Russian Mafia 4

Глава 1. Начало

1 мая 1993 года. 1 час ночи. Новосибирская область.

По тёмной загородной дороге не спеша шуршит шинами чёрный «БМВ 735». Скорость 70 километров в час. Можно бы ехать и быстрее, но в 20 метрах впереди тащится фура, да и на дороге ямы сантиметров 20 глубиной. Да... Ночью тут не разгонишься. И никак в темноте не обгонишь тихохода. Несмотря на то, что дорога идёт через лес и бескрайние поля, без всяких признаков населённых пунктов, она очень оживлённая. Фуры, междугородные автобусы тянутся бесконечными рядами в обоих направлениях — трасса считалась межобластной, и движение на ней было оживлённым и день и ночь.

Славян вёл машину аккуратно, не торопясь. Три часа проехали почти в полном молчании. Жека, откинувшись на подголовник, как будто спал, но на самом деле это было не так. Сидел в полудрёме, чуть прикрыв глаза, но на мелькающий за окном пейзаж смотрел. Думы мелькали разные. Например, вспоминал, как полгода назад, по осени, ехал в этом же направлении, спасаясь от тех же людей, которые сейчас похитили Светку. Жалел ли он сейчас о том, что вернулся сюда, чтобы решать свои дела? Нет. Рассуждать тут не о чем. Если бы даже он не поехал в Россию предъявить права на комбинат, они достали бы его там рано или поздно. Пока акции у него, спокойной жизни не видать.

— Что случилось? Ты так и не сказал ничего, — напомнил Славян, когда по Гусинобродскому тракту уже подъезжали к Новосибирску.

— Светку похитили, Ирину ранили, двоих охранников убили, — коротко сказал Жека.

— Нихера себе... — присвистнул Славян, удивлённо взглянув нна Жеку. — И кто ж наехал?

— За час до этого мне позвонил Сахар-старший, и сказал, чтоб я бросил комбинат и валил к себе в Германию, а то они мне Светку по частям вышлют.

— Нихера себе! — ещё громче присвистнул Славян и даже вильнул рулём. — Он чё там, мозг высрал свой?

— Не знаю... — пожал плечами Жека. — Этот гондон совсем ополоумел. На деньгах и власти помешался. Таким людям власть опасно давать. Он дочь свою грохнет ради бабла и чтоб своим быть у чёрной масти, а уж чужих людей и подавно. После его звонка я набрал Светкин номер, и мне там комиссар полиции ответил. На неё совершено вооружённое нападение. Охранники убиты, её похитили. Ирину ранили. Естественно, я сразу ноги в руки и помчал в Гермашку. Дела все бросил тут.

— И что теперь? — поинтересовался Славян. — Комбинат, получается, для тебя потерян уже?

— Они по хитрому сделали, — помолчав, сказал Жека. — Я сразу понял — что-то не так. Сначала перенесли на месяц собрание акционеров по надуманному предлогу. Якобы ещё нет в наличии 51-го процента акций и нет кворума. Однако я посидел бы тут и этот месяц, хрен с ним — позанимался бы строительством. Тогда они сделали контрольный выстрел — совершили то, из-за чего я гарантированно уеду отсюда. Вот я и поехал.

— Мда... — многозначительно сказал Славян. — Помощь тебе нужна?

— Нет. В Германии вы мне ничем не поможете, — покачал головой Жека. — Языка не знаете, виз нету, обычаев местных не знаете. Не, братан, там есть кому со мной в дело вступить. Вы здесь смотрите, что почём, чтоб у меня крепкий тыл оставался. За комбинатом смотрите. Я тебе номера телефонов скажу, по которым звонить надо, если меня найти потребуется. Но в любом случае... Я... Светку найду и ещё приеду сюда.

— Смотри, Жека, если что надо, говори, — помолчав сказал Славян.

Ночной Новосибирск встретил дождём, размывающим перспективу и через который кое-как просвечивали огни аэропорта Толмачёво. Славян остановился на стоянке у аэровокзала и заглушил двигатель.

— Рассказывай, как в Германию решил лететь, — спросил Славян, закуривая сигарету. — Ты ж походу, расписание рейсов не знаешь?

— Не знаю, — подтвердил Жека. — Я ж с лёту ломанулся. Отсюда летают самолёты до Берлина и до Франкфурта. До Берлина я не хочу — потом через всю страну топать ещё половину суток буду. Единственное, что я забыл, здесь по чётным рейс во Франкфурт, или по нечётным. Есть вариант лететь сначала в Москву или Питер, и там уже перевалку делать до Франкфурта. В общем, всё будет зависеть от расписания и наличия стыковых рейсов. Сейчас спрошу и прикину, как лучше. А тебе... Спасибо, братан, за всё. Ещё увидимся.

Жека пожал Славяну руку, вышёл из машины, раскрыл зонт, взял в руку дорожную сумку и пошёл в здание аэровокзала. Предстоял долгий путь до Германию.

До Франкфурта самолёты летали по чётным дням, но так как сегодня был праздник, Международный день труда, то до Франкфурта летел чартерный рейс — у людей уже были деньги слетать на выходные в Европу. Конечно, не у обычных людей, а у тех, кто мог себе это позволить.

Чартер отлетал утром, чтобы утром же и прибыть в деловую столицу Германии. Жека купил билет в бизнес-класс, сразу же прошёл регистрацию на рейс, прошёл таможенный и пограничный контроль и потом скоротал время до рейса в кафешке дьюти-фри, попивая белое вино с креветками. Если бы не драматичная причина возвращения в Германию, жизнь казалась бы, как всегда, шикарной, но сейчас, увы, это чувство, напротив, отсутствовало...

... 12 часов дня. Франкфурт-на-Майне. Деловая столица Германии встретила проливным дождём и порывистым ветром — погода была под стать настроению Жеки. Однако ещё больше уронило настроение сообщение метрдотеля в гостинице.

— Господин Соловьёв, а вам нельзя в номер! — пряча глаза, сказал мужик на ресепшене.

— А что такое? В чём дело? — недовольно спросил Жека. — Как мне жить? В номере все мои вещи, деньги, документы на бизнес. Я не могу жить в коридоре. И другой номер снимать я не намерен —мне нравится этот.

— Ваш номер опечатан полицией, — объяснил метрдотель. — Вам разве не звонили? Это не мне нужно говорить. Простите. Позвоните в управление криминальной полиции. Вот номер комиссара полиции Иосифа Лямге, управление криминальной полиции Франкфурта.

Жека набрал номер, написанный на бумажке, протянутой метрдотелем, и через короткое время услышал в трубке голос Лямге.

— Лямге, слушаю. Кто это?

— Здравствуйте, это Евгений Соловьёв, — изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал нейтрально, представился Жека. — Почему мой номер опечатан? Мне негде жить. Это первое. И второе — это то, что там мои вещи. Да и в принципе он мне нравится, и менять его я не намереваюсь.

— Извините, но это место преступления, — непреклонно заявил Лямге, но тут же смягчился. — Хорошо, герр Соловьёв. Не в наших интересах причинять вам неудобства. Сейчас я приеду и распечатаю номер.

Делать нечего... Пришлось в фойе и ждать, пока не приедет Лямге. Впрочем, он не заставил себя долго ждать и приехал через 10 минут.

— Пойдёте, герр Соловьёв, — показал рукой на лифт комиссар-полицай. — Извините за задержку.

Когда поднялись на последний этаж, где находились пентхаусы, Жека сразу увидел в коридоре на стене следы от пуль. На полу, выложенном светлой плиткой, отчётливо виднелись следы крови, которые пытались замыть. Но кровь протекла между плитами и въелась в затирку.

— Здесь всё произошло? — показал на следы Жека.

— Здесь, — кивнул головой комиссар. — Мы допросили мисс Ирину, и хроника событий была такая. Она вместе с вашей невестой возвращалась в номер после рабочего дня. Сопровождали их два охранника из вашей фирмы. Когда фройляйн поравнялись с дверью вашего номера, сзади начали стрелять. Естественно, без предупреждения. Стреляли из пистолетов с глушителями. Двое человек в масках и темных куртках. Это всё, что мисс Ирина смогла сказать о внешности нападавших.

— Как она спаслась? — спросил Жека, рассматривая место преступления.

— При первых же выстрелах она побежала к двери своего номера, — Лямге показал, как это было. — Не оглядываясь, оступаясь и падая. Это помогло ей выжить —преступники тоже целенаправленно стреляли по ней, чтобы убить. Одна из пуль попала ей в руку, хорошо, что не в артерию. Она сумела открыть дверь в номер и забежать внутрь — нападавшим оставалось только схватить мисс Свету и быстрей скрываться. Двери в номера пуленепробиваемые — открывать бесполезно. Мисс Ирина сразу же вызвала полицию и скорую помощь. Увы, для охранников скорая помощь уже не понадобилась — они до конца исполнили свой долг. Даже будучи смертельно ранеными, до последнего пытались защитить вашу невесту. Ирина же сейчас в больнице. Под надёжной охраной. Извините, даже вам к ней пока доступ закрыт.

— Ясно... — Жека остановился и задумался. — Но почему, если Ирина смогла спрятаться, то этого не получилось у Светы... Это очень странно. Она стояла у двери. Ей достаточно было протянуть руку, открыть дверь и зайти в номер, точно так же, как Ирине.

— Я думаю... Но это мои предположения, потому что Ирина не могла этого видеть... — помолчав, сказал комиссар. — Ваша невеста тоже отстреливалась. На первых порах. Вот в этом месте на стене остались три отметины от малокалиберного дамского пистолета, и в них пули калибра 5,6 миллиметров. Но потом её вынудили бросить пистолет. Возможно, сюда приходил тот, кого она знала.

— Оружие нашли? — спросил Жека.

— Нет... — покачал головой Лямге. — Забрали с собой. Из найденных гильз и пуль мы определили, что стреляли из русского пистолета ТТ. Дамский пистолет — Браунинг, ведь так?

— Так... — кивнул головой Жека. — У неё был с собой пистолет. Мы ведём крупный бизнес, и, естественно, нам нужна защита.

— Давайте пройдём в ваш номер, и я задам вам несколько вопросов, — предложил Лямге, срывая жёлтую ленту, которой крест-накрест была оклеена дверь. Сургучную печать сломали, просто открыв дверь.

Жека зашёл в номер, в котором не был практически месяц. Изменений почти не было. Сахариха разве что накупила мелких безделушек, которые любят женщины и которые создают уют в доме, вроде ярких блокнотов, ваз, календариков, журналов и книг, пледов, вязаных накидок, ковриков на пол и тому подобных мелочей.

— Ничего не пропало? — спросил Лямке, заметивший, что Жека внимательно рассматривает обстановку в номере.

— Я не могу сказать, — покачал головой Жека. — Кажется, нет. Но сюда же, кажется, нападавшие не заходили? Или это не так?

— Заходили. На очень короткое время... — Лямге прошёлся по прихожей. — Об этом говорят следы двух человек, ходивших в обуви. На белых коврах это заметно, и эксперт подтвердил эту версию.

Жека подошёл к сейфу, встроенному в стенку, и, набрав код, открыл его. В сейфе обычно лежали документы — паспорта, свидетельства на ношение оружия, небольшая сумма наличных денег, ещё какие-то бумаги. Всё было на месте, кроме паспорта Светки.

— Здесь нет её паспорта, — заявил Жека. — Это совершенно точно, потому что она всегда придерживалась порядка и хранила всё в одном привычном месте.

— Понятно. Это важный факт, — заверил комиссар. — Возможно, её хотят вывезти за границу, раз им понадобился паспорт. Будем работать. Проверим аэропорты, железнодорожные вокзалы, автобусные станции. И, наконец, последний вопрос. Вы кого-нибудь подозреваете? Есть у вас на примете кто-нибудь, кто мог бы сделать это?

— Нет, — покачал головой Жека. — Ничего на ум не приходит. Но я уже говорил, что мы — бизнесмены с неплохо пошедшим делом, и возможно всё.

— Ясно, — поднял шляпу Лемке. — Позвольте с вами распрощаться. Если появятся новые подробности дела, мы вам сообщим. Так же и вы нас держите в курсе последних новостей.

Дождавшись, когда Лямге уйдёт, Жека налил вискаря, бухнулся на диван и задумался. Кого мог нанять Сахар, чтобы выкрасть Светку? Наверняка не местных. Вряд ли можно считать, что даже заместитель госкомимущества настолько большую имеет власть, что может что-то решать на территории Германии — тут таких своих ухарей пруд пруди. Скорее всего, послал командировочных, и, судя по успешной операции, это были хорошие спецы. Неужели Крота посылал? Куда они хотят Светку вывезти? В Москву? Теоретически, можно и в Москву, но... Чтобы решиться на это, надо быть очень бесстрашным человеком. Даже Сахар понимал, что попади Жека обратно в Россию, он будет играть на своей территории и сможет нанести удар хоть по Рублёвке, хоть по ещё более закрытому посёлку.

Очевидно, что Сахариха нужна им, чтобы шантажировать Жеку. Расчёт на то, что в течение месяца он будет искать её и физически не хватит времени заниматься судьбой комбината. Что это значит? Это значит, за месяц нужно найти Светку. А чтобы её найти, нужно сначала хорошенько поесть и отдохнуть — дорога порядком измотала, а без сил нечего было и думать предпринимать какие-то шаги. Поэтому Жека заказал из гостиничного ресторана полноценный обед, на этот раз без спиртного, сытно поел и сразу же завалился спать.

Когда проснулся, стоял уже глубокий вечер, почти ночь. В комнате темень.

— Ни хера себе поспал! — удивился Жека и встал с кровати. Голова была ясной как никогда. И опять хотелось жрать. Но сейчас уже на это не было времени. Пожалуй, что нужно посетить бар «У Маруси» в русском квартале. Пацаны, скорей всего, зависают сейчас там.

... В баре «У Маруси» веселье, как и всегда, хотя в привычном углу сидели несколько парней, облик которых был далеко не весел. Парни хоть и пили водку, но были мрачными и невесёлыми, но, увидев Жеку, слегка оживились. Сидели тут Олег, Клаус, Кольча и Егор.

— Привет всем, — поздоровался Жека и позвал официантку:

— Марин! Сооруди мне пельмешек полную чашку и беляш. И бутылку «Столичной».

Сидевшие за столом молчали, не зная, с чего начать разговор, но Жека закурил сигарету в ожидании заказа и спросил Олега:

— Узнал чё-нибудь?

— Друг у меня работает начальником охраны в аэропорту, — сказал Олег. — Я к нему сразу вчера полетел. Посмотрели все вылеты. В общем... Вылетела вчера Света вечерним рейсом в Нью-Йорк. С ней ещё двое были. Некие Кротов Николай Сергеевич и Бурков Виктор Александрович. Знаешь таких?

— Знаю! — ответил Жека. — Опасные это люди. С моей родины. Кротов — ликвидатор в одной банде, бывший спецназовец, Бурков — кгбэшник на прикорме у мафии. Значит в Нью-Йорк...

Жека задумался. Как он и подозревал, Сахариху вывезли из страны. И скорей всего повезли к её брату в Америку, чтобы надавить на Жеку. Как и предполагал, в Москву им везти её было опасно — там Жека легко бы достал её, попутно ликвиднув всех причастных к похищению. Сделали расчёт на США, в надежде, что Сахар-младший, который наверняка уже обзавёлся там бригадой, надёжно спрячет её от Жеки. А вообще... Хрен знает, что они думали. Это всё не имело значения. Единственное, что Жеку удивило, это участие Крота в этой херне. Пойти на похищение Светки, которая всегда хорошо относилась к нему и даже мандаринчики с шоколадкой на Новый год дарила, было делом крайне паскудным. Хотя... Кто его знает, таких вояк... Может, там крыша давно протекла уже.

— Чё с Ванькой и Захаром? — спросил Жека. — Наглухо завалили?

— В полиции сказали — наглухо! — согласился Олег. — Но ты пойми... Я сам ничего не видел. Это всё со слов криминального комиссара. Тела убитых жёнам ещё не выдали — говорят, на экспертизе. Хотя уже больше суток прошло. Хоть надежда и мала, но вдруг живы, и полиция прячет их в больнице, как Иру.

— Насчёт Иры они сразу сказали, что она выжила, — возразил Жека. — Ладно, не буду убирать надежду. Она, как говорится, умирает последней. Мне надо думать о том, что делать дальше. Я немного обрисую ситуацию. Светку бросить я не могу просто так, поэтому в ближайшее время поеду в Штаты. Скажу сразу — помощники мне не нужны, справлюсь сам. Вы будете здесь. Работайте. Охраняйте то, что у нас есть...

Но разве так получится...

Глава 2. Джон Смит

Пацаны были однозначно против Жекиного плана.

— Одному в США ехать — это дело крайне неразумное! — возразил Клаус. — Английский язык ты не знаешь, уклад тамошней жизни тоже не знаешь. Тебя какая-нибудь обдолбанная нигра замочит прямо у аэропорта под мостом, и на этом вся твоя турпоездка закончится. Ты почему от помощи корефанов отказываешься?

— Да потому отказываюсь, что мусора здешние, да и тамошние тоже не дураки! — с досадой ответил Жека, поражаясь недогадливости собеседников. — Думаешь, комиссар не знает ещё, куда Сахариху увезли? Раз вы узнали, то и он знает. Прекрасно знает. И наверняка ориентировку в Америку спустил по линии интерпола, что к ним прибыла Сольцова Светка в сопровождении двух подозреваемых, и нужно их найти. Только... Они не знают, кого искать надо. А я знаю. И как они выглядят тоже знаю. И то, что они хер когда их найдут, тоже знаю.

— Ты так и не ответил, почему ты не хочешь взять нас с собой, — напомнил Олег, прервав Жекину тираду.

— Ты не дал мне договорить. Потому не хочу брать, что мы все тоже наверняка под подозрением, — сказал Жека. — И если толпой ломанёмся в Нью-Йорк, мусора заподозрят, что мы что-то знаем, поэтому передадут наши данные в Штаты, чтоб там нас сопроводили местные копы. А мне это не надо. Будут постоянно на хвосте висеть, и руки свяжут.

Олег иронически покачал головой и отвернулся. Спорить он не хотел, потому что понимал, что если Жека решил чего-то добиться, это будет сделано. Но если Олег самоустранился, то в разговор тут же вклинился Клаус.

— Неправ ты, братан, — укоризненно заявил Клаус. — Одному ехать в чужую страну, без знания языка, на такое рискованное дело, без страхующего... Правильно тебе пацаны говорят, пропадёшь.

— Вот именно! — согласился Олег. — Если уже так приспичило ехать без нас, возьми хоть человека, который подозрений не вызовет.

— И у тебя есть такой на примете? — саркастически улыбнулся Жека.

— Есть! — уверенно ответил Олег. — Наш хорошо знакомый Джон Смит из стрелкового клуба.

Женя рассмеялся, хотя для смеха вроде бы и не было причин. Но с другой стороны, причина была... Явная причина. Как можно посвящать в свои дела, не слишком-то законные, постороннего человека, которого совсем не знаешь. Кто он? Что он? Согласится ли вообще на такое дело? Умеет ли оружием владеть? Мало ли что он американец, может, он всю жизнь коровам хвосты крутил...

Все эти доводы Женька выложил Олегу, но тот лишь, в свою очередь, рассмеялся в ответ.

— Братан! Он же наёмник! Ему пофиг, куда идти и за чем, лишь бы платили. А Штаты он понятное дело, знает как свои пять пальцев.

— Откуда знаешь, что он наёмник? — спросил Жак, внимательно посмотрев на Олега.

— Слухами земля полнится... — усмехнувшись, ответил Олег. — В этом нет особой тайны. Секрет Полишинеля. Естественно, он отошёл от дел, но, думаю, будет не прочь развлечься. Тем более, наверняка у него на родине есть те, кто может оказать помощь, или свои нычки для дела есть.

— И что он тогда тут делает? — недоверчиво возразил Жека. — Сидел бы там. Работы наверняка в Штатах больше.

— Насчёт того, что в Америке больше работы — не уверен. — не согласился Олег. — Сейчас в Европе неспокойно — война по всем Балканам. В Ираке война. Не, братан, тут ты не прав. Именно в Европе сейчас для солдат удачи самое хлебное место. Я так думаю — не зря он сюда приволокся за тридевять земель, а не выращивает мустангов на ранчо Техаса.

Жека всё ещё недоверчиво качал головой, но потом задумался. Всё-таки попытка не пытка. Правы пацаны, как ни крути. Ну, полетит он в Америку один, и что дальше? Жека представил, как стоит на стоянке перед аэропортом и думает, куда идти. Впереди вся страна.

— У меня есть кого попросить о помощи... — неуверенно сказал Жека. — Итальянцы. Антонио Дженовезе. Он может связаться со своими в Америке и попросить, чтоб они помогли мне.

— Вот этого точно не надо делать! — Олег с удивлением посмотрел на Жеку. — К мафии обратишься, потом век им должен будешь. Это ещё хуже!

— Ладно! — согласился Жека. — Давай завтра поедем к этому дяде Смитти. Узнаю, что он скажет и сколько попросит за работу.

Сказать-то Жека сказал, но вариант обратиться к Антонио Дженовезе всё равно держал в уме... Антонио, как ни тупо это звучало, показался ему парнем простым и надёжным.

Впрочем, начать нужно с Джона Смита. И засечь время — Сахариху нужно вернуть за 4 недели. Неудача аукнется больно...

1 день. 2 мая 1993 года, воскресенье.

... На следующее утро поехали с Олегом в стрелковый клуб на Данте штрассе. Тепло. Погода сегодня наладилась, да и май в Германии не сравнить с сибирским, поэтому пейзаж вокруг был словно срисован со старинной открытки. Мощёная булыжником улочка с респектабельными особняками и частными домами образца 18-19 века смотрелась великолепно. Перед каждым домом устроен небольшой садик с туями и можжевельником, клумбы с разноцветными тюльпанами, перед дверью или на крыльце стояли горшки с петуниями, гортензиями и крокусами. Если позволяла площадь, перед домами были сделаны целые альпинарии из диких замшелых камней с растущими меж ними эдельвейсами, камнеломками и купальницами.

Олег затормозил у двухэтажного старинного особняка стрелкового клуба. Рядом стояли ещё несколько машин. Через небольшую калитку прошли внутрь кованной остроконечной железной ограды. Вазоны, стоящие по бокам выложенной из жёлтого камня дорожки, сейчас красовались красными и жёлтыми тюльпанами. В небольшом фонтане, сделанном в классическом стиле,текла вода изо рта мраморной статуи купидона, а на подстриженных кустарниках и деревьях вскипало белое кружево цветов. Мимозы, яблони, груши... Владение выглядело респектабельным, ухоженным и нарядным.

У двери особняка с двух сторон, по обычаю стояли два охранника в старинной одежде — камзолах и тирольских шляпах с перьями. На плечах старинные ружья с раструбами на концах стволов. Сейчас эти мужики смотрелись слишком фантасмагорично. Жека вдруг подумал — а так ли уж простоваты эти вечные охранники клуба, да и в принципе, так ли прост этот якобы стрелковый клуб? Не является ли он клубом наёмников и убийц, судя по контингенту, ходящему сюда пострелять в свободное время, начиная от мутного базового американца Джона Смита, заканчивая Конрадом, гангстером-налётчиком, и одновременно служащим дорожной полиции Франкфурта. Как ни фантастично звучало подобное предположение, но Жеке оно казалось вполне возможным.

Джон Смит, при ближайшем рассмотрении, сам казался персонажем из мира фантастики, и было трудно поверить, что он существует реально. Фантастичность начиналась прямо с имени и фамилии. Джон Смит — это по-русски «Иван Кузнецов», что, понятное дело, несмотря на кажущуюся распространённость, на самом деле выглядело очень странно. Так в Америке во все времена себя называли в гостиницах и мотелях, те кто хотели скрыть своё реальное время.

Необычной была и внешность Смита. Слишком уж она была американистая. Причём именно такая, которую показывают в видеофильмах. Смиту на вид 50 лет, хотя на самом деле могло быть гораздо больше. Он имел худое загорелое лицо, носил бороду с усами и длинные волосы, почти всегда стянутые в пучок на затылке. На голове всегда бейсболка, хотя в Америке он наверняка надел бы стетсоновскую ковбойскую шляпу.

Одевался Смит тоже подчёркнуто по-американски — джинсы «Вранглер», клетчатая красно-белая хлопковая рубашка и безрукавка из джинсы, на ногах — ковбойские ботинки с цепями. Телосложения он был жилистого, но по сильным запястьям Жека знал, как такие с виду неказистые мужики могут на армрестлинге валить качков в два раза больше себя или вырубать одним ударом боксёра-тяжеловеса.

Для человека, умеющего думать, Джон Смит выглядел слишком американисто, чтобы быть американцем. Но в своей стране он смотрелся бы обычным американцем из глубинки, как говорят, реднеком, деревенщиной. В Германии внешность Смита словно говорила, что он — американец вдвойне. Хотя... На самом деле американцем он мог быть липовым, а, работал, например, сотрудником МИ-6, или КГБ, или французского Иностранного легиона.

— Какие люди! — улыбнулся в усы Джон Смит, протягивая руку для пожатия. — Не те ли, кто обещал мне напиться как следует, и позабыл своё обещание?

— Извини пожалуйста... — усмехнулся Жека пожимая крепкую руку американца. — Всё дела... Дела...

— И сегодня дела? — Смит внимательно посмотрел сначала на Жеку, потом на Олега. Почуял всё-таки старый бродяга — не просто так пришли эти странные русские, о которых ходили глухие слухи, что принадлежат они к русской мафии.

— И сегодня дела, — согласился Жека. — Поговорить надо.

— Хорошо, — пожал плечами Джон Смит и обратился к помощнику, наблюдавшему за стрельбами:

— Ганс, присмотри тут. Захотелось пивка глотнуть.

Помощник, здоровенный молодой белобрысый немец, по виду бывший солдат, коротко кивнул головой, едва бросив взгляд на Жеку с Олегом, и снова уставился на то, что происходит в тире. Народу сегодня, благодаря воскресному дню, было очень много — нарядно одетые бюргеры приходили прямо из кирхи, чтобы пострелять из пистолетов и ружей.

— У меня тут есть комнатка для отдыха, — махнул рукой Смит. — Прошу ко мне, господа.

Комната Смита находилась на первом этаже, в конце коридора правого крыла, почти рядом с чёрным ходом. Жека с Олегом с любопытством смотрели по сторонам, когда шли по коридору, на стенах которого, отделанных деревянными панелями, висели старинные картины и ружья девятнадцатого века. В углу коридора на подставке стояли блестящие латы средневекового рыцаря, двумя руками держащего перед собой меч, опёршись о пол.

В коридоре с потолка свисали старинные хрустальные люстры, которые, кажется, были здесь ещё в начале XX века. На полу расстелена красная ковровая дорожка. По обеим сторонам коридора располагались тяжёлые двери из красного дерева с бронзовыми ручками в виде львиных голов, которые выглядели очень старинно. На каждой двери висели золотистые таблички с надписями: «Курительная комната», «Игральный зал», «Шахматы», «Бильярд». Интерьер и обстановка в стрелковом клубе были роскошными и респектабельными.

А вот обстановка в комнате отдыха Джона Смита была совсем не такой. Когда Смит отворил дверь, к слову, закрытую на замок, Жека подумал, что каким-то невообразимым образом преодолел тысячи километров и очутился в номере мотеля на американском хайвэе. Здесь было всё, как он видел в фильмах. Если огромный диван, стол и громадный холодильник казались обычными, то большой светильник с конусообразным плафоном, свисающий с потолка на цепочке, жалюзи на окнах, мишень для дартса на стене с воткнутыми дротиками, большой чёрно-белый плакат из «Секретных материалов» — летающая тарелка и ниже её надпись «I WANT YOU TO BELIEVE», смотрелись как из американского фильма. Рядом с плакатом стоял сервант с полками, на которых лежали какие-то книги, стояли прислонённые к стенке картонки с приколотыми на них большими полицейскими значками разных стран, вплоть до звезды шерифа. На других картонках висели прикреплённые к ним курительные трубки, сигары и ещё бог знает какая хрень. Обстановка вроде и простая, но в то же время нет.

Смит достал из холодильника каждому по зелёной банке «Баварии» и показал на диван:

— Прошу вас, господа, рассказывайте о своём деле.

Взгляд его стал острым и пронзительным. И очень внимательным. Смит словно изучал в который раз своих гостей.

— Я в России перешёл дорогу очень серьёзным людям, — начал Жека, глотнув пивка. — Перешёл не по своей вине. Кое-кто захотел отобрать мою собственность. Мне дали понять, что их намерения очень серьезны — пока я был на родине, они нанесли удар здесь, во Франкфурте. Убили двух моих охранников и похитили невесту. Возможно, ты даже слышал об этом.

— Похитили с какой целью? Они хотят выкуп? Выдвинули какие-то условия? — спросил Смит, внимательно глядя на Жеку.

— Условием было, чтобы я отступился от своего дела в России, — заявил Жека. — Иначе грозились прислать мне её по кускам. Естественно, я всё бросил там и сразу же примчал сюда. Но было уже поздно. Её вывезли из Германии в США. Наши люди в аэропорту сказали, что они улетели вчера рейсом до Нью-Йорка.

— То есть её не убили? Будут держать в заложниках и смотреть на твоё поведение? — спросил Смит.

— Да, — утвердительно кивнул головой Жека. — Скорей всего, ей поставили условие, что если будет возмущаться, то их люди грохнут меня в России. Она, естественно, повиновалась.

— Ясно, — Смит отхлебнул пиво и, помолчав, спросил:

— И теперь ты хочешь вернуть её?

— Хочу, — кивнул головой Жека. — Мне нужен напарник. Компаньон, который знает США и как там... работать. Оплата хорошая. Пятьдесят тысяч баксов аванс и пятьдесят тысяч потом, по завершении миссии.

— Ты знаешь, кто её похитил и куда именно увезли? — спросил Смит.

— Знаю кто похитил, — кивнул головой Жека. — Николай Кротов, профессиональный киллер мафиозной группы, и Виктор Бурков, начальник комитета госбезопасности одного сибирского города. А увезли её к брату, который уже два года живёт в США. Брата звать Роман Сахаров. В Сибири он был боссом преступной группировки, кто он сейчас, в США, я не знаю. Скорее всего, тем же самым занимается и сейчас. Но если даже не занимается, наверняка у него есть нанятые люди для охраны, которые могут решать серьёзные проблемы, методами, противоречащими закону. Я этого человека хорошо знаю. Он иначе не может жить.

— Люди серьёзные, — заметил Смит. — Ну что ж... Плата тоже серьёзная. Поэтому я берусь. Есть только один вопрос. Почему вы пришли ко мне?

— По твоему виду понятно, что ты тёртый калач, — усмехнулся Жека. — Как бы ты не прятался, те, кто в теме, наверное, догадываются сразу.

— А кто тебе сказал, что я прячусь? — рассмеялся Смит, допил пиво и бросил пустую банку в мусорную корзину. — Нет такого. И не было. Я всегда открыт к сотрудничеству, если оно кому-то понадобится. В Европе сейчас неспокойно.

— Есть ещё один вопрос... — замялся Жека. — Я свёл знакомство с Антонио Дженовезе. Может, обратиться ещё к нему за помощью? Чтобы он подключил своих земляков в Нью-Йорке? Чтоб помогли хотя бы оружием или информацией?

— Итальяшки? — усмехнулся Смит, недобро блеснув глазами. — Я бы не посоветовал с ними связываться. Потом не расплатишься с ними, всё отдашь, и будет мало. Тем более они тебе ничем не помогут. Итальяшки имеют власть в гангстерских городах — Нью Йорк, Чикаго, Детройт, Филадельфия. В глубинной Америке они никто. Там правят латиносы и белые братья. Будь уверен, я сам сумею узнать и достать всё, что угодно.

— Ясно... — кивнул головой Жека. — значит, договорились. И когда вылетаем?

— Сегодня вечером, после небольшой документальной подготовки и проведения финансового обеспечения операции, — сказал Смит. — Больше времени терять не стоит.

— Как с тобой рассчитаться? — спросил Жека. — И как профинансировать операцию?

— Мой аванс забрось на эти реквизиты, — Смит бросил Жеке картонную карточку с номером банковского счёта. — Сейчас сразу же съезди в консульство США и получи кратковременную визу. Для гражданина Германии она позволяет пребывать на территории Штатов 90 дней. Дают её всем подряд, лишь бы было германское гражданство. Потом открой счёт в банке «Wells Fargo», в деловом центре города есть их франкфуртский офис. Закинь туда... Ну пусть сотню тысяч баксов. Это пойдёт на финансирование операции. Отделения «Wells Fargo» есть в каждом американском городишке. Сколько надо будет, столько налички и снимем на месте.

— Как со снаряжением, с одеждой? — спросил Жека.

— Одевайся пока в то, что тебе удобно, можешь даже вот в это, — Смит посмотрел на Жекину кожанку и спортивный костюм с кроссовками. — Для каждой конкретной операции в США нам придётся менять одежду. Ну... Вот и всё. Больше мне сказать тебе нечего.

— Во сколько вылет? — просил Жека.

— Сегодня. В 20 часов, вечером. Встречаемся в 18 часов в аэропорту, — Смит протянул Жеке руку, показывая, что разговор окончен, сказать больше нечего, и время больше терять не стоит.

Ну что ж... Дело пошло...

Глава 3. Привет, Америка!

Жека сидел в самолёте и смотрел в иллюминатор на бескрайний океан под морем облаков. С высоты в 10 километров даже кораблей не видно на его глади. Только по медленно проплывающему мимо облачному покрову можно было определить, что самолёт движется, а не завис в воздухе.

В первом классе, в котором они летели, было совсем тихо, и народу почти не было, что давало возможность иногда перебрасываться общими фразами, особо не таясь, хотя Смит сразу сказал, что в аэропорту Франкфурта, при посадке и высадке надо держаться порознь — для постороннего глаза Жека полетел в Америку один.

Летал он считанное количество раз, но страха не испытывал, да и вообще к смерти относился по принципу «чему быть, того не миновать», больше переживал не за себя, а за то, как отнесутся к его кончине те, кто его знает. Например, Сахариха. Будет ли она горевать? Естественно, будет. Месяц, два, год. Но потом всё равно время возьмёт своё, горькие воспоминания потонут под свежими событиями, и через какое-то время всё забудется. Был человек — и нет его... Сколько людей, животных, за миллионы лет кануло в лету, и памяти не осталось...

Удручённый философскими мыслями, вызванными лишь обычным полётом через океан, Жека незаметно уснул, последовав примеру Джона Смита, который почти сразу же откинулся на спинку кресла и задремал.

Разбудила стюардесса, объявившая, что пора ужинать. Почувствовав, что изрядно проголодался, Жека наблюдал, как стюардесса сервирует стол. Фарфоровые тарелки, хрустальные бокалы, серебряные ложки. И выбор блюд приличный, как в хорошем ресторане: холодные закуски — ростбиф с соусом тоннато, лосось с кубиками манго и перцем чили, салат из каперсов, авокадо и щупалец каракатицы. На горячее — стейк из говядины с гарниром брокколи, говяжий язык и сицилийская паста с палтусом. На десерт — тирамису, мороженое и панкейк. Спиртное ни Жека, ни Смит заказывать не стали, и после ужина, перекинувшись парой фраз, опять уснули, причём сон на сытый желудок уже был более глубокий — поспали до самой подготовки к приземлению, когда разбудила стюардесса и попросила пристегнуть ремни.

— Сейчас мы приземлимся и пройдём контроль поодиночке, — осторожно сказал Смит. — Не нужно, чтобы нас видели вместе — в Америке всюду видеокамеры наблюдения. Как выйдешь из здания аэровокзала, сядь на такси и найди гостиницу «Мариотт» между Юг-Колдуэт-авеню и Рокуэлл-стрит, между 156-й и 157-й улицами. Вот эту бумажку отдашь любому таксисту — за 5 баксов он довезёт тебя до отеля. Это всего 2 километра от аэропорта. Сними там номер, какой захочешь, оплати сразу пару суток. Отдохнёшь, к полуночи приходи в бар. Там и переговорим о своих делах.

Смит протянул Жеке бумажку с написанным названием отеля и замолчал. Говорить больше было не о чем.

... 1 день. 2 мая 1993 года, воскресенье. Вечер.

Аэропорт имени Джона Кеннеди встретил хмурыми тучами, но дождя ещё не было. Миновав пограничный и таможенный контроль, Жека вышел из здания аэровокзала, имеющего контур громадного плоского военного истребителя, и осмотрелся. Америка... Встретила она его пасмурной погодой и морем звуков. Звуки взлетающих лайнеров, англоязычная речь и... Почти сплошной гул от множества проезжающих поблизости машин, разбавляемый рёвом автомобильных клаксонов. Аэропорт находился в Квинсе, пригороде Нью-Йорка, через который проходило множество автомобильных трасс, пересекавшихся на многоуровневых развязках под самыми немыслимыми углами. Слева, километрах в десяти, возвышались громадные высотки Манхэттена, закрывавшие горизонт. Здесь, практически в пригороде, дома были поменьше, но в целом, намного выше, чем даже центральные здания во Франкфурте. Архитектура в Нью-Йорке придерживалась такого же принципа — в деловом центре города стояли громадные небоскрёбы, на окраинах — поменьше и постариннее, а ещё дальше — престижные кварталы с особняками элиты..

На стоянке скопилось огромное количество такси. Одинаковые жёлтые Форды с шашечками и пластиковыми рекламными треугольниками на крыше, точно такие, которые показывали в фильмах! По одному они подъезжали к месту, где стояли пассажиры, загружались и отъезжали прочь. Жека сел в машину и протянул смуглому водителю, по виду индийцу или пакистанцу, бумажку, которую ему дал Смит. Тот кивнул головой, показал головой, чтоб Жека пристегнулся, и отъехал от места посадки.

— Ду ю спик инглиш? — спросил водила.

— Не, ноу спик инглиш, — сказал Жека. — Я только по-русски говорю и по-немецки.

Водила согласно кивнул головой и уставился на дорогу. «Как они тут ездят?» — с удивлением подумал Жека. Действительно, движение было очень плотным, даже здесь, когда ещё не выехали на главную автостраду. Таким плотным, что, кажется, легче было дойти пешком. Америка... Жека смотрел по сторонам, но ничего особо интересного не увидел, так как уже привык к Франкфурту, к западному образу жизни. Нью-Йорк, конечно, намного больше, но в основном было то же самое — море машин, мало зелени, много домов и людей, рекламные вывески. Вот и весь город. Сказать больше было нечего — видел мало что ещё. Франкфурт ему даже показался поинтереснее, потому что там были старинные здания и европейская ухоженность. Здесь же были груды мусора и стрёмного вида ниггеры у каждого дома.

Отель Fairfield Inn by Marriott обладал вполне респектабельным видом и, по виду, был построен в начале 20 века. Четырёхэтажное кирпичное здание имело центральный корпус, по бокам которого находились два крыла с контрфорсами на концах, в которых, по-видимому, располагались лестницы. У входа находился массивный козырёк, опирающийся на кирпичные колонны, который своей двускатной крышей гармонировал с точно такой же крышей на главном корпусе. Рядом со входом были устроены газоны с аккуратно подстриженными кустарниками и цветами нескольких видов.

Таксист подъехал и остановился под козырьком. Жека достал купюру в 10 долларов и дал таксисту, но тот скривился и что-то буркнул, недовольно блеснув белками глаз на смуглом лице.

— Чё ты рожу косорылишь? — недовольно спросил Жека. — Тебе чё, десятки мало? Ты ехал сюда 5 минут. Быкуешь, сука?

Водила продолжал что-то бухтеть, но Жека показал ему кулак, и пакистанец предпочёл свалить в закат — на кулаке явственно виднелись набитые казаны, о которые хрустнуло немало лицевых костей.

Вестибюль гостиницы выглядел прилично: стены с хорошей отделкой, картины авангардистов на них, современные светильники, бело-красный пол, отделанный плитками бетонной заливки из полированной гранитной крошкой, выложенной причудливым орнаментом. Нарядные диваны, с торшерами по бокам, большие кадки с пальмами. Всё, как положено в гостинице недорогой, но претендующей на твёрдые четыре звезды.

Жека направился к ресепшену, за которым сидел лысеющий мужик лет тридцати в строгом чёрном костюме с фирменным значком отеля на лацкане пиджака. На столе сбоку стоял компьютерный монитор, что смотрелось удивительным — даже в Германии компьютеры ещё не были в широком ходу в гостиницах, разве что где-нибудь в управленческих офисах.

Когда Жека подошёл, то увидел типичную американскую улыбку, которая для русского человека смотрелась пугающе, как улыбка сумасшедшего. Мужик сидел прямой, как будто аршин проглотил, и, как мумия, смотрел недвижными змеиными глазами в точку, но, увидев, подходящего Жеку, ощерил тонкие губы в улыбке, обнажившей сомкнутые белые зубы. От такой улыбки, напоминающей улыбку безумного маньяка в фильме ужасов, бежать бы куда подальше, но для американцев такая улыбка считалась нормальной.

— Hello, sir, what can I do for you? — спросил мужик, всё с такой же мертвенной улыбкой глядя на Жеку.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался Жека. — Намбер ван класс надо. Номер первого класса! Ту дей. Ту дей! На два дня, понял?

Жекин английский, конечно, оставлял желать лучшего, но всё-таки понимался без труда, да и чего тут непонятного? Номер первого класса на два дня.

— Everything is clear, а first class room for two days, — согласно кивнул мужик. — May I have your identification document?

— Документ идентификатор к меня есть! — уверенно ответил Жека. — Вот. Паспорт держи.

Жека подал мужику германский паспорт с визой, на которой были отметки пограничников. Мужик с удивлением посмотрел на Жеку, гадая, как славяноязычный по виду и по речи парень является гражданином Германии, а не из России, но, по всему видать, за годы работы повидал он всяких гостей, поэтому взял документы и начал заполнять какие-то бумаги.

Заполнив, подал Жеке документы и ключ от номера 22. Тут же нажал на какую-то кнопку под столешницей, и явился чернокожий носильщик в чёрном костюме, кепке и белых перчатках. Подойдя, что-то буркнул и обвёл взглядом вестибюль в поисках вещей, которые нужно тащить на второй этаж. Увидев, что вещей нет, недоумённо посмотрел на Жеку.

— Have a nice stay at our hotel! If you want to order food from the restaurant, the menu is on the table. The restaurant and bar are on the ground floor, — не переставая идиотски улыбаться, сказал мужик и показал на негра. — You will be escorted to your room now.

— Про бар и ресторан я понял! — сказал Жека. — А эскорт мне не нужен, сам номер найду. И вещей у меня нет.

Жека пошёл к лестнице, однако негр, по-видимому, не желая остаться без чаевых, всё равно побежал впереди. Жека усмехнулся, покачал головой и направился за ним. Наверх вела лестница, покрытая красным ковром, с хромированными перилами, поверх которых были сделанные из полированного красного дерева поручни. На стенах, как и в вестибюле, висело множество картин импрессионистов и авангардистов, и зеркала, с висящими по краям красивыми бра. Поднявшись на второй этаж, Жека огляделся. Коридор выполнен в общем стиле — ковровая дорожка на полу, двери из полированного дерева с хромированными вставками, меж которыми точно такие же бра молочного цвета, что и на лестнице.

Негр подошёл к нужному номеру и показал Жеке на табличку с цифрой 22, протянув руку за ключом, собираясь помочь открыть дверь, чтобы хоть так заслужить себе чаевые. Жека понимающе ухмыльнулся и протянул двусторонний ключ с большой железной бляшкой, показывающей номер.

Негр открыл номер, сочно щёлкнув ключом в замке, и показал рукой, чтобы Жека проходил. На лице чернокожего носильщика не было улыбки, присутствовало лишь деловое выражение лица, что Жеке больше пришлось по душе, чем натянутая улыбка метрдотеля. Впрочем, и к ней тоже особых претензий не чувствовалось — человек находится на работе и вынужден себя так вести.

Жека сунул негру купюру в 10 долларов, дождался благодарности и закрыл дверь. Не верилось! Вот вообще не верилось, что он в Америке, и ладно бы приехал в туристическую поездку, но не ради вот этого всего! Ладно хоть Смита посоветовали подпрячь, а так... Что бы делал без него? И Жека вдруг понял, что всё равно как-нибудь пробился бы. Нанял бы частного детектива в Нью-Йорке. Самого лучшего. Возможно, из бывших копов, с хорошими связями в полиции, который наверняка нашёл бы Сахариху. А дальше было бы дело техники: разработать операцию, раздобыть орудие, пути отхода и всё сделать самому. Только это обошлось бы намного дольше по времени.

Бросив сумку на кровать, Жека огляделся. Номер, конечно, не люкс, но хорош — уютное и просторное помещение, оформленное в современном стиле. Большая удобная кровать с красивым пледом и роскошным постельным бельём, удобнейший мягкий диван с креслом, крытыми современными синими накидками, и с грудой подушек, письменный стол со стопкой свежих газет, журналов и телефоном. У вещевого шкафа на тумбочке стояли телевизор и магнитола с выдвинутой антенной. Бара тут, естественно, не было, но на журнальном столике стоял поднос с чистыми стаканами и бутылками с кока-колой, минералкой и негазированной питьевой водой. Жека откупорил бутылку с кока-колой и пошёл в ванную, дальше проводить инспекцию, на ходу утоляя жажду.

В ванной комнате тоже было всё пристойно. Пол и стены отделаны новой плиткой цвета морской волны, а потолок белоснежный, с рядом встроенных серебристых светильников. Ванны не было, зато имелась приличная душевая кабина, унитаз, раковина. На крючках висели новые халат, несколько полотенец, фен, и необходимые туалетные принадлежности на подставках. Ничего лишнего, но при этом всё смотрелось функционально и красиво.

Жека подошёл к окну и отдёрнул жалюзи. Из номера открывался вид на аэропорт, близость к которому, конечно, была одним из отрицательных моментов в классификации отеля, но окна в номере были пластиковые, абсолютно звуконепроницаемые, и Жека с удивлением смотрел, как от аэропорта, находящегося всего в пяти километрах, поднимается громадный «Боинг», поднимается и летит над самыми небоскребами Манхеттена. При этом в номере не слышно ни звука.

Отель был чисто функциональный — переночевать ночь или продержаться пару дней для транзитных туристов, и никаких достопримечательностей поблизости не было. В округе лишь служебные здания терминалов компаний, занимающихся грузоперевозками и авиадоставкой, мелкие закусочные, бургерные, заправки, автомастерские и эстакады дорог, ведущих в разные стороны. Джон Смит знал, где остановиться.

Большие настенные часы показывали девятнадцать часов. Смит сказал, что нужно подойти в местный бар к полуночи, где они обсудят планы. Какие планы будут? С чего начинать поиски Светки? Наверняка за Кротом сюда приехала машина, не могли же они нанять такси, да и зачем? Они знали ж, что их наверняка будут искать. В Нью-Йорке они бы не стали останавливаться даже на короткое время, наоборот, им надо было валить отсюда как можно быстрее и как можно дальше. Но куда? Где сейчас обосновался Сахар? Жека не знал. Наверное, знала Светка, но он ни разу не заговорил с ней о брате, о котором у Жеки оставались тягостные воспоминания — под тенью Сахара-младшего он ходил довольно давно. Когда Жека даже обладал своей бригадой, занимавшей не последнее место в городе, Сахар своим авторитетом постоянно давил его. Так и было до тех пор, пока он не обнёс комбинат и не покинул страну с награбленными ещё в годы перестройки миллиардами.

Из Нью-Йорка вели сто путей и сто дорог, и по которой из них поехали похитители, сейчас сказать было совершенно невозможно, оставалось полностью надеяться на Смита. Замучившись ломать голову от размышлений о превратностях судьбы, Жека, не раздеваясь, завалился на кровать, где и проспал до двадцати трёх часов — однако, это была лишь обычная усталость. Когда Жека поднялся в 23 часа, сна не было уже ни в одном глазу. Долбаная акклиматизация... В течение двух суток он переместился на 12 часовых поясов, миновав половину земного шара, и сейчас ему предстояло привыкнуть к смене дня и ночи. В Нью-Йорке время подходило к полуночи, а в Сибири настал полдень. Самое время для активности!

— Придётся жить тут как вампиру, по ночам, — вслух сказал Жека.

С этим не поспоришь... Конечно, такой сбой жизненного цикла мог таить определенные трудности в предстоящем деле, ведь днём будут наваливаться усталость и желание уснуть, зато если операции придётся осуществлять ночью, то будешь чувствовать себя как Терминатор. Ухмыльнувшись этим мыслям, Жека надел куртку и пошёл искать бар. Настало время посмотреть, что это за заведение, и поговорить с мистером Смитом, а, возможно, и выпить немного — нервы в последнее время стали совсем ни к чёрту...

Глава 4. Разборка с неграми

2 день. 3 мая 1993 года, понедельник, чуть за полночь.

Жека спустился на первый этаж отеля. Бар и ресторан находились в небольшом отдельном корпусе, которого не видать со стороны фасада. Планировка здания похожа на букву «Т», в столбике которой и находились заведения культивации местного чревоугодия и алкоголизма. Большая крепкая дверь из полированного дуба с изящной хромированной ручкой отделяла их от отеля. Толкнув дверь, Жека прошёл в небольшой коридор, в конце которого направо находился вход в ресторан, налево — вход в бар, о чём сообщали надписи на английском.

В баре было немноголюдно и полутемно. За полукруглой стойкой, под тремя конусообразными светильниками, ковырялся официант в белой рубашке и с галстуком-бабочкой, по классике, неспешно протиравший чистой салфеткой бокалы и рюмки. Перед стойкой стоял ряд высоких полукруглых табуреток, на которых сидели несколько посетителей, среди которых были двое мужчин в костюмах и две ярко и вульгарно одетые девушки, по виду которых даже неискушённый человек предположил бы, что это проститутки. Девки окинули оценивающим взглядом вошедшего Жеку и тут же отвернулись — двое лохов в костюмах показались им более выгодным вариантом для раскрутки, чем парень в кожаной куртке и спортивном костюме, по виду которого сразу можно было определить, что это нищий славянин.

Негромко играла гитарная музыка из магнитолы и вился синий табачный дым. Жека тут же в полутьме нашёл Смита. Он сидел за крайним столиком перед двумя бутылками пива и дымящейся пепельницей. Увидев Жеку, наёмник махнул рукой, подзывая к себе.

— Пиво будешь? — спросил Смит, внимательно глядя на Жеку, словно оценивая, не зря ли он с ним связался.

— Буду, — кивнул головой Жека, располагаясь за столом и в свою очередь посмотрев на Смита. Тот не переоделся, был в той же одежде, что и во Франкфурте. Наверное, еще не пришло время менять прикид.

— Рекомендую местное, называется «Пять районов», — подмигнул Смит и щёлкнул пальцами, подзывая официантку. — Такое больше нигде не попробуешь. Варят в Бруклине. Похоже на чешский «Пилснер», но хмелевая нотка более агрессивная присутствует. Есть налёт этакой брутальной деревенщины.

Официантка, белобрысая дебелая баба в клетчатой рубахе, с полной задницей, обтянутой безразмерными джинсами, принесла на подносе две вспотевшие бутылки холодного открытого пива с висящими на горле пробками, охлаждённый бокал и тарелку с сухариками. Поставила на стол, улыбнулась сначала Жеке, потом Смиту и ушла, виляя толстой задницей. Смит проводил её безразличным взглядом. Жека попробовал пиво — оно показалось хорошим. Конечно, с немецким и чешским сравнения нет, но хорошее. Пилось как квас с небольшой горчинкой. Таким и не заметишь, как нахлещешься.

— Первым делом мне надо знать, что ты из себя представляешь, — сказал Смит, внимательно глядя на Жеку. — То, что ты стреляешь хорошо из любого оружия, я знаю, сам видел. И по слухам, парень ты не промах. Иначе я бы даже не поехал с тобой. Что ты ещё умеешь?

Надо сказать, для Жеки подобный вопрос показался странным. Такие вопросы надо было задавать ещё до того, как прилетели сюда. Надо было спрашивать всё это во Франкфурте, и уже тогда думать, стоит сюда ехать или нет. Впрочем, удивлённого виду Жека не подал.

— Умею машину хорошо водить, и с автоматом, и с ручной коробкой, — сказал Жека, ещё раз отхлебнув пива. — Рукопашной борьбе обучен хорошо, на уровне мастера спорта. Каратэ, ушу, армейский рукопашный бой. Ножом владею. Могу допросить с пристрастием. Могу грохнуть без зазрений совести. Компьютером владею на начальном уровне.

— Ясно. Пойдёт, — кивнул головой Смит. — Теперь скажу про себя. То же самое, только ещё езда на мотоцикле и катере. А ещё... Разведка, планирование операций, доведение до результата. Ну, как тебе пиво?

— Нормальное, — сказал Жека и отхлебнул прямо из бутылки. — По вкусу опознать можно легко. Есть свои черты.

— Вот и мне нравится... Первоначальный план такой, — продолжил Смит, слегка оглянувшись. — В аэровокзале два места, откуда забирают пассажиров легковушки. У терминала А забирает такси, у терминала В частные машины. Они находятся рядом. За каждым терминалом установлено видеонаблюдение. Камеры снимают с близкого расстояния машину и особенно номер. Другая видеокамера снимает пассажиропоток на выходе из терминала.

— Умно... — удивился Жека.

— Именно так, — согласно кивнул головой Смит. — Эта страна ведёт войны со всем миром. Постоянный приток бандитов, террористов и мафии со всех закоулков света. Здесь это обычная мера безопасности. Так что, посмотрев запись за позавчера, мы увидим наших клиентов и посмотрим, на какой машине они приехали. Потом по номеру мы пробьём, где и на кого она зарегистрирована. Это уже какая-то информация. Что с ней делать, решим потом, когда заимеем её. Проблема одна — доступ к видеозаписям нам никто не даст, это государственная тайна. Значит, нужно самим попасть в серверную и главный пункт охраны.

— Это может быть сложно в международном аэропорту с охраной такого уровня, — осторожно сказал Жека, закуривая «Мальборо».

— Да, — согласился Смит. — Но везде работают люди. Обычные люди. Которые ходят есть, пить и иногда нарушают дисциплину. Нам нужен только пропуск с кодом доступа в главный пункт охраны. Раздобыть его можно у охранника, имеющего туда доступ, либо...

— У компьютерщика, который обслуживает эту лабуду, — догадался Жека.

— Естественно, — кивнул головой Смит. — За безопасность в аэропортах отвечает Федеральное управление гражданской авиации США. Но компьютерным сопровождением безопасности полётов занимаются местные частные фирмы. В каждом городе или округе своя. Узнать, какие именно, не составляет никакого труда. Достаточно купить бизнес-справочник Нью-Йорка. Он стоит 2 доллара. В справочнике, естественно, есть название компьютерной фирмы, которая занимается обслуживанием аэропорта. Обслуживанием нашего аэропорта занимается местная фирма «IT safe technology». В справочнике есть все её местные отделения. Одно из них находится прямо в соседнем здании с аэровокзалом, что естественно. Там и сидят те, кто отвечает за компьютеры службы безопасности аэропорта.

— Хм... — с удивлением хмыкнул Жека. А Смит-то хорош... Впрочем, нужно посмотреть, что он скажет дальше.

— Здание, где находится отделение фирмы — общее офисное, — заявил Смит. — Находится сразу за парковкой личного транспорта. Работает, естественно, круглосуточно, как все офисные здания у аэропорта. Там квартирует много кто. Логистические и транспортные компании, страховые фирмы и кредитно-финансовые организации, и, естественно, там есть кафе и закусочные, где весь этот планктон обедает. Соответственно, вход в здание почти свободный. Общая охрана в здании есть, но она только наблюдает за порядком. Пройти в здание можно. Но ещё лучше войти через пожарную лестницу — нам не надо, чтоб нас видел охранник. Мы поднимемся до третьего этажа, пройдём по карнизу пять метров и попадём в соседний офис, разбив в нём окно. В офисе наверняка кто-то находится и мы будем действовать по обстоятельствам. Потом минуем офис, выйдем в коридор и зайдём в офис компьютерщиков. Там тоже посмотрим, что делать дальше.

— Звучит здраво, — заметил Жека. — Какие подводные?

— Подводные такие, что этого может быть недостаточно, — усмехнулся Смит. — Я не знаю, как у них устроена запись видеонаблюдения. Но могу предположить, что видеосигнал пишется на видеокассету VHS. Для этого требуется много рекордеров. Естественно, они находятся непосредственно в главном помещении охраны в аэровокзале. Поэтому, попав к компьютерщикам, мы только раздобудем электронную карту доступа в это помещение. Сам понимаешь, чтобы не было подозрений, к карте нужна фирменная одежда и бейджи. Иначе нас остановят прямо на подходе в служебный терминал аэропорта.

— Я не думаю, что с этим будут проблемы, — заметил Жека. — Рубашки и костюма вполне хватит. У компьютерщиков бейджи должны быть.

— Возможно, — согласился Смит. — А может и нет. Есть ещё одна проблема — у нас нет оружия. Нужно будет забрать пистолеты у охранника в этом здании, когда будем отходить.

— Ясно, — согласился Жека. — Когда начинаем?

— Конечно сейчас, когда ж ещё, — удивился Смит. — Или ты пиво пить сюда приехал? Все дела делаются ночью, а не днём, когда по району шарится масса народу.

— Окей, — согласился Жека и погасил сигарету. — Пошли.

— Вот так просто? — рассмеялся Смит. — Нет. Операцию надо надёжно спланировать, чтобы всё прошло на отлично. Сначала осмотрим пути захода и отхода. Не забывай — мы хорошо наследим, и, возможно, нам придётся отсюда резко сматываться. Но это крайний вариант. Чтобы до него дело не дошло, нужно провести хорошую разведку. Сейчас сначала я выйду, потом, минут через пять, ты выходи. Встретимся у кирпичной стены, как раз где заезд к отелю, слева от входа. Оттуда пойдём в нужное место.

Смит допил пиво и вышел из бара. Жека продолжал сидеть, наблюдая за присутствующими. Через пять минут, как и условились, вышел из бара, миновал вестибюль гостиницы, где уже сидел другой портье, безразлично посмотревший на него и вышел на улицу. Такое ощущение, что весь город не спал. Ни шум машин, ни вой клаксонов не умолкали ни на минуту. Где-то вдали шумел поезд метро, катящий по высокой эстакаде. Впереди, с фасада гостиницы, стояли кирпичные офисные здания различной этажности, про которые говорил Смит. Несмотря на ночь, в половине окон горел свет — зона аэропорта работала круглосуточно.

Смит ждал там, где и договаривались, — слева от отеля, при выезде на Рокуэлл-стрит, неширокую улицу, которая шла вдоль складских строений и грузовых терминалов. Смит стоял в относительной тени, в таком месте, где вроде бы и видно, но кто именно стоит, нет. Человек, прячущийся в темноте, неизбежно вызвал бы подозрение, но человек, который стоит на слабом свету, — совсем другое дело. Он же никуда не прячется.

— Сейчас пройдём по Рокуэлл-стрит в сторону аэропорта, потом через 50 метров свернём направо, — сказал Смит. — Там проезд во внутренние дома квартала, 158 стрит. — В этих трущобах может быть опасно.

— Почему опасно? — недоумённо спросил Женька.

— Много всякого отребья и мало полиции, — усмехнулся Смит. — Не забывай — в этом городе самый большой процент преступности в США.

Тут-то Жека на своём опыте догадался, почему в США без машины никуда. Это было единственное средство передвижения, которое более-менее гарантировало безопасность передвижения по Нью-Йорку. Не успели свернуть за угол, про который говорил Смит, как вплотную к ним выпрыгнули два худых, как палки, ниггера со сверкающими белками глаз. По ходу, торчки. Одеты в яркие, броские спортивные костюмы и массивные кроссовки, на головах бейсболки. У одного в руках нож.

— Эй, вы, белые суки, бабки гоните! — крикнул по-английски тот, что с ножом. — Сейчас порежу вам ваши белые рожи!

Жеку уговаривать не пришлось — моментом прыгнул и заехал правой ногой в запястье руки, державшей нож. Попал точно — нож звякнул и отлетел в темноту — такой силы был удар. Жека тут же этой же ногой заехал ниггеру в шею, сломав пятый позвонок. Хрюкнув, торчок забился в конвульсиях и свалился на асфальт.

Второй, увидев такой расклад, попробовал бежать, но его настиг Смит, подсечкой повалил на землю, потом встал коленом на спину, запрокинул голову назад и резким рывком сломал шею.

— Как цыплёнку! — через усы усмехнулся Смит и кивнул головой. — Давай затащим их в тень, чтоб не скоро нашли.

Внутри квартала освещение уже было никудышное — свет был лишь у выходов из зданий. Прямо у стены стояли несколько больших мусорных баков, переполненных так, что из них вывалились груды мусора, в котором злобно запищали и зашевелились крысы, когда Жека со Смитом затащили туда тела грабителей. Не успели выйти из куч этой дряни, как недалеко послышался звук медленно едущей машины. Заговорила рация.

— Прячься! — шепнул Смит и дёрнул Жеку за рукав. — Копы!

Едва успели спрятаться за мусорные баки, как прямо в проезде остановилась полицейская машина, мигающая люстрой. Слышно, как открылась дверь и вышел коп и осветил подворотню огромным ярким фонарём. Потом прошёлся неспеша мимо мусорных баков, буквально в пяти метрах от прячущихся в их тени Жеки и Смита. Яркий поток света от фонаря метался из стороны в сторону, освещая окрестности. На миг луч остановился на мусорных бачках, и Жека уже подумал, что коп их увидел, и сейчас пойдёт посмотреть, кто там прячется в тени, но нет. Этого делать он не стал, лишь сказал по рации:

— Тут их нет. Хуареса и Драбони нет на их месте.

— Почему нет? Это их точка. Ищи дальше по Рокуэлл-стрит. Наверное, гондоны пошли дальше, — распорядился хриплый голос из рации.

— Есть, шеф! — согласился коп и пошёл обратно к машине, которая тут же развернулась и поехала дальше.

— Что это было? — в недоумении спросил Жека.

— Что было... — усмехнулся Смит. — Копы крышуют грабителей, а те платят им дань. Эта точка принадлежит ниггерам, которых мы грохнули. Теперь копы думают, что их обули, и будут искать этих дохляков по всему Нью-Йорку.

Хотели выйти, но из глубины квартала выехала машина, ярко разгоняя фарами темноту улицы. Тачка была очень приличная на вид. Внутри ехали две молодые тёлки и о чем-то оживлённо курлыкали.

— Этих что ли хотели ограбить? — кивнул головой Жека.

— Не этих, — отрицательно покачал головой Смит. — Эти бабы на хорошей машине, неприкасаемые. Их бы стали искать родственники, друзья. Их мужья могут быть копами. Это средний класс. Местным бандитам трогать их нельзя. Да и этим неграм нельзя нападать на машины, если только на какую-нибудь старую развалюху.

— Нихера вы тут живёте, — удивился Жека. — Такого даже в Сибири нет...

— Привыкай к Америке, сынок, — усмехнулся в усы Смит и махнул рукой. — Сейчас можно идти. Но постоянно соблюдаем осторожность. Не нужно, чтобы нас видели здесь.

Мы крались задворками, чёрного ходами и оказались в глухом тупике, заваленном всякой рухлядью и хламом. Прямо у старой кирпичной стены стояли два старых мусорных бака. За стеной возвышалось здание высотой в десять этажей. В некоторых окнах горел свет.

— Вот сюда надо! — кивнул головой Смит, указывая на мусорные баки и стену за ними. — За этим дерьмом территория того здания. Лезь. Только аккуратно, не шуми, и посмотри, что с той стороны.

Осторожно забравшись на один из баков, Жека, осыпая штукатурку, облокотился о забор и мгновенно оценил обстановку за ней. Кирпичная ограда отделяла территорию офисного здания от окружающих трущоб. В центре стояло здание, в котором кое-где светились окна. Жека и Смит находились на заднем дворе. С обратной стороны забора была сделана парковка для автомобилей, сейчас наполовину пустая. Освещение на ней было очень тусклое, и если спрыгнуть с забора, наверняка можно остаться незамеченными, быстро спрятавшись за машины.

Но самое главное — с этой стороны здания было видно, что в подвале сделана подземная стоянка для служебных автомобилей, которую закрывали ворота. К ним вёл пологий спуск, рядом с которым виднелась дверь служебного входа. Появился шанс пробраться в здание, минуя охрану, и при этом не карабкаться по пожарной лестнице.

Спрыгнув с мусорного бачка, Жека рассказал Смиту про эти вновь открывшиеся обстоятельства, однако тот лишь иронически покачал головой.

— Наверняка этот вход закрыт на магнитную карту, которая есть только у сотрудников, — усмехнулся Смит. — Даже и не жди, что дверь будет открыта.

— Но можно попробовать, — заявил Жека. — Давай! Пошли!

— Как? Прямо сейчас? — удивился Смит.

— А чего ждать-то? — недоумённо спросил Жека. — Отход тут хороший. Если будет неудача, отойдём точно так же, как и пришли. Смит, мы сейчас в двадцати метрах от цели. Отходя отсюда, мы опять будем рисковать попасться копам или свидетелям.

По-видимому, доводы Жеки оказались решающими. Смит махнул рукой и полез на забор...

Глава 5. Компьютерная фирма

Смит забрался на кирпичный забор, спрыгнул на парковку и тихо свистнул, призывая Жеку. Подтянувшись, Жека проделал то же самое. Если их кто и видел, то только из окон офисного здания, что было маловероятно.

На парковке стояло около двадцати автомобилей, значит, люди в здании были. Возможно, кто-то из них захочет поехать домой, и тогда можно будет пробраться через служебный вход. Впрочем, учитывая, что сейчас примерно час ночи, это было маловероятно — дневная смена уже уехала на работу, а ночная не покинет здание до утра. Но, может, найдётся кто-нибудь из сотрудников, кто просто засиделся допоздна, и решит покинуть офис именно сейчас?

Сначала стоило проверить служебный вход — вдруг он окажется открытым. Это избавило бы от лишних телодвижений с проникновением в задние. Смит с Жекой, крадучись и петляя меж машин, дошли до чёрного входа.

Однако чуда не произошло. Это вам не фильм-боевик! Дверь оказалась заперта — на контрольном блоке, куда вставляют карту доступа, горел красный огонёк. Подёргав несколько раз за ручку, Жека убедился в этом лично. Оставалось три пути решения проблемы: ждать здесь, у двери, что кто-нибудь, возможно, выйдет, попробовать влезть через пожарную лестницу, как с самого начала советовал Смит, и ломануться напрямую через главный вход, где наверняка открыто и где сидел охранник.

Первый вариант не подходил — болтаться всю ночь на открытом месте, куда теоретически может заехать полицейская машина в поисках подозрительных личностей или при розыске преступников, смотрелось крайне неблагоразумным решением. Ломиться напрямую через охрану... Тоже не выглядело хорошим вариантом — охранник наверняка спросил бы, куда идут ночью двое подозрительных на вид мужиков. Пришлось бы его мочить, потом куда-то прятать тело, что было делом паливным и ненадёжным. Оставить труп внизу, а самим идти шариться по зданию, выглядело крайне глупым. Оставалось пробраться по пожарной лестнице. Жека уже залазил по пожарной лестнице на крышу здания, да ещё со снайперской винтовкой в гитарном футляре. Однако даже тогда, зимой, приходилось сильно попотеть, чтобы допрыгнуть до нижней перекладины. Как это сделать здесь и сейчас , Жека совершенно не представлял.

Однако отлично представлял Джон Смит.

Пожарная лестница находилась с торца здания. Она шла вверх до крыши. Через равные промежутки были сделаны площадки с перилами, на которые вели пожарные выходы из коридора каждого этажа. Вроде бы всё просто, но верхняя перекладина лестницы находилась на уровне трёх метров. С земли не достать и не допрыгнуть.

— Давай я тебя подсажу и потом подброшу, — предложил Жека.

— Зачем? — ухмыльнулся Смит. — Есть более простой способ. Только успевай ловить.

Смит достал из кармана верёвку с привязанным крючком, раскрутил её до свиста, а потом бросил, попал в нижнюю перекладину, дождался, когда крючок несколько раз перекрутится через перекладину, и дёрнул вниз. Лестница с лязгом опустилась до земли, но пружина поднимала её обратно, поэтому Жека схватил и с силой дёрнул лестницу вниз, на себя, до щелчка, прочно зафиксировав в самом нижнем положении.

— Прошу вас! — вежливо показал Жека Джону Смиту. — Где ты взял верёвку с крючком?

— Где надо, там уже нет! — усмехнулся Смит и спрятал верёвку в карман. — Ладно, полезли.

Смит осторожно забрался до первой площадки, на втором этаже, подождал, пока Жека поднимется за ним, и тут же поднял лестницу обратно, чтобы не выдать посторонним присутствие кого-то на лестнице. Первая часть плана осуществилась на отлично — лестница оказалась в их распоряжении. Теперь нужно было проникнуть в здание. Самым простым способом было зайти через пожарный выход, который был на каждом этаже, но он... Жека подёргал за рукоятку, и дверь ожидаемо оказалась заперта, скорее всего, на щеколду изнутри. Можно было, конечно, разбить стекло, однако это не удалось бы сделать без шума, а в коридоре часть дверей офисов была открыта, из них иногда выходили и обратно заходили люди.

— Нет, — покачал головой Смит. — Здесь нам не пройти, чтобы не засветиться. Давай поднимемся на третий этаж и посмотрим, как обстоит дело там.

Увы, на пожарной площадке третьего этажа было то же самое — пожарный выход закрыт. Однако через его стекло уже можно было разглядеть дверь фирмы, которая их интересует. Она была второй отсюда. На первой двери ничего не было написано. Что там?

— Кажется, тут не офис, — сказал Жека, указывая Смиту на дверь без таблички.

— Посмотрим на месте! — сказал Смит. — Выдвигаемся. Иди осторожно, цепляйся за стену. Не торопись.

Смит намотал на левую руку носовой платок, осторожно перебрался с площадки на парапет, идущий вдоль всего здания, и осторожно пошёл по нему, держась за стену и цепляясь пальцами за выбоины в кирпичной кладке. Жека осторожно тронулся за ним. Этот этап операции был крайне опасным — парапет шириной всего в 30 сантиметров, и переставлять ноги получалось только одна за другой, осторожными шагами. Неудобство доставляло голубиное говно, из-за чего парапет был скользким.

Но всё-таки пройти нужно было всего пять метров, и через несколько минут Смит добрался до окна. Света в нём не было. Смит сконцентрировался и резко ударил левой рукой, замотанной платком, прямо в центр стекла. Стекло лопнуло и рассыпалось на части, которые упали на асфальт и внутрь помещения. Смит ещё несколькими ударами расчистил раму и пролез внутрь.

Ох, как же стрёмно было Жеке идти по этому узкому парапету! На уровне третьего этажа! Свалишься на асфальт, даже если успеешь сгруппироваться, ноги и руки поломаешь, разве что позвоночник и таз сохранится. Так что шёл осторожно. Когда добрался до разбитого окна, аккуратно, стараясь не порезаться, перелез через подоконник.

Внутри было совсем темно, и Смит зажёг небольшой фонарик. Это было техническое помещение вроде склада с хозяйственными принадлежностями. Через всё помещение тянулись стеллажи с полками, заставленными всякой лабудой. Чего тут только не было... Бутылки и банки со средствами очистки и бытовой химией, принадлежности для уборки помещений, вёдра, тазы, веники, швабры и тележки для перевозки этого хлама.

— Не думаю, что тут есть сигнализация, — заметил Смит. — Нам, кстати, повезло — никого резать не пришлось.

— Теперь выйти в коридор надо, — сказал Жека. — Посмотрю пока что-нибудь из оружия.

Из оружия, правда, нашлись только отвертка и строительный нож, которыми режут линолеум, но Жека и им был рад — сунул в карман. Туда же отправил моток бечевки и большой скотч — пригодятся на всякий пожарный.

Входная дверь была закрыта на замок, и это могло стать проблемой — пришлось бы ломать замок, а это тоже сделать без шума навряд ли получилось бы. Правда, была у Жеки мысль отвёрткой отковырнуть дверной косяк — дверь выглядела довольно хлипкой, и это наверняка легко получилось бы, а после снятия косяка вырисовывалась масса вариантов по демонтажу замка, но Смит знал способ отпереть дверь — она открывалась простым поворотом ручки в нижнее положение.

— Это ж сделано, чтоб если человека по ошибке заперли в помещении, он смог выйти наружу! — заявил Смит. — Именно это мы сейчас и сделаем. Только хочу сразу же предупредить — с компьютерщиками не говори. И со мной тоже не говори. Я не хочу, чтобы они услышали русскую или немецкую речь. Я сам допрошу этих говнюков.

Смит осторожно повернул дверную ручку вниз, дверь щёлкнула и открылась. Тут же наёмник осторожно просунул голову в тускло освещённый коридор и огляделся.

— Никого, — шепнул он. — Пошли!

Идти недалеко — всего пять метров по коридору вправо. Соседняя дверь была с надписью «IT Safe Technology». Смит осторожно подошёл к ней и легко повернул ручку. Увы, дверь была закрыта. Прислушавшись, Жека услышал, что внутри играет музыка, значит, там наверняка кто-то был. Можно было постучаться и что-нибудь наврать, вроде: «в коридоре пожар» или «мы вам принесли пиццу», но в данном случае это могло и не сработать — наверняка в компьютерной фирме были некие строгие правила безопасности, запрещавшие открывать дверь ночью. Или, например, открывать её, но только поставив в известность старшего по должности. Во всяком случае, это никуда не годилось, поэтому Смит вытащил из кармана безрукавки две отмычки, нагнулся, поворочал ими и через минуту открыл замок — он был достаточно простой типовой конструкции, из тех, что ставят в отелях и которые открываются одним общим ключом консьержа. А значит, умелый человек их может запросто открыть отмычкой.

«Дядя Смитти времени даром не терял», — с завистью подумал Жека. Уже дважды Смит выручил их. Правда, он был профессионал, и ему платили за эту работу. Немудрено, что он подготовился к операции.

Дверь с лёгким щелчком отворилась, и Смит вошёл внутрь. Музыка зазвучала громче — играл хард-рок. Жека оглянулся по сторонам — в коридоре вроде никого не видно, и он осторожно последовал за Смитом, аккуратно притворив за собой дверь. Тут же попал в небольшую вытянутую прихожую, где на крючках висела одежда, сумки, рюкзаки, на полках стояла обувь. Отсюда вели двери в несколько офисов небольшого размера, но только в одном, в том, что справа, где играла музыка, теплилась жизнь.

В офисе было полутемно — горела лишь настольная лампа на столе и небольшой ночник. За длинным компьютерным столом с множеством горящих мониторов сидел молодой парень в очках и бешено клацал по клавиатуре, громко вскрикивая и разговаривая вслух сам с собой. Жека заметил, что парень... играет в компьютерную игру — на одном из мониторов по коридору кто-то бегал, спасаясь от монстров.

— О майн гат! О майн гат! — не переставал кричать парень, иногда переходя чуть ли не на визг.

По всему видать, здесь и находился пункт обслуживания службы безопасности аэропорта. На это намекали несколько компьютерных мониторов и мигающих разноцветными огнями серверов, расставленных на стеллажах прямо в офисе. Весь этот офис был один сплошной компьютер! Но естественно, запись с видеокамер сюда не подавалась — функции наблюдения выполнял главный пункт охраны в здании аэропорта. А в помещении, куда проникли Жека со Смитом, сидели те, кто налаживает и обслуживает систему безопасности непосредственно в аэропорте.

Парень был так увлечен игрой, что даже не заметил, как в офис зашли двое посторонних, — мощная магнитола, стоявшая на тумбочке рядом со столом, изрыгала забойный рок. Поэтому Смиту не составило никакого труда подойти к парню и вырубить его ударом кулака по голове. Компьютерщик, как мешок с говном, упал на пол.

Смит поднял два пальца вверх и указал на компьютерный стол. Неспроста он был такой длинный! Похоже, здесь находился ещё один сотрудник! На это намекало второе кресло, перед которым был ещё один монитор и клавиатура. Рядом пустая кофейная кружка. Смит показал пальцем в сторону, откуда они только что пришли. Показал жестом, чтобы Жека обыскал оставшиеся помещения. Жека согласно кивнул головой и направился в офисы, мимо которых они прошли. Света там не было. А вот второй сотрудник был. Он тихо и мирно дрых на диване в комнате отдыха, накинув на себя форменную тужурку. Приказа убивать его не было, иначе Смит сделал бы жест, чиркнув себя ладонью по горлу, поэтому Жека откинул тужурку, потряс компьютерщика за плечо, разбудив его, и, когда тот, удивлённый, открыл глаза и сделал попытку подняться, тут же вырубил его мощным ударом в челюсть.

Схватив компьютерщика за руку, Жека сдёрнул его на пол и потащил по полу в центральный офис. Там вместе со Смитом быстро связали заложников скотчем, замотав им глаза в том числе, чтоб не видели того, кто на них напал, и после этого грубо и бесцеремонно растолкали первого, кто сидел за столом — хватит лежать в отключке, чай, не на курорте...

— Аааа! Что со мной? Где я? Кто вы? — заверещал компьютерщик. Было ему лет двадцать пять. На вид высокий очкастый хлюпик и дрищ в брюках, серой форменной рубашке с бейджиком. На голове светло-русая шевелюра. Жека оторвал бейджик и прочитал имя — Alex Winslow, System Administrator, IT Safe Technology.

— А ну заткнись, дерьмо поганое, мать твою! — с напором сказал Джон Смит и с силой ударил Уинслоу по лицу. Тот попробовал ещё что-то проверещать, но Смит снова ударил его несколько раз, невольно бросив:

— Ещё одно слово, один вопль, и я тебе глаза вырежу с яйцами и накормлю тебя ими. Ты понял? Понял, дерьмо чёртово? Говорить будешь?

Уинслоу часто-часто закивал головой, показывая, что всё он понял, орать больше не будет, и ответить на все заданные вопросы готов.

— Хорошо, — согласно кивнул головой Смит. — Если не будешь делать дерьмо, орать, геройствовать и изворачиваться, то, возможно, останешься в живых. Ты понял?

Уинслоу опять бешено закивал головой, показывая, что всё понял.

— Хорошо, а теперь несколько вопросов, — спокойно сказал Смит. — Сколько времени у вас хранятся видеозаписи с камер аэропорта?

— Месяц! Месяц хранятся! — всхлипнул Уинслоу. — Мы раз в два дня забираем видеокассеты из главного офиса охраны и приносим сюда. Здесь они хранятся месяц на складе. Он здесь, рядом с туалетом.

— Как они подписаны? — спросил Смит.

— Так и подписаны, — заныл Уинслоу. — Место записи, дата, время записи. На каждой кассете только три часа видеосъёмки.

— Ну смотри мне! — предупредил Смит и, похлопав Уинслоу по плечу, направился в комнату, в которой предположительно был склад. Через несколько минут он свистнул, подзывая Жеку.

— Тут нет этих кассет! — сказал Смит. — Я бегло просмотрел, мне кажется, последние датированы тремя днями ранее. Эти ублюдки не забирали кассеты за позавчера, вчера и сегодня.

— И что? — прошептал Жека.

— Что? — недоумённо кивнул головой Смит. — Придётся в офис охраны идти самим. Надевать рубашку и тужурку этих дерьмаков, брать их бейджи, пропуска и идти. Не пошлёшь же их. Слушай... Это нормально. Всё идёт по плану. Я, конечно, не знал, что кассет у них нет, но всё-таки надеялся. А раз их на самом деле здесь нет, значит, идём и забираем сами, работаем по плану. Сейчас я спрошу у него всё подробно, а ты ещё раз просмотри тут всё — может, я не увидел чего.

Просмотреть, конечно, можно, вот только в этой комнате видеокассет было несколько сотен. Правда, все они были чётко разложены по датам. Жека внимательно просмотрел стойку, где должны лежать за тридцатое апреля и первое мая — там ничего не было. Самые последние были за 28 апреля. Ловить тут нечего — придётся идти в аэропорт, самое охраняемое место в округе.

Когда вернулся в главный офис, Смит уже допросил Уинслоу и опять вырубил его. Увидев, что Жека отрицательно покачал головой, махнул рукой, призывая его за собой.

— Нужно переодеться в униформу, — тихо сказал Смит. — Этот гондон сказал, что за кассетами они должны были идти сегодня. Кассеты лежат на складе охраны. Мы проникнем туда, заберём их и смоемся оттуда ко всем чертям.

— А тебе не кажется, что у нас есть проблема? — спросил Жека. — Мы же возвращаться сюда не будем?

— Конечно, нет, — усмехнулся Смит. — Мы же тут наследили. И наследим ещё, когда будем проходить через пост охраны. Нет, из аэропорта мы сразу дадим дёру в гостиницу. Пойдём задами, чтоб никто не видел. Не тем местом, где мы положили негров — там уже может быть полиция.

— И где же мы будем переодеваться? — недоумённо спросил Жека. — Нам где-то нужно оставить нашу одежду, чтоб после операции переодеться в неё. Мы же не можем в гостиницу идти в сраной униформе.

— Для проникновения в аэропорт переоденемся здесь! — заявил Смит. — Свою одежду положим в сумки и поставим в камеры хранения. После операции заберём её и обратно переоденемся где-нибудь во дворах. Нет проблем, брат.

Действительно, на первый взгляд, пока не было проблем...

Глава 6. Служба безопасности

На Жеку униформа нашлась — здоровые мужики в фирме были. Штаны, рубашка, тужурка — всё подошло идеально. Смит ещё вдобавок надел на Жеку очки, принадлежащие Уинслоу и бейсболку. Тут же довольно ухмыльнулся — преобразился напарник совершенно. Очки Уинслоу на счастье, были без диоптрий, так что видел в окулярах нормально. Карты доступа в помещения аэропорта положили в нагрудные карманы рубашек.

— Ещё бы усы тебе приклеить, но где их тут взять... — усмехнулся Смит. — Но и так пойдёт.

На бейдже Уинслоу тоже был в очках и бейсболке, и смотрелись они с Жекой почти одинаково. Цвет волос совпадал, очки, худощавое лицо, а небольшую разницу между реальным видом и фото можно было определить, только подойдя ближе и пристально всмотревшись. Или если знать Уинслоу лично.

Смиту было потяжелее — с его усами, бородой и длинными волосами найти идентичный бейдж было затруднительно, хоть он и перерыл всю фирменную одежду в гардеробе. Нашёл бейдж с каким-то длинноволосым усатым то ли индейцем, то ли мексиканцем и прицепил его на тужурку.

— Пойдёт! Издалека почти тоже самое, — махнул рукой Смит и надел бейсболку. — Сейчас вещи соберём и будем выдвигаться.

На складе отыскали большие чёрные сумки на лямках, в которых компьютерщики переносили всякую дрянь, вытряхнули из них дерьмо для офиса: бумагу, канцтовары, коробки с дискетами; на освободившееся место положили свою одежду.

Жека толкнул Смита и показал на связанных компьютерщиков, сделав при этом зловещий жест, проведя рукой по горлу — мочить, мол, будем? Смит отрицательно покачал головой — типа, без надобности. Потом кивнул на них и сделал рукой жест, показав запястье, и постучав по нему пальцем, означающий чтоб Жека проверил путы.

Жека ещё раз перемотал заложников скотчем, проверил, чтоб они не развязались, и показал большой палец — всё ништяк. Потом мотнул головой в сторону двери — пошли. В карман сунул отвёртку и канцелярский нож. Хоть что-то... Без оружия в Америке ощущал себя неважно...

Закинув сумки на спину, направились к выходу из офиса. Свет гасить в помещении не стали — вдруг светящиеся как обычно окна играли какую-то роль. Перед дверью в коридор посмотрели в большое зеркало прихожей. Честно сказать, будь Жека охранником, первым делом бы тормознул таких кентов, как они. Выглядели они со Смитом крайне подозрительно — двое нетипичных для компьютерщиков мужиков в форменной одежде — серых рубахах, чёрных штанах и тужурках, в бейсболках и с огромными сумками, закинутыми за плечи. Смотрелись они как переодетые гангстеры, идущие ограбить банк, а не дрищи из компьютерной фирмы. Один высокий и спортивный, на котором очки как на корове седло, другой среднего роста, но тоже, по виду, из тех, кому палец в рот не клади.

Жека удручённо покачал головой, вздохнул, и, осторожно приоткрыв дверь, выглянул в тускло освещённый коридор. Уже хотели выходить, как в коридоре послышались женские голоса — через щёлку приоткрытой двери было видно, как две тёлки, радостно щебеча, подошли к автомату, стоявшему у стены, и купили что-то в обёртке, то ли пончики, то ли пирожки. Когда тёлки скрылись в кабинете, Смит открыл дверь и махнул рукой, призывая идти. Роль первого гомера он взял на себя.

Конечно, в плане незаметности проще было бы выйти из здания тем же путём, которым и зашли сюда, но был один технический нюанс — сумки на спине. Тяжёлые сумки, оттягивающие тебя вниз — не самый лучший груз, если предстоит идти по узкому карнизу. Да и униформа могла пострадать, а в грязном виде идти в аэропорт нечего было даже и думать.

Когда вышли из офиса, Смит надёжно прикрыл дверь и аккуратно, старясь не шлёпать ногами, пошёл по коридору к лестнице. Были в здании два лифта, но надеяться на лифт в этот момент — последнее дело. Может зайти кто-нибудь, или вообще лифт сломается в неподходящий момент. Лучше по-старому — поработать ногами на ступеньках.

Спустились по лестнице и вышли в вестибюль. Выглядел он солидно, как вестибюль офисного здания. Хороший современный ремонт, несколько кожаных диванов, банкоматы, автоматы по продаже сигарет, напитков и сладостей. И ресепшен с сидящим охранником. Смит перед тем, как выйти, осмотрел вестибюль в поисках камер видеонаблюдения и, не обнаружив их, махнул рукой, призывая Жеку идти за собой.

Охранник, толстый мужик лет сорока, одетый в синюю форменную рубашку и чёрные брюки, сидел за стойкой и читал газету. Увидев, что с лестницы вышли два человека в униформе компьютерной фирмы, поднял голову и тут же снова на автомате опустил к газете, но моментом, почуяв что-то, опять поднял её и с подозрением всмотрелся в незнакомых ему людей.

— Господа, а вы кто? — в недоумении спросил охранник, вставая из-за стойки ресепшена. На поясе у него висели пистолет в кобуре, наручники, фонарь и рация. «Вот какого хрена тебе надо, чёрт толстый? Сидел бы себе и сидел» — с неудовольствием подумал Жека.

— Мы из фирмы «IT Safe Technology», — по-доброму улыбаясь через усы, сказал Смит. — Привозили ребятам груз из центрального офиса. Бумагу, канцелярию, дискеты.

— Я вас тут ни разу не видел, ребята, — осторожно сказал охранник и вышел из-за стойки. — Дайте я взгляну на ваши бейджи, и если всё в порядке, можете идти.

— Да, конечно, сынок, можешь посмотреть, — с недоброй улыбкой сказал Смит и остановился. Наёмник улыбался, но в глазах его улыбки совсем не было. Там жила опасность.

Охранник открыл кобуру и стал медленно подходить к стоявшим Жеке и Смиту. Пока шёл, старался внимательно разглядеть, что у этих подозрительных компьютерщиков написано на бейджиках. Но свет в вестибюле был тусклым, так как горело неяркое ночное освещение, и для того, чтобы рассмотреть подробно, ему пришлось подойти на близкое расстояние, около двух метров.

— Что-то я не пойму, с вами что-то не то, ребята... — недоумённо начал говорить охранник. Наверное увидел и понял, что фотографии на бейджах не подходят к реальным людям.

Жека прыгнул, сделал подсечку, повалил его на пол и тут же вырубил его ударом кулака в челюсть. А может, и убил, потому что от удара охранник сильно ударился затылком о плиту пола, в голове у него что-то хрустнуло, и стала расплываться лужица крови.

— Грохнул что ли... — с досадой сказал Жека. — Надо его убрать куда-нибудь.

Взяв охранника подмышки, споро потащили его к ресепшену и положили за стойку, оставив слабый кровавый след на светлом полу.

— У них тут где-то комната охраны должна быть, — предположил Смит. — Вытри пока пол, а я посмотрю. И возьми пистолет.

Охранник всё-таки был жив — просто лежал в отключке и тяжело дышал, но откинуться мог с минуты на минуту. Смит отошёл, а Жека стал искать тряпку, чтобы вытереть кровавую дорожку с пола, но ничего не находилось. Взял несколько листов офисной бумаги с какими то документами на английском, скомкал их в пучок и этим пучком вытер следы крови.

Пока Смит ходил искал комнату охраны, в офисное здание зашёл какой-то мужик в костюме и тёмных очках, мельком взглянул на Жеку и прошёл к лифту. Потом из лифта вышли две бабы, разодетые как крали, но они тоже не обратили внимание на охранника — это было выше их достоинства. Жека чувствовал лёгкое беспокойство — операция пошла точно не по плану. По идее, надо было, затащив охранника за стойку, валить отсюда как можно быстрее. Однако Жека предположил, что Смит хочет найти комнату охраны, чтобы разжиться оружием.

Пока стоило обыскать охранника. Жека достал из кобуры пистолет «Глок 22», проверил наличие патронов в магазине и сунул во внутренний карман тужурки. Жаль, но запасного магазина к пистолету не было — придется экономить патроны, если предстоит стрельба. Забрал также наручники и фонарь — пригодятся.

Потом пришёл Смит и сказал, что комнату охраны не нашёл, и лучше сваливать отсюда, пока не начался большой переполох. Пусть охранник лежит на ресепшене. Задержка из-за этого была не большая, около пяти минут.

— Всё, валим отсюда! — сказал Смит и пошёл к большой стеклянной двери выхода.

Вышли из здания и остановились на миг, вдохнув полночного воздуха. Ночная жизнь аэропорта кипела вовсю — взлетающие и садящиеся самолёты, потоки людей, машин, объявления по громкой связи.

От офисного здания до аэровокзала — рукой подать. Его ярко освещённая громада возвышалась примерно в двухстах метрах отсюда, и от неё отделяла только дорога, проходящая вдоль здания и автомобильная стоянка за ней. Громадная парковка между офисным зданием и аэропортом ярко освещена яркими светильниками, стоявшими на множестве высоких столбов — светло как днём. Но народа по округе шарилось много и был шанс затеряться.

— Пошли! — мотнул головой Смит, призывая следовать за ним, и по бетонным ступеням сошёл с широкого крыльца.

Дорога перед зданием была двухполосная и односторонняя. По ней уезжали такси и частные автомобили, забравшие прилетевших пассажиров. Дождавшись, когда в сплошном потоке появится прогал, Смит и Жека перебежали дорогу и пошли по территории парковки между рядами автомобилей.

Рядом с аэровокзалом, в подземном комплексе, под парковкой, находились ячейки автоматических камер хранения. Прямо с парковки туда вела лестница, по которой Жека со Смитом спустились вниз.

Такое ощущение, что под парковкой был целый подземный город! В громадном помещении у стен стояли ячейки камер хранения, кроме них находилось много чего — тут же с тележек продавали сэндвичи, хот-доги, и пиво. Рядами стояли киоски с какими то сувенирами. У стен на картонках сидели бомжи и торчки, прося подаяние. Двое волосатых хиппарей играли на гитарах что-то, похожее на рок — жизнь была ключом.

Пустых ячеек с раскрытыми дверцами было много, потому Жека и Смит положили свои вещи в отдельные ячейки, заплатили по десять долларов в каждую, арендовав ячейку на десять дней, ввели коды и захлопнули дверцу. Жека ввёл свой адрес в родном городе — номер дома и номер квартиры, так что такой код забыть было трудно.

Положив вещи, остановились на минуту, чтоб обсудить, как зайти в аэропорт. Смит сказал, что попасть в него можно двумя путями — через главный вход, и через служебный. На главном входе всех проходящих снимает видеокамера, поэтому желательно идти через служебный. Теоретически, должен быть служебный вход в аэровокзал и отсюда, из камер хранения, но где он находится, Смит не знал.

— Не стоит терять время, — добавил он. — Сделаем как здешний персонал — вернёмся на парковку и войдём через служебный вход, открыв его карточкой.

Для этого им пришлось снова вернуться на парковку. Жека оглянулся и подумал, что если в здании аэропорта что-то пойдёт не так, вернуться сюда уже не удастся. Отогнав эти невесёлые мысли, он последовал за Смитом вверх по лестнице. Теперь, когда они избавились от больших сумок, их вид стал более респектабельным. Они даже изменили походку на неторопливую и вальяжную, словно находились здесь исключительно по делу.

Для того чтобы попасть в служебную часть аэровокзала и не попасть на видеокамеры, снимавшие пассажиров и посетителей у входа, нужно было пройти по парковке до места, где заканчивается здание аэропорта, и повернуть к его левой боковой стороне. По крайней мере, так сказал Смит.

— Служебных входов много! — поучающе заявил он. — Сюда приходит много кто, от пограничников до рядовых уборщиков. Ну а если эта дверка не слева, так, значит, справа. Пройдём туда.

В здании аэропорта было много дверей, и одна из них, с надписью «Office», находилась слева, почти у самой решётчатой ограды, за которой виднелась взлётная полоса. Смит провёл магнитной картой по терминалу, и замок с характерным звуком щёлкнул, открываясь. Красный огонёк на панели сменился на зелёный, и он вошёл внутрь.

Жека думал, что эту дверь кто-то будет охранять, хотя бы охранник, сидящий за столом, у входа, но нет, этого не было. По-видимому, доступ с магнитной картой уже считался сам по себе надёжным. А ведь где-то здесь находится и диспетчер, и многие службы безопасности полётов.

Сразу за дверью тянулся ярко освещённый коридор, из которого наверх вели две лестницы, влево и вправо. Ещё в коридоре были какие-то двери с табличками, но что там написано, Жека не знал. Вполне возможно, это были какие-то склады со всяким дерьмом для уборки, с вениками, швабрами и тазами.

А вот наверху было самое интересное. Здесь и находились главные офисы всех служб аэропорта. Лестница выводила в большое помещение на втором этаже, по бокам которого находились двери в офисы отделов и служб. Помещение тоже не было пустым — как в каждом американском офисном здании, здесь стояли кофе-автоматы, автоматы для продажи всякой мелочёвки, несколько банкоматов и терминалов оплаты. Тут же стояли небольшие столики для приёма пищи и была оборудована небольшая зона отдыха с диванчиками, картинами природы на стене и большими мягкими мячами на полу.

— Культурно всё, — заметил Жека.

Даже в Германии он такого не видел. Там считалось: пришёл на работу — работай. Обедай или в кафе, или бери собой и ешь в кабинете. Никаких зон отдыха с шарами-мячами и диванами.

Народ тут в это время присутствовал — все офисы работали круглосуточно, как и аэропорт. И что Жеке не понравилось, именно тут и был охранник. Всё-таки он тут был! Из этого крыла внутрь аэропорта вела стеклянная дверь, и как раз-таки у неё и прохаживался здоровенный коротко стриженный мужик, одетый почти как коп — тёмные штаны, синяя рубаха с галстуком, фуражка с эмблемой Федерального управления гражданской авиации, и чёрная куртка с множеством нашивок. Из-под куртки видно дубинку, пистолет в кобуре, наручники, электрошокер. Да... Такого шкафа не уложить с первого раза, как того толстяка в офисном здании...

Пока ещё охранник не обратил особого внимания на Жеку и Смита, но если они будут растерянно шариться по этому строению, то как пить дать обратит! Нужно было срочно искать помещение службы безопасности и войти туда!

— Идём, — мотнул головой Смит в сторону двери, находившейся справа, почти рядом с выходом из служебного терминала. Чёрт... И, как назло, она была совсем рядом с этим крутым охранником, стоявшим и смотревшим на них, надвинув фуражку на нос и жуя жвачку. Однако деваться некуда — надо идти.

На двери висела табличка с надписью «The main office of the security service», которая сообщала о том, что здесь и есть требуемый офис. Дверь, естественно, была закрыта — на замке горел красный огонёк. Однако... Жека всмотрелся в терминал замка — кроме щели для магнитной карты, на нём были клавиши для ввода цифрового кода безопасности! Двойная защита! Вот так попали!

Смит не растерялся, на ходу попытался сойти за своего — приветственно помахал рукой охраннику, внимательно уставившемуся на подошедших к главному офису двух незнакомых компьютерщиков. Охранник лишь слегка кивнул головой в ответ — по-видимому, визит сотрудников этой фирмы не был событием необычным. Однако дело приобретало серьёзный оборот! Сейчас лишь бы подошла карточка и дверь открылась! Иначе придётся разбираться прямо здесь с этим здоровяком, причём на виду у всех — за стеклянной дверью, ведущей в аэропорт, кипела жизнь.

Смит провёл магнитной картой по щели, замок пискнул и дверь открылась — эту систему безопасности как раз и обслуживала компьютерная фирма «IT Safe Technology». Даже если в главный офис и был какой-то сложный доступ с вводом цифрового кода, то для себя компьютерщики сделали вход попроще, с одной карты.

Смит отворил приоткрывшуюся дверь, пропустил Жеку вперёд и, снова помахав охраннику, зашёл внутрь. Замок, клацнув, закрылся, пропуская преступников в святая святых — главный офис безопасности аэропорта имени Джона Кеннеди...

Глава 7. Стрельба в аэропорту

За дверью находилась большая ярко освещённая комната, на одной из стен которой светились множество встроенных экранов, с выводящимися на них видео с камер аэропорта. Постоянно мелькали люди, передвигающиеся по аэропорту и стоящие в очередях на регистрацию, по взлётной полосе медленно передвигались самолёты, по парковке у аэропорта ползли и останавливались автомобили.

Перед экраном располагался большой полукруглый пульт, с которого управлялись электронные замки дверей, освещение, пожарная и охранная сигнализация, система видеонаблюдения, регистрация пассажиров, таможенный и пограничный контроль. Вся работа аэропорта контролировалась отсюда. За пультом сидели двое охранников и наблюдали за происходящим на экране. Правда, в глаза бросилась одна небольшая деталь — дежурившие здесь никак не походили на мордоворота, дежурившего снаружи. Двое, сидевших здесь за пультом, походили на ботанов. Это были молодые парни в очках, достаточно субтильного телосложения. Всё-таки отсюда управляли не только безопасностью, но и многими рабочими функциями аэропорта, которые могли быть не в компетенции накачанных здоровяков. Они были из разных подразделений.

Ботаны были в униформе, но оружия у них не было. А может и было, но сейчас лежало где-нибудь в столе. Парни пили кофе из больших пластиковых стаканов с трубочками и о чём-то оживлённо разговаривали. На экране компьютера, стоявшего поодаль от главного пульта, застыла на паузе видеоигра в шахматы. Увидев вошедших компьютерщиков, ботаны улыбнулись и замахали руками.

— Привет! — махнул рукой один из очкариков. — Не спится, парни?

— Нет, — покачал головой Смит. — Работа. Привет, ребята, мы за кассетами.

— Ну конечно, зачем же вы ещё... — улыбнулся очкарик, встал со своего места и пошёл в дверь, ведущую на склад.

Второй остался сидеть, развернувшись в кресле на колёсиках, и посматривал на Жеку и Смита с лёгким удивлением. Это не сулило ничего хорошего — незнакомые компьютерщики могли вызвать у парня вопросы. Он уже собрался что-то спросить, когда первый очкарик вышел с большой чёрной сумкой, в которой лежали видеокассеты, и протянул Жеке.

— А где сегодня Джонс и Уинслоу? Опять решили подмениться, говнюки? — улыбаясь, спросил очкарик, и когда уже отдал сумку с кассетами, случайно посмотрел на бейдж Жеки, где явственно было указано, что Уинслоу — вот этот высокий здоровый парень, что стоит перед ним. Но это же невозможно! Догадка молнией метнулась в голове парня.

— Мать вашу, это что такое? — только успел воскликнул очкарик, показывая на бейдж, прикреплённый к тужурке Жеки.

Жека ткнул дохляка кулаком в подбородок и вырубил его с одного удара. Второй, сидевший за пультом, сделал быстрое движение рукой, протянув её к большой красной кнопке, выступающей над пультом. Это было включение общей тревоги. При её активации везде звучала сирена и во всём аэровокзале раздавался звуковой сигнал с просьбой покинуть помещения. Но Жекин напарник время даром не терял! Предвидя, что Жека разберётся с тем, который пошёл за видеокассетами, Смит понемногу приближался к тому, что сидел за пультом, когда первый охранник ушёл на склад, и подобрался на расстояние удара ногой.

— Не надо, парень! — Смит ударил охранника ногой в висок, и тот слетел со стула, так и не успев ничего предпринять.

Жека тут открыл сумку и проверил видеокассеты — нужные тут были. Каждая кассета с датой и временем записи.

— Всё в порядке? — спросил Смит, внимательно глядя на Жеку.

— Всё в порядке, — подтвердил Жека. — Кассеты есть. Надо сматываться.

Однако смотаться не удалось. Услышав в главном офисе какой-то шум, ситуацию в нём решил проверить тот качок, что стоял в фуражке, надвинутой козырьком на нос. Дверь открылась, и в проёме показалась его физиономия.

— Что за дьявол?.. — нахмурился качок. Только это и успел сказать. А ведь он мог бы закрыть дверь, смотаться и подать общую тревогу! Так бы и случилось, но это не дал сделать Жека! Услышав, как пикнул открывающийся замок, он бросил сумку на пол, выхватил пистолет, снял его с предохранителя, и когда лицо охранника на миг показалось в проёме двери, выстрелил ему в лоб.

Сейчас таиться уже не имело никакого смысла. Выстрел, конечно, могли услышать — да и охранник упал в коридор, залив его кровью, выплеснувшейся из разбитой пулей головы. Да... Это уже пошло не по плану, и сейчас надо было сматываться прочь, пока дело не приняло более серьёзный оборот — при стрельбе в аэропорту моментом объявлялся красный режим «Антитерор», и сюда могли послать кого угодно, от подразделения полицейского спецназа до Национальной гвардии. Стрелять из этой пукалки в бойцов с тяжёлой амуницией в планы Жеки не входило.

Жека подхватил сумку, перекинул её через плечо и, держа пистолет в вытянутой руке, вышел в коридор. У стеклянной двери со стороны аэровокзала стояли несколько испуганных человек и показывали на лежащего охранника, фуражка которого лежала поодаль, а из головы текла кровь. Увидев выходящего Жеку, они заорали и разбежались в разные стороны, крича, что увидели человека с оружием и здесь стрельба. Началась паника. Снизу на дверь глядели двое вооружённых охранников, одетых и снаряжённых точно так же, как и тот, которого замочил Жека. Увидев Жеку со стволом, они вытащили пистолеты и побежали к эскалатору, что-то крича.

— Уходим, уходим обратно, к двери! — крикнул Смит, вытащил из кобуры убитого охранника пистолет и побежал к лестнице, по которой они пришли сюда. Жека припустил за ним.

Когда выбежали в центральное помещение этажа, из офисов стали выходить люди. Увидев двоих бегущих с пистолетами людей, они стали с криками забегать обратно в кабинеты. Чёрт... Кипешь нарастал. Но ещё больше он вырос, когда Смит с Жекой наконец-то забежали на лестницу. В это время включилась сирена, и раздался громкий звуковой сигнал! Кто-то включил пожарную сигнализацию!

— Леди и джентльмены, большая просьба покинуть здание аэропорта! — сказал женский голос по громкой связи, эхо от которого разлетелось по всему зданию. Охранники включили пожарную сигнализацию!

Бегом спустившись по лестнице, Смит открыл дверь, и сразу же захлопнул её.

— Чёрт! Не выйти! С той стороны уже бегут! Тут не выбраться! — сказал Смит и на секунду задумался.

Положение становилось критическим — они оказались в западне, зажатые с двух сторон, с улицы и со стороны лестницы, откуда уже раздавались осторожные команды охранников, призывающие гражданских не беспокоиться и спрятаться в кабинетах. Если сейчас дать заблокировать себя здесь, то скоро приедет спецназ, бросит дымовые шашки, войдёт в масках и положит как тёпленьких.

— Пошли! — махнул рукой Смит. — Выйдем через подвал. Надеюсь, они ещё не перекрыли его. Не догадались.

Недалеко от лестницы находилась дверь с надписью «Underground floor». Она была закрыта на замок. Смит провёл карточкой по терминалу и разблокировал его. За дверью вниз вела освещённая лестница. Она двумя пролётами спускалась вниз и выводила в обширный подвальный комплекс, где находилось обслуживающее оборудование аэропорта — электро-, водоснабжение, вентиляция и канализация. В разные стороны вело множество проходов, по которым шли трубы разного диаметра и электрокабели. Где-то близко гудели мощные электродвигатели и приводимые ими в движение механизмы.

— Так, так... — быстро раздумывал Смит. — Должен быть ещё где-то чёртов выход. Технический терминал, по которому сюда завозят механизмы и оборудование. Он должен быть где-то там! Идём за мной!

На лестнице, с которой они спустились из служебных помещений, было тихо — очевидно, что охранники ждали спецназ, массивные чёрные броневики которого с надписями SWAT на бортах сейчас с воем летели по ночному Нью-Йорку, распугивая бомжей, торчков и мелких бандитов. Внутри — бойцы со специальным тяжёлым вооружением, вплоть до автоматов и пулемётов. Те, кто валят террористов и хорошо вооружённых преступников.

— Что задумался? — Смит обернулся и махнул рукой Жеке. — Пошли. В ту сторону.

Смит указал в направлении, над которым должно находиться основное здание аэропорта. В ту сторону вёл широкий коридор, по сторонам которого за сетчатыми ограждениями то и дело попадались мощные вращающиеся агрегаты, приводившие в движение лифты и эскалаторы. Гудели вентиляторы, гнавшие очищенный и кондиционированный воздух внутрь комплекса. Это был целый подземный город! А может, и катакомбы. От центрального коридора то и дело отделялись коридоры поуже, ведущие в полутёмные залы. Прошли минут десять, но это расстояние показалось бесконечным, а время — вечностью. Одни коридоры, трубы, тусклый свет и гудящие механизмы. Несколько раз приходилось поворачивать в разные стороны, и после нескольких поворотов Жека уже потерялся в точности направления, которого они придерживались. Похоже, заблудились...

— Надо осмотреться, — Смит остановился у большой карты, прикреплённой к стене. На ней был нарисован большой план коммуникаций всего подвала, на котором стояла большая красная точка, от которой шла стрелка, и поверх карты сделана надпись «Вы находитесь здесь». Если судить по карте, прошли уже под всем комплексом и находились с другой стороны.

— Так... — почесал переносицу Смит. — Мы сейчас недалеко от выхода, у грузового терминала, про который я тебе говорил. Там попробуем выбраться наверх.

Однако выбраться не удалось. Коридор вскоре вышел в достаточно обширную площадку, над которой был сделан небольшой кран для разгрузки автомобилей. Сюда завозили крупное оборудование, если требовался ремонт в подвальном этаже. К этой площадке с поверхности шёл пологий пандус, в конце которого, уже на поверхности, находились массивные двустворчатые автоматические ворота.

Очевидно, что это и был грузовой въезд, про который говорил Смит. Тут можно было подняться наверх! Жека со Смитом, не медля ни секунды, двинулись вверх и уже прошли половину расстояния по пандусу, когда дверь осторожно открылась, и тут же из бокового прохода осторожно выглянул боец в маске, бронежилете и с автоматом в руке. Приехал спецназ! И они сразу же полезли в подвал — сообразили, куда скрылись вооружённые люди с противоположной стороны здания.

Естественно, спецназовец сразу же увидел Жеку со Смитом, и что они с пистолетами. Он быстро убрал голову обратно за угол, несколько раз выстрелив наугад из автомата в их сторону. На счастье, пули пролетели мисо, сильно выше. Жека автоматически выстрелил в ответ из пистолета, но не попал.

— Не трать патроны — их мало! — укоризненно сказал Смит и махнул рукой. — Надо искать другой выход!

Другой выход искать было сложно. С той стороны, откуда только что пришли, спецназовцы уже шарили по стенам, потолку и сооружениям мощными фонарями. Бежать в ту сторону было бессмысленно. В другом направлении пока ещё спокойно, но идти туда было крайне неудобно — по потолку и полу змеились толстые трубы. Но всё-таки пошли. Очевидно, здесь находилось водоснабжение и канализация аэропорта.

На правой стене коридора Жека вдруг увидел небольшую дверцу-люк с надписью «Sewage system». Посередине люка был массивный штурвал, с помощью которого он открывался.

— Придётся спуститься в говно, брат, — весело сказал Смит и стал крутить штурвал. Через некоторое время люк открылся. Да... Изнутри неприятно пахнуло. Там была канализационная система.

Жека посмотрел внутрь — люк вёл в бетонную трубу диаметром около трёх метров, по которой бежал дурно пахнущий ручей. И, естественно, там было совсем темно. Жека зажёг фонарь, который забрал у охранника, и полез вниз по ржавым перекладинам. К счастью, идти прямо по воде не пришлось — прямо в трубе сбоку была сделана небольшая бетонная дорожка, вдоль которой и бежал ручей. Жека посветил в обе стороны фонарём и увидел, как с бетонной дорожки в разные стороны разбегаются полчища крыс.

— Вот же твари! — с отвращением сказал он.

— Ничего, не съедят, — усмехнулся Смит, осторожно спустился и прикрыл за собой люк, закрутив штурвал. — Я думаю, нас не сразу хватятся. Им сначала надо будет обыскать весь подвал, а на это уйдёт немало времени. Но нельзя исключать и того, что у них есть какой-нибудь уникум, который быстро соображает в поиске противника. В подвал они быстро спустились. Надо быть наготове. Пошли!

Жека в этот раз пошёл впереди, освещая темноту и пищавших крыс. Пока они ещё разбегались, падали в воду, но некоторые шипели, вставали в агрессивную позу, раскрывая пасти с острыми зубами, и приходилось пинать их кроссовком. Жека вспомнил про фильмы ужасов про крыс и всякую херню в канализации. Вот никогда бы не подумал, что сам попадёт в это дерьмо!

Идти было неудобно, только согнувшись. Иногда дорогу пересекали трубы поменьше, из которых тоже бежала грязная вода, поток полнился, и уже через пару сотен метров посреди бетонного коллектора бежала целая река, грозившая ещё немного и подтопить дорожку, по которой шли Жека со Смитом. Впрочем, через несколько минут в конце тоннеля появился свет и послышался шум падающей воды.

Окрылённый надеждой, что скоро выход, Жека прибавил ход, но упустил из виду, что сейчас ночь, и света на улице быть не должно.

Так и было. Труба заканчивалась, и вода мощным потоком вливалась в широкий канал, который имел не менее шести метров в ширину и сводчатый бетонный потолок. С обеих сторон канала были расположены металлические настилы из рифлёного железа, ограждённые перилами. Через каждые десять метров на стенах были установлены герметичные светильники в решётчатой защите, которые обеспечивали достаточное освещение для безопасного перемещения.

— Похоже, это один из главных канализационных каналов Квинса, — задумчиво сказал Смит. — Скорее всего, он выходит в очистные сооружения на берегу Ист-Ривер, на границе Квинса, где-то в районе острова Рузвельта. По крайней мере, мне кажется, он течёт на север. Туда и пойдём. По течению.

Смит показал рукой в нужном направлении и сейчас уже сам возглавил экспедицию. Здесь тоже были крысы, которые бегали по пешеходным настилам, и точно так же приходилось их разгонять и отпинывать ногами.

— Сколько туда идти? — спросил Жека.

— Километров пять ещё, — пожал плечами Смит. — Учитывая, что мы пару километров уже прошли под землёй. Но будем надеяться на лучшее, может быть, где-нибудь удастся выбраться на поверхность. Самое главное — мы смотались от спецназа.

Через сотню метров канал вышел в что-то вроде большого озера, посреди которого кружился водоворот. Отсюда выходило целых три канала в разных направлениях, над которыми висели заржавленные таблички с буквами А, В и С. По-видимому, это названия коллекторов, которые сообщали, куда они проложены. На стене висела карта канализационной системы, но она по виду, сильно испорчена влагой, и что на ней нарисовано, разглядеть было совершенно невозможно. Зато за углом пересекающегося канала в стене была дверь с надписью «Exit», сообщавшей, что здесь и находится выход на поверхность. Над дверью горел большой красный фонарь, привлекавший внимание.

— Пойдём! — кивнул головой Смит и дёрнул заржавевшую ручку. Жека с усмешкой подумал, что сейчас по закону фильмов ужасов дверь должна заклинить, а сзади, из тёмной зелёной воды, выбраться какой-нибудь монстр. Однако, естественно, этого не случилось. Замок и петли двери были хорошо смазаны, и дверь отворилась практически бесшумно. За дверью была небольшое помещение, из которого наверх поднималась лестница. И прямо на этой лестнице вытянулся человек. Смит осветил фонарём — по затасканной одежде и худому землистому лицу с втянувшейся кожей можно было предположить, что человек — наркоман, затарившийся сюда, чтобы ширнуться дозой.

Значит, поверхность совсем рядом. Вот только что ждёт на ней...