Руби!

Глава 1:руби любит рубить

В этом мире не было взрослых. Здесь жили только дети от десяти до тринадцати лет. На первый взгляд, это место могло показаться милым, но на самом деле это был безжалостный конвейер смерти, созданный двадцатилетним Оверлордом. Из своих покоев он с упиванием смотрел, как малолетние смертники крамсают друг друга на куски. Здесь правил жестокий закон: чем ты старше, тем ты сильнее. Дожить до тринадцати было чудом. Но Руби было пятнадцать.

Она была аномалией. Настоящим мясником этого мира. Ей не просто нравилось убивать — она жила этим. За кровожадность её и прозвали Руби. Потому что Руби обожала рубить.Прямо сейчас её окружила банда из десятка тринадцатилетних парней, вооруженных до зубов. Они глупо верили, что толпой смогут одолеть переростка. Руби лишь безумно оскалилась, и из-под синего капюшона блеснули глаза со значками «W». В следующую секунду начался сущий ад.

Руби сорвалась с места с неестественной, бешеной скоростью. Первому противнику она с размаху вогнала длинный нож прямо в челюсть, снизу вверх, и резко провернула лезвие. Кровь брызнула фонтаном, окрашивая её худи. Не останавливаясь ни на миг, она выдернула нож, выхватила свое любимое оружие — тяжелый боевой топор — и одним мощным круговым движением снесла головы сразу двоим стоящим рядом. Обезглавленные тела рухнули, заливая землю багровой жижей.

Остальные в панике открыли по ней огонь. Пули насквозь пробивали её тело, вырывая куски плоти, но Руби даже не поморщилась. Её бешеная регенерация работала на полную: дыры от пуль мгновенно затягивались, выталкивая свинец наружу, а раны затягивались, оставляя лишь новые боевые шрамы.

Руби убрала топор за спину и достала вторую часть своего любимого комбо — мощный дробовик. Один оглушительный выстрел в упор — и двоих нападавших буквально разорвало на куски, превратив в кровавый фарш. Оставшиеся попытались сбежать, но Руби методично расстреливала их со спины, вышибая мозги дробью. Последнего выжившего, который умолял о пощаде, она хладнокровно забила топором, буквально утопая в брызгах свежей крови.

Она стояла посреди горы расчлененных тел, тяжело дыша и наслаждаясь моментом.

Наблюдавший за этим через экраны Оверлорд пришел в ужас. Эта девчонка была слишком опасна для его власти. Сам он не мог покинуть свои покои, поэтому послал своего личного мага с четким приказом — уничтожить аномалию.

Маг соткался из воздуха прямо позади Руби. Но её звериное чутьё сработало мгновенно. Руби резко развернулась и с диким оскалом бросилась на колдуна, на ходу занося окровавленный топор, чтобы разрубить его пополам. Маг похолодел от страха — он понял, что эта безумная девчонка разорвет его на части за секунду. В самый последний момент, когда лезвие топора уже свистело в сантиметре от его горла, маг в панике выкрикнул заклинание.

Прямо под ногами Руби с треском разверзся фиолетовый пространственный портал. Она с разбегу рухнула в сияющую бездну и провалилась в неизвестность.

Полет сквозь пространственную трубу оказался на удивление скучным. Вокруг мелькали какие-то искры, магические знаки и фиолетовый туман. Любой другой на её месте кричал бы от ужаса, но Руби лишь тяжело вздохнула. Она перевернулась в воздухе на спину, закинула ногу на ногу и, лениво летя спиной вниз, принялась внимательно рассматривать свой нож.— Блин, затупился немного, — пробормотала она под нос, ковыряя ногтем засохшую кровь на лезвии. — Надо будет подточить о череп Оверлорда, когда вернусь…

Договорить она не успела. Тоннель резко закончился.

Руби вылетела из потолка человеческого бара и с оглушительным грохотом рухнула спиной прямо на барную стойку. Дерево треснуло, в разные стороны с сухим звоном полетели осколки стаканов и брызги дорогого алкоголя. Руби перевернулась, спихнув локтем какую-то бутылку, и уселась прямо на стойке, свесив ноги.

В баре мгновенно воцарилась гробовая тишина. Музыка затихла. Какой-то мужик в углу от шока выронил изо рта сигарету прямо себе в суп. Брутальный бармен с татуировками застыл на месте, так и не дотерев стакан. Все уставились на незваную гостью.

Конвейер научил её: видишь цель — руби без пощады. Руби уже готова была соскочить со стойки и превратить этот бар в фарш своим любимым комбо. Но вдруг её внутреннее чутьё бешено взвыло, заставив её замереть. Опасность. В этих огромных взрослых людях, в странных светящихся вывесках и этой гробовой тишине крылось что-то неизвестное и пугающее. Она решила повременить с резней и никого не тронула.

Руби лениво слизнула каплю алкоголя, попавшую ей на щеку, поморщилась от мерзкого вкуса и поудобнее перехватила окровавленный нож. Из-под синего капюшона на застывших от ужаса взрослых уставились жуткие глаза со значками «W». В баре стояла такая звенящая тишина, что было слышно, как кровь Руби капает на деревянную стойку. Она наклонила голову набок, оценивая обстановку, и совершенно спокойно, будто пришла в гости к бабушке, выдала:— Здрасте.

Глава 2: сок и неожиданная концовка

Посетители так и остались стоять с открытыми ртами. Никто не рискнул нарушить тишину или хотя бы сделать глоток пива. Они просто офигевали, переводя взгляд с окровавленного ножа на жуткие зрачки-«W» под капюшоном.

Но ещё больше их пугало то, что торчало у неё за спиной. Там, аккуратно закреплённые на ремнях поверх синего плаща, покоились увесистый топор и потрёпанный дробовик — её любимое комбо для решения любых жизненных проблем.

Бармен — крепкий мужик, чьи руки от запястий до самых плеч были забиты тёмными татуировками — медленно отложил полотенце, которым протирал бокал. Он повидал всякое дерьмо в этом заведении, но видел такую дичь впервые, чтобы девочки падали с неба и таскали с собой топор и дробовик.

Разрисованный шкаф опёрся мощными ладонями о стойку, прямо рядом с кровавой лужицей, нахмурился и глухо выдал:

— Какого хрена здесь происходит?!

Руби лениво крутанула нож на пальце и совершенно безэмоционально ответила:

— Никакого.

Разрисованный шкаф завис на пару секунд. По его лицу было видно, что мозг судорожно переваривает информацию, пытаясь сопоставить мелкую девчонку, и холодное «никакого». Бармен был в глубоком шоке. Однако, скользнув взглядом по рукояти топора и стволу дробовика, мужик быстро сообразил: это комбо пугало его и посетителей до усрачки. С такой гостьей лучше дружить.

Он сглотнул, медленно опустил руку под прилавок — так, чтобы Руби не расценила это как угрозу — и достал оттуда гранёный стакан и картонную коробку.

— Слышь... бармен аккуратно налил в стакан янтарную жидкость и пододвинул по стойке прямо к её ножу. — Давай без резких движений. На вот... бахни яблочного сока. За счёт заведения.

Руби подозрительно прищурила свои глаза-«W», не сводя взгляда с янтарной жидкости. В её мире бесплатным бывает только пинок под зад от Оверлорда, а еда ограничивалась тухлой водой и сухим чёрствым хлебом. Но сок пах просто сногсшибательно.

Жажда и любопытство победили. Она резко перехватила гранёный стакан, поднесла к губам и в несколько глотков выпила его до самого дна.

В ту же секунду её жуткие зрачки расширились на весь глаз. Сладкий, с лёгкой кислинкой вкус буквально взорвал рецепторы. Руби замерла, уставившись на пустую стекляшку в своей руке, будто это был величайший артефакт во вселенной. Оказывается, у еды бывает вкус.

Бармен, заметив её реакцию, слегка выдохнул и уже потянулся к коробке, чтобы плеснуть ещё, как вдруг...

В помещение вальяжно зашли пятеро огромных мужиков в кожаных жилетках, от которых за километр несло перегаром и бензином. Это были «Громовержцы» — местная банда байкеров, державшая в страхе всю округу. Они пришли сюда с конкретной целью: окончательно подмять этот бар под себя. И у них бы это с лёгкостью получилось.

Если бы Руби не хотела ещё сока.

Самый здоровый байкер, с густой бородой и шрамом через всю щеку, сделал шаг вперед и смачно плюнул на пол:— Так, разрисованный, время вышло, — зычно крикнул он бармену. — Теперь это заведение принадлежит нам. Проваливай, пока мы не...

Руби, которая в этот момент преданно гипнотизировала глазами-«W» картонную коробку в руках бармена, медленно повернула голову в сторону вошедших. Её идеальный момент дегустации божественного нектара был безбожно испорчен какими-то волосатыми дядьками.

Руби уже медленно потянула руку за спину, нащупывая рукоять топора, чтобы быстро и безболезненно избавить мир от пяти кусков тупого мяса. Но разрисованный шкаф за стойкой неожиданно проявил характер.

Бармен набычился, крепче сжал кулаки и хмуро отрезал:— Хрен вам, а не заведение. Этот бар передавался в моей семье по наследству. Он слишком прибыльный, чтобы я отдал его всякой швали.

Главный из «Громовержцев» даже бровью не повёл. Он просто лениво вытащил из-за пояса пушку, вскинул руку и без лишних слов нажал на спусковой крючок.

Раздался оглушительный выстрел. Бармен охнул, схватился за плечо и повалился за стойку, задев коробку с яблочным соком. Коробка упала на бок, и янтарная жидкость начала медленно растекаться по деревянному полу.

Пятеро байкеров довольно заржали, уверенные, что точка поставлена. Они ещё не знали, что этот выстрел стал для них смертным приговором.

Руби посмотрела на раненого бармена, затем перевела взгляд на вытекающий сок. Её зрачки-«W» сузились до размеров игольного ушка.

Бармен, зажимая окровавленное плечо за стойкой, из последних сил приподнял голову и хриплым, срывающимся голосом крикнул:— Эй, .. Раз тебе так понравился этот сок... Разберись с ними! Я тебе потом целую коробку отдам! Свежую!

Дважды повторять не требовалось. Руби на лету перехватила его слова. Жуткие зрачки-«W» вспыхнули безумным азартом. За целую коробку божественного нектара она была готова вырезать этот город до основания.

Её рука метнулась за спину. Короткий свист — и увесистый топор, крутясь в воздухе, полетел через весь зал. Раздался глухой, сочный хруст. Лезвие вошло точно в лоб главарю «Громовержцев», разломив его череп, как спелый арбуз. Мужик даже пикнуть не успел. Он рухнул на пол мёртвым бревном, а его пушка с грохотом отлетела в сторону.

Оставшиеся четверо байкеров на секунду зависли, тупо глядя на труп своего босса с топором во лбу. Это была их последняя секунда тишины.

Руби сорвалась с места с такой скоростью, что её синий капюшон смазался в воздухе. Она оказалась около второго байкера до того, как тот успел потянуться к ножу. Из-за разницы в росте её кулак прилетел мужику прямо в колено. С жутким треском кость выгнулась в обратную сторону. Байкер истошно заорал, падая, но Руби уже в прыжке перехватила его голову руками и с хладнокровным щелчком свернула ему шею на 180 градусов.

Третий и четвертый попытались навалиться на неё вдвоем, надеясь задавить массой. Но Руби была пятнадцатилетней аномалией, выросшей на смертельном конвейере Оверлорда. Для неё эти жирные взрослые двигались как сонные улитки.

Она сделала резкий подшаг, уклоняясь от летящего кулака, схватила третьего байкера за огромную татуированную руку и просто дёрнула на себя. С мокрым, рвущимся звуком плечевой сустав мужика разлетелся, и его рука осталась в ладонях у Руби. Используя оторванную конечность как дубину, она с размаху впечатала её в челюсть четвертому байкеру. Зубы и брызги крови полетели во все стороны, а несчастный громила вылетел через окно бара, разбив стекло спиной.

Пока Руби на глазах у всех творила этот филиал ада, разрисованный шкаф за стойкой даже не поморщился от криков. Бармен сидел на полу, прислонившись спиной к полкам с алкоголем. Свободной рукой он хладнокровно достал из кармана помятую пачку, выудил сигарету и чиркнул зажигалкой. Затянувшись густым дымом, мужик зажал сигарету в зубах, упёрся здоровой рукой в колено и без единого стона прижёг тлеющим концом свою кровоточащую рану на плече. В воздухе поплыл тяжёлый запах палёной кожи. Бармен лишь крепче зажмурился, выдохнул струю дыма сквозь зубы и продолжил наблюдать за шоу

Остался последний, пятый. Самый молодой из банды. Он стоял у двери, судорожно пытаясь нащупать ручку, а его штаны стремительно темнели от страха.

Руби лениво отбросила в сторону оторванную руку, которая ей больше была не нужна, и не спеша сняла со спины потрёпанный дробовик. Передернула затвор с хищным металлическим кликом.

— Куда-то торопишься? — поинтересовалась она, наведя ствол ему прямо в лицо.

Байкер упал на колени, закрывая лицо дрожащими руками:— Пожалуйста, не надо...

Оглушительный выстрел дробовика заглушил его мольбы. Заряд дроби с близкого расстояния превратил верхнюю половину мужика в сплошное красное облако, которое намертво перекрасило входную дверь заведения в багровый цвет.

В баре снова воцарилась идеальная, звенящая тишина. Только капли крови мерно капали со стен на пол.

Руби закинула горячий дробовик обратно на ремень за спиной, подошла к трупу главаря и с хлюпаньем выдернула свой топор из его головы. Деловит вытерев лезвие о кожаную жилетку покойника, она повернулась к стойке, где прятался раненый бармен.

— Готово, — совершенно спокойно, будто ничего не произошло, выдала Руби, уставившись на мужика своими жутковатыми глазами-«W».

Руби настолько увлеклась весёлым процессом, что на автомате крутанулась на пятке и с размаху прописала мощный хук справа какому-то мужику, сидевшему за крайним столиком. Он просто был одет в точно такую же кожаную жилетку, и её мозг в пылу драки за секунду записал его в ряды врагов. С сочным звуком изо рта бедолаги вылетела горсть белых зубов.

Только когда мужик повалился на стул, Руби замерла и поняла, что совершила ошибку. Этот несчастный не был с «Громовержцами», он просто зашёл попить пива в неудачной шмотке.

Пострадавший даже не подумал накричать на неё. Он поднялся, сплюнул кровь и, дико вращая от ужаса глазами, молча попятился к выходу. Девчонка, которая только что оторвала кому-то руку, пугала его до усрачки. Он просто хотел уйти отсюда живым.

Но Руби искренне хотела извиниться. Нехорошо получилось.

Она деловито присела, быстро подобрала с грязного пола все его выбитые зубы и рванула следом. Мужик уже почти добежал до двери, когда Руби мёртвой хваткой схватила его за плечо, силой развернула к себе, высыпала окровавленные зубы ему прямо в ладонь и... крепко, от всей души обняла. В знак того, чтобы он её простил.

Мужик замер как каменное изваяние, боясь даже дышать, пока пятнадцатилетняя аномалия с топором за спиной прижималась к его жилетке. Как только Руби его отпустила, он пулей выскочил на улицу, забыв про куртку.

Руби лениво обвела взглядом удивлённые взгляды всей кучи людей, которые сидели в баре и молча офигевали от этой картины, поправила синий капюшон и спокойно спросила:— Чего вылупились? Я же извинилась.

Она развернулась к стойке и требовательно, будто он ей уже по жизни должен, коротко бросила:

— Бармен!!!!!!

Глава 3:вечеринка сатанистов

В баре воцарилась идеальная, звенящая тишина. Только капли крови мерно капали со стен на пол, разбиваясь о деревянные доски. После устроенного Руби филиала ада заведение выглядело так, словно по нему прошёлся миниатюрный ураган.

Разрисованный шкаф за стойкой тяжело, со свистом выдохнул сквозь зубы густую струю дыма. Он медленно, со стоном поднялся с пола, придерживая здоровую руку у окровавленного плеча. Огромная татуированная фигура слегка покачивалась. Утирая пот со лба, мужик угрюмо посмотрел сначала на багровое облако у входа, затем на оторванную руку возле разбитого окна, и наконец — на Руби. Понимая, что с этой пятнадцатилетней аномалией шутки плохи, он решил не испытывать судьбу

Бармен аккуратно, стараясь не делать резких движений, полез под прилавок.

С глухим стуком на залитую алкоголем деревянную поверхность опустилась совершенно целая, запечатанная скотчем картонная коробка. На ней красовался точно такой же логотип сока, который так обидно пролился из первой упавшей коробки.

— Твоя награда, — хрипло проворчал шкаф, пододвигая трофей здоровой рукой. — Свежая. Как и обещал. Забирай свой божественный нектар и выметаться, пока сюда не нагрянули новые любители кожаных жилеток.

Руби даже не посмотрела на коробку. Её жуткие зрачки-«W» под синим капюшоном были прикованы к одной-единственной бутылке, которую бармен успел достать ещё до налёта «Громовержцев».

Она сделала ленивый шаг вперёд. Её рука плавно скользнула по стойке, аккуратно перешагнув через свежую багровую лужицу. Тонкие пальцы намертво обхватили прохладное стекло.

С тихим, сочным хлопком Руби открутила крышку и в несколько жадных глотков осушила бутылку до самого дна. Сладкий вкус с лёгкой кислинкой мгновенно взорвал рецепторы, заставив её блаженно зажмуриться. После тухлой воды Оверлорда этот напиток действительно казался величайшим артефактом во вселенной.

Утерев рот тыльной сторона ладони, на которой всё ещё красовались чужие кровавые брызги, Руби лениво крутанула пустую бутылку на пальце. На её лице расплылась хищная, довольная улыбка. Она посмотрела на раненого, бледного бармена и выдала:

— С тобой приятно иметь дело.

Больше не удостоив разрисованного шкафа даже взглядом, девчонка поудобнее перехватила ремень потрёпанного дробовика за спиной, развернулась и не спеша направилась к выходу. Хладнокровно переступив через то, что осталось от входной двери, Руби скрылась в ночном тумане города, оставив бармена наедине с его разрушенным семейным наследием.

Ночной туман Седьмого сектора встретил её прохладой и тусклым неоновым светом редких вывесок. Руби лениво брела по полупустой улице, закинув руки за голову и с удовольствием перекатывая во рту приятное, слегка кисловатое послевкусие от недавно осушенной бутылки. Мысль о том, что во вселенной существуют настолько потрясающие вещи, согревала её изнутри куда лучше любого костра.

Вдруг из-за поворота, громко хохоча и покачиваясь, вывалилась троица пьяных девушек. На них были яркие вечерние платья, макияж слегка поплыл, а в руках они держали полупустые стаканы. Заметив Руби, они замерли, а затем одна из них восторженно закричала:

— О-о-о, девчонки, гляньте! Офигеть, маньячки нам на вечеринке как раз и не хватает!

Вторая подруга, едва удерживая равновесие на высоких каблуках, подошла ближе и бесцеремонно уставилась на торчащее из-за спины Руби оружие. Она протянула руку, аккуратно коснувшись пальцем металлического лезвия, с которого на асфальт всё ещё лениво стекала тёмная байкерская кровь.

— Офигеть... Какой красивый бутафорский топор! И дробовик как настоящий! — восхищённо протянула она, икнув. — Где такой крутой пластик достала? Выглядит просто мега-реалистично! Прямо как живая кровь!

Третья девушка, глупо хихикая, выудила из сумочки яркую глянцевую открытку с золотым тиснением и буквально впихнула её в пальцы Руби.

— Короче, ты обязана прийти к нам! Наша туса проходит в особняке на холме, там музыка, куча народа и море выпивки! Приходи, а то без нормального косплея скучно!

Руби на секунду замерла. Её жуткие зрачки-«W» медленно перевелись с накрашенных лиц весёлых девиц на блестящее приглашение в своей руке. Затем она посмотрела на свой верный топор, который эти чудачки только что назвали «красивым пластиком».

На лице пятнадцатилетней аномалии медленно расплылась хищная, предвкушающая улыбка. Концепция места — огромного богатого дома на холме, где её настоящее, смертоносное оружие посчитают обычной бутафорией, показалась ей крайне забавной. А главное — вдруг у этих богатеев в запасах тоже завалялась пара бутылок того кисловатого нектара?

— Я приду, — тихо и зловеще произнесла Руби, пряча приглашение в карман синей толстовки.

Девушки снова радостно завижали, подхватили друг друга под руки и поплелись дальше по улице, даже не подозревая, какого именно «косплеера» они только что позвали на свой праздник.

Дорога к холму заняла немного времени. Огромный особняк, возвышающийся над Седьмым сектором, сиял огнями и буквально содрогался от мощных басов, доносившихся изнутри.

Руби лениво поднялась по массивной мраморной лестнице к парадным дверям. На входе её встретил широкоплечий охранник в строгом костюме. Девчонка без лишних слов выудила из кармана глянцевую открытку с золотым тиснением и сунула мужчине под нос. Секьюрити мельком взглянул на пропуск, затем скользнул равнодушным взором по огромному топору за её спиной, хмыкнул и молча отошёл в сторону, пропуская её внутрь. Для него это был всего лишь очередной безумный наряд богатых деток.

Стоило Руби перешагнуть порог, как из толпы танцующих к ней с радостными криками выскочили те самые три пьяные подруги. Они подхватили её под руки, наперебой затараторили что-то невнятное и потащили через весь огромный, богато украшенный зал. Девушки усадили Руби за отдельный столик в самом центре, натянуто улыбнулись и быстро растворились в толпе.

Руби вальяжно откинулась на спинку стула, закинув ногу на ногу. Вокруг грохотала музыка, но что-то в атмосфере этого места было не так. Люди вокруг не просто танцевали — они то и дело оборачивались на неё. Их взгляды были какими-то неестественными, фальшивыми, полными странного, предвкушающего голода. Девчонка лениво огляделась, но на её лице не дрогнул ни один мускул.

Внезапно музыка оборвалась. Оглушительный бас сменился зловещей, давящей тишиной. Яркие неоновые лучи погасли, и огромный зал погрузился в кроваво-красный полумрак.

На сцену вышел диджей, но вместо пульта перед ним теперь стояла странная трибуна. Он перехватил микрофон и на весь особняк объявил леденящим душу голосом:

— Ну что, дорогие братья и сёстры... Наша сегодняшняя жертва прибыла! Приветствуйте её!

В ту же секунду прожекторы сверху сошлись в один ярко-алый луч, который ударил прямо в столик Руби. Вся толпа вокруг — и гламурные девицы, и парни в дорогих шмотках — в едином порыве выхватили из-под одежды длинные ритуальные ножи. Оказалось, вся эта элитная тусовка была ничем иным, как сборищем сатанистов. Они переглядывались с безумными улыбками, уверенные, что сейчас, буквально за пять секунд, разделаются с глупой малолеткой, пришедшей на их зов.

Толпа начала медленно сужать кольцо, предвкушая лёгкую кровь.

Руби лениво опустила взгляд на направленные на неё лезвия. Её жуткие зрачки-«W» под синим капюшоном зловеще блеснули в багровом свете ламп. Она медленно поднялась со стула, и рукоять её верного топора сама собой скользнула в ладонь. С лезвия оружия на дорогой ковёр упала старая байкерская капля крови.

На лице пятнадцатилетней аномалии расплылась хищная, безумная ухмылка. Она обвела взглядом застывших сектантов и тихо, но отчётливо произнесла:

— Эта ночь обещает быть весёлой!!!

Глава 4: танцы на фоне ада и проводник

Едва последние слова сорвались с её губ, как из динамиков особняка вместо клубного баса грянул оглушительный, разрывающий перепонки тяжелый рок. Рёв гитарных аккордов послужил сигналом: обезумевшая толпа с дикими криками со всех сторон ринулась на Руби.

Первого прыгнувшего к ней сектанта встретил оглушительный грохот дробовика. Выстрел в упор четко разнёс нападавшего, отбросив его назад и окрасив неоновые прожекторы в багровый цвет. Но врагов было слишком много. На Руби навалились скопом: в плечо и бок вонзились холодные ритуальные лезвия, чьи-то тяжелые кулаки обрушились на неё, пытаясь сбить с ног.

Однако для пятнадцатилетней аномалии физическая боль уже давно стала делом обыкновенным, почти незаметным. Руби даже не поморщилась. Резким движением она выхватила верный топор и пошла вразнос. Работая в жесткой, смертоносной связке — поливая сектантов дробью из огнестрела и с хрустом врубая лезвие топора в плоть, — девчонка начала методично превращать элитный танцпол в сплошные кровавые лужи.

Спустя полтора часа непрерывной бойни всё было кончено. Тяжёлый рок в динамиках затих, сменившись лишь тихим гудением аппаратуры и шлепка́ми стекающей с потолка крови. Руби стояла посреди разгромленного зала, тяжело дыша. Вокруг неё, громоздясь друг на друга, покоились десятки изувеченных трупов элитных сектантов. Раны на теле девчонки уже начали дымиться, медленно затягиваясь благодаря её аномальной природе.

Вдруг пространство в самом центре танцпола неестественно исказилось. Воздух затрещал от статического электричества, и с оглушительным хлопком распахнулся багровый, пылающий адским пламенем портал. Сатанисты всё-таки успели завершить ритуал до своей гибели — они призвали того, кому собирались принести Руби в жертву.

Из пламени величественно шагнул сам Дьявол, окружённый аурой первородного ужаса и серного дыма. Он приготовился принять подношение, кровожадно огляделся... и застыл на месте.

Повелитель преисподней перевёл взгляд с гор разорванной плоти на покрытую чужой кровью Руби, которая в этот момент лениво выковыривала топора застрявший кусок чьего-то дорогого пиджака. Дьявол ошарашенно захлопал глазами, растеряв всё своё величие, сделал шаг назад в портал и нервно пробормотал:

— Да ну нафиг... Тут и без меня какая-то дичь творится!

С этими словами адские врата с хлопком закрылись, оставив в зале лишь лёгкий запах серы.

Для Руби отнимать чужие жизни было делом совершенно будничным — примерно как для обычных людей пить кофе по утрам. Убедившись, что Дьявол возвращаться не собирается, девчонка принялась обыскивать разгромленный дом в поисках заветного сока. Увы, среди запасов богатеев нужного нектара не оказалось. Расстроилась ли она? Ни капли. Руби лениво оглядела разруху и рассудила, что сжечь этот чёртов особняк будет чертовски весело.

Сказано — сделано. Найдя в гараже канистры, она щедро облила бензином дорогие ковры, чиркнула спичкой и направилась к выходу. Дом моментально вспыхнул.

Руби уже спокойно уходила по садовой дорожке, как вдруг прямо в воздухе из ниоткуда заиграл трек «Dancin (Krono Remix)». Этот качающий мотив зазвучал не просто так — это была воля самого Бога, который с огромным интересом наблюдал за происходящим сверху. Лёгкий ритм ворвался в ночную прохладу, и ноги Руби сами собой начали двигаться в такт. Она даже не думала сопротивляться. Мелодия настолько ей зашла, что Руби полностью отдалась ритму, устроив одиночный перформанс прямо посреди двора.

Картина со стороны выглядела неописуемо. Руби самозабвенно танцевала, а прямо за её спиной разгорался настоящий ад. Огромный особняк полыхал до небес, и из его окон с дикими криками выбегали объятые пламенем сектанты, которым чудом удалось пережить прошлую бойню. Даже Дьявол, если бы заглянул сюда снова, окончательно лишился бы дара речи. Но Руби было всё равно — она продолжала ловить кайф и плавно двигаться на фоне этого пылающего хаоса.

Когда трек наконец дозвучал, Руби остановилась, закинула топор на плечо и, подняв голову к ночному небу, уверенно показала большой палец вверх — без слов благодаря Бога за такую кайфовую музыку. После этого она хладнокровно развернулась и пошла дальше в темноту Седьмого сектора.

Огромный столб пламени и дыма поднялся так высоко, что его, без сомнения, видел весь город. Зарево пожара окрасило тучи над Седьмым сектором в зловещий оранжевый цвет. Вскоре тишину ночных улиц разорвал далёкий, нарастающий вой сирен — к полыхающему особняку со всех сторон начали стягиваться наряды полиции и пожарные машины.

Руби уже успела отойти на безопасное расстояние. Она забралась на крышу одного из соседних заброшенных зданий и оттуда, спрятавшись в тени, хладнокровно наблюдала за суматохой внизу. К моменту прибытия оперативников элитный дом превратился в груду дымящихся углей, погребающих под собой остатки ритуала и тела сектантов.

Полицейские сразу оцепили территорию и начали судорожно опрашивать немногих выживших, пытаясь выяснить, кто именно устроил этот ад и поджёг особняк. Руби смотрела на копошащихся внизу копов, на их проблесковые маячки и суровые лица, и в её голове промелькнула трезвая мысль: этим людям сейчас точно лучше на глаза не попадаться. Лишние проблемы с законом в её планы не входили. Девчонка в последний раз окинула взглядом место своей недавней вечеринки, спрыгнула с крыши в тёмный переулок и окончательно растворилась в ночном городе.

Но даже аномалиям иногда нужно было спать. После полутора часов безумной драки и побега от полиции силы Руби были на исходе. Плутая по ночным улицам, она наткнулась на небольшую пустующую аллею и приметила удобную деревянную скамейку. Больше не раздумывая, девчонка растянулась на ней, поглубже накинула синий капюшон, чтобы свет редких фонарей не бил в глаза, и мгновенно провалилась в глубокий сон.

На утро её ждал весёлый подъём. Едва Руби открыла глаза, как обнаружила вокруг себя толпу ошарашенных прохожих. Люди замерли в паре метров, с ужасом рассматривая её. Картина действительно шокировала: на обычной лавке спал подросток, чья одежда была намертво пропитана засохшей багровой кровью, а из-за спины торчали огромный топор и дробовик.

Поняв, что немая пауза затянулась, Руби лениво приподнялась, обвела людей мутным со сна взглядом и выдала первое, что пришло в голову:

— Что смотрите? Я просто... эээ... косплею маньячку!

Толпа испуганно загудела, а один парень сообразил быстрее всех — достал телефон и резко сфоткал её со вспышкой. Руби мгновенно среагировала на щелчок камеры. В один прыжок она оказалась рядом с парнем, молниеносно вырвала мобильник из его рук и с громким хрустом сломала гаджет пополам. Взглянув на бледного от страха бедолагу, она строго добавила:

— Фоткать без спроса нельзя. А автографы — пожалуйста!

Потом она пальцем оставляет на рубашке того кто ее фоткал кровавый офтограф с именем руби!

Не дожидаясь, пока кто-то вызовет полицию, Руби подхватила своё оружие, резко развернулась и быстро скрылась в ближайшем тёмном переулке, подальше от лишних глаз.

Свернув в глубь Седьмого сектора, Руби лениво оглядела себя. Засохшая чужая кровь на куртке, огромный топор за спиной и дробовик наперевес явно мешали маскировке. Девчонка здраво рассудила, что в таком колоритном наряде ей точно не дадут спокойной жизни — копы или новые сумасшедшие будут вешаться на неё на каждом шагу. Ей был позарез нужен проводник в этом странном месте. Кто-то местный, кто растолкует ей все тонкости и правила человеческого мира.

Руби медленно брела по подворотням, размышляя об этом, как вдруг её внимание привлёк шум впереди. В глубине сырого тёмного переулка трое агрессивных парней зажали в угол какого-то паренька. Тот испуганно вжимался в стену, явно не зная, как спастись от превосходящих сил.

Руби замерла на входе в тупик, оценивающе наклонив голову набок. Она внимательно посмотрела на жертву разборок, и в её голове мгновенно щёлкнуло: «Вот он. Вот кто станет моим идеальным проводником!».

Не тратя времени на лишние раздумья, Руби вальяжным шагом направилась прямиком к банде. Заметив краем глаза приближающуюся тень, троица хулиганов резко обернулась, готовая знатно проучить чужака. Но стоило им разглядеть гостью вблизи, как их спесь моментально улетучилась.

Перед ними стояла безумная девчонка, с ног до головы покрытая багровыми пятнами, со шрамами на лице, а из-за её плеча зловеще поблёскивала сталь настоящего боевого топора. Один лишь её холодный, пронзительный взгляд из-под синего капюшона напугал парней до усрачки. Хулиганы онемели от ужаса, растеряв все слова. Этот жуткий вид не оставил им выбора: издав нечленораздельные звуки, вся троица с криками рванула в противоположную сторону переулка, сверкая пятками.

Оставшись в тупике один, спасённый парнишка продолжал испуганно вжиматься в кирпичную стену. На вид ему было около четырнадцати лет. Он весь дрожал, переводя дикий взгляд с тёмного прохода, куда только что сбежали его обидчики, на свою неожиданную спасительницу.

Руби невозмутимо подошла ближе. Окровавленный топор качнулся за её спиной. Вместо того чтобы проявить агрессию или уйти, она молча протянула парню тонкую, испачканную в крови руку. Тот сглотнул, нерешительно посмотрел на её ладонь, но всё же принял помощь и с трудом поднялся на ноги.

— Ну... с-сспасибо... — едва выдавил он с заметной дрожью в голосе, стараясь не смотреть на жуткие зрачки-«W» под капюшоном.

Руби лениво оглядела его с ног до головы, убрала руку в карман толстовки и прямо, без лишних предисловий заявила:

— Короче. Ты теперь мой проводник в этом мире.

Она ожидала, что малец сейчас окончательно потеряет дар речи, посчитает её сумасшедшей и с криками рванет следом за хулиганами. Но, к её удивлению, парень лишь шмыгнул носом, быстро оценил масштабы её оружия, силу взгляда и то, как легко она разогнала банду. Жизнь в трущобах Седьмого сектора быстро учила соображать: иметь в союзниках безумную, но смертоносную девчонку было гораздо безопаснее, чем разгуливать одному.

— Ладно... Я согласен, — уже увереннее кивнул он, вытирая пот со лба. — Всё равно мне деваться некуда.

Руби удовлетворённо кивнула, закинув руки за голову. Её топор при этом опасно качнулся, заставив мальчишку вздрогнуть

— Первое дело, — лениво произнесла она, оглядывая свои окровавленные рукава. — Мне нужно как-то перестать отличаться от толпы.

Четырнадцатилетний парень понимающе шмыгнул носом. Он ещё раз окинул взглядом её жуткий, пропитанный засохшей кровью наряд, прикинул риски наткнуться на патруль в Седьмом секторе и решительно махнул рукой вглубь переулков.

— Понял, задача ясна, — сказал он, стараясь, чтобы голос больше не дрожал. — В таком виде на главные улицы нам точно нельзя. Пошли ко мне домой. Там тихо, никто не сдаст, и на месте уже посмотрим, что можно сделать с твоей одеждой и оружием.

Руби лишь хищно усмехнулась под капюшоном. Контракт был заключён. Спрятав руки поглубже в карманы, она двинулась следом за своим новым проводником, готовая узнать, как выживают обычные люди в этом странном городе.

Глава 5: нападение оверлорда

До нужного дома они дошли без особых приключений минут за двадцать. Седьмой сектор в этот час жил своей обычной жизнью: на улицах горели фонари, мимо проезжали редкие машины, а из окон многоэтажек доносился глухой шум телевизоров. Самый стандартный тихий городок, если не считать того, что в небе иногда пролетали патрульные дроны. Руби, накинув синий капюшон, спокойно шла рядом с пареньком, стараясь держаться в тени зданий, чтобы прохожие в сумерках не разглядели багровые пятна на её толстовке и очертания оружия.

Они поднялись по чистой, залитой светом лестнице на четвертый этаж. Парень достал ключи, привычным жестом открыл замок и пропустил гостью вперед.— Заходи, — тихо сказал он, закрывая за собой дверь на защелку.

Руби бесшумно перешагнула порог и огляделась. Квартира оказалась самой стандартной: светлые обои, вешалка для курток, зеркало в прихожей. Никаких следов присутствия взрослых девчонка не зафиксировала — ни лишней обуви, ни чужих вещей. Вся обстановка говорила о том, что четырнадцатилетний парень живет здесь абсолютно один. В человеческом обществе это было довольно странно для его возраста, но Руби это вообще не смутило. Она в принципе не знала, что такое родители, ведь у неё их никогда не было. Будучи единственной и неповторимой в своём роде аномалией, она выросла в совершенно иных условиях. Понятия вроде «мать» или «отец» для нее оставались просто набором пустых терминов из тех редких обрывков информации, что ей доводилось слышать.

Парень разулся, бросил ключи на тумбочку и устало вздохнул, разглядывая её наряд:— Ну, для начала нужно смыть всю эту кровь, а то выглядишь жутковато. Иди в душ, он прямо по коридору и направо.

Он показал рукой на белую дверь.— Там на стене рычаг, повернешь его — пойдет вода. На полке возьми мыло и гель. Смываешь грязь, вытираешься полотенцем. Все понятно? Иди.

Руби молча кивнула и зашла в ванную. Оставшись наедине со странными человеческими механизмами, пятнадцатилетняя аномалия впервые в жизни почувствовала себя растерянной. В её голове крутились мысли о тактике боя, баллистике дроби и уязвимых точках врагов, но там не было ни единой строчки о том, как пользоваться бытовой сантехникой. Она понятия не имела, как мыться.

Руби подошла к блестящему крану и наугад резко дернула рычаг вверх. Вода под хорошим давлением рванула из лейки во все стороны, ударив прямо в кафель и срикошетив девчонке в лицо. Она инстинктивно отпрянула, задев локтем навесную полочку. С грохотом на пол полетели пластиковые флаконы, баночки с кремами и стакан для зубных щеток. Пытаясь поймать падающие вещи, Руби наступила на скользкий брусок мыла. Ноги тут же поехали по мокрой плитке, и машина смерти, снося шторку, с диким шумом обрушилась прямо в ванну, увлекая за собой вешалку с полотенцами. Шум стоял такой, словно в комнате рушилась стена. Всё вокруг просто падало.

На эти звуки дверь мгновенно распахнулась. На пороге стоял перепуганный Проводник с дикими глазами:

— Боже! Ты что там творишь?! — в панике воскликнул он, оглядывая масштабы погрома

Вся комната была залита водой, штора сорвана, а посреди этого хаоса сидела Руби. Девчонка сердито зыркнула на него своими светящимися зрачками-«W», неловко поправила съехавший набок синий капюшон и буркнула:— Оно само как-то...

Проводник тяжело вздохнул, оглядывая залитый водой кафель, но злиться на девчонку, которая час назад спасла его от банды хулиганов, не стал. Он молча поднял сорванную шторку, вернул на место упавший таз и подошел к крану. Пару раз крутанув блестящие рычаги, парень отрегулировал напор, пустив теплую воду прямиком в ванну.

— Всё, сиди спокойно, сейчас наберется, — буркнул он, вытирая мокрые руки о штаны. — Больше ничего не трогай. Просто смой кровь. Я за дверью.

Когда за парнем закрылась дверь, Руби наконец смогла нормально помыться. Горячая вода быстро окрасилась в багровый цвет, унося с собой следы ночной бойни в особняке сектантов и утренней суматохи в аллее.

Спустя полчаса Руби вышла в коридор. Без налипшей грязи и чужой засохшей крови пятнадцатилетняя аномалия выглядела уже гораздо лучше. Длинные волосы слегка промокли, а лицо без слоя гари казалось совсем юным, если бы не бледная кожа, шрамы и тускло светящиеся в полумраке зрачки-«W». Она всё еще была в своей толстовке, но теперь та была чистой.

Проводник, сидевший на диване в комнате, поднял на неё глаза и понимающе кивнул:— Ну вот, совсем другое дело. Хоть на человека стала похожа.

Правда, его взгляд тут же задерживается на её руках. Из-под рукавов толстовки виднелись старые, потрепанные и наглухо пропитанные старой бурой кровью повязки. Они плотно облегали её запястья, контрастируя с отмытой кожей.

— Так, — парень поднялся и достал из тумбочки чистый белый бинт и бутылочку с антисептиком. — Теперь нужно снять эти кровавые повязки. В таком виде тебе на улицу нельзя, любой патруль сразу поймет, что ты только что из драки. Давай срежем их и наложим чистые.

Руби мгновенно сделала шаг назад. Её пальцы инстинктивно сжались в кулаки, прячась в рукава, а взгляд стал холодным и колючим.

— Нет, — коротко отрезала она.

— Да почему нет? — удивился Проводник. — Они же грязные! От них толку ноль, только заразу занесешь.

Руби промолчала, уставившись в пол. Для нее эти повязки не были просто грязной тканью. Это было её личное, осязаемое напоминание о тех самых тяжелых временах, через которые ей пришлось пройти, чтобы стать единственной в своем роде. Каждая нить там пахла прошлым, которое она не хотела забывать. Это была её броня против мира, пусть и состоящая из старых бинтов.

Парень внимательно посмотрел на её напряженную фигуру, сообразил, что дело тут не в упрямстве, и уже мягче добавил:— Послушай, мы их просто поменяем. Я не трону твои шрамы. Но если мы хотим, чтобы ты не выделялась в городе, это нужно сделать. Пожалуйста.

Руби долго стояла неподвижно, сканируя его лицо зрачками-«W». Проводник не врал, в его мыслях не было угрозы. Наконец, девчонка едва заметно расслабила плечи и сделала шаг навстречу, протягивая ему руки. Она согласилась.

Парень аккуратно подцепил край старой, жесткой от засохшей крови ткани и сделал первый оборот. Руби не двигалась, замерев на месте как каменное изваяние. Её зрачки-«W» пристально следили за каждым движением четырнадцатилетнего Проводника.

Когда повязка упала на пол, парень невольно сглотнул и на секунду замер. Кожа под бинтами была сплошь покрыта глубокими, багровыми шрамами, которые переплетались в жуткие узоры, уходящие под рукава толстовки. Точно такие же отметины, как те, что пересекали её бледное лицо. Было видно, что эти раны наносились намеренно, раз за разом, превращая тело пятнадцатилетней аномалии в живое свидетельство её превозмогания

— Жестко тебе досталось... — тихо пробормотал парень, стараясь касаться её запястий как можно нежнее, чтобы не причинить боль. Хотя он уже понимал, что Руби к боли абсолютно равнодушна. — Кто это с тобой сделал?

Руби отвела взгляд в сторону, уставившись на стоящий в углу топор. На её лице снова появилась та самая легкая, хладнокровная ухмылка.— Прошлое, — коротко бросила она, не желая вдаваться в подробности.

Парень понимающе кивнул и не стал лезть в душу. Он быстро обработал кожу антисептиком и начал аккуратно накладывать свежие, чистые белые бинты. Теперь, без жутких багровых пятен, Руби выглядела куда более скрытно. Если накинуть капюшон пониже, на улице её никто не посчитает маньячкой — просто обычная девчонка, которой не повезло попасть в серьезную заварушку.

— Ну вот и всё, — Проводник завязал аккуратный узел на её правом запястье и отступил на шаг, критически осматривая свою работу. — Чистая, помытая, с новыми повязками. Теперь ты точно готова к тому, чтобы выйти в город без лишнего шума. Правда, с твоим арсеналом придется что-то придумать... Кстати, голодная? У меня тут есть кое-какая еда, если тывообще ешь человеческую пищу.

Руби посмотрела на свои забинтованные руки, несколько раз сжала и разжала кулаки, проверяя, не мешают ли новые бинты её боевым рефлексам. Всё было в порядке. Повязки держались крепко, а этот четырнадцатилетний парень, который жил абсолютно один в своей чистой квартирке, внезапно оказался довольно полезным приобретением.

Парень ушёл на кухню и через пару минут вернулся, неся две тарелки с простой человеческой едой — горячими макаронами и консервами. Руби молча уселась за стол. На еду она согласилась без лишних вопросов: её организму, уставшему после сожжения особняка сатанистов и утренних побегов, срочно требовалось топливо. Она ела уверенно, ловя кайф от процесса так же, как ловила его во время хорошей бойни.

Проводник долго возил вилкой по тарелке, то и дело бросая робкие взгляды на её светящиеся зрачки-«W» и свежие белые бинты, скрывающие шрамы. Наконец, он не выдержал. Любопытство перевесило страх.

— Слушай... — тихо начал он, отложив вилку. — Кто ты всё-таки такая? Ты явно не из нашего Седьмого сектора. Откуда в тебе столько шрамов и почему ты так легко махаешь этим топором?

Руби на секунду замерла, держа вилку у губ. На её лице снова появилась та самая хладнокровная, хищная ухмылка, которая была у неё на арте. Подумав пару секунд, она решила, что этот четырнадцатилетний парень, который принял её у себя, заслужил знать правду. Она решила ему рассказать.

— Я из мира Оверлорда, — ровно произнесла Руби, продолжая ковыряться в тарелке. — Он там заправляет вообще всем. У него есть огромный конвейер смерти. Именно так в моём мире и появляются дети — штампуются на фабрике строго в возрасте десяти лет каждый. А потом их тупо выпускают в мир. И их главная, единственная задача — убивать друг друга.

Проводник сглотнул, заворожённо слушая её ровный голос.

— И... как долго это продолжается

— Постоянно, — хмыкнула Руби, лениво откинувшись на спинку стула и поигрывая вилкой. — Оверлорд просто развлекается, наблюдая за этим зрелищем. Но там есть железное правило мира: с каждым годом, который ты смог выжить, ты становишься сильнее. Чем ты старше — тем ты мощнее. Это закон.

— Погоди, — парень быстро прикинул что-то в уме и уставился на неё во все глаза. — Если дети штампуются в десять... а тебе на вид около пятнадцати... Ты выживала на этом конвейере смерти целых пять лет?!

Руби весело оскалилась, искренне наслаждаясь его шоком. В её глазах не было ни капли грусти — повязки на руках были напоминанием о весёлых деньках, когда она с каждым годом обретала всё большую силу, уничтожая конкурентов.

— Именно, . Мне вообще-то чертовски нравилось убивать, это же чистый кайф. И с каждым годом я становилась только смертоноснее. Но я не просто продукт Оверлорда. В нашем мире есть и другие божества. Например, три Бога Хаоса. Именно они меня породили, сделав уникальной аномалией. Наверное, там есть и другие боги, но я их не знаю — мне как-то плевать. Я просто делаю то, что люблю, и становлюсь сильнее.

В кухне повисла тишина. Четырнадцатилетний Проводник смотрел на сидящую перед ним пятнадцатилетнюю аномалию и понимал: перед ним сидит не просто беглая девчонка, а закалённый пятилетним адским отбором ветеран конвейера смерти, созданный самими Богами Хаоса.

Договорить они не успели. В ту же секунду стекла в кухонном окне жалобно задребезжали, а по всей квартире прокатился низкий, вибрирующий гул, от которого заложило уши.

Свет в комнате моргнул и полностью погас. Руби мгновенно вскочила со стула, её пальцы инстинктивно потянулись к рукояти топора. Проводник подбежал к окну, распахнул створку и замер, не в силах вымолвить ни слова. По всему Седьмому сектору люди начали испуганно выглядывать из окон многоэтажек и выходить на балконы.

Всё небо над городом раскололось. Прямо посреди облаков появился огромный, пульсирующий разлом, края которого светились ядовитой неоновой энергией. В один миг небосвод окрасился в жуткий, багрово-красный цвет, заливая улицы кровавым сиянием

Руби подошла к окну и встала рядом с парнем, пристально всматриваясь в пылающую бездну. Её зрачки-«W» яростно запульсировали. Вдруг из разлома, перекрывая вой сирен и крики людей на улицах, раздался громоподобный, механический голос Оверлорда, от которого содрогался сам воздух:

— РУБИ! ЕСЛИ ХОЧЕШЬ СПАСТИ ЭТОТ МИР, ТЕБЕ ПРИДЁТСЯ ПРИЙТИ КО МНЕ!

Не успело эхо затихнуть, как из багровой щели в небе один за другим начали выпрыгивать силуэты. Падая с огромной высоты, они ловко приземлялись на крыши домов и асфальт. Это были те самые десятилетние дети-убийцы, сошедшие с конвейера смерти. Их пустые глаза горели жаждой крови, а в руках они сжимали оружие, готовые устроить тотальную зачистку мирного городка.

От такой наглости Оверлорда Руби, конечно, знатно офигела. Правитель её родного мира решил перенести свою кровавую королевскую битву прямо сюда. Но страха в её глазах не было — только разгорающийся азарт от того, что сейчас начнется по-настоящему грандиозная бойня.

Девчонка резко повернулась к застывшему от шока четырнадцатилетнему Проводнику, поудобнее перехватила свой топор и с хищной, предвкушающей ухмылкой толкнула его локтем в бок:— Эй . Хочешь пойти со мной?

Проводник посмотрел в окно на прыгающих по крышам малолетних киллеров, затем перевел взгляд на уверенную и смертоносную Руби, за спиной которой стояла мощь Богов Хаоса. Выбор был очевиден. Оставлять его в покое Оверлорд явно не собирался.

— Наверное, с тобой безопаснее будет... — нервно сглотнул парень, сжимая кулаки, и решительно кивнул. — Я в деле. Погнали.

Глава 6: бити и опасный лес

С этими словами они резко распахнули входную дверь и вылетели на улицу. Обычный мирный городок Седьмого сектора в один миг превратился в зону боевых действий. Повсюду выли сирены, из окон доносился глухой шум и крики перепуганных жильцов, а багровое зарево из небесного разлома заливало асфальт кроваво-красным светом.

Далеко уйти им не удалось. Едва они успели спуститься с крыльца многоэтажки, как из темноты ближайших кустов с диким, звериным воем на них выскочил первый же противник. Это был типичный десятилетний шкет с конвейера смерти Оверлорда — его глаза безумно блестели, а в руках он сжимал длинный армейский мачете, целясь Проводнику прямо в горло.

Реакция Руби была мгновенной. Для ветерана пятилетнего адского отбора этот нападающий был медленным, как черепаха. Девчонка даже не потрудилась снять с плеча свой огромный топор. Она просто вскинула верный дробовик и, не глядя, нажала на спусковой крючок.

Грохот выстрела разорвал ночную тишину района. Заряд крупной дроби в упор — это не то, что может пережить обычное человеческое тело. Малолетнего киллера просто разорвало на части. Секунду назад бежавший на них враг в одно мгновение превратился в сплошной летающий фарш.

Поскольку Проводник бежал чуть позади Руби, вся эта летящая во все стороны волна из крови, ошметков плоти и внутренностей по законам баллистики прилетела ровненько в него. Парень замер на месте, тяжело дыша. С его лица, чистой куртки и волос капала багровая жижа, а на плече уныло повис кусок кишки.

Парень ошарашенно захлопал глазами, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь слой чужой органики, и на всю улицу истошно завопил:— Руби-и-и!!!

Девчонка хладнокровно крутанула дробовик на пальце, пафосно выдула тонкую струйку дыма из ствола и лениво обернулась к забрызганному кровью напарнику. На её лице, как обычно, заиграла та самая лёгкая, издевательская ухмылка. Она окинула Проводника оценивающим взглядом, неловко пожала плечами и коротко бросила:— Упс.

Времени на то, чтобы парень мог оттереть лицо от багровой жижи, Оверлорд им не оставил. Из-за угла многоэтажки уже высыпала новая четверка десятилетних шкетов с безумными глазами.

Дальнейший путь по улицам Седьмого сектора превратился в непрерывный, яростный прорыв сквозь живую стену врагов. Руби шла вперед как ледокол, а испуганный, но решительный Проводник едва успевал за ней. Каждый, кто пытался встать у них на пути или прыгнуть со штыком из засады, умирал самой жестокой и быстрой смертью. В ход пошел огромный боевой топор. Руби орудовала им с хирургической точностью и абсолютным хладнокровием: лезвие с хрустом рассекало воздух, превращая малолетних киллеров в груды плоти прямо на чистом асфальте городка. Нападавшие штамповались на конвейере смерти сотнями, но против пятилетнего опыта выживания Руби они были просто пушечным мясом.

С боем пробившись через центральную площадь, герои наконец оказались у самого эпицентра багрового свечения. Прямо под огромным небесным разломом, пульсируя ядовитой неоновой энергией, открылся массивный межпространственный портал. Оттуда веяло жаром и чистым хаосом.

— Нам туда! — крикнула Руби, перекрывая вой сирен, и первая шагнула в сияющую бездну. Проводник, понимая, что оставаться на заполненной трупами улице еще опаснее, зажмурился и прыгнул следом за ней.

Пространство вокруг них скрутилось в безумную спираль. Они ожидали, что вылетят прямо посреди стальных коридоров, лазеров и цехов Оверлорда, готовые к финальной битве. Но реальность оказалась совсем другой.

Когда багровая вспышка погасла, Руби и Проводник кубарем покатились по сухой, каменистой земле. Парень судорожно закашлялся, хватая ртом воздух, и ошарашенно огляделся. Никаких заводов вокруг не было. Они стояли на окраине небольшого, мрачноватого городка. Архитектура здесь казалась чужой, а в воздухе отчетливо пахло старым железом и гарью.

Она узнала это место. Это был тот самый город, где она долгое время обитала и выживала. Руби ведь никогда не была частью конвейера Оверлорда — её породили три Бога Хаоса, сделав уникальной аномалией из плоти и крови. Она просто жила здесь и делала то, что любила больше всего — красиво и жестоко уничтожала слуг правителя.

Оверлорд тогда настолько сильно испугался непобедимой девчонки, что пошёл на крайние меры. Он подослал сильного мага, и тот своим заклинанием вышвырнул пятнадцатилетнюю Руби подальше, отправив её в мир людей. Правитель прекрасно знал главное железное правило: чем старше ты становишься, тем ты сильнее. Руби уже в свои пятнадцать обладала колоссальной, смертоносной силой, а в мире людей она могла набраться ещё больше мощи и вернуться за его головой.

Именно поэтому он открыл багровый разлом и бросил ей этот личный вызов. Он заманил её обратно на прежнее место обитания, рассчитывая уничтожить её здесь, раз и навсегда, пока она не дошла до его главного логова. Круг замкнулся. Оверлорд ждал боя, и Руби была готова его дать.

Город встретил их тишиной.

Абсолютной, ватной, неестественной. Ни ветра, ни птиц, ни шороха шагов — звук будто пожирали стены обветшалых зданий. В воздухе пахло старым железом и гарью.

Проводник огляделся. Пусто. Машины с выбитыми стёклами, пыль. На стенах — странные символы, выжженные в кирпиче.

— Здесь… никто не живёт? — прошептал он.

Тишина. Он обернулся. Руби не было.

— Руби?

Молчание.

— Руби?!

Из-за угла вылетел череп и приземлился ему прямо в руки. Проводник взвизгнул, подбросил его и отскочил.

Из-за угла выглянула Руби. Ухмыльнулась.

— Поймал, — коротко.

— ТЫ С УМА СОШЛА?!

Она пожала плечами.

— Идём.

Руби двинулась вперёд. Проводник, отдышавшись, поплёлся следом, ближе, чем раньше.

Через пару минут она резко остановилась. Он налетел на неё.

— Тише, — сказала она.

Он прислушался. Гул. Где-то далеко.

— Что?

Руби кивнула на переулок. Проводник выглянул. Труп. Старый, но не разложившийся.

Он побледнел, отвернулся.

Руби подошла, присела, разглядывая. Провела пальцем по одежде, шевельнула руку.

— Помню его, — бросила она. — У него был хороший нож.

Встала, отряхнула руки. Посмотрела на Проводника.

— Идём.

Она пошла дальше в глубь мёртвого города. Проводник замер, потом выдохнул и побежал за ней.

Они шли по пустой улице. Руби впереди, Проводник сзади.

Хлюп.

Нож вошёл в спину, между лопаток. Руби качнулась, замерла. Медленно развернулась.

На другой стороне стояла девочка. Грязные волосы, два клинка в руках. Улыбалась. Облизывала губы.

Руби выдернула нож. Кровь тёмная. Посмотрела на лезвие. Бросила.

Проводник нырнул за мусорные баки.

Девочка сорвалась с места. Клинки сверкнули. Руби встретила её топором. Лязг. Искры. Они сцепились.

Руби ударила древком в лицо — хруст. Девочка отлетела, но тут же вскочила. Нос сломан, кровь заливает подбородок. Она улыбнулась. Кости хрустнули — нос встал на место.

— Хорошо, — сказала она. — Давай ещё.

Руби шагнула вперёд. Топор вверх, вниз — девочка увернулась, клинок полоснул Руби по руке до кости. Мясо разошлось, брызнула кровь. Руби даже не моргнула. Покачнулась, занесла топор для удара. Девочка рубанула по ногам — глубоко, до белой кости. Руби упала на колено. Девочка занесла клинок над головой.

Руби перехватила топор одной рукой и рубанула снизу. Лезвие вошло в бок девочки, разорвало рёбра, вышло наружу. Девочка взвыла, отшатнулась. Кровь хлестала. Рука девочки коснулась раны — и мясо начало срастаться. Ребра вставали на место с противным хрустом.

Они стояли друг напротив друга. Обе в крови. Обе дышали тяжело. Обе улыбались.

— Ты, — сказала девочка. — Интересная.

— Ты тоже, — ответила Руби.

Она рванула вперёд. Топор описал дугу, девочка нырнула под удар, клинок вошёл Руби в живот по самую рукоять. Руби кашлянула кровью, но не остановилась. Схватила девочку за волосы, притянула к себе и вонзила зубы в плечо. Вырвала кусок. Девочка заорала, оттолкнула её, зажимая рану. Кровь текла, мясо срасталось.

Руби вытащила клинок из живота. Кишки блестели в багровом свете. Она сунула их обратно, прижала рукой. Через секунду рана затянулась.

Они снова сцепились. Лязг, хруст, чавканье. Топор вонзился в ключицу девочки, сломал кость. Клинок распорол Руби щёку до уха. Кости хрустели, мясо срасталось, кровь заливала асфальт.

Проводник сидел за баками, закрыв уши, трясясь.

Руби ударила девочку головой в лоб. Хруст. Обе отшатнулись, зажимая разбитые лица. Кости встали на место с хрустом.

— Устала? — спросила Руби. Дышала тяжело.

Девочка вытерла кровь с губ. Улыбнулась.

— Ещё нет.

Она рванула снова. Руби встретила её. Топор и клинки. Кости ломались, мясо рвалось, регенерация не успевала за ранами. Они молотили друг друга, как мясорубка. Без остановки. Без пощады.

Руби схватила девочку за запястье, вывернула — хруст. Рука повисла плетью. Девочка взвыла, ударила второй рукой — клинок вошёл Руби в глаз. Руби дёрнулась, вырвала клинок из глазницы вместе с глазом. На месте раны зашипело, начало срастаться. Глаз встал обратно. Муть рассеялась.

Девочка попятилась. Её рука всё ещё не слушалась, регенерация замедлилась.

— Ты… — прошептала она.

Руби шагнула к ней.

— Всё?

Девочка рванула к ней, целя клинком в горло. Руби встретила её. Топор вошёл в плечо, сломал ключицу, разорвал лёгкое. Девочка упала. Руби наступила на её грудь, занесла топор над головой.

—

Они стояли друг напротив друга. Обе в крови, тяжело дышали. Регенерация почти не работала.

Девочка хрипло рассмеялась.

— Ты тоже от них?

Руби прищурилась.

— От кого?

— От Богов. Хаоса. — Девочка сплюнула кровь. — Мы созданы для одного.

Руби посмотрела на свои руки. Вспомнила.

— Убить Оверлорда.

Девочка кивнула.

Руби убрала топор.

— Идём.

Девочка выпрямилась. Сунула клинки в ножны.

— Битти.

— Руби.

Из-за баков выглянул Проводник. Глаза круглые, трясётся.

— Вы... подружились?

Руби и Битти переглянулись. Сделали жест — покачали ладонью из стороны в сторону, будто на весах.

Наполовину.

Проводник сглотнул.

Руби развернулась и пошла вперёд. Битти рядом. Проводник побежал за ними

Они шли по мёртвому городу. Руби впереди, Битти справа, Проводник чуть позади.

Проводник старался держаться ближе к Руби. Не потому, что она выглядела дружелюбно, а потому что Битти на него странно смотрела. Она не улыбалась, просто рассматривала, как кошка рассматривает мышку.

— Чего? — Проводник отшатнулся на шаг.

Битти ухмыльнулась. Ничего не ответила. Просто шла рядом.

Через час они вышли к разрушенной площади. Руби остановилась, осмотрелась, потом молча села на бетонный блок. Усталость брала своё.

— Привал, — коротко бросила она.

Проводник рухнул на соседний блок, вытирая пот. Битти села рядом. Близко. Очень близко.

Проводник замер.

Она сидела вплотную, касаясь его плеча. Проводник дёрнулся, но подвинуться некуда было.

— Ты… — начал он.

— Ты всегда такой красный? — спросила Битти. Смотрела на него. Откровенно. В упор.

— Я... что?

— Красный. Как помидор. Смешной.

Она протянула руку и коснулась его щеки. Проводник подскочил, чуть не свалившись с блока.

— Я… я не…

— Тихо, — Битти придвинулась ещё ближе. На этот раз прижалась боком. — Ты дрожишь.

— Мне просто холодно! — выпалил он.

Битти ухмыльнулась. Посмотрела на его губы. Проводник покраснел до корней волос, уставился в землю.

Руби сидела на своём блоке, чистила топор тряпкой. Даже не обернулась.

— Если он тебе нравится, — сказала она, не поднимая глаз. — Скажи прямо.

Битти ухмыльнулась шире. Проводник задохнулся от воздуха.

— А ты не против? — спросила Битти.

Руби пожала плечами.

— Мне плевать. Только не отвлекайте.

Битти повернулась к Проводнику. Он сидел красный, как рак, и смотрел в пол.

— Ты мне нравишься, — сказала Битти. Просто. Без игры.

Проводник поднял голову. Рот открыл, закрыл. Ни звука.

— Что, язык проглотил? — Битти наклонилась, заглядывая ему в глаза. — Тебе понравилось, как я дралась?

— Я… да, но… — он сглотнул. — Ты же чуть не убила меня.

— Но не убила же, — ответила она и легко толкнула его плечом.

Проводник снова покраснел и отвернулся.

Руби наконец подняла глаза. Посмотрела на них, хмыкнула.

— Вы закончили?

— Пока да, — сказала Битти. Встала, отряхнулась и протянула руку Проводнику. — Идём.

Он взял её руку. Она не отпустила. Просто пошла дальше, удерживая его ладонь.

Проводник шёл, красный, сбитый с толку, но руку не выдернул.

Руби поднялась, перекинула топор на плечо и пошла вперёд.

— Идём, — сказала она.

Они двинулись дальше втроём. Битти и Проводник — за руку. Руби — впереди, с топором на плече.

Они шли по пустой площади. Битти держала Проводника за руку, он всё ещё красный, смотрит в землю. Руби впереди, топор на плече.

Внезапно небо над ними потемнело. Багровые молнии пронзили тучи. Голос — низкий, рокочущий, как камнепад — раздался отовсюду сразу.

— Руби. Битти. Я знаю, что вы здесь. Хотите меня найти? Идите через лес. Только там вы сможете добраться до меня.

Тишина.

Руби остановилась. Замерла. Медленно подняла голову к небу.

Глаза сузились. Челюсть сжалась.

Она узнала этот голос.

Она подняла обе руки и показала в небо два средних пальца. Медленно. Чётко.

— Пошёл ты, — сказала она.

Голос рассмеялся. Гулко, раскатисто. Потом стих. Небо снова стало серым.

— Что это было? — прошептал Проводник.

Руби опустила руки. Повернулась к лесу на краю города. Лицо стало серьёзным.

— Лес, — сказала она. — Там волчица.

— Волчица? — переспросил Проводник. — Просто волчица?

Руби посмотрела на него. Холодно.

— Она не простая. Она убила сотни. Я с ней дралась. Не смогла добить.

Битти нахмурилась.

— Сильная?

— Очень, — сказала Руби. — Быстрая. Злая. Умная.

Она помолчала. Потом развернулась и пошла к лесу.

— Другого пути нет, — бросила она через плечо.

Битти потянула Проводника за собой.

— Ты серьёзно? — спросил он, голос дрожал. — Ты не смогла её убить?

Руби не обернулась.

— Тогда не смогла. Сейчас — посмотрим.

Она вошла в лес. Битти и Проводник за ней.

Тьма сомкнулась.

Глава 7: похитительница проводника и город каннибалов

Они стояли на опушке. Впереди — чёрная стена леса. Тянуло сыростью, мхом и чем-то древним.

— Дальше не пойду, — сказала Руби.

— Почему? — спросил Проводник.

— Там она.

Битти нахмурилась: — Кто?

— Скэйди. Волчица.

Проводник сглотнул: — А если она выйдет?

— Выживешь — расскажешь, — усмехнулась Руби.

Она отошла к дереву и села. Битти осталась стоять, вглядываясь в чащу. Внезапно из леса метнулась тень. Девушка с человеческим лицом, волчьими ушами, длинным хвостом и когтистыми руками. Острые зубы блеснули. Проводник не успел вскрикнуть — его схватили и рванули в чащу. Ветки хрустнули, и всё стихло.

Битти бросилась вперёд, но Руби схватила её за руку:

— Стой.

— Он там!

— Знаю. Идём за ней.

Они вошли в лес. Тьма сомкнулась.

— Пахнет, — сказала Руби. — Свежий след.

Они двинулись по следу. Через несколько минут вышли к старому дубу. Под корнями — вход в логово. Пахло мхом и зверем. Они вошли. На полу — кости. В углу — Проводник. Бледный, живой. Рядом на корточках сидела Скэйди. Человеческое лицо, острые зубы, волчьи уши, хвост, когтистые руки. Она нависала над Проводником, сжимая его плечи.

Битти шагнула вперёд с клинками.

— Стой, — сказала Руби.

Скэйди подняла голову.

— Зачем? — спросила Руби.

— Он тёплый.

— Отпусти.

— Нет.

Битти зарычала. Руби остановила её:

— Мы найдём тебе компанию. Отпустишь взамен?

Скэйди встала. Высокая, гибкая. Хвост качнулся. Подошла ближе.

— Если нет?

— Убью.

— Ты не справишься.

— Может быть.

Тишина. Скэйди отошла.

— Хорошо. Ищите.

Руби шагнула к Проводнику:

— Идём.

Он встал, сделал шаг. Скэйди зарычала, в два шага оказалась сзади, положила когти на его плечи, прижала к себе. Хвост обвил ногу.

— Он останется. Ты ищешь. Я жду.

Руби замерла, сжала топор, потом медленно разжала пальцы.

— Что с ним будет?

— Он в безопасности.

Битти шагнула вперёд:

— Руби, я убью её!

— Нет, — сказала Руби. — Она права.

Она посмотрела на Проводника:

— Жди. Я вернусь.

Проводник сглотнул, кивнул.

Руби развернулась и вышла. Битти за ней, сверкая глазами.

Проводник остался стоять. Скэйди села на пол позади него, притянула к себе, положила подбородок на плечо, хвост укрыл их обоих. Закрыла глаза. Проводник дрожал, но не двигался.

Руби и Битти вышли из логова. Лес стоял тёмный и тихий.

— И где мы найдём замену? — спросила Битти.

— Ищем, — ответила Руби.

Они пошли вдоль опушки. Через час наткнулись на парня. Лет двенадцати. В грязной форме прислуги Оверлорда. Стоял у дерева, оглядывался по сторонам.

— Он подойдёт, — сказала Руби.

Они взяли его без шума. Быстро. Тихо. Парень даже пикнуть не успел. Через пятнадцать минут стояли перед Скэйди. Она сидела в логове, Проводник рядом, бледный, живой.

— Вот, — сказала Руби и толкнула парня вперёд. — Замена.

Скэйди поднялась, подошла, обнюхала. Парень дрожал. Она посмотрела на Руби.

— Я согласна.

Проводник встал, шагнул к Руби. Скэйди не остановила его. Он подошёл, выдохнул.

— Вы нашли кого-то... — сказал Проводник.

— Нашли, — коротко ответила Руби.

Парень очнулся через минуту. Дёрнулся, вскинул руки, готовый к драке. Увидел Скэйди — и замер. Глаза расширились. Шаг назад.

Скэйди шагнула вперёд, схватила его за плечи, притянула к себе. Села на пол, хвост укрыл их обоих. Закрыла глаза. Парень дрожал, как лист на ветру, но не двигался.

Руби развернулась к выходу. Проводник за ней. Битти у двери обернулась, посмотрела на парня. Тот прошептал:

— Помогите...

Руби ухмыльнулась и вышла. Битти за ней. Проводник молчал.

Лес остался позади.

Они шли по пустыне. Солнце палило, песок хрустел под ногами. Впереди — ни конца, ни края.

Проводник плёлся последним, опустив голову. Наконец не выдержал:

— Эх... жалко того пацана. Она его замучает.

Руби усмехнулась, не оборачиваясь.

— Ты о чём? — спросила Битти.

— Ну... он же там один. С этой волчицей.

Битти подошла ближе, взяла его под руку.

— Она будет мучить его, — сказала она, глядя ему в глаза. — А я буду мучить тебя.

Проводник покраснел до корней волос. Отвёл взгляд, замялся. Битти рассмеялась, отпустила его руку и пошла дальше.

Руби хмыкнула. Проводник ускорил шаг, стараясь держаться между ними.

Через час вдали показалась деревня. Маленькая, пыльная, с деревянными домами и покосившимися заборами.

— Зайдём, — сказала Руби. — Передохнём.

Они свернули к ближайшему дому.

Они вошли в дом. Маленький, пыльный, но целый. Проводник рухнул на лавку, закрыл глаза. Битти села рядом, подвинулась ближе. Проводник дёрнулся, открыл глаза.

— Расслабься, — сказала Битти.

— Я... я просто хочу спать.

— Спи, — Битти положила голову ему на плечо. — Я посторожу.

Проводник покраснел, но с места не сдвинулся.

Руби сидела у окна, молча натачивала топор. Тишина. Только звук камня о лезвие.

День тянулся медленно. Битти не отставала от Проводника: то брала за руку, то заглядывала в глаза, то просто сидела рядом, касаясь плечом. Он краснел каждый раз, но привыкал. Руби не обращала внимания. Она была занята своим делом.

К ночи они легли спать. Проводник у стены, Битти рядом, Руби у входа. Тихо. Только сверчки снаружи и дыхание троих.

Руби открыла глаза. В комнате было светло — оранжевый свет лился из окон.

Она вскочила. Пламя. Вокруг дома горели стены, дым лез внутрь. Дом полыхал.

— Вставайте! — крикнула Руби. Битти подскочила, схватила Проводника за руку. Все трое рванули к выходу. Руби выбила дверь ногой — вылетели наружу. Вся деревня горела. Крики, треск, жар.

Они выбежали за околицу и упали на колени, кашляя от дыма.

Из неба раздался голос — низкий, рокочущий. Оверлорд.

— Вы думали, всё будет так легко? Ладно. Теперь вам нужно пройти через поселок каннибалов. Там весело.

Голос стих. Руби поднялась, отряхнула одежду. Посмотрела вдаль.

— Каннибалы, — повторила Битти.

— Да, — сказала Руби. — Идём.

Проводник побледнел.

Они двинулись вперёд.

Они вошли в поселок. С виду — пустой и безжизненный. Дома с выбитыми окнами, пыльные улицы, тишина. Но Руби чувствовала взгляды. Они шли быстрым шагом, не оглядываясь.

— На нас смотрят, — сказала Битти.

— Знаю. Не останавливайся.

Проводник прижался ближе к Битти.

Из переулка вышли три женщины. Грязные, с ножами и топорами. Облизывались. Одна уставилась на Проводника, оскалилась:

— Ой, какой милый пацан... Мы с удовольствием сожрём его.

У Битти дёрнулся глаз.

— Повтори.

— Мальчик мой...

Битти рванула вперёд. Клинки сверкнули. Кровь брызнула на стену. Ещё двое бросились на Руби. Одна взмахнула ножом — Руби перехватила руку, сломала, отбросила. Вторая замахнулась топором — Руби ушла в сторону, достала свой и одним ударом отрубила ей голову. Битти добила оставшуюся.

Каннибалы бились кровожадно, с дикими криками. Но против двух созданий Богов хаоса они были просто мясом.

Через минуту всё кончилось. Три трупа на асфальте.

Руби отряхнула топор.

— Идём.

Битти сплюнула, убрала клинки и взяла Проводника за руку. Он побледнел, но не отодвинулся.

— Ты как?

— Жить буду.

Они пошли дальше.

Они шли по пустой улице. Внезапно земля дрогнула. Из-за угла вышел огромный каннибал. В два раза выше Руби, руки как брёвна, в зубах — человеческая кость. Он улыбнулся.

— Еда, — прорычал он.

Руби и Битти переглянулись и рванули вперёд. Топор и клинки. Бились быстро, слаженно. Руби рубанула по ногам — он упал на колено. Битти добила клинком в глаз. Он рухнул лицом в асфальт.

Руби выдохнула.

— Всё, — сказала Битти.

Мёртвый каннибал дёрнулся. Встал. Глаза горели красным. Мускулы вздулись, тело увеличилось в двадцать раз. Пульсирующая, тёмная сила била из него.

Голос Оверлорда из ниоткуда:

— Сюрприз.

Каннибал взревел и захлопал в ладоши. Из-за каждого угла выбегали каннибалы. Десятки. Сорок, не меньше. Окружили Руби и Битти.

Битти сжала клинки.

— Их слишком много.

Руби молча перехватила топор.

Каннибалы бросились. Руби и Битти рубились как звери, но их теснили. Кровь, крики, месиво. Пятились к стене.

Внезапно строй разорвала тень. Скэйди. С когтями, волчьими ушами, хвостом. Ворвалась в толпу. Рвала глотки, крушила головы. Каннибалы падали десятками.

Руби и Битти воспрянули. Втроём смяли оставшихся. Когда последний упал, Скэйди встала в центре, вся в крови, улыбнулась острыми зубами.

Подошла к Руби и Битти.

— Спасибо, — сказала она. — За того парня. Он хороший. Напуганный, но это исправимо.

Руби кивнула.

Скэйди обернулась и исчезла в руинах.

Битти посмотрела на Руби:

— Она помогла нам.

— Значит, мы в расчёте, — ответила Руби.

Проводник выдохнул, прижимая руку к груди.

— Я думал, мы не выберемся...

— Выбрались, — сказала Руби. — Идём.

Они пошли дальше.

Они вышли из города каннибалов. За спиной — дым, крики, трупы. Впереди — пустая дорога к горизонту.

Небо темнело от туч, но не ночных. Багровых, тяжёлых.

Руби шла первой, топор на плече. Битти держала Проводника за руку. Он не вырывался — устал бояться. Просто шёл молча.

— Что-то будет, — сказала Битти.

— Всегда что-то бывает, — ответила Руби.

Небо потемнело окончательно. Багровая вспышка пронзила облака. Голос Оверлорда раздался отовсюду:

— Вы справились с каннибалами. Неплохо. Последняя локация — и вы в моём логове. Аллея Цветов. Идите. Если сможете.

Голос стих.

— Аллея Цветов, — повторил Проводник. — Звучит не страшно...

— Если Оверлорд говорит "цветы", — сказала Руби. — Там будут не цветы.

Вдалеке белела каменная арка. Они пошли к ней. Арка стояла одна в пустыне. Чистая, гладкая. За ней — длинный коридор из каменных стен, увитых зеленью. Аллея.

— Пахнет, — сказала Руби.

— Чем?

— Кровью. И сладостью.

— Странная смесь, — заметила Битти.

— Оверлорд любит красивое. Даже смерть.

Она шагнула за арку. Тишина. Только ветер в листьях. Справа и слева — тысячи цветов. Красные, белые, фиолетовые, жёлтые. Они переливались и пахли до головокружения.

— Красиво, — выдохнул Проводник.

— Слишком красиво, — Битти сжала клинки.

Руби шла медленно, прислушиваясь. Топор наготове.

— Никого.

— Это плохо, — ответила Битти.

Они прошли половину. Цветы выше — по пояс, потом по грудь. Проводник раздвигал их руками.

— Они движутся, — вдруг сказал он.

Руби остановилась. Тишина.

— Показалось.

— Я видел! Один повернулся ко мне.

Внезапно белый цветок раскрылся. Изнутри выпала отрубленная рука. Свежая, тёплая. Проводник закричал. Битти зажала ему рот.

— Тихо!

Руби наклонилась, рассмотрела руку.

— Предупреждение.

— Кто здесь? — крикнула Битти. — Выходи!

Ни звука.

— Идём. Быстро.

Они ускорились. Цветы начали открываться — тысячи лепестков с мокрым звуком. Изнутри свешивались конечности, головы, торсы. Сад мёртвых.

— Они питаются плотью, — сказала Руби. — Все, кто заходит — удобрение.

— И мы? — спросил Проводник.

Руби промолчала.

Ветер стих. Цветы замерли.

— Бежим!

Она сорвалась. Битти потащила Проводника за собой. Сзади — шорох, плотный, приближающийся. Лепестки вытягивались, как щупальца.

Проводник споткнулся. Битти рывком подняла его.

— Не останавливайся!

Они бежали, а за ними — живая стена из цветов, тысячи голодных лепестков. Руби увидела свет в конце аллеи.

— Там!

Они вылетели наружу. Цветы остановились на невидимой границе, зашевелились и затихли.

Руби упала на колени, тяжело дыша. Битти согнулась, держась за колени. Проводник сидел на земле, белый как мел.

— Мы снаружи...

Она обернулась. Арка исчезла. Вместо неё — пустота.

— Последняя локация, — сказала Битти.

— Значит, он там, — ответила Руби. — Оверлорд. Нас ждут.

Она встала, посмотрела вдаль. Чёрная башня уходила в небо. Логово.

— Нам туда.

Они двинулись вперёд. Последний путь. Проводник вдруг сказал:

— Мы не умрём там. Мы столько прошли.

— Не умрём, — повторила Битти и взяла его за руку.

Руби ухмыльнулась.

— Идём.

Глава 8: Тим и скэйди

Скэйди вернулась в логово. Вся в крови, но довольная. Подошла к Тиму, развязала верёвки. Он потёр запястья, посмотрел на неё. Она села рядом, положила голову ему на плечо, закрыла глаза. Тим замер, но не отодвинулся.

— Голодный? — спросила она.

Тим покачал головой. Скэйди прищурилась, но ничего не сказала. Достала кусок сырого мяса и протянула ему. Тим посмотрел на мясо, потом на неё.

— А может... — начал он тихо. — Может, сделаем костёр и пожарим?

Скэйди замерла. Она никогда не жарила мясо. Всегда ела сырым. Но посмотрела на Тима — он смотрел на неё с надеждой.

— Хорошо, — сказала она.

Она вышла из логова, через минуту вернулась с сухими ветками. Бросила их на пол. Тим сел, начал складывать костёр. Скэйди стояла рядом, наблюдая. Он чиркнул камнем, высек искру. Огонь разгорелся. Тим взял палку, насадил мясо и протянул над огнём. Скэйди села напротив, уши насторожены, хвост медленно качался. Смотрела на огонь.

— Ты боишься огня? — спросил Тим.

— Нет, — ответила она. — Просто не знаю его.

Они сидели молча. Мясо шипело, запах разносился по логову. Скэйди втянула нос. Странно. Но приятно.

— Готово, — сказал Тим и протянул ей кусок.

Она взяла, понюхала, попробовала. Жуёт. Глотает. Задумалась.

— Хорошо, — сказала она.

Тим улыбнулся впервые.

Они ели вдвоём у костра. Скэйди смотрела на Тима, потом на огонь, и хвост её медленно качнулся.

Они ели у костра. Тим молча жевал, Скэйди смотрела на огонь, принюхиваясь. Когда мясо кончилось, она встала, затушила костёр лапой. В логове стало темно, только лунный свет сочился через корни.

— Пора спать, — сказала она.

Тим лёг на пол, прикрыл глаза, свернулся калачиком. Через секунду Скэйди подошла, взяла его за шкирку и притянула к себе. Она легла на бок, прижала его к груди, обняла, хвост накрыл их обоих.

Тим дёрнулся.

— Ты чего?!

— Так теплее, — тихо сказала она, закрывая глаза.

— Я не...

— Спи.

Он замер. Сердце колотилось, мышцы напряжены. Но Скэйди дышала ровно, тепло шло от её тела, хвост укрывал как одеяло. Тим лежал неподвижно. Потом медленно выдохнул. Через минуту его глаза закрылись. Он уснул.

Волчица улыбнулась во сне, прижала его крепче, уткнулась носом в его макушку.

Утром Тим проснулся. На полу было холодно, хвоста и тепла рядом не было. Он сел, потёр глаза. Логово пустое. Скэйди ушла. Он оглянулся. На стене было что-то выцарапано когтями. Он подошёл ближе, прочитал:

«Если уйдёшь — найду. Вспомню живот. Задушу твоими же кишками»

Тим побледнел. Отступил на шаг. Сердце заколотилось. Он посмотрел на выход из логова. Свет, свобода, лес. Можно бежать. Он сделал шаг к выходу. Потом ещё один. Вспомнил её глаза. Её слова. «Привыкай». «Ты мой». И эту надпись на стене. Тим остановился. Сглотнул. Потом медленно отошёл от выхода и сел на место, где спал. Обхватил колени руками. Решил — убежать от неё не получится. Она найдёт. Она всегда найдёт. Он сидел и ждал.

Через час послышались шаги. Скэйди вернулась. Свежая, с каплями росы на шерсти, с тушей зайца в руках. Увидела Тима на месте, улыбнулась.

— Молодец, — сказала она. — Не убежал.

— Я боялся, — честно сказал Тим. — Твоя записка...

— Не бойся, — сказала она. — Я не трону тебя, если не тронешь меня.

— Я не трону.

— Тогда мы друзья.

Скэйди села рядом, протянула ему зайца. Тим посмотрел на него, потом на неё.

— Снова сырое?

— Привыкай, — сказала она, улыбаясь. — Научишь меня жарить — будем есть вместе.

Тим вздохнул. Но улыбнулся. Он взял зайца, вышел из логова, начал собирать ветки для костра. Скэйди шла за ним, наблюдала. Смотрела, как он разводит огонь, как насаживает мясо на палку. Она садилась рядом, клала голову ему на колени, смотрела на огонь и ждала.

Так они сидели вместе — человек и волчица. Тепло, тихо, без страха. Вдалеке, за лесом, чернела башня Оверлорда. Они оба смотрели на неё, но молчали. Каждый думал о своём.

Скэйди закрыла глаза. Тим погладил её по голове.

— Мы всё равно уйдём отсюда? — спросил он.

— Когда-нибудь, — ответила она. — Когда будем готовы.

— А сейчас?

— Сейчас ты мой. Я твоя. Мы здесь.

Тим кивнул. Он почти привык.

Прошло несколько недель. Они стали друзьями. Всё изменилось.

Теперь они охотились вместе. Тим учился ставить силки, Скэйди показывала, как выслеживать добычу. Он учился у нея терпению. Она училась у него — смотреть на мир иначе.

Они готовили вместе. Каждый вечер — костёр у входа в логово, мясо на палке, запах дыма и травы. Скэйди пробовала еду, которую он готовил. Иногда ей нравилось, иногда она морщилась. Но всё равно ела.

Они ели вместе. Сидели на земле, плечом к плечу, молчали или говорили о простом. О том, что видели в лесу. О том, что снилось. О том, что ждёт за пределами их леса.

Они общались как друзья. Тим рассказывал о своей жизни у Оверлорда — серые стены, холод, страх. Скэйди слушала. Потом говорила о своём — о Богах безумия, о лесе, о том, как она научилась убивать. Тим слушал.

— Ты не злая, — сказал он однажды вечером.

— Я злая, — ответила она, глядя в огонь. — Просто с тобой не хочу быть злой.

Тим задумался. Потом улыбнулся.

— Тогда я буду рядом. Чтобы ты была доброй.

Скэйди не ответила. Только придвинулась ближе и положила голову на его колени.

Прошло несколько недель. И мир для них стал другим — теплее, проще, свой.

Они стояли у ворот. Огромный замок из чёрного камня уходил в небо. Башни пронзали тучи, острые шпили терялись в багровой мгле. Вокруг ни звука — только ветер и мёртвая тишина. Ни птиц, ни насекомых, ни дыхания жизни.

— Ну что, — сказала Руби, перекинув топор на плечо. — Пришли.

Битти сжала клинки, глаза горели холодным огнём. Проводник стоял сзади, бледный, но держался. Он уже не дрожал. Он устал бояться.

— Внутри он, — сказала Битти, глядя на ворота.

— Да, — ответила Руби. — И он знает, что мы здесь.

Она подошла к воротам, толкнула рукой. Те медленно открылись с тяжёлым скрипом, словно не использовались годы. Внутри было темно. Холодный камень, факелы, светящиеся багровым. Коридор уходил вперёд, теряясь в сумраке.

— Следуйте за мной. Не отставайте, — сказала Руби.

Они вошли.

Внутри замка их встретила тишина. Но не та, что бывает в пустом доме. А злая, давящая, живая. Каждый шаг отдавался эхом, каждый вздох казался громким. Ни слуг, ни ловушек, ни голосов. Только багровый свет факелов и холодный камень.

Они шли по длинным коридорам, мимо пустых залов. Стены покрыты трещинами, пол — пылью и следами когтей. Везде было пусто.

— Слишком тихо, — сказала Битти, оглядываясь.

— Знаю, — ответила Руби.

Она чувствовала его присутствие. Он был рядом. Везде. Смотрел из каждой трещины, дышал через каждую щель. Они не были одни.

Они дошли до большого зала. Высокий потолок, колонны, уходящие вверх. В центре возвышался трон. Чёрный, с шипами, с рунами, светящимися тусклым красным. На нём сидел Оверлорд. Серый, худой, с белыми глазами без зрачков. Без оружия. Без армии. Без страха.

— Ждал вас, — сказал он, и голос его прозвучал мягко, почти дружелюбно.

Руби шагнула вперёд, топор наготове.

— Мы здесь. Что дальше?

Оверлорд медленно встал. Улыбнулся.

— А дальше — ничего. Я сдаюсь.

Тишина. Битти замерла.

— Чего?

— Вы слишком сильны, — сказал он, разводя руками. — Боги создали вас, чтобы уничтожить меня. Зачем сопротивляться? Я устал. Я стар. Я хочу покоя.

Руби прищурилась. Он лгал. Она чувствовала это кожей.

— Ты врёшь.

— Проверь, — ответил он и шагнул к ней, раскинув руки, будто приглашая.

Она шагнула ближе, занесла топор. Оверлорд стоял неподвижно, улыбался. Руби взмахнула топором. Лезвие прошло сквозь фигуру, как сквозь дым. Оверлорд исчез, оставив только смех.

— Ищите меня, — раздался голос отовсюду. — Я там, где вы меньше всего ждёте.

Руби опустила топор. Битти ударила ногой по стене, оставив трещину.

— Он издевается над нами.

— Знаю, — Руби оглядела зал. — Но где-то он здесь. Просто его надо найти.

Вдруг стены начали дрожать. Пол под ногами пошёл трещинами. Каменный зал превращался в капкан. Где-то глубоко внутри раздался грохот — вода. Много воды.

— Бежим! — крикнула Руби.

Они рванули назад, к выходу. Но коридор, по которому они пришли, исчез. Вместо него — глухая стена, свежая, горячая, словно только что выросшая из земли.

— Тупик, — сказала Битти, ударив по стене клинком. — Он запечатал нас.

— Нет, — Руби прислушалась. — Слышите?

Сверху доносился звук. Рокот. Вода. Она приближалась, ломая стены и заливая коридоры. Чёрная, густая, воняющая кровью и железом.

— Он хочет нас утопить, — сказала Битти.

— Наверх! — крикнула Руби.

Она вскарабкалась на выступ, помогла Битти и Проводнику. Вода заполнила коридор за считанные секунды, поднимаясь с бешеной скоростью. Холодная, злая, она била в стены, шипела и пенилась, как живая.

— Что теперь? — спросил Проводник, повиснув на выступе, пальцы побелели от напряжения.

— Ждём, — сказала Руби.

Вода поднялась до их уровня, затем начала спадать. Через минуту коридор опустел, оставив мокрые стены и запах сырого камня. На полу — лужи, следы, мусор.

— Он играет с нами, — сказала Битти.

— Пусть, — ответила Руби. — Мы выберемся.

Они двинулись дальше. Чем глубже в замок, тем больше ловушек. Стрелы из стен, проваливающийся пол, огонь из потолка. Они уходили, уворачивались, бежали. Руби не давала им остановиться. Битти прикрывала спину. Проводник держался, хоть и тяжело.

— Я больше не могу, — сказал он, остановившись.

— Можешь, — сказала Руби. — Ты уже здесь. Не сдавайся.

— Почему ты так уверена?

— Потому что ты прошёл через всё это, — ответила она. — Значит, ты должен дойти до конца.

Проводник вздохнул. Кивнул. Они двинулись дальше.

На пути выросла высокая стена. Гладкая, чёрная, без единого шва. Сверху раздался голос Оверлорда:

— Решите мою задачку. Или уходите обратно.

Руби подошла к стене. Провела рукой. На ней проявились символы. Три фигуры, три пути. Одна — дракон, вторая — башня, третья — волчица.

— Что это? — спросила Битти.

— Выбор, — сказала Руби. — Один правильный. Два — смерть.

Проводник вгляделся в рисунки.

— Это о чём?

— О нас, — сказала Руби. — Дракон — сила. Башня — власть. Волчица — дружба.

Битти шагнула вперёд.

— Выбирай.

Руби задумалась. Символы пульсировали, привлекая взгляд. Она вспомнила всё: лес, Скэйди, Тима, каннибалов, аллею цветов. Она коснулась символа волчицы. Стена ушла в стороны, открывая проход.

— Почему? — спросил Проводник.

— Потому что мы не одни, — ответила Руби. — И потому что она нас не предала.

Они пошли дальше. За стеной открылся огромный зал. В центре — трон. Настоящий, каменный. На нём сидел Оверлорд. Настоящий. Серый, худой, с белыми глазами. Он поднялся навстречу.

— Вы сделали правильный выбор, — сказал он, и голос его был холодным. — Дружба сильнее силы. Это делает вас сильнее.

Он шагнул вперёд, обнажая клинок.

— Теперь мы будем драться по-настоящему.

Руби улыбнулась.

— Я только этого и ждала.

В центре зала стоял Оверлорд. Настоящий. Серый, худой, с белыми глазами. Он поднялся с трона, обнажил клинок, и улыбнулся.

— Вы сделали правильный выбор, — сказал он. — Дружба сильнее силы. Это делает вас сильнее.

Он шагнул вперёд, но вдруг остановился. Из тёмного угла зала бесшумно вышел высокий силуэт. Маг. В чёрной мантии, с посохом в руке. Глаза светились багровым, как у Оверлорда. Губы сжаты в тонкую линию. Он встал рядом с хозяином.

— Ты не один, — сказал маг, голос глухой. — Я с тобой, мой повелитель.

Руби перехватила топор, Битти сжала клинки. Проводник отступил на шаг, но не побежал.

— Двое против троих, — сказала Руби, глядя на Оверлорда. — Нас устраивает.

Оверлорд усмехнулся. Он был спокоен, слишком спокоен. Словно победитель, который уже знает исход.

— Я даю вам фору, — сказал он. — Подготовьтесь. Я хочу видеть вас в лучшей форме, когда буду убивать.

Маг усмехнулся рядом, посох засветился багровым.

— Ты серьёзно? — спросила Битти.

— Абсолютно, — ответил Оверлорд. — Я не просто хочу победить. Я хочу наслаждаться. Хочу, чтобы вы знали, что проиграли, даже когда старались изо всех сил.

Руби молча сжала топор. Ей не нужна была фора. Она была готова.

— Сейчас, — сказал Оверлорд и сел обратно на трон, скрестив ноги. — У вас есть время. Используйте его с умом.

Маг остался стоять, охраняя хозяина.

Руби повернулась к Битти:

— Он даёт нам время. Давай не будем тратить его зря.

Они отошли на несколько шагов и склонили головы друг к другу, обсуждая тактику.

Они отошли в угол зала. Руби опустила топор, прикрыла глаза, сосредоточилась. Битти стояла рядом, глядя на Оверлорда и мага.

— Нам нужна помощь, — тихо сказала Руби. — Оверлорд силён. Маг — тоже. Вдвоём мы не справимся.

— Что ты предлагаешь? — спросила Битти.

Руби открыла глаза. В них горел тёмный огонь.

— Мы — создания Богов Хаоса. Но есть и другие. Боги Апокалипсиса. Они сильнее. Если мы попросим их — они могут дать нам того, кто сможет помочь.

— Ты хочешь призвать их? — спросил Проводник.

— Да.

Руби опустилась на колено, коснулась рукой холодного камня. Закрыла глаза. Битти сделала то же самое. Они зашептали слова на древнем языке — том, что был дан им при создании. Тёмные, тягучие звуки разнеслись по залу. Маг нахмурился, Оверлорд приподнял бровь.

— Что они делают? — спросил он.

— Зовут, — ответил маг. — Но им не ответят.

Ошибся.

Зал озарился багровым светом. Воздух задрожал. С потолка посыпалась пыль. Три тени проступили из ниоткуда — высокие, безликие, с глазами, горящими космическим холодом. Боги Апокалипсиса. Те, кто старше Богов Хаоса. Те, кто видел конец миров.

Они не говорили. Просто смотрели.

— Мы просим, — сказала Руби, не поднимая головы. — Дайте нам того, кто поможет. Мы уничтожим Оверлорда.

Один из Богов шагнул вперёд. Его голос звучал в голове, а не в ушах:

— Вы просите — вы получите.

Из тени выступила фигура. Молодой парень, лет семнадцати. Светлые волосы, холодные серые глаза. В правой руке — длинный серебряный меч. В левой — рожок мороженого, который он спокойно облизнул, глядя на Оверлорда.

— Я Каспер, — сказал он. — Меня создали, чтобы убивать. Боги Апокалипсиса отправили меня к вам. — Он показал на мороженое. — Это просто для настроения.

Руби прищурилась:

— Ты умеешь драться?

Каспер ухмыльнулся. Мороженое в его руке моргнуло и превратилось в такой же серебряный клинок. Потом обратно в мороженое.

— Моя рука может создать любой предмет. Мечи, щиты, цепи, взрывчатку... Или мороженое. Всё, что мне нужно.

Битти усмехнулась:

— Нас стало четверо.

Каспер подошёл к ним, встал рядом. Меч в правой, мороженое в левой. Маг нахмурился, Оверлорд медленно поднялся с трона.

— Забавно, — сказал он. — Ты звала Богов. И они прислали мальчишку с десертом. Он не спасёт вас.

Каспер ухмыльнулся, сжимая меч. Мороженое моргнуло, превратившись во второй клинок.

— Посмотрим

Глава 9:Оверлорд пал от Китти кастетов

— Я по Оверлорду, — сказал Каспер.

— Я тоже, — ответила Руби.

Битти посмотрела на мага. Тот стоял неподвижно, посох светился багровым.

— Тогда маг мой, — сказала она.

Руби кивнула. Проводник понял, что ему тут делать нечего, и нырнул за колонну в углу зала.

— Начали, — сказала Руби и сорвалась с места.

Каспер рванул следом, клинки сверкнули. Оверлорд встретил их, обнажив свой чёрный меч. Лязг. Искры. Первый удар.

Битти бросилась к магу. Тот поднял посох — из него вырвался сгусток тьмы. Битти ушла в сторону, клинок полоснул по воздуху. Маг отступил, создавая барьер из тени. Битти пробила его с разворота.

— Ты слаб, — сказала она.

Маг усмехнулся, и из его рук вырвались цепи. Битти отбила их клинками, пошла в атаку.

Руби и Каспер атаковали Оверлорда с двух сторон. Он уклонялся, парировал, контратаковал. Его движения были точными, быстрыми. Руби замахнулась топором — он ушёл вниз, выбросил клинок в сторону Каспера. Тот создал щит из воздуха, отбил удар, ответил мечом. Оверлорд парировал.

— Вы быстры, — сказал он. — Но я быстрее.

Он разорвал дистанцию, взмахнул рукой. Из пола выросли шипы. Руби перепрыгнула, Каспер создал платформу под ногами и оттолкнулся.

Бой гремел. Искры, звон металла, грохот магии. Проводник сидел за колонной и слушал. Он не мог помочь. Он только мог не мешать. И он сидел тихо, сжимая руки.

Битти теснила мага. Цепи рвались, барьеры трещали. Она била клинками в ритме дыхания, не давая ему опомниться. Маг шатался, но держался.

А Оверлорд дрался с Каспером и Руби одновременно. Он улыбался, словно это была игра.

— Хватит, — сказал он вдруг и ударил рукой в пол. Волна тёмной энергии разнесла зал. Каспер и Руби отлетели к стенам. Битти отбросило к колонне. Маг встал рядом с хозяином.

— Как же вы надоели, — сказал Оверлорд. — Но вы повеселили меня.

Руби встала, отряхнулась. Каспер поднялся, клинки в руках засветились ярче. Битти вышла из-за колонны, сжимая оружие.

— Ещё не вечер, — сказала Руби.

— Мы только начали, — добавил Каспер.

И они снова бросились в бой.

Бой гремел. Зал сотрясался от ударов, искры летели во все стороны. Руби и Каспер атаковали Оверлорда с двух сторон, но он держался уверенно. Его кожа была твёрдой, как камень — клинки Каспера и топор Руби не оставляли даже царапин. Оверлорд улыбался, парировал удары и контратаковал мощными вспышками тёмной магии.

— Вы слабы, — сказал он, отбрасывая Руби ударом руки. — Ваше оружие не может ранить меня. А моя магия уничтожит вас.

Каспер создал цепь, попытался опутать Оверлорда, но тот разорвал её взглядом.

— Бесполезно.

Битти теснила мага. Он отступал, но держался. Его магия была сильной — цепи, сгустки тьмы, барьеры — но Битти пробивала их одну за другой.

— Ты слаб, — сказала она, занося клинок.

Маг вдруг остановился. Усмехнулся. Посмотрел в сторону колонны, где сидел Проводник.

— А вот и цель, — сказал он.

Он выбросил руку вперёд. Из пальцев вырвался чёрный луч. Быстро. Точно. Непрогнозируемо.

Проводник не успел увернуться. Луч попал в плечо, пробил навылет. Он вскрикнул, упал на спину, зажимая рану. Кровь хлынула между пальцев.

— Проводник! — крикнула Битти.

Она рванула к нему, упала на колени рядом. Плечо было пробито, кровь текла быстро, пульсируя.

— Держись, — сказала она. — Держись!

Руби обернулась на крик, но Оверлорд не давал ей отвлечься. Каспер тоже не мог отойти.

Битти смотрела на кровь, на бледное лицо Проводника. Он терял сознание.

— Каспер! — крикнула она. — Мне нужна помощь!

Каспер отбил удар Оверлорда и на мгновение обернулся. Увидел Проводника. Понял.

Он протянул руку, сосредоточился. В его ладони начало формироваться что-то странное — металлическое, с синим свечением.

— Держи! — он бросил предмет Битти.

Она поймала. Портальная пушка. Из «Рика и Морти». Настоящая.

— Ого... — прошептал Проводник сквозь боль. — Он реально может воплотить всё...

Битти навела пушку на стену. Нажала. Зелёный портал открылся, пульсируя и мерцая. За ним виднелась белая стена — больница.

— Держись, — сказала Битти и подхватила Проводника. — Я вернусь.

Она шагнула в портал. Зелёный свет мигнул и закрылся.

Руби и Каспер остались вдвоём против Оверлорда и мага.

— Ну что, — сказал Оверлорд, усмехаясь. — Ваша подруга сбежала. Остались только вы.

Каспер сжал клинки. Руби перехватила топор.

— Нас достаточно, — сказала она.

Они снова бросились в бой.

Бой продолжался. Каспер держал щит, отражая магические атаки Оверлорда, но тот бил мощно и без остановки. Руби приходилось принимать удары на себя — её регенерация работала на пределе. Кожа срасталась, кости вставали на место, но боль оставалась. Каждое попадание отнимало силы.

Оверлорд смеялся, разбрасывая их по залу как щенков.

— Вы ничтожества, — сказал он, остановившись. — Боги создали вас, чтобы убить меня? Смешно. Вы даже не можете меня ранить.

Руби упала на колено, тяжело дыша. Каспер стоял рядом, сплюнув кровь.

— Мы не можем его ранить, — сказала Руби, вытирая лицо.

— Ты же создана тремя Богами Хаоса? — спросил Каспер, прищурившись.

— Да.

— Проверь свои карманы. Там должно быть оружие, которое может нанести урон Оверлорду. Три Бога Хаоса ценой своей жизни создали его и положили в твой карман.

Руби замерла. Опустила руку в карман. Нащупала что-то твёрдое. Достала. Кастеты. В стиле Hello Kitty. Розовые, с бантиками и милыми мордочками. Светились слабым светом.

— Это... — она опешила. — Почему я этого не знала? И не замечала как-то?

— Оружие проявляется лишь в крайний случай, — сказал Каспер. — Сейчас он и настал.

Руби сжала кастеты. В них чувствовалась сила. Тяжёлая, древняя, смертоносная.

— Значит у Битти тоже есть оружие? — спросила она.

— Да.

В этот момент рядом с ними открылся зелёный портал. Из него вышла Битти. Она выглядела уставшей, но спокойной.

— С проводником всё будет хорошо, — сказала она. — Его уже оперируют...

Она замерла, глядя на свои руки.

— А... а у меня что-то есть...

В её руке появилась бейсбольная бита. Обычная, деревянная, с нацарапанной надписью «HAHA».

— Какого фига? — спросила Битти.

Руби ухмыльнулась.

— Боги Хаоса. Решили, что нам пора побеждать.

Оверлорд перестал смеяться. Он смотрел на кастеты и биту, и впервые на его лице появилось беспокойство.

— Что это? — спросил он.

— Наше оружие, — ответила Руби, сжимая кастеты.

— И твоя смерть, — добавил Каспер.

Они втроём двинулись вперёд

Бой перевернулся. Теперь доминировали они.

Каспер отступил от Оверлорда и развернулся к магу. Тот уже поднимался, готовя новое заклинание. Каспер создал щит, отразил удар, и ринулся вперёд. Меч и мороженое — два клинка, два стиля. Маг не успевал. Каспер теснил его, не давая опомниться.

Руби и Битти сражались с Оверлордом вдвоём. Кастеты светились, бита гудела. Каждый удар проходил сквозь его защиту, оставляя следы на серой коже.

Оверлорд впервые почувствовал боль. Он зарычал, отступил на шаг. Кровь — чёрная, густая — появилась на его лице.

— Что это? — прохрипел он.

— Подарок, — ответила Руби, сжимая кастеты.

Она ударила снова. Он парировал, но Битти зашла сбоку и врезала битой по руке. Хруст. Оверлорд взвыл.

Их регенерация работала на пределе. Каждое попадание Оверлорда заживало на глазах, но отнимало силы. Они не останавливались.

Оверлорд сражался на пределе. Его магия иссякала, удары становились медленнее. Он пятился.

Вдруг маг упал на колени. Каспер стоял над ним, клинок у горла.

— Кончено, — сказал он.

Маг исчез в облаке дыма.

Каспер развернулся к Оверлорду и встал рядом с Руби и Битти. Трое против одного.

Оверлорд замер. Он смотрел на них, на клинки, на кастеты, на биту, и впервые в его глазах мелькнула неуверенность.

— Вы думаете, вы победили? — спросил он.

— Мы не думаем, — сказал Каспер. — Мы знаем.

Они двинулись вперёд.

Вдруг Оверлорд взревел. Его тело начало меняться — кожа потемнела, мышцы вздулись, глаза загорелись багровым. Из спины вырвались чёрные крылья. Он перешёл во вторую фазу.

— Теперь вы умрёте, — прорычал он и бросился в атаку.

Началась жестокая битва. Оверлорд стал быстрее, сильнее, злее. Руби и Битти едва успевали уклоняться. Каспер откатился в сторону, и в его руках появились огненные цепи — прямо как у Призрачного гонщика. Они горели, шипели и рвались вперёд. Он взмахнул ими, обвил Оверлорда, стянул руки и крылья.

— Держите его! — крикнул Каспер.

Оверлорд рвался, но цепи держали крепко. Руби отступила на шаг, сжала кастеты.

— Всем отойти, — сказала она. — Я должна закончить это.

Битти и Каспер отошли. Руби бросилась вперёд. Она била снова и снова. Кастеты врезались в тело Оверлорда с хрустом, разбивая кости, пробивая защиту. Она не останавливалась. Кости трещали, чёрная кровь брызгала во все стороны. Руби занесла руку и ударила последний раз — прямо в сердце. Кастеты пробили грудь насквозь.

Оверлорд замер, поднял голову, посмотрел на неё и хрипло выдохнул:

— Сволочи...

Его тело разорвало. Вспышка багрового света ослепила всех. Взрывная волна разнесла замок на куски. Камни, пыль, огонь — всё смешалось в хаосе.

Через несколько минут тишина. Руби, Битти и Каспер выбирались из-под обломков. Грязные, в крови, но живые.

На этот взрыв прибежала Скэйди. Вся в пыли, с горящими глазами. Увидела их, выдохнула.

— Живы, — сказала она.

— Мы живы, — ответила Руби.

Скэйди подошла ближе, оглядывая обломки замка. Её глаза пробежали по развалинам, по следам битвы, по троим стоящим перед ней. Она перевела взгляд на Руби.

— Вы что... убили Оверлорда?

Руби ухмыльнулась, вытирая кровь с лица. Кастеты всё ещё дымились в её руках.

— Мы его не просто убили. Мы его раком нагнули.

Битти хмыкнула, закинула биту на плечо.

— А что же его прислужники? Их же просто миллионы.

— Без Оверлорда им больше не надо убивать друг друга, — сказала Руби.

Но Каспер покачал головой. Он стоял чуть поодаль, сжимая в одной руке меч, в другой — мороженое, которое он задумчиво облизнул.

— Скорее всего, они разделятся на три клана, — сказал он. — И начнут враждовать друг с другом. Так было в пророчестве.

Скэйди прищурилась:

— Пророчестве?

— Боги Апокалипсиса говорили об этом. Когда падёт Оверлорд — его армия распадётся на части. Они будут драться за власть, за земли, за выживание.

— Значит, мы не закончили, — сказала Битти.

— Мы закончили с Оверлордом, — ответил Каспер. — А что будет дальше — зависит от нас.

Все замолчали. Тишину нарушила Руби.

— Ладно. Это потом. Сначала нужно кое-что сделать.

Она повернулась к Касперу:

— Открой портал. В больницу.

Каспер кивнул, поднял руку. В воздухе сверкнула зелёная вспышка — открылся портал. За ним виднелась белая стена больничного коридора.

Руби шагнула к порталу, остановилась, обернулась к Скэйди:

— Мы к Проводнику. Навестим.

Скэйди кивнула и исчезла в лесу.

Руби, Каспер и Битти перешагнули через портал. Он закрылся за ними с тихим хлопком.

Они вошли в палату. Проводник лежал на кровати, бледный, но улыбался. Он перевёл взгляд на них.

— Вы пришли...

— Конечно, — сказала Битти и села рядом.

Руби подошла к окну. Каспер остался у двери. Разговор был тихим, тёплым. Смех, шутки, молчание. Они были вместе.

Через час Руби поднялась.

— Нам пора.

Проводник улыбнулся, глядя на них. Он перевёл взгляд с Руби на Битти, потом на Каспера и тихо сказал:

— Слушайте... Если вам некуда идти... вы можете пожить у меня. В моей квартире. Я один живу.

Тишина. Руби посмотрела на Битти. Битти — на Каспера. Каспер пожал плечами.

— Нормально, — сказала Руби.

— А я без мороженого не живу, — ухмыльнулся Каспер.

— Идём, — улыбнулся Проводник.

Они вышли в больничный коридор. Руби впереди — вся в крови, с топором на плече. Битти рядом — бита в руках, одежда порвана. Каспер за ними — в одной руке меч, в другой мороженое, светлые волосы в пыли.

Врачи и медсёстры, которые проходили по коридору, замирали на месте. Кто-то прижимался к стене, кто-то открывал рот, кто-то просто стоял, не веря своим глазам. Трое в крови, с оружием, идут через чистую белую больницу как по полю боя.

— Вы... вы кто? — выдавила одна медсестра.

— Пациенты, — коротко ответила Руби, не сбавляя шага.

Они дошли до выхода. Проводник уже стоял в дверях, опираясь на костыль. Он обернулся на них, улыбнулся.

— Ну что, пошли домой?

Руби перекинула топор на плечо.

— Пошли.

Они вышли на улицу. И они вчетвером пошли вперёд.

Проводник остановился у выхода из больницы, опираясь на костыль. Оглядел их — всех в крови, с оружием, в порванной одежде.

— Вы что, в таком виде по городу собираетесь идти?

Битти переглянулась с Каспером.

— Я могу создать маскировку, — сказал Каспер.

— Уже ночь, — ответила Руби, глядя в тёмное окно. — Нас почти не видно.

Проводник посмотрел на улицу. За окном было темно, фонари тускло освещали мокрый асфальт.

— Ладно, — сказал он. — Пошли. Только быстро.

Они вышли на улицу. Ночь укрыла их. Тени, свет фонарей, пустые тротуары. Они шли молча, быстро, не оглядываясь.

Руби вспомнила свой первый день в этом мире. Тоже ночь, тоже кровь, тоже бег. Усмехнулась.

— Что? — спросил Проводник.

— Ничего, — ответила она. — Просто вспомнила.

Битти шла рядом с Проводником, поддерживая его. Каспер — чуть сзади, с мечом и мороженым. Они дошли до старого дома, поднялись на третий этаж.

Проводник открыл дверь.

— Заходите.

Они вошли. В квартире было чисто, уютно, пахло деревом и книгами.

— Душ там, — показал Проводник. — Еда в холодильнике. Мороженое — в морозилке.

Каспер сразу направился к кухне.

Руби села на диван, опустила топор на пол. Битти рухнула рядом.

— Мы дома, — сказала она.

— Да, — ответила Руби. — Вроде того.

Глава 10: бытовые проблемы

— Ванная там. Отмыться. Всем.

Руби уже знала, как это делается. Она молча кивнула и пошла первой. Через десять минут вышла чистая, сухая, без крови.

— Следующие, — сказала она и бросила мокрое полотенце на стирку.

Битти и Каспер переглянулись. Они вошли в ванную. Через минуту оттуда донесся грохот, плеск, маты. Проводник хромая подошёл к двери и открыл её. Ванная была разгромлена — пена на стенах, вода на полу, шампуни перевёрнуты.

— Вы что тут устроили? — спросил он.

— Моемся! — ответила Битти, вытирая пену с лица.

— Это война, а не мытьё...

Он вздохнул, взглянул на Руби. Та стояла с полотенцем на плече и усмехалась.

— Дежавю, — сказал Проводник.

Он взял ковш, набрал воды и показал им, как надо. Битти и Каспер наконец отмылись. Вышли чистые, в старой одежде Проводника.

— Руби, ты тоже... — начал Проводник.

— Уже, — ответила она и кивнула в сторону ванной. — Я вторая.

— Когда?

— Когда вы бились с водой.

Проводник усмехнулся.

— Хоть кто-то научился.

— Опыт, — коротко ответила Руби и пошла на кухню.

Когда все отмылись, была уже глубокая ночь. За окнами — тишина, только ветер и редкие машины. Проводник зевнул и посмотрел на часы.

— Три часа ночи. Надо спать.

Он показал на комнаты: одна с двуспальной кроватью, другая с диваном. Руби бросила взгляд на диван и молча направилась к нему.

— Я на диване, — сказала она и легла, даже не накрываясь.

Остались Битти, Каспер и Проводник. Каспер посмотрел на свободное место на кровати. Битти сделала шаг вперёд и улыбнулась, глядя на Проводника.

— Я с тобой, — сказала она просто.

Проводник покраснел, но ничего не ответил. Битти уже легла на кровать, похлопала по месту рядом:

— Иди, не бойся.

— Я не боюсь, — сказал Проводник, медленно ложась.

Битти придвинулась к нему, положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Проводник замер, но спустя минуту расслабился. Каспер стоял у двери, смотрел на них и, вздохнув, направился к дивану.

— Руби, подвинься, — сказал он.

— Нет, — ответила она, не открывая глаз.

— Мне негде спать.

— На полу.

Каспер постоял, посмотрел на неё и, вздохнув, сел на пол в углу комнаты.

— Доброй ночи, — буркнул он.

Тишина. Только дыхание и редкий скрип старого дома. Ночь укрыла их.

Через полчаса Проводник засопел и прижался к Битти во сне. Она улыбнулась, притянула его ближе и прошептала в темноту:

— Доброй ночи.

Свет в комнате погас. Все уснули. Первая ночь без войны.

На утро Руби проснулась первой. Солнце уже лезло в окно, и в комнате было тепло. Она села на диване, потянулась и прислушалась. Тишина. Только где-то в соседней комнате слышалось мирное дыхание.

Она встала и пошла на кухню. Через полчаса приковылял Проводник — зевающий, растрёпанный, но довольно улыбающийся. Через минуту из спальни вышла Битти. Она подошла к Проводнику и чмокнула его в щеку.

— Доброе утро, — сказала она.

Проводник покраснел, но улыбнулся.

— Доброе...

Руби смотрела на них с усмешкой.

— Отлично выспалась, — сказала она. — Диван мягкий был.

Проводник кивнул.

— Я тоже. Удивительно.

— Я тоже, — сказала Битти и многозначительно посмотрела на Проводника.

Он снова покраснел.

В комнате завозился Каспер. Он сидел на полу, в углу, согнувшись и держась за поясницу. Лицо выражало крайнюю степень недовольства.

— Я спал на полу, — процедил он. — Всю ночь. Спина болит. Шея затекла. Настроение испорчено.

Руби посмотрела на него.

— Ты мог лечь с ними, — сказала она, кивнув на Битти и Проводника.

Каспер открыл рот, закрыл и только вздохнул, схватившись за спину.

— Шея... — простонал он. — И спина...

Проводник покачал головой.

— Я поставлю тебе стул на завтра. И подушку.

Каспер поднял на него взгляд, полный благодарности:

— Лучший.

Битти улыбнулась и пододвинула ему чашку чая:

— Держи.

Каспер взял чай, отхлебнул и снова поморщился от боли.

Все сидели за столом. Где-то за окном шумел город. Было тихо и спокойно.

Все сидели на кухне и пили кофе. За окном светило солнце, и город начинал просыпаться. Проводник отпил из кружки и посмотрел на них.

— Может, сходим погулять? — предложил он. — В парк. Погода хорошая.

Руби кивнула. Битти улыбнулась. Каспер отставил чашку и с надеждой спросил:

— Там есть где купить мороженое?

— Должно быть, — ответил Проводник.

Когда все допили кофе, они вышли из дома. День был солнечным, тёплым, с лёгким ветром. Город шумел спокойно. Через десять минут они уже стояли у входа в парк.

Зелень, дорожки, скамейки, парочки с детьми и бегающие голуби. Битти огляделась и нахмурилась:

— И что здесь делать?

— Гулять, — ответил Проводник. — Отдыхать.

— И всё?

— И всё.

Они пошли по дорожке. Руби шла спокойно, разглядывая деревья. Битти крутила головой по сторонам. Каспер искал ларёк с мороженым.

Люди на них смотрели с недоумением. Девушка с тяжёлым взглядом, парень с холодными глазами, девушка с битой и чуть хромающий парень в простой одежде. Они не вписывались, но шли.

Проводник чувствовал взгляды и вздохнул.

— Привыкайте, — сказал он. — Мы теперь тут живём.

Руби усмехнулась.

Они прошли мимо пруда, мимо детей на качелях, мимо старушек, кормящих голубей. Всё было мирно.

— Странно, — сказала Битти.

— Что? — спросил Проводник.

— Так тихо. Без оружия. Без крови.

— Это и есть жизнь, — ответил Проводник.

Каспер наконец увидел ларёк и ускорил шаг. Руби усмехнулась.

Они шли дальше.

Но конечно же фиг там день пройдёт хорошо. Внезапно отовсюду раздались крики. Группа вооружённых людей в масках ворвалась в парк. Террористы. Они захватили заложников, направили оружие на людей. Крики, паника, суета.

— На пол, всем на пол! — орал один из них.

Руби ухмыльнулась и сказала: — Наконец веселье!

Террористы направили оружие на Руби и Битти: — Лицом к земле!

Один из террористов выхватил у Каспера мороженое и с силой бросил на землю. Тот даже не успел облизнуть последний кусочек. Каспер замер. Секунду стоял тихо. Потом медленно достал нож.

— Как ты смеешь так обращаться с мороженым?

Он отрезал террористу кисть. Кровь брызнула на асфальт. Тот заорал и упал на колени.

К этому моменту Руби и Битти уже стояли вокруг мёртвых тел. Десять человек за минуту. У кого-то не было конечностей, у кого-то — головы. Внутренности на земле. Кровь повсюду. Руби и Битти стояли в лужах крови, ухмыляясь.

Проводник стоял с открытым ртом, держась за голову и смотрел на них с ужасом, пытаясь осознать произошедшее.

Но их снимали на телефон. Кто-то из зевак. Десять человек снимали. Видео разлетелось по сети за час. Новости, соцсети, мемы, заголовки. Они стали популярны мгновенно.

Пока троица стояла в центре кровавого месива, не понимая, что именно произошло, проводник уже пытался осознать, как им теперь жить дальше после такого.

— Ну что, — спросила Руби, вытирая лицо. — Ещё погуляем?

Проводник не ответил. Он просто стоял и смотрел на них с ужасом.

— Я думал, будет тихий день, — тихо сказал он.

— Он и был, — ответила Руби. — Тихий.

Каспер подобрал раздавленное мороженое, вытер его о штаны и попытался лизнуть. Проводник вздохнул и закрыл лицо руками. Весь парк был в крови. Над головой летали полицейские вертолёты.

Битти подошла к нему, взяла за руку, и потащила в сторону.

— Пошли. Пока разберутся, я хочу есть.

Каспер согласно кивнул и пристроился рядом, снова начиная искать ларёк.

— Я знаю одно место, — сказал он. — Там точно есть мороженое.

Проводник не выдержал и тихо сказал: — Только если они его не разбомбят раньше.

Руби усмехнулась и, бросив взгляд на Каспера, добавила: — Только попробуйте ещё раз бросить его мороженое.

Они пошли вперёд.

Но полиция остановила их раньше. Через минут двадцать они уже сидели в участке. Грязные, в крови, с оружием. Проводник сидел между ними и шипел: — Сидите тихо. Ничего не говорите. Ничего не делайте. Руби молчала. Битти крутила биту в руках. Каспер сидел с несчастным видом, потому что мороженое он так и не доел.

К ним подошёл шериф. Крупный мужчина с усталым лицом, в форме, с нашивками. Он посмотрел на них, потом на папку с рапортом, потом снова на них. — Как вы вообще умудрились сделать из десяти террористов такое месиво? — спросил он. — Вы вообще люди? Руби спокойно посмотрела на него. — Пока не доказано — не ебет, что сказано. Шериф приподнял бровь. Он перевернул папку и развернул планшет с видео. — Вас снимали. Руби помолчала. Потом сказала: — Оу. Шериф вздохнул, закрыл папку. — Я не знаю, кто вы, откуда и как вы это сделали. Но если вы останетесь в моём городе — держите себя в руках. Поняли? Проводник быстро закивал. — Да, да. Мы поняли. Спасибо. Извините. Мы уходим. Руби встала, Битти и Каспер за ней. Они вышли из участка под взглядами всех полицейских. Проводник закрыл лицо руками и простонал. — День начинался так хорошо...

Они вышли из участка и пошли по улице. Солнце всё так же светило, город жил своей жизнью. Проводник шёл молча, переваривая произошедшее. Битти крутила головой, Руби смотрела вперёд.

Каспер вдруг остановился. Вдалеке виднелся ларёк с мороженым.

— Я хочу, — сказал он.

— У меня нет денег, — ответил Проводник. — И у вас, думаю, тоже.

Каспер задумался на секунду. Напряг руку. В его ладони появилась пачка купюр. Около тысячи долларов.

Проводник вытаращил глаза.

— Ты серьёзно? Ты можешь создавать деньги?!

— Могу, — спокойно ответил Каспер.

— Тогда почему ты просто не сделаешь себе мороженое?! — не выдержал Проводник. — Ты же можешь создать любой предмет!

Каспер посмотрел на него с лёгкой обидой.

— Я могу создать только ванильное мороженое. Оно мне надоело. А хочется клубничного.

Проводник открыл рот, закрыл и просто пошёл дальше.

— Ты невыносим, — сказал он.

Каспер ухмыльнулся и направился к ларьку.

Руби усмехнулась и пошла за ним.

— Где деньги?

— Создам новые, — ответил Каспер.

Битти фыркнула и пошла за ними.

Они купили мороженое. Каспер выбрал клубничное и с наслаждением откусил кусок. Проводник стоял рядом и держался за голову. Он смотрел на Каспера, который наслаждался мороженым после того, как отрезал кисть террористу, и понимал, что нормальной жизни у них не будет.

— Ты счастлив? — спросил Проводник.

— Очень, — ответил Каспер, облизывая мороженое.

Руби ухмыльнулась. Битти закатила глаза.

— Идёмте уже отсюда.

Они пошли домой. Уже вечерело. Зашли в квартиру, и каждый занялся своим делом.

Каспер сел на кухне и принялся за мороженое. Битти и Проводник устроились в гостиной за настольной игрой. Смех, возня, лёгкие споры — они наслаждались друг другом.

Руби сидела на диване и смотрела телевизор. Канал 2x2. Мультфильмы с чёрным юмором. Она смотрела не отрываясь, иногда ухмылялась.

Так прошёл весь день. Спокойно. Без крови, без врагов. Просто вечер.

Когда стемнело, все разошлись. Битти и Проводник — в спальню. Каспер собрался на диван.

— Спасибо, — сказал он.

Руби пожала плечами и взяла подушку. Пошла в ванную. Легла прямо в пустую ванну, свернулась калачиком и закрыла глаза. Через минуту — уже спала.

В квартире стало тихо. Только свет ночника в коридоре.

Глава 11: правда или действие ?

На утро Руби проснулась от того, что затекло всё тело. Она с трудом вылезла из ванны, размяла шею и пошла в гостиную.

Там уже сидели Битти, Каспер и Проводник. Они что-то оживлённо обсуждали, на столе лежала коробка и карточки.

— Что это? — спросила Руби, садясь на диван.

— «Правда или действие», — ответил Проводник. — Игра такая.

Руби посмотрела на карточки.

— И как играть?

— Вытягиваешь карту. Если выбираешь правду — отвечаешь на вопрос. Если действие — выполняешь задание.

Руби задумалась. Потом кивнула:

— Играю.

Они начали. Проводник вытянул карту, выбрал правду и покраснел, отвечая. Битти выбрала действие и станцевала на стуле. Каспер выбрал правду и честно рассказал, что однажды создал тарелку супа и съел её прямо во время боя.

Дошла очередь до Руби. Она вытянула карту, прочитала и спокойно сказала:

— Правда.

— Вопрос: что ты чувствовала, когда в первый раз попала в наш мир? — спросил Проводник.

Руби помолчала. Потом ответила коротко:

— Свободу. И голод.

Проводник хотел спросить ещё, но Битти подвинула карту Руби дальше.

— Действие! — сказала она.

Руби прочитала задание: «Сделай комплимент первому встречному в этой комнате».

Она посмотрела на них, потом на Каспера.

— У тебя отличное мороженое.

Каспер гордо кивнул и откусил ещё кусок.

Они играли ещё два часа. Руби улыбалась, Битти смеялась, Проводник рассказывал странные истории. Каспер иногда показывал фокусы с предметами.

Никто не думал о прошлом. О крови. О битвах. Только они четверо, карточки и утро.

Вдруг в центре комнаты открылся портал. Зелёный, пульсирующий. Из него вышла Скэйди. Все замерли.

Руби уставилась на неё:

— Че за дичь?

Скэйди ухмыльнулась, обнажив острые зубы:

— А это да. Так я умею порталы открывать. Не говорила?

— Не говорила, — ответила Руби.

Скэйди осмотрелась. Увидела карточки на столе, коробку, улыбнулась и подошла ближе.

— Во что играете? Можно с вами?

Проводник ошарашенно кивнул. Битти переглянулась с Руби, но тоже кивнула. Каспер отодвинулся, освобождая место.

Скэйди села на пол, взяла карту. Прочитала и усмехнулась.

— Я выбираю действие.

Она вытянула карту. Задание: «Изобрази животное, которое живёт в лесу».

Скэйди зарычала, оскалилась, стукнула хвостом по полу. Все засмеялись. Скэйди довольно улыбнулась.

Игра продолжилась. Теперь их стало пятеро

Игра шла своим чередом. Скэйди уже успела два раза станцевать, один раз изобразить дерево и один раз честно ответить на вопрос, что она думает о Тиме. Ответ был коротким: — Он мой.

Все засмеялись. Но вдруг Скэйди замерла, опустила карту и посмотрела на них серьезно.

— Я вспомнила, зачем пришла.

Руби отложила карты. Битти насторожилась. Каспер перестал жевать мороженое. Проводник замер с открытым ртом.

— В том мире появились три клана, — начала Скэйди. — Сначала они враждовали друг с другом. Делили земли, власть, ресурсы. Но потом они воссоединились.

— Воссоединились? — переспросила Руби.

— Да. У них появился вожак. Его зовут Адмирал.

— Адмирал? — Битти нахмурилась.

— Когда Оверлорд умер, он оставил свои силы ему. Теперь Адмирал сильнее, чем был Оверлорд. — Скэйди помолчала. — И они хотят поработить мир людей.

Тишина повисла в комнате.

Руби сжала кулаки.

— Значит, мы не закончили.

— Нет, — ответила Скэйди. — Только начали.

Все переглянулись.

Проводник побледнел.

— Они... они придут сюда?

— Да, — сказала Скэйди. — И скоро

Руби резко встала.

— Оверлорд просто заколебал меня, — сказала она.

Она убила его. Но теперь какой-то Адмирал...

Руби повернулась к Скэйди:

— Открывай портал. Я сама со всем разберусь.

Битти поднялась.

— Я с тобой.

Каспер встал следом.

— Мороженое подождёт.

Проводник тоже шагнул к ним:

— Я не воин, но я с вами.

Руби посмотрела на него.

— Оставайся. Мне нужно знать, что есть куда вернуться.

Проводник хотел возразить, но кивнул.

Скэйди взмахнула рукой. В центре комнаты открылся зелёный портал.

Руби шагнула вперёд. Битти — следом. Каспер обернулся, показал Проводнику мороженое и прыгнул за ними.

Портал закрылся.

В квартире стало тихо. Проводник стоял и смотрел на пустую стену.

— Возвращайтесь...

Они вышли из портала прямо в логово Скэйди. Внутри было тепло, пахло травами и чем-то съестным. В углу сидел Тим и помешивал что-то в котелке. Он поднял голову и уставился на них.

— Ого... вы...

— Привет, — сказала Битти.

— Это Битти и Каспер, — представила Руби. — А это Тим.

Каспер облизнул мороженое и коротко кивнул.

— Суп? — спросил он, показывая на котёл.

Тим моргнул, потом кивнул.

— Он почти готов.

— Расскажи, как ты тут живёшь, — сказала Руби, садясь на землю.

Тим начал рассказывать, запинаясь и смущаясь. Битти слушала, Каспер пытался пристроить мороженое на край котла, а Руби просто сидела и улыбалась.

Скэйди тихо вошла, села рядом и положила голову на плечо Тиму.

Они сидели и разговаривали, как будто знали друг друга давно. И только ветер снаружи напоминал, что это не конец. А только начало.

Руби встала, отряхнула руки.

— Ладно. Пора закопать Адмирала и его армию.

Все поднялись. Битти сжала биту, Каспер доел мороженое и создал меч. Тим остался у костра, но проводил их взглядом. Скэйди двинулась к выходу из пещеры.

Они вышли наружу. Небо было красным — тяжёлым, багровым, как перед бурей. В воздухе пахло гарью и старым железом. Где-то вдалеке слышались крики и лязг оружия.

Они шли по мёртвой земле. Руби впереди, Битти справа, Каспер слева. Скэйди — чуть позади, готовая в любой момент вступить в бой. Молчали. Ветер трепал волосы. Красное небо давило на плечи.

Армия Адмирала ждала их впереди. Они видели её край — развалины старого города, где уже горели костры, двигались тени, слышался глухой рокот боевых барабанов.

Руби остановилась на холме и посмотрела вниз.

— Мы не оставим от них камня на камне.

Битти усмехнулась.

— Давно не дрались толком.

— Сегодня будет весело, — сказал Каспер, сжимая меч.

Они двинулись вниз.

Они остановились на холме и посмотрели вниз. Армия Адмирала раскинулась на несколько километров — тысячи воинов, костры, палатки, осадные орудия. В центре стояла чёрная башня, похожая на ту, что была у Оверлорда.

Руби смотрела вниз и молчала. Битти сжала биту. Каспер доел мороженое и задумчиво облизнул палку.

— Так просто не ворваться, — сказала Руби.

— Ты только сейчас это поняла? — спросила Битти.

— Я поняла это, когда увидела их лагерь.

Каспер подошёл к краю холма, присмотрелся. — У них есть маги. Видишь те светящиеся точки?

— Это защитные купола, — сказала Скэйди.

Они стояли и думали. В лоб идти было самоубийством. Нужен был план.

Руби села на землю, взяла ветку и начала чертить на песке.

— Нам нужно проникнуть внутрь. Разрушить их магию. И только потом биться.

— И как? — спросила Битти.

Руби посмотрела на небо, потом на лагерь, потом на Скэйди. Медленно улыбнулась.

— У меня есть идея.

Руби отложила ветку и посмотрела на Каспера.

— Сделай самолёт.

Каспер поперхнулся мороженым.

— Что?

— Самолёт, — повторила Руби. — Большой. Чтобы мы все поместились.

Каспер вытаращил глаза.

— Я никогда ничего такого большого не делал. Самое большое — это кровать. И та развалилась через час.

— Справишься, — сказала Руби.

Каспер вздохнул, почесал затылок и кивнул. Он закрыл глаза, сосредоточился. Его правая рука начала светиться.

— Чем больше предмет — тем больше времени мне нужно, — сказал он.

— Сколько?

— Не знаю. Часа два. Может, три.

Руби кивнула.

— Мы подождём.

Каспер сел на землю, положил руку на колени и закрыл глаза. Металл начал расти вокруг него, медленно и тяжело.

Остальные сели рядом, готовые ждать, сколько потребуется. Было тихо. Только звон металла и дыхание.

Руби посмотрела, как Каспер сосредоточенно создаёт самолёт, и вдруг добавила:

— Бомбардировщик!!!

Каспер дёрнулся, открыл глаза и посмотрел на неё с ужасом.

— Ты серьёзно?!

— Серьёзно. Мы должны нанести удар с воздуха и уничтожить их магию.

Каспер выругался сквозь зубы, но закрыл глаза и начал напрягаться сильнее. Металл пополз быстрее, начали появляться крылья, корпус, что-то похожее на кабину. Он потел, но старался. Битти и Скэйди сели на землю. Руби нашла палку, нарисовала поле для крестиков-ноликов, и они начали играть.

Скэйди ставила свои знаки хвостом, у неё неплохо получалось.

— Твоя очередь, — сказала Битти Руби.

Руби поставила нолик. Скэйди перекрыла её. Битти выиграла.

— Как ты это делаешь? — спросила Руби.

— Я просто хитрее, — ухмыльнулась Битти.

Каспер сидел в стороне, сосредоточенно сжимая зубы. Металл рос прямо на его глазах. Крылья становились всё больше, корпус тяжелел. Он никогда такого не делал, но старался изо всех сил.

Через несколько часов Каспер открыл глаза. Перед ними стоял бомбардировщик — грубый, сколоченный, но целый. Металл блестел в красном свете, крылья были широкими, внизу висели бомбы.

— Всё, — выдохнул Каспер. — Все на борт!

Они забрались внутрь. Каспер сел за штурвал, провел рукой по панели, и двигатели загудели. Самолёт начал взлетать, набирая высоту, поднимаясь над армией врага.

Руби открыла люк и посмотрела вниз. Тысячи воинов, палатки, башня в центре. Она ухмыльнулась и начала забрасывать их бомбами с безумным оскалом.

Бомбы падали одна за другой. Взрывы разрывали землю, армия Адмирала начала превращаться в фарш. Кровь летела во все стороны, тела разлетались на куски, крики смешивались с грохотом. Руби смеялась, бросая бомбы снова и снова.

— Ещё! — кричала она.

Битти выглянула в окно, усмехнулась. Скэйди сидела в углу и молчала. Самолёт летел над полем боя, оставляя за собой лишь огонь и смерть.

Руби посмотрела вперёд. Главная башня Адмирала стояла в центре.

— Таран! — крикнула она.

Каспер кивнул и направил самолёт прямо на неё.

Они врезались в башню. Металл заскрежетал, стены рухнули, самолёт пробил башню насквозь и остановился внутри, разваливаясь на части. Они выпали из обломков, встали на ноги.

Вокруг — разруха. Только они трое и Скэйди. И в центре зала стоял Адмирал.

— Здравствуйте, — сказал он.

обломков они вышли и встали на ноги. В центре зала стоял Адмирал — высокий, спокойный, в чёрном плаще. Он смотрел на них без страха.

— Здравствуйте, — сказал он.

Руби шагнула вперёд, сжала кастеты. Но не успела двинуться.

Адмирал поднял руку, и из пола вырвались раскалённые цепи. Они сковали Руби, Битти, Каспера и Скэйди в мгновение ока. Металл обжигал, но держал крепко.

— Вы мне не угроза, — спокойно сказал Адмирал.

Руби дёрнулась. Цепи заскрежетали. Она дёрнулась ещё раз, изо всех сил. Жар, боль, ярость. Она рванула, и цепи лопнули.

— Что?! — удивился Адмирал

Адмирал просто ударил Руби. Мощно, резко, без предупреждения. Удар пришёлся в грудь, и она взлетела в воздух, пробила стену башни и вылетела наружу, исчезая в красном небе.

Она приземлилась далеко. Тело ломило, кастеты валялись рядом. Руби села, потрясла головой, огляделась — вдали виднелась чёрная башня, вокруг пустота. Она выругалась сквозь зубы и, шатаясь, встала.

В башне Адмирал улыбнулся и повернулся к остальным.

— Я же сказал. Вы мне не угроза..

Руби шла по пустынной земле. Всё тело болело, но она почти не чувствовала боли — только злость и пустоту. Красное небо давило на плечи, далеко позади чернела башня, в которой Адмирал держал в цепях Битти, Каспера и Скэйди. Она не могла победить Адмирала. Он был слишком силён. И сейчас он держал её друзей.

Руби сжала кулаки и направилась к лесу. Она знала, что там, в логове, её ждёт Тим.

Пещера встретила её тишиной. Внутри горел костёр, пахло супом. Тим сидел у огня и помешивал в котелке. Он поднял голову, увидел её грязную, растрёпанную, с разбитым лицом, и встал.

— Что случилось? Где остальные?

— В плену, — ответила Руби. — Я не могу победить Адмирала. Он слишком сильный.

Тим помолчал, потом сказал:

— Я знаю, что тебе нужно.

Он достал из-под камня старую карту, развернул её. На ней был отмечен путь к старой башне Оверлорда.

— Там, в руинах, покоится сила. Древняя. Оставленная ещё до Оверлорда. Она может уничтожить любого, даже Адмирала.

Руби посмотрела на карту.

— Почему я не знала об этом?

— Потому что она спрятана, — ответил Тим. — И её можно активировать только в нужный момент. Я покажу тебе дорогу.

Он встал и пошёл к выходу.

— Идём. Времени мало.

Руби молча последовала за ним.

Они шли по лесу, потом через пустошь, мимо сгоревших деревень. Тим уверенно вёл её, как будто знал этот путь с детства. Через несколько часов они подошли к старой башне. Она стояла на скале, полуразрушенная, заросшая мхом. Внутри было темно.

Они вошли. Тим показал вглубь. Там, на каменном алтаре, лежал светящийся шар.

— Это она, — сказал он. — Возьми её. Она будет ждать твоего приказа.

Руби подошла, взяла шар в руки. Тот засветился ярче, и она почувствовала, как сила вливается в неё. Тягучая, древняя, послушная.

Руби сжала шар и убрала его за пазуху.

— Когда я решу, я активирую её, — сказала она.

Тим кивнул.

— Тогда идём. Надо спасать твоих друзей.

Руби посмотрела на него и впервые за день улыбнулась.

— Идём.

Глава 12:руби вышла на тропу войны

Руби и Тим вышли из старой башни. В кармане пульсировал шар с силой. Руби сжала его и посмотрела вперёд.

Они поднялись на небольшую пригорку. Руби остановилась и посмотрела вниз. Перед ней стояла башня Адмирала. Чёрная, массивная, уходящая в красное небо. А перед ней — целая армия. Тысячи воинов. Копья, щиты, знамёна, костры. Гул голосов и лязг металла.

— Я иду одна, — сказала Руби.

— Но... — начал Тим.

— Ты показал дорогу. Дальше я сама.

Тим хотел возразить, но кивнул. Руби развернулась и пошла вниз с пригорка.

Она шла по пустынной земле, сжимая в руке шар. Армия стояла перед ней. Кто-то уже заметил её, начал поворачиваться, готовить оружие.

Руби шла спокойно. Твёрдо. Ей было плевать на армию. Она смотрела только на башню. Там, внутри, ждал Адмирал.

Руби остановилась в ста метрах от армии Адмирала. Ветер стих, повисла тишина. Тысячи глаз смотрели на неё. Она стояла одна против целой армии.

И вдруг она что-то почувствовала. Будто внутри неё что-то переключилось. Стало теплее, сильнее. Она посмотрела на свои руки, на землю под ногами. Что-то изменилось.

Она поняла. Только что ей исполнилось шестнадцать. В этом мире — мире людей — возраст давал силу. И теперь она стала сильнее. Намного.

Она опустила руку в карман. Нащупала шар с силой — и ещё что-то. Что-то новое. Она достала. В руке блеснул нож. Она посмотрела на него, потом на свой карман. Поняла.

Теперь она могла достать из кармана любое оружие. И только оружие.

Руби ухмыльнулась и сунула нож обратно. Потом достала ещё — дробовик. Снова убрала.

— Удобно, — сказала она.

Армия стояла перед ней. Но теперь она чувствовала себя готовой.

Руби стояла перед армией. Ветер стих, повисла тишина. Она опустила руки в карманы и достала их. В левой — дробовик. В правой — топор. Старые, верные друзья. Она сжала их и почувствовала себя дома.

Потом она достала из кармана шар с силой. Древний, светящийся, пульсирующий в такт сердцу. Руби посмотрела на него, потом на армию. На башню. На Адмирала, который ждал её внутри. Она сжала шар и разбила его о колено.

Тишина.

Сила вырвалась наружу. Она охватила Руби, влилась в неё, заполнила каждую клетку. Её глаза засветились, волосы встали дыбом. Она чувствовала себя всемогущей. Она чувствовала, что может всё.

Армия попятилась. Кто-то закричал.

Руби ухмыльнулась, сжала топор и дробовик.

— Пошли, — сказала она.

Руби сжала топор и дробовик, готовая двинуться вперёд. Но вдруг из неба начала играть музыка. Тяжёлая, мощная, ритмичная. Она узнала её сразу — Рамштайн, Sonne.

Музыка зашла ей идеально. Каждый удар, каждая нота словно подталкивала её вперёд. Руби ухмыльнулась и двинулась на армию.

Первый удар — топор, второй — выстрел, третий — снова топор. Она двигалась в такт музыке, как будто танцевала. Удары попадали в цель, враги падали один за другим, кровь летела в воздух.

Руби смеялась. Ей было весело. Она чувствовала себя неуязвимой, быстрой, сильной. Вокруг неё образовывался коридор из падающих тел, а она всё шла вперёд, ломая строй, разрывая ряды.

Армия не выдерживала. Они отступали, бросали оружие, разбегались. Руби шла, как машина, не останавливаясь, пока не пробилась к самым воротам башни.

Музыка стихла. Она остановилась и оглянулась. Позади неё лежали сотни тел.

Руби выдохнула и ухмыльнулась.

Руби стояла у ворот башни, тяжело дыша. Позади неё лежали сотни тел. Она уже почти вошла внутрь, когда дверь распахнулась. Из неё вышел Адмирал. Спокойный, с лёгкой улыбкой, будто ничего не произошло. Он поднял руку, и армия, которая лежала мёртвой, начала подниматься.

Они вставали с земли. Сломанные, израненные, с пустыми глазами. Они двигались неуклюже, но быстро, и снова бросились на неё.

Руби выстрелила. Дробовик снёс голову ближайшему. Тот упал, но двое других уже бежали к ней. Она рубанула топором — раз, два, три. Тела падали, но поднимались снова. Руби рубила, стреляла, отбивалась, но их становилось всё больше. Они хватали её за руки, за ноги, пытались повалить.

Но Руби чувствовала силу. Она текла по венам, наполняла мышцы, ускоряла движения. Каждый удар был мощнее прежнего. Она отшвырнула троих одним движением, пробила грудь четвертому ногой. Они падали, вставали, падали снова, но сила внутри неё не иссякала. Она била и била, пока её удар не начал разрывать их на части. Они больше не могли подняться.

Музыка в голове стихла. Руби стояла посреди развалин, окружённая телами. Её дыхание было ровным. Она перевела взгляд на Адмирала, который всё это время стоял у входа. Адмирал убрал руку, и оставшиеся зомби замерли и развалились прямо на земле.

— Неплохо, — сказал он. — Очень неплохо. Но ты же знаешь, что внутри тебя есть ещё кое-что.

Руби посмотрела на свои руки. Её глаза горели. Сила шара только начала раскрываться.

— Я знаю, — ответила она. — Я ещё не использовала всё.

Она сжала топор и дробовик и шагнула вперёд. Адмирал развернулся и скрылся в темноте башни. Руби пошла за ним. Внутри было темно, но её глаза видели всё. Она поднималась по лестнице, сжимая оружие. Навстречу никто не выходил. Только эхо её шагов и тишина. Она дошла до верхнего зала. В центре стоял трон. На нём сидел Адмирал. Он улыбнулся.

— Ты прошла через всю армию. Ты вошла в мою башню. Но ты всё ещё не понимаешь главного.

— Чего? — спросила Руби.

— Я ждал тебя, — сказал Адмирал. — Ты думаешь, ты победила Оверлорда? Ты только освободила путь. Для меня.

Руби сжала оружие.

— Мне плевать. Я всё равно тебя убью.

Адмирал встал с трона. Его глаза загорелись. Он поднял руку, и в ней появился клинок.

— Тогда давай.

Руби шагнула вперёд.

Руби шагнула вперёд. Адмирал поднял руку — и из земли вырвались горящие цепи, такие же, как в прошлый раз. Они летели к ней, чтобы сковать, сжать, сломать. Но Руби даже не остановилась. Она взмахнула топором — цепи разлетелись в стороны, рассыпаясь искрами. Она отбила их одну за другой, даже не напрягаясь.

— Старые фокусы, — сказала она спокойно.

Адмирал дёрнулся. Впервые на его лице мелькнуло раздражение. Он встал с трона и в его руке появился чёрный клинок. Он шагнул вперёд. В следующую секунду он уже был рядом. Удар. Быстрый, тяжёлый, точный. Руби перехватила топором, но сила удара отбросила её на несколько шагов назад. Она удержалась на ногах и улыбнулась.

— Лучше, — сказала она.

Адмирал нанёс второй удар — снизу вверх. Руби ушла в сторону, ответила выстрелом из дробовика. Пуля прошла сквозь его плечо, но рана затянулась за секунду.

— Я не Оверлорд, — сказал он и снова пошёл в атаку.

Они дрались. Зал гремел от ударов. Руби била топором, стреляла из дробовика, уклонялась, контратаковала. Сила из шара наполняла её, шестнадцатилетие давало мощь, но Адмирал не слабел. Каждый удар, который должен был сломать кости, встречал его тело, как каменную стену. Каждый выстрел, который должен был пробить грудь, оставлял лишь царапину, затягивающуюся за секунду.

Адмирал улыбался.

— Я не Оверлорд, — повторил он. — Я сильнее. Я ждал тебя. Ждал твоей силы. Всё, что ты накопила — лишь даёт мне пищу.

Он ударил её в плечо, и Руби отлетела к стене, оставляя на камне трещину. Она выпрямилась, вытерла кровь с губы. Сила кипела внутри, но Адмирал стоял, как скала.

Она снова пошла в атаку.

Бой продолжался. Адмирал доминировал. Каждый удар Руби он либо блокировал, либо отходил в сторону, либо просто принимал на себя, не дрогнув. Она била топором — он ловил лезвие рукой. Она стреляла — пули застревали в его коже и выпадали сами.

Руби устала. Ей это надоело.

Она отскочила назад, сжала дробовик и перевела в него всю силу шара. Оружие засветилось, нагрелось, загудело. Она навела его на Адмирала, прицелилась прямо в грудь и нажала на спусковой крючок.

— Аста ла виста, бейби.

Выстрел разорвал тишину. Заряд силы пробил грудь Адмирала насквозь, разорвал тело, разметал его по стене. Адмирал замер, посмотрел на дыру в своей груди, потом на неё. И рухнул на колени.

Тишина. Только звон в ушах и запах гари.

Руби опустила дробовик. Он был пуст, но она чувствовала, что сила в нём иссякла. Она перевела дыхание, и грудь вздымалась от усталости. Она стояла над телом Адмирала. Тот больше не двигался.

— Сволочь, — выдохнула она.

Руби оставила тело Адмирала на полу и пошла вглубь башни. Коридоры были пусты, эхо разносило её шаги. Она заглянула в одну комнату, потом в другую. В третьей она нашла их.

Скэйди, Битти и Каспер сидели на полу, связанные цепями. Увидев её, они подняли головы. Руби остановилась в дверях, с ухмылкой скрестила руки на груди и сказала:

— Ну что, теперь вы мои пленники.

Битти фыркнула. Каспер устало улыбнулся. Скэйди покачала головой.

— Иди уже, развяжи нас.

Руби подошла, схватила цепи и с силой разорвала их. Одна за одной. Битти встала, размяла руки и усмехнулась.

— Ты что, серьёзно?

— Почти, — ответила Руби.

Они собрались и вышли из башни. За её пределами было тихо. Армия, зомби, Адмирал — всё осталось позади. Солнце начинало садиться, и они пошли по пустыне, оставляя позади дым и разруху.

— Ты его убила? — спросила Битти.

— Да, — ответила Руби.

Каспер достал мороженое и задумчиво его облизал.

— Ну и хорошо.

Они пошли к выходу из этого мира.

Они шли по пустыне. Позади осталась башня, Адмирал и прошлая жизнь. Впереди — только тишина и красное небо.

Руби шла и молчала. Потом сказала небрежно:

— Кстати, мне шестнадцать исполнилось.

Все остановились и обернулись на неё. Битти удивлённо подняла бровь. Скэйди улыбнулась. А Каспер приподнял бровь и задумался на мгновение. Он поднял руку. В его ладони появилась небольшая бумажная дудка. Он поднёс её к губам и дунул изо всех сил. Раздался противный, громкий, нелепый звук. Птицы с ближайших деревьев испуганно взлетели.

— С днём рождения, — сказал Каспер с серьёзным лицом.

Руби замерла, потом ухмыльнулась и покачала головой.

— Спасибо, — коротко сказала она.

Битти рассмеялась. Скэйди хмыкнула. Каспер аккуратно убрал дудку обратно в руку. Они пошли дальше. Всё ещё тихо, всё ещё по пустыне, но теперь с улыбками.

Они подошли к границе миров. Впереди мерцал портал, за которым был их новый дом. Все остановились.

Скэйди повернулась к ним.

— Я дальше не пойду, — сказала она.

Руби посмотрела на неё. Битти нахмурилась. Каспер перестал жевать мороженое.

— Ты уходишь? — спросила Руби.

Скэйди кивнула и посмотрела в сторону леса.

— Там Тим. Он ждёт меня. Я не могу его оставить. И там мой лес.

— Мы тебя поймём, — сказала Битти.

Скэйди улыбнулась, обнажив острые зубы.

— Может быть, завтра я приду к вам. Если захочу.

Она развернулась и пошла к лесу, не оглядываясь. Хвост мягко качался. Руби смотрела ей вслед, потом развернулась к порталу.

— Идём.

Они шагнули в зелёный свет. Портал закрылся за ними, оставляя Скэйди в её мире.

Они появились в квартире Проводника. Яркий зелёный свет моргнул и погас, оставляя их стоять посередине гостиной.

Проводник сидел на диване и, увидев их, подскочил. Его глаза расширились.

— Вы... вы вернулись! — выдохнул он. — Живые! Я думал...

Руби коротко кивнула.

— Мы дома.

Битти сразу же подошла к Проводнику, облокотилась на него всем телом и тихо сказала:

— Я устала.

Проводник на мгновение замялся, потом положил руку ей на спину и повёл в спальню.

— Идём.

Каспер проводил их взглядом, потом повернулся к Руби.

— Я на кухню. Мороженое надо проверить.

Руби стояла в центре комнаты. Смотрела на дверь спальни, на кухню, на знакомые стены. Тишина. Тепло. Дом.

Она улыбнулась и пошла на диван.

Руби села на диван, взяла пульт и включила телевизор. Нашла знакомый канал — 2x2. На экране шёл какой-то странный мультфильм с резким юмором и нелепыми персонажами. Она смотрела не отрываясь, усталость медленно накатывала на неё.

Глаза начали слипаться. Она моргнула раз, второй, потом голова откинулась на спинку дивана, руки расслабились, и она провалилась в сон.

Телевизор продолжал работать, тихо играя в пустой комнате. Каспер вышел с мороженым, увидел её спящую, тихо прикрыл дверь и ушёл на кухню.

В квартире стало тихо.

Глава 13:потеря Тима

Утро началось с того, что Руби открыла глаза. Телевизор всё ещё работал, по каналу 2x2 шла какая-то безумная реклама. Она села, размяла шею и огляделась.

В квартире было тихо. Дверь в спальню прикрыта. На кухне кто-то гремел посудой. Она встала и пошла на запах.

Каспер стоял у плиты. Перед ним — сковорода, яйца и почему-то мороженое.

— Доброе утро, — сказал он. — Будет завтрак.

— Надеюсь, без мороженого в яйцах, — ответила Руби, садясь за стол.

Он обиженно посмотрел на неё и убрал мороженое в сторону.

Через минуту из спальни вышли Битти и Проводник. Битти потянулась и улыбнулась. Проводник зевнул и пошёл к столу.

— Выспались? — спросила Руби.

— Да, — ответила Битти и села рядом с Проводником, облокотившись на него.

Они позавтракали, обсудили планы на день. Проводник предложил сходить в магазин за продуктами.

— Только не в парк, — добавил он.

Руби ухмыльнулась.

— Договорились.

Руби уже собиралась ответить Касперу, когда в центре комнаты резко открылся портал. Из него вылетела Скэйди, кубарем покатилась по полу и, не вставая, взмахнула рукой — портал захлопнулся за секунду до того, как из него вырвались серые щупальца. Она сидела на коленях, тяжело дыша, а потом её плечи начали дрожать. Она заплакала. Все замерли. Руби подошла первой.

— Что случилось?

Скэйди подняла голову. По её щекам текли слёзы, глаза были красными.

— Из-за того, что вы убили Адмирала, у мира не осталось правителя, — сказала она, задыхаясь. — Мир начал схлопываться. Я открыла портал, чтобы вытащить Тима, но он толкнул меня в портал, а сам остался. Я не успела...

Она замолчала, сжав кулаки.

— Его убили, — прошептала она.

Руби опустилась перед ней на корточки и положила руку ей на плечо.

— Мы вернёмся.

Скэйди подняла на неё мокрые глаза.

— Мир схлопнулся. Его больше нет.

Битти стояла в дверях, прижимая руку ко рту. Проводник онемел. Каспер уронил мороженое.

— Мы что-нибудь придумаем, — тихо сказала Руби.

Скэйди закрыла лицо руками.

Руби помогла Скэйди подняться и отвела её в комнату. Скэйди легла на кровать, отвернулась к стене и закрыла глаза. Её плечи вздрагивали от тихих всхлипов.

Руби вышла и прикрыла дверь. В гостиной остались Битти, Проводник и Каспер. Все молчали. Тяжело было сказать что-то после такого.

— Нам нужно идти за продуктами, — тихо сказал Проводник. — Но кто-то должен остаться с ней.

Руби хотела сказать, что останется, но Каспер шагнул вперёд.

— Я посижу с ней, — сказал он спокойно. — Вы идите. Мороженое я уже доел.

Битти удивлённо подняла бровь, но промолчала. Руби коротко кивнула.

— Если что — сразу открывай портал, — сказала она.

— Буду знать.

Они собрались у двери. Проводник взял ключи, Битти надела куртку, Руби сунула дробовик за спину — просто на всякий случай.

Каспер сел на стул у комнаты Скэйди. Он достал рожок мороженого, но не ел его. Просто держал в руке и ждал.

Дверь за ними закрылась. В квартире стало тихо.

Каспер сидел на стуле у двери, смотрел на Скэйди. Она лежала на кровати, отвернувшись к стене, плечи вздрагивали от тихих всхлипов. Каспер не знал, что говорить. Он просто сидел и ждал, крутя в руке рожок мороженого.

Прошло несколько минут. В комнате было тихо. Каспер уже почти решил, что она уснула, и хотел выйти. Но Скэйди медленно повернула голову и посмотрела на него. Её глаза были красными, но взгляд был тяжёлым, цепким. Касперу стало немного стремно. Она смотрела на него, и в этой тишине было что-то неловкое.

— Каспер... — сказала она тихо. — Подойди.

Каспер на мгновение замер, но всё же поднялся и подошёл к кровати. Не успел он ничего сказать, как Скэйди схватила его за руку. Сильно, почти до боли. Так, что он не мог вырваться. Она смотрела на него с пустым лицом. Сжимала его руку. В комнате повисла тишина. Каспер стоял неподвижно, не зная, что делать.

Каспер был в полном недоумении. Он стоял, чувствуя, как её пальцы сжимают его запястье, и не знал, что делать. Наконец спросил:

— Зачем?

Скэйди посмотрела на него. В глазах стояли слёзы, дыхание было тяжёлым, но голос звучал глухо.

— Мне нужно что-то держать, — сказала она. — А то я сорвусь.

Каспер замолчал. Он не понимал, что именно она чувствует, но видел, как дрожит её рука. Он кивнул и тихо сказал:

— Держи, сколько нужно.

Скэйди ничего не ответила. Просто сильнее сжала его руку и закрыла глаза. Каспер стоял рядом и молчал. Комната снова погрузилась в тишину. Только дыхание и тихие всхлипы.

Вдруг Скэйди встала. Она отпустила руку Каспера, подошла к двери и вышла в коридор. Каспер выдохнул с облегчением, но через пару секунд она вернулась и снова взяла его за руку, на этот раз крепче.

— Вода, — коротко сказала она и пошла на кухню.

Касперу ничего не оставалось, кроме как идти за ней. Скэйди была высокой — почти на голову выше Каспера, и когда она тянула его за собой, он чувствовал себя как ребёнок, которого ведут за руку. Она подошла к столу, налила себе воды, выпила залпом, потом поставила кружку и снова посмотрела на Каспера.

— Прости, — сказала она. — Я не хочу быть одна.

Каспер постарался улыбнуться, но вышло кривовато.

— Понимаю.

Скэйди кивнула, но руку не отпустила.

Скэйди легла на диван, уставившись в телевизор пустым взглядом. Она смотрела, но не видела. Каспер стоял рядом, не зная, что делать. Через минуту она повернула голову и сказала:

— Сядь ближе.

Каспер замялся на мгновение, но подошёл и сел на край дивана, оставив небольшое расстояние. Скэйди вздохнула, потянулась и взяла его за руку. Она снова сжала её, снова крепко. Смотрела в телевизор. Было тихо. Она сжимала его руку и молчала. Каспер сидел неподвижно. Телевизор показывал что-то бессмысленное, но никто не смотрел. Только тишина и её пальцы, вцепившиеся в его руку.

Потом Скэйди повернула голову к нему и сказала:

— Можно тебя обнять?

Каспер не ожидал такого вопроса. Он открыл рот, потом закрыл, потом выдавил:

— Зачем?

Скэйди отвела взгляд и тихо ответила:

— Когда мне было грустно, я обнимала Тима. Мне становилось легче.

Каспер задумался. Он смотрел на неё, на её руки, которые всё ещё дрожали. Вздохнул и сказал:

— Ну, раз тебе станет легче... давай.

В ту же секунду Скэйди подорвалась с места и обняла его. Крепко. Так крепко, что он почти не мог дышать. Её руки сжали его, прижали к себе, и он услышал, как она тихо выдыхает, будто отпускает часть боли.

— Спасибо, — прошептала она.

Каспер, сдавленный и красный, с трудом выдавил:

— Пожалуйста...

Каспер чувствовал, как её руки смыкаются вокруг него. Крепко. Очень крепко. Она была невероятно сильной. Если бы она захотела — она могла бы раздавить его с лёгкостью. Она могла бы сломать ему рёбра, раздавить горло, сжать так, что он бы просто исчез.

Но Каспер не двигался. Он знал, что если она сейчас сорвётся — будет плохо. Но он хотел, чтобы ей стало легче. Чтобы она знала, что не одна.

Он просто стоял и терпел. Её дыхание постепенно становилось ровнее, руки — чуть слабее. Каспер выдохнул, когда хватка немного ослабла.

— Легче? — спросил он.

Скэйди кивнула, не разжимая объятий.

— Да. Спасибо.

Каспер усмехнулся и похлопал её по спине.

— Хорошо. А теперь дай мне подышать.

Скэйди тихо хмыкнула, но не отпустила.

Скэйди наконец отпустила Каспера, но ненадолго. Она села обратно на диван, обхватила колени руками и уставилась в одну точку. Голос её был тихим, почти безжизненным.

— Мне нужно время, чтобы принять смерть Тима.

Каспер сел рядом и молчал. Он не знал, что сказать. Не знал, как утешить. Он просто сидел рядом, давая ей чувствовать, что она не одна.

— Я понимаю, — тихо сказал он.

— Никто не понимает, — ответила она. — Он был моим. Он доверился мне. А я не смогла его спасти.

Каспер ничего не ответил. Он просто сидел рядом, глядя в стену. Иногда молчание — лучший ответ.

Каспер почувствовал, что тишина становится слишком тяжёлой. Он повернулся к Скэйди и, не говоря ни слова, поднял руку. Отделил указательный палец от руки, подержал его в воздухе, потом приставил обратно и пошевелил им.

Скэйди посмотрела на это пустым взглядом. Но в уголках её губ дрогнула лёгкая, едва заметная улыбка.

— Глупость какая-то, — тихо сказала она.

— Зато работает, — ответил Каспер.

Скэйди помолчала, потом медленно встала.

— Пойду посплю, — сказала она.

Каспер кивнул. Она пошла в комнату, остановилась в дверях и, не оборачиваясь, сказала:

— Спасибо.

И закрыла дверь.

Каспер остался один в гостиной. Он снова создал мороженое и задумчиво облизал его.

Через пару минут хлопнула входная дверь. В квартиру зашли Руби, Битти и Проводник. Все с пакетами. Руби огляделась, заметила Каспера, который сидел на диване с мороженым, и спросила:

— Как она?

Каспер пожал плечами.

— Плохо. Но вроде уснула.

— Что ты ей говорил? — спросила Битти.

Каспер смущённо повертел мороженое в руках.

— Показывал фокус с пальцем. Она чуть-чуть улыбнулась и пошла спать.

Проводник удивлённо поднял бровь, Битти вздохнула.

— Могло быть хуже, — сказала Руби. — Ладно. Завтра будем думать, что делать.

Она взяла пакеты и пошла на кухню.

Руби принялась за готовку. Она решила сделать пасту. Не просто пасту, а идеальную пасту. Она нарезала, варила, пробовала, добавляла специи, снова пробовала, снова добавляла. Это заняло три часа. Три часа она стояла у плиты, не отвлекаясь ни на что. Она была сосредоточена, серьезна и полна решимости.

Наконец она поставила перед всеми тарелку. В воздухе стоял вкусный запах, тарелка парила, вид у неё был потрясающий.

— Пробуйте, — коротко сказала она.

Каспер посмотрел на пасту, потом поднял руку, и в его ладони появилась точно такая же тарелка. Он взял вилку, поднёс ко рту и съел за минуту.

Руби замерла. Глаз начал дёргаться.

— Ты... — начала она.

— Вкусно, — сказал Каспер, облизываясь. — Но моя такая же.

Битти хихикнула. Проводник прикрыл рот рукой.

Руби сжала вилку и медленно выдохнула.

— Три часа, — сказала она. — Три часа я стояла.

— А я за минуту, — спокойно ответил Каспер.

Руби закрыла глаза и отошла от стола. Дёргающийся глаз медленно успокаивался.

Поздним вечером все разошлись по комнатам. В квартире стало тихо. Каспер лежал на диване в гостиной и, как обычно, лениво лизал мороженое. Было уже три часа ночи. За окнами тишина, только редкие машины проезжали по улице.

Вдруг дверь комнаты Скэйди приоткрылась. Из неё бесшумно вышла Скэйди. Она стояла в проёме и смотрела на Каспера. Каспер повернул голову, увидел её и замер.

— Ээ... что-нибудь нужно? — спросил он.

Скэйди покачала головой и продолжала смотреть.

— Нет.

Каспер замолчал, потом выдавил:

— Знаешь... когда ты на меня вот так смотришь — это жутко.

Скэйди опустила глаза, потом снова подняла и тихо сказала:

— Можно я посплю рядом? Одной мне пусто.

Каспер замер. Он хотел пошутить, сказать что-то в своём духе, но увидел её глаза и не стал.

— Ну... давай, — тихо сказал он.

Скэйди подошла, легла рядом на диване и положила голову ему на плечо. Каспер застыл, держа мороженое на весу. Через минуту он услышал её ровное дыхание. Она уснула.

Каспер выдохнул, закрыл глаза и тихо сказал:

— А ты говорила, что я странный...

Глава 14: посиделки у костра

Утром Каспер проснулся рано. Где-то около семи. Солнце только начинало пробиваться сквозь шторы. Он попытался приподняться, но не смог — Скэйди всё ещё лежала у него на плече, тяжело дыша во сне.

Каспер осторожно попробовал отодвинуть её, но она была слишком тяжёлой. Мёртвый груз. Он дёрнулся ещё раз — безрезультатно.

— Вот чёрт, — прошептал он.

Он не хотел её будить. Она наконец уснула спокойно. Он просто лежал, глядя в потолок, и ждал, пока она проснётся сама.

Через полчаса он услышал шаги на кухне. Кто-то уже встал и гремел посудой. Каспер повернул голову и увидел, как в дверях появилась Руби с кружкой кофе. Она посмотрела на них, на то, как Скэйди лежит на его плече, и молча подняла бровь.

Каспер только вздохнул и покачал головой.

Руби сделала глоток кофе и усмехнулась.

— А ты ей понравился, — сказала она.

Каспер повернул голову и устало посмотрел на неё.

— Похоже на то.

Руби усмехнулась и сделала ещё глоток. Каспер вздохнул и тихо добавил:

— Ёмаё... Мне бы встать, а её будить не хочется. И никак не отодвинуть, она как камень.

Руби посмотрела на него, потом на Скэйди и пожала плечами.

— Жди, пока проснётся.

Каспер простонал и уставился в потолок.

— И сколько мне так лежать?

— Не знаю. Может, час. Может, два, — спокойно ответила Руби и ушла на кухню.

Каспер вздохнул и закрыл глаза, понимая, ч.то выбора у него нет.

Он ждал. И ждал. И ждал. Скэйди спала как убитая — без движения, без звука, будто провалилась в глубокую яму. Каспер уже начал думать, что она вообще не проснётся, и он так и останется лежать под ней до вечера. Но через час, когда солнце уже поднялось выше, она пошевелилась. Тихо, сонно, она приоткрыла глаза, посмотрела на Каспера, потом на его плечо, на котором лежала. Она не сразу поняла, что происходит. Поморгала. Потом приподняла голову и сонно спросила:

— Ты что, всю ночь так просидел?

Каспер выдохнул и посмотрел на неё.

— Нет, ты заснула на мне в три часа ночи. Я не мог встать. Ты тяжёлая.

Скэйди приподнялась на локтях и сонно улыбнулась, но почти сразу улыбка погасла, когда она вспомнила про Тима. Она выдохнула, но на этот раз спокойнее.

— Спасибо, что не разбудил.

Каспер потёр затекшее плечо и кивнул.

— Да... я бы попытался, но ты, видимо, не собиралась просыпаться.

Скэйди села, потянулась, и Каспер наконец смог встать.

Все уже проснулись и собрались на кухне. Руби пила кофе, Битти сидела рядом с Проводником, Каспер разминал затекшее плечо. Скэйди вошла последней, села за стол и посмотрела на всех.

— Может, сходим в лес? — сказала она. — Там тихо и хорошо.

Все замолчали.

— Лес? — переспросил Проводник с сомнением.

— Да. Я знаю одно место. Там можно просто посидеть.

Руби допила кофе и поставила кружку.

— Хорошо. Пойдём.

Битти посмотрела на неё, потом на Скэйди, и кивнула.

— Давно не были на природе.

Каспер пожал плечами.

— Я могу создать палатку, если что.

Проводник вздохнул и натянул куртку.

— Ладно. Лес так лес.

Все шли за Скэйди. Она уверенно вела их через лес, иногда останавливаясь, нюхая воздух и сворачивая в нужную сторону. Они шли несколько часов, пока город, дороги и люди не остались далеко позади.

Наконец Скэйди остановилась. Они стояли посреди полной глуши. Вокруг только деревья, тишина и лёгкий ветер. Где-то далеко пели птицы.

— Мы на месте, — сказала Скэйди.

Она села на землю под большим деревом, обхватила колени и уставилась вперёд, в пустоту.

Остальные переглянулись, но сели рядом. Битти опустилась на траву, Проводник присел на корточки. Каспер создал плед и расстелил его на земле. Руби встала рядом, прислонившись спиной к дереву, и оглядывалась.

Тишина. Ветер. Лес.

Просто сидели и дышали.

Вдруг Скэйди насторожилась. Уши дёрнулись, она резко подняла голову и принюхалась. Не говоря ни слова, она сорвалась с места и исчезла в кустах.

Все остались сидеть в недоумении. Битти приподняла бровь. Каспер перестал жевать мороженое. Проводник выглядел растерянным.

— Она что, убежала? — спросил он.

— Похоже на то, — ответила Руби.

Через пару минут из леса послышался треск. Скэйди вышла из кустов. В зубах она держала мёртвого оленя, который волочился по земле. Она подошла к поляне, опустила тушу и повернулась ко всем.

— Голодные? — спросила она с лёгкой ухмылкой.

Все замерли. Битти присвистнула. Каспер задумчиво посмотрел на оленя и сказал:

— Я могу его пожарить... если кто-то поможет разделать.

Тишина. Потом Руби ухмыльнулась и шагнула вперёд.

— Давай сюда.

Руби подошла к оленю, достала нож и уверенно начала разделывать тушу. Движения были быстрыми, точными, привычными. Она работала молча, сосредоточенно, и только когда сняла шкуру и отделила мясо от костей, тихо сказала:

— Давненько крови на руках не было.

Битти усмехнулась, Проводник побледнел, а Каспер уже собирал ветки для костра. Когда Руби закончила, она отступила в сторону, вытерла руки о траву и села.

Каспер подошёл к разделанной туше, поднял руку — и в ней появился вертел и специи. Он насадил куски мяса на палку, повесил над костром и сел рядом.

— Ждите. Через полчаса будет готово.

Все сидели вокруг костра. Запах мяса разносился по лесу. Скэйди сидела чуть поодаль, принюхиваясь, и даже её лицо стало спокойнее. Руби сидела у огня и смотрела в пламя.

— Хорошо, — тихо сказала она.

Вдруг раздался выстрел. Пуля вонзилась прямо в плечо Скэйди. Она дёрнулась, но даже не вскрикнула. Резко развернулась, и уже через секунду стояла перед двумя охотниками, схватив их за горла. Они висели в её руках, не в силах выдохнуть.

— Стой! — крикнул Проводник.

Скэйди замерла.

— Не надо, — сказал он тихо. — Они не знали.

Она сжала пальцы на мгновение, потом с рычанием отпустила их. Охотники упали на колени, хрипя и откашливаясь.

Скэйди повернулась к костру, села на место и потерла плечо. Рана уже затягивалась, кожа становилась целой, будто ничего и не было.

Охотники быстро убрались. Все сидели в тишине, глядя на огонь.

Скэйди сидела у костра, и казалось, что всё успокоилось. Но через двадцать минут из леса донёсся топот ног, а затем град пуль обрушился на неё. Пули вонзились в спину, разрывая одежду и плоть. Скэйди вскочила. Она не вскрикнула, даже не пошатнулась. Она резко развернулась и рванула в сторону леса.

За пару минут всё было кончено. Её когти резали плоть, как масло. Охотники падали один за другим, разорванные в клочья. Лес наполнился криками, хрустом костей и звуком рвущейся плоти.

Скэйди остановилась посреди багровой чащи. Вся в крови, тяжело дыша, с горящими глазами. Тела охотников были разбросаны по земле, превращённые в куски мяса. Тишина. Только шум ветра и стук сердца в тишине.

Она вытерла морду и медленно пошла обратно к костру. Подошла к ним, села на своё место, как будто ничего не случилось, и спокойно сказала:

— Мясо не подгорело?

Скэйди села на своё место, как ни в чём не бывало, и спокойно потянулась к куску мяса на палке. Битти равнодушно пожала плечами и откусила ещё кусок. Руби даже не подняла головы, продолжая смотреть в огонь, будто ничего не произошло. А вот Проводник и Каспер переглянулись. Взгляды были одинаковыми — смесь страха и уважения. Проводник медленно перевёл взгляд на окровавленные руки Скэйди, потом на её спокойное лицо, а потом на Руби, которая всё так же сидела у огня, даже не глядя в сторону. Каспер промолчал, но подозрительно прищурился и, видимо, незаметно сглотнул. Только тишина и редкий треск костра нарушали спокойствие поляны.

Они сидели у костра, болтали и ели мясо. Огонь тихо потрескивал, над поляной витал запах дыма и жареного мяса. Скэйди сидела чуть поодаль, потирая плечо, словно охотников и не было вовсе.

— Предлагаю переночевать здесь, — сказала она. — Завтра утром пойдём обратно.

Все переглянулись. Проводник пожал плечами, Битти кивнула, Руби коротко сказала:

— Нормально.

Каспер собрал ветки, вытянул руку вперёд, и прямо на поляне материализовалась большая, просторная палатка. Он отошёл на шаг, осмотрел её, довольно кивнул и обернулся к остальным.

— Ладно, кто куда, а я туда. — и уже собрался идти, как заметил, что Скэйди отошла в сторону.

Она выбрала место чуть дальше от костра, нашла пару толстых веток, и вскоре на её глазах из подручных материалов начал расти уютный шалаш. Довольно просторный, чтобы уместиться одной и даже с небольшим запасом места. Она подошла, осмотрела своё творение, и, не оборачиваясь, сказала:

— Там сплю.

Каспер удивлённо посмотрел на неё, потом на свой огромный шатёр, потом снова на неё.

— Ну... ладно, — ответил он, пожав плечами.

Руби зевнула, Битти уже забралась в шатёр, Проводник последовал за ней. Каспер ещё раз посмотрел на шалаш, потом на свой шатёр, хмыкнул и залез внутрь.

Ночь была тихой. Лес спал.

Ночь стояла тихая. В палатке слышалось ровное дыхание — Битти, Проводник, Руби, Каспер — все спали. Только Скэйди лежала в своём шалаше и не могла уснуть. Ей было одиноко. Темно, тихо, пусто. Она попыталась закрыть глаза, но через несколько минут встала.

Бесшумно подошла к палатке, раздвинула полог и тихонько коснулась плеча Каспера. Он дёрнулся, приоткрыл глаза.

— А? Что? — сонно пробормотал он.

Скэйди склонилась над ним и тихо сказала:

— Пошли ко мне.

Каспер моргнул, посмотрел на неё, потом на спящих рядом. Ему хотелось спросить «зачем?», но он вздохнул и тихо выбрался из палатки.

— Идём, — сказал он, потирая глаза.

Они прошли к шалашу. Скэйди нырнула внутрь, и он сделал шаг следом, заглянув внутрь. Внутри было просторно, сухо, с мягким слоем листвы. Она легла на бок, освободила место и, не глядя на него, спросила:

— Ляжешь?

Каспер постоял, потом тяжело вздохнул и лёг рядом.

— Ты часто будишь людей ночью? — спросил он.

Скэйди придвинулась ближе.

— Только тебя, — сказала она и закрыла глаза.

Утром все собрались у костра. Солнце уже поднялось, лес просыпался. Руби потушила угли, Битти потянулась, Проводник зевал, Каспер стоял с мороженым и щурился от света.

Скэйди подошла к ним и сказала:

— Я остаюсь здесь. В лесу мне спокойнее. И не буду никому мешать.

Все замолчали. Руби посмотрела на неё, потом на лес.

— Уверена?

— Да, — ответила Скэйди.

Каспер хотел что-то сказать, но промолчал. Битти похлопала её по плечу, Проводник улыбнулся и кивнул. Руби развернулась и пошла к тропе.

— Если что — мы в городе, — сказала она через плечо.

Скэйди смотрела им вслед, пока они не скрылись за деревьями. В лесу стало тихо. Она вдохнула полной грудью и улыбнулась.

Каспер посмотрел на неё, на спокойное лицо, и, не говоря ни слова, отвернулся и тоже закрыл глаза.

Глава 15: киновечер

Все сидели дома. В гостиной было тихо. Руби смотрела в стену, Битти крутила биту в руках, Каспер лениво облизывал мороженое. Проводник сидел на диване и чувствовал, что ещё немного — и он сойдёт с ума от этой тишины.

— Может, посмотрим кино? — предложил он.

Все повернулись к нему. Руби нахмурилась, Битти перестала крутить биту, Каспер поднял бровь.

— Кино? — переспросила Руби.

— Ну да, фильм. Включить телевизор и смотреть.

Каспер задумался и выдал:

— А что это?

Проводник открыл рот, потом закрыл.

— Это... ну, история. Рассказ. Только в картинках. С актёрами.

— А зачем? — спросила Битти.

— Чтобы отдохнуть. Повеселиться. Или испугаться. Или просто убить время.

Руби переглянулась с Битти. Каспер пожал плечами и облизнул мороженое.

— Ну, раз ты предлагаешь, — сказала Руби. — Давай.

Проводник радостно схватил пульт, включил телевизор и открыл список фильмов.

— Какой жанр хотите?

Каспер поднял руку:

— А есть что-то про мороженое?

Проводник закатил глаза и начал листать дальше.

Проводник листал фильмы, и Руби вдруг ткнула пальцем в экран:

— Вот это.

На картинке был какой-то монстр с кровавой пастью и надпись «Ужасы».

— Ты серьёзно? — удивился Проводник.

— Похоже на мой старый мир, — спокойно сказала Руби и села на диван.

Битти тоже подошла и увидела фильм с обложкой, где двое целовались под дождём.

— Это интересно, — сказала она и села рядом.

Каспер, заметив комедию, ткнул в экран:

— А это? Говорят, смешно.

— Ну, давайте ужасы, романтику и комедию, — сказал Проводник и включил что-то среднее.

Через полчаса Руби смотрела на экран с серьёзным лицом, Битти вздыхала над романтической сценой, а Каспер смеялся над шутками в диалогах.

Проводник сидел между ними и чувствовал, что это, пожалуй, лучший вечер за последнее время.

Они остановились на фильме «Убойные каникулы». Проводник включил его, и все устроились поудобнее.

Руби смотрела с явным интересом. Когда на экране начиналась резня, она даже слегка подавалась вперёд.

— Вот это я понимаю, — сказала она.

Битти же больше залипала на романтической линии между героями, периодически вздыхая и поглядывая в сторону Проводника. Он делал вид, что не замечает.

Каспер периодически ухмылялся и показывал мороженое. Особенно когда в кадре звучала очередная абсурдная шутка, он тихо фыркал и подталкивал локтем Руби.

Проводник просто сидел и улыбался, глядя на них. Все смотрели одно и то же, но каждый видел своё. Фильм шёл. В комнате было тихо, уютно и спокойно.

Фильм закончился. Все сидели в тишине, переваривая финал. Руби одобрительно кивнула, Битти довольно улыбнулась, Каспер доел мороженое и задумчиво посмотрел на пустую тарелку.

— А что, если... — начал он. — Скэйди. Она же одна в лесу. Ей там одиноко, а мы тут сидим.

Проводник посмотрел на него и кивнул.

— Ты прав. Надо её позвать.

Руби поднялась с дивана, потянулась и сказала:

— Так зови. Открывай портал.

Каспер кивнул, закрыл глаза, сосредоточился. В центре комнаты с тихим шумом открылся зелёный портал. Через мгновение из него показалась голова Скэйди. Она выглядела удивлённой, но, увидев их всех, прищурилась.

— Что случилось?

— Давай к нам, — сказала Битти. — Кино смотреть будем.

Скэйди улыбнулась и шагнула в квартиру.

Каспер закрыл портал, и Скэйди оказалась в комнате. Битти плюхнулась на диван и протянула ей пульт.

— Давай, выбирай ты, — сказала она. — Мы уже смотрели свой фильм. Теперь твой выбор.

Скэйди взяла пульт, подержала его в руках, как незнакомый предмет. Проводник включил меню, и она начала листать. Её палец остановился на каком-то документальном фильме. На обложке был медведь, плывущий по реке.

— Это, — сказала она.

Все переглянулись. Каспер вздохнул. Руби пожала плечами. Битти устроилась поудобнее.

На экране началась природа, дикие звери, охота, реки и горы. Через пятнадцать минут Битти начала потихоньку клевать носом, Каспер залип в мороженое, Руби смотрела в потолок, Проводник просто сидел и думал о чём-то своём. Только Скэйди смотрела на экран с неподдельным интересом. Когда на экране показали волков, она даже чуть подалась вперёд и тихо проговорила:

— Это они... правильно делают.

Все переглянулись, но промолчали.

Документалка наконец закончилась. Скэйди довольно выдохнула и потянулась. Она повернулась и оглядела комнату.

Битти спала на плече Проводника, уткнувшись носом ему в шею. Сам Проводник тоже спал, откинув голову на спинку дивана.

Руби лежала на полу, раскинув руки в стороны, как убитая.

Каспер сидел с задумчивым лицом и, повернувшись к Скэйди, сказал тихо:

— А мне понравилось, — сказал он, поворачиваясь к Скэйди. — Особенно про волков.

Скэйди улыбнулась ему и кивнула, чувствуя, что её поняли.

Скэйди улыбнулась, кивнула и тихо сказала:

— Умный.

— Я знаю, — ответил Каспер.

Они сидели вдвоём в тишине, пока остальные спали.

Каспер посмотрел на неё:

— Ты останешься или уйдёшь?

Скэйди задумалась на мгновение, потом ответила:

— Хотела бы остаться на одну ночь.

Каспер кивнул и указал на свободное место на диване:

— Можешь занять мой диван. Сам лягу на пол.

Скэйди покачала головой:

— Нет. Не надо. Я могу спать с тобой. Мы уже спали в лесу. Не вижу разницы.

Каспер замялся, но кивнул, и они легли рядом на диван. Скэйди придвинулась ближе и закрыла глаза. Через пару минут её дыхание стало ровным. Каспер смотрел в потолок, держа мороженое на весу, и тихо вздохнул.

— Доброй ночи, — прошептал он.

Утром Каспер проснулся и почувствовал на себе чей-то взгляд. Он открыл глаза и увидел Скэйди, которая смотрела на него в упор.

— Доброе утро, — сказал он и замялся.

Она молчала несколько секунд, потом встала, потянулась и направилась к выходу из квартиры.

— Я ухожу в лес, — сказала она. — И приходите иногда в гости. Мне там не скучно, но я буду рада вас видеть.

Каспер приподнялся на локте:

— Хорошо, — коротко ответил он.

Скэйди открыла дверь, обернулась на мгновение, потом вышла и закрыла за собой дверь. В квартире стало тихо. Каспер посмотрел на закрытую дверь, потом на своё мороженое, и тихо сказал:

— Ну вот и всё.

Руби уже проснулась и стояла в дверях с чашкой кофе.

— Ты к ней привыкнешь, — сказала она.

Все разбрелись по своим делам. Каспер сидел на кухне с мороженым, Битти и Проводник возились в спальне, а Руби устроилась на диване и вяло листала каналы. Вдруг на экране замелькали новости. Ведущая взволнованно говорила о том, что в городе объявилась новая мафия. Они грабят банки, устраивают перестрелки и терроризируют целые районы. Полиция бессильна, люди в панике.

Руби подалась вперёд, глаза загорелись, на губах появилась лёгкая ухмылка.

— Ну наконец-то, — сказала она и откинулась на спинку дивана, довольно сложив руки за головой.

Каспер выглянул с кухни, заметил её довольное лицо и насторожился:

— Ты чего?

Руби повернулась к нему с горящим взглядом.

— Работа, — коротко ответила она, хватая с пола топор и дробовик.

Каспер приоткрыл рот, но ничего не сказал.

Она встала, повесила оружие на плечо, и направилась к выходу, бросив на прощание:

— Я скоро вернусь.

Каспер ничего не ответил, только усмехнулся и откусил мороженое.

Руби шла по улице. Солнце светило, город жил своей жизнью. Всё было спокойно. Но вдруг из переулка вышли трое в масках. Они преградили ей путь.

— Кошелёк или жизнь, — сказал один.

Они увидели дробовик и топор, но не придали значения. Подумали, что она просто дура.

— Детка, ты чё, с игрушками вышла? — усмехнулся второй.

Руби ухмыльнулась, сняла топор с плеча. Один взмах — голова первого грабителя покатилась по асфальту.

Двое других схватились за оружие и начали стрелять. Пули свистели мимо, но Руби даже не вздрогнула. Она подняла дробовик и выстрелила. Второй грабитель разлетелся на куски.

Третий упал на колени, задыхаясь от страха.

— Не надо! Пожалуйста! Я всё отдам! Я умоляю!

Руби на мгновение остановилась, посмотрела на него, потом коротко выстрелила ему в грудь. Он упал замертво.

Руби спокойно перешагнула через тела и пошла дальше.

Руби шла дальше по улице, когда заметила небольшой цветочный магазин. Дверь была выбита, внутри слышались крики и звон стекла. Она заглянула внутрь и увидела, как четверо грабителей в масках выкидывали кассу и крушили витрины.

Руби зашла внутрь и спокойно закрыла за собой дверь.

— Привет, — сказала она.

Грабители обернулись. Один из них усмехнулся, увидев девчонку с оружием, но смех застыл у него на лице, когда она вскинула дробовик и выстрелила. Зал оглушил грохот, и двое грабителей рухнули на пол. В магазине началась паника, но Руби быстро закончила свою работу. Крики боли быстро затихли, и вскоре в магазине стало тихо. Руби обвела взглядом разгромленный магазин, перешагнула через одно из тел и взяла с витрины одинокую красную розу. Поднесла к лицу, вдохнула аромат, не обращая внимания на кровь, которая медленно растекалась по полу. Она вышла из магазина, держа цветок в руке, и спокойно пошла дальше по улице.

Руби шла дальше, сжимая в руке красную розу. Неподалёку она услышала крики и увидела, как двое грабителей прижали к стене парнишку.

— Кошелёк давай, живо! — орал один из них.

Парень дрожал и пытался прикрыть голову руками.

Руби подошла сзади, без лишних слов взмахнула топором. Первый грабитель рухнул с рассечённой спиной. Второй обернулся, но от ужаса даже не успел выдохнуть — топор снова взлетел и разорвал его тело.

Кровь брызнула на стену, на асфальт и на парня. Он зажмурился, весь покрытый алыми каплями.

Руби убрала топор и подошла к нему. Парень трясущимися руками попытался стереть кровь с лица. Она поднесла к нему розу и вложила в его дрожащие пальцы.

— Компенсация, — сказала она, развернулась и пошла дальше.

Руби шла по улице, наслаждаясь моментом. Тишина после бойни, свежий воздух, лёгкий ветер. В руке она всё ещё сжимала вторую розу, которую прихватила на память. Она уже почти успокоилась, как вдруг почувствовала резкую боль в спине. Три ножа вонзились ей между лопаток. Она дёрнулась, но не упала.

Медленно развернулась. Позади стояли трое в чёрном — видимо, те, кто заметил её расправу и решили напасть со спины.

Руби выпрямилась, достала ножи из спины, даже не поморщившись. Кровь быстро затягивалась. Она посмотрела на лезвия, потом на нападавших.

— Ножи в спину... это подло, — сказала она спокойно.

Она метнула первый нож — тот вошёл прямо в голову одному. Второй — в ногу, третий — в горло. Все трое рухнули одновременно.

Руби отряхнула руки, поправила лямку топора и пошла дальше, будто ничего не случилось.

Руби уже подходила к дому. В руке она вертела вторую розу, чувствуя приятную усталость после хорошей разминки. Настроение было отличное. Она открыла дверь подъезда и вошла в квартиру. Там её уже ждали. Битти, Каспер, Проводник и даже Скэйди — все сидели перед телевизором. На экране шли новости. Ведущая взволнованным голосом рассказывала о серии жестоких убийств в центре города. На заднем плане мелькали кадры с камер наблюдения: разорванные тела, разгромленные магазины, и всё это сопровождалось комментариями о загадочной девушке с топором и дробовиком.

— Похоже, кто-то развлекается, — сказала Битти, не оборачиваясь. Руби остановилась в дверях, засунула руки в карманы и с ухмылкой спросила:

— Ну как я?

Проводник вздохнул и закрыл лицо ладонями.

— Ты серьёзно?

— Ага, — ответила Руби и села на диван, закинув ногу на ногу. — Кстати, вот роза.

Она протянула цветок Касперу. Тот удивлённо моргнул и аккуратно забрал розу, держа как нечто особенное.

— Моя любимая, — сказал он и убрал её на стол.

Все уставились на Руби. Она пожала плечами, взяла пульт и переключила канал на 2х2.

Глава 16: мафия в ярости

Все сидели в гостиной. Руби переключала каналы, Каспер смотрел на розу, Битти и Проводник тихо переговаривались. Скэйди сидела в кресле, глядя в стену. Вдруг дверь с грохотом распахнулась.

В комнату ворвались около десяти человек в чёрном. Автоматы, маски, холодные глаза. Ни слова — сразу открыли огонь.

Руби перекатилась с дивана за секунду до того, как пули изрешетили его. Битти рванула в сторону, утащив Проводника за собой. Каспер создал щит в воздухе, отражая несколько пуль. Скэйди с рычанием сорвалась с места, сломав шею первому же нападавшему.

Руби выхватила топор и встала в полный рост, встретив следующую волну ударами и выстрелами. В тесной комнате начался настоящий ад. Кто-то бил, кто-то падал, кто-то пытался укрыться. Всё было кончено через три минуты. Десять тел лежали на полу, на диване, у стены. Гостиная была вся в крови. Руби стояла в центре, тяжело дыша, сжимая окровавленный топор. Она перевела взгляд на Каспера, который убирал щит.

— Ну что, — сказала она. — Теперь они точно знают, где мы живём.

Все переглянулись.

— Придётся переезжать, — выдохнул Проводник, оглядывая разгромленную квартиру.

Руби обвела взглядом разгромленную гостиную, вытерла топор о чью-то куртку и спокойно сказала:

— Не надо переезжать. Просто убьём всех людей мафии — и всё.

Битти кивнула и убрала биту. Каспер пожал плечами. Скэйди одобрительно рыкнула.

Проводник уставился на них с округлившимися глазами.

— Вы что, издеваетесь?! У них целая армия! Мини-армия! Они придут снова!

Руби посмотрела на него с лёгкой усмешкой.

— Вот и отлично. Я люблю компанию.

Проводник открыл рот, закрыл и просто сел на пол, обхватив голову руками.

Проводник сидел на полу, обхватив голову руками, и вдруг поднял взгляд. Голос его звучал устало, но твёрдо:

— И запомните: когда вы убьёте всех, сами будете кровь оттирать со стен и пола.

Все переглянулись. Битти поморщилась, представляя, сколько ещё работы придётся сделать. Каспер вздохнул и посмотрел на свои руки. Руби на мгновение задумалась, потом ухмыльнулась.

— Ладно, — сказала она. — Тогда придумаем план.

Проводник облегчённо выдохнул, хоть и не был уверен, что это был правильный ответ.

Вдруг все телевизоры в квартире загорелись белым экраном, потом переключились на картинку. На экране сидела женщина. Строгая, в чёрном костюме, с холодными глазами и короткой стрижкой. Она смотрела прямо в камеру и говорила спокойно, но жёстко:

— Руби. Ты убила моих людей. Ты думала, что останешься безнаказанной? Ошибаешься. Я уничтожу тебя и всё, что тебе дорого. Ты и твои друзья — мертвы. Это только вопрос времени. Вы хотите сдаться? Сдавайтесь.

Голос стих, трансляция оборвалась. Телевизоры снова показали обычный канал.

Тишина в комнате была такой плотной, что даже дыхание казалось громким.

Руби смотрела на экран и медленно улыбалась. Только улыбка была холодной и предвещающей бурю.

— Она что, только что пригрозила нам по телевизору?

Битти сжала биту и повернулась к ней.

— Она объявила нам войну.

Руби перевела взгляд на остальных. Каспер пожал плечами, доедая мороженое. Скэйди тихо рыкнула. Проводник просто закрыл лицо руками.

Руби поднялась и сказала:

— Она сама подписала себе приговор.

Все собрались у двери. Руби проверила топор, Битти сжала биту, Каспер положил руку на карман с мороженым, Скэйди уже стояла в коридоре, готовая рвать врагов на части.

Проводник вышел из комнаты с ведром и тряпкой. Он посмотрел на них, на разгромленную квартиру, на стены в крови.

— А я... я останусь. Оттирать всё это. Всё равно мне делать нечего.

Руби посмотрела на него, кивнула и коротко сказала:

— Если что — звони.

Они вышли. Проводник остался один в пустой квартире. Он опустился на колени и начал оттирать кровь с пола, бормоча что-то про свою спокойную жизнь до знакомства с ними. Слышно было только шум воды за дверью.

Каспер, Руби и Битти шли по улице. Город жил своей жизнью, но они искали логово мафии. Вдруг Каспер заметил парня с чёрным знаком на руке — таким же, как у тех, что врывались в квартиру.

— Вон тот, — сказал он, кивнув в сторону переулка.

Все переглянулись, и через минуту они уже стояли перед парнем. Он даже не понял, что произошло, когда его прижали к стене. Руби занесла топор, нацелившись ему в горло, и с ледяной улыбкой спросила:

— Где ваше логово?

Парень побледнел, но промолчал. Руби наклонилась ближе и тихо добавила:

— Я могу задавать этот вопрос долго. Только с каждым разом мне будет всё интереснее.

Она вытащила нож и поднесла к его пальцам, удерживая его взгляд.

Парень задергался, глядя на лезвие.

— Я скажу! Я скажу, только не трогай!

Битти усмехнулась, а Каспер спокойно достал мороженое.

Парень замялся. Он сглотнул, глаза бегали, но он всё ещё молчал. Руби вздохнула и покачала головой.

— Знаешь, мне это надоело, — сказала она, наклоняясь к нему. — Если ты сейчас не скажешь, где ваше логово, я сниму с тебя кожу и буду посыпать солью, пока ты не умрёшь от болевого шока. Это будет больно. Долго. И некрасиво.

Парень побледнел, как бумага. Его дыхание сбилось, и он заговорил быстро, почти выкрикивая слова:

— Я скажу! Там, в старом порту! Склад номер семь! Там всё, там наша база!

Руби выпрямилась, убрала нож и посмотрела на него.

— Молодец. В следующий раз говори сразу.

Она повернулась и пошла в сторону порта. Битти и Каспер переглянулись и двинулись за ней. Парень остался стоять, тяжело дыша и сжимаясь от страха.

Они дошли до старого порта. Вдалеке виднелся ангар с цифрой «7» на ржавых воротах. Вокруг было тихо, только ветер гулял по пустым ящикам и контейнерам.

Руби остановилась, оглядела ангар и повернулась к Касперу.

— Сделай пулемёт.

Каспер удивлённо поднял бровь, но без лишних слов напряг руку, и в его ладони появился массивный, тяжёлый пулемёт. Руби взяла его, почувствовала вес, довольно ухмыльнулась.

— Вот это я понимаю, — сказала она.

Она подошла к воротам ангара и нажала на спусковой крючок. Грохот разорвал тишину. Пули прошивали металл, стены, ящики. Изнутри доносились крики, лязг, топот. Кровь начала вытекать из-под ворот, растекаясь по асфальту. Руби не останавливалась, пока не закончился рожок. Тишина. Только звон в ушах.

Она отбросила пулемёт в сторону и с улыбкой повернулась к остальным:

— Эффектно?

Каспер кивнул с довольным лицом. Битти свистнула и уже потянулась к воротам, чтобы войти.

Они вошли в ангар. Внутри было мёртвое месиво: разорванные тела, лужи крови, вонь стали и пороха. Всё было усеяно трупами. Руби огляделась с довольным видом, будто пришла на экскурсию.

Вдруг из-за ржавой перегородки вышла девушка. Это была та самая женщина, которую они видели по телевизору. Глава мафии. Только сейчас она не выглядела так уверенно. Она обвела взглядом разгромленный ангар, потом посмотрела на них и выдала:

— Вы чего, совсем психи?!

Битти усмехнулась, Каспер пожал плечами, Скэйди за спиной грозно рыкнула. Руби шагнула вперёд, положила руку на топор и с лёгкой улыбкой сказала:

— А ты как думала? Что мы чай пить пришли?

Глава мафии побледнела и медленно попятилась.

Вдруг снаружи послышался рёв двигателей. Много двигателей. Скорость, визг шин, гул моторов — подкрепление мафии. Девушка улыбнулась, облегчённо выдохнула, её глаза снова загорелись уверенностью.

— Слышите? Это мои люди. Вам конец.

Она отступила назад, прикрываясь за металлической перегородкой, и крикнула:

— Взять их! Живыми или мёртвыми!

Руби повернулась к Битти, Касперу и Скэйди. Все трое стояли спокойно. Руби ухмыльнулась и закинула топор на плечо.

— Вот теперь будет весело.

Снаружи заскрежетали тормоза, хлопали двери машин, и топот десятков ног приближался к ангару.

Началась настоящая жесть.

Руби месила врагов дробовиком и топором, Битти крушила черепа битой, Каспер сверкал клинками, а Скэйди рвала глотки и разбрасывала тела с такой лёгкостью, будто собирала грибы. Мафия пыталась стрелять, но они не умирали от пуль. Раны затягивались, удары не останавливали.

Глава мафии стояла за перегородкой, смотрела на всё это с расширенными глазами, и не могла поверить в происходящее. Её бойцы падали один за другим, а они шли и шли.

— Боже... с кем я связалась... — прошептала она.

Девушка попятилась, пытаясь найти путь к отступлению. Но Руби уже заметила её.

— Эй, — сказала она. — Ты ещё не ушла.

Руби спокойно пошла за главой, которая уже бежала к выходу. Руби даже не ускорилась — просто шла размеренным шагом. Глава обернулась, поняла, что не уйти, резко остановилась, выхватила катану и встала в стойку.

— Я всю жизнь училась у лучших самураев в мире! — крикнула она, сверкая клинком. — Мои навыки совершенны! Я разрублю тебя за долю секунды!

Она рванула вперёд, сокращая дистанцию. Глаза горели, катана со свистом рассекла воздух. Руби остановилась, посмотрела на неё, зевнула, не прикрывая рта, и, не меняя выражения лица, нажала на спусковой крючок дробовика.

Грохот. Глава мафии отлетела назад, катана выпала из рук. Она рухнула на спину, глядя в потолок ангара с удивлённым лицом. Тишина. Только звон в ушах и запах пороха. Руби опустила дробовик, перешагнула через неё и пошла обратно, бросив на ходу:

— Учись стрелять.

Когда всё закончилось, они вышли из ангара. Сзади остались дым, трупы и разбитые машины. Вокруг было тихо, только ветер гулял по пустому порту.

Руби перекинула топор на плечо. Битти вытерла биту о штаны. Каспер создал новое мороженое, а Скэйди, тяжело дыша, смотрела в небо.

— Я хочу есть, — сказала Руби.

— Я тоже, — добавил Каспер.

Когда они зашли в кафе, все вокруг замерли. Официантка, которая собиралась подойти к ним, застыла на месте с блокнотом в руках. Посетители обернулись, и у некоторых отвисли челюсти. Они смотрели на них — на пятна крови, засохшие на одежде, на оружие, которое они не удосужились спрятать. Руби перекинула топор на плечо и спокойно подошла к свободному столику, будто так и надо. Каспер держал в руках два клинка, Скэйди даже не пыталась притворяться безобидной. Официантка подошла, запинаясь, и выдавила, едва скрывая дрожь:

— Ч-что будете заказывать?

Руби взяла меню, посмотрела на неё, потом на остальных, и спокойно сказала:

— Всё, что есть с мясом.

Люди за соседними столиками старались не смотреть в их сторону. Кто-то торопливо допивал напиток и собирался уходить. Каспер повертел в руках лезвие, потом убрал его в карман, не скрывая ухмылки. Заказали. Ели молча. Вокруг них всё ещё висела напряжённая тишина, но им было всё равно. От неё веяло усталостью и спокойствием. Закончив, Руби поднялась, бросила на стол мятые купюры, подхватила свой топор и направилась к выходу. За ними пристально следили все, кто был в кафе.

Когда они вернулись домой, в квартире было тихо. Они зашли и замерли. Вся квартира блестела. Полы вымыты, стены оттёрты, мебель на месте, даже пятен не осталось. Ни крови, ни пыли, ни следов бойни.

А на диване спал Проводник. Он лежал на боку, сжимая в руке тряпку, и тихо посапывал. Видимо, так устал, что уснул прямо во время уборки.

Руби остановилась, огляделась и тихо сказала:

— Он всё отмыл.

Битти улыбнулась. Каспер подошёл к дивану и аккуратно забрал тряпку, чтобы не разбудить.

Скэйди постояла в дверях, посмотрела на чистоту, потом на спящего Проводника, и тихо проговорила:

— Это забота.

Все разошлись по местам. Битти укрыла его пледом, Каспер сел на кухню с мороженым, Руби села на диван. В квартире было спокойно и чисто. Всё было кончено. На сегодня.

Руби подошла к дивану и тихо села рядом. Проводник спал, его дыхание было ровным и спокойным. Она посмотрела на него, потом на чистую квартиру, потом снова на него.

— Ты молодец, — тихо сказала она, будто он мог услышать.

Она сидела, прислонившись спиной к спинке дивана, и смотрела в потолок. Никто её не трогал. Битти была в спальне, Каспер на кухне, Скэйди в кресле. Дом был чистым, тёплым и тихим. Руби закрыла глаза. Тихо. Хорошо.

Глава 17:руби и день боли

Утро было обыкновенным. Все проснулись и занимались своими делами — кроме Проводника, который всё ещё спал как младенец, укрывшись пледом и не шевелясь. Руби сидела на кухне, пила кофе и рассеянно смотрела, как Скэйди крутится вокруг Каспера, наблюдая за его руками, словно ждала очередного фокуса.

Но вдруг Руби вскрикнула и упала на колени, схватившись за голову. Её глаза забегали, зрачки расширились, а лицо исказилось странной гримасой. Кофе вылетел из рук, и чашка разбилась об пол.

— Руби! — крикнула Битти, подскочив к ней.

Все рванули к ней, но Каспер вдруг выставил руку вперёд и остановил их.

— Не подходите.

Они замерли.

— Что происходит? — настороженно спросила Скэйди.

Каспер перевёл взгляд на Руби, которая тяжело дышала и сжимала голову руками, и спокойно сказал:

— Похоже, у Руби наступает этот день.

— Какой день? — не поняла Битти.

Каспер посмотрел на неё и сказал:

— День боли. В этот день ей хочется причинять боль. И ей всё равно кому.

Тишина повисла в комнате. Руби подняла голову, и на её лице появилась кривая, почти безумная ухмылка.

— Когда у меня бывает этот день... — сказала она хрипло. — Все от меня прятались.

Руби с трудом поднялась на ноги. Дыхание было тяжёлым, кулаки сжаты, но она всё ещё держала себя в руках. Она посмотрела на всех и выдавила:

— Я уйду. Завтра вернусь.

— Руби, ты не должна идти одна, — сказала Битти, делая шаг вперёд.

— Нет, — резко ответила Руби. — Если я останусь... я могу навредить вам. Я не хочу этого.

Она направилась к двери, на ходу схватив топор. У порога остановилась, не оборачиваясь.

— Не ищите меня. Я справлюсь. Завтра я вернусь. И всё будет хорошо.

Она вышла и закрыла за собой дверь. В квартире повисла тишина. Битти смотрела на дверь, Каспер задумчиво крутил мороженое, Скэйди стояла у окна и смотрела вниз, как Руби уходит по улице.

Проводник всё ещё спал.

Руби шла по городу. Она выбрала самый заброшенный и нежилой район, который только могла найти. Пустые дома, разбитые окна, ни души. Идеальное место, чтобы переждать этот день.

Она зашла в одну из заброшенных многоэтажек, поднялась на третий этаж и села на пол в пустой комнате. Топор положила рядом. Тишина. Только ветер завывал в разбитых окнах. Руби сжала кулаки, пытаясь успокоить внутреннюю дрожь. Ей было всё равно, кого покалечить — кроме своих друзей. Она специально ушла, чтобы не навредить им. Остальные — нет. Но она всё же решила, что не будет никого трогать. Просто пересидит. Закрыла глаза и сосредоточилась на дыхании.

— Я справлюсь, — сказала она себе.

Руби сидела в пустой комнате, сжимая кулаки и стараясь дышать ровно. Всё шло нормально. Она почти успокоилась. Но вдруг внизу раздался хруст стекла, шаги. Кто-то зашёл в заброшку. Руби замерла, прислушалась. Шаги приближались, поднимались по лестнице.

В дверном проёме показался парень лет шестнадцати, в обычной одежде — джинсы, кеды, лёгкая куртка. Он явно просто решил полазить по заброшке, посмотреть, что тут есть. Никакого криминала, никакой мафии. Обычный парень, который хотел немного приключений.

Он зашёл в комнату и замер, увидев Руби. А затем увидел её глаза. Безумный, дикий, голодный взгляд. Руби сорвалась с места раньше, чем он успел сделать шаг назад. Она схватила его за шкирку и прижала к стене, так что ноги парня оторвались от пола. Он даже не успел вскрикнуть, только смотрел на неё широко раскрытыми глазами и не мог выдавить ни слова от страха.

Руби смотрела на него, тяжело дыша, и прошептала, почти рыча:

— Ну вот... Надо было тебе сюда прийти? Именно сегодня?

Парень зажмурился и инстинктивно поднял руки, пытаясь защититься, хотя это было бесполезно. Всё его тело дрожало от ужаса.

Руби достала нож. Лезвие тускло блеснуло в свете разбитого окна. Она медленно поднесла его к лицу парня и тихо, почти шёпотом, сказала:

— Будем играть в гляделки. Моргнёшь — я тебя порежу.

Парень застыл. Глаза расширились, дыхание сбилось. Он даже дышать боялся, чтобы случайно не моргнуть. Слёзы сами потекли по щекам, но он не моргал. Руби смотрела на него в упор, нож дрожал в её руке.

Прошло несколько секунд. Потом минута. Парень не моргал. Руби медленно выдохнула и опустила нож, но не отпустила его. Она прижала парня к стене, пристально глядя в глаза, и тихо сказала:

— Я могу тебя отпустить. Или могу не отпускать. Что выберешь?

Парень не мог выдавить ни слова. Он просто стоял, дрожа, и смотрел на неё с ужасом.

Парень не выдержал. Веки дрогнули, и он моргнул. Руби улыбнулась, медленно, почти с наслаждением. Она провела лезвием по его предплечью, оставляя неглубокий порез. Кровь выступила тонкой линией. Парень вскрикнул, но Руби даже не вздрогнула, рассматривая рану, затем перевела взгляд на его лицо и явно наслаждалась его страхом. Удовольствие разлилось по её лицу, как глоток воды в жару.

— Хорошо, — тихо сказала она.

Но она не отпустила его. Она убрала нож в карман, но продолжала держать парня за плечо, прижимая к стене. Он смотрел на неё мокрыми от слёз глазами и не мог выдавить ни слова. Руби наклонилась ближе и прошептала:

— Я ещё не наигралась. Посиди со мной немного.

Руби притянула парня к себе. Она обняла его, но это было далеко от нежности — её руки сжались вокруг него, ногти впились в кожу, почти до крови. Парень вздрогнул и замер, боясь пошевелиться. Руби чувствовала, как он дрожит. Она понимала, что ему больно, страшно, что он не понимает, что происходит. И именно поэтому она держала его так крепко — чтобы не дать себе сорваться. Она прижалась щекой к его голове и тихо, почти безжизненно сказала:

— Это максимум, что я могу сделать, чтобы не убить тебя.

Она сидела и держала его, сжимая так, что он почти не мог дышать. Руби закрыла глаза и ждала. День должен был закончиться.

Парень задышал чаще. Он чувствовал, как ногти Руби впиваются в его плечи, как по рукам стекает тёплая кровь. Он сглотнул и прошептал, почти умоляя:

— Отпусти меня... пожалуйста...

Руби вздрогнула. Слова ударили по ней, как удар под дых. Она почувствовала, как внутри поднимается тёмная, вязкая волна. Она не хотела этого, но слова раззадорили её, разбудили ту часть, которую она пыталась усмирить. Её руки сжались ещё сильнее. Ногти впились глубже, и кровь побежала по его рукам, оставляя алые дорожки. Руби прижалась к нему ещё крепче, почти вдавливая в себя.

— Тихо, — прошептала она. — Тихо.

Она не отпускала.

Руби нравилось, что он её боится. Она чувствовала, как его тело дрожит, как сбивается дыхание, как страх пульсирует в каждой клетке. Она бы не причиняла ему боль, если бы не этот день. Но сегодня она не могла остановиться. Она резко развернула его лицом к себе, схватила за подбородок, заглянула в глаза и снова достала нож.

— Опять поиграем в гляделки, — сказала она. — Моргнёшь — порез.

Парень судорожно сглотнул, но не моргнул. Он старался не дышать, чтобы глаза не высыхали. Руби смотрела на него в упор, и на её губах играла лёгкая улыбка.

Парень не выдержал. Веки дрогнули, и он моргнул. Руби без жалости провела лезвием по его плечу, оставляя ещё один порез. Кровь смешалась с уже засохшей. Парень закусил губу, чтобы не закричать.

Руби отодвинулась, но не отпустила его. Она смотрела на его лицо, на слёзы, на страх, и ей это нравилось.

— Моргнул, — сказала она. — Давай ещё раз.

Она поднесла нож к его шее, затем резко провела по предплечью. Ещё один порез. Парень всхлипнул, но не отвёл взгляд. Руби улыбнулась.

— Ты смелый, — сказала она. — Но в гляделки ты не умеешь играть.

Она снова занесла нож.

— Давай ещё разок.

Она порезала его снова. Парень зажмурился от боли, и Руби на мгновение остановилась, глядя на него. Он больше не моргал, но слёзы сами текли по его лицу. Она тяжело дышала и смотрела на него, пытаясь взять себя в руки, пытаясь остановиться. Он просто сидел и плакал. И Руби вдруг на мгновение стало пусто.

Руби замерла с ножом в руке. Она смотрела на его лицо, на слёзы, на порезы, которые сама оставила. Понимала, что он не виноват. Он просто зашёл не в то место и не в то время. Она чувствовала, что поступает неправильно, но ничего не могла с собой поделать.

Её рука дрогнула. Нож выпал на пол. И у неё самой выступила слеза — первая за долгое время. Она притянула парня к себе, обняла его, прижалась лбом к его плечу и замерла. Она не отпускала его. Держала крепко, пока в её голове бушевал безумный хаос из желания рвать, бить, уничтожать — и осознания, что она не хочет делать ему больно. Она стояла и держала его, будто он был единственной опорой в этом дне.

И тихо, почти беззвучно, прошептала:

— Прости.

Руби держала парня в своих руках, зажмурившись от внутренней пустоты. Вдруг она услышала шаги. Двое. Быстрые, уверенные. Руби подняла голову и увидела Битти и Каспера. Они стояли в дверном проёме и смотрели на неё. Битти приоткрыла рот, Каспер замер с мороженым в руке.

— Руби... — начала Битти. — Что ты делаешь?

Руби не отпустила парня. Она посмотрела на них пустым взглядом и тихо сказала:

— Он... просто зашёл. В неправильное время. Я не хотела его убивать.

Каспер медленно перевёл взгляд на парня, на его руки, в которые всё ещё впивались ногти, на следы крови на его руках, и сказал:

— Ты держишь его так, что он уже почти не дышит.

Руби перевела взгляд на свои руки. Ногти впились в его кожу, кровь стекала по его рукам, а он просто дрожал, не в силах пошевелиться. Она постепенно ослабила хватку и отпустила его. Тот рухнул на пол и откатился в сторону, прижимая к себе окровавленные руки и тяжело дыша. Руби смотрела на него, потом на свои руки.

Битти молча подошла и села рядом. Каспер остался стоять, но спрятал мороженое, глядя на неё с беспокойством.

Руби тихо сказала:

— Я же говорила... не идите за мной.

Руби вздохнула, посмотрела на парня, на его дрожащие руки, на порезы, которые сама оставила. Она чувствовала себя пустой, но понимала, что он не виноват.

Она повернулась к нему и сказала, стараясь звучать мягче:

— Ладно... в знак извинений, пошли с нами. Попьём чай.

Парень поднял на неё глаза, всё ещё дрожа, и прошептал:

— Я... я лучше пойду...

Руби на мгновение замерла, потом спокойно достала нож и приставила к его горлу, глядя в глаза с лёгкой улыбкой:

— А тебя никто не спрашивал. Ты идёшь.

Парень сглотнул и медленно кивнул.

— Х-хорошо...

Битти усмехнулась, качая головой. Каспер пожал плечами и уже шагал к выходу. Скэйди молча двинулась за ним. Руби убрала нож, похлопала парня по плечу и тихо сказала:

— Молодец. Чай у меня вкусный.

Когда они вернулись в квартиру, Проводник уже проснулся и с удивлением уставился на незнакомого парня, который зашёл следом за Руби. Все расселись за столом. Руби, как и обещала, заварила чай. Парень сидел, сжимая кружку дрожащими руками, и смотрел в одну точку. Никто не задавал лишних вопросов. Чай был горячим, в комнате было тихо, и это немного успокаивало.

Через час Руби встала, подошла к парню и тихо сказала:

— Всё. Ты свободен.

Парень медленно поднялся, поставил кружку и, не говоря ни слова, вышел из квартиры.

На следующее утро они сидели за завтраком, когда по телевизору начались новости. Ведущая сообщила, что в одном из районов города найден парень в состоянии сильного психоза. Он бредил, говорил о девушке с топором и ножом, которая заставляла его играть в гляделки. Его отправили в психушку.

Когда новости закончились, в комнате повисла тишина. Битти переглянулась с Каспером. Проводник открыл рот, но ничего не сказал. Скэйди смотрела на экран без эмоций.

Руби поставила чашку на стол, откинулась на спинку стула и, глядя в потолок, сказала:

— Он просто плохой игрок.

Все молчали. Руби взяла пульт и переключила канал на 2x2.

Глава 18:день добрых дел

Прошла неделя. Жизнь текла спокойно, размеренно. Никаких мафий, никаких порталов, никакой крови. Только утро, завтрак, телевизор, мороженое и тишина. Все сидели по своим углам и занимались делами. Каспер лизал мороженое и что-то материализовывал из воздуха. Битти лежала на диване и смотрела в потолок. Скэйди сидела у окна и смотрела на улицу. Руби пила кофе и смотрела 2x2.

Проводник вышел из спальни, потянулся и громко сказал:

— Сегодня день добрых дел!

Все замерли. Битти удивлённо подняла бровь, Каспер перестал лизать мороженое, Скэйди с недоумением оглянулась. Руби просто повернулась к нему и насмешливо посмотрела.

— Чего? — уточнила она.

— Я говорю, сегодня день добрых дел. Помогаем старушкам, делаем добро, улыбаемся людям. Будет весело, — добавил он с лёгкой улыбкой.

Все молча переглянулись. Битти закатила глаза, Каспер уныло пожал плечами, Скэйди отвернулась обратно к окну. А Руби вдруг поставила кружку и встала.

— Вообще-то, в моём мире не было добрых дел, — сказала она. — Но звучит забавно. Я согласна.

Проводник заулыбался. Остальные удивлённо уставились на Руби. Она взяла с пола топор и перекинула на плечо.

— Добрые дела так добрые дела. Пошли.

Руби уже взяла топор и была готова идти, но оглянулась. Битти даже не поднялась с дивана. Каспер задумчиво лизал мороженое и смотрел в окно. Скэйди сидела у стены, уставившись в пол. Проводник вдруг замялся, потёр затылок и сказал:

— Да ладно, это не такой уж и важный день... Всем же всё равно на него пофиг.

Он развернулся и ушёл в свою комнату, закрыв за собой дверь.

В гостиной повисла тишина. Руби опустила топор, посмотрела на закрытую дверь, потом на остальных, вздохнула и села обратно на диван.

Руби посидела несколько минут, глядя на закрытую дверь комнаты Проводника. Потом снова встала, взяла топор и направилась к выходу.

— Я на улицу, — коротко сказала она.

Битти приподняла бровь, но ничего не сказала. Каспер проводил её взглядом, но промолчал. Скэйди даже не обернулась.

Руби вышла на улицу. Солнце светило, город жил своей жизнью. Она остановилась, оглядываясь и раздумывая, с чего начать добрые дела. С топором в руках она выглядела не слишком дружелюбно, но ей было плевать.

Руби убрала топор за спину, чтобы не пугать людей, и пошла по улице. Солнце светило, город жил своей жизнью. Всё было спокойно.

Но вдруг она увидела: какой-то парень вырвал сумку у пожилой женщины и бросился бежать. Бабушка закричала, а Руби поняла — её час настал. Она побежала за грабителем.

Тот обернулся, увидел девчонку, которая за ним бежит, и свернул в переулок. Но тот оказался тупиком. Он упёрся в стену, обернулся и, тяжело дыша, посмотрел на неё.

— Стой, дурочка, а то хуже будет! — крикнул он. Руби улыбнулась и медленно пошла к нему.

— Отдай сумку по-хорошему, — сказала она спокойно.

Грабитель усмехнулся и сжал сумку крепче. Он был выше неё, шире, и думал, что она просто маленькая дурочка.

— А то что ты сделаешь? — насмешливо спросил он.

Руби вздохнула. Она шагнула вперёд, схватила его за запястья и резко дёрнула в разные стороны. Раздался хруст, крик, и руки грабителя остались в её руках. В вырванных руках он по-прежнему сжимал сумку. Грабитель упал на колени, зажимая кровавые культи, и заорал от боли. Руби спокойно взяла сумку, отделила её от рук и пошла обратно к бабушке.

Она нашла её на той же улице, всё ещё в панике. Руби подошла и протянула ей сумку вместе с руками вора, которые всё ещё держались за неё.

— с Руками оторвала! — сказала она с гордостью.

Бабушка перевела взгляд на сумку, потом на руки, которые её держат, и без звука рухнула в обморок. Руби постояла, посмотрела на неё, потом на руки в своих руках, и удивлённо пожала плечами.

— Доброе дело, — сказала она и положила сумку рядом с бабушкой.

Руби пошла дальше. Ей понравилось делать добрые дела. Это было странное, новое чувство — помогать кому-то без ударов и крови. Она шла по улице и искала глазами, где бы ещё пригодиться.

Вдруг она увидела девушку, которая шла по пешеходному переходу, уткнувшись в телефон. Она ничего не видела вокруг. А прямо на неё неслась машина. Водитель сигналил, но девушка даже не поднимала головы.

Руби рванула вперёд и толкнула девушку в сторону. Девушка отлетела на тротуар и упала на траву, выронив телефон. А Руби сама оказалась под колёсами. Удар был сильным, но она даже не вскрикнула. Машина проехала, водитель выскочил в панике, а Руби с улыбкой на лице медленно села и отряхнулась. Вся в пыли, но живая.

— Доброе дело, — сказала она, радостно улыбнувшись.

Девушка сидела на траве с открытым ртом и не могла вымолвить ни слова. А Руби поднялась, поправила топор за спиной и пошла дальше, чувствуя себя вполне довольной.

Руби шла дальше и увидела маленькую девочку, которая стояла у дерева и смотрела вверх. Там, на ветке, сидел крошечный чёрный котёнок, дрожал и жалобно мяукал. Девочка тянула руки вверх, но он боялся и не слезал.

Руби подошла и наклонилась к девочке.

— Всё будет хорошо, — сказала она и похлопала её по голове.

Потом она огляделась по сторонам, заметила рядом канистру с бензином, взяла её, подошла к дереву и щедро полила ствол. Девочка удивлённо моргнула.

— Что вы... — начала она.

Но Руби уже подожгла дерево. Языки пламени быстро побежали вверх. Котёнок от испуга с диким мяуканьем спрыгнул с ветки и приземлился прямо в руки девочке. Девочка не удержалась, шлёпнулась с котёнком на землю, потом вскочила и, прижимая его к груди, с криками убежала прочь.

Руби посмотрела на горящее дерево, довольно улыбнулась и пошла дальше. Где-то за спиной уже слышались сирены пожарных, но ей было всё равно.

— Доброе дело сделано, — сказала она.

Руби подошла к парню, села рядом и заглянула ему в глаза с искренним сочувствием.

— Что случилось? — спросила она мягко.

Парень вздохнул и опустил голову:

— Меня девушка бросила. Друзья отвернулись. Я совсем один.

Руби задумалась на мгновение, потом положила руку ему на плечо и сказала с лёгкой улыбкой:

— Знаешь, когда меня бросали и отворачивались, я просто вырезала у них языки. Больше не жаловались.

Она выпрямилась, снова улыбнулась, похлопала его по плечу и пошла дальше, напевая что-то себе под нос. Парень остался сидеть с округлившимися глазами, провожая её взглядом и не в силах вымолвить ни слова.

Руби шла по улице и вдруг услышала крики. Заглянув в окно, она увидела, что здание захватили террористы. Не раздумывая, она вошла внутрь. Началась жестокая мясорубка. Она достала топор и прошлась по террористам, как нож по маслу. Головы, руки, ноги — всё разлеталось в стороны. Кровь заливала стены и пол. За несколько минут всех террористов не стало.

Руби стояла в центре помещения, тяжело дыша, и обвела взглядом комнату. И только тогда заметила, что вокруг были дети и воспитатели. Они смотрели на неё с открытыми ртами и ужасом. Некоторые дети плакали, кто-то закрывал глаза, а воспитатели прижимали малышей к себе и пытались закрыть им обзор.

Руби вытерла топор о чью-то куртку и неловко улыбнулась:

— Мм... неловко вышло.

Она вышла на улицу и пошла дальше.

Руби шла по улице и вдруг увидела мальчика, который сидел на скамейке и плакал. Она подошла, села рядом и спросила:

— Что случилось?

Мальчик всхлипнул и показал ей листок с задачей.

— Если я не решу, мне поставят два... А я не понимаю!

Руби взяла листок и прочитала вслух:

— «Человек работал в мясном цеху. Каждый день ему давали по 10 кг свинины. Но на следующий день ему дали 5 кг свинины. Почему ему дали вдвое меньше, если на складе было всего 10 кг свинины?»

Она задумалась. Потом посмотрела в пустоту. Потом снова на листок. Абсолютно ничего не поняла. Её лицо напряглось, но она взяла себя в руки, улыбнулась, потрепала мальчика по голове и выдала:

— Эм... ну, потому что работник решил стать мусульманином.

Мальчик уставился на неё с полным непониманием, а Руби встала, подмигнула и уверенно пошла дальше.

— Удачи! — крикнула она на прощание.

Был уже вечер. Руби не спеша шла домой, оглядываясь по сторонам в поисках новых добрых дел, но люди на её пути старались обходить её стороной. Кто-то переходил на другую сторону улицы, кто-то прятал глаза, кто-то ускорял шаг. Все будто чувствовали в ней опасность и старались не попадаться на глаза. Руби шла с лёгкой улыбкой, но даже не замечала этого — она была слишком довольна собой.

Она зашла в квартиру, закрыла за собой дверь и сняла куртку.

Все сидели в гостиной и смотрели на неё. Битти с подозрительным прищуром, Каспер с застывшим мороженым, Скэйди с любопытством, Проводник с лёгким ужасом.

Руби удивлённо посмотрела на них и сказала:

— Что?

Руби радостно улыбнулась, ожидая похвалы.

— Ну как я? Хорошо творю добро? — спросила она с гордостью.

Проводник тяжело вздохнул, потёр лицо и тихо сказал:

— Забудь день добрых дел как страшный сон.

Руби на мгновение замерла, потом ухмыльнулась и пожала плечами.

— Ну, не всем же быть добрыми как я.

Она прошла на кухню, налила себе чай и села за стол.

Все переглянулись. Проводник довольно улыбнулся, явно гордясь собой, и добавил:

— Я в общем... недорого, почти даром купил домик за городом. И мы завтра поедем туда отдыхать. Шашлыки, природа, свежий воздух! Будет здорово!

Тишина. Все смотрели на него с разной степенью удивления. Битти отложила биту, Каспер перестал лизать мороженое, Скэйди насторожилась, а Руби — та, кого он только что попросил забыть свои добрые дела — просто уставилась на него с выражением «ты серьёзно?».

— Ты? — спросила она. — Поехал и купил домик? За городом? Для нас всех?

Проводник кивнул с улыбкой.

— Угу. Я подумал, что вам всем нужно отдохнуть от... ну, всего этого. И заодно я сделал доброе дело.

Руби на мгновение задумалась, потом медленно улыбнулась и наклонила голову набок.

— Ну, тогда завтра посмотрим, что там за домик.

Глава 19: загородный дом проводника

На следующее утро все были готовы. Битти взяла биту, Каспер прихватил запас мороженого, Скэйди просто вышла с пустыми руками, готовая ко всему, а Руби, как обычно, — с топором за спиной.

Все спустились по лестнице, вышли на улицу, огляделись. Солнце светило, день обещал быть хорошим. Все стояли у подъезда, готовые загружаться в машину.

— Ну, где твоя машина? — спросила Битти.

Проводник немного замялся, почесал затылок и неловко улыбнулся:

— Ребята... у меня нет машины. Придётся пешком идти.

Повисла тишина. Битти удивлённо приподняла бровь, Каспер замер с мороженым в руке, Скэйди хмыкнула, а Руби просто посмотрела на него с лёгкой ухмылкой.

— Ну ты и молодец, — сказала она.

Все шли за Проводником. Сначала по городским улицам, потом через окраины, а потом и вовсе вышли на трассу. Солнце припекало, дорога тянулась вдаль, и город остался далеко позади.

— Сколько ещё идти? — спросила Битти, замедляя шаг.

Проводник обернулся:

— Ну, может, ещё час...

— Час?! — Битти остановилась, упёрла руки в бока и посмотрела на него с усталой улыбкой.

Она подошла к нему, взяла за руку, сделала щенячьи глазки и жалобно протянула:

— Проводничок, понеси меня, пожалуйста... Я так устала...

Проводник покраснел, замялся, но не смог отказать.

— Ну... ладно...

Битти с радостным смехом запрыгнула ему на спину, обхватив ногами и руками, и уютно положила голову ему на плечо. Проводник, пошатываясь, пошёл дальше, стараясь держать равновесие.

Руби смотрела на них с усмешкой, Каспер шёл с мороженым, а Скэйди задумчиво наблюдала, прислушиваясь к каждому звуку вокруг.

Наконец они вошли в лес. Дорога стала мягче, вокруг запахло хвоей и тишиной. Через некоторое время деревья расступились, и перед ними показался дом. Небольшой, деревянный, с террасой и садом. Он выглядел уютно и спокойно.

Все обрадовались. Проводник гордо улыбнулся, Битти спрыгнула с его спины и побежала к дому, Каспер ускорил шаг, разглядывая крыльцо, Руби с интересом окинула взглядом окна и крышу, а Скэйди принюхалась, изучая окружение.

— Ну что, заходим? — сказал Проводник и открыл дверь.

Они зашли внутрь. В доме пахло деревом, пылью и чем-то старым. Мебель была простая, но уютная. Все начали расходиться по комнатам, заглядывая в углы, открывая шкафы и обсуждая, кому где спать. Дом был старым, но крепким. На стенах висели старые картины, в углу стояла большая печь. Все были довольны. Наконец-то спокойное место.

Был уже вечер. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оранжевые и розовые тона. Дом был уже исследован вдоль и поперёк, все комнаты осмотрены, места для сна распределены. Теперь все собрались у мангала, который стоял во дворе, прямо под старым развесистым деревом. Проводник, вооружившись щипцами, торжественно переворачивал шашлыки. Запах мяса, дыма и специй разносился по двору. Битти сидела на лавочке, болтая ногами и глядя на огонь. Каспер стоял рядом с рожком мороженого, периодически задумчиво облизывая его. Скэйди сидела чуть поодаль, прислонившись к дереву, и тихо наблюдала. Руби стояла у мангала с кружкой чая, глядя на огонь.

— Хорошо, — сказала она.

Проводник улыбнулся и перевернул очередной шашлык.

— Да. Очень хорошо.

Ночь прошла спокойно. Лес дышал тишиной, и даже Скэйди, привыкшая к постоянной бдительности, позволила себе расслабиться. Утром все проснулись свежими и отдохнувшими — воздух был чистым, пахло хвоей и росой.

Все вышли во двор. Солнце уже поднялось, и утро обещало быть тёплым. Каспер посмотрел на пустое место рядом с домом и поднял руку. Через секунду в земле появился бассейн — аккуратный, с чистой голубой водой, как будто всегда там стоял. Каспер довольно улыбнулся и первым прыгнул в воду, подняв фонтан брызг.

Руби зашла в воду почти сразу, с наслаждением погружаясь в прохладу. Скэйди сидела на краю и наблюдала, но через пару минут, любопытство взяло верх, и она тоже зашла в воду, принюхиваясь, будто пытаясь понять, что это за стихия. Битти с разбегу прыгнула в бассейн, подняв тучу брызг и окатив всех вокруг. Проводник стоял на краю, раздумывая, но Битти потянула его за руку, и он с визгом свалился в воду.

Все смеялись и плескались, как будто не было ни боли, ни битв, ни потерь. Просто утро, лес и бассейн. И это было хорошо.

Каспер вылез из бассейна, отряхнулся и, усмехнувшись, поднял руку. В воздухе начало материализовываться что-то большое, синее, с ярким триггером — огромный водяной пистолет, явно переделанный под его вкус. Он направил его на всех присутствующих и с довольной ухмылкой нажал на спуск. Струя ледяной воды ударила прямо в спину Руби. Она дёрнулась и обернулась с округлившимися глазами, а Каспер уже перевёл пистолет на Скэйди, потом на Битти. Вода была такой холодной, что Битти взвизгнула и начала уворачиваться.

— Ах ты! — крикнула она и в ответ плеснула в него ладонью, но Каспер был быстрее. Он окатил и Проводника, который только что вылез из воды и теперь стоял мокрый с головы до ног.

Все начали гоняться за ним, пытаясь отобрать пистолет, но Каспер ловко уворачивался, смеясь и продолжая поливать всех ледяными струями.

Руби, ловко увернувшись от очередной струи, подскочила к Касперу сбоку, выхватила пистолет из его рук и, не теряя ни секунды, направила на него. Каспер только успел открыть рот, как ледяная струя ударила ему прямо в грудь. Он взвизгнул.

— Ай! Холодно! — закричал он, пытаясь прикрыться руками, но Руби не останавливалась. Она гналась за ним по всему двору, поливая его без остановки, пока он бегал вокруг бассейна, визжа как девочка.

— Сдаюсь! Сдаюсь! — заорал он, падая на траву и закрывая лицо.

Руби остановилась, довольно ухмыльнулась и кинула пистолет в сторону. Каспер лежал мокрый, дрожащий, с обиженным видом, но на его губах всё равно играла улыбка. Битти хохотала, Скэйди ухмылялась, Проводник качал головой, а Руби, стоя над Каспером, спокойно сказала:

— Не связывайся с теми, кто умнее.

— Это война! — крикнула Битти, и начался настоящий водный хаос, смех и визги, которые разносились по лесу далеко вокруг.

День пролетел незаметно. Все устали, накупались, наелись шашлыков и разошлись по комнатам. В доме стало тихо, только за окнами шелестел лес. Поздно ночью Проводник проснулся от жажды. Он встал, прошёл на кухню, налил воды. Возвращаясь, он задел локтем картину, висевшую в коридоре. Картина упала, и за ней открылась небольшая ниша, в которой лежал странный предмет — старый, покрытый резьбой, с тускло поблёскивающими камнями. Проводник нагнулся, поднял его. Осмотрел со всех сторон.

— Странно... артефакт, что ли... — пробормотал он.

Взял его в руки. Покрутил. Потом случайно нажал на один из камней. Артефакт начал тихо пищать. Писк становился всё громче и чаще. Дверь скрипнула — на шум вышла Руби с топором в руках. Она посмотрела на проводника, потом на пищащий предмет в его руках, и её глаза расширились.

— Ты что, дурак совсем?! Это же бомба!

Проводник побледнел и чуть не выронил предмет.

— Я... я думал, это артефакт! Я впервые бомбу в жизни вижу!

Руби выхватила у него предмет и крикнула:

— Буди всех! Быстро!

Через минуту все выбежали на улицу, кто в чём был. Они остановились на безопасном расстоянии, и на их глазах дом взорвался. Грохот разорвал ночную тишину, вверх взметнулось пламя. Проводник стоял, глядя на горящие обломки, и тихо сказал:

Ну и отдых...

Была глубокая ночь. Вокруг горели обломки дома, в воздухе пахло дымом и гарью. Все стояли на траве в пижамах и мокрых после бассейна вещах, глядя на то, что осталось от их уютного убежища.

— Ну и что теперь? — спросила Битти, поёжившись от ночного ветра.

Проводник виновато опустил голову.

— Простите...

Руби молча смотрела на огонь, потом подняла глаза на пустую дорогу.

— Придётся возвращаться в город. Пешком.

— Снова? — простонал Каспер, прижимая к себе последнее мороженое.

— Мы ещё поспим на ходу, — сказала Скэйди.

Они вздохнули, собрались и двинулись в темноту по дороге, ведущей обратно. В ночной тишине слышались только шаги и редкие фразы. Проводник плёлся позади всех и, вздохнув, тихо сказал себе под нос:

— Ну и денёк...

Битти шла впереди, но заметила, что Проводник начал отставать и почти плёлся с закрытыми глазами. Она подошла к нему, без лишних слов подхватила на руки и понесла дальше, будто он весил как перышко.

Проводник от неожиданности открыл глаза и начал дёргаться:

— Битти! Что ты делаешь?! Поставь меня!

— Ты устал и отстаёшь, — спокойно ответила она. — Так мы быстрее дойдём.

Проводник покраснел, но перестал вырываться и тихо пробормотал, чувствуя себя неловко перед всеми:

— Я сам могу идти...

— Не можешь, — отрезала Битти и пошла дальше, не обращая внимания на его смущение.

Руби усмехнулась, Скэйди хмыкнула, а Каспер устало потянулся за очередной порцией мороженого.

Когда наконец добрались до квартиры, сил не осталось ни у кого. Все были грязные, уставшие и сонные. Проводник открыл дверь, и все молча зашли внутрь, разулись и пошли по комнатам, даже не переговариваясь. Битти упала на кровать, даже не сняв куртку, Каспер рухнул на диван и мгновенно уснул. Скэйди без слов ушла в угол, свернулась клубком. Руби молча прошла в комнату, упала на кровать и закрыла глаза.

Проводник остался стоять в коридоре, посмотрел на закрытые двери, потом на потолок, и тихо сказал сам себе:

— Ну и денёк...

В доме было тихо.

Глава 20:загадочная вечеринка

На утро Проводник проснулся от того, что телефон завибрировал. Он потёр глаза, посмотрел на экран — пришло сообщение с незнакомого номера. Текст был коротким: «Приглашаем тебя и твоих друзей на вечеринку сегодня вечером. Приходите, будет весело. Без оружия». Проводник уставился на экран и несколько раз перечитал. Вечеринка? Анонимно? Без оружия? Что-то тут было нечисто. Когда все проснулись и вышли на кухню, он показал им телефон.

— Нам пришло приглашение на вечеринку. От неизвестного номера.

Битти нахмурилась, Каспер задумчиво облизнул мороженое, Скэйди прищурилась. А Руби взяла телефон, прочитала и ухмыльнулась:

— Прикольно. Давайте пойдём.

Все удивлённо посмотрели на неё. Проводник приподнял бровь:

— Ты серьёзно? Это же явно подстава.

Руби пожала плечами:

— Тем интереснее. Если кто-то хочет нас развлечь, почему бы не посмотреть, что они придумали? Да и как мы можем отказаться от такого приглашения?

Проводник ещё раз посмотрел на экран, вздохнул и, пожав плечами, сказал:

— Ну ладно... раз все согласны.

День прошёл в ожидании. Кто-то пытался вздремнуть, кто-то просто сидел и смотрел в стену, а Руби даже пару раз проверила свой топор, но потом вспомнила про «без оружия» и нехотя оставила его дома.

Когда вечер наконец наступил, они оделись, вышли из квартиры и отправились по адресу, указанному в сообщении. Место оказалось большим старым особняком на окраине города, вокруг горели фонарики, слышалась музыка. Кто-то явно подготовился. Руби, Битти, Каспер, Скэйди и Проводник остановились у входа и переглянулись. Внутри что-то ждало их.

— Ну что, — сказал Проводник. — Идём?

Руби ухмыльнулась и первой шагнула вперёд:

— Конечно. Веселье начинается.

Когда они вошли в особняк, их встретила девушка. Она была одета строго: чёрный костюм, красный галстук, чёрные туфли на каблуках. В руках она держала бокал с чем-то прозрачным и смотрела на них с лёгкой улыбкой.

— Добрый вечер, — сказала она, — это я вам отправила приглашение.

Битти нахмурилась и, уперев руки в бока, спросила:

— А откуда вы вообще нас знаете?

Девушка усмехнулась, сделала глоток и, посмотрев на них с лёгкой насмешкой, ответила:

— Ха, да вас весь город знает! Вы сейчас в сети самые популярные. Особенно после того дня добрых дел, который устроила твоя подружка. Кстати, передаю привет — всё, что ты сделала, разлетелось по интернету за пару часов.

Все переглянулись. Руби на мгновение задумалась, потом ухмыльнулась и пожала плечами.

— Ну, я же старалась для людей.

Девушка рассмеялась и пригласила их пройти внутрь. Где-то в глубине особняка играла музыка, раздавались голоса и смех.

Когда они прошли в большой зал, их встретил шум голосов, смех и ритмичная музыка. В центре зала люди танцевали, двигаясь в такт песне Ивана Дорна. Огни мерцали, на столах стояли напитки и закуски, в воздухе витал запах духов и веселья.

Битти с любопытством огляделась, Каспер задумчиво посмотрел на танцующих, Скэйди стояла с лёгкой ухмылкой, а Проводник растерянно моргнул.

— Я такого не ожидал, — сказал он, перекрикивая музыку.

Руби подошла к столу, взяла бокал, отпила, оглядела толпу и одобрительно кивнула:

— Неплохо. Я думала будет засада, а тут просто танцуют.

Всё шло как на обычной вечеринке: музыка, танцы, смех, люди вокруг. Но Скэйди чувствовала, что что-то не так. Она не танцевала, просто стояла у стены и наблюдала. Её взгляд скользил по лицам, по движениям, по тому, как люди слишком синхронно реагировали на музыку. Вдруг музыка резко остановилась. Все, кто танцевал, словно по команде, разошлись в стороны и замерли. Они не выглядели удивлёнными — будто ждали этого момента. Из полумрака вышла та самая девушка в чёрном костюме. Она подошла к центру зала, окинула их взглядом и сказала:

— Это не вечеринка. Я пригласила вас по другой причине. Вы мне нужны для одного дела.

Битти нахмурилась и сжала кулаки. Каспер убрал мороженое. Скэйди встала в стойку. Руби сделала шаг вперёд и улыбнулась:

— Ну, наконец-то начинается самое интересное.

Девушка сделала ещё один шаг вперёд, обвела взглядом всех присутствующих и спокойно продолжила:

— Я видела, на что вы способны. По сети, по новостям, по слухам. Вы не совсем обычные люди. У вас есть способности, которые никто из присутствующих здесь не может повторить. И вы умеете убивать — профессионально, чисто и без лишних вопросов.

Она помолчала, давая им переварить её слова, затем наклонила голову набок и добавила:

— Именно такие люди мне и нужны.

Битти нахмурилась, Руби довольно усмехнулась, Каспер поднял бровь, а Проводник сглотнул и сделал шаг назад.

— И что же это за дело? — спросила Руби, лениво засовывая руки в карманы.

Девушка улыбнулась и ответила:

— Это долгая история. Но если вы согласитесь — вам будет интересно.

Девушка сделала паузу и, глядя прямо на Руби, сказала:

— Я знаю, что вы не из нашего мира. И знаю, что ваш мир больше не существует.

На мгновение повисла тишина. Руби перестала улыбаться, её глаза сузились. Она сделала шаг к девушке, положила руку на пояс и медленно спросила:

— Откуда ты вообще про это знаешь?

Девушка спокойно выдержала её взгляд, слегка наклонила голову и с лёгкой усмешкой ответила:

— За вашей квартирой всё это время следили. Я знаю всё. Когда вы приходили, когда уходили, с кем встречались, кого убивали. Я знаю о ваших друзьях, о ваших способностях. Я знаю, что вы не просто случайная банда. Я знаю о вас всё.

Руби медленно убрала руку и усмехнулась, но в глазах мелькнул холод:

— Значит, ты следила за нами. А теперь решила пригласить нас на чай и рассказать это прямо в лицо? Хочешь что-то взамен?

Девушка улыбнулась:

— Я хочу вам кое-что предложить. Такое, от чего вы не сможете отказаться.

Девушка улыбнулась:

— Если вы выполните мою работу — я познакомлю вас с человеком. Точнее, он не человек. Он — древнее божество, которое может создавать миры.

Все замерли. Проводник шагнул вперёд и нахмурился:

— Погоди... то есть ты хочешь сказать, что на Земле тоже есть боги? Я думал, это всё сказки...

Девушка усмехнулась и ответила:

— Конечно, есть. И их не меньше, чем в том мире, откуда ты пришла. Просто здесь они не показываются. Они давно научились скрываться. Некоторые живут среди людей. Некоторые — за пределами этого мира. Но они существуют.

Она перевела взгляд на Руби:

— И один из них готов встретиться с тобой. Если ты выполнишь мою работу.

Руби ухмыльнулась, скрестила руки на груди и спросила:

— И что за работа?

Девушка сделала шаг ближе, понизила голос и сказала:

— Нужно убить одного человека. Он управляет целой организацией по охоте на богов. У него сотни наёмников с особым оружием. Они убивают богов, забирают их жизненную силу — и продают её на чёрном рынке. Тени, энергия, бессмертие — всё это можно купить. И этот человек — глава всей этой сети.

Руби перестала ухмыляться. Битти присвистнула. Проводник открыл рот, потом закрыл. Каспер замер с мороженым в руке. Скэйди напряглась.

— И ты хочешь, чтобы мы его убили? — спросила Руби.

Девушка кивнула:

— Вы — единственные, кто сможет это сделать. Вы не боитесь смерти, у вас есть навыки, и вы не из этого мира. Для них вы — как призраки. Они не знают, как вас остановить.

Руби усмехнулась, сжала кулак и посмотрела на девушку с холодным блеском в глазах:

— А ты не боишься, что я передумаю и убью тебя прямо сейчас?

Девушка улыбнулась:

— Если бы я боялась — я бы не стояла перед вами одна.

Руби задумалась. Она посмотрела на девушку, потом на своих друзей, затем снова на неё.

— Допустим, мы выполним эту работу. Тогда мы сможем встретиться с этим… могущественным богом. Но зачем нам это?

Девушка улыбнулась, скрестила руки и ответила:

— Он может сделать всё, что угодно. Абсолютно всё. Хотите — попросите, чтобы ваша вселенная никогда не существовала. И она исчезнет. Хотите — чтобы кто-то воскрес. Или чтобы вы стали сильнее всех богов вместе взятых.

Битти шагнула вперёд и нахмурилась:

— Тогда зачем ты сама не попросила его убить этого человека?

Девушка усмехнулась и покачала головой:

— Обычные люди не могут с ним общаться. Только те, кто из иных миров, способны пройти к нему. А таких, как вы, на Земле почти не осталось.

В зале повисла тишина. Руби переглянулась с Битти, Каспером и Проводником. Скэйди молчала, но внимательно слушала.

Руби пожала плечами и с лёгкой ухмылкой сказала:

— Ну ладно. Мы убьём этого типа. Звучит интереснее, чем сидеть дома и смотреть 2x2.

Девушка довольно улыбнулась, поправила галстук и кивнула:

— Отлично. Завтра твой друг получит координаты по смс. Когда вы убьёте этого человека — я об этом узнаю. И тогда я покажу вам, где находится божество.

Она развернулась, сделала пару шагов, но остановилась и через плечо добавила:

— И ещё… будьте осторожны. Эти наёмники знают, как убивать необычных людей. Не дайте им поймать себя.

Она исчезла в полумраке зала.

Битти посмотрела на Руби:

— Ну и дела…

Проводник стоял с телефоном в руке, глядя на экран, как будто координаты уже пришли. Каспер задумчиво облизнул мороженое и сказал:

— Интересно, а это божество умеет создавать новые сорта мороженого?

Все улыбнулись, даже Скэйди.

— Пошли домой, — сказала Руби. — Завтра будет работа.

Когда они вернулись домой, все расселись по своим местам. В квартире было тихо, только слышалось тиканье часов и редкие звуки с улицы. Каждый думал о своём. Каспер нарушил молчание первым:

— Я точно знаю, что пожелаю у этого божества. Хочу создавать все сорта мороженого, а не только ванильное. Представляете: клубничное, шоколадное, фисташковое, банановое... бесконечность!

Все улыбнулись. Потом Руби откинулась на спинку дивана и, глядя в потолок, тихо сказала:

— А я... пожелаю, чтобы книга «Руби!» стала популярной.

На мгновение повисла тишина. Все уставились на неё. Битти нахмурилась, Каспер приподнял бровь, Проводник сел ровнее, а Скэйди с любопытством наклонила голову.

— Какая ещё книга? — спросила Битти.

Руби на мгновение замялась, потом махнула рукой и буркнула:

— Да так... забудьте. Это я так, к слову.

Она взяла пульт и включила телевизор. Все переглянулись, но никто не стал расспрашивать дальше. Просто сидели и смотрели на экран, а каждый думал о своём.

Битти улыбнулась и, глядя на Проводника, сказала:

— А я пожелаю, чтобы Проводник больше не смущался.

Проводник тут же выпрямился и, стараясь выглядеть уверенно, возмущённо ответил:

— Я вообще ни разу не смущаюсь!

Битти с лёгкой улыбкой взяла его за руку и посмотрела прямо в глаза. Проводник тут же замялся, покраснел и опустил взгляд. Битти усмехнулась и, не отпуская его руки, добавила:

— Ну конечно. Совсем не смущаешься.

Все засмеялись. Проводник попытался что-то возразить, но только махнул рукой и тоже улыбнулся, чувствуя, что его смущение уже не скрыть.

— Ладно, — сказал он тихо, сдаваясь.

Руби хмыкнула и, глядя на них, покачала головой с лёгкой улыбкой.

Глава 21:мягкая посадка

Утром Проводник проснулся от звука уведомления на телефоне. Он потёр глаза, взял телефон и увидел сообщение от той самой девушки. В нём были координаты. Он открыл карту, увеличил и чуть не выронил телефон. Место находилось на другом конце полушария. Проводник несколько раз перечитал, потом написал: «Мы что, пешком туда пойдём? Или как вообще добираться?»

Через минуту пришёл ответ: «Я оплатила вам билеты на самолёт. Вылет завтра утром. Так что не беспокойтесь, я всё продумала».

Проводник выдохнул, посмотрел на телефон и невольно улыбнулся. Он вышел на кухню и, глядя на всех, сказал:

— Ну что, команда. У нас билеты на самолёт. Завтра вылетаем на другой конец мира.

Руби, уже сидевшая с чашкой кофе, ухмыльнулась.

— Ну наконец-то. А то я уже начала скучать.

День пролетел незаметно. Сборы были быстрыми — у кого-то рюкзак, у кого-то топор, у Каспера запас мороженого в специальной сумке. На следующее утро они вышли из дома и направились в аэропорт. Проводник снова объяснял, что машины у него нет, так что придётся идти пешком или на автобусе. Все спорили, но в итоге доехали на маршрутке до аэропорта.

Когда они зашли в здание аэровокзала, их встретили стеклянные стены, эскалаторы, табло с рейсами, гул голосов и запах кофе. Руби остановилась и уставилась на самолёт, видневшийся за стеклом.

— Он такой... большой, — сказала она.

Битти присвистнула.

— Он что, правда летает?

Каспер заворожённо смотрел на взлётную полосу, забыв про мороженое.

Скэйди стояла молча, но её взгляд был таким же, как у остальных.

Проводник усмехнулся и поднял руку к табло:

— Вы ещё не видели, как он взлетает. Пошли, нам на регистрацию.

Когда они подошли к металлодетектору, всё шло гладко. Проводник прошёл первым, за ним Скэйди. Но когда очередь дошла до Руби, Битти и Каспера, металлодетектор взвыл так громко, что все вокруг обернулись. Руби стояла с невозмутимым лицом, но охранник уже подходил к ней. Она положила на ленту топор, потом нож, потом ещё один нож, потом дробовик, потом пистолет, потом кастеты, потом второй топор. Охранник расширил глаза и тихо спросил:

— Вы что, на войну собрались?

Руби улыбнулась:

— А разве нет?

За ней подошла Битти. Из её сумки и карманов выпало несколько клинков, бита, пару метательных ножей и маленький топорик.

— Безопасность превыше всего, — сказала она.

Когда очередь дошла до Каспера, он подошёл к детектору с пустыми руками. Металлодетектор не пискнул.

— Проходите, — сказал охранник.

Каспер сделал шаг и вдруг остановился, поднял руку. В его ладони из ниоткуда появился большой кухонный нож. Он положил его в корзину и обаятельно улыбнулся охраннику:

— Чисто случайно.

Охранник устало выдохнул и, махнув рукой, пропустил их.

Проводник стоял с бледным лицом, держал голову руками и уже мысленно готовил объяснения.

Наконец они прошли все проверки, забрали оружие и сели в самолёт. Внутри было тесно, пахло пластиком и кондиционером. Пассажиры рассаживались, стюардессы показывали, как застёгивать ремни.

Битти сразу же плюхнулась на место рядом с Проводником, улыбнулась и похлопала по соседнему креслу:

— Садись, не бойся.

Проводник сел, стараясь не смотреть на её довольное лицо.

Скэйди молча села рядом с Каспером, устроилась в кресле и, прищурившись, стала разглядывать иллюминатор.

Каспер уже достал мороженое.

— Холодное, — сказал он, глядя на кондиционер. — Всё правильно.

Руби устроилась позади всех, у иллюминатора, положила ногу на ногу и молча смотрела, как за окном суетятся работники аэропорта.

Проводник оглянулся и спросил:

— Ну что, летим?

— Летим, — ответила Руби с лёгкой улыбкой.

Когда самолёт начал разгоняться по взлётной полосе, Руби, Битти, Каспер и Скэйди одновременно напряглись. Все они смотрели в иллюминаторы, провожая взглядом убегающую землю. А когда самолёт оторвался от земли и начал подниматься, Руби вцепилась в подлокотники, Битти зажмурилась, Каспер замер с мороженым у рта, а Скэйди прижала уши к голове, будто ожидала удара. Только Проводник сидел спокойно, смотрел в окно и улыбался, наслаждаясь видом. Он повернулся к ним и, перекрикивая шум двигателей, сказал:

— Всё нормально, это просто взлёт.

— А ты не боишься, что мы упадём?! — спросила Битти, не открывая глаз.

Проводник улыбнулся и пожал плечами:

— У меня слишком много дел, чтобы умирать.

Все переглянулись, но страх не прошёл.

Самолёт набрал высоту, и за окном раскинулось бескрайнее голубое небо. Вроде всё было спокойно — двигатели гудели ровно, стюардессы разносили напитки, пассажиры читали или смотрели в окна. Но внутри всё ещё было тревожно. Битти, которая старалась казаться смелой, всё же сильнее прижалась к Проводнику, уткнувшись носом ему в плечо. Она не говорила ни слова, просто держалась за его руку, будто ища опору.

Проводник, чувствуя её напряжение, осторожно обнял её за плечи и тихо сказал:

— Всё хорошо, мы летим.

Скэйди, сидевшая рядом с Каспером, тоже пододвинулась ближе — она не прижималась, но её взгляд был настороженным, а рука сама собой легла на подлокотник, касаясь плеча Каспера. Тот удивлённо покосился на неё, но промолчал, лишь чуть заметно улыбнувшись.

Руби сидела позади всех и спокойно закрыла глаза, глубоко вздохнула и представила, что она на земле — просто идёт по траве, под ногами мягкая земля, солнце светит в лицо. Она улыбнулась этому образу и почувствовала, как напряжение отпускает её. И пока самолёт нёс их вдаль, каждый справлялся по-своему.

Когда самолёт набрал высоту и всё немного успокоилось, к Касперу подошла стюардесса с доброжелательной улыбкой:

— Добрый день! Желаете что-нибудь? Воду, чай, сок?

Каспер повернулся к ней, на мгновение задумался и, не говоря ни слова, поднял руку. В его ладони появился рожок мороженого — ванильный, ровный, без единой капли. Он улыбнулся стюардессе и вежливо сказал:

— Нет, спасибо. У меня всё есть.

Стюардесса застыла. Она перевела взгляд с его пустой руки на мороженое и обратно, потом тихо спросила:

— А как... как у вас в руке появилось мороженое?

Каспер облизнул его, спокойно посмотрел на неё и с лёгкой загадочной улыбкой ответил:

— Магия.

Стюардесса открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала и, выдавив нервную улыбку, пошла дальше, время от времени оглядываясь. Каспер довольно откусил кусочек мороженого.

Руби сидела позади и тихо усмехнулась. Битти покачала головой. Проводник просто закрыл лицо ладонями, вздыхая.

В самолёте было довольно много людей. Кто-то спал, кто-то читал, кто-то смотрел в окно. Всё было спокойно. Каспер доедал мороженое, Битти сидела у плеча Проводника, Руби дремала с закрытыми глазами, Скэйди смотрела в иллюминатор. Но вдруг раздался гул, снаружи промелькнула вспышка, и в корпус самолёта что-то врезалось с огромной силой. Самолёт тряхнуло так, что людей подбросило в креслах, загорелись сигналы тревоги, и через секунду левую часть салона разорвало на части. Ракета. Мясорубка началась мгновенно. Взрывной волной отбросило нескольких пассажиров, их тела разорвало в клочья. Кровь залила кресла, стены и проходы. Крики ужаса смешались с рёвом двигателей и грохотом разрушающегося металла. Кто-то пытался выбраться из кресел, кто-то просто смотрел на свои раны, не понимая, что произошло.

Часть обломков попала в двигатель, и из него вырвалось пламя. Небо за окнами озарилось багровым светом, и самолёт начал резко крениться вниз. Внутри всё летело в разные стороны — сумки, люди, обломки кресел. Руби открыла глаза, схватила топор, который каким-то чудом держала под ногами, и крикнула:

— Все целы?!

Битти уже держала биту, Каспер создал клинок, Скэйди молча встала, вцепившись в спинку кресла, а Проводник бледный, но держался за сиденье, пытаясь не упасть.

— Он падает! — крикнул кто-то из пассажиров.

— Тогда нам нужно выбираться! — ответила Руби, глядя в разорванный борт.

Каспер, не теряя ни секунды, поднял руку — и в воздухе начали появляться парашюты. Один за другим они материализовались у него в руках, и он быстро раздал их всем: Руби, Битти, Скэйди, Проводнику и себе. Они успели застегнуть лямки, пока самолёт содрогался и накренялся всё сильнее.

— Я, конечно, не знаю, куда мы приземлимся, — прокричал Каспер, перекрывая вой ветра и скрежет металла. — Но это лучше, чем разбиться вместе с этим самолётом!

Все уже были готовы. Скэйди стояла у разорванного борта, Руби сжимала топор, Битти поправила лямку и посмотрела на Проводника, который вдруг замялся и замер на месте.

— Проводник, давай! — крикнула Руби.

— Я... я... я никогда не прыгал! — выдавил он, глядя вниз, на землю, которая стремительно приближалась.

Битти подскочила к нему, схватила за плечи и, не дожидаясь ответа, сильно толкнула его в проём. Проводник с криком вылетел наружу, и Битти прыгнула за ним следом, чтобы убедиться, что у него раскрылся парашют. Остальные не стали медлить. Руби спрыгнула, за ней Скэйди, а последним, с уже пустым рожком мороженого, выпрыгнул Каспер.

Самолёт взорвался у них над головами, озаряя небо огнём, пока они медленно опускались вниз, держась за стропы.

Они летели вниз, ветер свистел в ушах, парашюты медленно раскрывались над ними. Вокруг падали обломки самолёта, куски кресел, исковерканный металл и ещё что-то... тёмное и страшное. Проводник, всё ещё не придя в себя от прыжка, пытался удержать стропы и смотрел вниз, когда вдруг с глухим звуком ему в голову прилетел чей-то оторванный фрагмент — чья-то рука в рукаве пиджака. Удар был сильным. Проводник закатил глаза и, не успев даже вскрикнуть, обмяк в стропах. Его парашют повис бесформенным куполом, а сам он болтался на стропах в полной отключке.

— Проводник! — закричала Битти, заметив это. Она начала дёргать стропы, пытаясь приблизиться к нему, но ветер относил её в сторону.

Руби крикнула снизу:

— Он жив?!

— Не знаю! — ответила Битти, не сводя глаз с повисшего тела.

Каспер, уже приземляясь, пытался разглядеть, что происходит, а Скэйди, спускавшаяся рядом, сжала кулаки и направила свой парашют в сторону Проводника.

Когда все наконец приземлились, Проводник лежал на земле с закрытыми глазами. Над его головой летали маленькие птички — буквально как в мультфильмах. Он что-то бормотал себе под нос, иногда дёргал рукой и пытался поймать одну из них, но промахивался. Каспер подошёл, наклонился, посмотрел на него и спокойно сказал:

— Ничего серьёзного. Через пару минут придёт в себя.

Руби отошла в сторону, осмотрелась. Вокруг было поле. Ровное, бесконечное, без единого ориентира. Ни деревьев, ни дорог, ни строений. Только трава и небо.

Она подошла к Проводнику, который уже начал открывать глаза, и спросила, помогая ему сесть:

— Ну что, очухался? Сколько нам идти до цели?

Проводник потёр голову, посмотрел по сторонам, потом на карту в телефоне, и, с трудом шевеля губами, выдавил:

— Примерно... двадцать дней.

Руби выдохнула и, посмотрев на бескрайнее поле, с горечью сказала:

— Вот жопа.

Глава 22:мы в полной жопе!!!

Проводник наконец пришёл в себя, потёр голову, помотал ею и поднялся на ноги.

— Живой, — сказал он. — Можно идти.

Руби уже стояла с топором на плече и смотрела на бескрайнее поле, которое простиралось вокруг.

— Ну и куда нам, умник?

Проводник открыл карту, сориентировался и показал рукой.

— Вон туда. Там должна быть трасса. Дальше по карте.

Все вздохнули и двинулись в путь. Шли молча, иногда перебрасываясь короткими фразами. Через несколько часов они наконец вышли на асфальт. Пустая трасса уходила вдаль, петляя между полей и холмов.

— Теперь нужно поймать попутку, — сказал Проводник, оглядываясь.

— А это как? — спросила Руби.

— Ну... голосуешь, и кто-нибудь останавливается.

Руби скептически посмотрела на дорогу, потом на свою руку, подняла её с топором, и на дорогу вышел мужчина с оружием, глядя на проезжающие машины.

— Как-то так? — спросила она.

Проводник опустил её руку с топором и поправил:

— Нет. Без топора. И желательно с улыбкой.

Руби нахмурилась, но убрала топор за спину, и неловко улыбнулась. Битти фыркнула. Каспер достал мороженое. Через несколько минут на дороге показалась машина.

Машина наконец остановилась. За рулём сидел пожилой мужчина с добрым лицом и в кепке. Он улыбнулся, открыл окно и спросил:

— Куда путь держите?

— Нам нужно к восточному побережью, — ответил Проводник, стараясь звучать дружелюбно.

— Садитесь, довезу до поворота.

Все быстро загрузились. Руби села на переднее сиденье, остальные разместились сзади. Водитель включил радио, завязался разговор. Всё шло спокойно. Но вдруг он, не меняя выражения лица и не сбавляя скорость, вытащил из-под сиденья гранату, выдернул чеку и, прежде чем кто-то успел среагировать, сказал:

— Извините, ребята, но вы не те, за кого себя выдаёте.

Граната упала на пол машины. Битти мгновенно среагировала — она закрыла Проводника своим телом, прижав его к сиденью, прикрывая голову руками. Каспер выставил руку вперёд, и перед ними в воздухе материализовался полупрозрачный щит, заслонивший заднюю часть салона. Взрыв. Граната разорвалась спереди, осколки и пламя ударили по машине. Руби, сидевшая спереди, получила больше всего: её отбросило, стекло разлетелось, осколки вонзились в плечо, шею и лицо. Она врезалась в лобовое стекло, и машина, потеряв управление, вылетела с трассы, перевернувшись несколько раз, и остановилась на боку.

Руби выбралась из перевёрнутой машины, отряхнулась, вытирая кровь с лица. Она была вся в осколках и пыли, но держалась на ногах. Она раздражённо оглянулась на дымящееся авто, потом на остальных, которые уже выбирались из машины, и сказала:

— Да какого хера происходит?! Сначала в самолёт ракету пульнули! Потом этот псих с гранатой! Нас точно хотят убить!

Каспер уже стоял на ногах, убирая щит, и подтвердил:

— Согласен. Это не случайность.

Проводник, держась за голову, опираясь на Битти, добавил:

— Кто-то знает, куда мы летим... и не хочет, чтобы мы туда добрались.

Руби сжала топор и посмотрела вдаль, на дорогу, которая всё ещё уходила вперёд.

— Тогда пошли быстрее. Если они знают, где мы, значит, скоро пришлют ещё кого-то. А я уже устала от сюрпризов.

Они шли несколько часов. Дорога тянулась вдоль полей, потом начали появляться дома, заборы, редкие прохожие. Наконец они вошли в небольшой городок. Тихий, почти безлюдный, с узкими улочками и старыми зданиями.

Проводник открыл телефон, сверил координаты и кивнул:

— По карте — это здесь. Где-то в центре должно быть чёрное здание.

Они двинулись дальше и вскоре увидели его. Большое, мрачное, с тёмными стёклами и массивной дверью. Оно выделялось среди остальных домов — угрюмое, тяжёлое, будто само давило на улицу.

— Это оно, — сказала Руби, останавливаясь напротив. — Там тот тип, который нам нужен.

Она положила руку на топор, и, глядя на вход, добавила:

— Ну что, пошли познакомимся?

Они зашли внутрь. В здании было тихо. Никаких наёмников, никакой охраны, только редкие сотрудники, которые спокойно проходили мимо с бумагами. Руби и её команда переглянулись, но пошли дальше — прямо в кабинет директора. Дверь была приоткрыта. Они зашли и увидели толстого мужичка в простой рубашке и с очками на носу. Он сидел за столом и что-то записывал в журнал. Увидев их, он подскочил и замер при виде оружия.

— Че за дела?! — воскликнул он.

Руби направила на него дробовик и спокойно сказала:

— Мы должны тебя убить. Ты охотишься на богов и забираешь их силу.

Мужичок замер, потом округлил глаза и выдал:

— Че за бред?! Я в этом здании малосольные огурчики произвожу! Вот, сами посмотрите!

Он махнул рукой в сторону окна. Руби подошла и заглянула внутрь. Там были цеха, линии, рабочие, банки — действительно производство малосольных огурцов. Она прищурилась, повернулась к нему:

— А почему тогда здание выглядит как чёрная крепость?

Мужичок пожал плечами:

— Какое было, такое и арендовал. Дешёво, мрачно, зато просторно.

Все переглянулись. Руби опустила дробовик.

— Вот чёрт.

Битти упёрла руки в бока и уставилась на Проводника.

— Как ты мог так ошибиться? Мы чуть не убили человека из-за огурцов!

Проводник виновато опустил голову, потёр затылок и пробормотал:

— Ну... после удара рукой у меня в глазах двоилось... и вот так получилось...

Все устало переглянулись. Руби убрала дробовик и вздохнула:

— И где теперь то здание?

Проводник снова открыл карту, повертел телефон, прищурился и показал пальцем куда-то вдаль:

— Вон там. Гораздо дальше. Километров триста отсюда.

Тишина. Каспер облизнул мороженое и тихо сказал:

— Ну, хоть не двадцать дней пешком...

Они шли по дороге. Ноги уже гудели, солнце припекало, а до нужного здания было ещё далеко. Руби остановилась, повернулась к Касперу и сказала:

— Слушай, а может, ты нам машину наколдуешь? Ну, чтобы не топать пешком до вечера.

Каспер задумался, поднял руку и сосредоточился. Через несколько секунд на дороге перед ними появилась старая, видавшая виды «Жигули» — потрёпанная, ржавая, но на колёсах. Битти уставилась на неё, приподняла бровь и сказала:

— Серьёзно? А ничего лучше не мог сделать?

Но Проводник, увидев машину, просиял, расплылся в улыбке и рванул к ней:

— Жигули!!! Это же классика!

Он погладил капот, заглянул в салон, сел за руль, и, постучав по рулю, довольно добавил:

— Да мы на такой хоть куда доедем!

Все переглянулись. Руби пожала плечами:

— Ну хоть едет. Садимся.

Они загрузились в машину, и Проводник, с довольным лицом, завёл двигатель. «Жигули» чихнула и покатилась вперёд, вздымая облако пыли.

Они ехали несколько часов. «Жигули» тряслась, скрипела, но упорно везла их вперёд. Всю дорогу Проводник был счастлив — улыбался, иногда переключал музыку на радио и даже напевал. Остальные просто сидели, молчали и ждали.

Наконец они доехали до нужных координат. Это была скрытая подземная база — неприметный вход, замаскированный под старый бетонный блок, рядом стоял одинокий фонарь. Никаких вывесок, ни души вокруг. Руби вышла из машины, подошла к двери и постучала.

Где-то внутри раздался приглушённый голос:

— Кто вы и что вам нужно?

Руби ухмыльнулась и, обернувшись на своих, громко ответила:

— Мы в гости пришли! Гостинцы принесли.

На мгновение стало тихо. Потом раздался щелчок, дверь со скрежетом приоткрылась, и изнутри раздалось:

— Заходите. Только без резких движений.

Руби шагнула вперёд, за ней остальные.

Когда они вошли, их встретили около десяти наёмников в чёрной экипировке. У каждого было странное оружие — светящиеся клинки, бластеры и какие-то устройства, похожие на артефакты. Они стояли плотной стеной и смотрели на вошедших с явным недоверием.

— Кто вы вообще? — спросил один из них, наводя оружие.

Каспер не стал ждать. Он поднял руку, и в воздухе материализовались дымовые гранаты. С тихим шипением они упали на пол, и за секунду всё помещение наполнилось густым, едким дымом. Наёмники закашлялись, пытаясь ориентироваться.

Руби шагнула вперёд, доставая топор, и громко сказала:

— Смерть!

Началась бойня. Руби пробивалась сквозь дым, круша врагов топором и дробовиком. Битти действовала битой и клинками. Каспер создал щит и клинки, отбивая атаки и нанося удары. Скэйди двигалась бесшумно, как тень, разрывая врагов когтями. Проводник отступил в угол, прикрывая голову, и просто старался не мешаться.

В дыму слышались крики, звон оружия, глухие удары и хрипы. Наёмники падали один за другим, несмотря на своё особое оружие, которое оказалось бесполезным против такой команды. Вскоре всё стихло. Дым начал рассеиваться, и на полу остались лежать только тела. Руби стояла в центре, тяжело дыша, сжимая топор, и оглядывалась.

— Всё, — сказала она. — Чисто.

Когда дым окончательно рассеялся, Руби заметила, что её плечо всё ещё кровоточило. Она посмотрела на рану — порез оказался глубже, чем она думала, и края не затягивались. Она нахмурилась, потрогала рукой, но рана и не думала заживать. Битти подошла ближе, осмотрела и нахмурилась:

— Странно. У тебя обычно быстрее затягивается. Что с тобой?

Каспер подошёл, поднёс руку, внимательно осмотрел лезвие одного из поверженных наёмников и покачал головой:

— Похоже, их оружие специально сделано против таких, как мы. Оно замедляет регенерацию и ослабляет способности. Видимо, они знали, что мы придём.

Руби выругалась сквозь зубы, перевязала рану куском ткани и, поморщившись, сказала:

— Значит, дальше будем осторожнее. И постараемся не подпускать их близко.

Все переглянулись, понимая, что теперь всё стало сложнее.

Они двинулись дальше по коридору базы. Стены были серыми, металлическими, с редкими светильниками. Ни звука, ни шагов, ни голосов. Слишком тихо. Каспер ломал камеры на каждом шагу, оставляя за собой глухие искры, а Скэйди шла бесшумно, принюхиваясь. Они прошли ещё несколько коридоров и открыли очередную дверь. Внутри оказался огромный зал. И там, в центре, стояло около сотни наёмников с точно таким же оружием — направленным прямо на них. Все молчали. Все ждали.

— Вот чёрт, — прошептал Каспер.

Первым рванул Проводник — он нырнул за ближайшую баррикаду. За ним — Руби, Битти, Каспер и Скэйди. Секунда, и весь зал заполнился звуками автоматических выстрелов, которые долбили по их укрытию. Пули, лазеры и странные энергетические заряды летели со всех сторон, разнося бетон и железо в щепки. Руби прижалась спиной к баррикаде, сжала топор и громко сказала:

— Мы в полной жопе!!!

Глава 23:перемирие пантганом

Они сидели за баррикадой. Пули и заряды продолжали долбить по укрытию, разнося бетон в крошку. Вокруг было шумно, пыльно и очень опасно. Руби сжала топор и лихорадочно соображала, что делать.

— Надо что-то придумать, — сказала она.

В этот момент Проводник вдруг высунул голову из-за баррикады и, не обращая внимания на свистящие пули, закричал:

— Эй! Мы сдаёмся! Не стреляйте! Мы выходим!

Наёмники на мгновение замешкались, огонь стих. Кто-то из них приказал:

— Выходите медленно! Руки вверх!

Проводник поднял руки и, не оглядываясь, тихо сказал остальным:

— Я попробую договориться. Просто дайте мне минуту...

Он начал переговоры. Говорил спокойно, уверенно, даже убедительно. Наёмники слушали. Перестрелка почти затихла. Они почти поверили, что те сдаются.

Но в этот момент Руби, которая сидела за баррикадой с горящими глазами, повернулась к Касперу и прошептала:

— Сделай мне «Пантган».

Каспер уставился на неё с округлившимися глазами. Он даже перестал лизать мороженое.

— Ты серьёзно?! Пантган? Это же...

— Делай, — перебила Руби. — И быстро.

Каспер вздохнул, но послушался. Поднял руку, закрыл глаза, сосредоточился. Через пару секунд в его руке материализовался небольшой, странного вида прибор — чёрный, с прицелом и странной антенной. «Пантган».

Руби схватила его, вскочила из-за укрытия, навела на толпу наёмников, которые стояли в ожидании и слушали речь Проводника, и нажала на спуск.

Один выстрел. Тишина.

А затем — все сто наёмников в одно мгновение превратились в кровавый фарш. Стены, пол, потолок — всё было залито кровью и кусками тел. Проводник застыл с поднятыми руками, стоя в центре залитого кровью зала, и медленно обернулся к Руби. Всё его лицо и одежда были покрыты багровой жижей.

Руби опустила пантган, осмотрела зал, улыбнулась и, погладив оружие, сказала:

— Ну, теперь мы точно в жопе не сидим.

Проводник стоял посреди залитого кровью зала, тяжело дыша, и смотрел на Руби с выражением полного недоумения. Он вытер лицо рукавом, сплюнул и, едва сдерживаясь, крикнул:

— Зачем ты это сделала?! Я почти договорился! Они почти нас отпускали!

Руби спокойно убрала пантган и, пожав плечами, ответила:

— Они бы нас выгнали. А нам надо вперёд.

Проводник открыл рот, чтобы возразить, но не нашёл слов. Он посмотрел на кровавое месиво, потом на Руби, потом снова на месиво и тихо сказал:

— Ты... безумная.

— Знаю, — ответила Руби с лёгкой улыбкой и пошла вперёд по коридору. — Идёмте, дальше есть работа.

Они шли по коридорам базы. Атмосфера была напряжённой. Иногда на пути попадались наёмники, но их быстро устраняли — Руби с топором, Битти с битой, Каспер с клинками, Скэйди с когтями. Но вдруг по всей базе завыла сигнализация. Красные лампы замигали, и со всех сторон начали сбегаться наёмники. Десятки, сотни — они окружили их плотным кольцом. Руби и остальные встали в круг, готовые к драке, но никто не нападал. Из толпы вышел человек. Он был в чёрном костюме, с холодным взглядом и уверенной походкой. Это был глава организации — тот самый, кого они искали. Он остановился напротив них и усмехнулся.

— Вы хотели меня убить? Смешно. У меня целая армия наёмников. Вам меня не победить.

Руби моргнула, посмотрела на топор в своей руке, потом на него, потом снова на топор. Она пожала плечами и, не говоря ни слова, швырнула топор прямо ему в голову. Глава не успел даже моргнуть. Топор вонзился ему в лоб с глухим хрустом. Он замер, пошатнулся и рухнул на пол. Все наёмники застыли в шоке.

Руби спокойно подошла к телу, вытащила топор из его головы, вытерла лезвие о его пиджак и сказала:

— Пипец ты придурок. Надо было сидеть за стальной дверью, а не выходить под прицел.

Тишина в зале была абсолютной.

Все наёмники застыли. Сотни человек, окруживших их, смотрели на тело своего главы, лежащее в луже крови. Их лица были пустыми, как будто они не верили своим глазам. Руби, Битти, Каспер, Скэйди и Проводник стояли в центре зала и смотрели, как противники медленно поднимают головы. Вдруг один из них, словно по команде, достал клинок и без колебаний полоснул себя по горлу. Он упал, захлёбываясь кровью. За ним — ещё один, потом ещё, потом десятки. Все наёмники одновременно вытащили свои клинки и перерезали себе глотки. Это было одновременно жутко и тихо: никто не кричал, никто не сопротивлялся. Через несколько секунд все они лежали мёртвыми.

Руби нахмурилась.

— Что за херня?

Каспер убрал клинок, опустил взгляд на тела и задумчиво ответил:

— Похоже, у них была клятва. Защищать главу любой ценой. Если не смогли — платят жизнью.

Битти покачала головой. Проводник сглотнул и отвернулся. Скэйди молчала, но её взгляд был тяжёлым. Руби оглядела зал, заваленный телами, и тихо сказала:

— Жёстко. Но это не наша проблема. Пошли дальше.

Все направились к выходу. Проходя по коридорам, они уже почти дошли до дверей, когда вдруг по всей базе завыла сирена. Красные лампы замигали, и громкий механический голос объявил:

— Внимание! Активирована система самоуничтожения. До взрыва — три минуты.

— Бежим!!! — крикнула Руби, и все рванули к выходу. Они мчались по коридорам, перепрыгивая через тела, уворачиваясь от падающих обломков. Проводник споткнулся, но Битти подхватила его на лету. Каспер создал щит, прикрывая от падающих конструкций. Скэйди бежала бесшумно, как тень, не сбавляя шага.

Они вылетели наружу за секунду до того, как база взорвалась. Огромный столб пламени взметнулся в небо, и земля задрожала. Все упали на землю, прикрывая головы. Через минуту, когда стихло, Проводник поднялся, отряхнулся и тут же почувствовал вибрацию телефона. Это была та самая девушка. Он поднёс трубку к уху, и в ней раздался её голос:

— Я знаю, что вы убили главу.

Проводник нахмурился и переглянулся с остальными.

— Да откуда вы знаете?! Мы его пять минут назад убили!

Из трубки донёсся лёгкий смех:

— Секрет фирмы.

Руби выхватила телефон и крикнула:

— Я убила!

Проводник забрал телефон и тихо сказал в трубку:

— Неважно. Мы сделали, что вы просили.

— Отлично, — ответила девушка. — Я скоро свяжусь с вами с координатами места, где ждёт божество. Отдыхайте пока.

Связь оборвалась.

Битти обернулась к Касперу, потирая живот:

— Каспер, надо перекусить. Я жутко голодная.

Каспер кивнул и, не говоря ни слова, поднял руку. В воздухе начал появляться мангал — железный, компактный, с уже тлеющими углями. А сверху на решётке аккуратно лежали сосиски, шипящие и источающие аппетитный запах. Все переглянулись, но без лишних слов сели вокруг импровизированного ужина.

Проводник смотрел на них с полным недоумением.

— Ёмаё... вы все в крови. Только что чуть не сдохли. База взорвалась. А вы спокойно едите сосиски?!

Руби откусила кусок сосиски и, жуя, ответила:

— Да.

Проводник открыл рот, закрыл, потом тяжело вздохнул, подошёл, взял одну сосиску и, глядя на них, сказал:

— Я не понимаю вас... но запах отличный.

Все сидели у мангала, жевали сосиски и молча смотрели на дым от взорванной базы вдалеке. Вокруг были развалины, тела, пыль, а они просто ели и никуда не спешили.

Проводник сидел с сосиской в руке, когда телефон завибрировал. Он взглянул на экран, прожевал, открыл сообщение, и его глаза округлились ещё больше, чем когда он увидел труп главы. Он медленно опустил сосиску и, глядя в телефон, произнёс:

— Ну всё... Мы приехали.

— Что там? — спросила Руби, жуя.

Проводник перевёл взгляд на них и сказал:

— Координаты, где находится божество. Оно на другом конце полушария.

Тишина повисла в воздухе. Руби перестала жевать. Битти замерла с сосиской у рта. Каспер уронил мороженое. Даже Скэйди, которая молча жевала мясо, подняла глаза. А затем все четверо, глядя друг на друга, одновременно сказали:

— Вот жопа!!!

Проводник вздохнул, убрал телефон в карман и взял сосиску обратно.

— Я так и знал, что это не конец.

Все были злые. Снова лететь на другой конец света. Снова аэропорт, самолёт, проверки, тряска, риск. И теперь без помощи той девушки, которая в прошлый раз оплатила им билеты. Придётся добираться своими силами — как получится.

— Да какого хера нам так не везёт? — буркнула Битти, откидываясь на траву.

— Потому что мы притягиваем неприятности, — ответил Каспер, облизывая мороженое.

Руби молчала, но её взгляд был тяжёлым. Скэйди просто сидела и смотрела на горящие обломки базы, которая продолжала догорать и давала мягкое тепло.

Было уже темно. Небо укрылось звёздами, ветер стих. Усталость взяла своё. Кто-то лёг прямо на землю, кто-то привалился к обломку, кто-то просто сел, обхватив колени.

Проводник вздохнул, лёг на спину и, глядя в небо, сказал:

— Завтра разберёмся... а сейчас давайте просто поспим.

Все разом замолчали. Только треск огня и тишина. База догорала, давая им тепло и слабый свет. Через несколько минут все уже спали — уставшие, злые, но живые.

Глава 24:пьяный бог

Утром все проснулись. Солнце уже поднялось, база догорела, и в воздухе пахло пеплом. Все сидели на траве и молчали, пока Проводник не нарушил тишину:

— Самый быстрый вариант — снова самолёт.

Все тут же закричали в один голос:

— НЕТ!!!

Проводник вздохнул и почесал затылок.

— Ладно, тогда думайте сами, как нам добраться.

Руби сидела с топором на коленях и смотрела вдаль. Битти крутила биту, Каспер лизал мороженое, Скэйди сидела и просто смотрела в небо. Тишина.

— Может, поезд? — предложил Проводник.

— Долго, — ответила Битти.

— Автобус?

— Ещё дольше.

— Корабль?

— А там вообще море есть? — спросила Руби.

Проводник замолчал. Все снова задумались.

Проводник вдруг подскочил и хлопнул себя по лбу:

— Стоп! А какого хера мы мучаемся?! Скэйди и Каспер умеют создавать порталы! Сделайте портал — и мы будем на месте!

Все замерли. Битти медленно перевела взгляд на Каспера и Скэйди, потом на Проводника, потом снова на них. Она сжала биту и сказала:

— А какого хера мы раньше так не сделали?! Когда добирались сюда, когда летели на самолёте, когда нас взрывали, когда мы по полям шли?!

Руби закатила глаза, пожала плечами и спокойно ответила:

— Потому что автор дурачок и забыл про способности Каспера и Скэйди.

Все переглянулись. Битти нахмурилась.

— Какой ещё автор?

Руби на мгновение замялась, потом махнула рукой и отвернулась:

— Ой, да вам послышалось. Пошли уже, портал открывайте.

Каспер и Скэйди переглянулись, но ничего не сказали. Каспер поднял руку, сосредоточился, и в воздухе с тихим шипением открылся портал. Светящийся, тёплый, ведущий прямо к их дому.

— Ну всё, — сказал Каспер. — Добро пожаловать домой.

Все шагнули в портал.

Проводник шагнул из портала, оглянулся на знакомые стены и с облегчением выдохнул:

— Наконец-то дом!

Все сразу же расслабились. Битти бросила биту в угол, Каспер создал мороженое, Руби сняла топор и поставила у двери. Скэйди молча прошла к окну и выглянула на улицу. Все были дома. Но ненадолго.

Каспер, облизнув мороженое, спросил:

— Так, а где это божество?

Проводник открыл телефон, сверил координаты и ответил:

— Оно довольно близко. В каком-то баре. Обычном, но с необычной атмосферой, судя по карте.

Руби, которая уже успела забраться на диван и включить телевизор, лениво махнула рукой:

— Давайте пойдём туда позже. У нас есть время, я хочу отдохнуть. Хотя бы пару часов посидеть в тишине.

Все переглянулись, но никто не возразил. После всего, что было, тишина и дом казались настоящим сокровищем. Каспер уже налил себе воды, Битти села рядом с Проводником, а Скэйди отошла в угол и закрыла глаза.

— Через пару часов двинемся, — сказал Проводник и тоже откинулся на спинку дивана.

Через пару часов все собрались. Каспер доел мороженое, Битти поправила куртку, Проводник проверил телефон с координатами, Скэйди молча встала у двери. Руби подхватила топор и сказала:

— Ну всё, пошли.

Дорога была короткой. Через несколько минут они остановились у старого, знакомого бара. Руби узнала его сразу — та самая вывеска, те же ступеньки, та же дверь. Она вошла первой, и, увидев бармена, улыбнулась и помахала ему рукой:

— Привет! Помнишь меня?

Бармен на мгновение замер, пригляделся, потом широко улыбнулся:

— Руби?! Ты та самая, что с потолка упала! Как ты?

— Жива, как видишь, — ответила Руби, подходя к стойке. — Мы по делу, но заодно и заглянули.

Она повернулась к остальным, которые стояли у входа, и тихо сказала:

— Добро пожаловать в место, где началась моя жизнь в этом мире.

Все переглянулись, а Проводник, оглядываясь по сторонам, добавил:

— Ну и история у тебя, Руби.

Руби улыбнулась, облокотилась на стойку и спросила:

— Слушай, говорят, в этом баре какое-то божество обитает. Правда?

Бармен вытер стакан, на мгновение задумался, потом честно ответил:

— Да, есть такое. Оно тут уже почти год как поселилось. В подвале сидит.

— В подвале? — удивился Каспер.

— Ага. Только оно невидимое, но говорить умеет. Я сам с ним пару раз говорил. Нормальное такое божество, только пиво любит. Вчера, например, шесть литров выпило. — Бармен пожал плечами. — Я даже не знаю, как оно пьёт, если его не видно. Но бутылки пустые остаются.

Все переглянулись. Руби хмыкнула, повернулась к остальным и сказала:

— Ну что, спустимся в подвал?

Проводник сглотнул:

— Ты серьёзно?

— А ты боишься невидимого пьяного бога? — усмехнулась Руби и направилась к двери в подвал.

Когда они спустились в подвал, в нос ударил запах старого дерева, пыли и пива. В углу, на старом диване, сидело божество. Длинная седая борода закрывала почти всё тело, делая его видимым лишь для тех, кто был из иных миров. Оно сидело с бутылкой в руке и смотрело на них с удивлением.

— Емае! — воскликнуло божество, поперхнувшись пивом. — Вы что... вы меня видите?!

Руби шагнула вперёд и ухмыльнулась:

— Ещё как. И ты должен нам желание.

Божество уставилось на неё, потом перевело взгляд на остальных — Битти, Каспера, Скэйди и Проводника. Оно поставило бутылку, поправило бороду и пробормотало:

— Ну, приплыли... Я думал, вы меня не заметите. Ладно, раз пришли — говорите, что хотите. Только не долго, я тут пиво пью.

Руби прищурилась и, обведя взглядом подвал, сказала:

— Так ты типа как джинн? И у нас три желания?

Божество поперхнулось пивом, уставилось на неё и возмущённо выдало:

— Какой нафиг джинн?! Я вам что, персонаж из диснея?! Я бог! Настоящий, древний, могущественный! Я могу что угодно, понятно?!

Оно встало, поправило бороду, которая всё ещё прикрывала его тело, и гордо выпрямилось.

— Захотите — создам вам новую вселенную. Захотите — воскрешу мёртвых. Захотите — сделаю так, что вы никогда не будете знать боли. Никаких трёх желаний, никаких ограничений. Я — божество. Я могу сделать всё, что угодно.

Руби усмехнулась и скрестила руки на груди:

— Ну, раз ты такой могущественный, тогда слушай. Моё первое желание...

— Я же сказал, нет ограничений! — перебил её бог. — Можете просто попросить, я сделаю.

Все переглянулись. Каспер, сжимая в руках мороженое, нерешительно подошёл ближе.

Каспер шагнул вперёд, всё ещё сжимая в руках ванильное мороженое, и с надеждой спросил:

— А можно мне создавать не только ванильное мороженое? Ну, чтобы я мог делать клубничное, шоколадное, фисташковое... ну ты понял.

Божество смерило его взглядом, фыркнуло, но потом улыбнулось и щёлкнуло пальцами.

— Легко. Вот и всё.

Каспер замер, посмотрел на свою пустую руку, сосредоточился. На его ладони появилось мороженое — ярко-розовое, клубничное. Он облизнул его, и глаза загорелись.

— Оно работает! — воскликнул он. — Реально работает!

— Я ж говорил, я бог, а не фокусник, — усмехнулось божество и снова взяло бутылку пива.

Битти, Проводник и Руби переглянулись, не зная, смеяться или удивляться. Скэйди стояла сзади, но на её лице появилась лёгкая улыбка.

Битти усмехнулась и, уперев руки в бока, сказала:

— Ха, а сделай слона! Посмотрим, какой ты бог.

Божество рассмеялось, покачало головой и отмахнулось:

— Ха! Это даже легче, чем создать вселенную!

Оно щёлкнуло пальцами. Все замерли в ожидании.

Но на месте слона появилась обезьяна. Маленькая, с большими глазами, которая тут же схватила со стола пустую бутылку и начала её крутить.

Божество уставилось на неё, моргнуло, потом пробормотало:

— А... это не слон... Ну, бывает. Я же бог, но не идеальный.

Обезьяна заверещала и прыгнула на плечо Касперу, который от неожиданности выронил мороженое. Битти прыснула со смеху, Проводник закрыл лицо руками, а Руби ухмыльнулась.

— Ну, хоть кто-то развлёкся, — сказала она.

Божество отхлебнуло пива, довольно крякнуло и развело руками:

— К тому же, я пьяный. Так что желания не совсем точные могут получиться. Бывает.

Каспер, всё ещё под впечатлением от клубничного мороженого, сосредоточился и снова создал в руке рожок. Он с надеждой лизнул его — и тут же скривился, выплюнул и закашлялся.

— Фу, ёмаё! Почему мороженое со вкусом чеснока?! Я хотел банановое!

Божество пожалло плечами, отпило ещё пива и философски заметило:

— Ну бывает. Я же сказал, пьяный. Это не магия точности, а магия настроения. Чеснок — тоже полезно. И вкус интересный.

Каспер с ужасом посмотрел на рожок в своей руке, потом на бога, потом на остальных. Битти смеялась, Проводник пытался не заржать, а Руби просто ухмыльнулась и сказала:

— Зато теперь знаешь, что не надо загадывать, когда бог в стельку.

Руби облокотилась на стойку в подвале, кивнула на бога и спросила:

— А ты тут так и будешь жить? Или куда-нибудь переберёшься?

Божество довольно отпило ещё пива, вытерло бороду и ответило:

— Не, я останусь тут. Бармен мужик душевный, понимает меня. Да и пиво тут шикарное. Так что это теперь моё место обитания. Если что — можете заходить в любой момент, я всегда тут. Пожелаете чего — скажите. Я, конечно, пьяный бываю, но стараюсь.

Руби ухмыльнулась, кивнула и посмотрела на остальных:

— Ну, по крайней мере знаем, где теперь искать бога. В баре. С пивом.

Каспер уже аккуратно пробовал новое мороженое, Битти улыбалась, Проводник вздохнул с облегчением, а Скэйди стояла у лестницы и смотрела на них с лёгким одобрением.

— Ну что, — сказала Руби. — Пошли обратно? А то бармен уже заждался.

Когда они поднялись из подвала, бармен уже ждал их у стойки. Он вытирал стакан и с любопытством посмотрел на них.

— Ну как там? Нашли своего божества?

Руби улыбнулась и кивнула:

— Всё норм. Он, кстати, останется у тебя жить, наверное.

Бармен усмехнулся, поставил стакан на полку и ответил:

— Да я не против, в принципе. Мы с ним вроде как подружились. Он странный, конечно, но душевный. И пиво уважает.

Руби попрощалась с барменом за руку, и вся команда направилась к выходу. Уже на улице, когда они шли по вечерним улицам к дому, началось бурное обсуждение.

— Ну и бог! — сказал Каспер, всё ещё пережёвывая мороженое. — Никогда не думал, что высшее существо может быть таким... пьяным.

— Главное, что работает, — ответила Руби. — Хоть и с чесночным привкусом.

Битти засмеялась. Проводник покачал головой. Скэйди молчала, но лёгкая улыбка не сходила с её лица.

— Пошли домой, — сказал Проводник. — Завтра решим, что делать дальше.

Глава 25:недопонимание

За окном лил дождь. Ветер хлестал по стёклам, небо было серым и давящим. Все сидели по своим углам, не зная, чем себя занять.

Битти лежала на диване, бесцельно глядя в потолок. Каспер сидел в кресле и лениво лизал мороженое, иногда поглядывая в окно. Скэйди стояла у подоконника и смотрела на улицу, провожая взглядом редкие машины. Проводник сидел на полу, прислонившись к дивану, и просто смотрел перед собой.

Руби стояла у плиты, помешивая в кружке остывший кофе. Она смотрела на дождь, который стучал по крыше, и молчала. В доме было тихо и уютно, но от этого становилось ещё скучнее.

За окном всё так же лил дождь. Ветер хлестал по стёклам, и казалось, что погода не собирается меняться. Руби отпила остывший кофе, поставила кружку и вдруг оживилась:

— Слушайте, а у нас же есть знакомый бог. Пьяный, но бог. Может, попросим его сделать нормальную погоду?

Все переглянулись. Битти приподнялась на диване, Каспер перестал лизать мороженое, Скэйди обернулась от окна, Проводник удивлённо поднял бровь.

— А ведь идея, — сказала Битти. — Лучше, чем сидеть и смотреть, как льёт.

Но тут возникла проблема. Чтобы дойти до бара, где жил бог, нужно было выйти под дождь. Кто-то должен был промокнуть.

— Ну, и кто пойдёт? — спросил Проводник, глядя на всех.

Все замолчали. Дождь за окном продолжал лить как из ведра.

Все начали тянуть жребий. Каспер нарезал бумажки, Битти перемешала их в кружке, и каждый по очереди вытянул свой жребий. Руби развернула бумажку, посмотрела на неё и тяжело вздохнула.

— Ну конечно, — сказала она, закатывая глаза. — Мне идти.

Битти усмехнулась, Каспер пожал плечами, Проводник виновато улыбнулся. Руби взяла зонтик, накинула куртку и, глядя на дождь, сказала:

— Ладно, иду. Вы тут сидите, а я разберусь.

Она открыла дверь, и холодный ветер ворвался в квартиру, бросив в лицо капли дождя. Руби вышла на улицу и закрыла за собой дверь, оставив всех ждать в тепле и сухости.

Руби шла под проливным дождём. Ветер бросал капли в лицо, зонт то и дело выворачивался наизнанку, лужи хлюпали под ногами. Она сжала зубы и упрямо двигалась вперёд, пока наконец не увидела знакомую вывеску. Она вошла в бар, стряхивая с куртки воду. Бармен уже стоял у стойки и, увидев мокрую Руби, улыбнулся.

— Ты чего в такую погоду? — спросил он.

— К богу, — коротко ответила она, стряхивая зонтик. — Погода достала.

Бармен понимающе кивнул и махнул в сторону подвала. Руби спустилась вниз. В подвале было тепло и пахло пивом. Божество сидело на своём диване, с бутылкой в руке, и смотрело в одну точку.

— О, Руби! — обрадовалось оно. — Ты вовремя. Я как раз собирался выпить за хорошую погоду.

— А ты можешь сделать погоду хорошей? — спросила Руби, садясь напротив.

Божество ухмыльнулось в бороду:

— Конечно. Но это будет стоить тебе... одной кружки пива.

Руби усмехнулась и кивнула.

— Ты пьяный бог, но хотя бы честный.

Руби взяла кружку, налила пива из бочонка, стоявшего в углу, и протянула божеству. Тот даже не привстал — просто принял кружку, довольно кивнул, отхлебнул, икнул и почесал бороду.

— Так, всё, давай, делай хорошую погоду! — сказала Руби, сложив руки на груди.

Божество ещё раз отхлебнуло, довольно крякнуло, потом щёлкнуло пальцами и произнесло:

— Готово.

Руби на мгновение замерла, прислушиваясь. Где-то снаружи, кажется, стих ветер.

— Всё? — спросила она.

— Всё, — ответил бог и снова приложился к кружке.

Руби хмыкнула, развернулась и направилась к лестнице, уже на выходе обернувшись, чтобы уточнить:

— Смотри, если обманешь, вернусь и выпью всё твоё пиво.

— Не обману, — донеслось из полумрака подвала.

Руби вышла из бара и замерла. Дождь кончился. Вместо серого неба — голубое, тёплое солнце, лёгкий ветерок, и даже радуга растянулась над городом. Она улыбнулась, убрала зонтик и пошла по мокрой, но уже просыхающей улице, вдыхая свежий воздух.

— Ну хоть что-то, — сказала она себе, довольно шагая в сторону дома.

Но внезапно она услышала крики. Люди бежали мимо, с ужасом на лицах. Руби нахмурилась, но через мгновение увидела и причину.

Из-за поворота выбежали единороги. Они выглядели так, будто вылезли из детского мультика — яркие, с радужными гривами, с милыми мордашками и блестящими рогами. Но они не были милыми. Они врезались в людей, били копытами, разбрасывали машины, и от их ударов люди падали замертво.

Руби остановилась, наблюдая, как один из них протаранил киоск, разнеся его в щепки.

— Ну, блин, — сказала она, хватаясь за топор. — Пьяный бог. Конечно. Радужные убийцы.

Она сжала топор и шагнула в сторону ближайшего единорога.

Руби шагнула вперёд и встретила первого единорога топором. Удар пришёлся в шею — тело рухнуло, разбрызгивая радужную кровь по мокрому асфальту.

Следующий бросился на неё с рогом наперевес. Руби ушла в сторону, рубанула по ногам, и единорог с грохотом упал. Она добила его одним ударом.

— Два, — сказала она, не останавливаясь.

Единороги лезли со всех сторон. Руби крушила их одного за другим. Рога, радужные гривы, яркие тела — всё разлеталось в клочья под ударами топора. Кровь смешивалась с лужами и растекалась по улице.

Когда последний единорог рухнул к её ногам, Руби остановилась, вытерла топор и оглянулась на поле боя. Вокруг были разбросаны тела, асфальт был залит кровью, а радуга всё ещё сияла в небе.

— Вот никогда не думала, что буду убивать единорогов, — сказала она, переводя дыхание.

Руби только отдышалась после бойни, как телефон завибрировал. На экране высветился Проводник. Она поднесла трубку к уху и услышала взволнованный голос:

— Руби! Ты не представляешь, что случилось! К нам в окно единорог прилетел! Прямо в гостиную!

Руби усмехнулась, перехватив топор поудобнее, и спокойно ответила:

— Да ты что? Такого не бывает.

— Я серьёзно! Он сейчас лежит на полу и дёргается! — закричал Проводник.

— Ну, если он дёргается — добей его, — ответила Руби и сбросила звонок.

Она убрала телефон и пошла дальше, оставляя за спиной разгромленную улицу и трупы радужных убийц.

Руби зашла в квартиру и остановилась в дверях. Посреди гостиной, на полу, лежал мёртвый единорог. Радужная грива была растрёпана, рог воткнулся в паркет, а рядом стояли Битти, Каспер, Скэйди и Проводник, глядя на это с полным недоумением.

Битти первой нарушила тишину:

— Что за дичь тут творится? Этот мультяшный зверь влетел в окно и разнёс полкомнаты!

Руби перешагнула через лужу радужной крови, подошла к телу, посмотрела на него и с усталым вздохом ответила:

— Это бог. Он немного криво сделал моё желание.

Битти уставилась на неё, потом на единорога, потом снова на неё.

— Ты попросила хорошую погоду, а он устроил вторжение радужных убийц?

— Ага, — сказала Руби, снимая куртку и садясь на диван. — И судя по всему, я не всех убила.

Каспер подошёл к телу, пощупал рог и задумчиво добавил:

— Зато теперь у нас есть сувенир.

Проводник посмотрел на мёртвого единорога, потом на остальных и уверенно сказал:

— Надо идти к этому богу и сказать, чтобы он убрал всех этих единорогов!

Руби лениво поднялась с дивана, потянулась и, пожав плечами, ответила:

— Сами идите. Я уже сходила, мне хватит.

Битти, Каспер, Скэйди и Проводник переглянулись, но спорить не стали. Они оделись и направились к выходу, а Руби снова села на диван, взяла яблочный сок, отпила и включила телевизор. Она сидела в тишине и слушала, как за окном иногда раздавались крики и топот копыт. Вскоре за ней закрылась дверь, и она осталась одна.

Руби сидела на диване, потягивала яблочный сок и смотрела какой-то мультфильм по телевизору. Вдруг в окно что-то громко стукнулось. Она обернулась и увидела морду единорога, который пытался протиснуться в комнату через приоткрытую створку.

Руби не вздрогнула. Она спокойно поставила сок на стол, потянулась к дробовику, прислонённому к дивану, и, не вставая, выстрелила. Единорог с визгом вылетел назад, и окно снова стало пустым.

— Третий, — сказала она.

Через пару минут в окно снова постучали — на этот раз в стекло бился рог другого единорога. Руби повернула голову, навела дробовик и выстрелила. Ещё один труп рухнул на улицу.

Через некоторое время в окно попытался заглянуть ещё один. Руби просто прицелилась и, не глядя, нажала на спуск. Тело отлетело в сторону.

Она вернулась к соку, сделала глоток и снова уставилась в телевизор. За окном больше никто не стучался.

Вскоре стрельба и стуки прекратились. Руби сидела в тишине, смотрела телевизор и допивала яблочный сок. За окном больше никто не стучался, не пытался влезть, не скрёб копытами по стеклу. Она отставила стакан и выглянула на улицу. Внизу лежало несколько тел, но новых не появлялось. Значит, до бога дошло. Наверное, они объяснили ему, что единороги-убийцы — это не совсем то, что она просила. Руби улыбнулась, откинулась на спинку дивана и выключила телевизор. Через некоторое время она услышала шаги и голоса за дверью. Потом щелчок замка. Дверь открылась и вошла вся команда, раздражённо отряхиваясь.

— Ну что, — спросила Руби, поворачивая голову. — Донесли до бога?

— Донесли, — ответил Проводник. — Он извинился и сказал, что исправит.

— Заодно обещал, что больше не будет ничего колдовать, пока не протрезвеет, — добавила Битти.

Руби кивнула и взяла новый сок.

— Хорошо. А то у меня уже сок заканчивается.

Все сидели в гостиной и молча переваривали произошедшее. Каспер держал в руках мороженое, Битти сидела на диване, Проводник стоял у окна, а Руби допивала сок. Взгляд Руби упал на Скэйди, которая стояла у стены, полностью покрытая радужной кровью единорога. Блестящие капли стекали по её одежде, волосам и даже по лицу.

Руби усмехнулась и, отставив стакан, сказала:

— Тебя ещё блестками посыпать осталось.

Скэйди перевела на неё тяжёлый взгляд, но ничего не ответила. Битти прыснула со смеху, Каспер тихо хмыкнул. Проводник закатил глаза, но тоже едва сдержал улыбку.

— Ладно, — сказала Руби, вставая с дивана. — Пошли умываться. А то ты светишься как новогодняя ёлка.

Глава 26:скотч всему голова!

Прошла уже неделя. Всё было спокойно и даже скучно. Никаких порталов, никакой магии, никаких радужных убийц. Тишина, покой, обычная жизнь. Но в очередной день Проводнику позвонили. Он взял трубку и услышал знакомый голос.

— Алло, это Наташа.

Проводник нахмурился.

— Кто?

— Та самая девушка. Мы виделись на вечеринке. Я вам про бога рассказывала.

— А, вспомнил... — сказал он. — И что вам опять нужно?

Наташа помолчала и спокойно ответила:

— Я хочу, чтобы вы сделали кое-что.

Проводник вздохнул и оглянулся на остальных, сидящих в гостиной. Все смотрели на него с любопытством.

— И что же? — спросил он.

— Дело серьёзное. Обсудим при встрече.

Проводник кивнул, хотя в трубке его не было видно, и коротко ответил:

— Ладно. Встречаемся завтра в том же баре.

Он положил трубку и повернулся к остальным:

— Ну что, опять работа.

На следующий день они встретились в том самом баре. Наташа уже сидела за столиком, пила кофе и ждала их. Когда все расселись, она поздоровалась и сразу перешла к делу.

— В общем, есть один очень крупный поставщик оружия, — сказала она. — Он снабжает банды, мафии, и от этого оружия гибнут мои люди и обычные мирные жители. Я хочу, чтобы вы его остановили.

Руби откинулась на спинку стула и довольно улыбнулась:

— Ну вот, наконец-то настоящее дело.

Битти нахмурилась:

— И что, мы должны просто убить его?

Наташа покачала головой:

— Нет, нужно уничтожить его склад. Всё оружие и боеприпасы. Чтобы он остался ни с чем.

Каспер облизнул мороженое и спросил:

— А где этот склад?

— За городом, в старом промышленном районе, — ответила Наташа. — Охрана серьёзная. Но я знаю, что вы справитесь.

Руби встала из-за стола и, глядя на всех, сказала:

— Ну что, команда? Поработаем?

На следующее утро они уже стояли на холме за городом и через бинокль наблюдали за складом. Огромное серое здание, колючая проволока, вышки с прожекторами и несколько вооружённых охранников, расхаживающих по периметру. Руби держала бинокль у глаз и внимательно следила за каждым движением. Охранники ходили молча и сосредоточенно, но один из них вдруг остановился у клумбы с цветами, оглянулся и, не стесняясь, сделал свои дела прямо на куст.

Руби опустила бинокль, поморщилась и покачала головой:

— Вот негожий... На цветы.

Битти усмехнулась, Каспер облизнул мороженое, а Проводник вздохнул, пряча улыбку. Скэйди, сидевшая рядом, только тихо фыркнула.

— Ладно, — сказала Руби, снова поднимая бинокль. — Смотрим дальше.

Наступил вечер. Солнце село за горизонт, и склад погрузился в полумрак, освещённый лишь тусклыми прожекторами. Самое время действовать.

Проводник развернул карту, которую набросал на коленке, и начал объяснять:

— Мы заходим с тыльной стороны, отключаем сигнализацию, проникаем внутрь, закладываем взрывчатку и уходим. Бесшумно. Без убийств. Всё чисто.

Руби слушала, лениво крутя в руках топор, и когда он закончил, она усмехнулась и отрицательно покачала головой.

— Скучно. У меня есть идея получше.

Она повернулась к Касперу и сказала:

— Сделай нам бронемашину.

Каспер приподнял бровь, но без лишних слов поднял руку. Через несколько секунд перед ними стоял тяжёлый бронированный автомобиль с пулемётом на крыше.

Руби запрыгнула на водительское сиденье и, выглянув в окно, крикнула:

— Садитесь! Будет весело!

Проводник схватился за голову, но все остальные уже забирались внутрь.

Руби взобралась на крышу бронемашины и встала за пулемёт, довольно похлопав по рукояткам. Битти с улыбкой прыгнула за руль, привычно положив руки на баранку. Каспер, Скэйди и Проводник залезли внутрь, разместившись на задних сиденьях.

— Все готовы? — крикнула Битти, заведя двигатель.

— Давай, — ответила Руби, наводя пулемёт на ворота склада.

— Начинаем, — сказала Битти и нажала на газ.

Бронемашина с рёвом сорвалась с места и понеслась прямо к воротам склада. Охранники засуетились, но было поздно.

Бронемашина с грохотом пробила ворота склада, разнеся их в щепки. Охранники заметались, но Руби уже была на месте. Она вцепилась в пулемёт и открыла огонь. Пули засвистели, взрывая ящики и разбивая стёкла. Охранники попадали или разбегались. Руби довольно ухмыльнулась и крикнула Битти:

— Поставь музыку! Будет веселее!

Битти поняла намёк, нажала на кнопку, и из динамиков бронемашины заиграл «Lonely Boy» от The Black Keys. Руби заулыбалась, закивала головой в такт и продолжила стрелять с удвоенным энтузиазмом, будто танцуя под ритм. Внутри склада начался хаос. Ящики с оружием взрывались, огонь разгорался, охранники падали, а Руби смеялась и палила из пулемёта, наслаждаясь каждой секундой.

Проводник сидел сзади, закрыв лицо руками, и тихо бормотал:

— Мы умрём раньше, чем закончится песня...

Крупнокалиберный пулемёт работал безотказно. Одно попадание — и человек просто исчезал, разрываясь на части. Руби не переставала стрелять, пока бронемашина влетела внутрь склада, сметая всё на своём пути.

Каспер выскочил из машины, подбежал к штабелям ящиков и создал бомбу — аккуратную, компактную, с красным мигающим таймером. Он поставил её и вернулся в машину, но Руби недовольно покачала головой:

— Слабовато! Давай что-то помощнее!

Каспер усмехнулся, поднял руку, и в центре склада материализовалась огромная бомба с таймером, который отсчитывал секунды.

— Двадцать секунд! — крикнул он, запрыгивая в машину.

Битти нажала на газ, и бронемашина рванула назад, пробивая стены и вылетая наружу. Они отъехали на расстояние, и склад за ними взорвался. Огромный огненный шар взметнулся в небо, разбрасывая обломки в разные стороны. Грибовидное облако поднялось над зданием, и волна жара докатилась до них даже на безопасном расстоянии.

Руби обернулась, смотря на горящие руины, и довольно кивнула:

— Теперь хорошо.

Проводник достал телефон, набрал номер Наташи и, когда она ответила, коротко сказал:

— Дело сделано.

В трубке послышался лёгкий смех, и Наташа спокойно ответила:

— Мог даже не звонить. Я и так всё видела.

Проводник удивлённо приподнял бровь и оглянулся, но вокруг никого не было.

— Как? Ты же не была рядом...

— Я слежу за вами, — ответила Наташа и положила трубку.

Проводник уставился на телефон, потом на остальных. Руби усмехнулась и пожала плечами:

— Ну, хоть не надо объяснять.

Все молча переглянулись и двинулись обратно к дому, оставляя за спиной дымящиеся руины склада.

Когда они уже отошли от горящего склада и направились домой, телефон Проводника снова зазвонил. Он взглянул на экран и увидел, что звонит Наташа. Проводник удивлённо поднял трубку и услышал её спокойный голос:

— Слушайте, вам наверняка делать нечего. Может, ещё одно задание?

Проводник открыл рот, чтобы ответить отказом, но Руби мгновенно выхватила у него телефон и, ухмыльнувшись, сказала:

— Заказ принят! Ждём указаний.

Наташа улыбнулась в трубку и ответила:

— Вот это я понимаю. Завтра пришлю адрес. Отдыхайте пока.

Руби сбросила звонок и вернула телефон Проводнику. Тот с укором посмотрел на неё, но она лишь пожала плечами и, закинув топор на плечо, сказала:

— Да ладно, скучно же сидеть дома. А так — приключения.

Все переглянулись, но никто не возразил. Было уже поздно, и они пошли домой, зная, что завтра их ждёт новая работа.

Утром Проводнику пришли координаты. На этот раз задание было другим — нужно было устранить местных контрабандистов, которые торговали героином. Никаких складов с оружием, никаких бронемашин. Просто адрес и короткое описание: «Дом, где они живут и работают».

Руби прочитала сообщение, ухмыльнулась и поднялась с дивана.

— Ну что, пошли.

Все собрались быстро. Проводник уже привык к их ритму, Каспер прихватил мороженое, Битти сжала биту, а Скэйди просто вышла за дверь следом за всеми. Когда они дошли до указанного места, это оказался старый двухэтажный дом на окраине. Внутри чувствовалось движение, слышались голоса и музыка. Руби переглянулась с остальными, кивнула и первой толкнула дверь.

Внутри началась бойня.

Руби ворвалась в дом с топором, Битти размахивала битой, Каспер использовал клинки и щиты, а Скэйди двигалась бесшумно, разрывая противников когтями. Проводник, как обычно, отступил в сторону, держась на безопасном расстоянии и лишь наблюдая.

Через несколько минут всё было кончено. Десять человек лежали на полу, и в доме воцарилась тишина.

Руби отряхнула топор, оглянулась и спокойно сказала:

— Чисто.

Руби оглядывала разгромленный дом, когда её взгляд упал на небольшой пакетик с белым порошком, рассыпанный на столе. Она подошла, зачерпнула немного пальцем, поднесла к носу, понюхала, а потом лизнула.

— Хм, сахар, что ли? — сказала она, облизывая палец.

Но через мгновение её лицо изменилось. Она нахмурилась, закашлялась и выплюнула остатки.

— Фу, гадость! Это героин!

Каспер подошёл, взглянул на пакетик и сказал:

— Ну да. И ты только что его попробовала.

— Ну я думала, это сахар! — возмутилась Руби, вытирая язык.

Битти засмеялась, Проводник покачал головой, а Скэйди безучастно смотрела на это.

— В следующий раз сначала спрашивай, — сказал Каспер.

Руби только отмахнулась и направилась к выходу, бормоча что-то про белый порошок, который совсем не похож на сахар.

По пути домой Руби шла странно. Сначала она начала покачиваться, потом её шаги стали неуверенными, а взгляд — расфокусированным.

— Руби, ты как? — спросила Битти, глядя на неё с беспокойством.

— Всё... норм... — ответила Руби заплетающимся языком. — Просто... цветы стали... фиолетовыми...

— Они и так фиолетовые, — сказал Каспер, указав на клумбу.

— А... ну да... круто...

Она споткнулась о ровный асфальт и чуть не упала, но Битти её подхватила.

— Ты точно в порядке?

— Да... я просто... хочу водички... и сладкого... и чтобы мир стал поменьше... — бормотала Руби, бессмысленно глядя вверх.

— Она сейчас упадёт, — сказал Проводник, подходя ближе.

— Не упаду... я же не упала... — сказала Руби, шатаясь.

Она сделала ещё несколько шагов, потом остановилась, уставилась на дерево и серьёзно сказала:

— У него глаза...

Все переглянулись. Скэйди молча подошла к Руби и взяла её за руку, чтобы та не упала. Они пошли дальше, а Руби всю дорогу бормотала про радугу, говорящего голубя и то, что у каждого камня есть секрет.

Когда они наконец добрались до дома, Руби уже еле стояла на ногах. Битти и Проводник уложили её на диван, но она продолжала бормотать:

— А вы знали что у стульев есть душа?.. Вот этот стул, например, хочет в космос...

— Она ещё долго будет так нести? — спросил Каспер, с сомнением глядя на неё.

— Похоже да, — ответил Проводник.

Скэйди молча подошла к столу, взяла скотч, отрезала кусок и подошла к Руби.

— Ты чего? — спросила Битти, но не стала останавливать.

Скэйди ловко заклеила Руби рот скотчем. Та удивлённо моргнула, потом вроде как даже успокоилась, прикрыла глаза и начала мычать что-то неразборчивое.

— Вот так лучше, — сказала Скэйди и отошла к стене.

Никто не возражал. Наступила тишина. Только тихое мычание и редкий звук отклеивающегося скотча.

Глава 27:снежная война. Часть 1

Когда Руби наконец пришла в себя, она медленно села на диване, потёрла голову и отклеила скотч с губ. Она поморщилась, выдохнула и посмотрела в окно. С неба падали маленькие белые хлопья. Они кружились в воздухе и медленно опускались на землю.

Руби нахмурилась и повернулась к Проводнику, который уже стоял у окна с удивлённым лицом.

— Снег, — сказал он с лёгкой улыбкой.

Руби подошла ближе, прижалась лицом к стеклу и вгляделась в падающие хлопья.

— Он пушистый, — заметила она.

— Это первый снег в этом году, — сказал Проводник. — И, кажется, он идёт только у нас.

Руби, Битти, Каспер и Скэйди стояли у окна, прижавшись лицами к стеклу, и смотрели на падающие белые хлопья. Никто из них никогда не видел снега.

— Что это? — спросила Битти, коснувшись пальцем стекла.

— Это снег, — ответил Проводник, подходя ближе. — Это замороженная вода, которая падает с неба зимой. Он холодный, мягкий и тает в руках.

— Замороженная вода? — переспросил Каспер, отрываясь от окна. — И она просто... падает?

— Да, — подтвердил Проводник. — Иногда бывает много снега — он покрывает землю, крыши, деревья. Всё становится белым.

Скэйди молча смотрела на хлопья, которые кружились в воздухе. Её взгляд был сосредоточенным, будто она пыталась понять, что это за стихия.

Руби приоткрыла окно и высунула руку. Холодный воздух коснулся ладони, и несколько снежинок упали на кожу.

— Холодно, — сказала она, разглядывая быстро тающие кристаллики.

— А можно потрогать? — спросила Битти.

— Если выйдем на улицу — можно, — ответил Проводник.

Все переглянулись, и через минуту они уже стояли во дворе, поднимая лица к небу и ловя снежинки руками. Каспер даже попытался лизнуть одну. Скэйди просто стояла, протянув руку и глядя, как снег тает на её ладони. Руби улыбнулась и, поймав снежинку на язык, сказала:

— Он вкусный.

Проводник с улыбкой наблюдал, как они ловят снежинки, и сказал:

— Надо подождать, пока снега станет больше. Тогда можно будет лепить снеговиков и играть в снежки.

Руби, Битти, Каспер и Скэйди одновременно повернулись к нему с одинаково непонимающими лицами.

— Снеговиков? — переспросила Битти.

— Это такие фигуры из снега, — объяснил Проводник. — Ты катаешь три шара, ставишь их друг на друга, и получается человечек. Из снега.

— И зачем это? — спросил Каспер.

— Ну... весело, — ответил Проводник. — А снежки — это когда лепишь шарики из снега и кидаешься друг в друга.

Руби нахмурилась, обдумывая эту информацию.

— Значит, мы будем лепить снежных людей и бросаться водой в замёрзшем виде? — уточнила она.

— Можно и так сказать, — улыбнулся Проводник.

— Странный мир, — сказала Руби и снова поймала снежинку языком.

Прошла неделя. Снега выпало столько, что улицы превратились в белое одеяло, деревья согнулись под тяжестью хлопьев, а крыши домов стали пушистыми.

Все вышли на улицу. Проводник, как настоящий наставник, уже стоял в тёплой куртке, шапке и с перчатками в руках. Он подошёл к сугробу, зачерпнул пригоршню снега и начал лепить.

— Смотрите, — сказал он. — Сначала делаем маленький шарик. Потом катаем его по снегу, пока он не станет большим.

Руби, Битти, Каспер и Скэйди стояли вокруг и молча наблюдали. Битти первой попыталась повторить. Она зачерпнула снег, сжала его, но шар рассыпался.

— Хрупкое, — сказала она.

— Надо сильнее сжимать, — ответил Проводник.

Каспер подошёл к сугробу, набрал снега и, как учили, начал катать. У него получился довольно ровный шар. Скэйди тоже наклонилась и, молча, с лёгким нажимом, скатала идеальный круглый шар. Все удивлённо посмотрели на неё. Руби же просто зачерпнула снег, сжала, посмотрела на рассыпающуюся кашицу в руках и сказала:

— Я лучше топором буду работать.

Проводник понял, что снеговики — это не их. Он вздохнул, отряхнул руки и сказал:

— Ладно. Снеговики — не ваше. Попробуем снежки.

Он слепил небольшой плотный шар и, ловко размахнувшись, запустил его в плечо битти. Та охнула, обернулась, и, набрав снега, кинула в ответ. Потом Битти попала Касперу в спину. Каспер обернулся, удивлённо посмотрел на неё и слепил ответный снаряд. Началась настоящая снежная битва. Снежки летели в разные стороны, то и дело попадая в цели. Даже Скэйди, которая сначала стояла в стороне, не удержалась и метко запустила снежком в Руби. Та застыла, потом медленно повернулась и ухмыльнулась.

— Война, — сказала она и залепила снежком в лицо Касперу.

Все рассмеялись. Двор наполнился смехом, визгами и снежными снарядами. Проводник стоял в стороне, отряхиваясь от снега, и улыбался, глядя, как они бегают и кидаются снежками, будто дети.

Руби нравилось играть в снежки. Ей казалось, что это слишком мало и скучно. Она хотела настоящей войны. И она начала кидать снежки во всех прохожих, кто попадался ей на пути. Сначала в одного, потом в другого. Прохожие удивлённо оборачивались, но, видя, что это просто игра, подхватывали снег и кидали в ответ. Один из них попал в женщину с сумкой, та — в парня на велосипеде, тот — в группу студентов, и вскоре снежки летели уже со всех сторон. Люди смеялись, уворачивались, и цепная реакция охватила весь район, а потом и весь город.

Руби остановилась посреди улицы, оглянулась и, довольно улыбнувшись, сказала:

— Вот это война.

Проводник стоял рядом, смотрел на снежный хаос, который развернулся на его глазах, и тихо пробормотал:

— Ну всё... Город в осаде.

Битти, Каспер и Скэйди смотрели на всё это с изумлением и лёгкой гордостью за свою подругу, которая могла устроить снежный апокалипсис за считанные минуты.

Руби поняла, что натиск слишком большой. Снежки летели со всех сторон, и даже она начала получать ответки. Она увернулась от одного, пригнулась от второго и крикнула:

— Все в дом! Быстро!

Команда рванула к подъезду. Каспер прикрывался мороженым, Битти бежала с битой, Скэйди двигалась бесшумно, а Проводник чуть не поскользнулся, но удержался. Они забежали в квартиру и закрыли дверь. Из окна открывался отличный вид на улицу, где снежная война разгоралась с новой силой. Люди бегали, смеялись, уворачивались и кидались друг в друга. Город был охвачен снежным хаосом.

Руби стояла у окна, положив руки на подоконник, и с улыбкой наблюдала за происходящим.

— Ну и денёк, — сказала она.

Остальные пристроились рядом и тоже смотрели на это снежное безумство. На улице было шумно и весело. Даже Скэйди, стоявшая у стены, смотрела в окно с едва заметной улыбкой.

Все остались сидеть дома. За окном всё ещё продолжалась снежная битва, но в квартире было тепло и уютно. Все укутались в мягкие одеяла, взяли кружки с горячим шоколадом и устроились перед телевизором.

Проводник включил фильм «Один дома», и все с интересом уставились на экран. Руби смотрела на мальчика, который расставлял ловушки для грабителей, и одобрительно кивала:

— Умный пацан.

Битти смеялась над неуклюжими грабителями, Каспер пил шоколад и иногда комментировал происходящее. Скэйди сидела в углу дивана, укутанная в плед, и смотрела молча, но с явным удовольствием.

Проводник откинулся на спинку дивана и, глядя на них, улыбнулся. В такие моменты хотелось, чтобы время остановилось.

Был уже вечер. На улице стало тихо — снежная битва утихла, город успокоился. Все готовились ко сну, усталые и довольные после такого безумного дня.

Битти, проходя мимо Проводника, остановилась и, глядя на него с лёгкой усмешкой, сказала:

— Ещё раз в меня кинешь — я тебе снег в горло утрамбую.

Проводник поднял руки в примирительном жесте и улыбнулся:

— Я всё понял, командир.

Все разошлись по комнатам. Кто-то на диван, кто-то в кресло, кто-то на пол, укрывшись одеялом. В доме стало тихо. Только ветер за окном и редкий скрип снега под чьими-то шагами, но это уже не имело значения. Все погрузились в сон, оставляя за плечами день, полный снега, смеха и шоколада.

Глава 28:снежная война. Часть 2

Утро началось не как обычно. За окном стоял оглушительный шум — крики, смех, ругань, вой сирен. Проводник открыл глаза, потёр лицо и выглянул в окно. То, что он увидел, заставило его отшатнуться. Это была не просто игра. Настоящая гражданская война. Люди кидали друг в друга снежки — но не обычные, а с камнями внутри. На белом снегу виднелись алые пятна крови. Кто-то лежал на земле, кто-то бежал, кто-то отбивался. Полиция пыталась остановить хаос, но безуспешно.

Проводник выбежал в гостиную и разбудил Руби:

— Ты что устроила?! Там целая война! Люди друг друга камнями закидывают!

Руби открыла глаза, сонно моргнула, потом подошла к окну, посмотрела и, ничуть не смутившись, ответила:

— Ну, я же говорила, что хочу войны.

Проводник схватился за голову.

Проводник разбудил остальных. Все сонные, в одеялах, подошли к окну и уставились на улицу. По телевизору уже крутили экстренные новости. Ведущая взволнованным голосом говорила:

— Внимание! Не выходите на улицу! В городе массовые беспорядки: жители кидают друг в друга снежки с камнями внутри. Зафиксированы десятки пострадавших. Полиция не справляется! Рекомендуем оставаться дома!

Руби смотрела на экран, потом перевела взгляд на окно, где люди с криками бегали по заснеженным улицам, и удивлённо спросила:

— А че с ними случилось-то? Вчера играли так мило, а сейчас какой-то бунт...

Все переглянулись. Проводник тяжело вздохнул и ответил:

— Потому что ты подала идею «снежной войны». И люди, видимо, восприняли это слишком буквально.

Руби пожала плечами, но в её глазах мелькнула лёгкая гордость.

Проводник решительно сказал:

— Надо это немедленно остановить!

В этот момент в окно с глухим стуком прилетела записка, привязанная к камню. Проводник открыл окно, подобрал её и развернул. Внутри было написано:

«Если хотите остановить эту снежную войну — приходите в 9 район и победите главаря нашей банды. Это мы устроили весь этот хаос. Увидели, как ваша подруга играет в снежки, и решили, что это отличный способ терроризировать город».

Все переглянулись. Руби прочитала записку, усмехнулась и сказала:

— Ну всё, теперь мне интересно.

Битти сжала биту, Каспер доел мороженое, а Скэйди уже стояла у двери, готовая выходить.

— Ну что, — сказал Проводник. — Идём в 9 район?

— Идём, — ответила Руби и первая направилась к выходу.

Когда они шли, им было тяжело. Снежки с камнями внутри летели со всех сторон, люди прятались за машинами и заборами, выжидая момент, чтобы атаковать. Руби уворачивалась, Битти прикрывалась битой, Скэйди ловко отпрыгивала в стороны, а Проводник почти пару раз получил, но его спас Каспер, создав щит. Наконец Касперу это надоело. Он остановился, поднял руку и создал картофелестрелятель — но вместо картошки зарядил его снежками.

Он направил оружие в сторону нападающих и начал стрелять. Снежки летели с такой скоростью, что враги не успевали уклоняться. Один за другим они падали на снег, оглушённые и сбитые с толку.

— Вперёд! — крикнул Каспер, и они продолжили свой путь, пробиваясь через снежный хаос, оставляя за собой десятки поверженных снежных воинов.

Наконец они дошли до 9 района. На пустынной заснеженной площади их уже ждал глава банды. Высокий, с ледяной улыбкой, в чёрной куртке. Он стоял в окружении своих людей, сжимающих в руках снежки с камнями внутри. — Ну что, — сказал он, — сейчас с вами разберутся мои люди. Руби вышла вперёд, держа топор на плече, и спокойно ответила: — Но ты сказал, что надо победить тебя. Глава усмехнулся и развёл руками: — Ага. Мне делать нечего драться с вами. На это есть мои бойцы. Он кивнул, и его люди тут же окружили команду. Десятки снежков были направлены на них. Руби ухмыльнулась, повернулась к своим и коротко сказала: — Ну что, разомнёмся? Каспер уже держал картофелестрелятель, Битти сжала биту, а Скэйди встала в боевую стойку. Проводник спрятался за спиной у Руби. Началась битва. Снежки летели со всех сторон, но команда двигалась слаженно: уклонялись, атаковали, пробивались сквозь снежный шквал. Один за другим бойцы падали на снег. Глава банды смотрел на это с удивлением. Его план рушился на глазах.

Наконец они добрались до главаря. Руби, Битти, Каспер и Скэйди окружили его, и все одновременно начали кидать в него снежки. Сначала он пытался уклоняться, но снежки летели со всех сторон, и через минуту он уже лежал на снегу, сбитый с ног и полностью засыпанный. — Всё, — сказала Руби, опуская руки. — Главарь пал. Главарь лежал на снегу, тяжело дыша, и сдался. На улицах стало тише. Люди его банды начали разбегаться, а те, кто не успел, были схвачены полицией. Город постепенно возвращался к нормальной жизни. Проводник выдохнул и улыбнулся: — Кажется, всё кончено. Руби убрала топор, посмотрела на заснеженные улицы и сказала: — Ну вот. Теперь можно и домой.

Когда они шли домой, уставшие, но довольные, их взгляд упал на знакомую фигуру. Пьяный бог сидел прямо в снегу, прислонившись спиной к фонарному столбу, и задумчиво смотрел в небо. Борода была покрыта инеем, а в руке он держал бутылку.

Руби подошла ближе и с ухмылкой спросила:

— Что, в баре надоело сидеть?

Бог повернул к ней голову, икнул и, немного подумав, ответил:

— Да... решил выйти, подышать. Снег всё-таки... красиво.

Руби усмехнулась, посмотрела на его замёрзшую бороду и сказала:

— Ладно, сиди тут, не замёрзни. Мы домой.

Бог махнул рукой и, глядя им вслед, пробормотал:

— Идите-идите... а я ещё посижу.

Они пошли дальше, оставляя его в снегу, где он, словно памятник себе, продолжал размышлять о вечном.

Они пришли домой. Уставшие, замёрзшие, но довольные. Каспер по быстрому заменил разбитое окно, и в квартире снова стало тепло. Все расселись на диване, укрылись пледами и молча переваривали события дня. Вдруг телефон Проводника зазвонил. Он взглянул на экран и увидел, что звонит Наташа. Поднял трубку.

— Алло.

— Вы видели, что в городе творится? — спросила она. — Какая-то банда обкидывала людей снежками с камнями внутри.

— Ну да, видели, — ответил Проводник.

Наташа помолчала, потом с лёгкой усмешкой добавила:

— Вот интересно, из-за кого это началось...

Проводник быстро посмотрел на Руби, которая сидела на диване с самым невинным видом, и ответил:

— Понятия не имею.

Наташа фыркнула в трубку, но спорить не стала.

— Ладно, главное, что всё закончилось. Отдыхайте.

Она положила трубку. Проводник выдохнул, убрал телефон и посмотрел на Руби. Та только пожала плечами и улыбнулась.

Был хороший зимний вечер. За окном тихо падал снег, в комнате горел тёплый свет. Руби, Каспер и Скэйди играли в карты на полу. Каспер, как всегда, выигрывал партию за партией, довольно улыбаясь. Руби уже начала подозревать его в магии. Скэйди просто кидала карты наугад, не особо вникая в правила, но ей явно нравился сам процесс.

Битти и Проводник сидели на диване, тихо о чём-то говорили, иногда посматривая на остальных. Вдруг телефон Проводника завибрировал. Он взглянул на экран и прочитал сообщение.

— Ура! — воскликнул он. — Нам пришла скидка на домик в заснеженном лесу! Мы едем отдыхать!

Все повернулись к нему. Руби заинтересованно подняла бровь, Каспер улыбнулся, Битти захлопала в ладоши, а Скэйди — та, что обычно молчала и стояла в стороне — вдруг оживилась. Она подошла ближе, посмотрела на телефон и тихо сказала:

— В лес?

— Да, в заснеженный лес, — ответил Проводник.

Скэйди редко что-то просила или показывала эмоции, но сейчас в её глазах зажглась искра. Ей понравилась эта идея больше всех. Проводник улыбнулся и сказал:

— Значит, решено. Завтра собираемся и едем.

Руби ухмыльнулась и, подбросив карту в руке, сказала:

— Надеюсь, этот домик будет не взрывоопасным.

Все рассмеялись. Проводник закатил глаза и ответил:

— Я специально проверил. Обычный домик. Без сюрпризов.

— Ну, посмотрим, — сказала Руби и кинула карту на стол.

Каспер снова выиграл.

Когда Каспер в очередной раз выиграл партию и довольно улыбнулся, Руби в сердцах швырнула свои карты на стол, откинулась на спинку дивана и громко сказала:

— В жопу карты!!!

Битти фыркнула, Проводник улыбнулся, а Скэйди с безразличным лицом выкинула свои карты куда-то в сторону, так и не поняв, зачем они вообще нужны.

Каспер аккуратно собрал колоду и, пряча улыбку, сказал:

— Может, в следующий раз тебе просто повезёт.

— Или я научусь жульничать, как ты, — ответила Руби, прищурившись.

Каспер поднял руки в примирительном жесте:

— Я не жульничаю. Я просто мастер.

— Да пошёл ты, — буркнула Руби и повернулась к окну, где падал снег.

Глава 29:немцы-мертвецы

На следующий день все уже собирались в поездку. Проводник проверил рюкзаки, Каспер прихватил запас мороженого, а Битти упаковала биту, хотя Проводник и пытался объяснить, что она там вряд ли пригодится. Скэйди уже стояла у двери, готовая выходить.

Руби вышла на улицу, огляделась и увидела, что транспорт — велосипеды.

— Ну хоть что-то, — сказала она, закидывая ногу на велосипед. — Хотя для меня идеал — это топор в руке и тряска на машине.

— В этот раз тихо и мирно, — сказал Проводник, усаживаясь на свой велосипед.

Все сели и двинулись в путь по заснеженной дороге в сторону леса, оставляя позади город и все его безумства.

Они ехали по заснеженным дорогам. Колёса утопали в снегу, велосипеды то и дело виляли, а холодный ветер дул в лицо. Но они упорно крутили педали, иногда останавливаясь, чтобы отдышаться или сбить снег с колёс. Ехать было тяжело, но никто не жаловался. Даже Руби, которая иногда ворчала, молча продолжала путь.

Наконец, после долгой дороги, среди заснеженных сосен показался небольшой деревянный домик. Крыша покрыта снегом, из трубы шёл дымок, а у крыльца горел тёплый свет. Все остановились, слезли с велосипедов и просто стояли, глядя на этот уютный дом.

— Мы доехали, — сказал Проводник, переводя дыхание.

— Красиво, — тихо сказала Скэйди, глядя на лес и домик.

Руби улыбнулась и первой пошла к крыльцу.

— Заходите, а то я замёрзла.

Все зашли внутрь.

Внутри было уютно. Пахло сухим деревом и дымом, в углу мягко потрескивал камин, разливая по комнате тёплый свет. На кухне стояла старая, но чистая плита, на столе — керамические кружки. В небольшом зале уютно расположился диван, покрытый пледом. Все разулись, сняли мокрые куртки и разошлись по углам. Руби сразу уселась у камина, протянув руки к огню. Битти и Проводник устроились на диване, Каспер начал осматривать кухню, а Скэйди подошла к окну и смотрела на заснеженный лес. Тишину нарушало только потрескивание огня.

— Тут хорошо, — сказал Проводник, оглядываясь.

— Да, — ответила Руби. — Главное, чтобы эта тишина не закончилась взрывом.

Скэйди оторвалась от окна и сказала:

— Хватит дома сидеть. Пошли на улицу.

Все переглянулись, но никто не стал спорить. Накинули куртки, обулись и вышли наружу. Солнце слепило глаза, снег искрился, а вокруг стояла тишина. Проводник уже вытащил из сарая старые лыжи, ловко пристегнул их и, оттолкнувшись, покатился по снегу.

— Ого! — крикнула Руби, глядя на него.

— Круто, — сказала Битти.

Каспер подошёл к сараю и создал ещё несколько лыж — для каждого. Скэйди взяла палки и, даже не объясняя, как умеет, ловко встала на лыжи и покатилась вниз по склону. Битти и Каспер последовали за ней. Руби встала на лыжи, пошатнулась, но удержалась.

— Ну, попробуем, — сказала она и оттолкнулась.

Все катались по заснеженному лесу, оставляя за собой длинные следы и смех, разносившийся между деревьев.

Скэйди оторвалась от окна и сказала:

— Хватит дома сидеть. Пошли на улицу.

Все переглянулись, но никто не стал спорить. Накинули куртки, обулись и вышли наружу. Солнце слепило глаза, снег искрился, а вокруг стояла тишина. Проводник уже вытащил из сарая старые лыжи, ловко пристегнул их и, оттолкнувшись, покатился по снегу.

— Ого! — крикнула Руби, глядя на него.

— Круто, — сказала Битти.

Каспер подошёл к сараю и создал ещё несколько лыж — для каждого. Скэйди взяла палки и, даже не объясняя, как умеет, ловко встала на лыжи и покатилась вниз по склону. Битти и Каспер последовали за ней. Руби встала на лыжи, пошатнулась, но удержалась.

— Ну, попробуем, — сказала она и оттолкнулась.

Все катались по заснеженному лесу, оставляя за собой длинные следы и смех, разносившийся между деревьев.

Все катились по склону, разгоняясь всё сильнее. Руби не удержалась и полетела вниз на полной скорости, за ней — Битти, Каспер и Проводник, а Скэйди спокойно катилась сзади. Но впереди оказался большой сугроб, и никто не успел затормозить. Один за другим они врезались в пушистую гору снега. Взметнулись белые облака, и через мгновение из сугроба торчали только лыжи, палки и руки. Все были погребены под снегом.

Выбрались они не сразу, отряхиваясь и смеясь. Каспер отплёвывался, Битти хохотала, Проводник пытался отряхнуть шапку, а Руби просто сидела в сугробе и вытирала снег с лица.

Они ещё до самого вечера дурачились в снегу. Каспер уже успел слепить несколько снежков, Битти попробовала пролезть через сугроб, а Проводник пытался сделать снежного ангела, но у него получилось что-то странное.

Руби подошла к Касперу сзади и, не говоря ни слова, засунула ему за шиворот пригоршню снега. Каспер взвизгнул, резко выпрямился и начал снимать куртку, пытаясь вытряхнуть снег, который уже начал таять на спине.

— Руби!!! — заорал он, отряхиваясь, с трясущимися руками от холода и обиды.

— Что? Я просто решила тебя освежить, — спокойно ответила она, ухмыляясь.

Каспер быстро натянул куртку обратно, поднял снежок и запустил в неё. Руби увернулась, но снежок попал в Битти. Началась очередная снежная перепалка, пока солнце медленно садилось за деревья.

— Ну и приземление, — сказала она.

Скэйди, которая каким-то чудом затормозила вовремя, стояла рядом и смотрела на них с лёгкой улыбкой.

Уже когда стемнело и снег за окном начал искриться в свете луны, все вернулись в дом. Холодный воздух и усталость от долгого дня сменились теплом и покоем.

Проводник подошёл к камину, подбросил дров и разжёг огонь. Через пару минут в комнате разлилось приятное тепло, треск поленьев наполнил тишину, а золотистый свет отразился в стёклах.

Все расселись по своим местам: кто-то на диване, кто-то у камина на полу. Руби сидела с ногами, прислонившись к креслу, Каспер лениво лизал мороженое, Битти прислонилась к Проводнику, Скэйди сидела на полу, глядя в огонь. Никто не говорил. Просто сидели, смотрели на пламя и отдыхали.

За окном раздались шаги. Хруст снега, медленный и тяжёлый. Руби повернула голову и выглянула в окно — никого, только тени деревьев и снег. Она нахмурилась и вернулась к огню. Но Скэйди замерла. Её уши напряглись, тело стало жёстче, а взгляд приковался к двери. Она медленно поднялась и сделала шаг в её сторону, не сводя глаз с приоткрытой створки.

— Что? — спросила Руби, заметив её состояние.

Скэйди ничего не ответила, но было видно, что она чувствует угрозу. Все затихли и тоже начали вслушиваться в звуки за окном. Снаружи было тихо, но тишина была неестественной.

Вдруг стёкла начали лопаться с противным треском. В дом врывались фигуры — серые, с пустыми глазами и механической походкой. Одежда была рваной, на лицах — застывшие маски смерти. Они ломали рамы, лезли внутрь через окна, с металлическим звуком вставая на пол. Руби отскочила от камина, хватая топор.

— Что за дичь?! — крикнула она.

— Это немцы-мертвецы, — спокойно сказал Каспер, отступая к стене и создавая в руке клинок. — Только они называют себя воскресшие.

— Сейчас все воскресшие станут мёртвыми, — ответила Руби, замахиваясь топором на первого.

Началась схватка. Лязг металла, треск дерева, запах тлена. Скэйди двигалась быстро, разрывая тела, Битти крушила битой, Каспер отражал удары клинком, а Руби рубила налево и направо. Проводник стоял за диваном и держал кочергу, готовый хоть как-то помочь.

Проводник укрылся за диваном, держа кочергу, и лихорадочно искал в телефоне хоть какую-то информацию. Пули и удары раздавались вокруг, а он бормотал под нос:

— Что за хрень... откуда они взялись...

Наконец, на одном из форумов, он нашёл старую заметку. Глаза расширились.

— Каспер! Тут написано, что в этих лесах в прошлом веке погибла группа немецких солдат. Легенда гласит, что их души не успокоились и теперь они убивают каждого, кто входит в сосновый лес. Но это были просто страшилки для местных!

— Оказывается, это была правда! — крикнул он, перекрывая шум боя.

Каспер, отбивая очередного мертвеца, скривился:

— Ну супер. Мы приехали отдохнуть в лес, где водятся мертвецы-немцы. Класс!

Руби, разрубив очередного пополам, бросила на него быстрый взгляд:

— Потом разберёмся! Сначала валим их всех!

Руби рубанула последнего мертвеца, вытерла топор и крикнула:

— Нужно уезжать отсюда! Быстро!

Все рванули к выходу. Выбежали из дома, пробежали через лес, не оглядываясь, и выскочили на небольшую парковку у старой заправки. Там стояла ржавая, но на вид рабочая машина — внедорожник с разбитым боковым зеркалом и грязными номерами.

— Она заведётся? — спросила Битти.

— Сейчас узнаем, — сказал Проводник, дёргая дверь. К его удивлению, она открылась. Он сел за руль, замкнул провода, и двигатель зарычал.

— Все садитесь! — крикнул он.

Все запрыгнули в машину. Проводник нажал на газ, и внедорожник с рёвом вылетел с парковки, унося их подальше от проклятого леса и его мёртвых обитателей. За окном мелькали тёмные деревья, а сзади не было погони, но никто не решался обернуться.

Тем временем в лесу, за их спиной, из сугроба медленно поднялась фигура. Он был выше остальных, в рваной, но всё ещё узнаваемой офицерской шинели, на груди — потускневшая нашивка. В руке он держал старую штык-нож, а его глаза светились холодным голубоватым светом. Командир. Главный немец-мертвец. Он постоял неподвижно, прислушиваясь, затем поднял руку и пальцем указал направление — туда, где вдалеке виднелись огни города. Все мёртвые солдаты, до этого блуждавшие по лесу, выстроились в шеренги. С тихим, механическим шорохом они развернулись и, не издав ни звука, двинулись маршем по снегу в сторону города. Сотни ног в старых сапогах синхронно ступали по замёрзшей земле. Впереди шёл командир, и его указательный палец всё ещё был направлен вперёд — в сторону города. Он не спешил. Он знал, что они придут туда, когда наступит ночь. Город ещё не подозревал, что к нему движется армия мёртвых.

Глава 30:Fahrradsattel

Когда команда Руби приехала в город, они сразу же направились домой. Усталые, замёрзшие и немного ошалевшие от произошедшего, они зашли в квартиру, скинули мокрую одежду и расселись по местам. Проводник первым нарушил тишину:

— Что за дичь там вообще была? Немцы-мертвецы? В сосновом лесу? Как такое вообще возможно?

— Легенды иногда оказываются правдой, — ответил Каспер, задумчиво облизывая мороженое.

— Главное, что мы свалили, — сказала Битти.

Руби промолчала, но в её взгляде читалась настороженность. Она чувствовала, что это ещё не конец.

Прошло два дня. Город жил своей обычной жизнью: снег, прохожие, машины. Всё было спокойно. Но ранним утром раздались звуки — глухие, старые, металлические. Ритмичные выстрелы. Пистолеты, пулемёты, ружья. Проводник вскочил с кровати, подбежал к окну и замер. По улицам города маршем двигались немцы-мертвецы. Они шли ровными рядами, стреляя в воздух, ломая машины, врываясь в здания. Город начал захватывать армия мертвецов.

— Они пришли... — прошептал Проводник.

Руби уже стояла рядом с топором в руках.

— Ну, значит, продолжим бой.

Все вышли на улицу. Город был охвачен паникой. Немцы-мертвецы маршировали по проспектам, брали людей в плен, загоняли их в толпы и держали под дулами старых винтовок. При этом они напевали свой гимн — глухо, механически, без души. Команда Руби сразу же вступила в бой. Руби рубила топором, Битти крушила битой, Каспер разил клинками, а Скэйди рвала когтями. Мертвецы падали, но их было слишком много. Они лезли со всех сторон, как механические фигуры, и не чувствовали боли. Тела людей, которых они взяли в плен, заполнили площадь. Руби вытерла кровь с лица и, глядя на толпу мертвецов, сказала:

— Мы не спасём всех сразу. Нужно пробиваться к центру и искать их командира.

— Без него они просто машины, — ответил Каспер, отбивая очередную атаку.

Все пробивались к центру города. Улицы были забиты мёртвыми солдатами, они маршировали, стреляли, хватали людей. Команда Руби двигалась слаженно, прорубая себе путь через ряды врагов. Когда они вышли на главную площадь, их взгляду предстала фигура в старой офицерской шинели. Командир полка. Он стоял на ступенях административного здания и громко отдавал приказы на немецком языке. Голос звучал хрипло, но властно, и каждый его приказ заставлял мёртвых солдат двигаться слаженнее. Руби остановилась, перехватила топор поудобнее и, глядя на него, сказала:

— Похоже, это тот, кто всем этим управляет.

— Если убрать его, они могут просто остановиться, — сказал Каспер.

— Тогда убираем, — коротко ответила Руби и шагнула вперёд, направляясь к ступеням. Командир заметил её, повернулся и медленно поднял старый пистолет, наводя прямо на неё.

Вдруг из-за поворота выехал старый, потрёпанный танк. Серый, с облупившейся краской и следами от пуль на броне. На его башне был нарисован потускневший крест — «Тигр». Он с рёвом выкатился на площадь, раздавил пару припаркованных машин и нацелил дуло прямо на них. Битти замерла с битой в руках и, не веря своим глазам, выдохнула: — Да где они его взяли?! Каспер присвистнул. — Похоже, музей ограбили. Или сами с собой притащили. Руби ухмыльнулась, глядя на танк, и сжала топор. — Ну, значит, будем воевать не только с мертвецами, но и с железками.

Но к счастью, с другой стороны площади послышался рёв моторов. Из-за зданий выехала колонна военной техники — несколько танков, бронетранспортёры и грузовики с солдатами. Вся эта армада двинулась прямо на армию мёртвых немцев.

— Это наши! — крикнул Проводник.

Военные открыли огонь. Выстрелы, взрывы, грохот гусениц — немцы-мертвецы начали падать десятками, не в силах противостоять живой силе и технике.

Руби остановилась, подняла руку к виску и, глядя на проезжающую военную технику, громко крикнула:

— Ура армии Российской Федерации! — и отдала честь.

Битти усмехнулась, Каспер покачал головой, а Скэйди молча смотрела на происходящее. Немцы отступали, город постепенно освобождался от мертвецов.

Когда последние отряды немцев-мертвецов покидали город, оставляя за собой разрушенные улицы и брошенное оружие, командир полка остановился на окраине. Он обернулся, посмотрел на дымящийся город, и хрипло, на ломаном русском, но всё ещё немецком, произнёс:

— Ich werde zurückkehren... Я вернусь...

Его голос звучал глухо, как сквозь толщу льда. Он развернулся и исчез в снежной мгле вместе с остатками своей армии. Руби стояла на площади, сжимая топор, и смотрела ему вслед.

— Вот же старый хрыч... — сказала она. — Ещё и обещает вернуться.

— Легенды не умирают просто так, — ответил Каспер.

— Значит, встретим его как положено, — ответила Руби и пошла в сторону дома.

Все наконец-то вернулись домой. Уставшие, грязные, но живые. Разделись, расселись по местам. Проводник устало плюхнулся на диван и начал листать телефон, чтобы немного отвлечься. Случайно нажал на какую-то ссылку, и из динамиков раздалась бодрая немецкая песня.

— Fahrradsattel, — прочитал он название на экране и удивлённо поднял бровь.

Руби, которая стояла у окна и смотрела на затихающий город, резко обернулась.

— Ты че, совсем офигел?! Выключи сейчас же! — крикнула она.

Проводник вздрогнул, быстро зажал динамик и убрал телефон.

— Ладно-ладно! Извини! — он помолчал, добавил уже спокойнее: — Это вообще-то песня про любовь.

Руби прищурилась, но промолчала. Битти тихо усмехнулась, Каспер улыбнулся в своё мороженое.

Все сидели и занимались своими делами. Руби чистила топор, Скэйди смотрела в окно, Каспер лизал мороженое, а Битти сидела на диване и крутила биту в руках. Проводник вдруг ухмыльнулся, повернулся к Битти и сказал:

— Битти, знаешь, на кого ты похожа?

— На кого? — спросила она, подняв бровь.

— На Гитлера.

На мгновение в комнате повисла тишина. Каспер поперхнулся мороженым и закашлялся, пытаясь сдержать смех. Битти нахмурилась и переглянулась с Руби и Скэйди, которые тоже не поняли шутки.

— Кто такой Гитлер? — спросила Битти, скрестив руки.

Проводник на секунду замялся, но быстро нашёлся:

— Ну… это очень красивая девушка. Просто с мужской фамилией.

Каспер уже не сдерживался — он закрыл лицо рукой и тихо фыркал в ладонь.

— Красивая девушка с мужской фамилией, — повторила Битти, глядя на него подозрительно.

— Ага, — ответил Проводник с максимально невинным лицом.

Битти на мгновение задумалась, потом пожала плечами:

— Ну ладно, тогда спасибо.

Каспер отвернулся и наконец выдохнул смех. Руби покачала головой, улыбнувшись в топор. Проводник облегчённо выдохнул и поспешил сменить тему.

Все уже ложились спать. Разговоры о немцах постепенно затихли, и в комнате воцарилась тишина. Проводник улёгся на диван, укрылся пледом и, видимо, совсем потерял страх, потому что снова достал телефон и включил ту самую немецкую песню про любовь. Из динамика снова зазвучала Fahrradsattel.

Руби, которая уже почти заснула, приподнялась на локте и, не открывая глаз, сказала:

— А ну выключи!

Проводник не выключил, а только прибавил звук и ответил с улыбкой:

— Ну немецкий язык такой красивый!

Руби открыла глаза, посмотрела на него и, вздохнув, ответила:

— Может быть, красивый. Но каждое слово звучит как будто тебя ругают за опоздание.

Проводник засмеялся и наконец выключил музыку.

— Спокойной ночи, — сказал он.

— Спокойной, — буркнула Руби и снова укрылась пледом.

Ночью Руби приснился сон. Ей снилось велосипедное кресло. Оно крутилось в пустоте, напевало немецкую мелодию и улыбалось. Руби во сне нахмурилась, но ничего не сказала — просто смотрела на это кресло, которое почему-то казалось ей знакомым.

Проснулась она уже утром и долго сидела на кровати, глядя в стену.

— Что за херня мне приснилась, — пробормотала она.

Глава 31:ммм... Романтика!

На утро Битти лежала в кровати, укрывшись одеялом. Она проснулась раньше всех, и в доме было тихо. За окном падал снег, и только редкие звуки ветра нарушали тишину. Она смотрела в потолок и думала о разном. Вспоминала вчерашний день, немцев, песню, шутку про Гитлера. А потом вдруг подумала: «А ведь Проводник уделяет мне мало времени». Она нахмурилась, повернулась на бок и посмотрела на дверь его комнаты. Ей вдруг стало немного обидно, хотя она сама не понимала почему. Она вздохнула и уставилась в стену, прислушиваясь к звукам просыпающегося дома.

Через пару часов все начали просыпаться. Каспер уже сидел на кухне с утренним мороженым, Руби зевала, потягиваясь на диване, а Скэйди бесшумно стояла у окна. Проводник вышел из комнаты, потёр глаза и направился к столу, даже не взглянув на Битти. Битти сидела на диване с недовольным лицом и сверлила его взглядом. Проводник ничего не замечал, просто потянулся за кружкой. Битти окончательно это надоело. Она резко встала, подошла к нему, взяла за руку и, не говоря ни слова, потащила к выходу.

— Эй! Ты куда?! — удивился Проводник.

Битти молча открыла дверь и вышла с ним на улицу. Дверь за ними закрылась. Руби, Каспер и Скэйди переглянулись. Каспер недоумённо облизнул мороженое:

— Что это было?

— Понятия не имею, — ответила Руби, подходя к окну и глядя, как Битти уводит Проводника по заснеженной улице.

Битти и Проводник шли по заснеженной улице. Холодный воздух щипал лицо, под ногами скрипел снег. Проводник, наконец, решился спросить: — Битти, ты чего? Что случилось? Битти остановилась, развернулась к нему и посмотрела прямо в глаза: — Ты не уделяешь мне внимания. Постоянно не замечаешь меня. Я устала это терпеть. Проводник открыл рот, чтобы возразить, но она перебила: — Этот день мы проведём полностью вместе! Проводник чуть не отступил, но сдержался. Она выглядела серьёзно и обиженно. Он вздохнул и виновато опустил плечи: — Я... я не хотел тебя обидеть. Прости. Ты права, я был занят и не замечал. Битти смягчилась: — Тогда сегодня ты только мой. Проводник кивнул: — Договорились.

Они шли по заснеженной улице и через несколько минут заметили уютное кафе с тёплым светом в окнах. Проводник остановился и показал рукой:

— А давай зайдём сюда? Всё за мой счёт.

Битти улыбнулась и кивнула:

— Хорошо.

Они зашли внутрь, сели за небольшой столик у окна, и к ним подошёл официант. Проводник, не глядя в меню, уверенно сказал:

— Нам два десерта. Тирамису и суфле.

Официант кивнул и ушёл. Битти нахмурилась, посмотрела на Проводника и переспросила:

— Почему ты заказал именно тирамису и суфле?

Проводник улыбнулся и ответил:

— Потому что я обожаю тирамису, а ты — суфле.

Битти задумалась, потом осторожно спросила:

— А что такое суфле?

Проводник засмеялся и покачал головой, а она сидела и смотрела на него с любопытством, ожидая объяснения.

Когда их заказ принесли, Битти с любопытством посмотрела на суфле — воздушное, в маленькой формочке, слегка подёрнутое сахарной пудрой. Она взяла ложку, аккуратно отломила кусочек и попробовала. На её лице появилось удивление, а затем — искренняя улыбка. Она проглотила и, посмотрев на Проводника, сказала: — Это вкусно! Теперь это моё самое любимое блюдо! Проводник довольно улыбнулся, отпил кофе и ответил: — Я же говорил. Битти улыбнулась и съела ещё ложку. Они сидели в тёплом кафе, за окнами падал снег, и всё было хорошо.

Когда они поели, Проводник расплатился за заказ и, убрав кошелёк, повернулся к Битти с лёгкой улыбкой: — Ну что, идём дальше? Битти довольно кивнула и, встав из-за стола, взяла его за руку: — Идём. Они вышли из кафе и снова оказались на улице. Снег всё так же тихо падал, город был спокойным и тихим. Битти сжимала руку Проводника и шла рядом, не говоря ни слова, но улыбаясь. Проводник искоса поглядывал на неё и улыбался в ответ. Им было хорошо вдвоём, и в этот момент не хотелось никуда спешить.

Но Битти и Проводник не знали, что за ними следит Руби. Она шла на некотором расстоянии, прячась за деревьями и припаркованными машинами. Ей было безумно интересно, куда это они ушли и что там происходит. Она видела, как они зашли в кафе, как сидели за столиком, как ели десерты, как он платил и как они вышли и пошли дальше, взявшись за руки. Руби остановилась за углом, прислонилась к стене и хмыкнула: — Так, значит, свидание? У них типа свидание. Она покачала головой, ухмыльнулась и, достав телефон, написала в общий чат: «У нас тут новость. У проводника и Битти свидание». Затем убрала телефон и пошла дальше, уже не скрываясь, но держась на расстоянии.

Битти и Проводник нашли свободную скамейку в парке, сели и начали тихо разговаривать. Снег мягко падал вокруг, создавая уютную, почти сказочную атмосферу. Проводник говорил что-то о своих чувствах, о том, как ему хорошо с ней. Битти слушала, иногда улыбалась и что-то отвечала. Руби стояла за ближайшим деревом, прислушиваясь к их разговору. Она слышала слова о чувствах, но почти ничего в них не понимала. Как можно обсуждать какие-то «чувства» на скамейке, когда за спиной целый город и столько дел? Она нахмурилась, пытаясь уловить смысл, но всё, что доносилось до неё, звучало странно и непонятно. — Что они там такое говорят? — прошептала она сама себе. — Ничего не понятно. Руби вздохнула, отступила от дерева и решила, что лучше просто подождёт.

Битти и Проводник свернули в тихий закуток между домами, где было пусто и тихо. Но не успели они пройти и нескольких шагов, как из-за угла вышли трое бандитов. Один из них ухмыльнулся и, разминая пальцы, сказал:

— Ну что, голубки, гулять вышли? Деньги давайте и телефоны.

Битти уже закатала рукава, готовая вломить им по полной, но Проводник вдруг вышел вперёд и выставил руку:

— Нет, Битти. Я же настоящий мужчина. Я тебя защищу.

Он подошёл к бандитам, стараясь выглядеть круто, но потом тихо, почти шёпотом, сказал им:

— Пацаны, давайте я вам деньги дам, а вы просто сделаете вид, что меня сильно боитесь, и уйдёте. По-хорошему.

Бандиты переглянулись. Один из них с сомнением посмотрел на Проводника, но кошелёк в его руке сказал своё слово. Они кивнули. Проводник протянул им деньги. Один из бандитов взял их, закатил глаза и выдал театральный испуганный голос:

— Ой-ой-ой, какой страшный мужик! Пойдёмте отсюда, парни!

Они быстро развернулись и исчезли за углом. Битти стояла с открытым ртом, ничего не понимая. Проводник обернулся к ней, развёл руками и с гордым видом сказал:

— Ну вот. Я же говорил — я настоящий мужчина.

Битти удивлённо моргнула.

— Они просто так испугались?

— Видимо, чувствуется во мне сила, — ответил Проводник, пряча пустой кошелёк.

Руби, следя за ними, хмыкнула и тихо сказала сама себе:

— Вот Проводник... хитрец, но умный.

Она спряталась за колонной, когда они направились к кинотеатру. Битти и Проводник купили билеты на фильм «1+1» и скрылись в зале. Руби подошла к афишам, посмотрела на постер с двумя улыбающимися парнями и поморщилась.

— Не, такое смотреть не буду.

Она перевела взгляд на соседний зал и увидела афишу: «Техасская резня бензопилой». Глаза загорелись.

— Вот это кино.

Руби купила билет, зашла в зал, села в самый центр и приготовилась наслаждаться. Вскоре в зале потемнело, и на экране началась кровавая резня, от которой Руби смотрела с неподдельным удовольствием, сжимая в руках ведёрко с попкорном.

Под вечер Битти и Проводник уже возвращались домой. В руках у них были остатки попкорна и две бутылки газировки. Битти шла счастливая, прижимаясь к плечу Проводника, и улыбалась, как ребёнок.

— Это был лучший день в моей жизни, — сказала она.

Проводник улыбнулся, сжал её руку и ничего не ответил — только посмотрел на неё с теплотой.

Когда они вернулись, в квартире горел тёплый свет. Они сели на диван и начали обсуждать прошедший день: фильм, кафе, прогулку, странных бандитов. Вдруг входная дверь открылась. Зашла Руби. Она выглядела довольной, слегка растрёпанной, с едва заметным пятнышком на куртке, похожим на бурый след.

Проводник удивлённо обернулся:

— Где ты была?

Руби спокойно сняла куртку, повесила её на вешалку и ответила:

— Да так. Ничего особенного.

Она прошла на кухню, достала сок и улыбнулась про себя.

Каспер и Скэйди подошли к Руби, которая уже удобно устроилась на кухне с яблочным соком. Каспер приподнял бровь, а Скэйди просто стояла рядом с лёгким интересом.

— Зачем ты следила за ними? — спросил Каспер.

Руби сделала глоток, поставила стакан и ответила с абсолютно невозмутимым видом:

— А что такого?

Каспер усмехнулся, качая головой.

— Просто интересно.

— Ну и мне было интересно, — ответила Руби. — Хотела посмотреть, что они там делают. Оказалось, у них свидание. Потом фильм. Ничего криминального.

Скэйди тихо фыркнула, но ничего не сказала. Каспер вздохнул и пошёл на кухню за мороженым. Руби пожала плечами и снова взялась за стакан.

Скэйди перевела взгляд на Каспера, который возился на кухне с мороженым, и задержалась на нём чуть дольше обычного. Её лицо оставалось невозмутимым, но в глазах мелькнуло что-то тёплое, почти нежное. Она быстро отвела взгляд, будто ничего не произошло, и снова уставилась в окно. Она никогда не показывала своих чувств и тем более не говорила о них. Но этот взгляд был красноречивее слов. Каспер ничего не заметил — он был занят своим мороженым. День подошёл к концу. Все разошлись по своим местам, готовясь ко сну. В доме стало тихо, за окном продолжал падать снег, и каждый остался наедине со своими мыслями.

Глава 32: рука в руке и парашутист

Все были на вечеринке. В зале играла музыка, горели огни, люди танцевали и смеялись. Руби подошла к диджейской стойке, бесцеремонно отодвинула удивлённого диджея в сторону и включила свою музыку — тяжёлый, злой трек с агрессивным битом. Танцпол на мгновение замер, но потом толпа снова задвигалась, уже под её ритм.

Битти и Проводник сидели за одним из столиков, тихо беседовали и иногда поглядывали друг на друга с лёгкой улыбкой. Каспер уже был в центре зала и двигался в такт, откровенно наслаждаясь музыкой и слегка глуповатой свободой. Скэйди сидела в углу, у стены, и молча наблюдала за всем происходящим. Она следила за Каспером, за его движениями, за тем, как он иногда смеялся, танцуя, и на её лице нельзя было прочитать ни одной эмоции. Только внимательный взгляд, который оставался незамеченным.

Вечеринка продолжалась. Всё было шумно, ярко и живо.

К Касперу подошли три девушки. Они были нарядные, весёлые и явно настроены танцевать. Одна из них взяла его за руку, и, прежде чем он успел что-то сказать, они уже увлекли его в центр зала. Каспер, ничуть не сопротивляясь, пошёл с ними — он любил танцевать и был рад компании.

Скэйди, сидевшая в углу, заметила это. Её взгляд стал чуть холоднее, губы сжались, а на лице проступила едва заметная тень недовольства. Она не двинулась с места, но её взгляд не отрывался от Каспера и девушек. Она молчала, но было видно, что ей это не нравилось

Скэйди продолжала сидеть в углу, наблюдая за тем, как девушки кружат вокруг Каспера. Её взгляд становился всё холоднее, но в голове уже начал зреть план. Мысль о том, чтобы убрать их, промелькнула, но была тут же отвергнута — не потому что она жалела кого-то, а потому что возиться с телами было слишком хлопотно. Это всё объяснения, допросы, скрытие следов — лишняя морока.

Она бесшумно поднялась с места, обошла зал и направилась к электрощитку в коридоре. Никто не обратил на неё внимания. Она открыла крышку, отыскала главный рубильник и без колебаний опустила его. Весь зал погрузился в темноту. Музыка резко оборвалась, повисли крики удивления и недоумения. В темноте все начали суетиться, а Скэйди уже спокойно вернулась на своё место, сложила руки на коленях и снова стала наблюдать за тишиной и хаосом с тем же невозмутимым видом

Через пару минут в зале снова загорелся свет — Руби нашла запасной генератор и щёлкнула тумблером. Музыка снова заиграла, но уже другая, и вечеринка продолжилась. Однако когда свет включился, девушки, которые танцевали с Каспером, исчезли. Каспер стоял в центре зала с немного озадаченным видом, оглядываясь по сторонам.

— Куда они делись? — спросил он у самого себя.

Битти и Проводник переглянулись, но промолчали. Руби, стоявшая у генератора, хмыкнула и бросила быстрый взгляд в сторону угла, где сидела Скэйди. Та сидела неподвижно, сложив руки, и смотрела перед собой с абсолютно невозмутимым выражением лица.

Каспер подошёл к Руби и, пожав плечами, сказал:

— Странно. Только что были здесь, и вдруг пропали.

— Может, просто ушли, — ответила Руби, искоса поглядывая на Скэйди. — Мало ли.

Вскоре вечеринка закончилась. Музыка стихла, огни погасли, и народ начал расходиться. Все устали, но были довольны.

Битти и Проводник вышли вместе, не спеша, переговариваясь о чём-то своём. Каспер всё ещё оглядывался по сторонам, надеясь увидеть тех девушек, но так и не нашёл их. Он пожал плечами и пошёл за остальными.

Скэйди вышла последней, бесшумно, как всегда. На её лице не отражалось никаких эмоций, но в её походке чувствовалось лёгкое удовлетворение.

Руби закрыла дверь зала, проверила замок и, догнав остальных, сказала:

— Ну и вечерок. Кто-то явно знает, как сделать его незабываемым.

Все пошли по домам. Город был тихим, ночь мягко укрывала улицы, а снег всё так же падал, как будто ничего не случилось.

Они шли по тихой ночной улице. Снег хрустел под ногами, и в воздухе висела лёгкая морозная дымка. Битти и Проводник шли впереди, держась за руки. Они переговаривались тихо и иногда смеялись.

Скэйди шла чуть позади, глядя на них. Ей было вроде бы всё равно — она всегда выглядела безучастной. Но что-то внутри сжалось. Ей вдруг захотелось взять кого-то за руку. Она посмотрела на Каспера, который шагал рядом, и задумалась. Мысль быстро ускользнула, как и её лицо. Но она не сделала ни шага, ни движения. Просто продолжила идти дальше, оставив это желание в себе.

Они шли дальше. Снег тихо падал, улица была пустой, и только их шаги нарушали ночную тишину. Скэйди чувствовала, как желание взять за руку Каспера давит на неё изнутри. Она сдерживалась, но понимала, что если сейчас не сделает этого, то будет жалеть.

Она сделала шаг ближе к нему и, стараясь звучать как можно равнодушнее, сказала:

— Эй... Я темноты боюсь... Может, возьмёмся за руки?

Каспер удивлённо посмотрел на неё, потом на её лицо, но ничего не сказал. Он знал, что Скэйди не боится ни темноты, ни чего-то подобного, но решил не спорить.

— Ну, раз боишься... давай, — ответил он и протянул ей руку.

Скэйди взяла её, аккуратно, и они пошли дальше. На её лице не было улыбки, но в груди стало тепло. Она молчала, но впервые за долгое время ей хотелось, чтобы дорога не заканчивалась.

Вдруг Скэйди заметила, что Битти и Проводник больше не держатся за руки. Она не знала почему, но это её почему-то разозлило. Или не разозлило, а просто задело. Она сжала руку Каспера сильнее — так, что он слегка поморщился.

— Скэйди, полегче, пожалуйста, — сказал Каспер, пытаясь высвободиться.

Скэйди на мгновение замерла, потом ослабила хватку.

— Извини, — сказала она коротко и не глядя на него.

Она не объяснила, что произошло, и Каспер не стал спрашивать. Они просто пошли дальше, и дорога снова стала тихой, а снег всё так же падал на их плечи.

Потом Битти и Проводник снова взялись за руки. Скэйди заметила это и вновь напряглась, но промолчала. А Руби, которая шла немного впереди всех, обернулась и, оглядев всю компанию, сказала:

— А давайте все возьмёмся за руки? Что вы тут ходите парами, а я одна!

Никто не стал спорить. Битти улыбнулась, Каспер пожал плечами, Проводник кивнул, а Скэйди молча протянула руку Касперу. Руби соединила всех, и они пошли рядом, взявшись за руки. Пять фигур на заснеженной улице, держащиеся за руки, как одна компания. Все улыбались, даже Скэйди, которую никто не видел, но она чувствовала тепло. Так они и дошли до дома — не поодиночке, а вместе.

Вдруг откуда ни возьмись раздался пронзительный крик. Он доносился сверху и с каждым мгновением становился всё громче, всё ближе. Все остановились и подняли головы. Что-то стремительно падало с неба. Через секунду тело с глухим ударом врезалось в асфальт прямо перед ними — в кровавую лепёшку.

Руби наклонилась, разглядывая, и спокойно сказала:

— На метеорит не похоже.

Каспер подошёл ближе, осмотрел остатки и покачал головой:

— Парашютист. Видимо, не раскрылся.

Битти прикрыла рот рукой, Проводник отвернулся, а Скэйди просто стояла и смотрела вверх, пытаясь понять, откуда он мог упасть. Руби вздохнула и, развернувшись, сказала:

— Ну что, идём дальше. А то этот инцидент испортит нам весь вечер.

Все переглянулись и молча пошли к дому, оставляя за спиной тёмное пятно на снегу и тишину, которая опустилась на улицу.

Они дошли до дома, но никто не лёг спать. Битти сразу утащила Проводника на диван и заставила смотреть с ней какой-то сериал про оборотней. Проводник пытался сопротивляться, но быстро сдался и уже через полчаса смотрел с таким же интересом, как и она.

Каспер и Скэйди устроились за столом с монополией. Каспер, как обычно, быстро разобрался в правилах и начал скупать всё подряд. Скэйди понятия не имела, что происходит — она просто кидала кубики, передвигала фишку и иногда покупала улицы, даже не глядя на цену. Каспер выигрывал партию за партией, но Скэйди, похоже, это не волновало — ей просто нравилось сидеть рядом.

Руби устроилась в кресле, с ногами, и до самого утра наблюдала за ними. Она не вмешивалась, просто смотрела, как Каспер объясняет правила, как Скэйди задумчиво крутит фишку, как она иногда поднимает на него взгляд, когда он не видит. Руби молчала, но на её лице иногда появлялась лёгкая улыбка.

Глава 33:пол-это лава

Все сидели дома. За окном уже давно стемнело, и делать было особенно нечего. Проводник вдруг оживился, хлопнул в ладоши и сказал:

— А давайте сыграем в «Пол это лава»!

Все переглянулись. Руби приподняла бровь, Битти наклонила голову, Каспер перестал лизать мороженое, а Скэйди просто смотрела на него с лёгким непониманием.

— Что за «пол это лава»? — спросила Руби.

Проводник встал с дивана и начал объяснять:

— Это игра. Представьте, что пол — это горячая лава. Нельзя касаться пола ни ногой, ни рукой, ни вообще ничем. Нужно перебираться по мебели — по стульям, столам, диванам — и не упасть. Кто коснулся пола — тот выбывает.

Битти заинтересованно посмотрела на мебель, Каспер задумчиво облизнул мороженое, а Скэйди перевела взгляд на пол, будто оценивая опасность.

— Звучит глупо, — сказала Руби, но на её лице уже появилась лёгкая ухмылка.

— Итак, начинаем, — сказал Проводник и запрыгнул на диван.

Они играли уже минут пять — прыгали с дивана на кресло, с кресла на стол, с одного стула на другой, смеясь и толкаясь. Проводник уже дважды чуть не упал, Битти виртуозно перебиралась по спинкам, Руби балансировала на краю стола, а Скэйди бесшумно передвигалась по мебели, словно кошка. Вдруг раздалось шипение, и из-под ножек стола начал просачиваться горячий пар. Сначала они подумали, что это шутка. Но через пару секунд из щелей между досками пола начала сочиться настоящая лава. Оранжевая, пузырящаяся, жаркая. Все замерли.

— Что за хрень?! — крикнула Руби.

— откуда она взялась?! — перепугался Проводник.

Каспер переглянулся со всеми и, вздохнув, сказал:

— Это проделки пьяного бога.

Битти застыла на подлокотнике кресла, глядя, как лава заливает пол, и прошептала: — Ну блин... Руби ухмыльнулась и перепрыгнула на шкаф. — Ладно, раз настоящая, значит, играем.

Битти выглянула в окно и замерла. Улица внизу была залита оранжевым светом — настоящая лава медленно текла по асфальту, огибая машины и фонарные столбы. Люди в панике выбегали из домов, запрыгивали на крыши машин, лезли на деревья, пытаясь спастись от растекающейся лавы. — Там тоже лава, — сказала Битти, не отрывая взгляда от окна.

Все подошли к окну и увидели, что весь город начал играть в «Пол это лава». Кто-то уже сидел на крышах, кто-то пытался перебираться по проводам, кто-то в панике бежал в сторону холмов. Руби хмыкнула, повернулась к остальным и сказала: — Похоже, пьяный бог решил, что весь город должен присоединиться к игре.

Проводник обернулся к остальным и, перекрикивая шипение лавы, сказал:

— Надо добраться до этого бога и заставить его убрать всю эту лаву!

Все переглянулись и одновременно кивнули. Руби ухмыльнулась, перехватила топор поудобнее и, оглядывая комнату, полную мебельных островков, сказала:

— Это целый квест.

Битти уже оценивала маршрут от шкафа до люстры, Каспер думал, как перекинуть мостик из магии, а Скэйди бесшумно осматривала балкон. Проводник стоял на диване и смотрел на залитый лавой город, который теперь был не просто улицами, а полем битвы за выживание. Руби подняла руку, указывая в сторону бара, где обитал пьяный бог:

— Значит, так. Добираемся до бога. Убеждаем его убрать лаву. Идём по крышам и мебели. Никаких касаний пола.

Все кивнули. Квест начался.

Все начали перебираться по мебели, как по мостам над лавой. Руби первой прыгнула с дивана на стол, потом на подоконник. Битти перелетела через кресло, Каспер создал небольшой трамплин, чтобы перескочить, а Скэйди бесшумно скользнула по спинке стула, как тень.

Руби распахнула окно и выпрыгнула на крышу припаркованного автобуса. Остальные последовали за ней. Под ними кипела лава, но они уже двигались дальше — по крышам машин, как по кочкам. Битти балансировала на грузовике, Проводник чуть не поскользнулся на мокрой крыше легковушки, но Каспер подхватил его. Скэйди уже была далеко впереди, бесшумно перепрыгивая с одной машины на другую.

— Движемся к бару! — крикнула Руби, прыгая на фургон.

Крыши машин уходили вдаль, как гигантские ступени над рекой лавы. Город превратился в полосу препятствий, и они шли по ней, не оглядываясь.

Руби перепрыгивала с одной машины на другую, как вдруг заметила в оранжевом свете что-то знакомое. Из лавы торчала чья-то рука — обугленная, с большим пальцем, поднятым вверх. Она на секунду задержалась, ухмыльнулась и, не сбавляя шага, сказала:

— Прикольная отсылка.

Битти, прыгавшая следом, глянула вниз и фыркнула, Каспер коротко хмыкнул, а Проводник, перелезая через багажник, удивлённо переспросил:

— Терминатор, что ли?

Руби махнула рукой и крикнула:

— Да! Лава, рука, и палец вверх. Кто-то явно фанат, даже умирая!

Все улыбнулись, но продолжали путь.

Наконец они добрались до бара. Крыша здания была единственным безопасным местом, куда лава ещё не добралась. На самой крыше сидел бармен и, свесив ноги вниз, спокойно жарил маршмеллоу на поднимающемся от лавы жару. Увидев команду, он поднял бровь и улыбнулся.

Руби запрыгнула на крышу, отряхнулась и спросила:

— Зачем пьяный бог создал лаву?

Бармен пожал плечами, перевернул маршмеллоу и ответил:

— Да я вообще без понятия. Он просто сидел, пил пиво, икнул, а потом сказал: «Хочу, чтобы весь город играл в „Пол это лава“». Я думал, он шутит.

Руби вздохнула и двинулась к двери в подвал.

— Идём. Надо разобраться.

Они спустились вниз — в баре действительно не было лавы, словно место было защищено. В подвале уже слышалось довольное бормотание и звон бутылок.

Когда они спустились в подвал, их встретил знакомый запах пива и хохота. Пьяный бог сидел в своём продавленном кресле, с бутылкой в руке, и смотрел на несколько старых телевизоров, которые он, видимо, наколдовал. На экранах транслировались кадры со всего города: люди прыгали по крышам машин, карабкались на деревья, висели на карнизах и пытались спастись от лавы. А бог смеялся. От души, до слёз. Он чуть не упал с кресла, когда увидел, как мужчина в пижаме перепрыгивает с балкона на балкон.

— Ой, смотрите! Смотрите! — заржал он, показывая пальцем. — Этот вообще на фонарь залез!

Руби подошла к нему, выключила телевизоры и, нависнув над ним, сказала:

— Алло! Это тебе не мультики. Это чьи-то жизни.

Бог замер, опустил бутылку и, смущаясь, пробормотал:

— Ну... я просто хотел, чтобы всем было весело...

Руби скрестила руки на груди.

— Убери лаву. Сейчас. Иначе я тебя сама в неё кину.

Бог обиженно надулся, но щёлкнул пальцами. Лава начала медленно исчезать — сначала на улицах, потом в домах, оставляя лишь запах гари и дымящийся асфальт. Город снова стал безопасным. Он откинулся на спинку кресла, вздохнул и спросил:

— Ну хорошо... А что мне тогда смотреть? Мне же скучно!

Руби задумалась на мгновение, потом уверенно сказала:

— Включи «Уральские пельмени». Там смешно, глупо, и ты не будешь разрушать города.

Бог прищурился, но, подумав, нашёл канал. На экране замелькали знакомые лица и зазвучала заставка. Он откинулся назад, взял пиво и довольно улыбнулся, уже забыв про лаву. Через минуту он уже смеялся над шуткой про такси и депутатов.

Руби обернулась к своим и махнула рукой:

— Всё, порядок. Пошли домой.

Когда все наконец вернулись домой, уставшие, чуть обгоревшие, но живые, Руби плюхнулась на диван, закинула ноги на столик и, глядя в потолок, сказала:

— Завтра будем играть в виселицу.

На мгновение в комнате повисла тишина. Проводник, который только что сел на пол, чтобы перевести дух, услышав это слово, резко выпрямился.

— Нет! Нет, нет, нет! — закричал он. — Никакой виселицы! После сегодняшнего дня я хочу спокойствия, тишины и сидеть на диване без лавы и игр!

Руби усмехнулась, лениво потянулась и ответила:

— Ну, тогда завтра просто посидим.

Битти хмыкнула, Каспер закатил глаза, а Скэйди тихо фыркнула, стоя у окна.

Проводник тяжело вздохнул и, закрыв лицо руками, сказал:

— Хоть это радует.

Глава 34:шумные соседи и шуры-муры бармена

Утром все проснулись не от солнца и не от будильника, а от грохота сверху. Кто-то явно играл в боулинг, но без дорожки — просто швырял шарами по полу. Топот, крики, падение тяжёлых предметов — всё это разносилось по потолку с такой силой, что люстра качалась. Руби открыла глаза, посмотрела в потолок и, не вставая с кровати, громко сказала:

— Это что за цирк?

— Соседи, — сонно буркнул Проводник. — Опять.

Каспер сидел на кухне с мороженым, прислушиваясь к происходящему наверху. Битти приподняла голову с подушки, а Скэйди уже стояла у двери, готовая выяснить, кто там наверху. Вдруг сверху раздался громкий хруст и звук разбитой посуды, а следом — пьяный смех.

Руби встала, потянулась и сказала:

— Ладно, пойду познакомлюсь.

Руби поднялась на этаж выше, остановилась перед дверью и вежливо постучала. Через пару секунд дверь открыл какой-то мужик — лысый, в майке, с пивным животом и сигаретой в зубах. А за его спиной виднелась целая орава людей: кто-то сидел за столом, кто-то лежал на диване, кто-то просто стоял с бутылкой в руках. Везде были разбросаны бутылки, карты, игральные кости и обёртки от чипсов.

Мужик выдохнул дым, оглядел Руби с ног до головы и хрипло спросил:

— Ты чё, соседка? Что-то случилось?

Руби заглянула внутрь, увидела всю эту картину и, улыбнувшись, ответила:

— Да нет, просто решила познакомиться. А вы тут, я смотрю, развлекаетесь.

Мужик усмехнулся и, обернувшись к своей компании, сказал:

— Слышь, пацаны, к нам соседка заглянула!

Компания загудела, кто-то поднял бутылку, кто-то помахал рукой. Руби спокойно стояла и смотрела на них с лёгкой улыбкой.

Мужик отступил на шаг и махнул рукой:

— Ну ты проходи, проходи! Мы гостям всегда рады!

Руби на мгновение задумалась. Она вообще-то пришла сказать им, чтобы они вели себя потише, но, взглянув на компанию, на стол с закусками, на карты и бутылки, решила, что зайдёт. Хотя бы на пару минут.

— Ладно, — сказала она и шагнула через порог. — Зайду, раз приглашаете.

Мужик ухмыльнулся, похлопал её по плечу и крикнул остальным:

— Пацаны, у нас гости!

Руби вошла в квартиру, огляделась и уже собиралась сказать что-то про шум, но вместо этого села на свободный стул и потянулась за чипсами.

Руби взяла чипсину, хрустнула и, оглядывая стол с картами и деньгами, с лёгкой ухмылкой спросила:

— Ну что, играете на деньги?

В комнате повисла тишина. Мужики переглянулись, кто-то присвистнул. Лысый мужик ухмыльнулся и, с уважением кивнув, ответил:

— В тему.

— Я пас, — сказал один из компании.

— А я в деле, — сказала Руби, садясь ближе к столу.

Кто-то подвинул ей место, кто-то сдал карты. Руби пододвинула стул, взяла карты и с улыбкой добавила:

— Только предупреждаю, я не проигрываю.

Началась игра. За столом сидели трое мужиков и Руби. Сначала все шло спокойно, но чем дальше, тем игра становилась серьёзнее. Мужики перестали шуметь и смеяться — они сосредоточенно смотрели в карты, взвешивали ставки и иногда искоса поглядывали на Руби. А она сидела спокойно, улыбалась и выигрывала одну партию за другой.

Внизу, в квартире, Проводник ходил из угла в угол:

— Она уже два часа как ушла. Что она там делает?

— Похоже, играет, — сказал Каспер, поглядывая на потолок. — Сверху тихо, значит, всё серьёзно.

Битти прислушалась, потом легла на диван и сказала:

— Пусть играет. Хоть соседи затихли.

А наверху Руби тем временем забирала очередную ставку и пододвигала к себе стопку купюр, довольно улыбаясь.

Когда Руби выиграла последнюю партию и забрала все деньги со стола, мужик откинулся на спинку стула, почесал затылок и с восхищением произнёс:

— Соседка, да ты просто какой-то мастер! Мы тут уже час пытаемся тебя обыграть, а ты как будто карты видишь насквозь!

Руби спокойно сложила выигранные купюры в карман, взяла ещё одну чипсину и, пожав плечами, ответила:

— Да так, раньше увлекалась подобным. Было дело.

Она встала, потянулась и, глядя на притихшую компанию, добавила:

— Ну что, заходите в гости, если что. Только тихо. А то мы любим поспать.

Мужики переглянулись, кто-то засмеялся, кто-то одобрительно кивнул. Руби вышла и спустилась к себе, оставляя за спиной шумный, но уже уважительно притихший этаж.

Когда Руби зашла в квартиру, все повернулись к ней. Битти тут же спросила:

— Где ты была целых три часа?!

— Играла, — спокойно ответила Руби, проходя на кухню.

Проводник заметил в её руках стопку денег и странный блестящий предмет. Он пригляделся и охнул:

— А это что у тебя там? Золотой зуб?

Руби подняла его, поднесла к свету, ухмыльнулась и сказала:

— А, это. Один из них так хотел отыграться, что поставил свой зуб на кон. Я, конечно, не ожидала, но если человек так хочет играть... Я не отказываю.

Битти присвистнула, Каспер замер с мороженым, а Проводник просто покачал головой.

— Ты серьёзно? Зуб? Кто вообще ставит зуб на карты?

— Тот, кто сильно хочет выиграть, — ответила Руби, положила деньги на стол и отправила зуб в карман. — Будет что вспомнить.

Все переглянулись, а Руби уже открывала холодильник, будто ничего особенного не произошло.

Руби только успела положить деньги на стол и открыть холодильник, как её телефон зазвонил. На экране высветилось имя: «Бармен». Руби удивилась — он звонил ей только по особым случаям. Она взяла трубку и услышала взволнованный голос:

— Короче, Руби, у меня появилась девушка! Хочу сделать ей подарок, чтобы запомнила на всю жизнь. Ну, что-то такое... Ты шаришь в этом?

Руби на мгновение задумалась и ответила:

— Спустись к пьяному богу, у него спроси.

Бармен вздохнул и с раздражением ответил:

— Да этот старый хрыч вообще ни черта не понимает в женщинах! Сказал мне: «Скажи ей, какой у тебя большой, и она растает от тебя»! Ты представляешь?

Руби усмехнулась и, вздохнув, ответила:

— Это, конечно, тоже важно... Но романтика — штука тонкая.

Бармен замолчал, потом спросил:

— А что ты посоветуешь?

Руби подошла к окну, посмотрела на снег и спокойно сказала:

— Слушай сюда...

Руби говорила уверенно, словно читала инструкцию:

— Слушай сюда. Сначала ты должен как можно быстрее пригласить её на свидание, чтобы она не успела понять, какой ты идиот. Потом, когда встретитесь, скажи ей, что у неё красивая улыбка. Не улыбка, а именно красивая. Важно. Потом добавь какой-нибудь комплимент — про глаза, про волосы, про то, как она смеётся. И всё. Она твоя.

Бармен на том конце трубки задумался, потом спросил:

— А если я всё перепутаю?

— Не перепутаешь, — ответила Руби. — Просто не говори про размер. Это потом.

Бармен засмеялся и поблагодарил:

— Спасибо, Руби.

— Удачи, — сказала Руби и положила трубку.

Проводник, слышавший разговор, удивлённо поднял бровь:

— Откуда ты это всё знаешь?

Руби пожала плечами:

— Жизнь научила.

Под вечер телефон снова зазвонил. Руби взглянула на экран и увидела имя бармена. Она поднесла трубку к уху, и на том конце голос звучал счастливым, взволнованным и немного запыхавшимся.

— Руби! Это просто лучший день в моей жизни! Я её пригласил, я всё сделал, как ты говорила! И... уф... я даже затащил её в постель! И там, оказывается, размер реально важен! Я даже не ожидал, что она так отреагирует!

Руби усмехнулась и, сделав глоток сока, спокойно ответила:

— Ого. Да это прям прорыв.

— Ты не представляешь! Спасибо тебе огромное! Ты гений! — затараторил бармен.

— Без проблем, — сказала Руби. — Главное, не запорол комплимент про улыбку.

— Всё идеально, она просто сияла!

Руби убрала телефон, довольно улыбнувшись, и заметила, как Проводник смотрит на неё с подозрением.

— Чего? — спросила она.

— Ты теперь ещё и свахой работаешь?

— Не, я теперь просто мастер романтики, — ответила Руби и снова взяла сок.

В дверь постучали. Руби подошла, открыла и увидела того самого лысого соседа сверху. В руках он держал запечатанный конверт, а за его спиной снова стояла шумная компания.

— Соседка, — сказал он с лёгкой улыбкой, — деньги появились. Хочу отыграться!

Руби скрестила руки на груди, усмехнулась и, отступив в сторону, сказала:

— Ну что ж, добро пожаловать.

Сосед кивнул, хлопнул в ладоши, обернулся и крикнул своим:

— Пацаны, заходите! Сегодня я беру реванш!

Компания шумно ввалилась в квартиру, расселась за столом, и через пару минут на нём уже лежали карты, деньги и открытая бутылка. Проводник вздохнул, Каспер облизнул мороженое, а Битти, усевшись на диван, прошептала:

— Ну, началось.

Руби села за стол, взяла карты и сказала:

— В этот раз без ставок на зубы.

Сосед усмехнулся, а Руби уже раздавала карты.

Так они и просидели всю ночь. Соседи притихли, сосредоточенно глядя в карты, но шум и смех всё равно иногда раздавались. Каспер, заинтересовавшись игрой, пододвинул стул и тоже присоединился. Он проиграл пару раз, но потом выиграл несколько партий подряд, заставляя соседа удивлённо кряхтеть.

За окном уже светало, когда игра наконец стихла. Деньги перешли из рук в руки, зуб остался у Руби, а на столе появилась ещё одна, уже пустая, бутылка.

Сосед, устало улыбаясь, поднялся и, кивнув Руби, сказал:

— Ну, соседка, ты реально крута. В следующий раз я подготовлюсь лучше.

Руби усмехнулась, махнула рукой и ответила:

— Жду. Только захвати с собой что-нибудь поинтереснее.

Компания разошлась, дверь закрылась, и в квартире снова стало тихо. Все разбрелись по своим местам — кто на диван, кто на кровать, кто просто в угол. Утро начиналось, и этот день закончился.