Рудов защитник чести

Глава 1

— На помощь! — звонкий девичий голос резанул по ушам, заставив открыть глаза. Для того чтобы тут же их закрыть.

— А-а-ах… — с губ сорвался стон.

«Как же так?» — пронеслась мысль. А с другой стороны, чего ты хотел? Недооценивал врага — вот и получил. Кто же знал, что мелкий, на которого он даже не обратил внимания, схватится за нож?

В пылу драки с его напарником Егор даже не обратил внимания на два укола в спину. Только когда неудавшиеся грабители сбежали, а адреналин, игравший в крови, отступил, пришла боль. Он упал, попутно приложившись головой об асфальт, отчего и потерял сознание.

Над ним склонилось молодое, почти детское лицо, обрамлённое рыжими волосами и усеянное веснушками.

— Потерпи, сейчас… Что там будет дальше, Егор уже не услышал. Сознание покинуло его.

Глава 2

Жар охватил всё тело. Да что там жар? Казалось, его заживо сунули в печь. Это ощущение вытеснило даже боль от ран, нанесённых ножом.

Не сдержавшись, Егор заорал.

Он широко распахнул глаза — и перед ним предстала жуткая картина.

Он горел.

Поодаль стоял какой-то парень, а за его спиной Егор увидел людей, бежавших к нему. Последнее, что он успел заметить, — руки одного из них сияли зелёным светом.

А потом мир погрузился во тьму.

Глава 3 Цена силы

Глава княжеского рода Батуриных стоял у широкого окна своего кабинета и любовался садом.

Сад был его гордостью. Каждое дерево, каждый куст и каждый редкий цветок здесь появились не случайно. За некоторыми из них он отправлялся лично, другие были подарками союзников и старых друзей, третьи доставались его роду вместе с землями и древними тайнами.

Его взгляд остановился на огневице.

Небольшой цветок с ярко-алыми лепестками замер среди зелени. Через равные промежутки времени из его сердцевины вырывались крошечные языки пламени, на мгновение освещая окружающие листья.

— Смотри-ка… Прижилось, — тихо произнёс князь.

На его губах появилась улыбка.

Тридцать лет назад он добыл этот цветок для своей супруги. Тогда ему было уже сорок, но рядом с любимой женщиной он порой снова чувствовал себя восемнадцатилетним мальчишкой.

Он до сих пор помнил ту огненную саламандру.

Помнил азарт схватки. Жар пламени. И собственную улыбку, когда, весь покрытый копотью, он вернулся домой с добычей.

Лишь ради того, чтобы увидеть радость в её глазах.

Пятьдесят лет брака.

Пылкая влюблённость давно уступила место чему-то гораздо более глубокому — спокойной, старческой нежности. За эти годы супруга стала его главной опорой. Она родила ему двух сыновей, помогала удерживать семью от внутренних конфликтов и теперь с удовольствием возилась с внуками.

С одним из которых сегодня произошла серьёзная неприятность.

Улыбка медленно исчезла с лица князя.

Он не был идеалистом. За свою долгую жизнь ему довелось видеть слишком многое, чтобы делить мир только на чёрное и белое. Но одно правило он старался привить каждому члену своей семьи.

Сила накладывает ответственность.

Убить соперника, который значительно слабее тебя…

Неужели я упустил внука?

Князь медленно отвернулся от окна.

За его спиной стояли люди, ответственные за произошедшее.

— Как это произошло? — спросил он.

В кабинете повисла тишина.

Первым взгляд князя встретил начальник полигона.

— Сбой, ваше сиятельство, — осторожно ответил тот.

Князь прищурился.

— Валера. Я задал тебе вопрос. Как это произошло?

Начальник полигона заметно побледнел, но постарался сохранить спокойствие.

— Архип Платонович, тут действительно нет чьей-то прямой вины. Сбой произошёл в генераторе, который питает защиту полигона. Никто не ожидал, что Роман вложит столько силы в удар.

Он сделал короткую паузу.

— Обычно их поединки проходят иначе. Малый генератор без труда справлялся с мощью удара и прикрывал мальчишку, когда тот начинал выдыхаться. Но сегодня… защита не выдержала.

Князь несколько секунд молча смотрел на него.

— Значит, вы хотите сказать, что мой внук просто потерял контроль?

— Да, ваше сиятельство.

— И едва не убил человека.

Валера опустил взгляд.

— Да.

— Хорошо.

Одно-единственное слово прозвучало так спокойно, что начальнику полигона стало ещё страшнее.

Князь перевёл взгляд на женщину, стоявшую чуть в стороне.

Антонина Владленовна, семейный лекарь Батуриных, была высокой женщиной с пышными каштановыми волосами. Она держалась спокойно, однако князь слишком хорошо знал её, чтобы не заметить напряжения.

— Как он? — спросил он.

— Угрозы жизни больше нет, — ответила Антонина. — Ожоги я убрала и погрузила мальчика в лечебный сон. Но есть проблема.

Князь нахмурился.

— Какая?

Женщина на мгновение опустила глаза.

— Его магическое ядро.

В кабинете стало тихо.

— Выгорание? — глухо спросил князь.

— Да.

Антонина медленно выдохнула.

— Организм израсходовал все оставшиеся ресурсы, пытаясь спастись. Магический резерв полностью опустошён. Ядро надорвалось и постепенно угасает.

— Его можно восстановить?

Лекарь не ответила сразу.

И этого молчания было достаточно.

— Сейчас моя дочь искусственно поддерживает работу ядра, — наконец произнесла она. — Мы сделаем всё возможное. Но, боюсь, как маг этот мальчик может закончить свой путь.

Князь прикрыл глаза.

Несколько секунд он молчал.

— Доклад каждый вечер. До самой выписки.

— Разумеется.

— Будем надеяться, малышу повезёт.

Антонина кивнула и направилась к выходу.

— Антонина.

Она остановилась и обернулась.

— Подготовь ещё одну палату. Скоро к тебе поступит пациент.

На лице женщины мелькнуло недоумение.

— Сделаю, ваше сиятельство.

Она вышла.

— Валера.

— Да, ваше сиятельство?

— Иди на полигон. И жди меня там.

Начальник полигона молча поклонился и поспешил покинуть кабинет.

Когда дверь закрылась, в помещении остались только двое.

Князь посмотрел на своего младшего сына.

— Ну что, сын? — усмехнулся он без тени веселья. — Хорошо ты воспитал моего внука.

Виктор стиснул зубы.

— Он увлёкся. Я поговорю с ним.

— Поговоришь?

— Да.

— Нет.

Голос князя стал жёстким.

— Ты отправишь его ко мне. На полигон.

По лицу Виктора пробежала судорога.

Он слишком хорошо понимал, что это значит.

— Ты хочешь его наказать?

— Я хочу преподать ему урок.

— Как когда-то преподал его мне?

В кабинете воцарилась тишина.

И вместе с этой тишиной из глубин памяти Виктора поднялось прошлое.

Двадцать лет назад.

Он был молод, горяч и уверен в собственной силе.

Как и его сын сейчас.

Двадцать лет назад

Поединок должен был быть обычной тренировкой.

Виктор и его однокурсник Платонов часто сталкивались на учебном полигоне. Они соперничали, спорили и пытались доказать друг другу, кто сильнее.

Но в тот день что-то пошло не так.

Виктор разозлился.

И вложил в удар слишком много силы.

Платонов тоже был одарённым, но значительно уступал ему. Его аспектом был ветер — прекрасная стихия для нападения и защиты.

Но не против огня Батурина.

Потоки воздуха лишь раздували пламя.

Виктор помнил крик.

Помнил, как огонь прорвал защиту.

Помнил запах горелой ткани.

А затем — неподвижное тело соперника.

Платонов выжил.

Но едва.

Подоспевшая медсестра успела оказать ему помощь. А через несколько минут на полигоне появился глава рода Платоновых.

Он убедился, что с сыном всё в порядке.

А потом попытался убить Виктора.

Воздушный серп сорвался с его руки настолько быстро, что Виктор даже не успел ничего сделать.

Он зажмурился.

Вот и всё.

Но смерти не последовало.

Когда Виктор открыл глаза, перед ним стояла широкая спина отца.

Его тело окружало синее пламя.

Альфа-стихия.

Редкая. Могущественная.

Его отец входил в десятку сильнейших одарённых Российской империи.

Платонов не смог ничего противопоставить ему.

Князь легко обезоружил разгневанного мужчину, а затем потребовал объяснений.

Разобравшись в ситуации, он спокойно пригласил главу рода Платоновых вечером посетить особняк Батуриных, чтобы обсудить компенсацию за поступок сына.

А потом повернулся к Виктору.

— В машину.

Всю дорогу домой Виктор не мог замолчать.

Он рассказывал отцу, каким сильным тот был. Признавался, что уже приготовился умереть.

Отец слушал молча.

А когда Виктор наконец выдохся, произнёс:

— Я никому не позволю причинить тебе вред.

Эти слова успокоили его.

Виктор заснул.

Он проснулся, когда автомобиль въехал на территорию особняка.

Отец открыл дверь.

— Выходи.

Виктор послушался.

Он и представить не мог, что ждёт его дальше.

Отец повёл его на полигон.

— Отключить генераторы, — приказал он начальнику полигона.

Виктор удивлённо посмотрел на него.

— Зачем?

Ответа не последовало.

А затем отец ударил.

Виктор даже не понял, что произошло.

Его отбросило через весь полигон.

Боль пришла мгновенно.

Он попытался подняться.

Отец уже стоял рядом.

Новый удар.

Полёт.

Земля.

Виктор услышал хруст.

Тогда он ещё не знал, что сломал несколько рёбер.

Он попытался защититься.

Это было ошибкой.

Каждая попытка прикрыться руками заканчивалась новой вспышкой боли. Каждое движение приносило новые травмы.

На лице отца не было никаких эмоций.

Ни гнева.

Ни удовольствия.

Ни сожаления.

Только холод.

Когда Виктор попытался использовать свой дар, стало ещё хуже.

Отец поднял руку.

Пламя сорвалось с его пальцев.

И сознание погасло.

Очнулся Виктор в лазарете.

Всё тело болело.

Позже он узнал, что отец приказал лекарям убрать ожоги.

Но не переломы.

Месяц.

Целый месяц он провёл в постели.

И каждый вечер отец приходил к нему.

Садился рядом.

Он никогда не извинялся.

Вместо этого рассказывал об ответственности.

О том, что значит быть дворянином.

О контроле над даром.

О цене ошибки.

За этот месяц Виктор узнал от отца больше, чем за годы обучения.

Но страх…

Страх остался.

Он до сих пор иногда просыпался ночью в холодном поту.

Настоящее время

— Нет…

Виктор медленно покачал головой.

Перед глазами снова стоял его сын.

Роман.

Его сын.

— Ты не сделаешь с ним этого.

Князь смотрел на него спокойно.

— Почему?

— Потому что он ребёнок.

— А тот мальчик, которого он едва не убил, кто?

Виктор замолчал.

— Он тоже ребёнок, — продолжил князь. — Только ему не повезло родиться в княжеском роду.

— Он всего лишь слуга.

Слова сорвались с губ Виктора прежде, чем он успел подумать.

Лицо отца мгновенно изменилось.

— Повтори.

Виктор почувствовал, как по спине пробежал холод.

— Я сказал…

— Я слышал.

Князь сделал шаг вперёд.

— Повтори. Медленно.

Виктор сжал кулаки.

— Он всего лишь слуга.

— Значит, жизнь слуги стоит меньше жизни дворянина?

— Я не это имел в виду.

— А что ты имел в виду?

— Роман не хотел его убивать!

— А ты хотел убить Платонова?

Виктор застыл.

Князь подошёл ещё ближе.

— Ты помнишь тот день?

— Помню.

— Хорошо.

Голос старика стал почти тихим.

— Значит, ты помнишь, что такое потерять контроль.

Виктор смотрел на него.

Умом он понимал: отец прав.

Роман виноват.

Он должен понести ответственность.

Но сердце…

Сердце отказывалось принимать это.

Я не позволю ему пройти через то же самое.

— Я не позволю, — произнёс Виктор.

Князь приподнял бровь.

— Что?

Воздух вокруг Виктора дрогнул.

Температура в кабинете начала стремительно расти.

— Я не позволю тебе тронуть моего сына!

Пламя вырвалось из его тела.

За секунду кабинет наполнился жаром.

Огонь бросился вперёд.

Но князь даже не пошевелился.

Вокруг него вспыхнул покров пламени.

Два огненных потока столкнулись.

Жар ударил в стены.

Стекло задрожало.

Но старик спокойно шагнул вперёд.

Словно ничего не происходило.

Он подошёл к сыну.

Виктор тяжело дышал.

Пламя продолжало бушевать вокруг него.

Князь положил руку ему на плечо.

И тихо произнёс:

— Успокойся.

Виктор замер.

— Позови своего сына на полигон.

— Отец…

— Это не просьба.

Виктор посмотрел ему в глаза.

В них не было ненависти.

Не было злости.

И это пугало сильнее всего.

— Ты обещаешь, что не убьёшь его?

На лице князя впервые появилась слабая улыбка.

— Ты действительно думаешь, что я способен убить собственного внука?

Виктор молчал.

Пламя вокруг него постепенно начало угасать.

Князь убрал руку с его плеча.

— Я хочу, чтобы он понял то, что когда-то понял ты.

Он направился к двери.

— Сила делает человека опасным.

У самой двери старик остановился.

— Но только выбор определяет, чудовище он… или человек.

Дверь закрылась.

Виктор остался один.

Несколько секунд он неподвижно стоял посреди кабинета.

А затем медленно достал телефон.

Ему предстояло позвать сына.

И впервые в жизни он боялся того, что произойдёт на полигоне, гораздо сильнее, чем собственной смерти.

Глава 4 Пробуждение

Сознание возвращалось медленно.

Сначала появился звук. Тихий, едва различимый звон. Затем запах — терпкий аромат трав, смешанный с чем-то лекарственным и незнакомым.

Егор сделал глубокий вдох.

И замер.

Боли не было.

А ведь она должна была быть.

Последнее, что он помнил, — холодную сталь ножа. Резкую боль. Собственный крик.

А потом жар.

Невыносимый жар, словно его действительно бросили в печь.

Егор резко распахнул глаза.

Над ним был белый потолок.

Несколько секунд он неподвижно лежал, пытаясь понять, где находится.

Больница?

Он повернул голову.

Комната действительно напоминала больничную палату, но всё здесь выглядело непривычно. Высокий потолок, деревянная мебель, стеклянные светильники на стенах. Внутри них мягко мерцал голубоватый свет.

Егор медленно поднял руку.

И застыл.

Рука была чужой.

Слишком худой. Слишком маленькой.

Он резко сел, но тут же пожалел об этом. Перед глазами всё поплыло, а в голове вспыхнула тупая боль.

— Чёрт…

— Тише! Вам нельзя вставать!

Егор вздрогнул.

Дверь открылась, и в палату вошла молодая медсестра. Она быстро подошла к кровати и осторожно попыталась уложить его обратно.

— Где я? — хрипло спросил Егор.

— В медицинском корпусе.

— В больнице?

Девушка на мгновение замялась.

— Можно сказать и так.

Егор посмотрел на неё.

— Как меня зовут?

Медсестра нахмурилась.

— Вы не помните?

— Как. Меня. Зовут?

— Егор Рудов.

Он застыл.

Рудов?

Егор снова посмотрел на свои руки.

Затем перевёл взгляд на отражение в оконном стекле.

Чужое лицо.

Совсем молодой парень.

Сердце пропустило удар.

— Я… не понимаю.

Медсестра внимательно посмотрела на него, но не стала задавать лишних вопросов.

— Вам нужно отдохнуть. Я сообщу главе медицинского блока, что вы пришли в себя.

— Подождите!

Но девушка уже направилась к двери.

— Где я?! Что со мной произошло?!

Медсестра остановилась.

Она обернулась, однако в её взгляде было лишь сочувствие.

— Скоро вам всё объяснят.

Дверь закрылась.

Егор остался один.

Он медленно опустил взгляд.

Я должен был умереть.

Он помнил это.

Помнил нож.

Помнил кровь.

Помнил, как силы постепенно покидали его тело.

А теперь он был здесь.

Живой.

В чужом теле.

— Это сон, — прошептал он.

Но холодная поверхность кровати была настоящей.

Как и ровное биение сердца в груди.

Если это сон, то почему я чувствую всё так ясно?

Егор попытался собрать воспоминания воедино.

Девушка.

Грабители.

Драка.

Нож.

Затем огонь.

Перед глазами неожиданно вспыхнула картина: он горит, а вокруг него стоят незнакомые люди. Кто-то бежит к нему. И руки одного из них светятся зелёным светом.

Егор тяжело сглотнул.

— Что со мной сделали?

Ответа не было.

Он медленно повернул голову к окну.

За стеклом виднелся незнакомый сад.

Где я вообще оказался?

Медсестра быстрым шагом шла по коридору медицинского корпуса.

Её мысли снова и снова возвращались к пациенту.

Егор Рудов.

Мальчик должен был находиться без сознания ещё как минимум несколько дней. Его состояние оставалось тяжёлым, а повреждённое магическое ядро требовало постоянного наблюдения.

И всё же он проснулся.

Девушка остановилась перед дверью кабинета главы медицинского блока и постучала.

— Войдите, — раздался спокойный женский голос.

Медсестра открыла дверь.

Антонина Владленовна сидела за столом, просматривая медицинские записи. Перед ней лежали документы, несколько стеклянных флаконов и прибор для контроля состояния магического ядра пациентов.

Она подняла взгляд.

— Что случилось?

— Антонина Владленовна, — медсестра слегка поклонилась. — Пациент Рудов пришёл в сознание.

Рука женщины застыла над документами.

— Рудов?

— Да.

Антонина медленно отложила бумаги.

— Когда?

— Несколько минут назад. Я находилась рядом, когда он открыл глаза.

— Его состояние?

— Слабость. Небольшая дезориентация. Он задаёт вопросы и, кажется, не до конца понимает, где находится.

Антонина нахмурилась.

— После всего произошедшего это неудивительно.

Она поднялась из-за стола и взяла медицинский прибор.

— Я сама его осмотрю.

— Мне возвращаться в палату?

— Да. И не оставляй его одного.

Медсестра кивнула.

Антонина направилась к двери, но на мгновение остановилась.

— И ещё.

— Да?

— Никаких лишних разговоров с пациентом. Он перенёс серьёзную травму и находится в нестабильном состоянии. Сначала осмотр, потом объяснения.

— Поняла.

Антонина вышла из кабинета.

Она не знала, почему Рудов пришёл в сознание раньше ожидаемого срока.

Возможно, организм мальчика оказался сильнее, чем показывали прогнозы.

А возможно, его магическое ядро начало восстанавливаться.

Но прежде чем делать выводы, нужно было провести осмотр.

Для неё Егор Рудов был прежде всего пациентом.

Тяжёлым пациентом, которому повезло выжить.

А в палате Егор продолжал смотреть в окно, пытаясь принять одну простую и одновременно невозможную мысль.

Он умер.

А потом открыл глаза.

И теперь ему предстояло понять, что случилось с его прежней жизнью.

Глава 5 Цена силы

Полигон встретил их тишиной.

Высокие стены окружали широкую площадку, а генераторы защитного поля после недавнего сбоя всё ещё молчали. Слишком тихо.

Архип Платонович стоял в центре полигона, заложив руки за спину.

Рядом с ним находился Виктор.

Он смотрел на пустой вход и чувствовал, как с каждой секундой внутри нарастает тревога.

— Ты понимаешь, зачем я приказал тебе привести его сюда? — спросил князь.

Виктор медленно повернул голову.

— Понимаю.

— Тогда почему ты так напряжён?

Виктор усмехнулся.

— Ты действительно хочешь, чтобы я ответил?

Архип Платонович посмотрел на сына.

— Двадцать лет прошло, а ты всё ещё помнишь.

— Я помню каждый удар.

На лице князя ничего не изменилось.

— Значит, урок пошёл тебе на пользу.

Виктор резко повернулся к нему.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Ты сломал мне рёбра. Оставил меня в лазарете на месяц. Я до сих пор иногда просыпаюсь от кошмаров!

— Но ты больше никогда не терял контроль над своим даром.

Эти слова ударили сильнее пощёчины.

Виктор стиснул зубы.

Да.

Это было правдой.

После того дня он научился контролировать силу.

Научился бояться последствий.

Но какой ценой?

— И чего ты хочешь сейчас? — тихо спросил он.

Князь посмотрел в сторону входа.

— Чтобы ты преподал урок своему сыну.

Виктор застыл.

— Нет.

— Что?

— Нет.

Архип Платонович медленно повернул голову.

— Я ещё не закончил.

— А я уже понял.

Виктор сделал шаг назад.

— Ты хочешь, чтобы я сделал с Романом то же, что ты сделал со мной.

— Я хочу, чтобы ты научил его ответственности.

— Не так.

— А как?

Виктор открыл рот.

И ничего не сказал.

Князь усмехнулся.

— Вот видишь.

— Это не значит, что ты был прав!

— Возможно.

Старик посмотрел на сына тяжёлым взглядом.

— Но ты жив. Ты силён. Ты глава собственной семьи. И ты никогда больше не позволил себе того, что сделал тогда.

— Потому что я боялся тебя!

— Страх тоже может быть учителем.

— Я не хочу, чтобы мой сын боялся меня.

В глазах князя мелькнуло что-то похожее на сожаление.

Но исчезло почти сразу.

— Тогда научи его так, чтобы он боялся не тебя.

Виктор нахмурился.

— А чего?

— Последствий.

В этот момент за воротами послышались шаги.

Роман приближался к полигону.

Он ещё не знал, что его ждёт.

Виктор посмотрел на отца.

— Я не буду его калечить.

— Я не требую этого.

— Но ты хочешь, чтобы я сражался с ним.

— Да.

— Без защитных генераторов?

— Да.

Виктор почувствовал, как внутри всё похолодело.

— Ты издеваешься.

— Нет. Я доверяю тебе.

— После всего, что было, это звучит особенно странно.

Архип Платонович ничего не ответил.

Роман вошёл на полигон.

Молодой наследник остановился в нескольких метрах от них и поклонился.

— Дед. Отец.

Виктор посмотрел на сына.

Он видел перед собой не виновника произошедшего.

Он видел мальчика, которого когда-то держал на руках.

И ему предстояло сделать выбор.

Повторить путь своего отца.

Или найти собственный.

— Роман, — тихо произнёс Виктор.

— Да?

— Выходи в центр.

Парень удивлённо нахмурился.

— Зачем?

Виктор посмотрел ему прямо в глаза.

— Сегодня ты узнаешь, что значит отвечать за свою силу.

Роман медленно направился вперёд.

Архип Платонович наблюдал за ними молча.

— Отец, — сказал Виктор, не оборачиваясь.

— Что?

— Ты когда-нибудь жалел?

На этот раз князь ответил не сразу.

— Каждый день.

Виктор замер.

А затем медленно выдохнул.

Он поднял руки.

Воздух вокруг него начал нагреваться.

Роман напрягся.

Но Виктор не атаковал.

— Защищайся.

— Отец…

— Защищайся, Роман.

Пламя вспыхнуло вокруг них.

И впервые Виктор понял, что ему действительно предстоит преподать сыну урок.

Но он сделает это по-своему.

Потому что наследие рода — это не только сила. Иногда это ещё и способность не повторять ошибок своих родителей.

Глава 6 Урок

Роман стоял в центре полигона и молча смотрел на отца.

Виктор находился напротив.

Между ними было всего несколько метров.

Но сейчас это расстояние казалось Роману огромным.

— Отец, — наконец произнёс он. — Что происходит?

Виктор не ответил сразу.

Он смотрел на сына.

На его напряжённые плечи. На руки, готовые в любой момент призвать дар. На упрямый взгляд, за которым Роман пытался скрыть тревогу.

Таким Виктор когда-то был сам.

Молодым.

Уверенным в своей силе.

И совершенно не понимающим, насколько страшной она может быть.

— Ты знаешь, почему ты здесь? — спросил он.

Роман опустил взгляд.

— Из-за Рудова.

— Из-за того, что ты сделал с Рудовым.

— Генератор дал сбой.

Голос Виктора стал жёстче:

— И генератор заставил тебя вложить в удар столько силы?

Роман сжал кулаки.

— Нет.

— Тогда подними голову и скажи это ещё раз.

Парень медленно посмотрел на отца.

— Нет.

Виктор кивнул.

— Хорошо. Значит, хотя бы это ты понимаешь.

Он сделал шаг назад.

— Используй свой дар.

Роман нахмурился.

— Что?

— Защищайся.

— Отец, я…

— Я сказал: защищайся.

Воздух вокруг Виктора дрогнул.

Температура начала стремительно повышаться.

Роман сделал шаг назад.

— Ты хочешь со мной драться?

— Нет.

Виктор поднял руку.

— Я хочу, чтобы ты понял.

Пламя сорвалось с его ладони.

Роман едва успел выставить защиту.

Удар отбросил его на несколько метров.

— Вставай.

— Отец!

— Вставай!

Роман стиснул зубы и поднялся.

Второй удар оказался сильнее.

На этот раз он успел защититься, но сила столкновения заставила его упасть на одно колено.

Он поднял взгляд.

— Ты же сильнее меня!

— Именно.

Третий удар.

Роман вскрикнул и отлетел в сторону.

Виктор медленно пошёл вперёд.

— Ты знал, что Рудов слабее тебя?

— Да!

— Ты понимал, что он может не выдержать?

— Я не думал…

— Вот именно!

Голос Виктора разнёсся по полигону.

— Ты не думал!

Роман попытался подняться.

Его руки дрожали.

Виктор остановился.

И вдруг увидел перед собой не сына.

Он увидел самого себя.

Двадцать лет назад.

Тот же полигон.

Та же боль.

И высокая фигура отца, медленно идущая к нему.

Вставай.

Виктор тяжело вдохнул.

Роман наконец поднялся.

Он выглядел испуганным.

И Виктор понял, что именно это выражение он видел тогда в собственном отражении.

— Отец… — тихо произнёс Роман.

Виктор поднял руку.

На ладони вспыхнул огонь.

Пламя становилось всё ярче.

В этот момент Роман закрыл глаза.

И время словно остановилось.

Виктор застыл.

Перед ним больше не было виноватого мальчишки.

Перед ним стоял его сын.

Его ребёнок.

Тот, кого он когда-то впервые взял на руки и поклялся защищать.

Пламя дрогнуло.

И погасло.

Роман медленно открыл глаза.

— Почему?.. — прошептал он.

Виктор опустил руку.

— Потому что я знаю, каково это.

Роман тяжело дышал.

— Что?

Виктор посмотрел на него.

— Лежать на земле и ждать, когда человек, который сильнее тебя, нанесёт следующий удар.

Он помолчал.

— Я знаю, каково это — понимать, что ты ничего не можешь сделать.

Роман опустил взгляд.

Виктор подошёл ближе.

— Вот так себя чувствовал Рудов.

Парень вздрогнул.

— Он…

— Он смотрел на тебя и понимал, что не может остановить твой удар.

Виктор присел рядом с сыном.

— Ты не обязан быть слабым, Роман. Не обязан отказываться от своей силы.

Он положил руку ему на плечо.

— Но ты обязан помнить, что перед тобой тоже человек.

Роман молчал.

Его глаза были влажными, но он быстро отвернулся.

— Я не хотел…

— Я знаю.

— Я не хотел его убивать.

— Но мог.

Эти слова прозвучали тихо.

И от этого стали ещё тяжелее.

Роман закрыл глаза.

— Он выживет?

Виктор посмотрел в сторону медицинского корпуса.

— Мы не знаем.

Роман побледнел.

Несколько секунд он молчал.

А затем тихо спросил:

— Что мне делать?

Виктор впервые за всё время смягчился.

— Ждать.

— И всё?

— Нет.

Он помог сыну подняться.

— Когда он очнётся, ты придёшь к нему.

— Он захочет меня видеть?

— Возможно, нет.

Роман опустил голову.

— А если он меня ненавидит?

Виктор посмотрел на него внимательно.

— Тогда тебе придётся принять это.

Они несколько секунд стояли молча.

Наблюдавший за происходящим Архип Платонович наконец сделал шаг вперёд.

— Закончили?

Виктор повернулся к нему.

— Да.

Князь посмотрел сначала на сына, затем на внука.

— Ты преподал ему урок.

Виктор кивнул.

— По-своему.

На лице старика появилась едва заметная улыбка.

— Значит, я всё-таки не зря тебя воспитывал.

Виктор усмехнулся.

— Не привыкай.

Роман посмотрел на деда.

— Дед…

— Что?

— Я могу увидеть Рудова?

Архип Платонович некоторое время молчал.

— Не сейчас.

Роман кивнул.

— Когда ему станет лучше.

— Если ему станет лучше, — спокойно поправил князь.

Виктор бросил на отца недовольный взгляд.

Но ничего не сказал.

Роман снова посмотрел в сторону медицинского корпуса.

Где-то там лежал мальчик, которого он едва не убил.

И впервые в жизни Роман Батурин понял, что настоящая сила заключается не в том, чтобы нанести самый мощный удар.

А в том, чтобы вовремя остановиться.

Глава 7 Пробуждение

Егор сидел на кровати, подтянув колени к груди, и смотрел в окно.

После ухода медсестры прошло совсем немного времени, но ему казалось, будто минула целая вечность.

Мысли путались.

Я умер.

Он снова и снова возвращался к этой мысли.

Последнее, что он помнил из своей прежней жизни, — холодный блеск ножа. Затем боль. Крики. Жар.

А теперь он находился здесь.

В чужой комнате.

В чужом теле.

И носил чужую фамилию.

— Егор Рудов… — тихо произнёс он.

Имя звучало привычно.

Фамилия — нет.

Он попытался вспомнить всё, что произошло до пробуждения. Возможно, он что-то упустил. Возможно, существовало объяснение, которое позволило бы всему этому обрести смысл.

Но чем больше он думал, тем сильнее понимал: разумных объяснений не было.

Дверь тихо открылась.

Егор вздрогнул.

В палату вошла женщина, которую он раньше не видел.

Высокая. Стройная. С пышными каштановыми волосами, собранными за спиной. На ней был светлый медицинский халат, а в руках она держала небольшой прибор из стекла и металла.

Следом вошла медсестра.

— Добрый день, Егор, — спокойно произнесла женщина. — Как ты себя чувствуешь?

Егор настороженно посмотрел на неё.

— Кто вы?

— Антонина Владленовна. Я возглавляю медицинский блок.

— Главврач?

На лице женщины появилась лёгкая улыбка.

— Можно сказать и так.

Она подошла ближе и поставила прибор на прикроватную тумбу.

— Ты помнишь, что с тобой произошло?

Егор замер.

Это был опасный вопрос.

Он не знал, что должен помнить настоящий Рудов.

— Я… — Егор опустил взгляд. — Не уверен.

Антонина не стала давить.

— Это нормально. Ты получил серьёзные повреждения. После подобного организму требуется время, чтобы восстановиться.

— Какие повреждения?

— Сильные ожоги. Истощение. Кроме того, твоё магическое ядро серьёзно пострадало.

Егор медленно поднял голову.

— Моё что?

На этот раз Антонина Владленовна внимательно посмотрела на него.

— Магическое ядро.

Несколько секунд они молчали.

Егор нервно усмехнулся.

— Простите… что?

Женщина слегка нахмурилась.

— Егор, ты действительно ничего не помнишь?

— Я… не знаю.

Это была правда.

Просто не та правда, которую она могла себе представить.

Антонина взяла прибор и провела им над его грудью.

Внутри стеклянной колбы загорелся слабый свет.

Она внимательно наблюдала за его реакцией.

— Не двигайся.

— Что это?

— Диагностический артефакт. Он помогает оценить состояние организма и магического ядра.

Артефакт.

Егор почувствовал, как внутри всё сжалось.

Он вспомнил светящиеся руки человека.

Огонь.

Странный сад за окном.

Теперь вот это.

— Магия существует? — спросил он прежде, чем успел остановить себя.

Антонина медленно опустила прибор.

— Конечно существует.

Егор замолчал.

Для женщины этот вопрос был настолько обычным, что она даже не удивилась.

А вот для него…

Внутри словно что-то окончательно сломалось.

Или, наоборот, встало на своё место.

Он не бредит.

Не видит сон.

Это действительно другой мир.

— Егор?

Он вздрогнул.

— Да.

— Ты меня слышишь?

— Слышу.

Антонина снова посмотрела на прибор.

Её лицо стало серьёзнее.

— Хорошо. Теперь ответь мне на несколько вопросов. Ты знаешь, какой сейчас год?

Егор открыл рот.

И замер.

Он назвал год.

Антонина нахмурилась.

— Верно. А где ты сейчас находишься?

Вот тут Егор понял, что ответа не знает.

— В… медицинском корпусе?

— Это верно. А город?

Он молчал.

— Страна?

Егор медленно покачал головой.

Антонина отложила прибор.

— Похоже, у тебя серьёзные проблемы с памятью.

— Я вспомню, — быстро сказал Егор.

— Я на это рассчитываю.

Она села на стул рядом с кроватью.

— А теперь расскажи мне всё, что помнишь. С самого последнего момента.

Егор почувствовал, как сердце забилось быстрее.

Рассказать правду?

Сказать, что он жил в другом мире?

Что его звали Егором, но фамилия была другой?

Что он получил ножевые ранения, умер и проснулся здесь?

Он посмотрел на женщину.

Нет.

Пока нет.

— Я помню огонь, — наконец произнёс он.

Антонина слегка кивнула.

— Продолжай.

— Мне было очень жарко. Я… видел людей. Кто-то бежал ко мне.

— Ты помнишь, что произошло до этого?

Егор покачал головой.

Антонина сделала несколько пометок.

— Хорошо. Не заставляй себя. Память может вернуться постепенно.

Она поднялась.

— А что со мной будет? — спросил Егор.

Женщина остановилась.

Этот вопрос прозвучал тихо.

По-настоящему тихо.

Антонина повернулась к нему.

И впервые в её взгляде появилось не только профессиональное спокойствие.

Но и сочувствие.

— Сейчас ты будешь восстанавливаться.

— А потом?

Она немного помолчала.

— Потом посмотрим.

Егор почувствовал, что она что-то недоговаривает.

Но сил спорить не было.

Антонина взяла диагностический артефакт.

— Отдыхай. Твоё состояние пока нестабильно. Я буду заходить к тебе каждый день.

Она направилась к двери.

— Антонина Владленовна.

Женщина обернулась.

Егор посмотрел на неё.

— Я… правда буду жить?

Вопрос вырвался сам собой.

Антонина несколько секунд молчала.

Затем мягко улыбнулась.

— Ты уже сделал самое сложное, Егор.

— Что именно?

Она открыла дверь.

— Выжил.

Дверь закрылась.

Егор остался один.

Он медленно лёг на кровать и посмотрел в потолок.

Выжил.

Да.

Вот только прежняя жизнь Егора закончилась.

А новая только начиналась.

Глава 8 Доклад

Антонина Владленовна покинула медицинский корпус лишь спустя несколько минут после разговора с Егором.

Она шла по дорожке, ведущей к главному зданию поместья, и мысленно прокручивала результаты осмотра.

Состояние мальчика было странным.

Нет, ничего необъяснимого.

Во всяком случае, пока.

После тяжёлых травм и повреждения магического ядра потеря памяти вполне могла быть следствием пережитого потрясения. Его сознание было ясным, речь — связной, а физическое состояние постепенно стабилизировалось.

Но ядро…

Антонина крепче сжала диагностический артефакт.

Именно оно беспокоило её больше всего.

Рудов пришёл в себя раньше, чем она ожидала. Однако пробуждение ещё ничего не значило. Самое тяжёлое могло ждать впереди.

Сначала нужно провести ещё несколько исследований.

Она поднялась по ступеням главного здания.

Князь уже вернулся с полигона и ожидал доклада в своём кабинете.

Антонина остановилась перед массивной дверью и постучала.

— Войдите, — раздался знакомый голос.

Она открыла дверь.

Архип Платонович стоял у окна.

За его спиной, возле стола, находился Виктор. Судя по напряжённому лицу младшего сына, разговор между ними недавно закончился и приятным он явно не был.

Князь повернулся.

— Ну?

Антонина подошла ближе.

— Рудов пришёл в сознание, ваше сиятельство.

Виктор резко поднял голову.

— Он очнулся?

— Да.

— Как он?

Вопрос прозвучал быстрее, чем успел ответить князь.

Антонина заметила это, но ничего не сказала.

— Физически его состояние стабильное. Ожоги устранены, жизненно важные органы функционируют нормально. Но есть несколько проблем.

Князь нахмурился.

— Говори.

— У него частичная потеря памяти.

Виктор медленно выдохнул.

— Насколько серьёзная?

— Пока сложно сказать. Он помнит своё имя, но не может назвать место, где находится. Не помнит некоторых событий, предшествовавших травме. Возможно, память вернётся.

— А ядро? — спросил князь.

Антонина помолчала.

— Состояние нестабильное.

В кабинете стало тихо.

— Но? — холодно спросил князь.

— Но оно не угасло.

Архип Платонович медленно повернулся к ней.

— Это точно?

— Да.

— Ты же вчера сказала…

— Вчера я сказала, что оно угасает, — спокойно ответила Антонина. — И это было правдой. Но сейчас процесс остановился.

Виктор нахмурился.

— Сам по себе?

— Возможно, организм начал восстанавливаться. Иногда у молодых одарённых бывают случаи, когда ядро стабилизируется вопреки первоначальным прогнозам.

Князь несколько секунд смотрел в окно.

— Значит, он может сохранить дар?

Антонина не стала давать ложной надежды.

— Я не могу этого обещать. Пока рано говорить. Сейчас ядро слишком слабое.

— Но шанс есть.

— Да, ваше сиятельство. Есть.

Виктор заметно расслабился.

Князь бросил на него короткий взгляд.

— Ты переживаешь за мальчика?

Виктор встретился с отцом глазами.

— Мой сын едва не убил его.

— Именно.

— И если Рудов останется инвалидом из-за этого…

Виктор не закончил.

Князь кивнул.

— Я понимаю.

Антонина посмотрела на обоих мужчин.

— Есть ещё кое-что.

Взгляд князя вновь стал внимательным.

— Говори.

— Мальчик сильно дезориентирован. Я бы рекомендовала пока не сообщать ему подробности произошедшего.

— Почему?

— Ему нужно восстановиться. Любой сильный эмоциональный стресс может негативно повлиять на состояние ядра. Сейчас ему необходимы покой и постоянное наблюдение.

— Кто-нибудь из семьи посещал его?

— Нет.

Князь задумался.

— Хорошо. Пока никто его не беспокоит.

Виктор бросил взгляд на отца.

— А Роман?

— Особенно Роман.

— Но ты сказал, что он должен…

— Должен. Но не сейчас.

Князь снова посмотрел на Антонину.

— Что тебе нужно для лечения?

Женщина немного удивилась вопросу.

— Время. Спокойствие. И доступ к необходимым лекарственным составам.

— Ты их получишь.

— Благодарю, ваше сиятельство.

Князь подошёл к столу и медленно провёл пальцами по его поверхности.

— Антонина.

— Да?

— Этот мальчик находится под моей ответственностью.

Она слегка склонила голову.

— Я понимаю.

— Нет. Ты не поняла.

Антонина внимательно посмотрела на него.

— Если ему понадобится что угодно — лучшие лекари, редкие лекарства, артефакты, — он получит это.

Виктор удивлённо посмотрел на отца.

Князь продолжил:

— Мой внук совершил ошибку. И пока этот мальчик находится в моём доме, я несу за него ответственность.

Антонина медленно кивнула.

— Я сделаю всё возможное.

— Сделай невозможное.

Она позволила себе едва заметную улыбку.

— Именно этим мы, лекари, обычно и занимаемся.

Князь усмехнулся.

— Докладывай мне о каждом изменении его состояния.

— Каждый вечер.

Антонина направилась к выходу.

Но уже у двери князь остановил её:

— И ещё, Антонина.

Она обернулась.

— Когда он сможет принимать посетителей?

Лекарь задумалась.

— Если восстановление продолжится такими темпами, через несколько дней.

Князь кивнул.

— Хорошо.

Дверь закрылась.

Виктор некоторое время молчал.

Затем посмотрел на отца.

— Ты действительно переживаешь за него.

Архип Платонович снова подошёл к окну.

— Он ребёнок, Виктор.

— Он слуга.

Князь медленно повернул голову.

Виктор тут же понял, что сказал лишнее.

— Я не в том смысле…

— В каком бы смысле ты это ни сказал, запомни одну вещь.

Голос князя стал твёрдым.

— Пока человек находится под крышей Батуриных, он находится под защитой Батуриных.

Виктор опустил взгляд.

Князь снова посмотрел в окно.

Где-то там, в медицинском корпусе, лежал мальчик, которого судьба неожиданно привела в его дом.

И старый князь ещё не знал, что этот тихий пациент однажды станет человеком, которому предстоит защищать честь его семьи.

И изменить судьбу рода Батуриных навсегда.

Глава 9 Дни восстановления

Антонина Владленовна покинула кабинет князя с тяжёлыми мыслями.

Разговор с Архипом Платоновичем подтвердил то, что она и без того понимала: теперь Рудов был не просто пациентом медицинского корпуса. Его состоянием лично интересовался глава рода, а значит, любая ошибка могла дорого обойтись.

Но дело было даже не в этом.

Антонина видела сотни пациентов. Видела людей, которые теряли память после тяжёлых ранений. Видела тех, кто после пробуждения долго не мог понять, где находится.

Однако с Егором всё было сложнее.

Он смотрел на окружающий мир так, словно видел его впервые.

Возможно, именно так оно и ощущается для человека, потерявшего память, — подумала женщина.

Она остановилась посреди коридора.

— Настя.

Из соседней комнаты выглянула девушка.

— Да, мам?

— Освободись на сегодня от остальных пациентов. У тебя будет новое поручение.

Настя сразу стала серьёзной.

— Рудов?

Антонина кивнула.

— Он пришёл в себя, но память восстановилась не полностью. Я хочу, чтобы ты помогла ему.

— Я могу попробовать восстановить её магией?

— Нет.

Ответ прозвучал слишком быстро.

Настя удивлённо посмотрела на мать.

— Почему?

Антонина немного смягчилась.

— Его ядро всё ещё нестабильно. Ты поддерживала его всё это время и знаешь, в каком оно состоянии. Любое необдуманное вмешательство может навредить.

Настя медленно кивнула.

— Тогда как я должна помочь?

— Постепенно.

Антонина посмотрела в сторону палаты Егора.

— Разговаривай с ним. Отвечай на его вопросы. Помоги ему вспомнить привычную для него жизнь.

— А если он будет спрашивать о вещах, которых не должен забывать?

— Отвечай спокойно. Не показывай, что тебя это удивляет.

Настя задумалась.

— Ты думаешь, он действительно ничего не помнит?

— Думаю, что он пережил слишком многое.

Антонина вздохнула.

— Иногда память возвращается не сразу. Человеку нужно время. Ему нужно почувствовать себя в безопасности.

Настя посмотрела на мать.

— И ты хочешь, чтобы этим человеком стала я?

— Ты уже была рядом с ним, когда он находился между жизнью и смертью.

Антонина положила руку дочери на плечо.

— Иногда человеку легче довериться тому, кто помог ему выжить.

Настя улыбнулась.

— Хорошо. Я попробую.

— И, Настя…

Девушка остановилась.

— Не превращай это в допрос.

— Мам, я вообще-то лекарь.

— Вот именно. Иногда вы, лекари, задаёте слишком много вопросов.

Настя тихо рассмеялась.

В этот день она впервые пришла к Егору не просто как дочь главного врача.

Она пришла как человек, которому предстояло помочь ему снова научиться жить.

И с этого момента её визиты стали регулярными.

Каждый день Настя приходила в его палату.

Сначала — чтобы проверить состояние магического ядра.

Она садилась рядом, закрывала глаза и осторожно направляла свою магию, поддерживая едва заметное внутреннее тепло, которое ещё недавно могло исчезнуть навсегда.

Егор не до конца понимал, что именно она делает.

Но постепенно начал замечать одну странность.

После её визитов ему становилось легче.

— Ты опять используешь магию? — однажды спросил он.

Настя улыбнулась.

— Совсем немного.

— А мне можно этому научиться?

Улыбка девушки стала слабее.

— Сначала тебе нужно восстановиться.

Егор заметил, что она избегает прямого ответа.

Но не стал настаивать.

Пока.

После лечения они разговаривали.

Сначала Настя рассказывала ему о самых простых вещах.

О поместье Батуриных.

О Российской империи.

О городах, автомобилях и технологиях этого мира.

Егор слушал внимательно.

Иногда задавал вопросы, которые казались Насте странными.

— А почему император до сих пор правит?

— Потому что он император, Егор.

— Логично.

— Ты иногда пугаешь меня своими вопросами.

— Прости. Я пытаюсь вспомнить.

Настя каждый раз принимала это объяснение.

Она рассказывала ему о дворянских родах и о том, какое значение имеет магический дар.

О том, почему одарённые проходят обучение.

О том, что сила без контроля может быть опаснее любого оружия.

И постепенно Егор начинал понимать мир, в котором оказался.

Не потому, что к нему вернулась память.

А потому, что Настя помогала ему создавать новую картину этого мира.

День за днём.

Разговор за разговором.

И незаметно для них обоих палата перестала быть для Егора тюрьмой.

А Настя перестала быть просто лекарем.

Она стала его первым другом в новом мире.

Глава 10 Первая прогулка

Утро началось необычно.

Егор проснулся раньше, чем обычно. Несколько минут он лежал, глядя в потолок, а затем услышал знакомые шаги в коридоре.

Дверь открылась.

— Доброе утро, пациент, — произнесла Настя.

Егор повернул голову.

— Судя по твоему лицу, сейчас будет либо укол, либо плохие новости.

Настя закатила глаза.

— Почему ты всегда ожидаешь худшего?

— Опыт.

— Тебе вообще-то шестнадцать.

— Вот именно. За шестнадцать лет можно многое пережить.

Настя на мгновение задержала на нём взгляд.

Егор тут же понял, что сказал лишнее.

— Ладно, — быстро продолжил он. — Зачем пришла?

Настя улыбнулась.

— У меня хорошие новости.

— Я могу нормально поесть?

— Нет.

— Тогда новости не настолько хорошие.

— Егор!

Он рассмеялся.

— Ладно, извини.

Настя поставила небольшой диагностический артефакт на тумбочку и привычным движением провела рукой над его грудью. Мягкое зелёное сияние появилось между её пальцами.

Несколько секунд девушка внимательно прислушивалась к чему-то, доступному только ей.

Затем удовлетворённо кивнула.

— Сегодня тебе можно выйти.

Егор застыл.

— Куда?

— На улицу.

— Ты серьёзно?

— Если не будешь бегать, прыгать, драться и пытаться использовать магию.

Егор задумался.

— Очень много ограничений для первой прогулки.

— Я могу передумать.

— Нет-нет, меня всё устраивает.

Через десять минут Егор впервые за долгое время вышел из медицинского корпуса.

Солнце ударило в глаза.

Он остановился на ступенях и глубоко вдохнул.

Свежий воздух.

Ветер.

Шум листьев.

После долгих дней, проведённых в палате, всё это казалось почти невероятным.

— Ну? — спросила Настя, стоявшая рядом.

Егор медленно улыбнулся.

— Кажется, я начинаю понимать, почему люди любят гулять.

— Ты точно потерял память.

— Это было настолько очевидно?

— Немного.

Они медленно направились по широкой дорожке.

Поместье Батуриных оказалось намного больше, чем Егор представлял. Вдалеке виднелись высокие здания, тренировочные площадки и аккуратные сады. По дорожкам ходили люди: слуги, молодые одарённые, охрана.

И многие смотрели на него.

Егор заметил это почти сразу.

— Они знают, кто я?

Настя немного помолчала.

— Некоторые знают.

— И что именно они знают?

— Что ты пострадал на полигоне.

— Очень дипломатично.

— Я учусь у мамы.

Егор усмехнулся.

Навстречу им шёл пожилой мужчина в строгой одежде. Увидев Егора, он остановился.

— Господин Рудов?

Егор растерянно посмотрел на Настю.

Та едва заметно кивнула.

— Да. Это я.

Мужчина внимательно осмотрел его.

— Рад видеть, что вы пришли в себя.

— Спасибо.

— Берегите себя.

Он слегка поклонился Насте и продолжил путь.

Егор проводил его взглядом.

— Он меня знает?

— Здесь многие друг друга знают.

— Это начинает немного пугать.

— Привыкнешь.

Они продолжили прогулку.

Через некоторое время Настя привела его к небольшому саду.

Егор остановился.

Среди обычных деревьев и цветов росли растения, которых он никогда раньше не видел. Один цветок медленно раскрыл лепестки, и на их кончиках вспыхнули маленькие языки пламени.

Егор замер.

— Это…

— Огневица, — сказала Настя.

— Она настоящая?

Настя улыбнулась.

— А ты хочешь её потрогать?

Егор тут же убрал руку.

— Уже не хочу.

Девушка рассмеялась.

— Правильное решение.

Они подошли ближе.

Егор смотрел на огненный цветок, не в силах отвести взгляд.

— Значит, магия здесь действительно повсюду.

— Не совсем повсюду. Просто ты находишься в поместье одного из сильнейших магических родов.

— Умеешь ты успокаивать.

Настя хотела что-то ответить, но в этот момент с другой стороны сада раздался голос:

— Настя!

К ним быстро приближались двое молодых людей.

Парень и девушка примерно одного возраста с Егором.

— Это твои друзья? — тихо спросил он.

— Знакомые, — ответила Настя.

Парень первым подошёл к ним и удивлённо посмотрел на Егора.

— Так ты и есть Рудов?

Настя нахмурилась.

— Максим.

— Что? Я ничего плохого не сказал.

Егор протянул руку.

— Егор.

Парень на секунду растерялся, а затем пожал её.

— Максим.

Девушка рядом с ним улыбнулась.

— А я Лиза. Не слушай его, он просто слишком любопытный.

— Я не любопытный.

— Ты вчера пытался узнать у лекарей, когда Рудов проснётся.

Максим покраснел.

— Я просто спрашивал!

Егор усмехнулся.

— Значит, обо мне тут действительно много говорят.

Настя посмотрела на Максима строгим взглядом.

— Если собираетесь обсуждать произошедшее, можете идти дальше.

— Да никто ничего не собирается обсуждать, — быстро сказал парень.

На несколько секунд повисла неловкая тишина.

Затем Лиза улыбнулась Егору.

— Как ты себя чувствуешь?

Этот вопрос он слышал десятки раз.

Но впервые он прозвучал не как часть медицинского осмотра.

— Лучше, чем несколько дней назад.

— Это хорошо.

Максим кивнул.

— Рад, что ты выжил.

Слова прозвучали грубовато.

Но Егор почему-то понял, что парень сказал это искренне.

— Спасибо.

Когда Максим и Лиза скрылись за поворотом садовой дорожки, Егор ещё несколько секунд смотрел им вслед.

Затем повернулся к Насте.

— Ну?

Девушка сделала вид, что не поняла вопроса.

— Что «ну»?

— Ты собираешься объяснить мне, кто это был?

Настя улыбнулась.

— А разве вы не познакомились?

— Мы обменялись именами. Насколько я понимаю, это разные вещи.

— Логично.

Они продолжили идти по дорожке.

Некоторое время Настя молчала, словно решая, с чего начать.

— Максим — сын управляющего поместьем, — наконец сказала она. — Его отец отвечает за большую часть хозяйственных дел Батуриных. Слуги, охрана, поставки, содержание территории… практически всё проходит через него.

— Значит, Максим здесь живёт?

— Да. С самого детства.

— И он тоже одарённый?

Настя посмотрела на Егора.

— Конечно.

— Прости. Опять странный вопрос?

— Немного.

— Я буду стараться.

— Не надо. Ты всё равно не сможешь.

Егор усмехнулся.

— Жестоко.

— Зато честно.

Она немного помолчала.

— У Максима магия земли.

— Камни швыряет?

Настя рассмеялась.

— Не только. Он может укреплять землю, создавать преграды. А ещё его отец говорит, что Максим совершенно не умеет контролировать свой характер.

— Я это уже заметил.

— Вы знакомы меньше минуты.

— Мне хватило.

Настя снова улыбнулась.

— Он хороший. Просто иногда сначала говорит, а потом думает.

— Опасная способность.

— Особенно для него.

Егор кивнул.

— А Лиза?

Настя на мгновение стала серьёзнее.

— Лиза — дочь одного из наставников рода. Её отец обучает молодых одарённых.

— Значит, она тоже здесь живёт.

— Да.

— И тоже владеет магией?

— Водой.

Егор задумался.

— Получается, здесь у всех есть какая-нибудь стихия?

— Не совсем. Не все одарённые владеют стихиями. У некоторых способности связаны с телом, восприятием или другими направлениями магии.

— А как понять, какая магия будет у человека?

Настя слегка пожала плечами.

— Иногда это наследственность. Иногда — нет. Дар может проявиться неожиданно.

— А мой?

Девушка остановилась.

Егор тоже замер.

Настя посмотрела на него внимательно.

— Ты правда не помнишь?

Он медленно покачал головой.

Это была та часть разговора, которой он одновременно хотел и боялся.

Настя вздохнула.

— У тебя был огненный дар.

Слово был прозвучало слишком отчётливо.

Егор заметил это.

— Был?

Настя отвела взгляд.

— Твоё ядро сильно пострадало, Егор. Пока мы не знаем, сможешь ли ты снова использовать магию.

Он некоторое время молчал.

Почему-то эта новость задела его сильнее, чем он ожидал.

Хотя ещё неделю назад он вообще не верил в существование магии.

— Значит, я был магом огня.

— Одарённым огня, — поправила Настя.

— В чём разница?

— В нашем мире слово «маг» чаще используют в книгах и старых сказках.

— А я уже начал привыкать.

Настя улыбнулась.

— Привыкай к слову «одарённый».

Они снова пошли вперёд.

Егор посмотрел на свои ладони.

Огонь.

Почему это слово казалось ему таким знакомым?

Перед глазами мелькнуло воспоминание.

Жар.

Боль.

Яркий свет.

Он резко остановился.

Настя тут же заметила это.

— Егор?

— Я вспомнил.

Она мгновенно стала серьёзной.

— Что?

Он закрыл глаза.

— Огонь. Я горел.

Настя побледнела.

— Это не обязательно воспоминание. Возможно, тебе просто снится произошедшее.

— Нет.

Егор покачал головой.

— Там было что-то ещё.

Он попытался ухватиться за ускользающую картину.

— Люди… кто-то бежал ко мне…

Но воспоминание снова исчезло.

Егор открыл глаза и раздражённо выдохнул.

— Ничего.

Настя осторожно коснулась его руки.

— Не торопись.

Он посмотрел на неё.

— Легко сказать.

— Я знаю.

— Нет, не знаешь.

Настя хотела возразить, но остановилась.

Егор сразу пожалел о своих словах.

— Извини.

— Не нужно.

Она убрала руку.

— Ты имеешь право злиться.

Несколько секунд они шли молча.

Затем Настя вдруг указала вперёд.

— Смотри.

За деревьями показалось большое каменное здание.

— Это учебный корпус.

— Школа?

— Что-то вроде этого. Молодые одарённые учатся здесь контролировать свой дар, изучают историю, законы и всё остальное.

— И Максим с Лизой там учатся?

— Да.

— А я?

Настя посмотрела на него.

— Ты тоже должен был.

Егор почувствовал, как внутри всё сжалось.

Должен был.

Снова это слово.

Словно у настоящего Егора Рудова была жизнь, которая теперь досталась ему.

Друзья.

Учёба.

Воспоминания.

И он ничего об этом не знал.

— Настя.

— Да?

— А каким я был?

Девушка остановилась.

На этот раз уже надолго.

Егор внимательно посмотрел на неё.

— Ты же меня знала?

— Немного.

— И?

Настя улыбнулась.

— Ты был молчаливым.

— Это многое объясняет.

— Ты редко с кем разговаривал. Всегда держался немного в стороне.

Егор задумался.

Это было удобно.

Значит, окружающим будет проще объяснить, почему он изменился.

— А плохим человеком я был?

Настя удивлённо посмотрела на него.

— Почему ты спрашиваешь?

— Просто интересно.

Она немного подумала.

— Нет. Не плохим.

Егор облегчённо выдохнул.

— Уже хорошо.

— Но иногда ты был слишком серьёзным.

— Значит, мне есть куда расти.

Настя рассмеялась.

И они продолжили прогулку.

Постепенно Егор знакомился с новым миром.

Не из книг.

Не из рассказов наставников.

А через людей.

Максима, который не умел держать язык за зубами.

Лизу, которая улыбалась так, словно знала о нём больше, чем говорила.

Настю, ставшую его проводником в этом незнакомом мире.

И с каждым новым днём Егор всё сильнее понимал одну простую вещь.

Чтобы стать частью этого мира, ему придётся узнать не только его историю. Ему придётся узнать самого себя. Егор ещё раз посмотрел на здание учебного корпуса. — Значит, все дети учатся здесь? Настя покачала головой. — Только до определённого возраста. Здесь занимаются дети, которые живут или воспитываются в поместье. А потом большинство поступает дальше. — В академии? — Именно. Егор задумчиво посмотрел на неё. — И туда поступают только дворяне? — Нет. Академии открыты не только для них. Туда поступают и простолюдины, если проходят испытания. — Значит, у меня тоже есть шанс? Настя улыбнулась. — У тебя он был. Егор нахмурился. — Опять «был»? Девушка тут же стала серьёзнее. — Прости. Я не хотела так сказать. — Но сказала. Несколько секунд они молчали. Настя посмотрела на его руки. — До происшествия ты готовился к поступлению. У тебя был огненный дар, и, насколько я знаю, ты неплохо с ним справлялся. — А теперь неизвестно, остался ли он у меня. Настя кивнула. — Да. Егор усмехнулся. — Отличное начало новой жизни. — Не начинай. — Что? — Говорить так, будто всё уже закончено. Он посмотрел на неё. Настя редко говорила с ним настолько серьёзно. — Ты выжил, Егор. Несколько дней назад никто не мог сказать, проснёшься ли ты вообще. А сейчас ты стоишь на ногах и споришь со мной. — Это действительно достижение? — Огромное. Егор улыбнулся. — Ладно. Уговорила. Они снова пошли по дорожке. — А куда я собирался поступать? Настя задумалась. — Ты ещё не выбрал конкретную академию. Тебя готовили к вступительным испытаниям. Если бы всё прошло хорошо, у тебя было бы несколько вариантов. — И Батурины помогают мне? — Да. Но не потому, что ты их родственник. — Это я уже понял. — Ты находишься под защитой княжеского рода. Это большая разница. Егор внимательно посмотрел на неё. — А что это значит? Настя немного помолчала. — Это значит, что никто не может просто так причинить тебе вред или обойтись с тобой несправедливо. Пока Батурины считают тебя человеком, находящимся под их покровительством, за тобой стоит их слово. — А взамен? — Что? — Обычно за всё приходится чем-то платить. Настя грустно улыбнулась. — Иногда — нет. Егор не был в этом уверен. Но спорить не стал. Впереди послышались голоса. Несколько подростков проходили по дорожке. Они бросили на Егора любопытные взгляды, но, заметив Настю, быстро отвели глаза. — Они тоже знают, что я простолюдин? — тихо спросил Егор. Настя нахмурилась. — И что с того? — Ничего. Просто интересно, имеет ли это значение. Она посмотрела на него серьёзно. — Для некоторых — имеет. — А для тебя? Настя встретилась с ним взглядом. — Для меня ты пациент, который слишком много разговаривает и недостаточно отдыхает. Егор рассмеялся. — Очень трогательно. — Я старалась. Они продолжили идти. Егор снова посмотрел на учебный корпус. Теперь академия казалась ему ещё более далёкой. Он не принадлежал к могущественной семье. Не имел знаменитой фамилии. И, возможно, больше не обладал магией. Но где-то внутри него появилось упрямство. В прошлой жизни он уже потерял всё. Он умер. И всё же получил второй шанс. Я не знаю, кем был Егор Рудов. Егор сжал кулак. Но я точно узнаю, кем он станет. И где-то впереди, за стенами поместья Батуриных, его ждала академия.

Глава 11 Окно в прошлое

Вечер в медицинском корпусе наступал незаметно.

За окном уже темнело, а Егор сидел на кровати и без особого интереса смотрел на книгу, которую оставила ему Настя.

Он прочитал одну и ту же страницу уже третий раз.

Но мысли постоянно возвращались к одному и тому же.

Я ничего не знаю.

Он не знал этого мира.

Не знал людей, которые жили рядом с ним.

Не знал, кем был Егор Рудов до того, как открыл глаза в этой палате.

И хуже всего было то, что окружающие считали, будто всё это он должен помнить.

Дверь тихо открылась.

— Опять не читаешь? — раздался голос Насти.

Егор поднял глаза.

— Читаю.

— Страница та же самая?

Он посмотрел на книгу.

— Возможно.

Настя усмехнулась и вошла в палату.

В руках она держала небольшой планшет.

Егор сразу обратил на него внимание.

— А это что?

— Решение твоей проблемы.

Она положила устройство на тумбочку рядом с кроватью.

Егор недоверчиво посмотрел сначала на планшет, потом на девушку.

— Ты решила вылечить мне память, ударив по голове техникой?

— Очень смешно.

— Я старался.

Настя села рядом.

— Я поговорила с мамой. Она считает, что тебе будет полезно постепенно знакомиться с привычными вещами.

— А планшет может вернуть мне память?

— Не напрямую. Но он может помочь.

Она взяла устройство и включила его.

Экран мягко засветился.

— Ты можешь читать новости, смотреть фотографии, изучать историю. Возможно, ты увидишь что-то знакомое.

Егор внимательно слушал.

— То есть мы попробуем разбудить память через воспоминания?

Настя удивлённо посмотрела на него.

— Да. Именно так.

— Значит, я всё-таки иногда говорю умные вещи.

— Иногда.

— Я запомню этот день.

— Было бы неплохо.

Егор улыбнулся.

Настя открыла на экране карту.

— Начни с простого. Посмотри, где ты жил. Какие города знаешь. Может быть, увидишь знакомые места.

Она на мгновение замолчала.

— А ещё можешь поискать информацию о себе.

Егор медленно повернул к ней голову.

— О себе?

— Почему нет? У тебя была жизнь до того, как ты попал в медицинский корпус. Возможно, ты учился, участвовал в соревнованиях или где-то состоял на учёте как одарённый.

— Звучит немного пугающе.

— Почему?

— А вдруг я узнаю, что был ужасным человеком?

Настя посмотрела на него серьёзно.

— Насколько я тебя знала, ты не был ужасным человеком.

— Насколько ты меня знала?

— Не очень хорошо.

Егор вздохнул.

— Это не добавляет уверенности.

Настя тихо рассмеялась.

— Просто попробуй.

Она протянула ему планшет.

Егор осторожно взял его в руки.

Устройство было знакомым.

Настолько знакомым, что на мгновение внутри появилось странное чувство.

Пальцы сами нашли кнопку.

Он провёл рукой по экрану.

Знакомо.

Но почему тогда всё остальное казалось таким чужим?

— Ты вспомнил что-нибудь? — осторожно спросила Настя.

Егор покачал головой.

— Нет. Но… я знаю, как им пользоваться.

Настя улыбнулась.

— Значит, не всё потеряно.

В тот вечер Егор впервые получил возможность самостоятельно изучать мир.

Настя показала ему основные разделы Сети, объяснила, где искать информацию, и помогла настроить доступ к библиотекам и новостным ресурсам.

Но прежде чем уйти, она остановилась у двери.

— Егор.

— Да?

— Не пытайся вспомнить всё за одну ночь.

Он усмехнулся.

— Ты меня недооцениваешь.

— Нет. Я просто знаю, какой ты теперь.

— А каким я теперь?

Настя немного подумала.

— Любопытным.

Егор улыбнулся.

— Это плохо?

— Нет.

Она посмотрела на него чуть теплее.

— Думаю, это поможет тебе.

Дверь закрылась.

Егор остался один.

Он положил планшет на колени и некоторое время просто смотрел на экран.

Перед ним были ответы.

История.

Карты.

Новости.

И, возможно, его собственное прошлое.

Он открыл поисковую строку.

Пальцы замерли над экраном.

Егор Рудов.

Одно имя.

Одна фамилия.

Но за ними скрывалась целая жизнь, которой он не помнил.

Егор медленно набрал своё имя.

И нажал поиск.

Экран начал загружать результаты.

А он вдруг почувствовал, как сердце забилось быстрее.Егор подался вперёд.

Ну же.

Страница обновилась.

Он внимательно посмотрел на результаты.

Ничего.

Точнее, результаты были. Несколько страниц с похожими фамилиями, упоминания других людей и какие-то старые записи.

Но самого Егора среди них не было.

Он нахмурился.

— Странно.

Егор попробовал ещё раз.

Добавил город.

Затем возраст.

Снова поиск.

Ничего.

Он откинулся на подушку.

— Отлично.

Дверь в палату снова открылась.

Егор поднял взгляд.

Настя вернулась.

— Я забыла…

Она остановилась, заметив выражение его лица.

— Что случилось?

Егор показал ей экран.

— Похоже, я не существую.

Настя подошла ближе.

— В каком смысле?

— Я искал информацию о себе.

Девушка посмотрела на экран.

— И?

— Ничего.

Настя немного улыбнулась.

— Егор, не все люди есть в Сети.

— В моём мире это звучало бы подозрительно.

Она нахмурилась.

— В твоём мире?

Егор замер.

Чёрт.

— Я хотел сказать… до потери памяти. В моём привычном мире.

Настя ещё несколько секунд смотрела на него, но затем кивнула.

— Ты не знаменитость и не дворянин. О тебе действительно может ничего не быть в открытом доступе.

Егор облегчённо выдохнул.

— Значит, я просто обычный человек.

— Ты был обычным мальчишкой, Егор.

Слова Насти прозвучали спокойно.

Без жалости.

Без насмешки.

И почему-то именно это немного успокоило его.

— А есть какие-нибудь документы? — спросил он.

— Конечно. Но доступ к ним есть не у всех.

— И ты не можешь просто показать мне моё личное дело?

Настя скрестила руки на груди.

— Я лекарь, а не тайный агент Империи.

— Жаль.

— Тебе вообще нужно отдыхать.

Егор посмотрел на экран.

— Я только начал.

— Завтра продолжишь.

— Настя…

— Завтра.

Он тяжело вздохнул.

— Ты ужасно строгая.

— Мне мама платит за то, чтобы я была строгой.

— Она тебе платит?

Настя рассмеялась.

— Нет. Но звучало убедительно.

Она забрала планшет, но, увидев выражение его лица, остановилась.

— Ладно.

Егор сразу оживился.

— Я могу оставить его?

— До ночи.

— Победа!

— Только не называй это победой слишком громко.

Настя положила планшет обратно.

— И не ищи себя всю ночь.

— Ничего не обещаю.

Она направилась к двери.

— Спокойной ночи, Егор.

— Спокойной ночи.

Дверь закрылась.

Егор снова остался один.

Он ещё раз посмотрел на пустые результаты поиска.

Странное чувство не отпускало его.

Где-то в этом мире жил парень по имени Егор Рудов.

У него была своя жизнь.

Свои привычки.

Возможно, мечты.

Но всё это не сохранилось в Сети.

И теперь единственным человеком, который мог рассказать Егору о Егоре, были люди вокруг него.

Он выключил экран и положил планшет рядом.

Значит, придётся узнавать себя по кусочкам.

Егор закрыл глаза.

И впервые подумал о том, что, возможно, прошлое настоящего Егора Рудова навсегда останется для него чужой историей.На следующий день Настя снова принесла планшет.

На этот раз она задержалась ненадолго, проверила состояние Егора и, убедившись, что тот чувствует себя нормально, оставила устройство на тумбочке.

— Только не переутомляйся.

— Я всего лишь читаю.

— Ты вчера три часа подряд читал историю Империи.

— Это была всего одна глава.

Настя посмотрела на него с подозрением.

— И сколько глав ты планируешь прочитать сегодня?

Егор невинно улыбнулся.

— Посмотрим.

Девушка покачала головой и вышла из палаты.

Егор подождал несколько секунд, прислушиваясь к удаляющимся шагам.

Затем тут же взял планшет.

— Наконец-то.

Он открыл Сеть.

За прошедший вечер Егор уже успел понять главное.

Этот мир был современным.

И одновременно совершенно другим.

Здесь по дорогам ездили автомобили, над городами летали пассажирские самолёты, люди пользовались смартфонами и общались через Сеть. Существовали огромные корпорации, заводы, университеты и современные больницы.

Но всё это соседствовало с тем, что в его прошлом мире осталось лишь в учебниках истории и фантастических книгах.

Империями.

Князьями.

Дворянскими родами.

И магией.

Российская империя

Первым делом Егор открыл карту.

Российская империя занимала огромную территорию.

Некоторые названия городов были ему знакомы.

Другие он видел впервые.

Границы государств тоже отличались от тех, которые он помнил.

Егор долго рассматривал карту.

— Значит, история здесь пошла совсем по-другому…

Он быстро оглянулся на дверь и тихо усмехнулся.

Такие мысли лучше было держать при себе.

Из статей он понял, что императорская власть никуда не исчезла. Империя пережила войны, кризисы и технологические революции, но сохранила монархию.

Большую роль в её истории играли дворянские рода.

Некоторые из них обладали огромным влиянием.

Другие постепенно потеряли богатство и силу.

А самые могущественные могли соперничать друг с другом за влияние, земли и положение при императорском дворе.

И почти всегда за всем этим стояла магия.

Одарённые

Эта тема заинтересовала Егора больше всего.

Он открыл несколько статей и провёл за чтением почти час.

Одарёнными называли людей, способных использовать внутреннюю энергию и управлять магией.

У каждого одарённого существовало магическое ядро.

Именно оно позволяло человеку накапливать и использовать силу.

Егор несколько раз возвращался к этой строчке.

Моё ядро повреждено.

Теперь эти слова звучали гораздо страшнее.

Он узнал, что ядро могло истощаться, восстанавливаться и развиваться вместе с человеком.

Но серьёзные повреждения могли лишить одарённого способности использовать магию.

Егор отложил планшет.

Посмотрел на свои ладони.

— Значит, всё действительно могло закончиться.

Он вспомнил, как Настя поддерживала его ядро.

Сколько времени он был без сознания?

Сколько сил она потратила, чтобы не дать ему погибнуть?

Егор вдруг почувствовал странную благодарность.

Надо будет нормально сказать ей спасибо.

Не в шутку.

По-настоящему.

Мир магии и технологий

Но больше всего Егора удивляло другое.

Магия не заменила технологии.

Она существовала рядом с ними.

В некоторых сферах магические способности использовали вместе с научными разработками. Существовали магические артефакты, но рядом с ними продавались обычные телефоны и компьютеры.

Одарённые могли использовать свою силу в промышленности, медицине и армии.

Но не каждый человек обладал магией.

Большинство жителей мира были обычными людьми.

Всё-таки не настолько всё изменилось, — подумал Егор.

Он открыл новостной раздел.

Политика.

Спорт.

Происшествия.

Научные открытия.

Где-то происходили аварии. Где-то открывался новый завод. Люди спорили в комментариях и жаловались на власть.

Егор неожиданно улыбнулся.

— Ну хоть что-то осталось прежним.

Этот мир был другим.

Но люди, похоже, оставались людьми.

Академии

К вечеру Егор вернулся к теме, которая не давала ему покоя.

Академии.

Он читал о вступительных испытаниях, программах обучения и знаменитых выпускниках.

Чем больше он узнавал, тем яснее становилось: поступить туда будет непросто.

Особенно ему.

Простолюдину без рода.

Парню с повреждённым ядром.

И человеку, который всего несколько дней назад вообще не знал, что магия существует.

Но вместо страха Егор неожиданно почувствовал азарт.

Он положил планшет на колени и посмотрел в окно.

Где-то там находились академии.

Города.

Люди.

Целый мир, который ещё предстояло увидеть.

А пока он лежал в больничной палате и учился жить заново.

Егор усмехнулся.

— Неплохое начало.

В этот момент дверь открылась.

На пороге появилась Настя.

— Я так и знала.

Егор быстро выключил экран.

— Что?

— Ты опять не отдыхаешь.

— Я изучаю мир.

Настя подошла ближе.

— И что же ты успел узнать?

Егор задумался.

— Что Империя огромная, дворяне любят сложные фамилии, магия может быть очень опасной…

— Всё правильно.

— …и что мне, похоже, придётся очень много учиться.

Настя улыбнулась.

— Вот с этим ты точно справишься.

Егор посмотрел на неё.

— Откуда такая уверенность?

Настя на секунду задумалась.

— Потому что человек, который после потери памяти первым делом пытается понять, как устроен весь мир, либо очень умный…

Она сделала паузу.

— Либо совершенно безнадёжный.

Егор усмехнулся.

— И какой вариант выбрала ты?

Настя улыбнулась.

— Я ещё думаю.

И впервые за долгое время Егор рассмеялся по-настоящему.

За стенами палаты его ждала новая жизнь.

А пока у него был планшет.

Сеть.

И бесконечное количество вопросов.

Глава 12 Чужое имя

Кабинет князя встретил Антонину Владленовну привычной тишиной.

Архип Платонович стоял у окна, заложив руки за спину. За стеклом простиралась территория поместья Батуриных. Вдалеке виднелся медицинский корпус — одно из немногих зданий, на которые князь в последнее время смотрел особенно часто.

— Как Рудов? — спросил он, не оборачиваясь.

Антонина Владленовна закрыла за собой дверь.

— Состояние стабильное, ваше сиятельство. Физически он восстанавливается быстрее, чем мы ожидали.

— А голова?

Главный врач ненадолго замолчала.

— Сложнее.

Князь повернулся.

— По-прежнему ничего?

— Он не помнит своей прежней жизни. Узнаёт новую информацию, прекрасно ориентируется в происходящем, рассуждает здраво. Но всё, что было до происшествия… словно исчезло.

Архип Платонович медленно кивнул.

— Настя говорит, он много времени проводит в Сети.

— Да. Я разрешила.

— Чтобы восстановить память?

— Не только. Он пытается понять мир, в котором живёт. Для него сейчас всё вокруг кажется чужим.

Князь задумчиво посмотрел на медицинский корпус.

— Наверное, это страшно.

— Очень.

Антонина подошла ближе.

— Но он держится. Задаёт вопросы. Учится. Настя говорит, что иногда её приходится буквально отбирать у него планшет, чтобы он отдохнул.

На лице князя появилась слабая улыбка.

— Любопытный мальчишка.

— Это хороший признак.

Несколько секунд в кабинете царила тишина.

Затем Архип Платонович подошёл к массивному шкафу у стены.

Антонина проследила за ним взглядом.

Князь открыл одну из дверец, достал папку и положил её на стол.

Тёмная обложка.

Несколько страниц документов.

И имя, написанное аккуратными буквами.

Егор Рудов.

Антонина нахмурилась.

— Его личное дело?

— Да.

— Зачем вы его достали?

Князь посмотрел на неё.

— Отдай ему.

Она не сразу ответила.

— Ваше сиятельство, вы уверены?

— В чём именно?

— В том, что сейчас подходящее время. Он только начал приходить в себя. Человек с такой потерей памяти может тяжело воспринять информацию о собственной жизни.

Архип Платонович медленно сел в кресло.

— А что ты предлагаешь? Ждать, пока он сам начнёт сходить с ума от неизвестности?

— Я этого не говорила.

— Но он каждый день пытается понять, кем был.

Антонина опустила взгляд на папку.

Это было правдой.

Егор Рудов постоянно задавал вопросы. Иногда простые, иногда такие, на которые она не могла дать точного ответа.

Князь продолжил:

— Он ищет себя в Сети. Изучает историю. Читает обо всём подряд. А ответы на некоторые вопросы лежат здесь.

Антонина осторожно положила ладонь на папку.

— Вы думаете, это поможет вернуть память?

— Не знаю.

Князь посмотрел на неё усталым взглядом.

— Но, возможно, он увидит фотографии. Прочитает знакомые имена. Узнает места, где бывал.

— А если ничего не вспомнит?

— Тогда хотя бы будет знать, кем был.

Эти слова заставили Антонину задуматься.

В конце концов она медленно кивнула.

— Хорошо. Я сама поговорю с ним.

— Не заставляй его читать.

— Я не собиралась.

Князь слегка улыбнулся.

— Именно поэтому я отдаю дело тебе.

Антонина взяла папку.

— Я постараюсь сделать всё правильно.

— Я знаю.

---

Когда Антонина вернулась в медицинский корпус, за окнами уже начинало темнеть.

Она не сразу пошла к Егору.

Сначала несколько минут сидела в своём кабинете и просматривала документы.

Обычная жизнь.

Ничего выдающегося.

Ничего, что могло бы объяснить произошедшее.

Егор Рудов.

Шестнадцать лет.

Простолюдин.

Сирота.

Сведения об учебе. Медицинские записи. Характеристики.

Несколько фотографий.

Антонина остановилась на одной из них.

На снимке был худощавый мальчишка с серьёзным лицом.

Он смотрел в объектив так, словно фотографироваться его заставили против собственной воли.

Женщина невольно улыбнулась.

Вот таким ты был.

Она закрыла папку.

И направилась к палате.

---

Егор сидел на кровати и листал что-то в планшете, когда дверь открылась.

Он поднял взгляд.

— Антонина Владленовна.

— Добрый вечер, Егор.

Он сразу заметил папку в её руках.

— Судя по вашему лицу, вы пришли не просто проверить моё состояние.

— Ты наблюдательный.

— Приходится.

Она подошла к кровати и положила папку на тумбочку.

Егор перевёл взгляд на надпись.

И замер.

Егор Рудов.

Странное ощущение.

Он видел это имя каждый день.

Слышал его от окружающих.

Носил его.

Но сейчас оно выглядело иначе.

Как имя совершенно незнакомого человека.

— Что это? — спросил он.

— Твоё личное дело.

Егор медленно поднял взгляд на женщину.

— Моё?

— Да.

— И почему оно у вас?

— Его передал князь.

Антонина села рядом.

— Он считает, что тебе может быть полезно узнать больше о своей жизни.

Егор некоторое время молчал.

Внутри всё смешалось.

Для Антонины это была возможность помочь пациенту вернуть память.

Для князя — возможность вернуть мальчишке хотя бы часть его прошлого.

Но для него…

Егор посмотрел на папку.

Я ничего не потерял.

Он помнил свою жизнь.

Свой мир.

Своё имя.

Он помнил ночь, когда всё закончилось.

Помнил девушку.

Грабителей.

Боль.

Нож.

А потом — огонь.

Я умер.

И проснулся здесь.

В чужом теле.

— Егор? — голос Антонины вернул его в реальность.

Он поднял голову.

— Простите. Задумался.

— Тебе не обязательно открывать её сейчас.

Егор посмотрел на женщину.

— А что там?

— Сведения о твоей жизни. Учёба. Медицинские документы. Фотографии. Всё, что может помочь тебе понять, каким ты был до происшествия.

Каким был он.

Егор едва заметно кивнул.

— Я могу остаться один?

Антонина внимательно посмотрела на него.

— Конечно.

Она поднялась.

— Если станет плохо, позови медсестру.

— Хорошо.

Антонина уже подошла к двери, когда Егор тихо произнёс:

— Спасибо.

Женщина обернулась.

— За что?

Он посмотрел на папку.

— За то, что принесли.

Антонина улыбнулась.

— Это было решение князя.

— Тогда я поблагодарю и его.

Она кивнула и вышла.

Дверь закрылась.

Егор остался один.

Тишина в палате вдруг стала непривычно тяжёлой.

Он смотрел на папку.

Перед ним лежала чужая жизнь.

Жизнь человека, чьё место он занял.

Егор медленно протянул руку.

Пальцы коснулись обложки.

— Ну что, Рудов…

Он тихо усмехнулся.

— Давай познакомимся.

Он открыл папку.

Первая страница содержала сухие сведения.

Егор Рудов.

Возраст — шестнадцать лет.

Статус — простолюдин.

Егор задержал взгляд на последней строчке.

— Простолюдин, значит.

Он перевернул страницу.

Дальше шли даты.

Место рождения.

Сведения о родителях.

Учёба.

И чем дальше он читал, тем яснее становилось: человек, чью жизнь он теперь продолжал, не был избранным героем.

Не принадлежал к древнему роду.

Не обладал несметными богатствами.

Он был обычным мальчишкой.

Егор почему-то почувствовал облегчение.

Следующей оказалась фотография.

Он осторожно взял её в руки.

На снимке был подросток.

Худой.

Немного серьёзный.

С растрёпанными волосами.

Егор долго смотрел на его лицо.

Затем поднял руку и коснулся собственной щеки.

То же лицо.

Те же глаза.

Но ощущение было странным.

Словно он смотрел на фотографию брата, которого никогда не знал.

— Вот ты какой…

Он не чувствовал воспоминаний.

Не ждал их.

Потому что это были не его воспоминания.

Но ему хотелось узнать.

Кем был этот парень?

О чём мечтал?

Кого любил?

Чего боялся?

Что он чувствовал в последние мгновения своей жизни?

Егор перевернул страницу.

И продолжил читать.

Теперь он знакомился не с собственным прошлым.

Он знакомился с человеком, который когда-то жил в этом теле.

И чем больше страниц он переворачивал, тем сильнее понимал одну простую вещь.

Он получил не просто второй шанс.

Он получил чужую жизнь.

Егор закрыл папку и посмотрел в окно.

За стеклом медленно опускалась ночь.

— Я не знаю, что с тобой случилось, — тихо сказал он.

Конечно, никто не ответил.

— Не знаю, куда ты исчез.

Он снова посмотрел на фотографию.

— Но я постараюсь не испортить то, что осталось после тебя.

Егор положил снимок обратно.

А затем открыл следующую страницу.

Ему предстояло узнать этот мир.

Найти своё место среди чужих людей.

Понять магию.

И разобраться, кем теперь является он сам.

Но сначала…

Он хотел узнать историю Егора Рудова.

Человека, чьё имя он носил.

Чью жизнь он продолжал.

И чьё лицо видел каждое утро в зеркале.

Глава 13 знакомство с собой

Егор медленно закрыл последнюю страницу.

Палата погрузилась в тишину.

Планшет лежал рядом, давно погасший. За окном уже стемнело, но Егор даже не заметил, когда день успел смениться вечером.

Он смотрел на закрытую папку.

Несколько десятков страниц.

Сухие строки.

Даты.

Имена.

Фотографии.

Но теперь за ними стоял настоящий человек.

— Вот, значит, как ты жил, — тихо произнёс Егор.

Он откинулся на подушку и прикрыл глаза.

В голове постепенно складывалась картина.

Егор Рудов. Шестнадцать лет. Сирота. Простолюдин.

Никакой великой семьи.

Никаких влиятельных родственников.

Никакого наследства, способного изменить его жизнь.

Родители Егора погибли, когда ему было семь.

Они жили в небольшом городке неподалёку от аномальной зоны. Отец был одним из тех, кто сражался с тварями, появлявшимися во время прорывов.

Один из таких прорывов стал для него последним.

Егор медленно выдохнул.

Он не знал этого человека.

Никогда его не видел.

Но почему-то попытался представить.

Мужчина, который идёт сражаться, понимая, что может не вернуться.

Жена, оставшаяся ждать.

И семилетний мальчишка, который однажды узнаёт, что родителей больше нет.

Тяжело тебе пришлось, парень.

После смерти родителей Егора отправили в приют.

Там он прожил восемь лет.

Восемь лет.

Почти половину своей жизни.

Егор снова открыл папку и посмотрел на одну из фотографий.

На ней настоящий Рудов был ещё ребёнком.

Слишком серьёзным для своего возраста.

Он смотрел прямо в камеру, и в этом взгляде было что-то упрямое.

— Наверное, ты рано понял, что рассчитывать можешь только на себя.

Егор перевернул несколько страниц.

Дальше шли сведения о его магическом даре.

Аспект огня. Слабый уровень.

Егор невольно посмотрел на свои ладони.

Огонь.

Та же стихия, которая встретила его сразу после смерти.

Странное совпадение.

Или, может быть, не совпадение вовсе?

Он пока не знал.

Настоящий Егор обладал слабым даром. Достаточным, чтобы считаться одарённым, но недостаточным, чтобы окружающие ожидали от него великих свершений.

А теперь даже этого у него почти не осталось.

Повреждённое магическое ядро.

Неизвестность.

Возможность того, что он никогда больше не сможет использовать огонь.

Егор сжал ладонь.

— Не самая радужная картина.

Он усмехнулся, но улыбка быстро исчезла.

Затем в его памяти всплыла последняя часть личного дела.

В возрасте пятнадцати лет Егор Рудов был взят под покровительство княжеским родом Батуриных.

Вот здесь всё становилось интереснее.

Почему именно он?

В документах не было подробного ответа.

Возможно, Батурины заметили способного мальчишку.

Возможно, им просто был нужен кто-то для обучения вместе с молодыми представителями семьи.

А может быть, за этим стояло что-то ещё.

Но одно Егор знал точно.

В пятнадцать лет настоящий Рудов покинул приют.

И оказался здесь.

В огромном поместье.

Среди людей, принадлежавших к одному из могущественных княжеских родов.

Для сироты это должно было стать началом совершенно новой жизни.

А затем произошло то, что произошло.

Егор посмотрел на своё отражение в тёмном окне.

Чужое лицо.

И всё же теперь — его лицо.

— Итак, — тихо произнёс он.

Он начал загибать пальцы.

— Сирота.

Первый палец.

— Простолюдин.

Второй.

— Слабый маг огня.

Третий.

— Воспитанник приюта.

Четвёртый.

Егор на мгновение замолчал.

— И теперь ещё попаданец.

Он усмехнулся.

Этого пункта, конечно, в личном деле не было.

Да и вряд ли кому-то стоило о нём рассказывать.

Егор снова посмотрел на фотографию мальчишки.

Теперь он знал о нём больше.

Недостаточно, чтобы считать себя этим человеком.

Но достаточно, чтобы почувствовать странное уважение.

Настоящий Егор Рудов не родился с серебряной ложкой во рту.

Не получил могущественную фамилию.

Он потерял родителей.

Вырос в приюте.

И всё равно сумел получить шанс на другую жизнь.

А я появился именно тогда, когда этот шанс едва не закончился.

Егор закрыл папку.

На этот раз он не чувствовал прежней пустоты.

Теперь он понимал хотя бы основу.

Кем был человек, чьё тело он получил.

И кем он сам оказался в этом новом мире.

— Ладно, Рудов, — тихо сказал он. — Похоже, нам обоим досталась непростая судьба.

Он положил ладонь на обложку папки.

— Ты получил шанс выбраться из приюта. А мне достался шанс прожить ещё одну жизнь.

Егор посмотрел на дверь палаты.

Где-то за ней находились Батурины.

Князь.

Настя.

Максим.

Лиза.

И Роман.

Люди, которых настоящий Егор знал.

А ему ещё только предстояло узнать.

— Значит, начнём с самого начала.

Он лёг на подушку и закрыл глаза.

Сегодня он познакомился с прошлым человека, чью жизнь продолжал.

Завтра ему предстояло познакомиться с его настоящим.

А потом — построить будущее.

Своё собственное.

И, возможно, однажды имя Егора Рудова будет значить гораздо больше, чем сухая строчка в старом личном деле.

Глава 14 Незнакомый знакомый

Максим долго стоял перед дверью кабинета деда.

Он пришёл сюда сразу после завтрака, но почему-то никак не мог заставить себя постучать.

Всё было просто.

Нужно войти.

Попросить разрешения.

А потом отправиться в медицинский корпус.

Но от одной мысли о встрече с Егором внутри всё сжималось.

Максим до сих пор помнил полигон.

Помнил вспышку.

Крик.

И тело Рудова, неподвижно лежащее на земле.

Он сжал кулак и наконец постучал.

— Войдите.

Максим открыл дверь.

Архип Платонович сидел за столом и просматривал документы. Услышав шаги, он поднял взгляд.

— Максим.

— Дед.

— Проходи. Что-то случилось?

Максим вошёл и закрыл за собой дверь.

Несколько секунд он молчал.

Князь не торопил его.

Наконец Максим произнёс:

— Я хочу навестить Рудова.

Архип Платонович отложил бумаги.

— Зачем?

Максим поднял взгляд.

— Извиниться перед ним.

В кабинете повисла тишина.

Князь внимательно смотрел на внука.

— Ты считаешь, что должен перед ним извиниться?

— Да.

— Почему?

Максим нахмурился.

— Потому что из-за меня он едва не погиб.

— Из-за тебя или из-за неисправного генератора?

Максим сжал зубы.

Он прекрасно понимал, что дед специально задаёт этот вопрос.

— Генератор действительно дал сбой.

— Но?

— Но я мог остановиться.

Архип Платонович медленно кивнул.

— Продолжай.

Максиму было неприятно говорить об этом вслух.

Но он пришёл сюда именно за этим.

— Я знал, что Рудов слабее меня. Знал, что он уже почти выдохся. Но продолжал.

Он отвёл взгляд.

— Мне хотелось победить.

— Любой ценой?

Максим промолчал.

И этого молчания оказалось достаточно.

Князь тяжело вздохнул.

— Ты понимаешь, что он мог умереть?

— Да.

— И что его магическое ядро до сих пор повреждено?

— Да.

— Тогда зачем тебе моё разрешение?

Максим удивлённо посмотрел на него.

— Потому что я не знаю, хочет ли он меня видеть.

На лице князя появилась едва заметная улыбка.

— Это уже другой разговор.

Он поднялся из-за стола и подошёл к окну.

Некоторое время молчал.

— Ты знаешь, что Рудов тебя не помнит?

— Знаю.

Максим опустил голову.

— Он вообще никого не помнит.

— Именно.

Князь повернулся к внуку.

— Поэтому не жди, что эта встреча будет такой, какой ты её представляешь.

Максим кивнул.

— Я понимаю.

— Нет, — спокойно произнёс Архип Платонович. — Пока ещё не понимаешь.

Он подошёл ближе.

— Ты придёшь к человеку, которого считал другом. А он посмотрит на тебя как на незнакомца.

Максим сглотнул.

Эти слова больно ударили по нему.

Но он уже видел это.

Во время коротких визитов в медицинский корпус Максим замечал, как Егор смотрит на окружающих. Словно пытается понять, кто они.

— Я всё равно хочу пойти.

Князь внимательно посмотрел на внука.

— Почему?

Максим немного подумал.

— Потому что он имеет право знать, что произошло.

Архип Платонович замер.

А затем медленно кивнул.

— Хороший ответ.

Максим поднял глаза.

— Значит, вы разрешаете?

— Да.

Он положил руку внуку на плечо.

— Но запомни одну вещь. Не пытайся получить у него прощение ради собственного спокойствия.

Максим нахмурился.

— Я не…

— Выслушай.

Голос князя стал твёрже.

— Ты идёшь туда не за тем, чтобы тебе стало легче. Ты идёшь потому, что должен взять ответственность за свои поступки.

Максим медленно кивнул.

— Я понял, дед.

— Вот и хорошо.

Князь убрал руку с его плеча.

— Иди.

До медицинского корпуса Максим дошёл быстро.

А вот перед дверью палаты снова остановился.

Он посмотрел на номер.

Сделал глубокий вдох.

Просто скажи правду.

Максим постучал.

— Войдите.

Он открыл дверь.

Егор сидел на кровати. Перед ним лежала раскрытая папка, а рядом — планшет.

Увидев Максима, он поднял взгляд.

И Максим сразу понял, что дед был прав.

Никакого узнавания.

Никакой привычной улыбки.

Только спокойное любопытство.

— Здравствуйте, — сказал Егор.

Максиму стало тяжело.

Но он всё же вошёл.

— Привет.

Егор посмотрел на него внимательнее.

— Мы знакомы?

Максим на мгновение замер.

— Были знакомы.

Он подошёл ближе.

— Меня зовут Максим.

Егор кивнул.

— Егор.

— Я знаю.

На лице Егора появилась лёгкая улыбка.

— Логично.

Максим указал на свободный стул.

— Можно?

— Конечно.

Он сел.

Несколько секунд они молчали.

Максим собирался с мыслями, а Егор терпеливо ждал.

Наконец Максим поднял глаза.

— Я пришёл извиниться.

Улыбка исчезла с лица Егора.

— За что?

Максим медленно выдохнул.

— За то, что ты оказался здесь.

Егор посмотрел на него уже серьёзнее.

— Я слушаю.

— Мы были на тренировке. На полигоне.

Егор молчал.

— Я знал, что ты слабее меня. Но хотел победить. И слишком увлёкся.

Максим сжал руки.

— Я нанёс удар, который оказался слишком сильным. В этот момент генератор дал сбой, и защита не сработала так, как должна была.

— И я пострадал.

— Да.

Егор ненадолго опустил взгляд.

— Моё ядро тоже из-за этого повреждено?

Максим кивнул.

— Да.

— И ты пришёл сказать мне об этом лично?

— Да.

Егор поднял на него глаза.

— Почему?

Максим не стал искать красивых слов.

— Потому что это моя вина.

В палате стало тихо.

Егор внимательно смотрел на него.

Максим ожидал злости.

Обвинений.

Возможно, даже приказа уйти.

Но Егор неожиданно спросил:

— Ты боялся, что я умру?

Максим застыл.

— Да.

Ответ прозвучал почти шёпотом.

— Я думал, что убил тебя.

Егор откинулся на подушку.

Он ничего не помнил.

Не помнил этой тренировки.

Не помнил самого Максима.

Но видел человека, который пришёл сюда добровольно и признал свою вину.

— Максим.

— Да?

— Я не могу сказать, что прощаю тебя от имени прежнего Егора.

Максим опустил взгляд.

— Я понимаю.

— Я не знаю, каким человеком он был. Не знаю, какими были наши отношения. И не знаю, как он относился бы к тому, что произошло.

Максим молчал.

— Но я могу принять твои извинения.

Он поднял голову.

— Правда?

Егор слегка улыбнулся.

— Ты ведь пришёл не оправдываться. А рассказать правду.

Максим медленно кивнул.

— Да.

— Тогда я тебя понял.

Эти слова словно сняли с его плеч часть тяжести.

Не всю.

Максим понимал, что одна беседа не исправит случившегося.

Но первый шаг был сделан.

— Спасибо, — тихо произнёс он.

Егор пожал плечами.

— Только не думай, что теперь я позволю тебе снова тренироваться со мной без присмотра.

Максим невольно улыбнулся.

— После этого дед меня самого, наверное, будет контролировать.

— Вот и отлично.

Максим поднялся.

Но прежде чем уйти, остановился.

— Можно мне ещё приходить?

Егор задумался.

— Зачем?

— Я могу рассказать тебе о том, каким был Рудов. О людях, которых он знал. О том, что происходило до…

Он не договорил.

До того, как всё изменилось.

Егор посмотрел на папку со своим личным делом.

Потом снова на Максима.

Перед ним стоял человек из жизни настоящего Егора.

И, возможно, один из немногих, кто мог помочь понять того мальчишку.

— Приходи, — сказал он.

Максим улыбнулся.

— Хорошо.

— И Максим?

— Да?

— В следующий раз можешь просто представиться без того, чтобы отправлять человека в больницу.

Максим замер, а затем тихо рассмеялся.

— Постараюсь.

Когда дверь закрылась, Егор остался один.

Он посмотрел на тёмное окно.

Ещё один человек из твоей жизни, Рудов.

Он не знал, кем Максим был для настоящего владельца этого тела.

Но теперь у него появился шанс узнать.

Не через сухие строчки документов.

А через живых людей.

И это, пожалуй, было гораздо ценнее.

Глава 15 Пробуждение ядра

Прошло несколько недель.

За это время жизнь Егора постепенно изменилась.

Первые дни после пробуждения были наполнены врачами, обследованиями и бесконечными вопросами. Его тело восстанавливалось медленно, но верно. Ожоги исчезли благодаря магии лекарей, слабость постепенно уходила, и теперь Егор уже мог самостоятельно гулять по территории поместья.

Настя приходила почти каждый день.

Иногда по поручению матери — проверить его состояние или провести очередное обследование. Иногда просто так.

Егор уже перестал удивляться её появлению.

Она рассказывала ему о мире, помогала разбираться в истории Российской империи, дворянских родах и устройстве общества. Иногда они спорили, иногда просто гуляли.

И с каждым днём Егор всё яснее понимал, насколько сильно отличается этот мир от того, который он оставил.

Максим тоже стал частым гостем.

После их первого разговора неловкость постепенно исчезла.

Максим рассказывал о своей жизни, о семье и тренировках. Иногда вспоминал случаи, связанные с прежним Егором, но всегда осторожно — словно боялся задеть человека, который этих воспоминаний больше не имел.

Постепенно между ними появилась новая дружба.

Не та, что была раньше.

Другая.

Но от этого не менее настоящая.

В один из дней Максим пришёл в палату с особенно довольным выражением лица.

Егор сразу насторожился.

— Что случилось?

— Ничего.

— Ты слишком довольный для человека, у которого ничего не случилось.

Максим усмехнулся и сел на привычный стул.

— Меня снова начали нормально тренировать.

— Поздравляю. А я тут причём?

— Есть предложение.

Егор посмотрел на него внимательнее.

— Обычно после этих слов начинаются проблемы.

— На этот раз всё безопасно.

Егор выразительно посмотрел на него.

Максим поморщился.

— Ладно. Почти безопасно.

— Уже лучше.

— Я хочу сходить к мастеру Йорунду.

Имя ничего не сказало Егору.

— И кто это?

Максим выпрямился.

— Мастер, который занимается развитием магического ядра.

Егор нахмурился.

— Разве этим не занимаются обычные наставники?

— Занимаются. Но Йорунд немного другой.

Максим на мгновение замолчал, словно подбирая слова.

— Он помог мне.

— В чём?

Максим посмотрел на свою ладонь.

— Почувствовать ядро.

Егор перестал улыбаться.

Это уже звучало интересно.

— Ты раньше не чувствовал его?

— Чувствовал силу. Мог использовать дар. Но это не то же самое.

Максим поднял взгляд.

— Представь, что у тебя есть двигатель, но ты никогда не открывал капот и не видел, как он работает.

— Я не слишком хорошо разбираюсь в машинах.

— Суть ты понял.

Егор усмехнулся.

— Допустим.

— Йорунд научил меня ощущать ядро. Понимать, когда оно наполнено, когда истощено. Где проходит грань, после которой использование магии становится опасным.

Егор медленно кивнул.

После всего, что он узнал о повреждении своего ядра, это звучало особенно важно.

— И ты предлагаешь мне пойти к нему?

— Предлагаю просто познакомиться.

— А твой мастер согласен?

— Я уже спросил.

Егор поднял бровь.

— И?

— Он сказал, что хочет посмотреть на человека, который выжил после того, после чего выживать было крайне нежелательно.

— Очень обнадёживает.

— Он своеобразный человек.

— Я уже начинаю догадываться.

Максим рассмеялся.

Но затем стал серьёзным.

— Егор, я не обещаю, что он сможет восстановить твоё ядро. Даже врачи этого не обещают.

— Я знаю.

— Но, возможно, он поможет тебе хотя бы понять, что с тобой происходит.

Егор задумался.

Он посмотрел на свои ладони.

Слабый аспект огня.

Повреждённое ядро.

Будущее, которого он пока не мог представить.

Но сидеть в палате и ждать, пока другие решат его судьбу, ему уже надоело.

— Когда идём?

Максим улыбнулся.

— Завтра.

На следующий день Настя встретила их у выхода из медицинского корпуса.

Увидев Егора, одетого для прогулки, она сразу поняла, что происходит.

— И куда вы собрались?

Максим виновато улыбнулся.

— На тренировку.

Настя перевела взгляд на Егора.

— Ты только недавно начал нормально ходить.

— Я не собираюсь драться.

— Это он тебе сказал?

Она указала на Максима.

— Вообще-то да.

— Тогда я начинаю переживать ещё сильнее.

Егор усмехнулся.

— Мы идём к мастеру Йорунду.

Улыбка исчезла с лица девушки.

— К Йорунду?

— Ты его знаешь? — спросил Егор.

— Знаю.

Она посмотрела на Максима.

— И ты считаешь, что это хорошая идея?

— Дед разрешил.

Этот аргумент заставил Настю замолчать.

— Он знает, куда вы идёте?

— Да.

Настя тяжело вздохнула.

— Тогда я пойду с вами.

Максим пожал плечами.

— Я не против.

Егор улыбнулся.

— А меня кто-нибудь спросит?

Настя посмотрела на него.

— Нет.

— Понятно.

Мастер Йорунд жил на окраине территории рода Батуриных.

Его дом совсем не походил на жилище великого мага.

Небольшой двухэтажный дом.

Старый сад.

Никакой охраны.

Никаких огромных ворот.

Егор ожидал увидеть что-то более впечатляющее.

— Он точно мастер? — тихо спросил он.

— Не суди раньше времени, — ответил Максим.

Максим постучал.

Через несколько секунд дверь открылась.

На пороге стоял высокий мужчина с седыми волосами. На вид ему было около шестидесяти, хотя в этом мире Егор уже научился не доверять внешности магов.

Йорунд внимательно посмотрел сначала на Максима.

— Опять ты?

— Здравствуйте, мастер.

— Ты обещал прийти через неделю.

— Я пришёл не тренироваться.

— Тогда зачем пришёл?

Максим сделал шаг в сторону.

— Познакомить вас с Егором.

Взгляд мастера переместился на Егора.

Несколько долгих секунд Йорунд ничего не говорил.

Егору показалось, что его изучают.

Не как человека.

Как какую-то сложную задачу.

— Вот, значит, кто ты, — наконец произнёс мастер.

Егор нахмурился.

— А вы ожидали увидеть кого-то другого?

Йорунд усмехнулся.

— Заходи.

Внутри дома оказалось неожиданно просторно.

Но вместо дорогой мебели здесь было множество книг, странных схем и предметов, назначение которых Егор даже не пытался угадать.

Йорунд указал ему на кресло.

— Садись.

Егор сел.

— Закрой глаза.

— Уже начинаются странности.

— Молодой человек, я обучаю людей магии дольше, чем твоя семья живёт на свете.

Егор открыл один глаз.

— У меня семьи нет.

В комнате повисла тишина.

Максим тихо кашлянул.

Настя прикрыла глаза ладонью.

Йорунд несколько секунд смотрел на Егора.

А потом неожиданно рассмеялся.

— Хорошо. Значит, чувство юмора у тебя есть. Это уже полезно.

Егор снова закрыл глаза.

— И что теперь?

— Ничего.

— В смысле?

— Именно ничего. Перестань пытаться что-то сделать.

Егор нахмурился.

— Очень понятное объяснение.

— Ты хочешь почувствовать ядро?

— Да.

— Тогда перестань искать его руками, головой или глазами. Оно не находится ни в одном из этих мест.

Егор глубоко вдохнул.

Вокруг стало тихо.

Он слышал собственное дыхание.

Стук сердца.

Шорох ветра за окном.

Прошла минута.

Затем другая.

Ничего.

— Я ничего не чувствую, — наконец сказал Егор.

— Хорошо.

Егор открыл глаза.

— Хорошо?

— Ты впервые сказал правду вместо того, чтобы придумывать ощущения, которых нет.

Максим тихо усмехнулся.

Егор бросил в его сторону недовольный взгляд.

— А ты сколько времени сидел вот так?

Максим ответил не сразу.

— Почти три занятия.

— И потом почувствовал?

— Да.

Егор снова закрыл глаза.

Три занятия.

Что ж.

У него теперь было время.

Он не почувствовал ядро в первый день.

Не почувствовал во второй.

Но на третьем занятии произошло нечто странное.

Егор сидел неподвижно, слушая спокойный голос Йорунда.

— Не заставляй силу появиться. Она уже существует. Ты пытаешься услышать гром, когда тебе нужно услышать собственное дыхание.

Егор медленно выдохнул.

И вдруг…

Где-то глубоко внутри появилось ощущение.

Очень слабое.

Будто под толщей холодного пепла лежал маленький уголёк.

Почти погасший.

Но живой.

Егор резко открыл глаза.

Йорунд стоял напротив него.

И, судя по выражению лица, всё понял без слов.

— Ну?

Егор медленно поднял руку и прижал её к груди.

— Там…

Максим наклонился вперёд.

— Ты почувствовал?

Егор кивнул.

— Что-то есть.

Йорунд улыбнулся.

— Не «что-то». Твоё магическое ядро.

Егор снова закрыл глаза.

Теперь он ощущал его.

Слабое.

Повреждённое.

Но всё ещё существующее.

И впервые с момента своего появления в этом мире Егор почувствовал настоящую надежду.

Он не знал, сможет ли снова стать магом.

Не знал, удастся ли восстановить ядро.

Но теперь он точно понимал одно.

Огонь внутри него ещё не погас.

Глава 16 Уголек под пеплом

Егор сидел неподвижно, закрыв глаза.

Он всё ещё ощущал это.

Где-то глубоко внутри.

Слабое тепло.

Почти незаметное.

Будто маленький уголёк, забытый под толстым слоем золы.

Стоило попытаться сосредоточиться сильнее — ощущение исчезало. Но стоило расслабиться, перестать пытаться ухватить его, как оно возвращалось.

— Не дави на него, — спокойно произнёс Йорунд.

Егор открыл глаза.

— Я и не давлю.

Мастер поднял бровь.

— Ты сейчас пытаешься заставить своё ядро работать.

— А разве не для этого мы сюда пришли?

— Нет.

Йорунд подошёл ближе и сел напротив.

— Ты пришёл сюда, чтобы научиться его чувствовать. Это разные вещи.

Егор нахмурился.

Максим сидел чуть поодаль и внимательно наблюдал за ними. Настя стояла возле окна, скрестив руки на груди.

— А какая разница? — спросил Егор.

— Огромная.

Йорунд указал пальцем ему на грудь.

— Представь, что твоё ядро — это человек, который получил тяжёлую рану. Ты ведь не станешь сразу заставлять его бежать?

— Нет.

— Вот и я о том же. А ты пытаешься заставить его использовать магию.

Егор медленно кивнул.

Это звучало разумно.

Йорунд ненадолго замолчал, а затем добавил:

— Покажи мне это ощущение ещё раз.

— Как?

— Не мне. Себе.

Егор закрыл глаза.

На этот раз он не пытался ничего искать.

Просто сидел.

Дышал.

Слушал.

Прошла минута.

Затем другая.

И тепло вернулось.

Слабое.

Но теперь Егор был уверен, что не придумал его.

Йорунд положил ладонь ему на плечо.

— Вот так.

Егор почувствовал, как по телу мастера прошла едва уловимая волна энергии.

Он не видел её.

Но почему-то почувствовал.

Тепло вокруг собственного ядра изменилось.

Словно Йорунд осторожно коснулся его, не пытаясь проникнуть внутрь.

Лицо мастера вдруг стало серьёзным.

Очень серьёзным.

Он убрал руку.

— Интересно.

Настя сразу насторожилась.

— Что-то не так?

Йорунд не ответил.

Он смотрел на Егора.

— Расскажи мне, что с тобой произошло.

Егор бросил короткий взгляд на Максима.

Тот опустил голову.

— Мне уже рассказывали, — сказал Егор. — Тренировка. Сильный удар. Сбой генератора.

— Я знаю официальную версию.

Йорунд покачал головой.

— Я спрашиваю, что ты ощущаешь.

Егор задумался.

— Будто оно сломано.

— Это очевидно.

— Спасибо, очень помогли.

Максим фыркнул, пытаясь сдержать смех.

Даже Настя слегка улыбнулась.

Но Йорунд оставался серьёзным.

Егор снова закрыл глаза.

— Оно… не пустое.

— Продолжай.

— Но словно в нём что-то не так. Как будто раньше оно было цельным, а теперь…

Он подбирал слова.

— Теперь там есть трещина.

Йорунд медленно кивнул.

— Именно.

Настя побледнела.

— Выгорание?

— Нет.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Но Антонина Владленовна говорила…

— Я не спорю с лекарями, — перебил её Йорунд. — Я говорю о другом.

Он снова посмотрел на Егора.

— Его ядро действительно получило серьёзные повреждения. Но оно не погибает.

Егор медленно выпрямился.

— То есть…

— Не спеши радоваться.

Голос мастера был твёрдым.

— Оно нестабильно. Твоё ядро пытается восстановиться, но делает это слишком медленно. И если ты сейчас начнёшь пользоваться магией, можешь окончательно его разрушить.

Егор почувствовал, как внутри всё похолодело.

— Значит, я всё-таки не смогу использовать огонь?

— Сейчас — нет.

Ответ был честным.

И от этого особенно неприятным.

Максим сжал кулаки.

Настя подошла ближе к кровати.

— А потом?

Йорунд посмотрел на Егора.

— Потом зависит от него.

Егор поднял глаза.

— От меня?

— Ядро — часть мага. Оно реагирует на тело, разум и волю. Его нельзя восстановить одним заклинанием.

— Тогда что нужно делать?

Йорунд некоторое время молчал.

Словно решал, стоит ли говорить.

— Учиться заново.

Егор нахмурился.

— Я ничего не помню.

— Вот именно.

Мастер слегка улыбнулся.

— Возможно, в этом и заключается твой шанс.

На обратном пути Максим долго молчал.

Они шли по дорожке через сад.

Настя держалась рядом с Егором, внимательно следя, чтобы он не переутомлялся.

Наконец Максим не выдержал.

— Прости.

Егор повернул голову.

— За что на этот раз?

Максим поморщился.

— За всё это.

Егор посмотрел вперёд.

— Максим, ты уже извинился.

— Но если бы не я…

— Если бы не ты, я мог бы вообще не оказаться здесь.

Максим остановился.

Егор тоже замер.

Он понял, что сказал лишнее.

— В смысле?

Егор быстро пожал плечами.

— В смысле… я бы не познакомился с вами.

Настя подозрительно посмотрела на него.

Но ничего не сказала.

Максим слабо улыбнулся.

— Ты странный.

— Мне уже говорили.

Они снова пошли вперёд.

Некоторое время никто не разговаривал.

А потом Егор посмотрел на Максима.

— Сколько тебе понадобилось занятий, чтобы почувствовать ядро?

— Три.

— А мне?

— Три.

— Значит, я не безнадёжен.

— Никогда так не говорил.

Егор улыбнулся.

Максим посмотрел на него и впервые за долгое время почувствовал настоящее облегчение.

Он всё ещё винил себя.

Наверное, будет винить ещё долго.

Но Егор был жив.

Он шёл рядом.

Шутил.

Строил планы.

И, возможно, однажды снова сможет использовать магию.

Вечером Егор долго не мог уснуть.

Он лежал в своей палате и смотрел в потолок.

Перед глазами снова стояли слова Йорунда.

Учиться заново.

Егор медленно поднял ладонь.

Когда-то он видел огонь.

Огонь, который сжигал его тело.

Огонь, ставший последним, что он увидел в своей прежней жизни.

А теперь где-то внутри него самого жил другой огонь.

Слабый.

Повреждённый.

Но живой.

Егор закрыл глаза и попытался почувствовать его.

На этот раз ему не понадобилось много времени.

Глубоко внутри отозвалось знакомое тепло.

Маленький уголёк.

Егор улыбнулся.

— Значит, мы ещё поборемся.

Ответа, конечно, не последовало.

Но уголёк словно стал чуть теплее.

И впервые Егор подумал не о том, что потерял.

А о том, что ещё сможет обрести.

Глава 17 Поиски ответа

Следующие несколько дней жизнь Егора вошла в новый ритм.

Утром он занимался восстановлением под присмотром лекарей. После этого, если состояние позволяло, к нему приходил Максим.

Вместе они отправлялись к мастеру Йорунду.

Максим продолжал тренироваться, учился лучше контролировать свой дар и чувствовать собственное ядро. Егор же начинал всё с самого начала.

Он учился сидеть неподвижно.

Дышать.

Слушать собственное тело.

Чувствовать слабый огонёк глубоко внутри.

Иногда ему казалось, что он делает успехи.

Иногда — что топчется на месте.

Но он не сдавался.

А в это время Настя занималась совсем другим.

Библиотека рода Батуриных была огромной.

Высокие шкафы поднимались почти до самого потолка. На полках стояли старые книги, многие из которых пережили не одно поколение владельцев поместья.

Настя сидела за большим столом.

Перед ней лежали раскрытые книги.

Повреждения магического ядра.

Истощение магического резерва.

Последствия магического выгорания.

Методы восстановления одарённых.

Она прочитала уже столько, что буквы начали расплываться перед глазами.

Настя закрыла очередную книгу.

Ничего.

Снова ничего.

В большинстве случаев авторы говорили одно и то же.

Покой.

Восстановление организма.

Медленное накопление энергии.

Поддерживающая терапия.

И самое неприятное слово:

ожидание.

Настя сжала губы.

— Легко сказать, — тихо пробормотала она.

Она перелистнула страницу.

При значительном повреждении ядра прогноз зависит от индивидуальных особенностей одарённого. В некоторых случаях восстановление невозможно.

Настя резко закрыла книгу.

Звук разнёсся по тихой библиотеке.

Несколько секунд она сидела неподвижно.

Потом откинулась на спинку стула и посмотрела в окно.

Перед глазами неожиданно появился Егор.

Немного растерянный после пробуждения.

Смешно хмурящийся, когда она объясняла ему самые обычные вещи.

Серьёзный, когда слушал рассказы о мире.

И удивительно спокойный для человека, который буквально потерял всю прежнюю жизнь.

Настя нахмурилась.

Он даже не понимает, насколько всё может быть плохо.

И от этой мысли ей стало не по себе.

Сначала Егор был просто пациентом.

Тяжёлым пациентом.

Потом человеком, которому нужно было помочь восстановить память и освоиться после травмы.

Но постепенно всё изменилось.

Она привыкла к их разговорам.

К прогулкам.

К его вопросам.

К его странному взгляду на привычные для неё вещи.

Он был словно человек, который заново открывал мир.

И Настя неожиданно поймала себя на мысли, что ей хотелось быть рядом, когда он это делает.

— Вот же ты проблема, Рудов, — тихо сказала она.

Ответа, конечно, не последовало.

Настя снова посмотрела на книги.

Она могла просто оставить всё лекарям.

Йорунду.

Матери.

В конце концов, существовали люди, которые знали о магии гораздо больше неё.

Но мысль о том, чтобы просто ждать, раздражала.

Я должна хоть что-то сделать.

В этот же момент, на другом конце поместья, Егор сидел на полу в доме Йорунда.

— Ты снова думаешь, — произнёс мастер.

Егор не открывал глаз.

— Я всегда думаю.

— Вот именно. А сейчас перестань.

— Вы удивительно хорошо объясняете.

— Я знаю.

Максим, сидевший неподалёку, тихо усмехнулся.

— Не отвлекайся, — тут же бросил ему Йорунд.

— А я что? Я вообще молчу.

— Твоя улыбка слишком громкая.

Егор не выдержал и открыл глаза.

— Это как вообще?

Йорунд посмотрел на него.

— Видишь? Уже отвлёкся.

Егор вздохнул.

— Нечестно.

— Магия тоже не всегда честна.

Егор снова закрыл глаза.

Где-то глубоко внутри отозвалось знакомое тепло.

Уголёк.

Он был всё ещё слабым.

Но теперь Егор мог почувствовать его гораздо быстрее.

И это давало надежду.

Настя вернулась в библиотеку ближе к вечеру.

На этот раз она забралась в дальнюю часть зала, куда редко кто заходил.

Здесь хранились старые книги.

Некоторые были написаны ещё до появления современных медицинских методов.

Она провела пальцами по корешкам.

Ранения ядра.

Теория магических каналов.

О природе дара.

Ничего.

Настя уже хотела уйти, когда заметила тонкую книгу, зажатую между двумя большими томами.

Она осторожно потянула её на себя.

С обложки осыпалась пыль.

Название почти стёрлось.

Настя прищурилась.

Но, открыв книгу, разочарованно выдохнула.

Это оказался старый сборник исследований, никак не связанный с лечением магов.

Она закрыла его.

И впервые за весь день почувствовала настоящую усталость.

Настя села прямо на край стола.

— Ничего…

Слово прозвучало особенно горько.

Она хотела помочь.

Очень хотела.

Но не могла.

А от собственного бессилия становилось только хуже.

В памяти всплыли слова Егора:

«Значит, мы ещё поборемся».

Настя улыбнулась.

Совсем чуть-чуть.

— Конечно поборемся, — тихо сказала она.

Она собрала книги.

Сегодня она ничего не нашла.

И, возможно, завтра тоже ничего не найдёт.

Но это ещё не означало, что нужно прекращать поиски.

Настя вышла из библиотеки последней.

Она не заметила, как на одном из столов осталась лежать раскрытая книга.

На её странице было написано всего несколько строк:

«Некоторые раны невозможно исцелить силой. Иногда магическое ядро должно само найти путь к восстановлению».

Настя не увидела этих слов.

А если бы увидела, то, возможно, ещё долго думала бы над ними.

Потому что Егор Рудов уже начал искать этот путь.

И рядом с ним постепенно появлялись люди, которые были готовы помочь ему пройти его до конца.

Глава 18 То, что помнит тело

Прошло несколько недель после того, как Егор пришёл в себя.

Его состояние заметно улучшилось. Он уже свободно передвигался по поместью, хотя врачи по-прежнему запрещали ему давать серьёзную нагрузку.

Но Егор хотел заниматься.

И однажды Максим предложил ему сходить к Игнату Всеволодовичу.

— Он хороший тренер, — сказал Максим по дороге. — Я у него несколько лет занимаюсь.

— А я?

— Ты тоже.

Егор удивлённо посмотрел на него.

— Я?

— Тебя начали обучать после того, как Батурины взяли тебя под опеку. До этого ты в приюте тренировался разве что сам.

Эта информация заинтересовала Егора.

Значит, где-то в этом теле уже были заложены навыки.

Только он сам о них ничего не помнил.

Тренировочная площадка встретила их звоном дерева.

Игнат Всеволодович стоял посреди полигона, наблюдая за тренировкой нескольких молодых людей.

Увидев Максима, он кивнул.

— Пришёл.

— И Егора привёл.

Тренер перевёл взгляд на Рудова.

— Наслышан.

— Надеюсь, ничего плохого, — усмехнулся Егор.

— Пока не знаю.

Игнат протянул ему деревянный тренировочный меч.

Егор взял его.

И сразу почувствовал неловкость.

Рукоять была знакомой.

Но тело словно забыло, что с ней делать.

— В стойку, — приказал Игнат.

Егор поставил ноги.

Получилось неуверенно.

— Неправильно.

Тренер подошёл, поправил положение ног.

— Вот так.

Затем поправил руки.

— Не зажимай кисть.

Егор кивнул.

— Ещё раз.

Он повторил.

На этот раз получилось немного лучше.

— Теперь удар.

Егор замахнулся.

Деревянный меч пошёл по слишком широкой дуге.

Игнат легко отвёл его своим клинком.

— Ещё.

Следующий удар оказался немного точнее.

— Ещё.

Егор повторил.

И ещё.

Сначала каждое движение приходилось выполнять сознательно.

Нога.

Корпус.

Рука.

Поворот кисти.

Удар.

Но постепенно что-то начало меняться.

Через полчаса Егор уже не задумывался над каждым движением.

Тело само начинало находить правильное положение.

Он всё ещё ошибался.

Меч несколько раз уходил слишком далеко.

Стойка разваливалась.

После резких движений он терял равновесие.

Но теперь между командами тренера и выполнением движения проходило гораздо меньше времени.

Игнат это заметил.

— Странно.

Егор тяжело дышал.

— Что?

— Первые десять минут ты двигался как человек, который впервые держит меч.

— А сейчас?

— Сейчас ты двигаешься как человек, который раньше держал его довольно часто.

Егор посмотрел на деревянный клинок.

— Я ведь действительно тренировался?

— Несколько лет? Нет.

Игнат покачал головой.

— Но достаточно, чтобы тело привыкло к основам.

Максим улыбнулся.

— Я помню, как ты начинал.

Егор посмотрел на него.

— И каким я был?

— Деревянным.

— Спасибо.

— Это был комплимент.

— Странный у тебя способ делать комплименты.

Максим рассмеялся.

Игнат протянул Егору второй меч.

— Теперь попробуем в движении.

— Со мной?

— Нет, с деревом.

Егор усмехнулся.

— Понял.

Первый спарринг продлился меньше минуты.

Игнат даже не атаковал всерьёз.

Егор пытался повторять движения, которые только что изучил, но постоянно запаздывал.

Удар.

Блок.

Ещё один удар.

Егор отступил.

Потерял равновесие.

Деревянный клинок Игната остановился возле его плеча.

— Стоп.

Егор тяжело выдохнул.

— Я проиграл.

— Разумеется.

Игнат сказал это совершенно спокойно.

— Я тренер. Было бы странно, если бы ты победил меня после нескольких занятий.

Максим усмехнулся.

— Он вообще-то только начинает.

— Я вижу.

Игнат посмотрел на Егора.

— Но есть кое-что интересное.

— Что?

— Когда ты перестаёшь думать, движения становятся лучше.

Егор задумался.

— То есть мне нужно меньше думать?

— В бою — иногда.

Тренер снова поднял меч.

— Ещё раз.

На этот раз Егор продержался дольше.

Он по-прежнему не мог сравниться с Игнатом.

Даже близко.

Тренер двигался спокойно, точно и экономно, словно заранее знал, куда направится каждый удар.

Но Егор заметил другое.

С каждым новым обменом ударами ему становилось проще.

Он начал быстрее реагировать.

Ноги сами переставлялись.

Рука сама меняла положение.

А некоторые движения словно уже были где-то внутри него.

Не воспоминание.

Не мысль.

Привычка.

После очередного блока Егор вдруг понял:

Он не учился этому с нуля.

Его тело уже знало основы.

Просто теперь ему приходилось заново с ними знакомиться.

После тренировки Егор сел на скамью.

Руки немного дрожали от усталости.

Максим сел рядом.

— Ну как?

— Тяжело.

— Привыкнешь.

Егор посмотрел на свои ладони.

— Знаешь, что странно?

— Что?

— В начале я вообще не понимал, что делать.

Он сжал и разжал пальцы.

— А потом стало легче.

— Мышечная память.

Егор кивнул.

— Похоже на то.

Он посмотрел на тренировочный меч.

— Значит, настоящий Рудов действительно этим занимался.

— Да.

— Давно?

— После того, как его забрали Батурины. Игнат начал его обучать почти сразу.

Егор улыбнулся.

— Хорошо.

— Что именно?

— Что от него осталось хоть что-то, кроме документов.

Максим ничего не ответил.

Егор поднялся со скамьи.

Он ещё не был хорошим бойцом.

До Максима ему было далеко.

До Игната — тем более.

Но сегодня он сделал первый шаг.

Не чтобы стать сильнее кого-то.

А чтобы вернуть себе часть жизни человека, чьё тело носил.

И пока магическое ядро оставалось повреждённым, клинок мог стать его первым настоящим инструментом.

Огонь пока молчал.

Но тело начинало вспоминать.

Глава 19 Разговор матери и дочери

Вечером Настя сидела в кабинете матери, перебирая документы, связанные с поступлением в академию.

На столе лежали анкета, результаты последних экзаменов, список вступительных испытаний и несколько листов с расписанием подготовительных занятий.

Антонина Владленовна просматривала документы, время от времени делая пометки.

— Ты уже определилась с направлением? — спросила она.

— Думаю, да.

Настя взяла один из листов.

— Хочу поступать на боевой факультет.

Мать подняла взгляд.

— Уверена?

— Да.

— Тогда придётся серьёзно подготовиться. Конкурс там немаленький.

— Я знаю.

Антонина улыбнулась.

— Хорошо. Значит, хотя бы одна моя дочь понимает, что поступление в академию — это не прогулка.

— Мам!

— Что?

— Я вообще-то готовлюсь.

— Я вижу.

Антонина вернулась к документам.

Несколько минут они занимались каждая своим делом.

Но Настя явно хотела спросить о чём-то ещё.

Наконец она не выдержала.

— Мам?

— М-м?

— А Егор?

Рука Антонины остановилась над бумагой.

— Что Егор?

— Как он будет поступать в академию?

Мать посмотрела на дочь.

— Тебя беспокоит именно его поступление?

Настя немного смутилась.

— Просто интересно.

— Конечно.

— Мам…

Антонина улыбнулась.

— Хорошо. Спрашивай.

Настя немного помолчала.

— Он ведь должен был поступать ещё до того, как всё это случилось?

— Да.

— Но теперь он почти ничего не помнит. И его ядро повреждено.

В голосе девушки появилась тревога.

— Как он вообще сможет пройти вступительные испытания?

Антонина отложила документы.

— Настя, сейчас до поступления ещё есть время.

— Но его ядро…

— Я знаю состояние его ядра лучше тебя.

Девушка опустила взгляд.

— Прости.

— Не за что извиняться.

Антонина смягчила голос.

— Егор действительно пережил тяжёлую травму. Но он восстанавливается. Причём довольно хорошо.

— А магия?

— Пока рано делать прогнозы.

Настя нахмурилась.

— А если он не сможет использовать огонь?

Антонина некоторое время молчала.

— Тогда академия не единственный путь.

— Но он хотел туда.

— Хотел ли? — мягко спросила мать.

Настя задумалась.

Она действительно не знала.

Настоящий Егор Рудов собирался поступать. Но тот Егор, которого она знала сейчас, был совершенно другим.

Любопытным.

Упрямым.

Постоянно задающим вопросы.

И совершенно не похожим на прежнего.

— Он пока сам не знает, чего хочет, — сказала Антонина. — И это нормально.

Настя вздохнула.

— Я просто не хочу, чтобы он остался без будущего.

Мать посмотрела на дочь внимательно.

— Не останется.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что будущее не определяется одним экзаменом или одним магическим даром.

Антонина встала и подошла к окну.

— Егор потерял почти всё, что связывало его с прежней жизнью. Но посмотри на него сейчас. Несколько недель назад он лежал в палате и едва мог самостоятельно передвигаться.

Она повернулась к дочери.

— А сегодня он тренируется с Игнатом, занимается с Йорундом, изучает Сеть и пытается разобраться в мире.

Настя улыбнулась.

— Он действительно не сидит без дела.

— Вот именно.

Антонина подошла к столу.

— Поэтому не переживай за него раньше времени.

Настя кивнула, но тревога окончательно не исчезла.

— А если его ядро не восстановится?

— Тогда будем искать другой путь.

— А если он не сможет поступить?

— Значит, найдёт другой способ получить образование.

— А если…

Антонина рассмеялась.

— Ты можешь перечислять возможные катастрофы всю ночь.

Настя тоже улыбнулась.

— Наверное.

Мать положила ладонь ей на плечо.

— Всё будет хорошо.

Настя посмотрела на неё.

— Ты правда так думаешь?

— Да.

Антонина сказала это совершенно спокойно.

— Потому что я видела достаточно людей, чтобы понимать одну вещь. Иногда человек сам не знает, насколько он сильный, пока жизнь не заставит его это выяснить.

Настя задумалась над её словами.

Перед глазами снова появился Егор.

Он не помнил своего прошлого.

Не знал, кем станет.

Но почему-то продолжал идти вперёд.

— Надеюсь, ты права.

— Я почти всегда права.

— Это ты сама решила?

— Как мать — да.

Настя тихо рассмеялась.

А затем снова посмотрела на документы о поступлении.

До академии оставалось ещё несколько месяцев.

И пока она могла только готовиться.

А Егор…

Ему ещё предстояло понять, сможет ли он вообще вернуться к магии.

Но Настя почему-то была уверена:

каким бы ни оказался его путь, он всё равно найдёт дорогу вперёд.

Глава 20 Пустоши

В тот вечер Егор снова устроился на кровати с планшетом в руках.

За последние недели он уже успел многое узнать о мире, в который попал. Города, государства, академии, дворянские рода, магия и технологии — всё это постепенно переставало казаться чем-то невероятным.

Но сегодня его заинтересовала карта.

Он увеличил изображение Российской империи и начал рассматривать её окраины.

— Так… а это что?

На карте несколько огромных территорий были отмечены серым цветом.

Егор нажал на одну из них.

На экране появилась статья.

«Пустоши».

Он нахмурился.

— Звучит жизнерадостно.

Егор начал читать.

Пустошами называли территории, подвергшиеся длительному воздействию аномальной энергии. В некоторых местах они возникли после крупных аномальных катастроф, в других — постепенно сформировались вокруг нестабильных зон.

Природа там изменилась.

Животные мутировали.

Растения приобрели необычные свойства.

А некоторые существа вообще перестали напоминать тех животных, которыми когда-то были.

Егор перестал улыбаться.

Он продолжил читать.

«Основную опасность для населения представляют мутировавшие формы жизни и прорывы из аномальных зон».

— Прорывы…

Это слово он уже слышал.

Отец настоящего Рудова погиб именно во время одного из таких прорывов.

Егор вернулся к статье.

Оказывается, Пустоши не были полностью необитаемыми.

Там существовали поселения, исследовательские станции, военные базы и промышленные объекты. Люди добывали редкие ресурсы, изучали аномалии и охраняли границы.

Но самое страшное было в другом.

Мутанты иногда покидали Пустоши.

Они нападали на людей.

Причём не только на тех, кто находился непосредственно внутри опасной территории.

Иногда стаи существ прорывались через защитные рубежи и достигали ближайших городов.

Егор замер.

Он перечитал последний абзац ещё раз.

— Значит, здесь реально существуют монстры…

Он откинулся на подушку.

До сих пор магия казалась ему самым невероятным явлением этого мира.

Теперь выяснялось, что за пределами городов существуют территории, где обычное животное может превратиться в чудовище.

Егор снова посмотрел на карту.

Серые области казались огромными.

Их было много.

Некоторые находились сравнительно близко к крупным городам.

Он открыл фотографии.

На первой был разрушенный участок дороги.

На второй — огромное существо, напоминающее одновременно волка и какого-то хищника из кошмаров.

На третьей — высокая бетонная стена с защитными сооружениями.

Под фотографией было написано:

«Один из внешних рубежей обороны».

Егор медленно выдохнул.

— И люди здесь живут рядом с этим?

— С чем рядом?

Егор вздрогнул.

В дверях стояла Настя.

— Ты умеешь появляться совершенно бесшумно?

— А ты умеешь слишком сильно увлекаться планшетом.

Она подошла ближе.

— Что читаешь?

Егор повернул экран к ней.

— Про Пустоши.

Настя посмотрела на изображение.

— А.

— «А»?

— Что именно тебя удивило?

— То, что там живут мутанты.

— Это не совсем так.

— А как?

Настя села на край стула.

— В Пустошах обитают разные существа. Некоторые были обычными животными, некоторые появились в результате мутаций, а происхождение других до сих пор неизвестно.

— И они нападают на людей?

— Если встречают.

— Очень успокаивает.

Настя усмехнулась.

— Поэтому туда нельзя просто взять и поехать погулять.

Егор снова посмотрел на экран.

— А люди туда всё равно ездят.

— Конечно.

— Зачем?

— Ресурсы. Исследования. Охрана территорий. Иногда охота на особо опасных существ.

Егор поднял бровь.

— Охота?

— Для некоторых одарённых это работа.

— У вас тут ещё и профессиональные охотники на монстров?

— Есть.

Егор покачал головой.

— Я определённо попал не туда.

Настя рассмеялась.

Но заметив, что он снова смотрит на карту, стала серьёзнее.

— Тебе лучше пока не забивать этим голову.

— Почему?

— Потому что тебе ещё предстоит восстановиться.

— Я просто читаю.

— Сегодня читаешь. Завтра захочешь посмотреть Пустоши своими глазами.

Егор усмехнулся.

— Я не настолько безрассудный.

Настя посмотрела на него.

— Правда?

— Ну…

Он задумался.

— Постараюсь.

— Вот именно.

Она встала.

— А теперь отдыхать.

Егор выключил планшет, но перед этим ещё раз взглянул на карту.

Огромные серые территории на окраинах империи.

Место, где обычный мир заканчивался и начиналось нечто совершенно другое.

И где-то среди этих земель погиб отец настоящего Егора Рудова.

Егор задумался.

Он ещё не знал, что когда-нибудь эта информация может стать для него гораздо важнее, чем просто интересная статья из Сети.

Пока же он закрыл планшет.

Но название осталось в памяти.

Пустоши.

Глава 21Сибирская пустошь

Новость пришла ранним утром.

В поместье Батуриных царила непривычная суета. По территории проходили вооружённые люди, слуги выносили из оружейных комнат снаряжение, автомобили один за другим покидали гаражи.

Максим заметил происходящее ещё из окна.

— Что случилось?

Он быстро вышел в коридор и направился к кабинету деда.

Дверь была открыта.

Внутри находился Архип Платонович.

Перед ним стояли несколько человек из его дружины.

На столе была разложена карта Сибири.

— Пустошь активировалась, — говорил один из мужчин. — За последние шесть часов наблюдается резкий рост аномального фона. Есть вероятность прорыва.

Князь внимательно изучал карту.

— Насколько серьёзная ситуация?

— Пока сложно сказать. Но внешние посты уже зафиксировали движение крупных особей.

— Сколько времени?

— Если расчёты верны, первые столкновения могут начаться в течение суток.

Архип Платонович кивнул.

— Подготовить дружину.

— Ваше сиятельство, вы лично отправитесь?

Князь посмотрел на карту.

— Разумеется.

Он знал цену промедления.

Если Пустошь действительно собиралась прорваться, сидеть в столице и ждать донесений было бессмысленно.

— Сколько людей?

— Основной состав дружины готов. Можем выступить сегодня.

— Тогда выступаем сегодня.

Максим, всё это время стоявший у двери, наконец заговорил:

— Дед.

Князь поднял глаза.

— Ты всё слышал?

— Да.

— Тогда знаешь, что мы отправляемся в Сибирь.

Максим кивнул.

— Я могу поехать с вами?

В кабинете стало тихо.

Один из дружинников удивлённо посмотрел на юношу.

Архип Платонович внимательно изучил лицо внука.

— Зачем?

— Хочу помочь.

— Ты ещё не закончил обучение.

— Я знаю.

— Пустошь — не тренировочный полигон.

— Я тоже это знаю.

Князь несколько секунд молчал.

Затем произнёс:

— Хорошо.

Максим не ожидал такого быстрого согласия.

— Правда?

— Ты будешь находиться рядом со мной и выполнять мои приказы. Самостоятельно в Пустошь не полезешь.

— Понял.

— И ещё.

— Да?

— Никаких геройских поступков.

Максим усмехнулся.

— Постараюсь.

— Не «постараюсь». Выполнишь.

— Выполню.

Князь кивнул.

Максим уже собирался уходить, но вдруг вспомнил об Егоре.

— Дед.

— Что ещё?

— А можно я возьму с собой Егора?

Архип Платонович нахмурился.

— Рудова?

— Да.

— Зачем?

Максим задумался.

— Он много читал о Пустошах. И никогда их не видел.

— Именно поэтому ему туда и не нужно.

— Но…

— Максим.

Парень замолчал.

Князь посмотрел на него.

— Объясни, зачем тебе действительно нужно его присутствие.

Максим честно ответил:

— Я хочу, чтобы он увидел мир за пределами поместья.

Князь ничего не сказал.

Максим продолжил:

— Он почти восстановился. Тренируется с Игнатом. Занимается с Йорундом. Врачи разрешают ему гулять. А сейчас у него появилась возможность увидеть то, о чём он читал.

— Это не экскурсия.

— Я знаю.

— В Сибирской Пустоши может быть опасно.

— Тогда я буду рядом.

Князь внимательно посмотрел на внука.

Он понимал, почему Максим хочет взять Егора.

Возможно, чувство вины всё ещё не отпускало его.

Возможно, он просто хотел дать Рудову возможность увидеть мир.

Но в любом случае решение должно было быть разумным.

— Позови его.

Максим удивлённо моргнул.

— То есть…

— Если врачи разрешат ему поездку, можешь пригласить его.

На лице Максима появилась улыбка.

— Спасибо, дед.

— И помни: последнее слово будет за врачами.

— Понял.

Максим вышел из кабинета.

Архип Платонович снова посмотрел на карту.

Сибирская Пустошь.

Он прожил достаточно долго, чтобы знать: спокойствие Пустошей никогда не бывает вечным.

Если она действительно активировалась, впереди их ждало тяжёлое сражение.

Через несколько часов Максим появился в медицинском корпусе.

Егор сидел у окна с планшетом.

— Ты опять читаешь про Пустоши? — спросил Максим.

Егор поднял глаза.

— Да.

— Тогда у меня для тебя предложение.

— Судя по твоему лицу, оно опасное.

— Мы едем в Сибирь.

Егор замер.

— Что?

— Сибирская Пустошь активировалась. Дед собирает дружину.

Егор медленно положил планшет.

— И зачем ты мне это рассказываешь?

Максим улыбнулся.

— Потому что я хочу, чтобы ты поехал с нами.

— В Пустошь?!

— Не в самую глубину.

— Это должно меня успокоить?

— Немного.

Егор посмотрел на него так, словно пытался понять, шутит тот или нет.

— А твой дед разрешил?

— Да.

— И врачи?

— Вот это тебе придётся узнать самому.

Егор задумался.

За последние недели он прочитал о Пустошах практически всё, что смог найти в Сети.

Но одно дело — смотреть фотографии.

Совсем другое — увидеть их своими глазами.

Именно там погиб отец настоящего Егора Рудова.

И теперь судьба словно сама подбрасывала ему возможность впервые увидеть место, которое было связано с прошлым этого тела.

— Когда выезжаем?

Максим улыбнулся.

— Сегодня вечером.

Егор посмотрел на него.

— Ты специально решил не давать мне времени передумать?

— Именно.

Егор усмехнулся.

— Ладно.

Глава 22 Москва ,которой не было

Машина двигалась по широкому шоссе, уходящему на запад.

Егор сидел у окна и молча смотрел на мелькавшие за стеклом пейзажи. Несколько часов дороги уже успели смениться лесами, небольшими городами и бесконечными трассами.

Максим сидел рядом.

На переднем сиденье находился один из людей князя, а сам Архип Платонович расположился в отдельном внедорожнике впереди колонны.

Несколько автомобилей дружины двигались следом.

Егор уже привык к тому, что этот мир постоянно удивляет его.

Но он совершенно не был готов к тому, что произошло дальше.

За очередным поворотом лес внезапно закончился.

И перед ним открылась Москва.

Егор буквально прижался к стеклу.

— Ничего себе…

Максим повернулся к нему.

— Что?

Егор ничего не ответил.

Он просто смотрел.

Перед ним возвышалась гигантская стена.

Она окружала город практически со всех сторон и уходила настолько далеко, что её конец терялся где-то за горизонтом.

Но больше всего поражало не это.

За стеной поднимался город.

Москва.

И одновременно — совершенно не Москва.

Высоченные небоскрёбы вздымались в небо десятками этажей.

Некоторые были выполнены из стекла и металла и отражали солнечный свет так ярко, что казались гигантскими зеркалами.

Другие выглядели словно огромные башни из тёмного камня, украшенные светящимися линиями.

Между зданиями проходили воздушные магистрали.

По ним двигались небольшие автомобили.

Некоторые ехали по обычным дорогам.

Другие словно парили над ними, удерживаемые магическими двигателями.

На крышах нескольких зданий Егор заметил огромные площадки.

На одной из них медленно опускался летательный аппарат.

— Это Москва? — наконец спросил он.

Максим улыбнулся.

— А ты какую ожидал?

Егор продолжал смотреть в окно.

— Другую.

— А какой она должна была быть?

Егор замялся.

Он не мог объяснить.

В его мире Москва тоже была огромным мегаполисом.

Но здесь…

Здесь она выглядела так, словно кто-то взял привычный ему город и заставил его расти ещё несколько столетий.

Старые улицы соседствовали с небоскрёбами.

Исторические здания были окружены современными башнями.

Над некоторыми перекрёстками висели светящиеся рекламные панели.

На них рекламировались автомобили, магические артефакты, академии и даже услуги боевых магов.

— Почему город окружён стеной? — спросил Егор.

Максим посмотрел в окно.

— Из-за Пустошей.

— Настолько опасно?

— Не только из-за них. Стены защищают город от аномальных выбросов, существ и последствий прорывов.

Егор снова посмотрел на укрепления.

Теперь он заметил детали.

На самой стене располагались башни.

На каждой — какие-то устройства.

Местами между ними проходили магические контуры, образующие едва заметную светящуюся сетку.

А над воротами возвышались огромные металлические конструкции.

— Это всё работает на магии?

— Частично.

Максим указал на одну из башен.

— Там магические генераторы.

Затем на другую.

— Там системы обнаружения аномалий.

Егор прищурился.

— А оружие?

— Есть.

— Какое?

Максим усмехнулся.

— Лучше не спрашивай.

Егор снова посмотрел на город.

Колонна приближалась к огромным воротам.

Они были настолько высокими, что рядом с ними даже многополосное шоссе казалось маленьким.

Перед воротами стояли машины.

Обычные автомобили.

Грузовики.

Военная техника.

И среди них Егор заметил людей в форме.

Некоторые просто проверяли документы.

Другие стояли с оружием.

Несколько человек обладали явно выраженными магическими дарами — вокруг их тел едва заметно мерцала энергия.

— Здесь всегда столько охраны?

— Это Москва.

Максим пожал плечами.

— В столицу Империи просто так не въедешь.

Машина прошла проверку и въехала внутрь.

И тут Егор окончательно понял, насколько этот мир отличается от его собственного.

Город жил.

Шумел.

Двигался.

На улицах было огромное количество людей.

Кто-то спешил на работу.

Кто-то заходил в магазины.

Студенты в форме академий группами шли по тротуарам.

По дороге проносились автомобили.

Над ними пролетали воздушные машины.

А на огромном экране на одном из небоскрёбов показывали новости.

«Сегодня в Сибирском регионе зафиксировано повышение аномальной активности...»

Егор замер.

Сибирь.

Он вспомнил цель их поездки.

Пустошь.

Прорыв.

Дружина князя.

И всё это происходило в мире, который внешне был удивительно похож на его собственный.

Только здесь человечество научилось жить рядом с тем, чего в его мире никогда не существовало.

Магией.

Аномалиями.

Монстрами.

Егор тихо произнёс:

— Знаешь, Максим…

— Что?

— Я начинаю понимать, почему мне так трудно привыкнуть к этому миру.

— Почему?

Егор посмотрел на огромные башни за окном.

— Потому что он слишком похож на мой.

Максим нахмурился.

— Но ты ведь ничего не помнишь.

Егор на секунду замер.

— Не помню.

Он снова посмотрел на город.

— Но иногда мне кажется, что я смотрю на что-то знакомое.

Максим ничего не ответил.

Машина продолжала двигаться по московским улицам.

Егор смотрел на город, который был одновременно родным и чужим.

На город, которого в его прежней жизни никогда не существовало.

На Москву параллельного мира.

И впервые за всё время после своего попадания он почувствовал не страх и не растерянность.

А странное любопытство.

Ему хотелось узнать этот мир.

Узнать его историю.

Понять, почему он стал таким.

И самое главное —

понять, насколько сильно он отличается от того мира, который Егор когда-то называл своим домом.

Глава 23 Дорога на восток

Вылет состоялся рано утром.

Егор ещё никогда не летал на самолёте.

По крайней мере, он не помнил, чтобы летал.

В аэропорту Москвы ему пришлось несколько раз убеждаться, что он действительно находится в самолёте, а не в каком-то фантастическом фильме.

Самолёт князя отличался от обычного пассажирского лайнера, который Егор видел в Сети. Это был небольшой современный борт, рассчитанный всего на несколько десятков человек. Внутри — удобные кресла, большие окна, небольшая зона отдыха и даже отдельное помещение для оборудования.

При этом никаких привычных ему магических украшений не было.

Всё выглядело вполне технологично.

За исключением тонких светящихся линий вдоль стен.

— Это что? — спросил Егор, указывая на них.

Максим посмотрел.

— Магические контуры.

— Для чего?

— Поддерживают защиту самолёта и работу некоторых систем.

— Значит, здесь технологии и магия работают вместе?

— А ты всё ещё удивляешься?

Егор усмехнулся.

— Пока да.

Когда двигатели заработали, Егор невольно напрягся.

Самолёт начал разгоняться.

Шум становился всё громче.

Егор вцепился пальцами в подлокотники.

— Всё нормально? — спросил Максим.

— Конечно.

Самолёт оторвался от земли.

Егор замолчал.

Несколько секунд он просто смотрел в окно.

Москва быстро уменьшалась.

Огромные небоскрёбы становились маленькими башнями, дороги превращались в тонкие линии, а окружавшая город стена казалась уже не такой гигантской.

Чем выше они поднимались, тем сильнее менялся вид.

Егор прижался лбом к стеклу.

— Красиво...

Максим посмотрел на него и улыбнулся.

— Первый раз?

— Первый, который я помню.

— Тогда наслаждайся.

Егор продолжал смотреть вниз.

Странное чувство.

Он знал, что самолёт — обычная вещь.

Знал, как работает авиация.

Знал, что люди летают на огромных машинах уже много десятилетий.

Но всё равно сердце билось быстрее.

Потому что для него это действительно было впервые.

Через несколько часов Москва осталась далеко позади.

За окном всё чаще появлялись леса.

Затем — бескрайние пространства тайги.

Егор уже перестал пытаться определить, где они находятся.

Впереди сидели люди князя.

Их было около десятка.

Большинство он видел впервые.

Все они были одеты довольно просто: тёмные куртки, удобная обувь, никаких парадных дворянских нарядов.

Однако Егор довольно быстро заметил одну общую черту.

Они постоянно следили друг за другом.

Проверяли оборудование.

Поглядывали в иллюминаторы.

Периодически переговаривались вполголоса.

Это была не компания родственников, отправившихся вместе в путешествие.

Это была дружина князя.

Люди, которые привыкли работать вместе.

Егор относился к ним настороженно.

Не из-за неприязни.

Просто он пока не понимал, кем был для них.

Он — простолюдин без рода.

Подопечный семьи князя.

Человек, которого недавно едва не убил один из её наследников.

И теперь он летел вместе с людьми, которые были обязаны защищать эту семью.

Егор посмотрел на Максима.

— Они все знают, кто я?

— Конечно.

— И что обо мне думают?

Максим пожал плечами.

— Спроси их.

Егор усмехнулся.

— Отличный совет.

Через несколько минут он всё-таки решил познакомиться.

Первым к нему подошёл мужчина лет тридцати пяти.

— Сергей, — представился он. — Старший дружинник.

— Егор.

— Знаю.

Сергей протянул руку.

Егор пожал её.

— Ты раньше ездил с князем?

— Несколько раз.

— А в Пустоши?

Сергей стал серьёзнее.

— Да.

— Страшно?

— Бывает.

Егор ожидал услышать браваду.

Что-нибудь вроде: «Мне не страшно, я ничего не боюсь».

Но мужчина просто пожал плечами.

— Страх помогает не делать глупостей.

Егор уважительно кивнул.

— Хороший ответ.

Сергей усмехнулся.

— Ты тоже не геройствуй.

— Постараюсь.

— Не старайся. Просто не геройствуй.

Максим тихо рассмеялся.

— Ему это уже дед говорил.

— Тогда должен был запомнить.

После Сергея Егор познакомился ещё с несколькими членами дружины.

Ильёй, специалистом по огнестрельному оружию.

Денисом, который отвечал за оборудование и магические приборы.

Михаилом, лекарем, сопровождавшим группу.

И молодой девушкой по имени Вера, которая занималась разведкой.

Разговор с ней оказался особенно интересным.

— Ты ведь Рудов? — спросила она.

— Да.

— Потерял память?

— Почти полностью.

Вера несколько секунд рассматривала его.

— И каково это?

Егор задумался.

— Будто проснулся в чужой жизни.

— Странно.

— Очень.

— А страшно?

— Иногда.

Вера кивнула.

— Тогда привыкай.

— К чему?

Она посмотрела в окно.

— В Пустоши бывает страшнее.

Егор тоже посмотрел наружу.

Бескрайняя тайга простиралась до самого горизонта.

Теперь он уже знал, что где-то там находятся территории, где живут мутанты и аномальные существа.

И впервые понял, насколько огромна страна, в которую он попал.

Через некоторое время командир группы объявил:

— До посадки двадцать минут.

Егор снова посмотрел в окно.

Внизу появилась река.

Затем небольшие дороги.

Лес начал редеть.

И наконец показался город.

Небольшой.

Совсем не похожий на Москву.

Несколько многоэтажных домов, частный сектор, промышленные здания и широкая центральная улица.

На окраине возвышалась невысокая защитная стена.

За ней начиналась тайга.

Самолёт начал снижение.

Егор смотрел на город и постепенно осознавал:

Вот она — Сибирь.

Не та, о которой он читал в учебниках.

Не та, которую видел на картах.

А Сибирь этого мира.

Место, где совсем недавно активировалась Пустошь.

Самолёт коснулся взлётно-посадочной полосы.

Егор почувствовал лёгкий толчок и невольно улыбнулся.

Максим заметил это.

— Понравилось?

— Да.

— Даже не испугался?

Егор посмотрел на него.

— В первый момент немного.

— А сейчас?

Егор снова взглянул на город за окном.

— Сейчас интересно.

Он ещё не знал, что этот небольшой сибирский город станет для него первым местом после Москвы, которое он увидит в новой жизни.

И что совсем недалеко отсюда начиналась территория, о которой он пока знал лишь из рассказов и статей.

Сибирская Пустошь.

Глава 24 Вяземск

Самолёт медленно снижался.

Егор смотрел в иллюминатор, пытаясь разглядеть город, к которому они приближались.

Сначала он увидел только бескрайнюю тайгу.

Тёмно-зелёное море деревьев тянулось до самого горизонта. Между лесами иногда появлялись реки и небольшие озёра, а кое-где виднелись дороги, уходящие в неизвестность.

Затем показалась стена.

Егор нахмурился.

Она шла прямо через лес, окружая огромную территорию.

— Это город? — спросил он.

Максим посмотрел в окно.

— Вяземск.

Сам город находился за стеной.

Он оказался совсем не таким, каким Егор представлял себе Сибирь.

Вяземск был относительно небольшим по сравнению с Москвой, но назвать его захолустным городком было невозможно.

В центре возвышались современные многоэтажные здания, административные корпуса и несколько высоких башен.

На окраинах стояли жилые кварталы, частные дома, промышленные предприятия.

Но практически всё это окружали оборонительные сооружения.

На стене через равные промежутки находились высокие башни.

На каждой располагались прожекторы, магические накопители и тяжёлые орудийные установки.

Между башнями проходили толстые кабели и светящиеся линии защитного контура.

А за самой стеной, в нескольких километрах от города, начиналась тайга.

И дальше — Пустошь.

Егор долго молчал.

— Он всегда таким был?

Максим покачал головой.

— Нет.

— А каким был?

— Маленьким острогом.

Егор повернулся к нему.

— Острогом?

— Первую крепость здесь построили ещё несколько столетий назад. Тогда люди только начинали осваивать этот край. Нужна была точка, откуда можно было защищать поселения и контролировать дорогу дальше на восток.

Максим посмотрел вниз.

— Потом рядом начали появляться поселения. Торговцы, охотники, военные, исследователи. Острог расширялся, стены перестраивали. Через несколько поколений здесь уже вырос настоящий город.

Егор снова посмотрел на укрепления.

— А Пустошь?

Максим помрачнел.

— Она появилась позже.

Он сделал паузу.

— После Великого прорыва.

— Что это?

— Событие, после которого несколько областей Сибири пришлось фактически оставить. Аномальные зоны начали расширяться, появились первые массовые мутации.

Егор внимательно слушал.

— Тогда Вяземск стал последним рубежом.

— Да.

Максим указал рукой на стену.

— Его перестроили уже не как обычный город. Весь Вяземск стал частью оборонительной системы.

Егор посмотрел на карту в планшете.

Теперь он понял, почему город выглядел именно так.

Это была не просто крепость.

Это был город-крепость.

Здесь жили семьи, работали заводы, находились школы и больницы.

Но каждый человек знал: за стеной начинается территория, где человек перестаёт быть хозяином природы.

— А что находится дальше? — спросил Егор.

Максим посмотрел на него.

— Пустошь.

Одно слово.

И Егор снова почувствовал странное напряжение.

Он вспомнил всё, что успел прочитать.

Мутанты.

Аномальные зоны.

Прорывы.

Отец настоящего Рудова, погибший во время одного из них.

Самолёт начал заходить на посадку.

Теперь город был виден намного лучше.

Егор заметил широкие улицы, военные колонны, патрульные машины.

На крышах некоторых зданий находились магические турели.

А прямо за городской стеной стояли несколько огромных закрытых ангаров.

— Что там?

— Военная техника.

— Для Пустоши?

— В основном.

Самолёт коснулся земли.

Через несколько минут они остановились у небольшого военного терминала.

Егор вышел наружу.

В лицо ударил холодный воздух.

Он глубоко вдохнул.

Пахло лесом, влажной землёй и чем-то металлическим.

Вдали возвышалась стена Вяземска.

За ней скрывался город.

А ещё дальше находилась Пустошь.

Князь уже ожидал их возле автомобилей.

Дружинники начали выгружать оборудование.

Егор невольно задержал взгляд на одном из них.

На бронежилете мужчины была эмблема Вяземска.

Максим заметил его взгляд.

— Здесь люди относятся к военным иначе.

— Почему?

— Потому что каждый знает: если однажды сирена прозвучит по-настоящему, именно они встанут на стену.

Егор посмотрел на город.

В его мире стены вокруг Москвы были бы пережитком прошлого.

Здесь же они были частью повседневной жизни.

Вяземск существовал не благодаря Пустоши.

Он существовал вопреки ей.

Когда-то здесь поставили первую крепость, чтобы защитить людей.

Прошли века.

Крепость превратилась в город.

А город превратился в последний щит перед Пустошью.

И теперь, когда Сибирская Пустошь начала пробуждаться, Вяземску снова предстояло выполнить ту самую роль, ради которой когда-то появился первый острог.

**Сдержать тех, кто придёт из-за стены.**

Первые несколько часов после прибытия прошли для Егора и Максима спокойно.

Вяземск оказался совсем не похож на Москву.

Город был значительно меньше столицы, но при этом казался необычайно оживлённым. По широким улицам постоянно двигались автомобили, военная техника и грузовики. На перекрёстках дежурили патрули, а над некоторыми зданиями висели небольшие магические кристаллы, передававшие информацию городским службам.

Егор шёл рядом с Максимом и то и дело оглядывался по сторонам.

— Здесь всегда столько военных? — спросил он.

— Обычно меньше.

Максим посмотрел в сторону главной улицы.

— Сейчас Пустошь активируется. Поэтому город усиливают.

Они прошли несколько кварталов.

В центре Вяземска располагалась площадь, а за ней начинался старый район. Здесь сохранились здания, построенные ещё во времена первых переселенцев. Каменные дома соседствовали с современными многоэтажками, а над старой архитектурой возвышались стеклянные башни.

Егор заметил людей, которые спешили по своим делам.

Кто-то нёс продукты.

Кто-то провожал детей в школу.

Кто-то стоял возле остановки.

Обычная жизнь.

И именно это его удивляло больше всего.

За огромной стеной находилась территория, где обитали мутанты и аномальные существа, а люди здесь продолжали жить так, будто опасности не существовало.

— Они совсем не боятся? — спросил Егор.

— Боятся, — ответил Максим. — Просто привыкли.

Егор посмотрел на стену.

Теперь он заметил, что даже на обычных зданиях установлены защитные артефакты.

На некоторых крышах стояли небольшие турели.

Вдоль улиц проходили магические линии.

Город готовился.

И это чувствовалось.

Князь в это время находился совершенно в другом месте.

На главном оборонительном пункте Вяземска.

Перед ним лежала огромная карта.

На ней были обозначены городская стена, внешние укрепления, дороги, лесные массивы и территория Пустоши.

Вокруг стола стояли командиры.

— Докладывайте.

Первым выступил офицер.

— Северный участок стены усилен. Дополнительно установлено двенадцать магических орудий.

— Боеприпасы?

— Доставлены.

— Хорошо. Что с южными воротами?

— Там сложнее. Старый защитный контур работает нестабильно. Инженеры уже занимаются ремонтом.

Князь нахмурился.

— Сколько времени?

— Около шести часов.

— У вас три.

Инженер побледнел.

— Понял, ваше сиятельство.

Следующий командир развернул другую карту.

— Разведка обнаружила движение в глубине Пустоши.

На столе появились фотографии.

Следы огромных животных.

Повреждённые деревья.

Разорванная металлическая конструкция наблюдательного поста.

— Размеры?

— По следам определить точно невозможно. Но предположительно крупная стая.

— Направление?

Командир указал на карту.

— Вот сюда.

Палец остановился примерно в тридцати километрах от Вяземска.

Князь несколько секунд молчал.

— Если они продолжат двигаться в этом направлении, через сутки будут здесь.

— Вероятность прорыва?

— Высокая.

Князь выпрямился.

— Тогда город должен быть готов сегодня.

Он начал отдавать распоряжения.

— Первая дружина занимает северный сектор.

— Вторая остаётся в резерве.

— Тяжёлые орудия перевести ближе к главным воротам.

— Гражданское население предупредить, но паники не допустить.

— Все выезды из города ограничить.

Командиры один за другим подтверждали приказы.

Князь смотрел на карту.

Он прекрасно понимал: если прорыв действительно произойдёт, Пустошь не остановится перед первой линией обороны.

Поэтому он готовил город так, словно сражение уже началось.

Вечером Егор и Максим вернулись в гостиницу, где разместили сопровождающих князя.

Максим устало бросил куртку на кресло.

— Дед сегодня весь город на ноги поставил.

Егор посмотрел в окно.

На стене уже включились прожекторы.

Они медленно сканировали тёмную тайгу.

— А ты привык к такому?

— К чему?

— К тому, что твой дед может приехать в город, а через несколько часов здесь начинается подготовка к войне.

Максим усмехнулся.

— К сожалению, да.

Егор некоторое время молчал.

— Он всегда такой?

— Какой?

— Когда дело касается семьи или людей, за которых он отвечает.

Максим задумался.

— Дед может быть жёстким. Очень жёстким. Но если он сказал, что будет защищать город, значит, он будет защищать его до конца.

Егор снова посмотрел на стену.

Там уже двигались солдаты.

На башнях зажигались магические накопители.

Грузовики подвозили оборудование.

Люди проверяли оружие.

Вяземск постепенно превращался из обычного города в крепость.

И Егор впервые по-настоящему почувствовал, что такое жизнь рядом с Пустошью.

Здесь не ждали, когда монстры появятся у ворот.

Здесь готовились встретить их заранее.

А над городом постепенно сгущалась ночь.

Где-то далеко, за лесом, в глубине Пустоши, раздался глухой протяжный рёв.

Егор замер у окна.

Максим медленно поднял голову.

— Похоже, разведка была права.

Егор посмотрел в сторону тёмного леса.

— Они уже близко?

Максим кивнул.

— Похоже на то.

Глава 25 Прорыв

Ночь над Вяземском была непривычно тихой.

Егор стоял на внутренней стороне стены вместе с Максимом и смотрел в сторону чёрного леса.

Вдалеке мерцали прожекторы. Между башнями горели магические контуры, а на боевых позициях уже находились дружинники князя.

Город за их спинами продолжал жить.

Но здесь, у стены, никто не разговаривал без необходимости.

Все ждали.

И вдруг где-то далеко раздался протяжный рёв.

Егор почувствовал, как по коже пробежали мурашки.

— Это они? — спросил он.

Максим кивнул.

— Да.

Следом раздался второй рёв.

Потом третий.

А затем лес словно ожил.

В темноте начали двигаться десятки светящихся глаз.

— Сколько их? — тихо спросил Егор.

Максим всмотрелся вдаль.

— Пока неизвестно.

На соседней башне прозвучала команда:

— Цели обнаружены!

Прожекторы одновременно ударили в сторону леса.

И Егор наконец увидел тех, кто скрывался среди деревьев.

Первыми из леса вырвались пустошные волки.

На первый взгляд они действительно напоминали обычных волков, но сходство заканчивалось почти сразу. Каждый зверь был размером с крупную лошадь. Длинные лапы казались непропорционально мощными, а между клочьями серой шерсти проглядывали тёмные костяные пластины. Их пасти были усеяны длинными, загнутыми клыками, а глаза отливали тусклым жёлтым светом.

Но страшнее всего было их движение.

Несмотря на размеры, звери бежали практически бесшумно.

За волками появились клыкачи.

Огромные мутировавшие кабаны, каждый размером с небольшой внедорожник. Их головы почти полностью скрывались под костяными наростами, а из нижней челюсти торчали массивные клыки, способные, судя по всему, перекусить человека пополам. По бокам животных виднелись старые шрамы и зарубцевавшиеся участки кожи.

— Их слишком много, — произнёс Егор.

— Ещё не все, — ответил Максим.

Будто в подтверждение его слов среди деревьев появилась новая тень.

Она становилась всё ближе.

Вскоре Егор увидел огромного зверя, напоминающего медведя.

Но назвать его медведем язык не поворачивался.

Камнеспин.

Тварь возвышалась почти на три метра. Её передние лапы были толщиной с человеческое тело, а спину от шеи до хвоста покрывали массивные костяные пластины, похожие на природную броню. Каждый шаг чудовища заставлял землю вздрагивать.

Камнеспин зарычал и ударил лапой по дереву.

Ствол толщиной с человека переломился.

Егор невольно отступил на шаг.

— Это у них считается обычным?

Максим усмехнулся.

— В Пустоши? Почти.

В этот момент лес впереди содрогнулся.

На открытое пространство вышло существо, заставившее даже опытных дружинников замолчать.

Бронерог.

Огромный зверь, отдалённо похожий на носорога, но значительно массивнее. Его тело было покрыто толстыми серо-чёрными пластинами, словно кто-то заменил обычную кожу каменной бронёй. На голове возвышался один длинный рог, испещрённый светящимися трещинами.

Бронерог опустил голову.

— Всем приготовиться! — раздалась команда.

Тварь сорвалась с места.

— Сейчас будет удар! — крикнул Максим.

БУМ!

Бронерог врезался в внешнее укрепление.

Вся стена содрогнулась.

Егор схватился за ограждение, чтобы не упасть.

— Он пробил ворота! — крикнул кто-то.

— Второй контур!

По стене пробежала яркая вспышка.

Магический барьер восстановился.

Но Бронерог не остановился.

Он отступил на несколько десятков метров и снова начал разгоняться.

И тогда над городом раздался другой звук.

Хлопок огромных крыльев.

Егор поднял голову.

Над стеной пролетело существо, напоминающее гигантскую хищную птицу.

Пепельник.

Его тело было покрыто серыми и чёрными перьями, местами обугленными до основания. Размах крыльев достигал нескольких метров. Вместо обычных глаз в темноте светились две красные точки.

Птица резко взмахнула крыльями.

С неё сорвалось облако серой пыли.

Через несколько секунд часть магических кристаллов на стене начала мигать.

— Магические датчики теряют цели!

— Он глушит систему!

Пепельник резко пошёл вниз.

Но прежде чем он достиг стены, перед ним вспыхнул огненный барьер.

Тварь ударилась о него и с оглушительным криком отлетела в сторону.

Егор смотрел на происходящее, не в силах отвести взгляд.

Это были не просто животные.

Пустошь изменила их до такой степени, что они превратились в нечто совершенно иное.

И самое страшное заключалось в том, что всё это было лишь первой волной.

Из леса продолжали появляться новые мутанты.

Волки.

Клыкачи.

Камнеспины.

А где-то в глубине Пустоши снова раздался тяжёлый рёв.

Гораздо громче предыдущих.

Максим посмотрел туда.

Улыбка исчезла с его лица.

— Похоже, это ещё не конец.

Егор медленно сжал кулак.

Впервые он увидел Пустошь не на экране планшета.

Не в рассказах Насти.

Не в учебниках.

А своими глазами.

И теперь он понимал, почему люди этого мира так боялись её.

Глава 26 Прорыв -продолжение

Пепельник тяжело рухнул за пределами стены.

На несколько секунд над Вяземском повисла тишина.

А затем из леса донёсся новый рёв.

На этот раз — десятки голосов одновременно.

— Вторая волна! — закричал дозорный.

Прожекторы снова вспыхнули.

Егор увидел, как между деревьями мелькают новые силуэты.

— Их становится больше, — тихо сказал он.

Максим уже держал руку на рукояти клинка.

— Дед говорил, что разведка насчитала несколько сотен.

— Несколько сотен?!

— Поэтому мы здесь.

Первые мутанты снова бросились к стене.

Пустошные волки перепрыгивали через поваленные деревья и неслись вперёд целыми стаями. Некоторые уже были ранены, но продолжали двигаться, практически не обращая внимания на кровь.

— Огонь!

Со стены ударили маги.

В воздухе появились десятки заклинаний.

Огненные сгустки падали вниз и взрывались среди мутантов. Ледяные копья пронзали зверей, воздушные лезвия разрывали землю перед бегущей стаей.

Но мутантов было слишком много.

Несколько волков добрались до стены.

Один из них прыгнул.

Егор увидел, как огромная пасть раскрылась прямо перед ним.

Удар!

Когти вцепились в край укрепления.

Мутант начал подтягиваться наверх.

Дружинник рядом с Егором шагнул вперёд и ударил зверя копьём.

Клинок вошёл в бок.

Волк взревел и попытался достать человека лапой.

Егор отступил.

Он понимал, что сейчас практически бесполезен.

Его ядро всё ещё восстанавливалось.

Но рядом уже сражался Максим.

Парень сделал шаг вперёд и провёл клинком.

Лезвие вспыхнуло огнём.

Удар пришёлся мутанту по шее.

Волк рухнул вниз.

Максим тяжело выдохнул.

— Ты в порядке? — спросил Егор.

— Да.

Он посмотрел вниз.

— Но их становится больше.

Снизу раздался грохот.

Один из клыкачей врезался в ворота.

Потом второй.

Третий.

Металл начал выгибаться.

— Не дать им сломать ворота! — раздался приказ.

К защитникам бросились ещё несколько дружинников.

На площади перед воротами уже стояли маги.

Они одновременно начали создавать заклинание.

В воздухе появился огромный огненный круг.

— Отойти!

Все отступили.

Ворота распахнулись наружу.

И в ту же секунду маги выпустили заклинание.

Огненная волна прокатилась по земле.

Клыкачей отбросило назад.

Но один из них выдержал удар.

Он поднялся.

Вся его передняя часть была покрыта ожогами, костяные пластины потрескались, но зверь всё ещё стоял.

— Какого чёрта...

Максим сжал зубы.

— Он не чувствует боли.

Клыкач снова бросился вперёд.

И вдруг земля перед ним вспыхнула.

Пламя ударило снизу.

Зверь остановился, взревел и рухнул.

Князь стоял неподалёку.

Его окружало плотное пламя.

— Не тратьте силы на одиночные цели, — спокойно произнёс он. — Держите строй.

— Есть!

Егор смотрел на него.

Даже среди хаоса князь оставался совершенно спокойным.

Он не бросался вперёд без необходимости.

Не кричал.

Не демонстрировал силу.

Просто командовал.

И люди вокруг него двигались так, словно заранее знали каждое его распоряжение.

Но внезапно один из разведчиков закричал:

— На восточном участке движение!

Все повернули головы.

Из леса медленно вышла новая тварь.

Егор сначала не понял, что именно видит.

Существо было похоже на огромную кошку.

Но его тело было непропорционально длинным, передние лапы заканчивались кривыми когтями, а вдоль позвоночника выступали костяные шипы.

Глаза светились красным.

За ним показались ещё два.

— Это ещё что? — спросил Максим.

Князь впервые изменился в лице.

— Пустошные хищники.

— Насколько опасны?

Князь посмотрел на стену.

— Для обычного дружинника — смертельно.

Он поднял руку.

— Не подпускать к стене.

Маги приготовились.

Но хищники не побежали.

Они просто стояли.

А затем один из них повернул голову в сторону города.

Егор почувствовал странное ощущение.

Будто тварь смотрела прямо на него.

Он невольно замер.

На мгновение ему показалось, что внутри его груди что-то отозвалось.

Слабое тепло.

Огненное ядро.

Егор положил руку на грудь.

— Что с тобой? — спросил Максим.

— Ничего...

Он снова посмотрел вниз.

Хищник исчез.

Егор моргнул.

— Куда он делся?

— Что?

Максим посмотрел туда же.

Тварей уже не было видно.

В следующий момент со стены донёсся крик:

— СПРАВА!

Раздался удар.

Мутант возник прямо у основания стены.

Он двигался настолько быстро, что несколько дружинников даже не успели среагировать.

Когти ударили по защитному барьеру.

БАХ!

По магическому щиту пошли трещины.

Князь резко повернулся.

— Всем магам восточного сектора — ко мне!

Пламя вокруг него вспыхнуло ярче.

Сражение вступало в новую фазу.

А Егор впервые понял одну простую вещь:

Пустошь не просто выпускала на город зверей.

Она словно проверяла его оборону.

И где-то глубоко в лесу ещё оставалось то, что пока даже не показалось людям.

Глава 27 Прорыв -продолжение

Восточный сектор стены дрогнул от нового удара.

Магический барьер вспыхнул и на мгновение стал почти белым. Под ним показались трещины, расходившиеся во все стороны.

— Щит проседает! — крикнул кто-то.

Князь мгновенно оценил ситуацию.

— Второй расчёт, на восточный сектор! Первому — не прекращать огонь по основной группе!

Дружинники сорвались с места.

Егор следил за происходящим, стараясь не мешать.

На земле перед стеной уже лежали десятки тел мутантов. Но лес продолжал двигаться.

Из темноты выбежала новая стая.

Пустошные волки шли клином, прикрываясь более крупными клыкачами.

— Они учатся, — неожиданно произнёс Максим.

Егор посмотрел на него.

— Что?

— Посмотри.

Максим указал вниз.

Несколько волков остановились перед огненным барьером.

Они не бросались вперёд.

Один из них отступил, и в этот момент клыкач рванулся на защиту.

Он ударил по барьеру всем телом.

Щит вспыхнул.

И пока маги были заняты отражением удара, волки бросились следом.

— Они используют его как таран...

Егор не успел договорить.

С противоположной стороны стены раздался грохот.

— Прорыв на северном участке!

Князь резко повернул голову.

— Сколько?

— Три клыкача! Они прошли внешнее заграждение!

— Перекрыть улицу. Жителям оставаться в укрытиях.

— А если они доберутся до жилого сектора?

Князь посмотрел на карту.

— Не доберутся.

В его голосе не было ни капли сомнения.

Он поднял руку.

Вокруг него вспыхнуло пламя.

— Второй отряд, за мной.

Несколько дружинников последовали за князем.

Егор увидел, как они скрылись за воротами внутреннего кольца.

Максим хотел было пойти следом, но остановился.

— Нам нельзя?

— Дед приказал оставаться здесь.

— Тогда остаёмся.

Егор снова посмотрел на поле боя.

Вдалеке один из мутантов поднялся на задние лапы.

Это был Камнеспин.

На его боках виднелись кровавые следы от магических атак, но костяная броня почти не пострадала.

Он зарычал и ударил лапами по земле.

По почве прошла дрожь.

— Что он делает? — спросил Егор.

Ответ пришёл мгновенно.

Из земли вырвались каменные осколки.

Несколько дружинников отлетели назад.

— Магия?! — удивился Егор.

Максим кивнул.

— У некоторых мутантов появляются способности.

Камнеспин поднялся во весь рост.

И тогда один из магов вышел ему навстречу.

Мужчина снял перчатку.

На его руке загорелся сложный магический круг.

— Огонь третьего уровня.

Пламя сорвалось с ладони.

Камнеспин попытался прикрыться костяной бронёй.

ВСПЫШКА!

Удар отбросил его на несколько метров.

Но зверь снова поднялся.

Маг выругался.

— Живучий...

Камнеспин бросился вперёд.

Маг отступил, создавая новый барьер.

Егор смотрел на них и всё сильнее ощущал странное беспокойство.

Он чувствовал запах дыма.

Слышал крики.

Слышал выстрелы.

И где-то среди всего этого — собственное сердцебиение.

Тук.

Егор коснулся груди.

Тук.

Ядро внутри него отозвалось слабым теплом.

— Егор?

— Всё нормально.

Но он сам не был уверен.

Вдруг в небе появилась тень.

Пепельник, которого считали сбитым, снова поднялся.

Одно крыло было повреждено, часть перьев сгорела, но тварь продолжала лететь.

Она направилась прямо к стене.

— Воздух! — закричал разведчик.

Дружинники подняли головы.

Пепельник раскрыл крылья.

Серая пыль начала осыпаться вниз.

— Всем закрыть лица!

Люди начали натягивать защитные маски.

Но один из молодых дружинников не успел.

Пепельник прошёл над стеной.

Парень закашлялся и пошатнулся.

— Назад!

Егор сделал шаг к нему.

Но Максим схватил его за плечо.

— Не подходи!

— Он отравлен?

— Нет. Это аномальная пыль. Нужно лекарство.

Пепельник развернулся для нового захода.

И тут над стеной возник огненный след.

Князь вернулся.

Он поднял взгляд.

— Хватит.

Пламя вокруг его руки сжалось в тонкое копьё.

Князь бросил его.

Огненный снаряд пронзил воздух.

Пепельник попытался уклониться.

Не успел.

Копьё ударило в грудь.

Тварь рухнула за стену.

На несколько секунд стало тихо.

А затем из глубины Пустоши раздался новый звук.

Не рёв.

Не вой.

Гул.

Слабый сначала, но с каждой секундой становившийся сильнее.

Магические кристаллы на стене одновременно начали мерцать.

Офицер посмотрел на прибор.

Лицо его побледнело.

— Ваше сиятельство...

— Докладывай.

— Фон аномальной энергии растёт.

Князь подошёл к нему.

— Насколько?

Мужчина посмотрел на показания ещё раз.

— Намного выше расчётного.

Князь медленно поднял глаза на тёмную Пустошь.

В лесу вспыхнуло несколько десятков красных глаз.

Потом ещё.

И ещё.

Но за ними появилось нечто гораздо большее.

Сначала Егор увидел силуэт.

Затем услышал тяжёлые шаги.

БУМ.

Деревья падали одно за другим.

БУМ.

Земля под ногами дрожала.

БУМ.

Из леса вышло существо, которого Егор никогда прежде не видел.

Даже князь на этот раз ничего не сказал.

Он лишь посмотрел на него и тихо произнёс:

— Вот теперь начинается настоящее сражение.

Глава 28 Прорыв-новая волна

Грохот сражения становился всё сильнее.

Егор и Максим находились на стене, наблюдая за тем, как дружинники отбивают очередную атаку мутантов. Внизу десятки тварей пытались прорваться через внешние укрепления, а над полем боя то и дело вспыхивали магические заклинания.

— Всем гражданским и неподготовленным одарённым покинуть внешний контур! — раздалась команда.

К Егору и Максиму подошёл один из дружинников.

— Вы двое! На внутренний уровень. Быстро!

Максим нахмурился.

— Мы можем помочь.

— Можете. Поэтому и не хотите умереть раньше времени. Приказ князя — убрать вас со стены.

Максим хотел возразить, но новый взрыв заставил стену содрогнуться.

— Ладно.

Он посмотрел на Егора.

— Пошли.

Они начали спускаться.

Чем дальше от стены они отходили, тем тише становился грохот. Но полностью звуки битвы не исчезали.

Время от времени над крышами поднимались столбы огня, а где-то за стеной раздавались рёв и выстрелы.

Егор оглянулся.

— Странно.

— Что?

— Мы вроде внутри города, а ощущение такое, будто война идёт прямо здесь.

Максим усмехнулся.

— Потому что так и есть.

Они прошли несколько улиц.

Впереди находилась площадь, на которой уже собирались резервные отряды.

И вдруг из-за здания раздался женский крик.

— Помогите!

Максим мгновенно остановился.

— Ты слышал?

— Да.

Они переглянулись.

— Идём.

Максим первым свернул за угол.

Егор последовал за ним.

На небольшой улице они увидели девушку.

Она сражалась одна.

Перед ней находился мутант, похожий на огромную кошку. Его тело было покрыто короткой чёрной шерстью, а вдоль позвоночника выступали костяные шипы. Челюсти были непропорционально широкими, а из пасти торчали длинные клыки.

Девушка держала в руках оружие и пыталась удерживать зверя на расстоянии.

Мутант прыгнул.

Она выставила руку.

Перед ней возник магический барьер.

БАМ!

Щит выдержал, но девушка отлетела назад.

— Ещё немного... — прошептала она.

Мутант снова приготовился к прыжку.

— Эй! — крикнул Максим.

Тварь повернула голову.

— На нас! — сказал Максим.

Он сорвался с места.

Клинок вспыхнул огнём.

Мутант встретил его ударом лапы.

Максим заблокировал когти, но сила зверя заставила его отступить на несколько шагов.

Егор посмотрел на девушку.

— Вы можете двигаться?

— Да.

— Тогда отойдите.

— А вы кто такие?

— Те, кто не хочет дать этой штуке вас съесть.

Девушка на мгновение замерла, а затем кивнула.

Егор повернулся к мутанту.

Максим уже несколько секунд удерживал его.

— Егор! Мне нужна помощь!

Егор сжал кулак.

В груди отозвалось слабое тепло.

Огонь появился на ладони.

Пламя было небольшим.

Совсем не таким, каким оно должно было быть у сильного мага.

Но Егор уже научился пользоваться тем, что имел.

Он выбросил руку вперёд.

Огненный поток ударил мутанту в бок.

Тварь взревела и отскочила.

— Сейчас! — крикнул Максим.

Он сделал шаг вперёд и нанёс удар.

Мутант попытался увернуться.

Девушка тоже вступила в бой.

Она создала несколько магических снарядов и направила их прямо в зверя.

Тварь оказалась зажата между ними.

Максим ударил первым.

Егор — следом.

Девушка завершила атаку последним заклинанием.

Мутант рухнул на землю.

Несколько секунд никто не двигался.

Затем девушка тяжело выдохнула.

— Спасибо.

Максим убрал оружие.

— Вы целы?

— Кажется, да.

Она посмотрела на Егора.

— А ты?

— Нормально.

— Точно?

Егор хотел ответить, но вдруг услышал странный звук.

Хлопок крыльев.

Он поднял голову.

Над зданиями появилась огромная тень.

— Что это?.. — спросила девушка.

Из-за крыши вылетело существо.

Оно напоминало гигантскую птицу, но тело его было покрыто не перьями, а жёсткими чёрными пластинами. Размах крыльев был больше нескольких метров, а на вытянутой морде виднелись острые зубы.

Летающий мутант.

Он резко спикировал.

— В сторону! — закричал Максим.

Все трое бросились в разные стороны.

Но мутант неожиданно изменил направление.

Егор не успел понять, что происходит.

Огромные когти сомкнулись вокруг него.

— ЕГОР!

Его оторвало от земли.

— Максим!

Егор попытался вырваться.

Пламя вспыхнуло на его руке.

Он ударил им по лапе мутанта.

Тварь взревела, но хватку не ослабила.

Она взмыла вверх.

Город начал уменьшаться под ногами Егора.

— ОТПУСТИ!

Он снова ударил огнём.

Безрезультатно.

Максим стоял внизу, запрокинув голову.

— ЕГОР!

— МАКСИМ!

Мутант набирал высоту.

Вяземск становился всё меньше.

За городской стеной начиналась тайга.

А за ней — территория Пустоши.

Егор увидел, куда направляется тварь.

Прямо туда.

Он впервые по-настоящему осознал, насколько опасным был этот полёт.

Его уносили в Пустошь.

Туда, откуда люди старались не возвращаться.

Глава 29 Пустошь

Егор не успел даже закричать.

Когти летающей твари сжимали его одежду, не позволяя вырваться. Под ногами стремительно удалялась земля.

Вяземск становился всё меньше.

Егор видел городскую стену, башни, вспышки магии и людей, которые продолжали сражаться.

— МАКСИМ!

Его голос растворился в ветре.

Максим стоял посреди улицы и смотрел вверх.

Он что-то кричал, но Егор уже не слышал слов.

Ветер бил в лицо.

Летающий мутант набирал высоту и постепенно уходил за городскую стену.

Егор снова попытался ударить его огнём.

На ладони вспыхнуло пламя.

— Давай...

Он стиснул зубы.

— Давай же!

Огонь стал ярче.

Но ядро тут же отозвалось болью.

Егор зажмурился.

Пламя погасло.

— Чёрт...

Тварь продолжала лететь.

Через несколько минут город окончательно исчез за деревьями.

Перед Егором простиралась тайга.

Он увидел первые признаки Пустоши.

Деревья становились всё более странными: некоторые имели серую кору, другие были покрыты наростами, похожими на кристаллы. В воздухе висела лёгкая дымка.

А затем лес закончился.

Впереди лежала огромная территория, совершенно непохожая на обычную природу.

Почва была тёмной.

Из земли торчали искривлённые деревья.

Местами поверхность покрывали светящиеся трещины.

Егор смотрел вниз и впервые понял:

он действительно оказался внутри Пустоши.

Мутант резко пошёл на снижение.

Егор напрягся.

— Только не это...

Тварь приземлилась на огромную скалу и расправила крылья.

Когти разжались.

Егор упал на землю.

— А-а!

Он перекатился по камням и замер.

Несколько секунд лежал неподвижно.

Потом медленно поднялся.

Мутант уже собирался взлететь.

Егор схватил камень и бросил в него.

— Эй!

Тварь повернула голову.

— Ты меня сюда притащил — теперь хотя бы объясни зачем!

Мутант издал низкий рёв.

Егор замер.

— Ладно... Похоже, разговаривать ты не умеешь.

Тварь взмыла в воздух и скрылась за скалами.

Егор остался один.

Он посмотрел вокруг.

Тишина.

Никаких людей.

Никаких машин.

Никаких защитных башен.

Только Пустошь.

Егор достал планшет, который всё ещё находился при нём.

Экран включился.

Связи не было.

— Отлично.

Он убрал устройство.

— Просто прекрасно.

Где-то неподалёку раздался хруст ветки.

Егор медленно повернулся.

Между деревьями что-то двигалось.

Он почувствовал знакомое тепло в груди.

Магическое ядро.

Огонь снова отозвался.

На ладони появился небольшой язычок пламени.

Егор посмотрел на него.

Теперь ему предстояло выяснить главное.

Как долго он сможет выжить здесь один?

И ещё важнее —

сможет ли он выбраться из Пустоши до того, как его найдут её обитатели?

Глава 30 Максим

Максим стоял посреди улицы, не сводя взгляда с удаляющейся твари.

Ещё несколько секунд назад Егор был рядом.

А теперь его уже не было.

— ЕГОР!

Крик сорвался с его губ, но ответа не последовало.

Летающий мутант быстро набирал высоту. Его огромные крылья мелькали между облаками дыма, а маленькая фигура Егора исчезала всё дальше.

Максим рванулся вперёд.

— Стой!

Он прекрасно понимал, что это бессмысленно.

Но всё равно бежал.

Девушка, которую они только что спасли, попыталась остановить его:

— Максим!

Он резко остановился.

— Что?

— Ты не достанешь его.

Максим сжал кулаки.

— Я знаю.

На несколько секунд он просто смотрел в небо.

Внутри всё кипело.

Егор был его другом.

Он доверял ему.

И теперь именно из-за сражения Егор оказался в Пустоши.

Максим резко повернулся к ближайшему дружиннику.

— Связь с главным штабом есть?

— Пока нет. Помехи от Пустоши.

— Передайте князю.

— Что именно?

Максим посмотрел туда, где исчез мутант.

— Егора Рудова унесло летающее чудовище. Оно направилось за внешнюю стену. В сторону Пустоши.

Дружинник побледнел.

— Вы уверены?

— Я видел своими глазами.

Он уже собирался бежать к штабу, когда услышал:

— Подожди.

Максим обернулся.

Девушка стояла рядом с перевёрнутой машиной.

Она всё ещё прихрамывала, но уже могла самостоятельно стоять.

— Ты спас меня, — сказала она. — Теперь позволь мне хотя бы сказать спасибо.

Максим лишь кивнул.

— Потом.

— Но...

— Сейчас Егор важнее.

Он развернулся и быстро направился к командному пункту.

Каждый шаг становился всё быстрее.

В голове крутилась одна мысль:

«Только бы он был жив».

Максим ещё не знал, что произошло после того, как мутант пересёк стену.

Не знал, где оказался Егор.

Но он уже решил одно.

Если дед отправит спасательную группу — он пойдёт вместе с ней.

А если не отправит...

Максим всё равно найдёт способ попасть в Пустошь.

Он остановился у входа в командный пункт и глубоко вдохнул.

Впервые за всё время сражения ему стало по-настоящему страшно.

Не за себя.

За Егора.

Глава 31 Битва за Вяземск

Ночь над Вяземском превратилась в настоящее поле боя.

Сирены не стихали. Над городскими стенами вспыхивали защитные контуры, артиллерийские установки били по Пустоши, а маги один за другим обрушивали заклинания на наступающих мутантов.

Но твари не прекращали атаку.

Из леса выходили всё новые и новые существа.

Пустошные волки бросались на укрепления стаями. Клыкачи пытались проломить ворота. Огромные камнеспины, покрытые костяной бронёй, медленно продвигались вперёд, выдерживая удары магов.

Княжеская дружина держала оборону.

— Всем подразделениям сохранять строй! Не позволить тварям прорваться во внутренний город! — раздавались команды офицеров.

На восточном участке стены положение становилось всё хуже.

Один из мутантов перепрыгнул через разрушенное заграждение и оказался среди защитников.

Дружинник успел поднять щит.

Когти ударили по металлу.

БАМ!

Щит согнулся.

— Держи его!

Ещё двое бойцов бросились на помощь.

Мутант взревел и отбросил одного из них.

Второй успел вонзить копьё ему в бок.

Тварь рухнула.

Но практически сразу из дыма показалась следующая.

И ещё одна.

Максим сражался неподалёку.

Его клинок вспыхивал огнём каждый раз, когда он наносил удар.

— Слева! — крикнул один из дружинников.

Максим резко развернулся.

Пустошный волк прыгнул прямо на него.

Он выставил клинок.

Когти столкнулись с металлом.

Максим едва удержался на ногах.

— Получай!

Огненное лезвие прошло по шее мутанта.

Зверь рухнул на землю.

Максим тяжело выдохнул.

Он уже несколько часов находился в бою, но усталость почти не ощущал.

В голове была только одна мысль.

Егор.

После того как летающий мутант унёс его за стену, Максим не переставал думать о нём.

Он не знал, жив ли его друг.

Не знал, куда именно его унесла тварь.

Но был уверен в одном.

Егор всё ещё где-то там.

И Максим должен был его найти.

— Максим!

Он поднял голову.

Перед ним стоял командир.

— Не отвлекайся! Нам нужна твоя помощь на восточном участке!

Максим кивнул.

— Понял.

Он снова бросился в бой.

В центре обороны находился глава рода Батуриных.

Архип Платонович Батурин.

Князь стоял на возвышении и наблюдал за сражением.

Несмотря на хаос вокруг, он оставался совершенно спокоен.

Перед ним лежала карта города.

— Северный сектор?

— Держится, ваше сиятельство.

— Южный?

— Без изменений.

— Восток?

Офицер замялся.

— Восточный участок испытывает серьёзное давление.

Князь посмотрел на карту.

— Сколько резервов осталось?

— Один отряд.

Архип Платонович некоторое время молчал.

Затем указал на восточный сектор.

— Отправить туда.

— Но тогда центральная линия останется практически без резерва.

— Если восток падёт, резерв нам уже не понадобится.

— Есть.

Офицер развернулся и ушёл.

Князь снова посмотрел на поле боя.

Вдалеке очередная группа мутантов приблизилась к стенам.

Он медленно сжал кулак.

Пламя появилось вокруг его руки.

— Сегодня вы не войдёте в мой город.

Через несколько минут с восточного участка донёсся оглушительный грохот.

— Прорыв!

Крик разнёсся вдоль стены.

Несколько мутантов пробили внешнее заграждение.

Огромный клыкач прорвался первым.

За ним последовали ещё два.

Дружинники отступили к внутреннему барьеру.

— Не дать им пройти!

Маги начали формировать заклинания.

В воздухе один за другим появились магические круги.

— Огонь!

Пламя обрушилось на мутантов.

Взрыв отбросил одного из них.

Второй рухнул на землю.

Но третий продолжил двигаться.

Он был огромным.

Его тело покрывали толстые костяные пластины, защищавшие жизненно важные органы.

Он шёл прямо к воротам.

— Маги не пробивают броню!

— Тогда остановите его оружием!

Дружинники приготовились.

Но внезапно перед ними появился человек.

Князь Батурин.

— Отойдите.

— Ваше сиятельство...

— Я сказал — отойдите.

Бойцы подчинились.

Князь сделал несколько шагов навстречу мутанту.

Зверь заревел и бросился на него.

Архип Платонович даже не пошевелился.

В последний момент вокруг его тела вспыхнуло пламя.

Мутант врезался в огненный покров.

БУМ!

Ударная волна прокатилась по улице.

Князь остался стоять.

— Плохой выбор.

Он поднял руку.

Огонь вокруг него начал собираться в плотный поток.

Мутант снова попытался атаковать.

Батурин направил ладонь вперёд.

ВСПЫШКА!

Огненный удар обрушился на чудовище.

Костяная броня начала трескаться.

Мутант взревел.

Князь усилил заклинание.

Пламя стало настолько ярким, что окружающие были вынуждены прикрыть глаза.

Через несколько секунд всё стихло.

На земле лежало неподвижное тело твари.

Дружинники молчали.

Затем один из них выкрикнул:

— Вяземск устоял!

Ответом ему стали десятки голосов.

— Вяземск устоял!

— Они отступают!

— Пустошь отступает!

Князь Батурин поднял глаза.

За разрушенными укреплениями мутанты действительно начали уходить обратно в лес.

Сначала отступили отдельные группы.

Затем целые стаи.

Ещё несколько минут назад Пустошь ревела от сотен голосов.

Теперь становилось тихо.

— Не преследовать! — приказал князь.

Командиры передали приказ по цепочке.

Дружинники начали проверять укрепления, вытаскивать раненых и помогать тем, кто ещё мог двигаться.

На стенах постепенно гасли защитные контуры.

Над Вяземском впервые за несколько часов появилась тишина.

Битва закончилась.

Вяземск устоял.

Максим стоял среди бойцов, тяжело дыша. В его голове была только одна мысль.

Егор.

Он посмотрел в сторону Пустоши.

Туда, куда летающий мутант унёс его друга.

Максим развернулся и направился к деду.

Архип Платонович Батурин стоял возле командного пункта и отдавал последние распоряжения.

— Проверить северные ворота.

— Организовать доставку раненых в медблок.

— Никого не выпускать за пределы городской стены до окончания проверки территории.

Князь заметил приближающегося внука.

— Максим.

— Дед, — тяжело произнёс тот. — Мне нужно с тобой поговорить.

— Я уже знаю, о чём ты хочешь спросить.

Максим остановился.

— Тогда скажи. Мы пойдём за Егором?

Архип Платонович посмотрел на него несколько секунд.

— Нет.

Максим нахмурился.

— Почему?

— Потому что я не собираюсь отправлять своих людей в Пустошь.

— Но Егор там один!

— Я знаю.

— Тогда мы должны его вытащить!

Князь покачал головой.

— Ты видел, что произошло сегодня. Мы едва удержали город. А ты предлагаешь отправить дружину туда, где даже подготовленные отряды могут исчезнуть за несколько минут.

— Но если мы ничего не сделаем, он погибнет!

— Возможно.

Максим замолчал.

Эти слова прозвучали слишком холодно.

— Дед...

— Я понимаю, что он тебе дорог, — продолжил Батурин. — Но я отвечаю не только за тебя. За мной стоят люди, семьи, город и весь мой род.

Он посмотрел на разрушенные укрепления.

— Я не поведу своих бойцов в Пустошь ради одного человека.

Максим сжал кулаки.

— Значит, мы просто оставим его?

— Мы не знаем, что с ним произошло.

— Его унес мутант!

— Именно. А значит, мы даже не знаем, где его искать.

Максим опустил взгляд.

Князь подошёл ближе и положил руку ему на плечо.

— Иногда, Максим, желание спасти одного человека может привести к гибели десятков других.

— А если это был бы я?

Архип Платонович посмотрел ему прямо в глаза.

— Тогда я бы искал другой способ вернуть тебя.

Максим ничего не ответил.

Князь отвернулся к Пустоши.

За стеной снова воцарилась тишина.

Только ветер шевелил верхушки деревьев.

— Я не буду рисковать дружиной, — твёрдо сказал Батурин. — Не ради Рудова. Не ради кого-либо другого.

Максим несколько секунд стоял молча.

Затем произнёс:

— Понял.

Он развернулся и ушёл.

Князь проводил его взглядом.

Он видел, как тяжело внуку принять этот приказ.

Но своего решения менять не собирался.

Вяземск победил.

Однако где-то далеко за стенами города, среди бескрайней Пустоши, один человек теперь был совершенно один.

Глава 32 пустошь

Егор медленно открыл глаза.

Первое, что он почувствовал, — боль.

Второе — холод.

Он несколько секунд лежал неподвижно, пытаясь понять, где находится.

Над головой возвышались искривлённые деревья. Их стволы были покрыты серой корой, а между ветвями виднелись слабые голубоватые отблески.

Егор попытался подняться.

— Ай...

Бок пронзила острая боль.

Он осторожно ощупал себя.

Крови было немного. Одежда порвана, на плече остались следы от когтей.

Но кости, кажется, были целы.

— Уже хорошо...

Егор сел и огляделся.

Тишина.

Ни машин.

Ни людей.

Ни Вяземска.

Только незнакомый лес.

Он достал планшет.

Экран загорелся.

Нет сигнала.

— Естественно.

Егор убрал его обратно.

Перед глазами всплыла последняя картина: мутант, схвативший его, стремительный полёт, уменьшающийся Вяземск...

И Пустошь.

— Значит, я действительно здесь.

Он медленно поднялся.

Вдалеке что-то глухо зарычало.

Егор замер.

Рука сама потянулась к груди.

Магическое ядро отозвалось слабым теплом.

Он посмотрел на ладонь.

Небольшой огонёк появился между пальцами.

— Только не сейчас...

Пламя дрогнуло.

Егор сжал кулак.

Огонь исчез.

Йорунд предупреждал его: ядро ещё слишком нестабильно. Слишком сильное использование магии могло окончательно его разрушить.

А значит, рассчитывать на свои способности Егор не мог.

Он оглянулся.

— Ладно.

Егор подобрал с земли толстую ветку.

— Если здесь есть твари, придётся быть осторожнее.

Он сделал несколько шагов.

И тут заметил на земле следы.

Огромные.

Трёхпалые.

Егор присел рядом.

След был свежим.

Очень свежим.

Он медленно поднял голову.

В лесу снова что-то хрустнуло.

На этот раз совсем рядом.

Егор крепче сжал ветку.

Между деревьями мелькнула тень.

Он замер.

Тень исчезла.

— Я тебя не вижу...

Егор сделал шаг назад.

— Но ты меня видишь, да?

Ответом стал тихий рык.

Егор почувствовал, как сердце забилось быстрее.

Он понимал: сейчас нельзя паниковать.

Нужно двигаться.

Нужно найти укрытие.

Нужно понять, где он находится.

И самое главное —

нужно выжить.

Егор медленно отступил к ближайшим деревьям.

В глубине Пустоши снова раздался рёв.

Но теперь он был не один.

Ему ответили с другой стороны.

Потом ещё откуда-то.

Егор медленно повернул голову.

— Похоже...

Он нервно усмехнулся.

— Я здесь не один.

Егор замер.

Рёв прозвучал снова.

На этот раз гораздо ближе.

Он медленно повернул голову, стараясь не шевелиться.

Лес вокруг казался мёртвым.

И одновременно — слишком живым.

Ветер едва заметно шевелил искривлённые ветви. Между деревьями висела сероватая дымка. Где-то вдалеке потрескивало дерево, хотя ветра почти не было.

Егор крепче сжал ветку.

— Только спокойно...

Он сам не понял, кому это сказал — себе или тому, кто находился рядом.

Планшет всё ещё показывал отсутствие сигнала.

Егор посмотрел на карту.

Последняя точка, которую успел определить прибор, находилась далеко от него.

Очень далеко.

— Значит, связи нет. Прекрасно.

Он убрал планшет.

Главное сейчас — найти укрытие.

И воду.

Еда могла подождать.

Вода — нет.

Егор осторожно двинулся вперёд, стараясь ставить ноги туда, где земля казалась наиболее устойчивой.

Через несколько метров он заметил след.

Большой.

Отпечаток лапы уходил глубоко в мягкую землю.

Егор присел.

— Волк?

Размер следа был примерно с его ладонь.

Он нахмурился.

Нет.

Слишком большой.

Он уже слышал рассказы Насти о Пустошах. О тварях, которые могли вырасти до размеров автомобиля. О животных, которые после воздействия аномальной энергии менялись настолько сильно, что переставали быть похожими на своих предков.

Егор медленно поднялся.

— Значит, правила простые.

Он посмотрел в сторону леса.

— Не шуметь. Не привлекать внимание. Не лезть куда не надо.

В этот момент слева раздался хруст.

Егор резко обернулся.

Ничего.

Только деревья.

Он сделал шаг назад.

Хруст повторился.

Теперь справа.

Егор почувствовал, как по спине пробежал холод.

— Их несколько...

Из-за дерева показалась морда.

Сначала Егор увидел светящиеся глаза.

Затем — вытянутую пасть.

Зверь вышел из тени.

Пустошный волк.

Но тот, которого Егор видел на изображениях, казался почти маленьким по сравнению с этим.

Ростом он был ему примерно по грудь.

На боках выступали костяные пластины. Между ними виднелась тёмная кожа. Из пасти свисала слюна.

Егор медленно отступил.

Волк зарычал.

А затем из леса показался второй.

Третий.

Четвёртый.

Егор сжал ветку обеими руками.

— Четыре...

Он оглянулся.

Путь назад был перекрыт.

Волки не спешили.

Они окружали его.

И тогда Егор почувствовал тепло в груди.

Его ядро.

Слабый огонёк внутри словно встрепенулся.

Егор инстинктивно хотел выпустить магию.

Огонь.

Он уже почти почувствовал, как энергия собирается в ладони.

Но тут вспомнил слова Йорунда:

«Одно серьёзное перенапряжение — и ядро может погаснуть навсегда.»

Егор стиснул зубы.

— Нет...

Он опустил руку.

Волк сделал шаг.

Егор поднял ветку.

— Ну же...

Он понимал, что против четырёх таких тварей палка — практически бесполезна.

Но другого оружия у него не было.

Волк зарычал и приготовился прыгнуть.

Егор напрягся.

И вдруг где-то совсем рядом раздался оглушительный металлический звук.

БАМ!

Все четыре волка одновременно повернули головы.

Егор тоже.

Между деревьями что-то двигалось.

Тяжёлое.

Очень тяжёлое.

Земля под ногами едва заметно задрожала.

Волки оскалились.

Один из них зарычал в сторону леса.

А затем из серой дымки показалась огромная фигура.

Егор медленно поднял взгляд.

Костяная броня.

Мощные лапы.

Огромная голова.

Он узнал его по описанию.

Камнеспин.

Мутировавший медведь.

Около трёх метров высотой.

И сейчас он смотрел прямо на стаю волков.

Егор тихо прошептал:

— Вот только этого мне не хватало...

Камнеспин ударил лапой по земле.

БУМ!

Волки отступили.

На несколько секунд лес погрузился в абсолютную тишину.

А потом первый волк бросился вперёд.

Камнеспин взревел.

Егор понял, что сейчас начнётся бой.

И что ему лучше всего...

бежать.

Глава 33 Пустошь

Егор бежал.

Он уже не разбирал, куда именно. Главное — подальше от мутантов.

Позади раздавался тяжёлый топот. Ветки ломались одна за другой, а между деревьями мелькали огромные силуэты.

— Быстрее... быстрее...

Бок болел после падения, дыхание сбилось, но останавливаться Егор не собирался.

Впереди показался просвет.

Он рванул туда, надеясь выбраться из леса.

И только оказавшись на краю, понял, что впереди обрыв.

— Чёрт!

Егор попытался остановиться.

Земля под ногами осыпалась.

— А-а-а!

Он сорвался вниз.

Несколько секунд падения показались вечностью.

Внизу блеснула река.

ПЛЮХ!

Холодная вода сомкнулась над головой.

Егор ушёл под поверхность и сразу почувствовал, как сильное течение подхватило его.

Он попытался всплыть.

Получилось.

— Кх...!

Егор вдохнул, но новая волна ударила ему в лицо.

Течение несло его вниз.

Он несколько раз пытался ухватиться за выступающие корни, но скорость была слишком большой.

Камень.

Удар.

Егор перевернулся в воде.

Ещё один удар — теперь плечом.

Он продолжал плыть по течению, почти не контролируя своё движение.

Наконец река стала мелеть.

Егор почувствовал под ногами дно, сделал несколько шагов и буквально выполз на берег.

Он упал на землю.

Несколько секунд просто лежал, тяжело дыша.

— Всё...

Егор перевернулся на спину.

— Больше я так не бегаю...

Он отдышался, проверил себя и убедился, что ничего серьёзно не сломано. Рюкзак потерялся, планшет остался при нём, хотя весь промок.

Егор поднялся.

Одежда насквозь промокла.

Он оглядел незнакомый лес.

— Надо двигаться.

Медленно он пошёл вдоль реки.

Через некоторое время деревья стали реже. Егор уже собирался остановиться, когда заметил впереди что-то тёмное.

Сначала он подумал, что это поваленное дерево.

Но затем тёмная фигура пошевелилась.

Егор остановился.

Перед ним лежал мутант.

Он был огромным, но сейчас почти не двигался. Тело покрывали костяные наросты, некоторые из них были расколоты. Из многочисленных ран сочилась тёмная кровь.

Егор осторожно сделал шаг назад.

Мутант поднял голову.

Их взгляды встретились.

Егор замер.

Существо было явно при смерти.

Оно попыталось подняться, но ноги не выдержали, и мутант снова рухнул на землю.

Егор не знал, что делать.

Подойти?

Уйти?

Ведь перед ним всё ещё было дикое существо Пустоши.

Но оно почему-то не нападало.

Егор крепче сжал ветку и осторожно приблизился.

Мутант тяжело дышал.

И тогда Егор заметил то, чего раньше не видел.

На груди существа находился глубокий след, будто его кто-то пронзил огромным оружием.

Егор нахмурился.

— Кто тебя так?

Мутант медленно поднял голову.

И впервые Егор увидел в его глазах не ярость.

А страх.

Глава 34 Тревожная весть

В доме Батуриных было непривычно тихо.

Настя сидела в библиотеке, склонившись над раскрытой книгой. Она уже который час пыталась найти хоть что-нибудь о восстановлении повреждённого магического ядра.

Но слова расплывались перед глазами.

Она перечитала один и тот же абзац уже в третий раз.

— Ну же... — прошептала девушка. — Должен же быть какой-нибудь способ...

Настя перевернула страницу.

В этот момент дверь открылась.

Она подняла голову.

На пороге стояла мать.

Антонина Владленовна обычно была спокойной даже в самых тяжёлых ситуациях. Но сейчас Настя сразу заметила что-то неладное.

Мать была бледной.

— Мам?

Антонина молча вошла в комнату.

— Что случилось?

Ответа не последовало.

Настя медленно встала.

— Это Егор?

Антонина остановилась.

Этого оказалось достаточно.

— Что с ним?!

Настя бросила книгу на стол и подошла к матери.

— Он ранен? С ним что-то случилось?

— Настя...

— Скажи мне!

Антонина закрыла глаза на секунду, собираясь с мыслями.

— Во время боя за Вяземск Егор оказался возле внутреннего рубежа.

Настя слушала, почти не дыша.

— На них напала тварь.

— Какая?

— Летающая.

Настя почувствовала, как холодеют пальцы.

— И?..

— Она схватила Егора.

— Нет...

— И унесла его в сторону Пустоши.

Настя застыла.

— Нет.

Она произнесла это уже громче.

— Нет, ты ошиблась.

— Настя...

— Ты же сказала, что он был внутри города!

— Был.

— Тогда почему он оказался в Пустоши?!

Голос девушки сорвался.

Антонина подошла ближе.

— Его унесли.

Настя покачала головой.

— Нет...

Перед глазами вдруг возник Егор.

Его улыбка.

Его голос.

То, как он пытался шутить даже тогда, когда ему было тяжело.

То, как они вместе сидели в библиотеке.

То, как он впервые сказал, что хочет узнать, каким был настоящий Егор Рудов.

Настя сжала руки.

— Он же даже магией нормально пользоваться не может...

Антонина ничего не сказала.

— У него ядро повреждено, — продолжила Настя, уже почти шёпотом. — Он не сможет защитить себя.

На глазах девушки появились слёзы.

— Там же Пустошь...

— Я знаю.

— Там твари.

— Я знаю.

— Он один...

Антонина осторожно обняла дочь.

Настя сначала стояла неподвижно.

А потом прижалась к матери и разрыдалась.

— Он ведь обещал вернуться...

Антонина крепче обняла её.

— Мы не знаем, что он погиб.

Настя подняла заплаканное лицо.

— Но и не знаем, что он жив.

— Нет.

— Тогда почему мы здесь сидим?!

Она вырвалась из объятий.

— Почему никто ничего не делает?!

— Потому что Пустошь сейчас нестабильна. Отправить людей туда означает потерять их тоже.

— Мне всё равно!

— А мне нет!

Впервые Антонина повысила голос.

Настя замолчала.

Мать подошла к ней.

— Ты моя дочь. Я не позволю тебе погибнуть из-за отчаяния.

Настя вытерла слёзы.

— А если он там умирает?

Антонина не смогла сразу ответить.

Настя отвернулась к окну.

За стеклом был обычный вечер.

Мир продолжал жить.

Машины ездили по дороге.

Горели фонари.

Люди разговаривали.

А где-то далеко, среди мёртвого леса, находился человек, который стал для неё гораздо больше, чем просто пациентом.

Глава 35 Голос в сознании

Егор стоял перед существом и не сводил с него глаз.

Мутант лежал на земле, тяжело дыша. Его тело было покрыто костяными пластинами, многие из которых треснули. Из глубокой раны на боку медленно вытекала тёмная кровь.

Егор крепче сжал ветку.

— Не подходи, — вдруг прозвучало у него в голове.

Егор вздрогнул.

Он резко обернулся.

Никого.

— Кто это сказал?

Мутант медленно открыл глаза.

— Я.

Но его пасть почти не двигалась.

Егор замер.

— Ты... говоришь?

— Не голосом.

В голове Егора снова прозвучал чужой голос.

Спокойный. Усталый. Женский.

— Я псионик.

Егор осторожно присел.

— Псионик?

— Существо, способное воздействовать на сознание других.

— Значит, ты читаешь мои мысли?

— Не совсем. Я могу проникнуть в сознание и передавать свои мысли. Иногда могу увидеть то, что человек сам позволяет мне увидеть.

Егор невольно вспомнил свою прошлую жизнь.

Девушку.

Нападение.

Нож.

Жар.

А затем другой мир.

Он напрягся.

Мутант замолчала.

— Я вижу, что ты многое скрываешь даже от самого себя, — сказала она.

— А ты кто вообще?

Существо с трудом подняло голову.

— Когда-то я была зверем.

Егор нахмурился.

— Каким?

— Уже не помню.

На несколько секунд наступила тишина.

— Я родилась в Пустоши. Здесь изменилась моя кровь, моё тело... и мой разум.

Егор посмотрел на окружающий лес.

— Что вообще происходит с этим местом?

Мутант закрыла глаза.

— Ты действительно ничего не знаешь.

— Я попал сюда недавно.

— Тогда слушай внимательно.

В сознании Егора возник образ.

Огромная территория, окружённая стенами.

Затем — лес.

Земля раскалывается.

Из глубины поднимается чёрный свет.

Над землёй появляется огромный разлом.

Из него словно вытекает тёмная энергия.

Егор почувствовал холод.

— Это...

— Разлом.

Образ изменился.

Пустошь.

В центре — гигантская трещина в пространстве, из которой в мир проникают потоки энергии.

— В каждой Пустоши есть разлом, — продолжила псионик. — Через него в ваш мир проникает энергия Хаоса.

— Хаоса?

— Так её называют те, кто изучал нас.

Егор внимательно слушал.

— Что она делает?

— Меняет всё, к чему прикасается.

Перед глазами появились животные.

Обычный волк.

Потом его тело начало меняться.

Кости стали толще.

Мышцы увеличились.

На коже появились защитные пластины.

Глаза засветились.

— Она изменяет живых существ. Иногда медленно. Иногда за несколько дней.

Следующий образ.

Волк окружён яростной энергией.

— Но главное изменение происходит внутри.

— Магия?

— Да.

Мутант посмотрела на Егора.

— Энергия Хаоса может пробудить в обычном звере магическое ядро. Поэтому некоторые мутанты способны использовать магию.

Перед глазами Егора возник зверь, из пасти которого вырвался поток электричества.

— Но это не подарок.

Образ резко изменился.

Зверь метался среди деревьев, убивая других животных.

— Хаос усиливает агрессию. Он словно разрывает инстинкты на части.

Егор нахмурился.

— Поэтому они нападают на людей?

— Не только.

Перед глазами появились два мутанта, сражающихся друг с другом.

— Они нападают на всё, что воспринимают как угрозу.

Потом появился человек.

Зверь мгновенно бросился на него.

— Но людей они чувствуют особенно сильно.

— Почему?

Псионик долго молчала.

— Потому что человеческая магия отличается от магии зверей.

Егор вспомнил своё ядро.

Слабый огонёк внутри груди.

— Значит, они чувствуют наши ядра?

— Некоторые. Особенно сильные мутанты.

Егор посмотрел на её рану.

— А ты?

Мутант открыла глаза.

— Я чувствую.

— Тогда почему ты на меня не напала?

Она посмотрела прямо ему в глаза.

— Потому что я сохранила разум.

Егор ничего не ответил.

— Большинство мутантов не способны сопротивляться Хаосу, — продолжила она. — Чем дольше они находятся рядом с разломом, тем сильнее становится ярость.

— А ты смогла?

— Иногда.

Она слабо улыбнулась.

— Но чем ближе я к смерти, тем труднее мне удерживать себя.

Егор посмотрел на неё внимательнее.

— Можно закрыть этот разлом?

Мутант замолчала.

— Можно.

Егор удивился.

— Правда?

— Я сказала, что можно. Но не сказала, что это просто.

— Что нужно?

Псионик посмотрела ему прямо в глаза.

— Для начала тебе нужно понять одну вещь.

— Какую?

— Пустоши не просто заражают ваш мир.

Егор почувствовал, как по спине пробежал холод.

— Тогда что они делают?

Мутант ответила:

— Они постепенно превращают его в свой мир.

Глава 36 Источник

— Ты так и не понял, что происходит с этим местом, — тихо сказала мутант.

Егор поднял глаза.

— Ты про Пустошь?

Она кивнула.

— Пустошь — это уже не просто мёртвая земля. Это место, которое постепенно перестаёт быть частью твоего мира.

Егор нахмурился.

— Что значит «перестаёт быть частью мира»?

Мутант провела рукой над землёй. Между её пальцами вспыхнули небольшие огоньки.

— Энергия Хаоса не просто разрушает. Она изменяет.

— Что именно?

— Всё.

Она посмотрела вдаль, туда, где над горизонтом висело тёмное марево.

— Землю. Воздух. растения. животных. Магию. Даже пространство.

Егор молчал.

— Там, где Хаос задерживается достаточно долго, мир начинает подстраиваться под него. Его законы постепенно становятся главными.

— То есть...

— Пустошь превращается в часть Хаоса.

Егор посмотрел вокруг.

Теперь многие странности этого места стали казаться ему совсем другими.

Неестественные растения. Искажённые существа. Воздух, от которого становилось тяжело дышать. Странное ощущение, будто само пространство наблюдает за ним.

— И что произойдёт, если Хаос полностью поглотит Пустошь?

Мутант ответила не сразу.

— Тогда вернуть её уже не получится.

Егор сжал кулак.

— А если выбраться отсюда?

— Пока можешь — да.

Она внезапно замолчала.

Её взгляд изменился.

— Подожди...

— Что?

Мутант внимательно посмотрела на Егора.

— Покажи мне свой источник.

— Мой источник?

— Магическое ядро. Покажи.

Егор осторожно раскрыл ладонь. Между пальцами вспыхнуло пламя.

Мутант резко приблизилась.

— Нет...

— Что случилось?

Она коснулась его руки, и её лицо стало серьёзным.

— Энергия Хаоса уже добралась до твоего источника.

Егор почувствовал неприятный холод внутри груди.

— Что она с ним делает?

— Я не уверена.

Мутант закрыла глаза и на несколько секунд сосредоточилась.

— Твоё ядро повреждено.

Егор побледнел.

— Насколько?

— Сначала Хаос проник в окружающую тебя энергию. Потом начал воздействовать на источник. Если ты останешься здесь надолго...

Она замолчала.

— Что?

— Он начнёт перестраиваться.

— И это плохо?

Мутант открыла глаза.

— Для обычного мага — да.

Егор посмотрел на неё.

— А для меня?

Она долго изучала его.

— Я не знаю.

Внезапно Егор согнулся от боли.

— А-а...

Он схватился за грудь.

Внутри него словно что-то раскалилось.

Его пламя вспыхнуло само собой.

Мутант мгновенно отступила.

— Вот видишь?

Егор тяжело дышал.

— Что со мной происходит?!

— Хаос пытается изменить твой источник прямо сейчас.

— Останови его!

— Я не могу.

— Тогда что мне делать?!

Мутант посмотрела на него.

— Уходить.

— Куда?

— Из Пустоши.

Она впервые произнесла это с настоящим страхом.

— Как можно скорее.

— Но ты...

— Я остаюсь.

Егор посмотрел на неё.

— Почему?

Мутант слабо улыбнулась.

— Потому что для меня уже слишком поздно.

Она протянула руку.

— Но для тебя ещё нет.

Егор осторожно коснулся её ладони.

— Что ты собираешься сделать?

— Дать тебе энергию.

— Зачем?

— Твой источник повреждён. Если просто вывести тебя из Пустоши, он может не выдержать. Но если я передам тебе часть своей энергии, она поможет ему восстановиться.

Егор покачал головой.

— А что будет с тобой?

Мутант промолчала.

Егор понял ответ.

— Нет.

— Егор...

— Я не возьму твою жизнь ради себя.

— Ты не понимаешь.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Я отдаю тебе не жизнь. Я отдаю тебе то, что осталось от моей силы.

На её ладони появилось небольшое пламя.

Оно было красным, но внутри него мерцали тёмные всполохи.

— Моя стихия тоже была изменена Хаосом. Именно поэтому она способна помочь твоему источнику.

— А если Хаос перейдёт ко мне?

Мутант посмотрела на его огонь.

— Он уже внутри тебя.

Егор замер.

— Тогда...

— Теперь тебе остаётся только научиться жить с ним.

Она прижала ладонь к его груди.

В тот же миг пламя вырвалось наружу.

Егор закричал.

Энергия мутанта потекла в него, словно раскалённая река. Она проникала прямо к источнику, окружая повреждённое ядро.

Внутри Егора вспыхнул свет.

Его магическое ядро покрылось сетью трещин.

— Оно... разрушается! — закричал Егор.

— Нет!

Мутант стиснула зубы.

— Оно перестраивается!

Трещины начали затягиваться.

Повреждённое ядро постепенно восстанавливалось, но уже не становилось прежним.

Вокруг него появилась тёмная оболочка.

Красная энергия смешалась с чёрными всполохами Хаоса.

А затем ядро вспыхнуло.

Егор резко открыл глаза.

Пламя вокруг его тела исчезло.

На несколько секунд воцарилась тишина.

Он посмотрел на свою ладонь.

Вспыхнул огонь.

Но теперь он был чёрным.

Не тёмно-красным.

Не багровым.

Абсолютно чёрным.

Его языки двигались почти беззвучно, словно пожирая окружающий свет.

Мутант смотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Получилось...

Егор поднял взгляд.

— Что со мной произошло?

Она тяжело выдохнула.

— Твой источник исцелился.

— Но мой огонь...

— Он больше не тот.

Егор медленно сжал ладонь.

Чёрное пламя стало ярче.

Мутант отвернулась.

— Уходи, Егор.

— Лира...

— Сейчас же.

Она посмотрела на него в последний раз.

— Пока Пустошь не успела изменить тебя так же, как изменила всё остальное.

Егор посмотрел на чёрное пламя.

А затем на бескрайнюю мёртвую землю вокруг.

Теперь он впервые по-настоящему понял её слова.

Пустошь не просто убивала.

Она превращала всё живое в часть себя.

И если он хотел остаться собой, ему нужно было выбраться отсюда.

Глава 37 Вяземск

Город затих.

Ещё несколько часов назад здесь гремели выстрелы, ревели двигатели бронетехники и раздавались команды солдат. Теперь над улицами стоял только запах гари.

Князь Батурин шёл по главной улице пешком.

Вокруг него медленно двигались военные машины. На обочинах стояли разбитые автомобили, некоторые здания были частично разрушены, а кое-где прямо посреди дороги лежали обломки стен.

Батурин остановился возле перекрёстка.

— Доклад.

К нему сразу подошёл помощник с планшетом.

— Город под нашим контролем. Основные силы противника уничтожены или отступили. Пожары локализованы.

Князь оглядел улицу.

— А гражданские?

— Эвакуация продолжается. Медики работают в восточном районе.

Батурин кивнул.

— Первое распоряжение. Открыть все городские больницы. Военных медиков направить туда же. Никого не оставлять без помощи.

— Есть.

— Второе. Немедленно восстановить электричество в жилых районах.

Помощник сделал запись.

— Электрики уже работают.

— Тогда дать им всю необходимую технику и людей.

Батурин пошёл дальше.

Остановившись возле разрушенного здания, он поднял голову.

От верхних этажей осталась только часть стены.

— Это что было?

— Жилой дом, князь. Третий корпус.

— Сколько квартир?

— Сто сорок две.

Батурин нахмурился.

— Организовать временное жильё для всех жителей. Контейнерные модули, гостиницы, общежития — что угодно. Люди не должны ночевать на улице.

— Будет исполнено.

Князь снова двинулся вперёд.

Рядом остановился чёрный внедорожник. Из него вышел ещё один помощник.

— Князь, инженерные подразделения ждут распоряжений.

— Передайте им: сначала дороги.

— Главные?

— Все.

Помощник удивлённо посмотрел на него.

— Даже второстепенные?

Батурин повернулся.

— Если по этой улице завтра должна проехать пожарная машина, значит, она должна быть проезжей.

— Понял.

— Затем вода, канализация и газ. После этого начинайте восстанавливать дома.

Он посмотрел на часы.

— Я хочу, чтобы к утру у меня был полный план восстановления города.

— За одну ночь?

Батурин посмотрел на разрушенную площадь.

— За одну ночь должен быть план. Не весь город.

Помощник кивнул.

Князь продолжил идти.

На площади уже работали солдаты и спасатели. Одни разбирали завалы, другие искали людей под обломками.

Батурин остановился рядом с группой рабочих.

— Что нашли?

— Двоих живых, князь. Сейчас передаём медикам.

— Хорошо.

Он оглянулся на площадь.

— Здесь восстановить всё полностью.

Помощник быстро уточнил:

— Только здания?

— Нет.

Батурин указал на разрушенный фонтан.

— Фонтан тоже.

Затем посмотрел на повреждённую дорогу.

— Деревья посадить заново. Фасады восстановить. Освещение заменить. Город должен выглядеть так, будто этой битвы никогда не было.

— Это займёт месяцы.

— Значит, работайте быстрее.

Помощник едва заметно улыбнулся.

— Постараемся.

Батурин посмотрел на него строго.

— Не постараетесь.

Он развернулся и продолжил идти.

— Сделаете.

Вдалеке уже завыли сирены.

Город начинал оживать.

Батурин шёл среди разрушений, отдавая распоряжение за распоряжением.

Он прекрасно понимал: победить в сражении — ещё не значит победить.

Настоящая победа наступит тогда, когда жители снова смогут открыть окна своих домов и увидеть перед собой не руины, а свой город.

Максим стоял возле временного пункта помощи. Рядом сидела девушка, которую они с Егором спасли во время сражения.

— Как думаешь, его найдут? — тихо спросила Анастасия.

Максим сразу понял, о ком она.

— Не знаю.

Он посмотрел вдаль.

— Прошло уже несколько часов. Никаких новостей о нём нет.

Анастасия опустила взгляд.

— Я видела, как мутант унесла его.

— Я тоже.

Максим помолчал.

— Она просто подняла Егора и понесла его прочь. Мы даже не успели понять, куда именно она направляется.

— Думаешь, она хотела его убить?

— Не знаю. Но если бы хотела, могла сделать это прямо там.

Анастасия кивнула.

Несколько секунд они молчали.

Затем Максим посмотрел на неё:

— Кстати, мы столько всего пережили, а я даже не спросил твоё имя.

— Анастасия.

— А фамилия?

Девушка немного помедлила.

— Воронцова.

Максим удивлённо посмотрел на неё.

— Воронцова?.. Ты дочь графа Воронцова?

Анастасия кивнула.

— Да.

Максим усмехнулся.

— Вот этого я точно не ожидал.

Анастасия посмотрела на разрушенный город.

— После сегодняшнего дня многое изменилось.

Максим ничего не ответил.

Они оба снова посмотрели туда, где несколько часов назад исчез мутант, унесший Егора.

И никто из них ещё не знал, что в этот самый момент с Егором происходило далеко за пределами города.

Глава 38 Там,где рождается хаос

Егор ещё долго стоял рядом с телом мутанта.

Он не мог заставить себя уйти.

Перед глазами всё ещё стояла её последняя улыбка.

— Лира...

Имя сорвалось с его губ почти шёпотом.

Ответа не было.

Егор медленно поднялся.

Он посмотрел на свою ладонь.

На ней вспыхнуло пламя.

Чёрное.

Егор нахмурился.

— Значит, это теперь моё...

Он сжал пальцы, и пламя исчезло.

Егор ещё раз взглянул на Лиру, после чего развернулся и пошёл дальше.

Единственное, что оставалось ему, — следовать вдоль ручья.

Вода была холодной и удивительно чистой для Пустоши. Она текла между серых камней, петляя среди мёртвых деревьев.

Егор шёл уже несколько часов.

Пустошь вокруг постепенно становилась тише.

Слишком тише.

Он остановился.

Прислушался.

Ничего.

Только журчание воды.

Егор продолжил идти.

Через несколько минут ручей вывел его к небольшой каменной низине.

И там он его увидел.

Посреди русла стояло существо.

Оно напоминало огромного зверя, покрытого каменными пластинами.

Камнеспин.

Егор видел изображения подобных существ в книгах, но вживую оно оказалось намного больше, чем он представлял.

Высотой почти с человеческий рост, с массивным телом и четырьмя толстыми лапами. На спине возвышались неправильные каменные наросты, напоминавшие небольшие валуны.

Но странным было другое.

Камнеспин был один.

Он стоял у воды и пил.

Егор замер.

Существо подняло голову.

И посмотрело прямо на него.

Глава 39 Стая

Камнеспин поднял голову.

Егор остановился.

Они встретились взглядами.

Несколько секунд оба не двигались.

Жёлтые глаза существа внимательно изучали Егора. Каменные пластины на его спине были покрыты трещинами, а на боку виднелась глубокая рана.

Егор медленно поднял руки.

— Спокойно. Я не собираюсь тебя трогать.

Камнеспин тихо зарычал.

Егор сделал шаг назад.

И вдруг почувствовал странное ощущение.

Будто кто-то коснулся его сознания.

Он вздрогнул.

Перед глазами на мгновение возник образ.

Мёртвая Пустошь.

Одинокий камнеспин, бредущий среди разрушенных деревьев.

Холод.

Боль.

Страх.

Затем образ исчез.

Егор посмотрел на зверя.

— Это ты мне показываешь?

Камнеспин продолжал смотреть на него.

Егор снова почувствовал чужие эмоции.

Одиночество.

Настороженность.

Боль.

Но за ними скрывалось ещё что-то.

Потеря.

Егор медленно опустился на землю.

— Ты кого-то потерял?

Камнеспин слегка опустил голову.

В сознании Егора появился новый образ.

Другой камнеспин.

Большой.

Сильный.

Он стоял рядом с этим зверем.

Затем вспышка.

Грохот.

Тёмные существа.

И огромная стая, исчезающая в пыли.

Последний оставшийся камнеспин уходил прочь один.

Егор понял.

— Твоя стая...

Камнеспин посмотрел ему прямо в глаза.

Егор почувствовал его ответ.

Да.

Он остался один.

Егор отвёл взгляд.

Перед ним возникло воспоминание о Лире.

Мутант.

Её лицо.

Её голос.

Её рука, прижатая к его груди.

И чёрное пламя, которое родилось после передачи энергии.

Егор тихо сказал:

— Я тоже потерял того, кто помог мне.

Камнеспин внимательно смотрел на него.

— Её звали Лира.

Егор почувствовал, что зверь не понимает имени, но понимает главное.

Лира была важна для него.

Камнеспин приблизился.

Егор не отступил.

Массивная голова остановилась возле его руки.

Егор осторожно коснулся каменной пластины.

И в этот момент связь стала сильнее.

Егор почувствовал не только эмоции камнеспина.

Он почувствовал его боль.

А камнеспин почувствовал боль Егора.

На несколько секунд они просто стояли рядом.

Человек и мутант.

Два существа, потерявшие тех, кто был им дорог.

Егор медленно убрал руку.

— Значит, теперь мы оба одни.

Камнеспин тихо фыркнул.

Егор неожиданно улыбнулся.

— Хотя... может, уже нет.

Камнеспин поднял голову.

Егор встал.

И вдруг зверь резко напрягся.

Через связь Егор мгновенно почувствовал его страх.

Он обернулся.

— Что там?

Камнеспин смотрел в сторону мёртвого леса.

Егор почувствовал новое предупреждение.

Опасность.

Где-то впереди раздался треск.

Затем ещё один.

Егор поднял руку.

Между его пальцами вспыхнуло чёрное пламя.

— Хорошо.

Камнеспин встал рядом.

— Посмотрим, что там.

Теперь они шли вместе.

И Егор впервые понял, что энергия Хаоса дала ему не только новую силу.

Она позволила ему почувствовать другое существо.

Понять его боль.

И, возможно, обрести нового союзника в этом мёртвом мире.

Треск веток становился всё громче.

Егор остановился.

Камнеспин напрягся.

Из мёртвого леса донёсся протяжный рык.

Затем второй.

Третий.

Егор медленно огляделся.

Между чёрных стволов начали появляться жёлтые глаза.

Сначала несколько.

Потом десятки.

— Их... слишком много, — тихо произнёс Егор.

Из леса вышли первые мутанты.

Один напоминал огромного волка, но его тело было изуродовано Хаосом. Передние лапы были непропорционально длинными, а спину покрывали костяные пластины. Между ними пульсировало багровое свечение.

Рядом показался зверь, похожий на гигантскую гиену. Его серую кожу покрывали наросты, а из плеч торчали длинные костяные шипы.

За ними двигались шестилапые существа с длинными телами и изогнутыми когтями.

А в глубине стаи показался самый крупный мутант.

Он напоминал огромного медведя, но был почти вдвое выше человека. Его тело покрывали толстые костяные пластины, а из пасти торчали длинные клыки.

Егор невольно сделал шаг назад.

Он никогда раньше не видел ничего подобного.

Камнеспин низко зарычал.

Егор почувствовал через их связь тревогу.

— Я понял...

Один из мутантов сорвался с места.

— Чёрт!

Егор выставил руку.

Он даже не знал, что собирается сделать.

Просто почувствовал знакомое тепло внутри.

Его источник отозвался.

Чёрное пламя вспыхнуло на ладони.

— Получилось...

Егор инстинктивно толкнул руку вперёд.

Пламя сорвалось с неё.

Удар пришёлся рядом с мутантом и отбросил его в сторону.

Егор удивлённо посмотрел на собственную ладонь.

— Я даже не знал, что так можно.

Новый мутант прыгнул на него.

Егор попытался повторить движение.

Но на этот раз огонь лишь вспыхнул на пальцах и исчез.

— Давай же!

Мутант оказался совсем близко.

Камнеспин ударил его боком и отбросил.

Егор тяжело выдохнул.

Через связь пришло ощущение направления.

Слева.

Егор резко повернулся.

Едва успел выставить руку.

Когти ударили по появившемуся перед ним огненному щиту.

Щит возник сам.

Егор даже не понял, как это сделал.

Удар отбросил его на несколько шагов.

— Я этого не делал...

Он посмотрел на руку.

Чёрное пламя снова начало появляться.

На этот раз Егор не стал пытаться управлять им.

Он просто позволил энергии двигаться так, как она хотела.

Огонь обвил его предплечье.

Егор шагнул вперёд и ударил.

Вспышка отбросила мутанта.

— Значит, вот как это работает...

Он ещё не понимал магию.

Не знал правильных заклинаний.

Не умел контролировать силу.

Но его тело постепенно училось само.

Камнеспин тем временем сражался сразу с двумя мутантами.

Егор почувствовал его боль.

— Держись!

Он попытался вызвать огонь.

Ничего.

— Чёрт...

Он сосредоточился.

Представил пламя.

Не заклинание.

Не технику.

Просто огонь.

Вспышка.

На ладони снова появилось чёрное пламя.

Егор резко направил его вперёд.

Удар пришёлся в одного из мутантов.

Камнеспин воспользовался моментом и сбил второго.

Егор посмотрел на него.

— Получается, мы можем работать вместе.

В ответ пришло короткое ощущение согласия.

Но времени радоваться не было.

Из леса вышли новые мутанты.

Егор посмотрел на них и тяжело выдохнул.

— Только начал разбираться с этой силой, а уже такая толпа...

Самый крупный зверь зарычал.

Егор почувствовал, как внутри него снова просыпается энергия.

Он не знал, что произойдёт, если выпустит её полностью.

Но сейчас выбора не было.

Он поднял руку.

Чёрное пламя медленно закрутилось вокруг пальцев.

— Ладно...

Егор посмотрел на камнеспина.

— Давай попробуем выжить.

Глава 40 Дорога к людям

Последний мутант рухнул на землю.

Вокруг снова воцарилась тишина.

Егор тяжело дышал, опираясь рукой на колено. На его одежде появились новые разрывы, а по руке стекала кровь из неглубокой царапины.

Он оглянулся.

Стая больше не двигалась.

Камнеспин стоял неподалёку. Его каменная броня была покрыта свежими трещинами, но он оставался на ногах.

— Ты жив? — спросил Егор.

Камнеспин повернул голову.

Через их связь пришло ощущение усталости.

Егор усмехнулся.

— Я тоже.

Он выпрямился и посмотрел вокруг.

Пустошь снова казалась бесконечной.

Мёртвые деревья.

Серые камни.

Туман вдали.

И ни одного признака людей.

Егор тяжело вздохнул.

— Мне нужно выбраться отсюда.

Камнеспин внимательно посмотрел на него.

Егор на секунду задумался.

— Ты ведь знаешь эту Пустошь?

В ответ пришёл образ.

Ручьи.

Скалы.

Долгая дорога через лес.

А затем далёкие огни.

Егор сразу понял.

— Там люди?

Камнеспин передал ощущение подтверждения.

Егор впервые за долгое время почувствовал облегчение.

— Тогда проведи меня к ним.

Камнеспин некоторое время смотрел на него.

Егор протянул руку и положил ладонь на его каменную морду.

— Я не знаю, куда идти.

Он посмотрел на чёрное пламя, которое всё ещё едва заметно мерцало на пальцах.

— Я недавно оказался в этом мире. Я не знаю его правил, не умею нормально пользоваться магией и вообще понятия не имею, что со мной происходит.

Егор убрал руку.

— Но мне нужно найти людей.

Через связь пришло спокойное ощущение.

Камнеспин развернулся и пошёл вдоль ручья.

Сделав несколько шагов, он остановился и посмотрел назад.

Егор улыбнулся.

— Иду.

Он пошёл следом.

Впервые с момента попадания в Пустошь Егор шёл не один.

Впереди двигался камнеспин.

Позади оставалась мёртвая земля.

А где-то впереди, за Пустошью, были люди.

И, возможно, путь домой.

Они шли уже несколько часов.

Егор старался не отставать от камнеспина, но постепенно начал чувствовать усталость.

После сражения тело требовало еды.

Очень сильно.

— Если честно... я ужасно голоден.

Камнеспин остановился и повернул голову.

Егор усмехнулся.

— Не знаю, понимаешь ли ты меня.

Зверь несколько секунд смотрел на него, а затем свернул с ручья.

— Эй, куда ты?

Камнеспин подошёл к низкому кусту, который почти полностью сливался с серой землёй.

Он ткнулся мордой в несколько небольших тёмных ягод.

Егор присел.

— Это можно есть?

Камнеспин съел одну ягоду.

Егор внимательно посмотрел на него.

— Хороший способ проверки.

Он сорвал одну ягоду и осторожно попробовал.

Вкус оказался неожиданно сладким.

— Нормально.

Егор съел ещё несколько.

— Если бы не ты, я бы, наверное, уже начал есть что-нибудь ядовитое.

Камнеспин пошёл дальше.

Через некоторое время он снова остановился.

На этот раз возле небольшого углубления между камнями.

В нём собиралась вода.

Камнеспин наклонился и сделал несколько глотков.

Егор подошёл.

— Здесь можно пить?

Зверь посмотрел на него.

Егор осторожно набрал воду ладонью.

Она была холодной и чистой.

Он сделал небольшой глоток.

Потом ещё один.

— Вкуснее любой воды, которую я пил раньше.

Камнеспин продолжил путь.

Постепенно Егор начал замечать закономерность.

Камнеспин останавливался возле определённых растений, показывал ему съедобные плоды, отводил от грибов и не позволял подходить к некоторым участкам воды.

Однажды Егор заметил ярко-красные плоды на низком кусте.

— А это?

Камнеспин резко зарычал.

Егор остановился.

— Я понял. Нельзя.

Он уже хотел уйти, но заметил рядом с кустом небольшой трупик зверька.

— Теперь понятно.

Через несколько часов Егор уже почти не задавал вопросов.

Если камнеспин шёл к воде — значит, там можно было пить.

Если останавливался возле растения — Егор ждал.

Если рычал и отводил его в сторону — Егор не спорил.

Так прошёл ещё один день.

Когда начало темнеть, камнеспин привёл Егора к небольшому выступу скалы.

Под ним находилось углубление, защищённое от ветра.

— Здесь будем ночевать?

Камнеспин лёг.

Егор сел рядом.

Он посмотрел на небо.

Звёзды в этом мире были другими.

Егор долго молчал.

— Знаешь...

Камнеспин поднял голову.

— Я ведь даже не знаю, сколько дней уже нахожусь здесь.

Егор посмотрел на свою ладонь.

Между пальцами появилось маленькое чёрное пламя.

— Сначала я думал, что мне просто нужно найти дорогу обратно.

Он сжал кулак.

— А теперь даже не знаю, получится ли это.

Камнеспин приблизился и положил массивную голову рядом с ним.

Через связь Егор почувствовал спокойствие.

Никаких слов.

Просто ощущение: ты не один.

Егор улыбнулся.

— Спасибо.

На следующий день они снова отправились в путь.

Камнеспин шёл впереди и время от времени останавливался, чтобы показать Егору безопасные места для отдыха, воду и пищу.

Егор постепенно учился выживать.

Он уже знал, какие ягоды можно есть.

Какие растения лучше обходить.

Где искать воду.

И главное — он больше не чувствовал себя беспомощным человеком, заброшенным в неизвестный мир.

У него появился проводник.

И новый друг.

А впереди их всё ещё ждала дорога через Пустошь.

Глава 41 За тех, кто не вернулся

К вечеру колонна автомобилей вошла на территорию княжеского поместья в Москве.

Первым во двор въехал автомобиль князя Батурина.

За ним следовали машины охраны и сопровождающих.

У главного входа уже собрались родственники, слуги и представители рода.

Как только машина остановилась, Батурин вышел наружу.

— Князь вернулся! — раздался чей-то голос.

Несколько человек приветственно склонили головы.

Батурин спокойно оглядел собравшихся.

После нескольких дней боёв он выглядел уставшим, но держался уверенно.

Рядом из машины вышел Максим.

— Дед, наконец-то дома, — сказал он, оглядывая поместье.

Батурин положил руку ему на плечо.

— Дома.

Их встретили как победителей.

Люди поздравляли князя с освобождением города, благодарили за спасение жителей и спрашивали о дальнейших планах.

Батурин отвечал коротко.

— Город восстановим.

— Потери?

— Слишком большие.

— А враг?

— Больше не представляет угрозы.

Максим стоял рядом и слушал.

Но среди всех встречающих была одна девушка, которая почти не обращала внимания на князя.

Настя стояла у входа и смотрела на прибывающие машины.

Она ждала только одного человека.

Егора.

Одна машина.

Вторая.

Третья.

Настя внимательно всматривалась в каждую.

Но его нигде не было.

Она посмотрела на Максима.

Он вышел из машины.

Следом появился Батурин.

Егора не было.

Настя почувствовала, как внутри всё сжалось.

— А где Егор?.. — тихо произнесла она.

Максим услышал её, но не сразу ответил.

Настя уже поняла.

Он не вернулся.

Она опустила взгляд.

Вокруг продолжались поздравления.

Кто-то улыбался.

Кто-то рассказывал о победе.

Князя окружали люди.

Но Настя больше ничего этого не слышала.

Она развернулась и молча пошла в сторону дома.

— Настя! — окликнул её Максим.

Она остановилась, но не обернулась.

— Я устала.

— Подожди...

— Потом.

Она продолжила идти.

Поднялась по лестнице и скрылась в доме.

Зайдя в свою комнату, Настя закрыла дверь.

Только тогда она позволила себе показать, насколько сильно расстроена.

Она подошла к окну.

Внизу продолжалась встреча победителей.

Но её интересовал только один человек.

Егор.

Она надеялась увидеть его среди вернувшихся.

Надеялась, что он выйдет из последней машины.

Надеялась,, что Максим скажет:

«Он приехал».

Но этого не произошло.

Настя медленно села на кровать.

— Где же ты?.. — прошептала она.

За окном продолжали звучать голоса.

Все праздновали победу.

А для Насти этот вечер победой не был.

Вечером в поместье накрыли большой стол.

За ним собрались родственники князя, приближённые и несколько доверенных людей рода Батуриных.

После возвращения князя в доме царило оживление. Все обсуждали битву, освобождение города и то, как теперь будет проходить восстановление.

Князь Батурин поднялся.

Разговоры сразу стихли.

Он взял бокал и оглядел присутствующих.

— Сегодня мы вернулись домой.

Князь сделал небольшую паузу.

— Город отстояли. Но не все, кто отправился туда вместе с нами, вернулись обратно.

Он поднял бокал.

— За тех, кто погиб, защищая город.

Все присутствующие подняли бокалы.

— За погибших.

Батурин сделал глоток и сел.

Несколько секунд за столом стояла тишина.

Затем поднялся Максим.

— Я хочу добавить ещё один тост.

Все посмотрели на него.

— За Егора.

За столом повисла неловкая пауза.

Некоторые переглянулись.

Для большинства присутствующих Егор никогда не был кем-то значимым. Он был простым парнем, человеком, который оказался при семье Батуриных. Для некоторых он и вовсе оставался всего лишь слугой.

Максим продолжил:

— Он спас девушку во время сражения. А потом мутант унесла его.

Один из присутствующих тихо произнёс:

— Если мутант унесла его в Пустошь, шансов мало.

Другой мужчина лишь пожал плечами.

— Вряд ли он выжил.

Максим нахмурился.

— Я видел его живым.

— Несколько часов назад, — спокойно ответил мужчина. — После такого никто не знает, что с ним произошло.

Максим сжал бокал.

— Но он заслуживает того, чтобы мы его вспомнили.

Батурин ничего не сказал.

Он лишь посмотрел на внука.

Максим поднял бокал.

— За Егора.

Несколько человек нехотя подняли свои бокалы.

Не потому, что верили в его спасение.

Не потому, что считали его своим.

Они сделали это из уважения к Максиму.

И потому, что за столом сидел князь Батурин.

— За Егора, — произнесли несколько голосов.

Батурин тоже поднял бокал.

— За него.

Максим сделал глоток.

Он заметил, что некоторые сразу опустили бокалы и вернулись к разговору о восстановлении города.

Для них всё было просто.

Егор погиб.

О нём поговорили.

И на этом всё.

Только Максим не мог принять эту мысль.

Он слишком хорошо знал Егора.

И пока никто не видел его тела, Максим отказывался считать его погибшим.

Глава 42 Дорога через пустошь

Дорога через Пустошь перестала быть дорогой уже на второй день.

Сначала Егор ещё пытался держаться привычного направления — идти вдоль ручья, не слишком удаляясь от воды. Но очень быстро понял: здесь нельзя просто идти вперёд.

Пустошь жила по своим правилам.

Утром земля могла быть твёрдой и сухой, покрытой серым мхом. К вечеру на том же месте из трещин вырастали тонкие чёрные стебли, которые шевелились даже без ветра.

Камнеспин каждый раз останавливался первым.

Он напрягал массивное тело, поднимал голову и прислушивался.

Егор уже научился понимать эти движения.

— Опасность?

Камнеспин поворачивал голову.

И Егор чувствовал ответ.

Не слово.

Только образ.

Глубоко под землёй что-то двигалось.

— Тогда обходим.

Они сворачивали.

Иногда на сотню метров.

Иногда приходилось делать большой крюк в несколько километров.

Один раз Камнеспин привёл Егора к огромному оврагу.

На его дне лежали кости.

Много костей.

Некоторые принадлежали животным, которых Егор даже не мог представить. Другие были похожи на человеческие.

Камнеспин долго смотрел вниз.

Егор почувствовал от него тревогу.

— Здесь кто-то охотится?

Ответом стало короткое ощущение страха.

А затем образ.

Из земли вырывается длинная пасть.

Егор невольно сделал шаг назад.

— Понял.

Они ушли.

---

Еда стала отдельной проблемой.

На третий день Егор впервые понял, насколько голоден.

Запасов у него не было.

Никакого рюкзака, никакой еды.

Только одежда, оружие и магия.

И последняя пока тоже не отличалась надёжностью.

Он нашёл куст с тёмно-синими ягодами.

— Это можно?

Камнеспин подошёл, понюхал куст и отвернулся.

Егор посмотрел на него.

— Значит, нельзя.

Он уже собирался идти дальше, но одна ягода упала ему под ноги.

Егор наклонился.

В этот момент Камнеспин резко ударил лапой по земле.

Егор отскочил.

Из-под куста выскочило маленькое существо размером с ладонь.

Оно напоминало смесь крысы и ящерицы. Длинное тело, четыре тонкие лапы и пасть, раскрывавшаяся слишком широко.

Существо метнулось к Егору.

Он инстинктивно выбросил руку.

В ладони вспыхнуло чёрное пламя.

Существо мгновенно отшатнулось.

Егор замер.

Он сам не ожидал, что огонь появится.

— Я всё ещё не понимаю тебя...

Чёрное пламя дрогнуло над ладонью.

Егор сжал пальцы.

Огонь исчез.

Камнеспин смотрел на него.

Егор почувствовал что-то похожее на спокойное одобрение.

— Да, я тоже удивлён.

---

На четвёртый день начался дождь.

Но дождь в Пустоши оказался совсем не таким, каким Егор его помнил.

Сначала с неба упали редкие тяжёлые капли.

Одна попала на камень.

Камень зашипел.

Егор отдёрнул руку.

На поверхности осталась тёмная отметина.

— Серьёзно?..

Камнеспин резко потянул его в сторону.

Они спрятались под нависающей скалой.

Дождь усилился.

Вода стекала по земле тонкими дымящимися ручьями.

Егор молча смотрел наружу.

— Если бы мы остались там...

Камнеспин ничего не ответил.

Но Егор и так понял.

Они просидели под скалой почти несколько часов.

Когда дождь закончился, Пустошь изменилась.

Туман поднялся над землёй.

В нём двигались силуэты.

Сначала Егор решил, что это деревья.

Потом один силуэт повернул голову.

— Там кто-то есть.

Камнеспин напрягся.

Из тумана донёсся протяжный вой.

Егор почувствовал знакомое давление в груди.

Мутанты.

Несколько.

Камнеспин показал ему образ — три огромные фигуры, идущие по следу.

— Они нас ищут?

Ответ пришёл сразу.

Да.

— Тогда уходим.

Они двинулись в другую сторону.

Но мутанты уже почувствовали их.

Впереди раздался хруст.

Егор остановился.

Слева — движение.

Справа — ещё одно.

Камнеспин встал перед ним.

Егор поднял руку.

Внутри что-то шевельнулось.

Жар.

Не тот, к которому он привык.

Чёрный.

Густой.

Почти живой.

— Давай...

Пламя вспыхнуло.

Но вместо привычного огненного выброса оно расползлось по земле тонкими чёрными языками.

Егор удивлённо посмотрел вниз.

— Я этого не делал.

Из тумана выскочил мутант.

Камнеспин встретил его ударом.

Егор рванулся вперёд.

Он не знал техники.

Не знал названий заклинаний.

Не знал, как правильно использовать силу.

Он просто чувствовал.

Когда нужно было ударить — тянулся к жару.

Когда нужно было защититься — пытался представить стену.

Когда становилось страшно — огонь сам становился сильнее.

И постепенно Егор начал понимать главное.

Магия не была для него набором правил.

По крайней мере пока.

Она была продолжением инстинкта.

И Пустошь заставляла его этот инстинкт развивать.

---

Через несколько дней Камнеспин уже почти не отходил от него.

Егор научился различать его настроение.

Тревога.

Голод.

Усталость.

Опасность.

Иногда — любопытство.

Иногда Камнеспин специально останавливался возле растений и ждал.

Если Егор ошибался, связь передавала ему короткий образ.

Горький вкус.

Боль в животе.

Тёмную воду.

Они учились друг у друга.

Камнеспин показывал ему Пустошь.

Егор учился доверять.

Однажды они вышли к озеру.

Вода казалась чистой.

Егор уже хотел подойти.

Камнеспин резко преградил ему дорогу.

В голове Егора вспыхнул образ.

Озеро.

Тишина.

А затем из глубины поднимается огромное существо.

Егор медленно отступил.

— Ладно.

Он посмотрел на Камнеспина.

— Воду здесь не пьём.

Они пошли дальше.

---

На седьмой день Егор впервые увидел дым.

Он остановился.

Далеко впереди, за низкими холмами, в серое небо поднималась тонкая полоса дыма.

Егор почувствовал, как сердце забилось быстрее.

Люди.

Возможно.

Он посмотрел на Камнеспина.

Тот тоже заметил дым.

Но радости в его эмоциях не было.

Только настороженность.

Они двинулись вперёд осторожнее.

Через некоторое время Егор увидел следы.

Человеческие.

Несколько человек.

Свежие.

На земле отпечатались тяжёлые подошвы.

Рядом остались следы от колёс.

Егор присел и коснулся земли.

— Значит, здесь действительно кто-то есть.

Камнеспин подошёл ближе.

И в сознании Егора появился образ.

Несколько людей.

Оружие.

Защитные костюмы.

Они двигались цепью и что-то искали.

Егор нахмурился.

— Они охотятся на мутантов?

Камнеспин показал другой образ.

Человеческая фигура.

Клетка.

Камнеспин резко отступил.

Егор почувствовал его страх.

— Они ловят вас?

Ответ был слабым, но ясным.

Да.

Егор посмотрел на дым.

Потом на следы.

Потом на своего необычного спутника.

Ещё несколько дней назад он мечтал найти людей.

Теперь впервые задумался:

а что, если люди окажутся опаснее мутантов?

Он поднялся.

— Ладно. Проверим.

Камнеспин посмотрел на него.

— Только сначала посмотрим издалека.

Они двинулись к холмам, стараясь не оставлять следов.

Пустошь вокруг снова была тихой.

Но теперь Егор знал:

за следующим холмом его мог ждать путь домой.

Или новая охота.

Глава 43 Охотники

Егор и Камнеспин медленно поднялись на холм.

Дым, который они заметили издалека, оказался костром.

Но костёр был не один.

Внизу, на небольшой открытой площадке, находились люди.

Егор насчитал семерых.

Все были вооружены. У нескольких за спиной висели длинные клинки, у других — арбалеты и какие-то магические устройства.

На одежде каждого был один и тот же знак: круг с изображением головы мутанта, перечёркнутой двумя клинками.

Егор остановился.

— Люди...

Камнеспин тоже замер.

Один из охотников заметил их почти сразу.

— Там кто-то есть!

Все семеро обернулись.

На несколько секунд никто не произнёс ни слова.

Один охотник медленно опустил кружку.

— Это...

— Человек, — тихо сказал другой.

— Я вижу, что человек.

— В Пустоши?

После этих слов все посмотрели на Камнеспина.

Тишина стала ещё тяжелее.

— И мутант, — произнёс кто-то.

Старший охотник уже выхватил меч.

— Оружие.

Клинки вышли из ножен.

Арбалеты поднялись.

Магические устройства загудели.

Егор поднял руки.

— Подождите. Я не...

— Стой!

Крик заставил его замолчать.

— Не двигайся, — сказал старший охотник. — И от мутанта отойди.

Егор посмотрел на Камнеспина.

— Он со мной.

Несколько охотников переглянулись.

— Чего?

— Он со мной.

— Ты его привёл?

— Нет.

— Тогда почему он рядом с тобой?

Егор пожал плечами.

— Так получилось.

Один из охотников нервно усмехнулся.

— «Так получилось»...

— Закрой рот, — тихо бросил ему товарищ.

— Да я просто...

— Тихо.

Старший не сводил взгляда с Камнеспина.

— Он тебя не трогает?

— Нет.

— Совсем?

— Совсем.

Охотник посмотрел на остальных.

— Кто-нибудь видел такое?

— Никогда.

— Я тоже.

— А если он его контролирует?

— Как?

— Не знаю. Магией?

Старший резко поднял руку.

— Хватит гадать.

Он снова посмотрел на Егора.

— Как тебя зовут?

— Егор.

— Один?

Егор на секунду замялся.

— Сейчас — да.

Охотник нахмурился.

— Где остальные?

— Не знаю.

— Ты один пришёл?

— Да.

— Из города?

— Нет.

— Тогда откуда?

Егор посмотрел на Пустошь за своей спиной.

— Оттуда.

Охотник несколько секунд смотрел на него.

— Сколько ты там был?

— Несколько дней.

Один из молодых охотников тихо выругался.

— Несколько дней...

— Что?

— Ничего.

— Нет, скажи.

Молодой охотник покачал головой.

— Забудь.

Старший бросил на него короткий взгляд.

— Дай ему закончить.

Он снова обратился к Егору:

— Как ты выжил?

Егор посмотрел на Камнеспина.

— Не один.

Охотники снова перевели взгляд на мутанта.

— Он тебе помог?

— Да.

— Почему?

Егор нахмурился.

— Не знаю.

— Ты с ним разговариваешь?

— Иногда.

Один из охотников тихо произнёс:

— Мы сейчас серьёзно это обсуждаем?

— Похоже, да, — ответил другой.

Камнеспин вдруг сделал шаг вперёд.

Оружие мгновенно поднялось.

— Стоять!

Мутант замер.

Егор почувствовал его тревогу.

— Спокойно.

Камнеспин посмотрел на него и отступил.

Охотники переглянулись.

— Он тебя послушал...

— Видел.

— Но как?

— Не знаю.

Старший медленно опустил меч.

— Ладно.

Он посмотрел на Камнеспина ещё раз.

— Очень странно.

— Что именно? — спросил Егор.

— Всё.

Один из охотников фыркнул.

— Особенно то, что ты ещё жив.

— Спасибо.

— Я не в плохом смысле.

— А в каком?

Охотник задумался.

— Сам не знаю.

Несколько человек усмехнулись, и напряжение на мгновение немного спало.

Но ненадолго.

Егор почувствовал на себе десятки настороженных взглядов.

Старший охотник первым нарушил тишину:

— Хорошо. Допустим, ты не врёшь.

— Я не вру.

— Допустим.

Он указал на Камнеспина.

— Тогда объясни мне одну вещь.

— Какую?

— Почему мутант, которого любой охотник здесь должен был бы убить при первой встрече, стоит рядом с тобой и ведёт себя как ручной?

Егор посмотрел на Камнеспина.

Тот спокойно сидел рядом.

— Он не ручной.

Старший усмехнулся.

— Вот это меня и беспокоит.

В этот момент один из охотников заметил огонь на ладони Егора.

— Эй...

Все повернулись.

Между пальцами Егора горело чёрное пламя.

На этот раз никто не пошутил.

— Это что? — тихо спросил молодой охотник.

Егор посмотрел на свою руку.

— Магия.

Старший охотник нахмурился.

— Чёрная?

— Наверное.

— «Наверное»?

— Я сам не знаю, как она работает.

Охотники молча переглянулись.

— Вот теперь, — тихо сказал один из них, — мне совсем не нравится эта история.

Старший не ответил.

Он смотрел то на чёрное пламя, то на Камнеспина.

Потом убрал меч.

— Ладно.

Егор чуть расслабился.

— Вы поможете мне выбраться?

— Поможем.

Охотник кивнул в сторону лагеря.

— Но сначала ты расскажешь, где нашёл этого зверя.

Он снова посмотрел на Камнеспина.

— И что с тобой произошло в Пустоши.

— Хорошо.

Егор сделал шаг вниз.

Камнеспин последовал за ним.

Старший охотник сразу остановил его:

— Эй. Мутант остаётся здесь.

Камнеспин замер.

Егор тоже.

— Нет.

— Что?

— Он идёт со мной.

Охотник посмотрел на него несколько секунд.

— Парень...

Егор поднял взгляд.

— Он мой друг.

Охотники снова переглянулись.

На этот раз никто не засмеялся.

Старший тяжело вздохнул.

— Вот это мы потом и будем решать.

Старший охотник не спешил опускать оружие. Он внимательно смотрел на Егора, потом на камнеспина, стоявшего рядом.

— Ладно. Начнём сначала. Кто ты?

— Егор.

— Фамилия?

— Рудов.

Охотник нахмурился.

— Рудов... Не слышал. Откуда ты?

Егор на секунду задумался.

— Из Вяземска.

При этих словах несколько охотников переглянулись.

— Из Вяземска? — переспросил один из них.

— Да.

Старший сделал шаг ближе.

— Тогда объясни, как ты оказался здесь.

Егор посмотрел в сторону Пустоши.

— Меня унес мутант.

— Какой?

— Не знаю.

— Как не знаешь?

— Я не успел его рассмотреть.

Охотник помолчал.

— Хорошо. Давай по порядку. Где он тебя унёс?

— В Вяземске.

— Прямо из города?

— Да.

— Когда?

— Во время сражения.

Старший обменялся взглядом с одним из своих людей.

— Подожди. Ты хочешь сказать, что был в Вяземске во время нападения?

— Да.

— На стене был?

— Сначала на стене. Потом нас отправили внутрь.

— «Нас»?

— Меня и ещё одного парня. Максима.

— Максим?

— Он из семьи Бату́риных.

Охотники снова переглянулись.

— Продолжай.

— В городе шёл бой. Мы помогали людям. Потом увидели девушку. На неё напал мутант. Мы вмешались.

— Какой мутант?

— Не знаю точно. Большой. Он был сильный.

— И что дальше?

Егор ненадолго замолчал.

— Мы отбились. Но потом появился другой.

— Тот, который тебя унёс?

— Да.

— Что за мутант?

— Летающий.

— Летающий?

— Да. Он схватил меня и поднял в воздух.

— И куда понёс?

— Сначала за стены. Потом дальше. В Пустошь.

Один из охотников тихо выругался.

— Сколько времени ты был в воздухе?

— Не знаю.

— А потом?

— Потом я упал в реку.

— Живым?

— Как видишь.

Охотник посмотрел на Егора с ног до головы.

Одежда была потрёпана, местами покрыта грязью и засохшей кровью.

— Это уже видно.

Старший продолжил:

— Что было после реки?

— Я пытался уйти от мутантов. Их было много. Потом встретил одну...

Егор замолчал.

— Одну кого?

— Мутанта.

Охотники насторожились.

— И она тебя не тронула?

— Нет.

— Почему?

— Она была ранена. И могла разговаривать со мной.

— Разговаривать?

— Не словами. Через сознание.

На лицах охотников появилось недоверие.

— Псионик? — тихо спросил один.

Егор кивнул.

— Наверное.

— Что с ней стало?

Егор опустил взгляд.

— Она умерла.

Несколько секунд никто не говорил.

Старший не стал расспрашивать дальше.

Вместо этого он посмотрел на камнеспина.

— А его ты встретил после неё?

— Да.

— Где?

— Возле реки.

— И он тебя тоже не атаковал?

— Нет.

— Странно.

Егор пожал плечами.

— Здесь вообще много странного.

Охотник впервые слегка усмехнулся.

— С этим не поспоришь.

Он снова стал серьёзным.

— Значит, ты из Вяземска. Во время нападения оказался в Пустоши. Несколько дней выживал здесь и встретил этого камнеспина.

— Да.

— Сколько дней?

— Не знаю точно. Несколько.

— А обратно в Вяземск почему не пошёл?

Егор посмотрел на него.

— Потому что не знаю, где он.

Охотник замер.

— В смысле?

— Я не знаю, в какой стороне Вяземск.

Теперь даже те, кто до этого молчал, посмотрели на него внимательнее.

— Ты столько времени был в Пустоши и не знаешь, где находишься?

— Нет.

Старший медленно выдохнул.

— Тогда тебе повезло встретить нас.

Егор кивнул.

— Похоже на то.

Охотник посмотрел на камнеспина.

— Хотя я до сих пор не понимаю, почему он тебя не съел.

Камнеспин тихо зарычал.

Егор повернул голову к зверю.

— Думаю, ему не нравится этот вопрос.

Несколько охотников невольно усмехнулись.

Старший покачал головой.

— Ладно. С этим разберёмся потом.

Он убрал оружие чуть ниже.

— А сейчас расскажи мне всё, что помнишь о нападении на Вяземск. Особенно о том, сколько там было мутантов и откуда они пришли.

Глава 44 Возвращение из Пустоши

Рассказ у костра

Старший охотник присел на поваленное бревно и жестом предложил Егору занять место напротив. Остальные расположились неподалёку. Оружие они далеко не убирали, но теперь направлять его на незнакомца никто не спешил.

Камнеспин устроился возле скал. Его массивная фигура почти сливалась с окружающими камнями. Время от времени он поворачивал голову в сторону людей, прислушиваясь к разговору.

— Ладно, парень, начнём сначала, — произнёс старший охотник. — Меня зовут Гром. Я командую этим отрядом. А теперь расскажи, кто ты и как оказался в Пустоши.

— Егор Рудов. Я из Вяземска.

Гром нахмурился.

— Из Вяземска? Это который недавно подвергся нападению мутантов?

— Да. Я там был.

Охотники переглянулись.

— Мы слышали об этом сражении, — сказал рыжеволосый мужчина. — Говорили, город едва не потеряли. Потери большие?

— Не знаю, сколько именно. Когда я там находился, бой ещё продолжался.

— Ты сам участвовал в сражении?

— Да. Сначала мы были на стене. Потом нас отправили внутрь города, где уже шли уличные бои.

— Кто такие «мы»? — спросил Гром.

— Я и Максим. Он внук князя Батурина.

Борис, до этого проверявший ремни на своём снаряжении, поднял голову.

— Погоди. Ты сражался вместе с внуком князя?

— Да.

— И сейчас сидишь перед нами посреди Пустоши? — удивился Радан. — У тебя вообще обычные дни бывают?

— Раньше бывали.

— А теперь?

— Теперь я стараюсь не попадать в неприятности.

— Судя по твоей истории, получается не очень, — заметил Кир.

Егор невольно улыбнулся.

Гром, однако, продолжал расспросы.

— Рассказывай дальше. Что происходило в городе?

Егор посмотрел на огонь костра.

— Мутанты прорвали оборону. Их было много. Одни нападали на защитников, другие пробирались между зданиями. На улицах было трудно понять, откуда ждать следующей атаки. Люди пытались удерживать позиции, но некоторые районы пришлось оставить.

— А князь Батурин? — спросил Гром. — Он действительно участвовал в обороне?

— Да. Я видел его среди защитников.

— Тогда положение было совсем тяжёлым.

Егор кивнул.

— Потом мы с Максимом встретили девушку, на которую напал мутант. Мы помогли ей отбиться. Позже я узнал, что она дочь графа Воронцова.

Радан присвистнул.

— Выходит, вы спасли дочь графа, а потом тебя унесло в Пустошь. Насыщенный денёк.

— Это ещё не всё, — тихо ответил Егор.

Он рассказал, как появился летающий мутант. Всё произошло настолько быстро, что он не успел толком рассмотреть существо. Мутант схватил его и поднял над городом. Егор пытался вырваться, но хватка оказалась слишком сильной.

— Ты был один? — спросила Сая.

— Да. Максим остался внизу. Я видел город, стены, людей. Потом мутант понёс меня дальше.

— За стены? — уточнил Гром.

— Да. Мы летели над Пустошью. Я не знал, куда он меня несёт и собирается ли вообще убивать. В какой-то момент он выпустил меня.

— Просто выпустил? — переспросил Кир.

— Я упал в реку. Не знаю, с какой высоты.

На несколько секунд воцарилась тишина.

— Подожди, — произнёс Борис. — Тебя схватил летающий мутант, утащил неизвестно куда, а потом ты упал в реку и выжил?

— Как видишь.

— А после этого ещё несколько дней провёл в Пустоши?

— Да.

Кир посмотрел на остальных.

— Я правильно понимаю, что перед нами человек, которому удалось пережить падение, не погибнуть в реке, выбраться на берег и не стать чьим-нибудь завтраком?

— Всё правильно, — ответил Радан.

— И он говорит об этом так, словно просто заблудился по дороге домой!

— А ты предлагаешь ему плакать? — спросил Борис.

— Я предлагаю хотя бы удивиться!

— Я удивлён, — спокойно произнёс Егор.

Радан рассмеялся.

— Ладно, парень. С этим не поспоришь.

Гром оставался серьёзным.

— Ты понимаешь, насколько тебе повезло? Падение могло закончиться переломами, внутренними повреждениями. А даже если бы ты остался цел, в реке тебя могли унести течением или вынести на участок, где полно мутантов.

— Я знаю.

— Нет, пока ты знаешь только то, что выжил. А вот насколько близко был к смерти, ещё не осознал.

Егор ничего не ответил.

Он и сам не хотел вспоминать тот момент слишком подробно.

— Что было после реки? — продолжил Гром.

— Я выбрался на берег, но почти сразу столкнулся с мутантами. Пришлось убегать. Я не знал, где нахожусь, куда идти и как вернуться в Вяземск.

Егор рассказал о нескольких днях, проведённых в Пустоши. О том, как искал воду, избегал опасных мест и однажды встретил раненого псионика. Он не стал раскрывать подробности их разговора, ограничившись тем, что мутант помог ему выжить, а сам вскоре умер.

После этого он встретил камнеспина.

— Сначала я думал, что он нападёт на меня, — признался Егор. — Но он не стал. Потом я понял, что могу чувствовать его эмоции. Не слова, а скорее настроение и отдельные образы. Он показывал, где можно найти воду и еду, предупреждал об опасности.

— И ты просто пошёл за ним? — спросил Радан.

— У меня был выбор между этим и смертью от голода.

— Справедливо.

— Потом на нас напала стая мутантов. Мы сражались вместе. Я не уверен, что без него смог бы выжить.

Гром посмотрел на камнеспина.

— Странная история. Камнеспины не славятся дружелюбием.

— Он не ручной, — уточнил Егор. — Он просто решил мне помочь.

— Это мы уже поняли, — сказал Борис. — И именно поэтому ситуация становится ещё интереснее.

Егор не стал спорить.

Он и сам не понимал, почему между ними возникла эта связь. Но теперь не хотел терять её окончательно.

Гром поднялся и отряхнул ладони.

— Ладно. Теперь понятно, как ты оказался здесь. Что собираешься делать дальше?

Егор посмотрел на охотников.

— Мне нужно попасть в город. Найти связь, узнать, что произошло в Вяземске после моего исчезновения, и попытаться вернуться к своим. Но я не знаю, где нахожусь и в какой стороне город.

Он помолчал.

— Помогите мне добраться до людей. Я не прошу вести меня до самого Вяземска. Просто выведите туда, где есть безопасное жильё и связь.

Гром обменялся взглядами с товарищами.

— Ближайший город отсюда — Крепостной. Там находится наш опорный пункт. До него ещё идти, но дорогу мы знаем.

— Вы согласны меня проводить?

— Согласны, — ответил Гром. — Оставлять человека в Пустоши, когда можем помочь ему выбраться, было бы неправильно.

— Спасибо.

— Поблагодаришь, когда окажешься за стенами. А пока собираемся. До темноты нужно пройти как можно больше.

Знакомство с отрядом

Пока охотники готовились к выходу, Егор решил поближе познакомиться с людьми, которые согласились ему помочь.

Первым рядом оказался Радан — рыжеволосый охотник, который больше всех шутил во время разговора.

— Раз уж нам идти вместе, давай знакомиться нормально. Я Радан. Мне двадцать восемь. В отряде занимаюсь разведкой и поддержкой.

— А твой аспект?

Радан поднял руку. Возле его пальцев закружился небольшой вихрь, поднявший с земли сухие листья.

— Воздух. Могу создавать порывы, менять направление лёгких снарядов, чувствовать движение воздуха в узких проходах. В бою обычно мешаю противникам и помогаю своим.

— А почему ты всё время шутишь?

Радан на мгновение задумался.

— Потому что, если постоянно думать о том, что нас может съесть, разорвать или отравить, очень быстро сойдёшь с ума.

— Это твой способ справляться со страхом?

— Не только. Но помогает.

Он улыбнулся.

— Да и Бориса полезно иногда раздражать. Иначе он совсем забудет, что умеет улыбаться.

— Я всё слышу! — донёсся голос из-за ближайшего камня.

— Вот видишь? Он даже на расстоянии реагирует!

Егор рассмеялся.

Следом к ним подошёл сам Борис.

Это был широкоплечий мужчина лет тридцати пяти с тяжёлой походкой и постоянно хмурым лицом. Его снаряжение выглядело значительно массивнее, чем у остальных: укреплённая броня, большой щит и короткое оружие для ближнего боя.

— Мой аспект — земля, — объяснил он. — Укрепляю защиту, усиливаю щит, иногда могу поднять каменную преграду. В общем, стою впереди, пока остальные делают свою работу.

— Значит, ты защищаешь отряд?

— Для этого и нужен щит.

— А если мутант окажется сильнее?

— Тогда я надеюсь, что остальные не будут стоять и смотреть, как меня отбрасывает в ближайшую скалу.

Радан одобрительно кивнул.

— Вот поэтому мы его и любим. Всегда умеет подобрать вдохновляющие слова.

Борис проигнорировал шутку.

— Запомни, Рудов. Если когда-нибудь окажешься в бою с мутантами, не пытайся доказать, что ты самый сильный. Сначала подумай, как выжить. Мёртвые герои никому не помогают.

Егор серьёзно кивнул.

— Постараюсь запомнить.

— Вот и хорошо.

Следующей подошла Вера.

Она была примерно тридцати лет, с тёмными волосами, убранными под повязку. На поясе у неё висели несколько флаконов и небольшая сумка с медицинскими принадлежностями.

— Вера. Мой аспект — вода. Я занимаюсь поддержкой и первой помощью.

Она коснулась пальцами фляги, и небольшая капля воды поднялась над её ладонью.

— Могу управлять небольшими потоками, извлекать влагу из воздуха и охлаждать раны. Но не думай, что это делает меня полноценным лекарем. Для серьёзных травм нужны знания и оборудование.

— Ты всегда ходишь с отрядом?

— Почти всегда. В Пустоши легко получить ранение, а ближайшая больница может находиться в нескольких днях пути. Лучше иметь человека, который сможет помочь сразу.

— А ты не боишься?

Вера посмотрела на него.

— Конечно, боюсь. Только страх не должен мешать выполнять свою работу.

Егор запомнил эти слова.

Он привык считать охотников людьми, которые постоянно сражаются с мутантами и не испытывают страха. Но теперь видел, что они были обычными людьми со своими слабостями, привычками и причинами заниматься опасной работой.

К ним присоединился Кир — самый молодой участник отряда.

Ему было около двадцати двух лет. Он носил лёгкую броню и металлическую перчатку на правой руке.

— Кир. Мой аспект — молния.

Между его пальцами проскочил небольшой электрический разряд.

— Могу выпускать разряды, накапливать заряд и ненадолго ускорять реакцию. В бою стараюсь действовать быстро, пока противник не успел понять, что происходит.

— Ты всегда такой быстрый?

— Не всегда. После нескольких сильных разрядов приходится восстанавливаться.

— А если потратить слишком много энергии?

— Тогда могу потерять сознание. Поэтому нужно знать меру.

— И он иногда забывает об этом, — вставил Борис.

— Это было один раз!

— Три.

— Два с половиной!

Радан расхохотался.

Кир показал ему кулак, но тоже улыбнулся.

Последней подошла Сая.

Она была спокойной девушкой с короткими светлыми волосами и внимательными серыми глазами.

— Мой аспект — свет. Могу создавать вспышки, освещать тёмные пространства и обнаруживать некоторые магические следы.

— Ты занимаешься поиском мутантов?

— В том числе. Если существо прошло через участок, где сохранился магический след, иногда я могу определить направление. Но в Пустоши всё меняется слишком быстро. Гарантий нет.

— А как ты стала охотницей?

Сая немного помолчала.

— Мой родной посёлок находился возле опасной зоны. Когда мне было четырнадцать, там появились мутанты. Нас эвакуировали, но несколько человек пропали. После этого я решила, что хочу научиться находить тех, кто не может вернуться самостоятельно.

Она говорила спокойно, но Егор заметил, что эта история до сих пор причиняла ей боль.

— Надеюсь, у тебя получается, — тихо произнёс он.

— Иногда. Не всегда удаётся спасти всех.

Сая больше ничего не добавила.

Наконец Егор повернулся к Грому.

— А ты?

— Что я?

— Как ты стал командиром?

Гром поправил ремень снаряжения.

— Мой аспект тоже земля. Но я больше специализируюсь на укреплении поверхности, создании препятствий и контроле пространства. В бою это помогает удерживать позиции.

— А командиром?

— Долго работал в разных отрядах. Со временем понял, что умею не только сражаться, но и принимать решения. Потом мне доверили командование.

— И ты не жалеешь?

Гром посмотрел на своих людей.

— Иногда жалею, что согласился. Особенно когда кто-нибудь из них придумывает очередную глупость.

— Ты про меня? — спросил Кир.

— Если ты узнал себя, значит, про тебя.

Все рассмеялись, даже Сая.

Егор впервые почувствовал, что начинает понимать этих людей. Они были разными, но между ними существовало доверие, которое невозможно создать за несколько дней. Они знали привычки друг друга, понимали сильные и слабые стороны и умели работать как единое целое.

Ему было интересно узнать больше об их жизни, но пока приходилось двигаться дальше.

Прощание с камнеспином

Когда отряд был готов, Егор подошёл к камнеспину.

Зверь стоял возле скал и не проявлял желания следовать за людьми.

Егор остановился рядом.

— Мне нужно идти с ними.

Камнеспин повернул голову. Егор почувствовал знакомое спокойствие, смешанное с настороженностью. Зверь понимал, что человек уходит, но сам покидать привычную территорию не собирался.

Егор попытался передать ему своё сожаление и благодарность.

В ответ пришёл образ скал, русла реки и знакомых троп.

Камнеспин останется здесь.

Егор не стал пытаться его переубедить. Он понимал, что зверь не домашнее животное, которое можно забрать с собой. Это был обитатель Пустоши, знавший свою территорию и умевший выживать без человеческой помощи.

— Ладно. Понимаю.

Он осторожно коснулся ладонью каменной пластины на боку зверя.

— Спасибо тебе. Без тебя я бы не выжил.

Камнеспин тихо фыркнул.

Егор улыбнулся.

— Береги себя.

Зверь развернулся и направился между скалами. Несколько раз он останавливался, словно прислушиваясь к чему-то, затем продолжал путь.

Егор смотрел ему вслед, пока массивная фигура не скрылась за каменным выступом.

— Привык к нему? — спросил Радан, оказавшись рядом.

— Да.

— Понимаю. После нескольких дней в Пустоши даже мутант может стать хорошей компанией.

— Он не просто мутант, — ответил Егор.

Радан посмотрел на него, но спорить не стал.

— Ладно. Пойдём. Крепостной сам себя не найдёт.

Егор в последний раз посмотрел в сторону скал и присоединился к отряду.

Дорога к Крепостному

Путь занял почти целый день.

Гром вёл отряд на запад, выбирая маршрут между скальными грядами. Он постоянно сверялся с прибором на запястье и иногда останавливался, чтобы проверить местность.

— Что показывает устройство? — спросил Егор во время одной из остановок.

Кир повернул к нему запястье.

— Анализатор магического фона. Он помогает обнаруживать резкие изменения энергии. Если рядом активный разлом или крупное скопление мутантов, прибор может предупредить нас заранее.

— А если не предупредит?

— Тогда нам придётся разбираться без него.

— Хорошо придумано.

— Не совсем. Это устройство создавали несколько поколений магов и инженеров. Оно дорогое, сложное и периодически ломается в самый неподходящий момент.

— Как и всё остальное, — заметил Борис.

Во время остановок охотники делились с Егором едой и водой. Вера следила, чтобы он не перенапрягался, а Радан рассказывал истории о прежних заданиях.

Однажды они сопровождали караван, который вёз оборудование в соседний опорный пункт. В другой раз несколько дней искали пропавшую разведывательную группу. Ещё однажды им пришлось отбиваться от мутантов во время сильной бури.

— А сколько вы зарабатываете? — спросил Егор.

Радан усмехнулся.

— Вот теперь ты задаёшь правильные вопросы.

Гром бросил на него взгляд.

— Не забивай ему голову.

— Почему? Пусть знает, что мы не просто так рискуем жизнью.

Гром всё же объяснил:

— Оплата зависит от задания. За сопровождение платят меньше, за опасную разведку или уничтожение крупного мутанта — больше. Но часть средств идёт на содержание гильдии, ремонт снаряжения, медицинскую помощь и закупку оборудования.

— А трофеи?

— Их стоимость тоже учитывается. Кристаллы, панцири, когти и другие части мутантов нужны алхимикам, мастерам артефактов и производителям оружия. Но мы не забираем всё подряд. Сначала нужно оценить риск и понять, стоит ли добыча потраченных сил.

— Значит, охота на мутантов — это ещё и бизнес?

— В определённой степени. Но если забыть, зачем мы вообще выходим за стены, долго не проживёшь.

Борис одобрительно кивнул.

— Главное — вернуться живым. Остальное можно заработать.

К вечеру местность начала меняться. Скальные гряды стали ниже, появились редкие кустарники, а земля постепенно приобрела более естественный вид.

На горизонте показались высокие стены.

— Крепостной, — сказал Гром.

Егор остановился.

За внешней стеной виднелись башни, высокие здания и металлические конструкции. Над воротами горели магические прожекторы. По дороге двигались грузовики, а возле укреплений стояли бронемашины.

После нескольких дней в Пустоши город казался почти нереальным.

— Большой, — произнёс Егор.

— Для опорного города вполне, — ответил Радан. — Здесь живут охотники, военные, торговцы, ремесленники и семьи тех, кто работает на рубеже.

— А магией здесь пользуются все?

— Почти все, — ответила Сая. — У большинства людей есть магическое ядро и аспект. Но сила у всех разная. Кто-то способен сражаться, кто-то лечит, кто-то работает с металлом, землёй или энергией.

— А если аспект слабый?

— Это не значит, что человек бесполезен, — сказала Вера. — В городе нужны не только бойцы.

Егор задумался.

Он пока не понимал, какое место в этом мире займёт сам. Особенно теперь, когда его собственная магия изменилась.

Но он не собирался рассказывать об этом охотникам.

Не сейчас.

Город за стенами

Отряд подошёл к главным воротам.

Стражники узнали Грома и пропустили его группу после короткой проверки.

— Вернулись? — спросил один из них.

— Как видишь.

— Все целы?

— Почти.

Стражник посмотрел на Егора.

— А этот кто?

— Нашли в Пустоши. Нуждается в медицинском осмотре и отдыхе.

— Сам дошёл?

— Не совсем.

Стражник внимательно оглядел Егора.

— Ну, парень, тогда тебе действительно повезло.

Егор уже начал привыкать к этой фразе.

За стенами кипела обычная городская жизнь. Люди ходили по улицам, возле магазинов разгружали товары, из мастерских доносился металлический стук. По дороге проехал грузовик, а над перекрёстком висел светящийся указатель.

Егор увидел детей, возвращавшихся с занятий. Один мальчик удерживал над ладонью светящийся шар, другой пытался заставить несколько камешков кружиться в воздухе.

Никто не обращал на это внимания.

Для местных магия была частью повседневной жизни.

— Привыкнешь, — заметил Радан, заметив его взгляд. — В первый раз все ходят и глазеют. Потом перестаёшь замечать.

— Посмотрим.

— Главное, не пытайся повторять всё, что увидишь. Особенно если кто-нибудь начнёт показывать, как управлять огнём.

Егор почувствовал, как внутри всё напряглось, но постарался не выдать себя.

— Почему?

— Потому что магия требует подготовки. Некоторые аспекты опасны даже для владельца, если тот не умеет с ними обращаться.

— Понятно, — ответил Егор.

Он решил запомнить это.

Если даже обычные аспекты могли быть опасны без подготовки, то неизвестная сила внутри него могла представлять ещё большую проблему.

Поэтому чёрное пламя должно было оставаться тайной.

Гильдия охотников

Штаб гильдии находился неподалёку от внутренней стены.

Над входом висела знакомая эмблема — голова мутанта в круге, перечёркнутая двумя клинками.

Внутри было шумно. В просторном зале стояли длинные столы, у стены располагались доски с заданиями, а за стойкой регистрации работала женщина с тёмными волосами, собранными в строгий пучок.

Несколько охотников обсуждали недавний выход. Другие чинили снаряжение или спорили о цене добытых кристаллов.

— Дом родной, — довольно произнёс Радан.

Гром направился к стойке.

— Марта, мы вернулись.

Женщина подняла голову.

— Раньше, чем ожидалось. Что случилось?

— Нашли человека в Пустоши.

Марта посмотрела на Егора.

— Человека?

— Егор Рудов. Был в Вяземске во время нападения. Его унёс летающий мутант. Он пережил падение в реку, несколько дней провёл в Пустоши и в конце концов встретил нас.

Марта медленно отложила перо.

— Повтори.

Гром повторил рассказ короче.

Женщина ещё несколько секунд молчала, потом посмотрела на Егора.

— Документы есть?

— Нет.

— Удостоверение личности?

— Тоже нет.

Марта вздохнула.

— Хорошо. Тогда сначала медицинский осмотр, потом временная регистрация. А после этого решим, как помочь тебе связаться с Вяземском.

— Спасибо.

— Не благодари раньше времени. У меня уже голова болит от одного твоего появления.

Радан тихо рассмеялся.

— Марта, он хороший парень.

— Я ничего не сказала против этого. Просто обычно люди приходят к нам через ворота, а не падают с неба в Пустошь.

— В его случае это почти одно и то же, — заметил Кир.

— Кир, иди займись снаряжением.

— Уже ухожу.

Марта поднялась.

— Гром, отведи его к Льву Борисовичу. Потом пусть поест и отдохнёт. Завтра оформим всё остальное.

— Сделаем.

Осмотр у лекаря

Медицинский кабинет находился в конце коридора.

Егора встретил невысокий мужчина в очках с аккуратной бородой.

— Садись. Меня зовут Лев Борисович. Я отвечаю за лечение охотников.

Егор сел на кушетку.

Лекарь проверил его пульс, осмотрел глаза и руки, затем поднёс к виску небольшой диагностический кристалл. Тот засветился бледно-голубым.

— Истощение, обезвоживание, несколько ушибов. Ничего критического, но организму нужен отдых.

— Я нормально себя чувствую.

— Это потому, что ты ещё не успел окончательно вымотаться. Сколько дней пробыл в Пустоши?

— Несколько. Точно не знаю.

— И всё это время без нормальной еды?

— Да.

Лекарь покачал головой.

— Удивительно, что ты вообще дошёл до города.

Он продолжил осмотр, не заметив ничего необычного.

Егор старался вести себя спокойно. Он не использовал магию и не позволял мыслям возвращаться к чёрному пламени.

— Есть что-нибудь необычное? — спросил лекарь. — Головные боли, странные ощущения, проблемы с магией?

Егор на мгновение замер.

Он не хотел рассказывать о том, чего сам не понимал.

— После падения иногда кружится голова, — ответил он. — А магией я пока стараюсь не пользоваться. Слишком устал.

Лев Борисович кивнул.

— Правильно. Не стоит нагружать себя, пока организм не восстановился. Если появятся необычные симптомы, сразу приходи ко мне.

— Хорошо.

Лекарь убрал диагностический кристалл.

— Сегодня никакой магии и тренировок. Поешь, выпей воды и ложись спать. Завтра посмотрим, как ты себя чувствуешь.

— Спасибо.

Егор вышел из кабинета, где его уже ждал Гром.

— Всё в порядке?

— Да. Сказал, что нужно отдохнуть.

— Тогда пойдём. Покажу тебе, где мы живём.

Егор последовал за ним.

Он сумел сохранить свою тайну.

Но теперь понимал, что долго скрывать изменения в магическом ядре может оказаться непросто. Если чёрное пламя действительно связано с энергией Хаоса, рано или поздно ему придётся выяснить, что это значит.

Пока же он решил не торопиться.

Сначала нужно было восстановить силы, связаться с Вяземском и понять, что произошло с его жизнью.

А уже потом разбираться с огнём, который больше не был обычным.

Глава 45 Новая крыша над головой

Гром провёл Егора по длинному коридору на втором этаже здания гильдии.

В отличие от шумного первого этажа, здесь было сравнительно тихо. За некоторыми дверями слышались разговоры, из одной комнаты доносился приглушённый смех, а где-то дальше работал телевизор.

— Здесь живут охотники, которые пока не обзавелись собственным жильём или предпочитают оставаться поближе к штабу, — объяснил Гром. — После заданий не всегда хочется ехать через весь город. Да и если объявляют тревогу, лучше быть рядом.

— А вы все живёте здесь?

— Нет. У каждого свои обстоятельства. Радан снимает квартиру неподалёку, Вера живёт с сестрой, Борис обзавёлся семьёй. Кир пока не определился, чего хочет от жизни, поэтому занимает койку в казарме.

— Я всё слышу! — донеслось из-за одной из дверей.

Гром даже не повернул головы.

— Видишь? Слух у него хороший. С головой иногда хуже.

Егор усмехнулся.

Они остановились возле двери с небольшим металлическим номером.

Гром открыл её.

Комната была простой, но чистой. Четыре кровати, несколько шкафчиков, стол у окна и стулья. На двух кроватях лежали аккуратно сложенные одеяла, третья была занята одеждой и книгами.

— Пока можешь спать здесь, — сказал Гром, указывая на свободную кровать. — Постельное бельё в шкафу. Полотенце тоже найдёшь. Душевые в конце коридора.

Егор огляделся.

— Спасибо. Мне большего и не нужно.

— Не спеши благодарить. Соседи у тебя своеобразные.

— Насколько?

— Сам увидишь.

Гром собирался уходить, но остановился у двери.

— И ещё одно. Завтра утром мы поговорим с Мартой. Нужно выяснить, как восстановить твои документы и связаться с Вяземском.

— А если это займёт много времени?

— Тогда займёт. Но без документов ты далеко не уедешь. Особенно если захочешь попасть в другой город.

— Понимаю.

— Отдыхай, Рудов. Сегодня ты уже достаточно пережил.

Гром вышел и прикрыл дверь.

Егор остался один.

Он медленно опустился на кровать и провёл ладонью по чистому одеялу.

Обычная кровать.

Настоящая подушка.

Четыре стены и потолок, за которым не скрывались когтистые твари.

Егор не заметил, как на его лице появилась улыбка.

— Наконец-то...

Он откинулся на спину и закрыл глаза.

Но стоило ему расслабиться, как перед внутренним взором возникли воспоминания.

Лира.

Её последние мгновения.

Чёрный огонь.

И камнеспин, который остался среди скал.

Егор открыл глаза.

Он вытянул руку и посмотрел на ладонь.

Ему хотелось проверить, действительно ли пламя осталось прежним после дороги. Но он вспомнил слова лекаря и предупреждение Грома.

Здесь всё было иначе.

В Пустоши он мог позволить себе рисковать. Если рядом никого не было, никто не увидел бы его магию. Но в городе за ним наблюдали люди, которые знали гораздо больше о магии, чем он сам.

Если кто-нибудь заметит чёрное пламя, вопросы неизбежны.

Откуда оно взялось?

Почему оно изменилось?

Что произошло с его магическим ядром?

Егор не знал ответов.

А значит, не мог позволить себе раскрывать эту тайну.

Он медленно сжал пальцы.

— Пока молчим, — прошептал он.

Затем поднялся, достал из шкафа чистое полотенце и отправился в душ.

---

Когда Егор вернулся, в комнате уже находился один из его соседей.

Это был худощавый парень примерно двадцати пяти лет с тёмными волосами. Он сидел на кровати, склонившись над небольшим устройством, и время от времени сердито нажимал на экран.

— Не работает, — пробормотал он.

Егор остановился у двери.

— Что случилось?

Парень поднял голову.

— А ты кто?

— Егор. Сегодня прибыл с отрядом Грома.

— А, тот самый?

Егор насторожился.

— Какой именно?

— Которого нашли в Пустоши.

— Уже все знают?

— Здесь новости быстрее распространяются, чем мутанты по запаху крови.

Парень убрал устройство.

— Меня зовут Тимур. Я работаю в мастерской гильдии. В основном занимаюсь диагностикой магических приборов и накопителей.

— А сам ты охотник?

— Раньше ходил в вылазки. Сейчас больше работаю здесь. Мой аспект — металл. Могу чувствовать структуру металлических предметов, находить трещины и небольшие повреждения. Для ремонта полезно.

Он показал устройство.

— Вот, например. Внутри накопителя повреждён контакт, а я уже полчаса не могу понять, где именно.

Егор подошёл ближе.

— А нельзя просто разобрать его?

Тимур посмотрел на него с выражением человека, которому только что предложили починить машину ударом молотка.

— Можно. А потом собирать обратно три часа.

— Тогда понятно.

Тимур усмехнулся.

— Ладно, не буду тебя мучить техническими подробностями. Гром сказал, что ты несколько дней провёл в Пустоши?

— Да.

— И правда встретил камнеспина?

— Правда.

— Он тебя не тронул?

— Нет.

Тимур некоторое время молчал.

— Знаешь, я уже пять лет работаю с материалами мутантов. Видел их кости, панцири, кристаллы, изучал остатки магических ядер. Но живого камнеспина, который позволил бы человеку приблизиться к себе, я бы хотел увидеть.

— Не уверен, что он позволил бы тебе это сделать.

— Вот поэтому я и сижу в мастерской, а не хожу по Пустоши.

Тимур отложил устройство и поднялся.

— Ладно. Не буду мешать. Если понадобится помощь с приборами или захочешь узнать, как устроена гильдия, спрашивай. Только не трогай ничего в моей сумке. Там несколько деталей, которые стоят дороже моей зарплаты за месяц.

— Постараюсь запомнить.

— Лучше не постарайся, а запомни.

Тимур вышел, оставив Егора одного.

Егор лёг на кровать и прислушался к звукам за стенами.

Всё было непривычным, но постепенно он начинал чувствовать себя спокойнее.

Впервые за долгое время рядом находились люди, с которыми можно было просто разговаривать.

Ужин в гильдии

Примерно через полчаса в дверях появился Радан.

— Рудов, ты ещё жив?

— А что должно было случиться?

— Не знаю. Решил проверить. Пойдём ужинать.

Егор поднялся.

— А если я откажусь?

— Тогда Вера придёт сюда сама и заставит тебя поесть. Поверь, с ней лучше не спорить.

Они спустились в столовую.

Вечером здесь было гораздо больше людей, чем днём. За столами сидели охотники, мастера и сотрудники гильдии. Кто-то рассказывал истории, кто-то обсуждал предстоящие задания, а несколько человек спорили о том, кому достанется премия за недавнюю вылазку.

— Почему здесь так много народу? — спросил Егор.

— Сегодня вернулись сразу несколько отрядов. Обычно в такие дни столовая забита до отказа.

Радан взял два подноса и протянул один Егору.

— Бери мясо, кашу и овощи. Если хочешь добавки, лучше попросить сразу. Позже останется только хлеб.

Они нашли свободное место за столом, где уже сидели Борис, Вера и Кир.

— О, наш герой прибыл, — объявил Кир.

— Какой ещё герой? — спросил Егор.

— Человек, который пережил падение с неба и подружился с камнеспином.

— Я не герой.

— Так все говорят, пока их не начинают записывать в отчёты.

Борис посмотрел на Кира.

— Не приставай к человеку. Пусть спокойно поест.

— Я просто разговариваю.

— Вот и разговаривай поменьше.

Вера поставила перед Егором тарелку.

— Ешь. Тебе нужно восстановить силы.

Егор не стал спорить.

Еда оказалась простой: мясо с крупой, овощи и свежий хлеб. Но после нескольких дней в Пустоши она казалась ему настоящим пиршеством.

Пока он ел, разговор постепенно перешёл на жизнь в гильдии.

— А как вообще становятся охотниками? — спросил Егор.

— По-разному, — ответил Гром, который присоединился к ним чуть позже. — Кто-то приходит после службы в армии, кто-то заканчивает специализированную подготовку. Некоторые начинают с работы в сопровождении караванов или на охране городских рубежей.

— А если у человека слабый аспект?

— Это не препятствие само по себе, — сказала Вера. — Важнее, умеет ли он пользоваться своими способностями и работать с другими.

— Но ведь сила магии тоже имеет значение?

— Конечно, — ответил Гром. — Однако мощный маг без дисциплины может оказаться опаснее слабого. Особенно для собственного отряда.

Кир поднял руку.

— Я чувствую, что эта фраза направлена лично против меня.

— Значит, не зря чувствуешь, — заметил Борис.

Радан рассмеялся.

Егор слушал и постепенно узнавал всё больше.

Охотники получали задания через гильдию. Перед каждым выходом им выдавали снаряжение, проверяли магические накопители и распределяли обязанности. После возвращения они сдавали отчёты, передавали трофеи специалистам и получали оплату.

Часть заработка уходила на жильё и питание, часть — на ремонт личного снаряжения. Некоторые охотники откладывали деньги на собственные квартиры, другие помогали семьям.

— А вы не хотите когда-нибудь уйти из гильдии? — спросил Егор.

Радан пожал плечами.

— Иногда хочется. Особенно когда возвращаешься после трёх дней в Пустоши, а на следующий день тебе говорят, что нужно снова выходить.

— Но пока не ушёл?

— Пока нет.

Вера спокойно продолжила:

— Мне нравится помогать людям. Конечно, я могла бы работать в обычной больнице, но здесь мои способности часто оказываются полезнее.

— А я уйду, когда накоплю достаточно денег, — заявил Кир.

— Ты говорил это два года назад, — напомнил Борис.

— Значит, я последователен.

Егор улыбнулся.

Эти люди не казались ему безрассудными искателями приключений. У каждого была своя причина оставаться в гильдии. Кто-то искал достойный заработок, кто-то хотел защищать людей, а кто-то просто не представлял себя в другой профессии.

И все они понимали, что однажды могут не вернуться.

От этой мысли Егор вдруг вспомнил Вяземск.

— Гром, — обратился он к старшему охотнику. — А здесь есть связь с другими городами?

Гром отложил ложку.

— Есть. Обычная городская сеть, защищённые каналы связи, магические передатчики. Но после крупных нападений линии иногда выходят из строя.

— Я могу связаться с Вяземском?

— Завтра попробуем. Марта проверит, какие каналы доступны.

Егор почувствовал, как внутри снова появилась надежда.

— Спасибо.

— Не торопись благодарить. Пока не знаем, работает ли связь.

— Всё равно спасибо.

Гром коротко кивнул.

Разговор перед сном

После ужина Егор ещё немного посидел с охотниками.

Радан рассказывал историю о том, как однажды Борис застрял в узком проходе между каменными плитами. Борис утверждал, что проход был слишком узким, а Радан — что Борис просто не захотел признать ошибку.

Кир добавлял подробности, которых, судя по всему, никто не помнил.

Вера время от времени поправляла их, а Сая слушала с едва заметной улыбкой.

Егор неожиданно для себя почувствовал, что ему нравится эта компания.

Здесь не требовалось постоянно думать о том, откуда ждать нападения. Можно было смеяться, разговаривать и обсуждать обычные вещи.

Но когда он вернулся в комнату, прежние мысли снова напомнили о себе.

Он закрыл дверь, сел на кровать и посмотрел на свои ладони.

Чёрное пламя.

Лира.

Изменившееся магическое ядро.

Он вспомнил, как пламя впервые вспыхнуло после передачи энергии. Тогда он едва понимал, что происходит. Сейчас же он хотя бы знал, что способен вызвать его по собственной воле.

Но стоило подумать о том, чтобы показать огонь кому-нибудь из охотников, как внутри появлялось неприятное чувство.

Они могли испугаться.

Могли решить, что он заражён энергией Хаоса.

Могли потребовать объяснений, которых у него не было.

А хуже всего было то, что кто-нибудь мог попытаться использовать его в своих целях.

Егор не знал, насколько реальны эти опасения. Возможно, он просто слишком много пережил за последние дни.

Но рисковать он не собирался.

Он медленно опустил руку.

— Сначала узнаю, что со мной произошло, — тихо произнёс он. — А потом решу, кому можно рассказать.

Он лёг и укрылся одеялом.

За стеной ещё некоторое время слышались разговоры. Потом шаги стихли, и здание постепенно погрузилось в тишину.

Егор закрыл глаза.

Завтра ему предстояло выяснить, что случилось с Вяземском после его исчезновения.

И впервые за долгое время у него появился шанс получить ответы.

---

Утро в гильдии

Егор проснулся от негромкого стука в дверь.

— Рудов, подъём! — раздался голос Радана. — Если хочешь связаться со своим городом, лучше не проспи.

Егор сел на кровати и потёр глаза.

— Который час?

— Достаточно ранний, чтобы Борис ещё не успел испортить всем настроение.

Из коридора донёсся недовольный голос:

— Я всё слышу!

Радан засмеялся.

— Видишь? День уже начался хорошо.

Егор быстро умылся, оделся и вышел из комнаты.

Сегодня ему предстояло сделать первый шаг к возвращению домой.

Но он ещё не знал, что именно услышит, когда гильдия установит связь с Вяземском.

Глава 46 Цена чужой чести

— Рудов! Подъём! — раздался за дверью голос Радана. — Если ты не встанешь в ближайшие десять секунд, я войду и вылью на тебя ведро воды!

Егор открыл глаза и посмотрел на дверь.

— А если я уже встал?

— Тогда почему молчишь?

— Наслаждаюсь тишиной.

— Значит, ещё не встал!

Егор невольно улыбнулся. После нескольких дней в Пустоши такие перепалки казались ему почти роскошью. Там любое утро могло оказаться последним, а здесь его самой большой проблемой был рыжий охотник, который не умел разговаривать тихо.

— Сейчас выйду!

— Вот это другой разговор!

Шаги Радана удалились.

Егор поднялся с кровати, умылся и оделся. Его вещи выглядели жалко: одежда успела износиться в Пустоши, кое-где оставались следы грязи, а на рукаве виднелась прореха. Впрочем, другой у него не было.

Он поправил воротник и посмотрел на себя в небольшое зеркало.

Из отражения на него смотрел худой, уставший парень с осунувшимся лицом. За последние дни он изменился сильнее, чем мог представить.

Ещё недавно он сражался с мутантами, пытаясь просто остаться в живых. Теперь находился в крепком городе, под защитой стен, и собирался связаться с Вяземском.

Если повезёт, сегодня он наконец узнает, что произошло после его исчезновения.

Егор вышел из комнаты.

В коридоре его ждал Радан. Рядом стоял Гром, задумчиво изучавший экран своего коммуникатора.

— Доброе утро, — поздоровался Егор.

— Для кого как, — отозвался Радан. — Гром с самого рассвета ходит мрачнее тучи.

— Потому что некоторые люди не умеют вовремя собираться, — ответил командир.

— Вот видишь? — Радан ткнул пальцем в сторону Егора. — А я ведь предупреждал.

— Вы двое можете хотя бы пять минут не спорить? — спросил Гром.

— Можем, — ответил Радан.

— Конечно, — одновременно с ним сказал Егор.

Они переглянулись.

— Ладно, — вздохнул Радан. — Пять минут молчу.

— Запишем это историческое событие, — заметил Егор.

— Уже нарушил условие, — отрезал Гром. — Пошли.

---

Комната связи находилась в административной части гильдии. Внутри стояли несколько рабочих столов с мониторами, на стене висела карта региона, а возле дальней стены располагалась большая панель с обозначениями городов и укреплённых поселений.

Часть линий на карте была отмечена красным.

Егор остановился перед ней.

— Это закрытые участки?

— Не совсем, — объяснила Сая, которая уже находилась в комнате. — Красным отмечены районы, откуда давно не поступали достоверные сведения. Некоторые находятся за пределами обычных маршрутов патрулей. Другие слишком близко к Пустошам.

— А Вяземск?

— Вот.

Она указала на крупную отметку в центральной части карты.

— После нападения связь могла быть ограничена военными. Но сам город не пропал с радаров.

Егор почувствовал, как напряжение немного отпустило.

По крайней мере, Вяземск всё ещё существовал. Это было лучше, чем полная неизвестность.

За столом сидела Марта. Она быстро просмотрела данные и обратилась к оператору:

— Попробуйте соединиться с городской администрацией. Если не ответят, отправьте запрос в военный штаб.

— Уже отправляю.

На экране появилась надпись о соединении.

Егор стоял рядом, стараясь не показывать нетерпение. Несколько секунд ничего не происходило. Затем раздался сигнал, и на экране возникло лицо мужчины в военной форме.

— Крепостной, подтвердите код.

Оператор назвал последовательность цифр.

— Код подтверждён. Связь нестабильная. Говорите.

Егор шагнул ближе.

— Меня зовут Егор Рудов. Я находился в Вяземске во время нападения. Меня утащил летающий мутант за городские стены. Я выжил и сейчас нахожусь в Крепостном. Мне нужно узнать, что произошло с князем Батуриным и его внуком Максимом.

Мужчина нахмурился.

— Рудов? Повторите фамилию.

— Егор Рудов.

— Подождите.

Собеседник исчез с экрана. Вместо него появилась эмблема военного штаба.

Прошла минута.

Потом вторая.

Наконец мужчина вернулся.

— По князю Батурину у меня нет разрешения передавать информацию через этот канал. По вашему знакомому, Максиму Батурину, отдельного сообщения тоже нет.

— Но они живы?

— Я этого не говорил.

Егор сжал кулаки.

— Вы можете хотя бы проверить?

— Ваше имя и запрос будут переданы администрации. Если у них есть сведения о вашем местонахождении, они смогут ответить через защищённый канал.

— Когда?

— Не могу сказать.

Изображение замерцало.

— Подождите! — Егор наклонился к экрану. — В Вяземске знают, что я жив?

— Не могу подтвердить.

Связь оборвалась.

Некоторое время Егор молчал.

Он надеялся услышать хотя бы одну хорошую новость. Узнать, что Максим вернулся домой, что князь Батурин жив и что нападение удалось отбить.

Но вместо ответов получил ещё больше вопросов.

— Мы попробуем связаться снова, — сказал Гром. — Сегодня вечером или завтра. Если появится ответ, Марта сразу сообщит.

— Спасибо.

— Не благодари раньше времени.

Марта отодвинулась от стола.

— Кстати, пока вы пытались пробиться в Вяземск, у нас появилось другое дело.

Гром посмотрел на неё.

— Какое?

Она достала из папки плотный конверт тёмно-синего цвета. На лицевой стороне золотым тиснением был изображён герб: башня над волнами, окружённая двумя серебряными ветвями.

— Приглашение от графа Артемия Северского. Хозяин Крепостного приглашает представителей гильдии на сегодняшний приём в своей резиденции.

Радан заглянул через плечо Марты.

— Ого. Сам граф?

— Сам.

— И чем мы заслужили такую честь?

— Возможно, тем, что привели к нему человека, который несколько дней провёл в Пустоши и вернулся живым.

Марта посмотрела на Егора.

— В приглашении отдельно указано твоё имя.

Егор нахмурился.

— Моё?

— Твоё.

— Зачем я ему?

— Этого я не знаю. Но, судя по формулировкам, граф хочет лично услышать твою историю.

— А отказаться можно?

Марта задумалась.

— Можно. Это приглашение, а не приказ. Но если откажешься без уважительной причины, граф может решить, что ты скрываешь что-то важное. А если придёшь, придётся отвечать на вопросы.

— Замечательный выбор.

— Добро пожаловать в общественную жизнь, Рудов, — усмехнулся Радан.

Гром взял конверт и прочитал приглашение.

— Пойдём. Это не обязательно плохо. Возможно, через графа удастся получить дополнительные сведения о Вяземске.

— А если он захочет расспрашивать о Пустоши? — спросил Егор.

— Расскажешь то, что считаешь нужным. Только не выдумывай лишнего.

Егор кивнул.

О существовании Лиры, её передаче энергии и чёрном пламени он не собирался рассказывать никому.

Даже если граф лично прикажет ему говорить.

---

— У нас есть одна небольшая проблема, — заявил Радан примерно через час.

Егор сидел в комнате отдыха и пытался разобраться в местной карте городских маршрутов. Он поднял голову.

— Какая?

Радан указал на его одежду.

— Ты собираешься в таком виде идти на приём к графу?

Егор посмотрел на свой рукав.

— А что с ним не так?

— Всё.

— Очень содержательно.

— Послушай, — Радан сел напротив. — Я не собираюсь тебя оскорблять. Но там будут люди, которые способны определить чужое происхождение по тому, как человек держит вилку. Если ты явишься в этой одежде, они решат, что гильдия специально выставила тебя на посмешище.

— Меня приглашали как человека, который выжил в Пустоши. Не как модель с обложки журнала.

— Им это объяснять бесполезно. Они сначала посмотрят на твой костюм, потом на фамилию, а уже потом, если повезёт, выслушают тебя.

Гром, стоявший возле двери, кивнул.

— Радан прав. Представителей гильдии оценивают по их внешнему виду не меньше, чем по репутации. А ты сегодня будешь представлять не только себя.

— Я думал, вы не особенно любите дворянские правила.

— Не люблю, — спокойно ответил Гром. — Но мне не нужно их любить, чтобы понимать, как они работают.

Он посмотрел на Егора.

— У нас есть несколько комплектов одежды для официальных встреч. Пойдём, выберем что-нибудь подходящее.

— У гильдии есть парадная одежда?

— У гильдии есть всё, что необходимо, чтобы её сотрудники не выглядели оборванцами перед городскими чиновниками, — отозвалась Марта, проходя мимо. — По крайней мере, обычно.

Радан хлопнул Егора по плечу.

— Считай, тебе повезло. Сегодня мы сделаем из тебя приличного человека.

— А до этого я кем был?

— Не задавай вопросов, на которые не хочешь знать ответ.

---

Комната хранения одежды находилась на втором этаже административного корпуса.

Внутри стояли шкафы, вешалки и несколько манекенов. На полках лежали аккуратно сложенные рубашки, жилеты и форменная одежда. Отдельная секция предназначалась для официальных мероприятий.

Егор остановился перед ней.

— И что вы предлагаете?

Радан вытащил первый костюм.

Тёмно-зелёный, с золотистыми пуговицами и вышитым гербом гильдии на груди.

— Вот этот.

— Я буду похож на официанта в дорогом ресторане.

— Неблагодарный ты человек.

Гром взял костюм, осмотрел его и вернул на место.

— Слишком броский.

Второй вариант оказался почти чёрным, с серебряной отделкой и высоким воротником.

— А этот? — спросил Радан.

Егор посмотрел на себя в зеркало, приложив пиджак к плечам.

— Я похож на человека, который собирается объявить войну соседней стране.

— Уже лучше, — сказал Радан.

— Не лучше, — возразил Гром.

Они перебрали ещё несколько вариантов.

Один был слишком велик, другой оказался неудобным в плечах, третий напоминал форму какого-то чиновника. Наконец Гром снял с вешалки тёмно-синий костюм простого, строгого покроя.

Без золотого шитья, без броских украшений и без знаков дворянского достоинства.

Только небольшая серебристая эмблема гильдии на внутренней стороне пиджака.

— Примерь.

Егор надел костюм.

Плечи сидели хорошо. Рукава не мешали движениям, воротник не давил, брюки не сковывали шаг. Костюм выглядел дорого, но не кричал о богатстве.

— Вот это другое дело, — оценил Радан. — Не принц, конечно, но хотя бы не человек, которого только что вытащили из канавы.

— Ты сегодня особенно любезен.

— Я стараюсь.

Гром обошёл Егора и поправил воротник.

— Руки подними.

Егор поднял руки.

— Теперь повернись. Сделай шаг. Присядь.

— Мы выбираем костюм или готовимся к бою?

— И то и другое. На приёме тебе придётся много стоять, ходить и, возможно, пожимать руки людям, которым ты не понравишься с первого взгляда.

— Обнадёживает.

Гром одобрительно кивнул.

— Подходит.

Радан принёс чистую белую рубашку и тёмный галстук.

— Вот. Теперь причешись, умойся ещё раз и постарайся хотя бы до входа не выглядеть так, будто хочешь кого-нибудь ударить.

— Я не собираюсь никого бить.

— Отлично. Тогда хотя бы не выгляди так, будто уже выбрал жертву.

Егор посмотрел на себя в зеркало.

В костюме он действительно выглядел иначе. Не как измученный человек, который едва выбрался из Пустоши, а как молодой сотрудник гильдии, которому можно доверить серьёзное дело.

Но внутри ничего не изменилось.

Он всё ещё хотел одного: вернуться в Вяземск.

И узнать, что стало с людьми, которых он считал своей семьёй.

---

К резиденции графа Северского они прибыли незадолго до назначенного времени.

Город к вечеру преобразился. На улицах горели фонари, автомобили двигались по освещённым проспектам, а над центральной площадью медленно вращались магические рекламные конструкции. Высокие стены Крепостного возвышались над кварталами, напоминая, что за пределами города начиналась совсем другая жизнь.

Резиденция графа располагалась за внутренней стеной. Высокое здание с широкими окнами, каменным фасадом и несколькими охраняемыми входами больше напоминало правительственный дворец, чем старинный замок.

У ворот стояли вооружённые охранники.

Гром предъявил приглашение, и их пропустили внутрь.

Егор невольно огляделся.

В холле находились десятки гостей. Дорогие костюмы, украшения, фамильные знаки, спокойные лица людей, привыкших получать всё, чего пожелают.

Он сразу заметил, что представители гильдии выглядели здесь иначе.

Некоторые гости бросали на Грома и его людей короткие взгляды, после чего отворачивались. Другие даже не пытались скрыть пренебрежения.

— Охотники, — негромко произнёс один пожилой дворянин своему спутнику. — Не думал, что граф решит пригласить столько людей подобного рода.

— В конце концов, они полезны, — ответил второй. — Кто-то же должен заниматься грязной работой за стенами города.

Оба мужчины негромко рассмеялись.

Егор услышал их, но промолчал.

Радан наклонился к нему.

— Не обращай внимания. Для них мы что-то вроде дорогих рабочих инструментов.

— А если инструмент начнёт ломать им пальцы?

— Тогда они внезапно вспомнят, что мы тоже люди.

Гром бросил на них предупреждающий взгляд.

— Ведите себя прилично.

— Мы просто обсуждаем общественные отношения, — невинно ответил Радан.

— Обсуждайте молча.

Они прошли в главный зал.

Под потолком горели магические светильники, вдоль стен стояли столики с напитками и закусками. В центре играли музыканты. Гости разговаривали небольшими группами, обсуждали торговлю, политику, военные новости и последние события в приграничных районах.

Егор заметил ещё одну особенность.

Простолюдины здесь почти не разговаривали с дворянами без приглашения. Обслуживающий персонал двигался бесшумно, а люди в форме гильдии держались ближе к стенам. Даже те, кто обладал сильной магией, но не имел титула, явно уступали в общественном положении людям из старых дворянских семей.

Сила могла обеспечить уважение.

Но происхождение определяло, кому это уважение полагалось с рождения.

— Не нравится мне это место, — негромко сказал Егор.

— Мне тоже, — ответил Гром. — Поэтому мы здесь ненадолго.

В этот момент музыканты закончили играть, и к небольшой возвышенности в центре зала направился мужчина в строгом тёмном костюме.

Ему было около пятидесяти. Седые волосы аккуратно зачёсаны назад, лицо спокойное, взгляд внимательный. На лацкане поблёскивал фамильный знак Северских.

Гости постепенно замолчали.

— Господа, — произнёс мужчина. — Благодарю вас за то, что приняли моё приглашение.

Это был граф Артемий Северский, хозяин Крепостного.

— Последние события напомнили нам, насколько опасны территории за пределами городских стен. И насколько важны люди, которые готовы рисковать собой ради безопасности остальных.

Он ненадолго замолчал.

— Сегодня среди нас находится человек, которому удалось пережить нападение мутанта, оказаться в Пустоши и вернуться к людям. Я пригласил его, чтобы лично услышать эту историю.

Граф посмотрел в сторону Егора.

— Егор Рудов, прошу вас подойти.

Взгляды гостей обратились к нему.

Егор спокойно вышел вперёд.

— Господин граф.

— Добро пожаловать в Крепостной. Надеюсь, гильдия обеспечила вам необходимую помощь?

— Да. Мне предоставили жильё, еду и медицинский осмотр.

— Хорошо. Расскажите, что произошло в Вяземске.

Егор коротко изложил историю нападения: как он сражался на стенах, оказался рядом с Максимом Батуриным, помог спасти дочь графа Воронцова, а затем был схвачен летающим мутантом и унесён за городские стены.

Он рассказал, как упал в реку, несколько дней пробирался через Пустошь, встретил необычного мутанта и сумел добраться до людей.

О происхождении чёрного пламени он не упомянул.

— Вы хотите сказать, что выжили там без снаряжения? — спросил один из гостей.

— Да.

— И без группы поддержки?

— Да.

— Поразительно, — произнёс мужчина, но в его голосе слышалось скорее недоверие, чем восхищение. — Хотя, полагаю, вам просто повезло.

— Везение тоже помогает выжить, — ответил Егор.

Граф Северский слегка улыбнулся.

— Скромный ответ. А что насчёт мутанта, который вам помог? Вы утверждаете, что он понимал вас?

— Мы не разговаривали словами. Скорее чувствовали эмоции и образы друг друга.

— И вы уверены, что он не пытался использовать вас?

Егор вспомнил камнеспина, его боль, одиночество и то, как тот помог ему пережить нападение.

— Уверен, что он спас мне жизнь. Остальное я объяснить не могу.

Граф кивнул.

— Возможно, ваш опыт окажется полезен исследователям. Мы обязательно вернёмся к этому разговору.

Егор поклонился и отошёл к Грому.

Он надеялся, что на этом расспросы закончатся.

Но вскоре рядом появился молодой мужчина с самодовольной улыбкой.

— Так это и есть Рудов?

Ему было около двадцати пяти лет. Высокий, широкоплечий, с тщательно уложенными тёмными волосами. На нём был дорогой костюм, а на пальце красовался перстень с гербом Северских.

Граф заметил его приближение.

— Мой сын, Кирилл Северский.

Кирилл окинул Егора взглядом.

— Признаться, я ожидал увидеть кого-нибудь более внушительного. Всё-таки человек, переживший Пустошь. А передо мной обычный парень.

— Пустошь не спрашивает, как человек выглядит, — ответил Егор.

— Разумеется. Она ведь не светский салон.

Кирилл усмехнулся и взял со стола бокал.

— И всё же мне любопытно. Как получилось, что человек, находившийся под покровительством князя Батурина, оказался в таком положении?

Егор насторожился.

— В каком именно?

— Ну, вы же были в Вяземске. Рядом с Максимом Батуриным. Потом вас утащил мутант. А теперь вы здесь, в Крепостном, в костюме, который, вероятно, одолжили вам охотники.

Он сделал паузу, будто сам наслаждался своими словами.

— И где же были ваши покровители?

Егор медленно выдохнул.

— Они не могли знать, где меня искать. Мутант утащил меня за городские стены. Я упал в реку и оказался в Пустоши.

— Удобное объяснение.

— Это то, что произошло.

Кирилл покрутил бокал в руке.

— Знаете, я всегда считал, что у князя Батурина слишком мягкое сердце. Подбирает сирот, даёт им крышу над головой, позволяет вращаться среди настоящих дворян. А потом выясняется, что даже собственных людей он защитить не способен.

Егор посмотрел на него внимательнее.

— Вы не знаете, что произошло в Вяземске.

— А вы знаете, что происходит в благородных семьях? Нет, конечно. Вы ведь простолюдин.

Кирилл произнёс это слово с таким презрением, будто назвал Егора грязью под ногами.

Несколько гостей неподалёку прислушались к разговору.

— Не стоит забывать, что князь Батурин оказал вам честь, приняв в свой дом, — продолжил Кирилл. — Но, похоже, его воспитанники не слишком хорошо понимают, как следует вести себя среди людей своего круга.

— Я не представляю семью Батурина, — ответил Егор. — Я говорю только за себя.

— Тогда тем более странно, что вы так цепляетесь за их имя.

— Я не цепляюсь. Я благодарен им за то, что они сделали для меня.

Кирилл улыбнулся.

— Благодарность? Как трогательно. Вероятно, вам кажется, что, раз князь однажды позволил вам сидеть за его столом, вы стали ему ровней.

— Я такого не говорил.

— Но, похоже, именно так вы себя и ведёте.

Егор почувствовал, как внутри нарастает раздражение.

Он вспомнил, как князь Батурин дал ему возможность начать новую жизнь. Как Максим тренировался с ним, разговаривал с ним на равных и не позволял другим обращаться с ним как с пустым местом.

Батурины никогда не обещали сделать его дворянином.

Они просто дали ему шанс.

И теперь какой-то самодовольный наследник пытался превратить эту доброту в повод для насмешек.

— Вы можете сколько угодно говорить обо мне, — произнёс Егор. — Но оставьте в покое семью, о которой ничего не знаете.

Кирилл перестал улыбаться.

— Что ты сказал?

— Вы меня услышали.

— Ты, кажется, забыл своё место.

— Нет. Я прекрасно знаю, кто я. А вот вы, похоже, решили, что титул позволяет вам оскорблять кого угодно.

Вокруг стало заметно тише.

Гром, стоявший неподалёку, повернулся к ним. Он уже понял, к чему всё идёт.

— Рудов, — негромко произнёс он. — Не поддавайся.

Но Кирилл отступать не собирался.

— Ты осмеливаешься читать мне нравоучения? Мне? Сыну графа Северского?

— А что, ваше происхождение мешает вам услышать правду?

У кого-то вырвался короткий смешок.

Кирилл резко повернул голову в сторону звука, и веселье тут же прекратилось.

— Я начинаю понимать, почему князь Батурин не смог сделать из тебя достойного человека, — процедил он. — Можно дать простолюдину одежду, можно накормить его, можно позволить ему пожить в приличном доме. Но нельзя изменить его природу.

Егор сжал кулаки.

— Достаточно.

— Или что? Ты решил защитить честь своего благодетеля? Думаешь, князь будет благодарен тебе за то, что ты устроишь скандал на приёме?

— Я не знаю, что он подумает. Но знаю, что он не стал бы оскорблять человека только потому, что тот родился не в дворянской семье.

Кирилл шагнул ближе.

— Ты сравниваешь себя с князем Батуриным?

— Нет. Я сравниваю ваши поступки.

В зале повисла тишина.

Кирилл побледнел от злости.

— Ты за это ответишь.

— За что? За то, что не позволил вам унижать людей?

— За то, что забыл, с кем разговариваешь!

— Я помню. И всё ещё не вижу причины уважать ваши слова.

Кирилл поставил бокал на стол.

— Хорошо. Раз ты так уверен в себе, проверим, чего ты стоишь на самом деле.

Он выпрямился и громко произнёс:

— Я, Кирилл Артемьевич Северский, вызываю Егора Рудова на официальную дуэль!

По залу прокатился гул.

Несколько гостей переглянулись. Кто-то с интересом придвинулся ближе, другие поспешили отойти, освобождая пространство.

Гром немедленно шагнул между ними.

— Кирилл Артемьевич, Рудов — гость вашего отца. И он только недавно вернулся из Пустоши. Вы считаете разумным бросать ему вызов при таких обстоятельствах?

— Я не заставляю его принимать вызов, — ответил Кирилл. — Если он откажется, я пойму. В конце концов, не каждому простолюдину хватает смелости отвечать за свои слова.

Он повернулся к Егору.

— Ну что? Примешь вызов или признаешь, что твоя храбрость заканчивается там, где начинается настоящая опасность?

Егор молчал.

Он понимал, что Кирилл намеренно загоняет его в угол. Отказ не означал бы трусости в обычной жизни, но среди присутствующих его выставили бы человеком, который громко защищает чужую честь, а затем прячется за спинами охотников.

При этом Егор не знал, насколько силён его противник.

Он почти не умел управлять своей магией. После Пустоши его тело ещё не восстановилось полностью. А чёрное пламя оставалось тайной, которую нельзя было раскрывать ни при каких обстоятельствах.

Использовать его означало привлечь внимание к тому, что Егор сам пока не понимал.

Но и позволить Кириллу безнаказанно унижать семью Батурина он не хотел.

— Прежде чем отвечать, — произнёс Егор, — я хочу знать правила.

Кирилл усмехнулся.

— Боишься?

— Я не собираюсь участвовать в поединке, не зная, на что соглашаюсь.

— Хорошо. Пусть тебе объяснят.

На этот раз вмешался сам граф Северский.

До этого он наблюдал за происходящим со стороны, не вмешиваясь в спор. Теперь он поднял руку, и гости постепенно замолчали.

— Если вызов принят, дуэль должна пройти по городскому кодексу, — произнёс граф. — Иначе это будет не поединок чести, а обычная драка.

Он посмотрел на сына.

— Кирилл, ты знаешь правила. Не делай вид, будто забыл их.

— Разумеется, отец.

Граф перевёл взгляд на Егора.

— Вы тоже должны их знать, прежде чем дать ответ.

Он сделал знак одному из помощников. Тот принёс небольшую папку с гербом городской администрации.

— В Крепостном официальная дуэль проводится только после регистрации у городского магистрата. Стороны заранее подтверждают условия, выбирают допустимое оружие и назначают независимого судью. В вашем случае, поскольку вызов исходит от моего сына, я не буду судьёй. Это обеспечит хотя бы видимость беспристрастности.

Кирилл нахмурился, но промолчал.

— Дуэль проводится на специальной арене, — продолжил граф. — Запрещены смертельные заклинания, скрытые артефакты, отравленное оружие и любые действия после признания поражения. Поединок заканчивается, если одна из сторон сдаётся, теряет возможность продолжать бой или судья фиксирует первое серьёзное ранение, предусмотренное выбранным регламентом.

Егор слушал внимательно.

— А если кто-то нарушит правила?

— Судья немедленно остановит поединок. Нарушитель может быть лишён права на дуэли, оштрафован и привлечён к ответственности по городским законам. Если он намеренно причинит тяжёлый вред или убьёт противника, ссылка на дуэль не освободит его от уголовной ответственности.

— Значит, убить меня на арене он не сможет просто потому, что мы дерёмся?

— Именно. Официальная дуэль не является разрешением на убийство.

Егор немного расслабился.

— А если я откажусь?

— Юридических последствий не будет, — ответил граф. — Никто не вправе заставить вас принять вызов. Но общество, как вы уже заметили, не всегда руководствуется законом. Отказ может повредить вашей репутации среди тех, кто придаёт большое значение дворянскому кодексу.

— Особенно если противник — сын графа, — добавил Кирилл. — Все решат, что ты испугался.

— Кирилл, — холодно произнёс отец.

Тот замолчал.

— Есть ещё одно условие, — продолжил граф. — Принявший вызов простолюдин не становится дворянином. Но на время зарегистрированной дуэли стороны получают равное право на защиту правил. Ни титул, ни положение не дают преимуществ в самом поединке.

Егор посмотрел на Кирилла.

— А последствия для проигравшего?

— Если вы выберете стандартный поединок до первого серьёзного ранения или признания поражения, победитель может потребовать публичного признания неправоты и извинений за оскорбления, если это будет включено в условия соглашения. Отказ выполнить зарегистрированное требование может повлечь штраф или разбирательство у магистрата.

— А если я проиграю?

Кирилл улыбнулся.

— Тогда ты публично извинишься передо мной за оскорбление моего имени.

— А если проиграете вы?

Улыбка Кирилла стала жёстче.

— Тогда я сделаю то же самое.

Граф посмотрел на сына.

— Именно таковы правила, если обе стороны согласятся на эти условия. Никаких дополнительных требований после начала дуэли быть не может.

Егор задумался.

Он не собирался требовать денег, титулов или каких-либо привилегий. Ему нужно было лишь не позволить Кириллу выставить себя и семью Батурина посмешищем.

— Я принимаю вызов, — наконец произнёс он.

Гром резко повернулся к нему.

— Егор!

— Я всё понял.

Кирилл довольно кивнул.

— Вот и хорошо. Завтра в полдень на городской арене.

— Не так быстро, — остановил его граф. — Условия должны быть зарегистрированы. Вы оба подпишете документ сегодня, а завтра судья подтвердит их перед началом поединка.

Помощник графа достал бланк.

— Оружие выбирается из стандартного набора арены, — сообщил он. — Допускаются тренировочные мечи с ограниченными магическими свойствами либо обычные клинки с защитными чарами. Применение личных боевых артефактов запрещено. Магические способности разрешены, если они не относятся к запрещённым смертельным техникам.

Егор внимательно прочитал документ.

В нём были указаны дата, место, имена участников и условия завершения поединка. Отдельным пунктом стоял запрет на продолжение атаки после сдачи противника.

Внизу оставались две строки для подписей.

Кирилл подписал первым.

Егор взял перо.

На мгновение он подумал о Максиме. О том, что тот наверняка назвал бы его безрассудным. Потом вспомнил князя Батурина и то, как тот когда-то сказал ему, что человек определяется не происхождением, а поступками.

Егор поставил подпись.

— Документ зарегистрируют утром, — сказал помощник. — До подтверждения судьи условия считаются предварительными. Если возникнут основания для изменения регламента по состоянию здоровья участника, вопрос будет рассмотрен магистратом.

— Я совершенно здоров, — заявил Кирилл.

— Это предстоит подтвердить обоим участникам, — ответил помощник без тени улыбки.

Граф забрал документ.

— На этом вопрос закрыт. Приём продолжается.

Но разговоры в зале уже изменились.

Теперь гости смотрели на Егора не просто как на простолюдина, случайно попавшего в резиденцию. Он стал человеком, который принял вызов сына графа.

Для одних это было проявлением глупой самоуверенности.

Для других — неожиданным поводом для любопытства.

Некоторые дворяне откровенно улыбались, предвкушая завтрашнее зрелище.

— Посмотрим, как долго продержится этот герой Пустоши, — услышал Егор за спиной.

— Не думаю, что дольше нескольких минут.

— Кирилл неплохо владеет молнией. Простолюдину без серьёзной подготовки нечего ему противопоставить.

Егор не обернулся.

Гром подошёл к нему.

— Ты понимаешь, что это не шутка?

— Понимаю.

— Кирилл обучался у лучших наставников. Его аспект — молния. Он быстрый, умеет резко сокращать дистанцию и наносить несколько ударов прежде, чем противник успевает ответить.

— Тогда мне придётся быть быстрее.

— За одну ночь ты не станешь опытным бойцом.

— Я и не рассчитываю.

Гром внимательно посмотрел на него.

— И не вздумай использовать что-то, чего сам не понимаешь.

Егор встретил его взгляд.

— Не собираюсь.

Он не солгал. По крайней мере, не собирался использовать чёрное пламя намеренно.

Но что произойдёт, если в бою он потеряет контроль над собой, Егор пока не знал.

---

Приём продолжался ещё около часа.

Граф Северский больше не возвращался к разговору о дуэли, но время от времени поглядывал на Егора. Кирилл, напротив, открыто наслаждался вниманием окружающих.

Он разговаривал с молодыми дворянами, смеялся и время от времени бросал в сторону Егора короткие взгляды.

Наконец Гром решил, что им пора уходить.

Они попрощались с хозяином дома и направились к выходу.

Уже в холле Радан негромко сказал:

— Поздравляю. Ты пробыл в городе меньше суток, а уже умудрился нажить врага среди местной знати.

— Я не ставил перед собой такую цель.

— Тем более впечатляет результат.

— Радан, — предупредил Гром.

— Всё, молчу.

Они вышли на улицу.

Холодный вечерний воздух показался Егору гораздо приятнее душного зала. Он глубоко вдохнул и посмотрел на освещённые городские улицы.

— Я не понимаю, — сказал он. — Почему они считают, что происхождение даёт им право унижать других?

Гром некоторое время молчал.

— Потому что многие из них с детства слышат, что родились выше остальных. Им объясняют, что их семьи управляют городами, защищают земли и несут ответственность за тысячи людей. Некоторые действительно принимают эту ответственность. Другие запоминают только слово «выше».

— А простолюдины?

— Для одних они обычные люди. Для других — рабочая сила, солдаты, слуги и охотники. Всё зависит от человека.

— А Кирилл?

Гром посмотрел на резиденцию.

— Завтра ты узнаешь о нём больше, чем хотел бы.

Радан хлопнул Егора по плечу.

— Главное, не пытайся победить его одной злостью. Он будет ждать, что ты бросишься вперёд. А молния любит тех, кто не успевает подумать.

— Ты можешь помочь мне подготовиться?

— Конечно. Гром будет заниматься твоей защитой, я помогу с движением. А утром подключим остальных.

— Спасибо.

— Только не благодари слишком рано. Если Борис узнает, что тебе предстоит дуэль, он заставит тебя сначала съесть завтрак, потом обед, а потом ещё раз объяснит, почему ты идиот.

— Звучит правдоподобно, — признал Егор.

---

В гильдию они вернулись поздно.

Егор снял пиджак, аккуратно повесил его и сел на край кровати. Перед глазами всё ещё стоял зал графа Северского, лица гостей и самодовольная улыбка Кирилла.

Он не жалел о том, что принял вызов.

Но впервые за долгое время ему пришлось признать: одного желания выжить недостаточно.

В Пустоши он спасался инстинктами, удачей и помощью существа, которое само едва держалось на ногах. Там не существовало правил дуэли, титулов и общественного мнения. Там любой промах мог стоить жизни.

Завтра опасность будет другой.

Кирилл не станет нападать из кустов. Он выйдет на арену, посмотрит Егору в глаза и начнёт бой по всем установленным правилам.

И если Егор проиграет, он не только получит ранения. Он позволит сыну графа публично унизить себя и потребовать извинений за то, что Егор посмел ему возразить.

Егор опустил взгляд на ладони.

Он не собирался раскрывать чёрное пламя. Не собирался полагаться на силу, которую пока не понимал. И не собирался позволять злости управлять своими действиями.

Ему предстояло выиграть обычным способом.

Своими руками.

Своими знаниями.

Своей волей.

За стенами комнаты послышались голоса охотников. Радан уже спорил с Борисом о том, какой тренировочный меч лучше дать Егору. Гром требовал не превращать подготовку в балаган, а Кир наверняка мечтал о возможности понаблюдать за завтрашним поединком.

Егор невольно улыбнулся.

Он был здесь чужим. Простолюдином среди людей, для которых фамилия порой значила больше человеческих поступков.

Но он больше не был один.

И если завтра ему предстояло доказать, чего он стоит, он сделает это.

Не ради титула.

Не ради одобрения дворян.

А ради собственного достоинства и тех, кто когда-то протянул ему руку, когда он сам уже почти перестал верить, что кому-то нужен.

Егор погасил свет.

Завтра в полдень его ждала дуэль с сыном графа Северского.

И отступать он не собирался.

Глава 47 Перед дуэлью

— Рудов! Подъём!

Егор перевернулся на другой бок и натянул одеяло на голову.

— Не слышу…

— Прекрасно. Тогда придётся говорить громче. РУДОВ, ПОДЪЁМ!

— Радан, я тебя сейчас этим одеялом задушу.

— Вот и отлично! Значит, силы у тебя ещё остались.

Егор открыл глаза и недовольно посмотрел на рыжеволосого охотника. Тот стоял возле кровати с таким довольным видом, будто уже одержал победу над самым опасным мутантом Пустоши.

— Ты всегда такой невыносимый по утрам?

— Нет. Иногда я ещё хуже.

— Рад за тебя.

— А вот я за тебя переживаю. Сегодня у тебя дуэль, а ты лежишь так, будто собрался проспать ближайшие три дня.

Егор сел на кровати и потёр лицо ладонями.

— Который час?

— Без четверти семь.

— И ты решил разбудить меня в такую рань?

— Конечно. В полдень тебе предстоит сражаться с сыном графа, который, по слухам, неплохо владеет мечом и магией. Надо успеть позавтракать, потренироваться, отдохнуть и ещё раз подумать, не сошёл ли ты с ума.

— Последнее можешь вычеркнуть. Я уже думал об этом вчера.

Радан рассмеялся.

— Вот это правильный подход! Главное — осознавать масштаб проблемы.

Егор покачал головой и поднялся.

За последние дни он привык к постоянной опасности. В Пустоши приходилось спать чутко, прислушиваться к каждому шороху и просыпаться от малейшего движения поблизости. Здесь, в крепостном городе, впервые за долгое время можно было позволить себе спокойно закрыть глаза.

И именно сегодня ему предстояло снова оказаться в опасности.

Правда, на этот раз противником будет не мутант, а человек.

Причём человек, который с самого начала считал себя выше остальных.

— Слушай, — произнёс Егор, направляясь к умывальнику. — Ты ведь вчера видел этого Кирилла?

— Видел. Высокий такой, тёмные волосы, выражение лица, будто весь город принадлежит его семье.

— Понятно.

— Что именно?

— Просто пытаюсь представить, с кем мне предстоит иметь дело.

Радан прислонился плечом к стене.

— Насколько я понял, Кирилл действительно умеет драться. Его обучали с детства. А ещё у него аспект молнии. Это неприятное сочетание.

— Он может ускорять свои движения?

— В том числе. Такие маги способны резко ускоряться, усиливать удары и быстрее реагировать на некоторые атаки. Разумеется, всё зависит от уровня подготовки.

Егор умылся и посмотрел на себя в зеркало.

— А если я не смогу за ним угнаться?

— Тогда не пытайся соревноваться с ним в скорости. Это было бы глупо.

— Обнадёживает.

— Я вообще человек честный. Если бы хотел тебя обнадёжить, сказал бы, что ты обязательно победишь.

Егор усмехнулся.

— И что же ты скажешь на самом деле?

Радан выпрямился.

— Что у тебя есть шанс. Ты сумел выжить в Пустоши, но это не значит, что дуэль будет простой. Здесь действуют другие правила, а противник не собирается просто бросаться на тебя, пока один из вас не погибнет.

Егор на секунду задумался.

— Надеюсь, он понимает, что такое правила.

— Вот это мы сегодня и проверим.

Радан направился к выходу, но у двери обернулся.

— Через десять минут в столовой. Борис приготовил завтрак. Если опоздаешь, он придёт за тобой сам.

— И что страшнее — дуэль или Борис?

— Борис. Без вариантов.

Дверь закрылась.

Егор закончил умываться, оделся и некоторое время стоял у окна.

Город уже просыпался. По улицам двигались автомобили, у магазинов открывались двери, а на стенах крепости постепенно гасли ночные магические огни. Люди спешили по своим делам, словно сегодня не должно было произойти ничего необычного.

Для них дуэль между сыном графа и неизвестным простолюдином, вероятно, была всего лишь развлечением.

Для Егора всё выглядело иначе.

Он не собирался умирать из-за чужой гордости. Но и позволить Кириллу безнаказанно унижать людей, которые приняли его в свою семью, он тоже не мог.

Егор отвёл взгляд от окна и вышел из комнаты.

До полудня оставалось несколько часов.

И использовать их нужно было с умом.

В столовой уже собрались несколько охотников.

Борис сидел у стола с кружкой чая. Перед ним стояла большая тарелка с завтраком, а рядом лежала раскрытая газета. Кир что-то рассказывал Сае, активно жестикулируя. Гром, как обычно, выглядел так, словно успел решить все проблемы гильдии ещё до рассвета.

Когда Егор вошёл, Радан указал на свободное место.

— Вот и наш будущий дуэлянт!

— Не называй меня так.

— Почему? Звучит солидно.

— Звучит так, будто я уже проиграл.

— Тогда будем называть тебя будущим победителем.

— Радан, ешь.

Борис подвинул Егору тарелку.

— Завтракай.

— Доброе утро, Борис.

— Доброе. Ешь.

Егор сел и посмотрел на еду.

— Вы все сегодня решили меня откормить?

— А ты предпочитаешь упасть на арене от голода? — проворчал Борис.

— Нет.

— Тогда ешь.

Егор не стал спорить.

Некоторое время все завтракали, разговаривая о делах гильдии. Но стоило ему закончить, как Гром отложил кружку.

— Теперь поговорим о дуэли.

Разговоры за столом стихли.

— Кирилл Северский обучался фехтованию с детства, — начал Гром. — Судя по тому, что мне удалось узнать, он не просто избалованный наследник. Он действительно умеет сражаться.

— Это я уже понял, — ответил Егор.

— Хорошо. Тогда слушай внимательно. Не пытайся победить его в скорости. Магия молнии позволяет резко ускоряться, и если ты станешь отвечать на каждый его выпад прямой атакой, он быстро воспользуется этим.

— Что посоветуешь?

— Следи за ногами и корпусом. Не за одним только мечом. Перед атакой человек переносит вес тела, меняет положение плеч и иногда выдаёт направление движения ещё до того, как начинает удар.

Радан кивнул.

— И не позволяй ему загнать тебя в угол. Ему будет удобнее атаковать, если ты перестанешь двигаться и начнёшь только защищаться.

— А если он будет постоянно сокращать дистанцию?

— Используй перемещения. Но не отступай по прямой, если можешь уйти в сторону. И не пытайся отвечать на каждую атаку.

Гром продолжил:

— Ещё один момент. Кирилл может начать провоцировать тебя. Он привык к тому, что люди реагируют на его слова. Не позволяй ему заставить тебя действовать необдуманно.

Егор невесело улыбнулся.

— Судя по вчерашнему вечеру, он действительно любит поговорить.

— Тем лучше. Пусть разговаривает. Ты сосредоточься на поединке.

Борис поставил кружку на стол.

— И запомни: если почувствуешь, что не можешь продолжать, сдавайся. Ничего постыдного в этом нет.

Егор посмотрел на него.

— Я не собираюсь сдаваться при первой же трудности.

— А я не говорю о первой трудности, — ответил Борис. — Я говорю о ситуации, когда продолжение боя может стоить тебе жизни.

В столовой стало тихо.

Егор понимал, что Борис прав. После нескольких дней в Пустоши он слишком хорошо знал, как быстро уверенность превращается в беспомощность, если недооценить опасность.

— Я понял, — сказал он наконец.

Гром кивнул.

— Тогда после завтрака немного потренируемся. Без изнурительных упражнений. Нам нужно освежить навыки, а не лишить тебя сил.

— Сколько времени?

— Минут двадцать, может, тридцать. Потом отдохнёшь.

Радан поднялся.

— А я пока узнаю, удалось ли Марте связаться со столицей. Если князь Батурин ещё не знает, что Егор жив, думаю, ему будет приятно это услышать.

Егор поднял голову.

— Вы собираетесь сообщить ему?

— Разумеется. Ты пропал во время битвы за Вяземск. Для семьи Батурина это не пустяк.

— Я не уверен, что князь вообще станет разговаривать с обычным охотником.

Гром посмотрел на него.

— Сегодня он будет разговаривать не с охотником. Он будет разговаривать с человеком, который несколько дней считался пропавшим без вести и которого его семья хотела бы вернуть домой.

Егор ничего не ответил.

Эта мысль казалась непривычной.

Он привык рассчитывать на себя. В Пустоши никто не мог прийти ему на помощь, а каждый неверный шаг мог оказаться последним. Но здесь, за стенами крепости, его действительно ждали люди.

И это чувство было одновременно приятным и тревожным.

Тренировочная площадка находилась во внутреннем дворе гильдии.

Утренний воздух был прохладным. Несколько охотников отрабатывали удары по манекенам, а возле оружейной стойки двое спорили о качестве новых клинков.

Гром передал Егору деревянный меч.

— Покажи, что помнишь.

Егор занял позицию и сделал короткий выпад.

Гром без труда отвёл удар и коснулся его плеча деревянным клинком.

— Открываешься справа.

— Заметил.

— Тогда исправь.

Егор повторил движение, изменив положение корпуса. На этот раз Гром не смог сразу достать его ответным ударом.

— Лучше.

Они продолжили тренировку.

Гром не пытался загнать Егора до изнеможения. Вместо этого он обращал внимание на положение ног, дистанцию и защиту после атаки.

Егор постепенно вспоминал движения, которым его обучал Игнат Всеволодович. Мышечная память помогала, но до уверенного владения мечом было ещё далеко.

— Не пытайся выиграть одним ударом, — напомнил Гром. — Кирилл быстрее тебя. Если полезешь напролом, он воспользуется твоей поспешностью.

— А если я буду держаться на расстоянии?

— Он постарается сократить его. Поэтому следи за его движениями и не позволяй ему загнать тебя туда, где у тебя не останется пространства для манёвра.

Гром сделал шаг назад.

— Ещё раз. Теперь я буду двигаться немного быстрее.

Несколько минут они отрабатывали защиту и перемещения. Егор пропускал отдельные удары, но постепенно начал лучше чувствовать дистанцию.

Наконец Гром опустил меч.

— Достаточно.

Егор удивлённо посмотрел на него.

— Уже?

— Ты должен выйти на арену отдохнувшим, а не с дрожащими руками. За оставшееся время мы не сделаем из тебя мастера. Но можем убедиться, что ты не забудешь основы в самый неподходящий момент.

Егор вернул деревянный меч на стойку.

— Что-нибудь ещё?

— Да. Не торопись. Не поддавайся на провокации. И не забывай, что у тебя есть право сдаться.

— Ты уже говорил.

— И повторю столько раз, сколько потребуется.

Гром положил руку Егору на плечо.

— Я не знаю, насколько хорошо ты восстановился после Пустоши. Никто из нас не знает, что тебе пришлось там пережить. Поэтому сегодня не нужно никому ничего доказывать.

Егор посмотрел на командира.

— Я не собираюсь умирать ради чужой гордости.

— Вот и хорошо.

Тренировка закончилась.

Егор вернулся в корпус, поел и устроился в комнате, чтобы немного отдохнуть.

До полудня оставалось ещё несколько часов.

Но вскоре его покой нарушил стук в дверь.

— Егор, ты здесь? — раздался голос Марты.

Он открыл дверь.

— Да. Что случилось?

— Гром просит тебя пока остаться здесь. Мне удалось связаться с резиденцией князя Батурина в столице.

Егор насторожился.

— Князь знает, что я жив?

— Да. Он хочет поговорить с Громом, а потом, если всё получится, и с тобой.

Егор кивнул.

— Хорошо.

Марта направилась к административному корпусу.

Там Гром уже ждал у стола, на котором лежал коммуникатор.

— Связь установлена? — спросил он.

— Да. Князь на линии.

Марта активировала видеосвязь.

На экране появился пожилой мужчина лет семидесяти. Его волосы почти полностью поседели, лицо пересекали глубокие морщины, но взгляд оставался ясным и твёрдым. Даже сидя в кресле, он производил впечатление человека, привыкшего принимать решения, от которых зависели судьбы других людей.

За его спиной виднелся просторный кабинет столичной резиденции.

— Добрый день, — произнёс князь. — С кем я разговариваю?

Гром выпрямился.

— Добрый день, ваше сиятельство. Меня зовут Гром Всеволодович. Я командир отряда охотников гильдии в Крепостном.

— Очень приятно, Гром Всеволодович. Мне сообщили, что у вас находится Егор Рудов. Это правда?

— Да, ваше сиятельство. Егор жив. Он добрался до нашего города вместе с моей группой и сейчас находится под наблюдением врача гильдии.

Князь заметно расслабился.

— Рад это слышать. Мы не знали, что с ним произошло после битвы за Вяземск. Расскажите, как он оказался у вас.

Гром изложил основные события: как Егор появился возле отряда, как рассказал о нескольких днях в Пустоши и как охотники помогли ему добраться до Крепостного.

Князь внимательно слушал, не перебивая.

— Несколько дней в Пустоши… — произнёс он, когда Гром закончил. — Не каждый взрослый охотник смог бы пережить такое.

— Он проявил выдержку, — ответил Гром. — Хотя ему ещё нужно восстановиться.

— Понимаю. Но вы сказали, что сегодня у него дуэль?

Гром коротко рассказал о приёме у графа Северского, о поведении его сына и о том, как Кирилл вызвал Егора на поединок.

Чем дольше он говорил, тем холоднее становилось лицо князя.

— Правильно ли я понял? — наконец спросил тот. — Сын графа Северского оскорбил Егора, унизительно высказался о моей семье, а затем решил вызвать его на дуэль, потому что ему не понравился ответ?

— Да, ваше сиятельство.

Князь медленно откинулся на спинку кресла.

— Какой-то там сын какого-то графа посмел оскорбить мою семью?

В его голосе не было крика, но каждое слово звучало жёстко.

— Я не собираюсь устраивать политический скандал только потому, что молодой дворянин не умеет держать язык за зубами. Но если он считает, что фамилия отца даёт ему право унижать людей, он сильно ошибается.

Гром молчал.

— Что с правилами дуэли? — спросил князь.

— Поединок зарегистрирован. Судья независимый. Оружие участники выберут на месте. Использование нелетальной магии разрешено, запрещены скрытые артефакты, отравленное оружие и намеренные действия, способные привести к смерти. Судья вправе остановить бой, если один из участников не сможет продолжать.

— Хорошо. Проследите, чтобы правила соблюдались. Никаких изменений в последний момент, никаких попыток оказать давление на судью. И пусть никто не думает, что титул отца даёт Кириллу какие-либо преимущества.

— Я лично прослежу за этим.

Князь немного помолчал.

— И ещё. Я хочу, чтобы Егор знал: он не обязан погибать ради чести нашей семьи. Я ценю его поступок, но не собираюсь требовать от него победы любой ценой.

— Передам ему ваши слова.

— Нет. Я хочу сказать ему это лично. Организуйте связь до начала дуэли.

— Конечно, ваше сиятельство.

Князь посмотрел на Грома внимательнее.

— И благодарю вас за то, что помогли ему. Вы могли просто доставить его в город и забыть о нём, но вместо этого сообщили нам о его возвращении.

— Мы не оставляем своих людей в беде, — ответил Гром. — А Егор заслужил помощь.

— Это достойный ответ.

Князь кивнул.

— До связи, Гром Всеволодович.

Экран погас.

Гром несколько секунд молча смотрел на коммуникатор.

Марта, стоявшая рядом, покачала головой.

— Похоже, графу Северскому стоит объяснить сыну, что некоторые слова имеют последствия.

— Надеюсь, он это сделает, — ответил Гром. — Но до этого нам нужно обеспечить честный поединок.

— Думаешь, Кирилл попытается что-то устроить?

— Не знаю. Но я предпочитаю быть готовым.

Марта забрала коммуникатор.

— Я организую разговор князя с Егором.

Гром кивнул.

— Хорошо. А я проверю подготовку арены.

После разговора с Громом князь некоторое время оставался в кабинете.

Он был рад, что Егор выжил. Но история с дуэлью раздражала его всё сильнее.

Князь не любил, когда кто-то пытался прикрываться титулом, чтобы унижать других. Особенно если речь шла о людях, которых он считал частью своей семьи.

Он вызвал помощника и попросил пригласить Максима.

Внук появился через несколько минут.

— Ты хотел меня видеть, дедушка?

— Да. Садись. У меня новости об Егоре.

Максим сразу напрягся.

— Что-то известно?

— Он жив. Сейчас находится в Крепостном, в гильдии охотников.

Максим замер.

— Он жив?..

— Да. Мне только что сообщили об этом.

Несколько секунд Максим молчал, словно боялся поверить услышанному. Затем резко выдохнул и опустился в кресло.

— Я знал, что он мог выжить. Когда мутант уносил его, Егор ещё был жив. Я не мог поверить, что всё закончилось именно так.

— Твоя надежда оказалась оправданной, — ответил князь. — Но есть ещё одна проблема.

Он рассказал о приёме у графа Северского, об оскорблениях и о вызове на дуэль.

Максим вскочил с кресла.

— Что?! Он только выбрался из Пустоши! И этот идиот решил вызвать его на дуэль?

— Именно.

— Но Егор ещё не восстановился! Мы даже не знаем, в каком он состоянии!

— Гром утверждает, что Егор держится нормально. Однако он не стал перегружать его тренировками.

Максим нервно прошёлся по кабинету.

— А Кирилл, конечно, считает себя непобедимым.

— Судя по рассказу, он слишком высокого мнения о себе.

— И что теперь?

— Поединок состоится в полдень. Он зарегистрирован, условия утверждены. Я потребовал, чтобы судья действовал строго по правилам.

Максим остановился.

— Я хочу поговорить с Егором.

— Я уже попросил организовать связь. Ты сможешь поговорить с ним до начала дуэли.

— Хорошо. Я должен хотя бы убедиться, что он понимает, насколько всё серьёзно.

Князь посмотрел на внука.

— Максим, не пытайся заставить его победить любой ценой. Егор не обязан рисковать жизнью ради нашей фамилии.

— Я понимаю.

— Надеюсь. Мне нужен Егор живым, а не геройская история о том, как простолюдин погиб, защищая честь княжеского дома.

Максим нахмурился.

— Он не погибнет.

— Я тоже на это надеюсь. Но обещать такое никто из нас не может.

Внук опустил взгляд.

— Когда мы вернулись из Вяземска, я думал, что больше никогда его не увижу. А теперь он жив, но снова оказывается в опасности.

— Тогда не трать время на тревогу. Поговори с ним, когда появится возможность.

Максим кивнул.

— Хорошо, дедушка.

Он направился к двери.

— Максим, — остановил его князь.

Внук обернулся.

— Я рад, что Егор вернулся. И хочу, чтобы после всего случившегося он наконец оказался в безопасности.

— Я тоже этого хочу.

Максим вышел из кабинета.

И только оказавшись в коридоре, позволил себе по-настоящему выдохнуть.

Егор был жив.

Но до полудня оставалось совсем немного времени.

Максим не стал возвращаться к себе. Вместо этого он направился в гостиную, где надеялся найти Настю.

Девушка сидела у окна с книгой на коленях. Однако по тому, как долго она смотрела на одну и ту же страницу, было понятно, что чтение не слишком её занимало.

Увидев Максима, Настя сразу подняла голову.

— Ты разговаривал с дедушкой?

— Да.

Она отложила книгу.

— Есть новости?

Максим остановился перед ней.

— Егор жив.

Настя не сразу поняла услышанное.

— Что?

— Егор жив. Он находится в Крепостном, в гильдии охотников. Дедушка только что разговаривал с командиром отряда, который его туда доставил.

Настя медленно поднялась.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

Девушка прикрыла рот ладонью. На глазах выступили слёзы облегчения.

— Он жив…

Она опустилась обратно на диван и закрыла лицо руками.

— Я так боялась, что больше никогда его не увижу…

Максим сел рядом.

— Я тоже. Когда мы возвращались из Вяземска, я всё время думал, что должен был сделать что-то ещё. Но теперь хотя бы известно, что он выжил.

Настя вытерла глаза.

— Как он выбрался? Что с ним произошло?

— Подробностей пока немного. Он несколько дней провёл в Пустоши, а потом встретил отряд охотников. Они помогли ему добраться до Крепостного.

Настя покачала головой.

— Несколько дней… Один…

— Да. Даже не представляю, как он справился.

Она опустила взгляд.

— Он всегда старается всё выдержать сам.

Максим хотел что-то ответить, но вспомнил, что ещё не рассказал ей о главном.

— Настя, есть проблема.

Девушка сразу посмотрела на него.

— Какая?

— Сегодня в полдень у Егора дуэль с Кириллом Северским.

— Что?!

Максим рассказал ей о приёме, об оскорблениях и о том, как Кирилл вызвал Егора на поединок.

Настя слушала, всё сильнее сжимая пальцы.

— Но он только выбрался из Пустоши! Он ведь ещё не восстановился. Почему он согласился?

— Потому что Кирилл оскорблял нашу семью. Егор не захотел это терпеть.

— Но он же не обязан защищать нас! Мы ведь даже не знаем, насколько он сейчас силён!

— Знаю. Но Егор не из тех, кто легко отступает, когда считает, что поступают несправедливо.

Настя встала и начала ходить по комнате.

— Это ужасно. А если он получит серьёзные ранения? Если судья не успеет остановить бой?

— Дуэль официальная. Правила запрещают смертельные атаки. Судья должен вмешаться, если один из участников не сможет продолжать.

— Должен! А если что-то пойдёт не так?

Максим не нашёлся с ответом.

Он и сам думал об этом.

Настя остановилась возле окна.

— Мы должны с ним поговорить.

— Я тоже хочу. Дедушка уже попросил организовать связь с гильдией. Надеюсь, успеем до начала дуэли.

— А если нет?

— Тогда будем ждать новостей.

Настя резко повернулась к нему.

— Как ты можешь так спокойно об этом говорить?

— Я не спокоен, — ответил Максим. — Просто если я начну паниковать, Егор от этого не станет сильнее.

Девушка снова отвернулась.

— Я хочу, чтобы он вернулся домой.

Максим подошёл к ней.

— Я тоже.

Некоторое время они стояли молча.

Затем Настя тихо спросила:

— А он знает, что мы переживаем?

— Пока нет. Но мы ему скажем.

Она кивнула, хотя тревога не исчезла.

Теперь они хотя бы знали, что Егор жив.

Но впереди его ждал поединок, исход которого никто не мог предсказать.

Без четверти двенадцать Марта вошла в комнату, где Егор отдыхал перед дуэлью.

— Рудов, связь готова. Князь Батурин хочет поговорить с тобой.

Егор сразу поднялся.

— Спасибо.

Он взял коммуникатор и дождался, пока на экране появится изображение.

Князь сидел в своём кабинете. Увидев Егора, он на мгновение замолчал, а затем заметно улыбнулся.

— Рад видеть тебя живым.

— Я тоже рад вас видеть, ваше сиятельство.

— Гром Всеволодович рассказал мне, через что тебе пришлось пройти. Не буду сейчас расспрашивать обо всех подробностях. Когда вернёшься, у нас будет достаточно времени для разговора.

— Я постараюсь вернуться как можно скорее.

— Вот и хорошо. Но сначала поговорим о сегодняшнем поединке.

Егор опустил взгляд.

— Вы сердитесь, что я принял вызов?

— Я недоволен тем, что сын графа Северского решил унизить тебя и использовал твою благодарность нашей семье против тебя. Но ты должен понимать одну вещь: ты не обязан доказывать свою преданность нам, рискуя жизнью.

— Я знаю.

— Надеюсь. Потому что я не хочу, чтобы ты думал, будто обязан сражаться до последнего только из-за нашей фамилии.

Егор поднял голову.

— Я принял вызов не для того, чтобы что-то вам доказать. Кирилл оскорблял вас и Максима. Я не смог промолчать.

— Я понимаю. И ценю это. Но если на арене ты поймёшь, что продолжать бой опасно, сдавайся. Это не сделает тебя слабым.

Егор некоторое время молчал.

— Я постараюсь.

— Этого достаточно.

Князь посмотрел прямо в камеру.

— И ещё, Егор. Я не знаю, сколько сил у тебя осталось после Пустоши. Поэтому не стану говорить, что ты обязан победить. Просто выйди на арену с холодной головой. Не позволяй Кириллу управлять твоими эмоциями.

— Понял.

— Хорошо. После дуэли мы продолжим разговор. Я хочу, чтобы ты вернулся домой.

— Я тоже хочу вернуться.

Князь кивнул.

— До встречи, Егор.

Связь завершилась.

Егор ещё несколько секунд смотрел на коммуникатор, а затем положил его на стол.

Князь не потребовал от него победы. Не приказал защищать честь семьи любой ценой. Он просто напомнил, что жизнь Егора важнее чужой гордости.

Вскоре Марта снова появилась в дверях.

— Егор, Максим тоже хочет поговорить. И он не один.

Егор взял коммуникатор.

На экране появился Максим.

— Егор! Ну ты и идиот!

Егор невольно улыбнулся.

— Рад тебя слышать, Максим.

— Не уходи от ответа! Ты зачем принял вызов? Кирилл Северский — самодовольный болван, но он умеет драться. Ты ведь только недавно выбрался из Пустоши!

— Я знаю.

— Тогда зачем?

Егор вздохнул.

— Он оскорблял вашу семью. Я не собирался стоять и слушать.

Максим несколько секунд молчал, потом покачал головой.

— Вот поэтому ты и идиот.

— Ты уже говорил.

— И повторю ещё раз. Если ты сегодня проиграешь, ничего страшного. Главное, чтобы остался жив. Понял?

— Понял.

Максим отвёл взгляд, пытаясь скрыть волнение.

— Возвращайся. Нам ещё нужно поговорить о том, как ты умудрился выжить в Пустоши.

— Договорились.

Максим помолчал, а затем отступил в сторону.

На экране появилась Настя.

Она выглядела взволнованной и явно заранее готовила слова, но, увидев Егора, сразу растерялась.

— Егор…

— Привет, Настя.

— Ты жив.

— Как видишь.

Она слабо улыбнулась.

— Я так переживала. Когда ты пропал, никто не знал, что с тобой произошло. Я всё время думала, что ты можешь быть ранен или…

Она замолчала.

— Со мной всё хорошо, — мягко сказал Егор. — Правда.

— Тогда пообещай, что не будешь рисковать без необходимости.

Егор посмотрел на неё.

— Постараюсь.

— Это не обещание.

— Настя, я не могу обещать, что никогда не окажусь в опасности. Но я не собираюсь умирать ради чужого самолюбия.

Она немного успокоилась.

— Хорошо. Просто будь осторожен.

— Буду.

Максим снова появился в кадре.

— И не забудь: если победишь, не начинай задирать нос. Нам и одного самодовольного дворянина хватает.

— Постараюсь не разочаровать тебя.