Русалки. Хамелеон

Глава 1

Данный текст является художественным произведением. Все совпадения с реальными событиями, местами и людьми случайны.

Уже давно я думала, что моя жизнь сложится как у всех: школа, её окончание, универ, работа, замужество, дети … Нет, разумеется, я надеялась на чудо, которое бы позволило мне вырваться из цепких объятий обыденности, но чем дальше, тем меньше: проход в Нарнию в шкафу не нашелся, письмо из Хогвартса мне не пришло… Но чудо всё же случилось – в пятнадцать лет я Превратилась (то есть стала русалкой).

Конечно же, это случилось не мгновенно и не просто так, особенно если учесть, что хвост и все к нему прилагающееся наследуется, и вообще определяется генетически. Началось все с того что родители в лучших своих традициях даже не поинтересовавшись моим мнением перевели меня в другую школу. Да не просто школу, а школу-интернат для девочек, расположенную в жуткой глуши, посреди леса в сотнях километров от Энска! Я, разумеется, от такого была, мягко говоря, не в восторге, но, учитывая, что ситуацию спровоцировала моя драка с бывшим парнем… В общем смирилась, хотя личности здесь учились весьма странные (одной из таких показалась мне моя будущая подруга Рия).

Первая ночь выдалась практически бессонной: я умудрилась себя качественно накрутить и из странных мелочей, коими изобиловало моё пребывание в этом месте, состряпать нечто невообразимое. На деле всё оказалось не так плохо. Хотя может и куда хуже, но это уже потом. А сначала всё было хорошо: я Превратилась, начала учиться, познакомилась с классным парнем, которому вроде как приглянулась. А между делом вместе с новыми подругами сбежала из школы, нарвалась на Охотников и чудом избежала смерти, посмотрела на самую настоящую магическую дуэль, узнала, что моя крестная – тоже русалка, и вместе с ней поучаствовала в спасательной операции. При зрелом размышлении, лучше бы не участвовала, потому что то, что я там увидела, я бы не пожелала видеть никому. Так что, когда тетя Лена сделала мои воспоминания не столь яркими и потому не столь пугающими, я была искренне ей благодарна.

Потом были реформы Маргариты Николаевны и их последствия в виде врученной нам с Рией в качестве наказания за дурацкие шуточки группы первоклашек; монстра математики и физики, а по совместительству мерфита Асавена; похищения меня собственным дедушкой, оказавшимся настоятелем Храма Астерианской Империи… много всего в общем.

После похищения события вообще понеслись словно лавина: тренировка с Сэмом, встреча с Алининым братом, связь с которым соседка потеряла, нежданно-негаданно став русалкой, свидание с Андре в Санкт-Петербурге, заведшее нас с ним (а также Алину с Фывом и только что превратившегося мальчишку) в полуреальность, путешествие вдвоём с Андре по жутким пещерам и туннелям, странные видения, существа, не отбрасывающие тени, встреча с взрослой Рией, снова звучащие в голове голоса, монстр и попытка бегства от него, странная сила, позволившая его отвлечь, а дальше только спутанное сознание и волокущий меня Андре.

Вновь оказавшись в Храме Астерианской Империи, я ещё не подозревала, насколько по-крупному вляпалась на этот раз. Иначе бы сбежала. Ведь могла, шанс был. Да, пришлось бы ещё сколько-то побродить по полуреальности, но вполне возможно последствия этой прогулки были бы куда как менее фатальны, чем последующие за нашим невольным визитом в Храм события…

В итоге спустя какой-то месяц после моего Превращения все снова изменилось. И причиной тому стала моя помолвка с Третьим Лордом Подводного ветра. Безумно красивым, безумно богатым, дико влиятельным, но… совершенно мною не интересующимся. Впрочем, это взаимно. Да и как таким интересоваться?! Ему же уже с полтысячелетия, а мне всего пятнадцать!

Разумеется, когда я вернулась в школу через почти четыре недели после помолвки, всё уже не могло быть как раньше. Месяц в резиденции Лордов не прошёл для меня даром. Прежней я уже точно не была. Хотя, не буду спорить, в пребывании там была уйма положительных моментов. Начиная с того, что я научилась вполне сносно колдовать и уже могла себя защитить, спасибо нещадно гонявшему меня Аллейну; стала лучше маскироваться и плавать с хвостом, за что благодарность Серелье, согласившемуся поиграть со мной в прятки и позволившему так надругаться над своим бассейном; лучше готовить: тут уж можно благодарить разве что саму себя, а также неумение и нежелание Лордов заниматься кухней в совокупности с их паранойей, не позволяющей нанять слуг (а может дело тут было не в паранойе, а в желании меня проверить, хотя возможно это уже моя паранойя). И заканчивая тем, что теперь я разобралась в истории нашего мира (огромная благодарность Освейну). Подлинной истории, я имею в виду. Это в свою очередь позволило гораздо лучше разобраться в том болоте, в котором я по неопытности, из-за стечения обстоятельств и чьих-то хитроумных интриг умудрилась завязнуть.

Вот только были и минусы, причем немалые. И основным тут был сам факт помолвки, меня совершенно не радующий. Кроме того, рассказать правду о том, где была, я никому не могла. Так что для всех я провела месяц в Храме, пока дед-настоятель утрясал внутренние разногласия, чтобы меня вызволить. Такую легенду предложил мне заявившийся посреди ночи жених (со дня помолвки виденный мной впервые), после того как разрешил мне вернуться и даже любезно открыл портал к школе. В общем-то, просто и понятно. Вот только и близко не похоже на правду. Да и как мне скажите на милость объяснять мои резко возросшие познания в магии? Чего стоит только умение открывать порталы. А я ведь запросто могу перенестись на любые расстояния в пределах планеты. И портал не открою разве что в глубоководные города вроде Марианского, да в супер защищенные места и «карманы реальности» типа того же Храма. В остальном я ограниченна лишь необходимостью правильно сформировать образ того места, куда мне надо перенестись, потому что с координатными порталами, таких ограничений не имеющих, у меня пока не ладилось.

С чего я вдруг вспомнила именно про порталы? А с того, что, оказавшись у ограды школы в полной темноте, я тут же поспешила домой: не заявляться же в школу посреди ночи?! Да и переодеться бы надо! Конкретно это платье, конечно, хорошее и мне даже нравится, но заявляться в нём в школу? Увольте! Я лучше сначала в балахон переоденусь. Благо у меня в шкафу в школе дедушкин вроде валялся, а перенести свою вещь для меня теперь не проблема. Лишь бы тетя Лена раньше времени не засекла.

Открыв портал без начертания прямо в свою комнату, огляделась, осматривая помещение сначала нормальным зрением, а потом магическим. Никого не обнаружилось ни в комнате, ни в квартире. И даже тети Лены – моей крестной, живущей по соседству – дома не наблюдалось. Идеально для меня, хотя, конечно, странно, что в столь поздний час родители где-то ходили. Может, опять в командировках? О том, как я бы стала объяснять им свое появление в запертой квартире буквально из воздуха да ещё в старомодном платье, утрать я контроль над маскировкой и будь они дома, я задумалась, уже перенесясь. Как собственно и о том, что с дедушки сталось бы выставить у нас дома защиту. Вот что значит спросонок порталы открывать!

Сняла маскировку и небольшим порталом перенесла себе балахон. Слегка смяв его, бросила на постель, будто только что скинула.

Потом быстренько сняла платье. Благо опыта теперь было до ужаса много, а я со временем смогла добиться некоторого консенсуса относительно одежды, так что корсеты и прочие излишества в моей сегодняшней одежке отсутствовали. Набросив любимый махровый халат (Ура нормальной одежде!), аккуратно сложила и убрала амазонку подальше: не дай Подводная богиня мама наткнется!

Оглядела комнату и довольно кивнула. Если появится крестная, совру, что это дедушка меня сюда перенёс. Надеюсь, столь откровенной лжи тетя Лена не заметит, а проверять следы полениться.

Радуясь такому родному и обычному электрическому, а не магическому свету, прошлепала на кухню и заглянула в холодильник. Тот, к сожалению, оказался удручающе пуст, но, порывшись по полкам, я отыскала рыбные консервы. Облизнулась, ибо после месяца собственной готовки (макароны и каши я теперь долго есть не смогу) даже это было деликатесом, а уж для русалки с нашей любовью к рыбе в любом виде тем более. Вытащила консервный нож и быстро вскрыла банку, на полпути вспомнив, что могу помочь себе магией. Но всё же завершила дело вручную: была велика вероятность ошибиться и остаться вообще без еды. Покопавшись ещё немного, нашла полбатона уже далеко не свежего хлеба. Это сразу подняло настроение.

С аппетитом поедая консервы, размышляла о дальнейших действиях. Узнать бы сейчас, куда родители уехали и что у русалок творится. Но как это сделать, не выдав себя? Особенно учитывая, что мой мобильник в школе, а мысленно связываться я по легенде пока не умею. На самом деле умею, хотя и паршивенько – не зря меня Аллейн месяц учил! Жаль, Серелью не спросишь, ему, как и остальным Лордам, сейчас явно не до того. Ещё бы, учитывая, что Огненный опять напал на Подводный ветер! Как вспомню огненные сполохи, проникающие через оконное стекло и освещающие комнату, красивое мрачное и решительное лицо моего жениха, играющие на его светлых волосах отсветы, так становится жутко. И страшно за Лордов, к которым я успела если не привязаться, то уж привыкнуть-то точно. Как они там? Справляются?

За такими мыслями содержимое банки кончилась быстро. Удивленно посмотрела на неё, вздохнула и выбросила в мусорку. Налив себе немного воды из-под крана, глотнула и закашлялась. Чертова хлорка! Как я могла о ней забыть? Неужели из-за всего пары месяцев вне человеческого города? Разбаловалась совсем с этой магической очисткой. Кстати, а это идея! Магией очистив воду от вредных примесей, осторожно сделала глоток. Пойдёт, пожалуй. Допив, поставила чашку на место.

И что теперь? Одеваться в балахон и всё-таки переноситься в школу? Или же переночевать тут, а уже утром добираться автобусом? Зевнув, решила, что последний вариант мне нравится больше. Особенно, если учесть, что сейчас третий час ночи. По местному времени. Подводный ветер, естественно живет по другому, даже несмотря на то, что располагается в кармане реальности. Хотя перестройка на другой часовой пояс мне, наверно, не грозит, так как день по освещению там не сильно отличался от ночи, а я вставала, как мне заблагорассудиться.

Вернувшись в комнату, разобрала постель. Потом умылась и, поборов параноидальное желание выставить защиту, легла. Уже устроившись на нормальной, человеческого производства кровати без всяких балдахинов сообразила, что я наконец дома. Действительно дома. Снова свободна в своих действиях, хотя и относительно, учитывая, что я всё ещё невеста Анхеля. Но теперь я могу с этим что-то сделать, а это уже немало.

С такими мыслями и уснула. В кои-то веки без сновидений и даже без Снов про Лёшу. Вот уж чью жизнь я за прошедший месяц изучила детально! Но сегодня мироздание позволило мне выспаться.

Открыв глаза, несколько минут лежала, глядя в потолок. Обычный, знакомый натяжной потолок, не имеющий ничего общего с голубым балдахином. Действительно дома. Опомнившись, проверила магическим зрением, не вернулся ли кто. Но никого не оказалось. Странно, очень странно. Хотя мне так, разумеется, проще.

Ещё немного понежившись в постели, рывком поднялась и, накинув халатик, прошлёпала на кухню. Все помещение заливал яркий солнечный свет. Позабыв обо всем прочем, я рванулась к окну и распахнула створку. Солнце! Свежий воздух! С восторгом глядя в голубое небо и чуть щурясь от яркого света, я дышала полной грудью. Как же мне осточертел вечный мрачноватый сумрак и затхлый воздух Подводного ветра!

Не знаю, сколько прошло времени прежде чем я опомнилась. Первым делом поставила чайник, и даже эта простая казалось бы процедура вызвала у меня всплеск радости: никогда не думала, что это такое наслаждение – пользоваться обычной, нормальной газовой плитой после того как месяц мучилась с капризным и морально устаревшим магическим очагом пусть и приближенным к виду современных электроплит. Разумеется, поначалу непривычный бытовой прибор вызвал у меня трудности (да-да, я попыталась зажечь газ с помощью магического импульса, а не элетроподжига), но я все равно была рада. С чайником проблем не возникло: у Лордов я путем проб и ошибок успела научиться наливать воду в емкости таким образом, чтобы не обливаться самой.

Убедившись, что голубой огонек горит там где нужно, а крышка на чайнике плотно закрыта я было направилась умываться, но вовремя вспомнила, что в ванной из-за хвоста могу застрять на весьма продолжительный срок. За это время чайник не только закипит, но и выкипит.

Поразмыслив, решила сперва прояснить вопрос с завтраком и взялась за поиски продуктов. К моему великому счастью помимо всяких круп, макарон и растительного масла в одном из шкафчиков обнаружился суп быстрого приготовления. Каш и макарон я на несколько лет вперед наелась, так что сойдёт. Осторожно наполнила кастрюльку, но ставить её на газ решила уже после умывания.

Чайник закипел, когда я уже подобрала себе одежду на сегодня и покидала то, что сочла необходимым в небольшой белый рюкзачок (все мои большие сумки остались в школе, а родительские явно уехали вместе с ними в пока неизвестном мне направлении). Выключив плиту, направилась в ванную.

Вот тут-то я и оценила преимущества удлиненных ванн с приспособленным для русалок расположением кранов. Ибо ни одному из этих параметров конкретно этот образец сантехники не соответствовал, а потому было до крайности неудобно: хвост (точнее плавники) не помещался целиком, а до крана было не дотянуться. Впрочем, я же теперь маг, так что… щелчком пальцев выключила воду, противно щипавшую хвост. Вздохнув, убрала дурацкую хлорку. Так-то лучше. Вот и хвост придётся чистить от этой гадости!

Очистка белой, под цвет ванны, чешуи обычной мочалкой (вместо специальной щеточки) заняла меня надолго. А ведь теперь ещё расчесываться… Причем, просто плюнуть на это дело нельзя: от мгновенной сушки волосы спутаются так, что как бы не пришлось идти в парикмахерскую. Самое печальное, что от того расчешусь я перед превращением обратно или нет зависит только степень запутанности, а никак не само наличие колтуна на макушке.

На водные процедуры ушло не меньше сорока минут, так что, когда я закончила с волосами и дождалась высыхания, чайник уже изрядно остыл. Ну и ладно. Обойдусь горячим супом.

Помешивая содержимое кастрюльки, в которую помимо пакетика супа досыпала ещё остаток упаковки какой-то вермишели подвида «только в дорогу» и одну кое-как покоцанную картофелину, наслаждалась видом из окна. В общем, то что он убежал, было ничуть неудивительно. Как и то что мыть плиту я не стала, вместо этого черкнув родителям записку с общим содержанием типа «приезжала, вас не застала».

Поев, переоделась (Джинсы, как я по вас скучала!), закинула на плечи рюкзак с вещами и, заперев квартиру запасными ключами, решительно направилась к крестной (благо жила та в соседней квартире). Надеюсь, тетя Лена догадалась поставить оповещалку, и мне не придется добираться самостоятельно.

Нет, я, конечно, могу открыть портал, но тогда возникнет закономерный вопрос: «Кто же меня этому научил?». И сказать правду я, разумеется, не смогу, потому как становиться собственностью Лордов мне не улыбается. Спасибочки, у меня в жизни другие планы! Конечно, подводноветерских рабов-нереидов или рабов-русалок я за месяц пребывания в резиденции так и не видела (Подозреваю, на рынок меня не выпускали не только из-за опасности покушений на мою персону, но и из-за этого). Но читать о том, что работорговля в Подводном ветре не только существует и по сей день, но и является существенной статьей доходов, я читала. Так что надо сделать всё для того, чтобы никто не смог и предположить, что я была в Подводном ветре.

Устав ждать, проверила дверь крестной на наличие магии. Оповещательного заклятья среди наложенных чар, как я уже и начала подозревать, не оказалось. Чертыхнувшись, вернулась в свою квартиру и включила родительский комп – надо посмотреть, во сколько автобус в сторону школы. Не выдержав искушения цивилизацией, включила первую попавшуюся музыку (моя, к сожалению, вся была или на ноуте или на телефоне) и полезла в Интернет. Первым делом вместо того, чтобы открыть поисковик и найти сайт Энского автовокзала, отыскала любимую песню и, услышав её первые ноты, счастливо улыбнулась. Музыка! Как же я скучала по ней!..

Опомнилась я, только перебрав с десяток мелодий. По здравому размышлению, решила сперва позаботиться о развлечении в дороге, а потом уже разбираться с делами. Никуда они не денутся, а я уже больше месяца нормальной музыки не слушала! После недолгих поисков в одном из шкафов отыскался папин старый плеер (мама обычно ездила на машине, так что прекрасно обходилась без такового). Следующим шагом было точечным порталом (кто бы знал, чего мне стоило их выучить) перенести из оставшегося в школе мобильного карту памяти.

Та, несмотря на мои сомнения насчет влияния магии на технику и возможность через портал осторожно вытащить карточку, оказалась в полном порядке, так что я убрала готовый к работе плеер в рюкзачок и наконец открыла страницу поисковика чтобы найти расписание автобусов.

Но планы были вновь отложены едва взгляд наткнулся на новости. Снова не удержавшись, я открыла одну из статей и включила видеосюжет. Непривычное после двух месяцев видео послушно начало воспроизводиться. Я даже не прислушивалась к тому, что говорил диктор, просто балдела от самой возможности смотреть что-то. Как же я скучала по этому!

Так что когда добралась до сайта автовокзала, оказалось, что ближайший автобус уезжает через десять минут, а следующий только через два часа. Если портал открою, успею. Не хотелось бы, но, видимо, придётся. Потому что если ждать два часа, то в школу я попаду только часам к трём, занятия к этому времени как раз закончатся, и моё возвращение сразу же заметят все, включая подруг. А мне бы хотелось сперва поговорить с Илиной Владимировной и тетей Леной, чтобы хотя бы знать, что врать остальным. Значит, сейчас быстренько выключаю комп, маскируюсь и открываю портал на автовокзал.

Хотя стоп! День недели-то сегодня какой хоть? Может воскресенье, а я тут переживаю из-за времени? Посмотрела на часах компьютера. Ага! Вторник, двадцать шестое мая. Тпру! Уже? Это что же учиться осталось меньше недели? Так может и не стоит? А, черт! Раньше надо было думать! Крестная всё равно засечет, если тут останусь. Ну что ж, выключить компьютер, запереть дверь и в путь.

Портал перенес меня в переулок неподалеку от автовокзала – всё же рисковать и переноситься на запруженную людьми и изредка попадающимися Охотниками платформу я не стала, предпочтя добежать до неё своим ходом. Тем более что погода стояла просто чудесная: теплынь, травка зеленеет, яблони цветут и небо такое голубое… Не то что в Подводном ветре с его вечной холодрыгой. Та, кстати, была прямым следствием расположения входа в «дворцовый купол» за полярным кругом (так мне объяснили, по крайней мере).

В автобус села без приключений. Заплатила за проезд, окинула взглядом (как простым, так и магическим) попутчиков, обнаружила, что они все обычные люди и, расслабившись, вставила капельки наушников в уши. Да здравствует тот, кто изобрел MP3-плеер! Слегка дрожащими от предвкушения пальцами, выбрала первую композицию. Какое же чудо эта техника!

Наверно, я всё-таки непозволительно расслабилась, раз позволила тому нереиду застать себя врасплох. Но что теперь сделаешь?

Собственно, ничего в моей поездке, длившейся уже полтора часа, не предвещало неприятностей: я смотрела в окно, слушала музыку, автобус бодро ехал вперед, не так уж часто останавливаясь для того, чтобы впустить-выпустить пассажиров, люди входили и выходили, природа за стеклом радовала глаз, в общем, тишь да гладь.

Была. Ровно до того момента как сбоку от меня возник нереид. Не знаю, открыл он портал или просто зашел через заднюю дверь на предыдущей остановке, где большая часть пассажиров вышла, но рядом со мной он возник неожиданно. Может именно это меня и спасло? Потому что я чисто рефлекторно шарахнулась в сторону, этим спасаясь от немаленького такого ножа. И, не иначе благодаря тренировкам с Аллейном ещё прежде чем подумала, что делать, швырнула в нереида воздушной сферой, изрядно приправленной мерфитской силой.

Нереид от моего заклятья увернулся. А жаль, потому что энергии в него вложено было немало. Подняв щит, приняла следующий удар на него, параллельно готовя самый опасный для водников огненный шар, сотворение которого мы с Аллейном тренировали «так далеко от Серельи (который тоже был нереидом), как это только возможно». Но и он не достиг цели, подпалив одно из кресел по соседству. Сразу запахло гарью[1]. Черт! Надеюсь, тут есть огнетушители… Кто-то из людей закричал: «Пожар, пожар!».

Надо как-то выбираться из автобуса: здесь слишком мало места и слишком велик риск зацепить невольных свидетелей (которые, кстати, нереида и моих заклятий почему-то не видели). Вот только как? Окно что ли выбить? В принципе, почему нет? Удерживая щит и парируя им атаки противника, снова кинула в водника воздушную сферу, а потом долбанула второй такой же по стеклу.

Тонкая преграда брызнула осколками, вызвав в рядах пассажиров дополнительную панику. Но мне некогда было думать о последствиях – усилив щиты, я вызвала заклинание левитации, и, молясь о том, чтобы не разбиться, толкнулась ногами и спиной вперед выпала из окна.

Приземлилась, благодаря весьма сносно у меня получающейся воздушной магии, замедлившемуся движению автобуса и щитам, ничего не сломав (пусть и не сразу это осознала). Правда, развернуться в воздухе уже не смогла (и времени не хватило и уровень владения магией у меня не тот все-таки чтобы такое проворачивать). Да ещё от удара и вызванной им боли утратила контроль над щитами, чем не замедлил воспользоваться противник, покинувший движущийся транспорт куда как изящнее меня.

По счастью в последний момент я успела подставить на пути кинжала, явно стремящегося к сердцу, руку. Ту прошило адской болью. Я, кажется, не сдержала вскрика. И со всей дури швырнула в нереида ту самую зелёную волну мерфитской силы. Но нереида это, как ни странно, только отбросило на пару метров. Впрочем, мне в тот момент было не до удивления: с трудом сев, создала здоровой рукой огненный шар и кинула в несколько оглушенного противника (хотя по всем правилам его едва ли не на отдельные молекулы разорвать должно было!).

«Надо будет поблагодарить Аллейна за то, что заставлял тренировать обе руки», – мелькнула мысль на грани сознания.

На этот раз мой несостоявшийся убийца не увернулся, хотя и ощутимого вреда вроде бы противоположная стихия ему не причинила. И это напрягало: похоже, защита на нем была нешуточная. Не мне с ней тягаться. А значит надо уходить. Попытка открыть портал провалилась: банально боль в руке не позволила. Ну не настолько я ещё крутой маг, чтобы, истекая кровью, нормально колдовать. Особенно если необходимо обе руки задействовать, а одна ранена.

Нереид ждать, пока я открою портал, явно был не намерен: встал и уже снова приближался ко мне. Оставив бесплодные попытки сбежать, укрепила щит и попятилась. Сдаваться я была не намерена, но на обезболивающее заклинание требовалось время. Его я и собиралась тянуть.

Вот только противник моих планов не разделял: друг за другом, словно привязанные, в меня полетели кинжалы. От нескольких я увернулась, ещё пара, напоровшись на щит, отскочила, но последний вскользь задел плечо другой руки.

Встретившись взглядом с прозрачными ничего не выражающими глазками явно не низшего нереида, попятилась и, не заметив края дороги, споткнулась о кочку. Падение отозвалось болью в спине и руке. Я вскрикнула и, кажется, опять швырнула что-то мерфитское. Может волну, а может и что-то другое. Зрение само собой перешло с обычного на магическое, расцветив мир синими и зелёными красками.

Стоп! Зелёными? Здесь мерфит? Откуда? Кто? Он мне поможет? Или нет? Судя по всему, появление нового действующего лица водника как минимум спугнуло – буквально спустя несколько мгновений синее-голубоватое поле нереида исчезло как и не было. А вот мерфитская зелень и ещё одно синее поле, но несколько другого оттенка наоборот направились ко мне. Друзья? Враги? Я не знала, но покорно ждать смерти не собиралась.

Да я ещё не слишком умела, ранена, вымотана, но сдаваться?! Обычной магии уже почти не осталось, но границ мерфитской я не чувствовала, а значит, смогу хотя бы умереть, сражаясь, и что важнее свободной, а не скованной по рукам и ногам вражескими заклинаниями. Жаль, конечно, сдохнуть вот так по глупости, но могли быть варианты и похуже.

– Я не сдамся! Не подходите! – предупредила я, вставая.

Противники остановились, но я все равно поспешила обезопасить себя. С трудом, превозмогая боль, выбросила вперед обе руки, по каплям собирая на пальцах мерфитскую силу. Сначала она концентрировалась неохотно, словно просачиваясь через узкую щель, а потом хлынула настолько мощной волной, что я едва её не выплеснула.

– Что вам нужно? – дала я незнакомцам последний шанс.

Ответа не последовало. Собственно, как я поняла потом, в тот момент я вообще не слышала ни звука: ни пения птиц, ни прочего лесного шума, ни голосов противников. Только стук собственного сердца.

Новые действующие лица не делали попытки приблизиться, хотя и не уходили. Не пытались атаковать, хотя такая возможность у них была. Но и не говорили. Мне оставалось только гадать, что им нужно, и держать наготове заклятье.

«Успокойся», – попросил мужской голос прямо в голове. Знакомый голос. Такой звонкий и яркий в окружающей тишине.

– Кто Вы? – вслух спросила я.

«Друг. Я не причиню тебе вреда. Я – Асавен, ваш учитель математики. Помнишь меня?»

Пальцы чуть покалывало от энергии. Я уже чувствовала готовое сорваться заклятье. Магия переполняла.

Мужчина повторил:

«Всё хорошо. Ты в безопасности, Света.»

Что-то в его словах заставило меня замереть несмотря на то, что уже сейчас я могла высвободить своё творение из плена собственного тела. Ведь надо всего лишь добавить ему капельку магии. Маленькую, почти незаметную капельку… Крохотный импульс.

«Убери заклятье, девочка. Ни я, ни твоя крестная не желаем тебе зла. Мы хотим помочь. Мы друзья…» – он говорил что-то ещё, но я его уже не слушала. Крестная? Тетя Лена? Это синее поле – это она?

С трудом сдерживая энергию, перешла на обычное зрение. Всё вокруг было словно затянуто зелёной пеленой. Моргнула, но это не помогло. Впрочем, даже сквозь эту муть я видела замершую в нескольких метрах от меня крестную. Рядом стоял сосредоточенный математик. И это явно были именно они, потому что иллюзий я бы банально не увидела.

Наверное, узнавание как-то отразилось на моем лице или во взгляде, потому что лицо крестной озарила неуверенная улыбка:

– Света?

– Да? – голос оказался хриплым.

– Ох, Света! – тетя Лена рванулась ко мне.

– Стой! – хором воскликнули мы с мерфитом.

Взрослая русалка замерла, явно не понимая, в чем дело. Я же обратилась к Асавену:

– Как мне избавиться от силы?

– Расплети заклинание и выпусти.

– А… – я взглядом указала на крестную.

– Если не применять заклятий, это просто энергия. Она безвредна. Но на всякий случай я поставлю щит.

– Отлично, а я отвернусь, чтобы не попасть по вам, даже если не справлюсь.

Крестная, к которой я повернулась спиной, сдавленно охнула, но мне было не до того чтобы разбираться. Сила буквально жгла кончики пальцев. Раненная рука онемела. Да ещё и задача оказалась не так проста, как на словах. Вот сам бы попробовал распустить уже готовое к применению заклинание, причем сплетенное на чистой интуиции! Это что-то из разряда «пойди туда, не знаю куда, возьми то, не знаю что».

– Как его расплести?! – едва ли не прорычала я, промучившись несколько минут.

– Как сделала бы это с обычным заклинанием.

Из обычного я бы просто энергию вытянула в резерв и дело с концом. Но не препираться же сейчас с мерфитом. Скрипнув зубами, вновь посмотрела на чары магическим зрением. Вместо привычной вязи заклятий там была какая-то мешанина. Промучившись ещё некоторое время, сдалась: проще все-таки применить, чем развеять.

– Что это за заклятье? Что будет, если я его применю?

– А ты этого не знаешь?! – в голосе Асавена звучало неподдельное изумление.

– Нет. – И уточнила вопрос: – Если я его применю, ваши щиты выдержат?

– Да, – с заминкой ответил мужчина.

Что ж. Будем надеяться на лучшее. Я задала рукой направление и отпустила наконец чертово заклятье.

Ближайшие деревья (а это были несколько берез толщиной с мою талию) буквально снесло насыщенно зеленой волной. Молодая трава пожухла, сравнявшись оттенком с прошлогодними листьями.

– Надеюсь, никто из Лесных не узнает, – прокомментировал этот кошмар мерфит, подходя ко мне. Вот уж точно. Представила, что бы сказал по этому поводу Освейн и поёжилась. А ведь этот точно узнает. Ох, влетит мне!

– Ты в порядке? – осведомился мужчина, помогая мне снова сесть.

– Не особо, – указала взглядом на руку. Увидев мерзкую, обильно кровоточащую рану, попыталась отвести взгляд, но замерла, заметив что моя кровь чуть заметно светися зеленью. Это ещё что такое?

– Ещё одни возможные последствия использования мерфитской магии. Скоро пройдёт, – утешил Асавен, уже колдуя над раной. Сперва из неё исчез всякий мусор, потом буквально на глазах остановилось кровотечение. И финальным аккордом след от нереидского кинжала затянулся тоненькой корочкой.

Рядом присела крестная:

– Надеюсь, он не был отравлен.

– Не был, – успокоил и её, и меня мерфит. – Кто бы ни стоял за этим нападением, они явно понадеялись, что нереид справится и так.

Вот уж вряд ли. Я скорее поставлю на то, что с посторонними жидкостями и хорошо растворимыми веществами нереиды не в ладах… Хотя, может, Асавен и прав.

– Ну, он и так практически справился.

– Ох, Света, – крестная потянулась ко мне. Но тут же замерла, явно вспомнив что-то: – Что у тебя со спиной?

– А что с ней? – сперва не поняла я.

– Там кровь, – ответила она, уже обходя меня слева.

Когда тетя Лена аккуратно коснулась спины, я вздрогнула и прикусила губу, чтобы не заорать.

– Ну что там? – спросила сквозь зубы.

– Здесь столько грязи, крови и ткани, что ни черта не понятно, – ответила она как-то сдавленно. А если добавить к этому то, что она помянула черта, дела мои не слишком хороши.

Видимо, к таким выводам пришла не я одна, потому что Асавен подключился к осмотру:

– Я сейчас уничтожу эту твою блузку, ладно? – и не дожидаясь ответа, он щелкнул пальцами. Почувствовав холодок, поёжилась. Подавила горестный вздох: это моя любимая летняя кофточка. Была. – Где ты так?

– Из окна автобуса пришлось выпасть, – с напускным спокойствием ответила я. Мерфит в это время магией очищал рану, и было это куда неприятней чем с рукой, даже несмотря на то, что кто-то из взрослых уже накинул на меня обезболивающее заклинание. Судя по всему, как я и опасалась, какие-то из осколков автобусного стекла я в буквальном смысле собрала собой.

– Ох! – только и смогла выдавить я, когда из раны вытащили очередную стекляшку. Хорошо, что я уже сижу.

– Почти закончили, – постаралась успокоить меня дрожащим голосом тетя Лена, кладя мне руку на плечо и явно накладывая следующую по силе ступень обезболивающего.

Мне сразу стало легче. Но ненадолго: физик что-то дернул так, что у меня слезы из глаз брызнули.

– Это был последний, – успокоил он, продолжая колдовать над моей спиной.

Крестная попыталась поддержать:

– Вообще удивительно, что ты ничего не сломала при падении.

Да, в общем-то, это-то как раз неудивительно: щит и левитация смягчили приземление. Но только первое из двух и не до конца. Если бы я от неожиданности удара не утратила контроль, даже синяков бы не осталось. Но я утратила и вот результат. И это, кстати, серьезный прокол: потеря контроля – одна из грубейших ошибок, которую я, между прочим, уже две недели назад допускать перестала! А тут вот нате вам! Видимо, мало меня Аллейн валял во время тренировок. Или же я просто там морально была готова, а тут нет…

Поймав себя на мыслях о том, как бы мне в школе найти согласного поотрабатывать со мной контроль над щитами, усмехнулась. Всё же почти месяц с Пятым Лордом, чья жизнь – магия, даёт о себе знать: раньше мне такая мысль бы и в голову не пришла даже в шутку, а тут я вполне серьёзно её рассматриваю. Как же я изменюсь, если всё-таки стану женой Анхеля и буду проводить с Лордами большую часть жизни в течение многих лет?! Брр, представить страшно! Надеюсь, я этого никогда не узнаю, тем более что мой дорогой жених дал мне время до совершеннолетия.

Пока размышляла, Асавен закончил с лечением моей многострадальной тушки, и я наконец смогла задать немаловажный вопрос:

– Кстати, как вы меня нашли-то так вовремя?

– Выброс мерфитской магии почувствовал, – сообщил математик.

– А я твоё поле, – отозвалась тетя Лена, протягивая мне пиджак, явно только что перенесенный порталом, потому что до этого на ней ничего кроме тонкой блузки не было.

Я благодарно кивнула и, стараясь не потревожить раны, уже надела его на одну руку, когда крестная меня остановила, чтобы залечить позабытую мной и Асавеном царапину на правом плече. Я покорно стояла, даже ничуть не переживая по поводу того, что стою в одном бюстике на обочине дороги перед мужчиной. Во-первых, постоянные превращения от воды отучают стесняться. Особенно если при этом ты месяц живешь в одном доме с двумя мужиками и одним условно мужиком (пол у нереидов явление очень условное). Во-вторых, мерфит меня в подобном, даже худшем виде, уже видел, когда я превратилась под дождём, только там бельё ещё и полупрозрачное было. Ну а, в-тертьих, с помощью магического зрения я заметила накрывший нас купол невидимости сразу, как его поставили. А поставили они его, едва появившись. И, если я хоть что-то понимаю в характере чар, ставила русалка. Так что уж люди-то нас точно не увидят. Тети Лены же стесняться было просто глупо.

Закончив с царапиной, крестная помогла мне с пиджаком. Он оказался несколько великоват. Но это было всё же лучше, чем полуголой ходить (повторяю, присутствующих я ни коим образом не стеснялась, но в пиджаке всё же было комфортнее и теплее). Всё-таки май – это ещё никак не июль.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, вложив в это слово все свои чувства по поводу спасения. – Если бы не вы…

– Тсс! Не думай об этом, – посоветовала тетя Лена, обнимая. И крепко прижав меня к себе, прошептала: – Я так волновалась!

Я едва сдержала слёзы. Впрочем, нет, всё же не сдержала.

– Ну, маленькая моя, я здесь, я с тобой, – это были именно те слова, которые были мне нужны, и она это знала. – Ты жива, ты в порядке и скоро будешь в безопасности.

Не знаю сколько прошло времени, когда я наконец успокоилась и вспомнила о насущном:

– Пассажирам того автобуса наверно память о моём сражении с нереидом надо стереть? – Они, правда, нереида не видели, но вот меня вполне могли. Но это же мелочи, да?

– Надо бы, – согласилась тетя Лена, явно нехотя отпуская меня. – Что за автобус?

– Да обычный, рейсовый. Но вряд ли ты его перепутаешь с другим: они ж редко ходят. Да и одно из стекол я выбила.

– Тогда вы переноситесь в школу, а я займусь пассажирами, – решила крестная.

– И мой рюкзак с плеером там захвати за одним,– попросила я уже собирающуюся открыть портал крестную. Страшно подумать, как я потом буду ей объяснять про пожар. По головке она меня за такое пренебрежение техникой безопасности точно не погладят.

– Погоди, Лена, – остановил её Асавен. – Там уже могут быть Охотники, так что давай лучше я. На меня они напасть не рискнут.

– Но…

– И память людям я стереть смогу. Вряд ли их там много было, так ведь? – посмотрел он на меня.

Я кивнула:

– Человек пять пассажиров ну и плюс водитель.

– Так что я справлюсь, – он ободряюще коснулся плеча моей крестной.

Она едва заметно вздрогнула и, чуть улыбнувшись, открыла портал, напоследок бросив:

– Будь осторожен.

Мне кажется или за этот месяц они познакомились слишком близко? Судя по взглядам этой пары, не кажется. Тетя Лена, оглянувшись на меня, шагнула в портал.

– Что у вас с моей крестной? – спросила я, задержавшись.

– Ничего в смысле романтики, – понимающе усмехнувшись, ответил мерфит. – Мы с ней даже не друзья. Просто коллеги.

– Хорошо, – шагнула к порталу, зная, что математик не врёт. Для отслеживания явной лжи существовало одно интересное заклинание. Его я и применила. Как максимум мерфит чуть искажает факты.

Уже когда я почти вошла в пространственный переход, меня догнали слова Асавена:

– В школе расскажешь подробнее, где тебя этой магии научили.

Мечтайте, учитель, мечтайте. Я не стала отвечать, да и не успела бы, потому что уже сделала шаг.

Портал вывел меня в чью-то зеленую (в смысле обоев, а не обилия цветов) гостиную. Вроде бы она принадлежала Илине Владимировне… И не успела оглянуться, как попала в крепкие объятия:

– Света! – в голосе наставницы звучало облегчение. Кажется, она сильно волновалась из-за меня. Как иначе объяснить столь яркое проявление эмоций у обычно очень сдержанной женщины?

Если честно, я от такого приема малость обалдела. Настолько что даже дышать как-то забыла. Да и не подышишь особенно, когда тебя так стиснут. А учитывая, что директриса была выше меня, я уткнулась ей куда-то в район уха, точнее в густую темную шевелюру, ненавязчиво пахнущую какими-то травами.

– Илин, ты её задушишь, – вовремя спасла меня крестная. Судя по тону она улыбалась.

Директриса меня тут же отпустила и, смутившись, кротко извинилась. Да что с ней творится?! Где та уверенная в себе женщина, которую я месяц назад оставила разбираться с кем-то раненым Асавеном и его проблемами со всякими недоучками, сбежав на свидание с Андре? Видимо, следы моих мыслей отразились на моём лице, так как Илина Владимировна смутилась ещё больше. Мда, много же я пропустила.

– Рассказывай, – спасла подругу тетя Лена.

Я изобразила непонимание:

– Что рассказывать?

– Для начала, где ты так долго была, – не купилась на мои уловки знающая меня как облупленную женщина.

– В Храме была, – ответила уверенно. Ну, я ведь и правда там была, так что и не вру практически, так ведь?

– У недоброжелателей настоятеля? – проявила непонятную и неожиданную осведомленность взявшая себя в руки директор.

– Можно и так сказать, – осторожно подтвердила я, прекрасно понимая, что ступаю на тонкий лед недомолвок*[2]. Я не знала, что им известно, не могла сказать правду… Приходилось осторожничать.

*При мысли о льде сразу вспомнился странный нереид (обычно они однородные, а тот был весь в каких-то примесях), которому я больше случайно, чем намеренно помогла, мой страх, когда я осталась одна на льдине, и Леша. Но я эти мысли поскорее отогнала. Не время и не место.

– Дед вытащил? – сама того не осознавая, подкрепила заготовленную мной версию, тетя Лена.

Я кивнула и пояснила:

– Вот только он меня домой закинул, так что мне пришлось самой добираться.

– А мне-то ты позвонить не могла? – удивилась крестная.

– У меня мобильник в школе остался, – напомнила о в общем-то очевидном.

– А домашний телефон у тебя для красоты стоит?

– Ой! Как-то я не подумала, – смущенно потупилась. И правда ведь не подумала. – Отвыкла от благ цивилизации за месяц, вот и не сообразила…

– Бывает, – по-доброму улыбнулась директриса. Нет, ну подменили её, что ли?

Дверь без стука распахнулась.

– Ну что, нашлась ваша потеряшка? – осведомилась, входя, Маргарита Николаевна. На лице спокойствие и только спокойствие. Черные волосы собраны в опрятный пучок. На этот раз одета она была только чуточку старомодно: в кремовую юбку до щиколоток и белую блузку. Видимо, немножко повертевшись в современной среде, модернизировала свои взгляды на моду. А, может, просто так захотела. Кто же её знает?

Глядя на неё, нельзя было и заподозрить, что эта вроде бы ничем не примечательная ещё и не старая, но уже и не средних лет женщина, на самом деле одна из самых старых не то что русалок, вообще магически одаренных. У Лордов я изучала в том числе и историю, потому сейчас смотрела на целительницу уже новыми глазами. Одна из сильнейших магов, сильнейшая из ныне живущих целителей, бывшая директриса школы, её основательница. А теперь ещё и инициатор реформ… Вряд ли первых за её жизнь. Кем ещё она была? Наверняка ведь я знаю далеко не все, особенно учитывая, сколько не лет, веков прошло с её рожденья, сколько эпох, государств, правителей сменилось на её памяти… Сложно поверить, но она ведь ещё Атлантиду застала! Более того, она там родилась и была, судя по обрывкам кое-каких сведений, достаточно близко к Подводной богине в момент её смерти, чтобы это сказалось на поле. Жаль нельзя на него сейчас посмотреть – заметит. Уже в первые, Смутные десятилетия после гибели города-государства эта женщина несмотря на молодость была одной из тех, кто стал лидером и опорой всего русалочьего народа, и даже приложила руку к основанию Марианского – первого подводного города. Да и потом вела довольно активный образ жизни. А спустя пару тысячелетий организовала и возглавила первую школу. Освейн говорил, что во время Охоты она спасла сотни, тысячи жизней. Он определенно её уважал. Причем не заочно, они явно были знакомы. И это было отдельной странностью. Наравне, правда, с той, что с дедом он тоже был знаком.

От мыслей о странностях магического мира и всём том, что успела увидеть стоящая передо мной всех всех отношениях неординарная женщина, меня отвлек её удивленный возглас:

– Ну и глаза! Это побочный эффект использования мерфитской магии?

Осмыслив её слова, кивнула. Отрицать такое глупо – поле у меня сейчас должно быть того же жизнерадостно зелёного цвета. Разве что не светится.

Целительница окинула меня внимательным взглядом и посоветовала:

– Возьми в библиотеке книгу «Борьба зелени и сини», автор, если не ошибаюсь, Уильям Лиор.

Я снова кивнула.

– Вот и хорошо. Илина, проследи, чтобы твоя ученица её прочитала, – распорядилась бывшая директриса, особо выделив словосочетание «твоя ученица», видимо для того, чтобы напомнить преемнице об обязанностях. И, перед тем как выйти (И зачем спрашивается приходила?), разрешила-посоветовала: – Можешь и сама на досуге изучить.

– Ещё бы у меня был этот самый досуг, – пробормотала моя наставница, когда дверь за исторической персоной закрылась. И снова перевела взгляд на меня.

Понимая, что кое-кто явно собирается начать выяснять подробности моих приключений, я решила опередить вопросы:

– Может, расскажите кратенько, что я пропустила? А то я буду чувствовать себя совершенно оторванной от жизни! – с преувеличенной усталостью опустилась на кресло.

Илина Владимировна явно готова была ответить, но на крестную мой мини-спектакль впечатления не произвел – всё же она у меня и не к такому приучена:

– У меня встречное предложение: может, ты сначала расскажешь, как прожила целый месяц в Храме?

– Скучно, – коротко ответила я. Хотя уж чего-чего, а скучно мне в Подводном ветре с тех пор, как за меня взялся Аллейн, точно не было. И, чтобы как-то конкретизировать, уточнила: – Общемагический учила.

Действительно ведь учила. Хотя и далеко не сутками. Улыбка тети Лены, возникшая после моих слов, мне не понравилась. И не зря:

– И насколько много времени ты уделяла учебе? – на общемагическом спросила крестная. Чисто так спросила, как настоящий носитель языка.

С числительными у меня было фигово (и кое-кто очень вредный не мог об этом не подозревать), так что пришлось выкручиваться:

– Достаточно, чтобы общаться, – на том же языке ответила я.

– Ну и акцент! – рассмеялась эта… потомственная. Илина Владимировна тоже не сдержала улыбки.

Я надулась. Сами бы попробовали за месяц почти с нуля до приличного уровня язык вытянуть!

– Между прочим, во всех этих древних словарях нет google-переводчика с озвучкой! Только мудрено записанная транскрипция! Не будешь же с каждым словом приставать к знающим язык?!

– Вас должны были учить читать транскрипцию на уроках, – нахмурилась директриса.

Я не стала ни спорить, ни смущаться:

– Может и учили. Я слишком много пропустила.

– Это точно, – согласилась наставница. – Чем-нибудь кроме языка ты в Храме занималась?

Вопрос был опасный, особенно если бы Илина Владимировна не сделала уточнение про Храм. Я воспользовалась лазейкой и честно заявила:

– Нет. – В Храме-то я действительно ничем таким не занималась. И для достоверности искренне пожаловалась: – Хотела. Но у вас же даже книги или на общемагическом или вообще на какой-нибудь древней азбуке Морзе!

Тетя Лена явно с трудом сдержала смешок. Кажется, про «азбуку Морзе» это я удачно ввернула. Ну и хорошо. Меньше вопросов будет. А то ещё догадаются спросить, какие именно книги я пыталась читать или ещё что-нибудь в этом духе.

Продолжила:

– В общем, пришлось мне осваивать общемагический. Правда, успехи мои пока скромные.

– Ну, тут главное старание, – заметила директриса.

– Тем более что способности к языкам у тебя есть, – поддержала её моя крестная. Она как и подруга явно хотела вернуться к теме моего пребывания в Храме.

А вот я не хотела. Потому продолжила тему:

– Между прочим, мне было бы проще, если бы ты не забросила моё обучение общемагическому в раннем детстве! – в голосе прозвучала обида. Тем более что причин обижаться на крестную у меня было немало.

– А как бы я объяснила тебе и твоим родителям, что это за язык? – резонно возразила тетя Лена.

– Могла бы что-нибудь придумать, – проворчала я, прекрасно понимая, почему она этого не сделала. И, не давая взрослым задать вопрос, спросила сама: – Как Алина с Фывом? Долго они в полуреальности бродили?

– Меньше вашего, – помрачнела крестная. – Мы с Марагаритой Николаевной и Асавеном той же ночью их вывели. – Обидно. Даже очень. – И дернул же вас черт отправиться вглубь полуреальности! Да и вообще в полуреальность!

Теперь помрачнела уже я. Вот уж точно. Дернул. Мои эмоции не укрылись от наблюдательной русалки. Всё-таки тетя Лена знала меня едва ли не лучше всех. Ободряюще коснувшись руки, она осторожно спросила:

– Тяжело было? – Я вспомнила помолвку, Договор, покушение, дурацкие балахоны и еще более дурацкие платья с корсетами, безразличие жениха, после помолвки виденного мной лишь однажды, пренебрежительное поначалу отношение Аллейна, уверенность Освейна, что помолвкой они меня осчастливили, и кивнула, не поднимая глаз от пола, покрытого паркетом теплого каштанового цвета.

– Маленькая моя, – в голосе присевшей рядом и обнявшей крестной зазвучала нежность, которой мне всегда так не хватало в отношениях с мамой. Спрятав лицо у неё на плече, я с трудом сдержала слезы. Вот мало мне было тех, на опушке? Не хватало ещё расплакаться перед директрисой! – Ну, не переживай, всё уже позади! Я рядом, ты в безопасности…

Хорошо, что тетя Лена не видела моего лица, потому что иначе многое пришлось бы объяснять. А объяснять что-либо я права не имела. И прекрасно понимала, что позади лишь ошибка, перевернувшая всю мою жизнь. А впереди… Впереди ещё множество проблем, ей порожденных, начиная от необходимости лгать близким и заканчивая свадьбой с одним из правителей Подводного ветра и новыми покушениями. Я не строила иллюзий: если уж убийца смог проникнуть в резиденцию, вряд ли я вообще когда-нибудь буду в безопасности.

Приведя в порядок эмоции, об истиной подоплеке которых крестной лучше было не знать, отстранилась. И видя, что Илина Владимировна собирается что-то спросить, поспешила узнать:

– А Андре? Как он?

– Да что ему сделается? – вопросом на вопрос ответила крестная. – Как был недалеким самовлюбленным юнцом, так и остался.

Нетипичная реакция. С чего бы?

– Кстати, об Андре, – перехватила инициативу руководитель школы. – Он рассказал нам о том разговоре, который вы услышали перед тем, как Андре перенесли. Можешь пересказать его? – по тому, как она это спросила, я сообразила, что разговор всё-таки важен. А ведь, могу поспорить, храмовики пихнули тот самый пункт о неразглашении именно из-за него! Они ведь знали, что я слышала их беседу и не могли знать, как много успела из нее узнать и понять. Но тогда получается, что рассказать я не могу, ибо это однозначно разглашение тайн Храма.

– Света? – крестная взяла меня за руку и заглянула в лицо.

– Что именно рассказал Андре? – встретилась я с ней взглядом.

– Это сейчас неважно. Мы бы хотели услышать твою версию, – твердо заявила Илина Владимировна.

– Я не могу, – отведя взгляд, сообщила я.

– Почему? – тетя Лена явно не понимала.

– Не могу и всё, – повторила уверено. Я не могу сказать больше, даже если захочу. – Да и зачем? Я его толком не помню, а Андре наверняка уже всё рассказал.

– Позволь нам решать…

– Нет, – категорично отрезала я, вставая. – Никогда и никто больше не будет решать за меня!

Хватит уже, порешали. Помолвки с легкой руки храмовиков и деда мне более чем достаточно. Мне и Анхеля с Лордами за глаза хватит, чтобы за меня решать. На всю жизнь хватит. И я сделаю всё, чтобы не позволить кому-либо ещё решать за меня!

– Света, – растерянно окликнула меня тетя Лена, когда я уверенно направилась к двери.

– Увидимся на ужине, – попрощалась я.

Елена Валерьевна

Когда крестница вышла, поисковик ещё несколько минут смотрела на закрывшуюся дверь, прежде чем заметить очевидное:

– Она изменилась, – в голосе женщины была горечь.

– Я заметила, – с легкой иронией в голосе ответила её подруга. И посерьезнела: – Но иначе и быть не могло. Девочка оказалась в ситуации, в которой и взрослому-то непросто. – И напомнила общеизвестное: – В Храме умеют ломать. Чудо, что она ещё в религию не ударилась! А ведь могла бы, согласись?

– Наверное… – вздохнула Елена Валерьевна. – Но мне кажется, они просто побоялись связываться с настоятелем.

– Может и так, – согласилась директриса славянской школы русалок, откидываясь на спинку дивана. – А может девочка была нужна для другого.

Светина крестная пожала плечами, а потом вскинулась:

– Ты же не думаешь, что её отправили к нам в качестве шпионки?!

– Я уже ничего не думаю, Лен, – устало заметила женщина. – Со всеми этими реформами, экспериментами и предательствами я просто уже не знаю, что думать. И знаю, что могу быть уверена в тебе, маме, брате и Маргарите Николаевне. Остальные, включая Свету – Увы! – пока моего доверия не заслужили. Так что я не исключаю того, что она может быть шпионкой. – Видя возражения собеседницы, она подняла руку ладонью вперед и закончила: – Я не говорю, что по своей воле. Но, ты же знаешь, Храм умеет добиваться своих целей.

– Хочешь, чтобы я за ней присмотрела?

Директриса кивнула:

– Тебе это будет сделать легче, чем мне, она привыкла тебе доверять. Так что постарайся вытащить из неё правду. В сознание её слазь, в конце концов.

– Но…

– На кону наша безопасность, – строго напомнила Илина Владимировна. – Ты сама знаешь, что я права.

– Знаю, – опустила взгляд поисковик. – Но считаю это низким. Да и не думаю, что она доверяет мне также как раньше…

– Так же как раньше может и нет, но всё равно больше чем мне, – возразила Светина наставница. В голосе звучала грусть. И Елена Валерьевна понимала её причины. – Попробуй привести логичные аргументы, думаю, она поймет.

– Сомневаюсь.

– Она повзрослела за этот месяц. И сильно.

– Вот уж вряд ли!

– Повзрослела, повзрослела, просто ты не хочешь этого признать.

– Скорее просто стала более скрытной и упрямой.

Переплетя пальцы, директриса поинтересовалась:

– А ты не думаешь, что она обижена из-за того, что мы, или точнее ты, её не вытащила из Храма, как мама Андре? Света ведь не знает, что ты пыталась её найти и вызволить.

Под пристальным взглядом подруги и начальницы, Светина крестная нехотя признала:

– Возможно.

– Поговори с ней, – повторила наставница девушки настойчивей. – Но не сейчас, а хотя бы вечером, когда она остынет.

– Попробую, – со вздохом согласилась Елена Валерьевна. Она как никто знала, что Света может и не захотеть её слушать. – Только… Когда ты стала такой мудрой, Илина? Неужели этот месяц изменил не только Свету?

– Он нас всех изменил, – резонно заметила на это директриса. – Слишком многое произошло, слишком многое поменялось. Да и должность за столько лет накладывает свой отпечаток.

[1] Вот говорили же мне не кидаться огненными заклятьями в замкнутых помещениях!

[2] При мысли о льде сразу вспомнился странный нереид (обычно они однородные, а тот был весь в каких-то примесях), которому я больше случайно чем намеренно помогла, мой страх, когда я осталась одна на льдине и Леша. Но я эти мысли поскорее отогнала. Не время и не место.

Глава 2

Света

До комнаты добралась под маскировкой. Алины не было. Оно и понятно: судя по времени сейчас вовсю шел урок. Интересно, мне на него идти надо или пусть его? Зря я всё-таки ушла так быстро: гадай теперь как себя вести. В принципе, ещё один пропуск погоды уже не сделает. Так что пока переоденусь в чистое и погляжу у Алины, что там без меня было. А потом может даже на следующие пару занятий схожу. Там, если верить расписанию, вроде как раз алхимия с физикой останутся. Не то чтобы я их любила, но и пропускать, учитывая сложность материала и уже пропущенные объемы, не дело.

Без зазрения совести взяла с полки Алинины тетради и, сев с ними на свою аккуратно заправленную кровать, взяла верхнюю. Русский. Так это мы в старой школе уже разбирали, это тоже. Не так и страшно, догоню. История. Ну-у, учитывая, что летописи вплоть до конца Охоты я (не без помощи Лордов, правда) более или менее осилила, разберусь, хотя что-то мне подсказывает, в учебнике всё по-другому подано. Математика… О, ё-о! Да я спячу быстрей, чем в этом разберусь! Придется просить Асавена о дополнительных занятиях.

Быстро просмотрела тетради по биологии, информатике и литературе, магии самозащиты и русалковеденью. Не так я и много пропустила. Но, учитывая, что я ещё тот материал не нагнала… получается весьма и весьма паршивая ситуация. Хотя я ж в отличницы не рвусь, да и четверки мне не жизненно необходимы, а на трояк-то знаний наскребу. В общем, живем.

К тому же, по самозащите они всё ещё мучают порталы, так что тут я можно сказать в первых рядах. Как и в магии вообще, скорее всего. Но это пока не доказано, да и не собираюсь я познаниями светить. Я вообще выделяться не хочу. Глянула в зеркало на всё ещё подсвечивающиеся зелёным глаза и слегка зеленоватые концы волос. Не хочу, да. Вздохнула. С моей экстравагантно омерфиденной внешностью и способностями хамелеона это мечта из разряда несбыточных. Хотя… Моргнула, усилием воли изгоняя зелень из глаз. Посмотрела на волосы, подумала и замаскировала зеленые концы. Через пару дней пройдёт, а пока пусть все думают, что подстриглась.

Жаль только, мне самой не видно, как такая прическа смотрится. Точно! Мне не видно, но ведь техника-то маскировкой обманывается! Открыв боковой кармашек сумки для ноута, выудила фотоаппарат (телефон мой, разумеется, был разряжен в ноль). Включив, вытянула руку и, улыбнувшись, щелкнула на кнопку. Так-с, посмотрим. Ой, а эта блузка на мне, оказывается, болтается! И хорошо так. Вот ведь поешь месяц результаты собственных кулинарных способностей и результат на лицо. Ладно, переоденусь потом. Что там с волосами? Кривовато. Может вообще каре сделать? В принципе, почему нет? Я же стричься на самом деле не буду. Замаскировала волосы до плеч. Снова сфотографировалась. Вот тут чуть ровнее, а тут чуть короче…

В общем, с прической я экспериментировала как раз до конца урока. А потом мне в голову стукнула мысль ещё и с иллюзиями поиграться и я, хихикая, перекрасила волосы в рыжий. Не морковный, а такой как у Алины, ближе к медному. М-м, а неплохо. Может так и оставить? Жаль, придется потом объяснять, кто меня иллюзиям научил. Так что оставим естественный цвет. Пока что. Потом вытрясу из тети Лены заклинание иллюзии и тогда уже «покрашусь». Да и просто с внешностью пофантазировать можно будет. Простор для творчества огромен. А пока можно и на алхимию сходить.

Посмотрела на часы, удалила последнюю фотографию, быстро скинула голубую блузку и надела белую, больше подходящую по размеру. Да и со светлыми джинсами она неплохо смотрелась. Кинула в первый подвернувшийся под руку пакет (сумка куда-то запропастилась) учебники и тетради, вылетела из комнаты.

Не задумываясь, набросила маскировку вторым слоем и вихрем пронеслась по коридорам. Не в прямом смысле вихрем, разумеется, хотя я и была уже способна на левитацию. Но о собственных неписанных правилах поведения я помнила.

Выскочив на улицу и пробежав половину расстояния до главного корпуса по ухоженной дорожке, краем глаза заметила нечто необычное. Чуть повернув голову, резко остановилась, в шоке глядя на высящиеся за спортзалом здания. С моего места их было видно три, но за ними, кажется, были ещё. Оглянулась, на своё общежитие и быстро пересчитала видимые мне строения. Пять, считая наше и виднеющееся из-за него второе. Вроде Маргарита Николаевна говорила, что всего их десять. Интересно, они все открыли или ещё нет?

Ради интереса решила сделать крюк, обойдя главный корпус с другой стороны. Ну и увидев ещё две наполовину скрытых строительными лесами постройки, не смогла удержаться и направилась знакомиться с ними поближе. Так что, когда я спохватилась, судя по времени уже был разгар урока, смысла идти на него я не видела, так что было решено забить. В конце концов я столько пропустила, что одним больше, одним меньше… Тут интереснее.

Все здания были вроде бы выдержаны в одном стиле, но при этом незначительно отличались друг от друга. К примеру, у второго общежития этажей было также четыре, но вход располагался сбоку, а не спереди посередине, да и окна были поуже (и деревянные, а не пластиковые). Над дверью обнаружился барельеф, изображающий герб школы, а над окнами первого этажа шел замысловатый растительный орнамент. Мне прямо обидно за своё родное общежитие стало.

В третьем общежитии, практически идентичном второму, застеклены оказались только первые два этажа, но крыша уже наличествовала, что было явным прогрессом по сравнению с тем, что было, когда я видела его в прошлый раз. Но даже при общей недостроенности и это здание чем-то отличалось. Вот только чем я никак не могла понять, как не старалась.

И, кстати, интересно, как же эти здания так замысловато были скрыты, что про них мало того, что Илина Владимировна не знала, так ещё и по их территории спокойно можно было ходить. Не иллюзией однозначно, я бы её если не увидела, то хотя бы почувствовала, всё же способности у меня имелись (Правда, по мнению некоторых, специфические даже для хамелеона, но это к делу не относится). Получается, это какая-то весьма серьезная магия. Или я ошибаюсь? Жаль, у Аллейна не спросишь: он, как и остальные Лорды, сейчас, должно быть, сражается. А больше никому о моих познаниях знать не следует. Эх, тяжела жизнь невесты лорда Подводного ветра!..

Оставшиеся пять корпусов – видимо все Маргарита Николаевна решила пока не вытаскивать – представляли собой разной степени достроенности строения. Их я осмотрела мельком – настроение почему-то испортилось, да и запал пропал. Обратно в общагу я возвращалась, не торопясь.

В дверях мы столкнулись с незнакомой мне взрослой русалкой. Конечно, я ещё даже некоторых учителей не знаю, но её я вообще впервые видела. Только отметила мельком длинные светлые волосы, старомодную одежду и то, что она кого-то мне напоминает.

– Простите, – выдала на автомате, проскальзывая в холл.

– Да ничего страшного, – по-моему, на том же пресловутом автомате ответили мне.

Я, быстро взбежав по лестнице, поспешила к себе. Почему-то эта встреча меня взволновала и испугала. Было в этой женщине что-то такое… Не зная, как описать свои ощущения, притормозила и стала перебирать подходящие. Страшное? Нет. Пугающее? Лишь отчасти. Древнее? Да, наверно. Как у Маргариты Николаевны, только там это было не так отчетливо. Или может я была не столь восприимчива? Но могу сказать точно: этой женщине больше сотни и больше трёхсот. Значительно больше. Скользнула на магическое зрение и попыталась обозреть окрестности.

Синий туман, висящий в коридоре, впечатлял. Синие же огоньки чужих полей светились как в общежитии, так и в отдалении от него, видимо, в главном корпусе. Какие-то были больше, какие-то меньше. Так сходу и не разобраться. Перевела взгляд в сторону выхода. Никого. Проследила путь до главного здания. Только маленькие ещё, детские поля непревратившихся. И никаких странных больших полей. Наверное, перенеслась порталом. Ну и ладно. Если она бывает в школе, то ещё встретимся, а если нет… Любопытство меня не съест, хотя и основательно пожует.

Перешла на нормальное зрение и обнаружила, что стою у двери нашей с Алиной комнаты, о чём свидетельствовали две циферки: двойка и единица. Войдя, огляделась. Чем бы ещё себя занять? Соц. сети проверить, или не светиться перед родителями пока? Не буду, пожалуй. Нет, я, конечно, соскучилась и всё такое, но как я им объяснять-то всё буду? Извините, мама, папа, что я не выходила на связь, но причин я объяснить не могу? Да даже если бы и могла, как такое вообще можно сообщить? «Привет, мам, я тут помолвку заключила и теперь почти замужем за нелюбимым, но богатым, красивым и жутко знаменитым мужчиной, который старше меня в несколько десятков раз?» Ну бред же.

Взгляд остановился на полке с учебниками. Алина пользовалась закладками, так что я рискнула помечтать, что может они меня примут за хозяйку?.. Ага, размечталась! Ну и черт с ними! Я уже пихнула вытащенные книги обратно на полку, когда мой взгляд упал на небольшую книжку под названием: «Последнее затмение», автор Рина Реллер. Глянула на аннотацию. Судя по всему, либо фэнтези, либо любовный роман, написанный кем-то из магов. Сложно понять, учитывая любовь современных авторов к псевдонимам. Чисто для того чтобы узнать, какая из догадок верна, открыла. И слегка зачиталась.

Настолько, что потеряла счет времени и опомнилась только, когда скрипнула, открываясь дверь.

– Что читаешь? – поинтересовался Асавен.

– Да так. Взяла у Алины, – ответила я, засовывая книгу обратно на полку. Не говорить же, что любовный роман? – Вы чего-то хотели? – Учитывая, что рюкзак свой я обнаружила в комнате, ещё когда только вернулась от Илины Владимировны, иного объяснения его визиту я не видела.

– Если бы не хотел, не пришёл бы, – подтвердил мою догадку визитер. Уголки его губ приподнялись, обозначая улыбку. – Как я вижу, тебе уже лучше?

Усмехнулась и с иронией ответила:

– Если вы о том, что мои глаза больше не напоминают автомобильные фары, то да, лучше.

– Это радует, – математик присел на постель рядом. Ну-у, не совсем рядом, а скорее в полуметре от меня, но ведь это почти рядом? – Кто-нибудь знает о том, где ты была на самом деле?

– Смотря что вы имеете в виду, – не поддалась я на провокацию.

– Подводный ветер, – сказал, как отрезал мужчина. От неожиданности уже собиравшаяся выдать заготовку про Храм я подавилась воздухом. Отдышавшись, встретилась с математиком взглядом и чётко поняла: он действительно знает, где я была на самом деле. Но откуда? – Так что же, да или нет?

– Из русалок, думаю, нет, – серьёзно ответила я, творя противоподслушивающие чары (в просторечии тихушку). – Я, по крайней мере, никому не говорила и не собираюсь. Мне моя свобода дорога.

– В каком смысле? – Асавен чуть наклонил голову. Ответ едва не сорвался с губ, но я удержалась, вспомнив про то условие. Покачала головой. Но мерфит, взяв меня за руку, настойчиво повторил вопрос. Как же я хотела ему ответить! Но не могла. И сказать о том, что не могу, по идее тоже не могла. Избегая смотреть ему в глаза, вновь покачала головой. Но он этого, кажется, не понял: – Света?

– Да не могу я ничего рассказывать! – воскликнула я, едва сдерживая слезы. – Только то, что вы уже знаете. Никаких подробностей, никаких уточнений! – под конец не сдержалась, всё же позорно разревевшись. Снова. И если тогда, на опушке, виной всему был осознание того, что чудом избежала смерти, и боль, то сейчас (как отчасти и в гостиной у директрисы) всё та же несправедливость мира, из-за которой я не раз втихомолку поливала слезами подушку. Особенно поначалу. И, казалось бы, за этот месяц я смирилась и выплеснула все чувства из-за дурацкого Договора, но стоило вернуться к прежней жизни, и они вернулись. Вот только почему сейчас, а? Из-за того, что Асавен похоже единственный, кто в курсе моих проблем?

– Ну что ты как маленькая? – Я вздрогнула, когда пальцы мужчины коснулись моего подбородка. Развернув моё лицо к себе, мерфит осторожно промокнул слезинки старомодным носовым платком. Я от такого даже реветь перестала. Математик улыбнулся и протянул мне платок.

– Сспасибо, – поблагодарила я, вытирая глаза. И чтобы сгладить неловкость, сообщила: – В общем, если хотите что-либо узнать, вам надо не меня спрашивать.

– А кого? – с искренним интересом в голосе спросил он. Я пожала плечами. – Предлагаешь, заявиться к Лордам и потребовать ответов у них?

Представив эту картину, против воли улыбнулась. Судя по улыбке Асавена, он тоже представлял бесполезность и даже глупость такого поступка.

– Вот и я о том же. Есть другие идеи по поводу источников информации?

Перестав улыбаться серьёзно ответила:

– Откуда-то же вы узнали остальное. Вот и узнайте об этом там же. Но сомневаюсь, что это общеизвестные сведения. Так что логичнее обратиться к противоположной стороне.

– Огненному? – тоже в общем-то логично предположил математик. Правда логика у такого ответа была только в отрыве от ситуации. Я поморщилась и помотала головой. – Так. Подводный ветер – вода. Значит, противоположен ему, огонь. Но это не огненный. Остаются Воздушный и Лесной...

– Не по стихии противоположной!

– Хочешь сказать, к Храму? – догадался мерфит. Я кивнула. – Думаю, там ситуация будет сходной. Разве что спросить твоего деда. Но он ведь мне не ответит…

– Тут я вам помочь не смогу.

– Да я уж понял, – вздохнул математик и сменил тему: – Кстати, физика начинается через пять минут. – Я осталась сидеть. Хитро улыбнувшись, Асавен добавил: – И если ты поторопишься, я не откажусь не только дать тебе задание для отработки, но и объяснить весь пройденный материал.

Вот это уже звучало интересно. Даже очень.

– Никто Вас за язык не тянул, – я вскочила и, буквально запрыгнув в балетки, последовала за не ставшим меня ждать преподавателем.

Привычно накинув маскировку, легким движением восстановила опознавательные чары на двери (можно было запереть и на ключ, но стало неохота возиться. Да и времени не было) и побежала на урок. Надо ли говорить, что в класс я влетела вместе со звонком? Правда, мерфит меня ненамного опередил. Спихнув Алинину сумку со стула (почти пустую, судя по звуку), уселась рядом с подругой. Та, продолжила обсуждение чего-то с Рией и моего появления, по-моему, даже не заметила.

– Я уже тут, так что будьте любезны отложить разговоры до перемены, – тоном, не терпящим возражений, попросил Асавен. Все сразу смолкли. А он окинул класс взглядом и, задержавшись на мне, с очень характерной мерфитской усмешкой осведомился: – Света, может, ты всё же снимешь маскировку? Понимаю, тебе она не мешает, но подумай об окружающих!

Покраснев, последовала совету:

– Простите. – Как-то я забыла про неё.

– Да мне-то в принципе тоже всё равно, но, согласись, будет удобней, если, когда я тебя вызову к доске, ты будешь видима для класса. Пишущий сам по себе мел, это всё-таки несколько пугающе.

– Пожалуй, – я улыбнулась. – Но скорее уж все сочли бы, что вы ошиблись, и к доске вышел бы кто-нибудь другой. Да и вряд ли я после месячного отсутствия смогу написать что-либо осмысленное, так что мел бы «сам по себе» писать не начал.

– В какой-то степени ты может и права, – согласился с моими выводами математик. – После урока подойдёшь за заданием.

– Хорошо.

– А сейчас запишите тему урока: «Внутренняя энергия». Да прекратите уже пялиться на Свету! Никуда она не денется, на перемене насмотритесь.

– Это правда ты? – шепотом спросила больше всех “пялящаяся” на меня соседка.

Не удержавшись, съязвила:

– Нет, иллюзия, – Глядя на явно обидевшуюся на такое соседку, успокоила: – Разумеется, я.

– А те, кто будет разговаривать, пойдут к доске первыми, – оповестил, выразительно глядя на нас, мужчина. Пришлось замолчать и отложить разговоры на потом. Но я была даже рада отсрочке.

Урок пролетел быстро, даже несмотря на то, что это была физика. Чего у Асавена было не отнять так это умения объяснять. То, насколько сам мерфит поглощен своим предметом, заставляло даже истинных гуманитариев поверить, что это интересно. Хотя с пониманием, конечно, все равно затыки возникали, особенно у напропускавшей меня.

Сразу после звонка, не дожидаясь, пока любопытная соседка, все сорок минут кидавшая на меня весьма красноречивые взгляды, начнет задавать вопросы, устремилась к преподавателю:

– Да, Света? – поднял на меня взгляд мерфит.

– Что насчет задания? – спросила я и замерла с ручкой наготове. Подругам оставалось только ждать в сторонке.

– Не помнишь, на какой теме ты была?

– Не помню, – призналась со вздохом.

– Ладно, сейчас посмотрю в журнале. По математике и литературе тоже сейчас задание возьмешь?

– Наверное.

– Тогда идем в лаборантскую. Я там планы оставил.

Кивнув, последовала за ним. Когда дверь за моей спиной закрылась, мужчина набросил противоподслушивающие чары, я тут же их укрепила своими. Просто на всякий случай.

– Полагаю, ты ничего не знаешь о произошедшем здесь в твое отсутствие? – опершись спиной о шкаф, предположил Асавен. Совершенно не удивившись смене темы, кивнула. – Тогда садись, – мне указали на один из стульев. – Разговор предстоит долгий.

Когда я устроилась, мерфит начал рассказ:

– Я постараюсь попорядку, чтобы не перескакивать с темы на тему. – Снова кивнула. – Месяц назад, когда вы с Алиной и этими вашими парнями пропали, мы, вернее я, довольно быстро сообразили, что искать вас следует в полуреальности.

– Как? – уже кое-что зная о магии, как можно провернуть подобное, я не понимала.

– Поисковики не могли тебя зацепить Поиском. А я не мог дозваться с помощью дара. – Видя, что я не понимаю, пояснил: – Я – Говорящий. Ты – Слышащая. Ответить ты можешь только с помощью другого Говорящего, как и я услышать могу только с помощью Слышащей, но есть разница между тем, когда тебя слышат, но не могут ответить, и не слышат вовсе. Конечно, был риск, что это из-за того, что твой дар нестабилен, но в сочетании с другими фактами, это указывало на то, что ты в полуреальности. Кроме того, есть и другие способы найти мерфитку. Какие, поверь мне, ты знать не хочешь.

Учитывая, что мерфитки практиковали жертвоприношения, как правило, животных, но далеко не всегда, и прочие малоаппетитные методы, спорить я не стала. Крепче спать буду.

Асавен продолжал:

– В общем, поняв, что вы в полуреальности, мы прикинули, где находятся доступные вам входы. И уже через час-полтора после того как вас хватились, были в Петербурге. Там Маргарита Николаевна достаточно легко проникла сначала в туннели, а потом в полуреальность. – Вот не сиделось нам идиотам таким на месте! Решили выход искать! Мужчина, заметив мою злость на саму себя, понимающе улыбнулся, но останавливать повествование не стал: – Алину и мальчишек мы нашли почти сразу, по меркам полуреальности, разумеется. А вот с вами, как ты понимаешь, возникли проблемы. Пока мы вас искали, наткнулись на одного из монстров. Раненого.

– Наверно на того самого, которого я ранила, – задумчиво кивнула. – И если так, мы с Андре уже, скорее всего, были в Храме. Вы, надо полагать, его уничтожили?

– Про то, как ты его умудрилась ранить, отдельно поговорим, – многообещающе заявил мерфит, прежде чем продолжить: – Они с Маргаритой Николаевной, к моему огромному удивлению, нашли общий язык. Она даже его подлечила.

– Он разумен?! – моему удивлению не было предела. Нет, я знала, что первые Лорды мало отличались от монстров полуреальности и были вполне разумны, но то Лорды. Примерно это и высказала Асавену.

Мерфит только руками развел:

– Она с ним явно общалась. Ментально. Не знаю уж на каком языке, может вообще на уровне образов. Кажется, от него она и узнала, что вы вышли из полуреальности. Если хочешь подробностей, можешь попробовать её расспросить. Но у меня не вышло.

– С ума сойти! – это не укладывалось в голове. – Выходит, мы тоже могли с ним договориться? Попросить нас вывести?

– Не уверен. Вполне может быть, что с ней он поладил только потому, что уже знал её. Ранила ты его зря, только разозлила, но то, что вы решили бежать, было правильным решением. Нам в академии это же советовали, если уж столкнулись.

– Я думала, мерфитки раскатывают таких одной левой.

– Ты сама только что сказала, Лорды Атлантиды мало отличались от таких вот монстров. Как думаешь, поставила ли бы Подводная богиня на страже своей страны тех, с кем играючи могла бы справиться любая из Ордена Проклинающих? – Вопрос был риторический. Явно не поставила бы. – Мерфитка первого, может, второго ранга бы с таким может и справилась. А может и нет. Это полуреальность, там другие законы магии, связь с Бездной не всегда стабильна, а эта тварюшка там постоянно обитает, знает все особенности и умеет ими пользоваться. Так что то, что вы смогли убраться оттуда живыми и целыми после того как ты его ранила, иначе как чудом не назовешь. Нам и то повезло, что он не бросился.

Что-то подобное говорил и Аллейн, так что новостью для меня это не стало. Это в способностях мерфиток он разбирался слабо, а опасности полуреальности знал и непонаслышке.

– После этой встречи мы двинулись к выходу. Но, пока выбирались, в реальности прошло два дня. Так что когда мы из полуреальности вышли, Андре уже успел всем рассказать о подслушанном вами разговоре. И ты, по моим ощущениям, была уже в Подводном ветре.

– Вероятнее всего, – согласилась я. – И что же было дальше?

– О! Тут начинается весьма интересная глава, – математик прищурился и выдержал паузу. Я терпеливо ждала. – Наши вернее ваши русалочьи корифеи решили основать государство, – и снова театральная пауза.

Смысл его слов до меня дошел не сразу, а когда дошел, я чуть со стула не упала:

– Что-что? – переспросила, думая, что ослышалась.

– Маргарита Николаевна собрала Сборный совет директоров и правителей подводных городов, где изложила то, что было выяснено в ходе расследования. И, видимо, ей удалось их впечатлить настолько, что решение о созыве Совета Старших было принято единогласно.

– И как? Он собрался?

Мерфит кивнул и уточнил:

– За неделю.

– Ну, ничего себе! Его же последний раз после Охоты собирали!

– Эта целительница – хороший организатор. И, видимо, у неё были достаточно убедительные аргументы.

– Судя по хроникам, у неё богатый опыт, – заметила я, размышляя о том, чем конкретно мне грозят такая неожиданная инициатива, как образование русалочьего государства, и не этому ли я обязана своим освобождением из Подводного ветра.

– Пока что был собран только Малый круг Совета. Следующий сбор, насколько я знаю, состоится через месяц. И вполне вероятно, что уже пройдет Большим кругом. Думаю, на нём они и решат все детали.

– Если кто-нибудь из состава Большого круга их не переубедит.

– Это вряд ли. Настроены они решительно.

Интересно, с чего бы? Что они знают такого, что настолько уверены в себе? И кто вообще в Совет Старших входит? Сейчас я имею в виду.

– Думаете, у них получится? Я имею в виду, при том, что русалки, мало того, что по всему миру раскиданы, так ещё и со времен Атлантиды разрознены?

– Время покажет. Но если они смогут сплотить народ и договориться насчет столицы, думаю да. Все к этому давно шло.

Мне с моим куцим багажом знаний судить о последнем было сложно, так что относительно этого я и спорить не стала:

– Только столицы? А ничего, что под новое государство территории нет?

– Уверен, не ты одна задалась этим вопросом. И у Маргариты Николаевны наверняка есть на него ответ.

Задумчиво кивнула:

– Вполне возможно. – И так как с Советом всё, кроме одного, было относительно понятно, спросила: – Мне интересно одно: что такого она знает, что смогла собрать Совет?

– А вот этого я не знаю, – ответили мне. Не знаю почему, но я сразу поняла, что он врёт. Знает. Но явно не скажет.

– Жаль, – искренне вздохнула. И, не видя больше смысла строить теории и высказывать догадки, сменила тему: – Вы обещали дать мне задание для отработки. А ещё, если я не опоздаю, объяснить весь пройденный материал.

Мерфит не стал спорить:

– Обещал. Предлагаю начать завтра после литературы.

– Согласна.

– Тогда прочитай первые три пропущенных параграфа по физике. Их и разберем. И домашнее по литературе на завтра сделай.

– Хорошо.

– Вот держи список пропущенных тем, – мне протянули исписанный убористым подчерком лист формата А4. И прежде чем я успела ужаснуться, пояснили: – Здесь все три предмета и все темы за месяц с пояснениями, где искать материал.

Когда только успел?

– Спасибо, – искренне поблагодарила я.

– Кроме того, думаю, тебе стоит поучится сдерживать мерфитскую силу. Разумеется, я вижу, что твой контроль уже стал лучше. Но то, что ты едва не применила интуитивно и спонтанно, студенты Мерфита проходят далеко не в первый год обучения. А это весьма и весьма серьёзно. И если ты не желаешь в ближайшем будущем поступить учиться в Мерфит, то с этим стоит завязывать. И поскорей, потому что твоё поле до сих пор на треть зеленое.

Наверно я побледнела. Ещё бы от таких новостей! И меня пугали даже не потенциальные двести пятьдесят лет учебы, а сам факт возможной Инициации, о которой я успела кое-что выяснить, и её последствия.

– Думаю, можно добавить к математике, физике и литературе ещё и магию? – предложила осторожно.

– Это я и хотел предложить, – довольно улыбнулся Асавен и отпер дверь. Намек поняла.

Выйдя из лаборантской уже под маскировкой, которую набросила скорее по привычке использовать свободное время для тренировок, чем по необходимости, направилась в библиотеку за учебником по литературе и порекомендованной Маргаритой Николаевной книгой. А что? Во-первых, взять пока не забыла, а, во-вторых, лучше уж библиотека, чем наверняка ожидающие меня в столовой или комнате подруги и тетя Лена. Если же они ещё и сговорились… мне конец! Вполне вероятно, что в прямом смысле этого слова, потому как если я хоть словом выдам то, где я была… Лучшим вариантом будет смерть. Или срочное обращение в мерфитку. Надо, кстати, узнать у Освейна при случае, будет ли Договор действовать в случае моей Инициации. Так-то Лорды наверняка это предусмотрели, но можно же помечтать? Не то что бы даже в этом случае я с радостью побегу в Мерфит, чтобы стать одной из них, но как крайний вариант почему нет?

Легко взбежав по лестнице, невидимкой направилась в обитель знаний. За несколько шагов до двери сняла маскировку. Вернее верхний её слой, потому что светить зеленые концы волос не хотелось.

– Здравствуйте! – поприветствовала я библиотекаршу, оказавшись в средних размеров помещении, заставленном стеллажами с книгами.

– Здравствуйте. Чем могу помочь? – молодо выглядящая блондинка внимательно посмотрела на меня сквозь очки в черной оправе. Наверняка носит для важности, потому что подправить зрение не так уж сложно для даже не целителя, кои у русалок хоть в небольшом количестве, но имеются, а просто обученного лекарскому делу мага.

– Мне нужен учебник по литературе для первого года обучения и книга о влиянии мерфитской магии на русалок.

– Зачем это? – подозрительно прищурилась женщина. Вот поле она мое не видела! Там наверняка все до сих пор зелененькое.

– Маргарита Николаевна сказала, – честно ответила я, чувствуя, что на меня воздействуют заклинанием призванным отличить правду от лжи. – Называется, кажется, «Борьба зелени и сини».

Успокоившись, женщина попросила:

– Подожди пару минут.

И ушла вглубь библиотеки. Я же подошла к ближайшему стеллажу, оказавшемуся занятым детективами. Заметив «Происшествия в Тридесятом царстве», недавно прочитанные мной вместе с Лешей, а вернее через него, против воли улыбнулась, сняла книжку с полки и открыла на оставленной кем-то закладке. Вчитавшись, удостоверилась, что книга действительно такая же и о том же. Ещё один факт, подтверждающий реальность моих Снов, в которой я уже давно не сомневалась.

Со вздохом поставила книгу на место и пошла к соседнему стеллажу, на котором, как ни странно было такое соседство, стояли учебники магии. Быстро пробежалась глазами по оглавлению «самообороны» за первый год, на обложке которой было чьей-то рукой выведено уточнение «восьмой класс». Поняв, что всё это уже умею, взяла следующий. Там оказалась почти такая же ситуация. С нехорошим предчувствием открыла десятый. Здесь ситуация оказалась лучше – примерно три четверти названий были мне незнакомы. Правда, не исключено, что дело в терминологии… Решив так, заглянула в прикладную магию, которой мы с Аллейном уделяли куда меньше внимания. И захлопнув, вернулась к стойке выдачи книг.

Если мы будем проходить то, что там написано, ближайшие пару лет я буду бить балду. А ведь всего месяц с Аллейном позанималась! Интересно, это я такая талантливая, что за месяц трехлетнюю программу усвоила, или учебники рассчитаны на тормозов? Или, что вполне вероятно, в них даны только общие сведения? Может же быть такое, что все более интересное хитрые авторы (наверняка, потомственные) оставили на усмотрение учителя и наставников? А также магически одаренных родственников, готовых взять на себя ликвидацию пробелов в знаниях потомственного чадушки? Уж не потому ли непотомственные проигрывают потомственным не только силой, но и умениями, что им банально не дают полного объема знаний?

За такими мрачными мыслями меня и застала вернувшаяся библиотекарь. Занесение названий выданной литературы («Борьба…» оказалась, кстати, на общемагическом) в мой читательский не заняло много времени, и я, попрощавшись, вышла.

То, что в комнате меня поджидают, было предсказуемо, да и магическим зрением я уже овладела. А вот к тому, что на входе меня нагло обольют, я оказалась не готова. Хвост возник ещё прежде, чем я успела что-нибудь сделать. Мгновение, и я растянулась на полу. Залеченные Асавеном и тетей Леной раны отозвались болью. Спасибо хоть кто-то удосужился магией смягчить падение, иначе могли бы и открыться. Магия магией, а возможности организма никто не отменял! Да и щиты помогли. Так что я только слегка ударилась ладонями и хвостом.

– Ну что попалась? – поинтересовалась Рия кровожадно. Благодарить за мягкое приземление её явно не стоило. А вот за идею с обливанием вполне можно. – Будешь ли ещё непонятно где пропадать целый месяц?

– Ну знаете ли! Я же не по своей воле! – возмутилась, едва удержавшись, чтобы не запустить в подругу чем-нибудь вредноносным. Например, каким-нибудь водным заклинанием. Остановило меня на самом деле только то, что водная магия давалась мне хуже остальной, то есть я могла запросто вместо того чтобы облить, поджечь.

– А появилась, как ни в чем не бывало, и на урок заявилась, даже с нами не поздоровавшись, ты тоже не по своей воле? А с Асавеном после урока в лаборантской закрылась? – не отступила потомственная.

В чём-то она, конечно, была права, но я терпеть не могла, когда наезжают, так что слеветировала подушку и запустила ей в любительницу оружия, одновременно всё же накидывая на неё щекотательное заклятье. На Наташу и Алину, молча стоявших за Ри, одновременно набросилось взбесившееся одеяло. Лучше не спрашивайте, зачем я подобные чары выучила и на ком опробовала. Как вспомню злющего Освейна, так вздрогну. Зато Серелья с Аллейном повеселились. Подозреваю, ту книгу Пятый Лорд специально на столе «забыл».

Пока подруги-одноклассницы спасались от постельного белья, я успела высушиться. Некоторое время понаслаждавшись чудесным видом, сняла заклятья и, устроившись на своей постели, поинтересовалась строго:

– Ну и кто это придумал? – Всклокоченная Рия потупилась. Собственно, я почти и не сомневалась. – Думаешь, это смешно?

– Зато действенно, – заметила потомственная.

– Не особо, – возразила я. – Колдовать мне хвост, как видите, не мешает.

– Это я воду подвесила, – призналась Наташа, напряженно глядя на меня.

– Да мне без разницы, кто из вас! – вспылила я. – Главное что вы вместо того чтоб порадоваться моему возвращению, обливаться вздумали! – Помолчав, призналась: – Обидно, между прочим!

– Прости, Свет, – извинилась за всех Алина, – но ты так себя на физике вела, что уже мы обиделись и разозлились.

– А после вообще сбежала с Асавеном! – напомнила Ри.

И правда не хорошо вышло. Видимо, ко всему прочему я отвыкла нормально общаться.

– Была не права, – признала искренне. – Но и вы в данной ситуации повели себя не лучшим образом!

– Знаю, – поморщилась моя соседка. – Но давай забудем об этом и начнем сначала.

Скептически хмыкнув, я тем не менее кивнула. А что делать? Все хороши. Пересев ко мне, Алина неожиданно меня обняла и прошептала:

– Я так волновалась!

– И я! – с другой стороны подсела Ри.

– И я тоже! – между потомственной и мной втиснулась Наташа.

Ну вот и как на них злиться?

– Я тоже соскучилась, – сдавленно призналась я. Девочки, видимо, от полноты чувств стиснули крепче. – Но если вы продолжите меня так активно обнимать, то задушите!

Подруги синхронно отодвинулись. И Рия как самая смелая и наглая потребовала:

– Рассказывай! – Иногда она до ужаса напоминала мне свою тетю. Ведь абсолютно та же фраза!

Ну я и рассказала. О том, как целый месяц скучала в Храме и учила там общемагический, пока меня не вызволил дед.

– И какой он, Храм? – спросила любопытная Наташа.

– Опасный, – коротко и честно ответила я. На все остальные вопросы отвечая чем-нибудь вроде «я не могу рассказывать, я поклялась». Сработало – девчонки отстали. Тем более и сама я постаралась перевести разговор на другое: – Лучше расскажите, как вы тут? Что нового? Как Фыв?

Меня буквально завалили самыми разными новостями, включая и собрание Малого круга Совета Старших, о котором говорил Асавен. Пользуясь случаем, я попыталась выяснить, кто же всё-таки входит в этот самый Совет. Вот только даже Наташа с Рией не знали ничего конкретного. Остальные же новости меня на самом деле мало волновали, хотя я и делала вид, что это не так. Разве что сообщение о том, что с проблемой Фыва Маргарита Николаевна справилась, и он снова может нормально превращаться, действительно порадовало.

– А этот, как его… Ромочка? – вспомнила я вдруг о мальчишке, из-за которого мы вернулись в туннели под школой.

– Да нормально вроде, – не слишком уверено отозвалась Алина.

– А из-за чего он так рано Превратился выяснили? Ему ведь десяти нет!

Но подруги ответа на этот вопрос не знали. Скорее всего, им просто не сказали. Ведь не могли же взрослые оставить без внимания такой странный факт? Одно дело когда замешано Озеро Превращения, как было с Наташей, или утопление, как у Алины, и совсем другое, когда Превращение начинается раньше без видимых причин. Надо будет потом спросить у тети Лены. Хотя бы чтобы убедиться, что у меня просто разыгралась паранойя.

Настя

Храм ожиданий юной русалки не оправдал. Хотя приняли её без проблем. В Храм вообще, как потом выяснилось, брали всех желающих. Но её усилия по организации встречи с Главой местного отделения не принесли нужного результата: чем-то озабоченный высокопоставленный храмовик её рассказом не слишком заинтересовался, хотя и выслушал, а потом приказал помощнице устроить Настю. Та устроила – отвела к занимающемуся новичками адепту и там оставила.

После начались серые будни, состоящие из регулярных служб и уборки. Никто и не думал учить новичков магии или что-то объяснять им про магический мир. И это при том, что были здесь и те, кто вообще о нем практически ничего не знал! Насте, как более подкованной в этом вопросе (все-таки три года русалочьей школы), пришлось даже просвещать других.

С одной девушкой, оказавшейся человеком, немногим старше её самой, польстившейся на рассказы о магии очередного кавалера, русалка даже сдружилась. Катю поражало буквально все: и хвост, который сама Настя ненавидела, и та простенькая магия, что была доступна бывшей третьекурснице, и те истории, которые она рассказывала. Эти искренние любопытство и восхищение заставило русалку иначе взглянуть на свою ситуацию. В конце концов, у неё была эта магия. А также хвост и долголетие, стремящееся к бессмертию. Человеческий маг её магического уровня прожил бы не дольше обычного смертного, она же будучи представительницей магически одаренной расы располагала куда как большим временем.

В их группе неофитов, как называла это объединение одна из храмовичек, раздающих им поручения, преобладали слабые человеческие маги. Но были и люди, и представители разных народов Империи. Кто-то истово верил в богов и надеялся стать ближе к ним, кто-то мечтал о силе, кто-то – о власти, кто-то – просто о магии, а кто-то не видел иного способа выживания. В Храм действительно брали всех желающих. Вопрос в том, как много из них добивались расположения богов.

– Благословленный, – склонили они головы в поклоне как много раз до того и не поднимали, как и положено, пока отмеченный вниманием богини не пройдет мимо.

Но тот вопреки обыкновению остановился неподалеку от Насти, окинул её кожей ощутимым взглядом и – она своим ушам не поверила – приказал:

– Ты, русалка, иди за мной.

Кате пришлось её подтолкнуть, так неожиданно это было. Девушка посеменила за настоятелем. Это был светловолосый мужчина лет сорока пяти человеческих на вид, довольно высокий и поджарый.

– Да иди ты нормально, – не выдержал он спустя два зала и минут пять. – Я не собираюсь тебя наказывать. Просто хочу задать пару вопросов.

– Как будет угодно Благословленному.

– Сколько ты уже в Храме? Год, два?

– Два месяца.

– Быстро, – себе под нос заметил адепт Огненной (судя по цвету медальона). – Я хотел поговорить об этом в кабинете, но…

– Я пойду нормально, – заметив взгляды других прислужников, быстро пообещала она.

– Ну, идем.

Кабинет настоятеля был обычным и мало чем отличался от кабинета той же Илины Владимировны. Разве что был побольше.

Усевшись в кресло, мужчина указал девушке на место для посетителей. И, когда она устроилась, огорошил:

– Мне нужна вся возможная информация о славянской школе, расстановке сил в ней, представленных родах.

Это требование так напомнило Насте также требующую информацию Инну, что она против правил Храма задала вопрос:

– Зачем? – И сообразив, что ляпнула и кому, поспешила как-то выпутаться: – У вас ведь наверняка множество разведчиков и их сведения куда полнее моих.

– Не буду спорить. Но мне нужны не сведения, а впечатления. Надеюсь, понимаешь разницу? – голубые глаза смотрели спокойно.

– Конечно. – Его спокойный ответ, отсутствие негативной реакции на неположенное поведение, подтолкнул её к новому вопросу: – Но все же зачем?

– Ты встречалась с моей внучкой? Светланой, хамелеоном славянской?

– Пару раз, мельком, – честно ответила девушка, с трудом скрыв удивление. – Хотя я не слышала, чтобы кто-то говорил о ней как о потомственной. Вокруг её дара много шуму было: непотомственные хамелеоны ведь редкость…

– Никто и не знает. Она признанная, но наше родство я не афишировал. Так что, расскажешь мне о школе?

– Для неё? – догадалась Настя. Мужчина кивнул и с плеч девушки словно упал невидимый груз. – Конечно.

Света

За разговорами и домашним заданием незаметно подошло время ужина. В столовой, переполненной из-за реформ, никто не обратил на меня внимания. Зато на выходе подловила крестная. Ожидаемо.

– Нам надо поговорить, – сообщила она очевидное. Надо, кто же спорит. Да только не хочу я больше врать ей, а правду сказать не могу.

Потому и ответила:

– Мне кажется, я все, что могла, уже сказала.

Получилось излишне резко, на что не замедлила среагировать тетя Лена:

– А мне кажется, нет, – в её голосе зазвучал метал. Плохо дело.

– Прости, но ты ошибаешься, – стряхнув её руку, быстрым шагом пошла к выходу.

Знакомый цокот каблуков (уж что-что, а звуки шагов крестной я знала) предупредил меня, что от своих планов на разговор она не отступилась. Вот же упрямая! И непрошибаемая! Ведь сказала, же почти прямым текстом…

Я понимала, что поговорить рано или поздно придется, как и то, что если я не вернусь в резиденцию, сбежать не выйдет. Но и к сложному разговору прямо сейчас была не готова. Потому, кскорив шаг, незаметно укрепила уже и так поднятые щиты. Выскочила на улицу, накидывая маскировку (чем кажется вызвала испуганный «ох» кого-то из непревратившихся) и перешла на бег. Переход на магическое зрение требует времени даже для поисковика, так что небольшая фора у меня была. Но именно что небольшая. Где же мне от неё спрятаться? Ответ пришел мгновенно: у Асавена. Только он в курсе реальной ситуации и сможет меня прикрыть. Быстро отыскав зеленое поле, со всех ног рванула ко второму общежитию.

Заскочив в комнату мерфита, прижалась спиной к двери и перевела дыхание:

– Асавен, у меня просьба, – начала я, магическим зрением прекрасно видя, что поле крестной замерло где-то в районе тропинки, ведущей к нашему общежитию.

– Света? – математик, сидевший на диване, отложил в сторону книгу и посмотрел на меня. – А почему опять под маскировкой?

Взмолилась:

– Спрячьте меня! Вы ведь можете моё поле скрыть?

– Разве что ненадолго. А что?

– Скоро сами поймете, – ответила шепотом.

В дверь постучали и я, ойкнув, спряталась за широкую спину вставшего навстречу гостье мужчины.

– Войдите, – разрешил он.

– Привет ещё раз. Ты Свету не видел? – поинтересовалась тетя Лена.

– На уроке видел.

– А сейчас?

– Нет. – Ещё бы, я ведь под маскировкой была!

– Странно, мне показалось, она к тебе заскочила.

– Я бы заметил. – Опять ни слова лжи. Он ведь меня и заметил. – А в чём дело?

– Да сама не пойму! – ответила тетя Лена со злостью. – Я хотела с ней поговорить, но она сбежала, представляешь? И ведь не обиделась вроде…

– Может, дело в том, о чем именно ты хотела поговорить? – проявил прозорливость Асавен.

– Возможно, – медленно согласилась с его предположением спустя пару томительных для меня мгновений крестная. – Но тогда получается, что в Храме произошло что-то такое, о чем она не хочет вспоминать. – Всё-таки она слишком хорошо меня знала.

– Или она просто не может рассказывать о Храме, – как бы невзначай вставил математик. Какой же он молодец! – Что если с неё взяли клятву? У нас, в Мерфите, бы именно так и сделали. Так что и храмовики могли.

– Могли, – обескураженно прошептала русалка.

– А ты пытаешься заставить её эту клятву нарушить, не зная, что за этим последует, – продолжил логическую цепочку физик. – Скажешь, не так?

– Так.

– Вот и оставь девочку в покое, – мягко посоветовал мерфит. И добил: – Уверен, если бы она могла, то рассказала.

Я преисполнилась благодарности. Спасибо вам, Асавен! За эту помощь, я даже вашу физику готова выучить!

– Да, наверняка, – рассеянно согласилась женщина. – Спасибо за совет! Я подумаю над твоими словами, – вместо прощания пообещала тетя Лена. Перейдя на магическое зрение, я убедилась, что её поле исчезло из здания.

Оставшись наедине со своим спасителем, я, поддавшись порыву, благодарно обняла его. Это явно застало учителя физики врасплох, так что я поскорее отстранилась и глядя в зеленый глаза блондина, выдохнула:

– Спасибо вам огромное!

– Не стоит благодарности. Я ведь правду сказал.

– Знаю, – заняла место на новеньком диване и сбросила маскировку. – Но я бы её сказать не смогла. И не потому что не хочу.

– Договор, – понимающе кивнул мужчина.

– Вы уже и это знаете? – если честно, удивилась я не слишком.

– Разузнал по своим каналам, – загадочно пояснил мерфит. Интересно, по каким таким каналам? – Но пока ещё не все, что хотел. Так что, когда настоятель заглянет, можешь на меня рассчитывать.

– Спасибо, – совершенно искренне поблагодарила я. Стоп! Он сказал «когда»?! – Почему вы так уверены, что он придет?

– Скажешь, я не прав?

Прав, наверно. Но и сам это знает. А потому надо ли говорить очевидное?.. Вообще-то дедушка и в резиденцию пытался заявиться, но я отказалась встречаться, и во Сне ко мне приходил пару раз, пока я не пожаловалась Освейну и не стала счастливой обладательницей целой кучи ментальных защит. Но, по словам Аллейна, и это не стало бы преградой, все-таки нас связывала общая кровь, не будь Подводный ветер и отдельно резиденция Лордов Подводного ветра защищены от посторонних сами по себе. Школа же явно такой защиты не имела, так что появление родственника, удружившего мне с помолвкой, теперь было лишь вопросом времени.

Некоторое время мы молчали. Когда я уже решила, что мне пора, мужчина, после ухода крестной занявший кресло, снова заговорил:

– Касательно же твоей ситуации вообще… Я правильно понимаю, что ты вовсе не в восторге от всего этого? – Напряженно кивнула. Неужели он знает выход? – Реально противостоять Лордам может разве что Мерфит, как наименее от них зависящий.

Это он так незамысловато предлагает к ним присоединиться?

– Предлагаете стать мерфиткой? – поёжилась.

– А ты хочешь? – математик чуть наклонил голову вправо.

– Нет уж, – заявила решительно. И отшутилась: – Я к хвосту-то ещё не привыкла! Да и тут доучиться сначала хочу. – Потом решила рискнуть, вздохнув: – Хотя и не знаю, что я буду на магических предметах делать.

– Всё уже знаешь? – прозорливо предположил мой собеседник.

Кивнула:

– Большую часть на следующий год точно. Потому и хотела попросить вас со мной позаниматься не только контролем над мерфитской магией, но и обычной магией. Если вас не затруднит, конечно. Хотя бы помочь мне закрепить уже изученное.

– Я слабый маг, – оказал вялое сопротивление потенциальный учитель. – Ты, если мерфиткой станешь, будешь сильнее.

Но я сдаваться не собиралась: опустив взгляд в пол, просто сказала правду:

– Мне больше некого просить. – И просяще посмотрела на Асавена. Я понимала, что рискую, выдавая тот факт, что у Лордов была не пленницей, а ученицей, по крайней мере, одного. Но, поскольку у математика уже было множество возможностей на практике в этом убедиться, риск был минимален.

А под моим умоляющим взглядом он сдался:

– Ладно. Значит, будем заниматься. Чему ты успела научиться?

– Многому, – ответила честно. – Хотя судя по сегодняшнему происшествию, контроль над щитами у меня страдает.

– И не только над щитами, – со вздохом оповестили меня. – Как я уже говорил, с контролем над мерфитской силой у тебя тоже не все гладко. Если бы ты её лучше контролировала, то связи с реальностью даже в случае вроде этого бы не утратила.

– То есть не была бы в паре шагов от того, чтобы ударить по вам с тетей Леной?

– Да.

Значит, контроль мне нужен и срочно. Потому что я ведь их убить могла. Или не могла?

– А если бы я… – начала было и замолчала, боясь произнести страшные слова вслух.

– Я – мерфит. Даже если бы я умер, я бы воскресился. Или меня бы воскресил кто-то из близких. А вот Лена… Возможно, её щиты бы выдержали.

Надеясь, что ошибаюсь, спросила:

– То есть с большой долей вероятности я бы её убила?

Он не стал лгать и, глядя мне в глаза, подтвердил то, что я подозревала, но во что не хотела верить. Одно короткое и спокойное: «Да», но сколько за ним. Закрыв глаза, откинулась на спинку дивана. Я чуть не убила самого близкого мне человека… русалку. Это потрясало и пугало до дрожжи. Ведь именно крестная многие годы была той единственной, кому я доверяла едва ли не полностью. Да, сейчас я могу довериться разве что Асавену, но просто потому что кроме него о моей проблеме знает только предавший меня дед и Лорды, но это не значит, что крестная для меня стала менее важна. Потому то, что сегодня она могла пострадать, причем от моей руки, просто потому что у меня плохо с контролем, ужасало.

– Все обошлось, – каким-то образом угадал мои мысли мерфит.

– Только благодаря вам. Если бы вы не уговорили меня успокоиться, если бы я не сдержалась…

– Наша жизнь не терпит сослагательного наклонения, – мне вручили откуда-то перенесенную чашку с горячим чаем. – Ты сдержалась и это главное. Переживания о том, что «было бы если», важны для осознания, но, поверь мне, бесполезны. Так что постарайся успокоиться.

Когда я взяла чашку, руки дрожали, но я как-то умудрилась не облиться. Поскорее отхлебнула.

Встретилась взглядом с мерфитом. Он смотрел сочувствующе, но без жалости. Понимающе, но без превосходства, хотя был много меня старше. Вот уж не ожидала я, что именно он, мерфит, станет моим союзником. Строго говоря, я вообще не надеялась на союзника. Но он снова пришел на помощь, ничего не прося взамен. Потому ли что в моем поле то и дело появляется зелень и он чувствует себя обязанным заботиться обо как об одной из них, или что он учитель, а я ученица (институт наставничества у мерфиток силен), или же просто из сочувствия, не важно. Главное в том, что именно Асавен единственный понял, что я страдаю от дефицита информации, а не набросился с бесконечными вопросами о том, где я была, и как там было, именно он предположил, что мы в полуреальности, и смело туда пошёл. И если бы мы по глупости не решили искать выход сами, они бы нас нашли и вывели. Конечно, я мало о нём знаю, но это и не важно. Все его поступки говорят о том, что ему можно доверять. В ситуации, когда деду «благо Храма важнее», а для Лордов я лишь пешка в игре за власть, это немаловажно.

А потому я заглянула в зелёный омут глаз, выделяющихся на худом лице, обрамленном немного отросшими за месяц светлыми волосами (кажется, кое-кто вынужденно пребывал в живом виде) и снова поблагодарила:

– Спасибо вам, Асавен.

– За что? – абсолютно искренне удивился учитель.

– За всё, И за то, что рискнули пойти за нами в полуреальность, и за то, что остановили утром, и за то, что поделились информацией, и за то, что предложили помощь с контролем.

– Я не мог поступить иначе, – серьёзно ответили мне.

– Другой прошёл бы мимо, – в голосе прозвучала горечь.

– Я нет, – уверенно отрезал мерфит.

Несколько минут мы молчали. А потом физик вспомнил начатый разговор:

– Но вернемся к тому, о чем я хотел поговорить. Лордов можно заставить изменить решение. Достаточно убедить помочь Тринадцать.

– Кого? – не поверила я.

– Тринадцать – сильнейшие мерфитки. Они не входят в состав Мерфита, но в самых крайних случаях обычные мерфитки отправляются на их Поиск.

Невежливо перебила:

– Я знаю, кто они. Слышала. Но как вы предлагаете их найти? У них ведь приемной, куда можно просто прийти и озвучить проблему! Насколько я поняла, никто даже не знает, как они выглядят, и кто они. Никто даже не знает, где их искать! – Потом до меня дошло и я подалась вперед: – Или Вы с кем-нибудь из них знакомы?

– Нет, конечно, – разбил математик зарождающуюся надежду. – Рядовым мерфиткам никто таких знаний не дает. Но вот твоя бабушка вполне возможно знает, где их искать. – Мне показалось, что я ослышалась. Но собеседник продолжил, подтверждая, что первая мысль была правильной. – Я почти на сто процентов уверен, что избранницей настоятеля была мерфитка. Сильная мерфитка. Иначе бы ты не могла творить такого с мерфитской магией, тем более без фатальных последствий для поля. Поэтому при случае спроси о ней у деда. Попроси познакомить. Только так уверено, чтобы у него не возникло сомнений в том, что ты знаешь.

– А если вы ошибаетесь? – нервно комкая край блузки, спросила я. Сказать о роли деда во всей этой истории с помолвкой я не могла, так что приходилось выкручиваться полуправдой: – Он же меня на смех поднимет!

И это даже если забыть о том, что сама я с ним даже разговаривать не хочу!

– А ты попробуй, – совершенно серьезно посоветовали мне.

И я задумалась. Так-то рациональное зерно в этом предложении было: мерфитку, особенно сильную не так-то просто убить, так что шанс, что мамина мать жива, существовал. Хотя и не очень было понятно, почему в этом случае она не принимала участия в воспитании дочери. Просить о чем-то деда не хотелось, но, учитывая, что он вроде как обязан мне за разрушенную по его милости жизнь, могло и выйти. Конечно, я для него была и буду в лучшем случае младшей родственницей, которую можно удачно для своего государства выдать замуж, но почему бы не попробовать?

Потому одним глотком допив чай, я с таким планом согласилась:

– Ладно. Я попробую. – Взгляд упал на часы и я поднялась: – Думаю, мне пора. Спасибо за чай и плодотворную беседу. – Мерфит кивнул. Я направилась к выходу, преодолев желание открыть портал и перенестись сразу в комнату. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Света. И держи щиты поднятыми.

Хороший совет в моей ситуации. Так и поступлю.

Глава 3

Моя ночь вопреки всем пожеланиям была какой угодно, но уж точно не спокойной. И благодарить за это следует дедушку: стоило мне заснуть, как я оказалась в знакомой комнате. Собственно, я подозревала, что так и будет – удивительно, что накануне мне удалось спокойно выспаться.

– Счастлив наконец тебя увидеть, – приветствовал меня настоятель, не вставая с дивана. Сегодня на нём снова был этот их форменно-храмовый балахон. Цепочка медальона, цвет которого обозначал покровительствующее божество, выглядывала из-под хламиды. Меня при виде этого наряда передернуло. Кажется, к храмовникам я теперь равнодушной быть не смогу.

– Ну, здравствуй, – присела с другой стороны дивана.

Моё спокойствие родственника, кажется, удивило. Хотя на самом деле не было в нем ничего удивительного: я слишком долго готовилась к этому разговору и слишком многое хотела узнать, чтобы снова его избегать.

– И ничего не скажешь?

– Мне кажется, поговорить со мной хотел ты: недаром же так упорно добивался аудиенции, – заметила на это я.

– После Лордов какой-то настоятель по внутренней безопасности, к тому же родственник, уже не пугает? – догадался мамин отец.

Я не стала ни подтверждать это утверждение, ни опровергать, вместо этого напомнив:

– Всё что мог, ты мне уже сделал. Теперь у тебя нет власти над моей судьбой. Ты сам вручил её Анхелю.

– Я вручил её Храму, Света! – непонятно с чего вспылил дед. – Причем непредумышленно. Когда стало понятно, что у тебя есть магические способности, я признал тебя. Чтобы защитить признал! Я и подумать не мог, что наше родство используют так!

– Хочешь сказать, «скрепление договоренностей» прошло без твоего ведома? Ни за что не поверю, что ты мог настолько лажануться в собственной вотчине! – я уже с трудом сдерживала эмоции под контролем.

– Я занимаюсь безопасностью, а не дипломатией! – попытался защититься настоятель. Я скептически вскинула бровь.

– Да, я знал, что для скрепления договоренностей Лордам предложат помолвку, – повинился храмовик. – Но по плану им должны были предложить на выбор согласных на это дочерей Храма. Причем предложить для проформы! Такое уже не раз практиковалось – у нас богатая история взаимоотношений с Подводным ветром, – и всегда они мягко отказывались. Никто не думал, что в этот раз они согласятся! Тебя же в качестве невесты выдвинули в последний момент – И зачем ты только вздумала передавать мне то сообщение?! – когда же я узнал об этом, было уже слишком поздно.

– Складная история, – похвалила я. – Только бездоказательная.

– Хочешь доказательств? Будут тебе доказательства! А пока представь себе насколько меня «радует» перспектива объяснять твоей матери, каким образом её неразумное чадо оказалось помолвлено с мужчиной в десятки раз старше!

– Как будто ты раньше ей обо всем говорил! – фыркнула я. – Снова внушишь что-нибудь, тебе же явно не привыкать. О бабушке же внушил, что нужно. Не познакомишь с ней, кстати? А то у меня вопросы касательно мерфитской магии назрели…

Полностью свою реакцию мой драгоценный дед скрыть не смог: пусть на мгновение, но в глазах мелькнуло удивление. Значит, Асавен был прав!

– Твоя бабушка уже давно умерла, так что задай эти вопросы этому своему математику.

– Едва ли он сможет точно сказать, куда девается вся зелень из моего поля, – с намеком ответила я. – А она явно не рассеивается в пространстве! Да и на некоторые другие вопросы он мне ответить не может. Он всё же больше ученый, чем маг, – покачала головой в притворной грусти. – А вот бабушка… – для большего эффекта сделала паузу. И жестко, тоном злящегося на непутёвую меня Аллейна продолжила: – Уверена, для нее, как и любой мерфитки не составило труда воскреситься, даже если она погибла.

И дедушка сдался:

– Как ты узнала?

Я могу собой гордиться! Признаваться в том, что вся моя тирада была основана лишь на догадке Асавена и была чистой воды провокацией, я не собиралась. Потому отрезала:

– Догадалась. Лучше скажи, что ты сделал с теми уродами, которые мне так удружили? Разболтать я никому все равно не смогу. – И спохватилась: – Ты знаешь условия, кстати?

– Знаю, – помрачнел высокопоставленный родственник. – А по поводу исполнителей можешь не переживать. Каждому по вине его.

– «Исполнителей»? – повторила я. – Намекаешь, что здесь не обошлось без других настоятелей или даже главных настоятелей?

– Я ни на что не намекаю, – открестился дедушка.

– Только вряд ли бы кто-то стал интриговать против тебя, не имея высочайших покровителей, – поделилась я своими догадками. Настоятель, что удивительно, коротко кивнул. Я же спохватилась и поспешно уточнила: – Это если сделать вид, что я верю твоей сказке про невиновность. Хотя вообще-то свежо предание да вериться с трудом!

– Я же сказал: будут тебе доказательства!

Но я это утверждение проигнорировала, продолжив:

– И, заметь, отчасти верится только потому, что твоей подписи на Договоре не было. Хотя ты куда выше по положению тех, чьи имелись и мой родственник к тому же, а значит, обязан был визировать, если бы присутствовал.

– Я не присутствовал. И вообще был уверен, что в школе ты будешь хотя бы в относительной безопасности, – это прозвучало как обвинение. – О том, что они тебя упустили, мне сообщили твои сородичи. О том, что Лорды согласились на помолвку и тут же её заключили, я узнал чуть раньше, но личность невесты тогда мне была ещё неизвестна.

– В чем-то я виновата сама, – призналась нехотя. – Не стоило заходить в полуреальность. Но до того дня я даже не подозревала об её существовании…

– Зато твой спутник прекрасно знал, что это такое, – отрезал дедушка. – И чем может быть чревата прогулка по ней тоже знал.

– Знал, – кивнула я. – Но у нас не было никакой уверенности, что сидя на одном месте, мы там же не состаримся: туннель уже фактически был частью полуреальности, потому порталы не работали, а время могло течь как угодно.

– Значит, не стоило туда соваться.

– Не стоило, – согласилась я. – Да только что сейчас сделаешь? Единственное, я подозреваю, что тот мальчишка, из-за которого мы вообще в реку прыгнули, неспроста Превратился так рано.

– Какой мальчишка?! – тут же подался вперед этот… безопасник.

Пришлось пересказать ему всю историю нашего попадания в полуреальность – под пункт о тайнах это, по моему разумению, не попадало, так что я поведала все подробности, которые смогла вспомнить. Может показаться странным, что я вообще стала рассказывать не слишком благонадежному родственнику подобное, но больше ни с кем (кроме разве что Лордов) я поделиться одолевающими меня сомнениями так, чтобы он понял подоплеку этих самых сомнений, не могла. Дедушка к тому же мог что-то сделать (хотя я и смутно представляла, что именно).

– Попробуй выяснить у этой своей крестной, спровоцированное было Превращение или естественное. И вообще как можно больше о мальчишке, – распорядился родственничек. Кажется, подозрения эта ситуация вызвала не только у меня. И пообещал: – А я разузнаю по своим каналам. И, Света, прости за то, что из-за меня тебя во всё это втянули.

Он явно собирался на этом откланяться – комната стала расплываться – но я остановила:

– Погоди! Я сказала в школе, что была в Храме, и ты меня вызволил.

– И? – Всё вновь стало четким.

– Постарайся меня не подставлять.

– Ты и без меня с этим прекрасно справляешься, – заметил дед, прежде чем исчезнуть из моего сна. Высказать свое возмущение я уже не успела.

Сев на кровати, спустила ноги на холодный пол и откинулась на стену. Вот на что он намекает, а?! Мысленно повозмущавшись, я тем не менее поймала себя на улыбке. Всё-таки хорошо, что он не замешан. Почему-то словам деда о невиновности я верила и без доказательств. Правда, не собиралась ему этого сообщать. Интересно будет посмотреть на эти его доказательства…

Ноги начали замерзать – все-таки ещё не лето – и я вновь забралась под одеяло. Значит, избранницей деда всё-таки была мерфитка. Честно говоря, сложно было представить рядом с занудой-настоятелем кого-то вроде одной из моих случайно знакомых представительниц этой расы. Да что там, я вообще не могла представить кого-то рядом с дедом! Факт маминого рождения был для меня каким-то априорным, что ли? А между тем она ведь появилась на свет, так же как и я, как все мы! И тоже была маленькой. И дед её воспитывал. Один, судя по тому, что мама твердит о том, что бабушка умерла. Хотя мне тяжело было представить обе ситуации: и когда настоятель воспитывал дочь в одиночку, и когда вместе с некой мерфиткой. Это казалось чем-то абсурдным: ведь мама была обычным человеком. Стоп! А обычным ли?

От проверки меня удержало только то, что для этого пришлось бы переноситься в Энск, а то и куда подальше (всё-таки я не поисковик, чтобы на большом расстоянии поле отследить), а портал бы наверняка засекли.

Но, если взять за основу версию, что мама действительно человек, то возникают другие вопросы. Например, как так могло получиться? Конфликт сил? Проклятье кого-то из недовольных настоятелем богов? Случайность? И как он, при его должности, вообще умудрялся скрывать от неё магию? Безумно захотелось задать эти вопросы деду, вот только доверять такой разговор телефону явно не следовало, а сама связываться во сне я не умела. Оставался вариант с порталом, да только в моей ситуации он категорически не годился. Так что пришлось смирить любопытство.

И всё-таки, кто та таинственная мерфитка, которая выдержала дедушкин отвратительный характер? Какая она, моя таинственная бабушка? К сожалению, мама была достаточно сильно похожа на деда, чтобы можно было сказать о внешности таинственной родственницы хоть что-то определенное. Тем более что признаки могут и через поколение передаваться и через два, то есть достоверно сказать бабушкина у мамы форма носа или прадедова со стороны деда было невозможно. Потому оставалось только просить деда познакомить меня со своей избранницей. Предприятие, обреченное на неудачу. А значит воспользоваться её помощью для Поиска Тринадцати, как предложил Асавен, не выйдет и надо надеяться только на себя.

Вопрос «А надо ли вообще связываться с Поиском Тринадцати?» для меня даже не стоял. В резиденции, расспрашивая Лордов о магическом мире, читая книги, уча заклинания, я постоянно перебирала варианты разрыва помолвки. И отбрасывала их один за другим. Поиск Тринадцати в моем списке тоже значился, но до слов Асавена всерьёз я его не рассматривала – судя по всему сильнейшие мерфитки очень хорошо скрывались, потому что задокументированные случаи удачного Поиска можно было пересчитать по пальцам.

Разумеется, прямо сейчас я никуда отправляться не собиралась – сначала следовало собрать информацию. Иначе на поиски вечность уйдет. Она, конечно, у меня есть, да только не будет же Анхель вечно ждать? А брак разорвать будет явно посложнее, чем помолвку. Так что надо искать сейчас, пока мы ещё не связаны настолько прочно. Думаю, Асавен сможет помочь с информацией о Поиске и Тринадцати. И раз уж он живет в школе, то и я тут останусь. Тем более что альтернатива-то у меня одна – резиденция.

Утром меня разбудила Рия:

– Света, ты обалдела?! – возопила, стаскивая с меня одеяло, потомственная. – Уроки через двадцать минут начнутся!

– Что?! – резко проснувшись, я села на постели. И вовсе не от осознания проблемы, а просто от её тона. Если честно, спросонья не сразу поняла, где я. Хорошо ещё заклятьем не ударила.

– Вы проспали, дурынды! – «обрадовала» уже одетая по всей форме подруга. – До звонка всего ничего осталось!

Вот теперь до меня дошло. Я прямо таки подскочила и в панике огляделась, не зная за что хвататься в первую очередь. Схватилась за расческу. Заметив приоткрытую дверь ванной, указала на неё Ри:

– Алина там?

– Ага, – подтвердила Наташа, в это время складывающая мою сумку. – Она в отличие от некоторых с первого раза проснулась.

– Давай быстро переодевайся, – потомственная, уже зарывшаяся в шкаф, бросила мне первую попавшуюся блузку и джинсы. – В спортзале умоешься – у нас плаванье первое.

Услышав про плаванье, я резко убавила скорость сборов. Илина Владимировна за опоздание наказывать не будет. А мы по-любому уже опоздаем – надо же ещё позавтракать.

– Свет, ты уснула что ли? Собирайся быстрей! – прикрикнула Ри. – Тетя Лена опаздывающих не любит. Даже если это их родственники.

От таких новостей я выронила блузку. Резко повернувшись к подруге, поинтересовалась:

– А причем тут тетя Лена?

– Притом, что твоя наставница занята директорскими делами. Так что пошевеливайся!

Вот так новости! Но насчет опозданий Ри права. Мысленно помянув Огненную, подняла одежду и стала собираться вдвое быстрее. Относительно правил крестной я иллюзий не питала.

Отказавшись от завтрака в пользу плаванья, мы даже почти не опоздали (Четыре минуты не в счет). Красноречиво глянув на нашу компанию и попросив подойти после урока, крестная махнула рукой в сторону бассейна. И сама зашла следом за нами. Я с интересом наблюдала за тем как она превращается – прежде с хвостом я тетю Лену видела лишь однажды, причем ранним утром при искусственном освещении, а не при свете заглядывающего в окошко солнца. Сейчас стало понятно, что её зелёный хвост по цвету хотя и напоминает Алинин, но несколько светлее: скорее салатовый, чем изумрудно-зеленый. Шлепнув широкими плавниками по воде, тетя Лена нырнула.

Потомственная потянула меня следом. И вовремя: сестра её отца как раз объясняла наше задание:

– Разбейтесь на пары, сегодня мы усложним задачу: будем пробовать взаимодействия. То есть одной из вас я скажу, что надо делать, и она будет должна объяснить это второй, не всплывая и не показывая того что задумано. А вторая должна понять и показать. Задача ясна? – женщина обвела взглядом нашу группу. Мы кивнули. – Тогда начнем.

За попытками объяснить Алине прыжок с кувырком, который загадала мне тетя Лена, урок пролетел незаметно. И то, что продемонстрировала моя соседка хотя и не было столь же убойно, как у Кати с Викой, но все равно нас повеселило. Во-первых, кувырок моя соседка заменила кручением на месте, ну а, во-вторых, вместо прыжка подруга выполнила нырок. Я на это только, закрыв глаза ладонью, помотала головой.

Наибольшего понимания, кстати, достигли Рия с Наташей. Их совместный нырок с вращением вокруг своей оси даже сорвал аплодисменты. Ну, насколько они вообще были возможны под водой.

В общем, когда мы вылезли обсыхать, нам было что обсудить. Истосковавшись по возможности говорить, все обсуждали непонятливость друг друга и наиболее веселые номера.

Уже на выходе из спортзала нас, попытавшихся улизнуть без выслушивания нотаций, поймала тетя Лена:

– Света, нам надо поговорить.

– Прости, что опоздали, – я потупилась и нехотя признала: – Мы проспали.

– Да не страшно, – по тому тону, каким педантичная обычно крестная это сказала, я сразу поняла, о чем пойдет разговор. – Я о другом поговорить хочу.

– Тогда может после уроков? А то мы позавтракать не успели…

– На следующей перемене поешь, она длиннее, – вполне обоснованно возразили мне. – Идем. Здесь слишком много лишних ушей.

Мне ничего не оставалось кроме как последовать за тетей Леной. Защитив небольшую учительскую каморку, расположенную рядом с лестницей на второй этаж, от подслушивания, поисковик указала мне на стул и, едва я на нём устроилась, спросила:

– В Храме с тебя взяли клятву о неразглашении? Ты поэтому не могла мне рассказать о том разговоре? – Осторожно кивнула, мысленно снова благодаря Асавена. Крестная сникла: – Прости, я даже не подумала о таком варианте. Хорошо, кое-кто подсказал… – Нет, с меня точно причитается мерфиту. – И какого же наказание за нарушение?

Вздохнула:

– Этого я тоже сказать не могу. Ни тебе, ни кому бы то ни было. Прости, – И быстрее, чем она успела что-либо ещё сказать, я выскочила за дверь, уже привычно на ходу набрасывая маскировку. Я не хотела видеть жалость и слушать извинения. На глаза и так слёзы наворачивались. А мне сейчас только приступа саможаления и не хватало.

Звонок раздался даже прежде, чем я успела выйти из спортзала. Мысленно ругнувшись, толкнула дверь и побежала. Опаздывать к Асавену не слишком разумно, но открывать портал ещё неразумнее.

Дальнейшие три урока прошли скучно. Математика давалась мне со скрипом, биология заставила клевать носом, а на магии самозащиты я убедилась, что после дрессуры Аллейна, мне тут делать нечего.

Но едва увидев в расписании танцы, я поняла, что лучше бы и дальше скучала. Потому что, по слова девчонок, они теперь почти всегда совместные с тритонами. Тут-то я и поняла, с какого перепуга одноклассницы сегодня разодеты как на свидание.

– А без меня Андре на эти уроки ходил? – осторожно поинтересовалась я у сидевшей рядом Рии ближе к концу урока самозащиты. Та кивнула. И наверняка не сидел в уголочке. – А про меня спрашивал?

– Ага. И у меня, и у Фыва, – подтвердила потомственная.

– Черт! А ты говорила Фыву, что я вернулась?

Снова кивок. Ну кто бы сомневался! Значит, Андре наверняка в курсе. И наверняка захочет увидеться. Вот только я-то не хочу! И не только из-за того что снова придется как-то объяснять свое отсутствие, избегая правды. Или даже потому, что лучше разобравшись в магии и магическом мире, я понимала, насколько глупо со стороны Андре было идти в полуреальность, и злилась. Хотя это, конечно, тоже. Но главной причиной моего нежелания даже видеть тритона было понимание, что из-за моей помолвки нашим отношениям не суждено быть продолженными. То есть я должна оттолкнуть тритона, не говоря ему правды. И как это сделать я не представляла. Хотя иллюзий я не питала и прекрасно осознавала, что существовала немалая вероятность того, что и в мое отсутствие Андре от недостатка женского внимания не страдал.

Стоило звонку с урока отзвучать, как я, шепнув Алине (она сидела впереди меня), чтоб они меня не теряли, накрылась маскировкой и поспешила на балкон бального зала – как я успела узнать, в связи с приближающимся балом, занятия танцами теперь проходили там. Так что за перемену я собиралась оценить, насколько серьезны намерения танцора.

Замерев у перил, я наблюдала за тем как в зал заходят мои одноклассницы. Вот Ри висит на Фыве, а Алина, стоя в стороне и улыбаясь, смотрит на них, вернее на него. А он на неё. Похоже, у них действительно все хорошо. Если бы только между этими отношениями не стояла их с Рией родня… Вот Наташа что-то обсуждает с Люком, активно жестикулируя при этом. А вот и Андре. Красив, как и всегда. Сердце сжалось и забилось быстро-быстро. С независимым видом остановившись рядом с моей потомственной подругой, он что-то спросил и явно получил не слишком вежливый, но порадовавший его ответ, потому что устремился к выходу.

Глядя на решительное выражение его лица, поняла, что пока не готова к объяснениям. Вот только как их избежать, ведь на урок-то идти надо? Хотя… Как будто я никогда не прогуливала? Ну-у, если честно, не прогуливала. Но все когда-нибудь бывает в первый раз! Моя свобода мне дорога, а не проколоться с Андре будет непросто. Он-то был в Храме! А потому… Пойду-ка я…

Но стоило спуститься на первый этаж, как я едва разминулась с целеустремленно идущим куда-то наверх Андре. Кажется, тритон воспользовался для моего обнаружения магическим зрением, но постоянно отслеживать не стал, а значит у меня есть пара минут, пока он не обнаружит, что на балконе меня уже нет. Резко передумав идти в комнату, направилась в сторону росших у ограды деревьев.

Уже в тени одной из елей, сосредоточилась, творя собственную иллюзию и накладывая сверху иллюзию поля. Подвох со вторым заклятьем был в том, что иллюзии поля выходили у меня строго статичными, то есть обмануть внимательного наблюдателя не могли. Вообще чтобы сотворить реалистичную динамичную требовалось огромное мастерство, до которого мне было расти и расти, особенно с моей неспособностью творимое видеть. Так что у меня и обычные-то выходили так себе. По крайней мере по словам Аллейна. Сама я, к сожалению, оценить не могла, поскольку иллюзии, в том числе и свои, напрочь не видела. Что, учитывая, что прежде я это весьма непростое заклинание пробовала лишь однажды и больше из интереса наставника к тому, насколько далеко простираются мои возможности, чем из веры в то, что я с ним справлюсь, добавляло риску спалиться.

Благодаря маскировке, территорию школы покинула беспрепятственно. Тетя Лена, как и остальные, даже если спохватятся, вряд ли засекут мой побег в течение ближайшего часа: запущенная гулять по территории иллюзия, прикрытая маскировкой (надо же было скрыть возможные косяки с анатомией?), с «моим» полем должна была их запутать, если они решат проверить, как у меня дела. Правда, если вглядываться и рассматривать не будут. Ещё одной проблемой были маячки – я понятия не имела, как их с себя снять. Но тут оставалось надеяться, что и Илина Владимировна, и крестная сейчас слишком заняты, чтобы отслеживать мое местоположение. А через час я уже вернусь, ибо прогуливать литературу в мои планы не входит: Асавен мне этого не спустит и уж он-то доказал свою способность меня находить где бы то ни было.

Выбравшись через дыру в заборе, что интересно, также как и вся ограда, защищенную какими-то заклятьями от чужаков, но мое синее поле пропустившими без проблем, через лес направилась в сторону реки. Заблудиться я не боялась, если что портал открыть недолго.

Чуть заметная тропинка, петляющая между елками, вскоре вывела меня к выглядевшему удобным бревну. Присев, прикрыла глаза, наслаждаясь относительной тишиной. Пели птицы, лес жил своей жизнью. Чуть слышно звенел комар, решивший полакомиться русалочьей кровушкой. Прихлопнула гада, но не прошло и нескольких минут, как на его место прилетел другой.

Вздохнув, шепнула простенькое заклинание, выученное в самом начале ученичества у Пятого Лорда (кровососущие гады и в Подводном ветре водились). Комары больше не лезли, но почему-то сидеть здесь резко расхотелось. Так что я направилась дальше. Неожиданно впереди возник забор. Прикинув, что школа осталась позади по правую руку, пришла к выводу, что ноги (с тропы я свернула, не собираясь пока к реке) вынесли меня к тому самому санаторию, который использовали для нашего прикрытия. По рассказам организовала его ещё Маргарита Николаевна в бытность свою директрисой. Перейдя на магическое зрение, рефлекторно сделала шаг назад: здесь, как и в школе, висела синяя дымка, хотя и не такая насыщенная. Хуже было другое: в этой синей дымке отчетливо виднелись четыре мощнейших поля. Так, линяем отсюда, пока они меня не засекли!

Быстрым шагом направилась прочь. Выйдя на берег озера, находящегося чуть в стороне от реки, пошла вдоль него, не приближаясь к кромке воды слишком близко, но и не удаляясь от неё дальше, чем на пару-тройку метров, которые можно было преодолеть за несколько мгновений.

Добравшись до противоположной части берега, по его благоустроенности поняла, что все-таки забрела на территорию санатория. Вот Огненная! Оглядевшись, двинулась к мосту, за которым санаторий заканчивался. И только снова оказавшись под пологом леса, выдохнула: не попалась.

Немного отойдя, привалилась к стволу, чтобы перевести дыхание и решить, куда идти дальше. Тут до меня наконец дошло. Оглянувшись на мост, не сдержала стона: школа осталась на другом берегу! Обозвав себя всякими нехорошими словами, задумалась как быть. В принципе, вариантов у меня было не так и много: нужно было или возвращаться той же дорогой, надеясь не попасться взрослым (а стоит им использовать магическое зрение, они меня засекут), или тащиться до другого моста, или переплывать реку на свой страх и риск, или портал открывать. Превращаться, пусть даже под маскировкой и лезть в холодную сейчас воду я тоже желанием не горела, а связываться с порталами было чревато сложными объяснениями. Так что оставался самый простой и долгий вариант. Потому я и пошла по пути наименьшего сопротивления, то есть побрела вдоль реки. Тем более что и тропинка тут имелась. Наверное, отдыхающие в санатории тут гуляли. Насколько я помнила, до того моста, где мы встречались с Лешей, не так уж далеко. А у меня ещё минут двадцать есть… Портал, в конце-то концов, всегда открыть успею.

До моста оставалось всего ничего, когда в задумавшуюся меня, вернее в мой дополнительно укрепленный перед прогулкой щит что-то ударило. Вздрогнув и рефлекторно отшатнувшись в противоположную сторону, обнаружила у своих ног арбалетный болт. Несколько мгновений, растянувшихся на маленькую вечность, я тупо смотрела на него прежде чем пришло осознание: новое покушение! Вот неймется же кому-то! Адреналин плеснул в кровь, и с моих пальцев друг за другом слетели сначала ещё одно защитное заклятье, а потом огненный шар, мигом отправившийся в сторону откуда прилетел болт. Дожидаться нового или проверять, попала я или нет, не стала, предпочтя сражению побег. Опыт с нереидом показал, что боевой маг из меня пока не слишком-то хороший, так что я предпочла учиться на своих ошибках, а не топтаться на граблях. Выбор направления не занял и секунды – возвращаться той же дорогой, ведя за собой погоню, было слишком опасно по многим причинам. Так что рванула к мосту. Да, там я буду более легкой мишенью, но и нападающий тоже. В кустах у меня точно шансов меньше. А там хоть в реку нырнуть можно.

От встречи щита со вторым болтом, прилетевшим уже с другой стороны (Это он так быстро двигается или их двое?), меня спасла исключительно случайность: я на секунду задержалась, и он просвистел в нескольких сантиметрах перед грудью. Решив, что тайна тайной, а жизнь важнее, наудачу метнула уже кое-что помощнее. Но, судя по отсутствию воплей (а от встречи с этим заклятьем они обязаны были быть), не попала или нападающий и сам снова был прикрыт щитами.

Изменила направление, не выпуская, впрочем, из поля зрения мост и рассчитывая как только окажусь достаточно близко для короткого броска на пределе скорости, постараться проскочить его. Но, видимо, неприятель разгадал мой замысел, потому что теперь стреляли вдвое чаще. И не только из арбалета, но и из чего-то огнестрельного. Причем с разных сторон и с небольшим интервалом, так что я мысленно возблагодарила Аллейна за то, как он муштровал меня со щитами. Окажись я здесь месяц назад, уже бы истекала кровью. Это пугало, если задуматься, но к счастью, в тот момент я об этом и не думала, сосредоточившись на своей цели и на ходу отбиваясь тем, что в голову придет, но мерфитскую магию пока не используя. Да, надолго моего магического резерва не хватит, но, пока было можно, я снова рисковать кого-то убить не хотела. Потому пока я швырялась всякой гадостью, которую вроде как не должна была знать, в ответ, не особо целясь (времени на это банально не было).

Перебежав открытое пространство, укрылась за ближайшим к мосту деревом. Это помогло, хотя и не слишком. В любом случае, укрытие было своевременно: от обилия снарядов моя защита начала слабеть. Ругнувшись, укрепила её настолько, насколько могла, понимая, что мост мне под обстрелом с такими щитами не перебежать. А значит надо либо уходить порталом, который не факт что получится, потому что сил почти не осталось, либо нырять, надеясь на удачу и то, что вход в туннель, ведущий к школе, не заперт и я смогу его найти. От приведения в жизнь последнего варианта удерживало только то, что в момент превращения, пока щиты не подстроятся, я буду беззащитна, и меня нашпигуют болтами как мишень в тире.

В руку, ломаясь об щит, ткнулся очередной болт. Я молниеносно швырнула шариком мерфитской магии туда, откуда он прилетел. Вскрик и прекратившиеся выстрелы с той стороны, показали, что я в кои-то веки попала. Воспользовавшись моментом, бросилась через мост. Вокруг мерцала зеленью сплетенная интуитивно защита…

В меня больше не стреляли, но едва переправа оказалась позади, я все равно укрылась за оказавшимся поблизости деревом и приготовила одновременно воздушную сферу и мерфитское заклинание, нечаянно слив их. Противники за мной не полезли. Что ж, и не полезут. Довольно усмехнувшись, швырнула разрушительное заклятье в деревянную конструкцию. Секунду спустя от моста остались одни воспоминания и жалкие обломки, тут же утащенные течением. Ободренная успехом, я набросила второй слой маскировки, затерла следы и направилась… прочь от школы, ибо не дело вести туда Охотников. В правильности догадки я не сомневалась, проверив расу пяти своих противников по полю.

Я спокойно трусила по лесной тропинке, ожидая, когда магии восстановится достаточно для открытия портала и, совершенно не учтя, что Охотничья школа неподалеку, а выследить такую колоритную личность как я не составляет большого труда, если умеешь смотреть на поле. А Охотники умели, пусть это и было для них непросто. На этот раз пуля отскочила от груди. Адреналиновый прилив сил ещё не окончательно схлынул, среагировала я мгновенно, тут же юркнув за ближайшую ёлку. Стоило сказать спасибо Лордам за их уроки и взлелеянные ростки паранойи, посоветовавшей мне не убирать щиты до возвращения в школу. Снова скользнула на магическое зрение и мысленно застонала. На сей раз Охотников оказалось с десяток, не меньше. А сил почти нет. Разве что мерфитские… у тех вообще вроде как границы нет.

Стрела, выпущенная из лука, сломалась уже об горящую зеленью защиту. Я, больше не сомневаясь, рванула к реке, на бегу задаваясь вопросом: «Что ж мне в школе-то не сиделось?!».

Однако до воды я не добралась: выскочила на ещё одну засаду. Мысленно взвыв: «Асавен!» и швырнув в ближайшего противника чем-то, бросилась в сторону, предоставив Охотникам возможность стрелять друг по другу. К несчастью, сориентировались они быстро и, объединившись, очень скоро уж вновь преследовали бедную маленькую русалочку. Ну или кем они меня там считали.

Задыхаясь от быстрого бега, выскочила на небольшую полянку. Пресдедователи буквально наступали на пятки, так что, схватив обнаружившуюся тут большую ветку, я очертила себя кривоватым кругом и быстрой скороговоркой зашептала слова заклинания защиты. Стоило границам вспыхнуть, а над головой раскрыться почему-то отливающему зеленым куполу, обессилено опустилась на землю.

Портал мне теперь не открыть ещё долго, так что единственная моя надежда была на то, что Асавен услышал зов или почувствовал мою магию. Да и взрослые, та же Маргарита Николаевна, вряд ли могли не заметить применение боевых заклятий в такой близости от школы…

Из-за деревьев на поляну, уже никуда не торопясь, вышли Охотники. Явно видели, что преследование окончено. Впрочем, тут их поджидал сюрприз: защита у меня в принципе хорошая, а тут я в неё и мерфитскую магию ещё, кажется вплела.

Их было больше десяти, сколько точно считать некогда. В основном подростки чуть старше меня. Но было и несколько взрослых. Глазом не успела моргнуть, как меня окружили.

– Сдавайся, нечисть, и твоя смерть будет быстрой! – глядя прямо на меня заявил один из мужчин. Лицо показалось смутно знакомым. Но где я могла его видеть?

Умирать я не планировала, так что промолчала, предпочтя влить в защиту побольше силы. Видимо, заметив это, мужчина приказал:

– Убейте её!

– Но, Николай Петрович, она же невидима! – возразил один из ребят. И я вспомнила. «Препод», учитель Охоты! Вот так встреча! В реальности он оказался… пугающ. Отчасти, наверное, потому что я помнила то, что про него думал мой невольный экскурсовод в Охотничью жизнь.

Преподаватель напомнил:

– Только обычным зрением. – И видя, что его не поняли, рявкнул: – По полю, болван, стреляй!

Видимо, от неожиданности тот спустил тетиву, промазав мимо меня. Меня пробило на нервный смешок. Покраснел, вытащил из колчала новую и сосредоточился, явно переходя на магическое зрение и выстрелил снова, но стрела, как и её собратья, ожидаемо сгинула при встрече с защитой. Я почувствовала легкий отток энергии и больше ничего.

Мужчина нахмурился и вытащил из поясной кобуры свой пистолет. Его глаза чуть расширились, и Охотник спустил курок. Деваться мне было некуда, круг я очертила совсем небольшой, так что оставалось уповать на защиту. Однако пуля прошла сквозь неё, лишь чуть замедлившись. Я от неожиданности растерялась, так что то, что все же успела сжечь её мерфитской силой (хорошо, та плавит даже металл), можно было объяснить чистым везением. Сосредоточившись, с трудом затянула дыру в щите. Контроль над маскировкой от этого усилия слетел ко всем чертям. Поняв это, я не торопясь встала, выпрямилась и, глядя прямо на Охотника, сотворила заклинание. Руки, как полагаю и глаза, вспыхнули зеленью. Парни попятились, Препод остался на месте и вновь прицелился. Я вскинула руку и метнула в него друг за другом зеленую сферу, огненный шар и воздушную волну. От чего-то он уклонился, что-то принял на щит, выдержавший лишь часть удара и отшвырнувший его назад. Пока он не оправился, послала вдогонку ещё одно заклинание. Но теперь уже другой взрослый закрыл его своим щитом.

Не на шутку рассерженная, я вскинула обе руки, формируя одно из самых убойных заклятий из моего арсенала… Третий мужчина, блондин, кажется, понял что-то такое, потому что приказал:

– Уведи детей и раненого.

– Но… – начал было шатен.

– Немедленно!!!

Они успели удалиться на достаточное расстояние до того как я закончила. А ждать я не собиралась. Сорвавшись с устремленных в небо пальцев, воздушная волна рванулась в стороны и ввысь, сметая все на свое пути, роняя деревья, поднимая в воздух камни. Я зажмурилась и закрыла уши руками, чтобы не слышать воя вызванного мной урагана.

А когда несколько минут спустя рискнула открыть, то поразилась учиненным разрушениям: вокруг метров на десять-пятнадцать валялись вывороченные с корнем деревья, сломанные ветки, камни и прочий мусор. Трупов по счастью не было, иначе бы вряд ли моя психика выдержала подобное. Даже несмотря на то, что Первый Лорд не уставал твердить «ты или тебя» и пытался настроить меня на то, что лучше убить, чем быть убитой, это ему, выходцу из варварских веков начала эры, подобное могло быть само собой разумеющимся, мне же при одной мысли о том, что я могу кого-то убить становилось плохо. Но видимо, иного выбора у меня не оставалось: на окраине разрушенного участка стоял тот самый блондин, в подрагивающих руках сжимающий пистолет, сил на защиту у меня уже не было, а значит единственным выходом была мерфитская магия.

Но тут слева, буквально в нескольких метрах, вспыхнул и погас портал. Мельком отметила, что тип портала не тот, который обычно используют русалки. На поляне возник Асавен.

Следующие слова они произнесли одновременно:

– Ничего себе!..

– Умри, нечисть!

Мерфит успел дернуть меня на себя, но руку все равно обожгло болью. Да что ж все так мои руки-то любят?! Швырнуть что-либо в ответ я была уже не способна, да и не успела бы – Охотник сжал какой-то амулет и перенесся.

Я устало обвисла в надежных руках преподавателя. Тот, не теряя времени даром, открыл новый портал без начертания.

– Эй, Света, ты в порядке? – озабоченно поинтересовался Асавен, когда мы оказались в какой-то комнате. Здесь, судя по темноте за окном, уже был вечер. Кажется, перенеслись мы вовсе не в школу.

– Не особо, – честно призналась я. От запоздалого ужаса начало трясти, да ещё и рука, в которую попали, болела жутко. О чем я и сообщила математику, перед тем как свалиться в обморок.

Просыпаться не хотелось, в том числе и потому что рядом кто-то отчаянно ругался. Но, судя по прекратившейся ругани, мое пробуждение уже было замечено. Не прошло и секунды, как моя догадка подтвердилась:

– Очнулась?

Спорить с мерфитом не было никакого желания. Открыв глаза, несколько раз моргнула. Когда зеленая пелена исчезла, уже более осмысленно посмотрела на Асавена. Помещение, напоминающее гостиную, было мне незнакомо. Преподаватель усмехнулся и так, словно открывает великую тайну, произнес:

– Свет, я не умею читать мысли.

Я смутилась и хрипло поинтересовалась:

– Где мы?

– Дурацкий вопрос, – заявили мне. И только я хотела спросить, где же тогда моя крестная и мечущая молнии наставница, как математик пресек все эти вопросы коротким: – В Мерфите, разумеется.

Я открыла рот от изумления и попыталась встать, но была легко уложена обратно. Видимо, мой жалкий вид и умоляющий взгляд подействовали на совесть мужчины, потому он, вздохнув, начал рассказ о том, как мы тут оказались.

Собственно, не обнаружив меня на уроке литературы, учитель несколько разозлился и немного заволновался, но посмотрел на поле и, обнаружив, что я где-то на территории, успокоился, решив разобраться позже. Ну а ближе к середине урока почувствовал где-то неподалеку применение мерфитской магии. Но решил для себя, что на помощь придет, только если сражение затянется. На мой закономерный вопрос «Почему?», математик вздохнул:

– Я – слабый маг, Света. И неоднократно тебе уже об этом говорил. Я – учитель и ученый, а не воин. И если я чувствую, что где-то рядом творится мощная мерфитская магия, то считаю за лучшее не путаться под ногами у сородичей. – Тут я с трудом проглотила вопрос, почему же накануне он поступил иначе. Появились-то они с крестной вместе, а значит вместе и были, так что Асавен наверняка перемножил дважды два. – Так что когда ты послала призыв о помощи, я был, мягко говоря, удивлен. Переместившись к «твоему» полю, я обнаружил, что это пустышка, иллюзия. Это ты, конечно, хорошо придумала, вот только не учла, что в обстоятельствах наподобие сегодняшних это может стоит тебе жизни. – Я смущенно потупилась. Что тут можно сказать? То, что не думала о таком варианте? Так это не оправдание. – Да, сегодня ты в той или иной степени справилась, но сама понимаешь, тут велик элемент везения. Сегодня тебе повезло. Повезло в том, что старшие Охотники не воспринимали тебя всерьез, позволив младшему поколению потренироваться. Повезло, что я услышал твой призыв. Повезло, что я успел выдернуть тебя из-под огня. Повезло, что Охотник решил не связываться с нами двумя. Тебе вообще везет, Света. Будь ты обычной русалкой, я бы ломаного гроша не дал за твою жизнь. Тебя бы просто-напросто убили. Но у тебя есть мерфитская кровь, да и Лорды, похоже, успели тебя многому научить. Только благодаря этому и феноменальной удаче ты до сих пор жива. Я хочу, чтобы ты осознала это и впредь думала головой.

Впечатленная его словами я только и смогла, что кивнуть. Он ведь прав. Во всем прав. Будь я просто русалкой, пусть даже хамелеоном, лежала бы уже хладным трупом. Мурашки пробежались по спине. Да и если бы он не появился так вовремя, тот блондин попал бы мне отнюдь не в руку. А даже если бы и в руку, второе попадание было бы куда точнее. Это даже если забыть о том, что оружие Охотников всегда смазано ядом. Кстати говоря, насчет яда…

– Как вы нейтрализовали яд?

– Как и все яды, – пожал плечами мерфит. – Противоядием. Любой уважающий себя маг держит при себе их набор. Как минимум от универсалок и тех, которые на его расу действуют. В идеале ещё от наиболее популярных ядов для других рас. К примеру, у меня есть от русалочьих, храмских, подводноветерских, воздушных и лесных. Ну и человеческих, само собой.

– А они от всех ядов существуют? – заинтересовалась я.

– Конечно, – кивнул Асавен. – Многие Охотники параллельно с ядами и противоядия создают. – Кажется, о чем-то таком я знала от Алексея. – Да и наша, мерфитская, наука на месте не стоит. В этом деле главное вовремя противоядие ввести… Но яды для русалок как правило действуют через поле, то есть не сразу, поэтому это не стало проблемой.

– Спасибо, – я благодарно, по крайней мере, так задумывалось, коснулась его плеча.

Он улыбнулся в ответ и, устроив меня поудобнее (лежала я, кстати, на старомодном диване), принялся выяснять, чего же я там успела натворить и как вообще во все это вляпалась. Я же как могла подробно описала бой и применяемые заклинания.

Надо признать, слушать мерфит умел: когда я теряла нить повествования, он задавал вопросы, когда же я рассказывала, не перебивал, хотя я видела, что ему очень хочется это сделать. Впрочем, когда я закончила не очень длинный в общем-то рассказ, мне задали такую кучу вопросов, что я замучилась вспоминать. К концу у меня от постоянных попыток вспомнить какую-нибудь мелочь типа, какого размера был кинутый мной в стрелка шар, разболелась голова и я предложила преподавателю попросту считать мои воспоминания. На что мне с сожалением ответили, что, во-первых, на мне чертова куча защиты, а, во-вторых, это поставило бы меня под угрозу нарушения Договора. Побледнев, согласилась, что устное обсуждение в этом случае в разы безопаснее.

Когда Асавен, наконец удовлетворив свое любопытство, перешел к более актуальным вопросам, я не сдержала вздох облегчения. Сойдясь на том, что чем меньше народу будет знать о моем участии в этой заварушке, тем лучше, мы быстренько сообразили, как нам выкрутиться.

Следующее пробуждение было куда более болезненным. И вовсе не от того, что убрать все последствия попадания в мою кровь яда, а в тело пули, пусть и задевшей руку лишь на излете, Асавен не смог. Хотя и это тоже. Главной же причиной болезненности пробуждения была злая как черт крестная:

– Света!

– М? – невразумительно отозвалась я, натягивая на голову одеяло.

– Вставай немедленно! – одеяло у меня попытались отобрать. Но я не сдавалась, вцепившись в него изо всех сил. – Или ты сейчас встаешь, или я тебя обливаю!

– Угумм.

– Света!!!

В общем, одеяло у меня таки отобрали. И, мало того, ещё и облили. Резко открыла глаза. Потолок, кремовые шторы. Повернув голову, увидела стол и стоящую напротив кровать. Я была в нашей с Алиной комнате. Поморщилась. Попыталась сесть. Чешуйки неприятно цеплялись за привычно белую простыню.

– Проснулась? – с обманчивой мягкостью поинтересовалась тетя Лена.

– Да, – зло ответила я.

– Тогда может, снимешь, наконец, маскировку?

– Сейчас.

Собравшись с силами, изгнала зелень из глаз, потом наложила дополнительный слой на волосы, оставив не больше десяти сантиметров, и только тогда сняла маскировку.

– А волосы?

Ага, щас! Чтоб ты мои зелененькие концы увидела?

– Мне и так нравится.

– Света…

– Что такое? – притворно изумилась я. – Ну захотелось мне с короткой стрижкой походить. Это преступление?

– Нет, конечно, но…

– Вот надоест, тогда и сниму, – упрямо заявила я. На моё счастье, крестная слишком хорошо меня знала, чтобы спорить. – И, может, высушишь меня, кстати?

Я могла сделать это и сама, но с магией у меня всё ещё было напряженно.

– Конечно, – спохватилась она. Взмах руки и от хвоста ни следа.

– А вообще это нагло было – обливать!

– А прогуливать уроки не нагло?! – вот мы и добрались до цели её визита, собственно.

Вздохнула и честно признала:

– Может и нагло, только встречаться с Андре в мои планы не входило.

– С чего бы вдруг? – подозрительно прищурилась тетя Лена. – Я думала, ты первым делом к нему на шею бросишься.

– Ага, а он мне: «Прости, Света, но я не удержался», – горько усмехнулась я. Да, этого, несмотря на планы и объективную необходимость разорвать отношения, я тоже опасалась. И даже себе боялась признаться насколько сильно.

Взрослая русалка на это хмыкнула и возразила:

– Я думаю, ты ошибаешься. – Удивленно смотрю на неё. С чего вдруг она его защищает? А она грустно так пояснила свою мысль: – Вряд ли бы он признался в измене. Скорее бы ты от кого-то другого о ней узнала.

Поднявшая было голову надежда была буквально растоптана. Сглотнула подступивший к горлу комок. Крестная ободряюще сжала мою ладонь. Но всё же не могла не спросить:

– Неужели он правда пока меня не было… – договорить я не смогла. Да, я практически замужем, но… Он мне в любви признался, в конце концов! Пусть и не так, как я представляла это признание, но признался же!

– Не знаю, Светик, – честно ответили мне. – Но я бы на твоем месте не стала надеяться… – После чего тетя Лена строго добавила: – Но уроки прогуливать всё равно не дело! Постарайся, больше так не поступать, хорошо? – Всхлипнув, кивнула. И крестная смягчилась: – Ну, иди сюда, моя милая.

Я прижалась к ней и, окончательно расслабившись, разрыдалась. Тетя Лена успокаивающе гладила меня по спине, что-то говорила про то, что Андре не стоит моих слез и вообще мужики – козлы. Но я все плакала и плакала, избавляясь вместе со слезами от запоздалого ужаса снова прошедшей совсем рядом смерти, от того страшного понимания необходимости убить, чтобы не быть убитой все же накрывшего меня перед тем как появился Асавен, от напряжения этих двух дней… Да что там двух дней, этого месяца! И ведь были уже слезы вчера, но слишком многое на меня навалилось после Превращения.

Стоило об этом подумать, как истерика вспыхнула с новой силой, только теперь я оплакивала свою загубленную жизнь. Почему загубленную? Да потому что даже если я не стану женой Анхеля, сумев всё-таки разорвать помолвку, вряд ли кто-нибудь забудет невесту Третьего Лорда. Это клеймо будет со мной до самой смерти, спокойно мне жить не дадут. Так что слезы всё текли и текли, и не думая кончаться, истерика продолжалась по Бог знает какому кругу. Наверно, тетя Лена всё же поняла, что сама я ещё долго не смогу успокоиться, потому что в какой-то момент успокоительное и снотворное заклинания накрыли мое сознание словно одеялом, и я вновь забылась беспокойным сном.

Елена Валерьевна

Шатенка вошла в кабинет Илины Владимировны, махнула вскинувшейся было хозяйке, бросила в заварник успокаивающий сбор, залила его кипятком и, оставив настаиваться, устало опустилась в кресло.

– Такой сложный разговор? – удивилась директриса.

Елена Валерьевна подняла глаза на наблюдающую за ней подругу и покачала головой:

– Просто никогда её такой не видела.

– Хочешь сказать, она не сожалеет о том, что прогуляла? – нахмурилась Светина наставница.

– Не особо, – честно признала поисковик. – Но, по крайней мере, я такую причину понять могу. Не знаю, как ты. – Она отхлебнула напиток. Под требовательным взглядом продолжила: – Всё дело в твоём внучатом племяннике.

– Андре? – удивилась Илина Владимировна. – И в чём проблема? Поссорились?

Поисковик покачала головой. Не спеша, выпила половину кружки магически усиленного отвара, собраясь с мыслями, и пересказала подруге подозрения крестницы, ну а заодно свои мысли и то, где и как она всё же нашла Свету.

– Хотя бы во всей этой истории с Охотниками, мостом и той поляной она не при чем, – вздохнула директриса. – А то, зная любовь хамелеонов влипать в неприятности, я бы не удивилась. Что же до Андре… Знаешь, судя по тому, что я видела и тому, что знаю от мамы, вы со Светой обе ошибаетесь. Света ему явно нравится. Не фыркай, для него она явно не просто очередная галочка в списке побед. Сама вспомни, он же всерьёз переживал из-за неё, когда она осталась в Храме! Да и до сих пор переживает, похоже… Да и он не такой уж ветреный, каким пытается казаться. Не перебивай, он внук моего брата, в конце концов, мне как-то слабо верится, что у кого-то вроде Влада может быть ветренный внук. – Елена Валерьевна поняла, на что подруга намекает – её младший брат женился едва ли не сразу, как он и его избранница стабилизировались, и все прошедшие годы был преданно верен обожаемой супруге. Его дочь, тоже замуж вышла рано, так что дедом Владислав Антарио стал хорошо если в сорок пять (для русалок с их продолжительностью жизни вообще нечто невероятное).

– Не знаю. Я слышала иное.

– Слухи бывают преувеличены. Тебе ли не знать? – И прежде чем подруга успела возмутиться намеку на их краткосрочный роман с Теренсом Октано и до сих пор нет-нет, да всплывающие о нем слухи, перевела тему: – Но, думаю, со своими чувствами дети разберутся и без нашего с тобой участия. В конце концов, лето длинное, а территория у лагеря хотя и большая, но не бесконечная. Да и порталы заблокированы.

– Может ты и права, – не стала спорить поисковик. Они некоторое время помолчали, думая о своём. – Меня только беспокоит то, что в прошлый раз Света из-за парня так не переживала. Скорее злилась, чем плакала.

– Всё когда-нибудь бывает в первый раз, – философски ответила директриса. – Может он ей в душу запал сильнее.

– Может и так, – признала Елена Валерьевна. Она действительно хорошо знала Свету, а потому сомнения в том, что причиной истерики был только Андре, не отбросила.

Глава 4

Следующим утром произошедшее казалось чем-то вроде ночного кошмара и я почти заставила себя в это поверить – все лучше, чем вздрагивать от каждого шороха и то и дело оглядываться на лес. Хотелось обычного дня, в котором единственной проблемой была бы несделанная домашка (которую я реально не сделала). Но моим желаниям не суждено было сбыться: на крыльце главного корпуса с утра пораньше кого-то поджидал Андре. Встретившись с решительным взглядом тритона, запнулась и едва не упала. Танцор сбежал по ступеням:

– Девушки, я украду у вас ненадолго Свету? – поинтересовался тоном, возражения не подразумевающим.

Подруги оглянулись на меня, я же покачала головой:

– Нет. Иначе я опять останусь без завтрака.

– Я прихватил тебе кое-кто перекусить, – заявила эта предусмотрительная зараза.

– Может быть лучше после уроков? – снова попыталась я отсрочить неизбежное.

– А может, ты просто меня избегаешь? – в лоб спросил парень. И, пока я пыталась понять, как достойно выкрутиться, продолжил: – Не знаю, чего ты боишься, но я, знаешь ли не кусаюсь.

Рия фыркнула, явно сдерживая смех, и я поняла, что надо срочно спасать ситуацию. Отрезала:

– Разумеется, нет. – А вот вопросов, которые ты задашь, боюсь и очень. Но говорить об этом не собираюсь. – Но у меня сейчас не так много времени…

– И ты тратишь его впустую, развлекая публику, – недовольно заметил Андре и протянул мне руку. Поняв, что он не отстанет, успокоила подруг и, проигнорировав ладонь юноши, направилась по дорожке к виденной мной в стороне от основных тропинок беседке.

– Как ты? – спросил Андре, когда мы убрались с пути спешащих на завтрак школьниц. Разумеется, при виде нас тут же замедляющих шаг. Новая волна сплетен мне обеспечена. Прекрасно просто.

– Нормально, – отозвалась я. И, прежде чем он задал опасный вопрос, пояснила: – Хотя месяц сидения взаперти и вынужденного изучения общемагического – удовольствие сомнительное. Но дед меня вызволил, как видишь.

Остановившись, парень заглянул мне в глаза:

– Я понимаю, что виноват. Было огромной глупостью лезть в полуреальность. Да и тот спор с Фывалеем, из-за которого мы опоздали к закрытию выхода, был глупостью.

Я кивнула, но сочла необходимым напомнить:

– Именно я выбрала для прогулки Питер.

– Ты же не могла предполагать такое…

– Не могла, – согласилась я, продолжая путь к беседке. Помолчав, поделилась сомнениями: – И вообще, если бы не мальчишка…

– Он превратился слишком рано, – спустя несколько секунд озвучил мои мысли Андре.

– Да. Роковая случайность.

– Или не случайность… – медленно произнес танцор, уловивший намек.

– Или так, – подтвердила я.

– И местного поисковика рядом не оказалось, – заметил ещё одну странность тритон. А ведь действительно! Почему не среагировал поисковик, который должен был следить за мальчиком? Ведь должен же был, если я хоть что-то понимаю.

Кажется, мне удалось озадачить спутника, потому что оставшийся путь до беседки проделали молча. Присела на деревянную скамью и выжидающе уставилась на Андре. Он чуть отстал, замерев на ступеньках.

– Будешь? – присевший рядом танцор продемонстрировал извлеченный из перекинутой через плечо сумки контейнер, в котором оказались завернутые в салфетки бутерброды с ветчиной, сыром и петрушкой.

– Спасибо, – выглядели эти сэнгвичи аппетитно. На вкус тоже оказалось очень даже ничего.

– Что с тобой случилось после того как прабабушка меня перенесла? – убирая опустевшие контейнер и термос из-под чая, которым мы каким-то чудом умудрились не облиться, спросил Андре, когда мы оба утолили голод.

Вздохнула:

– Я не могу рассказывать.

– Клятва? – Тритон оказался куда догадливей других. Возможно, потому что в отличие от них слышал тот разговор.

Снова кивнула.

– Я пытался тебя вытащить, – несильно сжав мое предплечье, сообщил Андре. – И не только я.

– Там была хорошая защита, – возразила я, мысленно возрадовавшись тому, что он сел не со стороны раненной руки. – Насколько я понимаю, после твоего исчезновения они предусмотрели такую возможность, так что вряд ли бы это хоть у кого-то могло получиться. Так что ты не виноват. И давай больше не будем об этом.

– Конечно, – согласился тритон. И сменил тему: – Почему тебя не было на танцах?

Удачно, ничего не скажешь.

– Так получилось, – ответ получился жестче, чем требовалось. Но не говорить же, что я прогуляла?

– Я тебя искал, но ты словно скрывалась… – внимательный взгляд. – Специально?

– А что если так? – я с вызовом посмотрела на него.

В синих глазах отразилась боль:

– Не хотела меня видеть, да?

– Не то что бы не хотела… но и к встрече была не готова.

– А сейчас готова? – со скепсисом спросил парень. Судя по тону, о моём ответе он догадывался.

От необходимости подтверждать его догадку меня спас раздавшийся в отдалении звонок.

– Мне пора, – я вскочила. Удерживать или догонять меня тритон не стал. И на том спасибо.

– Прости меня, – донес ветер.

Остаток дня до обеда прошел до странности обычно: и плаванье, и остальные предметы не принесли никаких сюрпризов. На душе после разговора с Андре было муторно. Подруги, разумеется, пытались выяснить, о чем мы говорили, но я отделалась отговорками. Остальных этот вопрос тоже интересовал, но по счастью, Рия и мой мрачный вид держали их на расстоянии.

Да и для разговоров была другая, гораздо большее интересная тема: о разрушении моста и случившемся вчера на поляне говорили все кому не лень, безбожно перевирая реальность. Первый раз услышав про это, я вздрогнула и с трудом сдержалась, чтобы не высказать все что думаю об охотниках, их засадах и разрушениях. Единсвенным плюсом этих обсуждений было то, что стало понятно – меня, похоже, никто, включая крестную, даже не заподозрил. Видимо, сыграло на руку то, что никто не ожидал от не так давно превратившейся русалки подобного уровня владения магией. Грешили на мерфитку. Забывая, что у меня мерфитская магия тоже есть. Правда, все похоже считали, что мои возможности и в ней в том числе исчерпываются одним-двумя несложными заклятьями, не подозревая, что моя мерфитская часть настолько сильна. Я и сама не подозревала, если честно. По все подсчетам, причем не только моим, но и Алейна, я уже после пары таких заклятий должна была стать мерфиткой. Но почему-то не стала. Думаю, тут стоило поблагодарить таинственную бабушку, потому что зелень из моего поля явно исчезала не в никуда.

С одной стороны это радовало, с другой – не могло не пугать, потому что я понятия не имела как можно устроить такое. И нельзя ли наоборот не забрать у меня зелень, а накачать мне свою, тем самым запустив Иницииацию. А становится мерфиткой я не хотела.

В ответ на вопросительный взгляд Асавена, брошенный на меня перед физикой, я чуть улыбнулась, показывая, что всё хорошо, и наш план сработал. Собственно, наша с математиком идея была проста: пока моя иллюзия гуляла по школе, Асавен перенес меня в комнату, я пригнала туда же и развеяла иллюзию, после чего мерфит меня усыпил. Так что когда у крестной появилось время и желание меня отчитать, я спала под маскировкой в своей кровати прямо в одежде. Единственным слабым местом в плане была как раз последняя. Та одежда, в которой я утром ходила на занятия, а потом бегала от Охотников была, мягко говоря, в кошмарном состоянии и мало чем отличалась от пары половых тряпок. А если и отличалась, то не в лучшую сторону. Тут единственной отговоркой было то, что я решила переодеться перед танцами – все же кроссовки и джинсы несколько неподходящая для бальных танцев форма одежды. И то и другое, кстати говоря, вычищенное с помощью магии, теперь валялось в шкафу у Асавена (вряд ли крестная туда полезет), а блузку оставалось только выбросить – спасать там было нечего. Повезло, что форменную жилетку я с утра второпях не надела, иначе бы и её испортила, а тогда пришлось бы объясняться с Лилией Николаевной.

Такими темпами мне скоро определенно должны были потребоваться новые блузки. Это ведь уже вторая уничтоженна за весьма короткий срок. Ещё одна пропала с концами, когда мы загремели в Храм, а другую (в отличие от куртки) мне так и не вернул дедушка после похищения… Итого я потеряла по тем или иным причинам уже четыре штуки. А если учесть, что за прошлый год я подросла на четыре сантиметра и ещё не успела обзавестись большим гардеробом, скоро мне грозил разговор с крестной относительно необходимости похода по магазинам и, зная тетю Лену, причин этой необходимости.

После окончания занятий я сразу же поспешила к мерфиту. Официально сдавать долги и заниматься физикой, на деле же и это конечно тоже, но первоочередной целью стояло получение последних новостей.

Математик обнаружился в лаборантской. Судя по стопке тетрадок, до моего появления проверял чьи-то контрольные или лабы. Оставалось надеяться, что не наши, а то с него станется засадить меня отрабатывать пропуск.

– Тук-тук! – я ненадолго замерла в дверях.

– Заходи уже, – проворчал мужчина.

Собственно, я уже и так зашла, так что разрешение было не более чем формальностью. Тем не менее, оно было получено, и я устроилась на единственном свободном стуле, ожидая рассказа. Долго меня мучить не стали:

– Я сказал директрисе, что в лесу постаралась одна из моих учениц. Не солгал, как думаешь? – и хитро покосился на меня. Я фыркнула и мотнула головой. – Вот и я так считаю. Это и то, что девица уже наказана, её вполне удовлетворило. Думаю, яд и двойное домашнее задание по математике – это более чем достаточное наказание?

Автоматически кивнула. И только потом запоздало сообразила, что речь обо мне.

– Какое ещё двойное домашнее?!

– Обыкновенное. Вот, держи, – мне протянули тонкую тетрадь. Машинально пролистав обнаружила, что она заполнена более чем наполовину. Конечно, везде было оставлено место для решений, но масштабов подлянки это не убавляла. – К завтрашнему дню решишь. Тебе не помешает.

– Ну спасибо! – с чувством «поблагодарила» я. Мало мне того, что наверстывать приходиться!

– Не за что, – улыбнулся этот изверг. – В следующий раз будешь думать, прежде чем отправляться на поиски очередных неприятностей.

– Да я и так буду. После такого-то, – поёжилась.

– Это ты сейчас так говоришь, – учитель физики снова встал на воспитательные рельсы. Видимо, для закрепления эффекта: вчера мозги мне уже прочищали. – Хотя со стычки с нереидом до твоего вчерашнего побега сколько прошло? Сутки?

Нехотя признала:

– Чуть меньше.

– Не, я слышал, что у хамелеонов шило в одном месте, но чтобы настолько не предполагал. О чем ты думала-то хоть?

Оставалось только вздохнуть. Мои резоны после стычки с Охотниками казались мелкими и несущественными. Подумаешь, пришлось бы объясняться с Андре. итак ведь пришлось…

– Вот и мне кажется, что не думала, – вздохнул Асавен.

– Почему они вообще напали? – спросила я наконец то, что не давало мне покоя так долго. – Ведь явно я не первая решившая погулять в окрестностях школы русалка! Но напали почему-то именно на меня!

Мерфит устроился поудобнее и явно собрался разразиться мини-лекцией: похоже, и сам думал на эту тему. Я не возражала, так что вполне искренне изобразила полнейшее вниманеи.

– Начнем с того, что едва ли так уж много русалок гуляло в окрестностях школы во время занятий. У Охотников они, знаешь ли, примерно в то же время проходят. – Я едва не ляпнула, что знаю, но вовремя прикусила язык. Фигурально выражаясь, к счастью. – Так что отчасти тебе повезло именно из-за неудачного времени прогулки. Кроме того, твое поле после происшествия с нереидом, все ещё было больше зеленым чем синим. А у Охотников традиционно с магическим зрением сложности. Понимаешь, к чему я веду?

Я похолодела.

– Меня приняли за мерфитку…

Из этого следовало многое. Даже очень-очень многое, потому что от Леши я знала про разницу отношения к русалкам и мерфиткам даже в официальном варианте. Что уж говорить про суровую реальность?

Преподаватель кивнул и пояснил, не подозревая о том, что я и так в курсе этих нюансов:

– Мерфитки и русалки – это разные классы опасности. Условно, мерфитки – это «атакуй, если можешь, беги, если нет», а русалки «атаковать при угрозе людям». – Такая точная трактовка Охотничьих правил впечатлила. Там правда для мерфиток вроде значилось «требуется вызов специально обученных специалистов», но на практике скорее получалось как и сказал Асавен. – С Мерфитом у Охотников не было Соглашения, так что они ничего не нарушают, нападая. Официальная же позиция Академии звучит примерно так: нечего лезть куда не просят, а если полезли сами виноваты. К тому же, в большинстве случаев мерфитка может воскреситься. Когда сама, когда с помощью учителей или наставника, но может. Об этом знают и старшие Охотники, так что иногда они дают своим потренироваться так сказать в приближенных к боевым условиям. Опыт получают обе стороны, так что никто не внакладе. Поэтому в принципе нет ничего удивительного, что тебя атаковали.

– Значит, мне просто «повезло»?

– Я бы не стал списывать это происшествие на везение или невезение. Скорее, тебе просто очень наглядно показали, что прогуливать чревато. Иногда для здоровья и жизни. – Что тут можно сказать я не знала. Мерфит в общем-то был прав. Хоть это и была весьма неприглядная для меня правда. – И если на этом с насущными вопросами разобрались, думаю, можно приступить к занятиям?

Я не слишком уверенно (потому что предчувствовала подлянку) кивнула. Интуиция оказалась права: заниматься мерфит решил физикой. Так что уже через пять минут я была готова просить пощады. Вот только смысла в этом не было: поведение Асавена напоминало поведение Аллейна, когда дело доходило до магии. А Пятый Лорд в этих вопросах был беспощаден.

Небольшой зал, освещавшийся магическими светильниками, был защищен от разрушения, иначе бы давно превратился в руины. Впрочем, от копоти и дыма никакие заклятья не спасали. Особенно учитывая те заклятья огненной стихии, применения которых от меня так упорно добивались. И я стараюсь, но сложное заклятье в очередной раз выходит из-под контроля.

– Ну же, Света, я ведь не требую от тебя шторм устроить! – бесится Аллейн.

– Да не могу я! – взвываю не хуже вышедшего из-под рук мага столба пламени. – У меня пальцы так не заплетаются!

– Зато язык заплетается! – ехидно замечает учитель и швыряет в меня какой-то пакостью. Пальцы с перепуга сами выдают первое попавшееся заклинание в ответ. К сожалению, не щита, так что я падаю на бок и откатываюсь в сторону, пропуская учительское заклятье над собой. – Ну вот, можешь ведь, когда захочешь! – удовлетворенно замечает мужчина. Я сажусь и оторопело смотрю на огненный столб, кружащийся по помещению. – Хотя учитывая, что в тебя летело заклинание, было бы логичнее выставить щит, а не бросаться в контратаку. Так что плохо, Света, плохо.

– Но вы же знали!

– О том, что ты бросишь именно то заклинание, которое мы сейчас тренируем? – отлично понимает меня лорд. – Знал, конечно.

– Так чего же от меня хотите?!

– То, что я предсказал твою реакцию, не отменяет того, что ты должна была поставить щит. А потому сейчас закрепим результат и займемся твоими боевыми рефлексами. В частности установкой щитов.

Мне остается только вздохнуть.

Но стоит признать, такая методика была плодотворной. К примеру, в тот день помимо столба огня я освоила ещё парочку заклинаний огненной стихии и несколько типов щитов. Всё же Пятый Лорд был мастером своего дела. Великолепным магом. Именно магом, а не учителем. Он не заморачивался педагогикой и методикой преподавания магии, он просто показывал, коротко объяснял и заставлял применять. Что-то получалось у меня с трудом и посредством долгих тренировок, что-то интуитивно, а где-то я с удивлением и благодарностью узнавала элементы тех игр, в которые со мной в далеком детстве играла крестная. Во многом благодаря этому заклинания, требующие ловкости пальцев, получались у меня куда лучше, чем словесные (хотя всему есть предел, как с этим дурацким огненным столбом). Другой причиной было то, что я знала только два языка: русский и английский. И второй далеко не идеально. Так что формулы заклинаний на атлантийском, общемагическом, древнегреческом, латыни и других языках приходилось зазубривать. Ну и учить языки. А это отнимало время.

К счастью, большинство боевых заклинаний активировалось именно жестами. Логично, что предпочитала я именно их. Хотя были у меня и любимые формульные. Да и нелюбимые я с перепугу могла правильно воспроизвести. Хотя тут пятьдесят на пятьдесят. Вчера, например, с защитой мне просто повезло. Раньше она у меня редко получалась… Думать не хочу, чего это могло мне стоить!

– Света! Ты так и будешь меня игнорировать? – поинтересовался мерфит.

– Да? – очнулась от мыслей я.

– Куда будет этот вектор направлен?

– Какой вектор? – не поняла я.

– Вот этой силы.

Я присмотрелась, соображая, что же от меня требуется. Какая-то знакомая формула. Потом до меня дошло:

– Это же формула заклинания левитации? Только странно записанная, наоборот. Получается, вектор вверх.

– Это ещё почему?

– Так в левитации вниз, – пожала плечами довольная собой я.

За что была удостоена косого взгляда и тяжелого вздоха:

– Свет, а если применить знания не по магии, а по физике?

– Эээ…

– Понятно. Объясняю ещё раз…

В общем вечер за математикой и попытками физика отучить меня от привычки видеть во всех формулах элементы заклинаний прошёл довольно нудно, хотя не без веселых моментов. Наше уединение было прервано, как раз когда мы до хрипоты спорили о направлении очередного вектора. Я утверждала, что он будет направлен точно на север, аргументируя это направлением силы в аналогичном заклинании, Асавен же заявлял, что перпендикулярно вверх, по какому-то там правилу из физики. Так вот в тот момент когда нас прервали, мерфит демонстрировал мне чертеж той самой таинственной равнодействующей, а я ему заклинание Ураганного ветра, сверкающее на пальцах.

– Видите, это я вектор на север ориентировала. А если ориентирую, как вы говорите, перпендикулярно…

Стук в дверь заставил меня замолчать и расплести заклинание.

– Асавен, это я, – оповестил некто мужским голосом.

– Танрен, – так будто это что-то объясняло, сообщил математик, вставая, чтобы открыть дверь.

Впустив внутрь… ещё одного математика, мерфит снова задвинул засов. Я тем временем разглядывала мага. Пожилой мужчина в свою очередь рассматривал меня. Он был одет в тот же костюм, что и при прошлой нашей встрече, но очки с толстыми стеклами, обычно скрывавшие глаза, держал в руках. При этом явно отлично все видя. Вопрос, зачем же ему нужны очки, застрял у меня в горле, стоило мне увидеть голубые как небо глаза. Водный дар прямо таки отражался в них. Скользнув на магическое зрение, я утвердилась в подозрениях: оттенок синего поля был чуть более светлый, чем бывает у русалок.

– Вы – подводноветренник! – обличающе выдохнула я, переходя на зрение обычное.

Мужчина пожал плечами, как бы говоря: «Ну и что в этом такого?». И сняв пиджак, делавший его сутулым, стал выглядеть значительно моложе. Пока я удивленно пялилась на это преображение без всякой магии, гость (или наоборот хозяин?) освободил себе стул и подсел к нам. При этом без спроса забрав исчерченный векторами лист. Я от такой наглости обалдела. Несколько секунд спустя соотечественник моего жениха оторвал взгляд от листка и доброжелательно поинтересовался:

– Вектора объясняешь?

Асавен подтвердил, не сдержав горестного вздоха:

– Уже часа два.

– И не понимает? – удивился Танрен. Мерфит только рукой махнул. – Ну давай я попробую.

– Давай. Хуже уже не будет.

Мужчина принялся за объяснения. Мне оставалось только внимать. Я в принципе и из объяснений Асавена часть уже поняла. Когда же имеющий опыт объяснения идиоткам вроде меня маг объяснил то же по второму, вернее уже третьему кругу, вообще разобралась. И так как свои знания магии мне показывать ему было нельзя, пришлось, скрипя зубами, отказаться пока от доказательства своей теории. Впрочем, надолго меня не хватило. Выбрав наиболее простой пример, я (к недовольству мерфита) продолжила упрямо гнуть свою линию:

– Вот смотрите. Простейшая левитация. Вектор вплетения силы вниз. Помните её формулу?

– Ну, разумеется, – подводноветренник вывел на листке аккуратную формулу заклятья.

– А если заменить знаки на прямо противоположные?

– Погоди, – попросил мужчина. Секунду подумал и вывел получившуюся комбинацию.

– Вот видите?

– Что? – не поняли оба.

– Да формулу эту вашу! – воскликнула я. – Запишите её не атлантийскими, а английскими буквами! Вот смотрите, – выхватила ручку у Танрена и в несколько размашистых движений написала ту формулу, с которой всё начиналось. – Видите? И раз знаки противоположные, то и вектор противоположный!

Оба математика замерли, едва ли не открыв рот.

– Может, это совпадение? – предположил подводноветренник.

– Дайте любую формулу, – предложила я, пожав плечами. После двух часов с Асавеном и этими дурацкими векторами я была уверена в своих силах.

Следующий час оба мужчины предлагали различные формулы, и я разбирала их с позиций магии. Учитывая, что в дело пошли трёхэтажные конструкции, приходилось повозиться. Да и не все заклинания я знала. Но тут уже помогали математики, уловившие принцип. Правда, с квадратными корнями и прочей загадочной дребеденью моя методика не работала, вернее, может и работала, но замены корня в магии мы пока не нашли. В общем так мы баловались часа полтора. Нет, потом мы вовсе не остановились. Просто мысль пошла дальше:

– А что получится, если записать нашу первоначальную формулу магическими знаками? – поинтересовался вдруг Танрен.

Мы переглянулись и я, схватив ручку, записала и расстроилась:

– Ахинея какая-то.

– Не скажи, – возразил подводноветренник, разглядывая результат. – Это, по-моему, заклятье погружения. Его иногда используют, когда нырять лень. Оно увеличивает массу.

– То есть противоположно левитации, ведь та уменьшает? – уточнила я. А в голове вертелась какая-то идея.

– Ну да.

– Получается, если записать заклятье противоположными символами и задать противоположный вектор, то и результат будет противоположный?

На этот раз ответил мерфит:

– Конечно, это же одна из причин, почему эти знаки вообще используются. Схемы ведь в несколько раз удобней.

Я сникла. Тут я первооткрывателем не была. Идея тем временем продолжала вертеться в голове.

– То есть, если я правильно понимаю значение той формулы, которую мы переводили, она отражает суть заклинания?

Подумав, мне кивнули. Мгновением позже до них дошло.

– А ведь правда! – воскликнул подводноветренник. – Асавен, ты у нас физик, сообрази какую-нибудь формулку!

В общем, следующий час мы переводили формулы в заклятья. Многие оказались знакомыми. Но важнее было то, что теория подтверждалась! Моя теория подтверждалась! Так что когда нам попалось незнакомое заклинание, мы едва удержались от того, чтобы его попробовать. Остановило только то, что, судя по формуле, в кабинете этого было лучше не делать. Да и не зная энергорасхода мы рисковали нарваться. Потому как оба мужчины в магии, по собственному признанию, были слабы. Да и магия мерфита несколько другой природы, там стандартные формулы не всегда правильно действуют. У меня же, хотя я была и посильнее, не хватало мастерства. Я и обычные-то формулы не все воспроизвести могла, а тут столько элементов, что я это даже без учета энергорасхода смогу повторить в лучшем случае через пару лет. В данной ситуации отчётливо не хватало Аллейна. Вот кого бы ничто не остановило. К сожалению, позвать сейчас Лорда было нельзя. Да и для меня опасно: и под Договор могу подставиться, и поле его наверняка засекут. Согласившись, что применить мы такое пока не сможем, вновь углубились в перевод всем известных физических формул в магические. Без сложностей тут не обошлось: в некотрых случаях приходилось делать перевод буквально перебором. Но даже Асавен признавал, что и в таком форме записи формулы имели право на жизнь. Как он заявил, обозначения придуманы для удобства, они не априори верны. Я не вполне эту фразу поняла, но слишком поглощана была своей идеей, чтобы спрашивать.

Стук в дверь застал нас за спором о направлении силы, функциях и энергорасходе очередного опуса. Спорили мы, конечно, громко, но на комнате висело тиховое[1] заклятье, так что вряд ли некто пришел сюда, привлеченный шумом. Скорее уж кому-то один из нас понадобился. Переглянувшись, быстрым и единогласным решением спрятали результаты нашей деятельности, оставив лишь самый первый изрисованный векторами листок. Я как могла затерла следы своей магии, Танрен надел пиджак и очки, пригладил волосы и… вновь принялся объяснять мне дурные вектора. Я сдавленно застонала, но всё же вслушалась в объяснения. А что? Надо же понять, как провести альтернативный расчет направления силы заклятья? Посмотрев на нас, Асавен пошел открывать.

Стоило двери приоткрыться, как она едва ли не отлетела. В лаборантскую влетела моя крестная. Злая, как черт.

– Асавен, Танрен, – поприветствовала тетя Лена коллег кивками. Те кивнули в ответ. – Вы тут уже четыре часа Свету своей математикой мучаете!

– Физикой, – педантично поправил мерфит.

– Тем более! – веско возразила женщина. – И не вешайте мне лапшу на уши, о том, что ей тут с вами нравится. Я отлично знаю, что математику, – взгляд на монстра математики, – А уж тем более физику! – моя крестница ни под каким гарниром не переваривает!

Вот тут она права. Не перевариваю. Вернее не переваривала, потому как особого смысла в них не видела. А теперь, думаю, буду пытаться. Ведь даже в них, как оказалось, польза есть. Думаю, Аллейн со мной согласиться и заставит разобраться.

Почувствовав устремленные на меня в ожидании ответа взгляды, благодарно улыбнулась крестной и возразила:

– Думаю, теперь буду переваривать. Мне очень доходчиво объяснили непонятные моменты, – благодарные улыбки достались обоим мужчинам. – Завтра продолжим? А то у меня ещё такая ку-уча домашки, – красноречивый взгляд на Асавена.

– Конечно, – мерфит тоже улыбнулся. – До завтра.

И я последовала за тетей Леной, одними губами шепнув:

– Меня подождите.

Математики скисли. А я позволила себе победную улыбку. В коридорах было пустынно. В смысле не было никого. Ничего удивительного, всё же вечер скоро. Вон за окном уже сумерки. Что-то мы и, правда, засиделись.

Когда мы отошли от кабинета, тетя Лена нейтрально поинтересовалась:

– Ничего не хочешь мне сказать?

– А должна? – искренне удивилась я.

– Думаю, да, – косой взгляд в мою сторону.

– И о чём же? – снова невинные глаза.

– Например, о том, чем вы там занимались? Или о том, почему как я ни начинаю тебя искать, мерфит крутиться рядом.

– Физикой, – я как ни в чём не бывало пожала плечами. – А ответа на твой второй вопрос я не знаю. Хотя может, дело в том, что я сама на какую-то долю мерфитка? И в любой момент могу ей стать? А он единственный, кто может мне в этом случае хоть как-то помочь.

Нет, я вовсе не давила на совесть. Просто пользовалась знанием слабых сторон крестной. А что мне ещё оставалось?

– Хорошо, что ты об этом заговорила. Я уже давно хочу с тобой поговорить на эту тему.

Я напряглась. О чём тут говорить? Неужели, она знает про вчерашнее?!

Ещё более укрепляя меня в этих подозрениях, тётя Лена сотворила тихушку, хотя в ней не было особой необходимости – мы вышли на улицу, деревья от дорожки были далеко, так что подслушать нас едва ли кто-то мог. Начала издалека:

– Меня напрягает вся эта ситуация с зелёным полем. Ты что-то очень часто его набирать стала. Колдуешь что ли?

– Разве что от неожиданности, – признала нехотя. – Но я стараюсь себя контролировать. А Асавен помогает мне контроль совершенствовать.

– Да я не против того, что помогает, – заверила крестная. – Просто рядом с мерфитом твоё поле, раз уж оно так легко зелёным становиться, запросто может ещё и его зелень набирать.

Ой, да там отдача-прием минимальна! Тем более это в синепольном школьном тумане не страшно. Вслух я, естественно, этого говорить не стала, ограничившись вопросом:

– Думаешь?

– Думаю. Поймешь, почему, когда разберешься с теорией поля. – Если бы могла, тут я бы могла многое ей сказать. И про специфику мерфитского поля, и про отдачу-прием вообще: Освейн не пожалел времени и нормально мне эту тему объяснил. Но я не могла, потому ограничилась кивком. – К тому же Асавен действительно проводит с тобой слишком много времени. Могут поползти слухи.

– Могут, конечно. – Мне, честно говоря, в данном случае на слухи было плевать с высокой колокольни. Может, потому что мысленно я все ещё крутила так и эдак знакомые заклятья, а может просто уже надоело думать, о том, что там обо мне опять болтают. Решила озвучить второй вариант: – Но слухи про меня и так ходят: всё же первый хамелеон за черт знает сколько лет. Да и нас с Андре куча народа видела вместе. Ну и тот наш танец нескоро забудут. Опять же мое исчезновение на целый месяц, тоже, думаю, у некоторых вызвало желание почесать языками. Так что слухом больше, слухом меньше... Переживу как-нибудь.

К тому же, если мы теперь втроём будем сидеть, вряд ли слухов будет много.

Крестной моя позиция не очень-то понравилась и она попыталась настоять:

– Свет, Асавен – это не Андре. Не забывай, что он твой учитель. Не порти себе репутацию.

Это она намекает на то, что кто-то может решить, что мы с Асавеном..? Едва сдержала желание рассмеяться. Большего бреда, да ещё и от тети Лены я давно не слышала. На мгновение у меня даже закралась крамольная мысль, что она банально ревнует, но я тут же его отогнала – ну бред же, разве нет? Хотя то, что она вообще предположила, что я могу влюбиться в мерфита, который уж точно не моложе Третьего Лорда, задело. Эдак она так и в то, что я в Анхеля влюбилась поверит?

Потому ответила я довольно резко:

– Думаю, я не маленькая. Так что разберусь, что для меня лучше, – отрезала я. И прежде чем она успела возразить, перевела тему: – Лучше скажи, что ты родителям внушила.

– Да ничего, – спокойно сообщили мне.

Я напряглась:

– В смысле?

– Твой дед меня опередил. – Фух! А я уж начала бояться, что у меня там родители с ума сходят! – А что уж он там им внушил, я понятия не имею. Сейчас они, кстати, в Италии. Уже с неделю.

– Ни фига себе наглость! Я тоже в Италию хочу!

– Можем на выходных слетать, – пожала плечами крестная.

– Серьезно? – обрадовалась я.

– Разумеется, – мне улыбнулись. – Порталы тем и удобны, что можно в любой момент в любую страну перенестись.

– Тогда в воскресенье?

Тетя Леня покачала головой и напомнила:

– В воскресенье бал.

– Какой ещё… – начала было я. Потом до меня дошло: – Черт! Бал! А у меня все нормальные платья дома!

Крестная на это лишь фыркнула:

– Нашла проблему! Я тебе принесу. Ты только скажи, какое и где висит.

Я задумалась, мысленно перебирая гардероб. Потом с сожалением покачала головой:

– Давай я сегодня подумаю и скажу тебе завтра.

– Главное, не забудь.

– Не забуду, – уверенно сказала я и направилась на второй этаж, где располагалась наша с Алиной комната. Тетя Лена же свернула в один из коридоров, ведущих к преподавательским апартаментам.

Асавен

Когда дверь за русалками закрылась, мерфит и подводноветренник продолжили разбор формул. Немного помолчав, Танрен спросил:

– Это ты научил её формулам?

– Не-а, – мерфит потянулся. – У неё был другой учитель. Думается мне, что гораздо более компетентный.

– И я даже догадываюсь, кто именно, – усмехнулся подводноветренник. – Повезло девочке.

– Это смотря с какой стороны посмотреть, – не согласился Асавен.

– Тоже верно. – Следующие несколько минут они разбирали формулу. – Странно, что до неё никто не додумался соотнести те и другие формулы.

– А мне кажется это вполне логично. Физика – молодая наука, так что старшее поколение не особо ей интересуется. И знают её из магов на достаточном уровне разве что мерфитки. Но наша магия отлична от человеческой, так что стандартные формулы нам мало подходят. Да и много ты видел магов, переводящих знаки магических формул на латиницу? Большинство понимает, что надо атлантийский просто выучить: многие заклинания ведь именно на нём. Полагаю, Света просто слишком рано формулы стала учить, вот и привыкла перевод делать.

– А тут ты со своей физикой к ней пристал, – усмехнулся Танрен.

– Удачно, заметь.

– Пожалуй.

Настя

Храмовая магия, по крайней мере, та, что им показывали, мало отличалась от привычной русалочьей. И точно также как с русалочьей у обладающей слишком маленьким резервом девушки возникли с ней проблемы. Прогресса не было и после того как курирующий их группу храмовик объяснил им как можно черпать силу в молитвах.

– Как твои дела с магией? – спросил как-то настоятель после очередного сеанса общения на тему русалочьей школы. На этот раз, видимо, впредверии конца учебного года, обсуждали русалочьи торжества и принятые на них порядки.

– Плохо, – вздохнула девушка и обрисовала ситуацию.

– Ты пришла в Храм за силой, а не потому что веришь. Поэтому тебе так тяжело, – заметил на это адепт Огненной.

– Но я верю! – с жаром воскликнула она.

– Возможно, – не стал спорить мужчина. – Но только разумом, не душой. Пойдем, я кое-что тебе покажу.

И не дожидаясь её согласия или отказа (высокопоставленные храмовики вообще не привыкли спрашивать мнение нижестоящих), направился к дальней стене кабинета, где был вычерчен стационарный контур портала. Настя поспешила следом.

По ту сторону оказался такой же, но при этом совсем иной Храм. Здесь все было богаче, наряднее, вычурнее: и паркет с узором вместо бетона, и фрески на стенах вместо краски. Идти оказалось недалеко, а её спутник не останавливался, так что девушка мало что успела разглядеть.

– Это зал Богов, – настоятель указал на широкие, украшенные традиционными орнаментами двери. – Уверен, ты уже бывала в подобном в своем отделении. Он одновременно похож на этот зал и непохож.

Опыт предыдущего общения с огневиком побудил её рискнуть задать вопрос:

– Я не понимаю.

– Скоро поймешь, – мужчина толкнул дверь. Когда они прошли в середину, с хитринкой в голосе спросил: – Чувствуешь разницу?

– Дда. – Разница действительно была, но описать её словами Настя бы не взялась. Это было что-то такое аморфное, неуловимое, словно отголосок мелодии или слабый запах.

– Это, – настоятель обвел рукой пустующий в этот час зал, – настоящие предметы, принадлежавшие богиням. Не символы, а реальные артефакты. Один из гребней Подводной Богини, подаренных ей Лесной; осколок трезубца Огненной, которым она убила Подводную и который по легенде сломала Асте, победив мятежную дочь; вуаль Воздушной; локон Асте. Ничего не сохранилось только от Темной. Говорят, она не страдала вещизмом, зато страдала паранойей. Возможно, специфика работы. Она ведь повелевает Парком мироздания, куда уходят для перерождения души умерших.

Подойдя к лежащему на подушке гребню (ей как большинству русалок ближе была именно Подводная богиня), Настя почувствовала запах моря, услышала шум волн и одновременно скрип сосен. Она с трудом сдержала желание дотронуться до артефакта.

– Теперь понимаешь?

– Мне трудно осознать.

– Вот об этом я и говорил, – ничуть не удивился мужчина. – Ты веришь разумом. Можешь к нему прикоснуться, если хочешь, – предложил настоятель, отодвигаясь подальше. Проследив за ним, Настя от щедрого предложения отказалась. – Да не бойся, тебе это не опасно. Это меня Подводная богиня не любит.

– Я всё же не буду.

– Как знаешь.

Оглядевшись, русалка увидела на дальней стене несколько занавешенных картин.

– Это не просто портреты, – заметив её интерес, сообщил отмеченный вниманием Огненной. – Это их прижизненные портреты. Все остальные изображения в Храме лишь репродукции этих.

– А почему они закрыты?

– Это тоже артефакты, причем очень мощные, – ответил настоятель, разглядывая кусочек трезубца Огненной. – Некоторые считают, что Богини могут вселяться в эти изображения. Неподготовленному опасно смотреть на них – слишком непредсказуем результат. А подготовленному не стоит встречаться взглядом с Богиней противоположной стихии. Я могу без страха взглянуть на Огненную, но ни за что не открою портрет Подводной. Так что не советую.

В это было сложно поверить тому, кто родился в двадцать первом веке. Тому, кто родился вне магического мира. Прижизненные портреты, реальные вещи, буквально излучающие древнюю силу, означали то, во что Настя где-то на уровне подсознания отказывалась верить: Имперские богини действительно существовали. Они были реальны. И это потрясало.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы разобраться в своих чувствах. Настоятель не торопил.

– Если есть портреты, почему никто не знает их имен? – наконец справившись с эмоциями, спросила девушка. – У них ведь были имена. Подводную ведь никто не называл Подводной тогда, в Атлантиде.

Благословленный Огненной богиней отреагировал на вопрос спокойно, хотя она опасалась, что он разозлиться:

– Конечно, не называли. Но и по имени к ней не обращались, сама понимаешь. Знание имени дает огромное преимущество тому, кто взывает. Имена богинь знали их ближайшие сторонники, но большинство из них погибли вместе со своими повелительницами. А те кто не погиб… До одной поры их передавали внутри Храма, но нигде не записывали, чтобы имена не попали не в те руки. И в какой-то момент они были утеряны. Почему и как уже никто достоверно не скажет: со времен смерти Подводной богини и Краха прошло больше пяти тысячелетий, а это очень много времени даже по меркам долгоживущих рас, вроде русалок.

То, что Маргарита Николаевна, та самая женщина, которая нашла её сразу после побега из школы, выслушала, объяснила, к чему привело её стремление избавиться от хвоста, но все равно милосердно отпустила, была одной из немногих ныне живущих, заставших Крах, было общеизвестно. Но как-то до этого разговора Настя этого не осознавала. Этой русалке действительно были тысячи лет. И она видела Атлантиду, Подводную богиню, Крах. Не говоря уже об Охоте и множестве людских правителей, а то и цивилизаций.

– Говорят, в момент смерти физического воплощения богини выплескивается столько энергии, что это чувствуют все живущие, – поделился вдруг настоятель. – И это не говоря даже о поле и стихийном безумии. Крах ведь произошел не из-за того, что Подводная богиня сдерживала океан или ещё как-то защищала свой город от подвластной стихии. Было ли это последствием последнего желания умирающей Подводной – ведь кроме Атлантиды был затоплен и Огненный – или же это стихия отреагировала на смерть богини таким образом, можно спорить бесконечно, ответа мы не узнаем. Так или иначе, к сражениям на улицах – а прорывающиеся к порталу Огненные во главе с их богиней сражались со стражами, почувствовавшими смерть правительницы и жаждущими мести – добавилась огромная волна, сдержать которую смогли лишь на время. Шторм бушевал не одну неделю, люди без помощи магов там бы никогда не выжили.

– Вы были там? На руинах Атлантиды?

– Был, – кивнул настоятель Храма. – Давно, ещё в молодости, но был. Но сейчас мне ход туда заказан: они большей частью затоплены, а Подводная меня не любит. Масштабы потрясают, если ты хочешь знать это. Современному Подводному ветру или русалочьим городам такое и не снилось.

Света

Спать легла поздно: домашки действительно была целая куча. Но нормально отдохнуть мне снова не дали. На этот раз Алексей. Судя по всему, Василий опять мучил его какими-то заданиями. Проще говоря, они в очередной варили некую бурду. Сопровождая сей процесс комментариями. Химики чертовы! В химии и алхимии я из-за этой парочки даже начала что-то понимать. Сложно не понять, когда имеешь доступ к знаниям Охотника! Ведь в процессе объяснений главы управления, взявшего его в ученики, Лёша представлял, как это работает. Конечно, основ я из таких вот «объяснений» не узнала, но их нам в школе давали, так что когда одно наложилось на другое, что-то в моей голове таки отложилось. А теперь я вполне могла что-то из того, что они при мне варили, сделать сама. Хотя я не проверяла, конечно.

Помнится, я по поводу этих ночных уроков долго возмущалась. Мало мне как будто было занятий с Аллейном! Правда, все возмущения были мысленными: ума не говорить о Снах вслух мне хватило.

Я пыталась выведать у учителя что-нибудь на эту тему, но не слишком преуспела. Почерпнутое же из книг о мерфитках наводило на мысль, что дело в моём даре Слышащей, в наличии которого сомневаться не приходилось. По крайней мере, альтернатива наличию такого дара была проста и меня совершенно не устраивала. Конечно, мерфитки, как и многие долгоживущие, все немного с закидонами, но мне пока рано с ума сходить. Так что я склонялась к варианту с даром. Возможно, каким-то его взаимодействием с хамелеонскими или ещё какими способностями (у мерфиток стандартно присутствовало многодарье, у русалок иногда попадалось двоедарье). А мне, учитывая наличие весьма странной родословной, способности, по идее, могли и от деда перепасть. Так что взаимодействие там вполне могло присутствовать.

Зевнув, поняла, что надо бы ещё поспать. Повернулась на другой бок иновый Сон завладел мной:

Кабинет главы управления с прошлого раза не изменился, как и он сам, в общем-то. Василий Петрович, даже не потрудившись снять лабораторный халат, что-то быстро записывал.

– Проходи, садись, – приветствовал меня мой, как ни странно, наставник. Поверить в последнее до сих пор было трудно. – Уже слышал о том, что на уроке Охоты у старших мерфитку нашли?

– Слышал, конечно, – я устроился на стуле. – Об этом вся школа говорит.

– Всё управление, – педантично поправили меня. – Много версий?

Не сумев подсчитать мысленно, принялся перечислять вслух:

– Так, одну мне Сёма рассказал, ещё одну Николай Петрович группе поведал. А ещё Владик, Ромка и у младших слышал. Пять точно. Расскажете шестую?

– Возможно, – не стал спорить глава управления. – Мне рассказывали Николай Петрович и Виктор Анатольевич. Ну и я сделал выводы. Хотелось бы чтобы и ты их сделал. Сможешь?

– Предлагаете изложить свою обобщенную версию? – догадался я. Мне поощряюще кивнули. Я задумался, собирая рассказанное в что-то более менее единое, что учитывая, как версии между собой различались, было не так-то просто. Мужчина не торопил. Наконец, собравшись с мыслями, начал: – В общем, дело было на уроке вчера часов в двенадцать. Старшие изучали засады, а потому сидели в кустах, считали немногочисленных прохожих и… – уже хотел сказать «курили», но вовремя спохватился, – да в общем-то и всё. Времени прошло уже немало, так что они особо не надеялись кого-нибудь увидеть. А тут раз и девушка со стороны санатория. Говорят, хорошенькая.

– То есть, хотели наплевать на задание и попробовать познакомиться, – заключил глава управления. Мне тоже этот вариант казался наиболее вероятным. – И кто же из них додумался на поле посмотреть?

– Не знаю. Но думаю Мишка, отличник их.

– Ясно, – Василия Петровича такой вариант явно не слишком порадовал. И было отчего. – Ладно. Они все же поняли, что это мерфитка, дальше что?

– Кто-то говорит, что это русалка была, – осторожно заметил я, вспоминая слова, кажется, Ромки. – Но так да, большинство решили, что мерфитка. Испугались: от них же непонятно, что ожидать. Вот идет-идет себе, а ну как атакует?

– И эти альтернативно одаренные решили ударить на упреждение, – вздохнул Василий Петрович. – Мерфитку.

– Ну да. – Я не видел в этом глобальной проблемы. Хотя сам да, скорее всего, без нужды стрелять не стал. – Это же мерфитка.

Конечно, та встреча в лесу заставила меня начать сомневаться в том, что нам говорили, но кое-какие слова преподавателей лишь подкрепила. Мерфитки были опасны. И действительно способны были регенерировать с невероятной для других скоростью. А значит и остальное должно было быть верным.

Наставник мою позицию явно понял, но почему-то помрачнел ещё больше и пообещал:

– Ладно, почему так не стоило делать, мы обсудим позже. Что было дальше?

– Они в неё выстрелили, у неё оказался щит. Девушка стала отбиваться. Потом запустила чем-то мерфитским в Колю и, пока все были заняты им, сбежала, уничтожив мост. – Спохватился: – Как он, кстати?

– Коля или мост? – не удержался от ехидства Василий Петрович. Но прежде чем я успел что-то сказать, все же ответил: – Жить будет. Но вот как скоро восстановится, не знаю: от его поля осталось не так уж много. Больше пороговых значений, конечно, но потеря такого количества да ещё за короткий период времени всегда опасна. Я бы даже заподозрил, что девушка хотела его Инициировать, не понимай, что скорее всего это случайность. – Я напрягся. Происшествие разом утратило прежний интерес. – Им явно повезло наткнуться на кого-то из в лучшем случае первокурсниц.

Окончание фразы я слушал вполуха, пытаясь сформулировать мысль так, чтобы не выдать свой интерес. Не сумев, спросил просто:

– А это возможно?

– Инициация одного из нас? – уточнил глава управления, кажется, все понявший. От него вообще не так-то просто было что-то скрыть, особенно при общении – главный Охотник региона был проницателен, наблюдателен и весьма умен.

Я осторожно кивнул.

Несколько секунд наставник смотрел на меня, видимо, решая, насколько правдив может быть с ответом. Уже по этой паузе было понятно, что это будет не категорическое «нет». Потом со вздохом подтвердил:

– Да. Мерфитки – единственная из рас магически одаренных, в которую нас можно превратить. С чуть более высокими рисками, чем для людей или магов, но возможна. Но это не афишируется, сам понимаешь, почему.

Тут сложно не понять. Далеко не все пошли в Охотники, понимая, что это означает в перспективе.

– Надеюсь, у тебя не возникла идея попробовать свои шансы? – осторожно полюбопытствовал Василий Петрович.

Я вздрогнул и покачал головой:

– Нет. – Помедлив, поинтересовался: – А почему вы решили, что могла?

Он горько усмехнулся и ответил вопросом на вопрос:

– Думаешь, я бы занимал эту должность, если бы не видел такие вещи? Поверь мне, даже если бы я не видел твоего личного дела и не общался с тобой довольно таки плотно, это можно понять. Мне по крайней мере. Ты жалеешь о том, что согласился на предложение Виктора. – Это не было вопросом, но я, помедлив, кивнул. – Это нормально. Я могу понять причины.

Это настолько меня шокировало, что я спросил:

– А вы?

Уже когда вопрос прозвучал, я понял, насколько он был неуместен. Однако наставник ответил:

– А я потомственный Охотник. И мне нравится моя работа. И раз уж у нас пошел разговор о личном… Ты бы хотел пройти Инициацию?

Я помотал головой. Да, я не раз жалел, что стал Охотником. Но менять жизнь Охотника на существование мерфиткой? Тоже не лучший выход, как по мне.

– Мне нравится работать с вами. Нравится химия.

– Уже хорошо.

Тут я вспомнил, что меня царапнуло:

– Кстати, вы сказали мерфитки – единственная. А вампиры? Разве они не могут нас превращать в себе подобных?

– Могут, – не стал спорить наставник. Смену темы он воспринял спокойно. – Но только ценой своей жизни, наша кровь для них ядовита, а без укуса не обратить. При этом у нас существует возможность успеть выпить противоядие. А учитывая, что оно входит в базовый набор, вампирами Охотники становятся редко. Чаще, чем по официальной статистике, конечно, но все равно гораздо реже, чем считают некоторые.

На этом я всё-таки сумела проснуться. Странное ощущение возникает, когда тебя вот так обсуждают, а ты это всё видишь и воспринимаешь просто как чей-то рассказ. Асавен оказался прав: меня посчитали мерфиткой. Это пугало. Как, скажите на милость, я в этом случае действительно не оказалась на пороге Инициации?! Нет, определенно, надо выбить у деда встречу с бабушкой.

Протянув руку, взяла со стола мобильник. Полшестого утра. Шикарно! Ещё часа полтора спать можно. Вот только страшно… Впрочем, организм решил за меня – уже через пару минут я почувствовала, что меня снова вырубает: пяти часов сна мне явно было мало. На грани сна и яви все же кое-как укрепив ментальные щиты, закрыла глаза.

Щиты дедуле оказались не помехой. Что бы это значило?

– Доброе утро, Света, – поприветствовали меня, прежде чем зрение прояснилось.

– Ну что опять? – едва ли не простонала я. Да, я собиралась выбить у него свидание с бабушкой, но не прямо же сейчас! Села на знакомый кожаный диван и мрачно поинтересовалась: – Неужели нельзя дать мне выспаться?

– Прости. Но я хотел узнать, есть ли новости о мальчике?

– Нет. Сложно, знаешь ли, вывести взрослых на нужную тему так, чтобы не вызвать подозрений! Тем более тетю Лену – она слишком хорошо меня знает. И, кажется, и так подозревает, что я что-то скрываю.

– Она искала тебя, – вдруг сообщил настоятель. – И, когда поняла, что из-за применения тобой мерфитской магии, сама найти не сможет, пришла ко мне. – Я удивленно уставилась на родственника. А он продолжил: – Это дорогого стоит, Света: не побояться, поступиться гордостью, признать свое бессилие и ошибки ради кого-то. Она действительно тебя любит.

С трудом сглотнув комок в горле, спросила:

– Ты узнал от неё?

– Нет, – коротко ответил дед. И, помолчав, всё же соизволил пояснить: – От госпожи Лайон, она переживала, что её правнук втянул тебя в неприятности.

– Прабабушки Андре? Той, которая смогла его перенести? – сообразила я, вспомнив слова тритона.

Мужчина кивнул. И сменил тему:

– Кстати, давно собирался поговорить с тобой о мерфитской магии. Тебе не кажется, что ты злоупотребляешь? Ведь та заварушка с Охотниками недалеко от вашей школы твоих рук дело?

– Откуда ты..?

– У меня свои источники. Значит, твоих? И чем же ты думала, покидая школу на следующий день после покушения? – Вот мне самой тоже это интересно! Пожала плечами. – Или ты это так извращенно пытаешься свети счеты с жизнью? Так, поверь, есть куда более безболезненные способы! – дедушка явно издевался. – Нет, я слышал, конечно, что дар хамелеона вроде проклятия и все его обладатели буквально притягивают неприятности, но чтобы настолько..!

Пристыженно потупилась. Дедушке удалось найти именно те слова, которые смогли меня задеть.

Протянув руку, мужчина коснулся прохладными пальцами моего подбородка и приподнял мое лицо:

– Пожалуйста, Света, будь осторожнее, – уже серьезно попросил он. Едва ли не впервые я видела в его глазах искреннее беспокойство.

Что на это ответить, я не знала, а потому я сменила тему:

– Асавен сказал, меня скорее всего приняли за мерфитку… Поэтому напали.

– Возможно. У тебя действительно много зелени в поле.

– Но она исчезает, – намекнула я. Дед намек проигнорировал: – И у меня единственный вариант причин этого: каким-то образом твоя избранница её забирает.

– Предположим. – Это было фактически подтверждение.

– Я хочу с ней встретится!

– И не проси, – помрачнел дедушка. – И сама не пытайся её искать. Просто поверь, сейчас для всех безопаснее вам не встречаться.

– Почему?! Что такого во вполне безобидном желании познакомиться?!

– Я не могу сказать. Твое сознание защищено. Но не от Лордов.

Уж не хочет ли он сказать, что по каким-то причинам именно Лордам не стоит знать, о том кто был его избранницей? Неужели Асавен прав, и она – мой ключик к расторжению помоловки? Или настоятель преследует какие-то свои цели? Чисто политические?

Даже если так, лезть в это я не хотела. Хватит с меня политики. Потому снова сменила тему:

– Что ты внушил родителям?

– Что вы в очередной раз разругались, и надо дать тебе время, – спокойно как нечто само собой разумеющееся ответил настоятель, вновь становясь чужим и далеким. – Ну и что им надо отдохнуть.

– Они поэтому сейчас в Италии?

– Ну а что ещё я должен был им наплести?! – взорвался дед. – Или предлагаешь правду сказать?!

Представив это, я замотала головой. Не хватало ещё родителей в это все впутывать!

– Вот и не возмущайся моими методами.

– Из-за чего мы хотя бы якобы поссорились? Мне же, когда они вернутся, ещё с ними мириться?

– Внушим, что помирились, – отрезал настоятель. Он, кажется, уже и сам не помнил.

Подобное отношение неприятно поразило. Сколько же раз он внушал что-то маме?! Как она вообще с ним выжила и с ума не сошла?

– И ещё, Света, хотя ты и не заслужила, но я кое-что тебе прислал. Будь добра утром забрать у Лилии. Сама она заявила, что «почтальоном не нанималась», – мужчина усмехнулся. Кажется, он не сомневался в том, что, забудь я забрать посылку, завхоз меня бы разыскала и передала. И в общем-то был прав. Похоже, они были давно знакомы.

Контуры комнаты поплыли. Напоследок дед попросил:

– Если начнется проявляться храмовая магия, сообщишь. – Усмехнулся: – Надеюсь, ты знаешь, как она проявляется.

В этот момент зазвенел будильник.

После завтрака я побежала к Лилии Николаевне. Та, ворча себе под нос что-то про лентяев и наглецов, вручила мне небольшой сверток с прикрепленным к нему не просто письмом, а настоящим свитком. Я, разумеется, сразу полезла смотреть, что внутри. И никакие надписи вроде «Распаковывай в комнате!» мне не помешали.

Как оказалось, зря я это сделала: стоило мне порвать последнюю завязку, как из небольшого с виду свертка вывалилась довольно большая коробка. Открыв крышку, я ахнула: внутри лежало платье. Сверху оказалась тёмно-синяя накидка. Повесив её на плечо, убрала в сторону тонкую ткань, отделяющую меня от платья и… разочарованно застонала. Платье, судя по отделке, было старомодным. Наверняка, с жестким корсетом. Мало мне их у Лордов было! Как вспомню, как мне их Серелья затягивал, так вздрогну. Вытащив его наружу, застонала ещё громче. Бесспорно дорогое и красивое (даже с драгоценностями, может и настоящими), мне оно представлялось орудием пыток.

– За что он так со мной, а? – вопросила я, грустно глядя на завхоза.

– Думаю, твой дед так хотел извиниться.

– У него это не получилось, – едва ли не прорычала я.

– По-моему, красивое платье, – осторожно заметила женщина.

Вздохнув, ещё раз осмотрела наряд и согласилась:

– Красивое, конечно. Но! Оно же с корсетом! – возмутилась я. И видя, что моей проблемы не понимают, пояснила: – Я же белой вороной буду!

– Не будешь, уж поверь, – успокоили меня. Поняв причины моего недовольства (или как ей казалось, поняв) Лилия Николаевна не сдержала улыбку. – Потомственные многие в таком будут. В вашем обществе сильны традиции.

Не скажу, что я ей так уж сразу поверила, но возмущаться перестала. Смысл? Дед всё равно моего возмущения не услышит. Да и не так уж часто дедуля мне подарки дарит. Тем более такие дорогие. Так что возвращать я платье точно не буду. К тому же, он выбирал то, что должно мне понравиться. И с цветом угадал и с фасоном. Вот только мои вкусы после пребывания у Лордов несколько изменились. Поносив корсеты, эти изощрения средневековой мысли, месяц, я их люто возненавидела!

Чтобы пресечь все вопросы, поясню: без корсета некоторые платья вообще не сидели, сваливаясь там где сваливаться не должны и обтягивая там, где это было неудобно, а было их не так уж много, и от экспериментов с магией и неожиданных превращений больше не становилось. Занятая воспоминаниями, я не обратила внимание на показавшуюся странной фразу женщины. А зря.

В целом день прошёл спокойно. Даже наше с Асавеном занятие не принесло никаких плодов помимо усвоения мною материала по математике. Даже обидно. Но когда я попыталась уговорить мерфита заняться магией (а точнее нашим открытием), мне вручили двоечную проверочную и пригрозили, что никакой магией со мной заниматься не будут, пока я не исправлю «пару». Пришлось разбираться в теме.

Пока занимались, пошёл дождь, на что мне предусмотрительно указал внимательный преподаватель. Так что в общежитие возвращалась по туннелю. Вообще, после полуреальности ко всякого вида подземельям я относилась настороженно, так что перебороть желание открыть портал оказалось непросто. В какой-то момент я даже подумывала вернутся к Асавену и попросить открыть портал его, но потом все-таки пересилила себя.

Путь по не длинному в общем-то туннелю дался мне тяжело. Все время казалось, что я снова в полуреальности. В итоге, вынырнув, я едва ли не дрожала. Правда, предаться панике мне не дали: в комнатке, которой заканчивался туннель, обнаружилась группка девочек лет девяти-десяти. Ну, или чуть старше. С определением возраста у меня всегда были проблемы. Про этих я могла сказать только то, что они уже явно были не первоклашками – с теми мне ещё до всей этой истории приходилось иметь дело. Кажется, непревратившиеся кого-то ждали, потому что иначе объяснить, что они тут делали, я не могла.

Увидев меня, все четверо застыли. С чего вдруг? Неужели первый раз превратившуюся русалку увидели? Как бы то ни было, я сейчас была не в том состоянии, чтобы что-либо им объяснять. Намеренно не обращая на них внимания, выбралась на берег, провела рукой над поменявшим цвет хвостом, высушивая его, и направилась к выходу.

– Извините, – преградила мне путь одна из девочек. Я остановилась, ожидая продолжения. Похоже, ждать его мне предстояло долго, так как ребенок смутился. Как можно мягче поинтересовалась: – Ты хотела что-то спросить?

– Вы – хамелеон, да?

– Ну да, а что?

– А в Соревнованиях вы участвовать будете?

Черт! Соревнования! Как я могла про них забыть?! С трудом сохранив спокойствие ответила:

– Не знаю пока, это будет Илина Владимировна решать. А почему ты спросила?

Девочка ковырнула носком плитку и призналась, не глядя на меня:

– Мне брат говорил, что у всех школ есть хамелеоны. А у нашей нету. Поэтому мы в Соревнованиях не выиграем.

– Выиграем, вот увидишь, – уверила я её, присев напротив. – Может, первое место и не займем, но в тройке наверняка окажемся.

– Надеюсь, вы правы, – вздохнул ребенок. – А то брат опять хвастаться будет! Он всё время хвастается!

– Просто он гордится своей школой. Но и у тебя будет повод гордиться своей, – ободряюще коснулась её плеча и, замаскировавшись, вышла. Дети на моё маленькое позерство только ахнули. Я улыбнулась и направилась в комнату.

Эта встреча оказалась очень кстати, потому что позволила переключиться с тягостных мыслей, вызванных перемещением по туннелю, да и вообще отвлечься.

В комнате помимо подруг меня ожидал некоторый беспорядок: на обеих кроватях лежала одежда. Судя по явному преобладанию разноцветных бальных платьев, девчонки готовились к балу.

– Кому платье выбираете? – поинтересовалась я, скидывая маскировку.

– О, привет, Свет! – радостно улыбнулась Алина. Чего это она так мне обрадовалась?

– Алин, хватит стоять на месте! – из ванной появилась Рия с кучей одежды в руках. – Давай быстро меряй следующее!

– Ну, Ри, ну сколько можно?! – едва ли не взвыла моя соседка. Но тем не менее взяла платье и направилась в ванную, по пути шепнув: – Спаси меня от неё!

– Я всё слышу!

Алина захлопнула дверь, а я повернулась к потомственной:

– Что происходит?

– Платье Алине выбираем, – ответила вместо неё Наташа, занявшая единственный стул. – Маргарита Николаевна не стала мелочиться и порталом перенесла пару десятков. Сказала, как выберем, лишние обратно перенесет…

– Стоп, стоп! – перебила её я. – При чём тут Маргарита Николаевна?

– Она считает, что Алина должна выглядеть на балу подобающе.

– Это я поняла. С чего вдруг она так об Алине печется?

– Ну, она же её ученица, – пожала плечами Рия.

Я изумленно уставилась на потомственную:

– С каких пор?

– С тех самых, как у Алины дар проснулся, – отозвалась та, выделив предпоследнее слово.

– Какой дар? – я всё ещё не могла ничего понять.

– Целительский, разумеется.

Я на некоторое время потеряла дар речи. Потом, всё ещё не веря, уточнила:

– Алина – целительница?

– Ну да, – как само собой разумеющееся подтвердила наша любительница оружия. – Она разве тебе не сказала?

– Нет, – мрачно отозвалась я и, расчистив место на кровати, стала ждать подругу.

Обсуждаемая персона выпорхнула из ванной в шикарном зелёном платье с открытыми плечами. Немного старомодное, оно тем не менее отлично на ней смотрелось. Оставалось её подкрасить и прическу какую-нибудь красивую сделать.

Алина нарушила наше восхищенное молчание:

– Застегните кто-нибудь!

Рия, оказавшаяся ближе всех, выполнила просьбу.

– Ну как вам? – моя соседка покрутилась перед висящим у шкафа магическим зеркалом и нами заодно.

– Это лучше всех, – заметила Наташа.

– Согласна.

– А не слишком старомодно? – осторожно спросила я. И поспешила заверить: – Хотя смотрится просто чудесно!

– Да не, самое то. Такие платья сейчас в моде, – отмахнулась потомственная. Отлично, значит, я с дедовским платьем буду, что называется, в теме. – Алин, я думаю, можно на этом остановиться.

– Наконец-то! – выдохнула юная целительница и сбежала от разозленной Рии, оказавшейся неожиданным поборником бальной моды, в ванную.

Кстати, надо бы и мне своё померить. Привстав на цыпочки, сняла со шкафа коробку с платьем.

– Что это? – тут же заинтересовалась Ри.

– Дедушка прислал, – я продемонстрировала платье.

Подруги, увидев эту красоту, хором восхищенно вздохнули. Да я и сама поразилась, честно говоря: отделка, как и само платье, оказались куда красивей, чем показались сперва. Девчонки тут же затребовали, чтобы я его надела. Отпираться я не стала: тут наши желания совпадали. Понимая, что сама я не справлюсь, осталась в комнате. Следующие минут десять мы запихивали меня в этот ужас. Когда же корсет был зашнурован, а платье застегнуто, я подошла к зеркалу.

На меня смотрела русоволосая девушка со стрижкой каре. На ней красовалось синее платье как нельзя лучше подходящее к глазам. Корсет подчеркивал тонкую талию и делал в общем-то небольшую грудь заметнее. Ниже талии струящаяся, незнакомая мне ткань образовывала пышную юбку. Оголенные плечи прикрывала тёмно-синяя накидка.

– Све-ет, – протянула Ри, – ну зачем ты волосы обрезала? С длинными бы вообще шикарно смотрелось!

– Я не обрезала, – в подтверждение скинула маскировку. Концы были чуть зеленоватыми. Незаметно, если не приглядываться.

Ещё немножко поахав над моим платьем и выпутав меня из него, Ри и Наташа сбежали примерять собственные наряды, нагло заявив на наше предложение составить компанию, что предпочтут чтобы это был сюрприз. То, что это не очень честно, ведь наши платья они уже видели, любительницу оружия не смутило. Её вообще трудно было смутить. Впрочем, дело их.

– Почему ты не сказала, что ты – целительница? – спросила я, стоило двери за ними закрыться.

– Прости, – вздохнула Алина, убирая выбранное платье в шкаф, а остальные складывая аккуратной стопкой. Сев напротив, она пояснила: – Привыкла уже, что все в курсе. Я об этом ещё тогда, в полуреальности узнала: Фыв упал в воду, не превратился, а там медуза огромная… – соседка поежилась. – Я его вытащила, конечно, но она его обожгла. Сильно. И я испугалась. Я сама не поняла, как начала исцелять. Да и как закончила тоже. Это тот мальчик, Рома заметил. А потом появились Асавен, Маргарита Николаевна и твоя крестная. Ну и разобрались за одним с моим новообретенным даром. А после Елена Валерьевна нас вывела, а Асавен с Маргаритой Николаевной за вами пошли.

– Надо было с вами остаться, – вздохнула я. – Тогда сейчас всё было бы куда проще.

– В смысле?

Натянуто улыбнувшись, попросила:

– Не бери в голову. – И, решив увести мысли подруги подальше от опасной для меня темы, спросила: – Лучше скажи, ты с братом ещё встречалась?

Лицо подруги озарила улыбка:

– Ага.

Смена темы удалась: девушка принялась с энтузиазмом рассказывать о том, как ещё в майские праздники она вместе с тётей Леной и Рией посетила брата. Я слушала её и понимала, что мир не так уж плох, в нём есть место счастью, радости, любви. Просто это я невезучая.

Алина, пока я предавалась саможалению, закончила:

– Мы теперь переписываемся, ну и созваниваемся иногда, а в августе, может даже раньше, я обещала, что приеду к нему хотя бы на недельку, и мы вместе съездим к родителям.

– То есть им ты так и не сказала?

Подруга отвела взгляд и призналась:

– Нет. Я пока не готова.

И теперь я могла её понять куда лучше: к встрече со своими я сейчас тоже не была готова. И потому что не хотела им врать. И потому что не знала, как не выдать себя. И потому, что не хотела подвергать их опасности. Чем дальше они будут от политики, тем лучше. Мамино родство с настоятелем уже само по себе опасно. Сейчас, когда я тоже увязла в интригах сильных мира сего, я тоже могла стать источником неприятностей. Оставалось уповать на то что дед их защитит, потому что я защитить не могла. Единственное, что я могла – это скрыть от родных опасную информацию. Потому родители не должны были узнать о моей помолвке.

Все осложнялось тем, что у нас и раньше-то были довольно сложные отношения, а теперь, когда приходится столько всего скрывать, всё становилось ещё сложнее… Эх, как же всё было хорошо всего лишь три месяца назад!

[1] Одно из бытовых названий заклятья тишины. Помимо этого существуют такие как тихушка, молчалка, Тишь.

Глава 5

Последние дни учебы прошли в суматохе. Мысли большинства были поглощены балом, учиться никто уже не хотел. Неожиданный сюрприз преподнесла прикладная магия: оказывается, на прошлом уроке они начали учиться магическому зрению! И это была та ещё засада, потому что я им пользоваться уже умела, более того, научилась с подачи Пятого Лорда быстро, буквально за час мучений вперемешку с руганью. На уроке же мне, пропустившей вводную часть, пришлось изображать непонимание. По счастью, учительница быстренько продублировала для меня теорию и тут же переключилась на что-то вытворившую Вику. Но кроме преподавательницы оставались ещё совершенно не ко времени заботливые подруги. А, учитывая, что Алину магическому зрению Маргарита Николаевна уже давно обучила, дела мои были плохи. В общем спасительный звонок я ждала с нетерпением куда большим, чем обычно.

Следующими в пятницу по расписанию стояли танцы, и снова прогуливать их было уже попросту опасно. Пришлось идти. Но мои опасения не оправдались: Андре вел себя подчеркнуто корректно и за рамки приличий не выходил. Кажется, решил дать мне время. О Храме и полуреальности тритон даже не заговаривал, а после занятия сразу откланялся. Девчонки тут же пристали, что у нас случилось. Я отделалась отговорками и сбежала на литературу к Асавену.

Вредный мерфит, кстати, заметно осложнил мне жизнь: он требовал знаний, а тех у меня, разумеется, не было. Так что чтобы хоть как-то ликвидировать долги приходилось зубрить как проклятой. Хорошо ещё, лишний раз объяснить что-то он не отказывался.

Впрочем, не один математик не проникся общим настроением: Анне Викторовне тоже взбрело в голову дать новый материал. И это накануне бала!

– Сегодня мы с вами разберем заклинания экстренных служб, – заявила она. – Думаю, вы уже должны с ними справиться. Впереди каникулы, так что самое время.

Наташа подняла руку:

– Только заклинания или руны тоже?

– Посмотрим. Кроме Наташи кто-нибудь что-нибудь об этом слышал? – Рук оказалось неожиданно много. – Неплохо. Лика.

Подскочив, невысокая и чуть полноватая (что удивительно, учитывая количество занятий плаваньем и физкультурой) шатенка быстро-быстро выпалила:

– Заклинания экстренных служб используются для призыва помощи. Что-то типа магических вариантов человеческой скорой, милиции и пожарной. Действуют только в поселениях магически одаренных и в ближайших окрестностях.

Блин! А я-то надеялась…

– Все? – уточнила учитель самообороны. Лика кивнула. – У кого-то есть, что дополнить? Нет? А зря. На самом деле это руна действует только в радиусе десяти-пятнадцати километров от фиксирующего артефакта, заклинания же зависят от вложенной в них силы. Но зависимость там такая, что даже вложи хоть вы, хоть я полный резерв до Марианского из школы не дотянусь. Обычно сотворенное магом или русалкой заклинание фиксируется только если она находится не далее двадцати пяти километров от артефакта. Те в свою очередь имеются во всех поселениях магически одаренных, а также крупнейших человеческих городах, разумеется, в том случае, если там есть достаточно крупная община. И да, на территории лагеря они также действуют.

Ну, теперь понятно, с чего вдруг такая тема.

– Придуманы данные заклятья были ещё в Атлантиде, поэтому практически во всех государствах единообразны, – продолжала Анна Викторовна. – Наиболее значимыми исключениями являются Канисарская Империя, Империя Кошек и Фейско-эльфийская Империя. – То есть государства напрямую с Атлантидой не связанные. Логично, в общем-то. Но, учитывая, что попасть в любую из Империй не так-то просто, не актуально. – Это что касается теории и истории. Теперь к практике. Всего типа рун три и до нашего отбытия в лагерь, каждая из вас должна уметь воспроизводить все.

Не поняла! У нас, что и после бала ещё будут занятия?!

Как выяснилось на перемене, не будет. Если долгов нет. Но спросить с нас Анна Викторовна заклятья все равно наверняка спросит. Потому что это Анна Викторовна. Вот же засада.

Утро воскресенья было ещё более суматошным, чем предыдущие дни. Все заплетались, красились, одевались, теряя то туфли, то сумочку, то ещё какую-нибудь жизненно важную мелочь. Короче, бардак был тот ещё.

Я, например, успела посеять с трудом найденные по сумкам невидимки, расческу и лак для ногтей. Большая часть этих предметов потом, кстати, нашлись либо в ванной, либо у Ри с Наташей, к которой мы с Алиной то и дело бегали.

Потом обнаружилось, что ни одни из имеющихся с собой туфель к платью не подходят. Пришлось сгонять крестную за оставшимися дома. Те, к великому моему сожалению, оказались мне малы. Уже собираясь срочно переноситься в магазин (разумеется, не сама а с помощью все той же крестной) и психуя, что не успею, в очередной раз заскочила в ванную, где и обнаружила великолепно подходящие туфельки на маленьком каблуке с прикрепленной к ним запиской: «Эти должны подойти». И мокрым отпечатком вместо подписи. Сразу сообразив от кого это, примерила. Нереид оказался прав: туфли подошли. Мало того, сели так, что снимать их категорически ни хотелось. Всё-таки иногда и Лорды бывали довольно милыми.

– Спасибо, – едва слышно прошептала я, зная, что меня услышат. Единственным, что омрачило мою радость было то, что подругам снова пришлось врать.

Следующую проблему, на сей раз с прической, удалось решить за счет опять припряженной к делу тети Лены. В идеале неплохо было б сходить в парикмахерскую, но, во-первых, после встречи с Охотниками я из школы одна ни ногой, а, во-вторых, я же от воды превращаюсь. Неисправный кондиционер, опрокинутый стакан, любая другая случайность и – Опля! – куча проблем в результате. Так что это даже не вариант.

Крестная, пойманная на заплетании директрисы (у которой на парикмахерскую видимо просто времени не нашлось), пообещала заглянуть к нам как закончит. Разумеется, когда она доплела меня, её подкараулила уже готовая Рия, уговорившая заплести ещё и Наташу – самой-то потомственной заморачиваться этим не было нужды. Я, когда невольная парикмахер вышла, пообещала Алине, что попробую уговорить тетю Лену помочь с волосами и ей, и даже направилась к двери. Но в дверях столкнулась с Маргаритой Николаевной, решившей проверить готовность ученицы.

– А где прическа?! – с порога вопросила бывшая директриса. Уже практически готовая, кстати. В том смысле, что накрашенная и с уже собранными в высокую прическу волосами, локоны которой упругими кольцами спускались на плечи. Платье пока было повседневным. Выглядело это старомодно и очень непривычно.

– Нету, – вздохнула Алина.

– Значит, сейчас будет. Так ведь, Лена? – целительница обернулась к выходу, как-то почувствовав присутствие моей крестной.

– Так, – вынужденно согласилась та. И обозрев объём работ (всё-таки волосы у Алины были шикарные), печально вздохнула: – И на себя времени у меня как всегда не останется…

– Если будешь тратить его на разговоры, само собой не останется, – заметила на это экс-директриса и, открыв портал, растаяла в неизвестном направлении.

– Маргарита Николаевна в своем репертуаре, – заметила тетя Лена, уже сноровисто заплетая Алину. – Везде появиться, всех проконтролировать. Даром что уже не директор…

Через некоторое время, когда я при помощи подруг наконец облачилась в платье (вот думала же, что сперва надо было его надеть, а потом уже заплетаться), тетя Лена поинтересовалась:

– Свет, сколько времени? – Она явно уже заканчивала сооружать на голове моей соседки хитрую конструкцию из косичек и локонов.

– Половина первого, – ответила я, глянув на часы. – Ты ещё успеешь спокойно собраться сама.

– Как бы не так, – мрачно отозвалась поисковик. – Мне ещё детей надо как-то успокоить: они ведь едва ли не ревут, что их на бал не берут! Хотя у них будет собственная вечеринка.

– Радоваться надо, – возразила на это уже готовая Рия.

– Вечеринка? – сделала стойку я.

– Ну им же тоже нужно конец года отпраздновать, – пожала плечами тетя Лена, отходя от Алины. – Ну-ка повернись. По-моему, неплохо вышло.

– Даже очень, – согласилась я. – А что на это вечеринке будет?

– Ну, не вальсы уж точно, – усмехнулась тетя Лена. И хитро глядя на меня, заметила: – Дискотека, наверное. Игры какие-нибудь.

– Я тоже хочу! – выпалила я.

– И я, – поддержала меня Алина. Танцевать она любила только с Фывом. Но, поскольку отношения они, насколько знаю, продолжали скрывать, весь вечер вместе танцевать не стоило. Хотя сейчас, когда у Алины обнаружился столь редкий дар, вряд ли её происхождение будет иметь такое уж серьезное значение. Конечно, бабушка Рии с Фывом фанатик, но, если я хоть что-то понимаю, брак с целителем слишком перспективен для рода, чтобы от него просто отмахнуться.

– Тебе, Свет, только бы дискотеки! – полушутя возмутилась крестная. – Привыкайте лучше к балам, они ещё долго из моды не выйдут и ходить придется. Особенно тебе, Алина, как будущей целительнице.

Не дожидаясь ответа, тетя Лена исчезла в портале, а я помрачнела: это ещё спорный вопрос, кому по светским мероприятиям больше ходить придется. Как Невесте Третьего Лорда после представления мне наверняка куда больше балов перепадет. И никуда не денешься. Хотя в принципе танцевать я любила, к бальным танцам относилась довольно прохладно. Во многом потому что большинство попадавшихся мне партнеров танцевали из рук вон и постоянно норовили наступить на ногу. Приятное исключение составлял Андре, но учитывая, что с ним я решила порвать…

Как я успела узнать, балы в начале и в конце года были давней русалочьей традицией. Причем это не было просто данью прошлому, нет, наши преподаватели упорно считали это отличным развлечением. Что отлично символизировало консервативность русалочьего, да и вообще магического общества. Учитывая, что продолжительность жизни даже не слишком сильного человеческого мага была не меньше двухсот лет, а у нас, русалок вообще стремилась к бесконечности, это было вполне логично. Хотя, конечно же, порождало множество проблем и помимо относительно невинной обязаловки с бальными танцами.

Хорошо хоть, что в отличие от человеческого, магическое общество не были столь патриархально, испокон веков женщины и в Атлантиде, и в Астерианской Империи и в других магических государствах имели равные права с мужчинами. Вообще, учитывая, что пантеон Империи состоял из четырех стихийных богинь, их матери-создательницы Асте, её антагониста – Темной богини – и богини Смерти, было бы странно, если бы было иначе. Как по мне, странным при таком раскладе было что у них не матриархат. Хотя это как посмотреть, ведь в те незапамятные времена когда Подводная, Лесная, Огненная и Воздушная ещё жили в материальном обличье, они правили своими частями Империи. Да и после Краха и «смерти» Подводной богини, а за ней и остальных в том же Подводном ветре и Огненном правили Королевы. Официально, по крайней мере.

Чтобы попасть на бал мы прошли сквозь светящуюся арку стационарного портала в одном из подвальных помещений главного здания – бал в этом году принимала африкано-австралийская школа.

Несмотря на множество чисто теоретических отличий стационарного портала от обычного, ощущения были вполне обыкновенными. По ту сторону светящейся белым светом арки оказалась такая же, как и наша комнатка без окон, зато с ещё шестью ярко полыхающими каменными арками. Вот интересно, они друг друга не сбоят? Ведь чисто теоретически, стационарник запитывается на артефакт, и, если тот один на все семь порталов (а это наверняка так, иначе артефактов не напасешься), при одновременной активации могут быть перебои. Или питают арки артефакты других школ, а здешний только поддерживает? Надо будет у Асавена спросить потом…

Из арки, противоположной нашей, мне навстречу шагнул одетый в непривычного вида костюм Сэм Октано. Приветливо улыбнувшись, хамелеон поманил меня за собой и направился к заурядной деревянной двери. Я оглянулась на портал, откуда вот-вот должна была появиться Рия. Подождать, не подождать?

– Не стойте столбом, девушка! – сердито воскликнула блондинка в пышном платье лаймового цвета, стоящая в центре комнаты. Видимо, преподаватель, следящая за порталами. – Идите к выходу. Подождете друзей там!

Ладно, не буду её нервировать, не заблудится Ри.

Снаружи было так светло, что после полумрака подвала и портальной, било по глазам. Проморгавшись, обнаружилась и источник света – прямо напротив окна, за огромным стеклом, которое представляла собой противоположная стена коридора, садилось, окрашивая море, солнце. Кажется, коридор – Или правильнее назвать его галереей? – представлял собой эдакий балкон. По крайней мере, все обозримое пространство за стеклом занимала морская гладь.

От восхищенного созерцания меня отвлек Сэм:

– Красиво здесь. Не то что в нашей или вашей школе.

– Ага, – зачарованно глядя на море, согласилась я. – Просто великолепно. Мы на острове?

– Да, – в голосе юноши прозвучало некоторое удивление. Потом он сообразил: – А, ну да, ты же непотомственная. Хотя это и странно для хамелеона.

Я ухватилась за предложенную тему:

– Но ведь дары не завязаны на всю эту генетику?

– Я не силен в биологии, но насколько знаю, с дарами все достаточно сложно и спорно. Сильные дары обычно передаются по наследству. Хотя иногда, особенно когда у пары два разных сильных дара, могут и не передаться. А потом могут вдруг проявиться через несколько поколений. Одно могу сказать точно: русалочьи гены однозначно наследуются.

– Намекаешь, что где-то среди моих предков должна быть русалка или тритон? – Я и сама об этом уже не раз думала. Парень кивнул, пристально глядя на меня. – Если думаешь, что я что-то знаю, ошибаешься. Для меня это такая же загадка как для тебя.

Мой собеседник явно хотел ещё что-то сказать, но тут его отвлекли:

– Сэм! – окликнул его незнакомый мне тритон.

Оглянувшись, хамелеон быстро пообещал:

– Договорим позже. Прибереги мне танец.

Коротко кивнула, с трудом сдержав смешок. Приберечь танец – это что-то новенькое. Или скорее старенькое. До знакомства с Лордами я думала, что теперь так только в книжках говорят. После была готова услышать нечто подобное от Освейна. Но никак не от парня на несколько лет старше. И ведь легко сказал, как нечто обыденное! Ох уж эти потомственные! Одет Сэм, кстати, был тоже довольно старомодно…

– Ты почему меня не подождала? – прервала мои размышления Рия.

Пожала плечами:

– Мне сказали снаружи ждать.

Подруга такой отговорке, кажется, не особо поверила. Потому что с иронией поинтересовалась:

– Так ты поэтому с Сэмом Октано мило трепалась?

Я пожала плечами:

– Мы одновременно из портала вышли. Вот и поговорили немного, пока он кого-то дожидался.

– Ага-ага, – закивала Ри с видом «так я тебе и поверила». – Андре забыт? Могу тебя понять, «король» всяко лучше «начальника тюрьмы», – мне потребовалась пара секунд, чтобы понять, что потомственная намекает на рассказанную больше месяца назад историю о мелодраме, разыгравшейся во время ежегодной лагерной Игры.

– Да ну тебя! Уж и поговорить с коллегой по дару нельзя!

– Так вы о даре разговаривали? – все тем же шутливым тоном поинтересовалась подруга.

– В том числе, – уклончиво ответила я.

Спас меня подошедший к нам Фыв:

– Привет, сестренка, – парень наклонился и чмокнул Ри в щёку. – Рад тебя видеть, Света. Чудесно выглядишь.

– Спасибо! Ты тоже. – И видя, что чрезмерно активная сестрица собеседника собирается продолжить допрос, продолжила: – Уверена, вы с Алиной будете отлично смотреться вместе.

Лицо Фывалия словно засветилось. Мне даже завидно стало.

– Кстати, где она? – поинтересовался он.

– Скоро будет, – заверила брата Рия. – Они с Наташей кое-что забыли в комнатах, потому от нас отстали.

Удивленно уставилась на подругу, та чуть улыбнулась. Ладно, потом расскажет. Тем более что вон уже и Алина. Стоило парню увидеть мою соседку, как он замер, едва ли не раскрыв рот. Ну, тут его можно было понять: платье у той было шикарным, хотя на мой вкус и старомодным.

Не слишком успешно сдерживающий эмоции сияющий от счастья тритон, поприветствовав девушку, предложил ей руку. Алина кивнула и с удовольствием её приняла.

– Идите, мы сейчас Наташу подождём и придём, – пообещала потомственная. И, довольным взглядом проследив за братом и подругой, начала было снова: – Так вот, Света…

Я перебила:

– Они решили больше не скрывать свои отношения?

Сбитая с мысли Ри кивнула и подтвердила:

– Но и кричать на каждом углу не собираются.

– А это не то же самое? – я кивнула в ту сторону, куда удалилась счастливая парочка.

– Ну-у… – протянула потомственная. И нашлась: – По крайней мере, сейчас они счастливы. А с проблемами потом разберемся. Сильно против, с учетом Алининого дара, бабушка уже не будет. – И заметила с горечью: – Хотя поорет, конечно.

Мне оставалось только посочувствовать. Ну и в очередной раз подумать о том, как же многое решает дар.

На пороге бального зала, не уступавшего нашему, а даже, пожалуй, превосходившего его и размерами, и отделкой мы замерли. Первой сориентировалась, разумеется, привычная ко всей этой магической мишуре Ри, тут же потащившая нас в сторону от дверей. И правильно сделала – к ним уже подходила следующая компания, коих в коридоре кучковалось, дожидаясь друзей, немало.

Убравшись с дороги, продолжила восхищенно оглядываться – у Лордов я такого не видела хотя бы потому, что в резиденции давно уже не принимали балов и не устраивали приемов, в итоге парадные залы скрывались за замками и заклятьями. Хотя, уверена, вряд ли при всей красоте этого зала они могли ему уступать – статус правителей обязывал. Но поскольку мне их не показывали, сравнивать могла только со школьным. Сравнивать и восхищаться.

Высоченный потолок подпирали янтарного цвета колонны, увитые цветочными гирляндами, сияла магическими огнями люстра, сверкал перламутром пол, словно терялись в золотистом тумане стены. И посреди всего сновало множество, кажется, несколько тысяч русалок и тритонов. От цветового многообразия нарядов едва не рябило в глазах.

– Здесь даже красивей, чем в средиземноморской, – восхищенно заметила Рия.

– Их сложно сравнивать, – возразила Наташа. – Там совершенно другой стиль. Но украсили красиво, это да.

– Сложно нам будет их превзойти, – помрачнела потомственная.

– В смысле? – не поняла я.

– Школы по очереди принимают балы. Полагаю, тут есть некоторый скрытый смысл – куда проще было бы сделать бальный зал в лагере и устраивать все балы там. Возможно, идея в том, чтобы показать нам все школы, потому что получается, что за четыре обучения ты успеваешь побывать на балу во всех семи. Хотя может, дело в другом…

– Короче говоря, – перебила увлекшуюся подругу Ри, – Осенний бал принимаем мы. И нам придется постараться, чтобы не ударить в грязь лицом.

Она сделала коротенькую паузу на вдох, чем тут же воспользовалась наша отличница:

– За то время, пока я жила в школе, бал нам уже однажды выпадал. – Ну да, логично, если школ семь, а Наташа в школе уже лет шесть… – Так вот. Учителя, конечно, в украшении участвуют, но больше в качестве контроля. Основную работу делать придется самим. А превзойти это, – она обвела зал рукой, – будет непросто. Хотя, наверняка, многое тут просто качественная иллюзия.

Тут я была склонна с ней согласиться – я сама ничего запредельного не видела. Только говорить об этом девчонкам не стала: чем меньше они знают, тем лучше в моей ситуации. Не хватало ещё их в свои неприятности втягивать. Достаточно того, что и Андре, и Алина с Фывом об этой моей способности осведомлены. Да и Илина Владимировна знает. Ну и Лорды ещё. К тому же, как я успела понять по реакции Андре и Освейна, способность эта довольно необычная, а значит, никто её от меня не ожидает. Козырь в рукаве мне бы не помешал. Тем более что так можно очередного покушающегося вовремя заметить.

Пока я размышляла, девчонки увлеклись беседой с кем-то из знакомых, время от времени подходивших поздороваться. Меня тоже представили, но, занятая своими мыслями, в беседе я участия не принимала. Тем более обсуждали какие-то незнакомые события и людей. Потом нас заметил смутно знакомый тёмно-русый тритон в элегантном черном костюме. О том что это Риин партнер по урокам танцев, я вспомнила только после того, как парень поинтересовался, не согласится ли Рия отдать ему первый танец. Потомственная с улыбкой кивнула, и ушла вместе с ним. Имени его я так и вспомнила, да и не особо старалась, зачем?

Наташа попыталась вовлечь меня в беседу, но я её даже не слушала, так как, проводив взглядом удалившуюся пару, наткнулась на Андре. Встретившись со мной взглядом, он кивнул и стал пробираться к нам.

– Рад тебя видеть, – взяв мою правую руку, танцор поцеловал запястье. Я, слегка растерявшись и от столь быстрого его появления, и от этого действия, не сопротивлялась. – Чудесно выглядишь.

– Спасибо…

– Не откажешь мне в первом танце?

Взгляд синих глаз завораживал, и я не нашла в себе силы отказать:

– Нет.

Он улыбнулся, на мгновение отвёл взгляд, и очарование слегка развеялось. Мысленно себя отругав за то, что согласилась, да ещё так быстро при том, что хотела порвать с этим очаровательным Дон Жуаном ради его же блага (мне-то Лорды ничего не сделают, а выразил общую позицию по вопросу моих отношений Аллейн достаточно четко), оправдалась тем, что нам всё равно надо поговорить.

– Позволишь выбрать место?

– Конечно. Только давай там, где мы не рискуем врезаться в одну из этих колонн.

Мой кавалер усмехнулся, кивнул Наташе и куда-то меня повёл, остановившись только, когда мы оказались у небольшого украшенного лентами возвышения, которое пока пустовало. По дороге я старательно игнорировала многочисленные взгляды нам вслед.

– Это для оркестра? – поинтересовалась я у спутника, кивнув на площадку. О том, что при всех возможностях магии и изобретении звукозаписи ещё кажется в Древнем мире магически одаренные предпочитают живую музыку, я уже была наслышана.

– Не только, – качнул черноволосой головой с распущенными прямыми волосами Андре и пояснил: – В начале бала директора будут поздравлять там всех с окончанием учебного года, а ближе к полуночи ещё и вручать дипломы выпускникам.

– Я думала, они ещё экзамены не сдали.

– Сдали, наши уже неделю как отдыхают.

– Погоди, а ЕГЭ? – задала следующий не относящийся к делу и явно глупый вопрос. Всё лишь бы отсрочить сложный разговор.

– Какое ещё ЕГЭ? – не понял меня Андре.

– Единый госэкзамен, у нас его все должны сдавать… – начала было я объяснять, но потом сообразила, что обязательный для людей экзамен вовсе не обязателен для нас, ведь многие будут продолжать обучение в магических университетах. К тому же, школы ведь в разных государствах находятся, а в каждом свои законы. Что уж говорить про Антарктиду. – Прости, не подумала.

– Да ладно, мелочи, – отмахнулся парень. Приобнял и, наклонившись к моему уху, сообщил: – Я узнал насчет мальчишки. Превращение действительно было слишком ранним неспроста. Вероятно, кто-то дал ему воду из Озера.

Я чуть отстранилась:

– Это точно?

– Что Превращение вызванное, да. Хорошему поисковику первое время это по полю видно. Мы момент упустили, но на наше счастье, Альберта тоже возраст этого Ромочки напряг. А насчет Озера это уже мои догадки – директор молчит как рыба.

– А про остальное ваш директор так просто тебе рассказал, что ли? – скептически поинтересовалась я.

– Ну-у, не совсем мне. Преподам. В том числе и Теренсу Октано. А у того нужную информацию вполне уже можно выяснить.

– Подключил Сэма? – предположил я наиболее очевидное.

– Подключишь его! – фыркнул Андре. – Особенно учитывая его экзамены и стабилизацию. Пошел и сам спросил.

– Сэм стабилизировался? – вычленила я наиболее интересную новость.

– Ну да, – не слишком довольно откликнулся танцор. И вернулся к изначальной теме: – Что думаешь делать с таким трудом добытой мной информацией?

– Не знаю пока. – Честно говоря, об этом я даже не задумывалась, размышляя под каким предлогам задать крестной нужные вопросы. – Деду скажу точно.

– Доверяешь ему? – Я задумалась и покачала головой. – Тогда зачем?

– Он может пролить свет на эту историю.

– Если захочет, – веско заметил тритон. Я кивнула.

Мелодичный звонок заставил всех вокруг зашевелиться, так что стало не до разговоров, слишком шумно. Андре крепко сжал мою руку. Несколько раз ему пришлось огрызнуться на слишком упорно лезущих поближе к сцене. После третьего звонка разом потух свет. Шум медленно сошел до более менее приемлемого уровня. А меня аккуратно развернули лицом к возвышению и спиной к груди партнера. Ну, в общем-то логично, все же он меня заметно выше, а я ещё и в туфлях почти без каблука (подарок явно был с расчетом на появление в них вместе с невысоким женихом).

Магические огни осветили стоящих на площадке.

Сэм Октано

Многочисленные «фонари» осветили директрис. Впереди предсказуемо замерла хозяйка принимающей школы, Элиза Кристи в золотистом платье. За ней рядочком стояли остальные директора и, как ни странно, Маргарита Николаевна.

– Хм, а она тут что забыла? – шепотом поинтересовалась Лина, заметив целительницу в целомудренном наряде.

– Контролирует? – предположил Сэм.

Они предпочли встать подальше от сцены, чтобы иметь возможность переговариваться, а не только переглядываться. Да и в центре внимания находиться не слишком-то хотелось.

Озвученный вариант был вполне реален, хотя едва ли правилен, но пытаться докопаться до сути мотивов долгожительницы не стоило и пытаться, так что эту тему Лина не стала даже поднимать. Предпочтя продолжить прерванный некоторое время назад разговор: – Значит, сама она не знает или притворяется, что не знает.

– Вероятно, – согласилась девушка. Набившие оскомину речи в духе «Позвольте поздравить всех вас с окончанием очередного учебного года» интереса не вызывали: даже с фантазией некоторых директрис едва ли можно было придумать что-то кардинально новое, когда праздник повторяется год за годом даже не десятилетиями, а столетиями подряд.

– Если бы я не успел немного её узнать, поставил бы на второе.

– Но сейчас считаешь, что девочка действительно не знает?

Хамелеон кивнул:

– Считаю, Лин. Хотя это и странно: это ведь явно кто-то из ближайших предков, слишком сильная она для непотомственной.

– Думаешь, незаконнорождённая?

– Возможно, – этот вариант Сэму не нравился, но он его не исключал. – Сама подумай, когда среди нас последний раз появлялись непотомственные хамелеоны?

– Ну, появляться-то они появлялись, вот только потом у большинства всплывало родство с кем-нибудь из потомственных, – возразила бойфренду Лина. – Чего стоят только потомки Корнелиуса Миарлине-О’гайно.

– О чем и речь. Тем более почти все они были слабыми. А тут явно сильный дар.

– Хочу с ней познакомиться, – заявила девушка таким тоном, что едва ли кто-то знающий её рискнул бы спорить.

– Без проблем, – согласился Сэм. – Но как её дар испытать – Ты же это хочешь? – придумывай сама.

– Была бы парнем, пригласила бы её на танец и разговорила.

– На моё счастью, ты не парень, – чмокнув в ушко, прошептал тритон.

Лина фыркнула и отстранилась, потребовав:

– Прекрати! Иначе все опять будут шептаться, что мы целовались во время директорских речей!

– А это не так? – почти промурлыкал потомственный.

За что тут же получил тренированной ручкой в грудь. В четверть силы, к счастью.

– Потом, Сэм. И чем приставать, лучше подумай, как нам выяснить, кто эта девочка и чего от неё ждать.

– Учитывая, что вместо меня в Соревнованиях будет участвовать братец?

Напоминание о самой неприятной новости последних месяцев заставило девушку поморшиться.

– Твой братец – настоящий родовой кошмар, – вздохнула она. О способностях, вернее антиспособностях Майкла она уже была наслышана.

Сэм согласно кивнул: несмотря на все тренировки и с ним, и с дядей, и с отцом, и с матерью, и даже с дедом, этот юный наследник Октано умудрялся собирать на себя все возможные и невозможные шишки полосы препятствий. Каким образом весь род безуспешно пытался понять уже не первый месяц.

Разговор прервали очередные, но непривычно бурные аплодисменты и последовавший за ними звучный, незнакомый хамелеонам голос, раздавшийся со сцены:

– Я могла бы многое сказать о вкладе, который в развитие нашего общества вносят молодые умы, но это кажется мне не столь значительным в сравнении с иным, – начала Маргарита Николаевна. Похоже, за годы в должности директора она без всякого дара сирены научилась буквально зачаровывать голосом так, что после первых же слов замолчали буквально все. – Во многом в связи со сложившейся сложной ситуацией с Охотниками, мне хотелось бы пожелать вам осторожности, здоровья и удачи. А теперь, – она вскинула руки, над которыми тут же засияли яркие «светлячки», – пусть начнется бал!

Света

После того как директора исчезли общим порталом без начертания, на их месте возник небольшой оркестр. Я развернулась к Андре. Тритон улыбнулся и расположил руки для вальса. Пространство вокруг нас пустело: не желающие танцевать отошли к стенам, желающие – разбивались на пары и отодвигались от мешающего маневрам возвышения. На словах – суматоха жуткая, на практике же все было мирно и спокойно. Кажется, сказывался опыт.

– Давай сегодня просто повеселимся, а выяснение отношений оставим на потом? – предложил Андре, нарушая молчание.

Я согласно кивнула. Пусть это малодушно и эгоистично, но я так хотела немного нормальности… К тому же, Андре – лучший партнер по танцам, которого я встречала, и устоять перед искушением провести пусть не весь вечер, но хотя бы его часть, танцуя с ним, было слишком трудно.

Кстати, о танцах.

– Что здесь ещё танцуют? – наконец озадачилась немаловажным вопросом я. Нет, разумеется, я как-то спрашивала это то ли у тети Лены, то ли у подруг, но это было так давно, что я уже успела забыть – помню только, что все или большинство танцев вроде бы более менее знала.

– Вальсы в основном, – пожал плечами танцор. – Большинство не способны на что-то более сложное. Тут даже традиционные танцы вроде наль’веттера редко бывают, – в голосе звучало сожаление. Кому-то явно было мало такого набора.

Оркестр наконец закончил настраиваться и мой партнер закружил меня в вихре танца. Краем глаза я видела Алину с Фывом, Рию с её кавалером, Сэма с незнакомой мне синеволосой девушкой, Маргариту Николаевну с Альбертом и многих других мне не знакомых.

Андре, как и всегда, был безупречен: точно попадая в такт мелодии, он вел безукоризненно. Я потерялась в музыке, мастерстве партнера и странной магии этого момента. После третьего танца, мазурки, мы отошли к стене. Я пыталась перевести дыхание, но получалось пока с трудом: отвыкла я в резиденции от нагрузок. Сердце бешено колотилось, а на душе царила весна. Мысли о помолвке, Лордах и их предупреждениях были задвинуты куда подальше.

– Пить хочешь? – поинтересовался даже не запыхавшийся тритон. Кивнула. – С алкоголем или без?

Удивленно уставилась на него и осторожно поинтересовалась:

– А это разрешено?

– Конечно, нет. Но кого это останавливает? – задал риторический вопрос потомственный. – Так как?

– Без, – решила я. – Хочу потом ещё потанцевать.

– Тогда пойдем, – поймав мою ладонь, Андре потянул меня к выходу из зала.

После непродолжительного плутания по коридорам, мы вошли в столовую. По размеру она примерно соответствовала нашей. Всё – мебель, летящие шторы, пол – было выдержано в тёплых тонах. В огромных панорамных окнах виднелся тёмно-зелёный в сумраке вечера остров, какие-то здания и море вдалеке.

Пока я изучала вид из окна, Андре налил нам обоим какого-то компота и уселся за один из столиков. Опустилась напротив, сделала первый глоток и закашлялась. «Компот» явно содержал градусы. И немало.

– Что такое? – нахмурился спутник.

– А ты попробуй, – сквозь слезы прохрипела я. – Гадость.

Последовав моему совету, тритон резюмировал:

– Кажется, кое-кто решил, что безалкогольные напитки – это слишком скучно. – Удивленным он не выглядел.

Я прищурилась:

– Ты знал?

– Не исключал такую возможность, – не стал отрицать Андре. – Хотя, конечно, не думал, что они туда спирт, да ещё в таком количестве добавят. Видимо, надеются, что учителя предпочтут что-нибудь покрепче компота.

– А есть что-то кроме?

– Не знаю. Но могу попробовать поискать. На чай согласна?

– Давай, – согласилась я, отодвигая стакан подальше.

Когда тритон вернулся с парой кружек и небольшим чайничком, я, стараясь прогнать изо рта гадостный привкус, опустошила свою чашку в пару жадных глотков. Кажется, алхимики действительно чего-то нахимичили-намагичили… Впрочем, сравнивать мне было особо не с чем. В отличие от Андре.

– Ты во всех школах бывал? – спросила я больше чтобы прервать возникшую паузу, чем реально интересуясь ответом.

– Во всех, – подтвердил парень. – Больше всего мне нравится средиземноморская. Есть в ней что-то такое древнее, глубокое, хоть она и основана почти на три века позже, чем наша. Она, кстати, тоже на острове.

– А остальные?

– Наша под водой. Азиатская на берегу горной реки – добраться туда иначе чем порталом та ещё проблема. Американская на полуострове, вдающемся в озеро. Европейская сейчас на побережье моря, а раньше, до Охоты, была у реки. – Тут тритон помрачнел. – Её директрисой во время нападения была моя родственница. Одна из пять раз прабабушек, если точнее.

Мне стало неудобно:

– Прости, мне не стоило…

– Ну, ты же не знала, – Андре чуть улыбнулся. – Тем более что я Дориссу только на портретах видел. Да и вообще во время Охоты моих предков погибло так много, что только перечисление имен занимает минут двадцать.

– Ничего себе! – Если честно, в голове у меня подобное не укладывалось.

– Ты просто забываешь, что от старости мы не умираем, – словно прочтя мои мысли, заметил потомственный. – Тогда гибли и те, кто ещё до нашей эры родился, и те, кому ещё и сотни не было. Но давай лучше закроем эту тему, всё-таки сегодня праздник. Охота закончилась и больше, надеюсь, никогда не повториться.

Я согласно кивнула и, допив чай (Андре налил мне вторую чашку), поднялась.

Елена Валерьевна

– Красивая пара, – заметила Маргарита Николаевна как бы невзначай. Нескольких танцев ей более чем хватило: за свою долгую жизнь целительница перетанцевала на таком количестве балов, что они успели ей давно и прочно приестся.

– Здесь много красивых пар, – чуть напряженно заметила Елена Миллиос, скрывавшаяся рядом с бывшей наставницей от внимания одного чересчур настырного хамелеона. Что разговор этот начат неспроста, она ни капли не сомневалась. – Кого вы имеете в виду?

– Твою воспитанницу и Андре Антарио, разумеется, – с некоторой хитринкой во взгляде, ответила долгожительница. – Хотя, не скрою, Алина с твоим племянником тоже неплохи. Но этим двоим сильно проигрывают.

– Я правильно понимаю, что вы поддержите выбор Алины? – задала животрепещущий вопрос поисковик. Она явно предпочла «не услышать» намек и несколько перевести тему.

Экс-директриса не возражала.

– Почему бы и нет? Она явно влюблена, а Фывалий – хорошая партия. Так почему я должна быть против?

Что сильнейшая целительница имеет в виду под хорошей партией, Светиной крестной оставалось только предполагать. Это могло быть и то, что её племянник – поисковик, а значит вероятность рождения детей-целителей гораздо выше чем в паре с кем-то из обладателей сильного дара, и то что в их роду уже были целители, пусть и довольно давно, что опять же повышало шансы, и что-то совершенно иное, вроде благонадежности.

Но прежде чем Елена Валерьевна решилась спросить прямо, рядом с ними открылся портал. Возникшая из него Анастасия Лайон даже в повседневной одежде не сильно выделялась на фоне окружающих. Не здороваясь, супруга градоправителя Марианского бесцеремонно ухватила Маргариту Николаевну за локоть (что уже говорило немало) и, щелчком пальцев сотворив заклятье тишины, что-то сообщила. Бывшая директриса нахмурилась, переспросила, блондинка, явно чем-то взволнованная, ответила. После чего обе исчезли в портале.

Светиной крестной оставалось только гадать, что случилось на этот раз, и переглядываться с заметившей кратковременное присутствие матери подругой. В том, что произошло нечто важное, не сомневалась ни одна из них. Впрочем, позже им наверняка сообщат… А пока следует найти себе кавалера на следующий танец. И желательно не Теренса Октано, явно вознамерившегося возобновить давние и не слишком удачные, по мнению Елены Валерьевны, отношения. Оглядевшись, поисковик заметила привалившегося к колонне Асавена и направилась к нему.