Руль

Глава 1. Попадос

Помню, как я отправился в свой первый рейс. Это было... даже не знаю, сродни первому поцелую. Адреналин зашкаливал, хотелось, чтобы поскорее настало завтра. Тогда мне казалось, что моя будущая работа полна романтики и приключений. Свобода — только я и дорога. Ведь это уникальная возможность увидеть мир, погулять по отдалённым уголкам нашей необъятной страны. Впрочем, от истины это не так далеко и одновременно — недостижимо.

Но, как и в любой другой профессии, минусов оказалось гораздо больше, чем плюсов. Нет, я не жалуюсь, да и вряд ли решусь что-либо менять. Денег хватает. Без шика и блеска, но я мало в чём себе отказываю. Семьи нет, и кроме как на свои хотелки, тратить больше не на что. Вся жизнь в дороге, и всё нажитое добро умещается в кабине «американца», баранку которого я кручу.

Мама умерла пять лет назад, оставив мне в наследство трёхкомнатную квартиру в провинциальном городке. Первое время жил в ней, а затем продал и купил небольшую однушку. Оставшихся денег с запасом хватило на скромный ремонт и спартанскую обстановку. А большего мне и не требуется, всё одно дома практически не бываю. Даже своей машины нет, в смысле — легковой.

Вот и выходит так, что деньги есть — тратить не на что. Друзья советуют жениться, мол: «удивишься, как резко они станут заканчиваться», вот только кому я нужен? Нет, в плане женщин у меня полный порядок: сегодня одна, завтра другая... Но кто в здравом уме пойдёт замуж за дальнобойщика? Шучу, конечно, в нашей профессии семейных больше, чем холостых. Вот только я не хочу. Как представлю, что в моё отсутствие её будет трахать какой-нибудь сосед, аж тошно делается. Не факт, что до этого дойдёт, однако трепать себе нервы в рейсе — тоже такое себе удовольствие. Да и плохих примеров перед глазами хоть отбавляй. Так что нет, пусть всё остаётся как есть, меня устраивает. А что ещё нужно для счастья?

Я вздохнул, приоткрыл окно и прикурил сигарету. Прохладный ночной воздух ворвался в кабину, выветривая остатки сонливости. Обожаю ночную трассу. Есть в этом что-то особенное, когда ты остаёшься наедине с дорогой. Иногда кажется, будто я попаданец из тех книг, которые гоняю одну за другой. Даже сейчас, когда мысли витают где-то далеко, из динамиков льётся приятный, низкий голос Ильи Дементьева. В последнее время обожаю слушать истории в его исполнении.

Окурок полетел на дорогу, рассыпавшись крохотным фейерверком искр, но стекло я поднимать не стал. Слегка прибавил громкость, чтобы шум ветра не мешал погружаться в приключения и представлять себя на месте героя.

Впереди замаячил свет «оазиса». Так мы называем заправки, где можно размять ноги, попить кофе и даже спокойно выспаться под чутким присмотром «большого брата». Топлива у меня больше половины бака, но я всё равно включил правый указатель поворота и плавно сбросил скорость. Преодолев «лежачего полицейского», свернул на колонку с дизельным топливом и выбрался из кабины.

— Доброй ночи, девчат, — поприветствовал я скучающих работниц.

— Доброй, — ответила одна из них.

— На шестой, соляры, до полного, — попросил я. — И кофейку, если можно.

— Любой каприз за ваши деньги, — отшутилась кассирша. — В рамках приличного, конечно.

— Ну вот, а я только губу раскатал, — улыбнулся я и направился к кофемашине.

— Лёш, до полного, шестая колоночка, — произнесла женщина в рацию.

— Вот это сервис, — отсыпал очередной комплимент я.

— А то, — усмехнулась женщина. — Что-нибудь ещё желаете?

— Да, водички возьму и курева пару пачек.

— У вас по топливной будет?

— По ней, родимой. А вот курево и жо́рево — по банковской.

Закупив всё необходимое, я вернулся к машине. Распахнул дверь и забрался в высокую кабину, не забыв предварительно скинуть обувь. Только угнездившись, понял, что забыл поставить книгу на паузу, и принялся тыкать по бегунку в поисках места, где закончил слушать историю. Затем пристегнулся, запустил двигатель и, рыкнув мощным мотором, тронул машину с места.

На обочине снова замелькали деревья, образуя эдакий зелёный коридор, а на меня вдруг навалилось странное чувство тревоги. От дороги всего можно ожидать: то лихач какой на встречную полосу выскочит, то ещё какая нелепость приключится. Вот и сейчас неприятности не заставили себя долго ждать.

Вначале мне показалось, что у меня резко погас головной свет. Мир мгновенно погрузился во тьму, и я тут же ударил по тормозам. Однако несмотря на экстренное торможение, вместо инерции, которой я по привычке ожидал, ощутил невесомость. Она была мимолётной, словно я на качелях, что на всей скорости несутся вниз. Даже в животе защекотало, настолько схожими оказались ощущения.

Грузовик замер, продолжая мерно тарахтеть дизельным двигателем, а я взялся тупо озираться, силясь сообразить, где оказался и что вообще происходит? Ещё секунду назад я мчался по трассе, проложенной сквозь лес, а сейчас вокруг раскинулись каменные джунгли мегаполиса. И... что это? Дождь?! Откуда, ведь на небе не было даже намёка на облачко. Звёзды жемчугом рассыпались по бесконечной черноте, а луна светила так, что впору свет выключать. Но сейчас ничего этого не осталось.

— Руки в гору! — прозвучал громкий крик. — Руки, сука! Я тебе сейчас в черепе дырку проделаю!

Я медленно повернулся на голос, всё ещё не понимая, что происходит, и едва не выпрыгнул из кабины. Мне в лицо натурально смотрел ствол автомата. Ещё два силуэта вышли под свет фар, недвусмысленно взяв меня на прицел.

— Да вы чё, мужики? — забормотал я, но руки всё же поднял.

— Вышел из тачки! — продолжил командовать тот, что находился у моей двери. — Без резких движений.

— Ладно, ладно, — продолжил бормотать я и потянулся к ручке. — Только не стреляйте. Вам деньги нужны?

— Вышел, я сказал! — рявкнул мужик. — Да шевели ты копытами, придурок!

Я распахнул дверь, встал одной ногой на порог и уже собирался спуститься, как мужик, который отдавал приказы, резко приблизился. Нет, не в том смысле, что он пошёл в мою сторону или даже побежал. Вот он стоял метрах в пяти от кабины, я лишь моргнул — и он уже рядом, а к моей голове приближается приклад.

***

— ...веньким делать? — прозвучал незнакомый голос.

— Сдадим в комендатуру, получим законные камешки — и дело к стороне, — ответил другой.

— Это понятно, ёпт, а дальше что?

— Ничего, я с ним нянчиться не собираюсь. Пусть вообще спасибо скажет, что мы его подобрали.

— Так-то да, — снова согласился первый. — Охота сегодня вообще никакая, ёпт, а мне уже за аренду платить надо. Вчера дружинник один передал, что скоро в форт пускать перестанут. Ёпт, не дай бог ещё метку в доку́ментах оставят, тогда, считай, кранты.

— А ты поменьше в карты играй, глядишь, и жизнь наладится.

— Тебя забыл спросить.

— Тогда не ной, всё равно денег не дам.

— Да я вроде и не просил... О, пассажир очнулся. Здорова, ёпт.

— Угу, — буркнул в ответ я и поморщился, прикоснувшись к огромной шишке на лбу.

— Кто это тебя так? — поинтересовался мужик за рулём.

— Бандиты, — вспомнив о том, что случилось, ответил я. — Налетели, под стволы поставили, машину отобрали.

— Чё за тачка?

— Американец, Mack.

— Типа грузовик, что ли?

— Скорее тягач.

— А чё вёз?

— Да разное там, — поморщился я. — Техника какая-то, запчастей немного...

— Ясно. — Водитель почему-то резко утратил интерес. — Я думал, горючку.

— Сто пудов Дьякон отжал, ёпт, — произнёс ещё более странную фразу пассажир.

Я наконец справился с тошнотой и смог осмотреться. Оба мужика одеты в «горку», и оба при оружии. На секунду мне сделалось не по себе. Однако никакой агрессии ко мне они не проявляли, и я заставил себя успокоиться.

— Мужики, а где я?

— О-о-о, это сложный вопрос, ёпт, — с ухмылкой ответил пассажир. — На этот счёт мнений больше, чем блох у шлюхи...

— Твою мать, Узкий! — взревел водитель, а затем раздался удар.

Меня смело с заднего дивана и хорошенько приложило головой о пассажирское кресло. В ушах тут же зазвенело, а перед глазами пошли чёрные круги. Боль была такой адской, что я не сразу смог вздохнуть. Загрохотал автомат, кто-то закричал и так, словно прощался с жизнью. А затем раздался скрежет металла, и сквозь разодранную крышу в салон проникло кошмарное чудовище. Таких я даже в фильмах ужасов не видел. Тело существа чем-то походило на кошку, но на этом сходство заканчивалось.

Мужик, что сидел за рулём УАЗа, попытался пристрелить чудовище, но не успел даже развернуться, как огромная клыкастая пасть сомкнулась на его плече. А в следующее мгновение монстр выдернул человека из машины, словно тряпичную куклу. Раздался противный влажный хруст, после которого дикий вопль, полный ужаса и отчаяния, огласил всю округу.

Я забился между сидений и старался не дышать. Было так страшно, что я вспомнил молитву, даже не подозревая об её присутствии в памяти. А снаружи продолжало твориться что-то невероятное. Я видел это в крохотную щель под сиденьем. Наверное, хорошо, что в обзор попали лишь ноги водителя, иначе я бы уже блевал, чем обязательно бы выдал своё местоположение.

Тварь, что вырвала человека из машины, похоже, собиралась его сожрать. Но тут на неё внезапно набросилась ещё одна. Между ними завязался яростный бой. Они клубком катались по мокрому асфальту, каждый раз заставляя меня вздрагивать, когда прикладывались о борт машины. Неизвестно что послужило окончанием схватки, но в итоге монстры бросили это занятие и вцепились в мёртвое тело. Они разорвали его в считаные секунды, после чего до меня донеслось жадное чавканье. Трапеза длилась недолго, хотя мне показалось, что прошла целая вечность. А затем одна из тварей снова засунула свою жуткую рожу в салон машины и принялась с шумом втягивать ноздрями воздух.

Всё это время я не прекращал молиться. Не уверен, что произносил в уме правильные слова, возможно, я даже обрывал молитву где-то на середине, чтобы опять завести её по-новому кругу. А дабы не видеть приближающуюся смерть, я попросту закрыл глаза и приготовился сдохнуть. Однако тварь меня так и не нашла. Вскоре она покинула салон машины, и мир вокруг погрузился в тишину, нарушаемую лишь шумом дождя. А я всё лежал и боялся пошевелиться.

Не знаю, сколько времени прошло, когда я наконец позволил себе подняться с пола и опасливо выглянуть между двух передних сидений. Вокруг никого, лишь огромные туши домов с тёмными глазницами окон да противный, мелкий осенний дождь. Настолько унылый, что от одного его вида начиналась депрессия и хотелось поскорее сдохнуть. Хотя нет, желание жить было как никогда ярким. Так близко к краю я не находился никогда.

Спустя минуту я наконец решился и потянул на себя ручку открывания двери, а когда выбрался наружу, всё же не смог сдержать рвотный рефлекс. То, что ещё совсем недавно было человеком, растащили по дороге. Дождь не успел смыть кровь, которая тёмной лужей продолжала растекаться по асфальту. А в центре всего этого лежали ошмётки мяса, костей и кишок. Наполовину обглоданное лицо смотрело на меня мёртвыми глазами, и именно оно стало последней каплей в моём самообладании.

Упав на четвереньки, я выворачивал содержимое желудка на асфальт. Не знаю, как это работает, но в итоге мне полегчало. Сознание прояснилось, мозги заработали, хотя...

Лишь добежав до перекрёстка, я вспомнил про оружие, что так и осталось лежать возле растерзанного тела. А заодно осознал, что не видел второго мужика. Ни тела, ни ошмётков...

— Эй, — словно подслушав мои мысли, кто-то окликнул меня.

Я обернулся на голос, но никого не увидел.

— Да здесь я, ёпт, — снова прозвучал голос, и как раз из того самого места, куда я смотрел.

— Глюки, что ли? — пробормотал я.

— Сам ты глюк, — вернулся ответ, а затем из ниоткуда передо мной появился тот самый пассажир.

На меня это произвело такое впечатление, что я отшатнулся, запнулся обо что-то и плюхнулся задницей в лужу.

— Вставай, сваливать нужно, пока остальные на шум не пришли. Это надо было так попасть?! Ведь считай, уже дома были, ёпт.

— Что... что это было?

— Синие, — получил я странный ответ.

— Какие ещё?.. Почему синие?

— Долго объяснять, — отмахнулся он. — Ты жить хочешь, ёпт? Шевели копытами — семеро одного не ждут.

Произнеся эту фразу, он развернулся и быстрой походкой направился к подъезду одной из высоток. А жить хотелось просто невыносимо, потому я оставил вопросы на потом и рванул за странным человеком. Надеюсь, он приведёт меня в безопасное место, где я уже вывалю ему на голову всю ту кучу вопросов, что сейчас роится в моей черепушке.

Мы нырнули в подъезд и крадущейся походкой двинулись через центральную квартиру. Я только успевал удивляться, вращая головой. Такое чувство, будто хозяева покинули жилище не далее как вчера. Все вещи на местах, даже ботинки в прихожей стоят на этажерке ровным рядком. Какие-то лёгкие курточки на вешалке, кепка на одном из крючков. Зато в следующей комнате — лишь голые стены, покрытые штукатуркой, словно квартиру ещё и жильцам не сдали.

Мой провожатый распахнул окно и ловко перемахнул через подоконник. Я выбрался следом и не поверил глазам. Сразу за современной высоткой ровными рядами расположились гаражи, за которыми возвышалось… нечто. Хотя, пожалуй, именно это и должно называться не иначе как «форт». Кажется, о чём-то таком говорили мои спасители.

Высоченные стены, с которых били мощные лучи прожекторов, стрелецкие башни по всему периметру. И судя по вооружению моего спутника, там защищаются явно не луком и стрелами, наверняка и крупный калибр имеется. Я смотрел на каменного монстра, который ну никак не вписывался в современный городской пейзаж. На фоне высоток, что окружали его со всех сторон, он выглядел нереальным, будто из другого мира.

— Да где я оказался, чёрт тебя дери? — буквально одними губами произнёс я.

Тем не менее собеседник меня услышал.

— Мы называем это «Мешок».

— Странное название.

— Тебя забыли спросить, ёпт.

Похоже, Узкий очень любил эту фразу, раз повторил её уже дважды за столь короткое знакомство. Кажется, именно так назвал его покойный водитель?

Вдоль гаражей крались недолго. Буквально обогнули пару рядов и выбрались на пустырь, образованный кучей строительного мусора. Мне показалось, что Узкий немного расслабился, когда выбрался на открытое место.

— Ну всё, ёпт, считай, приехали, — выдохнул он. — Сюда твари только днём суются, да и то не всегда. Умные они, быстро запоминают, где им больно делают. Поговаривают, в первое время здесь не один ящик крупняка за час утекал, прежде чем они начали нас бояться. Стой, ёпт, не лезь в крошево!

— Да я не специально, — оправдался я.

— Да мне пофигу. Хочешь по минам побегать — это без меня.

— Минам?! — выпучил я глаза от удивления. — Там что, мины?!

— А я чё говорю, ёпт, — с ухмылкой ответил Узкий. — Это же форт.

— А ты умеешь доступно объяснять, — отпустил в адрес спасителя шпильку я.

— Ну так, ёпт, — согласился он. — Хорош трындеть. Хочешь жить — топай молча.

— Вообще-то, это ты начал...

— А ну цыц, кому говорят. — Узкий повернулся, угрожающе ткнув мне стволом автомата прямо в живот. — Подохнем из-за твоей болтовни. Наберут новичков по объявлению, ёпт...

Я быстро внял совету и закрыл рот, но Узкий ещё долго бормотал что-то себе под нос. Казалось, он совсем не переживал о погибшем приятеле, словно это само собой разумеется. На сколько же жесток этот мир, что здесь не обращают внимания на смерть? От этих мыслей у меня засосало под ложечкой, страх вновь запустил свои ледяные щупальца в душу, заставляя сердце пуститься в бешеный скач.

Вдоль крошева из строительного мусора мы прошагали минут пять, после чего ступили на разбитую, размокшую от дождя колею. По такой не каждая машина рискнёт проехать. Я всего два шага сделал, когда мои ноги заскользили по грязи, но Узкий вовремя подхватил меня под локоток.

— Раззява! — в очередной раз упрекнул меня он. — Кто же в тапочках в такую погоду разгуливает?!

— Ну я же готовился, — огрызнулся я. — Три дня баранку крутил и мечтал оказаться в полной заднице! Как я вообще?..

— Кротовые норы, ёпт, — состроив крайне умное выражение на небритой, потрёпанной алкоголем и жизнью роже, ответил Узкий. — Слышал когда-нибудь про такие?

— Издеваешься? — уже начал раздражаться я.

— Цыц, — шикнул на меня он. — Сейчас КПП проходить будем. Рот не открывай, я буду говорить. Как понял?

— Да нормально я тебя...

— Цыц, ёпт, кому говорят?!

Мы подошли к железным воротам, которые имели толщину чуть не в половину метра. Чтобы открыть такие, требовалась нечеловеческая сила. Сейчас они были слегка сдвинуты в сторону, образуя узкую щель, чтобы внутрь мог попасть человек. Под створкой просматривалась рельса, по которой эта махина и передвигалась. А в действие её наверняка приводили с помощью редуктора. Не хотел бы я оказаться на её пути в момент закрытия...

— Документы? — строго спросил человек с автоматом на груди.

— Да он новенький, ёпт, — вступился за меня Узкий.

— Рот закрой, — огрызнулся привратный охранник. — Тебя вообще пускать не велели.

— Ой, да хорош, Гнев, ты же в курсе, что за новичков в комендатуре премию выписывают. Сейчас я его сдам, и долг погасят.

— Тебя Лапша ищет, придурок. На твоём месте я бы сюда не возвращался. Или ты в яму захотел?!

— А мне-то чего делать? — вклинился я в дружескую беседу.

— Проходи давай, чего замер?! — Кто-то грубо толкнул меня в спину.

Охранник лишь усмехнулся и слегка посторонился, пропуская меня внутрь под защиту стен. Не знаю почему, но на душе сразу стало спокойнее. Хотя это вполне объяснимо, учитывая то, что я увидел снаружи. Здесь люди явно чувствуют себя в безопасности.

— Нам туда, — толкнул меня в плечо Узкий и указал на невысокое здание, что расположилось почти у самой стены.

Я молча кивнул и пошёл следом. Похоже, что мой спаситель — тот ещё хлюст. Любитель острых ощущений, чтоб его! Не уверен, что мне стоит долго находиться в его компании. Как бы так ни случилось, что проблемы станут общими. Зная, как решаются вопросы с карточными долгами, не стоит списывать со счетов подобные варианты. Среди нашего брата частенько проводятся турниры на общих стоянках. Бывали случаи, когда, поддавшись азарту, мужики спускали все командировочные подчистую, ещё и должными оставались. Так вот, даже учитывая жизнь на колёсах, их умудрялись найти и выбивали долги с процентами. Случалось, что перепадало и напарникам, которые не имели к этому никакого отношения. Вот только кого это волнует, когда речь идёт о карточном долге?

— Может, я дальше сам разберусь? — осторожно спросил я. — Нет, ты не подумай, я тебе благодарен и всё такое, просто мне не нужны неприятности.

— Рот закрой, — сухо потребовал Узкий. — Мне от тебя много не надо. Подтвердишь, что я тебя нашёл, и можешь быть свободен.

— Ага, ясно, — кивнул я.

Узкий потянул на себя дверь, но та оказалась закрытой.

— Да чтоб тебя, ёпт! — выругался он. — Кажись всё, опоздали.

— Ну, я тогда пошёл?

— Куда? — выпучив глаза, уставился на меня тот. — Стой здесь, сейчас коменданта вызовут. Курево есть?

— Нет, в машине осталось, — ответил я и поёжился от холода.

Погодка здесь — не из самых приятных. Мелкий дождь насквозь промочил лёгкий спортивный костюм. Ноги промокли уже давно и закоченели до ломоты в суставах. До этого я и не замечал дискомфорта, находясь под адреналином. Тогда в голове пульсировало лишь одно: «как бы не сдохнуть». А сейчас, когда я оказался в относительной безопасности, всё это разом навалилось, заставляя тело трястись от холода. Интересно, сколько сейчас градусов? Десять, может, и того меньше? Так и с воспалением слечь недолго.

— Вон он, кажись, идёт, — прервал мои размышления Узкий.

И действительно, из прохода между цехами (а судя по виду, когда-то именно ими здания и были) в нашу сторону спешила сгорбленная фигура в тёмном дождевике. Мужик молча прошмыгнул мимо нас, вставил ключ в скважину и, распахнув дверь, быстро проскочил внутрь. Узкий бесцеремонно попытался прошмыгнуть следом, но был остановлен строгим голосом:

— Куда прёшь, в грязных ботах?! Тебе чё вообще надо?!

— Это я его нашёл, — виноватым голосом заблеял спаситель и обернулся ко мне. — Скажи, ёпт, как тебя там?

— Денис, — представился я.

— Вон пошёл, — спокойным, но не требующим возражения тоном скомандовал комендант, и мы оба поспешили обратно на улицу, — Да не ты... Вашу ж мать! Новенький, останься, а ты Узкий, вали, чтоб мои глаза тебя не видели.

— Так там это, премия вроде как...

— На счёт зачислю, чтоб бухгалтерия долг высчитала. Всё, Узкий, сдристнул отсюда, пока я в расположении.

— Оп, благодарочка, — изобразив реверанс, откланялся тот и заговорщицки мне подмигнул. — Я тебя там подожду.

Ответить я не успел, так как провожатый исчез за дверью.

— Ну и погодка у вас, — произнёс я, не зная, с чего ещё начать беседу.

— Привыкнешь, — буркнул комендант. — Так, некогда мне тут с тобой. Вот буклет, советую ознакомиться. Как звать?

— Денис, — повторил я.

— Фамилия есть?

— Головин.

— Ясно. Погоняла в том мире была?

— В смысле, в том мире? Я что, умер?

— Не исключено, — не отрывая глаз от ноутбука, в который вбивал информацию, ответил комендант. — Ну? Долго ждать? Или мне самому придумывать?

Я молчал, пытаясь собрать в кучу мысли, но комендант воспринял моё молчание по-своему.

— Ладно, Батоном будешь, — буркнул он и начал вбивать это в компьютер.

— Нет, стойте! — резко оживился я. — Руль, пусть будет Руль.

— Руль — Сруль, — передразнил он и вбил выбранную мной кличку. — Чем занимался в прошлой жизни?

— Водила я, дальнобойщик, — честно ответил я.

— Вот как? — Впервые за всё это время, комендант проявил ко мне искренний интерес. — Завтра после заката ко мне загляни, покалякаем.

— Хорошо, — кивнул я.

Комендант, что-то ещё набил на клавиатуре, затем щёлкнул клавишей на принтере. Тот загудел и спустя некоторое время выплюнул лист бумаги формата А4. Хозяин кабинета взял его в руки, критически осмотрел, чертыхнулся, скомкал и бросил в стоящую рядом корзину.

— Сюда смотри, — постучал он пальцем по крохотной камере, прикреплённой поверх крышки ноутбуку.

Я уставился в глазок. О том, что фото уже готово, понял по странным манипуляциям коменданта. Предупредить об окончании съёмок он так и не удосужился.

— Ой, да пойдёт. Себе, что ли, — произнёс он странную фразу, и принтер вновь загудел. — Вот здесь автограф поставь, — ткнул пальцем в строку под фотографией комендант.

Затем он, не особо стараясь, вырезал прямоугольник, сложил его пополам и прогнал через ламинатор, после чего протянул мне готовую карточку. Да уж, фотография действительно та ещё. Пожалуй, чуднее я только на паспорте в четырнадцать лет вышел. Рядом с фоткой крупными буквами было напечатано: «Руль» — и на этом всё... Хотя нет, на обратной стороне обнаружился штрих-код. Скудно.

— Всё, свободен. — Захлопнув ноутбук, комендант выбрался из-за стола. — Завтра после заката жду. И постарайся избавиться от этого ушлёпка. Только неприятностей с ним наживёшь, а профессиональные водители нынче редкость. Ну, чё встал? Ах да, точно, подъемные.

Комендант нырнул в ящик стола, выудил из него небольшой мешочек по типу тех, в которых в средневековье носили монеты, и протянул его мне.

— Здесь ровно сотня, трать с умом. Следующие могут придти нескоро и то если выживешь. Всё, вали давай, некогда мне тут с тобой, у меня ужин стынет.

Комендант вытолкал меня наружу, запер дверь и, слегка согнувшись, быстрой походкой исчез в проулке, из которого появился.

— Ну чё, поздравляю, — протянул мне руку Узкий. — Теперь ты полноценный гражданин Мешка. Тебе буклет дали?

— Ой, ёпт! — хлопнул я себя ладонью по лбу, но было уже слишком поздно.

— Ладно, не ссы, ща я тебе всё расскажу, за кружечкой пива. Пойдём, знаю я тут одно место...

— Не уверен, что это хорошая идея, — замялся я и ответил на рукопожатие.

— Так, ты ещё молодой и зелёный, — напустив на себя строгий вид, произнёс Узкий, не выпуская моей руки. — Это традиция. Я тебя нашёл, значит, ты обязан угостить меня пивом. Тебе подъёмные дали?

— Ну.

— Баранки гну. Всё, вперёд, ща я тебя научу, как родину любить. А ну пока́жь доку́мент? Руль, значит? Ну ничего так, сойдёт для сельской местности. Я вот тоже момент прошляпил, и теперь Узкий, но это ещё нормально. Я тут в соседнем форте бывал, так там чувака одного встретил, у него погоняло «Сопля», ты прикинь? Ха-ха-ха.

— Так где мы? Что это за место? Что за монстры такие? Почему они твоего друга сожрали? Где мой грузовик? Как я вообще здесь жить буду?

— Эко тебя понесло, братан, — усмехнулся приятель. — А ещё по пиву не хотел. Ладно, пошли, сейчас я тебе поведаю все тайны Мешка. Мне когда обо всём рассказали, я три дня как пришибленный ходил, всё никак поверить не мог. Пришли...

Узкий замер у двери, с надписью «Берлога» и едва успел отскочить, когда из заведения с явно преданным ускорением вылетело пьяное тело и плюхнулось рожей в грязную лужу. М-да, похоже, меня ждет весьма интересная жизнь после смерти, если это всё же она. Ну, это ничего, разберёмся. К сложностям я приучен, ведь в дороге чего только не случается. Как оказалось, даже такое, крайне странное и необъяснимое моё здесь присутствие. Осталось лишь разобраться, где это — «здесь». И можно ли отсюда выбраться?

Глава 2. Знакомство

Внутри царила атмосфера кабаков начала девяностых. От изобилия табачного дыма резало глаза. Справа, за столиком в углу, двое изрядно подпитых парней очень агрессивно выясняли отношения, но до драки дело пока не дошло. Ближе к середине зала расположилась шумная компания человек на десять. Они даже столы сдвинули, чтобы всем хватило места. Слева сидели странные типы, просто потому что молча пили пенное и наблюдали за происходящим. Да и видок у них был довольно мрачный. В остальном никто больше особо не выделялся.

Узкий окинул взглядом кабак и уверенной походкой направился к единственному свободному месту. Честно говоря, у меня возникло острое желание поскорее отсюда свалить. Нет, я не ханжа и бывал в похожих заведениях, притом довольно часто. Однако сейчас хотелось поскорее скинуть мокрую одежду и с головой забраться под одеяло. Уснуть, скорее всего, не получится, слишком уж яркое событие со мной произошло, а вот поразмыслить в тишине — как раз то, что мне нужно. И я бы с удовольствием ушёл, если бы не одно «но»: Узкий обещал рассказать мне об этом мире.

— Марин, будь любезна, два пива, — громко попросил Узкий, усаживаясь за стол.

— Ага, щас, бегу аж волосы назад, — огрызнулась девушка, которая только что на повышенных тонах разговаривала с одним из посетителей. — Вначале камешки засвети, чтоб мне за тебя опять не прилетело.

— Не ссы, расплатимся сразу, ёпт, — вальяжно отмахнулся приятель. — Камни есть.

— Какие ещё камни? — навалившись грудью на стол, осторожно спросил я.

— Ты что, в кошель даже не заглянул? — усмехнулся Узкий. — М-да, бро, с таким отношением ты здесь долго не протянешь.

— Да чтоб тебя! — выругался я. — Ты можешь вообще нормально объяснить?!

— Ты в мешочек посмотри, ёпт, все вопросы сами отвалятся, — посоветовал он.

— Новенький, что ли? — спросила подошедшая официантка, водрузив две кружки пенного на стол. — Пепельница нужна?

— А есть чё покурить? — тут же задал встречный вопрос Узкий.

— Камень пачка, — пожала плечами она и снова уставилась на меня. — Чего молчишь, как воды в рот набрал?

— Да вы вроде и без меня неплохо общаетесь, — пожал плечами я.

— Курево нести?

— Да, пару пачек, если можно, — кивнул я.

— Шесть камней, — бесцеремонно заявила официантка и протянула руку.

Я открыл мешочек и высыпал себе на ладонь десять прозрачных камешков. Выглядели они как обычные окатыши, каких полным полно на морском побережье. Разве что отполированные до идеального состояния. По форме и размеру чем-то напоминали таблетки «Нурофен».

Под удивлённые взгляды Узкого с Мариной я отсчитал шесть окатышей и протянул официантке.

— Вот же придурок, — непонятно о ком отозвалась она и подхватила с моей ладони всего один камень. — Опять сделал вид, что ему некогда?

— Вы о коменданте? — на всякий случай уточнил я.

— А о ком же ещё?! Чтоб его красный приголубил! Значит, запомни: вот это стоит десять цветных камней. Все остальные идут один к одному, если конечно, они не рады.

— Кому рады? — не понял я.

— Господи, — Марина закатила глаза, — какие же вы тупенькие вечно проваливаетесь! Рады — это камни с пустоши. Такие у нас один к сотне считают. Но это очень большая редкость.

— А откуда они берутся?

— Всё, некогда мне здесь с вами лясы точить. Сейчас сдачу принесу.

— Лучше сразу в жидкой валюте, — оживился Узкий. — А у тебя смена до скольких сегодня?

— Губу закатай. — Марина продемонстрировала приятелю средний палец. — Пиписька ещё не выросла.

— Она всегда такая? — кивнул я в сторону стойки, за которой скрылась девушка.

— Это она сегодня ещё в хорошем настроении, ёпт, — ухмыльнулся Узкий и отхлебнул за один глоток сразу две третьих кружки. Затем вытер рот рукавом и натянул на рожу серьёзное выражение. — Значит, слушай, ёпт: мир, в который ты попал, называется «Мешок». И не спрашивай, почему и кто это придумал.

— Почему? — всё же спросил я.

— По кочану, ёпт, — огрызнулся приятель. — Не знаю я, сойдёт такой ответ?

— Ну, допустим, — согласился я. — А как отсюда выбраться?

— Вопрос, который ломает умы всех жителей этого мира, — философски подняв палец, ответил Узкий. — Никак. Никому ещё не удавалось это сделать. Хотя слухи ходят разные. Я как-то встречал одного придурка, который рассказывал о коричневых камнях. Типа они могут пробивать порталы во внешний мир. Ёпт, нет, ну ты прикинь, это надо было такое придумать?!

— А откуда берутся камни? Их кто-то делает? И почему вы используете их как валюту? Разве нельзя такие подделать? У них ведь даже защиты никакой нет.

— Тихо, тихо, не беги впереди паровоза, ёпт, ща всё по порядку. Этот придурок в натуре уже задолбал, за что ему только камни платят! Короче, синих ты видел.

— Ты это про монстров, которые твоего друга сожрали?

— Пусть земля ему будет пухом, — тяжело вздохнул Узкий и залпом допил остатки пива. — А ты чё не пьёшь?

— За рулём, ёпт, — в тон приятелю ответил я. — Не хочу пока.

— Я возьму тогда? Ща Маринка ещё притащит.

— Бери, — кивнул я и отодвинул кружку. — Так что там с этими монстрами?

— Их несколько типов: синие, красные, зелёные, фиолетовые, жёлтые и прозрачные. Мы дали им классификацию по типу камней, которые из них выпадают.

— В смысле — выпадают?! — удивился я. — Они ими что, гадят?! Хочешь сказать, это какашки монстров?!

— Ха-ха-ха! — грохнул от смеха Узкий и даже ладонью по столу застучал. — Ой, умора! Какашки... Ха-ха-ха, это ж надо было такое выдать, ёпт, ха-ха-ха!

Я терпеливо ждал, пока он успокоится. Как раз явилась Марина, поставила на стол ещё две кружки с пенным и выудила из кармана передника две пачки сигарет. Даже коробку спичек рядом бросила. Узкий не смог сдержаться и поведал девушке мою гипотезу появления камней, после чего хохот удвоился.

Но я не расстраивался. Спокойно распечатал курево, вставил в рот сигарету и с наслаждением втянул в лёгкие табачный дым. И только сейчас понял, насколько сильно были натянуты мои нервы. Осторожно потрогав огромную шишку на лбу, я всё же решился глотнуть пива, справедливо рассудив, что хуже точно не станет. К моему удивлению, оно оказалось вполне сносным, не хуже, чем то, к которому я привык во внешнем мире.

— Фу-ух, — наконец выдохнул Узкий и ещё пару раз дебильновато хихикнул, — аж до слёз, ёпт.

— Так откуда камни?

— Из жопы, ха-ха-ха, — тут же снова развеселился тот. — Ладно, ладно, не куксись. Короче, камни появляются, когда тело твари тает.

— Как понять — тает?

— Натурально, как снег, только лужа тут же испаряется. А на этом месте остаётся камень, иногда два.

— И почему вы решили сделать из них деньги?

— О-о-о, — снова поднял указательный палец Узкий. — А вот это как раз самое главное, ёпт. Камни могут дать тебе силу тварей.

Приятель замолчал, видимо, ожидая очередного вопроса. Но я в нём не видел смысла и молча ожидал продолжения.

— Помнишь, когда я был невидимым?

— Думал, меня приглючило, — честно признался я.

— Нет, это как раз и была сила камня. Если его раздавить и перетереть в пыль, а затем её вдохнуть или занюхнуть, то ты получишь определённую силу, ёпт. Вот смотри: синие — они быстрые как не знаю что. Могут сто метров за секунду преодолеть, ёпт. Убьёшь такую тварь, вдохнёшь пыль от камня — и станешь носиться быстрее ветра.

— А красные что дают?

— Силу, ёпт. Под красной пылью можно грузовик одной рукой перевернуть.

— Серьёзно? — не поверил я. — А ну, попробуй ещё раз исчезнуть?

— Эй, не-е-е, бро, эта хрень так не работает. Силы даются тебе всего на пару минут. Хотя всё это опять же на уровне слухов. Говорят, мол, если долго употреблять один цвет пыли, то талант становится постоянным. Но я таких ещё не встречал.

— А если смешать? Ну здорово же, если ты и быстрый, и сильный одновременно.

— Попробуй, ёпт, — ухмыльнулся Узкий, будто я какую-то чушь спросил. — Если ты не экс, до свиданья, крыша. Превратишься в слюнявого идиота, ёпт. Кстати, вот это ты вовремя подметил. Между приёмом пыли лучше сутки паузу выдержать. У всех, конечно, по-разному, некоторым и двенадцати часов хватает, но лучше перебдеть.

— А почему?

— Да откуда я знаю, — отмахнулся он и, допив вторую кружку пива, наглым образом подхватил третью. — Короче, захочешь сменить цвет — лучше выжди сутки.

— Не понял? — помотал я головой.

— Ну, смотри: если дунул синей пыли, то всю ночь можешь гонять только под синькой. Махнёшь красной или жёлтой, или вообще любой другой — прощай, кукуха.

— А-а-а, то есть один цвет я могу употреблять без паузы в сутки?

— Ну так, ёпт, о чём тебе и говорят.

— Да ты объясняешь так, что ничего не понятно, — замахал руками я. — Прыгаешь с одного на другое.

— Уж как могу, — пожал плечами Узкий. — Не нравится — вообще больше ничего не скажу.

— Тогда гони камни за пиво, — нагло предъявил ему я.

— Эй, эй, полегче на поворотах, — выставил руки ладонями вперёд Узкий. — Ты, вообще-то, за спасение проставляешься, информация бонусом идёт. Так что давай там, не наглей, ёпт.

— Заявил человек, который пьёт моё пиво.

— Я не понял, тебе жалко, что ли?! Вот знал бы, что ты такой жлоб, ни в жизни бы тебя спасать не полез.

— Ой, ладно, не ори, — поморщился я. — Давай дальше рассказывай. Я так понял, что красный монстр — сильный.

— Капец! Ты даже не представляешь насколько!

— А как он выглядит?

— Длинный такой, как каланча, на тощих ножках, но с перекачанными руками и торсом. Голова ещё как горошина — хрен попадёшь.

— Понятно. А жёлтый что делает?

— Телекинез. Мелкие противные гномы, ёпт. Из всех тварей больше всего их ненавижу. Они вечно по крышам лазают и сверху всяким дерьмом кидают. Есть ещё фиолетовые, но их камни чаще всего под запретом.

— В смысле?

— В прямом. Ну, то есть не сами камни, ими-то как раз можешь платить сколько влезет. Их пыль запрещено употреблять в большинстве фортов. Она даёт тебе способность давить на мысли.

— Как понять — давить?

— Пф-ф-ф, — выдохнул Узкий. — Вот ты в натуре тупенький, п-хах. Короче, ёпт, под фиолетовой пылью ты можешь контролировать мысли человека. Заставить его убить кого-нибудь или ограбить. Кстати, фиолетовых тварей только огнём убить можно. Они… как бы это сказать… призраки типа. Физического тела не имеют.

— Понятно, а кто там ещё был?

— Зелёные. Увидишь такого — лучше сразу вали. Они по одному никогда не ходят. Выглядит как большая черепаха, и пули его не берут. Точнее, берут, но это нужно в пасть выстрелить или крупняком бить. Эти уроды своих каким-то полем накрывают, и те становятся неуязвимыми. Короче, те ещё твари, ёпт.

— Значит, зелёная пыль даёт защиту? — уточнил я.

— Во, наконец-то соображать начал, — улыбнулся Узкий. — С прозрачными, надеюсь, всё ясно?

— Невидимки, да?

— Почти, их очень хорошо в тепловизор видно. Они даже сквозь бетонные стены фонят, хотя специалисты утверждают, что такого быть не должно. Но оно есть, и никто не знает почему. Все, кто с ними сталкивался и остался жив (а таких, попрошу заметить, единицы)… так вот, все они утверждают, что их тела холодные, как у лягушек. А в тепловизоре фонят, как раскалённый металл, ёпт.

— А коричневые как выглядят?

— Ты дурак? — Узкий аж замер и уставился на меня немигающим взглядом. — Какие ещё, нахрен, коричневые?! Тебе пиво, что ли, в голову ударило?

— Ну, сам говорил, что слышал о коричневых камнях.

— Ой, да байки всё это. Чушь полнейшая. Если бы такие существовали, в Мешке было бы пусто, ёпт. Понимаешь о чём я?

— Угу, — кивнул я и, допив своё пиво, снова закурил. — А где здесь остановиться можно?

— В гостишке, — быстро ответил приятель. — Или, если хочешь, можешь у меня упасть. Аренду на «пэ» поделим.

— Нет, спасибо, я лучше в гостишку.

— Ну, смотри сам. Там с тебя сейчас пятёрку за ночлег враз сдерут. А у меня, ёпт, червонец в месяц отдавать будешь.

— Я подумаю.

— Слушай, одолжи одного прозрачного, а? Я тебе на следующей неделе отдам. Есть у меня тема одна, можно нормально подняться...

— Всё, стоп! — прервал я словесный понос собеседника. — Я ещё понятия не имею, как здесь вообще жить можно? У мен ни дохода, ни хрена.

— Зажал, короче... — сделал собственные выводы Узкий. — Ну понятно, ёпт, я ему жизнь спас, а ему червонца жалко.

— Жалко, — честно ответил я. — Они мне самому пригодятся. Я жрать хочу, мне спать негде. А здесь, судя по всему, без оружия только дети ходят.

— Нет, без оружия здесь вообще никто не ходит, — усмехнулся он. — А давай так: я тебе ствол нормальный намучу, а ты мне два прозрачных.

— Что-то не нравится мне это, — поморщился я. — Давай эти вопросы до завтра отложим, хорошо? Мне бы для начала осмотреться и понять, что к чему.

— Как хочешь, — пожал плечами Узкий. — Ну чё, ёпт, ещё по бокальчику?

— Не, я всё, — отказался я. — Лучше объясни: как до гостиницы добраться?

— Да не ссы, здесь всё рядом, — беззаботно отмахнулся тот. — Марин! Тащи ещё пива!

— Марин, не нужно! — крикнул следом я и указал пальцем на приятеля. — Если только за его счёт.

— Вот ты... кайфолом, ёпт, — откровенно расстроился Узкий. — Ладно, пойдём провожу.

От этого я отказываться не стал. Залпом допил пиво, поднялся из-за стола и направился к выходу. Когда попытался толкнуть дверь, она вдруг ушла прямо из-под руки, и я едва не нырнул носом в пол. В проёме стоял человек. Впрочем, кого ещё можно было ожидать в мирном форте? Правда, его вид говорил совсем о других намерениях: тяжёлым взглядом он буквально рыскал по залу в поисках жертвы. А пистолет в руке намекал, что сюда он явился вовсе не за приятным времяпровождением. Да и поиск жертвы завершился достаточно быстро.

— Ба-а, какие люди?! — с наигранным дружелюбием произнёс он. — Узкий, мать твою, какими судьбами? Неужели я упустил момент, когда у тебя появились камни?

— Это, Лапша, да хорош ты... — Мой приятель моментально сдулся, как проколотый воздушный шарик.

Кстати, понятно, почему этого типа прозвали именно так. Тощий, долговязый и, судя по всему, имеет по данному поводу комплексы. Он постоянно пригибается, отчего кажется сгорбленным и действительно напоминает лапшу. Даже движения какие-то скользкие или мягкие, будто у него гибкие кости.

Лапша подошёл к Узкому и обхватит его за шею, прижал затвор пистолета к щеке. К слову, приятель всячески пытался до меня донести, чтобы я как можно скорее сваливал. Честно говоря, мне и самому не очень хотелось влезать в неприятности. Вот только какая-то часть меня продолжала противиться. Ну не привык я бросать в человека в беде, даже если он мало знаком. В среде дальнобоев такое не принято. Видишь на трассе коллегу с мигающей аварийкой — остановись. Это закон, и те, кто его нарушает, попадают в чёрный список. В том смысле, что им никто никогда уже не окажет помощь. А дорога коварна. Проскочив мимо товарища, сам можешь встать через пару километров.

В общем, как ни крути, а Узкий мне действительно жизнь спас. И хоть я старался отодвигать этот довод подальше, особенно когда он просил камни взаймы, уйти сейчас совесть мне не позволила.

— А ты чё сразу растерялся, дружище? — произнёс Лапша почти в самое лицо приятеля и нервно засмеялся. — Да ты расслабься, мы просто побазарить зашли.

«Мы?» — мелькнуло в мозгу, и я обернулся к двери.

Та была всё ещё распахнута, а на крыльце стояли два мордоворота, скрестив руки на груди. М-да, а задачка становится всё сложнее и сложнее. Уж с одним Лапшой мы бы как-нибудь справились, но сейчас... Нет, с ними я даже один на один связываться не рискну. Но ведь что-то делать надо? Или хрен с ним? Я ведь его даже не знаю. Гнев вроде говорил, что он денег должен, так выходит, это его трудности. А водитель — тот, который погиб — что-то про карты говорил. Так что, если сложить два и два, картина становится максимально прозрачной.

Но совесть всё-таки победила.

— Эй, отстань от него, — тихим голосом попросил я.

— Чё? — задал самый популярный вопрос Лапша. Он плавно, с некой ленцой, отпустил Узкого и направился ко мне. — Ну-ка ещё раз повтори, можно на ушко, а то я плохо тебя слышу.

В кабаке повисла гробовая тишина. Все с любопытством смотрели на то, чем закончится шоу. Снаружи доносились звуки дождя, которые с завидной частотой заглушали короткие очереди. Каждый раз, когда грохотал автомат или пулемёт, я вздрагивал.

— Ба-а, пацаны, да он совсем зелёный ещё, ха-ха-ха! — расхохотался Лапша. — Слышь, новичок, давай вали отсюда, пока я добрый. Ну, если, конечно, не хочешь, за своего корешка долг отдать?

— Лапша, гадом буду, я завтра к тебе собирался. Это я новенького привёл, мне утром должны премию выписать.

— Закрой пасть, — указал в его сторону пистолетом тощий, при этом его голос перестал выражать дружелюбие. — Я не с тобой сейчас разговариваю.

— Сколько он должен? — спросил я и поморщился, потому что ой как не хотел расставаться с теми крохами, которые здесь называли «подъёмные».

— Ого, да у нас здесь гуманист, — развёл руки в стороны Лапша. — Три сотни. Ты что, действительно готов оплатить долг первого встречного? Послушай моего совета, заметь — бесплатного: лучше потрать свои камешки на что-то более полезное, чем этот кусок дерьма. Тем более что тебе там всё равно немного не хватает, примерно сотни две.

— Иди, я разберусь, — поддакнул Узкий.

— Уверен? — спросил я.

— Да, в форте нельзя убивать, а всё остальное решаемо, — уверенно кивнул он.

— Опа, вы посмотрите, пацаны, кто у нас здесь такой смелый?! — Лапша вновь переключил всё внимание на моего приятеля.

Я было дёрнулся вперёд, но один из мордоворотов положил мне тяжёлую ладонь на плечо, прямо намекая на последствия. Внутри всё кипело, хоть я и понимал, что это действительно не мои проблемы. Но сильнее всего коробило то, что я здесь больше никого не знал, и если с Узким что-то случится, останусь совсем один в этом явно забытом богами мире. Не сказать, что я был сильно доволен знакомством с Узким, но тем не менее...

— А где здесь гостишка подешевле, не подскажете? — обратился я к одному из быков.

— Там, — махнул рукой вдоль здания он. — За угол завернёшь, и в торце дверь будет.

— Благодарю.

— Вали давай, пока ноги целы, — вместо «пожалуйста» ответил здоровяк, и я поспешил ретироваться.

На душе было погано. Но с другой стороны, а что я мог? У меня ведь даже ножа с собой нет, а этот Лапша — с пистолетом. Допустим, убивать в форте нельзя, но пуля в ноге — тоже не самое комфортное ощущение. И вообще, какого хрена я так распереживался за первого встречного? Ах да, он же мне жизнь спас...

— Ой, да пошёл он в жопу! — в сердцах выругался я.

— Не понял?! — донёсся пьяный голос откуда-то из темноты, и я ускорил шаг.

Не хватало ещё каких-нибудь приключений по пути подхватить. Ещё неизвестно, как мне разговор с Лапшой аукнется.

Я свернул за угол и увидел ту самую дверь, о которой говорил мордоворот. Её освещала одна тусклая лампочка, которую от дождя прикрывал старинный плафон в виде чаши. Стоп, это же и есть чашка. Обычная, эмалированная, в которой просверлили отверстие, чтобы просунуть провод. Да, похоже, с комфортом мне выспаться не светит. Нет, я вполне могу обойтись парой часов сна прямо в салоне машины, вот только её у меня угнали.

Я потянул на себя дверь и шагнул в такое же мрачное помещение, как и всё вокруг в этом мире. Справа от входа расположилась стойка администратора, забранная решёткой и явно не для красоты. Впрочем, вся атмосфера практически кричала о том, что безопасностью здесь не пахнет. Я подошёл ближе, чтобы получить информацию по поводу свободных мест, но обнаружил лишь пустой стул. Осмотрелся в поисках звоночка или хоть чего-нибудь, чем можно привлечь внимание работника, но ничего похожего не нашёл. А потому прибег к привычному методу.

— Эй, живые есть? — крикнул я в темноту.

— Да закрой ты хлебало, дай поспать! — вернулся нервный, приглушенный возглас откуда-то из глубины коридора.

— Чего орёшь? — внезапно прозвучал скрипучий голос за спиной, заставивший меня вздрогнуть.

— Господи, зачем так подкрадываться?! — возмутился я.

— Чего надо? — пропустив замечание мимо ушей, спросила бабуля.

О да, это была натуральна бабка, не побоюсь этого слова: карга. Скрюченные пальцы, морщинистая кожа, огромный нос с уродливой родинкой на самом кончике. Картину завершали редкие седые волосики и водянистые глаза. Однако бо́льшим шоком было обнаружить кобуру с пистолетом у неё на поясе. А вернувшись за стойку, она бряцнула ещё и дробовиком, отодвигая его на край стола.

— Ну чего замер, как столб? Комната нужна?

— Д... Да, — оправившись от шока, кивнул я.

— Три камня гони, — добавила старуха и, выдвинув ящик стола, выудила из него журнал. — Звать как?

— Денис... Ой, тьфу — Руль.

— Руль — сруль, — ухмыльнулась та, повторив фразу коменданта.

— А вот хамить не обязательно, — пожурил старую я.

— А ты что за цаца такая?! — подняла на меня взгляд та. — Ишь, слова ему не скажи. Чего вылупился? Заплачь мне здесь ещё.

— М-да, ну и порядочки тут у вас, — хмыкнул я.

— Новенький, что ли? — Мне показалось, что эту фразу бабка произнесла уже более мягко.

— Угу, — буркнул я.

— Кто там у нас сейчас президент-то?

— Да всё тот же, — пожал плечами я.

— Жив, чертяка, — улыбнулась старуха. — Чего встал, камни давай! Я из-за тебя уже журнал испачкала.

— Скажите, а у вас можно где-то одежду посушить?

— Можно Машку за ляжку, — хихикнула старая. — Посушим, отчего не посушить. Но это ещё камень добавить придётся.

— А может, и сменку какую найдёте?

— Ну, ты прям как на базаре. Ещё два камня. Размер у тебя какой?

— Пятьдесят четыре, — ответил я. — А нога сорок третьего.

— Нога-а-а — покачала головой та. — Это ты ещё четыре камня готовь.

— У вас что, ботинки дороже ночлега стоят?!

— Не нравится — бегай в тапочках по лужам, — пожала плечами она. — Ну? Будешь брать или где?

— Неси. — Я резко перешёл на «ты» и вытряхнул прозрачный камень себе на ладонь.

Бабка аж зачавкала, когда увидела такое «богатство». Она как-то странно усмехнулась и исчезла за дверью, что расположилась у неё за стеной, которую я даже не заметил в полумраке помещения.

— На вот, переоденешься в комнате, сырое сюда принесёшь. — Она сунула мне сложенную кучкой одежду, поверх которой находились очень даже приличные ботинки.

— Спасибо, — поблагодарил её я. — А ключ?

— Какой ключ? В пятый номер иди, там уже двое дрыхнут.

— Так это что, типа хостел, что ли?

— Чего? Какой ещё к лешему?.. Всё, иди давай, я тут с тобой весь день нянчиться не собираюсь.

И только я собирался переодеться в чистое, как позади скрипнула дверь и внутрь ввалились двое мужиков, с красными повязками на рукавах. Я, конечно, ещё не понимал всех порядков, но люди с такими же опознавательными знаками как раз охраняли ворота. Судя по всему, они здесь представители власти. Как их там называл Узкий? Впрочем, в качестве подсказки на красных повязках красовалась надпись «Дружина», вот и ответ.

— Руль? — прямо с порога спросил один из них, глядя мне прямо в глаза.

У меня внутри всё сжалось. Ну не бывает так, чтобы в первый же день мной вдруг заинтересовались власти. В конце концов, не из праздного же любопытства они это делают, что-то явно случилось и, скорее всего, нехорошее. Однако я всё же кивнул.

— Он самый, — добавил голосом я.

— Вы задержаны по подозрению в убийстве, — окончательно ошарашил меня дружинник, — И лучше не сопротивляйся, мы всё равно под зелёнкой.

— Да я вроде как и не собирался, — пожал плечами я. — Но вы что-то напутали. Я — новенький, в форте всего часа полтора.

— Разберёмся, — уверенно кивнул дружинник, но я почему-то ему не поверил.

— Даже не думай, пуля быстрее, — заверил меня второй, заметив, как я покосился в сторону тёмного коридора. — Пройдёмте, гражданин Руль, у нас к вам парочка вопросов.

— А кого хоть убили-то? — осмелился уточнить я.

— Узнаете на месте. Да шевели копытами, у нас уже смена закончилась!

Глава 3. Неприятная ситуация

Как-то давным-давно один мой товарищ произнёс глубокую фразу, принадлежащую Джону Леннону: «Жизнь — это то, что проходит мимо, пока мы строим разные планы». В какой-то момент каждый из нас это понимает. Мне повезло. Я нашёл дело, которое позволяло дышать полной грудью. Да, без изъянов тоже не обошлось, например, отсутствие семьи и дома как такового. Однако я наслаждался каждым мгновением и да, бывали дни, когда даже улыбался по утрам. Ох, как же это всегда бесило гайцо́в...

И вдруг раз! — и я в полной жопе. А самое страшное, что к ней совершенно не готов, несмотря на то, что жил довольно далеко от тепличных условий. Настоящий мужик, работяга с крепкими руками. Вот только закалка в этом мире требуется совершенно другая. При взгляде на этих дружинников мне становилось по настоящему страшно. Это не наши инспекторы ГИБДД, скованные законом и моральными принципами. К тому же дорожащие прибыльной профессией, а потому вынужденные вежливо разговаривать даже с кончеными ублюдками.

Эти парни (в смысле дружинники) были способны на многое. Некая грусть и толика усталости читались в их отдающих лёгким безумием глазах. Я встречал много людей, прошедших войну, и все они смотрели точно так же. Взгляд повидавшего множество смертей человека невозможно спутать ни с каким другим. И обвинив меня в убийстве, думаю, они сразу поняли, что я этого не делал. После такого люди меняются навсегда. Уверен, что меня это тоже затронет, ведь этот мир заполнен смертью до самого края. Да что там говорить, если здесь действует единственный непреложный закон: «Не убивать в форте».

Ну правильно, а за его пределами можно творить всё что заблагорассудится. Никто не побежит проверять. Да и кому это нужно, если тело погибшего сожрут в течение часа. Но вот за стенами ситуация меняется в корне. Потому как из всех кровожадных тварей, населяющих данный мир, здесь обитает только человек. А за убийство себе подобного наказывали во все времена. И самым распространенным способом являлся «глаз за глаз».

— Так что всё, Денис Голо́вин, можешь прощаться с жизнью, — пробормотал я вслух.

— Чё? — тут же обернулся ко мне один из конвоиров.

— А кого хоть убили? — задал я совершенно другой вопрос.

— Разговорчики, — буркнул второй, что шёл позади, и ткнул меня стволом автомата в спину.

— Мужики, да вам сложно ответить, что ли?

— Щас тебе всё объяснят, — добавил он. — Двигай молча, если не хочешь зубы заново отращивать.

Похоже, лучше не спорить. Нет, я не боюсь драки, но и получать по щам особым желанием не горю. Тем более что в рамках форта идти оказалось не так уж далеко, а значит, и ответы я получу очень скоро.

Меня завели в один из бывших цехов, который давно перепланировали под другие нужды. Эта часть была чем-то вроде отделения полиции, ну или в данном случае — дружины. Затолкав меня в обезьянник, провожатые тут же вышли на улицу, а мной занялся дежурный. Ну как занялся… бросил косой взгляд и, завалив ноги на стол, продолжил читать какую-то книгу.

— Простите... — решил я выяснить свою дальнейшую судьбу, но был резко перебит.

— Ещё хоть один звук от тебя услышу, челюсть в двух местах сломаю.

Я молча кивнул и уселся на узкую лавочку. Мало того, она была прикручена прямо к стенке, так ещё и располагалась на десять сантиметров выше, чем полагалось для удобной сидячей позы. Наверняка специально. Я попытался на неё прилечь, но меня хватило минут на десять. Тело напрягалось гораздо больше, чем если бы я просто стоял. Скамья была не только слишком узкой, так ещё и короткой, что вынуждало подгибать ноги.

Сидеть на земляном полу тоже не вариант, разве что есть желание сдохнуть от воспаления в пятой точке, а то и чего похуже. В таком положении даже думать не получается. Ещё бы крышу метра полтора сделали, чтоб люди сразу с ума сходили. Интересно, надолго я здесь в таком положении?

Казалось, время застыло. С улицы доносились такие звуки, что я даже порадовался за себя. Визг и улюлюканье сменялись диким рёвом, и всё это под аккомпанемент не таких уж и редких очередей. Но стреляли скорее так, для острастки. Хотя пару раз доносился грохот пулемётов, который продолжался несколько секунд. А значит, твари нет-нет да и проверяют человеческую берлогу на бдительность.

Теперь понятно, почему Узкий так стремился добраться до форта к рассвету. Видимо, днём здесь по улицам не разгуляешься. Очень странное место этот Мешок. И почему такое дурацкое название придумали?

Узкий… Неужели Лапша его всё-таки убил? Из-за трёх сотен камней? Сомневаюсь... Тогда чей труп хотят на меня повесить? Может, самого Лапши? Но тогда это вдвойне странно...

Внезапно затрезвонил телефон, стоявший на столе в будке дежурного. Оказывается, в эпоху сотовой связи я сильно отвык от этого звука, потому как он показался мне каким-то чужеродным, словно из очень далёкого прошлого.

— У аппарата, — вальяжно ответил дружинник.

Он выслушал короткую фразу на другом конце, бросил в трубку «Принял» и вернул её на рычаги. После этого встал, отложил книгу и, звякнув ключами, направился ко мне. Наконец-то.

За те, несколько часов, что я провёл в обезьяннике, ноги разучились ходить. Они настолько затекли от топтания на месте, что мне с трудом удавалось их передвигать. Будто на протезах вышагивал.

Кабинет, в который меня завели, выглядел убого, впрочем, как и любое другое казённое помещение. Стол, два стула по обеим сторонам и стеллаж из нестроганых досок, заставленный пухлыми папками. Потёртый от времени ноутбук и точно такой же следователь.

— Присаживайтесь, — указал он рукой на стол и снова уткнулся в компьютер.

Я терпеливо молчал, пока тот тыкал в клавиши и что-то читал, бегая глазами по экрану. Да и плевать, пусть делает вид, что меня здесь нет. Я наконец-то сижу, и нет в мире ничего важнее этого.

— Вам знаком некий человек по имени Узкий? — внезапно заговорил следак.

Вот так, никаких «Здравствуйте» и «Как вас зовут», сразу в лоб, сразу по делу.

— Да, он привёл меня в этот форт, — честно ответил я.

— Ясно, — кивнул тот и снова уткнулся в экран ноутбука.

«Угу, а вот мне ни хрена не ясно», — подумал я, но вслух ничего не сказал.

Прошло ещё несколько минут, прежде чем следователь отвлёкся от несомненно более важного занятия и обратил на меня строгий взор. Затем усмехнулся, выудил из кармана портсигар и, нажав крохотную клавишу сбоку, откинул крышку.

Я ожидал, что он сейчас закурит, однако ошибался. Дружинник вытянул из-под зажима небольшую бумажную трубочку, завёрнутую по краям, словно конфета. Оторвав один из её краешков, заткнул пальцем ставший свободным кончик, тем самым страхуя от высыпания то, что находилось внутри. Второй хвостик он попросту откусил, а затем… резко вдохнул содержимое. И сделал это очень быстро, настолько привычными, отработанными до автоматизма движениями, что стало понятно: подобное ему приходится повторять с завидной регулярностью.

Я наблюдал за ним с нескрываемым любопытством. Впрочем, уже догадался, что таким образом он употребил ту самую пыль, о которой рассказывал Узкий. Вопрос: какую?

Ответ не заставил себя долго ждать. На мою голову просто каскадом обрушились чужие мысли. Я будто в один миг спрыгнул с ума, а следователь продолжал молча сверлить меня тяжёлым взглядом. И чем дольше он на меня смотрел, тем глубже проникал мне в мозги, заставляя чувствовать страх, тревогу, какую-то предсмертную тоску.

— Лапшу ты убил? — Его голос прозвучал, словно из-под подушки.

— Нет, — не задумываясь, ответил я. Точнее, что-то заставило меня произнести эти слова. И несмотря на то, что они являлись чистейшей правдой, давление на мой мозг лишь усилилось.

— А Дрына с Сутулым? — добавил он.

— Кто это? — осоловевшим голосом переспросил я.

— Узкий где?

— В «Берлоге», наверное, — пожав плечами, ответил я. — Не знаю.

— Это он Лапшу замочил?

— Не знаю.

— Что там за тёрки у них были?

— Узкий Лапше денег должен, три сотни камней.

— Дебил, мать его... — выругался следователь, и меня вдруг отпустило. — Ладно, свободен. Не забудь у дежурного документы забрать.

— Это всё? — Я удивлённо уставился на дружинника.

— Тебе мало? Могу ещё пару часов в обезьяннике подержать.

— Спасибо, мне достаточно, — вежливо отказался я. — Ну, я пошёл?

— Ты тупой, что ли?! — раздражённо буркнул он. — Свободен.

Больше его терпение я испытывать не стал и пулей выскочил за дверь. Прошёл по коридору до будки дежурного, который, уткнувшись в книгу, держал между пальцами мои новые документы. Он всем своим видом показывал, что его лучше не беспокоить. Я и не стал: выхватил ламинированный прямоугольник и выбрался на улицу.

Противный, мелкий холодный дождь тут же ударил в лицо. Но сейчас от этого мне стало даже чуточку лучше. Туман в голове окончательно развеялся, а на душе немного полегчало. Всё-таки, учитывая местные порядки, я не безосновательно переживал за свою дальнейшую судьбу. Однако эта пыль — довольно серьёзный аргумент. Нашему миру бы такую — и в тюрьмах точно не осталось бы ни одного невинного.

***

Остаток дня прошёл без происшествий. Мне даже удалось немного поспать, притом в тепле и сухости, тем более что за койку я уже заплатил.

Пробуждение было крайне неприятным. У меня болело всё, что только возможно, голова просто раскалывалась после вчерашней встречи с прикладом и знакомством с сиденьем УАЗа. Ну а поверх всего этого, спал я всего часа три, да и то не факт. Однако соседей мало волновали мои проблемы: они что-то шумно обсуждали и гремели всем подряд. Спросонья я даже не смог уловить суть их беседы. А когда наконец хлопнула дверь и я снова расслабился, пытаясь провалиться в сон, меня наглым образом растолкала старуха.

— Всё, подъём, касатик, выписной час давно прошёл.

— Я вам заплатил, — буркнул я, не особо вникая в её слова.

— Хочешь дрыхнуть — плати ещё. — И я получил жёсткий удар по спине, похоже, какой-то палкой.

— Да что с вами не так?! — Я подскочил, преисполненный праведным гневом.

— Так-то лучше, — усмехнулась старуха. — Взбодрился? А теперь давай, выметайся отсюда, пока я в расположении.

— Минуту можно? — попросил я.

— Нет, — сухо отрезала она.

— Карга, — не стесняясь, обозвал я бабку и поднялся с кровати.

Старуха пропустила мои слова мимо ушей и, скрестив руки на груди, терпеливо ожидала, пока я натягивал штаны и пытался хоть как-то собрать в охапку свои вещи. Впрочем, нищему собраться — только подпоясаться. Кое-как скомкав сменку, за которую тоже было заплачено, я сунул узелок под мышку и с гордым видом двинулся к выходу. И только у самой двери вдруг обнаружил, что у меня украли кошель с подъёмными.

— Эй, где мои камни?! — возмутился я.

— А мне почём знать? — проскрипела старуха, высунувшись из комнаты.

— Меня ограбили!

— Раззява, — было мне ответом.

— Это ваша гостиница!

— И что?!

— Как что? Я же вам объясняю: меня ограбили!

— Послушай, касатик, это твои трудности. Нужно было лучше присматривать за вещами. А теперь пошёл вон, пока я дружину не вызвала!

Эмоции немного схлынули при упоминании доблестных стражей порядка. В памяти были ещё свежи образы обезьянника, как и великолепные ощущения от пребывания в нём. Ноги болели так, словно я приседал всю ночь.

— Я про ваш клоповник такие слухи пущу, ни один человек сюда больше не сунется, — пригрозил я и направился к двери.

Вместо ответа, старуха лишь расхохоталась, хотя это больше напоминало воронье карканье. Дверью я постарался приложить как можно сильнее. Но если быть честным, от моих выходок бабке ни жарко ни холодно. Да и права она по большому счёту, сам виноват. Однако положение совсем не располагает к веселью. Остаться в незнакомом мире без средств к существованию... У меня даже оружия нет, чтобы попытаться завалить какую-нибудь тварь и разжиться камнями.

Стоп! Меня же хотел видеть комендант. Вроде как он говорил о профессиональных водителях и их катастрофической нехватке в этом мире. Вчера я как-то вскользь уловил эту информацию, но меня можно понять: не каждый день проваливаешься в параллельную вселенную, полную смертельной опасности. А ведь я даже не вспомнил бы о вчерашнем предложении, если бы не пропажа камней. Ладно, что бог ни делает, всё к лучшему. Может быть, здесь мне удастся устроиться не хуже, чем в прошлой жизни.

Я уверенной походкой направился в сторону ворот, где как раз неподалёку и располагалась комендатура. Но стоило вывернуть из-за угла, как мной овладели смешанные чувства. Прямо над воротами, в петле, болтался труп Узкого. У меня даже колени подкосились от шока. Всё-таки вчера я лишь чудом избежал смерти, притом дважды. Но как? Как ему удалось замочить Лапшу и его двоих немаленьких размеров телохранителей?!

Хотя о чём это я? Местная пыль из камней способна творить чудеса. А будучи невидимкой, хватит и пары секунд, чтобы расстрелять троих человек.

Я помотал головой, отгоняя наваждение и мрачные мысли по поводу. Узкий не был мне близким другом, так чего ради я распереживался? Неприятно, конечно, но не стоит того, чтобы зацикливаться. Сейчас нужно решать свои проблемы, которые пока лишь множатся.

— Войдите, — раздался глухой голос после того, как я вежливо постучался в дверь комендатуры.

— Доброй ночи. Вы, кажется, просили зайти?

— А, это ты? — усмехнулся комендант. — Ну, проходи. Видок у тебя, конечно… Краше в гроб кладут.

— Спасибо.

— Да на здоровье. Говорил я тебе: не связывайся ты с этим придурком, только проблем наживёшь. Накосорезили вы вчера знатно.

— Я ни при чём.

— Знаю, иначе уже болтался бы в петле рядом с ним. Ладно, не куксись, чего там у тебя?

— Вы мне вроде работу предлагали?

— Я?! — искренне удивился комендант. — С чего ты так решил?

— Вы же вчера сами просили, чтоб я на закате к вам зашёл.

— А, точно, — почесав макушку, ответил он. — Только ты уже опоздал. Всё, Руль, пролюбил ты своё счастье.

— Капец, — выдохнул я и устало опустился на стул.

— Так, — тут же нахмурил брови комендант, — если у тебя всё, то вали давай, у меня ещё дел по горло.

— У меня в гостинице подъёмные украли.

— Поздравляю, — пожал плечами он. — Не ты первый, не ты последний. Меньше будешь клювом щёлкать.

— Но... — Я вдруг растерялся. — Чё мне теперь делать-то?

— Я что, на твоего психолога похож? Послушай, парень, мы с тобой не друзья, так что давай, шагай отсюда, пока я дружину не вызвал.

— Чтоб тебе так твои дети отвечали, — буркнул я и поднялся со стула.

— Чё ты там вякнул?!

— Всего доброго, — не оборачиваясь, бросил я и вышел за дверь.

И снова противный холодный дождь слегка остудил гнев, переполняющий мою душу. Да какого хрена? Что я, денег не смогу заработать? Я же на все руки от скуки! Любую машину с завязанными главами отремонтировать могу. А за баранкой могу такие чудеса исполнять, что не каждому снилось.

— Так, Голо́вин, собрался! — приободрил я себя и отправился изучать форт в надежде наткнуться на любое предложение работы.

Основной поток людей уже схлынул. У ворот лениво перетаптывались трое дружинников. Несколько человек крутились возле «Берлоги», судя по виду — ждали открытия, чтобы опохмелиться. Пройдя чуть дальше, вдоль цехов, я увидел оружейную лавку и решил зайти ради интереса.

Небольшое помещение с витриной напротив входа. Справа висят костюмы, по большому счёту камуфляж, слева — ботинки. За витриной продавец таких размеров, что с ним даже поздороваться страшно. А учитывая темперамент местных жителей, не факт, что вообще имеет смысл с ним разговаривать.

— Вам что-то подсказать? — на удивление, вполне даже вежливо спросил он.

— Да я так, посмотреть, — замялся я, а затем неожиданно даже для себя выпалил: — А вам работник не нужен?

— А что ты умеешь?

— Всё, — не моргнув глазом, соврал я.

— Новенький, что ли? — каким-то неведомым образом тут же раскусил меня он.

— Вчера провалился, — кивнул я.

— Хреново, — ухмыльнулся продавец. — Ну что же, добро пожаловать в ад. Кем наверху работал?

— В смысле — наверху?

— Ну, если здесь ад, стало быть, жизнь в нормальном мире где-то там, сверху.

— Вы тоже думаете, что все мы здесь мертвы?

— Понятия не имею, — пожал плечами продавец. — В прошлой жизни я на рыбалку с парнями поехал. Отошёл поссать и оказался здесь. Не думаю, что в этот момент я умер, хотя как знать?

— Вот и я тоже... не думаю, — вздохнул я. — Так что насчёт работы?

— Все подъёмные пропил?

— Украли. Проснулся в гостинице, а кошелёк пропал.

— Ясно, — с сочувствием произнёс он. — Так кем ты был в прошлой жизни?

— Дальнобойщиком.

— Ого, — уважительно кивнул здоровяк. — Стало быть, в машинах понимаешь?

— С детства с техникой на «ты».

— Тогда почему ищешь работу в оружейном? Вроде как немного не твой профиль?

— Да я просто спросил, — буркнул в ответ я и развернулся к двери.

— Постой, — остановил меня продавец. — Ты вроде парень нормальный, хотя это пока ещё не ясно.

— Почему это?

— Мешок меняет людей, и чаще всего не в лучшую сторону, — с какой-то грустью произнёс продавец. — Как звать?

— Руль, — представился я.

— Тишина, — протянул руку тот.

— Странное погоняло.

— Нормальное. Особенно в драке: бью один раз, а дальше тишина.

— Не сомневаюсь.

Тишина достал небольшой клочок бумаги и ручку.

— Значит, смотри сюда. Вот здесь мы. Тебе нужно двигать строго на восток, там, на расстоянии дневного перехода, ещё один форт. Его координаты тысяча двести пятьдесят на минус четыреста двадцать девять.

— Ничего не понял, — честно признался я. — Что означают эти координаты?

— Просто расположение относительно осей. Так здесь проще всего ориентироваться. Мы хотя бы понимаем, с какого ты района Мешка. Первая ось — это север-юг, вторая — запад-восток. Северные форты начинаются с минуса, как и западные. Все они рано или поздно сводятся к нулевому форту.

— А что там? Ну, в этом нулевом форте?

— Те, кто решил, что они рулят Мешком. Ближе к центру их власть, конечно, чувствуется, но здесь, на окраине, всем насрать на Мазая и его людей.

— Мазай? Это типа местный президент?

— Послушай, Руль, ты сейчас пытаешься вникнуть в то, чего не понимают даже те, кто прожил здесь больше сотни лет.

— Сколько?! Такое вообще возможно?

— Здесь всякое случается, — загадочно покрутил пальцами в воздухе Тишина. — Суть не в этом. Тебе нужно выбираться отсюда и идти на восток. Там найдёшь человека по кличке Мост, он владеет мастерской и уже давно ищет слесаря. Скажешь, что ты от меня.

— Спасибо, конечно, но как я пойду? У меня даже ножа нет!

— Парень, нож тебе здесь не поможет, разве что только колбаску порезать. Попробуй попутку поймать.

— Ладно, — кивнул я. — Спасибо за совет и всё такое. А сколько вон тот «Калаш» стоит?

— Тридцать камней, — проследив за моим пальцем, ответил Тишина.

— Недорого вроде, — пробормотал я, прикидывая свои шансы, останься у меня подъемные.

— Он уже старый, хоть и работает чётко, если вовремя следить и смазывать. Ствол, конечно, потёртый, кучность не очень, но на первое время пойдёт.

— А вы в кредит не работаете?

— Ха-ха-ха, — грохнул от смеха здоровяк. — Извини, но нет. Мне здесь тоже как-то жить надо. Мой тебе совет, дружище: не щёлкай клювом и дуй к воротам. Если повезёт, с ближайшим караваном доедешь до минус четыреста двадцать девятого.

— Там все уже разъехались.

— Ближе к полуночи здесь будет столько людей, что не протолкнуться. Мы единственный форт с топливом на ближайшие сто километров.

— И мастерских нет? Странно.

— Политика, — ответил здоровяк. — У нас топляк, у соседей — мастерские. Если проехать ещё дальше к востоку, там овощебаза нехилая. Собственно, оттуда все машины и едут. Или туда. Через десять фортов на север всё есть, там производство патронов наладили, но и форт не чета нашему.

— Так, может, мне лучше сразу туда?

— Это только тебе решать. Но там я за тебя поручиться не смогу, некому. Мост — нормальный мужик, работяга. Мы с ним давно знакомы, так что после моего привета тебя без лишних вопросов к работе приставят.

— Ладно, спасибо тебе ещё раз.

— Ты, главное, человеком оставайся, остальное приложится. Глядишь, и мне доброе дело в карму зачтётся.

— Обязательно, — кивнул я и вышел на улицу.

Немного подумав, я прикинул время (точнее, сколько мне ещё топтаться у ворот в ожидании первых машин) и решил для начала закончить осмотр форта. Выудив из пачки сигарету, закурил и двинулся дальше, вдоль цехов. По пути обнаружил ещё пару кабаков. К слову, многим приличнее «Берлоги» и наверняка дороже. Нашлась и гостиница, однако днёвка в ней стоила аж пятнадцать камней, о чём гласила надпись на вывеске. Чуть дальше расположилось увеселительное заведение сексуального характера. Попалось несколько объявлений об аренде квартир, и на этом форт закончился.

Противоположная от ворот стена оказалась глухой. Я отправился к выезду вдоль неё и как раз вышел к заправочной станции. Здесь всё ещё было тихо и безлюдно. Если не считать двоих дружинников, что курили неподалёку и кассира, скучающего в будке за окном, забранным решёткой.

Ну что, делать больше нечего, остаётся дождаться того, кто согласится подвести меня до соседнего форта. Там устроюсь на работу, немного осмотрюсь, обрасту информацией и уже буду окончательно искать своё место под солнцем. Кстати, а оно здесь когда-нибудь выглядывает из-за свинцовых туч? Или здесь вечно такая сопливая, унылая погода?

Глава 4. Попутка

Если где-то и есть самая мерзкая погода, которую только можно представить, так это здесь, в Мешке. Мелкий противный дождь в считаные минуты промочил всю одежду. Меня уже трясло от холода, когда загудел редуктор и тяжёлая створка ворот поползла в сторону. Проезд тут же перегородили вооружённые люди, один из которых подошёл к кабине. В руках он держал нечто похожее на сканер, какими девчата в супермаркетах проводят учёт.

Пропикав им документы, он кивнул дружине, что преграждала путь, и в форт втянулось несколько грузовиков. Следом зашли два УАЗа без крыши и с пулемётом в задней части кузова. А за ними вкатил натуральный БТР-80. Техника тут же свернула к заправке. Началась суета.

Часть людей отправилась на обед, в ту самую «Берлогу», где не далее как вчера я познакомился с покойным Лапшой. Другие принялись крутиться возле машин. К ним подошёл заправщик, которому вручили мешочек (скорее всего, с камнями), и вскоре топливо потекло в баки.

Я дождался, пока закончится основная суета и люди переключатся в режим «ждунов». Это наиболее подходящий момент, чтобы завязать разговор.

— Здорова, мужики! — Я подошёл к кучке людей, что курили неподалёку.

— Здоровей видали — и тех не боялись, — грубо ответил один из них, и остальные захохотали.

— Попутчиков берёте? — не стал ходить вокруг да около я.

— А тебе куда?

— На восток, в минус четыреста двадцать девятый.

— Десять камеей, — не думая, ответил юморист.

— Дело в том, что меня ограбили...

— Сдристнул отсюда, — даже не выслушав, огрызнулся тот и в качестве дополнительного аргумента направил мне в живот ствол автомата.

— Извините, — буркнул я и отошёл.

Похоже, поймать попутку в Мешке будет не так-то просто. Но и выбора нет. У меня ни оружия, ни камней, ни даже знакомых. И как выкручиваться? Можно попытаться кого-нибудь хлопнуть, как в пресловутые девяностые, но здесь это очень опасное занятие. На весь форт безоружных людей — только я, так ещё можно нарваться на объект под каменной пылью. Короче, вариантов у меня ноль, только вот так торчать под дождём и просить о помощи в надежде встретить совестливого человека. А они в Мешке, похоже, большая редкость.

Может, в дружину податься? Да кто меня возьмёт? Я даже не знаю, с какой стороны к автомату подходить. Если коснётся серьёзного боя, могу ненароком и по своим полоснуть. И по мне это сразу понятно. От меня проку — разве что патроны подносить, но, думаю, эти вакансии уже заняты. М-да, свезло так свезло...

— Здорова, — вывел меня из раздумий чей-то голос.

— Привет. — Я обернулся и по привычке протянул руку для пожатий.

— Ты на Кира не обижайся, он у нас на язык острый, — с добродушной улыбкой произнёс собеседник. — На самом деле даже не ему решать, кого брать в команду, а кого нет.

— А кто решает, ты?

— Нет, — расхохотался он. — Начальник каравана. Он сейчас обедает, как вернётся — я ему за тебя маякну. Ты новенький, что ли?

— Так заметно?

— Ну, ты сам как думаешь? Много здесь людей в спортивных трениках и без оружия видишь?

— Логично, — усмехнулся я. — Да, вчера ночью провалился. Какая-то полоса неудач у меня...

— Эй, тихо ты, такими словами бросаться. Эдак тебя даже пираты не подберут.

— Пираты?

— Забей, — поморщился и отмахнулся мужик. — Не стоит вслух о плохом. В Мешке и без того дерьма хватает. Так что приключилось-то?

— Да сам дурак, — честно признался я. — Завалился спать, а камни в прикроватную тумбочку сунул. Сам не знаю, зачем такую глупость совершил.

— Это ты, конечно, лоханулся, — снова расхохотался собеседник. — Меня Клювом прозвали. Я когда провалился, нос сломал, оно как-то сразу и прилипло.

— Понятно, а я Руль. В прошлой жизни дальнобоем трудился.

— Иди ты?! — выпучил глаза Клюв. — И сколько стажа?

— Десять лет с хвостиком, — гордо ответил я, — Американца водил, на нём и провалился.

— И без камней остался? — снова неподдельно удивился Клюв.

— Да у меня машину прям сразу отжали. Говорят, какой-то Дьякон...

— Выходит, с пиратами ты уже познакомился, — криво ухмыльнулся тот. — Повезло, что ты новенький, иначе уже дымился бы кучкой свежего дерьма где-нибудь за углом. Обычно они свидетелей не оставляют. А чего в будке было?

— Да хрен его знает, — пожал плечами я. — Какое-то оборудование для производства, оргтехники немного. Но в основном железки разные.

— Выходит, ничего ценного.

— Наверное….

— Вон Ворон идёт, стой здесь, я ща, — быстро протараторил Клюв и рванул наперерез мужику, который, похоже, и являлся начальником каравана.

Они о чём-то побеседовали, хотя скорее — о ком-то. Клюв даже несколько раз в мою сторону указал. Ворон пристально на меня посмотрел, затем бросил взгляд на часы и отрицательно покачал головой. Клюв обернулся в мою сторону и виновато развёл руками, мол: извини, сделал всё что мог. Вскоре он с остальными скрылся в дверях «Берлоги», а минут через десять весь караван укатил в неизвестном направлении.

Я снова остался в гордом одиночестве. Заправщик сматывая шланги, покосился на меня с нескрываемой жалостью, но даже не соизволил подойти. Хорошо ему, сидит в сухой будке. Вон, из трубы на крыше дымок валит, а значит, там ещё и тепло. Интересно, чем он там топится? Хотя глупый вопрос, учитывая то, где он работает. Уж масляную печь соорудить — много ума не надо.

Над воротами вновь вспыхнул проблесковый маячок, а затем раздался гул редуктора. Процедура по запуску техники повторилась, и второй караван втянулся на территорию форта. На сей раз машин было в два раза больше, а в середине колонны шёл небольшой автобус, судя по всему — с пассажирами. Это немного обнадёжило. Выходит, что перевозкой людей они промышляют на постоянной основе. Авось получится договориться.

Я снова дождался, когда закончится основная суета, а начальство свалит на обед, и направился к мужикам в курилку.

— Здорова. Вы случайно попутчиков не берёте? Мне в минус четыреста двадцать девятый нужно.

— Пять камней, — тут же озвучил ценник один из курящих.

— Я без гроша в кармане, — честно признался я и поспешил сгладить ситуацию:— Но я могу отработать, если нужно. Я десять лет фуры водил, в технике соображаю...

— Эй, эй, спокойно, — прервал мою болтовню тот, кто озвучил цену. — Нормально всё, мы тебе долг на КПП запишем, с первой получки отдашь.

— А что, так можно было?

— Ты новенький, что ли?

— Ну да, вчера ночью провалился.

— Молодец, держишься бодрячком. Я когда сюда попал, чуть не месяц бухал не просыхая. Хотел даже вскрыться, но вовремя хороших людей встретил. Тебя как звать?

— Руль, — уже привычно представился кличкой я.

— А я Мух, — ответил тот и протянул руку для пожатия. — Значит, говоришь, фуры водил?

— Ага, — кивнул я.

— А в четыреста двадцать девятый зачем едешь?

— Да мне посоветовали к Мосту в сервис наняться. Здесь вроде как специфика у форта не та.

— Не та, — согласился Мух. — Тут ГСМ только, чуть дальше на север — патроны.

— Это мне уже рассказали.

— Значит слеса́рить думаешь?

— Ну, как вариант, на первое время.

— Ясно, — кивнул Мух. — За руль опять не желаешь?

— А есть варианты?

— У нас точно без вакансий, но если пару дней здесь постоишь, думаю, найдётся местечко. В головняк тебя, конечно, вряд ли вот так с ходу поставят, но где-нибудь в хвосте — вполне реально.

— Нет, не вариант, — поморщился я. — Жрать что-то нужно, я же вообще без копейки.

— Точно, — усмехнулся Мух и почесал макушку. — Ладно, дуй пока к автобусу. Водиле скажешь, чтоб ай-ди в долг отсканировал. Ну бывай, удачи.

— И тебе, — ответил я на рукопожатие.

К моему удивлению, водитель без лишних слов отсканировал штрих-код на моих документах и попросил занять свободное место. С поставленной задачей я справился на ура и уже через несколько секунд угнездил свою задницу возле симпатичной девушки, которая брезгливо отстранилась от мокрого попутчика.

— Привет, — попытался я наладить связь со слабым полом.

— Будешь бесить — я тебе чердак прострелю, как только из форта выйдем, — сухо отрезала она и отвернулась к окну.

Рисковать я не стал. Уже успел познакомиться с норовом местных жителей. А ей, похоже, приходится здесь хуже других. Слишком яркая, что привлекает не всегда нужное внимание. Да и как ни крути, женщине выживать в подобном мире очень непросто. Однако свободных место в автобусе хватало, но она от чего-то сидела в гордом одиночестве. Думаю, неспроста. Не исключено, что мужик, сидящий чуть ближе к хвосту, свой фингал заработал именно от неё. Ну а мне какое дело? Я человек простой. Сказали «не лезь» — судьбу искушать не стану.

Минут через тридцать мы таки стронулись с места и, завывая коробкой, выбрались за территорию форта. Пока пробирались, петляя мимо бетонных блоков, нас неслабо трясло, но затем дорога выровнялась, и я не без любопытства уставился в окно.

Мимо проплывали всевозможные городские пейзажи. То высотки спальных районов, то деловой центр со строениями из стекла и бетона. Даже частный сектор однажды попался. Колонна петляла странным образом, двигаясь каким-то понятным лишь водителю маршрутом. Лично я уже давно заблудился, и это несмотря на то, что мне часто приходилось посещать незнакомые города и посёлки. Но в моём мире в подобных ситуациях спасал навигатор. Здесь такие девайсы вряд ли работают.

Город всё не кончался. Мы ехали уже битый час, но за окном всё так же мелькали архитектурные ансамбли. Всего раз на глаза попался небольшой скверик, да и тот быстро закончился. Ни полей, ни лесов — сплошные каменные джунгли. От осознания того, что этот город бесконечен, стало немного жутко.

Однажды я заблудился в московских развязках и прекрасно помню ощущения, что испытывал в тот момент. Даже навигатор не успокаивал, скорее наоборот — ещё больше нервировал, каждый раз прокладывая нелепые маршруты под запрещающие знаки. А здесь, в Мешке, можно надеяться только на себя. Нет, рановато мне пока за руль, ох рановато.

Не успел я об этом подумать, как со стороны головы колонны донеслась пулемётная очередь. Автобус заметно сбавил ход, но не остановился. Вскоре к крупному калибру подключился сухой треск автоматов. Бой продлился всего пару секунд, ну, может, плюс-минус, но я уже успел нарисовать себе страшную картину собственной гибели.

Однако всё обошлось, и вскоре автобус прополз мимо замершего УАЗа. Вокруг суетились бойцы, подсвечивая себе под ноги ультрафиолетовыми фонарями. Под лучом одного из них что-то отчётливо сверкнуло, и парень, одетый в «горку», нагнулся, чтобы это поднять.

— Камни собирают, — со знанием дела произнёс кто-то с задних мест.

Я отложил увиденное на подкорку. Авось пригодится. Узкий не говорил о том, что камни можно обнаружить при помощи ультрафиолета. Он вообще о многом умолчал, и мне придётся постигать секреты Мешка самому. Где-то вот таким нехитрым способом, а другие — на собственной шкуре. И дай бог, если мои ошибки не будут фатальными. Судя по всему, сдохнуть здесь можно в любую секунду.

И снова внутри всё сжалось от осознания того, в каком агрессивном месте я оказался. Странный, непонятный мир, словно надругательство над всем живым. Что за воспалённый мозг его создал? А главное: зачем? Может, правы те, что называют это место Чистилищем? Не удивлюсь, если оно окажется адом. Но ведь в аду нельзя умереть, туда уже попадают мёртвыми. Тогда что это? Что за мир?

Колонна вновь замедлила ход, а затем и вовсе остановилась.

— Минус четыреста двадцать девятый, на выход! — крикнул водитель.

— Выпусти. — Соседка по сиденью довольно болезненно ткнула меня в плечо.

— Да мне как бы тоже выходить, — буркнул я и поднялся в проходе.

Помимо нас, больше никто выходить не собирался. Я без задней мысли прошёл к ближе к кабине, и только у двери сообразил, что нас высаживают где-то посреди пустынной улицы.

— Эй, вы же до форта должны подвести? — Я замер у выхода.

— Вон туда минут пять пешком, — беззаботно махнул рукой водитель. — Дошмыгаешь, не переломишься.

— Ты выходишь или будешь мозги трахать?! — подтолкнула меня в спину деви́ца.

Я сглотнул ставшую вмиг вязкой слюну и медленно выбрался на улицу. Одежда, которая не успела как следует высохнуть, тут же снова намокла.

Девушка лихо выпрыгнула из салона, натянула кожаную кепку и, перехватив автомат, спокойно направилась в сторону форта. Недолго думая, я тут же увязался за ней.

Никаких задних мыслей на её счёт я не преследовал. Просто логически поразмыслил, что рядом с ней будет безопаснее. У меня даже элементарного ножа нет, а у неё автомат, два пистолета по обеим сторонам на поясе, ещё и короткий дробовик на плече.

Однако она восприняла мой поступок иначе.

— Тебе чё надо?! — резко обернулась она и, вскинув оружие, уставилась на меня через прицел.

Её палец лежал на крючке, готовый в любую секунду его вдавить. Взгляд полон решимости. Такая действительно грохнет, и даже фамилию спрашивать не станет.

— Вообще-то, мне тоже в форт надо, — как можно спокойнее ответил я.

— Тогда какого хрена за мной идёшь?

— А ты разве не в форт?

— Твоё какое дело?!

— Да я думал...

— Вали! — сухо прервала она мои жалкие попытки оправдаться.

— Да я даже не знаю куда? — честно ответил я.

— Послал же бог на мою голову, — раздражённо буркнула она. — Тебе туда.

Девушка махнула рукой в правую сторону и снова подхватила автомат за цевьё. При этом даже во время движения, ствол оружия не дёрнулся. Я, может, и не опытный воин, но даже до моих мозгов быстро дошло, что с этой девушкой шутки плохи.

— Извини, я правда не хотел... — пробормотал я.

Вместо ответа, она просто качнула головой, намекая, что мне пора бы отваливать. Я глубоко вдохнул и сразу перешёл на лёгкий бег, каждое мгновение ожидая выстрела в спину. Но нет, моя жизнь так и осталась при мне, а спустя минуту я наконец увидел спасительные огни на стенах форта.

***

Этот форт сильно отличался от предыдущего. Во-первых, он был значительно больше, а во-вторых, раньше его территория принадлежала военной части. Это было видно по оставшейся в некоторых местах атрибутике. Различные лозунги, аккуратно выведенные краской на кирпичных стенах. Ну и просторный плац, окружённый четырёхэтажными казармами, который теперь служил стоянкой для техники, соседствующей с небольшим рынком запчастей.

Вправо, почти у самой стены, расположились ремонтные боксы. Они тоже достались в наследство от военной части. Небольшая двухэтажная конторка с надписью «Штаб» всё так же исполняла роль администрации.

В целом, логика того, почему люди заняли именно это место, была понятной. Здесь имелось практически всё необходимое, чтобы дать отпор врагу. Автоматные вышки, колючая проволока над высоким забором. Правда, сейчас от него не осталось и следа. Периметр окружала высокая бетонная стена и, возможно, предыдущий забор был замурован внутри неё. А всё остальное осталось нетронутым, ну разве что вышек ещё добавили.

Покрутившись по территории, я отправился на поиски Моста. Вполне логично начать следовало с ремонтных боксов, и я не прогадал. В первом же меня быстро послали в нужную сторону, и даже не в грубой форме. Будущего работодателя я обнаружил у бокса, лежащим под машиной. Судя по периодическому яркому свечению, что озаряло асфальт вокруг, он производил сварные работы. Я терпеливо дождался их окончания, а заодно и расчёта с владельцем грузовика, и только после этого обратил на себя внимание.

— Вы Мост? — начал с вопроса я.

— Это смотря кто спрашивает, — с ухмылкой ответил он.

Среднего телосложения, даже немного худощав. Черные волосы подстрижены коротким ёжиком, щека традиционно испачкана мазутом, а может, и ещё какой-то грязью. Но глаза вроде добрые, смотрят открыто, без презрения и подозрения.

— Я от Тихого, — произнёс я волшебные слова, которые при Советском Союзе были способны открыть любые двери.

— Ну, уже кое-что, — кивнул Мост и, подхватив с верстака ветошь, принялся вытирать руки, после чего протянул мне ладонь. — Чего надо?

— Работу, — ответил я и подал крепкую руку.

— А ты справишься? Здесь тебе не дворовый гараж. К нам такая техника приходит, что гайка на тридцать два — самая мелкая.

— Да брось, даже в карьерном «Белазе» болтик на шесть отыскать можно, — усмехнулся я. — Я в прошлой жизни американца водил, так что размерами кардана меня не напугаешь.

— Почётно, — кивнул Мост. — Уверен, что хочешь болты крутить? За баранкой раз в пять больше заработать получится, даже если в хвосте каравана идти.

— Не, мне бы пока пообвыкнуть. Мы пока сюда ехали, я три раза штаны испачкал.

— Знакомо, — хмыкнул владелец бокса. — Значит, так: вся работа пятьдесят на пятьдесят, и мне пофиг, что ты коробку перебирал, а я только колодки поменял. Оплата в конце каждой смены. Разбогатеть у меня вряд ли получится, но на кусок хлеба заработать реально. Будешь шланговать — выгоню в шею, на твоё место желающих полно.

— Странно, я что-то очереди не заметил, — решил сострить я.

— Умный дофига?! — с неким прищуром спросил Мост. — Давай-ка для начала порядок в яме наведи. И да, эта работа не оплачивается.

— Есть, — по военному ответил я и собрался было спрыгнуть в монтажную яму.

— Стой! Вон дверь видишь?

— Ну.

— Баранки гну. Сходи вначале подбери себе что-нибудь переодеться. Я так понимаю, ты к нам налегке прибыл?

— Так заметно?

— Приличные люди по Мешку в спортивных костюмах не болтаются. Ничего, поживёшь здесь с моё — тоже новеньких за версту чуять будешь. И шевелись давай, к нам через полчаса по записи «Урал» притянут. У него один мост рассыпался. Так что будет тебе боевое крещение.

***

К концу дня я едва мог стоять на ногах от усталости. Хотя в Мешке правильнее говорить — «ночи». Днём здесь приличные люди спят, потому что жизнь замирает. Это, конечно, тоже относительно. В кабаках как раз самый шум, да и твари за стенами не дремлют, нет-нет да и проверят оборону на бдительность. Так что у дружины днём самая работа.

Мост мы перебрали, и не без помощи красной пыли. Ох и полезная штука оказалась в слесарном деле! Мост (уже владелец, а не механизм) несколько раз прикладывался к трубочкам: то полуось кулаком выбить, то закисшую гайку окрутить. А когда мы его на место закатывали, так оба под красной пылью находились. Очень полезная вещь, мне бы такую в том мире. Особенно когда где-нибудь в рейсе, прямо на трассе, кардан, словно конфетный фантик, скручивается. А ты один и помощи ждать неоткуда.

— На вот, держи. — Мост отсчитал причитающиеся камни. — Честно заработал, молодец.

— Негусто, — поморщился я, рассматривая двенадцать камней на ладони.

— Ну уж как есть, — развёл руками Мост. — Можешь попробовать на охоте больше поднять, но там риск многократно выше, а мужики порой вообще ни с чем возвращаются. У дружины оклад триста камней в месяц, можешь там счастья попытать.

— Извини, я не это имел в виду. Да и к ценообразованию никак не привыкну.

— Да я не в обиде, — отмахнулся тот и, скинув грязные штаны, повесил их в шкафчик. — Но ты особо губу не раскатывай, это тебе сегодня повезло. Обычно камней семь в день получается. Если приспособишься, даже отложить что-то получится.

— Слушай, а можно я сегодня здесь заночую?

— Так ночь уже прошла, — не упустил возможности подколоть Мост.

— Ну, в смысле, останусь, поживу... Как-то так… — Я виновато развёл руками.

— Да сколько угодно, — согласился хозяин. — Будешь уходить — замок у ворот на арматурке висит, запасной ключ у меня есть. Но учти: если я чего завтра не досчитаюсь, ты даже на другом конце Мешка от меня не спрячешься.

— Да я чё, совсем, что ли?

— Совсем, не совсем… я тебя предупредил. Баб сюда не води, захочешь трахаться — дуй в «Розовую пантеру», мне здесь этого дерьма не нужно. Всё, бывай. Не забудь основной свет погасить, чтоб счётчик зря не мотало.

— Спасибо тебе, хороший ты человек, — искренне поблагодарил его я.

— Тишине спасибо скажи. Если бы не его слова, гулял бы ты сейчас... В общем, ты меня понял. Давай, до завтра.

— А почему? — остановил я вопросом хозяина, который уже перекинул ногу через калитку в большой створке ворот.

— Что почему?

— Ну, слово Тишины такой вес имеет. Почему?

— А это не твоего ума дело, — ухмыльнулся Мост и вышел из бокса.

Я честно обошёл бокс, погасил весь верхний свет, оставив единственную лампу на верстаке, и с довольной рожей завалился на пропитанный отработанным маслом диван. Однако пролежал в таком положении недолго, пустой живот быстро намекнул на то, что человеку тоже требуется топливо.

Я снова поднялся на гудящие от усталости ноги, оторвал кусок свежей ветоши и завернул в неё камни. Затем помыл руки, переоделся в спортивный костюм, который всё равно остался влажным, и, подхватив замок с загнутой крючком арматуры у входа, распахнул калитку.

Вот только выйти из бокса так и не успел. В притвор проник ствол пистолета, который упёрся мне прямо в нос.

Я поднял руки и отступил, уже прикидывая, как и чем лучше обороняться. Железок здесь хватало, притом с избытком, так что в случае необходимости будет чем отмахаться.

— Ты?! — удивился я, когда внутрь проскользнула владелица пистолета, та самая девушка, с которой я делил сиденье в автобусе.

— Рот закрой, — шикнула на меня она. — Только вякни, я тебе вмиг башку прострелю.

— Ты в курсе, что в фортах за это и повесить могут?

— А ты сам-то как думаешь? — криво ухмыльнулась она. — Будешь вести себя тихо — останешься жив, понял?

— Ладно. — Я примирительно поднял ладони. — Хотя есть все шансы, что я раньше от голода сдохну.

— Тихо, — вновь шикнула на меня она.

Я благоразумно притих. В наступившей тишине стали отчётливо слышны звуки, что наполняли форт. Где-то приглушенно играла музыка, за стеной визжали твари.

Девушка некоторое время вслушивалась в то, что происходит снаружи, а затем заметно расслабилась. На сей раз её рука, что сжимала пистолет, почему-то не была такой твёрдой. Ствол заметно подрагивал, и даже в полумраке бокса её лицо выглядело сильно бледным. Причину этого я заметил, едва скосив взгляд чуть вниз. Девушка держалась за живот, а по её пальцам сочилась… кровь. Много крови!

— Чё вылупился?! — огрызнулась она. — Даже не мечтай. Я тебя ушатаю быстрее, чем ты чихнуть успеешь.

— У тебя кровь.

— И чё?

— Да убери ты ствол! — не выдержал и прикрикнул я. — Хотел бы тебя сдать, уже сдал бы.

— Тише ты, придурок, — прошипела она, и в этот момент силы окончательно её покинули.

Пистолет звонко стукнул о бетонный пол, а я едва успел подхватить её тело, чтоб она ненароком себе башку о какую-нибудь запчасть не разбила. Не хватало ещё и здесь по обвинению в убийстве день в обезьяннике провести. Блин, как же жрать-то охота...

Глава 5. Гюрза

Дотащить девушку до дивана дело плёвое, но что дальше? Я ведь не медик, хотя мяса на своём недолгом веку насмотрелся. Типичному обывателю дорожного движения нет-нет да и попадается пара-тройка аварий. А я, как постоянный исследователь дорог, успел на них насмотреться лет на сто вперёд. Порой они случались прямо перед самым носом. Здесь хочешь — не хочешь, а мимо проехать не получится. Да и что я за человек после этого буду? Так что кое-какую первую медицинскую помощь оказывать научен. И не по учебникам и лекциям, а на суровой практике.

Но одно дело жгут на руку или ногу наложить, а затем дождаться приезда скорой помощи, которую без особых сложностей можно вызвать по сотовому телефону. И совсем другое — пулевое ранение в живот. Куда здесь жгут устанавливать? Разве что на шею, с целью избавить от страданий?

Однако глаза боятся, а руки делают. Кусок чистой ветоши — это, конечно, не стерильный тампон из аптечки, но кровь остановить поможет.

Кое-как приладив самодельный тампон на рану, я притянул его кожаным ремнём. После чего бесцельно заметался по гаражу, пытаясь занять себя хоть чем-то. По идее, ей бы квалифицированную помощь, но где её здесь взять? Хотя в подобных условиях наверняка где-то должен быть хоть какой-нибудь медпункт.

Я принялся перебирать в памяти все заведения, которые находились в форте, но увы, не вспомнил ничего похожего даже на аптеку. И это показалось очень странным.

Этот мир переполнен опасностями. Они здесь натурально переливаются через край, и не только снаружи. Но в прошлом форте точно так же не было никого способного хоть как-то подшаманить здоровье. Ведь это натурально золотая жила! Здесь доктора должны быть на каждом метре. Плюс погода такая, что простуду словить — как говорится, шесть секунд.

Девушка застонала, привлекая моё внимание. Хотя этим она скорее вывела меня из бесполезных раздумий.

— Тихо, не двигайся, — поспешил успокоить её я. — Повязка дерьмо, может слететь в любой момент. Тебе бы к врачу...

— Рюкзак... — очень слабым голосом попросила она.

Я подал поклажу, но девушка была настолько слабой, что даже не смогла расстегнуть нужный ей отсек. Пришлось помогать.

— Что подать? — Я уставился в нутро кармана, где находилась всякая мелочь.

— Микс, — произнесла она непонятное для меня слово.

— Что? — переспросил я.

— Портсигар, — тут же поправилась та, и я вытянул блестящий пенал, в котором обычно держат сигареты.

Раскрыв его, я обнаружил внутри множество трубочек из цветной бумаги, краешки которых были закручены, словно конфетный фантик. В памяти всплыл момент допроса, когда следователь использовал точно такую же трубочку. Выходит, в них хранится каменная пыль, и распределена она соответственно цвету. Но две трубочки отличались от остальных. Они были скручены из белой бумаги и имели чёрную маркировку фломастером. Насколько я помню, о чёрных камнях и тварях мне никто ничего не рассказывал. А значит, это и есть тот самый микс.

— Эту? — Я подхватил промаркированную трубочку.

Девушка молча кивнула и дрожащими пальцами ухватила её за кончик. Она откусила у трубочки одну сторону, прищипнула её пальцами, перевернула и отгрызла вторую, а затем резко вдохнула содержимое. Я внимательно за ней наблюдал и успел увидеть, как расширились её зрачки. А через мгновение девушка взвыла и выгнулась дугой.

К моему удивлению, повязка выдержала, но раненая вцепилась в неё скрюченными пальцами, пытаясь стянуть. Не знаю зачем, но вопреки здравому смыслу я помог расстегнуть ремень и убрать самодельный тампон. А затем окончательно офонарел, когда из окровавленной раны показалась пуля.

Прошла всего пара секунд, а от дырки в животе не осталось и следа. Девушка продолжала тяжело дышать, её лоб покрылся потом, а глаза были закрыты. Похоже, этот микс — довольно болезненная штука. Однако с таким препаратом в медиках нет никакого смысла.

Я смотрел на происходящее, как на чудо, хотя оно им, по сути, и являлось.

— Ты как? — спросил я, когда девушка распахнула глаза.

— Нормально, — ответила она. — Спасибо тебе.

— Да не за что, — с улыбкой ответил я. — Что это за штука такая?

— Ты про микс?

— Угу.

— Смесь всех видов пыли в определённых пропорциях.

— Ты сама её сделала?

— Я что, на самоубийцу похожа?

— А где мне такую взять?

— Купить, если камней хватает.

— А кто такие делает? Я могу научиться?

— Это вряд ли, — покачала она головой. — На весь Мешок таких спецов всего сотни полторы наберётся. Нет, ты, конечно, можешь попробовать, но на себе испытывать не рекомендую.

— Кто это тебя так? — кивнул я на окровавленный живот.

— А вот это уже не твоего ума дело.

— Вообще-то, я тебе жизнь спас.

— Можешь меня трахнуть за это, если хочешь.

— Возможно, при других обстоятельствах я бы не отказался, но...

— Дело хозяйское. — Она пожала плечами и резко подхватилась с дивана. — Но я тебя понимаю, в такой грязи...

— Ну, извини, не успел прибраться, — развёл руками я. — Ты как бы без предупреждения ввалилась. Может, всё-таки расскажешь, что с тобой приключилось?

— Меньше знаешь — крепче спишь, — крылатой фразой ответила она.

— Меня Руль зовут, — представился я.

— Гюрза, — ответила девушка и, подойдя к воротам, приложила к ним ухо. — Вроде тихо.

— Да я бы не сказал, — усмехнулся я, уловив грохот пулемёта со стены.

— Оружие моё где?

— Вон там, на верстаке лежит.

Девушка подхватила автомат, довольно лихо отстегнула магазин, заглянула в него и так же, отточенным движением загнала обратно в приёмник. Точно так же она поступила с пистолетом, не глядя, сунула его в кобуру на поясе, и вернулась к дивану за рюкзаком.

— Ты что, уходишь? — спросил я.

— А ты что, передумал по поводу трахнуться? — безразличным тоном спросила Гюрза.

— Блин, ты так это говоришь, что у меня всё желание пропадает.

— Ну извини, здесь не до сантиментов, а потрахаться хочется.

— А расскажи, как ты здесь оказалась? Я вот был в рейсе, когда всё случилось, только с заправки выехать успел.

— В рейсе? — как-то странно приподняла бровь Гюрза. — А кем ты был там, наверху?

— Дальнобоем... В смысле — наверху?

— Ну, я больше придерживаюсь теории, что Мешок — это нечто вроде зазеркалья. Типа нашей планеты, только вогнутый, потому, собственно, и «Мешок».

— Более странной теории я не слышал, — усмехнулся я.

— Уж какая есть, — пожала плечами она. — Так значит, дальнобойщик?

— Ну да. Ты так и не ответила на вопрос.

— Да подожди ты со своей ерундой, — раздражённо отмахнулась Гюрза, а затем задумчиво постучала пальцем по губам. — Кажется, мне всё-таки пригодится твоя помощь.

— Не-ет, — с ехидной ухмылкой протянул я. — Чтобы мне потом тоже пули из кишок выковыривали? Ты, конечно, симпатичная и всё такое, но я — пас. У меня нормальная работа, никто не пытается меня сожрать или повесить...

— Сто штук! — резко выпалила Гюрза, заставив меня заткнуться.

— Чего?

— Сто тысяч камней на твой счёт, — абсолютно серьёзно повторила она, но слегка подкорректировала ответ: — Естественно, при удачном раскладе.

— И чего нужно делать?

— Ничего такого, что ты не умеешь. Перегнать один грузовик из точки «а» в точку «б». Координаты дам и даже дорогу покажу.

— Это что же за груз такой, что за него такие бабки платят?

— А тебе не один хрен? Ты хоть представляешь себе, сколько это?

— Тебя из-за него подстрелили?

— Да какая разница?! Здесь сдохнуть можно в любой момент. Если так на этом зацикливаться, то Мешок переварит тебя и высрет за первым же поворотом. Думаешь, сможешь отсидеться за стеной?

— Ну, здесь вроде как безопасно.

— Здесь нигде не безопасно. Сюда уже стягиваются пираты. Скоро местные форты сожгут один за другим.

— Да что за пираты? Я уже второй раз про них слышу, и никто ничего не объясняет. Это Дьякон? Он пират?

— Дьякон — это лишь малая часть орды. Они кочевники, постоянно перемещаются по Мешку.

— Как цыгане, что ли?

— Ха-ха-ха, цыгане?! Они скорее татаро-монголы. Говорят, их главная умеет управлять тварями. Вроде как в её венах течёт кровь самой королевы-матки. Я не особо в это верю, но мне довелось видеть форты, сквозь которые прошли пираты. Поверь, если они решат войти сюда, их ничто не остановит.

— Допустим, я согласен.

— Это верное решение, — кивнула Гюрза.

— Не уверен, — покачал головой я. — А как ты собиралась провернуть дело одна, если тебе нужен был водитель?

— Да вот, — она постучала ладонью по окровавленной одежде, — как раз пыталась договориться с командой сопровождения. Только эти придурки решили меня хлопнуть. Идиоты! Думали, я таскаю такие бабки с собой.

— Постой, ты их что?..

— Убила? Нет, я же не полная дура. Но на парочку миксов их портсигары сегодня опустели. Ну что, ты со мной?

— Сто штук? — переспросил я.

— Именно, — с кривой ухмылкой подтвердила Гюрза.

— Ладно, — скрепя сердце согласился я.

— Отлично, — улыбнулась она, одним движением скинула куртку и, стянув через голову майку, шагнула ко мне.

— Ей, ты что делаешь? — Я попытался отстраниться, но едва не запнулся о какую-то железку.

— Ой, да заткнись ты уже, — произнесла Гюрза и закрыла мой рот поцелуем.

***

— Да твою мать! Руль! Я же просил не водить сюда шлюх! — закричал Мост прямо от ворот. — И это в первый же день!

— Это ты кого шлюхой назвал?!

— Гюрза?! Ты какого хрена здесь забыла?!

— Вы что, знакомы? — спросил я, поспешно натягивая трусы.

В то время как Гюрзу совершенно не смущала собственная нагота. Она не спеша поправила волосы, заплела их в тугой хвост с помощью резинки, которая висела на запястье, и только после этого принялась одеваться.

— Так, я требую объяснений! — Мост встал в позу, скрестив руки на груди.

— Некогда мне здесь с тобой, — отмахнулась девушка. — Да, кстати, напарника я у тебя конфискую.

— А рожа не треснет?

— Заштопаю, не волнуйся. В крайнем случае миксом присыплю.

— А ну стоять, — подхватил меня за руку хозяин мастерской. — Тебе что, жить надоело?

— Мост, он водитель, дальнобойщик! Ты серьёзно собираешься использовать его в гараже? — попыталась отмазать меня Гюрза.

— Так он хотя бы останется жив.

— Уверен? Ты ведь в курсе, что сюда стягиваются пираты?

— Сомневаюсь, что наш форт им интересен. Скорее всего, они уйдут на север, за боеприпасами.

— Может, да, а может, и нет. В конце концов, он взрослый мальчик и сам решает, куда и с кем ему идти. Отпусти его... А ещё лучше, давай с нами. На кону очень хорошие бабки.

— Тем хуже, — отказался Мост. — Ты и сама должна понимать, что халявы не бывает. — Хозяин бокса обернулся ко мне. — Сколько она тебе обещала?

— Это не твоё дело, Мост, — поспешила перебить меня Гюрза. — Так что давай до свидания, раз уж ты отказался. Пойдём, Руль...

— Парень, ты совершаешь большую ошибку, — глядя мне прямо в глаза, заявил Мост. — Она наёмница. И дела, за которые она берётся, чаще всего заканчиваются смертью всех, кто оказывается рядом.

— Ты ведь жив, — с вызовом произнесла Гюрза.

— Я то самое исключение, что подтверждает правило.

— Слушай… — Я смущённо почесал переносицу. — Может, мне и в самом деле лучше остаться? Найдёшь кого-нибудь другого. Неужели здесь нет никого, кто способен крутить баранку?

Она уставилась на меня.

— А там, наверху, как много водителей способны пересесть с легковушки сразу на фуру? Думаешь, много тех, кто способен выгнать огромный прицеп из узкого переулка задним ходом, при этом ничего не сломав? А сколько из них сможет развернуться на шести метрах? Мы договорились, скрепили сделку.

— Вообще-то, никакие договора мы с тобой не подписывали... — попытался дать заднюю я.

— Хорошо. — Гюрза подняла руки. — Ладно. Без проблем... Но потом не удивляйся, если больше никто в Мешке не захочет иметь с тобой дело.

— Не слушай её, это пустые угрозы. Ты работаешь на меня, и это увидят.

— Да, но ссыкливых здесь не любят, — нагло ухмыльнулась девушка.

И это стало последней каплей. Я мог стерпеть всё что угодно, но вот это пресловутое «слабо́»... Ох, сколько же бед в моей жизни именно от этого! Да, многие на моём месте махнули бы рукой и, скорее всего, послали бы обоих к чёртовой матери. Но моё мужское самолюбие разыгралось не на шутку. Возможно, на решение повлияло наличие симпатичной девушки, которая обвинила меня в трусливости, не знаю.

— Поехали, — стиснув зубы, прошипел я и вырвал руку из цепких пальцев Моста.

Метров через десять я всё же не выдержал и обернулся. Хозяин бокса стоял у ворот и смотрел не меня с нескрываемым сожалением. Однако я уже был полон решимости, хоть и сильно сомневался по поводу принятого решения. С другой стороны, сумма, которую обещала Гюрза по завершении дела, могла дать хорошего пинка в новом мире. Учитывая местный ценник, я смогу жить припеваючи очень долгое время. Может, свой бизнес замучу, и тогда вообще красота...

— Чё лыбишься? — покосилась на меня Гюрза.

— Да так, думаю, куда потрачу сто штук, — честно ответил я.

Девушка странно фыркнула, но комментировать не стала.

— Постой, а куда мы идём? Ворота ведь в другой стороне! Или твоё дело находится прямо здесь?

— Хочешь выйти из форта вот так?

— От зонтика я бы точно не отказался. — Я поёжился и бросил взгляд в унылое серое небо, которое продолжало изливать на наши головы воду. — Он хоть когда-нибудь заканчивается?

— На моей памяти такого не случалось ни разу.

— А давно ты здесь?

— Чуть больше года.

— Всего?

— П-хах, ну ты реально ещё зелёный! Давай поговорим с тобой про «всего», когда ты проживёшь здесь хотя бы пару месяцев.

— Ну, ведь ты как-то больше года протянула?

— Ты и понятия не имеешь, кем я была до всего этого дерьма. А ты — простой водитель.

— Это ты простой водитель, а я — дальнобойщик, — с гордостью парировал я.

— Ладно, не дуйся, — смилостивилась Гюрза. — Мы пришли.

— У меня всего двенадцать камней, — предупредил я, бросив взгляд на вывеску магазина.

— Считай это моим вложением в общее дело. Потом вернёшь с процентами, — бросила Гюрза и потянула на себя дверь. — Здорова, Пилот.

— И тебе не хворать. Слышал, тебя вчера подстрелили.

— Врут, собаки лохматые.

— А это кто?

— Новенький, Руль. Ему полный экип нужен.

— Стрелять умеешь? — спросил меня Пилот.

— Ну, так… — пожал плечами я. — Из обреза по банкам попадаю. Шагов с десяти...

— Ясно, — кивнул тот и вышел в подсобку.

Гюрза со скучающим видом запрыгнула на прилавок, уселась на него и принялась болтать ногами. Пилот явился минут через пять. Он молча, бесцеремонно столкнул девушку с торгового оборудования и тут же водрузил на освободившееся место тяжёлый рюкзак. Рядом упал камуфляжный костюм. Судя по жёсткой лицевой стороне, он был чем-то пропитан, эдакая защита от дождя. Вскоре рядом лёг автомат, пистолет, разгрузка, пустые магазины, патроны в картонных пачках и неслабых размеров мачете.

— Двести тридцать камней, — сухим тоном озвучил стоимость Пилот.

— Ствол гнутый. — Проверив автомат, Гюрза сунула его тем самым стволом в грудь Пилоту.

Тот подхватил оружие, перепроверил замечание, будто не знал, что за товар предлагает, и, заменив автомат, добавил:

— Двести пятьдесят.

— А ты ничего не попутал? Калашников больше полтинника не стоит, мы же его даже без обвесов берём.

— Так ему и цена — пятьдесят камней.

— Не поняла, а за что тогда остальные двести?

— Два костюма с водоотталкивающей пропиткой — это уже сто. Патроны, магазины, рюкзак, нож, — кивнул в мою сторону Пилот.

— Ни фига себе нож, — усмехнулся я примеряясь к мачете. — Двести...

— Сдурел?! — Хозяин тут же принялся убирать только что выложенный товар, но делал это с такой ленцой, что стало ясно: торги только начинаются. — Да я и так почти по закупке отдаю.

— А ты не офигел?! — тут же взвилась Гюрза. — А кто у меня на прошлой неделе винторез за двадцать камней выкупил? Да ты калаши по десятке максимум берёшь! И то если они чуть ли не в заводской смазке. Двести десять — и это крайняя цена.

— Тогда патронов одну пачку.

— Ага, может, нам вообще порожняком за стену пойти? Этого даже на два магазина не хватит. Он же новенький, Пилот, не наглей.

— Так платишь за него ты.

— Я думала, мы друзья.

— И поэтому я должен торговать себе в убыток? Гюрза, не смеши мои подковы, ты знаешь, что в соседнем форте, такие костюмы по сотне за штуку идут.

— Понятно, ведь это ты им их по шестьдесят камней торгуешь. Мы же оба знаем, откуда они у тебя.

— Именно поэтому я отдаю их тебе по себестоимости.

— Двести двадцать, — вставил своё слово я. — Или мы уходим.

— Ой, да валите куда хотите, — отмахнулся Пилот.

— Хорошо, давай двести тридцать, — тяжело выдохнула Гюрза. — Жлоб.

— Чья бы корова мычала, — усмехнулся Пилот. — Наличными или со счёта?

— Давай по безналу. — Гюрза протянула документ.

Пилот отсканировал штрих-код, пощёлкал клавишами на ноутбуке, и под прилавком что-то загудело. Вскоре до меня дошло, что это принтер. Продавец достал распечатку и ножницами аккуратно отрезал чистую часть листа, которую тут же сунул обратно под прилавок.

— Чек сохраняйте. По нему гарантия на оружие. Две недели.

Я лишь хмыкнул на это замечание, но бумажку всё же выбрасывать не стал.

— Переоденься. — Гюрза сунула мне в руки один из костюмов.

— Прямо здесь, что ли? Тут даже примерочных нет.

— Во, понял? — покосилась на Пилота девушка. — Записывай пожелание клиентов.

— Ой, да идите вы оба в кобылий зад! — отмахнулся тот и, подхватив книгу, плюхнулся на стул. Мы потеряли для него всякий интерес, что он всем своим видом и старался продемонстрировать.

Я в очередной раз хмыкнул и принялся стягивать с себя сырую одежду. Костюм и впрямь оказался удобный. Несмотря на внешнюю жёсткость, внутри имелась приятная телу подкладка. Хотя я предпочёл бы поддеть под него исподнее. Нет, трусы остались на мне, но очень не хватало каких-нибудь кальсон или треников. Попросить Гюрзу потратиться ещё я как-то постеснялся, а о своих камнях почему-то даже не вспомнил.

В рюкзаке оказался ещё один, точно такой же, плюс несколько банок тушёнки, упаковка сухого горючего, несколько зажигалок и ещё много всяких полезностей. Даже пустой портсигар и набор цветной бумаги.

— Блин, а с капюшоном вариантов не было? — уточнил я, покрутившись перед зеркалом в обновке.

— Чего?! Может, тебе ещё и плащ выдать?! — удивлённо уставился на меня Пилот. — Гюрза, ты уверена, что стоило тратить камни на этого типа? Он же к утру скорее всего сдохнет!

— Это с чего вдруг? — не понял юмора я.

— А ты когда-нибудь пробовал обернуться в капюшоне? — спросила Гюрза.

— Точно, — смутился я своей глупости.

Казалось бы, такая удобная вещь в условиях местной погоды, а по факту она кратно увеличивает риски быть сожранным. Действительно глупо получилось. И почему я сам не догадался о такой очевидной вещи?

— Будь другом, дай ещё вон ту кепку из кожзама, — попросила Гюрза, которая с флегматичным выражением лица набивала патроны в автоматные магазины.

— Это ещё десять камней, — ответил Пилот.

— Я заплачу́, — опередил девушку я и с гордым видом отсчитал десяток разноцветных стекляшек величиной чуть больше горошины.

Гюрза помогла мне правильно надеть разгрузку, каким-то хитрым образом перещёлкнула ремень на автомате и тоже помогла его правильно разместить.

— Попробуй взять на прицел, — попросила она, и я исполнил.

Девушка слегка увеличила длину ремня и снова попросила несколько раз повторить упражнение по прицеливанию. Она поморщилась, глядя на мои потуги, затем махнула рукой, мол, пойдёт, и, попрощавшись с продавцом, направилась к выходу.

Я поспешил за ней.

— Слушай, может, пожрать ещё зайдём? — предложил я, — Со вчерашнего утра маковой росинки во рту не было. А ещё я почти сутки на ногах...

— Будешь ныть — пристрелю.

— Да кто ноет-то?! — тут же взвинтился я. — Я жрать хочу, как медведь — бороться. Не хочешь — снаружи постой, а я хотя бы яичницу должен втрепать.

— Господи, мы с тобой так до полуночи из форта не выберемся, — закатила глаза Гюрза.

— А ты не ной, — вернул ей шпильку я. — Вон харчевня как раз...

***

Поначалу, сразу после плотного завтрака меня потянуло в сон. Ещё бы, ведь я уже который день подряд не мог нормально выспаться. То дружина не давала, то девушка. Впрочем, последняя как раз жала, жаль, что не поспать. Те жалкие пару часов не считаются, хотя бывали у меня смены и похуже.

Это в последнее время государство и транспортные компании стали заботиться о своих работниках. Когда я только пришёл в профессию, у нас были лишь сжатые сроки на доставку груза. Однако тогда я был молод, полон сил и энергии, а также страсти к приключениям, которые, судя по всему, так никуда и не делись.

Сон сняло как рукой, когда мы вышли за периметр. Гюрза сразу подобралась и, кажется, даже изменилась в лице. Взгляд сделался жёстким, сосредоточенным, лицо заострилось, а движения приобрели скупость и лёгкую небрежность, присущую профессионалам. Зато исчезли болтливость и острота во фразочках. Только команды, да такие, что у меня сразу отпало всё желание противиться. Нет, я не подкаблучник, просто способен признавать силу и опыт напарника. Да и чего ради? Здесь, на улицах Мешка, я всё равно никому ничего не докажу, только сдохну, и совсем не факт, что быстро. Опыт Гюрзы очевидно превосходит мой. Вот когда доберёмся до грузовика, там и расставим точки над «и». За рулём мои навыки станут доминирующими...

«Чёрт, всё-таки меня задевает её главенство», — подумал я и полетел в лужу от жёсткого удара по ногам.

Гюрза даже не подумала меня предупредить, просто ударила, так как время шло на секунды. Раздался приглушенный хлопок, а затем что-то ударило в стену, выбив из кирпичной кладки крупную крошку. Мгновение назад там как раз находилась моя грудь.

Девушка молча нырнула под прикрытие угла и, подхватив меня за петлю на рюкзаке, лихо втянула за собой. Не уверен, что такой номер удался бы ей на асфальте, но вот по грязи я проскользил, как по мокрому снегу.

— Гюрза, это ты?! — прозвучал насмешливый выкрик. — Выходи, сучка, у нас с тобой осталось одно незаконченное дельце.

— Вставай, — прошипела она мне в самое ухо. — Двигай вон к тому дому, я прикрою.

— Ты сдурела?! — с круглыми от адреналина глазами прохрипел я. — Они меня пристрелят!

— Твою мать... — выдохнула девушка и, подняв автомат, выпустила куда-то две короткие очереди. — Уходим, их больше, чем я думала!

Девушка двинулась вдоль стены, быстро выглянула за противоположный угол и снова спряталась обратно. К тому моменту я был уже на ногах и ни на шаг от неё не отставал.

— Чёрт, там, у подъезда, ещё двое, — поморщилась Гюрза.

— И чё делать? — задал я глупый вопрос.

— Кобыле член приделать, — огрызнулась она и раскрыла портсигар. — Бери синюю, придётся тебе их убрать, иначе нам хана.

— Мне?! — Казалось, мои глаза не могут стать ещё шире, однако...

— А ты видишь здесь кого-то ещё?

— А ты?

— Мне нельзя, с момента приёмы микса ещё сутки не прошли. Или ты, или мы здесь оба подохнем...

Очередная очередь, прошедшая буквально в паре сантиметров от нас, быстро заставила принять верное решение. Я подхватил портсигар, который Гюрза выпустила из рук, чтобы прикрыть нас огнём, и трясущимися пальцами сжал трубочку из синей цветной бумаги. Это был мой первый опыт, и я понятия не имел, чего от него ожидать.

— Надеюсь, не сдохну, — буркнул я и вдохнул порцию синей пыли.

Глава 6. Монстры

Я не сдох. Я вообще ничего не почувствовал. Разве что ощущения от того, как пыль попала в лёгкие. На мгновение захотелось прокашляться, но это желание быстро сошло на нет. В остальном никаких изменений я в себе не обнаружил. А ведь время шло, и работало оно совсем не на нас.

— Ну чё замер-то?! — прикрикнула на меня Гюрза. — Давай!

Девушка бесцеремонно вытолкнула меня из укрытия. Нет, я её понимал, несмотря на острое желание выстрелить ей за это в ногу. Может, она и привыкла к вечным стычкам, но я-то совсем ещё зелёный.

Страх вскружил голову, доводя меня до грани сумасшествия. Однако сейчас меня терзал совсем другой барьер: как можно убить человека?! И я понятия не имел, как через него перешагнуть. Мне что, просто взять и выстрелить кому-то в голову? Вот так запросто?

— А-а-а!!! — заорал я во всю мощь, и тут мир вокруг загустел.

Нет, я понял, что произошло: так работала синяя пыль. Моё тело ускорилось настолько, что всё остальное в сравнении со мной просто остановилось. Но это было так дико и удивительно, что я напрочь забыл и о страхе, и о сомнениях. А ещё я замер. Вот так, тупо встал столбом прямо на открытой местности и раскрыл хавальник, восторгаясь волшебной способностью.

И… ощутил тычок в грудь. Вначале просто неприятный, резкий и острый. Но спустя два удара сердца у меня потемнело в глазах, а тело пронзила такая боль, что спёрло дыхание. Я не мог ни кричать, ни стонать, как это всегда показывают в фильмах. Ни о каком продолжении боя не могло быть и речи. Я попросту рухнул в грязь, пытаясь сделать хоть один вдох, чтобы заорать ещё громче, чем в момент атаки.

Однако боль не отступала. В ушах стоял звон, в глазах слёзы, кто-то меня тормошил, а может, куда-то тащил. Я не понимал, что происходит, и уже готов был отдать душу высшим силам, если таковые существуют. А вот у них на меня, похоже, имелись другие планы. Лица Гюрзы я не видел. Так, лишь мутное очертание силуэта. Вместо слов в уши врывался булькающий гул, в котором не получалось разобрать отдельные звуки.

А затем тело наконец-то позволило мне наполнить лёгкие воздухом. Честно говоря, я даже не знал, что было хуже: шок, который я только что испытал, или то, что пришло ему на смену. Отныне я с уверенностью могу заявить, что в кино показывают полнейшую чушь. Человек, словивший пулю, больше не сможет продолжать бой, это находится за пределами возможностей.

Со всех сторон грохотали очереди. Кто-то кричал. А я лежал в луже и мечтал поскорее сдохнуть, лишь бы прекратилась боль.

— Живой?! — ворвался в голову чей-то голос.

Да, сейчас бы подскочить и, небрежно отмахнувшись, выдать геройскую фразу о царапине. Вот только в реальности я даже вопроса не понял, а про ответ и вовсе не помышлял. За что схлопотал звонкую пощёчину.

— Не вырубайся! Слышишь меня?! — Хлёсткий щелчок по щеке повторился. — Я кому сказал?! На меня смотри!

«Да иди ты в жопу, козлина!» — очень хотелось ответить этому человеку, однако вместо этого я просто застонал.

— Да открой ты хавальник! — Он схватил меня за подбородок и надавил на мышцы так, что я невольно раскрыл рот.

Что-то снова влетело в лёгкие, а затем боль сменилась.

Всё испытанное до этого показалось детским лепетом. Мне натурально залили в глотку раскалённый металл, но я почему-то не сдох, а впитал его и запустил в путешествие по венам. Горело абсолютно всё. Готов поклясться, что я чувствовал боль даже в волосах. Нет, не в коже, из которой они росли, а прям конкретно, в самой шевелюре.

Когда всё стихло, я понял, что меня куда-то несут. Вот так, словно мешок с картошкой, завалили на плечо и тащат в неизвестном направлении. И судя по запаху смеси из ГСМ, это явно не Гюрза, а какой-то мужик. Перед глазами мелькает мокрый асфальт, и ничего не понятно. Вначале я хотел побрыкаться, но решил этого не делать. Лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Тем более что у меня совсем ничего не болит... Мать иху так, какое же это благо!

Мы куда-то свернули. Затем ещё раз, после чего остановились. Меня спустили с плеча и помогли удержать вертикальное положение. Вот теперь я наконец смог посмотреть на своего спасителя. Впрочем, пока меня несли, я уже догадался о том, чьи широкие плечи смогли выдержать мой вес.

— Мост! — обрадовался я и даже полез обниматься.

Нет, обычно я нормальный человек и подобных вольностей себе не позволяю. Но ещё минуту назад я прощался с жизнью, уже смотрел в пропасть, так сказать — одной ногой переступил черту... В общем, мне сейчас и не такое можно.

Однако Мост, похоже, не был со мной солидарен и вместо ответных объятий жёстко остановил меня, уперев ладонь в грудь.

— Только попробуй, и я тебе челюсть сломаю, — пригрозил он, заставив меня смутиться.

— А ты чего здесь?

— Стреляли, — угрюмо буркнул он и легонько толкнул девушку в спину. — Ну, чего там?

— Вроде тихо, — ответила она не отрываясь от оружия, вместе с которым палила обстановку за углом. — Твари их доедают. Никогда бы не подумала, что так обрадуюсь их появлению. Спасибо, кстати, выручил.

— Всё, Гюрза, мы с тобой в расчёте.

— Уверен, что не хочешь с нами? — уточнила она. — Сто штук — серьёзная сумма.

— Не нуждаюсь, — упрямо покачал головой Мост.

— Жаль, — поморщилась Гюрза. — Нам бы пригодился хороший штурмовик.

— В смысле? — не выдержал я и перевёл взгляд на бывшего начальника.

— Не твоё дело, — буркнул в ответ он. — Всё, Гюрза, я сказал — нет. Научись уже принимать отказы.

— Ну так зачем тогда припёрся? — ухмыльнулась она.

— Не переживай, в следующий раз пройду мимо. — Он скорчил рожу.

— Давай так: ты проводишь нас до тачки, а потом делай что хочешь, — не унималась девушка. — Давай, Мост, ты мне всё ещё должен.

— Ни хрена я тебе не должен! — раздражённо ответил он. — Я только что спас ваши задницы. И в следующий раз постарайся поменьше трепать языком, особенно о своих планах.

— Нет, должен, и ты лучше меня это знаешь. Я помогла тебе разрулить вопрос с Сейфом, и ты в курсе, чего мне это стоило.

— Если бы не ты, этого вопроса даже не возникло бы! — Мост на мгновение замолчал и как-то странно уставился на Гюрзу. — Только не говори, что собираешься забрать ту самую машину!

— Ты хоть представляешь, какие это бабки?! Уже год прошёл, все давно забыли о грузе.

— Вот скажи мне: ты дура?! Реально думаешь, что сможешь продать то, что там лежит?!

Я слушал их разговор и кусал губы, чтобы не дай бог не спугнуть эти откровения. От вопросов и любопытства меня натурально разрывало на части. Но я терпел и впитывал каждое сказанное слово.

— У меня есть человек, который готов выкупить всю партию.

— А ты уверена, что он не грохнет вас обоих, как только получит груз? Или что он не человек Мазая? Гюрза, подумай как следует... То, что там лежит, способно изменить баланс сил в Мешке. Никто в здравом уме не оставит живых свидетелей.

— Поэтому нам и нужен ты, — упрямо помотала головой Гюрза.

— Не хочу вас прерывать, — наконец подал голос я, — даже не представляете, насколько. Но там какой-то гном только что дорогу перебежал. Думаю, он по наши души.

— Чёрт! — выругалась Гюрза. — Ненавижу жёлтых ублюдков. Следи за воздухом.

С этими словами девушка вскинула автомат и принялась водить стволом по окнам ближайшего дома. Мост тоже притих и перевёл предохранитель на оружии в режим очереди. Но в отличие от Гюрзы, внимательно всматривался туда, откуда мы пришли.

— А вот и подмога явилась, — буркнул он и вдавил спуск.

Я не видел, куда он стреляет, но страшный визг, что донёсся из полумрака, доказал правильность его поступка. Буквально в ту же секунду протрещала очередь из автомата Гюрзы. Вниз полетели разбитые стёкла, но на асфальт они так и не упали. Какая-то неведомая сила подхватила их буквально в полуметре от поверхности, развернула острыми концами в нашу сторону и...

— Ложись, раззява! — Мост сбил меня с ног и сам рухнул рядом.

Стёкла со свистом пролетели над нашими головами и с противным звоном и хрустом впечатались в кирпичную стену, у которой мы прятались.

— Вижу! — зачем-то оповестила нас Гюрза и снова мазнула стволом по окнам типичной пятиэтажки напротив.

Мост продолжил палить вдоль дороги, пытаясь попасть по какому-то невидимому противнику. Хотя... Всего на мгновение я смог засечь двойку тварей. У меня сложилось впечатление, будто они телепортируются. Однако я уже видел их на картинке и знал, что их талант — скорость. Они настолько быстро перемещались, что буквально исчезали из поля зрения. Глаз попросту не успевал это зафиксировать.

Я тоже поднял оружие и направил его в сторону врага. А когда тот наконец вновь появился буквально в паре десятков метров от нас, вдавил спусковой крючок. Оружие задёргалось в моих руках, да так сильно, что я практически утратил над ним контроль. В отличие от меня, Мост словно знал, где появятся твари, и снёс одного из синих короткой очередью прямо в рожу. Но вот последнего убить не успел, а я, как и должно было случиться, промазал.

Своё следующее появление тварь зафиксировала на мне. Я даже не понял, как оказался на спине, а монстр уже занёс для удара лапу с острыми когтями.

На этот раз быстрее оказалась Гюрза. Несколькими точными выстрелами она вышибла кровавые ошмётки из головы синего, и тот всей тушей завалился на мою грудь. Я вроде никогда не был слабаком, однако самостоятельно выбраться из-под тела монстра не смог, как ни пытался. Мост с Гюрзой помогли, вытянули меня за руки.

— Валим, пока остальные не подтянулись, — скомандовала девушка, и я был полностью с ней согласен.

— Мне туда, — упрямо махнул рукой в сторону форта Мост.

— Как хочешь, — пожала плечами Гюрза и уставилась на меня. — Ты тоже с ним?

— Нет. — Не знаю почему, но вопреки настоящему желанию я принял сторону девушки.

— Тогда уходим, мы слишком много шума подняли. И магазин смени.

— Угу, — кивнул я и принялся возиться с механизмом.

— Ладно, забей, потом, — бросила Гюрза и, схватив меня за руку, потянула за собой.

Мост ушёл в противоположную сторону. Однако не прошло и минуты, как его топот вновь прозвучал у нас за спинами. Девушка даже хотела в него пальнуть, но вовремя удержалась.

— Твари, — коротко объяснил он смену решения.

Комментировать его действия она не стала, просто криво ухмыльнулась и продолжила бег трусцой.

Не знаю как, но я умудрился где-то зачерпнуть воды в ботинок, и теперь одна нога постоянно хлюпала, а ещё — скользила внутри обуви. Ощущения не самые приятные, но я решил промолчать, по крайней мере, до того момента, пока мы не окажемся в безопасности.

Откуда же мне было знать, что в Мешке таких мест нет?! Мне, конечно, говорили об этом, но одно дело слышать от кого-то, и совсем другое — попасть лично.

Гюрза резко, без предупреждения остановилась, и я влетел ей в спину. И вместо того, чтобы дать девушке переждать опасность за углом, нечаянно вытолкнул ее на следующую улицу. А там, как назло, вышагивало очередное кошмарное чудовище.

Долговязый, макушкой почти до второго этажа, с крепким торсом, увенчанным крохотной, почти как у котёнка, головкой и огромными накачанными ручищами. Вся эта туша держалась на тощих ногах и выглядела несколько комично, но улыбка быстро исчезла с моего лица, когда монстр вырвал из тротуара фонарный столб и размахнулся им, словно пушинкой.

Гюрза полоснула очередью по его ногам и тут же снова спряталась за угол. Со стороны твари раздался рёв и металлический грохот, после чего девушка вновь высунулась и произвела два одиночных.

— Чисто, — скомандовала она, и наш крохотный отряд снова пустился в бега.

Я ещё от первого марш-броска отойти не успел, а этим хоть бы что, даже дыхание не сбилось. У меня же ноги налились свинцом, а в намоченном ботинке, кажется, начала натираться мозоль. Но я лишь сильнее стиснул зубы и продолжил бег. Неудобно как-то скулить при девушке...

Я не слабак и могу дать в глаз при необходимости. Даже Мост вон похвалил меня за крепкие руки, когда мы с ним коробку перебирали. Вот только сидячий образ жизни наложил отпечаток на мою физподготовку. Ну какой из меня бегун, если я по шестнадцать часов в сутки провожу в удобном водительском кресле? Геморрой с простатитом — мои лучшие друзья... на пенсии.

Однако страх и стыд перед девчонкой продолжали гнать меня вперёд. Боковая часть большого пальца на промокшей ноге уже отдавала резкой болью при каждом движении, но я молчал. Впрочем, сил, чтобы болтать, у меня давно не осталось. А Мост с Гюрзой, похоже, и не собирались останавливаться.

Когда я уже был готов рухнуть в лужу и начать молить об отдыхе, с соседней улицы прогремел одиночный выстрел. Друзья тут же остановились и принялись крутить головами. Мне было совершено плевать на всё. Я пытался отдышаться, с хрипом втягивая в лёгкие воздух. Пот и капли дождя стекали по мне ручьями. Одежда стала мокрой не только снаружи, но и внутри. Подкладка неприятно липла к телу. Хотелось поскорее сбросить шмотки, чтобы хоть немного обсохнуть. А с неба всё так же непрерывно лилась вода. Я и раньше не любил дождь, но сейчас нелюбовь переросла в ненависть.

— Охотники, — заявила Гюрза, — выманивают кого-то. Успеем проскочить.

— Согласен, — кивнул Мост. — Давай через Чёртов мост.

— Уверен?

— А у тебя есть ещё варианты?

— Если твари пойдут оттуда, нам хана.

— Не пойдут, — уверенно заявил бывший шеф. — Зато там через спальник до второй главной развязки рукой подать. Но если хочешь, можем через площадь попробовать.

— Нет, там, скорее всего, охотники и засели. Это их любимое место.

— Тогда не вижу смысла базарить.

— Ты вообще идти не хотел, так что не командуй, — огрызнулась Гюрза. Она выдержала крохотную паузу и с важным видом добавила: — Есть у меня одна идея.

— Поделиться не хочешь? — поинтересовался Мост.

— Тебе не понравится, — поморщилась она.

— Выкладывай, — с нажимом произнёс Мост.

— Здесь неподалёку Дьякон с дружками засел. Они помогут до подземки добраться.

— И с чего ты так решила? — спросил Мост, а затем осекся, уставился на подругу и заиграл желваками. — Ты дура?! Вот ответь мне, Гюрза, ты совсем из ума выжила?!

— Не ори, у меня есть план.

— Да иди ты козе в трещину со своими планами! — взревел бывший начальник. — Ты собираешься продать груз пиратам?!

— Нет, — покачала головой Гюрза. — Они выступают в качестве посредников.

— Кто покупатель? — сухо спросил Мост, — И не вздумай врать!

— Торговый союз, — выдохнула девушка. — Да честно! Не надо на меня так смотреть!

— Ладно, — как-то резко успокоился Мост.

— Что ладно? — уточнила Гюрза.

— Я с вами. Но при одном условии.

— Я вся внимание.

— Пираты побоку.

— Хорошо, — мгновенно согласилась девушка. — Какой план?

— Идём через мост, на вторую главную развязку. Оттуда на север. Нужно много чего закупить, а главное, его стрелять научить, пока он нас случайно не грохнул, — кивнул в мою сторону Мост. — Всё, кончай сопли жевать, двинули.

Наш маленький отряд снова отправился в путь. Однако первый же мой шаг отозвался острой режущей болью в большом пальце. Я честно старался не подать вида, но это было выше моих сил. И не ускользнуло опытного взгляда Моста.

— Что с ногой? — тут же спросил он.

— Кажется, мозоль, — признался я. — Ничего, потерплю.

— Микс ещё есть? — Мост перевёл взгляд на Гюрзу.

— А рожа не треснет? — моментально возмутилась она. — У меня последний остался. Мало ли что?

— Да ладно, ничего страшного, — снова включил героя я. — До рассвета продержусь, а там что-нибудь придумаем.

— Посмотрим, — кивнул бывший начальник и, судя по всему, нынешний командир.

По крайней мере, Гюрза уже слушалась его без пререканий. Ну, насколько это вообще было возможно с её стороны. И изменения эти случились сразу, как только Мост согласился идти с нами. К нему будто по умолчанию перешли бразды правления отрядом.

Мы свернули вправо, в небольшой проулок между двумя высотками, а когда вышли с противоположной стороны, город будто подменили. Современные постройки исчезли. Вместо них улицу образовывали небольшие, выстроенные длинными рядами дома середины девятнадцатого века. Красный кирпич, крохотные окна и толстые стены. Улица уходила перпендикулярно от современной и заканчивалась тем самым Чёртовым мостом.

Вот теперь стало ясно, отчего он так назывался. Проехать по нему было невозможно. Он находился в настолько плачевном состоянии, что казалось, вот-вот рухнет окончательно. Часть совсем обвалилась, и пройти можно было лишь по тонкому бордюру с одной стороны.

— Он что, бомбёжку пережил? — спросил я.

— Без понятия, — пожала плечами Гюрза. — Он всегда такой был.

— А других путей на вторую развязку нет? — попытался выяснить я.

— Увы, кроме как здесь, по-другому на неё не выйти. Можно в обход, но там сейчас твари, да и по расстоянию раз в пять больше получится, — ответил Мост. — Главное, не отставай и всё делай в точности как я.

— Я одна на той стороне зелёного вижу? — скептическим тоном произнесла Гюрза. — Если он нас заметит — хана.

— Клювом поменьше щёлкай, — осадил подругу Мост. — Нам главное середину преодолеть, там на пятачке отстреляемся.

— А где он, этот ваш зелёный? — поинтересовался я.

— Вон у поворота горб торчит, — указала пальцем девушка.

— Эх, едрить твою налево! — возмутился я, когда нашёл взглядом чудовище.

Величиной примерно с «газель» и чем-то похоже на черепаху, только более… вытянутую, что ли? Даже нет, скорее броненосец, только морда осталась от рептилии.

— Может, его лучше отсюда пристрелить? — задал я очередной глупый вопрос.

Мне не ответили, просто покосились как на идиота.

— Я первым пойду, ты следом. — Указательный палец Моста упёрся мне в грудь. — Гюрза замыкает.

Я думал, что уже натерпелся страха, но когда мы выбрались на мост, возвышавшийся над железной дорогой, сердце натурально ушло в пятки. И вроде высота небольшая, всего метров двадцать, но сверзиться с неё не очень-то хотелось. А наполовину разрушенный мост так и норовил подбросить под ноги какую-нибудь подставу. Я лишь на мгновение зазевался и наступил чуть левее, чем требовалось. Часть основания ушла из-под ноги так быстро, что я не успел сообразить и едва не полетел следом. Хорошо, что Гюрза успела сориентироваться и помогла удержать равновесие, подтянув меня назад за петлю на рюкзаке.

Больше я клювом не щёлкал. Страх разогнал сердце до небывалых скоростей, даже боль в натёртой мозоли не чувствовалась. А впереди ожидала самая весёлая часть похода: отсутствие части моста и тоненький швеллер с остатками перил. Командир ступил на него и боком, быстро перебирая руками и ногами, начал переходить на другую сторону, где ещё остался островок основания.

— Ну, чего встал? — подтолкнула меня в спину Гюрза. — Давай, шевели копытами.

Я судорожно сглотнул и перенёс ногу на швеллер. Руки предательски затряслись, голова закружилась, и это несмотря на то, что я не особо боялся высоты.

— Да чтоб тебя! — выругалась Гюрза за спиной, вынуждая меня обернуться.

Я хотел сказать что-то в своё оправдание, но её взгляд был направлен вовсе не в мою сторону. А значит, и фраза тоже предназначалась кому-то другому. Я посмотрел на Моста, который уже практически перебрался на безопасный пятачок, и вдруг понял, что именно подразумевала Гюрза.

Зелёный, что спокойно стоял на перекрёстке, всё-таки нас заметил и сейчас на всех парах нёсся в нашу сторону. Впрочем, его скорость не сильно превышала черепашью, так что нас он достигнет не так скоро. Другое дело синие, которые мчались впереди. Один из них уже телепортировался на мост, аккуратно завершив прыжок на поручне перил. А значит, преодолеть провал для него особого труда не составит.

— Бойся! — крикнула Гюрза и подняла ствол автомата.

Короткая очередь прошла мимо твари. Точнее, монстра там уже не было. Пули щёлкнули по перилам, а синий появился на десяток метров ближе к нам. К этому моменту Мост уже достиг пятачка и из положения сидя открыл огонь по зелёному. В чём смысл, я так и не понял, ведь синие были гораздо ближе и намного быстрее и опаснее. Но вопреки здравому смыслу, Мост продолжал поливать свинцом черепаху.

— Ползи, я прикрою! — Этот крик уже предназначался мне.

Вот только я замер от страха, не в силах пошевелиться. Умом понимал, что нужно двигаться дальше, чтобы занять устойчивую позицию и помочь товарищу отстреляться от тварей, но тело отказывалось слушаться. Каким-то невероятным усилием воли я сместил ногу в следующий пролёт, между секциями перил. Затем ещё раз… и ещё...

Всё моё внимание было приковано к схватке. Шустрая синяя тварь уже достигла пятачка, на котором отстреливался Мост. Огромная черепаха замерла с противоположной стороны и, открыв розовую пасть, взревела. Этим и воспользовался командир, выпустив в неё остатки магазина. Как я это понял? Да всё просто: отстрелянный упал ему под ноги. Вот только новый он уже вставить не успевал.

Дальнейшая схватка заняла считаные секунды. Мост ушёл в кувырок и буквально в последний момент ускользнул из-под атаки синего. Того уже держала под прицелом Гюрза, и как только рывок монстра завершился, сняла его короткой очередью прямо в голову.

Мост вышел из кувырка, одним точным движением вставил полный магазин в приёмник и из положения сидя разворотил морду следующей твари, которая приземлилась на край пятачка.

Оставшаяся часть боя меня уже не интересовала. Я оступился.

Мокрые руки соскользнули с перил, и я почувствовал, что начинаю проваливаться. Время остановилось, но это уже было следствием адреналина, а не синей пыли. Внутренности прыгнули к горлу, а под ногами разверзлась пропасть, принимая меня в свои объятия.

Глава 7. Да вы психи!

Прошла секунда, за ней вторая, уже подходила к концу третья. По всем законам физики я уже должен был встретиться с землёй и выплюнуть лёгкие. Однако падение не заканчивалось. Наверное, именно это и называется игрой разума, когда он до бесконечности растягивает ощущение времени. А может, я уже давно разбился в лепёшку, просто не почувствовал момент смерти. Лежу сейчас на железнодорожных путях, будто сломанная кукла, и смотрю в небо остекленевшими глазами.

Спина коснулась чего-то жёсткого... Вот оно. Сейчас моё тело пронзит боль, несравнимая ни с чем из того, что я ощущал раньше.

И снова прошла секунда, за ней вторая… но смерть не спешила принимать меня в свои ледяные объятия.

— Да шевели ты булками! — прогремел в ушах голос Гюрзы.

А я наконец почувствовал боль, вот только не там, где ожидал. Похоже, девушка бесцеремонно пнула меня по рёбрам. Я что, жив? Но как?

— На два часа! — прозвучал голос Моста, а вслед протрещала автоматная очередь.

Очередной пинок заставил меня распахнуть глаза.

— Вставай, придурок! — прокричала мне в самое лицо Гюрза.

— Да не ори ты, — совершенно спокойно отреагировал я. — Дай умереть спокойно.

— Перебьёшься, — усмехнулась она. — Не в мою смену. Давай, шевели копытами, нам валить нужно.

Она помогла мне подняться, и мы втроём продолжили бесконечную гонку по закоулкам Мешка. Чёртов мост остался позади, как и странный краснокирпичный район.

Мы ворвались в типичный спальник, в архитектуру которого очень гармонично вписалась огромная транспортная эстакада развязки. Высота дорожного полотна местами достигала окон четвёртого этажа. Сложно представить, как в таких условиях могли жить люди. Сейчас, конечно, район безжизненный, но это нисколько не влияло на ощущения, скорее напротив, усиливало общее впечатление.

— Не зевай, — подтолкнул меня в спину Мост. — Следи за окнами. Если что — ори.

— Угу, — кивнул я, но всё равно продолжил рассматривать причудливое решение архитектора.

Я много где побывал, но такое видел впервые. Даже в Москве, переполненной подобными сооружениями, старались обходить жилые кварталы и по возможности минимизировали транспортный поток в спальных районах. Однако моё любопытство принесло свои плоды. В одном из окон я вдруг заметил движение и, не говоря ни слова, полоснул по силуэту из автомата. Окна брызнули осколками стекла, которые тут же продолжили полёт в нашу сторону.

На сей раз я успел предупредить своих первым.

— Ложись! — завопил я, и Гюрза с Мостом грохнулись на асфальт, не задавая лишних вопросов.

М-да, мне до их выучки ещё далеко. Хотя как знать? По сути, сегодня мой первый добровольный выход в открытый мир. Если такое здесь каждый раз... В общем, учиться придётся быстро. Только сегодня я мог умереть дважды, а может, и того больше.

— Ненавижу жёлтых, — пробормотала Гюрза, когда ей наконец удалось пристрелить мелкого гнома.

— А меня больше других зелёные бесят, — вставил свои пять копеек Мост.

— Народ, может, расскажете, почему я всё ещё жив? Я ведь должен был в лепёшку разбиться! — наконец спросил я.

— Я под жёлтой пылью, — совсем непонятно объяснил Мост.

— Ни хрена не понял, но очень интересно, — ответил я мемной фразой.

— А ты мозги включи, — ухмыльнулась Гюрза.

— Тихо, кажется, едет кто-то, — насторожился Мост.

— Да хрен с ними, — отмахнулась Гюрза. — Нам теперь что, каждого шороха бояться?

Однако мы всё равно спрятались. Мост опять вдохнул жёлтую пыль и перенёс нас, а затем и себя, в окно ближайшей высотки. Тем самым вопрос, каким образом я остался жив и не размазался по железке, был снят. Телекинез — сила, хоть и не всегда полезная в Мешке.

Как я уже понял, здесь важен баланс, а не любимый навык. С другой стороны, если каждый станет использовать определённый цвет пыли, то слаженная командная работа сможет горы свернуть. Но это не точно. Я пока ещё слабо разбирался в нюансах и наверняка не знал многих тонкостей. А в том, что их здесь хватает, успел убедиться на собственной шкуре.

Мы дождались, когда мимо проедет колонна машин. Скорее всего — торговцев. Её вид, конечно, впечатлял: мощные грузовики, на которые наварили дополнительную защиту, сопровождало несколько УАЗов без крыши, но с пулемётными турелями в багажнике. Головным транспортом шёл БТР, как и замыкающим. Чтобы напасть на такой караван, это нужно совсем головы лишиться, но как я понял, подобное здесь творится сплошь и рядом. И да, речь сейчас о двуногих тварях, что называют себя людьми.

Мы выбрались из укрытия и неспешной походкой продолжили путь к загадочной «подземке». Гюрза о ней уже все уши прожужжала. А я не переставал удивляться тому, как привычно они держат оружие. И дело вовсе не в тактической походке, нет, мы двигались абсолютно нормально, будто по парку гуляли. Однако я то и дело поправлял автомат, который никак не желал висеть ровно. Лямка постоянно натирала шею, ствол так и норовил клюнуть вниз. А эти будто родились с оружием в руках.

Такое сложно объяснить, но заметно невооружённым взглядом. Всё равно что наблюдать за штукатуром с двадцатилетним стажем. И всё-то у него чётко, всё ровно, как по линеечке, при этом движения скупые, с лёгкой небрежностью. А попробуешь повторить — и хрен что получится. Вот и с моими приятелями так же. Идут себе, языками чешут, а чуть где какой шорох услышат, так автомат вдоль глаз встаёт с такой скоростью, что я даже «а» сказать не успеваю. И держат оружие крепко, уверенно. А ведь как ни крути, оно почти три килограмма весит.

Но больше всего мне нравилось смотреть, как Гюрза его перезаряжает. Это действительно нечто, особенно когда я сам попробовал за ней повторить. Не глядя, отточенным движением: хлоп, хлоп — и готово. На всё удовольствие едва секунда уходит, в то время как у меня даже отстегнуть магазин с первого раза не получается. Не то что вставить.

Мы миновали развязку и теперь двигались по частному сектору. Дома не выше двух этажей, некоторые выглядели очень богато, другие — словно избушки из прошлого века. Но меня больше всего пугала дорога, а точнее, тот лабиринт, в котором я уже заблудился. И это несмотря на то, что никогда не жаловался на память в подобных ситуациях. Ведь вся моя прошлая жизнь была связана с асфальтом и тем, куда он вёл. Порой транспортные кампании размещают свои склады в таких дебрях, что без бутылки не разберёшься. А хвалёные навигаторы чаще путают, чем помогают.

Но здесь... В общем, это было нечто. Хорошо, что хоть тварей не видно. Не удивлюсь, если они стараются сюда не соваться, чтобы не затеряться в паутине улиц и переулков, бо́льшая часть которых заканчивается тупиками.

— Ты точно помнишь, куда нужно идти? — спросил Мост и бросил настороженный взгляд на часы. — До рассвета три часа, и если мы не успеем...

— Я хоть раз тебя подводила?

— Да постоянно, — не моргнув глазом, ответил он.

— Ой, всё... — раздражённо отмахнулась Гюрза.

Я старался не влезать в их дружеские перепалки. Во-первых, я ещё мало что понимал в правилах Мешка, а во-вторых, толком не знал ни Моста, ни Гюрзу, чтобы справедливо судить их поступки. К тому же все мои мысли были только о большом пальце на ноге, который болел так, что я уже заметно хромал. И вроде ботинки удобные, и зашнурованы крепко — Мост проверил, но мне от этого не легче. Возможно, всё дело в том, что я отвык передвигаться пешком и чаще всего был обут в домашние мягкие тапочки.

— Вон он! — радостно объявила Гюрза, указывая пальцем на территорию, окружённую высоким забором.

И снова у меня появилось ощущение диссонанса. Просто странно было видеть какую-то промзону прямо посереди коттеджного посёлка. Ну не строят так люди, это бессмысленно. У всего есть привычный порядок, какой-то план. А тут словно у архитектора напрочь отсутствовало понимание того, как обычно живут люди.

— Что это? — спросил я.

— Какая-то военная часть, — ответил Мост.

— Это ещё страннее, — пробормотал я.

— В смысле? — уточнила Гюрза, услышав мою фразу.

— Ну... — замялся я, — Просто люди так не строят. Чудно́ это, чтобы вот так, посередине посёлка — и военная часть.

— Это ещё что, — усмехнулся Мост. — Я здесь район видел, так там верфи посреди делового центра. Представляешь — стеклянные небоскрёбы, а среди них подъёмники и ржавые останки кораблей. А главное, рядом ни намёка даже на водохранилище, не то что на море.

— Да уж... — только и смог выдавить я.

— Мешок, — развела руками Гюрза, будто это всё объясняло.

— Странное место, — снова едва слышно пробормотал я.

— И не говори, — поддержала Гюрза.

Мы вошли на территорию военной части. Хоть я не специалист в подобных вопросах, но выглядела она довольно типично. Несколько невысоких построек, затем большой асфальтированный плац, на котором каждое утро выстраивались войска. Следом за ним несколько пятиэтажных корпусов, скорее всего, казармы. Слева, очевидно, склады, потому как я понятия не имею, что ещё можно обустроить в железных ангарах. Справа — станция ГСМ и гаражные боксы.

Однако я понял, что именно меня смутило. С толку сбивала общая картина заброшенности. Вот только эта часть, похоже, никогда не видела человека. Вообще. Здесь попросту отсутствовали все следы пребывания кого-либо живого. Словно её построили, но в пользование так и не сдали. Ни тебе плакатов с лозунгами, как в том форте, который тоже являлся в прошлом военной частью, ни надписей на стенах. Будто макет, выставленный под стеклом в музее.

— Нам сюда, — определила направление Гюрза.

Мост молча кивнул, а я просто последовал за ними.

Вскоре мы подошли к железным воротам в холме. Именно так обычно маскируют оружейные склады или бомбоубежища. Чтобы с воздуха было непонятно, что здесь такое. Гюрза потянула створку на себя, и та с противным скрипом отворилась. Изнутри потянуло промозглым холодом и сыростью, несмотря на то, что снаружи продолжало лить как из ведра. Не сказать, что я привык к местным погодным условиям, но воду с лица уже не вытирал.

Мост щёлкнул фонарём, закреплённым под стволом автомата, и мы шагнули внутрь.

Шаги гулко отражались от бетонных стен тоннеля. Мы двигались по нему уже добрых полчаса, а он всё не кончался. Шум дождя давно уже стих за спиной, а слегка покатый пол намекал, что мы спускаемся куда-то под землю.

Я уже бросил гадать о предназначении этого места. По конструкции и форме очень похоже на тоннели метро, но пол ровный, без намёка на железнодорожные пути. Хотя свод отделан типичными чугунными тюбингами. По стене тянутся толстые кабели и трубы коммуникаций, но электричества здесь вроде как нет. По крайней мере, лампочки под потолком не светятся.

На бомбоубежище это место тоже не тянуло. Опять же, я не специалист, но интернетом пользоваться умею и не раз видел, как выглядит типичный бомбарь. Да что там говорить, здесь даже ответвлений нет — просто тоннель, который постоянно куда-то спускается.

— Вон он, — радостно объявила Гюрза, когда впереди мелькнули едва заметные красные огоньки.

Лишь спустя пару минут, когда свет фонаря выхватил силуэт фуры, до меня дошло, что это светоотражатели задних фонарей.

— Сможешь выгнать её отсюда? — спросила девушка, когда грузовик было уже отчётливо видно.

— Да без проблем, — пожал плечами я. — Если она на ходу, не вижу ничего сложного.

— Ну, там есть пара нюансов, — неопределённо добавила она.

— Что за нюансы? — заинтересовался я.

— Сейчас сам всё увидишь, — вместо неё ответил Мост.

Впрочем, я и сам видел, что прицеп стоит неровно. Словно кто-то уже пытался выгнать отсюда машину, но не сумел справиться с управлением, и прицеп начал поворачивать, а затем вообще встал враспор по диагонали. Но даже если так, ведь нет ничего сложного сдать чуть-чуть вперёд, выровнять его и попытаться снова.

К слову, никто не мешает зацепить его другой техникой и вытянуть наружу. А уже там, на открытой местности, крутись как хочешь. В общем, вопросов было больше, чем ответов, но лишь до тех пор, пока мы не подошли к машине и я не смог рассмотреть реальную проблему.

Прицеп пытались загнать в поворот, в который он не мог пройти по всем законам физики. Мало того, вся левая сторона колёс была спущена до ободов, а рама прицепа погнута. Да уж, в таком состоянии выгнать машину будет совсем не просто. Но всё равно, вопросы ещё оставались.

— А вы не пробовали его тросом вытянуть? — спросил я.

— Лично я вообще не собирался его доставать, — пожал плечами Мост.

— Ой, а я что-то об этом даже не подумала… — Гюрза смущённо почесала переносицу. — Так ты сможешь его выгнать?

— В таком состоянии?! — возмутился я, — Да вы его намертво враспор поставили!

— Выходит, что мы покойники, — зачем-то объявил Мост, бросив взгляд на часы. — Если не сможем отсюда уехать, до форта уже не успеем.

— И чё встали тогда?! — моментально оживился я. — А ну подсади!

Мне помогли вскарабкаться на крышу прицепа, по которой я дополз до кабины. Там осторожно спустился, осмотрел крепления и тормозные шланги. Затем добрался до двери, привычным движением забрался на водительское сиденье и с ухмылкой осмотрел салон.

Да, вот теперь я в своей стихии. Может, я и не умею пользоваться оружием, зато эта ласточка будет слушаться меня, как дрессированный пёс.

Ключ обнаружился в замке зажигания, а приборная панель даже отреагировала на его поворот. Выходит, аккумулятор ещё не сдох, а значит, есть надежда. Хоть и с натугой, но стартер всё-таки смог провернуть коленвал, и мотор громко затарахтел, заполняя тоннель удушливым дизельным выхлопом.

— Эй, поберегись! — крикнул я, перевёл рычаг в положение R и выкрутил руль до упора влево.

Пришлось повозиться, чтобы высвободить прицеп из зажима. Но сейчас передо мной не стояла задача оставить его невредимым. Так что с противным скрежетом и хрустом я сумел выставить его параллельно тоннелю. Потихоньку продолжая сдавать назад, я выровнял «голову», но на этом сложности не закончились. Будка постоянно норовила уйти с траектории, и её приходилось периодически ловить, чтобы снова не поставить её поперёк тоннеля. Мост с Гюрзой шли следом, перед кабиной, и постоянно что-то кричали, не забывая при этом махать руками. Наверняка они думали, что помогают, но на самом деле лишь отвлекали. Я таких рулильщиков ещё в прошлом мире матюками в три этажа обкладывал. Этих тоже хотел, но оружие в их руках немного смущало.

— Да заткнитесь вы оба! — выругался я после очередного ненужного совета. — Лучше в кабину полезайте, а то ползём здесь, как хрен на похоронах.

Девушка что-то буркнула в ответ, но за рокотом мотора я её не расслышал. Мост ускорил шаг, прямо на ходу запрыгнул на подножку и влез в салон. Пришлось остановиться. Нет, не затем, чтобы ему было удобнее, просто вместе с дверью отвернулось и зеркало заднего вида.

— Чё замер? — следом с комментарием влезла Гюрза, — У нас сорок минут до рассвета. Жми!

— Ага, щас зажму — в глазах потемнеет, — огрызнулся я.

Мне теперь можно, потому что я в своей стихии, и равных мне нет. Среди присутствующих, конечно. Так-то я на звание лучшего водителя не претендую, хотя кое-что умею.

— Что там? — кивнул я на прицеп.

— Понятия не имею, — ответил Мост. — Но за этот груз несколько фортов на камни разобрали.

— То есть вы за всё это время даже не удосужились проверить будку?! — удивился я. — А вдруг мы там баб надувных возим? Или ещё чего похуже?

— П-хах, — хрюкнула от смеха Гюрза. — Даже стесняюсь спросить, что может быть хуже? Труп вьетнамской проститутки?

— Оружие, например, или наркотики.

— М-да, — протянула девушка. — Этого добра здесь на каждом углу, как говна за баней. Нет, там действительно что-то важное.

— Так почему же не вскрыли?

— Пломба там хитрая, от таких вот любопытных глаз. Если её нарушить или попытаться борт вскрыть — бум! — объяснил Мост и даже руками изобразил, какой именно будет бум.

— В смысле? — всё же переспросил я. — Там что, бомба, что ли?!

— Тебе же говорят: защита, — с нажимом повторила Гюрза.

— Твою мать! — выругался я, — Похоже, ворота закрылись. Кому-то придётся выходить.

— Я разберусь, — уверенно отозвалась девушка и выскочила из машины.

Я видел, как она проскользнула за прицеп, и забарабанил пальцами по баранке, ожидая, когда же откроется выезд. Однако створки даже не думали распахиваться, а Гюрза будто сквозь землю провалилась.

— Ну чего она там возится? — буркнул я поглядывая по зеркалам. — Сколько там до рассвета?

— Тридцать пять минут, — заявил Мост. — Пока успеваем. Форт здесь недалеко, из посёлка выскочим — и сразу направо. Там по прямой километров пять.

— Что-то не так, — уверенно заявил я.

— Это я и сам уже понял, — усмехнулся Мост. — Сидим пока, ждём.

— Кого? А вдруг её там уже убили?

— Сомневаюсь, она бы тогда закричала. Да и выстрелов не было слышно. Скорее всего, её под стволы поставили.

— И чего сидим? — Я было рванулся к ручке на двери, но Мост успел меня перехватить.

— Не дёргайся, пусть сами придут и скажут, чего им нужно.

— А если её убьют?!

— Если бы хотели, давно бы убили. Успокойся, Руль, она умная девочка и может о себе позаботиться.

— Мальчики! — будто в подтверждение его слов, вдруг прогремел голос Гюрзы. — Выходите из машины, медленно и по одному.

— Ну вот, теперь наша очередь, — хищно оскалился Мост. — Я иду первым, ты за мной.

— Понял, — кивнул я.

Меня трясло, но не от страха. Я был так зол, что с трудом мог соображать. Не знаю даже, с чего вдруг. Возможно, потому, что у меня снова пытаются отжать тягач, который я вдруг посчитал своей собственностью, а может, надоела несправедливость. Я привык жить по другим законам, в мире, где в случае неприятностей люди стараются помогать друг другу.

Но этот чёртов Мешок... Он будто действительно изнанка мира, выворачивает наружу всё самое ужасное, в том числе и людей. Здесь, если не дай бог с тобой что-то случится, никто не остановится помочь, а вот раздеть труп — пожалуйста.

Как только Мост вышел примерно на середину прицепа и раздался крик, что пора бы и мне предпринять указанные действия, я бросил ручку в положение R и ударил в педаль акселератора. Двигатель сыто заурчал, и машина резко прыгнула назад. Ну, по крайней мере, насколько это возможно тяжёлому грузовику.

— Что он дел?.. А-а-а, твою мать!!! — раздались громкие крики, а следом прозвучала стрельба.

В зеркале заднего вида я заметил, как Мост нырнул под машину. Высота клиренса позволяла ему спокойно лежать и даже вести огонь. Если я, конечно, буду удерживать прицеп на прямой траектории. И стоило об этом подумать, как левая спущенная сторона на кого-то наехала.

— Чёрт, чёрт, чёрт, — взволнованно затараторил я, понимая, что сейчас кого-то убил.

По ушам ударил пронзительный крик, полный невыносимой боли, а затем грохнул одиночный выстрел, который оборвал вопль. Уже через мгновение, прицеп встретился с воротами. Раздался противный скрежет металла, что-то грохнуло, отрываясь, и вновь затрещали очереди. Пули ударили по прицепу, будто кто-то бросил в него пригоршню сухого гороха. Зеркало слева брызнуло осколками, а я продолжал давить на педаль, пытаясь удержать машину на прямой, пока не увидел Моста, распластавшегося на бетонном полу тоннеля.

Приятель подскочил, рванул в сторону, под укрытие откоса, и, выставив ствол, отправил несколько коротких очередей в невидимого противника. Прицеп вновь во что-то влетел, на сей раз явно в нечто потяжелее, чем створка ворот. Продолжать удерживать его от поворота я больше не мог, и когда начал складываться, резко ударил по тормозам, чтобы ненароком не разорвать сцепку. Всё-таки мы здесь именно ради него, а значит, желательно дотащить фуру до ближайшего форта. А там уже разберёмся, что к чему.

Человека с автоматом, направленным в мою сторону, я увидел слишком поздно. Очередь ударила по кабине, и я снова ощутил острую боль в боку. Но на сей раз мне досталось гораздо сильнее, и мозг попросту решил выключить сознание. Видимо, чтобы я не сдох раньше времени от шока. Однако угасая, я успел увидеть, как лицо стрелка брызнуло кровью. А ещё услышал гулкий удар по крыше кабины и увидел, как вниз скользнула чья-то тень. Единственное, что я успел сделать прежде, чем провалился в спасительную черноту, — так это перевести ручку в положение парковки.

***

И снова эта боль, сжигающая прямо изнутри. Но теперь-то я знал, что именно так ощущается спасение. Однако привыкнуть к этому вряд ли возможно, слишком уж она яркая, всепоглощающая.

— Последний микс, чтоб тебя, Руль! — прозвучал в ушах гулкий голос Гюрзы. — Даже я столько в первый день на себя не тратила.

— А я вообще пару месяцев даже не знал о его существовании, — поддакнул Мост. — Так лечился, народными средствами.

— На дорогу смотри, нас болтает, как член в трёхлитровой банке!

— Ну и ассоциации у тебя, — насмешливым голосом парировал Мост. — Как он?

— Нормально, — прохрипел я. — Водички бы попить.

— Можешь голову под дождь высунуть, другой у нас нет, — посоветовала Гюрза.

— Мы в форт успеваем? — задал я самый важный вопрос.

— Прям впритык, — вместо него ответила девушка.

— А почему двигатель так ревёт? — Я прислушался к происходящему, начиная всё больше въезжать в реальность.

— Похоже, коробка в ошибку ушла, — пожал плечами Мост. — На вторую переключилась, а дальше не хочет. Скорее всего, в неё пуля попала. Если до форта дотянем, уже хорошо.

— Дотянем, — уверенно заявила Гюрза. — А вот успеем ли до закрытия — не знаю.

— Должны, — поморщился командир. — Иначе всё зря. Я вообще думал, что нам хана, когда он в УАЗ Дьякона влетел. Каким-то чудом пломба целой осталась.

— А нам теперь по-любому хана, — мрачно произнесла Гюрза. — Дьякон нам этого не простит. На хрена нужно было вот это всё?! Я ведь почти уже договорилась.

— Как они вообще нас нашли? — Мост бросил взгляд на девушку. — Об этом месте никто не знал. В тот район даже охотники никогда не ходят.

— А чё ты на меня-то уставился?! — возмутилась она. — Когда бы я успела ему рассказать, если постоянно была с вами?

— Я никого не обвиняю, просто спросил.

— Может, среди них экс? — пожала плечами Гюрза.

— А вот и форт. — Мост обернулся к нам и растянул губы в улыбке. — Давай за баранку, Руль, я на этой колымаге через блоки не проеду. Машину постоянно влево тянет.

Я перебрался на место водителя, притом сделали мы это прямо на ходу. Механик побоялся останавливаться и переключать коробку, после этого мы натурально могли замереть в метре от спасительного форта.

— Они что, уже ворота закрывают? — указала пальцем на форт Гюрза. — У нас ведь ещё две минуты!

— Тормози! — закричал Мост, но я и без его советов уже давил на левую педаль.

Удивительно, вся машина как решето, а тормозные магистрали остались целёхонькими. Мы плавно снизили скорость и остановились буквально в метре от тяжёлой воротины. Гюрза тут же рванула дверь и выпрыгнула на улицу.

— Эй, — завопила она, — а ну открывайте! У нас ещё две минуты!

— Пошли в жопу! — вернулся ответ со стены. — У нас уже время вышло.

А дальше началось что-то из ряда «вон». Гюрза вдруг выхватила нож и резко полоснула себя по ладони.

— Уверены, что вам здесь нужен истекающий кровью труп? — крикнула она. — Скоро рассвет, надеюсь, патронов у вас достаточно!

— Вот стерва! Ну сейчас ты у меня выхватишь! — донёсся раздражённый возглас. — Эй, Валенок, открывай!

Глава 8. Приемлемо

Злить дружину — не самая лучшая затея, но это всё равно лучше, чем встречать рассвет снаружи. Едва мы закатили грузовик на территорию форта, ворота захлопнулись, и к нам вальяжной походкой подошёл вооружённый человек. С неким выражением презрения на морде лица он обошёл фуру по кругу — и тут началось.

— Чё в прицепе? — задал он первый вопрос и смачно харкнул на колесо.

К слову, единственное, что осталось целым.

— Тебе до этого какое дело? — тут же закусилась с ним Гюрза.

— А ты не слишком борзая?! — криво ухмыльнулся дружинник. — Может, у тебя там запрещёнка? Или того хуже: ты пират и собираешься подорвать форт.

— Хомяк, ты совсем идиот?! — встала в позу Гюрза, — Какой ещё, нахрен, пират?! Меня здесь каждая собака знает! У меня постоянная прописка в форте, недвижимость в собственности! А вот за то, что ты нас пускать не хотел и ворота раньше на целых пять минут закрыл, у тебя могут быть серьёзные проблемы. Уверен, что хочешь со мной пободаться?

— Фуру к досмотру, — напрочь проигнорировал девушку тот и неспешно направился к заднице прицепа.

— Хомяк! — позвал представителя власти Мост. — Давай не будем развозить вот это вот всё?

— А в чём проблема? — наигранно невинным голосом спросил Хомяк. — У вас ведь там нет ничего такого, что могло бы вас дискредитировать? Или есть? — Он резко перешёл на сухой тон. — Фуру к досмотру!

— Там на дверях пломба Мазая, — снова вступила в разговор Гюрза. — Прицеп взорвётся, если её вскрыть.

— Взорвё-о-отся? — протянул дружинник. — Слыхали, пацаны?! Это что же получается? Ты со своими дружками завезла на территорию форта заведомо опасный груз?

— Да при чём здесь груз?! — перешла на крик Гюрза. — Ты русский язык понимаешь?

— О да, очень хорошо понимаю, — хищно оскалился он. — Руки в гору, все трое. Вы задержаны в связи с нарушением пункта двадцать один о ввозе запрещённого и заведомо опасного груза на территорию форта. Вам понятно обвинение?

— Чё? Хомяк, ты совсем охренел?!

— Считаю до трёх и открываю огонь на поражение, — продолжая игнорировать все доводы, произнёс дружинник и упёр приклад автомата в плечо. — Раз, два...

— Всё, всё, мы поняли, — вмешался Мост и первым поднял руки.

— Рожей в грязь, быстро! — скомандовал Хомяк. — Эй, Ушан, вызывай старшего.

— Уверен, что оно нам надо? — замялся Ушан.

— Не понял, боец?

— Есть, — поморщившись, отозвался дружинник и шмыгнул в будку КПП.

Там он поднёс трубку к уху (видимо, вызвал начальника караула) и, повесив её обратно на рычаги, предпочёл больше не показываться наружу. Мы улеглись в грязь, чтобы не получить пулю в живот, однако Гюрза продолжила провоцировать злого дружинника.

— Ну всё, Хомяк, тебе п...

«Ду-ду-ду-ду, ду-ду-ду», — скрыл её фразу грохот крупнокалиберного пулемёта.

— А это мы ещё посмотрим, — криво ухмыльнулся тот и для острастки легонько пнул девушку по рёбрам. — Разговорчики!

— Мусор, — презрительно сплюнула Гюрза.

Небо начало светлеть, за стенами поднялся вой и рёв тысячи глоток, а дождь всё так же уныло продолжал лить на наши и без того насквозь мокрые головы. Микс полностью залечил все раны, в том числе и натёртый до кровавой мозоли палец.

Я всячески пытался абстрагироваться от неприятной ситуации, занимая голову различными мыслями, но получалось плохо. Валяться в грязной луже — приятного мало. Ещё этот чёртов ублюдок, дружинник, продолжает издеваться.

— Голову ниже! — рявкнул он, когда я попытался осмотреться, и больно пнул меня по ногам.

— Блин, я-то в чём виноват? — буркнул я.

— Ни в чём, просто он мусор... С-с-с, ай!

— Разговорчики! — повторил дружинник и на этот раз ударил Гюрзу.

— Это твоя последняя смена, Хомяк, — не унималась она. — Запомни мои слова. Ай!

— Я, кажется, ясно сказал: закрой пасть!

— Хомяк, что у тебя здесь?! — раздался чей-то строгий голос.

— Я, — тут же отозвалась Гюрза. — Этот придурок пытался вскрыть пломбу Мазая. А когда мы не позволили, уложил нас мордами в лужу. Ещё и ворота раньше на пять минут закрыл.

— Хомяк, мать твою! Ты какого хрена тут опять устроил?!

— Да всё не так было! Ты чё, этим падлам поверил?! Вон, пацаны подтвердят, они здесь всё взорвать грозились!

— Слушай… — Старший приобнял Хомяка за шею и что-то зашептал ему в ухо, а затем коротким хуком свободной рукой ударил его в живот. — Ты меня понял?! — рявкнул он. — Не слышу, Хомяк?

— Так точно, — сквозь зубы процедил тот.

— Выполнять! Сегодняшняя смена у тебя без оплаты, придурок.

— От имени дружины приношу свои извинения за случившееся недоразумение, — выдавил Хомяк, а затем приблизился к Гюрзе и прошипел: — А с тобой, мразь, мы ещё встретимся.

— Буду ждать с нетерпением, — оскалилась та.

— Хомяк, на стену, бегом! — рявкнул старший, и дружинника как ветром сдуло.

А он подошёл к нам и с неким сожалением посмотрел на Гюрзу. Даже собирался что-то сказать, но в итоге просто махнул рукой и развернулся, чтобы уйти.

— Спасибо, Змей! — крикнула ему вслед девушка.

Змей замер, постоял некоторое время, но всё же решился и повернулся обратно к нам.

— Понятия не имею, во что ты опять ввязалась, но прошу в последний раз: перестань провоцировать моих людей.

— Да он первый начал!

— Гюрза, я прекрасно знаю, как ты можешь выводить из себя. В следующий раз я вмешиваться не стану, и дружба с комендантом тебе не поможет. Получишь по полной программе. Что это за кусок говна?

— Тягач с прицепом, — блеснула эрудицией та.

— Я не слепой. Почему он в таком виде и откуда на дверях пломба Мазая? Мне не нужны проблемы с нулевыми.

— У тебя их не будет, — встрял в разговор Мост.

— А вот от тебя я такого не ожидал. — Змей ткнул его пальцем в грудь. — Ты же вроде как решил отойти от дел?

— Я и отошёл, — буркнул Мост и кивнул на Гюрзу. — Но ты же её знаешь.

— Знаю, поэтому и советую держаться подальше.

— Да идите вы оба козе в трещину! — взвинтилась девушка. — Вы оба здесь только благодаря мне.

— Мы с тобой расквитались, как только я помог выправить тебе гражданство, — с нажимом произнёс Змей. — Всё, я тебя предупредил. Больше от меня помощи не жди. Свободны.

Змей развернулся и вошёл в будку КПП, где тут же устроил нагоняй Ушану, который продолжал прятаться в тепле и сухости. Дружинник пулей выскочил на улицу и бросился к лестнице, ведущей на стену.

Мост хмыкнул и проводил его взглядом.

— Всё, тачку на стоянку. — Он подтолкнул меня в спину.

Я молча кивнул и забрался в кабину. Однако тягач отказался трогаться с места. В коробке что-то противно захрустело, когда я перевёл ручку в положение «драйв», а на панели загорелась красная лампочка.

— Всё, приехали, — высунувшись из кабины, оповестил друзей я. — Коробка умерла окончательно.

— Я ща! — крикнула Гюрза и скрылась в будке КПП.

Через окно было видно, как Змей перешёл на крик и начал размахивать руками. Но в итоге всё же поднял трубку и кого-то вызвал. Довольная девушка вышла обратно на улицу и с наглой ухмылкой заявила:

— Ща трактор приедет, я договорилась.

— Когда-нибудь он тебя пристрелит, — заметил Мост.

— Это вряд ли. По-моему, он всё ещё в меня влюблён, — отмахнулась она.

— Вот именно поэтому и пристрелит, — ухмыльнулся тот и вскарабкался в кабину. — Ну чего там встала? Залезай, здесь хотя бы на голову не льёт.

Гюрзу просить дважды не потребовалась. Вскоре она угнездилась рядом, и мы стали ждать, когда приедет трактор. Со стены вновь загрохотал пулемёт, а в ответ снаружи раздался жуткий вой, от которого у меня вдоль позвоночника пробежал неприятный холодок.

— И как вы здесь ещё не свихнулись? — пробормотал я.

— Это спорный вопрос, — хмыкнул Мост и пихнул девушку локтем.

— Ничего, привыкнешь, — пребывая в некой задумчивости, ответила Гюрза. — Все привыкают.

— Вон, кажется, едет кто-то, — указал я на размытый силуэт и включил дворники. — Да, это точно за нами.

Я выскочил на улицу. Тракторист помог зацепить трос, и мы медленно покатили на стоянку. Техники там оказалось немало, пришлось даже повыделываться, чтобы припарковать фуру так, чтоб она никому не мешала.

Заглушив двигатель, я спрыгнул с подножки и подошёл к приятелям, которые пытались рассмотреть содержимое прицепа через пулевые отверстия в бортах.

— Да точно пустой, — услышал я фразу Моста.

— Это быть не может, — парировала Гюрза. — Из-за чего тогда Мазай так нервничал?!

— Авторитет, — предположил я.

— Чего? — Девушка обернулась ко мне.

— Я говорю: порой важен авторитет, — повторил я. — Сильные люди не любят, когда их пытаются ограбить или надуть.

— А пацан-то растёт, — усмехнулся Мост и спрыгнул на землю.

— Сам ты пацан, — огрызнулся я, — Мне уже далеко за тридцать.

— Может, всё-таки попробуем вскрыть? — предложила Гюрза.

— Может, вначале пожрём и выспимся? — внёс более дельное предложение Мост. — А завтра ночью разберёмся, что здесь к чему. Как раз стоянка освободится.

— Я за, — поднял руку я.

Гюрза набрала в лёгкие воздуха и хотела ещё что-то добавить, но затем ухмыльнулась и спрыгнула с колеса. Вытерев руки о мокрые штаны, она подхватила рюкзак и первой зашагала к выходу. Мы с Мостом переглянулись, приятель пожал плечами и направился следом. Я догнал их уже у калитки.

Этот форт раньше был тюрьмой. Наверное, более защищённого места и не придумать. В том смысле, что оно изначально создавалось как крепость. Да, основной задачей таких заведений является защита внешнего мира от тех, кто находится внутри. Но это не меняет сути, ведь снаружи сюда тоже проблематично попасть. Атмосфера, конечно, та ещё, зато выглядит надёжно, основательно. Наверняка жители чувствуют себя в безопасности за тяжёлыми железными дверями.

Кабак, в который мы отправились ужинать, тоже выглядел... странновато. Хозяин всячески пытался передать антураж, и местами вышел перебор. Например, меня очень смущали решётки, которыми отгородили друг от друга столы. Точно так же поступали в кафе в верхнем мире, но там старались создать уютную атмосферу и чаще всего использовали стандартные ширмы. А здесь... Ну натурально как в тюрьме. Плюс ещё и названия блюд такие, что весь аппетит улетучился.

— Ну и что мне лучше взять? — усмехнулся я, рассматривая меню. — Баланду из телятины или блевантин со шкварками?

— Лично я возьму туфту в горшочке. — Гюрза отодвинула от себя лист фанеры, прикованный цепью к столу. — Рекомендую.

— А откуда здесь вообще продукты берутся? — вдруг полюбопытствовал я.

— Привозят, как и везде, — ответила девушка.

— Допустим, — согласился я. — А там, откуда их привозят, где берут?

— В Мешок постоянно что-то проваливается, — вместо неё ответил Мост. — Иногда полезное, иногда не очень. И жратва сюда летит чаще всего. Не спрашивай, как и почему, этого всё равно никто не знает. Твари словно чувствуют разные ништяки и собирают их по всему городу в кучи. Что-то успевают утянуть в норы, а что-то остаётся. Мы называем такие кучи «нычками».

— И как узнать, где находится такая вот нычка? — продолжил любопытствовать я.

— Как правило, на ночь твари оставляют там охрану. Несколько особей. Они постоянно трутся на одном месте, кругами ходят. Ну, как настоящие часовые.

— Прикольно.

— Очень, — усмехнулась Гюрза. — Особенно когда случайно нарываешься на такой вот отряд.

— Нет, я к тому, что этот мир словно специально приспособлен для нашей жизни, — окунулся в философию я. — Оружие, патроны, еда, топливо... За нами будто кто-то присматривает.

— Да уж, — хмыкнул Мост. — Вот только чувство юмора у этого надсмотрщика слишком уж чёрное.

— Не без этого, — согласился я.

— Нет, в чём-то ты прав, — немного подумав, поддержала тему Гюрза. — Мне иногда тоже кажется, что твари заботятся о нас. Но скорее как колхозник о свиньях, которых растит на убой.

— О, кажется, жратву несут. — Мост потёр ладони.

На некоторое время мы замолчали, набросившись на еду. Оказалось, жрать я хотел, как медведь — бороться. Да и чего греха таить, туфта в горшочке оказалась действительно очень вкусной. Слегка мешало то, что вилка тоже была прикована к столу.

— Интересно, а они их вообще моют? — спросил я, рассматривая тонкую цепочку, намертво прикрученную к столешнице.

— А тебе не один хрен? — буркнула Гюрза, наворачивая жаркое. — Больше грязи — шире рожа.

— Ну, как-то это негигиенично, — ответил я и зацепил в горшке большой кусок мяса.

— Они, если что, отстёгиваются, — продемонстрировал свободный от привязи прибор Мост. — Вот здесь карабин.

Я присмотрелся к своей вилке и обнаружил хитрую застёжку, похожую на часть звена, но с возможностью отсоединения. В жизни бы не догадался. И всё же хозяин заведения молодец, даже такие мелочи продумал, несмотря на их дефицит в таком месте, как Мешок. Наверняка на заказ сделаны, потому что я таких даже в верхнем мире не встречал. Хотя там за одну только атмосферу денег бы содрали... Кстати.

— Дорого здесь, наверное? — выдвинул гипотезу я.

— Чуть дороже, чем у соседей, — пожала плечами Гюрза. — Зато готовят в разы вкуснее.

— Ну, я просто подумал, что такой дизайн...

— Это всё далеко не сразу появилось. Хозяин несколько раз уже ремонт делал. То одно добавит, то другое. Года три назад здесь даже перегородок не было.

— Ты же сказала, что в Мешке чуть больше года? — подловил девушку на лжи я.

— Ну ведь это и есть больше года, — резонно заметила она. — И вообще, какая тебе разница?

— Да так… — Я задумчиво подирижировал вилкой, — Просто интересно. А тебе что, трудно правду сказать?

— Отвянь, — огрызнулась она и махнула официанту. — Эй, фтсиу, пивка нам ещё принеси. Светлого, нефильтрованного.

Молоденький паренёк кивнул и подошёл к барной стойке, оформить дополнительный заказ.

Мост как раз опустошил свой горшочек и, отодвинув его, откинулся на спинку скамейки.

— Фух, думал, не сожру. — Он вытер пот со лба. — Сейчас бы ещё в сухое переодеться — и под одеялко.

— А ты сменку не взял, что ли? — удивлённо уставилась на него Гюрза.

— Если ты помнишь, я вообще не собирался с вами идти.

— А мне вот интересно, во сколько нам ремонт тягача обойдётся? — завел разговор о насущном я.

— А его никто ремонтировать и не собирается, — ответила Гюрза. — Нам лишь нужно забрать то, что внутри, и желательно сразу свалить.

— Да нет там ничего, пустой он, — поморщился Мост.

— Точно ты этого не знаешь, — покачала головой девушка. — Там точно что-то есть, иначе за ним не охотились бы. Ну ты сам посуди: этот грузовик нужен и торговцам, и нулевым, и даже пиратам. Я не верю, что все они бегают по Мешку за пустым прицепом.

— Ты сама видела, что там ничего нет.

— Я ничего не видела. Ты ведь знаешь Сейфа, он бы не стал рисковать ради пустых понтов. И ценные вещи он прятать умеет. Я согласна, что это может казаться пустышкой, но тот факт, что за этот груз сровняли с землёй целых три форта, говорит об обратном.

— Ладно, завтра после заката разберёмся, — поставил точку в беседе Мост. — Нужно найти кого-то, кто сможет обезвредить пломбу.

Мы ненадолго замолчали, так как нам принесли пиво.

— Можно попробовать борт вскрыть, — сделав большой глоток пенного, предложил я.

— Как вариант, но желательно вначале обезвредить взрывчатку. Она, скорее всего, по бортам и заложена. Если нарвёмся на неё, когда будем пытаться проникнуть внутрь...

— Вряд ли, — перебил Моста я. — Это типичный грузовой контейнер, там стенка из гофрированного металла. Она не двухслойная. Скорее всего, взрывчатку заложили в несущую конструкцию, там для неё достаточно места. А сам корпус работает в качестве электрического контура, ну, как масса на любой машине. Лично я думаю, что стенку можно спокойно вскрывать.

— И откуда ты к нам такой умный свалился? — с улыбкой спросила Гюрза. — Думаешь, Мазай не подстраховался на этот случай?

— Уверен, что нет, — кивнул я. — Это вы в курсе про пломбу, потому как имели с ним дело. Любой нормальный человек первым делом попытается открыть дверь, а не полезет выпиливать часть борта.

— Пацан прав, — согласился со мной Мост.

— Ещё раз меня так назовешь, и я не посмотрю, что ты здоровый, нос сломать успею, — предупредил приятеля я.

— Ладно, извини, — улыбнулся тот и приложил меня ладонью по спине. — Я же не со зла.

— Угу, я потом тоже извинюсь, чтоб соблюсти рамки вежливости.

— Девочки, не ссорьтесь, — съязвила Гюрза. — Так… что нам нужно для того, чтобы вскрыть борт?

— Болгарка или газовый резак, — предложил я.

— Можно сразу бензином облить и поджечь, — отмахнулся Мост. — Если хоть одна искра попадёт на взрывчатку, нам хана. Гидравлические ножницы нужны, как у МЧС, или высверлить...

— Кажется, я придумал, — перебил я размышления Моста, и все уставились на меня. — Ты перед воротами зачем себе руку распахала?

— Твари кровь за несколько километров чувствуют, — ответила Гюрза. — Как акулы. А перед рассветом разлить кровь у форта — это всё равно что на нём чёрную метку поставить. — Девушка на секунду зависла, а затем продолжила: — Правда, для этого её нужно пару вёдер. Твари хитрые, из-за нескольких капель под пули тоже лезть не станут. Но ведь в качестве понта сработало!

— Короче, — перешёл на заговорщицкий тон я. — Что, если нам выгнать прицеп на улицу, залить через пулевые отверстия внутрь кровь и просто немного подождать? Твари сами его вскроют, я видел, они на такое способны.

— Нет, — тут же отказался Мост. — Они с ним цацкаться не станут. Если пломбу нарушат, мы всё потеряем.

— Согласна, — поддержала его Гюрза.

— Попробуем высверлить, — продолжил Мост. — Да, это долго, муторно, но зато надёжно. Нам много не нужно, квадрат по пятьдесят сантиметров на сторону. Часов за пять управимся. Эх, его бы в мою мастерскую...

— Будем танцевать из того, что имеем. — Гюрза приложила пустым бокалом по столу. — А сейчас всем спать. Эй, фтсиу, посчитайте нас!

Почти сразу же нам принесли счёт, и Гюрза выхватила его у меня прямо из-под руки. Вложила в него свой ай-ди и вернула официанту.

— Так, мальчики, двигаем ко мне, сэкономим на гостинице.

— Может, с собой ещё пивка захватить? — предложил дельную мысль Мост.

— Нет, пьянству бой, завтра тяжёлый день, — к моему удивлению, отказалась Гюрза. — Нужно ещё где-то инструмент раздобыть. Напьёмся, когда завершим дело. Эй, не спи, — толкнула меня в плечо она.

— Да я нормально, — вяло отмахнулся я. — К недосыпу привычный. Это просто живот от еды надулся, и кожу на глазах натянул.

— Чё? — не сразу въехал в шутку Мост, а затем грохнул от хохота. — Ха-ха-ха, классная теория, надо запомнить.

— Детский сад. — Тем не менее Гюрза тоже хмыкнула.

К нам как раз вернулся официант, вернул девушке счёт и документ. Бумажку Гюрза тут же смяла и бросила в горшочек из-под «туфты», и мы отправились на выход. На улице было совсем светло, ну, насколько это вообще возможно в пасмурный день. Впрочем, и ночи здесь были не такие уж тёмные, скорее походили на сумерки. Самое нелюбимое время суток для водителя. Когда свет от фар ещё не сильно заметен и практически не пробивает полумрак, а видимость уже так себе. Зато встречка слепит, пожалуй, даже хуже, чем ночью.

В целом, несмотря на ночные приключения, в Мешке жить вполне можно. Если бы ещё не было дождя, совсем хорошо. Но он и не собирался прекращаться, всё так же лил, не уменьшаясь и не усиливаясь. Очередная непонятная странность этого мира. И куда только уходит вся эта вода? По сути, здесь уже через месяц всё по первый этаж должно было быть затоплено. Однако ничего подобного не происходит. Мистика. Как и многое в этом странном мире.

Взять хоть тот же микс. Как он работает? С чем связана мгновенная регенерация? Хотя больше всего меня интересовало другое: что это вообще за место? Параллельный мир или другая вселенная? Может, мы в компьютерной симуляции?

Я попытался разговорить друзей на эту тему и даже выдвигал самые нелепые теории, но ни одна из них не блистала оригинальностью. Всё это в большей или меньшей степени уже предполагали до меня. А за основу приняли всего несколько наиболее похожих на правду. Первая, которая прижилась именно в этой части Мешка: мы все умерли и сейчас находимся в Чистилище. Вторая: изнанка нормального мира. Ну и третья, которая была мне наиболее близка: компьютерная симуляция. Само собой были и те, кто придерживался гипотезы о параллельных мирах. И даже те, кто считал, что мы провалились в кротовую нору и попали на другую планету.

Квартира Гюрзы имела спартанскую обстановку. Стол, стул, кровать и вешалка у двери. На этом всё, и я не шучу. Ах да, ещё небольшой масляный радиатор у стены, над которым заботливая хозяйка протянула верёвку для белья. После увиденного мою квартиру можно было смело называть богатой убранством. У меня хотя бы телевизор был и диван, а ещё — кухонный гарнитур и шифоньер в спальной. Хорошо, что Гюрзе кровать досталась двухъярусная, видимо, перешла по наследству от бывших сидельцев.

— М-да, — выдохнул Мост, осмотрев её постоянное жилище. — Негусто.

— Ой, да иди ты в жопу, понял? Я здесь бываю раз месяц, и то набегами. Зато бесплатно.

— И как мы все втроём здесь поместимся? — спросил он.

— Свободно, — усмехнулась девушка. — Мы с Рулём на нижней шконке, ты на верхней.

— Спасибо, конечно, но я лучше в гостишку, — отказался Мост.

— Думаешь, там условия сильно лучше?

— Там я хотя бы ваших стонов не буду слышать.

— Хозяин — барин, — пожала плечами Гюрза.

— Так, завтра в семь вас подниму, — назидательным тоном произнёс он. — На вашем месте я бы лучше сразу завалился спать.

— Да, папочка, — ехидным тоном отозвалась Гюрза. — Всё, вали уже. Или ты ждёшь, когда я переодеваться начну?

— Тьфу, — сплюнул приятель и вышел за дверь.

— Так, твоя шконка верхняя, и не вздумай ко мне приставать, понял? — тут же расставила рамки Гюрза.

— Да не больно-то и хотелось, — фыркнул я.

— Вот ты... — ухмыльнулась девушка и, запрыгнув мне на шею, впилась в губы страстным поцелуем.

Глава 9. Жестокая предусмотрительность

В итоге мы всё-таки расползались по разным койкам. Очень уж тесно было ютиться на одной. Но в этом есть и свои плюсы: я хотя бы выспался. Так, конечно, относительно, но чувствовал себя намного лучше, чем вчера. Рожа распухла до такого размера, что едва помещалась в зеркале. А ещё она чесалась от обильной трёхдневной поросли на щеках. К сожалению, бритвенных принадлежностей у Гюрзы не обнаружилось, как бы я ни искал. И это несмотря на то, что на её теле не было ни единого волоска. Я имею в виду те места, за которыми тщательно ухаживает каждая девушка.

Гюрза приготовила крепчайший кофе и настрогала бутербродов с консервированной ветчиной. В отличие от меня, Мост выглядел свежо и бодро, хотя его морда лица тоже знатно покрылась колючей щетиной. Он лихо закидывал в топку скудный завтрак и постоянно нас поторапливал.

— Давай-давай, шевели уже булками! У нас максимум час, чтобы вскрыть эту колымагу и убраться подальше.

— Да мы за час максимум три отверстия проковыряем, — парировал я. — К чему вообще такая спешка?

— Ты забыл, что мы вчера людей Дьякона размотали?! Думаешь, он будет смиренно сидеть и мечтать о том, как бы подставить вторую щёку?

— В форте ведь нельзя убивать, — буркнул я.

— А он нас и не убьёт. Загрузит в багажник и вывезет за территорию. А там его уже хрен кто остановит.

— Любишь ты панику развести, — встряла в беседу Гюрза. — Ничего он нам не сделает. А что до его людей…— Девушка беззаботно отмахнулась. — Отмажемся как-нибудь. Скажем, что они первыми напали, а мы хрен знаем, кто они такие. Не забывай, у меня с ним договор.

— Дура, — безапелляционно заявил Мост. — Срать он хотел на ваше партнёрство. Он пират! Думаешь вчера на нас просто так наехали?

— Вот ты даже делов не знаешь, а какие-то выводы делаешь, — нагло усмехнулась Гюрза. — Они нас сопроводить в убежище хотели.

— Где сразу бы и пристрелили.

— Вы, случайно, женаты не были? — с ухмылкой спросил я.

— Иди в жопу! — в один голос ответили оба.

— Всё, давай-давай, жри кофе и валим, пока ворота не открыли, — снова принялся подгонять нас Мост.

— Там щас дружина ещё минут сорок с фонарями лазить будет, — отмахнулась Гюрза. — Всё мы успеваем. Не ссать, есть у меня одна мыслишка.

— Может, поделишься? — смиренно подперев щёку кулаком, спросил Мост.

— Хочу добазариться с трактористом, чтоб он нас за территорию вытащил. Есть там у меня одно укромное местечко, где никто не помешает разобрать прицеп.

— А твари? — тут же вспомнил я о другой опасности. — Они ведь на шум сразу сбегутся.

— Нам же лучше, — пожала плечами Гюрза. — Дополнительная оборона не повредит.

— Всё, поехали. — Мост хлопнул ладонью по столу. — Скоро ворота откроют.

— Я тебе новую должность придумала, — глядя на приятеля, с хитрым прищуром произнесла Гюрза. — Начальник отдела суеты и паники.

— Ой, всё... — отмахнулся Мост и, залпом допив кофе, вышел из-за стола. — Погнали...

***

Договориться с трактористом оказалось не так-то просто. Он напрочь отказывался выезжать за территорию. Однако сумма в две сотни камней помогла ему принять положительное решение. Пока мы с Мостом буксировали фуру к воротам, возле которых уже организовалась неслабая очередь, Гюрза отправилась на поиски инструмента.

— Как думаешь, что там? — спросил приятеля я.

— Понятия не имею, — пожал плечами Мост. — Мне вообще кажется, что там ничего нет.

— Тогда из-за чего столько шума?

— А это в стиле Мазая. Любит он периодически таким макаром крыс ловить. В те дни ситуация в Мешке была крайне неспокойная: Пёс всю центральную часть раком поставил, плюс наблюдатели исчезли.

— Наблюдатели?

— Угу. Высшая каста в управлении Мешком, некая группа серых кардиналов. Поговаривали, что они были первыми, кто обнаружил этот мир. Даже не представляю, как они здесь выживали без современного оружия.

— В смысле? — не понял я.

— В прямом. Когда они сюда попали, у человечества кроме кремневых ружей и пистолетов, ни хрена не было.

— Постой, это сколько же им лет?

— Этого я тебе не скажу. Но силы и опыта у них было столько, что их даже твари побаивались.

— И что с ними стало?

— Разное говорят. — Мост покрутил пальцами в воздухе. — Но большинство склоняется к тому, что всех их перебил Пёс.

— Что за Пёс?

— Такой же попаданец, как и мы с тобой, но Мешок ему благоволил. Чушь, конечно, но я слышал, будто он сумел синего приручить.

— Гонишь, — не поверил я.

— Я и говорю, что это, скорее всего, чушь. Но ведь люди не станут просто так подобное выдумывать? Что-то там явно было. Про пустошь слышал?

— Это там, где какие-то рады берут?

— Ага, берут, ха-ха-ха! Чтобы их взять, нужно терминатором быть. Но да, я именно об этом месте. Так вот: появилась она из-за него. Пёс выманил наблюдателей в один из фортов, предварительно заложив там ядерную бомбу. Короче, ты понял.

— Где же он её взял? — недоверчиво ухмыльнулся я. — Такие вещи на рынке не купишь. Или... Она что, сюда провалилась?!

— Не совсем, — продолжил рассказывать небылицы Мост. — Пёс — не простой человек, он способен ходить между мирами...

— Всё, отвали. — Я окончательно разверовал во всю эту сказку. — Ещё скажи, что он бессмертный и патроны у него бесконечные.

— Я за что купил, за то и продаю, — пожал плечами Мост.

— А я у тебя совсем о другом спрашивал.

— В общем, из-за этого Пса на нулевой форт обрушилась орда тварей. Мазай, видимо, знал, что к этому всё идёт, и начал вывозить ценности. Он тогда на камни вообще не скупился. Такое чувство, будто у него доступ к бесконечному потоку. Ну, глупо было бы, если бы было иначе. Он всё-таки центральная власть. В общем, не в этом суть. Мазай тогда всех караванщиков в округе собрал, мы с Гюрзой в то время в охране у Сейфа ходили.

— А Сейф — это кто?

— Пожалуй, один из лучших караванщиков в Мешке. У него процент доставки груза девять из десяти, что наших условиях — сам понимаешь... Так вот, там мутная схема была. Мы почти тридцать караванов одновременно снарядили. Там не только машины Сейфа были, если что. А уж сколько охотников до добра Мазая было — и не счесть. Короче, по пути нас хлопнули. Почти все полегли, а мы с Гюрзой умудрились вырваться, как раз на этой машине. Ублюдков, которые на караван напали, вычислили быстро, ну и наказали так, что об этом до сих пор разговоры ходят.

— Это ты сейчас про три форта?

— Угу. Их артиллерия с землёй сравняла. Уж не знаю, что такое в тех машинах было, но за это Мазай готов убивать без компромиссов. И я думаю, что некоторые машины в этих караванах были подсадными утками. То есть пустышками.

— А как вы с Сейфом ситуацию разрулили? Ну и с Мазаем заодно? Он ведь вряд ли простил бы вам угон такого ценного груза.

— Да никак, — усмехнулся Мост. — Гюрза их просто убедила, что мы ничего не брали. Если бы не микс, от её красоты ничего бы не осталось. Когда я её нашёл, она выглядела как кусок истерзанного мяса. Потому я ей должен.

— Жуть какая. — Меня аж передёрнуло, когда я представил себе эту картину.

— Кажется, выпускать начинают, — кивнул в сторону ворот Мост. — И это, Руль… Я тебе ничего не говорил, понял?!

— Могила, — ответил я и провёл пальцами по губам, имитируя застёгнутую молнию.

— Да где она там шляется? — резко изменился Мост, будто его подменили. Он подхватил рацию и принялся вызывать подругу: — Гюрза, мать твою за ногу, ты где там шляешься?! Ворота открыли, бегом сюда.

— Я уже почти, — донёсся её голос, искажённый динамиком до неузнаваемости.

— Давай! — Мост высунулся из кабины и подал сигнал трактористу.

Трос плавно натянулся и машина поползла к выезду. Периодически очередь останавливалась из-за дружинников, которые производили выборочный досмотр. Однако мы неумолимо продвигались вперёд, а Гюрзы всё не было. Я не переставая смотрел в зеркало заднего вида, ожидая её появления.

Впереди оставалось всего две машины, когда в задней части колонны раздался настойчивый сигнал клаксона. В нашу сторону, брызгая грязью из луж, летел УАЗ. Вскоре он замер по левому борту от нашей машины, и из салона выскочила Гюрза.

— Чего расселись, помогайте давайте! — закричала она и, обежав машину, распахнула багажник.

Я покинул кабину и поспешил к подруге, которая извлекала наружу различный инструмент. Одному богу известно, где она умудрилась всё это достать. Несколько топоров, лом, две кувалды, монтировку, целый набор зубил, перфоратор и даже генератор. Пришлось отодвигать сиденье, чтобы покидать всё это барахло назад. С генератором пришлось повозиться, так как он не желал пролезать в узкую щель. А кабина грузовика слишком высокая, чтобы просто так перекинуть его через сиденья.

Водитель «Урала», что стоял позади нас, принялся нервно сигналить, а затем и вовсе высунулся наполовину из кабины и закричал:

— Ну, вы долго там ещё возиться будете?! Синий вас задери! У меня график!

— Я тебе его сейчас в очко забью! — злобно огрызнулась Гюрза. — Закрой хлебало и скройся, пока я тебе зубы не выбила, козёл!

— Чё ты там вякнула? — Распахнув дверь, мужик спрыгнул прямо в лужу и направился к нам.

— Я сказала: закрой хавальник, — встала в позу Гюрза.

— Эй, хорош шуметь! — прикрикнул Мост и высунулся из салона. — Слышь, мужик, извини, мы все сейчас на нервяках. Видишь, с машиной беда, а нам тоже груз доставить надо.

— А чё, по-нормальному разговаривать не умеете, что ли? — как-то сразу сбавил обороты тот. — Чё борзеть-то сразу?

— Тебя забыли спросить, — всё же огрызнулась напоследок Гюрза и вскарабкалась в кабину.

— Сучка, — презрительно сплюнул водитель «Урала» и тоже направился к своей машине.

— Ну и на хрена ты это устроила? — тут же прицепился к подруге Мост.

— Бесит потому что, — вполне доступно объяснила она. — Как будто сам не видит, чем мы занимаемся, минуту потерпеть не может. Ненавижу таких придурков. На фига ты меня остановил?

— Некогда гам разборки устраивать, — ответил Мост и высунулся через окно из кабины. — Давай, поехали!

Трактор снова пополз вперёд и беспрепятственно выехал за ворота. В том смысле, что никто не стал останавливать нашу колымагу, чтобы в очередной раз попытаться её досмотреть. Мы покинули карантинную зону перед фортом и сразу же свернули налево. Гюрза взялась за рацию и принялась объяснять дорогу трактористу.

Чем дальше мы продвигались, тем больше я убеждался, что дело нечисто. Мы ехали по типичному городскому району. Пятиэтажки с одной стороны от дороги и современные высотки — с другой. Я при всём желании не наблюдал здесь никакого укромного места, и что-то мне подсказывало: его и не будет. Но и вскрывать прицеп посреди улицы мы вряд ли возьмёмся.

— Всё, вон в тот дворик заезжай и стоп, — добавила в рацию Гюрза и потянулась к пистолету.

— Стой, ты чего это удумала?! — наконец раскусил её план я.

— Хочешь, чтобы он вернулся в форт и указал Дьякону, куда нас отвёз? — объяснила свои действия Гюрза. — Лично я не готова подписаться за его молчание.

— Но это не значит, что нужно убивать человека!

— Ты ещё не понял? — хищно оскалилась девушка. — Мы все здесь уже мертвецы.

— Может, я его вырублю? — вмешался Мост. — Так-то Руль прав. Успеем свалить, прежде чем он очухается.

— Тогда он заявит на нас в форте, и на следующей остановке нас возьмёт за жабры дружина. Нет, мой вариант гораздо надёжнее.

— Ладно, я подстрахую, — довольно быстро сдался Мост.

— Да вы чего, люди?! У вас с головой точно порядок?! — не согласился с их решением я. — А когда я стану не нужен, меня тоже пристрелите?! Да идите вы в жопу с такой политикой!

— Угомонись! — рявкнул на меня Мост, а затем коротким хуком в челюсть вырубил Гюрзу. — Сиди в тачке, я разберусь.

— Вот это другое дело, — кивнул я и помог приятелю уложить обмякшее тело Гюрзы на сиденье.

Как только мы замерли, Мост покинул грузовик и, подхватив мешочек с камнями, направился к трактору. Он намеренно картинно подбрасывал его в руке по пути, а когда водитель трактора распахнул дверь, чтобы забрать расчёт, приятель мгновенно выхватил пистолет и вдавил спуск. Я словно в замедленной съёмке видел, как брызнули мозги, а тракторист сложился сломанной куклой прямо у подножки.

Не медля ни секунды, Мост наклонился, похлопал тракториста по карманам и забрал его кровные, а заодно и оружие, которое тот держал в салоне. А затем забрался в трактор, и мы снова отправились в путь.

Как же я орал! Крыл матом и Моста, и Гюрзу с её идиотской идеей, даже по рации обложил приятеля самыми последними словами. В ответ получил лаконичное: «Заткнись» — и на этом всё. Вскоре очнулась Гюрза и продолжила мою тираду. А её словарный запас ругательств был сильно богаче моего.

Видимо, приятелю надоело всё это выслушивать, потому что он, остановив трактор, резко выскочил на улицу. Нервной, быстрой походкой подошёл к нам, распахнул пассажирскую дверь и, схватив Гюрзу за ногу вышвырнул её из салона.

— Заткнись! Захлопни свою поганую пасть! — взревел Мост. — Это из-за тебя мы оказались в полном дерьме! Так что закрой свой рот, если не хочешь сдохнуть здесь и сейчас!

Он выхватил пистолет и направил его в голову подруге.

— Мост, да хорош вам сраться уже, — попытался вмешаться в конфликт я и тут же отшатнулся, глядя в направленный на меня пистолетный ствол.

— У тебя есть что сказать? Или желаешь блеснуть смелостью перед подружкой?! — процедил Мост, глядя на меня бешеными глазами.

— Ну ты и придурок, — произнесла Гюрза, воспользовавшись секундной паузой.

— Чё? — Мост перевёл взгляд на подругу.

— Я говорю, ты псих, — повторила девушка и вдруг расхохоталась.

И этот смех был совсем не здоровым. А я в очередной раз почувствовал, как внутри меня зарождается страх.

Для этих двоих убить человека — что комара прихлопнуть. Мост психовал вовсе не из-за того, что только что совершил. Его задели слова подруги, которая словно специально провоцировала его на эмоции. Она ничуть не боялась смотреть в глаза самой смерти, да ещё и с кривой ухмылкой на лице. Неужели Мешок сотворил с ними такое?

Нет, я слышал, что жизнь в подобных условиях меняет людей, но лично видел такое впервые. Даже не знаю, был бы я сейчас жив, реши помешать им исполнить задуманное в отношении тракториста. Мост наверняка это понимал, а потому и пошёл на хитрость, не побоюсь этого слова: на обман. Гюрза бы меня, скорее всего, завалила.

— Всё, вы успокоились? — совершенно лишённым эмоций голосом спросил Мост.

— Ещё раз посмеешь меня ударить, я тебе колено прострелю, — предупредила приятеля Гюрза и протянула ему руку.

Тот ухмыльнулся, помог ей подняться и, произведя странный жест рукой, направился к трактору. Девушка продолжая улыбаться вернулась в кабину тягача и прямо в грязных, мокрых штанах плюхнулась на сиденье. В прошлой жизни я бы за это её пинком прямо на ходу десантировал. Но, во-первых, с Гюрзой такой номер может закончиться для меня фатально, а во-вторых, этот грузовик не мой. Хотя всё равно коробит...

***

— Как ты нашла это место? — Мост с любопытством осматривал помещение.

— От людей Сейфа здесь пряталась, — ответила Гюрза. — Наткнулась совершено случайно. Хотела заманить их в более выгодную для себя позицию, а наткнулась вот на это.

— Да здесь легко можно день пересидеть, — в очередной раз похвалил подругу Мост.

— Лучше помоги затвор закрыть, — попросил я. — У меня уже руки отваливаются.

Мы находились в каком-то аппендиците, который выходил на ветку метро. Больше всего это место напоминало склад, и когда-то давно он явно принадлежал военным. Ну, или околовоенным структурам. В любом случае подобное строение могло себе позволить только правительство. Ещё одна особенность заключалась в том, что въезд в него находился в аэропорту. Да, в Мешке было и такое диво. Правда, сейчас огромная бетонная площадка больше напоминала кладбище.

Возможно, имейся здесь солнце, она бы вся заросла и превратилась в небольшой зелёный островок посреди бесконечного городского массива. Но увы, здесь даже на деревьях листья не росли, словно время остановилось на границе поздней осени. Только бесконечный дождь и твари на опустевших городских улицах.

Самолёты выглядели вполне нормально. Казалось, будто вот-вот из громкоговорителя раздастся голос диспетчера и объявит о начале посадки на очередной рейс. Из здания аэропорта выбегут пассажиры, в спешке прикрывая головы от противного дождя, и запрыгнут в автобусы, которые быстро домчат их до трапов. Но на деле вокруг было тихо и пусто.

Пока мы ехали к наверняка секретному складу с огромными, на гидравлической тяге, затворами, Гюрза делилась своим планом из прошлого. И я не возражал, тем более что заняться всё равно было особо нечем.

— А я, значит, вон на той крыше с винтовкой засела, — указала пальцем она. — И хрен бы они ко мне подошли на такой открытой местности. Ну а пока ждала, прикидывала, в какую сторону лучше отступать. Так и нашла это место. Вначале глазам не поверила, когда увидела.

Вот и я сейчас с трудом верил, что такие места существуют. С другой стороны, ведь я никогда не бывал за кулисами аэропорта. Я, вообще-то, в них никогда не бывал. Всю жизнь путешествую дорогами, а до неба дело как-то не дошло.

Сейчас мы в спешке задраивали затворы, которые, помимо электрического метода управления, имели ещё и ручное. Я уже больше получаса работал ручкой насоса, поднимая давление масла, которое в час по чайной ложке заполняло цилиндры, выталкивающие тяжёлую створку из пола. Хорошо, что противоположная сторона оказалась уже закрытой.

— Давай сменю, — всё-таки снизошёл до меня Мост и взялся резво толкать рукоятку.

Я направился к Гюрзе, которая внимательно осматривала прицеп, планируя, с чего бы начать его вскрытие.

— Как дела? — спросил я первое, что пришло в голову.

— Пока не родила, — с ухмылкой отозвалась она. — Что думаешь, умник?

— По поводу? — уточнил я.

— У нас что, изобилие выбора? — огрызнулась Гюрза. — Мы вроде как собирались контейнер вскрывать.

— А, ты об этом. Ну, хрен знает, я бы лучше крышу сверлил.

— Почему?

— Так на дрель давить легче, — пожав плечами, объяснил я. — Да и не факт, что она тоже окажется заминирована. Я вообще сильно сомневаюсь на эту тему.

— Почему? — повторила вопрос Гюрза.

— Ну как? — даже удивился я, ведь мне это казалось очевидным. — В Мешке ведь даже дети с оружием ходят. Здесь стреляют все и во всё, а если случайно во взрывчатку попадут?

— И чё? — последовал очередной странный вопрос.

— Ну, тогда всё взорвётся. В чём смысл такой предосторожности?

— То есть, по-твоему, военные — конченые идиоты?

— А это здесь при чём?

— Да при всём. Как-то ведь транспортируют взрывчатку во время военных действий. Думаешь, они бы стали возить её полными грузовиками, в составе колонн, если бы боялись, что всё взлетит на воздух от любого осколка? Пуля — это всего лишь быстро летящий кусок металла, у него недостаточно характеристик, чтобы сдетонировал пластид.

— Понятно, — выдохнул я. — В таком случае лучше входить через крышу.

— Ладно, тогда я полезла. Начну потихоньку, пока вы с дверью возитесь.

Гюрза ловко вскарабкалась наверх. Я передал ей перфоратор и подключил удлинитель к тарахтящему в сторонке генератору. Жаль, что с его помощью нельзя было подключиться к гидравлике. Нет, наверняка толковый электрик смог бы запустить трёхфазный мотор от сети в двести двадцать, но мы такими знаниями не владели.

Вскоре взревел перфоратор, заставляя поморщиться. В замкнутом пространстве из бетона его работа казалась особенно громкой. Но ничего не поделать, внутрь контейнера как-то нужно попасть.

Мост наконец-то задраил гермодверь, и мы основательно взялись за работу. Сверло послушно прогрызало тонкий металл, оставляя неровную линию отверстий. Самым сложным оказалось пройти рёбра, сверло постоянно норовило с них соскользнуть, особенно в самом начале. Сильно мешала выхлопная гарь от генератора, он неё у меня уже начала гудеть голова. Так и задохнуться недолго. Но друзья её словно не замечали, работая как стахановцы и постоянно сменяя друг друга. Впрочем, и я в стороне не сидел.

Мне досталась самая лёгкая работа: перебивать перемычки между отверстиями. И топор с кувалдой прекрасно справлялись с этой задачей. Прошло всего два часа, и люк, позволяющий попасть внутрь, был готов. Мы отогнули кусок железа при помощи лома и такой-то матери, Мост посветил фонариком внутрь и грязно выругался.

— Ну и что я говорил! — добавил он в конце тирады. — Пусто.

— Да с хрена ли! — возмутилась Гюрза. — Быть этого не может! Дай фонарь.

— У тебя свой есть, — пожадничал Мост.

— За ним спускаться надо. Дай, говорю.

Выхватив фонарик из рук приятеля, Гюрза взяла его в рот и лихо, в одно движение, спрыгнула внутрь контейнера.

— Ну, чего там? — едва она приземлилась, спросил Мост.

— Ни хера и луку мешок, — отозвалась она. — Да как так-то?! Я что, зря страдала?!

— Я к тебе, — предупредил девушку я и тоже нырнул вниз.

Но в отличие от Гюрзы, сделал это довольно неуклюже и, зацепившись за неровный край, порвал куртку.

— Вот же... чтоб тебя черти дрючили! — выругался я. — Новая куртка... Блин!

— Рукожоп, — вместо поддержки получил я.

— Ну, чё там? — повторил свой вопрос Мост.

— Ой, да подожди ты со своим «чё», — огрызнулась Гюрза.

— Может, мне тоже спуститься? — предложил он.

— Ага, а вылезать мы потом как будем? Нет уж, сиди там и ори, если что.

— Принял, — совершенно спокойно ответил Мост. — Вы тоже... если что.

— Ну и? — с надеждой посмотрела на меня Гюрза.

— Что — ну и? — в тон ей ответил я. — Понятия не имею, с чего начинать. Может, вначале взрывчатку найдём и обезвредим?

— Как вариант, — согласилась девушка и пробежалась фонарикам по углам.

Глава 10. Находка

Пока Гюрза искала заложенную по периметру контейнера взрывчатку, я стоял в центре и пытался понять, что меня смущает. И вроде всё так, как и должно быть, но что-то не давало покоя. Сколько раз за свою карьеру я вот так стоял посреди пустого контейнера — и не счесть. Обычно в такие моменты планируешь, как лучше разместить груз. Машина попросту никуда не поедет, если не распределить нагрузку по осям. Нет, двигатель заведётся, и даже передача включится. Вот только первый же весовой контроль на трассе — и в контору прилетит «письмо счастья» с приличным штрафом, который обязательно постараются повесить на водителя, то есть меня. А оно мне надо?

Так вот, к чему это я. То ли контейнер визуально казался меньше, то ли у меня с головой беда. Измерение шагами показало стандартную длину и ширину, выходит, дело в высоте. Прикинув типовой поддон с топливными брикетами, я мысленно разместил его у дальнего торца и попытался втиснуть поверх него ещё один. Вроде проходит, но уж очень впритирку, не хватает сантиметров двадцати пространства, плюс-минус, конечно. Впрочем, двойное дно — не такая уж и редкость.

— Ты долго ходить из угла в угол собираешься? — недовольным голосом предъявила Гюрза. — Лучше бы помог.

Я бросил на неё взгляд.

— Чем? Рядом походить? Я в сапёрном деле всё равно ничего не понимаю.

— Тоже верно, — хмыкнула девушка. — Просто бесит. Мельтешишь здесь, как этот.

— Тут дно двойное, — сменил тему я.

— Уверен?

— На двести процентов.

— А это многое объясняет, — задумчиво пробормотала Гюрза и пробежалась фонариком по полу. — Так, ты вылезай, а Мост — прыгай ко мне.

— А ты там не сильно раскомандовалась? — огрызнулся он, заглядывая к нам через лаз в потолке.

— Здесь, похоже, закладки в полу, — проигнорировав замечание, объяснилась Гюрза. — Нужно понять, как это всё подключено, а от Руля толку нет.

— Ага, конечно, — усмехнулся я. — Без меня вы бы в жизни не догадались под пол заглянуть.

— Там инструмент какой нужен? — спросил Мост.

— Понятия не имею, — отозвалась девушка. — Вроде нет.

— Давай руку. — Это уже предназначалось мне.

Приятель немного свесился вниз и протянул кисть. Мы схватили друг друга за запястья, и он помог мне вскарабкаться наверх. Мост — мужик крепкий, но даже учитывая это, ему пришлось попыхтеть, ведь я тоже не маленький.

Поменявшись местами, теперь я развалился на крыше и с любопытством смотрел, как работают другие люди. Воистину завораживающее зрелище.

— Да чтоб тебя! — выругался Мост, — Я же спросил про инструмент!

— И чё? — с ухмылкой ответила Гюрза. — Я должна в ваших крючках и рогатинах, что ли, разбираться?

— А чего там нужно-то? — спросил сверху я.

— Ключи на семнадцать, — ответил Мост. — Желательно два. Здесь секции на болты посажены.

— Ща посмотрю, — бросил я и спустился с контейнера.

Ни один уважающий себя дальнобойщик не отправится в рейс без набора инструментов. Баллонник — да, это само собой разумеется, но как я уже говорил: в дороге может случиться что угодно. И остаться на трассе без возможности отремонтировать тягач... Ну, то такое. Понятно, что в Мешке на свежем воздухе этим никто заниматься не станет. Здесь скорее сразу посадят на жёсткую сцепку и отбуксируют в ближайший форт. Но ведь не будешь каждый раз в сервисы обращаться, да и не в каждом форте он есть. Короче, я был на сто процентов уверен, что у водителя имеется всё необходимое, чтобы разобрать грузовик по болтикам. И не ошибся.

Стоило откинуть крышку «кармана», взгляд тут же зацепился за заветный пластиковый чемоданчик. На всякий случай я его даже открыл, чтобы убедиться в наличии головок с трещотками. Ну а под ним нашёлся и набор ключей в пластмассовом треугольнике-переноске. Чтобы двадцать раз не бегать, я решил передать Мосту все находки. А затем снова развалился на крыше и принялся наблюдать за работой друзей. Точнее, работал только Мост. Гюрза расположилась за его спиной и, подсвечивая фонариком, постоянно комментировала действия приятеля.

— Да куда ты так тянешь-то? Вдруг там провод какой снизу подцеплен?

— Ничего там нет.

— Это ты сейчас знаешь, что нет, а если бы был? Давай вторую откручивай, не видно ни хрена. Да не дави ты так! Ключ сорвётся — все пальцы обдерёшь.

— Отвали, а?! Чё ты лезешь со своими советами?! На, сама крути, если такая умная!

— Давай, давай, шевели батонами, — продолжила доводить его Гюрза. — Не женское это дело — болты крутить.

— Крутят гайки, — уличил момент вернуть ей шпильку Мост.

— Душнила, — мгновенно нашлась Гюрза. — Ну, чё глаза вытаращил?

— Да вот, думаю, левой тебе челюсть свернуть, или правой, — прошипел Мост.

— Ой, всё, делай как хочешь. Но потом не говори, что я не предупреждала... Осторожно!

Мост действительно замер, едва приподняв вторую пластину. Оба притихли, что-то внимательно там рассматривая.

— Давай аккуратно, в сторонку его, — засуетилась Гюрза. — Стой, я сейчас с той стороны придержу...

— Эй, чего там у вас? — не выдержал и полюбопытствовал я.

Однако друзья отмахнулись от меня, как от назойливой мухи, и продолжили возиться с частью пола. Кое-как извернувшись, они положили её вдоль борта. Гюрза подняла фонарик и подсветила нишу, а затем вдруг грязно выругалась. Таких слов я даже на стоянке грузовиков не слышал, а уж наш брат витиевато выражаться умеет.

— Да вашу ж мать! — рявкнул сверху я. — Мне кто-нибудь объяснит, что там за дерьмо?!

— Вынимай нас отсюда! — Гюрза резко подскочила к лазу. — Да быстрее ты...

Я немного свесился, протянул ей руку и, схватив за запястье, помог выбраться из контейнера. Моста мы доставали вместе. Очень уж он лось здоровый. Однако на этом странности в поведении Гюрзы не закончились. Как только она спрыгнула с прицепа, тут же постаралась от него отстраниться, при этом постоянно испуганно косилась в сторону машины. Мост вёл себя не лучшим образом.

— Вы долго будете вести себя как два дебила? Может, кто-нибудь снизойдёт до объяснений?! Что там такое? — набросился с вопросами я.

— Если там то, что я думаю, нам конец, — совершенно непонятно объяснилась Гюрза.

— Это объясняет, почему Мазай тогда форты с землёй ровнял. До последнего надеялся, что там не они.

— Да кто — они?!

— Ракеты. Точнее, их активная часть, — наконец хоть что-то объяснила Гюрза.

— Что за ракеты? — уточнил я. — Типа как от «Града»?

— Нет, — выдохнул Мост. — Всё гораздо страшнее. Помнишь, я тебе про пустошь рассказывал и про Пса?

— Ну, я пока ещё деменцией не страдаю, — усмехнулся я.

— Так вот, там жахнула всего одна боеголовка из десяти.

— Стоп! Хочешь сказать...

— Угу, — не дал мне закончить он. — Кажется, это мы их стащили.

— Ох ты ж едрить твою налево… — пробормотал я, — И чего теперь делать?!

— Лично я предлагаю вернуть, — выдвинул свою версию Мост.

— Да хрен там плавал! — встала в позу Гюрза. — Кто успел — тот и съёл! Нам за них лям предлагают! Ты хоть представляешь, какие это бабки?!

— Мертвецам камни не нужны, а мы именно ими и станем, если не отдадим груз Мазаю.

— В смысле — лям? И ты мне всего сто штук предложила?! — возмутился я.

— Ну, ты же согласился.

— Я ничего не знал о рисках.

— Короче, поделим поровну. Триста кусков — это очень серьёзное бабло. Мы легко сможем начать новую жизнь. Даже какой-нибудь захудалый форт выкупить.

— Он на то и захудалый, что на хрен никому не нужен, — парировал Мост. — Скорее нас завалят раньше, чем мы завершим сделку.

— Мы на краю Мешка, за тысячу двести дней от Мазая, — продолжила стоять на своём Гюрза. — Пока он там чу́хнет, что к чему, мы уже свалим подальше.

— От эксов далеко не убежишь. А если по следу Черепа пустят? Как думаешь, сколько дней ему потребуется, чтобы пересечь Мешок?

— Кто такой Череп? — встрял в разговор я.

— Да какая разница, — отмахнулась Гюрза, — Ты что думаешь по этой теме?

— Ого, а у меня есть право голоса?

— Руль!

— Да не знаю! — возмутился я. — Я больше половины не понимаю из того, что вы говорите. Кто этот Череп и почему вы его так боитесь? Что за эксы такие? И зачем Мазаю ядерные бомбы?!

— Череп — это проводник, — начал объяснять Мост. — Он умеет по Мешку днём передвигаться.

— В смысле, днём?! — не поверил я ни единому слову.

— В прямом. Талант у него такой, очень редкий. А ещё он способен короткие маршруты прокладывать, словно знает секретные ходы. Я как-то слышал, что он в течение суток пешком автомобильный караван на два дня обогнал. Потом дождался торгашей и всех вырезал. Один!

— Да не слушай ты его, — поспешила вмешаться в разговор Гюрза. — Он тебе сейчас все слухи Мешка в одну кучу соберёт. Всё совсем не так было...

— А как? Караван на следующий вечер обнаружили, он всего два квартала до форта не доехал.

— А с чего ты взял, что Череп пешком через Мешок шёл? Может, он на машине путь срезал?

— Не в этом суть...

— Да заткнитесь вы оба! — рявкнул я, и друзья посмотрели на меня с нескрываемым удивлением.

— А мальчик вырос, папку на хрен посылает, — с ухмылкой произнесла Гюрза.

— Помолчи, пожалуйста, — повторил я, правда, на этот раз уже сдержанно. — Вернуть груз Мазаю вы точно не сможете. Он же сразу поймёт, кто его увёл. Вы и без того были главными подозреваемыми. Так что этот вариант отпадает.

— Вот, послушай умного человека, — кивнула в мою сторону Гюрза.

— Вы что, действительно не понимаете, чем закончится сделка? Как только торговый союз получит боеголовки, начнётся война. Ты реально хочешь отдать власть в Мешке торгашам?

— Я хочу жить, ни в чём себе не отказывая, — ответила девушка. — Желательно при этом не рисковать задницей.

— Да ты же от скуки сдохнешь, — усмехнулся Мост. — Или в самом деле собираешься себе форт купить?

— Не твоё дело, — фыркнула Гюрза. — Тебя силой здесь никто не держит. У нас вообще уговор был, что ты проводишь нас до подземки.

— Ну извини, что всё это время я прикрывал ваши задницы.

— Короче, — снова прервал я начинающуюся перепалку. — Предлагаю оставить груз здесь и отправить анонимку Мазаю. Пусть приезжает и забирает свои ракеты, или что там такое.

— Ты чё, совсем дурак?! — уставилась на меня Гюрза. — Что значит — оставить?! Ты мне за три микса должен, плюс два постоя в фортах. И это я ещё за обмундирование молчу.

— А моя работа в чём заключалась, не напомнишь? Я грузовик из тоннеля выгнал? Так что гони мои сто штук. Кстати, можешь удержать из них мой долг в пятьсот камней, плакать не буду.

— М-да, два дебила — это сила, — вздохнула Гюрза. — Всё, можете валить, куда хотите. Я сама закончу работу. Вашу долю переведу, как завершу сделку.

— Тебя ведь убьют, дура. — Мост в очередной раз попытался наставить подругу на истинный путь.

— Я хотя бы попробую выбраться из этого дерьма, — поморщилась она.

— Как? Мы в Мешке, здесь дерьмо случается на каждом шагу! — развёл руками Мост.

— Вот именно, — ухмыльнулась она.

— Постой, ты уверена? — Приятель моментально изменился в лице. — А если это развод?

— Нет, я сама видела. Мне показали, — ответила она. — Я точно знаю, что была там, я видела нормальный мир. Отсюда есть выход. Я предлагаю последнее дело — и после этого нас никто не найдёт.

— Я «за», — мгновенно переобулся я.

— И что мы там делать будем? — засомневался Мост.

— А здесь ты чё делаешь? — резонно заметила Гюрза.

— Ну, знаешь... Здесь хотя бы всё ясно. А там... У меня там ничего нет. Меня и самого-то, наверное, уже давно похоронили. Думаешь, там будет проще?

— По крайней мере, там мы сможем жить как нормальные люди.

— А ты уверена, что мы нормальные? — грустно улыбнулся Мост. — Я вот не совсем. Сколько ты народу покалечила за один только косой взгляд? Там такое не прокатит, сядешь в первую же неделю.

— Мост, я что-то не пойму: ты что, реально не хочешь обратно?

— Да не знаю я! — вдруг закричал он. — Чё ты пристала?! Не могу я вот так сразу. Мне нужно всё обдумать. Как это вообще происходит?

— Есть человек, его называют Проводник...

— Очень оригинально, — хмыкнул я.

— А здесь с креативом вообще сложно, — пожала плечами Гюрза. — Так вот, он гонит товары для торгового союза. Ну и иногда, в качестве подработки, — людей.

— И за переход просит миллион камней? — уточнил Мост.

— Там не всё так однозначно, — поморщилась Гюрза. — За переход нужно заплатить лям с носа, но я смогу договориться. Это, — она указала пальцем на грузовик, — стоит гораздо больше. Так что я смогу выбить для нас три билета во внешний мир.

— Что думаешь? — посмотрел на меня Мост.

— Кажется, я уже высказал своё мнение, — ответил я. — Я хочу домой.

— Значит, так, — хмуро произнёс Мост. — На день остаёмся здесь. Нужно разобрать весь пол и вытащить заряды. На этом куске говна мы далеко не уедем. Впрочем, я вообще считаю, что нам не стоит кататься с ядерными бомбами по Мешку.

— Предлагаешь скинуть их здесь?

— Что-то типа того, — кивнул он. — Нужно сделать фото, чтоб предъявить в качестве доказательства, иначе с нами даже разговаривать не станут. Информацию о грузе передадим только после того, как окажемся в нормальном мире.

— Но здесь его тоже оставлять нельзя, — покачала головой Гюрза. — Нас могут выследить люди Дьякона, если не уже...

— А мы от радиации не подохнем? — задал резонный вопрос я. — Ну так, мало ли, вдруг вы упустили этот вариант.

— Руль прав, подобный расклад тоже стоит учитывать, — согласился Мост. — Нам нужен запас микса.

— Да он нам в любом случае нужен, — кивнула Гюрза. — Давайте вначале о насущном: куда ты собираешься спрятать заряды?

— Есть в паре дневных переходов одно место, — загадочно улыбнулся Мост. — Осталось найти тачку, на которой мы сможем перевести это дерьмо.

— Что за место? — уточнила Гюрза.

— Надёжное.

— Ты можешь нормально объяснить? Вдруг оно нам не подойдёт.

— Всё там подойдёт, — заверил подругу Мост. — Этот склад можно снаружи закрыть?

— Не уверена, — покачала головой Гюрза.

— Тогда как же им пользовались те, кто его построил? — спросил я.

— Ну, ты голову-то включи. — Она постучала себя ладонью по лбу. — С пульта управления, например, или другим способом. Эта дрыгалка — она указала на рукоять, при помощи которой мы закрылись, — здесь скорее на аварийный случай.

— А что за той дверью? — Я указал на переборку с противоположной стороны.

— Метро, — вместо Гюрзы ответил Мост. — Правительственная ветка.

— Ну, на тракторе мы далеко не уедем, — заметил я. — Значит, кому-то придётся остаться здесь, пока мы будем искать машину.

— Я не поняла, — усмехнулась Гюрза. — Ты на меня, что ли, намекаешь?

— Ну почему, могу и я посидеть.

— После будем решать, — прервал нас Мост. — Сейчас нужно заряды достать.

— Кстати, о птичках: я всё никак понять не могу, к чему вся эта предосторожность со взрывчаткой? За каким хреном так минировать машину, если внутри такое! А если бы оно рвануло?

— Это вряд ли, — отмахнулся Мост. — Ядерную реакцию таким способом не запустить, там всё гораздо сложнее. А вот привести в груз в полную негодность — запросто.

— Тогда плоховато Мазай его защитил, раз мы без особого труда до него добрались.

— Это ещё не факт. Мы ведь только две планки с пола сняли. Кто знает, какие сюрпризы поджидают дальше.

— А что, если ничего не трогать? Сфотографируем то, что уже видно, найдём тягач, колёса и перегоним в укромное место вместе с прицепом, — предложил я.

— Я тоже об этом думал, но нужно как-то лаз закрыть, — согласился Мост.

— Здесь на подземном паркинге броневик инкассаторский стоит, — подкинула другую идею Гюрза. — Ему только бак заправить и аккумулятор зарядить.

— И с чего ты взяла, что он сразу поедет? — скептически подметил Мост.

— С того, что это я его сюда пригнала, — заявила девушка. — Мы с Рулём можем пока за ним сгонять, а ты в это время полы до конца вскроешь.

— Мне нравится, — согласился Мост. — Действуйте.

***

Странно, но на открытой местности я почему-то чувствовал себя, словно голый. Казалось, будто за мной наблюдают тысячи глаз. Хотелось поскорее бежать, забиться в какой-нибудь угол и тихонько скулить, прикрывая голову руками. Чем ближе мы подходили к зданию аэропорта, тем острее становились эти ощущения.

Вскоре начали мерещиться тени. Не явные, а те, что мелькают на периферии зрения. Но, стоило обернуться, как они исчезали, чтобы прошмыгнуть с другой стороны. Страх проникал всё глубже, постепенно захватывая разум и устраивая панические атаки.

Ближе к дверям я начал подозревать, что Гюрза ведёт меня на казнь. Будто она специально выдумала броневик, чтобы заманить меня в укромное место, да там и оставить. Всего один выстрел в голову, и Мост никогда не узнает, что произошло на самом деле. Она просто хочет избавиться от лишнего рта, чтобы не делиться ценными камнями. Не исключено, что приятеля ждёт такой же конец...

— Прощайся с жизнью, ублюдок, — с искривлённым от ненависти лицом произнесла Гюрза.

— Что?! — находясь на грани срыва, переспросил я.

— Я говорю, этот ублюдок где-то внутри, — повторила совсем другие слова она. — Держись и постарайся не пускать его к себе в голову.

— Что? Какой ублюдок? Ты о чём?

— Ты вообще слышал, что я тебе сказала на взлётной полосе?

— Н-нет... Не помню...

— Это фиолетовый, и он где-то рядом. Просто не поддавайся панике, старайся думать о чём-то хорошем, — попыталась успокоить меня Гюрза, а затем вдруг снова резко изменилась в лице и прошипела: — Я тебе кишки выпущу, гнида.

Я судорожно сглотнул ставшую вязкой слюну и на непослушных ногах проследовал дальше. Умом я понимал, что меня жёстко глючит. Впрочем, я всё ещё держался, контролировал себя, хоть и с огромным трудом. А давление на мозг усиливалось с каждым шагом, тени становились всё гуще. Казалось, вот-вот — и они схватят меня своими кривыми щупальцами, утянут в нору, где разорвут на мелкие кусочки...

«Бух, бух», — громко ударил по ушам дробовик, а в мозгах раздался жуткий вопль, похожий на работу бензопилы на максимальных оборотах. Я поднял взгляд на лестницу, где пылало синим огнём нечто бесформенное.

— Готов, уродец, — самодовольно заявила Гюрза. — Но ты всё равно смотри в оба, они редко ходят по одному. Скорее всего, где-то неподалёку ещё одна тварь лазает.

— Такая же? — спросил я в надежде получить отрицательный ответ.

— Любая. Чаще всего жёлтые попадаются...

— Уа-а-а, — эхом пронёсся звук по пустому залу ожидания, словно огромная жаба проквакала.

А затем раздался частый топот, и по стеклянной галерее второго этажа пробежал уродливый гном. Удивительно, но я отреагировал мгновенно. Гюрза даже дробовик поднять не успела, когда я вскинул автомат и вдавил спуск. В ушах тут же зазвенело, хотя выстрел из дробовика казался более громким.

Брызнули стёкла, и гном вместе с осколками рухнул на пол первого этажа. Его тело, булькая, расползалось бесформенной кашей, над которой поднялся лёгкий дымок жёлтого цвета. Я хотел получше рассмотреть тварь, но когда подобрался поближе, от него почти ничего не осталось. Лишь небольшой окатыш камня величиной чуть больше горошины.

Очередная странность Мешка, которую я никак не мог объяснить логически. Самое интересное, что ответов на эти вопросы не было ни у кого, по крайней мере, из тех, кого я успел повстречать. Наверное, каждый, кто сюда провалился, точно так же пытался найти объяснение всему, что здесь происходит. Возможно, со временем я тоже перестану обращать на это внимание, и мою голову перестанут терзать мысли о предназначении этого места. О том, кто его создал и почему оно так сильно похоже на мой прошлый мир и одновременно так сильно от него отличается.

Но пока у нас есть более насущные вопросы, которые нужно решать здесь и сейчас. Может, именно в этом и кроется уникальная способность Мешка: хранить свои секреты? Он попросту навязывает нам суету и постоянный риск, заставляя отвлекаться от основных вопросов.

— Ну и ты чего замер? — Гюрза толкнула меня в спину. — Никогда жёлтый камень не видел?

— Извини, задумался, — буркнул я и убрал трофей в карман.

— С почином! — Она с кривой ухмылкой хлопнула меня по спине. — Теперь ты официально один из нас.

— В смысле? — Я не сразу сообразил, что этот монстр действительно первый, кого я убил. — А ведь точно...

— М-да, как до утки на седьмые сутки, — не упустила возможности подколоть меня Гюрза. — Ладно, хватит клювом щёлкать, двигаем на паркинг. Рассвет скоро, а у нас дел — конь не валялся. Ну и куда мы пошли?! А канистру кто будет тащить — я?! Мне она на хрен не нужна!

Глава 11. Здесь всюду опасность

Подземная стоянка выглядела ещё более угнетающе за счёт полной загруженности автомобилями. И всё бы ничего, подобную картину можно наблюдать и в нормальном мире. Подумаешь, нет людей на парковке? Да ночью они все выглядят именно так. Если бы не одно но: толстый слой грязи, что их покрывал. Общее ощущение заброшенности дополняли спущенные и потрескавшиеся от времени шины. Беглого взгляда хватало, чтобы понять: за этими тачками больше никогда не вернутся хозяева. Впрочем, весь аэропорт выглядел под стать, вызывая целый каскад противоречивых эмоций.

Казалось, будто жившие здесь когда-то люди попросту бросили всё и сошли с планеты. А может, были резко перенесены в параллельное измерение какой-то неведомой силой. В душе я понимал, что, скорее всего, произошло обратное, это часть нормального мира провалилась сюда. Однако мозг воспринимал действительность иначе.

Мне сразу вспомнились древние легенды о загадочном исчезновении целой деревни. Когда жители покинули обжитое место, оставив после себя одну-единственную надпись «Кроатон». Никто до сих пор не знает, что с ними произошло. А ведь возможно, они просто провалились сюда, в Мешок, и были сожраны тварями в первую же секунду.

В мире ежедневно исчезают тысячи человек, бо́льшую часть которых так никто и не находит. Наверняка я — один из них. Вряд ли транспортная кампания просто так закрыла глаза на исчезновение тягача с кучей товара в прицепе. Хотел бы я посмотреть на полицию, как они чешут головы, глядя на трекер моего движения и сверяя его с дорожными камерами. Выехал с заправки и провалился сквозь землю посреди оживлённого шоссе.

— Вон он, — указала рукой на инкассаторский броневик Гюрза.

— Вижу, — отмахнулся я. — Как заводить будем?

— С толкача, — ухмыльнулась она и продемонстрировала мне трубочку из красного картона. — Но до завтра я смогу быть только красной.

— Как это вообще работает?

— Волшебство, — подмигнула она. — Но для этого нужно обязательно дунуть, ха-ха-ха.

«Цок-цок-цок...» — вдруг раздались в тишине помещения чьи-то шаги. И они явно не принадлежали человеку. Кто-то очень шустро перебирал конечностями, на которых имелись коготки.

Вызвав в памяти все известные виды тварей Мешка, я быстро пришёл к выводу, что это мог быть только синий. Гюрза уже вжимала приклад автомата в плечо. Я даже не заметил, когда дробовик перекочевал за спину. Впрочем, я тоже не отставал и осматривал помещение через прицел.

Слева вдруг что-то грохнуло, и на этот раз всего в нескольких шагах от нас. Мы с Гюрзой резко развернули стволы в сторону шума, но там оказалось пусто, лишь слегка покачивалась машина, словно по ней пробежало что-то тяжёлое.

— Вот же попадос, — прошипела Гюрза. — Кажется, мы нарвались на прозрачного.

— В смысле, невидимку? — зачем-то спросил я.

— Если тебе так удобнее... Но по факту, это неправильно, его можно увидеть. Он скорее как чисто вымытые окна.

— Ага, и я после этого душнила, — ухмыльнулся я.

— Падай! — вдруг рявкнула она, и я без лишних вопросов рухнул на пол.

Над головой протрещала очередь, больно ударившая по ушам, а затем нечто смело́ Гюрзу с ног. Раздался грохот и у машины, в борт которой влетела девушка, разбилось стекло, а на двери осталась приличных размеров вмятина. Но, похоже, она успела принять красную пыль, потому как вступила в борьбу с невидимым противником. Натужно застонав, девушка что-то оттянула от себя, после чего содрогнулась от мощного удара по рёбрам.

— Стреляй! — взвизгнула она, а дальше посыпался такой отборный мат, что у меня уши свернулись трубочкой.

Впрочем, мало кто станет выражаться высоколитературным языком в такие моменты. Даже представить себе это сложно.

Время шло даже не на секунды, вот только я никак не мог надавить на крючок. Во-первых, тряслись руки, а во-вторых, я очень боялся зацепить Гюрзу, из-за чего лишь усиливался первый симптом. С каждым последующим словом мат становился всё витиеватее и... В общем «заклинание» сработало, и я наконец решился всадить пулю в невидимого противника.

Видимо, боль твари всё же испытывают. По ушам ударил её визг, больше похожий на ультразвук. У меня аж зубы от него свело. Зато Гюрза воспользовалась моментом. Извернувшись, она поджала ноги и умудрилась оттолкнуть от себя противника. Где он упал, я не увидел, но примерно прикинул траекторию, заодно сориентировался на звук и ещё, несколько раз вдавил спуск. Визг повторился дважды, а на третьем попадании тварь затихла, и в том месте, куда я посылал пули, заклубился лёгкий дымок.

— Ты как? — Я подскочил к напарнице.

— До свадьбы заживёт, — отмахнулась она, но всё же без стона подняться не смогла.

— Надеюсь, не до нашей, — не очень смешно пошутил я.

— Камень подними, жених хре́нов, — ухмыльнулась она. — И давай шустрее с броневиком, пыль не будет действовать вечно.

Я помог Гюрзе добраться до капота, на который она тут же уселась, подхватил окатыш, похожий на стеклянную бусину, сунул его в карман и рванул к канистре. Свинтил крышку, установил на её место специальный гофрированный носик и принялся переливать топливо в бак. При этом не забывал коситься на подругу и одновременно крутил головой на все триста шестьдесят. Шум мы устроили изрядный, так что ожидать появления нового противника было вполне логично.

Разодранная одежда на боку Гюрзы напиталась кровью. Но рана вроде как неглубокая, иначе пятно было бы в разы больше. Плотная водонепроницаемая ткань костюма смягчила удар и защитила от серьёзного повреждения. Вот только девушка всё равно сильно морщилась при каждом движении. Возможно, у неё сломано ребро.

— Ты точно сможешь толкнуть грузовик?! — спросил я. — Может, лучше мне попробовать?

— Лезь за баранку, — отмахнулась она. — Я справлюсь.

Спорить я не стал, не та ситуация. Распахнув дверь, запрыгнул на водительское сиденье и убедился, что автомобиль имеет механическую коробку передач. В противном случае его можно было бы толкать до посинения без видимого результата. Да, может, в механической части девушка и не разбиралась, но определённо знала, что делает. И всё же избавиться от стереотипов не так-то просто.

— Давай! — крикнул я и принялся выкручивать тяжёлый из-за неработающего усилителя руль.

Машина довольно резво покатилась по бетонному покрытию паркинга. Как только она набрала достаточную скорость для запуска двигателя, я перекинул рычаг на вторую скорость и отпустил педаль сцепления. По привычке ожидал, что ход замедлится из-за появившегося сопротивления, но сильно недооценил возможности человека под красной пылью. Гюрза будто не заметила образовавшейся нагрузки и продолжала толкать тяжёлый броневик, не сбавляя темпа.

Движок пару раз хрюкнул, а затем подхватил, и машина резко ускорилась. Я тут же вдавил сцепление, несколько раз газанул, чтобы машина точно не заглохла, и только потом остановился, дожидаясь пассажирку.

***

До нашего убежища добрались без приключений. Но страху я натерпелся с большим запасом, особенно пока открывалась переборка. А ведь её ещё закрыть предстоит, и твари нас ждать не станут. Тот факт, что их пока не видно, ещё не означает, что мы в безопасности. Я уже успел насмотреться на то, как они появляются, словно из ниоткуда.

Однако всё обошлось.

В берлоге друзья снова приступили к разборке пола с последующим изъятием боеголовок. Выглядели те не особо впечатляюще: железный конус с какими-то застёжками. Зато весили не под стать внешнему виду.

Больше всего меня пугала радиация. Я понятия не имел, как она выглядит и какое конкретно влияние оказывает на человека. Мало того, я даже не знал, фонят ли эти боеголовки. Но отрастить в перспективе третью ногу не очень-то хотелось. И да, в моём понимании, радиация действовала именно так: превращала человека в мутанта, а черепашек — в воинов-ниндзя.

Хорошо, что меня отстранили от опасной работы, определив в кашевары. Я расположился в уголке и готовил похлёбку на крохотной походной горелке, которая питалась от газового баллончика из жести. Дело для меня вполне привычное. В дороге не всегда получается заночевать в уютном мотеле, при котором располагается кафе. Мало того, в нашей стране есть такие места, через которые можно ехать весь день, так и не встретив ни одной живой души. Да, да, это при всех слухах о перенаселении планеты. Уверен на все сто, что данную чушь распространяет Европа, потому как у них со свободной землёй большие проблемы. Порой один город от другого отделяет лишь табличка с его названием, в то время как визуально ты едешь всё по той же улице.

К слову, ездить я туда не любил. Многие из моих коллег стремились взять заграничную путёвку. За эти рейсы всегда хорошо платили. Но не дай бог что-то не так с машиной или того хуже — сопроводительными документами. Бывало, машины стояли на границе неделями, пока руководство соизволит поставить закорючку в нужное место. И это я молчу за нормы по выхлопным газам и многое другое, что итоге складывается в сплошной геморрой. Короче, ну её в жопу, эту Европу.

— Чё там со жратвой? — спросила Гюрза, высунувшись из прорези в крыше.

— Давно уже готова, — ответил я.

— А чего не позвал?

— Вообще-то, я вас звал, — пожал плечами я.

— Странно… — Она почесала макушку. — Ну да ладно, помоги Моста вытянуть.

— Иду, — отозвался я и направился к прицепу.

Вскоре мы сидели на бетонном полу и уплетали простенький суп из тушёнки. Я наконец улучил момент, чтобы снова вывалить на головы приятелей скопившиеся вопросы.

— Так откуда берутся твари?

— Из-под земли, — ответила Гюрза. — Я сама лично видела, как они выползают.

— А там они откуда?

— Говорят, что их рожает королева-матка. Если её убить, можно получить чёрный камень, который позволит управлять всеми тварями.

— Круто, — покивал я. — Интересно, а сколько такой стоит?

— Сколько попросишь, — с ухмылкой ответил Мост. — У этого товара нет цены.

— Как и у нашего, — с довольной улыбкой произнесла Гюрза.

— Да, зато за них могут убить.

— Мост, хорош уже ныть, у тебя хреново получается быть совестью. Возможностей сдохнуть в Мешке хватает, так что мне не особо страшно. Ты не хуже меня знаешь, что здесь всё зависит только от госпожи Удачи. Завтра перегоним товар в укромное место и махнём в столицу торгового союза. Во, кстати, Руль, таких фортов ты ещё не видел.

— А что там?

— Это натуральный мегаполис. Основное количество сделок Мешка проходит именно там. А ещё там можно купить и продать всё что угодно.

— И камень королевы-матки?

— Однажды там уже крутился чёрный камень, — поддержал беседу Мост. — Тоже мутная история. Кажется, в ней твоя подружка участвовала, как её там?..

— Гадюка, — не особо охотно ответила Гюрза.

— Тоже змеиная кличка, — подметил я.

— Угу, — кивнул Мост. — Специальные позывные одной конторы, которая выращивает самых опасных наёмниц Мешка.

— Заткнись, — огрызнулась Гюрза. — Не обязательно рассказывать об этом всем подряд.

— А вот это было обидно. — Я шмыгнул носом. — Как ребро?

— Да нормально, — отмахнулась она. — Если не делать резких движений, то вообще не беспокоит.

— Нам нужно миксом затариться, — вспомнил о наболевшем Мост. — Кстати, вот, на общак. — Он бросил в центр между нами знакомый мешочек с камнями. — С тракториста улов.

— Всё-таки ты его прикончил. — Гюрза натянула довольную улыбку. — А я-то, грешным делом, уже успела подумать о тебе плохо. То-то я смотрю, что к нам за всю ночь так никто и ни пожаловал.

Я же, напротив, сразу помрачнел и замолчал. Настроение вмиг испортилось, а перед глазами мелькнула картинка того, как умер несчастный человек. А ведь он нам доверился...

— Да брось, не хмурься, — довольно ощутимо ткнула меня кулаком в плечо Гюрза. — Он всё равно был уже покойник. Мост оказал ему услугу, подарив быструю смерть. Пираты бы с него заживо кожу содрали, прежде чем прикончить.

— Не факт...

— Факт, — перебил меня Мост. — На него бы вышли быстрее, чем он успел добраться до форта.

— Или сейчас помогал бы нам таскать эти железки, — кивнул я в сторону боеголовок, которые лежали ровным рядком. — До сих пор не понимаю, как Мазаю удалось их достать.

— Он их купил, — ответила Гюрза.

— Что значит — купил? — усмехнулся я. — Это же не булка хлеба? И даже не эксклюзивная Bentley, инкрустированная бриллиантами. Мы сейчас говорим о тактическом оружии массового поражения. Им даже на уровне правительства не торгуют.

— Поверь, если назначить реальную цену плюс дать гарантии, что это нигде и никогда не всплывёт, можно купить всё что угодно, — парировал Мост. — Ты просто не в курсе, что предлагалось взамен.

— Вечная жизнь разве что, — скептически подметил я, но никто из приятелей даже в лице не изменился. — Вы это серьёзно сейчас?

— Ну, если говорить буквально, то это не совсем так, хотя вторую молодость заполучить возможно. А при правильном подходе — даже третью и четвёртую, — пояснила Гюрза. — И если ты дряхлый старик, но при этом обладаешь огромным влиянием, то с жизнью прощаться не очень-то и охота. Такими лазейками и пользуется Мазай.

— Постойте, вы сейчас говорите про микс?

— Угу, только не про тот, что продаётся в фортах, — пояснила она. — У Мазая есть спец, который готовит настолько качественную смесь, что она натурально возвращает тело в максимально здоровое состояние. При этом ещё и годы неслабо сматывает, по крайней мере, внешне.

— Круто, вот бы попробовать.

— Для этого тебе нужно обладать чем-то таким, чего нет у Мазая, но что ему очень хочется заполучить.

— Так мы и обладаем, — усмехнулся я. — Вон, целых пять штук лежит. Там и на супермикс хватит, и на обратный билет до дома.

— Скорее, на пулю в голову, — снова намекнул на возможный негативный исход Мост. — Что как раз в духе Мазая.

— Мальчики, давайте не будем отходить от плана. Я бы тоже не отказалась избавиться от парочки возрастных изъянов, но с Мазаем дел иметь не хочу. У нас есть реальный шанс вернуться во внешний мир, и меня этот расклад вполне устраивает.

— Я бы лучше камнями взял, — мечтательно произнёс Мост. Отложив пустую миску, он растянулся на бетоне и закинул руки за голову. — Купил бы себе мастерскую поближе к центру и жил, ни в чём себе не отказывая.

— Честно говоря, меня перспектива возвращения тоже как-то не сильно прельщает, — признался я.

— Вот те раз! — Мост даже на локтях приподнялся, чтобы получше меня рассмотреть. — Впервые вижу новичка, который не хочет вернуться домой.

— А что меня там ждёт? Я фуру с товаром прошляпил. Ты хоть представляешь, какой долг на меня повесят, когда узнают, что я жив?! Проще сразу застрелиться.

— Тогда ради чего ты башкой рискуешь? — задал очень правильный вопрос Мост.

— Хочу свой караван. Как я понял, здесь, в Мешке, на этом можно прекрасно подняться. А уж про доставку грузов я знаю практически всё.

— Ха-ха-ха, — грохнула от смеха Гюрза. — Нет, парень, ты даже близко не понимаешь, в какое дерьмо собираешься окунуться.

— Думаешь, не смогу?! — с вызовом произнёс я.

— Тихо, тихо, бизнесмен, я не сказала, что ты не справишься. Просто... В общем, здесь — это тебе не там.

— Угу, это вам не это, — с ухмылкой добавил я. — Я не идиот и прекрасно понимаю, каков риск. Но если у меня получится...

— Боюсь, мы сдохнем гораздо раньше, — пробормотал Мост. — Всё, я спать. Не кантовать, при пожаре выносить первым.

— А мы разве не будем дежурить? — поинтересовался я.

— А смысл? Здесь можно ядерный взрыв пересидеть, — ответила Гюрза, а затем хихикнула и добавила:— Хотя в нашем случае совсем не факт.

Друзья вскоре захрапели, а я всё лежал, всматриваясь в кромешную тьму, и думал над собственными словами о том, что не хочу возвращаться. И ведь это было настоящим откровением. До сегодняшнего разговора я был готов на всё, чтобы попасть домой. Но когда появился реальный шанс, почему-то испугался. Да, Мешок тоже доводил меня до состояния животного ужаса, но здесь я видел перспективы.

Там, во внешнем мире, меня не ждало ничего, кроме рабской кабалы или того хуже — тюремной камеры. Нет, разрулить, конечно, можно. У меня всё-таки есть квартира, которая покрыла бы часть долга. Кое-какие накопления тоже имелись, а остатки легко отработались бы за пару лет. Но я вдруг понял, что не хочу всего этого. И дело даже не в долге или проблемах, которые меня там ожидают. Я просто хочу остаться здесь.

Наверняка я сто раз пожалею об этом решении и, скорее всего, сразу, как только мы снова отправимся в путь. Но, чёрт возьми, здесь столько всего удивительного! Одна только пыль, способная превратить любого дрища в крутейшего супергероя, чего стоит. Да, не навсегда, но тем не менее. А микс? Чудо-смесь, которая буквально вытаскивает с того света, лишь бы человек мог сделать вдох.

И тут до меня наконец дошло. Я отыскал тот самый переломный момент, когда принял решение остаться: когда я был на грани смерти. Именно тогда я почувствовал жажду жизни. Не ту инерцию, благодаря которой я существовал во внешнем мире, а настоящую, полноценную. Вскоре её заглушил страх, но стоило лишь вспомнить этот миг, как сердце в груди затрепетало.

***

Как же сложно объяснить организму, что отныне я — ночной житель. Вот казалось бы, спи себе днём и бодрствуй ночью, что в этом сложного? Однако у биологических ритмов имелось собственное мнение на сей счёт. В голове гудело, будто я проспал целые сутки, а вместо мозгов в черепушку кто-то напихал опилок, притом прелых. Шевелиться получалось с большим трудом, а в глазах периодически терялся фокус.

В отличие от меня, Гюрза вела себя довольно бодро. Она постоянно щебетала и требовала от меня поддержать разговор. Вот только я мог лишь мотать головой и нечленораздельно мычать. Мост тоже выглядел вполне адекватно, а значит, это вопрос привычки. А ведь я дальнобойщик, и жизнь в нормальном режиме для меня чужда. По крайней мере, мне всегда так казалось.

— Ещё двадцать минут, и можем выезжать, — бросив взгляд на часы, скомандовал Мост. — Ты как, Руль? Выглядишь что-то не очень.

— Я и чувствую себя как дерьмо, которое провернули в мясорубке, — ответил я.

— Может, приболел? — Гюрза заботливо коснулась губами моего лба. — Да нет, температура в норме.

— Я за всю жизнь ещё ни разу не видел, чтоб в Мешке кто-то болел гриппом или простудой. Здесь всего две помехи для нормального самочувствия: твари и пуля.

— Нормально, — отмахнулся я. — Ща разгуляюсь. Тело отказывается жить по ночам.

— Понимаю, — усмехнулась Гюрза. — Я когда сюда провалилась, почти месяц не могла режим перестроить. В итоге ничего, вроде привыкла.

— Здесь все только и делают, что к чему-то привыкают, — буркнул Мост. — Ладно, собираемся и валим. Надеюсь, броня заведётся.

— Я вчера по взлётке немного покатался, чтоб аккумулятор зарядить. Бак под пробку залил, так что с моей стороны всё готово, — отчитался я.

— Принял. Прыгай за баранку и не дёргайся, чего бы ни случилось, — кивнул Мост и переключился на Гюрзу: — На тебе выход, я за гидравлику помчал. Если прижмёт — ори.

— Угу, — ответила девушка и слегка оттянула затвор автомата, чтобы убедиться в наличии пули в стволе.

— Всё, по местам. Начали! — Мост хлопнул в ладоши и поднялся с места.

Я запрыгнул на водительское сиденье, повернул ключ в замке зажигания и запустил двигатель. Гюрза распахнула боковую дверь и, уперев приклад в плечо, выдвинулась чуть ближе к переборке, после чего подала сигнал Мосту, и он тут же заработал рукояткой насоса.

Переборка плавно поползла вниз. В приоткрытую щель внутрь ворвался холодный, пропитанный влагой воздух. Сырость здесь такая, что без дополнительных усилий одежда никогда не высыхает полностью. И в фортах с удовольствием этим пользуются, беря дополнительную плату за сушку. А люди с неменьшим желанием расстаются со своими кровными камнями, лишь бы спросонья влезть в тёплую, сухую куртку.

Мы такого удовольствия были лишены, потому как дневали чёрт-те где. От сна на холодном жёстком бетоне у меня ныли все кости. Может быть, поэтому я чувствую себя так, словно меня пыльным мешком из-за угла огрели. И ведь я мог уйти спать к Гюрзе, в кабину тягача, но нет же, решил включить солидарность и остался на полу вместе с Мостом. Идиот — что с меня взять?

Переборка продолжала плавно опускаться, уходя в специальную нишу в полу. Щель уже была достаточного размера, чтобы к нам смогла протиснуться какая-нибудь тварь, но, похоже, они все разбежались. Снаружи шумел дождь, внутри мерно поскрипывал рычаг, и ничто не предвещало беды.

Как только путь был свободен, в машину нырнул Мост, а следом и Гюрза. Я воткнул первую передачу и, плавно отпуская сцепление, тронул броневик с места. Слегка притормозил на неровности перед выездом, чтобы тяжёлая машина нежно перевалилась через препятствие. Всё-таки мы не картошку везём, а ядерные заряды. Хрен их знает, от чего они там могут сдетонировать, лучше не рисковать.

По привычке я посмотрел налево, затем направо, словно выезжал не на пустынное взлётное поле, а на оживленную трассу из спального района.

Впрочем, нас это не спасло.

— Капец, — только и успел выдохнуть я, когда в правый бок влетела скошенная морда БТРа.

Даже учитывая тот факт, что мы стояли, удар вышел внушительный. Я приложился башкой о стекло, которое способно выдержать пистолетную пулю, а то и автоматную. Перед глазами моментально поплыло.

Гюрза отключилась сразу, и только Мост, находящийся в задней части фургона, чувствовал себя более-менее нормально, хотя тоже оказался на полу. Я видел его помутневшим взглядом в зеркале заднего вида. Он что-то кричал, но слова доносились до меня словно сквозь вату, а затем навалилась темнота...