Руины Древних: Невидимый город

Глава 1. Конец охоты

Рассчитанная на неделю охота в лесу затянулась и превратилась в пытку для всех магов. Необычная активность животных сильно затрудняла незаметное перемещение. Кроме того, из-за недавней песчаной бури монстры раньше начали делить территорию. Магические животные старательно прощупывали весь лес на наличие более слабых особей.

Лин строго приказала не торопиться и вести себя тихо, так как спровоцировать атаку целой стаи было бы чревато. Из-за превентивных мер продуктивность всей группы снизилась. Хотя никто не пострадал, но поставленную цель они смогли выполнить лишь за две недели. Лин была первой, кто стремился вернуться в Монастырь Хранителей. Однако девушку, как старейшину, назначили ответственной за операцию.

Безопасность в столь оживлённом лесу имела высший приоритет, чем ценность добычи. Маги старались не заходить в чащи и избегать низин с открытыми участками. Лин приказала держаться всем на расстоянии тревожного сигнала или охотиться группами. Такие вылазки служили и хорошими возможностями для оттачивания Техник. Лин хотела взять с собой Ханбёль в следующий раз. Можно было бы даже сослаться на вступительный экзамен, которого у девочки не случилось.

Как только цель по добыче была выполнена, маги собрались вместе и пересчитали туши, лекарственные растения и ядра Магических животных. Все радостно отметили, что пришло время возвращаться в Монастырь. Многим магам не нравилось ночевать в лесу или находить реки для мытья. Да и кулинарными способностями могла похвастаться лишь пара человек.

Дорога домой казалась короче, а летящий десяток магов не осмелился потревожить даже вожак большой стаи. У Парящих скал Лин ещё раз внимательно пересчитала добычу, часть которой привязывали на крюки. Половина магов стала подниматься в Монастырь, другая часть осталась внизу. После проникновения Ханбёль в Монастырь глава изменил порядок входа на скалы.

Смотря на легко скачущих магов, Лин решила передать соответствующую Технику ученице. У девушки имелись не только заклинания ветра, но и общей магии. Когда последняя партия вошла в защищённую зону и стала вне досягаемости прыжка, Лин достала значок в виде башни. Только такой заколдованный амулет позволял использовать магию, не пробуждая защиты Монастыря.

Вокруг Лин закружились потоки воздуха, девушка старалась быстрее увидеть ученицу. Маги уже разбирали принесённых животных и другие Ценные материалы. Сами же охотники расходились, намереваясь отдохнуть и хорошенько выспаться. Лин назначила старшего и села быстро писать отчёт. Девушка торопливыми движениями отмечала, кто сколько чего принёс и нашёл. Указав пару особенно выделившихся магов, Лин передала пергамент новому ответственному.

По крышам основных трёх островов пронёсся ветер, раздувая занавески и бельё между окон. Лин спрыгнула у столовой, даже не думая об обеде, но остановиться девушке всё же пришлось. Коси Прейшен интенсивно махала рукой, стоя у самых дверей. Лин хотела проигнорировать женщину, когда послышались бегущие шаги. К столовой подбегала растрёпанная Дайна, с которой Ханбёль успела подружиться за два месяца.

— Лин, — запыхавшаяся девочка схватилась за рукав, — Халстрог… нет, Хае… Короче, Ханбёль меня спрашивала о прорыве, а Халстрог в конец её загонял. Мой отец обмолвился, что Хае взял Короля Переменчивых джунглей и Связь Интилла и Аурии.

— Что?!

— Да, Хае собирается прорываться, тебе следует поторопиться, Ханбёль выглядела совсем замученной утром, — подтвердила Коси Прейшен.

У Лин не было слов, она кивнула и мгновенно исчезла в потоке ветра. Девушка мчалась на всех порах к Кейну, надеясь, услышать хорошие новости. Могло же хватить мозгов её другу дать Ханбёль что-то для защиты или вовсе не отпускать. Все старейшины знали, что при прорыве Хае не контролировал огненные частицы. Поэтому пару раз дом сгорал дотла, даже глава устал восстанавливать здание.

Лин остановилась лишь на входе во двор, а сердце пропустило удар. Местами на стенах виднелась сажа, а кое-где ветер играл с золой. Девушка занесла руку, чтобы постучать в дверь Кейна, но не успела. Мужчина вышел на крыльцо и скучающе посмотрел на подругу. Лицо мага сразу же изменилось, когда он увидел трясущуюся и бледную подругу.

— Ханбёль… ч-что т-ты с ней с-сделал? — сквозь зубы прорычала Лин, чувствуя дикую злость.

Перед уходом девушка согласилась на временную замену, рассчитывая на навыки высококлассного мечника. Лин рассчитывала на разумность Кейна и его умение мыслить рационально. Однако только пожар во дворе уже доказывал обратное. Девушка не хотела верить, что две недели друг издевался над её ученицей.

Кейн ничего не успел ответить, когда Лин уже думала, как открыть дверь в собственный дом. Девушка знала, что при угрозе Ханбёль будет прятаться в знакомом и безопасном месте. Конечно, девочка не доверяла Хае, как и Халстрогу. Под горшком ключа не оказалось, что добавило тревоги, Лин стала обыскивать карманы.

Смотря на злую и обеспокоенную подругу, Кейн чувствовал себя не в своей тарелке. Лин всегда оставалась спокойна, но так переживала за ученицу. Вдруг маг вспомнил, что последние несколько дней Ханбёль часто возвращалась домой, чтобы сменить бинты. Кроме того, там же она и ночевала после пожара. Если Лин увидела бы следы травм, то убила бы Кейна на месте.

— Лин, ты, наверное, соскучилась по ученице? Давай сходим к Хае...

— Если он уже активировал Короля Переменчивых джунглей, то войти не получится, — по этой причине девушка стояла во дворе, а не перед домом преемника.

Лин извлекла ключ и открыла дверь, Кейн даже не успел дёрнуться, чтобы остановить катастрофу. К удивлению, мужчины коридор выглядел абсолютно чистым и нетронутым. Однако Лин что-то почувствовала, интуиция вела девушку в кладовку. Халстрог аккуратно следовал за подругой, чтобы успеть объяснить любую картину событий.

Девушка толкнула дверь, за которой хранился инвентарь, швабры и лекарства. Всё лежало на своих местах, Лин даже успела списать свои предчувствия на паранойю. Однако перед самым выходом на глаза попались ножницы и перчатки. Чуть скрипнула дверца шкафа, девушка вернулась и открыла полки с зельями и пилюлями.

В углу скромно лежал один единственный моток бинтов, от мазей тоже остались лишь упаковки. Однако ни одна бутылка с дорогостоящими препаратами не была тронута. Лин оценила разорение базовых лекарств и обернулась к Кейну. Мужчина вскинул руки, но не успел начать объяснять: девушка взбежала по лестнице на второй этаж.

Комната Ханбёль представляла собой полевой госпиталь: везде стояли баночки от мазей и лежали обрезки бинтов. Лин трясущимися руками подобрала один из флаконов и прочитала этикетку, потом повторила действие. Красивое лицо с каждым действием хмурилось, а в глазах просыпалась жажда убийства. Обугленная одежда в углу стала последней каплей.

— Ты её поджог? Почем большинство – мази от ожогов? Зачем ей потребовалось такое количество заживляющих лекарств?! — крикнула Лин и вдавила в стену Халстрога.

Мужчина пытался что-то ответить, но пальцы всё сильнее сжимались на его горле. Пока лицо мага не побелело, а глаза не стали закатываться, Лин не отпускала. Плеснув в лицо Кейна водой, девушка стала дожидаться ответа. Маг быстро пришёл в себя и старательно придумывал оправдание. Его подруга могла казаться доброй, но простая жизнь не приводила людей в Монастырь Хранителей.

— Хае попросил устроить учебный бой...

— И ты ему разрешил?!

— У Ханбёль очень крепка защита, да и навыки с мечом улучшились, — ответ Лин не убедил, так как количество лекарств значило десяток таких боёв.

В руках девушки сверкнул клинок, а Халстрог принял решение бежать на открытую местность. Жизнь мужчине спас резкий выброс огненной энергии. Лин обернулась в направление дома Хае и послала туда свою ауру. Вскоре вернулся ответ, из-за чего девушка содрогнулась. Где-то в середине огненной бури тлела тёмная энергия иллюзий. Лин почувствовала, как магия без стихии старательно защищает кого-то.

Комната опустела в мгновение ока: девушка через окно выпрыгнула на улицу. Следом за подругой последовал Халстрог, опасаясь за безрассудность Лин. Он подозревал, что она может не выдержать и напасть на Короля Переменчивых джунглей. Кроме того, глава чётко дал всем понять, что любое вмешательство в медитацию Хае карается смертью.

Глава 2. На грани

Лин остановилась у самого крыльца дома и с тревогой посмотрела на закрытые двери и окна. Энергия выливалась потоками из одного источника и сразу же поглощалась другими. От этого необъяснимого явления здание впервые за все прорывы Хае не сгорело. Лин не знала, что и думать, ей оставалось только дожидаться окончания.

Вскоре элементы огня в округе начали успокаиваться, и энергия переставала бурлить. В доме восстановилась тишина, но на улицу никто так и не вышел. Лин больше не ждала, в её голове возникали сцены мучений Ханбёль и самые страшные исходы. Девушка перепрыгнула крыльцо и постучалась, но ей никто не ответил.

— Ты же ей дал защитный артефакт? Хае не молчит сейчас, думая, как спрятать труп? — Лин обернулась к Халстрогу, молчание стало лучшим пояснением.

Давным-давно девушка видела, как маги погибали от собственных прорывов. Отец ей часто вбивал в голову, что нельзя торопиться в развитии магии. Чем вдумчивее проходишь каждый уровень, тем больше шансов подняться на вершину силы. И как бы для прорыва не хватало энергии, нельзя использовать чужие силы. Раз элементы переработаны одним ядром, то другому они будут сопротивляться.

Как бы ни был отец Лин одержим своей силой и желанием сделать из дочери сильнейшего мага, он никогда не торопил девушку. Ей предоставляли магические ингредиенты высокого качества, но только в самые ответственные моменты. То, что сейчас происходило внутри дома Хае, шло вразрез с правилами медитаций. Самому парню удалось повысить уровень в рекордно высокие сроки – всего четыре месяца. Однако Лин волновала сохранность ученицы: не только её каналов, но и жизни.

В доме раздался шорох, девушка напряглась, пытаясь понять, что происходит. Могущественная магия растений начала спадать, внутри послышались торопливые шаги. Звуки вновь исчезли, как и энергия Короля Переменчивых джунглей. Лин ещё раз постучалась, так как на двери всё ещё висел самый крепкий магический замок в Монастыре.

Кто-то взял трясущуюся руку девушки и опустил вниз, от дверной ручки. Лин отвлеклась от ожидания худшего и посмотрела на рядом стоящего человека. Глава кивнул девушке, когда замок за дверью щёлкнул. Прежде, чем Лин успела шелохнуться, маг проник в дом и вновь запер засов. Даже Халстрога в этот момент посетило плохое предчувствие. Девушка изо всех сил старалась вести себя прилично, но уже была готова закричать и пробить проход в стене.

— Лин Фрей, я должен предупредить, тронешь моего ученика, и я тебя не пощажу, — раздался строгий голос главы.

Только после серьёзных слов мага, подкреплённых аурой, дверь открылась. Лин дрогнула и вошла в тёмное помещение. На полу лежало скрюченное тело, которое слабо напоминало человека, одна рука продолжала тянуться к окну. Одежда местами сгорела, кое-где виднелась тёмная слизь и ожоги. Лин сделала пару шагов в направление девочки и упала, что совсем не помешало двигаться дальше.

Ничего не видя, кроме ученицы, девушка придвинулась к телу. Трясущиеся руки бережно приподняли растрёпанную голову и замерли. Лин тихо заскулила, но ничего хорошего этот звук не предвещал. Учитель смотрел на изуродованное лицо любимой ученицы и старательно придумывал, кого покромсать на кусочки.

Щеки и лоб имели царапины и ссадины разной давности, на шее новые ожоги перекрывали старые. Из глаз пролегли грязные дорожки от слёз, но их было такое количество, что казалось, лицо пытались умыть. По скулам из ушей стекала кровь и капала на руки, ободранные руки ребёнка. Спутанные в один большой колтун волосы стоило коротко обрезать, хотя местами огонь уже успел подправить причёску.

Лин, чуть касаясь, осмотрела тело Ханбёль и ужаснулась количеству травм. Красивые руки девушки остановились на запястьях, под всхлипы быстро переместились на шею. Пульс всё-таки нашёлся, но едва прощупывался. Всё тело девочки горело, а сердце с трудом подавало признаки жизни. Лин крепко прижала ученицу к своей груди и обернулась к виновнику.

Хае сидел на ступенях лестницы, чуть скрываясь за своим учителем. Глава излучал подавляющую ауру, так как не мог предугадать действия Лин. Ярость, что бушевала с самого первого дня прибытия в Монастыре, могла вырваться наружу. Девушку всегда сбрасывали со счетов только из-за тихого поведения. Такое состояние ученицы могло стать началом конца доброй и спокойной Лин.

Сам парень выглядел довольно бледным и потрёпанным, но сложно было назвать причину. Утомил ли его так прорыв или угроза в виде Лин пугала сильнее. Одно сказать можно было точно, вряд ли Хае испугался за жизнь прислуги, которую называл предметом. Глава попытался встать между девушкой и учеником, но Лин отогнулась в сторону и посмотрела в глаза виновнику.

— Ты! — девушка нежно провела пальцами по лицу Ханбёль и продолжила спокойнее. — Я думала, ты позаботишься о ней. Может, тебе не нравятся люди, но ради меня попытался бы сдержаться! Или ты думаешь, что я заботилась о тебе долгое время за красивые глазки?! Если так ты отблагодарил меня за помощь, то стоит пересмотреть наши отношения!

— Лин… — предупреждающе начал глава.

— Что?! Я неправа? Меня всё время просили взять ученика, и как только я нашла себе человека по душе, над ним начали издеваться. Стоит мне уехать, как по возвращении я нахожу ученицу при смерти! Кто-нибудь мне может сказать, что с ней сейчас? Откуда все эти раны и синяки, будто её избивали всё моё отсутствие? А ты, Хае Эн Джан!

Лин взяла паузу, чтобы набрать воздуха после злых слов, и указала рукой на рукав преемника. Халстрог сместил взгляд с безжизненного тела девочки, на запястье парня. Чёткий след от железной хватки краснел на его руке. Часть рукава была порвана, Хае удивлённо уставился на запястье. Повисла гробовая тишина, слышалось лишь тяжёлое дыхание Лин.

— Посмотри, ей было так плохо и больно, но ты даже не заметил. Решил, что жизнь одного человека ничего не значит по сравнению с твоим великим будущим? Ты ведь просто проигнорировал мою ученицу! Время для прорыва наступило бы снова, а вот очнётся ли Ханбёль вновь, никто не знает. Я права, глава Вир Ша Джан? Теперь…

Лин вновь прервалась, потому что её руки спустились до сжатых пальцев девочки. Из одной из ладоней капали алые капли - так сильно кулак что-то сжимал. Лин развернула руку ученицы к себе и ахнула, разглядев ленту. Связь Интилла и Аурии могла считаться, как способом передачи магии, так и принудительным выкачиванием энергии. Кроме того, порвать нечто столь древнее и мощное было невозможно.

— Ты не только подверг Ханбёль опасности, но ещё и лишил её возможности выжить? Вы что?! Собирались вернуть мне пустую оболочку, а не человека? Это такой способ доказать неправильный выбор ученика? Если я узнаю, что эта Связь высосала из Ханбёль хоть капельку магии, то даже твой учитель тебя не спасёт! Рассчитывать на твоё, Эн Джан, благоразумие было большой ошибкой! Не ценишь жизнь людей, так не цени и свою! Эта девочка прошла всю Древнюю пустыню Фа, чтобы выжить. Думаешь, ей слишком легко жилось с клеймом безмага, ты решил добавить? Если бы ты хоть в половину любил жизнь, как она, то не поступил бы так!

Больше Лин говорить ничего не стала, ругаться ей хотелось целый день и ночь, но стоило заняться лечением Ханбёль. Девушка подняла ученицу на руках и направилась вон из помещения. Из-за странностей ядра и магии девочки никто не брался пояснить и исправить состоянии Ханбёль. Лин лишь могла вытереть грязь, перевязать травмы и следить за температурой.

Спина в чёрная мантия скрылась из виду вместе с обмякшим телом. Глава обернулся и нашёл притихшего ученика, что бессмысленно смотрел на свои пальцы. Вир Ша Джану было наплевать на какую-то девчонку, что и магией толком не владела. Однако даже ему пришлось отметить эффективность совместной медитации Хае и Ханбёль. Изначально глава давал год на развитие до нижнего уровня, а потребовалось в два раза меньше.

— Хае, отдохни сегодня, дальше продолжишь занятия самостоятельно. Первое время это даже будет полезнее.

— Да, Учитель Ша Джан.

— Кейн, пойдём поговорим.

Хае остался неподвижно сидеть на ступенях лестницы, его взгляд блуждал между тем местом, где лежала девочка, и дверью. Глава оставил своего ученика в размышлениях, и отвёл в сторону Халстрога. После чего магу пришлось рассказать события двух последних недель. Вир Ша Джан больше опасался злости Лин, чем потери бесполезного члена Монастыря. Обдумав ситуацию, глава пришёл к единственному выводу.

— Следи за ними, Лин должна оставаться с нами, тогда её отец не будет выступать против Обители Магов.

— Да, глава.

— И ещё, эта девчонка, что за силу она использует? – в руках мага появился чёрный лист бонсая. — Какая магия на такое способна?