Russian Mafia 5

Глава 1. Начало. Вечеринка в номере

Жека приехал с Элеонорой и Светкой в гостиницу «Авангард», и с удивлением узнал, что Ирина как ни в чём не бывало живёт у себя в пентхаусе, хотя, как он помнил, после нападения она должна лежать в больнице. Впрочем, когда ещё десять дней назад услышал про больницу, то сразу подумал, что эта информация может быть неправдивой, и полиция прикрыла его бухгалтера, взяв под охрану.

Элеонора, жена Сахара, сбежавшая с Жекой из Америки, поселилась на время в номере у Ирины, чему она была совсем не против. Себя Жека в этой ситуации чувствовал как какой-нибудь падишах с тремя жёнами... А как ещё можно себя чувствовать, если вокруг тебя такой цветник? Правда, цветник этот был с теми ещё шипами...

Первые два дня, прошедшие с того времени, как Жека вернулся из Америки в Германию, он не делал ничего путнего. Не занимался делами, полностью отгородился от мира. Были лишь бесконечный секс с любимой, хорошая еда и много сна. Всё вместе складывалось в какую-то фантасмагоричную картину, более подходящую развратным пирам Нерона. Походило больше на безумную страсть, а не на разумное влечение молодых людей.

И ведь этому были определённые причины. Всё время, пока Жека неотвратимо шёл по следу похитителей Светки, он передумал массу всего. В том числе и то, что, может, не найдет её в живых. Даже в какой-то степени смирился с этим и иногда уже думал, как жить дальше. Эти мысли были горше всех, и с ними приходилось жить. Крепить себя, есть и спать. И идти вперёд. И думать, как самому не стать зверем и не потерять голову на бескрайних просторах беспредельной Америки. Все чувства, что были, запихнул поглубже, и когда почувствовал, что наконец-то дома, тогда и отпустил себя.

Оттого и нахлынуло сейчас. Всё нахлынуло. Однако и такой страсти рано или поздно приходит конец, и надо как-то жить дальше. А как жить? Жека понял, что, пока Сахар-старший сидит в Москве, в большом авторитете у правительства, спокойной жизни ему не будет ни в России, ни в Германии, и вообще нигде. Поэтому решил, что проблему с этим подонком надо решить кардинально, раз и навсегда. Но как? Этот упырь же отец его Светки! Без её согласия нечего было и думать приступать к мутке против него.

Сама Светка, естественно, была против, чтоб Жека вплотную занялся её папашей.

— Нет! — недовольно сказала Сахариха. — Ты совсем с ума сошёл? Он мне отец, какой ни есть. Как можно его убить? Я даже Ромку не стала мочить, хотя он гондон ещё тот... Не хочу и отца. Плюс мама может пострадать, или расстроится.

— И как мы жить будем? — в недоумении спросил Жека. — Они тебя в следующий раз на месте грохнут! Или меня! Ты совсем уже???

— Ты бы смог своего отца замочить? — Сахариха упрямо уставилась на Жеку снизу вверх.

— Как нам жить? — повторил вопрос Жека.

— Сделать так, чтоб никто не напал! И чтоб боялись! — заявила Светка и потом, подумав, добавила. — Мне маму жалко.

Жека хотел было спросить, на фига она живёт с таким упырём, но вовремя прикусил язык, потому что сам-то не лучше был. Трудный это вопрос, чем берут своих жён и подруг нехорошие парни... Елена Сергеевна всегда была к Жеке добра и приветлива, называла зятьком и всегда поддерживала, хотя Жека ни на минуту не сомневался, что она, когда надо, всегда встанет на сторону мужа. Действовать с семейкой Сахара следовало тоньше. Скорей всего, наилучшим способом будет закрыть Сахара в тюрягу опять лет на 5–10. Но только как? Подставить так, чтобы перешёл дорогу ещё более влиятельным людям? Это надо хорошо подумать. Первым делом нужно решать свои дела здесь, в Германии. Плюс навалилось ещё одно дело нежданно-негаданно...

...На третий день пьянства и разврата решили со Светкой позвать в свой пентхаус на ужин Элеонору с Ириной.

В 20 часов вечера официанты сервировали стол в гостиной. Жека, наскучившийся по хорошей европейской еде, заказал гаспаччо, стейки средней прожарки, фондю, запечённого лосося с грибами в моцарелле, лангусты и салаты. Несколько бутылок дорогого французского вина и любимый «Чивас Регал» довершали угощение.

В зале негромко играла Энигма, задавая романтический тон, в приглушённом свете по стенам бегали разноцветные огни цветомузыки. За столом сидела Светка в белом коротком белом платье, похожем на сарафан, из-под широких лямок которого торчали упругие груди. Сама завила свои белокурые волосы и выглядела как актриса или модель, несмотря на небольшой рост. Жека, в белоснежной рубашке с короткими рукавами и в чёрных брюках, с часами за полмиллиона, выглядел прилично. Минимум, как голливудский прожигатель жизни и сын миллиардера.

— Ну где они там? Задрали уже! — недовольно сказала Сахариха и налила себе вина. — Так с голоду подохнешь...

Сама она, в расчёте на вкусный сытный ужин, полдня ничего не ела, чтоб нагулять аппетит. И вот, когда особенно охота жрать, гостей всё нет и нет...

Жека не зря собрал всех девушек к себе. Была определённая цель у этих посиделок. Во-первых, нужно узнать у Ирины, как обстоят дела с рестораном и ночным клубом, за время его отсутствия, и, во-вторых, узнать у Элеоноры, что она собирается делать дальше. Да и самим стоило решить, что делать дальше. Жить постоянно в съёмном пентхаусе никуда не годилось. Первым делом был нужен свой дом, где можно обеспечить себе безопасность. В этом Светка была права как никогда.

Раздался звонок. Жека открыл дверь и сделал приглашающий жест рукой.

— Милости прошу, к нашему шалашу!

Ира и Элеонора выглядели шикарно, как и подобает выглядеть 30-летним женщинам с деньгами и в самом расцвете сил и красоты. Ирина в чёрном блестящем вечернем платье с громадным вырезом на боку и с декольте, из которого вываливались крупные белоснежные дыньки, и в чёрных босоножках. Русые волосы уложены в красивую укладку, на нежном лице минимум косметики. Таинственно блестят бриллианты в колье, уютно расположившемся в ложбинке между грудей.

Элеонора смотрелась как эльфийская принцесса в белом коротком платье, похожем на платье Светки, только с большим белым бантом на осиной талии. На голые нежные плечи падают светлые волосы, заплетённые по бокам в косички и завязанные сзади. Минимум косметики и скромные серёжки на ушах. Однако никто и не сомневался, что стоят они мама не горюй...

— Пардон за опоздание, — застенчиво улыбнулась Ира. — Мы готовились.

— Извинение принимается! — улыбнулся Жека. — Придётся штрафную пить.

— А у вас тут такой интим, — Элеонора с любопытством осмотрела пентхаус. — Миленько!

А Жека вдруг подумал, что ничего тут милого нет, и смотреть-то, по сути дела, и нечего. Номер не имел никакой индивидуальности, присущей именно им со Светкой. Никаких милых безделушек, всегда присущих домашней обстановке. Ни портретов, ни фотографий, ни книг... Съедь они отсюда — номер останется точно таким же.

Когда расселись за столом, Жека разлил красное вино «Шато Латур» по бокалам и протянул свой бокал, чтоб чокнуться с сотрапезницами.

— За встречу! Ешьте гаспаччо. Ещё холодный.

Тонко звякнул хрусталь, и девчонки тихо рассмеялись. Обстановка была самая тёплая...

Тихая музыка, полумрак, хорошая еда сделали своё дело — через короткое время разговоры, поначалу неловкие, стали всё более раскрепощёнными. И в первую очередь, они касались дел. Иначе у деловых людей и быть не могло.

— Как ресторан, как ночной клуб? — улыбаясь спросил Жека. — У меня сейчас башка не варит влазить в это.

— Всё хорошо, постоянные клиенты всё более денежные стали подтягиваться, — заявила Ирина. — Некоторые о тебе спрашивают, куда пропал. Хотят в бильярд с тобой сыграть.

— Этих клиентов не Антонио Дженовезе звать? — усмехнулся Жека. — Был такой... Надо позвать его сыграть партейку. А что это у тебя?

Только словно сейчас заметил, что ладошка у Иры перевязана бинтом, и понял — это следствие нападения Крота и Буркова.

— Пуля прошла прямо через ладонь, — заявила Ирина и слегка помахала рукой. — Было больно и страшно. Но сейчас всё хорошо.

— Сожалею, — виновато улыбнулся Жека. — Постоянно вокруг нас трутся какие-то дебилы. Мы перешли дорогу многим, и нужно взять за правило — ходить и ездить только с охраной. Людей у нас хватает.

— Я знаю, — согласилась Ирина. — Но нам это не помогло... Сам-то что собираешься делать?

— А что он собирается делать? — недовольно буркнула Сахариха. — Опять в Россию поедет. За заводом своим.

— Ну не сразу, Свет, ну что ты... Тут проблемы сначала порешаю, — смущенно возразил Жека. — Я тебе обещал дом! Значит, будет дом! Прямо завтра поедем и выберем себе хибару в той же самой деревне, где мэр живёт! В Рейнгессене!

— И что там за деревня? — с интересом спросила Элеонора. — Может, мне тоже там что-нибудь подобрать?

— Подобрать — можно, купить — нельзя, — сострил Жека и снова подлил вина по бокалам. — Там недвижимость дорого стоит. Одни шишкари живут.

— Что за деревня? — повторила Элеонора. — Мне как раз такая и нужна. Где спокойно и никаких отморозков.

— Рейнгессен, — объяснил Жека. — Улица Бернштрассе. Это 70 километров отсюда. Там и мэр живёт, и начальник полиции, и мы будем жить. Но опять же, всё дорого.

— Ты всё время говоришь, что там всё дорого, это ты меня предупреждаешь? Три раза уже сказал. Думаешь, у меня нет денег? — лукаво улыбнулась Элеонора и посмотрела блестящими глазами на Жеку поверх бокала, который держала двумя руками, облокотив их о стол.

По правде сказать, Жека так и думал. Он помнил, что она смоталась от Сахара в одних шортиках, маечке, с сумкой и портфелем. Уж явно миллионов там не было. Да и на что она вообще собирается жить? Торговать своим телом среди миллионеров? Насколько Жека помнил, Элеонора никогда и нигде не работала. В бытность СССР, была устроена у отца на заводе, то ли секретаршей, то ли бухгалтером, но на работу никогда не ходила, всегда вела праздный образ жизни золотой молодёжи. В советское время таких людей называли мажорами. Они ездили на папиных Волгах, ходили в импортном шмоте и зависали в ресторанах. Сами они и копеечку не могли заработать.

Сахару Элеонора досталась как красивая кукла, не больше того. Однако... Эля была умна, расчётлива и хорошая хозяйка по дому. Этого не отнять... Выгоду видела за километр. И это Жека помнил. Моментально переобулась, когда увидела, что Сахару грозят большие проблемы, от которых он оправится совсем не скоро. Сразу переметнулась к Жеке. Впрочем, Светка Жеке сама сказала, что Элеонора ничего хорошего в Америке не видела. Сахар стал грубым самодуром, боящимся каждого шороха, и жил как на зоне, закрывшись на своей вилле от всего мира, лишь изредка делая вылазки в свет, на посиделки к местной «знати» в лице других мафиози, мэра, шерифа и начальника военно-морской базы. Чем он там занимался, Светка не знала. Возможно, рэкетом, судя по большому количеству боевиков.

Но всё-таки Жека обрадовался знакомому лицу, тем более такому красивому. Зла он к Элеоноре никогда не держал. Не видел он Эльку уже давно, ещё со времён СССР, с 1991 года. Именно тогда они свалили с Сахаром за границу. Кажется, летом, как раз перед путчем. Она и тогда не работала, уже став женой Сахара. Что сейчас-то изменилось?

— А откуда у тебя деньги? — спросил Жека. — Ты, кажись, от своего мужа в одних трусах смоталась. С сумочкой. На что жить-то собираешься?

Сахариха недовольно пнула Жеку по ноге под столом, призывая не гнобить золовку. Однако в этом вопросе Жека со Светкой был не согласен! У него работают все! Содержанку, да ещё и которую за сиську хрен потрогаешь, он бы никогда не потерпел. Хочет денег — пусть учится хоть чему-то. Пусть хостес работает в ресторане и провожает богатых папиков до стола, раскручивая их на дорогую еду и вина. Глядишь, и найдёт себе какого-нибудь дурака с бабками...

— Знаешь такую фирму «Альфа Анкоридж»? — с усмешкой спросила Элеонора.

— Предположим... — согласился Жека. — Эта контора приватизировала и увела с завода подсобное предприятие по производству продуктов питания, которое я купил у итальянской фирмы Fata Group. За который ещё выплачивать кредит пять лет. Заводу выплачивать. Два с половиной миллиона долларов.

— У меня на неё все учредительные документы и доступ к счетам в The Bank of New York, — мило улыбнувшись, сказала Эля. — Месячный доход этого актива — 100-150 тысяч долларов. На операционном счёте в банке 785 тысяч баксов. Доступ из любой точки мира.

— Такого не может быть! — не поверил Жека. — Я смотрел документы по приватизации. Там стоит Роман Александрович Сахаров. Он владелец, а не ты.

— Да, он был владельцем, — согласилась Элеонора. — Но сразу же после приватизации фирма была продана мне, по фиктивной сделке. Чтобы отвязать от Ромки все подозрения в махинациях.

— И что это ему дало? — с недоверием спросил Жека. — Вы ж всё равно «муж и жена — одна сатана».

— Уже не муж и жена, — покачала головой Элеонора, не соглашаясь с Жекой. — Рома сделал заначку на всякий пожарный. С его родом деятельности это всегда кстати. Перед тем как оформить куплю-продажу, мы развелись.

— И он вот так просто отдал тебе фирму и бабло? — ещё больше удивляется Жека. — Ты же можешь его кинуть и уйти.

— Ну так я кинула и ушла, — согласилась Элеонора, с хитрецой посмотрев на Жэку.

Жека в удивлении откинулся на стул. Дааа... Эту семейку хрен поймешь... Обвести могут кого угодно. Сахар полагался на предприятие, которое украл и приватизировал в России, рассчитывая на постоянный источник дохода от него и как тайный, никому не известный карман на всякий пожарный. Но бывшая жёнушка, на которую переделали фирму, почуяв, что дело запахло жареным, кинула муженька и свинтила в закат.

Надо признать, она рассчитала всё. Не рассчитала только одного — она обманула людей хитрых, жестоких и обладающих силой и властью. Она обнесла мафию на голубом глазу! И на что теперь ей можно рассчитывать? Постоянно тариться? Или у неё расчёт на то, что Жека её прикроет своим авторитетом? Так он сам пока ещё в подвешенном состоянии.

— Так что, как видишь, деньги у меня есть, и есть на что жить! — заявила Элеонора. — Так что поедем, посмотрим что там есть за домики.

— Так! Всё! Достали вы уже своими бреднями! — заявила Светка и пошла менять музыку. — Сейчас будете танцевать.

Они втроём пошли танцевать, а Жека остался сидеть в одиночестве за столом, держа в руке бокал с чивасом. И почувствовал, что повесил себе на шею ещё один хомут. Предприятие в Н-ке по производству продуктов питания работало не просто так в России 1993 года. Оно работало без наездов. Прочно держалось на авторитете Сахара и генерала Хромова. Местные бандиты и рэкетиры знали, что разевать на него пасть не стоит. Но что будет, когда братва узнает, что прибыльное предприятие принадлежит вот этой белокурой мадам с модельной внешностью, которая живёт в Германии? Это может быть предпосылкой к отжиму и началом его конца...

... Утро началось по-будничному просто — с лёгких прикосновений Светланы. Жека почувствовал, что кто-то нежно гладит его по волосам и что-то мурлычет про себя. Открыв глаза, увидел вблизи нежное лицо с пухлыми губками и сразу же обхватил любимую, сбросив с неё одеяло, и притянул к себе. Светка, крепко прижатая к груди, поболтала в воздухе нежными розовыми пятками и обмякла, прильнув к губам любимого.

— Ну что ты такой вот злой... — прошептала она. — Я тебя сейчас буду делать добрым...

...Лимузин подали после завтрака. Жека в сопровождении Светки и Элеоноры спустился в вестибюль, на глазах изумлённых посетителей. Витёк и Егор шли впереди — охрана. Двое азиатов в дорогих костюмах походили на японских якудза, да и по виду Жеки со спутницами сразу было видно, что идёт человек непростой.

«Роллс-Ройс» ждал у входа в гостиницу, где стоянка запрещена. У машины стоял Клаус, который при появлении шефа с дамами открыл заднюю дверь, помог всем сесть, а сам расположился на переднем сиденье, рядом с водителем. Охранники-азиаты сели в «Мерседесе» и поехали впереди, лимузин тронулся за ними. К выезду из города, в направлении на Рейнгессен.

— Я за этот дом уже задаток внесла, если ты помнишь, — заявила Сахариха, удобно расположившаяся на заднем сиденье лимузина, рядом с Элеонорой. — Сотку косарей ввалила. Фирма-агент в деловом центре Франкфурта, недалеко от гостиницы.

— Ясно... Молодец... — радостно сказал Жека и открыл отсек, где лежало шампанское. — Ну чё? Может, по сто грамм?

— Пффф! — сурово сказала Сахариха. — Мы на дело едем, а не синячить. Такие дела на свежий ум делать надо.

Возможно, в этом она была права...

Глава 2. Шикарный домишко и мошенники

Лимузин медленно катил по тихой улочке «Бернштрассе». Вокруг старинные дома и виллы, сады, виноградники, зелёные луга, по которым протекали бурные речки, текущие в аккуратно уложенных каменных берегах. Недалеко горы. Респектабельность и спокойствие. Элеонора во все глаза смотрела в окно машины, и было видно, что ей здесь нравится. Вот только хватит ли денег, чтоб купить тут фазенду? Усадьбы в Рейнгессене стоили дорого даже по франкфуртским меркам. Впрочем, иного ожидать было трудно. Жила тут самая настоящая элита — крупные бизнесмены, представители власти и потомственная аристократия. А ведь ещё этот район считался центром производства знаменитого рейнского вина, и многие старинные усадьбы выпускали его столетиями.

Дома в большинстве были старинные, но, несмотря на традиционность, у некоторых представителей богатого сословия был интерес и к современной архитектуре. После того как проехали дом мэра, пошли участки с домами более современного вида.

Особняк, который выбрала Светка и за который внесла задаток, был виден издалека. Как белый лебедь парил он над кронами красивых деревьев. Двухэтажная вилла была построена в стилях модерн и хай-тек. Всё, как Жека любил. Большие окна и стеклянные двери, ломаные стены и карнизы, много открытого пространства, лоджий и навесов. Во дворе перед домом — дендрарий, обширный сквер с беседками, дорожками и фонтанами. Много светильников и малых архитектурных форм. Были тут и японский садик, и альпийская горка. Находились они по разным краям участка, и их присутствие не выглядело безвкусицей. Впечатления, что хозяин собрал в одну кучу всё, что мог, не было. Наоборот, складывалось впечатление мгновенного переноса в пространстве. Всё было сделано максимально красиво и стильно. Левая, японская часть ландшафта, отличалась обилием растительности, грудами диких камней, каменными японскими фонарями и небольшим прудом с японской беседкой. Растения располагались гармонично, и складывалось впечатление, что находишься в настоящей коренной Японии.

В правой части усадьбы была сделана альпийская горка с искусственным водопадом и зарослями эдельвейсов и камнеломок. К последнему камню был прислонён альпинистский ледоруб и лежал моток альпинистской верёвки с карабинами.

Жеке дом понравился сразу же. Современный и бросающийся в глаза. Он вместе с прилегающим участком составлял единое целое. Один участок ландшафта плавно перетекал в другой, а потом в третий. И каждый смотрелся очень стильно — сразу видно, что потрудились очень хорошие и дорогие дизайнеры. А может, даже Эмилия?

Ясно одно — дом подходил идеально. Всегда такой мечтал иметь. Знал ведь, хоть и не хотел в этом признаваться, что подсмотрел этот архитектурный дизайн ещё у Сахара в Абрикосовом. Уже тогда хотел бы владеть такой виллой. Но ведь тогда строительством дома у Сахара заведовала Элеонора. И уютом его наполняла она же. В Америке дом Сахара тоже был построен в таком же стиле, что говорило о постоянстве вкусов авторитета. Многие из его окружения выбирали дома в неоклассическом и викторианском стилях, украшая внутренние интерьеры колоннами, портьерами на окнах, паркетом на полу, лепниной, картинами и статуями, и выглядело это так, словно находишься в доме дворянина или купца 19 века. Жека считал такой стиль деревенским.

Элеонора тоже увидела дом издалека и рассмеялась:

— Прям мой любимый стиль. Только боюсь, мне такой не по карману. Да и большой для одного человека. Разве что этот человек очень ии очень богат...

Когда лимузин остановился перед воротами, они автоматически открылись. Жека хотел удивиться, но увидел у Сахарихи в руке пульт, которым она потрясала.

— Тебе уже и пульт дали?

— Хозяин там ещё живёт. Нормальный парень.

Светка махнула рукой и велела проезжать внутрь. Машины проехали по дорожке метров пятьдесят, и остановились на площадке у входа. Охранники первым делом проверили окружающую местность и дали знак выходить. Жека вышел и потянулся, оглядевшись. Участок не был слишком большим. Но и маленьким не смотрелся. Первое впечатление не было обманчивым — здесь было классно. Очень классно. Но такая классность обычно стоила дорого.

Не успел Жека сделать пару шагов, как стеклянная дверь виллы отворилась и наружу вышел кудрявый бородатый мужик в очках. Был он в затрапезной майке, джинсах и босиком. Жека сначала подумал, что случайно залетел бомж или это охранник, но оказалось, что хозяин.

— Здравствуй, Светлана, — улыбнулся мужик и за руку поздоровался со Светкой. — Вы как-то потерялись на две недели.

— Дела, — махнула рукой Сахариха. — В Америке была. В туристической поездке. Ну как? Наш договор ещё в силе? Знакомься, Герберт, это мой муж. Его зовут Евгений.

Мужик говорил по-английски, и Жека понимал его с трудом, но всё-таки понимал. Как он понял, Герберт был компьютерщиком, специалистом по банковским системам, и чуть ли не лично внедрял банковские безналичные и биржевые расчёты. Естественно, деньги у парня водились, и дом он построил за достаточно короткий срок. Очень стильный и современный.

Герберт позвал посмотреть фазенду.

— Я всегда был сторонником комфорта, — объяснил он. — Много различных комнат: пять спален, кабинет, холл, кухня, столовая, тренажёрный зал, бильярдная, кинозал, библиотека, дискотека, три бассейна. Один на улице, один в средней части дома, один на втором этаже, на крытой террасе. На участке дом для гостей, гараж на пять машин, вертолётная площадка. За домом фруктовый сад, виноградник и винный погреб с коллекцией вина.

— Богато живёшь, — заметил Жека. — А чего уезжаешь?

— Меня позвали на работу в «Майкрософт», — сказал Герберт. — Уезжаю в США, в Силиконовую долину. Жаль, конечно, бросать такое великолепие, которое делал только для себя, но деваться некуда. Нужно идти вперёд. Куплю или построю там такой же дом.

— Правильно говоришь, — согласился Жека. — Сколько стоит?

— Десять миллионов долларов, — смущённо сказал Герберт. — Извини, меньше не могу. На строительство у меня ушло намного больше.

— Мы согласны! — заявил Жека. — Берём! Когда оформлять будем?

— Оформление через фирму... — замялся Герберт. — «Luxury real estate». У них офис в Франкфурте, в небоскрёбе «Блюхаус».

— Я знаю, — согласилась Светка. — Я им сотню тысяч марок залогом дала.

— Сотню тысяч? — удивился Герберт. — Но они мне ничего не говорили.

— Не говорили, значит, скажут, — заявил Жека. — Ну что? Мы люди деловые, и времени у нас немного. Давайте съездим к ним, и там утрясем все вопросы. Документы на дом берите.

— А я? — растерянно спросила Элеонора, удручённая стоимостью дома, который захотел купить Жека.

— Поживёшь пока у нас! — распорядился Жека. — Сначала оформим эту хату как полагается. Потом тебе подыщем.

... Однако в небоскрёбе «Блю Хаус» всю тёплую компанию ждало большое разочарование. Офис был закрыт, и даже таблички фирмы на нём не было. Администратор здания ничего не знал. Сказал лишь, что помещение арендовали всего на месяц. Жека сразу понял, что Сахариху кинули на бабки. Какие-то ухари открыли фирму по продаже элитной недвижимости, нахапали за короткое время задатков и смотались восвояси.

— Развели тебя! — уверенно сказал Жека любимой. — Уплыли твои бабки.

— Держи, может, найдёшь этого чёрта, — недовольная Светка сунула Жеке визитку. На ней была фотография менеджера и имя: Рихард Гросс. Жека вгляделся в фото. Одутловатое лицо, залысины, толстые губы. Костюм. Ничем не примечательный облик.

— Хрен найдёшь его! — заявил Жека. — Половина страны таких.

— Почему не найдёшь... — помялся Герберт. — Я нашёл его, как только обратился в эту фирму, чтобы дать объявление. Через компьютерную сеть «Интернет» и видеонаблюдение. У этого человека работодателями ещё две фирмы во Франкфурте. И тоже по продаже недвижимости. Если хотите, я дам адрес и место жительства. Хотя, мне кажется, лучше обратиться в полицию. Это налицо мошенничество!

— Обратимся обязательно! — заверил Жека. — Давай сейчас пойдём к нотариусу, потом в банк и отдел частной и жилой недвижимости, в мэрию. Проведём сделку сейчас.

...Через три часа Жека и Светка стали счастливыми обладателями шикарного дома в поселке Рейнгессен, на улице Бернштрассе, 22. Герберту дали неделю, чтобы собрать вещи и съехать оттуда. А Жеке со Светкой предстояли приятные хлопоты — переезд в свой первый дом. Но и отпускать просто так кидалу Рихарда Гросса из мошеннической фирмы Жека тоже не хотел. Сумма в сто тысяч марок была приличной, а если такими бабками раскидываться, то станешь нищим за сравнительно короткий срок...

— А давайте ко мне! Отметим нашу сделку! — предложил Герберт, поглядывая на Элеонору. Высокая стройная длинноволосая блондинка, похожая на супермодель, в коротком платье, из-под которого видно длиннющие ноги в босоножках, порядком заинтриговала его. Эля, видя, что паренёк при деньгах, опять в моменте переобулась и решила идти ва-банк.

— Можно и так, — согласился Жека. — С хорошими людьми чего бы и не погулять...

Рассчитывал, конечно, Жека узнать у Герберта местонахождение этого хмыря, который обул Сахариху. А вести разговоры такого рода в коридоре или при свидетелях было как-то неловко.

Дом был огромен, так же как и участок, и его содержание в надлежащем виде требовало большого количества прислуги. Как минимум, нужен был инженерный рабочий, который следил бы за бассейнами, водопроводом, газом и электроснабжением. Нужны как минимум две горничных по уходу за домом, садовник, дворецкий, повар, официант и водитель. Восемь человек! Хочешь быть богатым — плати! Всё это Герберт рассказал Жеке, когда ехали обратно в Рейнгессен.

— И что, у тебя все эти люди работали? — недоверчиво спросил Жека, в уме подсчитывая расходы на дом.

— Конечно, — кивнул головой Герберт. — Из них только половина немцы, официантка и горничные — турчанки. Садовник — китаец. Официант — из Марокко. Немцы только рабочий, повар, дворецкий и водитель. И зарплата у них хорошая. Сами понимаете, за профессионализм и лояльность нужно платить.

— Я просто... — Жека сделал абстрактный знак руками. — Не представляю, как это — жить сразу с восемью посторонними людьми...

— Не знаешь, значит — узнаешь! — веско сказала Светка, глядя в окно.

Ну ей-то, конечно, чего не знать... Они ещё в Абрикосовом с прислугой жили, а когда перебрались на Рублёвку в Москве, так там, наверное, двадцать человек их обслуживали.

— А вы кем работаете? — поинтересовался Герберт.

— Я бизнесмен, — важно ответил Жека. — Бизнесмен и инвестор. Открыл во Франкфурте ресторан «Тенебрис» и ночной клуб «Грань».

— А... Так это ваши заведения? Был там неоднократно! Просто бесподобно! Будет жаль, если в Америке нет ничего подобного! — с восторгом сказал Герберт.

Жека словам Герберта ничуть не удивился. Именно на таких клиентов и были ориентированы его заведения — на людей необычных, современных, с достаточно широкими взглядами и, самое главное, с хорошими деньгами.

Жека с каждой минутой общения с этим человеком всё более удивлялся. В его понимании компьютерщики — это какие-то задроты и лохи, вроде тех, что он видел в отделе безопасности аэропорта Кеннеди в Нью-Йорке. Однако разработчики, оказалось, купаются в деньгах. Герберт жил на широкую ногу, не отказывая себе ни в чём. И лохом явно не был. Увлекался дельтапланеризмом, горными лыжами и альпинизмом, дайвингом и ещё какой-то опасной хренью, которой даже Жека ни за что не стал бы заниматься.

— Я на половину восьмитысячников в Непале и Каракоруме поднимался! — похвастался Герберт. — Самые смертоносные горы-убийцы прошёл!

— Эверест, что ли? — поинтересовался Жека.

— Эверест — не опасная гора для профессионала, — покачал головой Герберт. — Туда коммерческие восхождения десятками и сотнями делают. Слепых, глухих и безногих, шерпы на карачках затаскивают. А вот К2, Лхоцзе и Аннапурну прошёл. Туда только профессионалы ходят. И третья часть из них не возвращается обратно вниз. Я, как видишь, вернулся...

«Живут же люди. Ищут на жопу приключений», — легко позавидовал Жека.

Вечеринка по поводу продажи дома удалась на славу. Для танцулек в доме был отведен целый зал! Стояла дорогая аудиоаппаратура, цветомузыка, видеопроектор, выводящий запись с видеокассеты на стенку для просмотра музыкальных клипов. И это несмотря на то, что в доме был ещё отдельный небольшой кинозал с рядами кресел. В стене дискотечной комнаты был сделан бар, который почти опустошили за этот вечер. Но перед тем, как абсолютно наклюкаться, Жека всё-таки узнал, кто такой и где живет Рихард Гросс из почившей фирмы «Luxury real estate».

— Пойдём, посмотрим! — махнул рукой Герберт, когда Жека обратился к нему. Жека вовремя увидел, что компьютерщик всё более становится свободным и всё более косится на сиськи Элеоноры. ПРодумал, что надо брать быка за рога, а то скоро парень будет в коме.

«А паренёк-то хакер, походу, да ещё, может быть, и на подсосе у спецслужб», — подумал Жека, когда вошёл вслед за Гербертом в комнату небольшого размера, в которой была приличная по качеству дверь.

— Это «тихая комната», — заявил Герберт. — Что это значит? Эта комната с высшей степенью защиты. Даже прямое падение авиабомбы на дом для неё нипочём. Если нападут налётчики или преступники, здесь можно укрыться. Отсюда ведёт отдельная телефонная линия под землёй, так что, если забаррикадируешься, всегда можно позвать на помощь.

Жека огляделся. У стен стояли мощные компьютеры и серверы, жужжащие дисками и мигающие разноцветными огнями. На большом столе стояли несколько компьютерных мониторов, на которых были показаны какие-то линии в виде графиков. На одном мониторе Жека, кажется, разглядел то ли авиарейсы на фоне земного шара, то ли это были телефонные линии. А может быть, летящие на орбите спутники. На другом мониторе точно были биржевые сводки, и постоянно в бегущей строке показывались индексы акций крупных компаний и курсы валют.

— Присаживайся на свободное место. Вот сейчас я выведу всю информацию о нём, — нетрезво сказал Герберт, сел на кресло перед столом и включил ещё один монитор. — Я очень сожалею, что так получилось с твоей женой. Ты не представляешь, как трудно продать дорогую недвижимость. Пробовал сам, но большинство покупателей начинали с того, что денег у них, что я прошу за дом, сейчас нет. Что сделайте скидочку или рассрочку. Ну и всё в таком вот духе. А время не терпит, меня в Америке ждут. Пришлось обратиться к профессионалам. Посмотрел рекламу — вроде бы фирма приличная. Сразу же навёл справки о фирме и о владельце. Репутация вроде хорошая. А оно, видишь, как обернулось...

— В этом нет ничего удивительного! — заявил Жека, ставя стакан с виски на стол и садясь на кресло рядом с Гербертом. — Эти прощелыги обставляют дело так, чтобы нормальный человек и подкопаться не мог. На раскрутку тратят хорошие деньги. Арендуют приличные офисы, делают там ремонт, обставляют дорогой техникой. Хорошо выглядят, есть стильная охрана, покупают самую дорогую рекламу в газетах и в телевидении. Да даже хорошее резюме можно купить! Работают только по богатым клиентам. Месяц поработали и свалили в закат.

— А на что расчёт у них? — недоумевающе спросил Герберт.

— Расчёт... — усмехнулся Жека. — Расчёт у них на то, что богатые люди не хотят выглядеть тупыми кинутыми дураками. Сам посуди — для бизнесмена или владельца охранной фирмы этот развод будет смерти подобен, говорить о профессиональной непригодности и будет отрицательно влиять на их репутацию. А если обманули знаменитость, то люди просто скажут, что он тупой дурак. Это вот так работает... Поэтому в эту песенку можно играть вечно, пока не надоест. Или пока не нарвёшься на мафию, которая переломает мошеннику коленки.

— На мафию.... — задумчиво сказал Герберт, глядя на Жеку. — Интересно... Вот смотри, что я нарыл.

Жека глянул на фотографию, высветившуюся на компьютерном экране, и офигел. Рожа на ней была определённо знакома, да и кажется, название фирмы тоже...

Глава 3. Финт ушами от Элеоноры

Удивило Жеку то, что этого человека он, кажется, раньше видел. Сейчас, при близком рассмотрении, это было определённо точно. Под фотографией дельца было написано: имя — Рихард Гросс, возраст — 38 лет, маклер по продаже недвижимости, фирма «Luxury real estate», «Блю Хаус», офис 453, «Deutsch Development», офис 120, «Beautiful floors», офис 522. Место жительства — улица Швайцер, дом 23, квартира 2, район Заксенхаузен.

— Я этого мужика знаю! — уверенно сказал Жека, ткнув пальцем в фотографию на экране. — И фирма «Deutsch Development», офис 120, мне хорошо знакома. Мы в этом небоскрёбе офис арендуем. Странно... Это надёжная контора, про которую я ничего плохого не скажу. Им целый небоскрёб принадлежит, он того же названия. Но этого мужика я там определённо видел несколько раз. Не знаю, кто он, возможно, простой маклер. А что ты ещё говорил про видеонаблюдение?

— Я просматривал записи с камер видеонаблюдения на этажах, где есть эти фирмы, — слегка смутившись, сказал Герберт. — И во всех трёх фирмах он был.

— Неплохую работу провёл... — похвалил Жека. — А где эта контора: «Beautiful floors», офис 522?

— Красивые этажи... — усмехнулся Герберт. — Будешь смеяться, но всё в том же районе Заксенхаузен. Офисное здание на улице Кирхштрассе. Рядом с кирхой, в глубине района. Казалось бы, что там может быть, райончик ещё тот, но есть, как видишь.

— Распечатай мне этот лист, — попросил Жека. — В районе том я был. Не трущобы, но уже на грани. Но и там живут люди. Туристов много. А бизнес... Он везде есть бизнес. Всё ясно. Спасибо тебе, Герберт. Пойдём в полицию. И знаешь... Хочу тебе сказать одну вещь...

Жека помолчал потом похлопал Герберта по плечу.

— Нравишься ты мне, парень. Уважаю людей, которые и в технике и в компьютерах соображают.

— Если нужны будут какие-то консультации или предложишь работу, вот моя визитка, это адрес в сети, — подмигнул Герберт и что-то написал на вылезшем из щёлкающего принтера листе бумаги.

Жека сложил распечатанный лист вчетверо и сунул в карман штанов, а потом направился в зал. Там Элеонора со Светкой уже зажигали во всю. Ещё несколько дней назад были в Америке, в гнёте под Сахаром, сейчас всё пофиг, веселятся. Потому что с Жекой всегда весело!

— Ты чё такой смурной! — крикнула Светка, подняла руки вверх и, извиваясь всем телом, стала приближаться к Жеке. Подойдя вплотную, прижалась упругими грудями к нему и стала елозить, как будто танцуя ламбаду... Дуркует, ясен перец... Но и Элеонора, глядя на неё, тоже точно так же, подняв руки над головой и сексуально покачивая бёдрами и задницей, приблизилась к Жеке, хотела прижаться к нему, но дурная пьяная Сахариха, хихикнув, в шутку рванула с плеча бретельку её сарафана, и крупная упругая грудь с розовым гладким соском вывалилась наружу. Элеонора завизжала и бросилась на Сахариху, стараясь проделать с ней тоже. Сахариха с визгом и хохотом в шутку отбивалась, старясь сберечь свои сиськи от всеобщего обозрения.

— Ничего у вас тут! — вытаращил глаза вошедший Герберт. — Я что-то пропустил???

— Да! — хихикнула пьяная Элеонора и стала приближаться к компьютерщику, всё также соблазнительно покачиваясь.

«Наметила себе жертву. Пошла ва-банк», — усмехнулся Жека. Да... Такой хищнице палец в рот не клади — откусит по локоть. Каким бы крутым скалолазом и хакером не был Герберт, Жека понимал, что парень пропал... Судя по всему, опыта общения с противоположным полом у него не было, и то, что среди них есть особы, всегда ищущие для себя выгоду, он пока еще не знал...

Зато знал Жека. И, кстати, не осуждал такой подход к поиску самца. Рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше... А женщина — с кем сытнее.

— Звиздец миллионеру! — подмигнул Жека Сахарихе и обнял её, прижав к себе. — А не пора ли нам домой? Оставим сладкую парочку на ночь... Я тебе хочу кое-что показать...

Пожалуй что, действительно, пора домой...

...Через два дня отсутствия Элеонора днём приехала в гостиницу «Авангард», когда Жека был один — Светка уехала с Ириной по делам фирмы. Элеонора позвонила в дверь. Жека открыл, она вошла и в нерешительности остановилась, не зная, стоит проходить или нет. Жека пригласил, показал на диван и налил вина себе и ей.

Элеонора, помедлив для приличия, сказала, что ей тут скучно и она находит, что Герберт очень хороший и порядочный человек, да и жить в Калифорнии ей всегда хотелось. Почему она приехала, когда Светки не было дома, для Жеки поначалу было непонятно. Но потом он всё-таки допёр, что она хотела некоего совета, или даже напутствия. Обратиться ей по таким делам было попросту не к кому... Эльке хотелось в Америку, с такой выгодной партией, как Герберт, но Сахара она опасалась... Что делать, похоже, не знала...

— Это просто судьба, что мы так удачно встретились, — ничуть не смущаясь, сказала блондинка. — Он милый парень. Нежный и надёжный.

— А ты в Америку не боишься возвращаться? — спросил Жека, посмотрев на Элю. — Тебя ж там искать будут, а если найдут, могут и на части разобрать. Ты в своём уме?

— Если есть шанс, за него нужно хвататься, иначе будет поздно, — невозмутимо сказала Эля, сложив руки на груди и постукивая пальчиками по локтям. — Ты взрослый парень. Сам понимаешь. Мне нужно устраиваться.

— Да, понимаю... Хочешь, я скажу, как тебя люди Сахара найдут прямо через три дня? — Жека внимательно посмотрел на Элеонору.

Хороша! В коротком плаще, под которым нарядное цветное платье «Гивенчи», дорогие колготки с принтом, на голове шляпка, ботильоны с голыми пальчиками, сумочка со стразами Сваровски, на пальчике колечко с бриллиантом. Дорого. Очень дорого выглядит... Похоже, капиталы Герберта уже начали уменьшаться.

— Скажи... — пожала плечами Элеонора.

— Ты будешь жить в свободной стране, где уклонение от налогов — тяжкое преступление, а тебе надо их платить. Как только ты зарегистрируешься в налоговой по новому месту жительства, в тот же миг ты выдашь себя, потому что в налоговой будет код социальной страховки, а по коду можно вычислить, где ты есть, — уверенно сказал Жека. — У тебя один выход. Продать свою российскую фирму и забыть про этот счёт в банке. Тогда ты сможешь завязать со старым прошлым. Даже сменить имя и фамилию.

— Продать фирму? — криво ухмыльнулась Элеонора. — Почему бы это?

— Ты прекрасно знаешь наш родной город, — печально покачал головой Жека. — Ваша с Сахаром фирма работала только за счёт авторитета твоего тестюшки и генерала Хромова. Только поэтому на эту контору не наезжали местные бандиты. Однако ты свинтила в бега, и скоро лафа прикроется. Думаю, сразу же начнутся проблемы. Например, в цехе или конторе неожиданно может произойти пожар. Или наедет налоговая инспекция, или госгортехнадзор остановит работу на 90 дней. Или ветеринарная служба нежданно обнаружит у животных какую-нибудь свиную чумку и предпишет пустить всё стадо под нож. И всё. Приплыли. Банкротство и шиш на масле, а не 100 кусков в месяц. Тем более, подозреваю, что реальная сумма месячного выхлопа намного меньше. Эля, пойми, я не отжать бизнес у тебя хочу, мне тебя жалко. Как друга. Ты прогоришь и останешься ни с чем. Не сможешь ты из Америки контролировать дела в России.

— Что ты можешь мне предложить? — деловито спросила Элеонора.

— Я тебе предложу наличку. Полновесный миллион долларов, — заявил Жека. — И тебе этих денег хватит до конца жизни. Мы прямо сегодня подпишем договор, по которому моей фирме переходит твоя фирма. Мы переводим с её счёта в Bank of New York все деньги, которые там есть на данный момент, на любой счёт в любом банке. На твой счёт. Я добавляю миллион баксов, и ты улетаешь отсюда свободная и ничем не связанная, с большим количеством денег в кармане и мужем-миллионером. Как тебе такой вариант развития событий?

— Хм... — Элеонора картинно, как манекенщица, подошла к Жеке, положила длиннопалую ладонь ему на грудь и посмотрела в глаза. — Но ты же не обманешь бедную женщину, сбежавшую от мужа-деспота?

Её красивое породистое лицо было всего в 20 сантиметрах от его лица, голубые глаза смотрели прямо в его глаза, а пухлый рот так и манил. Жека чувствовал, как крупные женские груди, свободные от бюстгальтера, упираются в его грудь, и на мгновение потерял контроль над собой. Всего на мгновение... Просто так давно он хотел поиметь эту высокомерную холёную сучку, которая всегда шла по жизни легко, как мажорка по вечернему променаду, и которая привыкла своим телом и внешним видом добиваться абсолютно всего. Да! Он её хотел давно, ещё будучи зелёным 18-летним пацаном. Неопытного пацана всегда притягивает опытная роскошная 30-летняя женщина... И даже то, что у неё до него было много мужчин, только безумно заводит и придаёт пикантности таким отношениям...

Жека охватил тонкую талию Элеоноры, притянул к себе и впился в её ароматный рот, коснулся нежной груди, сжал её через платье, поиграл набухшим торчащим соском, но Элеонора была расчётлива и тут. Ведь на ней была дорогая одежда, которую не стоило портить...

— Давай разденемся! — промурлыкала она, чуть оттолкнув Жеку. — Так ты сможешь увидеть меня всю. С ног до головы...

... Через пару часов Жека через Deutsche Bank заключил сделку о продаже фирмы Alpha Anchorage Ltd с регистрацией в штате Нью-Йорк, США, своей фирме JT Ltd с регистрацией на Каймановых островах, Великобритания. Перед продажей, со счетов Alpha Anchorage Ltd, все деньги были переведены на только что открытый счёт банка Merrill Lynch Bank and Trust Company (Cayman) Ltd, с регистрацией на всё тех же Каймановых островах. Доступ к счёту и все операции с ним были возможны из любой точки мира, где есть хотя бы небольшие офисы любых американских и британских банков.

На этот же счёт был переведён один миллион долларов от фирмы JT Ltd. Элеонора получила почти пару миллионов отступных. Жека получил фирму, которую ещё предстояло как-то отбивать от сибирской братвы. Однако... Досталась она ему по цене, в три раза дешевле номинала. И если грамотно провернуть вопрос с её продажей, можно было нехило навариться...В перспективе... Короче, нажил себе очередной геморрой... И ещё... Как к этому отнесётся Сахариха?

Однако Сахариха, как ни странно, была довольна. Вот где тут понять этих баб? Логика напрочь отсутствует! Думал, что будет ругаться, потому что приобрёл крайне опасный актив, который предстоит ещё отбивать и отбивать, чтоб хотя бы в ноль выйти, а она довольная.

— Мурр... Правильно сделал, правильно! — похвалила она Жеку, проведя ему пальчиком по щеке.

— Так за этой шарашкой теперь приглядывать надо! — заявил Жека. — А то её Хромов снесёт нахер проверками.

— Ну так ты всё равно в Россию поедешь! — возразила Светка. — Вот и посмотришь. Зато Эля сбросила этот чемодан без ручки, и сейчас с деньгами.

Ну кто бы сомневался... Золовка — это святое...

...Перед отъездом, через два дня, позвали они Жеку со Светкой на прощальный ужин, на виллу в Рейнгессен. Ужин был обставлен строго официально, как у богатых людей. Смокинги, вечерние платья. Канделябры со свечами на столе, свежие цветы в вазах, классическая музыка. Дворецкий и официант во фраках, цилиндрах и с белыми перчатками. Изысканная европейская кухня и дорогие вина — Герберт, надо признать, умел жить на широкую ногу, хотя Жека не сказал бы, что, судя по всему, зарабатывал он миллиарды. В Америке видел дома и покруче.

— Я очень рад, что за какие-то считанные дни нашёл такого прекрасного и воспитанного человека, как Элеонора! — хвастался Герберт, поднимая бокал с вином. — Я человек впечатлительный. Смотрел много фильмов, романтических мелодрам, и всегда считал их тупыми и лживыми. Я считал, что любовь невозможно найти в течении нескольких дней. Однако это случилось, и я счастлив так, как никогда не был. Я буквально витаю в облаках!

Жека внимательно посмотрел на Герберта в надежде, что он угарает и издевается над ними. Однако нет: парень говорил правду — он по уши втюрился в Элеонору, которую Жека пару дней назад трахал у себя в номере.

У самой Элеоноры личико было белое, нежное и светлое, как у ангелочка. Она сидела, стеснительно уставившись в стол, и всем своим видом выдавала очень сильное смущение. На вид ей сейчас старше 18 и не дашь. Этакая робкая девочка-припевочка.

— Кхм... Ну что тут сказать... — Жека поднял бокал с розовым шампанским «Мадам Клико». — Совет да любовь, как говорится...

Хотел ещё что-то сказать, но бдительная строгая Сахариха опять пихнула под столом ногой, предчувствуя Жекину иронию.

— Если будет свадьба, мы вас обязательно оповестим! — заверил Герберт. — Я таких весёлых и современных людей давно не встречал. Наш брат, компьютерщик, обычно зациклен на технике и в весёлые компании играть совсем не умеет. Спасибо вам огромное! Кстати... Я решил оставить вам свой автомобиль. Он, конечно, не первой свежести... Так что прошу простить. Считайте это знаком нашей дружбы. А сейчас давайте потанцуем под чудесный вальс Штрауса...

Герберт совсем расчувствовался и разговорился невпопад. Но Элеонора быстро взяла дело в свои нежные ручки и закружилась с мужчиной в быстром вальсе.

Вечер удался на славу. И это была первая ночь, когда Жека со Светкой остались ночевать в новом доме. Ехать было незачем. Герберт с Элеонорой утром улетали в Америку, в Сан-Франциско. Билеты уже были куплены и вещи собраны. Это был их последний вечер в проданном доме. Когда они уехали, впечатление, конечно, было прекрасным. Вот и есть свой дом! Светка нарадоваться не могла и стала прыгать на здоровенной кровати, когда проснулась, а потом обрушилась рядом с Жекой.

— Надо вещи из гостиницы забрать и сюда перевезти! — заявила она. — Чего откладывать-то? И мне на тренировку надо.

— На тренировку? — с удивлением спросил Жека.

— Я на тхэквондо записалась, — хвасталась Сахариха. — И говорила тебе уже это! Когда ты в России был. По телефону. Ты что, забыл уже???

— Нет! Не забыл! Поехали! — согласился Жека. — Там разберёмся. Да и у меня дела кое-какие есть...

А дело у Жеки было одно — найти этого чёрта Рихарда Гросса и взять с него деньги, которые он украл у Светки. Любишь медок — люби и холодок!

...Пока Светка со знанием дела упаковывала вещи, в основном состоящие из брендовой одежды, Жека вызвонил Клауса и Олега — люди должны быть проверенные. Ехать предстояло в район неблагополучный, в тот самый Заксенхаузен, где когда-то знатно нашумели, пришив банду нациков. Это шумное дело до сих пор оставалось нераскрытым. Полиция списала его на войну противоборствующих нацистских группировок и тихой сапой прикрыла, не желая искать тех, кто замочил бандитов, с которыми сама полиция не могла справиться.

Для дела оделся в любимую кожанку и спортивный костюм с кроссовками. Сахариха, складывающая вещи в сумки и пакеты, каким-то неуловимым женским чутьём определившая, что любимый собирается на опасное дело, подозрительно взглянула на него:

— Ты куда это намылился?

Жека врать не стал. Врать любимой — последнее дело!

— Свет, надо визит вежливости нанести тому гондону, который тебя обнёс, — смущенно сказал Жека. — Сто косарей — приличные деньги. Не бросать же на ветер!

— Иди! — разрешила Сахариха и принялась опять за дело. — Я не знаю, сколько тут пробуду. Потом на тхэквондо поеду.

— Пацанов только возьми, Свет! — Посоветовал Жека. — Одна не ходи!

Дав ценные указания любимой, Жека подпрыгивающей походкой спустился на подземную стоянку гостиницы, где его уже ждал неприметный чёрный «БМВ» с Олегом и Клаусом.

— Ну чё... Погнали! — велел Жека и махнул рукой. — Как в старые добрые времена!

Похоже, эти времена возвращались...

Глава 4. Фирма «Beautiful floors», офис 522

Конечно, со стороны могло бы показаться странным, почему Жека даже сейчас, будучи в серьёзном положении, когда его бригада разрослась до 20 человек, всё ещё на разборки и решение проблем ездил сам. На это был простой ответ — характер. Во-первых, не очень-то доверял людям, считал, что они всё сделают хуже, чем он сам. Или подставятся под пули, неправильно рассчитав операцию, или, напортачив, сдадутся под полицию, где нибудь налажав и оставив улики. Во-вторых, как каждый человек, волокущий одновременно много дел, считал он, что без его участия всё пойдёт прахом и ничего не получится.

Сказывался ещё малый опыт руководства бригадой. Ведь даже ведя дела в России, работал он не один, а со Славяном, в меньшей степени с Митяем, которые были ему равны по статусу. Теперь же он оказался один босс высокого уровня и за всё нёс ответственность сам. Олегу и даже Клаусу и Витьку пока ещё не доверял как себе. Поэтому и Сахариху сперва не хотел допускать к делам, опасаясь, что где-нибудь начудит.

Очевидно, что у Олега и Клауса возник тот же самый вопрос. Для них выглядело странным, что босс, ворочающий миллионами, как конфетами в кармане, переоделся в простецкую одежду, сунул пистолет в карман и поехал сам с ними на дело.

— Дело серьёзное? — спросил Клаус, выруливая от гостиницы на улицу.

— А этого не могу пока сказать, — пожал плечами Жека, закуривая «Мальборо». — Всё будет зависеть от того, как дело пойдёт. Вкратце, обстоит так: мою будущую супруженцию обнесли на сотню косарей, когда она договор заключила с одним маклером на покупку дома. Чёрт забрал деньги, а хозяину их не выплатил, прибрал себе. Просто вечером закрыл дверь и смотался из офиса, запечатав его. По-моему, эта контора мошенническая была. Их клиенты люди богатые, им плевать, походу, шум поднимать не стали. Но ты знаешь, для меня это оскорбление. Я лучше вам эти баблосы отдал бы, чем какая-то гнида жирная их прожирать будет. Поэтому это больше месть и устрашение. Но если бабло вернём, получите четвёртую часть налом.

— Понятно, — кивнул головой Олег. — Куда ехать?

— Офисное здание на улице Кирхштрассе в Заксенхаузене, — сказал Жека. — Там должна быть фирма «Beautiful floors», офис 522. Там он вроде как работает, его вторая фирма. Посмотрим, что это за контора. Если не выгорит там, я знаю, где он живёт. Адрес: улица Швайцер, дом 23, квартира 2, район Заксенхаузен. Звать Рихард Гросс, возраст 38 лет, маклер по продаже недвижимости. Лысоватый, полноватый. Есть фотка.

Жека показал каждому визитку, которую взял у Светки, чтоб его люди посмотрели, как выглядит тот, кто им нужен. Пряча её обратно, Жека в очередной раз убедился, что внешность ничем не примечательная: таких толпы по улице шатаются.

— Ты толком не рассказал, как в Америке-то погулял, — заметил Клаус. — Быстро вернулся.

— Если всё рассказывать, вы не поверите, — рассмеялся Жека. — Это история не на один день. Как-нибудь в междусобойчике под водочку перетрём это. Вы просто охренеете. Как будто в боевике побывал. В фильм. Самому не верится. Но одно могу сказать — этот мистер Смит самый крутой мужик из всех, кого я когда-либо встречал.

— А сейчас-то что? — спросил Олег. — Какой-нибудь план есть?

— Плана никакого... — покачал головой Жека и уставился в окно. — Ничего не могу сказать. Будем действовать по обстоятельствам. Но на рожон лезть не стоит. Желательно всё сделать по-тихому. И помните — в том здании есть видеонаблюдение. Рожи не палите, вверх не смотрите.

...Район Заксенхаузен при свете дня производил уже не такое отмороженное впечатление, как в вечернее и ночное время, когда считался он элитным центром незаконных развлечений: проституции, нелегальных боёв и наркоторговли. Сейчас всё было чинно-благородно. Старинные домики источали благополучие и порядок. Ночные заведения, блиставшие огнями и неоновой рекламой ночью, сейчас выглядели мёртвыми. Как зомби, стоящие на земле, но при этом готовые ожить в нужное время.

На улицах народу самый минимум. Все прохожие более-менее цивильного вида. Работали обычные магазины и учреждения, а не сексшопы и притоны. Заразный дух Заксенхаузена притаивался и отлёживался до следующей ночи. В подпольных бойцовских клубах отмывали кровь с полов и стен, в бары и рестораны таскали ящики с алкоголем и провизией, а в бордели завозили свежих проституток из Восточной Европы. Все эти организационные признаки скрытой ночной жизни лежали прямо на поверхности, и для любого нормального человека, шарящего в преступной теме, не составляло особого труда заметить их.

Жека с любопытством смотрел в окно медленно проезжавшей машины. Вот из подвала под руки вытаскивают смертельно избитого парня в чёрных очках и с накинутым на голову капюшоном окровавленной толстовки. Похоже, кое-как привели в себя проигравшего поединок бойца и сейчас повезут к нелегальному врачу, который решит, что с ним делать — лечить или бросить в реку со связанными руками. Тут же, у глухого забора, из микроавтобуса толпа боснийцев таскает ящики с алкоголем. А из другого микроавтобуса, стоявшего поодаль, одна за другой выходят девушки с испуганными взглядами на лицах. Германия не для всех оказалась раем и местом, где исполняются все мечты...

Однако стояла в Заксенхаузене и церковь, что не было удивительно, зная набожность старых немцев. Причём это было понятно по названию улицы, Кирхштассе, по которой медленно ехала машина с пацанами. Остроконечный готический шпиль с кружащимся вокруг него вороньём было видно издалека.

Церковь стояла в административном центре, почти на берегу Майна, в музейном районе. К небольшой площади на берегу реки, мощёной булыжником, стекались несколько улиц со старинными фахверковыми домами. По привычке немецких городов, рядом с кирхой, в средневековом доме, с часами на центральной башне находились районная ратуша и суд. На этом же пятачке стоял старинный на вид офисный центр, библиотека и несколько магазинчиков сувениров. На площади столики уличного кафе под зонтиками. Чувствуется запах жареных сосисок с тушёной капустой.

— Район туристический, — кивнул головой Жека, осматривая округу. — Тут сильно не постреляешь и не побыкуешь.

Машину оставили на одной из боковых улочек, чтобы сильно не палиться, и пошли в офисное здание. Здание было новодел, копирующий постройки начала двадцатого века и внутри имело интерьер, соответствующий 1960-м годам, который должен был указывать на некую эксклюзивность и респектабельность фирм, квартирующих здесь.

Полы в здании сплошь деревянные, так же как и стеновые панели. Потолки арочные, с гипсовыми завитушками, со старинными рожковыми люстрами. На стенах бра. В коридорах, с каждой стороны, солидные двери из морёного дуба с бронзовыми табличками названий фирм. Интерьер походил на стрелковый клуб. На место, где часто бывают люди, швыряющие деньгами. Очевидно, что агентство недвижимости «Beautiful floors», офис номер 522, претендовало на роскошь и респектабельность, но тот факт, что здесь работает мошенник герр Рихард Гросс, опускал уровень его респектабельности до плинтуса.

Несмотря на старину, в здании велось видеонаблюдение, Жека помнил слова Герберта. Камеры стояли на каждом этаже, у входа на лестницу.

Офис «Beautiful floors» находился на пятом этаже, куда ходил вполне современный лифт. Но Жека предпочёл добираться туда пешком, по лестнице, не желая ехать с толпой офисных клерков в деловых костюмах. К лестнице вёл короткий коридор, в начале которого за конторкой сидел менеджер очень подозрительной наружности. Судя по пиджаку, чуть не трещавшему на его широких плечах и круглой лысой голове, больше времени он проводил в качалке или на бойцовском ринге, чем в опере или музее, поэтому его вид сразу вызвал у Жеки подозрение. Совсем уж не вписывался здоровяк в окружающую респектабельную реальность.

Впрочем, походу, Жека с товарищами, похоже, тоже вызвали у охранника подозрение. Правда, ничего спрашивать он не стал, только связался по рации с кем-то, и что-то тихо сказал, неотрывно глядя на Жекину компанию, старательно опускающую головы от видеокамеры.

Когда поднимались по лестнице наверх, Жека заметил, что у входа в каждый коридор стоял точно такой же качок. Что это? Неужели какая-то группировка держит это здание в обороте?

Пятый этаж был последним, и у коридора тоже стоял жирный охранник, своими свиными глазками осмотревший Жеку и пацанов с ног до головы, словно оценивая их.

— Куда направляетесь? — спросил он, нагло глядя на Жеку и пузом преграждая путь.

— А ты кто такой, чтоб спрашивать? — спокойно сказал Жека и пристально посмотрел жирному в глаза. Клаус и Олег с каменными лицами разошлись в стороны и слегка окружили охранника. Тут он и сдрейфил. Понял, что такие и замочить могут, а то и в окно выбросить. А он вот здесь один против трёх. И ничего не сделать. А у них, наверное, ещё и ножи с пистолетами есть...

— Рацию дай! — Жека протянул руку. Протянул спокойно. Уверенно. Так, как просят обыденную вещь у друга. Просят таким голосом, что уверены — сейчас получат желаемое в любом случае. И не подчиниться было никак невозможно. Не подчиниться и затеять драку — это значит пойти на прямой конфликт. А, судя по акценту, эти трое — славяне, и, скорее всего, русские, принадлежащие к этнической преступной группировке.

Жирный охранник отдал Жеке рацию и отошёл в сторону, освобождая путь, но Жека покачал головой.

— Иди впереди. В офис номер 522 веди нас. И не вздумай брыкаться.

В это время, недалеко от выхода с лестницы, в боковом закоулке, остановился лифт, и охранник немного воспрял, думая, что сейчас появятся люди и у них на виду можно оказать сопротивление наглецам, но из лифта вышла лишь субтильная девчонка в деловом костюме и очках, которая тут же скрылась за дверью с надписью «Нотариус Альфред фон Гейн». Помощь не пришла. Охранник на ватных ногах, старясь не шуметь, пошёл по скрипучим доскам коридора, ведя за собой банду русских...

Когда жирный остановился у офиса 522, Жека кивнул на дверь:

— Заходи. И веди себя спокойно. Тогда никто не пострадает.

Охранник открыл дверь и вошёл в офис. Жека шагнул следом за его широкой жирной спиной.

Внутри обстановка, как в старинной респектабельной фирме. Столы и светильники на них под старину, с зелёными абажурами. Массивные шкафы с пухлыми папками, кожаные кресла. Всё говорило о том, что фирма здесь квартирует солидная, однако Жека сразу заметил, что дела в ней почти не ведутся. Не было присущей обычному офису суеты, сотрудников, работающей оргтехники, компьютеров на каждом столе и, самое главное, телефонных аппаратов, по которым клерки ведут переговоры. За всё время, что он здесь жил, открывал, а потом вёл бизнес, давно уже убедился, как должно выглядеть преуспевающее предприятие, в котором кипит жизнь и шуршат деньги. Без телефонов и компьютеров сейчас вести дела в Германии было сильно затруднительно и даже невозможно. Да что там в Германии... В России уже в каждой уважающей себя фирме был компьютер и телефон, да ещё и не один.

В этой конторе не было ничего. За одним столом, прямо напротив входа, сидел тот, кто был им нужен, Рихард Гросс, а за другим столом, рядом с ним, небрежно листал порнографический журнал ещё один охранник, как две капли воды похожий на того, которого притащил Жека.

Увидев входящую компанию, сидевший кент что то заподозрил, и попытался дёрнуться, но Жека достал пистолет и стволом показал на стул, сиди типа и не рыпайся. Фирма была фейковая пустышка, как пить дать, и обращаться с ними следовало как с отбросами.

— Руки на стол положи, если не хочешь остаться без них, — веско сказал Жека и бросил Клаусу: — Следи за ним. Если что, мочи.

Рихард Гросс, судя по всему, дико испугался. Заёрзал в кресле, завращал глазами, переводя взгляд с одного на другого. Понимание постепенно пришло к мужику, что наконец-то за ним пришли. Как ни бегай, а нашли. Ведь те, кого он обувал, обладали деньгами, и рано или поздно могло случиться то, что случилось. Несмотря на нанятую охранную фирму, за ним пришли бандиты.

Жека вольготно расположился в кресле напротив Рихарда и настаивал на него пистолет.

— Деньги где? — коротко спросил Жека.

— Ка... Какие деньги? — испуганно спросил Рихард.

— Ты дурака-то не включай, — посоветовал Жека. — В данной ситуации есть только два выхода. Первый хороший. Ты отдаёшь мне мои деньги, и я ухожу, оставляя тебя с этими гондонами развлекаться и играть в порноигры. Второй выход плохой. Очень плохой. Для меня эта сумма не столь важна — я человек богатый. Но за то, что ты мне залез в карман, я убиваю вас всех и устраиваю пожар в здании. Сам ухожу. Я буду без денег, зато за них ты заплатишь кровью, и моя мстительная душа будет спокойна. Как тебе такие расклады?

Однако как отношение Рихарда к таким раскладам, узнать не удалось — сидевший за столом бандит всё-таки решился выйти из затруднительного положения, но поступил донельзя тупо: заорал и протянул руку к рации, лежавшей на столе, намереваясь включить её и позвать своих корефанов с других этажей. Тут же сзади тихо защёлкал пистолет с глушителем. Клаус завалил того, что сидел за столом, выстрелами в голову, а потом Олег так же выстрелил в жирного, который тоже сделал попытку забарахтаться. Теперь уже стало очевидно, что скрытно и тихо сделать дело не получится.

— Вот видишь, как всё плохо получилось... — укоризненно сказал Жека, глядя в глаза Ричарду. — Всё плохо. Но для тебя положение стало ещё хуже. Давай деньги. Больше я уговаривать не стану. А пока расскажешь мне, что это за чмошники тебя охраняют.

Рихард согласно замотал головой, сполз с кресла и на карачках куда-то пополз. Удивлённый Жека последовал за ним. Оказалось, деньги лежали под одной из половиц в самом углу помещения. Завязанные в полиэтилен пачки наличных. Сколько их здесь было? Много. Несколько сотен кусков точно. Герр Рихард всё хранил здесь, под полом, потому что в банк сдавать не мог — это вызвало бы вопросы, а своим охранникам он не слишком-то доверял. Дома хранить — могут узнать, ограбить, а то и убить.

Жека взял всё, что было, — гулять так с музыкой. Тырь натыренное, грабь награбленное! Пацаны рассовали пачки купюр по карманам.

— Вы обещали меня отпустить... — сказал Рихард, садясь обратно в кресло. Голос у него был заискивающий и как будто просящий о пощаде.

— Ты знаешь, я не пойму твоих отношений с этими говнодавами... — недоумённо спросил Жека. — Они у тебя крыша что ли? Или у вас банда? Так дырявая банда-то...

— Они... Я не могу это сказать... — чуть не заплакал герр Рихард. — Они... они убьют меня... Это частная охранная фирма под названием «Эдельвейс». Их офис на первом этаже. Они... охраняют тут всех, кто... У них директор Конрад, полицейский служащий...

Герр Рихард замялся, не зная, как правильно выразить мысль, однако Жека знал! Ничего особо таинственного тут не было! Да и этот чёрт Конрад ему был хорошо знаком.

— Они берут под охрану тех, кто промышляет чем-то незаконным? — спросил Жека. — Тайные биржевые брокеры, незаконная торговля валютой? Сомнительные сделки по недвижимости? Экскортные агентства для богатых? Так? И вы не можете на них накатать заявление в полицию, иначе сами сядете?

— Так... Я...

К сожалению, герр Рихард не успел договорить. Дверь в офис открылась, и в проёме показались двое охранников с пистолетами в руках. Ну естественно... Это надо было иметь в виду. Конечно же, эти охранники из «Эдельвейса» не оставят их просто так. Похоже, они сразу же отправились в поисках подозрительных клиентов, более похожих на бандитов. И первым делом посетили контору, которая им платила деньги. На пятом этаже из таких была только одна. Офис номер 522, фирма «Красивые этажи»...

Глава 5. Стрельба в Заксенхаузене

Увидев, что напротив их шефа сидит какой-то мужик в кожаной куртке с пистолетом в руках, они сразу же стали стрелять, даже не пытаясь выяснить, что происходит, что Жеку сильно удивило. Впрочем, удивляться времени не было. Как только он увидел, что дверь открылась, а в проёме показались лысые головорезы в костюмах, с пистолетами в руках, которые через долю секунды могли открыть стрельбу, он быстро нагнулся за спинку кресла и сполз на пол, уйдя с линии огня. К сожалению, на ней остался герр Рихард.

Охранники выпустили пули прямо в тело незадачливого мошенника: не успели среагировать, что мишень так быстро спрячется за кресло. Фатальная ошибка! Стрелки сразу не увидели стоящих по бокам двери Клауса и Олега, которые выстрелами в головы сразу же завалили их. Трупы свалились в коридоре. По деревянному полу загремел выпавший из руки пистолет. Кто ж так проводит операцию? До спецназа этих лохам далеко — завалили своего же работодателя, и сами как пацаны подставились...

Жека на карачках отполз от кресла и быстро встал на ноги. Похоже, обратно предстоит прорываться с боем...

— Уходим! Аккуратно! Мы не знаем, сколько их тут, — велел Жека. — Посмотрите, что в коридоре. Сейчас спустимся на первый этаж и нам нужно зайти в комнату охраны на первом этаже: забрать кассету с последней видеозаписью.

Олег осторожно выглянул в коридор и дал знак выходить. Пока ещё никого не было видно. Но это длилось очень недолго. Люди услышали выстрелы и стали в удивлении выглядывать из кабинетов. Правда, увидев двоих лежащих на полу охранников в костюмах и перешагивающих через них троих парней, кто-то крикнул и тут же закрыл дверь кабинета. По-видимому, пошли вызывать полицию. Две женщины в нерешительности застыли в десятке метров от трупов.

— Пошли! — мотнул головой Жека и быстрым шагом, почти бегом, направился к лестнице.

По ней поднимались двое охранников, почуявших неладное и решивших навестить пятый этаж, куда до этого уже отправляли людей, и они куда-то подевались. Поднимавшиеся охранники, увидев спускающихся вооруженных людей, подняли пистолеты и попытались выстрелить, но не успели: Жека, бегущий первым, отреагировал раньше, застрелив обоих. Пуль не жалел, стрелял с расстояния метров пяти. Качки свалились на пол.

Спустившись на первый этаж, осторожно пошли по коридору. Из-за угла выглянул охранник, сидевший за стойкой у входа, тот, кто первый озаботился, увидев входящего Жека с пацанами. Оружия у него не было — сюда ещё не докатился шухер с верхнего этажа. Этот охранник не знал, что все, кто охраняли этажи, были уже убиты. Потому он сильно удивился, когда Олег выстрелил в него из пистолета с глушителем.

Жека в это время дошёл до двери, на которой была табличка «Частная охранная фирма «Эдельвейс»». Толкнул дверь и прошёл внутрь, Клаус за ним. Дверь оказалась не закрыта — охранники фирмы, которую крышевала полиция, были уверены, что на них никто не наедет. Технику безопасности всегда надо соблюдать! Олег остался снаружи, в коридоре, на шухере.

Внутри, сразу напротив двери была комната отдыха с диваном, креслами, столом, телевизором. Чуть поодаль слева — комната видеонаблюдения. За мониторами никто не следил. Двое охранников, те, кто должны были сидеть за ними, уютно расположились в комнате отдыха и играли в карты за столом, который был весь уставлен пивными бутылками. Зря... Находись они на рабочем месте, с удивлением увидели бы, как двое их корифанов были убиты на пятом этаже и посреди коридора сейчас лежат два трупа, у которых в недоумении стоит какой-то мужичок в костюме, похоже, местный служащий.

Жека выстрелил сначала в одного игрока, потом в другого. Дело приняло серьёзный оборот, и стало очевидно, что в живых оставлять никого не следует, чтобы не было проблем в будущем.

Убедившись, что охранники убиты, Жека прошёл в комнату видеонаблюдения, нашёл видеомагнитофон, вытащил видеокассету и сунул её в карман.

— Думаю, тут дублирующая запись не ведётся, — Жека оглядел комнату. — Не того уровня эта контора.

— А что, может вестись? — удивился Клаус, с интересом разглядывая мониторы и стоящее оборудование.

— Может и так быть, — согласился Жека. — Где-нибудь под столом или под полом ещё один магнитофон может быть спрятан. Резервная запись как раз на такой случай, если первую кассету кто-нибудь стырит. Но это на серьёзных объектах практикуется — банках, биржах, аэропортах. Здесь я не думаю, что есть нечто подобное.

— Ну что тогда, валим? — спросил Клаус.

— Валим! — согласился Жека и посмотрел в мониторы. Шухер начал нарастать как снежный ком. На пятом этаже у трупов охранников уже стояло несколько человек, то смотревших на тела, то осторожно заглядывавших в офис фирмы «Красивые этажи». Увидев там ещё два трупа, люди схватились за голову и побежали к лифту, а может быть, к лестнице. Вполне возможно, уже вызвали полицию. Подумали, что террористы в здании.

— Сейчас мы им устроим! — усмехнулся Жека и нажал большую красную кнопку включения пожарной сигнализации.

Решение, конечно, было так себе, по необходимости — к зданию сразу же будет привлечено много внимания снаружи. Зато внутри разовьётся паника, и люди будут вынуждены спасать свою жизнь, а не глазеть по сторонам. Плюс приехавшая на вызов полиция не будет сразу же входить в условно горящее здание. Будет ждать развертывания пожарных, спасателей, а это всё драгоценное время...

Когда завыла сирена и затренькали звонки в каждом кабинете, Жека с Клаусом, спрятав оружие, покинули помещение охранной системы. Стало слышно, как сверху по лестнице бегут люди, испуганно вскрикивая от вида лежащий трупов.

Корефаны вышли из коридора и направились к выходу. За ними быстро шли несколько человек, покинувших самые первые кабинеты, недоуменно переговариваясь на ходу. Причину срабатывания сигнализации никто не знал. Многие спрашивали друг друга, что именно случилось. Но определенного ответа не было ни у кого. Люди перешагивали лежащего у начала коридора охранника, даже не удосуживаясь посмотреть, жив он или нет. Каждый заботился только о себе: все старались как можно быстрее покинуть здание.

Перед зданием стали скапливаться мимо проходящие зеваки, глазея на окна и на распахнутую дверь, из которой слышно, как трезвонит пожарная сигнализация.

— Но пламени-то невидно, так же как и дыма, — резонно заметил случайный мужик, мимо которого проходили Жека с пацанами.

— Спасайтесь! Там внутри гора трупов! — истерично крикнула какая-то баба в чёрном брючном костюме, выбежавшая на улицу. — Это ужас!

За ней последовали другие. Это были те, кто видели убитых на пятом этаже. На их лицах было видно панику и страх. Они уже не старались остановиться около здания, а хотели отбежать от него на как можно большее расстояние.

Где-то далеко слышалась сирена полицейской машины, а может быть, и пожарных. Это уже было без разницы — Жека с пацанами добрались до машины, припаркованной на соседней улице, в сотне метров от офисного здания. Олег сразу же завёл двигатель и поехал прочь, развернувшись на 180 градусов прямо на узенькой улочке, чуть не снеся цветочные горшки и столы уличного кафе.

— Куда едем? — спросил он.

— Давай на стоянку, у въезда в район, где мы стояли, когда нациков пасли! — распорядился Жека. — Побазарить надо. Обсудить наши дела. И бабки посчитать.

Доехав до стоянки, на которой люди пересаживались с машин на метро, Олег нашел свободное место с краю и припарковался там.

— Вытаскиваете бабло! — распорядился Жека. — Сейчас считаться будем.

— Фартовый ты пацан! — заметил Клаус, доставая из карманов куртки пачки аккуратно упакованных в полиэтилен купюр. — Всё, к чему прикасаешься, превращается в деньги. С тобой и банки грабить не надо. Ходи только бандитов тряси, и всё будет нормально.

— Дааа... — неопределённо протянул Жека.

Сам он так не думал. Всегда знал, что гоп-стоп — дело опасное и без головы запросто можно остаться. Даже сегодня вот. Вроде приехали, постреляли, бабло подняли, уехали, а 9 человек убили. Опять кипешь по городу пойдёт. Опять будут убийц искать.Полиция будет искать, кому выгодно убийство охранников из охранной фирмы «Эдельвейс» и Рихарда Гросса, маклера «Красивых этажей». Естественно, если они найдут бумаги с именами тех, кого околпашил Рихард, там будет имя Сахарихи, и на Жеку падёт подозрение. А там опрос свидетелей, вдруг кто-то видел его здесь, когда его здесь быть не должно, и хоп... Вот и приплыли в тюрягу.

Конечно, вероятность такого развития событий была крайне мала, но она существовала. Если Рихард не дурак, он всё должен был хранить в уме, но кто знает этих поехавших яйцеголовых...

А Конрад, естественно, тоже будет искать тех, кто завалил его людей и чёрного маклера Рихарда Гросса. Потому что это угроза его бизнесу. И если он найдёт, то тюрягой от него не отделаешься... Вообще, на этом Конраде что-то сильно много стало завязано... Не пора ли прихлопнуть этого мусора и его мусорскую группировку? Гадить они стали порядочно, и дорогу перешли уже второй раз...

Посчитали деньги. Оказалось чуть больше миллиона марок. Много... Это примерно 700-800 тысяч долларов. Многих околпашил Рихард. Но и поплатился за это жизнью...

— Это ваша доля, — заявил Жека, отдавая пацанам 250 тысяч марок. — Всё как и договаривались, четвертина. Бабло, сами понимаете, чёрное. Тратьте понемногу, чтоб не появилось вопросов.

— Что будешь делать? — спросил Клаус, пряча свою долю.

— Мне опять срочно в Россию надо, там большое бабло корячится, — признался Жека. — Но и здесь не могу просто так дела оставить. Надо сначала их решить, чтобы тыл надёжный был. Иначе я в России постоянно переживать буду за здешние расклады. Короче, ребята, дело такое... Задрал меня уже этот Конрад. Не даёт он тут жизни никому. То людей мочит почём зря и грабит их, то кидал крышует, которые людей околпашивают. Надо его грохнуть, и дело с концом. Будет тихо-мирно, и всем хорошо. Я не знаю, как и насколько мы наследили сегодня, но нам надо первыми обрубить концы.

— Конрада... — задумчиво сказал Олег. — Это большой человек, несмотря на то, что в дорожной полиции сержантом работает. Настоящий убийца, профессионал. Его шеф полиции держит для мокрушных дел. У него целая команда таких же отморозков. К ним лезть — себе дороже. Это же змеиный клубок. Только тронь...

— Вот так их все и боятся... — заметил Жека. — Ты знаешь новую русскую пословицу? Нет человека — нет проблемы. Всё дело в том, что крутость этих мразей держится до тех пор, пока они живые и кому-то приносят деньги, пусть даже и сидят где-нибудь под охраной. Дохлые они нахер никому не нужны. Был человек — и нет человека. Через неделю забудут, и место его займут. Ещё и на могилу плюнут. Поэтому не надо бояться наезжать на этих чертей. Раз они творят беспредел — надо их валить первыми. Иначе они первыми завалят. Это, ребята, так работает. Очевидно, что нам с ними рано или поздно придётся столкнуться. Они уже за полгода два раза мне в карман насрали. Дальше будет больше. Они знают, что у нас деньги есть, рано или поздно придут за ними. Адам Борноев тоже с крутыми яйцами был, и где он сейчас? Где итальянцы? Турки? Китайцы?

— Хорошо... — подумав, сказал Олег. — Но нужно узнать, где они тусуются. Где торчит этот Конрад. Это потребует какое-то время, чтобы собрать информацию.

— Торчит он в стрелковом клубе, — заметил Клаус. — Может из снайперки замочить или, как Коза Ностра, на мотоцикле мимо проехать и валить из автомата.

— Нет... — покачал головой Жека. — Валить в центре города днём... Это надо такие пути отхода иметь... А их там просто нет. Везде кривые улочки и машины на них. Народа множество. Возможно, видеокамеры. Если только как в боевиках каких-нибудь — поставить фургон с открытым задом и на мотоцикле в него по доске заскочить после ликвидации. Потом ворота закрыть и в путь. Не... Это херня! Детский лепет! Из снайперки тоже стрелять по сути неоткуда. Из дома напротив, с чердака? Но туда надо как-то попасть. Это не заброшенное здание, откуда мы по Адаму шмаляли. В жилой дом, где полно народу надо как-то попасть и при этом можно хорошо запалиться. Почти в каждом доме консьерж... Ничего не выйдет. Надо найти их логово. У Конрада целая команда стрелков. Они где-то должны собираться, чтоб базарить о делишках. Наверняка это какой-то кабак или ночной клуб. А может, стрип-бар. В общем, Олег, пошли опытных людей, пусть за ним проследят и узнают, куда он ходит бухать. Там всех и угандошим.

—Ладно, о-кей, — кивнул головой Олег. — Возьму в разработку. Сейчас-то куда?

— Сейчас в гостиницу! — заявил Жека. — Забираем моё шмотьё и везём в наш новый домишко. Всё, съезжаю я от вас. Сейчас придётся вам за город меня возить! Ха-ха-ха! И пара-тройка охранников будет там всегда. Для этого там есть помещения и гостевой домик.

Смех-то смехом, но всё-таки как-то непривычно казалось жить на таком расстоянии от города, тем более все дела были в нём. Каждый день по 70 километров, помотайся-ка... Час туда, час обратно. Два часа из жизни долой, только на дорогу. Впрочем, нет худа без добра. Жека решил брать с собой книги в дорогу и читать — давно уже не удавалось прилечь как раньше, на диван с открытой книжкой...

... К тому времени, когда через пробки на проспектах добрались до гостиницы, Светки ещё не было. Но все вещи лежали посреди номера, упакованные в несколько больших баулов. Увезти их можно было на двух машинах: на Олеговой и на своей.

— Заходите, посидим, потрещим...

Пока Светки не было, Жека достал из холодильника каждому по бутылке пива. Тем и скрасили вынужденное безделье, базаря ни о чём. Через двадцать минут пришли Светка с Ириной, одетые в одинаковые спортивные костюмы «Адидас». С ними охранники — Витёк и Егор.

— Вы что, вместе на тхэквондо ходите? — удивлённо спросил Жека.

— Вместе, — смеясь, кивнула головой Ирина. — Я тоже решила хоть немного начать заниматься. А то съедите отсюда, изнасилуют ещё.

— Ты так и не подобрала себе ничего? — спросил Жека. — Ни дома, ни квартиры?

— Нет, — покачала головой Ира. — Вариантов нет подходящих. Вс не то, и всё не так...

— Давай к нам в дом! Поживёшь пока! — предложил Жека. — Места там дохера и больше. Что ты тут одна будешь? Давай! Тебе Светка потом поможет там же домишко присмотреть.

— А сейчас-то что? — спросила Сахариха. — А давайте в наш рестик съездим, побухаем. Ну как так жить — иметь свой ресторан и ни разу туда не сходить пожрать???

— Прям вот так? — с удивлением спросил Жека, показывая на простенькую одежду на себе и на пацанах.

— А что тебе, к министрам что ли на встречу? — рассмеялась Сахариха. — Давайте погуляем, отметим наш переезд, да и новоселье тоже. Все свои. Ещё пацанов позови, кто не занят. Можно Эмилии позвонить.

— А... Давайте... — махнул рукой Жека. — И в самом деле, что-то закрутилось всё...

... В ресторане «Тьма грядущая» находился небольшой банкетный зал как раз для таких случаев. Был он построен чуть позже, чем основной обеденный зал и бильярдная, и находился за кухней, вход туда был с обратной стороны здания. Намеревался Жека здесь проводить вечеринки для своих людей или для тех, с кем стоило проводить деловые переговоры. Причём устроить его ещё зимой порекомендовала Светка, как менеджер, курирующий этот проект.

— Сам потом спасибо скажешь, — заметила она. — Будет место, где собраться и погулеванить всем. Не потащишь же ты такую ораву к себе в дом. У тебя всё-таки авторитет повыше, чем у рядового пацана. В стороннем кабаке, да даже и в нашем, у людей авторитетных, удивление вызовет, если ты со своими охранниками пить-гулять будешь. Жека, в мафии так не принято.

— А ты считаешь, что ты и я — мафия? — рассмеялся тогда Жека и взъерошил волосы на голове любимой. — В твоих словах есть резон... Делай как хочешь...

Вот и пригодился зал-то...

Глава 6. Русская гулянка с итальянцем

В банкетном зале «для своих» было тридцать мест. Не много, но и не мало. Хватило, чтобы позвать всех, кто был не на службе, да ещё с жёнами и подругами, и даже место осталось. Большинство приехали одетые как на парад, в костюмы и вечерние платья. Только Жека с Сахарихой, Иркой, Клаусом и Олегом были одеты по-простецки. Но им можно. Они тут главные...

Так как почти все присутствующие здесь были русскими, стол накрыли по привычке, с русской щедростью и изобилием. Были и чисто русские блюда вроде голубцов, расстегаев с визигой, блинов с чёрной икрой, осетрины, балыка и стерляжьей ухи, были и европейские — стейки, омары, салаты с креветками. По привычке, большие тарелки колбасы, варёной и копчёной, и сыра всех видов, маринованные огурцы и квашеная капуста, солёные грибы. В середине застолья подали горячий плов в большом казане и шампуры с только что нажаренными шашлыками. На столе русская водка, шампанское и изредка виски с коньяком.

— Ребята, — Жека встал, держа в руке рюмку с водкой. — Я рад, что мы все здесь сегодня собрались. Давно не видел всех вас, а кое-кого и вовсе не видел. Всё дела... Дела... Хочу поздравить вас и пожелать всем счастья, удачи и всего самого хорошего. Пусть наше дело живёт и процветает. Будем! Как и всегда! Сегодня мы отдыхаем!

Потом, когда все слегка захмелели, поддатая Сахариха пошла включать музыку — без музыки она не представляла себе жизни. Натырила из гостиничного номера и кассет, и дисков, и стала включать музыку на свой вкус и звать всех танцевать. Жека смотрел на веселящуюся подружку и улыбался от счастья. Лишь бы ей было хорошо... На себя-то похер...

На тумбочке, у окна, стоял японский музыкальный центр «Кенвуд». И качал он музыку довольно прилично. Через некоторое время уже почти все танцевали. Жека в задумчивости сидел и курил, когда к нему подошёл охранник, одетый в костюм. Звали его, кажется, Серёга.

— Босс... Там Антонио Дженовезе в бильярдном зале, с охраной, — нагнувшись к уху Жеки, сказал он. — Спрашивает, тут ты или нет.

— А... Сейчас подойду! — махнул рукой Жека и встал из-за стола.

— Ты куда это намылился? — спросила зоркая Сахариха, увидев, что Жека пошёл вслед за охранником и предвидя какие-то проблемы.

— Дело одно есть... — ответил Жека, на минуту остановившись у неё. — Пришёл один человек, которого я сюда звал как-то в гости. Антонио Дженовезе.

— Охрану возьми, — настойчиво сказала Светка.

— Ну я не думаю, что он меня убивать приехал... — рассмеялся Жека. — Я ему обещал в бильярд сыграть. Но, возможно, придется сюда пригласить. Распорядись тут насчёт чистого стола, Свет... Так надо.

— Хорошо, иди! — махнула рукой Светка. — Всё будет через полчаса готово. Тащи его сюда.

...Антонио Дженовезе выглядел как франт, это Жека уже заметил. Сейчас он был в каком-то полусредневековом длинном камзоле, белой рубахе и клетчатых штанах. Шляпа с высокой тульей, больше похожая нна цилиндр, сверкающая золотой пряжкой, лежала на бильярдном столе.Традиционно на итальянце сверкало множество золота и бриллиантов — виднелся массивный католический крест в расстёгнутом вороте рубашки, висела большая серьга в ухе, надеты несколько перстней на пальцы рук, на запястьях сверкали браслеты.

Несмотря на всю эту роскошь, мафиозо не смотрелся как цыган или колхозник. Всё было дорого, со вкусом и с какой-то артистической небрежностью, присущей людям очень богатым и властным. Походил Антонио или на известного артиста, или на графа Дракулу, не меньше...

У стола, поодаль от него, стояли два охранника в костюмах: бритые наголо наёмники-швейцарцы с татуировками на кистях рук и на шеях. У одного змея заходила с шеи на щеку, у другого дракон был намалёван прямо на бритом затылке. То, что это люди опасные, было видно за версту. Поэтому-то, по-видимому, играть с Антонио никто не хотел. Да и в целом бильярдная была подозрительно пуста. Дженовезе играл сам с собой, изредка прихлёбывая вино из стоявшего прямо на сукне, рядом, со шляпой, бокала. Странно, но сколько бы раз он не бил кием по шарам, ни один из них не попадал ни по шляпе, ни по бокалу. Игрок!

— Евгений Соловьёв! — засмеялся Антонио, увидев Жеку.

Мафиозо отложил кий, подошёл к Жеке, по-итальянски приобнял его, коснувшись плечом, потом поздоровался.

— Давно хотел нанести визит вежливости в твоё заведение и вот решился, — улыбаясь, сказал он. — И в бильярд сыграть. Ты мне обещал! Заведение у тебя, кстати, прекрасное, не зря о нём молва по всему Франкфурту идёт.

— Сыграть? Без проблем! — заявил Жека, взял кий и намылил его. — В американку или русский? Мне без разницы.

Антонио сегодня играл намного лучше, чем в первый раз, когда они впервые встретились в бильярдном клубе «Зелёное сукно». Хотя и тогда и сейчас он был порядком выпивший. Жека один раз проиграл, один раз выиграл. На этом Антонио решил закрепить статус-кво, опасаясь своего проигрыша.

— Давай на этом закончим, — рассмеялся он. — Один-один — это хорошо. Никому не будет стыдно, и никто не будет злиться. Надо выпить за это. Ты, кстати, неплохо одет для вечеринки в ресторане. Мне нравится.

— Ресторан — моё рабочее место! — со смехом ответил Жека. — Это люди сюда хотят отдыхать. Я тут работаю. А насчёт выпить... Пойдём. У меня тут есть зал для избранных. Мы сейчас там сидим.

С одной стороны, Жека не хотел, чтобы Антонио видел всю его бригаду, это было ни к чему. Кто знает, как оно дальше повернётся, может, придётся и сойтись на узкой дорожке... С другой стороны, продинамить Дженовезе могло быть сильным оскорблением, а этого Жека не хотел. И опять же, показать, что у Жеки есть люди, тоже стоило. Если захочет решать что-нибудь силовым путём, пусть знает, с кем имеет дело, и даже подумать не смеет рыпаться.

— А у тебя тут порядочно народу, — заметил Анион, присаживаясь за стол рядом с Жекой. — Весело у вас тут.

Охранники его не стали садиться за стол. Остались стоять за его спиной, как изваяния.

— Весело, — кивнул головой Жека, налил в рюмки водку, и подал одну Антонио. — У нас, у русских, так. Гуляем вместе. Мы все братья, понимаешь? Поэтому, когда ко мне обращаются, то говорят «брат». И когда я обращаюсь к кому-либо из них, то тоже говорю «брат».

— Интересно... — задумчиво сказал Антонио и взял рюмку с водкой, тут же понюхав её. — Водка?

— Да, русская водка! — кивнул головой Дека. — Напиток для сильных духом мужчин. Давай! За всё хорошее.

Звякнув рюмками, выпили. Жека тут же захрустел огурцом и показал рукой на тарелку с огурцами.

— Лучшая закуска под водку. Попробуй.

— Ты думаешь, тому, кто любит граппу, страшна, водка? — усмехнулся Дженовезе и тоже захрустел огурцом. — Неплохо! А что это за прекрасные дамы?

Как раз в это время, наскучившись танцевать, за стол, как раз напротив Жеки и Антонио, сели Сахариха с Ириной. В это время на приличной громкости играл «Ласковый май». «Белые розы, белые розы, беззащитны шипы...». Поодаль танцевала толпа пацанов со своими девчонками. Всё как всегда. Всё как при Советском Союзе!

— Это моя невеста, Светлана, — показал рукой Жека на Сахариху, налившую себе водяры. — А это Ирина, моя правая рука по финансам.

— Нужно выпить за знакомство! — улыбнулся Антонио. — Здравствуйте, дорогие дамы. Меня зовут Антонио Дженовезе. Одинокий франт, ловелас и сердцеед.

Жеке неожиданно пришла в голову мысль, что почему-то Анионио один, без спутницы. Если ходить одному в бильярдный клуб куда ни шло, то идти в ресторан без спутницы считалось слегка неприлично. Тем более, у итальянцев. Но, видно, у мафиозо всё-таки был какой-то резон ходить с двумя охранниками. Жека грешным делом подумал, уж не гомик ли братишка Антонио, но тут же убедился, что вроде нет. Антонио сразу же отмёл Сахариху как запретный для вожделения объект и всё внимание уделил Ирине. А ей... Ей это и понравилось...

— Так... Чё вы тут сидите, шары в землю! — крикнула пьяная Светка. — Танцуют все, вашу мать! Под «Ласковый май»!

Выкрутив ручку громкости на музыкальном центре чуть не до отказа, она схватила Антонио за руку, вытащила его из-за стола, и потащила в круг танцующих. Ирина хихикнула, выпила ещё водки и побежала к ним. Охранники Антонио остались стоять безмолвными истуканами, холодными стеклянными глазами разглядывая присутствующих. Особенно Клауса, который один был трезв и сидел напротив них, потягивая кофе. Сидел в спортивном костюме, закинув ногу на ногу, качая ей и перебрасывая блатные чётки в руке. На кисти наколка «ВДВ СССР». По виду Клауса было видно, что он тут тоже на работе и зорко наблюдает за охраной мафиозо. И что стопудово он не лыком шит, и тоже может кое-чего, как и швейцарцы... А как русская десантура, так может, стоит и двоих таких швейцарцев...

... Проснулся Жека тяжко. Ночь. Гостиничный номер. Кровать в спальне. Лунный свет на подушке. И сразу понял, что они так никуда сегодня и не уехали... Рядом мирно посапывала Светка. Жека поцеловал в обнажённое нежное плечо и с трудом поднялся. Как всегда с похмела, сильно болела голова, во рту пересохло. Перебрал опять? И тут же Жека понял, что нет, не перебрал. Сам хотел именно так накидаться, именно в мясину. Много чего в последнее время произошло, много переживал, потому и наклюкался до невменоза. Закидывал всё подряд — и водку, и коньяк, и шампанское. И домашнюю самогонку, которую принёс из дома кто-то из пацанов. Пил, закусывал и снова пил со всеми подряд.

Чудил? Помнилось, чудил. Но по-доброму. Жека вообще, когда пьянел, ни на кого никогда не рыпался. Охватывала его чисто русская, странная тоска-печаль-кручина и тогда ему становилось жалко абсолютно всех... Помнил, как плакал, когда Светка поставила шестнадцатый альбом «Ласкового мая», с Олегом Крестовским. Вспомнилась своя неприкаянная юность, посиделки в подъезде и на лавочке. Тут же вспомнил похороны деда, деревню, техникум, кондитерскую фабрику. Вспомнил и свою семью, которой он стал не нужен. Как они сейчас? Мыкаются, поди, без денег. А ведь мог бы хоть пару сотен косарей отправить. Для самого-то сейчас это уже не деньги. Но всё забыл, всё забылось, и быльём поросло... Жил как огонь, пожирающий всё на свете. Вертелся как белка в колесе, не жалея ни себя, ни окружающих... Поэтому, когда хлебнул самогонки, вспомнил всё, и сразу навалилась тоска-печаль... Давно забытый вкус русского самогона вызвал к жизни всё, что долго таилось в памяти. Тогда и заплакал горько и безутешно. По себе, по родителям, по братьям-сёстрам, по пацанам, по тем, кого отправил в мир иной... Было и это... Помнил, как Светка утешала, гладила по волосам, целовала, шептала что-то...

Сейчас уже отпустило. Самое главное — привести себя в порядок. Войти в обычный ритм жизни. Жека прошёл к холодильнику, достал бутылку холодного пива и жадно выпил, прямо там, у холодильника. Потом достал ещё одну бутылку. Вышел с ней на лоджию. Как был, в трусах. Прохладный майский ветер ударил по голове, взъерошив волосы. Жека смотрел на городские небоскрёбы с кое-где горящими окнами, на рекламы, фонари, освещавшие улицы с редкими машинами и поздними гуляками и думал, что привыкнуть к проживанию за городом будет нелегко — всю жизнь прожил в каменных джунглях. Куда вот выходить посреди ночи курить и пить пиво, когда приспичит? На балкон? И на что смотреть? На тёмные деревья? На другие фазенды? Остаётся только это...

...Второй раз проснулся поздним утром от запаха жарящейся яичницы и бекона. Подняв веки, сразу же опустил их — солнце било прямо в глаза. Недалеко что-то шкворчало и пахло вкусным.

— Вставай, соня! — крикнула Светка. — Сейчас завтракать будем.

Была она как всегда, словно вчера в музей ходила, а не на гулянку с алкоголем. Расхаживала у плиты босиком, в длинной майке. Светлые волосы стянуты в высокий хвост, торчащий над головой.

Жека сходил в ванную, умылся на скорую руку и потом уже как был, в трусах, сел за стол. И тут же подумал, что вот так, по-простецки, по-домашнему, в трусах, забуриться завтракать, пожалуй что, в новом доме не получится, со всеми этими горничными и дворецким. Но Светка успокоила его.

— Они ж у тебя не будут круглые сутки работать, как рабы, — резонно заметила она, раскладывая яичницу с беконом по тарелкам. — Могут приготовить поесть и уйти. Или на выходные уйти. Это как ты решаешь. Я, когда в Абрикосовом жила с родителями, всегда прислуге выходной давала, когда приезжала со школы. Даже иногда назло родителям. От охраны было не избавиться, а прислуга чё... Пришла — ушла...

Жека оприходовал перед завтраком ещё одну бутылку и почувствовал, что стало совсем хорошо. Светка ограничилась большим бокалом апельсинового сока. Пока пила его, насмешливо смотрела на Жеку, покачивая ногой.

— Помнишь как с этим итальянцем обнимался, а потом силой мерился?

— Не помню... — покачал головой Жека. — Последнее, что помню, это как под «Ласковый май» все плясали, потому что ты так хотела. Чё там ещё-то было? Хоть не подрался никто?

— Никто не дрался... Кстати... Сейчас переезжать будем, — заявила она. — Я уже вызвала Олега и Клауса. Так что собирай свои манатки. Сегодня отдохнём, а завтра уже за работу.

— А... Ира??? — спросил Жека. — Мы же хотели, чтобы она с нами пожила.

— И как ты себе это представляешь, чтоб взрослая посторонняя женщина с нами жила? На каком основании? — строго спросила Сахариха. — Я, конечно, не против, дом там большой, места всем хватит, тем более, наша жизнь такая — домой-то мы на ночёвку приезжаем. Но как она будет себя чувствовать, ты не подумал?

— Я так себе представляю — она наш близкий друг! — решительно сказал Жека. — А друзьям надо помогать! Логично? Нам никакого труда не составит, чтоб она там жила. И веселее будет на первых порах. По-привычному будет. И время появится, чтоб себе дом найти. Найдет себе рано или поздно мужика себе, раз Клаус идиотом оказался, купит дом иди хату в городе.

— Это надо с ней разговаривать! — пожала плечами Светка. — Она сказала, что ещё не знает...

... Через час все вещи были погружены в две машины. Выходя из пустого номера, перед тем как закрыть дверь, Жека даже с каким-то сожалением посмотрел внутрь. Жаль. Всё-таки прожили здесь полгода, и уже успел привязаться к этому пентхаусу. Продавались такие же во «Франфурте», но единственной проблемой проживания в них был невысокий уровень безопасности. Если в загородной усадьбе охранники могли успешно контролировать территорию, не заходя в дом, то в квартире, даже большой, видеть постороннего человека Жека не желал, да так никто и не делал, насколько он знал. А чтоб охрана стояла круглосуточно у двери в городском многоквартирном доме, это ж... маразм... Так что, как ни крути, без большого дома с участком не обойтись...

Вместе с домом досталось очень много приятных вещей. Герберт на прощальной вечеринке сказал, что ничего отсюда забирать не собирается, кроме дорогих личных вещей. Обстановка, мебель, аудио-видеотехника — всё остаётся новым хозяевам. В том числе и представительский Mercedes-Benz 500SE, так называемый «шестисотый». Как и положено, чёрного цвета и с пуленепробиваемыми стёклами.

— Куплю себе в Америке что-нибудь поновее, — рассмеялся компьютерщик.

Элеонора тускло посмотрела на машину, явно не в духе от подобной широты души. Но самое главное, Герберт оставил компьютерную комнату целиком, почти со всем оборудованием.

— Сейчас компьютерная техника прёт в гору, через пару лет эти железки можно будет на помойку вынести, — решительно заявил он. — Но пару лет ещё можно попользоваться, пока Виндовс-95 не выйдет. Мы как раз над ним будем работать.

— Что это такое? — заинтересовался Жека.

— Новая операционная система! — ответил Герберт. — Скажу так: лет через десять на компьютерах будет всё: фильмы, видео, музыка, фотографии, общение по видеосвязи и прочее. Больше сказать ничего не могу. Секрет фирмы. Я кое-какие секретные железки с этих компьютеров снял, но они и без этого пашут. Всё работает, в том числе и интернет через модем. Развлекайся.

Кажется, у Жеки появилась новая игрушка...

Глава 7. Разведка района Хохтс

Ирина всё-таки решила переехать на время к Жеке, в новый дом. После нападения она уже не чувствовала себя в безопасности. Это раньше, владея ателье, она жила и горя не знала. Связавшись с Жекой, по его же просьбе, ступила на территорию тьмы, откуда можно и не вернуться... Прилёт можно было ждать откуда угодно.

— Спасибо большое за предложение! Я воспользуюсь им! — заявила она, с благодарностью посмотрев на Жеку и Сахариху. — Временно, конечно...

В целом жизнь в новом доме устаканилась за пару дней. Поначалу было неловко, что в доме всегда прислуга. Но это с одной стороны. С другой — ты всегда знаешь, что дома всё убрано, прибрано и сготовлено. Дорога до города оказалась по времени не такой уже затратной. Асфальт хороший, и кое-где можно было под сотню наваливать — шофёр знал своё дело.

Два дня с момента переезда так и ездили на работу в город. Утром вставали в 8 часов, неспеша завтракали, как белые люди, в 9 выезжали в город, и к 10 часам уже были на рабочих местах. Отличие от городской жизни почти не ощущалось. В 17 часов заканчивали работать и ехали обратно домой, в Рейнгессен, в сопровождении машины охраны.

Приезжали, ужинали, и потом уже занимались кто чем. Жека изучал компьютерную технику, оставленную ему Гербертом, Светка с Ириной что-то смотрели по телевизору, одновременно проверяя какие-то бумаги по работе. Вечером Жека отпускал прислугу домой, оставались только двое охранников. Один всю ночь прохаживался вокруг дома, другой постоянно находился в тени, не на виду. Утром менялись на других, которые приезжали вместе с машиной сопровождения. Жека для охраны выделил помещение в гостевом домике, чтобы пацанам было где поесть и отдохнуть. Но правило поставил чёткое — в хозяйский дом они могли заходить только по очень неотложному делу или когда начнёт рушиться земля. Знал пословицу — «мой дом — моя крепость», и Жека собирался ей следовать, исключая всякое панибратство.

В мой дом без приглашения имели право приезжать и входить только приближённые. Те, кому он доверял как себе. На данный момент это были Клаус, Олег, Витёк и Егор.

Вечером в субботу приехал Олег и Витёк. Жека сидел за компьютерным столом, изучая железо. Олег прошёл прямо в компьютерную комнату босса. Витёк остался на улице.

— О Конраде появилась кое-какая информация... — сказал Олег, присаживаясь рядом.

Жека взял бутылку виски, два бокала, налил, протянул один Олегу и чокнулся.

— Говори, чего нарыли.

— Рядом с городом, к северо-западу, находится пригород под названием «Хохст», — Олег осторожно попробовал виски. — Там и тусуется Конрад со своими отморозками. Походу, тир у них там с бухаловом и шлюхами.

— Откуда узнали? — спросил Жека, с интересом посмотрев на Олега.

— Проследили... — сказал Олег, пригубливая из бокала. — Наши пацаны двое суток пасли его. Район Хохст это промышленная зона к юго-западу от города, за Майном. Там находится химический комбинат, принадлежащий одноимённой фирме. В годы войны там всякую херню делали и сильно бомбили тот район. Но некоторые здания сохранились до сих пор. Понемногу сносят, но ещё не до конца снесли. Там чёрт-те что творится, целый анклав заброшенных и действующих строений. Они зависают в одном из них. Большой бетонный бокс, раньше была какая-то фабрика. Строение огорожено новым бетонным забором со всех сторон. То, что находится внутри, мы не знаем. Территория хорошо охраняется. По крайней мере, двоих с оружием точно видели за оградой.

— Как выследили? — с любопытством спросил Жека.

— Следили напрямую за Конрадом, — сказал Олег, посматривая в компьютер. — Он туда после стрелкового клуба каждый вечер заезжал, и с ним напарник, здоровенный бугай, судя по набитым казанам — боец. За эти три дня они туда всегда ездили. Потом, вслед за ними, ещё пара машин приезжала. Мы там поблизости нашли строение, с которого хороший обзор. До их базы метров 100, но в бинокль всё хорошо видно.

— А в городе? — спросил Жека. — Может, где в городе у них есть точка? Судя по тому, что ты рассказываешь, штурмовать эту халабуду нелегко.

— В городе нет ничего... — отрицательно покачал головой Олег. — Они держатся так, чтобы не внушать подозрений. Вместе никогда не собираются. Мы за ними уже давно приглядываем. Ни разу не было, чтоб Конрад с кем-то куда-то ходил. Даже с семьёй его не видели. Живёт, по ходу, один, не далеко от стрелкового клуба, на Фрейгате-штрассе.

— Два дня наблюдений — это мало, чтобы делать уверенные выводы, — задумался Жека. — Понаблюдать бы ещё за ними. Или разведать хорошо эту местность. Покажи мне на карте, где это находится. Если надо, я увеличу изображение.

Жека пощёлкал мышью, нажал Enter на клавиатуре, и на компьютерном мониторе высветилась карта Франкфурта-на-Майне.

Олег, как бывший военный, в картах, конечно же, ориентировался очень хорошо. Поэтому сразу пальцем отметил нужную зону. Находилась она за рекой, в пригороде, примерно в 20 километрах от города. Действительно, это была промышленная зона с множеством складов, мелких и крупных предприятий, частью заброшенных, частью работающих, но большинство строений занимали промышленные корпуса корпорации Хохст.

— Далеко залезли, — удивился Жека. — И что, они каждый раз сюда ездят?

— Я думаю, да, — согласился Олег. — Они ездят на полицейской машине, значит, подозрения нет, наоборот, их все шугаются. Ещё мы там видели чёрный фургон Фольксваген с тонированными стёклами. Походу, на нём они на всякие силовые акции и ездят. Слушай, мне понятно твоё сомнение. Ну сам рассуди — какие проблемы им до туда доехать? 20 минут от города и там. Никто не видит, никто не слышит. Место пустынное, кроме складов, бараков бомжей и мигрантов. Занимайся чем хочешь.

— Нужно провести более тщательную разведку! — заявил Жека. — Если наезжать на них, надо более-менее знать, что там находится. Сейчас они в этом месте, как думаешь?

— Конечно там, я ж сам только что оттуда, — ответил Олег и допил виски. — По всем раскладам, туда ехать максимум час отсюда. Сначала заедем к себе на базу в Эшборне, переоденемся в камуфляж, броники. Возьмём оружие, бинокли, приборы ночного видения. Потом проедем до Хохста и всё на месте разузнаем. Незаметно там можно подобраться, я тебе уже говорил.

— Я собираюсь! Погнали! — сказал Жека, выключил компьютеры и стал обеваться. — Надо делать. У меня из-за это чёрта дела в России стоят, а мне там уже край через две недели надо быть.

— Куда намылился? — подозрительно спросила Сахариха, в одной майке и трусах лежавшая с Ириной на мягком пушистом ковре залы и разглядывавшая какие-то журналы.

Светка увидела, что Жека оделся в спортивный костюм и кобуру, и сразу почуяла, что любимый опять на дело засорился.

— Свет, надо в одно место смотыляться... — виновато ответил Жека. — Дело есть.

— Тебя ждать? — спросила она, чуть привставая на локте.

— Не знаю... — неуверенно ответил Жека, посмотрев на электронные часы на стене. — Сейчас уже 21 час. Наверное, не ждите. Ложитесь спать.

Вышли на улицу — зашибись! Как в раю! Уже зажглись светильники, освещавшие роскошную виллу и причудливые деревья на участке. За оградой темнел небольшой перелесок. В воздухе пахло цветами фруктовых растений: яблонь, груш, слив, просто свежей молодой зеленью. Такой чудесный запах бывает только в мае, когда вокруг всё свежее и зелёное, не тронутое жарким солнцем. Наверху звёздное небо с миллиардами звёзд. Здесь, за городом, они казались разноцветными и особенно чёткими. Даже галактики видать! Жека посмотрел в глубину космоса и увидел, как над головой чиркнула яркая искра — сгорел метеор.

— На счастье падает... Ну что, пора... — помолчав, сказал Жека. — Поехали на Эшборн штрассе, 2.

На трассе машин уже было мало. Даже на таком большом расстоянии от города дорога была ярко освещена фонарями, но всё равно не гнали — торопиться некуда, внимание привлекать не следует. Наоборот, легко давали свободную дорогу торопыгам, летящим со стороны Рейнгессена.

Франкфурт обогнули по западной объездной и выехали в сторону промышленной зоны Эшборна. Здесь уже вообще никого не было. Проехав по ярко освещённому мостику через Майн, через несколько километров свернули вправо, на складскую территорию.

— Больше никого брать не будем? — спросил Олег, внимательно глядя на дорогу. — Троих не мало будет?

— Мы не на бойню едем, лишь на разведку! — усмехнулся Жека. — Хотя хрен его знает, как дело пойдёт.

Открыв ворота, заехали на базу. Сейчас там постоянно дежурил человек Олега. Имени нынешнего охранника Жека не знал. Но по виду парень бывалый — здоровенный, лысый, накачанный, с пудовыми кулаками и шрамом на лице.

— Знакомься, Жека, — сказал Олег и показал на парня. — Зовут Данил. Служил в ГДР. Когда наших выводить стали, решил тут остаться нелегалом. Сам к нам пришёл. Парень опытный, с района. Отвечаю за него.

— Ну ладно, — пожал плечами Жека. — Пусть с нами едет тогда. Он в нормальных делах участвовал?

— Пока ещё нет, — ответил Олег. — В охране на наших объектах работает.

— Тогда собирайся, — сказал Жека и махнул Данилу рукой, подзывая к себе. — Посмотрим, чего ты стоишь. Хорошо себя покажешь — выше охранника поднимешься, в бригадные. А там бабки другие совсем.

Зашли в бокс и стали вооружаться. Жека про себя подумал, что по идее, больше людей для операций и не надо. Больше народу — это машину ещё одну гнать с собой, запалишься ещё. На одной машине получше будет, чем взводом целым тащиться. Тем более главный фактор это неожиданность.

Оделись как всегда. Камуфляж, берцы, бронежилеты, разгрузки для боеприпасов и аптечки. Из оружия взяли автоматы. Подумав, Жека взял снайперку СВД и гранатомёт «муха» а также приборы ночного видения и бинокли.

— Ну что, поехали, — сказал Жека, попрыгав и посмотрев, проверив, что ничего не брякает. — Расклад такой, ребята. Если увидим, что дело сможем сделать сразу, без подготовки, значит, будем делать. Тянуть нечего. Чем больше будем мотаться туда-сюда, тем большее палево. Вы это сами понимаете. Всё, погнали.

Ехать предстояло недалеко, километров двадцать, и дорога почти полностью шла по промышленному сектору. По обеим сторонам дороги проносились заводы, фабрики, склады. Изредка попадались населённые пункты из нескольких домов, похожих то ли на казармы, то ли на общежития, а скорее всего, на лагеря мигрантов, работавших на местных заводах за гроши и миску супа. Полиция здесь бывала редко, так что доехали без приключений.

Через двадцать минут езды Олег свернул с более-менее широкой и освещённой трассы в узкий проезд между ветхими кирпичными строениями.

— Они не здесь ездят, — объяснил он. — Мусора едут дальше. Но здание, которое нам нужно, находится здесь.

— Когда ты это всё успел разузнать? — удивился Жека.

— Я в армии разведчиком служил, — заявил Олег. — Братан, этому учат.

Проехали метров двести, ныряя по колдобинам, потом машина повернула направо, в ещё более узкий проулок, проехав ещё сотню метров, остановилась перед заброшенным, по виду, зданием. Пока ехали сюда, Жека внимательно смотрел в окно и разглядывал окружающую местность. Ничего хорошего тут не было. Бетонные склады, заборы. Кирпичные здания, кое-где развалившиеся, а кое-где нормальные и, похоже, даже работающие, судя по висящим на них вывескам и рекламным объявлениям.

— Вот это богадельня нам нужна, — кивнул головой Олег, вдобавок ещё автоматом показывая на старое здание, перед которым они остановились. На здании была громадная вывеска Opel. По виду зданию лет 30, не меньше: выбитые окна, висящие двери, разбитый асфальт, кое-где растут деревья и кусты прямо из расщелин в асфальте. Такое ощущение, что здесь была война. А может быть, так и было...

— Как тут ещё не посносили всё это? — удивился Жека. — Тут же вообще мраки.

— Не забывай, что здесь частная собственность, — возразил Олег. — Земля чужая, а может быть, выкуплена давно, и хозяин шкерится. Сейчас просто так на ней не хотят ничего строить. Не сказать, что хорошее место — от города порядочное расстояние. Ты видел, даже ближе ничего не строят. А тут сначала надо всё ломать и сносить, потом только за строительство браться. Ладно, хватит базарить, идите за мной. Фонари зажигайте. Тут и провалиться можно.

Друг за дружкой, подсвечивая себе фонарями и старясь не провалиться в расщелины и дыры в провалившемся асфальте, отправились в дом с вывеской Opel. Похоже, здесь раньше была большая авторемонтная мастерская. Внутри всё оборудование было давно украдено и демонтировано, но ямы для осмотра автомобилей были не засыпанными — идти следовало осторожно. Не успели пройти с десяток метров, как где-то под потолком захлопали крыльями и запищали летучие мыши.

— Нам дальше! — махнул рукой Олег.

Через пятьдесят метров наткнулись на железную лестницу, ведущую наверх, на крышу цеха. Осторожно, стараясь не шуметь, поднялись по ней на крышу. Очень велика была вероятность свалиться вниз с этой лестницы, так ходила она из стороны в сторону и пищала под четырьмя мужиками со снарягой.

Когда поднялись на крышу, Олег дал знак не шуметь и погасить фонари. Здесь видимость была относительно нормальной — откуда-то спереди и с боков светили прожекторы, да и ночь была звёздная и лунная. Осторожно, цепляясь рукой за парапет крыши, направились вперёд. Идти было недолго, метров двадцать. Дошли до парапета высотой по пояс и присели за ним, осторожно осматривая то, что находится перед ними.

Перед зданием, на крыше которого они сидели, простиралась площадка метров в пятьдесят длины и ширины, с двух сторон окружённая такими же развалюхами, по которой они сюда пришли. Но строение, находившееся прямо за площадкой, по виду немного посвежее и не кирпичное, а бетонное. Метрах в двадцати от него проходил двухметровый бетонный забор, в котором стояли автоматические евроворота, управляемые дистанционно с пульта. Точно такие же, что стояли на оружейной базе Жеки в Эшборне.

В здание тоже вели большие ворота, по которым могла заехать машина. Перед ними прохаживались два вооружённых человека, одетых в тёмную, неброскую одежду. Над воротами, поод самой крышей, шёл ряд окон, опоясывающих всё здание по периметру.

По верху бетонной ограды проходили несколько рядов колючей проволоки, возможно, находящейся под напряжением. Жека в бинокль внимательно осмотрел здание и прилегающую местность. Прогноз был неутешительный. Ограда выглядела достаточно новой и, похоже, была построена относительно недавно, следовательно, не имела разрушений и проломов. По крайней мере, отсюда они не просматривались. Атаковать можно было только отсюда, напрямую, в лоб, и лишь в то время, когда через входные ворота машина будет либо въезжать, либо выезжать.

— Да... — протянул Жека. — Смотреть-то тут не на что. Внутри горит свет. Значит, кто-то есть. Больше направлений для атаки я не вижу. Будем валить отсюда. Вы знаете, в какой тачке поедет Конрад?

— Он всегда ездит на патрульной машине дорожной полиции, номер АА 505, — сказал Олег. — Больше я его ни на какой другой тачке не видел.

— Значит, буду стрелять по ней, в водительскую сторону! — заявил Жека и достал из-за плеч снайперскую винтовку СВД, тут же приготовив её к стрельбе. — Кому-то из вас нужно будет занять позицию снизу. Обойдите дом, на котором мы сейчас сидим, справа и займите позицию за углом. То же самое, слева, за углом. Как только я начну стрелять по машине, задача правой команды немедленно проникнуть внутрь территории. Я буду прикрывать сверху. Как только разберусь с машиной, тут же вальну охранников. Левая команда помогает мне мочить Конрада. После того как я закончу стрельбу из снайперки, её задача — подойти и расстрелять выживших в машине. Всё понятно?

Понятно было всё, поэтому разошлись по позициям, которые указал Жека. Он остался наверху. Олег с Данилом пошли обходить здание справа, взяв с собой гранатомёт «Муха», а Витёк отправился обходить здание слева. Он должен был тоже участвовать в нападении на машину. После того как Жека убьёт водителя, его задача — подойти на короткую дистанцию и довершить начатое.

Потянулось время ожидания...