Русь-Орда

Глава 1 "Накануне заката"

Давно ли это было? Одному Богу известно. Но, до нашего времени прошли столетия, и не одно.

Глава 1 «Ратимир».

Морской ветер свистел и пел в верхушках сосен. Я сидел на берегу моря и ждал Родомира. Это мой кровный брат. Наши отцы, служили на заставе всю свою жизнь, блюли интересы родины и государя, здесь и легли в землю во время одной из кровавых стычек с северными разбойниками.

Наши матери сёстры и нас растили вместе, пока отче на службе. После той кровавой сечи прошло уже три года, и мы с Родомиром служим на заставе, как говорится, пошли по стопам родителей.

- «Ратимир!» - Услышал я голос брата.

- «Я здесь!» – Родомир быстрым шагом приближался к сопке, в тени которой, я пристроился на старом сучковатом бревне. Когда-то в нашем детстве, мы часто прибегали здесь играть в заставу, представляли, как держим сечу против морских разбойников. Теперь мы сами служим, и ждём вызова в столицу, для посвящения в богатыри по праву крови, как и были наши отцы.

- «Ратимир, гонец приехал. Батя* зовёт нас к себе. Говорят из столицы вести смутные».

Я поднялся. – «Ну что-ж, пошли, скоро середина утра»*.

До городка нашего недалече. Мы пошли быстрым шагом и как раз к середине утра, через посад подошли к воротам захаба* ведущего к городским воротам. Стражники поприветствовали нас и пропустили за стену в Детинец. У дверей хором, стоял сотник Михей. Он махнул нам рукой и сказал, что Батя давно уже нас ищет. Мы поднялись по лестнице в хоромы и прошли в приёмную залу. Батя стоял возле стола, на котором были разложены свитки, там же, стояли перья и чернила.

- «Пришли?», спросил Атаман, и показал рукой на скамью у стены. – «Присаживайтесь»

Мы молча уселись и стали ждать. Атаман, долго что-то читал, перебирая свитки, прошло довольно продолжительное время, но вот он поднял взгляд и как будто только что нас заметил.

- «Ратимир, Родомир, для вас есть новости. Царь вызывает обоих в столицу, принять чин богатырский, да и задание есть для каждого».

Мы промолчали, ожидая дополнений, как и было положено, но никаких дополнений не последовало.

- «Что молчите? Не знамо мне, что за задания для вас, но судя по тому, что гонец по вашу душу отдельно от обоза примчал, что-то серьёзное. Так что, идите домой собирайтесь да и готовитесь в дорогу. Утром отправляйтесь, своих коней не берите, перекладные вам подготовят».

Мы молча поклонились и вышли.

- «Ну что брат, по домам? Собираться?» спросил Радомир, на что я кивнул, и ответил: «Да по домам. Надобно собраться баньку принять вымыться перед долгой дорогой, дары Богу оставить, да улечься спать пораньше. Завтра с рассветом выезжаем».

Я направился к своему дому. Прошёл через крепостные ворота, затем через захаб из Детинца и пошёл посадской улицей. Возле площади остановился. На торговых рядах шла бойкая торговля. Прошёлся меж рядов и тут заметил. Что за мной идёт небольшая девчушка. Росточку вершка два над аршинами* не более. Волосья цвета пшеницы в тугие косички сплетены, платьице не яркое, да лопатки на ногах. Идёт не далече, смотрит украдкой, как робкий зверёк. Я остановился у лотка с пряниками, и попросил у бойкой девицы торговавшей сладостями два пряника в виде ладьи. Заплатил монету, забрал пряники и отойдя на пру шагов, присел на скамью напротив лотков. Глянул на девчушку, которая к тому моменту спряталась за лоток и робко выглядывала, я показал ей пряник и махнул рукой: - «Подь сюда». Девчушка замерла, испуганно глядя на меня, не понимая толи удрать толи подойти. Но вот через какое то мгновение, слегка осмелев, она стала приближаться, настороженно глядя на пряник.

- «Пряником меня сманить хочешь?» пискнула маленькая пичуга.

- «В невесты тебе рано, так что просто угостить хочу, да порасспросить, зачем за мной в след ходила? Что хотела увидеть, аль может что-то мне показать?»

Девчонка взяла пряник из моей руки и жадно откусила край. Маленький веснушчатый нос, закрутился как муха, а пряник начал таять за пухлыми детскими губками. Пару мгновений и всё.

Я удивлённо охнул: - «Быстра ты сестричка, нешто голод сильно донимал?»

Девчушка только молча кивнула и уставилась на второй пряник в моих руках. Я рассмеялся и протянул ей: - «Бери! Я всё равно, оба пряника для тебя брал».

Девчушка, взяла второй пряник, но не стала его есть, а завернув в тряпочку, засунула за пазуху: - «Микешке отнесу, эвон он тоже давно голодует».

После чего, вытащила из закромов своего платьица, другую тряпицу, в которую было завёрнуто что-то.

- «Держи. Это тебе велено передать. Когда понадобится сам поймёшь, время придёт, вещица сама подскажет, что с ней делать. Так велено сказать».

- «Кем велено-то?» - я взял в руку тряпицу, развернул и увидел маленькую фигурку коня из камня и каменное кольцо обвитое замысловатым узором.

- «Так кем велено? Чего молчишь?» поднял я взгляд от подарков, да только никого передо мною уже не было. – «Куда ж ты делась, пигалица?» Но ответа я не получил, народ сновал меж торговыми рядами, а девчушки и след простыл.

- «Чудеса, да и только. Интересно, кто это её ко мне послал». Я ещё раз рассмотрел подарки, конь грубый, будто из глины слеплен, только не глина это, а камень чёрный, непонятного происхождения. Кольцо из такого же, чёрного камня, только в отличие от коня, работа тонкая, руны по всей поверхности кольца расписаны, мелко-мелко так, еле-еле разберёшь. Чудно это всё. Я убрал подарки в кошель на поясе, поднялся и пошёл дальше через площадь, в направлении к дому. Странная девчушка, странные подарки, где-то я слышал про чёрного коня, только вспомнить бы где?

И тут меня как водой окатило, вспомнил. Много лет назад, к нам с обозом приходили калики перехожие, столовались в общинном доме да сказы сказывали. Вот тогда то и услышал я про коня из камня чёрного.

Батя* - он же Батый, Атаман, командир крупного боевого подразделения.

Середина Утра* - В Древней Руси время дня обозначали с помощью следующих терминов: заутреня, заря, ранняя заря, начало света, восход солнца, утро, середина утра, обедня, обед, полдень, уденье, полуденье, вечер, ночь, полночь.

Захаб* — это узкий проход ловушка между двумя крепостными стенами, ведущий от внешних ворот города к внутренним. Пробив одни ворота, противник устремлялся вперед на штурм крепости и тут оказывался пойманным в захабе.

1 вершок* - равен примерно 4,45 см. При использовании вершков для измерения роста людей в вершках указывался не собственно рост, а только то, насколько он превосходил два аршина. Поэтому для получения истинного роста к значению, выраженному в вершках, следует прибавлять два аршина.

Глава 2 «Чёрный конь»

Ветер гудел за окном, срывал оставшиеся на ветвях деревьев листья и гнал их через залив прямиком в море-окиян. Город стоял в мареве серых дождей, отбиваясь от наступающего холода, дымом печей. До нового года, с его «Комоедицей» было ещё не близко, на дворе Сечень только начался. Дожди ещё дней двадцать будут лить, может и снегом сыпануть коли Бог на то решит. Сегодня в город пришли калики перехожие, и мы с Ратимиром отпросились у матерей, на вечер в общинный дом сходить, послушать сказы о землях далёких, да о битвах неведомых.

Посреди общинного дома, на каменном костровище пылал огонь. Старейшины сидели кругом, с ними и калики были в кругу, народ и толпился вокруг прислушиваясь к рассказу странников. Старший из калик, по имени Михей начал свой сказ: - «Много где были мы, много что видели. За тремя морями были на острове где храмы православные, крепостями стоят. Были в далёкой стране Джунгар, о которой не многие и знают-то. Ходили по Уральскому хребту, слушали сказы народов таёжных. Расскажу я вам легенду о чёрном коне, самим Господом, данным народу нашему».

Старик помолчал, будто вспоминая и начал свой рассказ:

«Много лет назад это было, ещё столицей империи был город на далёком юге, на берегу реки священной, где папирус растёт да животные чудные плещутся в водах. Правили тогда далёкие предки нынешнего императора, толи прапрадед, толи ещё далее, больше ста лет уж прошло, а может и все двести. Собрался царь местный, войной пойти на государство за морем-окияном, на земле дальней. Стал войска созывать, отправил гонцов во все пределы империи своей, и к нашим князьям прислал гонцов. Напомнил им, что родственники они, хоть и нет среди них Великих Князей, всё одно родственники по крови, да по роду нашему. И вот приехал гонец во град Владимир, к князю пожаловал с грамотой от царя. В грамоте сказано было, что бы собрали земли русские войско со всех городов, да посадив в ладьи, направили войска к столице древней. Провиантом запасти войска да снаряжением, на поход долгий военный. Не вовремя царь войной идти собрался, на Руси Кощей объявился да войска пытался собрать с земель тёмных. Что же князю делать, коль царь требует войска слать, а тут своих проблем полон рот. Отпишешься в столицу, что не смог прислать поскольку с внутренним врагом воевать собрался, царь разгневается, спросит, почему про ворога внутреннего не сообщал, али справится не можешь с землями данными в управление? Отправишь войска в дальний поход, лишишь свои земли силы да провизии в количестве не сметном, голод да разорение ждут тогда земли Русские, и так плохо и этак не хорошо. Закручинился князь, что же делать, как беду побороть. Собрался, да в храм Бога единого направился, храмы тогда уже, как и сейчас с четырьмя входами по сторонам света строили, для каждой веры свой вход, к алтарю, что в центре храма стоит. Князь был веры православной, потому зашёл с востока и прошёл к алтарю. Преклонил колени перед дланью Бога, положил дары, да попросил совета. Долго стоял пред алтарём ждал ответа, вдруг голубица залетела в храм да прямиком к князю полетела. Уселась на плечо левое да закурлыкала. Князь стоит, ни жив ни мёртв, не спугнуть бы птицу, что счастье несёт по преданию. Тут от стены храма отошла старушка древняя, подошла к князю и молвила, мол – «Господь даёт знак тебе княже, возьми голубицу отнеси в терем княжеский, накорми напои, да выпусти с окна на волю. А сам на коня прыгай и мчи вслед за голубицей, она приведёт тебя куда надобно тебе, куда господь направляет».

Послушался князь, старушку древнюю, протянул руку к голубке, она и спрыгнула с плеча прямо в руку. Отнёс князь птицу в терем свой, накормил просом, напоил водой ключевой из родника во дворе княжеском. После поднялся в терем да выпустил голубку из окна со словами: «Лети птица, куда Господь укажет». Птица взвилась над теремом и давай кружить, как будто ждёт когда князь на коня сядет. Запрыгнул князь в седло, на коня своего буланого, и поскакал из двора на улицу. Увидала голубица это, да полетела на восток, в сторону Итиль* реки. Князь за птицей вслед поскакал, с ним рядом побратим его сотник дружины княжеской.

Долго-ль, коротко-ль, но солнце дважды взойти на небосвод успело, закружилась голубица вокруг дуба великана в поле русском. Подъехали князь с побратимом к дереву, смотрят в корнях нора видна, да не малая, такая что и человек свободно залезет. А птица тем временем опустилась на землю, уселась у норы и курлычет. Делать нечего срубил князь ветвь дерева, скрутил факел, да и полез в нору, ну а побратим за ним. Только тут голубица вспорхнула и давай на сотника бросаться крыльям его бить. Бьется, не пускает сотника под землю. Оглянулся князь и молвил: «Видать туда только одному мне путь заказан. Жди меня здесь, авось вернусь».

Полез княже норой под корнями, а она всё шире да выше, глядь уже идти в полны рост можно, Запалил князь факел, поднялся с колен и пошёл в глубины земные. Нора в пещеру его вывела, пол устлан каменными плитами, стены резьбой по камню украшены. С потолка свет падает освещая залу. А в дальней стене залы дверь массивная с кольцом железным вместо ручки видна, факела в стене зажимами в виде рук человеческих закреплены у двери. Взял княже новый факел, а догорающий воткнул в зажим, открыл дверь и пошёл дальше. За дверью коридор открылся который вывел княза в огромный зал с троном. На троне сидел толи князь толи царь древний, высохший да пылью с паутиной покрытый. Пред ним стол стоял на столе меч в ножнах резных с орнаментом диковинным, шлем в виде луковицы вязью золотой покрытый, да щит вытянутый. А у самого мертвеца, рука ладонью в верх повёрнута, на ручке трона держится, а на ладони конь из чёрного камня стоит сам размером меньше ладони. Подошёл князь к трону, встал у подножия и говорит: «Что же мне Господь приготовил здесь? Что мне взять можно?» качнулась тут рука мертвеца на троне, и покатился чёрный конь прямо к ногам князя. Поднял его князь, поклонился мертвецу и пошёл в путь обратный. Идет, а сам думает, зачем мне конь из камня, игрушка детская, чем он помочь мне может? Ну да ладно, поднимусь на свет божий, а там и видно будет. Прошёл княже через коридор, через пещеру, в нору земляную, что всё ниже и ниже становилась, так по ней и добрался до лаза на воздух. Выбрался на свет божий, отряхнулся и говорит побратиму: «Странно всё это, неужто меня господь за игрушкой послал?» да и протягивает побратиму коня чёрного на ладони, тут птица с неба камнем упала и прямо грудью об коня в длани княжьей. Покатился конь по земле, закружился вокруг него вихрь чёрный, поднял пыль на песок до неба светлого, всё как бурей закрыло. Но не долго было это, успокоился ветер, осела пыль да песок, глядь княже, стоит перед ним отряд конный, на тысячу копей. Все на чёрных скакунах, в кольчугах стальных, с щитами, копьями, луками со стрелами да шеломами*. Старший из всадников говорит: «Здравствуй княже, на службу к тебе нас направили. Будем стоять за тебя, с любым ворогом. Говори, что сделать, какого ворога остановить?»

Обрадовался князь, вот оказывается, чем Господь помочь ему решил, дал войско богатырское. Отправил князь войско на восток к горам Уральским, усмирить Кощея, да побратима своего с войском отправил. Как захотел князь, так и стало, собрал он войска, да к царю по приказу поехал, а войско богатырское с побратимом во главе, на Уральском хребте, побило Кощея, да и замуровало его в замке под горой. Что далее было мне неведомо, знаю только, что после того как победили богатыри Кощея, закружил вихрь по полю, поднял пыль да песок, закрыл всё до неба, а когда успокоился, то исчезло войско как будто и не было, а на земле остался лежать конь из чёрного камня размером с ладошку ребёнка.

Помолчал калика перехожий, да и продолжил: «Многие люди, богатыри да бояре с князьями искали того коня, да только исчез он и где теперь никто не знает…….»

Интересную сказку калики рассказали, да мало она на быль походит, больше на придумки для детишек. Когда я слушал её из уст странников, мне было годков десять не более и казалось что говорят они правду да быль. Теперь то, я знаю, что это всё придумки да развлечения. Есть конечно знахарки у нас, они и ворожить могут, да тайны ведать, но с конём-то это явно перебор. Что только люди не придумают. Вот что действительно интересно, так это кто ко мне девчушку подослал? И зачем она мне эти игрушки сунула?

Развернул я тряпицу ещё раз, посмотрел на коня, да на кольцо, но понимания не прибавилось.

Направился с к дому, глядишь само всё разъяснится. Ну а дома такая кутерьма началась, мамка расплакалась, мол сын вырос совсем, бросает отчий дом. В общем пока мать успокаивал, пока пожитки собирал, оружие проверял да готовил, глядь уже и закат ночь на двор привёл.

По утру, поднялся с рассветом, попрощался с мамкой, взял пожитки да пошёл со двора.

Возле крепости уже стояли стражники с конями засёдланными. Родомир тут же, к седлу свои вещички приторачивает. Каждому из нас дали по два коня на перемену, да ещё по коню в путь отправляться. Видать важное задание ждёт нас, раз Батя так расщедрился, что казённых коней аж по два выделил. Долго ждать не стали, вскочили на коней, гонец с нами так же как и мы снаряжённый, да и поскакали по тропе что от города через лес, да в сторону Онеги. Дорог то у нас отродясь не было, так, тропы лесные, да реки вместо трактов. Дороги ближе к Владимиру начинались. Сперва то тропа широкая была, торённая, два всадника могли рядом проехать, да через вёрст десять от города, стала уже да темнее. Лес всё гуще да гуще становился, так далече мы ещё никогда с Родомиром не заезжали. На ночлег, на полянке не большой собрались, костёр развели, котелок достали, воды из ключа набрали, да отвар сделали из трав. Перекусили лепёшками из гречи с мясом вяленым, да и на боковую. Один дозорным остался, двое спать. Моя смена вторая была. Так хорошо спится в лесу, воздух чистый прохладный, не запаха кожевен, не шума кузен, блаженство. Только разоспался, уже и сон начал дивный снится, будто я с дочерью нашего тысяцкого на празднике гуляю, да за руку её держу. И только она мне начала что-то говорить, как чувствую трясёт меня кто-то. Открыл глаза, гонец стоит рядом, шепчет: «Ратимир вставай, твоя очередь дозором ходить».

Делать нечего, поднялся. А гонец улёгся на ветви еловые, седло под голову примостил и засопел. Ну что, завидуй не завидуй а сторожить надобно самому. Встал значится, прошёлся по поляне, кости размял, потянулся. Ту слышу, крадётся вроде кто-то. Никак зверь лесной какой, на запах харчей наших, небось, собрался. Взял я лук да стрелу калёную примостил, затаился в тени и жду. Кони не вдалеке ходят, траву щиплют, странно это как то, конь первый сторож воина. Он завсегда врага крадущегося почувствует, а тут как будто и нет никого рядом. Вдруг вижу марево над костром поплыло как облачко только не белое, а серого цвета. Что за дела думаю, взял да и пустил стрелу прямо в облачко. Что тут началось, визг на всю округу, я вскочил меч выхватил, и с кувырком вперёд прямо к зверю неведомому. Только и он ждать не стал, исчезло облачко, а вместо него у костра стоит животина неведомая мне, ноги как коряги, мхом покрытое, глаз злобный и тиной такая вонь пошла, не дай Бог. Смотрю и он меч выхватывает, только не пойму откель он его достал, меч у него странный как коряга замшелая. Схлестнулись мы и давай рубиться. Я у самого Батьки любимым учеником был, мало кто против меня устоять мог в бою на мечах, а тут чувствую быстрее эта скотина чем я. В «джанийца»* перевоплощаться, можно бы, да настроится надобно, а времени нет. Пришлось ускоряться, да в круг идти, звон мечей на всю поляну, а Родомир и гонец спят как убитые, даже не шелохнутся. Тварь неведомая не уступает мне, бьётся как воин. Какой раз уже по кругу поляну прошли под звон клинков, да всё мне к седлу своему не подобраться, там сума моя приторочена, а в ней есть несколько сюрпризов. Не думал я что так быстро придётся их тратить да делать нечего, надо доставать, пока эта мерзость меня не достала. В общем изловчился я да кувырком к седлу своему покатил, выхватил из сумы мешочек с зельем огненным, бросил твари под ноги, так грохнула не дай Бог! Светло стало как днём. Гляжу и гонец и Родомир проснулись: «Да неужто сподобились» - кричу, а сам в прыжке рубанул тварь по шее, голова и скатилась с плеч. Да только упала, как задымила туша твари зачадила, да и таять начала, одна голова только и осталась на траве.

Родомир подскочил ко мне: - «Брат держись!»

- «За что держаться то? Всё ужо, нету мерзости».

Гонец подошёл к голове, поднял её за волосы и говорит: - «Ну брат, ты молодец! Сподобило тебя с Лихом бой устроить».

Гляжу и взаправду на лице чудища глаз то всего один, да и тот по центру лба.

Я чуть не сел тут же на землю. Лихо же из сказок, пугало для малышни, неужто, взаправду бывает на свете.

А гонец продолжает: «Только вот зачем оно к нам полезло? Не понятно. Лихо, в открытую никогда на людей не бросается, оно старается втихаря на шею усесться да и кататься на человеке пока не заморит его на смерть».

Родомир только молчал да глазами хлопал. Куда только делся балагур, что сидел в нём с рождения? Хотя оно и понятно, прямо перед нами ожили сказы да легенды, то, что мы небылицами считали.

Гонец запихнул голову Лиха в мешок и приторочил к седлу. Я спросил его: - «Это зачем?»

- «В столицу отвезём, не припоминаю, что бы Лихо в открытую нападали на людей. Дурной знак».

«Слушай гонец, тебя зовут то как? А то сутки в пути а имени не знаем твоего».

-«Богдан. Десятник дружины царской. По личному поручению, царя батюшки. Нужны вы ему, зачем не скажу, но просто так меня бы не отправили за вами».

Вот интересно, что такого случилось, что мы, никому не известные дружинники из глухой беломорской крепости царю понадобились?

И как теперь спать ложится, а в тоже время в пути ещё седмицы* две пробудем не меньше, как не спать?

Богдан достал из сумы перемётной кусок тряпицы, бутыль, вынул пробку бутыли, чуть капнул на тряпицу и прицепив её к навершию копья, поднял вверх. Копьё закрепил у пня старого, примотав ремнём.

- «Ложимся спать. Нечисть, это должно отпугнуть, в дозоре очередь Родомира», сказал Богдан.

Меня так подмывало узнать что у него в бутыли, что нечисть отпугивает и почему он уверен что это сработает, но сейчас, пожалуй не время, в дороге можно будет всё расспросить.

Я закрыл глаза буквально на миг, а когда открыл, уже рассвет вовсю властвовал над землёй. Богдан седлал коней, Родомир спал рядом со мной. Я толкнул его: - «Вставай, пора в дорогу».

Итиль* - В Средние века Волга известна под названием Итиль.

Шелом* - боевой шлем конного воина.

Джаниец* - воин оборотень, либо в волка оборачивается либо в медведя если сана нужного достиг. В образе волка, Джанийца называли «пёс Господа». Тьма их боялась как огня.

Седмица* - (буквально «семерка», от слав. седмь; греч. έβδομάς, от έπτά – «семь») – церковнославянское название недели; семидневного календарного цикла. Первый (а не последний!) день седмицы называется «Неделя» (от «не делати» «не работать», «отдыхать»). Например: «Неделя Торжества Православия» это 1-е воскресенье Великого Поста; «Фомина неделя» 2-е воскресенье от Пасхи, и т.д.

Глава 3 "Путь - дорога"

День за днём мы ехали тропами через леса. Никаких значимых происшествий больше не происходило и случай с Лихо начал походить на сказочный сон. Если бы не голова Лихо, болтающаяся возле ноги Богдана я бы решил, что мне это всё приснилось. В первый же день, после моей ночной битвы, Богдан рассказал, о том, что Лихо это не одно какое-то чудище, оказывается это целый древний народ, который жил на землях Русов ещё до прихода людей. Когда-то они были обычными лесными обитателями, которые питались энергией жизни растений, при чём не нанося им вреда. Но всё изменилось с появлением в этих лесах человека. Люди фонтанировали эмоциями, энергия из них так и лилась вокруг, и род Лихо стал питаться энергией людей. Они использовали свою способность быть не видимыми для взгляда, отводить его от себя. Лихо втихаря, забиралось на шею человека, присасывалось и начинало ездить на нём. У человека, всё начинало из рук валится, ещё бы, силы то жизненные Лихо высасывает, так человек и чах. Каталось так чудище на шее, пока человек или не умирал, или Лихо не обнаруживали и прогоняли, а получится, убивали. Только редко получалось Лихо убить, мало когда его замечали сидящим на человеке. Всяк смотрящему, оно глаза отводило, и увидеть его получалось, только если кто-то не на человека смотрел, а где-нибудь видел его отражение в зеркале, да ещё и так, что бы самого смотрящего не видно было для Лиха. Само-собой, случалось такое редко. Но вот, что бы Лихо в открытую на человека вышло, да напало в прямом бою, такого не бывало ещё никогда. Так что, я можно сказать везунчик оказался. Сам только не понимаю, зачем мне везение такое? Не дай Бог с таким везением дракон вылезет какой-нибудь из сказок, или кто ещё. Нет уж, давайте как – то без везения такого обойдёмся.

Меч Лихо я с собой взял, интересный он оказался, на вес тяжёлый как стальной, а сам по виду деревянный, мхом покрытый. Рубанул я с плеча по дереву у дороги стоящему, глубокую зарубку оставил. Но как он себя поведёт против богатырского меча булатного, одному Богу известно. Против моего меча он держался не плохо, но и меч у меня простенький казённый. Папанин меч богатырский, мама обещала после посвящения отдать, а пока с таким приходится ходить, да сражаться. Покажу меч Лихо, мастерам оружейным в столице, авось подскажут, что за диковинка такая.

Ещё узнал я у Богдана, что это он на тряпицу из бутыли лил, оказалось настой кореньев да трав, сделанный ведуньей из рода Агнии. Ведуний этих, по всей Руси множество раскидано было, они помогали с болезнями справляться, ведали травы полезные, да магию лесную. Оказывается большинство нечисти, не любят отвар Плакун-травы и Полыни настоянный две седмицы да потом смешанный с Одолень – Травою и снова две седмицы настоянный. Вот ведунья и дала Богдану с собой бутыль с этим настоем. Только экономить надобно, когда ещё с Агнию встретить придётся, одному Богу ведомо. По сему, без острой нужды, он его расходовать не даст. Я то честно говоря, хотел уже каждый вечер перед сном, вывешивать тряпицу с настоем над привалом, да и спать себе спокойно. Ан нет.

Тропа тем временем вывела нас к тракту проезжему, движение по веселее, началось, погнали коней повеселее. Смены зачастили, но и скорость движения выросла в разы. К вечеру последнего дня седмицы, подъехали к первому Яму*. Коней передали ямщикам, а сами прошли в трактир. Я о них, раньше только понаслышке знал. Трактирщик накрыл нам стол. Заказывал Богдан, как самый опытный и знающий. На столе появился заяц запечённый, чугун с пшённой кашей, каравай хлеба, репа пареная да кисель ржаной. За еду заплатил Богдан, на наше содержание в дороге, ему оказывается в приказе деньги выделили. Мы уселись за стол, и навалились на еду. В дороге то не разжируешься, из еды хлеб с мясом сушёным, сыр да вода ключевая. Ну а тут пир настоящий. Конечно, у мамки то повкуснее будет, да только где это видано, чтобы в трактирах как дома готовили. Хотя трактирщики и расхваливают свою стряпуху, но всё одно с домашней пищей не сравнить. Это мне всё Богдан ещё на подъезде к Яму рассказал. А тут я убедился в правоте его слов, но всё одно после седмицы воздержания налопались до отвалу. Трактирщик нам показал комнату, где можно было выспаться, да предложил в баню общую сбегать. Кто-ж, от бани то откажется, особенно после дороги дальней. Вот и мы бегом помчались мыться. Хороша она банька русская, как распаришься в парилочке, да пройдёшься веничком по плечам своим, да рукам - ногам, так и жить легче и дышится глубже. Одно слово – баня. Намылись, напарились и в дом, на кроватях выспаться. Только собрались спать укладываться, как Богдан всполошился:

- Кто-то в суму мою лазил. Всё в ней не так лежит, как я складывал.

Мы бросились к своим пожиткам, глядь и точно у нас тоже кто-то в вещах копался, хотя вроде ничего не взяли, а всё равно противно. Богдан трактирщика позвал, а тот что только глазами хлопает: «Незнамо кто сподобился, у нас татей* не бывало отродясь».

Родомир говорит: «Хорошо что мы кошели с собой в баню взяли, а то бы сейчас без денег остались».

На том и порешили, видать тати залезли, хотели кошели наши вывернуть да всё что было украсть, да не повезло им.

Спать улеглись, а мне всё неймётся, кого-же это сподобило, по сумам нашим лазать? И что же они искали? Так под тревожные мысли и заснул.

Проснулся я от тревожного чувства, что – то не так. Вокруг тишина, полумрак, светильник даёт совсем немного света, слышно дыхание Богдана и Родомира, пахнет печью русской, да маслом горящим. Вдруг слышу лёгкий шорох, как будто крадётся кто-то. Потянул руку к мечу, он по привычке рядом с полатями лежит, сжал рукоять, как то сразу легче стало, затаился, жду что будет. Вот тень чуть колыхнулась и из дальнего угла как будто тёмное пятно надвигаться стало. Подкрадывается к полатям, на которых Родомир спит, тут уж я не выдержал и выпрыгнул из под армяка коим укрыт был. Думал сейчас тать схвачу, да только вижу непонятно что это за чудо юдо, никак чёрт? Прям как мамка в сказках детских описывала. Шерсть чёрная, копыта на ногах, рога на башке, в руке мешок. Никак мерзость красть наши пожитки собрался. Тут уж я долго думать не стал, махнул мечом, прямо по шее. Только чёрт мгновенно кувырнулся и укатился в другой конец комнаты. Я прыжком за ним бросился, грохоту навёл не дай бог, а нечисть крутнулась на месте, да и нырк прямо к печи, гляжу, он через вьюшку дымкой чёрной утёк в печь. В это время Богдан с Родомиром с полатей вскочили, мечи подхватили и стоят, таращатся со сна по сторонам. Лица у них потешные, сами в исподнем, да с мечами, я чуть не захохотал, да вспомнил, что и сам так же выгляжу. – «Спокойнее братцы, ужо сбежала мерзость, через печь ушла».

Рассказал им что произошло, Богдан покачал головой: «Что-ж за напасть, второй раз нечисть к нам лезет, ох не к добру это чувствую, не к добру. Придётся и здесь по очереди сторожить. Вы пока ложитесь, я посмотрю, потом тебя Ратимир разбужу, ну а ты ужо смену Родомиру затем передашь».

Честно говоря, глупо было думать, что явление чёрта может быть к добру, ясно, что к беде, нечисть она и есть нечисть. Богдан старше нас и по чину и по возрасту, так что, стало быть, ему и командовать. Улеглись, спать. На этот раз, я спокойно заснул, как провалился в сон. Ночью поднял меня Богдан, смену стоять. Прошло всё спокойно, Родомир меня сменил, и я снова провалился в сон.

На утро, проснулись, умылись, трактирщик нас к столу позвал. На столе каша гречневая с молоком, да кисель, яблочки мочёные-квашеные, хлеб ржаной. По столовались да стали в дорогу собираться. Коней оседлали, сумы приторочили к сёдлам, доспех туда же, и поехали с яма. Выехали на тракт, Богдан и говорит: «Не спроста это, что нечисть к нам в открытую второй раз лезет. Никак есть у нас с собой что-то что им надобно очень. Только как понять что это? Вспоминайте как богатыри, что у вас с собой необычного, да и обычное тоже не забудьте».

Ну стали мы перечислять, что с собой везём, и тут я вспомнил о тряпице что девчушка мне дала. Достал и показываю Богдану. Он взял тряпицу, развернул и охнул. – «Ну Ратимир ты и тихоня. Отколь у тебя кольцо – то, «брони магической»? Таких на всём свете не больше пары десятков. За такое кольцо иные столько злата серебра отвалят, что хватит на всю жизнь и тебе и потомкам твоим и родне всей».

Пришлось подробно рассказать как девчушка – пичужка, мне подарочек такой сделала. Богдан как услышал по девчушку, так и давай меня подробно о ней расспрашивать. Как выглядит? Да во что одета? Въедливо так до мелочей требует описывать. Когда всё выслушал, выдал вердикт, да такой, что я и не ожидал: «Огневушка-поскакушка приходила к тебе, она обычно только к людям хорошим приходит, да подарки им дарит какие их сердцу милее, да нужнее в жизни. Только редко её кто просто так видит, обычно чует она, что-то грядёт, тогда и приходит на помощь. Брат у неё «Пожар ненасытный», коль увидел бы его, беде быть, а Огневушка наоборот к удаче».

- «А что за кольцо – брони магической? Что делать то с ним?»

Богдан удивлённо на меня посмотрел: - «А что с кольцом делают обычно? На палец надень и всё узнаешь», и протягивает мне тряпицу с подарками назад.

Слез я с коня, взял я тряпицу, каменную лошадку завернул обратно, а кольцо на палец средней попробовал надеть. Подошло, как будто для меня делали. Чувствую, что кольцо как будто нагрелось, потом вспыхнуло светом ярким, пробежали по нему руны древние, и снова стало оно просто чёрным кольцом из камня.

Богдан улыбнулся: - «Приняло тебя кольцо, теперь его забрать у тебя силой нельзя, можно только по доброй воле взять».

Я недоумённо на него взглянул: - «И что толку-то, что мне с ним делать?»

- «Поверни его по кругу на пальце, и всё увидишь».

Я взялся пальцами за кольцо и стал поворачивать, вдруг оно завибрировало и из него маленькими ручейками, потекла по моей руке чёрная жидкость, густая как кисель. Вот уже до локтя дотянулось, потом до плеча, я не успел и глазом моргнуть, как всё тело прямо под одеждой, с головы до ног оказалось покрыто чёрной жидкостью, открытым осталось только лицо, и то от подбородка до бровей. Жидкость мгновенно застыла и я почувствовал, что на мне как будто надето тонкое исподнее, которое прилипло к телу как вторая кожа.

Богдан кивнул: «Ну вот и броня встала. Её ни меч ни копьё ни стрела обычные взять не смогут». Я посмотрел на него: «Ты сказал обычные, а что бывают какие-то необычные? Что ты имеешь в виду?»

Богдан опять на меня удивлённо посмотрел: «Чему вас учили? Ты что не слышал о мечах, да копьях заговорённых, о стрелах магией калёных?»

Честно говоря, я всё это и от отца и от матери слышал, только думал что это всё сказки да небылицы, в нашем городе ничего подобного не было, никаких колдунов да волшебников. Ведунья жила недалеко от заставы в тайге. Так ведунья она же знахарка, травы собирает, да отвары с настоями делает, какое же это волшебство, это просто знание леса да трав. А теперь выходит, всё что родные вечерами перед сном рассказывали, правда. Честно говоря голова кругом, то Лихо оказалось живёт в лесах, то чёрт по полатям скачет, теперь ещё и оружие волшебное.

Вскочили мы на коней, и поскакали дальше, на ходу обсуждая происшедшее. Богдан пообещал вечером у костра, рассказать что он о мире знает, да подготовить нас к неожиданностям..........

На Руси ям* — это станция на почтовом тракте, на которой сменялись проводники, лошади и подводы, перевозящие государственные грузы, гонцов, послов. Также ямом могло называться селение на почтовом тракте, жители которого несли ямскую повинность.

Плакун-трава*- Произрастала, по поверьям, около озёр. Её считали оберегом от нечисти, она помогала справиться с демонами и повелевать ими.

Чертополох* - Колючая трава могла отпугивать чертей, успокаивать скорбящих о покойнике и уберегать людей от тревоги. Для защиты от нечисти чертополох клали в трещину над воротами или под крышу дома.

Полынь* - Горький вкус и неприятный запах этой травы должен был отпугнуть мифических персонажей. Для защиты от них полынь добавляли в букеты цветов и венки.

Одолень-трава* - Согласно славянской мифологии, это магическая трава-оберег, защищавшая от злых духов.

Тать*- в Древней Руси — это вор, грабитель, злодей. В узком смысле — человек, совершивший кражу, а в более широком — преступник вообще, в том числе государственный преступник, участник восстаний.

Чёрт* - Антропоморфное существо, покрытые чёрной шерстью, с рогами, хвостом и копытами. Также использовались и другие эпитеты: нежить, лукавый, нечистый, окаянный. От прочей нечисти отличается свободой передвижения и мест обитания. Постоянное место обитания чёрта - пекло (ад), где он и его собратья всячески мучают грешные души. Однако чёрт может появиться в любом месте. Живут черти в лесах, на болотах, в заброшенных домах и церквях, на перекрёстках, могут вселяться в человека.

Вьюшка* — устанавливаемое в дымоходе кирпичной печи устройство для его открывания и закрывания. Характерно для русской печи.

Глава 4 Слово Царское.

День прошёл как и предыдущие, в дороге, к вечеру мы снова въехали в ворота очередного яма. Трактирщик похожий на предыдущего накрыл стол, пока наших коней увели в конюшню. Сидя за столом, молча ели и думали о том как долго ещё быть в дороге. Я долго думал готовясь к разговору с Богданом, ещё в городе возникло много вопросов о нашей необходимости в столице, а со временем эти вопросы только копились.

- «Богдан, что нас ждёт в столице? Зачем князь срочно вызвал и откуда он вообще знает о нас? Только не говори, что ты не знаешь, слишком много чести, чтобы отправлять за нами тебя. Просто прислали бы грамоту и всё. Да и приключения в дороге, уж больно необычные, такое впечатление, что нечисть специально за нами охотится, не может так быть ни - с того ни с сего».

Богдан усмехнулся: «Я думал вы ужо и не догадаетесь. Больно дремучими кажетесь. Хорошо слушайте».

- «Несколько седмиц назад, в столицу приехал маг «Огонь», и прямиком к царю. Я тогда только от смолян вернулся, дело было государственное. Мне только-только чин гонца царского пожаловал. Только с дороги в избе своей разделся, сапоги скинул, да за стол присел, как забегает стражник знакомый Никитка, да зовёт срочно в царские палаты. С царём – то не поспоришь, а человек от него, личное слово царское несёт, в общем, делать нечего, собрался да пошёл в палаты царские. Прихожу в палаты, меня стража пропустила без слов, я ужо от этого онемел, а дальше больше, выходит воевода царский Микула Селуянович, да берёт меня за руку и ведёт прямиком в светлицу царскую. Там за столом, почитай все главные чины думы боярской, маг «Огонь» сам лично, да и царь с матушкой царицей. Воевода меня в уголок посадил на скамейку, да слушать внимательно велел. Первым слово маг взял».

- «Представляться мне нужды нет, все меня знают, и никто не скажет, чтобы я напрасно кого беспокоил. Но сегодня пришёл день, когда уже нельзя без дела ждать, что же будет дальше. Пятипалая гора просыпается, кто-то Кощея разбудил. Войска тьмы со всего света стекаются к горе, никак мрак войско собирает на битву с силами света. Магия моя всё показать не может, сильные заклинания закрывают гору, но кое что мне видно. Быть лютой битве, надо срочно начинать готовится, не скажу успеем или нет, но времени ждать нету совсем».

«Царь батюшка, только слегка нахмурился:» - «Не пужай ты нас» - говорит – «войсками тьмы, сам ведь знаешь, что армия наша готова с мраком биться. Из года в год, идут столкновения с чёрными по всему свету, так что наших воинов учить с ними биться нужды нет. Поднимем дружины городов русских, да ударим разом».

- «Маг ему в ответ» - «Не торопись царь батюшка, не так всё просто. Со всего света собирает войска Кощей, Вурдалаки и Волкодлаки, Лешаки да Кикиморы, Русалки да Шишиги, Бесы да Черти с Упырями, Мертвяки да Лихо, все идут на зов Кощея. Сам змей Горыныч, с детьми своими к нему в горы прилетел. Не осилим мы их одним только нашим войском. Надо со всех королевств подвластных Руси созывать армии, да всю Орду поднимать в одно войско. Коли соберём армию людскую одною силою, то сможем разбить Кощея и вновь уложить его в могилу на тысячу лет».

- «Тут старший из бояр Никодим, вступился в беседу»: - «Царь батюшка, зря только всполошим народы, да волнение лишнее устроим. Да и как прокормить такую ораву войска, по миру пойдём до нитки всё потеряем. Не проще ли, откупиться от Кощея, жемчуга да злата соберём, невольниц да невольников, земли ему предложим за окияном, сам знаешь нам их все не освоить. Глядишь и уйдёт он с войском своим на те земли, а там и осядет».

- «Маг аж покраснел как уголь»: - «Ты что такое говоришь Никодим? На что Кощею твои жемчуга да богатства? На что твои невольники да земли? ОН войной пойдёт, да сам всё заберёт, не сколько дашь ему а всё под чистую и людей и богатства и земли. Сам ты станешь невольником и семья твоя и род весь человеческий, будет в услужении у тьмы, до тех пор пока не сгинет вовсе».

- «Тут такое началось, бояре орут, маг им вторит, да проклятьями сыплет, глядишь ещё минута и передерутся все. Сама царица поднялась с места, да и хлопнула в ладоши, разом все затихли, тогда встал со своего места царь Георгий Данилович и молвил: «Нет от вас толку бояре, только раздор и ругань. Кощей не купец, вас слушать не будет, а вы моё решенье послушайте! Перво-наперво, сегодня-же отправить во все королевства на западе мой приказ собрать все имеющиеся войска и прислать в Орду на усиление. Вторым, отправить в балканские горы гонца к Чуди Белоглазой, что местными Гномами зовётся. Напомним им про древний договор, пора пришла встать вместе в строю. Третье, вызвать детей древних следопытов, тех что по преданиям должны на свет нас вывести. Я всё сказал! Выполнять!»

- «Бояре может и возразили бы что, но с Георгием Даниловичем спорить было очень опасно. Не задумываясь, на плаху отправит спорщика. На том и разошлись, а мне Микула Силуянович велел задержаться, мол у царя-батюшки личное задание для меня имеется».

- «Вышли все из залы, закрылись двери и мы с воеводою к царю с царицей приблизились. Посмотрел на меня Георгий Данилович и говорит»: - «Тебе Богдан задание будет отдельное, поедешь к морю Белому, там на заставе недалеко от крепости служат два богатыря молодых. Отцы их верно мне служили, и сложили головы в битве ратной. Про детей мне лично говорили и просили за них, да и ведунья Агни о них упоминала, что доля их быть разведчиками да помочь Роду Русскому в битве с войсками тьмы. Зовут их Ратимир и Родомир, так что собирайся да езжай быстрее, привезёшь их ко мне, будет тебе награда».

Богдан замолчал, как будто вспоминая чего, а у нас и слов то не было. Не уж-то сам царь-батюшка, Георгий Данилович о нас знает?! Не уж-то будем служить ему? Чудеса, да и только.

- «Богдан, а Агни кто такая, и почему она о нас упоминала?» - спросил я.

- «Агни, ведунья, её народ ещё Ягиней называет. Орден ведуний я думаю и у вас, на краю земли известен быть должен. Все ведуньи в ордене имеют одно общее имя Агни. У каждой, есть конечно своё личное имя, только в миру о нём никто не знает, имена ведуньи берегут пуще жизни. Ведь узнай личное имя ведуньи и можно ею управлять, да заставлять делать что угодно. Имя известно силу огромную имеют, ведь и у вас обоих есть имена родовые, кои никто, кроме близких не знает, а для ведуний это ещё важнее. Агни Владимирская предсказывала ещё много лет назад, что прейдут времена тяжёлые, война страшная да неминучая. Что много богатырей поляжет в войне той. А главное для победы нужно кроме войск смелых, отряд разведчиков собрать и возглавлять его будут два богатыря из земель северных, им по наследству ноша эта досталась им её нести да Руси помогать. Числом отряда будет девятка, она и поможет им в битве и в разведке. Что это значит мне не ведомо, а узнал я всё это от воеводы перед тем как за вами ехать. Вот пожалуй и всё что я знаю».

Мы ещё помолчали, да и что тут скажешь? Многое непонятно, но кое что, посветлее стало. Не думал я, что сказки да рассказы матери да родственников правдою окажутся. А ведь они много всякого говорили, и про нечисть всякую, и про богатырей и про героев, кого только не упоминали. Не уж-то всё это правда. Надобно обдумать да обсудить с Родомиром, послушать что он обо всём этом думает, да что скажет. Он хоть и молчаливый, а не дурак, может не так смекалист как я, да ум у него поглубже многих проникает, частенько и меня удивляет своими размышлениями. Вот и покумекаем вдвоём. А пока за рассказом Богдана, мы сами не заметили как съели всё что кабатчик на стол выставил.

Гонец поднялся: - «Спать пора. Утро вечера мудренее, завтра в дороге поговорим ещё». Мы с Радомиром молча поднялись и пошли в общую комнату на полати укладываться. Хоть и много было сказано, да в голове мысли разные крутились, а всё ж усталость своё брала, только голову на подушку положил, как свет померк и я провалился в сон.

Глава 5 "Столица".

Не стану описывать всю дальнейшую дорогу, вёрсты мелькали как тени, один Ям сменялся другим, стук копыт и тряска краткий сон на постоялом дворе и снова тряска в седле. Обсуждать рассказанное Богданом не больно хотелось, вроде и вопросов много, а надобно посидеть подумать, так времени на это нет совсем. Так и мчались верста за верстой, день за ночью, утро за вечером. Нечисть нас вроде в покое оставила, как будто попробовала, а не вышло так и отступилась. Ну и вот под вечер одного из монотонных дней, выехали мы с дорог просёлочных на тракт широкий. Гонец улыбнулся: «Завтра Володимерь увидим, заждался небось воевода нашего приезда».

Переночевали в очередном Яме, как и обычно, в общей комнате на полатях. Утром выехали по самой росе и к полудню увидели башни Володимерьской крепости. К столице тянулись обозы купцов, так будто и нет никакой угрозы, и никто к войне не готовится. Спокойный солнечный день, едут себе телеги покачиваясь на колдобинах, сотни видов товара спрятано под дерюгами, ситец и парча, жемчуга и алатырь, булат и доспех, чего только не везут в столицу со всех концов империи Великих Моголов. Все спешат к Царю на поклон с дарами, да на ранки столичные продать подороже да по выгоднее. Все знают, на Руси даже девки незамужние жемчугами с ног до головы ушиты, а уж коли муж в доме есть, так достаток полным-полон. Так спокон веку, как перенесли столицу из Царь-Града во Володимерь, так и поднялась Русь над миром. Не даром цари наши вернулись из Царь-Града на земли предков, что бы возродить славу народа своего, Руси да Словян*.

Пришпорили мы коней и поскакали к столице галопом. Стража нас вне очереди пропустила, лишь только завидели Богдана, три стражника на дорогу выбежали разогнать народ да телеги поприжать к обочине. Когда мы проезжали старший стражник руку к шлему приложил, да крикнул, что мол ждёт воевода нас, срочно к нему. Ну да мы в общем-то и не собирались плестись, самим уже страсть как хотелось узнать, что за задание нам дадут, да когда в богатыри пожалуют?

Лошади промчали нас по улицам столицы и вот уже видны стены белокаменные на холме да Детинец*. У ворот воевода на коне, как не мчали мы по городу, а видать уже успела весть о нашем приезде долететь до Детинца. Не даром говорят: «весть быстрее птицы мчит, и только мысль её опережает». Возле ворот мы спешились и подошли к воеводе, который тоже уже сошёл с коня своего и ждал нас.

Богдан обратился к воеводе: «Микула Силуянович, выполнил я волю царскую, привёз сыновей богатырских».

Воевода кивнул: «Вижу, чай не слепой. Проходите во двор, сейчас крикну, чтоб царю батюшке доложили. А пока весть в Детинец доносят, умойтесь от пыли дорожной, одёжу отряхните, не гоже в палаты царские с дороги то идти, да время не терпит».

Прошли мы через Захаб, за стены белокаменные, привели себя в порядок, тут как раз и слуга из Детинца выбежал, да махнул рукой мол заходите.

Поднялись по ступеням каменным, воевода впереди, мы за ним, а гонец за нами. Прошли в светлицу царскую, у окна сам царь батюшка. Я честно говоря думал, он росту нас раза в два по боле, ан нет, с нас росту, хоть и богатырь по виду, да не выше иных воинов. Борода окладистая, как и положено по вере, на голове обруч золотой, знак царской власти. Платье знатное на нём, кафтан расписной, штаны с узорами, да с поясом сверкающим. Меч с богу сразу видно не простой, рукоять в камнях дивных, да не это главное. Сразу видно что меч как из сказок, такой что сто голов с плеч. Мы тоже оружные стояли, что знак верный доверия царского. Обычных посланников да воинов во дворец с мечами бы не пустили, а нам и слова не сказали.

Георгий Данилович, подошёл к нам осмотрел взглядом цепким: - « Давненько ждём вас, всё гадал, что за богатыри из легенды ведуньи, ан вижу парни знатные, взглядом светлым да чистым. Дело у нас к вам сложное да опасное, но Агния говорит, что вам по плечу. Отряд соберёте, после пойдёте в разведку за Уральский хребет, в царство Кощеево. Туда где народ Гога и Могога живёт, а может и по далее, надобно нам узнать, каковы войска тьмы собрались? Какой дорогой пойдут? Может слабости их спытаете. Ведунья говорит, что есть древнее предсказание, о том что отряд света поможет в войне с тьмой. Пока вы будете за хребтами Уральскими, мы войска со всего мира соберём, всех королей нам подвластных вызовем с дружинами, да и Орду великую поднимем, надобно нам не меньше полу года на всё. Пока соберутся да прибудут все войска, будем своими дружинами да ордой держаться, а там, помолясь, глядишь и схлестнёмся в сече великой с Кощеем и данниками его. Так что ваша задача первостепенная, подсказать где первое сражение дать, да остановить войска ворога до того как соберём всю силу в кулак».

Каждый из нас стоял не жив ни мёртв. Разве поверил бы кто из нас ещё вчера, что сам царь нас принимать у себя будет, да разговаривать как с равными. Кому сказать засмеют, вчерашние стражники заставы северной, теперь личные царские разведчики да надежда всей земли Русской. Честно говоря и самому – то не верилось, всё ждал, что сейчас проснусь у нас на заставе, да пойду на Кромель смотреть в даль тёмную да охранять дорогу водную. Но наваждение не исчезало, сон не прерывался, а побратим мой так вообще вёл себя так, будто мы каждый день по палатам царским гуляем, да поручения личные выполняем.

Царь помолчав, спросил: «Ну что скажите? Может вопросы какие будут?»

И тут меня удивил Родомир: - «Что делать понятно царь-батюшка, а вот как это делать не ясно. Может скажешь нам, сами мы должны ехать али кого с нами в путь отправишь? Да и когда выезжать надобно?»

Георгий Данилович, улыбнулся: «Любо мне, что вы не испугались задачи тяжёлой. С собой возьмёте гонца моего Богдана. Завтра поедете к Агнии ведуньи, там дождётесь подмогу от Чуди Белоглазой, соберётесь в отряд да и поедите с богом. Как к ведунье добраться воевода подскажет, а дальше сама Агни всё вам и объяснит».

Что тут добавишь, поклонились мы царю в землю, да и пошли на улицу, а воевода в палатах остался. Как вышли из Детинца, Богдан сразу же, подбежал к одному из стражников и начал о чём – то шептаться, после чего вернулся к нам.

- «Ну что други? Надобно вас накормить, намыть да спать уложить. Утро – то вечера мудренее. Ну а завтречка на заре поедем за город, к Агнии Володимерьской, послушаем что скажет. Да какой наказ даст нам в путь дорогу».

Мы с Родомиром, только кивнули, да пошли за ним на двор постоялый. Трактир тут был не чета Ямским, тут тебе и полати белокаменные, и столы дубовые накрытые скатертями белыми, да и выбор еды побогаче будет и щи кислые и уха тройная да царская, расстегаи да пироги, баранина томлёная, да телятина печёная, яблочки мочёные, тыквенные кисели и ещё яств видимо не видимо. Нам как кабатчик начал называть, так мы аж запамятовали зачем сюда пришли, так бы и сидели да слушали названия разносолов. Остановил хозяина Богдан: - «Давай-ка братец щей кислых три плошки, да телятины запечённой с репою, моркови печёной, да свеклы, пирогов с морошкою да тыквою и сбитня да отвара травяного с мёдом поболее и кисель ржаной», и кинул кабатчику серебряную монету. Через пару минут к нам на стол поволокли блюда разные, с заказом Богдановым.

Родомир удивлённо посмотрел на Богдана: «А осилим?»

Богдан только ухмыльнулся: «Царь – батюшка приказал накормить вас до отвала, когда ещё придётся поесть в сласть не известно».

Пока они разговаривали, я отвлёкся на зал трактирный, и тут краем глаза заметил тень какую-то возле кувшина с киселём, что сын кабатчика подхватил да нам на стол потащил. Уж и не знаю, что на меня нашло, только как чёрт дёрнул руку, схватил я кувшин с киселём да на пол вывернул. Народ в кабаке удивлённо раскрыв рты к нам повернулся, смотрю кабатчик покраснел да как заорёт: - «Это что ж вы поганцы, с харчем моим добрым делаете?!! Никак нагадить мне решили?!!» - так бы и орал наверное, да смотрю кошка подскочила и давай лакать кисель, только и пару раз язычком лизнуть не успела как вдруг выгнулась дугой, запищала жалобно и упала тут же замертво.

Тут уже Богдан подскочил, да как заорёт на трактирщика: - «Нешто отравить нас решил, аспид окаянный??!! Да я тебя сгною в остроге северном!!!!»

Пока они орали, я приметил как тень юркнула к двери на улицу, выхватил я меч и бросился к дверному проёму, слышу Родомир за мной сапогами грохочет. Выскочили на улицу, гляжу чёрт как есть по стене залезть на крышу пытается, я не долго думая махнул мечом, да прям по ноге с копытом, не чистый как заорёт, за верещит, и тут же с крыши спрыгнули два упыря прям как их в сказках маменька описывала. Я что есть силы рубанул мечом, по башке ближайшего, но не тут то было он только чуть головой качнул, а сталь меча скользнув с черепа промчалась вниз. Рядом мелькнул меч Родомира, и ударил по плечу вторую тварь, но результат был такой же, то есть ничего. Со всех сторон к нам бежали на подмогу, стражники да и простой люд, вслед за нами выскочил Богдан, в руке у него была лампа масляная из трактира, которую он со всей мочи метнул в мерзкую морду ближнего ко мне чудища. Тварь тут же вспыхнула и заверещала, второй упырь мгновенно, подскочил обратно по стене на крышу, по дороге обернувшись кошкой и с громким визгом помчался по коньку трактира. Горящая тварь, молотила руками в разные стороны, толи пытаясь зацепить кого-то рядом, толи от боли. Но вот она затряслась, зачадила и упала на землю. Пара мужиков, тут же воткнула в упыря вилы и стала давить к земле, я же лупил по голове чудища мечом не останавливаясь.

- «Ратимир! Остановись! Всё ужо! Готова тварь!» это орал Богдан. Я остановился и перестал махать мечом, но руки и ноги всё ещё пытались как будто в пляс пойти, рубить и колоть, а всё тело колотила дрожь. Не ожидал я что упыри могут на нас напасть, да и вообще не верил в них.

«АЛАТЫРЬ БЕЛ ГОРЮЧ КАМЕНЬ»* - янтарь. Он добывается не только на Балтике, но и на Дальнем Востоке, где часто валяется прямо на берегу, выцветая на солнце до бела, ну а как он горит, знает каждый.

СЛОВЯНЕ* – так раньше писалось имя народа восточного, до переделки католической.

ДЕТИНЕЦ* - Кремль.