоже вытребуй по телеграфу в Константинополь, пускай детвора мир посмотрит.

Поездки лучших консомольцев страны в Петербург и Москву, их встречи с государем, экскурсии по театрам, музеям, картинным галереям, кораблям Балтийского флота и фортам Кронштадта широко освещались в главной газете империи, названной предельно незамысловато: "Российская газета". А "русские американцы" после начала боевых действий оказались лишены радости океанского путешествия и поездок по огромной и далёкой России, где живёт Государь и откуда родом их родители. Может, самые старшие из консомольцев и были вывезены в Америку из "самой Руси", но мало кто помнил ту одиссею...

И вот, "наверху" решено рискнуть детьми. Хотя, какой риск, если грузиться в Новом Орлеане и наверняка крейсера эскадры Истомина сопроводят пароход до Балтики.

- Только детишек везти, - Кустов мотнул головой куда-то вправо, где примерно и располагался Монетный двор и Хранилище, - а может ещё и...

- Угадал, Фомич, угадал. Как же отпустить такую важную персону да без гостинцев.

- И, сколько?

- Две тысячи пудов. В слитках.

- Сколько???!!!

- Не кричи так. В сопровождение получишь Седьмой Калифорнийский полк. Тронетесь в путь четырьмя составами. Твой, "золотой" пойдёт то вторым, то третьим, на разъездах чередоваться будет. На сутки вперёд уйдут ещё три состава с солдатами, порохом и винтовками для союзников, они пути заодно проверят.

- Сергей Вениаминович, но чтоб столько золота враз и по "чугунке"! А мост подпилят вражины, или рельсы растащат?

- Потому и отправляем сразу всех. Одной, так сказать, кучей. Все добровольческие батальоны в Техасе рассредоточены вдоль железной дороги, мосты взяты под охрану. А мосты хорошие, из "железного сибирского дерева"!

Наместник нервно хохотнул, во время авральных работ на заключительных отрезках трансконтинентальной магистрали часть мостов строилась временными, дабы потом ставить капитальные из железа, на прочном каменном фундаменте. Прошёл слух, что ради такого дела, скорости ради, русские даже не пожалели знаменитую сибирскую лиственницу, на которой Венеция отстроена, везли её сразу и через Тихий и через Атлантический океаны на десятках пароходов.

Разумеется, лиственницу издалека тащить не пришлось, она и в Северной Америке прекрасно произрастала, но пристальное внимание великих держав к прокладываемому сверхбыстрыми темпами Великому Пути, "как обруч бочку континент стянувшим", настораживало. Если на российской территории всех чужаков забирали патрули и передавали полевым жандармам, то конфедераты на секретность и противодействие возможным диверсиям вовсе наплевали. Впрочем, охрана железнодорожного полотна русскими союзниками только приветствовалась армией КША и Кустов представил сколько тысяч человек задействовано в операции по переброске части золотого запаса из Константинополя-Тихоокеанского в Петербург.

- С Митрием хоть встретиться получится? - хмуро вопросил полковник.

- Конечно, он же в Атланте с семейством, насколько знаю. Подъедут, непременно подъедут в Новый Орлеан, ох и подёргают внуки деда за бороду.

- Скажи, Сергей Вениаминович, мы столько лет знакомы, прямо скажи, на кой России ввязываться было в драку южных и северных? Уже сейчас народу русского погибло кабы не больше чем в запрошлую войну, когда мы сразу против двух Америк воевали. Чугунку вот помогли до наших губерний протянуть, а ну как замирятся Ричмонд и Вашингтон и по той же дороге к нам солдат повезут?

- Сложный вопрос, Ефим Фомич, - посерьезнел Образцов, - с ходу и не ответить. Драка САСШ и КША, она ведь не из-за освобождения негров случилась. Тут иное - противоречие между капиталами! Есть хлопковые воротилы с южных штатов, есть промышленники и биржевые спекулянты в штатах северных. Каждый хочет больше прибыли себе, а значит надо ущемить соседа. Оттого пошли тарифные войны, вопросы по налогам. Да что далеко ходить - железные дороги возьмём для примера. На Юге колея как и у нас, в России, а у северян - английская. И при строительстве новых железных дорог неизбежно придётся делать выбор - какую колею принять за основную, кто будет эти дороги контролировать, кому пойдут огромные деньги?

- А коль сцепились Юг с Севером, так пускай ещё десять лет волтузят друг дружку, нам такая война ненапряжна, поверь, Ефим Фомич. Это не Большая война, это для русской армии так, разминка, тренировка, возможность "обстрелять" офицеров, подстегнуть развитие военных заводов. Да, гибнут тысячи. Так не по дури гибнут, не по пьяному делу да на дуэлях, а жизни кладут за Отечество. Нередко случается такое в военном деле - пожертвовать меньшим, чтоб спасти большее. Так мы сейчас, господин полковник, ведём войну за всю Россию. Воюя в Северной Америке, даём возможность государю введением военного положения ускорить проведение реформ в "коренной" части империи. А жертвы, надеюсь, будут не напрасны.

- Моё дело маленькое, Сергей Вениаминович, даже в генералы выйду, милостью его величества, всё равно казаком необразованным останусь. Но скажи, неужели с целым полком нельзя пройти с золотом Панамским перешейком? Или французы нам более не союзники?

- Отчего же, союзники. Но надо показать миру, что железная дорога от океана до океана заработала. А лучше всего провезти по ней изрядно золота, чтоб все газеты написали. После как в Кронштадте разгрузитесь, конечно. А Седьмой Калифорнийский полк всё одно перебрасывается под Атланту, вот и решил я совместить два важных дела.

- Неужто так плохо всё? Ричмонд, говорят, янки пожгли, расстреляли из пушек, всюду теснят конфедератов.

- Непросто сейчас на фронтах. Непросто. Ну да ничего, как говаривал его императорское величество, великим князем будучи, - ПРОРВЁМСЯ! Пойдём, господин полковник в Хранилище, слитки посчитаем, ящики на прочность проверим.

- А почему только слитки к перевозке?

- Зачем в России калифорнийские червонцы? Хотя, немного, пожалуй что и можно. Заодно, глядишь и сагитируем кого к переселению. Наша денежка весьма красива, так оно, господин полковник?

- Воистину так, ваше высокопревосходительство!

Глава 7

Глава 7.

Война войной, а державу развивать надо. Пока добровольцы и части Калифорнийского корпуса несли потери, противостоя САСШ, "на дальних подступах", русские губернии в Северной Америке, "совершали мощный экономический рывок", практически как в нашем времени Александр Хлопонин на выборах губернатора Красноярского края в 2002 году обещал. Любопытный факт, - Уильям Армстронг именно на "русско-калифорнийских" заказах расширил производство гидравлических кранов и прочего оборудования, абсолютно не занимаясь артиллерией. Покопавшись в "двойной памяти" понял, - в моей реальности инженер и патриот британского империализма Армстронг к проектированию и выделке пушек обратился во время проблемной для Великобритании Крымской войны, каковой ЗДЕСЬ не случилось. А потому и не случилось превращение инженера в милитариста и оружейника, - отправляет Армстронг в Русскую Калифорнию гидравлику и станки и руки довольно потирает, да производство расширяет, прикидывая, как растёт счёт банковский, Похоже, поспособствовал я в мире здешнем и "рывку" Альфреда Круппа. Хитрый немец не только колёса вагонные лудит, но и стальные орудия поставляет нескольким европейским армиям, даже англичане сделали заказ "другу Альфреду" на 120 орудий. И Россия в стороне не осталась, закупили для "польской армии" 30 стволов, больше для изучения и сравнения, и начали, чтоб пушки зря не пылились в арсенале, формировать артиллерийские батареи гонористым шляхтичам (чтоб разные калибры не множить, себе не заказали). Брат Саша отбил восторженную телеграмму, уверяя, - теперь вся Польша преисполнилась самых верноподданнических чувств к российскому орлу. Ага, как же, просто решили паны, что близок час "оттяпывания" у Франца Иосифа коренных польских земель со старинной столицей - Краковым. Что им эрзац-Краков далеко за океаном, где в настоящий момент евреев втрое больше чем потомков Пяста проживает. Провалился, провалился эксперимент по созданию польской колонии в Северной Америке. Так на то, собственно и расчёт был, выдернуть самых непоседливых, самых баламутов из беременной очередным восстанием Польши, "влить" в Конфедерацию новых граждан, неплохих, будем справедливы, бойцов. Драчливые поляки, оказавшись как на стороне Севера, так и Юга, немедленно воспылали к "единокровным предателям" священной ненавистью и потребовали у руководства армий что САСШ, что КША, обязательно выставлять их батальоны и эскадроны против соотечественников. Во время боёв и оставления Ричмонда и Луисвилла польские части сошедшиеся лоб в лоб, понесли особенно тяжёлые потери, убыль личного состава доходила до 70%, но оставшиеся всё равно рвались в бой. Идейные поляки-"северяне" убеждали себя, что воюют за освобождение Ржечи Посполитой от ненавистных москалей, а "южане" стремились выслужиться и стать достойными гражданами Конфедеративных Штатов Америки, ну и отвечали на выпады "с той стороны", что у Польши появилась своя армия и фактическая независимость от Российской империи, не за горами великая Польша от моря до моря...

Тут я панов, конечно, кинул классически. Независимости хотите - да пожалуйста, хоть прям сейчас отделяйтесь. Но когда вас Пруссия и Австрия начнут делить, Россия не вступится. Эвакуирую семью брата и всё, дальше сами разбирайтесь с Веной и Берлином. Здравомыслящие магнаты, сторонники сильной и независимой Польши, предсказуемо переориентировались на Петербург, взяли курс на постепенное усиление армии "без пяти минут суверенного" королевства, а потому наиболее горячих горлопанов и провокаторов их же сподвижники без огласки топили в окрестных болотах. И все знали - не опричники Константина "патриотов" уничтожают, а идёт плановый "отстрел бешеных собак".

Правда после сдачи Луисвилла, поляки-"южане" попросились на переформирование, и отбыли в лагеря под Атланту.

Всё-таки поражение поражению рознь, Север фактически лишился ударных частей, положил мотивированных солдат и офицеров при штурме двух цитаделей Юга. Так что "победителям" досталось куда как сильнее, а захват армией САСШ Кентукки умница Роберт Ли считал "Пирровой победой" неприятеля. Я с генералом полностью солидарен, сами посудите, первые "чёрные батальоны" Севера, именно под Луисвиллом получили оружие, что привело 90% белого населения колеблющегося штата к конфедератам. Не желая жить "под неграми" жители Кентукки организованно переместились в Теннесси и влились в армию обороны штата-соседа. Теперь Нэшвилл защищали сводные полки двух штатов и опасений судьба города у генштаба армии Конфедерации не вызывала. Захват же развалин Ричмонда, Луисвилла, прибрежной территории Миссисипи, дорого обошёлся Союзу - боеспособных частей едва хватало удержать занятые районы, но генерал Ли свирепствовал, категорически запрещая бросаться в лобовые атаки. Пускай враг сам идёт вперёд, неся урон от страшного огня отменных русских и английских винтовок и артиллерии. За полтора года с начала боевых действий армия КША потеряла убитыми свыше 70 тысяч человек, северяне свои потери оценивали в 90 тысяч, но, янки здесь здорово преуменьшали, чтоб совсем уж их солдаты духом не упали. Полки, наполовину составленные из вчерашних мигрантов несли страшные потери и многих убитых и тяжело раненых просто не включали в отчёты, записывая как дезертиров. Далеко, далеко за сотню тысяч "дембелей" армии САСШ получили "повестку от старухи"...

Раненых и покалеченных, само собой, было втрое больше. Что интересно, - авторитет русской медицинской школы в КША взмыл и парил на недосягаемой высоте, ученики славного доктора Пирогова, успевшие поработать под руководством Николая Ивановича в Русско-Американскую войну, ныне сами выступали апостолами богини Медицины, равными Асклепию и Авиценне. Местная печать из номера в номер повествовала о героических русских врачах, после крупных сражений сутками не отходивших от операционного стола, спасающих сотни, тысячи жизней доблестных сыновей Юга.

Неожиданно нашли себе применение заскучавшие без дела Корнилов и Нахимов. Адмиралы, понимая бесперспективность противостояние с мощными эскадрами САСШ и не желая быть "прислужниками при англичанах", рванули на "американскую Волгу", решив костьми лечь, но не пустить неприятеля по Миссисипи далее к океану. Корнилов в совершенно партизанском стиле, нагло, якобы от моего имени (времени не было на согласование, как раз тогда трансатлантический кабель из строя выходил, спешно тянули через океан новый) заявился на пароход "Томск" и реквизировал с "минной матки" все паровые минные катера (с экипажами). Заполучив таким разбойничьим образом флотилию, Владимир Алексеевич и Павел Степанович за неделю бесчинств на Миссисипи утопили два десятка пароходов северян, как гражданских, так и спешно переделанных в боевые суда. Против скоростных металлических катеров (по речной глади выдают до 15 узлов!) мореходных, предназначенных к действиям в океане, да ещё с противопульными щитами, да ещё с усовершенствованными шестовыми минами вся концепция речной войны САСШ, а янки детально планировали прорывы по Миссисипи и высадку крупных десантов в глубоком тылу конфедератов, "бубулькнула" в воды "американской Волги". Старики-разбойники Корнилов и Нахимов до того раззадорились, что зачистив от вражеских судов значительный участок Миссисипи, подогнали пароходы с тысячей десанта и окружили, взяв в плен после короткого боя свыше пятисот солдат САСШ, удерживавших "речной коридор" по штату Теннесси. Очутившись в плену северяне, по большей части то были только-только перебравшиеся в Новый Свет ирландцы, попросились на заработки в Калифорнию, совершенно не горюя о своей участи военнопленных и не считая себя должными соблюдать верность присяге армии Союза.

Постфактум я подтвердил и одобрил пиратские действия тандема Корнилова-Нахимова и дал отмашку восславить геройских адмиралов, не получивших ЗДЕСЬ то всенародное обожание, какового вдосталь хватило Владимиру Алексеевичу и Павлу Степановичу в моей реальности, после подвигов и гибели на севастопольских бастионах. А тут прожили флотоводцы уже на семь лет более и хотя вместо океанских эскадр ведут в бой по ночам минные катера, на судьбу отнюдь не жалуются. Во всяком случае мне так докладывают "смотрящие" за Русским Экспедиционным Корпусом. В базирующуюся на Мемфис речную флотилию спешно добавили катеров и пушек для довооружения пароходов. Клял себя последними словами, что больше года о водной артерии, стратегической между прочим, даже и не думал, полагая "битву за Миссисипи" исключительно делом конфедератов. А тут вон как вышло - на утопленных отважными миноносниками пароходах погибли несколько сотен моряков и солдат армии САСШ, а военных грузов сколько "булькнуло", вообще трудно подсчитать. Но немало, ой немало. Кстати, будущий Марк Твен, ныне Сэмюэл Клеменс, в 1859 году ставший разъездным корреспондентом газеты "Русская Америка" и горячим сторонником дружбы с Россией (ещё бы, Образцов по моему указанию на талант средств не жалел) после зачистки великой американской реки русскими моряками осел в Мемфисе и писал восторженные статьи о "загадочных славянских адмиралах". На донесение, что Клеменс, скорее всего, сотрудничает с разведкой САСШ я наложил грозную резолюцию: "вести за газетчиком пристальное наблюдение, утечку секретных данных, если таковая обнаружится, пресекать, но писательству не мешать и вреда жизни и здоровью С. Клеменса не чинить". Вряд ли писатель ещё и агент северян, скорее его шутки понимаются окружающими двояко. Да, длинный язык хорош на фестивале КВН, а во время войны не так поймут и всё - трибунал, приговор, петля. Жаль потерять будущего автора "Приключений Тома Сойера и Гекльберри Финна", как же я зачитывался в третьем классе этими книгами!

К началу октября 1862 года речная флотилия Конфедерации на Миссисипи насчитывала полтора десятка вооружённых пароходов и 34 минных (минно-шестовых, так точнее) катера. Катерники, по полной использовали малошумность паровых двигателей и ночами уходили вверх по реке, занимаясь постановкой специально разработанных учениками Якоби "речных мин". Два катера во время таких рейдов были взорваны экипажами, дабы не достаться врагу. Один после заклинивания двигателя, а второй - сильно пострадал после взрыва парохода янки, набитого банками с керосином. Фото геройских моряков, попавших в плен, но исполнивших воинский долг и не утерявших чести, разумеется, украсили первые полосы газет КША и Российской империи. Один из катеров был "именной", снятый с "Томска" и теперь, "рассекреченный" именовался не иначе как "героический минный катер Николай Парфёнов". Представляю, как томский купчина сейчас гуляет - его фото, аки жертвователя на флот, наряду с моряками в газетах пропечатано!

- Ваше величество, - адъютант, полковник Плеханов, тактично постучал в дверь кабинета, - мастера Ершов и Патокин принесли опытные образцы.

- Прекрасно, пусть проходят. Да, Дмитрий Дмитриевич и вы останьтесь, как опытный офицер, Кавказ прошедший, выскажете своё мнение.

Оружейных дел мастера, с месяц как разменявший шестой десяток Василий Ершов и девятнадцатилетний талантище Савелий Патокин, вырванный из лап нищеты и беспросветности программой по поиску и направлению на обучение перспективных крестьянских детей. Савелий за тягу к знаниям в двенадцатилетнем возрасте был "изъят" из семьи говоря языком 21 века "по ювеналочке". Ибо отец его, человек строгого нрава, придерживающийся "старины" ни в какую не желал выходить из крепостного состояния и не в силах "пойти против царя" (запретить детям посещение школы) драл после уроков нещадно "грамотеев", набирающихся скверны и гадости в книгах со срамными рисунками. Где в учебниках старый Патокин нашёл срамное, я так и не понял. Вроде и не сектант какой папаша Савелия, но на Руси всяк со своей придурью живёт. Попав по "наводке" учителя, пожалевшего избиваемого неистовым родителем мальца, в Императорские Технические классы, Патокин младший сразу же обнаружил недюжинный талант к черчению и изобретательству. А к семнадцати годам оказался в "Закрытом Бюро" специализирующемся на стрелковом оружии...

Как всякий альтернативщик, "подсевший" на русско-японскую войну, я не только знал как "Отче наш" тактико-технические характеристики кораблей Соединённого флота и Тихоокеанских эскадр, но и немало времени провёл, изучая чертежи "мосинки", пулемёта "Максим" и классической полевой трёхдюймовки. С нынешней абсолютной памятью, повторить те чертежи оказалось делом достаточно простым. Другой вопрос - а потянет ли нынешняя промышленность такое "прогрессорство", да и так ли сие необходимо? Если пулемёт и полевая пушка были отложены "на потом", то винтовку, после долгих раздумий, решился таки "украсть" у Сергея Ивановича, пока ещё тринадцатилетнего подростка. Ничего, создадим ему потом все условия, - твори, Мосин, дерзай, изобретай!

Начать разработку и внедрение многозарядной отечественной винтовки на четверть века раньше дело непростое. Однако ж не зря калифорнийское золото в российскую промышленность "впрыскивалось" точечно. Современные патронные и пороховые заводы, принадлежащие Путилову и Компании, по сути, императорской фамилии (моя там доля 99, 9%, но промышленник на первом месте, пускай, заслужил талантом организатора) выстроены в Казани, Сестрорецке, Москве, Киеве, Константинополе-Тихоокеанском. Есть там линии и под производство металлического патрона. Да, нужда в магазинной винтовке есть. А что расход боеприпаса резко вырастет - чушь. Куда уж далее расти? Недавно прочитал снятые военной цензурой с публикации в "Русской Калифорнии" и пересланные в Генеральный Штаб, отрывки из дневника прапорщика Добровольческого Корпуса Веточкина, хлебнувшего лиха с отступающими из штата Кентукки частями. Архизанимательное чтиво.

..."Сегодня наша рота снова прикрывает отход бригады. Хотя какая к чертям рота - 63 человека. Одно хорошо - патронов арьергарду не пожалели, батальонный командир велел отсыпать сколько унесём. Лукавил, конечно, Василий Васильевич, - вышло штук по 70 на брата, да было у меня в заначке с полста. Как подумаю - поначалу полтораста патронов казались ненужным грузом, каковой к концу войны если и расстреляется, то большей частью по бутылкам, а не по неприятелю. Если взять роту в 120 человек, перемножить на 150, получим 18 тысяч прицельных выстрелов на ограниченном участке фронта в короткое время. Ну и кто выживет в таком случае во вражеской колонне? Реальность оказалось далека от теоретических изысков. Первый же бой на "линии Ли" где нас, новичков "обкатывали", подготавливая к настоящей войне, обошёлся для меня почти в три десятка выстрелов "в белый свет". Остальные, завидев в отдалении разъезд янки, примерно на расстоянии версты, может чуть менее, палили столь же яростно, но, увы - безрезультатно. Если брать на круг, на всю команду, под тысячу патронов истратили, а кавалерия Севера ускакала без потерь, так и не удостоив нас ответной стрельбой. Стыдно было глаза поднять на всё понимающего поручика Львова, служившего в армии Конфедерации советником и опекавшего сменяющиеся на передовой позиции "русские роты"...

...Неделю "отходили" после "луисвиллской мясорубки". Пили страшно. Я выдержал три дня, на большее не хватило здоровья. Отлёживался. Страшно когда на позицию прёт с тысячу вражеских солдат, а противостоит им полторы сотни стрелков. Патроны улетают мгновенно, потому пока янки не приблизилось до трёхсот шагов, без команды не стреляем, только снайперы выбивают командиров и знаменосцев. Ротный командует: "четыреста, триста пятьдесят, приготовиться"...

Тут за спиной бахают, всегда внезапно и всегда страшно, три древних орудия, как рассказывал артиллерийский офицер Ильин, спешно закупленных КША на пожертвования, в Европе.

Но древние то древние, а янки остановились. Началась ружейная стрельба без команды, ротный выматерился, но и сам взялся за "константиновку". Неприятель, обнаружив, что за нами есть батарея, потерял всякую охоту к наступлению, попасть под картечь приятного мало. Спешим воспользоваться заминкой, на триста с небольшим шагов при должном опыте можно бить вполне успешно. Новичков подводят торопливость и нервы, надёжная "константиновка" при грубом обращении и судорожном дёргании затвора частенько клинит после 15-20 выстрелов кряду. А когда надо отбить атаку, выпуливаешь заряды в сторону наступающих, едва ли не со скоростью митральезы...

...когда узнали об оставлении Ричмонда, первая мысль - как там "добровольцы", читали в газетах Конфедерации о страшных потерях в Русском Корпусе. Пишут газетчики, что янки полегло впятеро больше, но оттого ничуть не легче на душе. Николая увезли в русский госпиталь Нэшвилла, воспалилась рана. Боюсь, пойдёт зараза дальше, - отпилят хирурги Николе простреленную ногу, не станут возиться при таком количестве раненых. Обидно только-только получив первый офицерский чин выйти в отставку по инвалидности в двадцать лет то. Из восьми сотен первого состава батальона, выбыло более половины. Мы теперь ветераны, учим "молодых" не бравировать друг перед дружкой, не закуривать картинно, встав из окопа, а когда атаку отбиваешь бить в цель, а не в "направлении неприятеля", не частить, правильно распределять запас патронов. Если бы не Русско-Американская Компания, "подбросившая" неделю назад десяток ящиков с боеприпасами, ходили бы как суворовские чудо богатыри - в штыковые. Зато теперь нас и выставляют прикрывать отход. Колонны гражданских жителей, покинувших родной штат Кентукки растянулись на десятки вёрст. Конфедераты как будто из железа сделаны - не унывают, даже отступая, используют всякую возможность для засады и задержания неприятеля. Вот и нам предстоит продержаться у пересохшего пруда (плотина разрушена) не менее двух часов. Наши Фермопилы, только не 300 спартанцев, а 63 русских добровольца. Хреново если северяне пойдут вдогон не разъездом в полтора десятка разведчиков, а сразу эскадроном. Тогда хана. Но нет, выскочили десятка два всадников, осматривают в подзорную трубу окрестности, мы в кустах. Вчетвером, - передовой секрет. До янки шагов пятьсот, но нам то и надо - пошуметь, напугать, заставить отступить, выиграть время. Бах-бах-бах-бах-бах-бах-бах!!!

Один слетел с лошадки, второй вроде ранен, видно как схватился за бок. По нашим кустам, точнее в сторону кустов открыли беспорядочную стрельбу. Раскатились из кучи, рассредоточились, не отступают. Опытные, гады, поняли, что их больше. Бах-бах-бах. Ещё один свалился. Это наверняка Фёдор отличился. По нам стреляют...

Подключился второй секрет. Так, отходят сволочи. Что имеем - зацепили трёх или четырёх вражин, получили передышку, на полчаса минимум. И расстреляли кто 5 кто 10 патронов. Я, к примеру, только четыре"...

Откровения студента недоучки, ставшего русским офицером в войне двух половинок Северной Америки, неожиданно оказались крайне интересны для высоколобых генштабистов. Прапорщик Веточкин наиподробнейше расписал как добровольцы оборонялись и под Ричмондом и под Луисвиллом, скрупулёзно подсчитывал расход патронов и у себя и во взводе и в роте. Прелюбопытная статистика получилась...

Если судить по записям Веточкина, с обретением боевого опыта расход патронов снижался раз в пять-семь. Прикинули петербургские "стратеги", что у добровольцев изначально было от 150 до 200 выстрелов в первые же дни соприкосновения с противником истраченных и погрустнели. Невероятный расход боезапаса в первых боях, ставит великое множество вопросов к промышленности, обеспечивающей армию. Я то знаю, как в Крымскую войну коалиция расстреливала русские части, рвавшиеся по старинке в штыки, потому и не ужасаюсь астрономическим цифрам потребности в снарядах и патронах. А полковники и генералитет нервничают, как представят, во что выльется снабжение действующей армии в большую войну. Вот и стараются найти причину "патронного голода", да, появился такой термин.

Однако, попытка объяснить всё неопытностью добровольцев не прошла. Отчёты вполне опытных вояк из кавкорпуса Турчанинова свидетельствовали о том, что имея перед собой противника, солдаты об экономии патронов, о "сбережении казны" думают в последнюю очередь.

И принял я "историческое" решение. Если уж однозарядная "константиновка" пожирает патроны с такой жадностью и скоростью, так какой смысл тормозить принятие на вооружение магазинной "мосинки"?

"Левши" Ершов и Патокин из "Закрытого Бюро" были выведены, ради совсем уж запредельной секретности и, работая в паре, по чертежам "добытым разведкой" за полгода "сваяли" вполне рабочую винтовку. Полковник Плеханов, как адъютант знал о проекте, его заодно и "подрядили" в эксперты-критики. И сейчас мы "соображали на четверых", готовясь запустить в производство русскую магазинную винтовку.

- Вот, ваше императорское, отстреляли, - Ершов, судя по всему "хватанул для храбрости" перед визитом к царю-батюшке. Вот интересно, когда я внезапно появляюсь у оружейников, мастер всегда трезв, а перед визитом к самодержцу непременно "принимает на грудь".

- Василий Фёдорович, чего хмурый такой. И снова выпивши. Не можешь общаться с императором на трезвую голову?

- Другое тут, ваше величество.

- Да ты скажи, не держи в себе, Василий Фёдорович.

- Не верю я, государь, что эту винтовку придумал мексиканский офицер, которого убили, а чертежи выкрали. Очень всё на нашенские, на русские меры заточено. Ты, Константин Николаич винтовку придумал и скрываешь, нами прикрываешься.

Так, Штирлиц. А вот это прокол. Надо оперативно выкручиваться.

- Окстись, Фёдорыч! У меня, конечно, много талантов, но "трёхлинейку" не я придумал. Но и не мексиканец, тут ты прав. Поляк то был. Наполовину поляк: отец русский, мать полька, а сам ярый бомбист. Покушение готовил на меня в 1858 году. Арестовали их шайку жандармы. Понятное дело, после допросов и следствия - петля. Так тот ухитрился на Библии сию винтовку набросать. Доложили мне, как об анекдоте. Заинтересовался, велел отложить казнь, дать бумагу, справочники. Чертежи, которые вы получили, - его.

- Живой? Или...

- Гм. Не задавай этот вопрос, мастер. Ибо правдивого ответа не получишь. Я и имени-фамилии того полуполяка тебе не скажу. Лучше ответь, как скоро можно будет запускать винтовку в производство, сколько недоделок предстоит убрать. Ты на неизвестного конструктора не надейся. То просто чертежи, бумагомарание. Ты, Василий Фёдорыч, и вот Савелий, именно вы создали "трёхлинейку", её отцами являетесь!

- Ваше величество, - вклинился в разговор Плеханов, - тех семи опытных образцов недостаточно для настоящих испытаний. Необходим полигон и с полсотни, а лучше за сотню винтовок.

- Дмитрий Дмитриевич, но впечатление то уже составилось? Вы с горцами воевали, если б трёхлинейку да туда? Или б на патронах держава разорилась?

- Не думаю, ваше величество, что расход патронов в кавказских стычках, будет столь же велик, как в Русском Добровольческом Корпусе. В Америке идёт, пожалуй, последняя война, когда противник ещё наступает батальонными колоннами. Как по такой "лакомой" цели не отстреляться? И то, насколько мне известно, от такой тактики отходят даже северяне, перенимая у частей Российского Калифорнийского Корпуса наступление цепями. И, конечно, дело в индивидуальной подготовке солдата. Кто воюет в армиях Союза и Конфедерации? Кадровых офицеров и солдат там кот наплакал, всё больше новички...

Двухчасовой разговор с "секретными трёхлинейщиками" завершился решением продолжить испытания "мосинки" (чёрт, не выпалить бы это слово в запале) на полигоне, устранить все "детские болячки" винтовки и с весны 1863 начинать производство, с соблюдением всех мер секретности на мне принадлежащем (на паях с калифорнийскими кержаками) "Втором Московском оружейно-охотничьем заводе". Выделка металлических патронных гильз в больших масштабах дело для России новое, но начинать когда то надо, почему бы и не сейчас, заодно употребить на закупку станков пожертвования на армию. Купечество вмиг переориентировалось, раньше показушно, при всём честном народе, церкви сотенные жертвовали, а сейчас на заседании "комитетов помощи" встают "Тит Титычи" и жахают на стол пачки ассигнаций. На одоление супостата! Знай наших! Пиар - дело великое, тем более жертвователей государь принимает, фотографируется с "солью земли Русской", в газетах те снимки на первых полосах. Потянем переход на трёхлинейку и новый патрон, потянем. Благо и по времени получается не враз, не одномоментно. Да и зная наперёд о многих десятилетиях первенства калибра 7,62 можно спокойно наращивать запасы гильз и пуль, складируя их, это не снаряжённые патроны, срока годности нет. Так и поступим, как только примем трёхлинейку на вооружение и все стандарты утвердим. Ну а покамест воевать нашим "русоамериканцам" с однозарядной "константиновкой" и без того патронные заводы работают с заметным напряжением. Кроме Америки у нас и Кавказ и Амур и просто в мобрезервы надо откладывать, а получается плохо с накоплением, неважно пока получается, всё война съедает...

Хорошо хоть в Константинополе-Тихоокеанском изыскали возможности ВТРОЕ увеличить мощности патронного завода, выросшего из оружейной мастерской, нет опасения, что в пиковый момент русские части останутся со штыком-молодцом наперевес. Ну да война, она весьма способствует проявлению сметки и шустрости, Сергей Вениаминович и его чиновники в Калифорнии бьют рекорды предприимчивости и управленческой смекалки.

Калифорнийское золото по прежнему манило небогатых европейцев и хитрый Образцов сумел "зашанхаить" с полсотни толковых инженеров из России и даже из Англии, Пруссии и Франции. Заводы, преимущественно металлургические и судостроительные, (ну и патронный и пороховой) в заокеанских губерниях возводились по последнему слову науки и техники, разумеется, середины века девятнадцатого, числом более двух десятков. Темпы "индустриализации Калифорнии" меня, превратившегося в "гатчинского затворника", несказанно радовали. Очень хотелось плюнуть на всё, пересечь океан, оценить первую в мире трансконтинентальную железную дорогу. Пока никак, увы, не получалась кругосветка, хотя расстояния 15 лет тому назад были преодолены ого какие - от Петербурга до Калифорнии и Аляски и обратно! Но ничего, обязательно "замкну шарик" когда в 1865 повезу наследника на обучение в Томский (Сибирский) Университет. Из Томска же большую часть свиты вместе с императрицей отправлю в Питер, а сам, как в годы юные - до Владивостока, затем через Тихий океан в разлюбезную Калифорнию. А уж оттуда по "железке" до атлантического побережья и далее, с крейсерской эскадрой - курс на Кронштадт!

Покамест, по утрам, получая свежие депеши из заокеанского далека, подходил к большой, наиподробнейшей карте Северной Америки и "расставлял флажки", отмечая передвижения бригад и корпусов Севера, Юга и действия отдельного кавкорпуса доблестного Николая Гавриловича Турчанинова. Генерал творчески переработал опыт минувшей войны, старался минимизировать потери, но когда требовалось - не колеблясь бросал в бой все силы, концентрируя на главном направлении лучшие эскадроны и конные артиллерийские батареи, вооружённые новёхонькими стальными орудиями. Дороговато обходилось, конечно, переоснащение армии, пришлось "калифорнийскую кубышку" подрастрясти, что вызвало недоумение у дорогой супружницы. Да и не только у неё, по правде говоря. Личные средства императора, употребляемые на нужды армии, авторитет царя поднимали среди широких народных масс, а вот аристократия на такую "расточительность" реагировала крайне нервно. Сначала я никак не мог понять, с чего такой негатив, пока не "дотумкал" - казнокрады мигом связали Указ о приравнивании воровства из бюджета к измене, со всеми вытекающими. Дескать государь своего золота, в шахтах Калифорнии далёкой добытого на державу не жалеет, потому украсть у казны, как будто у царя украсть.

Кстати, скоро должен прибыть очередной, на сей раз "большой золотой обоз" и с ним в Петербурге объявится старый соратник и компаньон, Кустов Ефим Фомич. Крейсерская эскадра по времени сейчас у датских проливов, пора готовить для Фомича генеральские эполеты...

Глава 8

Глава 8.

Торжественную встречу калифорнийской делегации устроили без меня. Прямиком из Кронштадта ребятишек доставили на вокзал и, - в Москву, в Москву! Петербургом перед отъездом налюбуются. А сейчас милости просим в первопрестольную, а затем Казань, Нижний Новогород, Новгород Великий, Псков...

В Тулу непременно заедут юные русоамериканцы, в Ясную Поляну к графу Толстому. Лев Николаевич заматерел в трудах писательских, "навострился" и как горячие пирожки "выпекает" рассказы для детей и юношества, пользующиеся невероятной популярностью. От нашей реальности разве что про делёж гусей барином и осталась байка, а "фанатеют" подростки, да и взрослые, по правде говоря, ждут выхода очередного номера журнала "Российское юношество" где года с полтора печатается цикл рассказов о шаловливом, сбежавшем с завода "Паровичке", - прообразе робота моей реальности. "Приключения Паровичка" замыслил я, первые сюжеты набросал, как герой, по примеру непоседы Колобка сбежал с завода от наладчика Васи и механика Петра Никаноровича. Паровичок, на моём рисунке-наброске чертовски смахивал на Самоделкина из "Весёлых картинок", только на колёсах и с четырьмя "руками", с зажатыми в них гаечным ключом, молотом, зубилом и штангенциркулем. Причём молодой и неграмотный Паровичок, сбежавший с завода, чтоб пересечь океан и посмотреть на то, как живут машины в далёкой и прекрасной Калифорнии (понятное дело в комиксах-рассказах вовсю шла скрытая реклама заокеанских губерний, побуждающая жителей "коренной" России к перемене мест) штангенциркуль прихватил, не умея им пользоваться. Но тут наладчик Вася, пустившийся в странствия с одушевлённой железякой, и проводил ликбез для машины, прямо в рассказах, пробуждая занимательными лекциями в ребятишках, зачитывающихся приключениями Паровичка, тягу к знаниям. Сначала Толстой всячески отнекивался от авторства, не желая забирать славу у императора, ведь российские читатели журнал из рук друг у друга рвать будут. Воззвал к гражданской ответственности, ведь Лев Николаевич писатель, ему и зачинать сей проект. А венценосный автор лучше в тени отсидится, подкидывая сюжеты, если у "яснополяновских" идей не хватит. Яснополяновскими называли помощников Толстого по образовательному центру, там за последние годы коллектив сложился замечательный, творческий. Едва получили в работу "Приключения Паровичка" и примерное развитие сюжетной линии и прям зафонтанировали идеями. Даже на Луну попросили отправить железного путешественника. Дескать, ваше величество, необходимо высочайшее одобрение, во избежание трений с церковью. Понятное дело, разрешил "запуск", начертав: "Одобряю! Отправляйте Паровичка на Луну. Но чтоб достоверно было, не сказка от бабки Акулины, а точные инженерные расчёты, в доступной, понятной форме изложенные"...

Пока юные калифорнийцы в поезде отсчитывали вёрсты до Москвы, провёл несколько встреч со старыми знакомцами, прибывшими из-за океана. Церемония вручения Ефиму Кустову погон генерал-майора прошла в деловой обстановке, без излишней помпы. Принял казака в кабинете, после распития чарки за генерала Кустова неприметно кивнул адъютанту. Понятливый Плеханов быстро "очистил помещение", уведя с собой десяток генералов, офицеров и чиновников Российско-Американской Компании.

- Проходи, Фомич, присаживайся. Сейчас продолжим неспешно беседовать и выпивать, генеральство твоё обмывая, а вечером прошу на семейный обед. Царица такой отменный борщ сготовила! Шучу, шучу, Фомич! Повар готовит, Александра Иосифовна разве что салаты перемешивает, доводя их до кондиции. На, запей морсом. Ишь, поперхнулся бравый генерал и губернатор Русского Вашингтона!

- Никита рассказывал про её величество, а тут про борщ. Вот и пришёл в изумление.

- А, Сыромятов! Запомнился, значит обед у царя-батюшки бравому полковнику. Он, кстати, тоже поперхнулся. И не один раз - водка не шла Никитосу, да и накрошить на скатерть боялся, сидел как чурбан, спину прямил. Ну, с тобой-то Фомич сколь довелось и выпивать и щи хлебать. Как семья, супруга, дети, внуки?

- Слава Богу, ваше величество, всё благополучно.

- Про Серафима знаю, всё у него хорошо и будет хорошо, не переживай. Если есть такое желание - младших можешь отправлять в Петербург. На выбор - Пажеский корпус, Морской корпус. Девчонок тоже устроим, да хоть фрейлинами к императрице.

- Скажешь тоже, Константин Николаич! Фрейлинами! Вчера корову доили, а назавтра фрейлины! Засмеют здешние графини и княгини! Со свету сживут.

- Да кто дерзнёт? Ты, господин генерал не забывай, что я давно не великий князь, а помазанник Божий. И моя самодержавная воля никем в империи оспорена быть не может! Кто твоих девчонок оскорбит, тот меня оскорбит. А таковых ныне в России не отыщется. Уж поверь, атаман, генерал и губернатор вдобавок. Да чего на сухую то сидим? Наливай!

Выпили, зажевали патриотичными "Российскими" котлетами из рябчиков напополам с олениной. Ефим оживился, начал рассказывать о делах в губернии, о важности Северного Морского Пути, о видах на урожай и перспективах развития рыбных промыслов. Всё-таки правильная моя кадровая политика - в заокеанских территориях чиновников-управленцев набирать из местных, а на уровне муниципальном вполне прижилась система выборная, где даже женщины право голоса имеют! Понятно, что далеко не каждая Марфа да Матрёна идёт и голосует супротив мнения и симпатий супруга, муж за Фому, жена за Ерёму. До такого разгула феминизма не дошло. Но сам факт привлечения женщин к выборным процессам сделал российского императора невероятно популярным "в европах". Нет, конечно, Константин по-прежнему варвар и сатрап, плёткой хлещет сановников, вешает душек революционеров, но в целом правитель передовых взглядов. Выборы вот, женское голосование, образование продвигает, учредил в Сибири каторжной, в городе Томске Университет, евреям посулил Иерусалим опять же...

Губерния Русский Вашингтон, со столицей в Новосибирске (Сиэтле) с мягким морским климатом идеально подходила для колонизации, нет здесь изнуряющей калифорнийской жары: леса, озёра, реки, охота, рыбалка. Да и геологи кой-чего "надыбали", как только народа прибудет, можно и начинать разработку месторождений. Твёрдо пообещал Кустову набрать для переселения в Русский Вашингтон полторы тысячи поморов, для налаживания добычи и переработки даров океана. Кстати, мой "сахалинский керосин" и "калифорнийская осветительная лампа" не так чтоб очень уж заметно, но всё-таки снизили спрос на китовий жир как средство освещения. Хотя, может китобои просто не захаживают в северную, "русскую" часть Тихого океана, опасаясь русских клиперов.

- Да, Фомич, отстраивая Новосибирск-Сиэтл, не повтори моей ошибки с Константинополем. Пожалуй, командирую к тебе молодого но шустрого архитектора, есть такой, Пётр Полежаев, хочет юноша морскую романтику привнесть в российское градостроительство. Ну как такого в Тамбов отправить служить?

- А какая-такая ошибка то?

- Глянь на карту, мы в 1847 году от форта Росс ушли севернее, там и заложили Константинополь-Тихоокеанский. Потом поименовали форт Росс Николаевском-Американским, а университет Калифорнийский где? Правильно, в миссии святого Франциска, в живописнейшем месте. Такая растянутость коммуникаций хороша была когда русских в Калифорнии насчитывалась горстка. Даже тысячи штыков не выходило в самом то начале нашей авантюры, помнишь, старались время выгадать, вперёд выдвинуть блокгаузы, сначала мексиканцев опасались, потом американцев.

- То так, ваше величество. Не зря соплёй растянутой город называют. Ох, прости Константин Николаевич, бес попутал!

- Хм, узнаю русский юмор, злой и беспощадный. Да не тушуйся так, генерал, подумаешь, соплёй обозвал, я как на карту смотрю, мне глиста вспоминается. Но всё к тому идёт, что постепенно "переползёт" Константинополь на место Сан-Франциско. Залив, красоты, университет, все дела. Образцов новые здания только там и отстраивает, как ты наверняка заметил. Ничего, первые наши поселения превратим в музей под открытым небом. Не сейчас, со временем. А к тебе губернатор, есть отдельный разговор. Про кореянок с коими я во Владивостоке забавлялся помнишь, или уже к тому времени в Америке был?

- Как не помнить, ваше величество. Очень даже казистые сестрёнки.

- Ещё какие казистые. От тех сестрёнок у меня бастарды образовались - Олег Константинович Востоков и Ольга Константиновна, тоже, разумеется, Востокова. Время пришло учить полукровок, с тобой поедут в Русскую Америку.

- Так они здесь, в Петербурге?

- Нет в Воскресенской станице, под Владивостоком.

- А как же...

- Всё продумано, Фомич, совершишь кругосветное путешествие, проедешь до Владика, а до Казани уже вообще с ветерком, по чугунке прокатишься! И смотри, не зевай, народ в свою губернию набирай по дороге. Даже в Сибири разрешаю немного "попиратствовать", красноярцы же вложились в твою губернскую столицу, с ними беседу проведи, сыновей младших, племянников забирай, пристроишь к делу. Не зря Новосибирском главный город губернии заокеанской назвали. То добрый знак!

- Бумаги надо выправить и денег в дорогу, на подъёмные переселенцам, я ж налегке приехал, только царское золото привёз.

- Будут и бумаги сопроводительные и кредит открытый. Даже альбомов с видами Русского Вашингтона подпечатали аж 10000 томов.

- Заранее, выходит, решил с поездкой, Константин Николаич. А я ещё думал - на кой я в Петербурге. Генеральский чин его и с фельдъегерем можно переслать. И с золотом нашлось бы кого отправить.

- Да, Фомич, за "большой золотой обоз" отдельная благодарность. Две тысячи пудов изрядное подспорье казне. Хотя, при наших тратах тридцать тонн только на первый взгляд много, а растворятся как снег под солнышком весенним.

- Как казне? Твои же деньги, Константин Николаич!

- Ты прям как Александра Иосифовна причитаешь, пока не цыкнул, чтоб не лезла в мужские дела, всё норовила глянуть на расходы бюджета, нельзя ли их уменьшить, не обманывает ли министр финансов. Дуррра баба, да ещё и немка. Ладно, наливай, Фомич, я когда сюда попал и не думал, что в таком болоте окажусь.

- Известное дело, Петербург! В топях выстроен, то ли дело у нас, в Калифорнии.

- М-да, что-то я нарезался, генерал. Давай ещё по одной, посплю пару часиков, а вечером жду. На так сказать семейный ужин. На царский банкет. Икра чёрная, икра красная... Салат "Оливье" едал? Угощу...

Конечно же Ефим Фомич Кустов едал салат "Оливье", придуманный великим князем в Калифорнии. И выпивали они тогда с молодым Константином знатно, рассуждая как ловчее вырезать банду капитана Саттера и мексикашкам наподдать. Но как сотником будучи Ефим перепивал великого князя, так и генералом став, императора такоже перепил. Уложил его величество аккуратно на диван, подоспели два царских телохранителя, подсматривавших за выпивохами через приоткрытую дверь, сняли сапоги с хозяина земли Русской. Кустов вышел в приёмную, кивнул полковнику Плеханову.

- Умаялся государь. Сморило.

- Сами как, ваше превосходительство, отдохнуть не желаете?

- Что мне будет, - Ефима приятно "царапнуло", хоть и пока непривычное, "превосходительное" обращение, - его величество устал видать. Ранее-то в Калифорнии мы с ним куда как поболее усиживали.

- Да, государь много работает, - адъютант уважительно, снизу вверх взглянул на здоровенного, бычьей силой налитого казака, ближайшего сподвижника императора, выросшего до генерала, - а с вами хотел пообщаться Генерального штаба подполковник Шатров Илья Николаевич, не возражаете, если курьера к нему пошлю, тут недалеко.

- Не возражаю...

Подполковника Шатрова, Кустов, оказывается, знал, тот под видом инженера-путейца пару лет назад приезжал в столицу Русской Америки и несколько раз встречался с наместником. Образцов даже знакомил генштабиста и губернатора.

- Здравия желаю, ваше превосходительство.

- И вам того же, господин подполковник, или всё ж таки инженер?

- Точно так, ваше превосходительство, как инженер Окладников с вами знакомился в Константинополе-Тихоокеанском, но имя отчество прежние остались, не менялись и в той, секретной поездке.

- То-то я и думал, чего это Сергей Вениаминович так с путейцем беседы часто ведёт. Решил, что скоро начнём рельсы к конфедератам прокладывать, а оно так и оказалось.

- Вопрос железнодорожного сообщения русских губерний с Конфедерацией оказался в тройке наиважнейших, ваше превосходительство. И успешная перевозка золота из калифорнийского хранилища, напрямую на крейсера российского флота посрамила предсказания скептиков.

- Кого предсказания?

- Сомневающихся в необходимости затрат на прокладку железнодорожного пути до Варшавы-Тихоокеанской, он же Лос-Анджелес.

Шатров споро раскатал большую карту Северной Америки с красным цветом выделенной "змеёй" трансконтинентальной железной дороги. Множество значков и цифр, наверняка как-то характеризовали "чугунку", но вышедший из казаков Кустов, хоть и занимался самообразованием, понукаемый к тому старшими сыновьями и карту читать умел, тут сразу "сдался".

- Рассказывай Илья Николаич, чего обозначено твоей мудрёной цифирью, я академий не кончал, в генералы шашкой выбился да знакомством с государем.

- Не скромничайте, Ефим Фомич, я читал ваши отчёты о положении дел в губернии, весьма толково и со знанием дела составлены. А сейчас посмотрите на карту и вспомните, на каких участках пути вам некомфортно было ехать: трясло вагон сильно, поезд еле тащился, мост опасно раскачивался...

- Да почитай до границы с Техасом колотило будь здоров, а потом как по маслу покатили.

- К сожалению, на завершающем этапе многие участки магистрали спешно достраивались, что называется "на живую нитку", для запуска пробного движения. Всё для того, чтобы проверить как поезда пройдут мосты и перевалы, если и обрушатся, то не с золотом и не с грузом оружия.

- Понятно, испытывали.

- Скажите, ваше превосходительство, а каких-то нападок, недоброжелательства со стороны мексиканцев не наблюдали?

- Да сколько там было тех мексиканцев? Лодыри каких свет не видел. Мы с Сергеем Вениаминычем сразу, едва государь велел чугункой заняться, решили гнать пароходы за корейцами да японцами. Те работники хоть куда, если к рису мяса добавить - горы свернут. Они и показали в горах как кайлом махать. Двужильные, хоть и махонькие. Две с половиной тысячи япошек и корейцев полторы. Да раньше корейцев три с половиной тысячи завезли, всех их почти на дорогу и поставили.

- Очень уж легко у вас, Ефим Фомич, получается - завезли азиатов, рису им дали с куском мяса, а те горы пробуровили. А это ведь величайшая стройка! Первая трансконтинентальная железная дорога! По масштабам и по последствиям для развития территорий сопоставима разве что с Суэцким каналом. А по скорости прокладки просто вне конкуренции! А вы так прозаично, обыденно рассказываете. И почему корейцы и японцы, почему китайцев не подрядили?

- Так в Китае война, набрать народ трудно, все против всех режутся. Если вдруг окажется, что часть рабочих нашанхаили из одной провинции а часть из другой, они ещё на пароходе поубивают друг дружку. Корейцы те работники проверенные, надёжны, а японцы голодом сидят на своих островах, им кормёжка сытная за счастье, даже о деньгах не думают, когда нанимаются.

- Вот как. Теперь понятно

- Подскажи, Илья Николаич, а чего так добровольцев много вокруг чугунки собрали? Неужели всё время там будут поезда охранять? Почти четыре тысячи лбов с оружием в тылу торчат. Мне генералы Конфедерации на барбекю в Атланте выговаривали. Дескать, если превращаем солдат в укладчиков рельсов и сторожей при станциях, пускай хоть их винтовки отдадут армии КША.

- Что за генералы? Стоун поди с Майком Джонсоном? Ну, эти стратеги, в тылу обретаясь, такого наговорят.

Генштабист вытащил из свёртка карт другую, где не железная дорога жирно выделялась, а границы штатов и территорий.

- Взгляните, ваше превосходительство! Батальоны Добровольческого Корпуса не только потрудились на прокладке магистрали, но и удержали две кавалерийских бригады мексиканской армии от рейда по Техасу! Далее, штат Арканзас и Индейский Союз племён, имея рядом подразделения, пусть и не регулярной российской армии, но воюющие под имперским штандартом, усилили давление на штат Миссури, склонив чашу весов на сторону Конфедерации. До недавнего времени там все воевали против всех, такой неразберихи и анархии как в Миссури на всём континенте не сыскать. И арканзасские полки, вкупе с союзной конницей индейцев выдавили неприятеля далеко на север. Янки будут всё возможное делать, дабы разломать, вывести из строя железную дорогу. Потому там и стоят наши добровольцы. Более скажу - из десяти сформированных батальонов пять отправятся в Техас, и пять под Ричмонд.

- Отбивать решились конфедераты столицу?

- Так вы не знаете? Ах, да, пока океан пересекали, армия Конфедерации наголову разгромила корпус северян, занявший Ричмонд. Одних пленных более пяти тысяч, не хотят янки сражаться.

- А, - махнул рукой Кустов, - и что там осталось от города? Черепки одни!

- Ваше превосходительство, надо учитывать политический эффект от завладения вражеской столицей. Когда генерал Грант занял Ричмонд, мнение европейских держав качнулось в пользу САСШ. Даже в Лондоне заколебались. Сейчас, соответственно, маятник двинулся в сторону КША.

- Неправильно это, когда столица близко к границе. Наполеона почему деды победили? Потому что он армию размотал по российским просторам, только и сумел до Москвы дойти. Я и государю и графу Образцову давно предлагаю подальше от океана убраться. Вдруг да сцепимся с англичанами, подгонят они флот и что делать?

- Хм, хороший пример, ваше превосходительство. Только Великобритания не пойдёт сейчас на обострение отношений с Россией. Ваша губерния граничит с Британской Колумбией, скажите, как англичане относились к русским два-три года назад и теперь.

- А правда твоя, Илья Николаич, ведь подобрели сэры к нам, мужичью сиволапому. Куда как вежливы стали. А почему так?

- Французы досрочно вводят в эксплуатацию Суэцкий канал и ставят сильные гарнизоны в Красном море. Назревает конфликт двух великих держав и с кем Россия, тот и победит. Полагаю, что Великобритания и союз с Конфедеративными Штатами Америки заключила вовсе не из-за хлопка, хотя то фактор и немаловажный, но более для упрочения дружбы с Российской империей, ведь мы однозначно поддержали бы Юг в борьбе против Севера...

...Отоспавшись, позвал новоиспечённого генерала Кустова, благо тот никуда из Царского Села не отбыл, на ужин. Семейство самодержца: супруга Александра Иосифовна, сыновья Александр, Николай и Владимир и дочери Татьяна и Ольга зная, что папА приведёт гостя из солнечной Калифорнии, радостно лыбились. А потому что политически грамотны! Не зря же объясняю, каких хороших и заслуженных людей приглашаю к столу царскому.

Поначалу Фомич робел, но императрица сумела разговорить кержака. А когда бородач затянул привычную песню, дескать стал он генералом, а жена, Любаша, хоть и вышла в генеральши но корову доить не перестанет, какие они превосходительства, смех один, царица исполнила на бис коронный номер. Вопросительно взглянув на меня и уловив одобрение, Сандра рассказала как самолично, вот этими вот руками доит коз и даже велела вывести трёх животинок на лужайку перед верандой.

Генерал-майор, губернатор Русского Вашингтона и атаман Американского казачьего войска с ужасом уставился на императрицу, не зная что ответить на предложение Александры Иосифовны устроить дойку коз прямо сейчас.

Этот трюк с козами сложился нечаянно. Лет примерно пять тому назад милая Сандра так старалась разделить труды по управлению Россией, что достала просьбами дать ей хоть какое-нибудь поручение. Я и ляпнул, что по заветам древних майя желаю пить молоко, надоенное руками женщины с которой разделяю ложе, ибо счастлив и велик правитель, чья венценосная супруга заботится о нём столь самоотверженным способом.

Когда же понял - жену "переклинило", спешно переиграл коров на коз, дескать майя именно про коз в своих манускриптах писали. Супруга просияла, что-то про древних греков и козопасов со свирелями начала рассказывать, признавшись, что ужасно боится коров, а козы - такие милые животные...

И ведь доила! Пусть немного - утром стакан, да вечером (остальное выдаивала "смотрящая за царскими козами" скотница) но сам факт - императрица козу за вымя теребенькает!!! Впрочем, факт сей я приказал не афишировать. Не потому что тайна великая, а интересно было - от кого утечка пойдёт. Но пока секретность сохранялась, вон как Фомича в ступор вогнало...

Ситуацию выправил наследник, Александр Константинович. Цесаревич, предназначенный к обучению в Томском университете, юношей был весьма хитромудрым и старался произвести на окружающих благоприятное впечатление, чем очень напоминал брата Сашу, в честь коего и назван был.

Предварительно, зная что у нас ужинает губернатор Кустов, мой старшенький отыскал карту Русского Вашингтона, прилежно её проштудировал и начал задавать Ефиму Фомичу вопросы о жизни в Русском Вашингтоне, поражая собеседника глубиной познаний.

Да уж, надо присматривать за отпрыском, очень уж хорошо лицедействует, так, чего доброго и папеньке, то есть мне устроит удар апоплексический. А что - соберётся вокруг наследника свой круг, из энергичных и жаждущих власти и сумм казённых гвардионусов и всё может закрутится как и в случае с дедушкой Пашей. Англичанка не преминёт нагадить!

Ладно, пока киндеры ещё малы, такие варианты разве что в отдалённой перспективе надлежит рассматривать, а сегодня серьёзный разговор предстоит с генералом.

Когда дети ушли спать, а супруга, милостиво протянувшая кержаку руку для лобызания, удалилась "на молитву", настало время серьёзного разговора.

- Вот, смотри, Фомич.

- Что это?

- Карта месторождений золота на Аляске и Канаде.

- Ого, и точная карта?

- По большей части да, всё точно, постарались люди.

Тут я, конечно привирал. Нет, кое-какие точки на карте появились благодаря деятельности геологов самой северной заморской губернии России. Но основная россыпь "золотинок" она "оттуда", из недр двойной памяти, история аляскинской золотой лихорадки плюс рассказы Джека Лондона побудили в своё время поизучать тему. Зато знаю теперь где и сколько жёлтого металла ждёт добытчиков.

- Константин Николаич, ты потому меня вызвал, что немало приисков будет на британских землях?

- Угадал, Фомич. Ты губернатор в ключевом месте, и в золотодобыче не последний человек. Калифорнийское золото кто начал добывать? Ты начал! Как дело пошло? Отменно пошло дело! Кого я должен на аляскинское золото поставить? Опытного и фартового человека. Тебя, Фомич. Кто, если не ты?

- Я не против, только погодить бы чуток. С войной разобраться. В Калифорнии опять же не всё золото выбрали, прииски хоть и снизили добычу, хоть и закрываются которые совсем маломощные, выработанные, ну так артели на другие переходят, есть работа у людей. А новичков заводить в дело я б не стал.

- Резонно генерал. Резонно. А если не сейчас, а лет через 5-7?

- Если доживём, то самое то и начать.

- Непременно доживём, Фомич, какие наши годы!

- Ваше величество, я тут с подполковником Шатровым беседу имел.

- Толковый офицер.

- Да, знающий. И он сказал, что может случиться война Англии и Франции за Суэцкий канал.

- Есть такая вероятность, англичане начали подталкивать Конфедерацию к заключению мира с Союзом. И это неспроста. Очень похоже на то, что джентльмены собирают флот из всех закутков планеты. Дабы в нужное время сконцентрировать его в нужном месте и обеспечить решающее превосходство. Вот мы и гадаем - по французам готовятся бахнуть коварные бритты, а может по нам, в союзе в эскадрами САСШ?

- Да ну. На суше мы их расколотим. Я Британскую Колумбию за месяц возьму, вот где она будет.

- Хорошо кулаком трясёшь, Фомич. Страшно, убедительно. Ну а если янки станут континентальными солдатами Англии? А конфедераты получив независимость предпочтут промолчать? Тогда нам через Атлантический океан армию не перебросить, тогда хреново дело, господин генерал-майор.

- И, как быть?

- Всеми силами способствовать успеху Конфедерации в войне. Немедленному успеху. То, что я тебе давеча наговорил о возвращении через Сибирь, забудь. Совершишь кругосветное путешествие в другой раз, а корейских отпрысков другие люди доставят в Калифорнию. Сегодня у нас 4 октября, а седьмого из Кроншатадта на "Буцефале" отправляется очередной батальон Добровольческого Корпуса, с ними и двинешь. Подробные инструкции для Образцова подготовят, поедешь с фельдъегерями. На словах же расскажи Сергею Вениаминовичу о желательности формирования кавалерийских отрядов из мексиканцев. Приветствуется даже найм на русскую службу эскадронов регулярной армии, в Мексике сейчас такой бардак и бескормица, вояки легко дезертируют и к нам примкнут без угрызений совести.

- Толку то с таких вояк, Константин Николаевич. Название одно!

- Знаю, но тут задача иная - вывести максимально большее количество мексиканцев, чтоб не натравили их на КША, на нашу с горем пополам, на скорую руку отстроенную железную дорогу. Надо, край как надо Фомич направить мексиканских горячих парней в распоряжение Турчанинова. У Николая Гавриловича не забалуют, он сумеет их в атаку погнать.

- А я как же? В тылу отсиживаться?

- Погоди, дойдёт и до тебя очередь. Скажи, Фомич, а чего так старцы беловодьевские преисполнились воинственности и погнали к Турчанинову эскадрон за эскадроном из ваших, кержацких парней молодых составленных?

Кустов густо покраснел. Дело было "интимного свойства". Головка кержацкой общины, как только начали снижаться объёмы добываемого золота, возжелала наложить лапу на все рудники заокеанского наместничества. Даже те, на которых работали сибирские промышленники, с нуля выстроившие производственный процесс. Образцов, естественно, бородачей вежливо, но твёрдо послал. Те затаили злобу и начали интриговать. Но тут случилась война Севера и Юга и кавалерийский корпус Турчанинова, разгромив янки у Большого Солёного озера, строил в тех местах укрепрайон, намереваясь удерживать противника на дальних подступах от русских губерний. Однакож, премудрые старцы решили, что хитрый царь решил с ними более не сотрудничать и затеял войну с американцами, дабы захватить месторождения золота и серебра в территориях Невада и Юта. И бородачи решили показать самодержцу кукиш с маслом, самим отыскать и начать разработку приисков, не беря меня в долю. Если золото в Калифорнии по царской наводке нашли, то сейчас, "оперившись", старообрядцы совсем по Булгакову "восхотели сами всем володети".

Тем более и Невада и Юта златом-серебром богаты. Но дело в том, что я не рассчитываю удержать эти территорию, с вероятностью в 90% уйдут оттуда русские части по окончании войны. И я это Кустову доводил, а он, соответственно, "старцам" докладывал. Но тем, похоже, пофиг. Беспокойные деды - носятся по миру как наскипидаренные, не могут на одном месте усидеть. Я и в прошлой своей, в первой жизни, когда общался с кержаками в Томской области и в Красноярском крае, всегда удивлялся. Вроде наладят хозяйство. Всё хорошо, всё замечательно. И корова доится и растёт кокос, но чу! Труба зовёт! И полетели аки цыгане. Хотя никто не гнал аввакумовцев. Ни тогда, ни сейчас. Может и "этим", предкам "тех" из 20-21 веков, наскучило под двуглавым орлом жительствовать, решили под звёздно-полосатый стяг перебраться?

Ефим, безусловно, мой человек, видно как мучается, переживает. Против царя не пойдёт, но "пророков" чтит и жалеет. А старцы начали возмущаться. Дескать, мы столько лет Константину верили, а он в императоры выбился и веру старую, веру истинную возвращать не желает. Мало им, старпёрам, что преследования прекратились, что службы в их церквях идут спокойно, а самих церквей старообрядческих в Русской Америке кабы не больше чем "никоновских". Нет. Бузят.

- Скажи, Ефим Фомич. Если захотят старцы уйти в пУстынь. Много народу за собой уведут? Можно, конечно задавить бунт, но во время войны бучу поднимать - врага радовать.

- Так тут, Константин Николаич дело не о молодых или о стариках, дело о казне общины. А там немало, ого как немало золотишка.

- Хм, словно тамплиеры и Филипп Красивый. Только мне золото общины не столь важно, как люди. Люди и есть золото, а без людей что золото - так, песок или кирпичи. Если в слитках.

- Молодёжь останется, Константин Николаевич, и твою сторону примет.

- Думаешь?

- А то ж. Не зря Никита Сыромятов в полковниках и командирах особой бригады. И с отцом разругался вдрызг.

- А в бригаде у Никиты много ваших?

- Поболее половины будет.

- Ладно, Фомич. Никитка, он на самый крайний случай. А тебе выпадает решать вопрос миром. Хотят в Неваду и в Юту? Пусть едут старцы, но без семей. Китайцев нанимают в работу, коль так приспичило. А ты обязательно скажи на сходе общины - в тех местах, куда призывают отправиться старые мудаки, мудрецами их никак не получается назвать, скоро пушки загрохочут. "Старцы" бл... выискались, сами жизнь прожили, скучно в одиночку помирать, за собой народ тянут. Раньше сжигались общинами, теперь в войну, в пекло самое зовут. Именно так и скажи, Фомич. Сможешь? Пойдёшь против своих старших?

- Пойду, государь. Бог свидетель, пойду!

Глава 9

Глава 9.

Владимир Алексеевич Корнилов, вице-адмирал флота Конфедеративных Штатов Америки, полный адмирал флота российского в отставке и начальствующей над речной флотилией КША, сидел на берегу Миссисипи, подстелив под "седалище" старенькую шинель (всё-таки утро сентябрьское, хоть и климат не сравним с Отечеством) слушал песню, душевно исполняемую матросами героической русской речной флотилии.

Разумеется, песня была о реке и конечно же о Миссисипи: "Миссисипи, мать родная, будь же руууууусская рекааааааааа", - с душой, с надрывом выводили доблестные катерники, вернувшиеся из ночного рейда. Адмиральский повар, отставник Лукич, не усидевший с внуками и сорвавшийся "со своими адмиралами" в далёкую Америку, суетился у рыбацкой лодки, выбирая для господского стола рыбу посочнее да посвежее.

Американский журналист Сэмюэл Клеменс на смеси русского и английского доказывал Лукичу, что отложенный поваром сом не самый лучший вариант и, размахивая руками, как уловил Корнилов, рассказывал о своих рыбацких подвигах, мол с детских лет на реке, знает что почём...

С Клеменсом, привлечённым к сотрудничеству с газетой "Русская Америка" по указанию самого императора не связывался даже капитан Апушкин, ведающий контрразведкой и подозревающий "щелкопёра" в симпатиях к Северу.

- Нет бы наших газетчиков прислать на флотилию, - жаловался капитан Корнилову и Нахимову, - нынче полтора десятка лучших перьев России в Америке работают! Сам Николай Васильевич Гоголь пишет о подвигах солдат и офицеров Калифорнийского Корпуса! А тут, на русской морской базе, где новейшее оружие, секретные мины - чужак. Идёт на телеграф - откуда мы знаем кому сигнализирует. Условными знаками можно любую информацию передать под видом невинных телеграмм. А окажется Клеменс шпионом - мне быть в ответе, кому же ещё. Поверьте, ваши высокопревосходительства, только благоволение государя удерживает от устройства писаке несчастного случая!

Адмиралы сочувственно кивали Апушкину и многозначительно указывали то пальцем, то головой вверх, дескать с вождём нации не поспоришь. Интересен был статус "пенсионных флотоводцев", по идее Владимир Алексеевич и Павел Степанович русскими военными командовать не могли, состоя на службе КША, однако из Петербурга непрестанно прибывали моряки, как отставники, так и взявшие для вида "отпуск", и все они не на эскадру Истомина направлялись, а под начало "опальных" адмиралов.

Проведя почти год в бездействии и нервотрёпке, - вывести против на порядок сильнейшего флота Севера корабли Конфедерации, означало тут же их и утопить, бесславно и глупо, при сочувственном "понимании" английской эскадры, вроде бы и союзной КША, вроде бы и иногда поддающей северянам, когда те излишне приближаются к Норфолку, но инициативу не проявляющей.

Потому Владимира Алексеевича однажды и "прорвало": читая газеты о наступлении армии Союза и оставлении Луисвилла, о больших потерях среди русских добровольцев, адмирал испросил у Роберта Ли, плотно курирующего немногие военные корабли КША, командировку в Новый Орлеан, явился на "минную матку", пароход "Томск" и нахрапом забрал шесть катеров. Экипажи сами изъявили желание повоевать на "американской Волге", не захотели отдавать изящные, "игрушечные" катера в чужие руки. Первые же удары по пароходам северян, чувствующих себя хозяевами Миссисипи, оказались настолько результативными (погибло триста солдат САСШ, перевозимых на пароходе "Св. Варфоломей") что Корнилов из контр-адмиралов флота Конфедерации "вырос" до вице-адмирала и получил задание очистить стратегическую водную артерию от вражеских кораблей, чем с успехом и занимался.

Как только в Петербурге узнали о "своеволии" Корнилова (Нахимов, по правде говоря "речную авантюру" товарища не одобрил) ручеёк командируемых в Северную Америку моряков превратился в полноводный поток. Сейчас на "русской базе" в Мемфисе в списках значатся 672 человека, пусть даже считая с американцем Клеменсом и трёмя сотнями солдат Добровольческого Корпуса, направленных для охраны флотилии и ставших волею адмирала батальоном морской пехоты. А на речной глади готовы к бою три с половиной десятка минных катеров, да пять вооружённых пароходов! Силища! Янки, получив несколько оплеух, сдав три парохода, потащили "на реку" орудия и броню с мониторов, охраняющих Атлантическое побережье. Скоро ждать ответа от неприятеля. Ну ничего, матросы рвутся в бой, мичманам, тем энергию девать некуда, дошло до того - молодых негритянок покупают для плотских утех. Нет, всё пристойно, из рабства выкупают, дают вольную и "устраивают кухаркой". Интересно другое, эти грудасто-бедрастые "Люсинды" ни в какую не желают становиться свободными и готовы ублажать и кормить белых русских господ, но исключительно в рабстве пребывая. Не нужна им свобода, которая подразумевает ответственность за свою жизнь и поступки. Так-то вот, с ходу и не разберёшься в хитросплетениях американской политики. Вначале и адмирал думал - всё дело в освобождении рабов, а оказалось экономические интересы, тарифы, налоги вызвали конфликт Севера и Юга, а судьба чернокожих так, для затравки, для оправдания передела состояний, вброшена на страницы газет...

Владимир Алексеевич, честно говоря, завидовал мичманской молодёжи, исправно охаживающей темпераментных мулаток, голосящих по ночам на весь лагерь. Он всё ж таки живой человек, не "схимник Нахимов", да и чертовки так завлекательно задами крутят, эх! Апушкин, заметив томление адмирала, предлагал содействие в "приобретении кухарки", мотивируя тем, что ничего стыдного тут нет, чопорные плантаторы, например, вовсю балуют с рабынями. Но Владимир Алексеевич, жаждущий экзотики, опасался огласки и особенно журналиста Клеменса. Ведь непременно распишет, подлец, как русский адмирал "угнетает негров"...

Нахимову легче, Павел Степанович по жизни прошёл не обращая внимания на женский пол, куда ему на седьмом десятке с мулатками блудить. Да и уехал старый друг и соратник в Константинополь-Тихоокеанский, поторопить инженеров тамошней верфи в создании "большого минного катера", специально приспособленного для речной войны, с малой осадкой и возможностью установить орудие.

Корнилов тяжело вздохнул, перевооружение флота на новые орудия в 75-мм и 47-мм, с длиной ствола в тридцать калибров шло под радостные комментарии артиллерийских офицеров, характеристики у пушек были выдающиеся. Только где набрать потребное количество снарядов. Арсенал в Калифорнии не очень то жаловал "речников", снабжая снарядами и пушками в первую голову "своих", - кавалеристов Турчанинова. Павел Степанович ещё и потому уехал в Константинополь-Тихоокеанский, чтобы напрямую донести до графа и генерала Образцова простую идею - активность речной флотилии КША на Миссисипи куда как надёжнее обезопасит Русскую Калифорнию от возможных рейдов кавалерийских бригад янки, чем устроение заградительных позиций у Большого Солёного озера. Прорыв вверх по реке до впадения в Миссисипи полноводной Огайо, возвращение под контроль Юга стратегически важного порта Каира смешает северянам все карты. А если ещё и до Сент-Луиса дойти, "закупорить" все перевозки неприятеля грузов и солдат по рекам! Да тогда генералы САСШ и не помыслят о направлении мощного экспедиционного корпуса на Запад, а заняты будут исключительно предотвращением возможных десантов южан. Прошлогодний рейд кавалеристов генерала Стюарта, изрядно порезвившихся в тылу и спокойно, с минимальными потерями ушедших к русским, показал янки уязвимость их коммуникаций. А разрушенные бригадой Стюарта склады, железные дороги и военные заводы заставили вашингтонских умников задуматься об обороне, а не лелеять планы по расчленению территории Конфедерации на две части. Пока же, из донесений разведки следовало, что неприятель развернул в Сент-Луисе строительство одновременно десяти колёсных пароходов в 600 тонн водоизмещения. Посудины бронируются по бортам в три дюйма, на каждой разместят до десятка орудий (а есть в арсенале Сент-Луиса и десятидюймовки, которые также готовятся к установке на суда по 1-2 штуки) так что дело серьёзное. Преимущество КША в морских минных катерах, чьё появление на Миссисипи стало для флотилии Союза неприятной, а где то даже и катастрофической неожиданностью, сохраняется, почему то противник доставившие массу проблем маленькие и вёрткие судёнышки считает несерьёзными и делает ставку на большие корабли. Хотя коммодор флота САСШ Фут и командует прекрасно мелкосидящими канонерками, слаженные действия его отряда на реке Теннесси, немало поспособствовали успеху наступления северян.

Сейчас Фут, по данным разведки сосредоточил все свои силы в Каире и готовится к внезапному нападению на базу флотилии КША в Мемфисе. Что ж, посмотрим кто кого упредит, ударит первым. Корнилов приготовился к броску вверх по течению, запасы угля были доведены до предела, два парохода стали плавучими угольными станциями. Мало ли, на новом месте рассчитывать на помощь сухопутных в деле обеспечения топливом адмирал поостерёгся.

Владимир Алексеевич улыбнулся, его и Нахимова, после отъезда на Миссисипи прозвали "земноводными адмиралами". Наверняка остряки намекали на незавидную судьбу адмирала Чичагова, отряженного командовать сухопутной армией и так и не изловившего Бонопарта.

Ну да Павел Васильевич Чичагов, поставленный на Дунайскую армию в 1812 году, оказался на суше, а начальник, пусть и речной флотилии, всё одно моряк!

Корнилов споро поднялся (не берёт возраст, не берёт! Ещё повоюем!) и подошёл к певунам, жестом показав: не надо вскакивать, вне службы, без чинов.

- Как в "ночное" сходили, Егор Терентьевич?

Мичман Нилов, с трудом преодолел желание вскочить перед адмиралом, дождался пока Корнилов усядется на освобождённый Саввой Приходько чурбак и степенно, солидно (так ему казалось) ответил: "Всё хорошо, ваше высокопревосходительство. Кораблей Севера на полсотни миль вверх по реке нет".

- Что ж, значит вперёд, на Каир! Готовы?

- Давно ждём, - Нилов сделав над собой усилие обратился к высокому начальству по имени-отчеству, - Владимир Алексеевич. Здесь у Мемфиса мы дали жару янки, вышвырнули их с Миссисипи, пора и добивать. Боевой дух высок как никогда!

Смутившись, мичман прервал свой нескладный патетический спич. Молод, горяч Нилов. Его катер отличился при захвате парохода "Лондон", много раз ходили катерники на разведку за сотню миль вверх по реке, доставляя ценные сведения. Но утопить вооружённый пароход северян, как вышло у его друга, мичмана Савина, честолюбивый Нилов не сумел. Вот и рвётся в драку юноша, в чаянии чинов, орденов, барышень обожания ради.

- Пойдём, Егор Терентьевич, непременно пойдём вперёд. Сегодня отдыхайте, а завтра вам снова быть на острие - разведка дело опасное. Пойдёте тремя катерами впереди каравана, остальные катера потянут пароходы, необходимо сберечь ресурс машин, ремонт устроить нет возможности.

Отойдя от костра адмирал улыбнулся, - конечно же ни о каком отдыхе молодёжь, узнавшая, что завтра предстоит ДЕЛО, и не подумает. Непременно примутся чистить машину, колдовать над паровиком, выбирать лучший, самый жаркий уголь. Началось такое поветрие у разведчиков, считающих, что даже из одной шахты добытый уголь по каким-то, им одним ведомым признакам различается - есть куски больше энергии при сжигании дающие и только такой надо запасать в дальний поход, когда каждый фунт веса на учёте.

Адъютант и начальник штаба в одном лице, отставной капитан второго ранга Назимов, завидев командира, подходящего к "штабному" домику, достал из портфеля бумаги.

- Есть телеграммы, Владимир Сергеевич, - осведомился Корнилов - от Павла Степановича есть какие известия?

- Так точно, Владимир Алексеевич, - Назимов протянул адмиралу листок с текстом.

- Признаться, не ожидал, - Корнилов уселся на табурет, жестом показал Назимову на соседнюю табуретку, - калифорнийцы несказанно расщедрились. Мало того, что все наши заявки исполнены, так ещё полста мастеровых командированы на Миссисипи. Ай да Нахимов!

- Полагаю, дело ещё и в том, что есть необходимость в испытании орудий, выпускаемых в Русской Калифорнии, отзыв его величеству следует представить как можно скорее, а до Турчанинова тащить пушки долго и накладно. То ли дело к нам - по железной дороге, затем рекой "закинуть" груз и проверить орудия и снаряды в деле.

- Резонно, - согласился с соратником Корнилов, - только ждать Павла Степановича не будем, недели две, а то и три пройдёт, пока из Калифорнии подтянутся. Лучше уж мы сейчас, если удачно сложится, утвердимся в ключевой точке - Каире, а помощь подоспеет как раз в самое трудное время, когда неприятель попробует столкнуть нас с позиций, так сказать "вниз по матушке по Миссисипи"...

...Генерал Пьер Густав Борегар, идеально проведший отступление от Луисвилла до Нэшвилла, горел желанием поквитаться с оппонентом - Уильямом Шерманом, перевёдённым на место расхворавшегося Гранта. Появление русских адмиралов, сумевших очистить значительный участок Миссисипи от вооружённых пароходов Севера, вдохновило Борегара на дерзкую наступательную операцию. Из Нового Орлеана подошли четыре парохода, на которые будет погружена пусть изрядно поредевшая, но набравшаяся бесценного боевого опыта бригада полковника Сайдинга. Да плюс полтысячи штыков пехоты у русских, подчиняющихся двум старым адмиралам-отставникам. Этого хватит для атаки на Каир и "закупоривания" водной артерии Огайо.

Адмирал Корнилов заверил, что неделю, а то и более его отряд сможет действовать в отрыве от главных сил, а атаку флотилии северян из Сент-Луиса и канонерок коммодора Фута, случись таковые, остановят три дюжины катеров с шестовыми минами. Даже если придётся принести в жертву экипажи катеров, их гибель не будет напрасной, потому что генерал Борегар задумал разгром и (если получится) окружение и пленение противостоящей ему Теннессийской армии Шермана. Пусть у Уильяма и 180 тысяч штыков против 110 тысяч Борегара (и то считая с отрядами ополчения) но лучшие части Шерман уложил, когда не считаясь с потерями стремился расколоть армию Юга надвое. Не вышло, а тактика "выжженной земли", опробованная в Кентукки, привела лишь к поголовному исходу белого населения штата в Теннесси и невероятному озлоблению ополченцев. Да и сами солдаты Шермана, если судить по частой сдаче в плен, вовсе не напоминали надменных победителей. Пленные янки искренне радовались, что война для них закончилась, сразу же заявляли о несогласии с методами ведения войны командующим Теннессийской армией и просили отправить на работы либо к русским в Калифорнию, либо в Техас, но только как можно дальше от линии фронта.

У подчинённых Борегара мотивация была гораздо выше, особо рьяных приходилось буквально "за шиворот" придерживать. Ну ничего, зато подгонять никого не надо, пинками поднимать в атаку. Ополченцев генерал решил направить на зачистку района между реками Теннесси и Миссисипи, а кавалерийские ударные бригады двинутся прямиком на Луисвилл, сея панику в тылах противника. Русские добровольцы, пересев на лошадей поступают в распоряжение адмирала Корнилова и пойдут на Каир, переправятся с конями через Огайо, ничего страшного, - слава о русских казаках гремит по континенту. Подумаешь - не казаки, Справятся! А соотечественники поддержат земляков-кавалеристов огнём пушек с полудюжины вооружённых пароходов. Ну а если у русских и не получится, Борегар не особо переживал - всё равно отвлекут союзники внимание Шермана от направления основного удара. Уильям по итогам минувшей войны чрезвычайно высоко ценит русскую кавалерию, а то, что это не страшные казаки а вчерашние студенты и романтики пересели на норовистых индейских лошадок, да откуда ему знать? Русские идут и надо принимать меры...

Спасибо союзникам-индейцам, практически вся пехота превратилась в некое подобие драгун и могла достаточно быстро перемещаться вместе с артиллерией. Наконец то Роберт Ли выкроил для "Армии реки" 48 орудий, произведённых в Великобритании специально для армии Конфедерации. Чем придётся расплачиваться за столь щедрый и своевременный "дар", генерал предпочитал не думать. Он военный, его дело громить врага, а взаимодействовать с союзниками - задача дипломатов и политиков. Слухам о том, что раздосадованный большими потерями неопытных волонтёров из Добровольческого Корпуса, русский император принял решение переправить через океан отборные гвардейские части и взять на штык Вашингтон, Борегар не верил, но сам таковые усиленно распространял. Шпионов среди крутящихся вокруг штаба газетчиков, поставщиков фуража и продовольствия, деятелей благотворительных обществ, проституток из появившихся в Нэшвилле как грибы после дождя публичных домов, наверняка хватает. И когда генерал Борегар раз, другой, третий "случайно" проговаривался, что русские преступно затягивают посылку кадровых частей, хотя и обещали целый корпус, он искренне надеялся - дойдут до Шермана его оговорки...

... - Ровно стучит, ваше благородие!

Мичман Нилов солидно кивнул, назначенный командиром авангарда, он был преисполнен гордости - пусть небольшая, из трёх махоньких единиц и речная, но таки - эскадра! Приказом Нахимова катерам были присвоены порядковые номера и запрещено нанесение на борта каких-либо рисунков и имён милых дам. Иначе бы в глазах рябило от "Марий", "Наталий" и "Ольг" с "Полинами"... К катеру Нилова под номером пять, добавились номер двенадцатый мичмана Сапожникова и номер двадцать седьмой кондуктора Василия Васильевича Васина, "Вась-Вася"...

Разведчики на девяти узлах двигались вверх по течению, Миссисипи не была пустой, несмотря на боевые действия рыбаков хватало. Только вот пароходы, ранее шнырявшие по "русской Волге" один за другим, после первых триумфальных ночных атак русских катерников, были уведены северянами в Каир.

- Может так и проскочим, а, Егор Терентьич? - пожилой машинист Маштаков решил перебраться в Русскую Америку на постоянное жительство, семью перевёз в Новый Орлеан и разрывался, думая где лучше поселиться - в Константинополе или Новосибирске-Сиэтле. "Знающие люди" в ярких красках расписывали преимущества и одного и другого молодых городов и старик Борис Петрович не знал куда податься. Стариком сверхсрочник Маштаков казался лишь двадцатилетнему мичману, а так, в свои сорок семь был мужчина в соку, в самой силе. Но желание выйти в отставку непременно "благородием", пусть и "прапорщиком по морской части", привело на флотилию к адмиралу Корнилову, твёрдо обещавшему опытному машинисту заветные офицерские звёздочки. А Калифорния подождёт, тем более семья в Новом Орлеане хорошо устроена, живут в отстроенном Российско-Американской Компанией "Русском Квартале", за три комнаты платить не нужно, английскому языку и письму супругу и пятерых детей обучают бесплатно.

Разведчики шли налегке, принеся в жертву скорости вооружение. Шестовые мины оставлены на трофейном пароходе "Томск-второй", а винтовки, установленные на сошки в носу и на корме - смех один.

- Вряд ли, Борис Петрович. Янки за Каир будут драться ого как! Сей город, тёзка средиземноморского Каира, является ключевым во всей речной системе. Так, с наскока его не взять, но и задача у Владимира Алексеевича - подтянуть все силы из Мемфиса поближе к устью Огайо. А уж потом видно будет - мы янки накостыляем или они нам.

- Павел Степанович из Калифорнии должен пушек привезти, в Константинополе-Тихоокеанском новые морские орудия отливать навострились. А с этими пукалками, - Маштаков пренебрежительно указал на "константиновку", установленную на сошках в носу катера, - даже вон тот пароходишко на абордаж не взять.

- Что, где пароход, какой? - Нилов ошарашено уставился на подчинённого.

- Да вот же, Егор Терентьич, справа по ходу к островку приткнулся. Стоит, вроде как брошенный. Я думал, ты видишь.

Мичман обиженно засопел. Подсадив зрение в детстве, чтением книг при свече (а может наследственность плохая была, не в чтении дело) очки он не носил, боясь выглядеть смешным. И вот он - конфуз. Командир отряда разведчиков прошляпил целый вражеский пароход.

- Курс на судно, - сердито скомандовал Нилов, условленным жестом показав катеру "Вась-Вася" приотстать, дабы в случае гибели или захвата остальных, хоть один разведчик вернулся с донесением к командованию...

Пароход был колёсный и явно не новый. Потому, видимо и не попавший под реквизицию. Просто переделали из прогулочного в грузовой и возят продукты или боеприпасы для северян. Посудин конфедератов здесь точно нет. А значит - на абордаж!

- Приготовьте револьверы, - скомандовал мичман, - снижай ход, Борис Петрович, раскурочим катер.

- Не боись, Егор Терентьич, - Маштаков помимо функционала кочегара-машиниста исполнял и обязанности рулевого, глазомер у человека и чутьё удивительное. Нилов, пару раз изрядно приложивший "пятёрика" полагался на сверхсрочника и попусту в его дела не лез, но тут особый случай - может бой случится, надо показать кто командир.

- Русские - заорал во всю мочь рыжий верзила, выскочивший на палубу и увидевший совсем рядом неприятельские катера. Заорал и прыгнул за борт.

- Чего это он? - Удивился мичман.

- Думает мы их миной шваркнем, у страха глаза велики, не рассмотрел, что мы пустые.

- А ведь верно, Петрович, а ну дай матюгальник, - мичман перехватил рупор и на классическом английском забасил (для солидности) - команда парохода, вы захвачены катерами флотилии адмирала Корнилова, попытка к сопротивлению повлечёт взрыв судна! Выходить с поднятыми руками. Сдавшимся гарантируется жизнь и хорошее обращение в плену! Повторяю! Команда парохода...

Обошлось без стрельбы. Гражданские моряки, числом восемь, напуганные рассказами о страшных русских минах, на атомы разносивших огромные пароходы с полками солдат на Миссисипи и даже мониторы на Атлантическом побережье, подняли руки и сдались на милость победителей. Поломка машины "подарила" пароходик "Благочестивая Марта" с грузом в шестьсот мешков муки и двадцатью бочками виски команде мичмана Нилова. Как поступить с "захромавшей Мартой" вопроса не возникло - отбуксировали судно на середину реки и подняв над трофеем вымпел флотилии (композицию из флага Конфедерации и Андреевского) отправили под конвоем катера "Вась-Вася" навстречу основному каравану.

А разведчики, числом два, потеряв три часа на "затрофеивание", решили до сумерек пробежаться вверх по Миссисипи, да и заночевать где-нибудь, поджидая своих и "слушая тишину". Мало ли - пойдёт враг в ночной набег, так предупредить получится Корнилова.

- Что невесел, Егор Терентьич? - Маштаков, разжившийся провизией на камбузе "Благочестивой Марты" пребывал в замечательном настроении и искренне не понимал поскучневшего мичмана. - Захватили вражеский корабль. Без единого выстрела, единственно моей смекалкой и твоей храбростью, а, Егор Терентьич!

- Невелика доблесть безоружного купца распотрошить. Была бы у них хоть дрянная пушчонка на борту.

- Георгия жаждешь? Эх, молодость, молодость. Ты Егор Терентьич ещё насобираешь орденов, цельну кучу, какие твои годы. Его величество флоту простаивать не даст и быть непременно мичману Нилову в адмиралах. А что, у меня бабушка цыганка наполовину, имею свойство к предсказаниям.

- Ладно, Борис Петрович, всё хорошо. А о тебе я рапорт подам, не твоя подсказка, как знать, может и стрельбу б начали американцы.

- Может и начали б, - покладисто согласился Маштаков, - мне поощрение лишним не будет. Погоны прапорщика дело серьёзное.

- Эх, окажись вместо муки и виски, порох и патроны в грузе на "Марте", уже б сегодня мог в благородия выйти, а Петрович, не жалеешь?

- Ожил, Егор Терентьич, - Маштаков расхохотался, - а груз в самый раз. Я мешок то вскрыл на пробу - самая крупчатка высшего сорта. Не то дерьмо кукурузное, которым конфедераты нас потчуют.

Флотилия и в самом деле снабжалась по остаточному принципу, Борегар "лучшие куски" отдавал своим ударным частям, полагая, что ополченцы как-нибудь да прокормятся от щедрот родных и друзей. Русские моряки, те вообще на реке живут, а Миссисипи рыбой богата.

Голодать на флотилии, конечно, не голодали. Офицеры при деньгах даже рабынь заводили, но матросы-сверхсрочники, решившиеся на дальнюю командировку для последующего устройства в русских заокеанских губерниях, предпочитали деньги откладывать и довольствовались ухой и кукурузными лепёшками. Два-три дня в неделю были мясными, но армия у генерала Пьера Густава Тутана Борегара числом выходила за сто тысяч, да еще беженцы из Кентукки. Так что, поставляемые индейцами бычки уходили влёт, не всегда доходя до моряков в виде мясных туш. Широко разрекламированная тушёнка из Техаса, заготавливаемая Российско-Американской Компанией и староверами из Калифорнии, "почему то" никак не могла попасть в Мемфис, Нахимов уехал в Константинополь-Тихоокеанский, пообещав по дороге накрутить хвоста интендантам и в Техасе и в Калифорнии.

Павел Степанович за подчинённых душой болел, верили адмиралу его матросы, ждали улучшения в продовольственном вопросе.

- Не пойму я американцев, - молодой матрос Семён Шипов, вызвавшийся добровольцем вместе с мичманом Ниловым, решился вступить в разговор, - колёсья эти на пароходах. У нас их сроду не было.

- Как же, не было, молодо зелено, - Маштаков посмотрел на Шипова как учитель на заядлого двоечника, - полно было колёсных пароходов. Но его величество как вернулся из Калифорнии в 1847, или 1848, дай Бог памяти, так и издал указ, - только гребной винт, никаких колёс. За эти года и повывелись.

- Его величество ещё и таран запретил, - Нилов улыбнулся, - я тогда в Корпусе обучался, гардемарин, старший класс. Прибыл к нам Константин Николаевич, а ему вопрос про отсутствие в нашем флоте таранов Михаил Львов решился задать. Так Константин Николаевич велел принести топор.

- Зачем?

- А затем, Семён. Презентовал государь его князю Львову и велел не расставаться, в каюте хранить. Когда же случится таран и абордаж, хватать топор и прыгать на вражеское судно, головы рубить супостатам. Мишка доволен, конечно. Сказал, что царский подарок на гербе хочет изобразить, да отца боится.

- Ладно, молодёжь, спите, я подежурю, - Маштаков, после обильного ужина пребывая в отменном настроении, закурил, - эх, чего-чего но табачку здесь полно. И табак то отменный. Никому дым не мешает? Спят уже, сморило. Молодость, молодость. А завтра быть может бой. И как оно обернётся?

Глава 10

Глава 10.

Эх, сентябрь-октябрь - осень золотая! Хорошие новости пёрли косяком, начиная с первого сентября 1862 года. Даже не по себе иногда становилось - а ну как прервётся какой-нибудь страшной катастрофой "белая полоса". Но пока, тьфу-тьфу-тьфу, обходилось.

В предпоследний день октября, высочайше и торжественно поименованный как День основания Императорских Училищ, порадовали царя-батюшку "путиловцы", выпускники тех самых учебных заведений. Нет, не пролетарии, а ребята, закончившие Императорские Технические Классы, затем ушедшие в чертёжные (читай конструкторские) бюро под крыло Николая Ивановича Путилова.

Дизель они подарили государю и державе, классический дизель. Хотя в этой реальности быть движку, пожалуй что, судя по фамилиям сконструировавших сие чудо инженеров (Ветрова Михаила и Коровина Павла) "корветом". Да, КОРВЕТ и не иначе! Зря я, что ли, морской офицер?

Работали парни, конечно, по моим "наводкам" из будущего, именуемым среди отечественных изобретателей исключительно с придыханием: "божественными озарениями государя". А как вы хотите - император не только поэт и путешественник, он и в технических вопросах дока, прям как великий предок - Пётр под нумером один, разве что на токарном станке не виртуозит, фигурки шахматные вытачивая.

Недосуг, недосуг царю с железяками ковыряться, страной править надо, изобразил схематично Константин Николаевич в приступе очередного "озарения" чертёж будущего двигателя внутреннего сгорания и вперёд, дерзайте технари, воплощайте идеи самодержца! Технари, надо отметить, старались, в 1857 году создали и запатентовали первый в мире (этом мире) бензиновый карбюраторный двигатель, опередив время примерно на четверть века. Легенда, кстати, хорошая получилась, как и почему родился тот движок, - добыча нефти на Сахалине и Каспии шла ударными темпами, но помимо вырабатываемого керосина, куда девать бензин, солярку и мазут? Потому де и озаботился бережливый император постройкой двигателя, работающего на отходах керосинового производства, потому и дал ценные указания и примерные наброски инженерам.

Да уж, на отходах... Молодой Менделеев свою историческую фразу про "отапливаться нефтью, равнозначно сжигать ассигнации" успел и здесь высказать в полемическом задоре, прямо из солнечной Калифорнии, получив высочайшее одобрение на страницах "Российской Газеты". Так что нефть расходовали рачительно, тщась употребить её в дело. "Калифорнийские осветительные лампы", завоевав российский рынок, за рубеж, увы, продавались малыми партиями, слишком быстро ушлые европейцы создали свои копии "константиновых керосинок". Да и чёрт с ними, Европа куда больше потеряла от снижения на порядок числа "русотуристов", желающих отдохнуть непременно "на водах" и непременно в старушке Европе. Пришлось воззвать к патриотизму и в принудительном порядке, едва ли не пинками гнать "элиту" в бурно развивающиеся Кисловодск и Пятигорск. Зато денежка остаётся в России, не обогащаются за наш счёт сволочные бюргеры...

- Что ж, господа, отличились, молодцы. Сколько на испытаниях отработали два "корвета", почти по тысяче часов? Прекрасно! А "корветы" оттого, драгоценные мои Михаил Николаевич и Павел Сидорович, что поименуем двигатель по вашим фамилиям.

Изобретатели прониклись, им по 26-27 лет всего то, Ветров из разорившихся дворян, Коровин - крепостной, по программе поиска талантливых крестьянских ребятишек отмеченный сельским учителем и "реквизированный" у помещика прямиком в Императорские Классы, едва ли не в лаптях. Так, в лаптях и обносках, многие начинали своё движение к признанию и славе. На 146% уверен, из нескольких тысяч молодых людей уже отучившихся в учебных заведениях, созданных на средства тогда ещё великого князя Константина, и приступивших к работе на благо державы, в скором времени проявятся учёные мирового уровня. Не могут не проявиться.

Взять тот же бензиновый движок - его двадцатилетние парни за полгода "изваяли" с момента постановки задачи и самых общих рекомендаций самодержца...

Даже несолидно представлять на патентование изделие, несомненно превосходное, но такими юнцами созданное, сетовали старпёры в департаментах. Ничего, скоро заменят их в местах присутственных, молодые и ярые, Россию перестроить жаждущие инженеры, юристы, медики "константиновой школы".

- Ваше величество, - Ветров замялся, - нам бы ещё полгодика, чтоб наверняка, чтоб комар носу не подточил.

- Хорошо, от полугода до года даю на окончательную доводку двигателя. Но премию получить сейчас извольте, полторы тысячи калифорнийскими червонцами каждому и по участку для строительства дома в Казани. Ибо жительствовать вам, секретные изобретатели, в городе на Волге. Там свою конструкторскую школу начнёте создавать, Казанский завод паровозо и вагоностроительный недавно заработал, быть там и цеху от конструкторской конторы "Константинов, Ветров и Коровин"...

Нетрудно догадаться, беру инженеров "в долю", мне "львиная", а им по четверти. Нормально. Тем более перспективы у дизеля, поставленного на рельсы, будут впечатляющие. Это по России и Сибири можно гонять на паровозах - воды в достатке на любом полустанке, а коль нет угля, так и дрова сгодятся. А в Среднюю Азию строить железную дорогу, там непременно тепловозы понадобятся. Скоро от Астрахани потянутся рельсы в Туркестан, опробуем "корветы" на здешнем "Турксибе"...

- Ваше величество, - осмелел уже Коровин, - помимо установки, гм, конструкции на паровозы, можно испытать их на судах, для начала - речных. Если на Волге быть цеху..

- Не стесняйтесь, Павел Сидорович. И привыкайте - КОРВЕТ! Не непонятная "конструкция", а КОРВЕТ!!! На небольших пароходах непременно опробуем ваше детище, уже в следующем году пустим по Волге матушке тонн эдак в пятьсот водоизмещения первый, как же назвать то, если не пароходом. Вот - теплоход! По железной дороге - тепловоз, а по воде - теплоход! Теплоход "Корвет", первенец Волжско-Каспийской флотилии! Я же моряк, неужели б не подумал о таком применении вашего двигателя.

Когда капитан Дубельт, исполняющий в адъютантской группе обязанности ещё и казначея, отсчитал инженерам по 150 жёлтеньких кружочков с изображением меня же, на фоне какой то стройки, (предположительно начальный период обустройства Константинополя-Тихоокеанского) у парней так загорелись глаза, что пришлось вмешаться.

- Господа, распорядитесь деньгами ответственно, не прокутите! А сейчас в сейф их положите, или вон господину капитану оставьте до завтра. Сегодня же прошу к моему шалашу, отмечаем победу генерала Борегара, заодно и "корвет" обмоем. Полагаю, немало побед одержат в ближайшем будущем армия и флот России, подкреплённые успехами отечественной промышленности и инженерной мысли!

"Посиделки" у императора, когда пару вечерних часов посвящали обсуждению за пивом и бутербродами (не возбранялось и водки, но в меру) последних мировых новостей, случались 2-3 раза в неделю. Приглашались военные и штатские, дипломаты и учёные, промышленники и купцы. Про то, как с первогильдейца Власа Никитина, поставщика в армию тушёнки, пот лил ручьями (без преувеличения!) когда на огромную сковороду вывалили несколько банок его продукции для подогрева и закуски, даже газетчики написали: "По счастью почтенного негоцианта, тушёное мясо, наугад купленное в лавках и поданое на стол Его Императорского Величества, оказалось отменного качества, что и не преминул засвидетельствовать Государь"...

Говоря по правде, тушёнку сначала тщательно продегустировали, дабы не оконфузить Никитина, были виды на купца по развёртыванию производств переработки продуктов в Сибири, по линии будущего Транссиба. И теперь окрылённый царской похвалой Влас Дмитриевич, оставив на хозяйстве старшего сына, с двумя младшими рванул в Красноярск, дабы там внедрять передовые технологии сохранения на длительный срок зерна и мяса и по цепочке Томск-Омск-Екатеринбург-Казань строить филиалы своей торгово-промышленной империи, ибо царь-батюшка так пожелал, оказав семейству Никитиных небывалое доверие. Чем Влас Дмитрич был хорош - пять сыновей, гарантия стабильности семейного дела. Плюс он не старообрядец, а на сей момент это важно, надо и православных христиан приближать, а не токмо христиан правоверных. Яркий представитель "старой веры" как раз присутствовал в обеденной зале. Ефим Кустов, в генералы выбившись, страшно боялся оказаться на каком-нибудь балу или там приёме званом. Пришлось старого соратника "обкатывать", выделить временный кабинет в Генеральном Штабе, познакомить с молодыми полковниками и генерал-майорами, отличившимися при усмирении Кавказа и Маньчжурии. Когда Фомич понял, что прочие выдвиженцы императора хоть и не все "от сохи", но даже аристократы, ветвь Рюрикова оказались компанейскими ребятами, без чванства и высокомерия, то успокоился, перестал рваться назад в Новосибирск-Сиэтл. А генштабистам было чрезвычайно интересно, как выстроена система ополчения в заокеанских губерниях, правда ли, что Американское казачье войско, атаманом коего Кустов является, на 99 процентов состоит из диких индейцев, ходящих со скальпами врагов, к поясу прицепленных. Попросились генерал-майор князь Репнин и полковники Каташин и Романов (однофамилец) в заокеанскую командировку. Разрешил, но при условии, что каждый из них под чужим именем покомандует полком (генерал Репнин - бригадой) направляемыми в Квебек и далее, по просьбе "дорогой сестры" королевы Виктории. Англичан припекло совсем недавно, когда янки поняли, что "странный нейтралитет" Великобритании, "ни войны ни мира" это не плюс САСШ, а громадный минус. Ведь обещания коварных альбионцев ничего не стоят, а нахождение в портах Конфедерации, особенно в Норфолке, британских военных кораблей, обрекало эскадры Севера на позорное безделье при условии не приближения к портам Юга, или на уничтожение, вздумай янки сцепиться с дикси при "странных", но всё ж таки союзниках британцах.

Печальный факт, - мониторы северян оказались совершено не приспособлены к дальним переходам и атаковать Атлантическую эскадру Балтийского флота, базирующуюся на Чарлстон и Новый Орлеан и затем уйти от русских и англичан, "утюгам" было ой как проблематично.

В Вашингтоне наконец то осознали - их флот, предназначенный для защиты побережья, хорош лишь в спокойную погоду, в сотне миль от баз, ведь океанскую волну бронированные чудовища держат весьма посредственно. В этой реальности нет блокады портов Конфедерации, южане пусть и в долги влезли, но получают вооружение от союзников, закупаются в Европе у нейтралов. Эскадра Её Величества королевы Виктории в Норфолке и стационары в Чарлстоне и Саванне превратились в фактор стратегический!

И тут военные и политики САСШ не придумали ничего лучше, как шантажировать, как побольнее уколоть "старушку Англию", -разработали операцию по атаке британских владения в Канаде. Всё равно основные силы первого в мире флота концентрируются в Средиземном море, где дружественная Союзу, хоть и остающаяся нейтральной Франция уже провела первые пароходы Суэцким каналом и создала объединённую "Французо-итальянскую Средиземноморскую эскадру охраны Канала". Макаронники в той эскадре более для представительства находились, но сама заявка задиристого Наполеона Третьего на лидерство изрядно переполошила Адмиралтейство.

Но пока вашингтонские стратеги прикидывали, насколько велики их шансы по защите атлантического побережья (а береговая оборона после Русско-Американской войны у САСШ была на высоте, не поспоришь) и как быстро они разгромят английские части в Канаде, перепуганные джентльмены спешно "заслали гонца" в Петербург.

Двухдневные переговоры с маркизом Солсбери закончились к взаимному удовлетворению сторон. Российская империя перебрасывает в Квебек (на английских пароходах) и далее по ключевым точкам на границе корпус в 12 тысяч штыков, но вооружает и снабжает солдат Великобритания, в том числе поставив Корпусу три тысячи лошадей, 150 современных орудий и по 200 снарядов на ствол. Причём лошади, стрелковое и артиллерийское вооружение остаются у русских добровольцев по окончании военных действий, а сам Корпус передислоцируется пешим порядком в Русскую Калифорнию. Обмундирование и кормёжка у добровольцев от англичан, а денежное содержание небольшое, я вполне потяну, старшие же офицеры Корпуса состоят на действительной службе, им жалованье от казны идёт. Ну а то, что заокеанская командировка способствует быстрой карьере, всем известно, государь явно благоволит "русоамериканцам".

Репнин, Каташин и Романов, получив приказ заняться сколачиванием частей, невероятно воодушевились, сутки напролёт проводили в казармах и в вербовочной конторе Добровольческого Корпуса, даже втянули в процесс Ефима Фомича. Кустов наконец то осознал, что генерал и ближайший сподвижник императора, расправил плечи и повёл агитацию среди солдат Петербургского гарнизона, соблазняя тех прелестями послевоенной вольной жизни в губернии Русский Вашингтон, ибо получено высочайшее предписание - препятствий солдатам, пожелавшим пойти добровольцами на войну, не чинить. Неожиданным бонусом, эдаким "подарком на день ангела" для Кустова, да и для меня, что уж скрывать, стало желание полутора тысяч донских казаков перебраться через океан с чадами, домочадцами и непременно с лучшими племенными жеребцами и кобылами. Мало ли там какие мустанги-шмустанги в Новом Свете водятся, здраво рассудили станичники, но родная донская лошадка лишней всяко не окажется. В принципе, сложного ничего в том не было, переоборудовать два парохода Трансатлантической линии под перевозку лошадей - плёвое дело. Выбрать спокойный период без штормов и перекинуть копытных через Атлантику по силам поднаторевшим в океанских рейсах морякам. Донцы решились к перемене мест, увидев в Петербурге атамана Американского казачьего войска Кустова. Многие офицеры Атаманского полка приняли участие в Русско-Американской войне 1855-1857 годов и Ефима знали. А тут такое дело - пошла на Дону "заваруха" между "старыми" казаками и "молодыми". Чёрт ногу сломит, разбираясь, что же послужило причиной разделения станичников на две фракции, наверное, быстрое возвышение молодых и не родовитых казаков, стремительно растущих по службе и не желающих мириться с не ими писанными уложениями казачьей общины, захапыванием лучших земель "стариками". Отчего пошли свары, тяжбы и даже драки стенка на стенку. Надо было разводить бузотёров, так и до смертоубийства недалеко. Когда Кустов напросился на приём с такой вот "проблемкой", приняли на пару с генералом следующий алгоритм действий: казаков, желающих из донцов перейти в американцы собирать в Кронштадте по весне 1863 года, пускай дела свои завершат, продадут без спешки дома и живность. Казармы где поселиться в ожидании рейса есть, а для желающих лошадей перебросить через океан, чёрт с ним, расщедримся на переоборудование парохода и непременно "Пегаса". Ибо символично! Возбуждённые высочайшим согласием офицеры атаманцы оккупировали телеграф и несколько дней обменивались с единомышленниками на Дону пространными телеграммами. Платил за депеши из кассы американского казачества атаман Кустов, несказанно обрадованный перспективой сформировать в губернии настоящие казачьи полки, без преобладания нехристей индейцев.

На нынешней "царской вечере", помимо вышеупомянутых бравых вояк Репнина, Каташина, Романова, Кустова и инженеров Коровина и Ветрова, присутствовал наставник - Фёдор Петрович Литке, недавно вернувшийся из Марселя, где наблюдал за строительством двух военных транспортов, заказанных для рейсов на дальний Восток с учётом прохождения Суэцкого канала. До Суэца неугомонный Литке, разумеется, также добрался и даже прошёл Каналом "туда-обратно".

Фёдор Петрович и вёл беседу, всячески возвеличивая роль моряков, служащих на русской флотилии Миссисипи под командованием тандема адмиралов Корнилова и Нахимова. По мнению Литке, если бы не геройские действия минных катеров, перепугавших мнительных янки, не случилась бы паника в стане врага и не одержал бы генерал Борегар победу, наголову разгромив превосходящие силы неприятеля, пленив вражеского полководца, генерала Шермана, командующего Теннессийской армией.

Южане начали контрнаступление 15 октября, перед этим сдав Шерману Спрингфилд и сымитировав паническое отступление, оставив противнику полтора десятка старых расстрелянных орудий. Янки, возрадовавшись эпической победе поутру без разведки рванули прямиком на Нэшвилл и были остановлены батальонами "бродячего штата Кентукки". Кентуккийцы, обозлённые исходом из мест родных, где сейчас хозяйничали "вооружённые ниггеры Севера", вопреки приказу Борегара: "стоять насмерть, с места не сходить", в штыки приняли первую волну наступающих янки, воодушевлённых взятием Спрингфилда и, опрокинув неприятеля, "погнали северян на север", уж такая география случилась, ничего не поделать. На плечах отступающих кентуккийцы ворвались в Спрингфилд и в священной ярости обратили в бегство и вторую вражескую линию. При этом польский эскадрон, завидев развевающиеся знамёна Союза кинулся их отбить и захватил в плен самого Шермана, вырезав в сабельной рубке вдвое превосходящий их числом конвой командующего Теннессийской армией. Непривычные (ещё по русско-американской войне то выяснилось) к бою на шашках\саблях кавалеристы Севера частью сдались, частью бежали, разнеся весть о пленении Шермана, что только усугубило панику. Быстро сориентировавшийся Борегар бросил по расходящимся направлениям ударные кавалерийские бригады, довершившие разгром. Из 180 тысячной Теннессийской армии избежать гибели и плена удалось примерно половине. Более 20 тысяч солдат Севера закололи\порубили доблестные кентуккийцы и кавалерия "армии реки" генерала Борегара, а 70000 пленных стали головной болью военачальника, затормозив движение конфедератов. В горячке первых часов после боя, злые как тысяча чертей южане немало постреляли пленных негров, особенно если не находилось поблизости дерева, чтоб там вздёрнуть наиболее дерзкого "черномазого". Генерального Штаба полковник Орлов, возглавлявший группу российских наблюдателей при штабе Борегара, оперативно отчитался по телеграфу, в том числе и используя шифр. Полковник, шедший в первых рядах армии КША, застал момент пленения генерала Шермана и считал, что лишь цепь случайностей: боевой порыв "обречённых батальонов" из штата Кентукки, которые Пьер Гюстав Тутан де Борегар заранее "списал" в неизбежные потери, и невероятный успех польских гусар, захвативших вражеского командующего со всем штабом в начале сражения, паника, за сим последовавшая, обусловили разгром Теннесийской армии САСШ, коего в иных условиях не произошло бы.

Речная флотилия Корнилова, дошедшая в середине октября до границы Кентукки и Теннесси, по приказу адмирала, получившего план контрнаступления от Борегара, двинулась на Каир. Сымитировав двумя пароходами и дюжиной катеров прорыв в Огайо, Владимир Алексеевич прорвался вверх по Миссисипи на пароходе с десантниками, которые и начали штурм базы южан с тыла, чего коммодор Фут никак не ожидал. Отступив с оставшимися канонерками вверх по Огайо, коммодор узнал о разгроме армии Шермана и о том, что русские перегородили реку тремя, а возможно, что и более линиями минных постановок. Попытка вдохновить команды к прорыву до Сент-Луиса успехом не увенчалась и Фут, подорвав канонерки и два небольших оставшихся в его распоряжении парохода, вывел личный состав отряда, так сказать, пешим порядком, избежав плена...

Литке прям "грохотал" за столом, где подносы с пивными кружками и бутербродами перемежались картами Северной Америки и театра военных действий.

- Константин, - суровый наставник "дирижировал" карандашом, зажатым в левой руке, пальцами правой сдавив бутерброд с телятиной, - а я ведь говорил тебе, что черноморцы себя ещё покажут!

- Говорили, Фёдор Петрович, у кого ж глаз-алмаз как ни у вас!

- Ах, поэт! Мало я тебя в гардемаринской юности линьками драл, - благодушно погрозил адмирал.

Разумеется, никто меня линьками не потчевал, но шутка Литке потрясла Ефима, глядевшего отныне на Председателя Русского Географического Общества как кролик на удава. Это ж надо царя-батюшку да по филейным местам отлупцевать. Да пусть даже тогда и великого князя! У атамана случился разрыв шаблона...

- Главное теперь, Фёдор Петрович, удержать Каир, перекрестье речных путей североамериканского континента.

- Удержим, всенепременно. Сейчас Павел Степанович из Калифорнии орудия подвезёт, морячков-тихоокеанцев, и уж тогда как вдарим! - Литке искренне радовался за "засидевшихся" Корнилова и Нахимова, которые хоть теперь, пусть и на службе Конфедерации числясь, "навоюются досыта"...

Репнин пожелал узнать у адмирала, есть ли резон набирать в Корпус, предназначенный к охране Канады, солдат из Особой дивизии морской пехоты, дислоцирующейся в Кронштадте, Риге и Гельсингфорсе, или можно обычного пехотинца быстро переучить в морпехи.

- Тут, князь, не скажу, - Литке ехидно посмотрел на меня, - считай более века, с времён петровских как таковой морской пехоты у нас и не было в чистом виде. Когда нужда приходила, выкликали добровольцев с экипажей. И молодцов всегда находилось с избытком. Это Константин завёл моду пехтуру в моряки записывать. Видел я, как они выгребают на шлюпках на учениях. Тьфу! Ни солдат, ни матрос, земноводное какое-то недоразумение. А содержать такого земноводного "солдатоматроса" куда накладнее для казны, чем обычного солдатика.

Так, если наставник озаботился сохранением казённой копеечки, значит, сейчас последует спич о недостаточном финансировании экспедиций по освоению Северного Морского Пути. М-да, угадал...

- Не о том думаете, молодые люди! Потратить хоть половину тех сумм, что угроханы на обустройство дороги на Панамском перешейке на строительство ледоколов и пошли б караваны близь российских берегов, прямиком через Берингов пролив в Тихий океан с переселенцами и солдатами. И не пришлось бы миллионы закапывать в Америке, чтоб после французишкам отдавать перешеек!

- Не осилят нынешние ледоколы северные льды, Фёдор Петрович!

- Ай, Костя, ты то откуда можешь знать? Сидишь в Питере да Гатчине, дальше Маркизовой лужи не выбираешься. Какой из тебя генерал-адмирал? Смех один! Жду не дождусь, когда Владимир Константинович подрастёт.

- Мальчишке девять лет всего лишь, какой из него генерал-адмирал - передразнил я наставника, за что тут же и получил.

- Себя вспомни в девять лет! Как флажки на картах размещал, указывая Незабвеному Николаю Павловичу на важность удержания форта Росс!!! А Владимира давно пора оторвать от мамкиной юбки!

Кустов, услышав как походя, пусть и косвенно, поносят императрицу, втянул голову в плечи. Надо срочно "переключить" Литке, иначе атамана Американского казачьего войска удар хватит.

- Фёдор Петрович, не буянь, лучше глянь на этих добрых молодцев - инженеров! Такую машину придумали, такую машину! Двигатель, работающий на отходах производства керосина.

- Бензиновый усовершенствовали? Да поставь такой на флотилию Корнилова и первая же пуля превратит катер в пылающий костёр, - Литке был достаточно продвинут в вопросах новых технологий, положение обязывало старика соответствовать. Хотя, какой он старик, энергии на пятерых.

- Нет, не бензиновый, на "солнечном", на солярном масле работающий!

- Гм, любопытно.

- Через полгода покажем, Фёдор Петрович, заодно и патентами обставимся¸ от происков зарубежных "друзей" побережёмся. А по поводу "катеров-керосинок", будь корниловские "речники" оснащены двигателями внутреннего сгорания, так катера б по Миссисипи не на 12 узлах, а на 25-30 бегали.

- Фантазёр, - благодушно рассмеялся адмирал, - всегда таким был. Нам речная война двух Америк чем хороша, - нарабатывается боевой опыт у офицеров, выявляются сильные и слабые стороны у катеров, у паровиков. Вскорости нам турок гонять, в том числе и по Дунаю. Есть российскому флоту польза от этой ненужной войны Союза и Конфедерации, небольшая, но есть.

- Ваше высокопревосходительство, - Репнин подвинул адмиралу карту бассейна Миссисипи, - если развить успех и подняться вверх по реке до Миннеаполиса, опираясь на превосходство сил флотилии адмирала Корнилова, тогда территория Севера окажется рассечена надвое...

- Бросьте, князь, - Литке даже не взглянул на карту, - вы Генерального Штаба, а решились, уж простите старика, "в кораблики поиграться". Ничего не даст попытка овладеть судоходной частью Миссисипи. Абсолютно ничего. Я б на месте военно-морского министра САСШ Гидеона Уэллса, перебросил на реку в разобранном виде и на месте собрал несколько мониторов поменьше осадкой. И они бы разорвали Корнилова с его пароходами и катерами. Полагаю, Уэллс не дурак и явно занят усилением флотилии на главной водной артерии.

- Но и Корнилов усилится, получив помощь из Калифорнии.

- Э, да что там той помощи, никакого сравнения с возможностями северян насытить реку десятками бронированных артиллерийских кораблей. Просто сравните, генерал, промышленный потенциал Севера и Юга, расстояния до Сент-Луиса или до Миннеаполиса от Чикаго, Нью-Йорка и от Нового Орлеана и Константинополя. Я б не зарывался на месте Владимира Алексеевича и Павла Степановича.

- Но...

- Никаких но, князь! Любите вы, генштабисты усложнять. Даже мне, моряку понятно - Борегар должен ударить по кратчайшему направлению, занять вновь Луисвилл, что наверняка уже случилось, и гнать кавалерию на Чикаго. Быстро, просто, надёжно. Зачем притормаживать, когда враг наголову разбит, связывать судьбу кампании, судьбу армии с действиями жалкой речной флотилией, да простят мне Корнилов с Нахимовым.

- Но вы только что сами говорили...

- Говорил, и повторю - опыт, приобретённый русскими моряками в эту войну бесценен. Одни минные постановки на реке в боевых условиях чего стоят! Но сейчас бросать в топку чужой войны ценных специалистов я бы не стал. Люди не кусок угля, их беречь надо. Для будущих войн, для НАШИХ войн. А эта, уж прости, Константин, война чужая. Владимиру Алексеевичу надлежит остановиться в Каире, обещать конфедератам пойти дальше, но только после взятия сухопутными силами Сент-Луиса. А потом неспешный выход на Миссури, и, даст Бог, мирный договор САСШ и КША.

- Не случится скорого мира, конфедераты ещё не раз разгромят янки, только те быстро оправятся от поражения, а вот плантаторам придётся непросто. Большие потери опытных солдат под Ричмондом трудно восполнить, а такого людского резерва как у Союза в Конфедерации нет. Пиррова победа отбитие Ричмонда...

- Не буду спорить, Константин, - сварливо парировал Литке, - ты всегда знаешь чуть больше собеседников. Но моё мнение по рискованности продвижения Корнилова дальше Сент-Луиса, уж учти, будь добр.

- Не особо больше и знаю. Но Кентукки Шерман в полном соответствии со своей теорией, превратил в "выжженную землю". Его даже ополченцы штата хотели вздёрнуть вместе с неграми. Еле отбил Шермана, предотвратив суд Линча, батальон охраны генерала Борегара.

- Божий суд ждёт гордеца! Но, Константин, и вы, князь, лучше подумайте о взаимодействии Канадского Русского Корпуса и "Армии реки" Борегара. Сейчас, разбив Шермана, наверняка Пьер Борегар повернёт свои полки частью на восток, частью на север. Потому в Квебеке лучше оставить батальон, и то - на всякий случай и двигать основные силы на Монреаль, на Торонто. При перевозке Корпуса не пожалейте новых, больших минных катеров, по системе Великих Озёр это самое замечательное средство передвижения и удержания неприятеля на границе.

То, как Репнин, Каташин и Романов с Кустовым внимали старому адмиралу, достойно запечатления на картину. Название бы только подобрать соответствующее. Да, Фёдор Петрович молодцом, деменцию не словил, бодр и телом и духом. Даже генштабистов заставил "в изумление впасть". Всё-таки председательство в Русском Географическом Обществе и общение с лучшими умами Российской империи дорогого стоит. Ну да ладно, я с отечественными умниками почитай каждый день общаюсь, а кроме того отлично помню как в МОЕЙ реальности Юг колошматил Север первые два года войны, а затем и сам начал огребать. Хотя, на северо-американском континенте давно пошли расхождения с моей историей. Давным-давно пошли, наверное с того момента, когда я, находясь во Владивостоке, выслал в форт Росс передовой отряд разведчиков во главе с поручиком Мезенцевым...