Розы ночи

Глава 1. Вступление

Каролина стояла и смотрела в окно своей комнаты на то, как закатные лучи ласково освещают сад вокруг ее любимого дома и небольшой лесной массив с невысокими деревьями, который был сразу за резным кованным забором. Было лето, на улице, наверняка, щебетали птицы, от цветов, которых в саду было море, наверняка, исходил умопомрачительный аромат, но Каролина не любила жаркое время года, поэтому окна не открывала. Вообще все вампиры не сильно любили солнечную активность, Каролина не была исключением. Толстые стены защищали комнату от нагревания, поэтому здесь всегда было прохладно. Осенью немного сыро, правда, но Каролину это не смущало.

Вокруг была тишина, а в сердце девушки умиротворение, так спокойно было наблюдать за этим пейзажем и знать, что в жизни все так уютно и спокойно. Сегодня двум ее любимым дочерям исполняется 18. Несмотря на то, что девочки ей были неродными, она любила их всем сердцем, так же сильно, как свою родную дочь, которой тоже очень скоро предстояло праздновать свое совершеннолетие. Близняшки были детьми ее сестры, Даниэллы, но с рождения воспитывались Каролиной. Так уж получилось, что сестра Каролины была ну очень непутевой. При мысли об этом девушка тепло улыбнулась, свою непутевую сестру она тоже очень любила, хотя иногда эта любовь и трансформировалась в странные формы. «Интересно, я стала хорошей матерью ее дочерям?», - подумала Каролина.

Неожиданно мысли девушки провалились куда-то в детство. Вот ей еще совсем мало лет. Она вбегает в богато обставленную комнату в стиле викторианской эпохи. Здесь тоже прохладно и освещение создают искусственные источники. Недалеко от камина, в котором медленно тлеют угли в красном бархатном кресле сидит стройная высокая женщина, ее прямые рыжеватые волосы красиво заколоты сзади, голубое платье с кружевами подчеркивает ее синие глаза. Она смотрит на Каролину с улыбкой, но ее глаза почему-то не улыбаются. Каролина подбегает к матери и забирается к ней на руки, крепко обнимает ее. Мама проводит рукой по ее светлым кудрявым волосам:

- Каролина, милая, помнешь мне платье. Хорошо, что здесь никого нет, - ее улыбка становится чуть теплее.

- Мама, ты у меня такая красивая, - Каролина дотрагивается указательным пальцем до щеки матери.

- Ну, это не новость, дорогая. Нас с отцом всегда считали одной их самых красивых пар. Поэтому и ты получилась такой прекрасной принцессой, - мама смеется и трогает указательным пальцем нос девочки.

- Это потому что мы вампиры, да? Потому что чистокровные? Значит, я и вырасту красавицей. Это так прекрасно, что мы чистокровные вампиры, - Каролина спрыгивает с коленей матери и кружится по комнате.

Мама внимательно смотрит на нее и приподнимает бровь:

- Ты правда так думаешь? Знаешь, чтобы сохранять статус, а иногда и жизнь в нашем обществе, нужно выучить столько светских правил, изучать науки, быть умной, хитрой,-женщина осекается, видя недоумение на лице дочери:

- Ладно, хорошая моя, пока веселись, об этом всем мы можем поговорить, когда ты станешь старше.

- А я ведь тоже выйду замуж, правда?, - голубые глаза Каролины загораются задорным огнем, - У меня будет платье, как у настоящей принцессы из сказок, и муж, красивый-красивый, он тоже будет, как принц, правда? Такой же, как папа? Или даже лучше, как с картинок из той книжки?

- Разумеется, милая, - мама улыбается, - Нам нужно продолжать род, у нас тысячелетия не было полукровок в семье. Вампиры сменялись еще более сильными и значимыми в обществе вампирами. Конечно же, твой муж будет из знатного чистокровного рода, а как ты верно заметила, среди нас некрасивых не бывает. Твой муж кстати уже избран, вот будет тебе 15, познакомим вас.

- Мама! – Каролина снова забралась на руки и поцеловала собеседницу, - Почему так долго?! Хочу познакомиться с ним, мы сразу полюбим друг друга и будем жить долго и счастливо! Я буду настоящей принцессой, а он моим принцем!.

Мама обнимает дочку и смеется:

- Что ж, не думаю, что в 5 лет можно счастливо жить с мужем, но в 18 замужество тебе обеспечено. Такой знатный род, как наш, не может по-другому. Политика, и все такое, что тебя пока не интересует. А век вампира долог. Так что несколько тысячелетий, как мы с папой, вы вместе проживете, успеешь устать еще от своего принца.

- Тысячелетий? А это сколько?

- Это очень много, дорогая. Вот начнешь заниматься с учителем, узнаешь, - мама улыбается и гладит Каролину по щеке.

- Ох, быстрее бы. Ведь если бы мы узнали друг друга сейчас, то мы бы любили друг друга тысячелетия и еще 15 лет! - девочка поднимает глаза и мечтательно вздыхает, чем вызывает смех мамы.

- Как я желаю тебе этого, принцесса. Мы с папой очень любим друг друга. Как же нам повезло, - теперь уже мама смотрит куда-то вдаль, о чем-то задумавшись.

Глава 2. День рождения

Каролина резко зажмурилась, а когда открыла глаза, обнаружила, что ее кулаки сильно сжаты. Настолько сильно, что на ладошках проступили капли крови. Она разжала руки, и ранки быстро затянулись. Помотала головой, посмотрела на уже ставший ярко розовым закат за окном. «Я уж точно была и буду лучшей матерью, чем была моя», - глубоко вздохнув, Каролина окончательно пришла в себя. Пора было укладывать роскошные волосы по пояс в прическу, ведь гости начнут прибывать уже часа через полтора. Прием по случаю дня рождения девочек должен был быть просто грандиозным, а значит, и выглядеть нужно было подобающе.

Раньше Каролина вообще уделяла огромное внимание своему внешнему виду, теперь же, в домашнем кругу, чаще всего, ходила в джинсах и водолазке, а шикарные волосы забирала в хвост. Даже когда к ней приезжали вампиры из совета старейшин за какими-нибудь очередными подписями, она встречала их так. Может, сказались годы воспитания трех маленьких детей, когда времени на себя совсем не было, а может, все эти общественные взгляды и чужое мнение ей за 300 лет жизни уже были неинтересны. Но сегодня, когда собиралась вся вампирская знать разом, да еще и по поводу совершеннолетия дочерей самого вампирского короля, пусть и безременно почившего еще до их рождения, выглядеть неподобающе значило практически зарыть себя заживо. Да и Каролина, в последнее время, снова полюбила праздники, почти как в детстве.

Милая темноволосая девушка в форменном платье постучалась и заглянула в комнату:

- Каролина? Могу войти и помочь с приготовлениями к балу?

- К балу? - фыркнула Каролина, - Хорошо, что девочки тебя не слышат. Мы вроде как организуем вечеринку.

- Извините, - сказала девушка и опустила глаза.

- Все хорошо, - Каролина мягко улыбнулась, - Что ж. Я хочу, чтобы было видно, что я делала прическу долго, но при этом волосы выглядели почти естественно.

Через час Каролина с радостью смотрела на себя в зеркало. Платье с голубым шелковым лифом облегало точеную фигуру и оттеняло голубые глаза, сзади юбка была удлиненной, почти до пола, а вот спереди доходила только до колен, показывая идеальные стройные ноги. Светлые волосы волнами ниспадали на плечи, и две небольших косички сверху удерживали их, сплетаясь в одну.

Каролина улыбнулась своему отражению и чуть склонила голову набок: «Прекрасно, Моника. Пойду посмотрю, готовы ли девочки». Накинув прозрачный платок на плечи, она пошла в другое крыло, где были комнаты двойняшек и ее родной дочери Аделины.

Постучавшись, Каролина открыла массивную дубовую дверь: «Алиса, Сьюзен, вы готовы?». Взору открылась большая комната девочек. Им очень нравилось жить вместе, Каролина не знала, что было тому виной: какие-то близнецовые узы, хоть они и не совсем близнецы, или просто их крепкая дружба и подростковый возраст, когда подруги и друзья – это все. Комната была разделена на две части, что опять же наводило на мысли, что комфортнее было бы жить отдельно. Никаких перегородок не было, вот только правая часть была обставлена в классическом стиле: резной комод с цветами, белая кровать с опять же резным изголовьем, зеркало в массивной раме, книжный шкаф со стеклом, тоже белый, всевозможные полочки с коллекционными куклами; а левая в абсолютно современном: кровать-трансформер, которая сейчас была желто-бежевым диваном, простой письменный стол, компьютер последней модели, раздвижной шкаф с зеркалом.

В правой половине перед зеркалом суетилась Алиса, примеряя то одни сережки, то другие. Ее рыжие волосы были уложены в сложную высокую прическу, несколько прядей были оставлены свободными и красиво обрамляли круглое лицо с по-детски надутыми губками. Зеленое платье из летящей ткани подчеркивало талию, пусть не такую тонкую, как у Каролины, но на фоне выделяющихся груди и бедер, смотрящуюся вполне себе симпатично. Юбка была пышной и доходила до середины колен, сверху плечи были открыты, неглубокое декольте совсем не выглядело вызывающе. Туфли на высоком каблуке дополняли образ.

- Каролина, как я тебе?, - улыбнулась Алиса, повернувшись к приемной матери.

- Чудесно, просто чудесно, дорогая! Если хочешь прикрыть плечи, я найду для тебя что-нибудь у себя в шкафу.

Алиса только хотела ответить, но из другой части комнаты послышалось демонстративное фырканье:

- Да, закрой плечи! И ноги, и голову платком прикрой еще. А лучше надень паранджу, мы же, наверное, мусульмане, или живем в 17 веке.

- Сьюзен, мне важно, чтобы теперь, когда мне 18, меня начали воспринимать в обществе серьезно. Поэтому я хочу выглядеть подобающе, притом, конечно, максимально красиво, - Алиса снова не могла оторвать взгляд от себя в зеркале. Каролина только хотела сказать что-то одобрительное, как Алиса добавила:

- Но еще я безумно люблю эпатировать публику и привлекать внимание, так что, пожалуй, пусть плечи останутся открытыми.

Сьюзен снова фыркнула:

- О, какой эпатаж! Что было бы, если бы портной укоротил тебе юбку еще на два сантиметра, - Сьюзен начала смеяться. Алиса состроила ей гримасу.

- Так, эпатаж! А ты чего не собрана? Полчаса до того, как начнут приезжать гости! - Каролина в шутку и с улыбкой повысила голос на Сьюзен. Та лежала на диване поперек, закинув ноги на его спинку. Ее темно-русые кудрявые волосы свисали, чуть касаясь пола. Единственное, чем она была похожа на свою двойняшку – круглое лицо и пухлые губки, все остальное было другим. От биологической мамы ей досталась ну очень большая грудь, которая сейчас была прикрыта только кружевным серым топом, настолько коротким, что казалось, что если она поднимет руки, прикрывать хоть что-то он перестанет. Плоский живот был голым. А короткие джинсовые шорты показывали округлую заднюю часть.

- Я пойду так, - сообщила Сьюзен, беззаботно покачивая ногой в розовом кроссовке. Каролина открыла и закрыла рот.

- Я ей говорила, - сдвинув брови и поджав губы, Алиса покачала головой, продолжая выбирать серьги и смотреть в зеркало.

Чего Каролина не умела, так это запрещать что-то детям, да и вообще идти против их воли и капризов. Просто чудо, как они не выросли дикарями. Сказать слово «нельзя» Каролина могла, только если девочкам угрожала реальная опасность. Ее собственная дочь, Аделина, всегда была не по годам серьезной и любящей вампирские традиции как-то сама собой, видимо, пошла в отца. Каролину кстати это очень удивляло, ведь сама она в подростковом возрасте устраивала тот еще бунт, а ведь это было почти три века назад.

- Сьюзен, мы же договаривались, мы и все наши родственники будут одеты в голубое, зеленое или бирюзовое, - только и смогла неуверенно сказать Каролина, посматривая на Алису и взглядом показывая, как ей нужна поддержка девушки.

- У меня голубые шорты, - лениво потянувшись отозвалась Сьюзен. Она оттянула топ так, чтобы его увидеть, - И топ почти голубой.

Алиса, наконец, отвлеклась от зеркала, цокая каблучками подошла к Сьюзен и встала прямо над ней, посмотрела ей в глаза:

- Сью, послушай. Это очень важный день для меня, - начала она мягко, но все же настойчиво.

- Эй, мне вообще-то тоже сегодня 18, - сказала с притворной обидой Сьюзен. Называть ее Сью было позволено только ее двойняшке. Вообще-то Сьюзен всегда казалось, что Сью – это имя для ребенка. «Крошка Сью», - всегда всплывало у нее в голове и представлялась милая девочка лет трех кудрявая и с бантами, почему-то рыжая, прямо как Алиса. Она стояла, глядя исподлобья, надув губы и стуча одним красным лаковым башмачком о другой. Многие слова или выражения почему-то в голове у Сьюзен приобретали вполне конкретные яркие визуальные образы.

- Я не о том, Сью, - слова Алисы заставили Сьюзен сосредоточиться на ней и образ пропал, - Совершеннолетие – это важно, конечно.

- Конечно, еще бы, теперь сексом можно заниматься, - перебила Сьюзен, не успевшую закончить свою речь Алису и довольно заржала. Не засмеялась, а именно заржала, чуть похрюкивая. Почему-то смеяться у Сьюзен получалось именно так. Каролина вытаращила глаза, судорожно сглотнула и подняла брови. Алиса закатила глаза.

- Послушай меня, пожалуйста, милая», - Алиса не унималась. Эти обращения «милая» и «дорогая» вся семья использовала постоянно. Так очень часто обращалась к своим детям Каролина, хотя когда они ей на это указывали, отмахивалась и утверждала, что никогда так их называет.

- Очень сложно серьезно слушать тебя, когда ты кверх ногами, - довольно улыбаясь, сообщила Сюьзен, и наконец, перевернулась на диване и села, - Вот теперь я могу серьезно на тебя посмотреть. И ты прекрасна дорогая.

Сьюзен подскочила и крепко обняла Алису, продолжая широко улыбаться. У нее почти выступили слезы на глазах.

- Ли, мы такие взрослые! 18! Ты такая красивая, Ли, - девушки продолжали обниматься. Теперь и у Алисы на глазах начали выступать слезы. «Ли» - так звала ее только ее двойняшка. Каролина с умилением смотрела на эту сцену. Не выдержав, подошла к девочкам, тоже чуть не растрогавшись:

- Я тоже хочу с вами обняться, - она схватила девочек в охапку, - Какие же вы обе прекрасные выросли. Когда только это случилось? Вроде бы только что были такими сладенькими малышочками.

- Только не это, - хором протянули сестры. Все расхохотались и разжали объятия.

- Весь макияж потек, - сказала Каролина вытирая тушь под глазами, - пойду обновлю. И, Сьюзен, пожалуйста, будь хотя бы в платье.

Каролина вышла из комнаты. Алиса серьезно смотрела на сестру:

- Сью, милая, пойми, от того, как мы будем сегодня выглядеть, держаться, зависит то, как нас будут воспринимать дальше. Решат ли они, что мы выросли и нас пора воспринимать всерьез или воспримут как взбалмошных инфантильных девиц из королевской семьи. И мне очень бы хотелось, чтобы все поняли, что я взрослая. Я хочу войти в совет, управляющий вампирским сообществом, а это будет и без того трудно, учитывая, что там никогда не было ни одной женщины.

- Ли, я понимаю, ты хочешь играть в эту большую политику, изменить мир к лучшему и бла-бла-бла. Но причем тут я?! – Сьюзен начинала закипать, это происходило с ней легко.

- Притом, что мы двойняшки. И по тебе будут судить и обо мне. Понимаешь, так уж сложилось, я родилась не одна.

- А хотела бы одна?! Стесняешься меня, да? – теперь Сьюзен смотрела на сестру с совсем непритворной обидой.

- Что ты такое говоришь? – Алиса даже отступила на шаг, - С чего бы вдруг мне тебя стесняться?

- С чего? С чего?! Ну конечно, вы с Аделиной две такие чопорные вампирки, все по правилам, все с любовью к этим пыльным душным традициям, тошнотворным комнатам с обоями в цветочек и обшитой атласом мебелью. Бее, - Сьюзен сделала вид, что ее тошнит.

- Что? – Алиса отступила еще на шаг.

- Куколки, рюшечки, кружавчики, общество, приличия, драгоценные камушки. Ненавижу, ненавижу это все, - Сюзен уже кричала или даже выла.

- Прекрасно, - внешне Алиса оставалась спокойной, но ее грудь прокалывала острая боль. Она вообще чувствовала все очень остро, даже слишком остро, но ей редко хватало смелости в этом признаться, - Прекрасно, тебя тошнит от всего, что нравится мне, что нравится Аделине, что нравится вампирам, в принципе.

- Не в принципе, а этой тупой знати.

- Посмотрела бы я как бы тебе понравились обычаи не знатных чистокровок, а обращенных вампиров, которые даже кровь выпить не могут, не убив человека.

- Нашлась чистокровка, - Сьюзен холодно зло улыбнулась, - Ли, твоя биологическая мать – ведьма, ей никогда не быть вампиром, ведьмы не превращаются в вампиров, они их ненавидят.

- Наша мама исключение, ее воспитали вампиры.

- Не называй ты ее так, - с болью в голосе сказала Сьюзен, - Нормальные ведьмы вампиров на дух не переносят, а эта и тут отличилась, - продолжила она с еще большей болью

- К чему ты ведешь? Я вампир наполовину, люблю всю эту душную, - Алиса показала пальцами кавычки, - мишуру, стремлюсь в политику, что с того?

- Да то, что тебя не делает вампирской знатью то, что твой отец был королем вампиров, - Сьюзен сделала небольшую паузу, - Да, он погулял на стороне. Упс, со сводной сестрой своей жены, - девушка развела руками и состроила рожу, - Да, эта жена сжалилась и воспитала тебя, потому что Даниэла не в состоянии нести за кого-то ответственность, даже за себя. Но это не делает тебя частью их мира!

- Хватит, – кулаки Алисы сжались, - Хватит! – она подняла вверх указательный палец и почти ткнула им в лицо Сьюзен. Сьюзен смешно сфокусировала на нем взгляд, практически сведя глаза к переносице, - Я не позволю, слышишь, не позволю, говорить плохо о Каролине или о нашем отце. Они прекрасные люди, Каролина нас любит так же как свою дочь. А отец… Кто не ошибается.

Сьюзен хотелось язвительно похлопать и продолжить: «Браво! Не обольщайся. Для Каролины мы чужие и в это вампирском мире мы чужие. Но ты-то такая хорошая и положительная, опять же не такая ужасная, как я. Кланяйся им в ножки». Но она видела, насколько плохо Алисе, насколько ей трудно продолжать этот разговор. Видела, что еще чуть-чуть и та заплачет. Как плачет Алиса, обычно видели только Сьюзен и Аделина, для всех эта рыжая девочка была озорной, общительной, притягательной, умной и спонтанной. Но только сестры знали, как трудно ей бывает поддерживать этот образ, и только они могли определить тот момент, когда Алиса вот-вот не выдержит. Нет, безусловно Алиса была той самой милой девочкой большую часть времени, это не было маской, но иногда она прямо-таки проваливалась в какие-то жуткие состояния, когда рыдала и кричала, не могла остановиться. Иногда это продолжалось час, а иногда несколько дней. Каролина говорила, что вероятно, Алиса склонна к депрессиям, предлагала походить к психотерапевту. Алиса когда-то даже ходила, но ей не понравилось. Впрочем, того же мнения Каролина была и об Аделине, и Аделина послушно лечилась от депрессии уже года три. Видимо, безуспешно.

Сьюзен не слушала, что говорила Алиса дальше, и просто сказала:

- Они не люди

- Что? – Алиса не поняла ее, так как продолжала свою речь.

- Каролина и наш отец, ты назвала их людьми, а они вампиры.

- Зачем ты вырываешь слова из контекста? – перевод темы резко остудил пыл Алисы.

- Не знаю, хочется, - Сьюзен пожала плечами.

В комнате воцарилось молчание. Было сложно продолжить разговор. Пауза затянулась. Сьюзен подошла к одной из полок Алисы с разными безделушками, Алиса внимательно смотрела за ее действиями. Сьюзен взяла в руки небольшой стеклянный шар на подставке, перевернула его, и снежинки попадали вниз. Сьюзен вернула его в правильное положение и уставилась на мишку на скамейке, вокруг которого кружились искусственные снежинки. «Это все, на что она способна», - со вздохом тихо проговорила Сьюзен, потом улыбнулась и посмотрела на Алису. Алиса наклонила голову и улыбнулась в ответ. Это были грустные улыбки, хотя эта грусть была притупившаяся, как будто забытая, оставленная где-то на задворках сознания. Сьюзен всегда проделывала этот ритуал в их День рождения: брала этот шарик и говорила в точности эти слова. Иногда она делала так и в другие дни, когда вдруг кто-то из них с сестрой вспоминал об их биологической матери, Даниэлле. Вообще она не считала обязательным посещать их Дни рождения, да и вообще посещать их. А уж пока они были маленькими тем более, это же Каролина может привлечь ко всем эти заботам. Дети же требуют много времени и забот, правда?

По непонятным причинам один из их Дней рождений Даниэлла все же решила посетить, перепутала, правда, день, и приехала следующим утром. Может быть, считала, что в 5 лет, дети уже не требуют внимания, и ей не придется тратить на них много сил. Заспанная Каролина встретила сестру, и та громко начала рассказывать ей о своих приключениях и мужчинах. Каролина пила кофе и слушала. Она решила, что бесполезно напоминать Даниэлле, что рано утром в вампирских замках принято спать, а своими радостными громогласными рассказами, сестра может разбудить детей. Она их, конечно же, разбудила. И двойняшки прибежали в гостиную, с возгласами:

- Еще так рано! Что случилось?

Аделина спала на другом этаже, а потому сладко посапывала в кроватке.

- О! Какие вы прикольные! - закричала Даниэлла, улыбаясь. Она постоянно использовала этот бестолковый современный сленг, что очень раздражало Каролину. Каролина и сама его использовала, но уместно. Даниэлла достала стеклянный шар со снежинками и протянула двойняшкам:

- Это вам! С Днем рождения! – закричала она и запрыгала. К слову, было лето, и снег был ну совсем неуместен. Девочки переглянулись, но не спешили подходить к Даниэлле.

- Ну же, смотрите, какой прикольный! - ведьма потрясла шариком, как будто пыталась привлечь внимание щенка. Алиса подошла и взяла шар, всмотрелась в него с интересом.

- Что нужно сказать? Спасибо! Нужно сказать «спасибо». Ох, Каролина, ты плохо их воспитываешь, они не знают простых правил вежливости, - Даниэла плюхнулась в кресло. Каролина только вздохнула, спорить было бесполезно. Сьюзен, все еще стоявшая вдалеке, вдруг заплакала и убежала. А Алиса продолжала пялиться на шар.

- Странные они какие-то, - равнодушно протянула Даниэлла, - Может, они умственно отсталые? Или у них этот, аутизм?

- Все с ними хорошо, - возмутилась Каролина, - Они просто плохо тебя знают. Вот и испугались.

Она подхватила на руки Алису и понесла ее в комнату, чтобы успокоить Сьюзен. С тех пор Даниэлла стала приезжать чаще, видимо, решив, что боящиеся ее дочери – это уже перебор. Не то, чтобы она всегда проводила с ними много времени, но по крайней мере, они знали, что это их мать, и больше не боялись ее.

С тех самых пор шар стоял на полках у Алисы. Сьюзен предлагала его выкинуть или разбить, но Алиса почему-то им дорожила. Приходилось Сьюзен каждый год вот так скрыто выражать свою агрессию по отношению к этому сувениру.

- Сьюзен, я не считаю себя чем-то лучше тебя. Даже наоборот, - Алиса осеклась и грустно улыбнулась, - И уж тем более я никогда тебя не стеснялась. Мне очень нравится твоя эта безбашенность и смелость. Я так не умею.

Алиса замолчала на несколько секунд, Сьюзен смотрела на нее с благодарностью.

- Я просто не всегда понимаю. Если ты не хочешь жить в этих вампирских реалиях, чего ты тогда хочешь? - продолжила Алиса.

- Я хочу быть человеком, - мечтательно вздохнув, сказала Сьюзен.

- Но ты полуведьма-полувампир. Уникальное создание. Таких, как мы, в мире больше нет.

- Устала я от этой уникальности. Хочу быть обычной, - теперь вздох был каким-то и правда замученным.

- Я уверена, многие люди мечтают о твоей жизни. Ты не можешь умереть от старости, ты знаешь все о магических существах и сама можешь пользоваться магией, ты живешь в богатстве и роскоши, тебе окружают красивые мужчины, - Алиса подмигнула.

- Да, только магию я не изучала, а все эти красивые мужчины – вампиры, а большинство из них фу.

- Чего ты тогда хочешь, Сью? - вглядываясь в лицо сестры повторила Алиса.

- Я хочу пойти учиться в нормальный человеческий университет, стать каким-нибудь переводчиком, тусить.

- Но мы столько языков изучили на домашнем обучении. Ты уже говоришь на французском, английском, испанском, знаешь латынь.

- Это ты на них говоришь, я больше показывала свой язык преподавателю, чем изучала чужие.

- Все равно, не понимаю. Ты же можешь продолжать учиться чему-то здесь, дома, тебе позовут лучших вампирских преподавателей и…

- Вампирских-вампирских, - передразнила Сьюзен, - Не хочу вампирских, хочу обычных, человеческих. Да и вообще, больше знаю - меньше учить. Больше времени на тусовки! На друзей. Я никогда не была в аквапарке, в клубе, никогда не гуляла с большой человеческой компании где-нибудь во дворе нормального человеческого дома

- Я поняла, - Сьюзен так вдохновенно говорила, что Алиса невольно улыбнулась, - Знаешь, я поговорю с Каролиной. Если мы будем вдвоем, она отпустит нас учиться в человеческий ВУЗ.

- Что? – глаза Сьюзен расширились, - Но ты же всегда считала, что вампирское образование самое лучшее и все такое. Или тоже хочешь потусить? – Сьюзен подмигнула.

- Я все еще считаю вампирское образование лучшим. Но я родилась не одна. Я вижу, как ты этого хочешь. А Каролина никогда не отпустит кого-то одного в человеческий мир, - Сьюзен было открыла рот, но Алиса остановила ее, - Я не жалею об том. Ни о том, что родилась не одна. Ни о том, что мое первое высшее будет человеческим. Я собираюсь жить долго, еще успею узнать все, что мне будет интересно, - теперь подмигнула Алиса.

Она направилась к двери:

- Пойду посмотрю, может, кто-то из гостей уже приехал. И оценю готовность зала.

Перед дверью она обернулась:

- Сью, пожалуйста, будь хотя бы в платье, любом. Это хоть видимость соблюдения приличий. Но если ты будешь в шортах, я все еще буду тебя любить.

Алиса послала сестре воздушный поцелуй и вышла из комнаты. «Спасибо», - одними губами прошептала Сьюзен глядя на дверь.

Глава 3. Первые гости

Когда Алиса спустилась вниз, Каролина уже была там. Она давала последние указания по поводу того, куда переставить цветы, и строго напоминала, в каком порядке подавать еду и напитки. Алиса задумалась, почему ее приемная мать может быть жесткой со всеми, кроме собственных детей, но не найдя ответа, стала рассматривать со вкусом украшенный большой зал, который предназначался для приемов. Обои здесь и правда всегда были под старину, что так не нравилось Сьюзен, потолки и вовсе с лепниной и росписью. Подобное убранство замка диктовало классический стиль для любого праздника. Сейчас слева была выставлена сцена, на которой уже разыгрывался оркестр, прямо перед ней было оставлено место для танцев. Справа стояли длинные столы под бежевыми скатертями с изысканными закусками. Между ними красовались круглые столики с напитками, на них стояли прозрачные бокалы с шампанским и непрозрачные. Алиса знала, что в них принято наливать кровь.

Вообще, в вампирском сообществе не очень стремились выставлять напоказ свои особенности питания. Не то, чтобы кто-то мог их увидеть, безопасность была на высоте, но это просто считалось не очень приятным, не очень приличным. Кровь была нужна вампирам для выживания, ее было принято пить из непрозрачной посуды, а также употреблять, добавляя в блюда. Обычную еду в этом обществе тоже любили и ценили, она была так же необходима для выживания, как и людям. Алиса была лишь наполовину вампиром, но кровь ей была необходима для поддержания здоровья и хорошего самочувствия. Ее, в отличии от Сьюзен, это мало заботило. А вот ее сестре страшно не нравилось, что им приходится пить кровь, она даже пыталась отказаться от этой, по ее выражению «мерзопакостной привычки», но ко второй неделе была бледнее белой простыни и начала падать в обмороки. Пришлось смириться с тем, что кровь для выживания нужна.

Алиса поправила цветы в одной из корзин: бежевые розы и еще какие-то бирюзовые цветы, названия которых она не знала. Все в зале было украшено в одном стиле: бежевое, бирюзовое, голубое, мятное, зеленое, даже оркестр был одет в той же цветовой гамме, а вместо традиционных занавесок, повесили тяжелые голубые. Алисе нравилось это сочетание.

Раздался звонок, дворецкий тут же распахнул массивные двери. Вообще-то, у них не было дворецкого, в этом доме все считали подобное излишеством, но на праздник он был нанят, потому что самим открывать дверь бесчисленным гостям, было бы невозможно. На первый этаж тут же очень быстро влетело какое-то красное пятно, цокая каблучками. Каролина и Алиса поспешили в холл. Даниэлла, ну разумеется! Кто же еще мог так нарушить дресс-код и бежать с такой скоростью, успевая покачивать бедрами. Конечно же, настоящая мать двойняшек.

- Каролина, милая! - заголосила Даниэлла еще издали, распахивая объятия и треся таким же ярко-красным атласным клатчем, как ее платье. Сестры обнялись, и Даниэлла, наконец, обратила внимание на дочь:

- Милая, какая красивая ты стала! Всех кавалеров у меня уведешь! - ведьма стукнула указательным пальцем Алисе по носу.

Алиса вздрогнула от этого неожиданного жеста, она не могла сказать матери никакого комплимента, поэтому растерялась. По мнению Алисы, Даниэлла выглядела страшно безвкусно. Облегающее платье в пол подчеркивало все недостатки маменькиной фигуры, а их, надо сказать было не мало. Даниэлла не была худой, да что там, она была даже полненькой, и обтягивающее платье – это то, что ей категорически нельзя было надевать. Складки торчали со всех сторон, а глубокое декольте почти открывало огромную грудь. Волосы, выкрашенные тоже в неестественно яркий красный цвет, почти сливались с платьем.

Не зная, что ответить, Алиса обняла Даниэллу и тихо сказала:

- Привет, мама. Я рада тебя видеть.

Слова и улыбка Алисы были вполне искренними, пока Даниэлла не завела свою старую песню:

- Не называй меня мамой! Никто не должен знать, что у меня такая большая дочь, - она потрепала девушку по щеке, - По мне ведь не скажешь, сколько мне лет! Я ведь еще ничего! - погляделась в зеркальную стену, - Очень даже ничего! Правда ведь, деточка?

Алиса ненавидела врать, поэтому открыла рот, но не могла придумать, что ответить. К счастью для нее, Каролина взяла Даниэллу под руку, направляя в зал:

- Сестренка, все, кто здесь соберется, и так в курсе, что мы воспитывались вместе, и что тебе в районе 300 лет.

Даниэлла продолжала возмущаться, но на дочь внимания уже не обращала. Алиса не знала, как, не будучи и на частичку вампиром, ее биологическая мать дожила до таких лет. В общем-то, знать и не хотела. Наверняка, это было что-то мерзкое и абсолютно лишенное морали, вроде высасывания чужой жизненной силы или вовсе купания в крови молодых девственниц. Алиса поежилась, думая об этом. Приезжая иногда, Даниэлла упорно учила Алису азам магии. Наверное, она учила бы и Сьюзен, но в репертуар их общения входили только оскорбления со стороны дочери. Алисе нравилось чувствовать себя ведьмой, наверное, даже больше, чем чувствовать себя вампиром. Когда у нее получалось выполнить что-то, она чувствовала себя на своем месте, как будто бы дома. Когда-то они с Аделиной обсуждали, что отчего-то нигде не чувствуют себя как дома, даже дома. И все время возникает вот это странное гнетущее ощущение: «Хочу домой», - даже если ты находишься в своей комнате. Так вот, когда Алиса занималась магией, она чувствовала, что домой, наконец, пришла. Аделине она, правда, об этом не сказала, чтобы не расстраивать. Ведь та свое «домой» еще не нашла.

Алиса и сама любила выискивать в их огромной библиотеке книги о магии, читать, запоминать, пробовать более сложные ритуалы, чем показывала Даниэлла. Каролина, правда, да и Даниэлла тоже, говорили, что это опасно, и что нужен наставник, и что Алиса еще не достигла того уровня, чтобы исполнять сложные ритуалы. Но Алиса не могла оторваться от этих более сложных книг, а о том, что она иногда часы и дни проводит за ними, знали только сестры. Каролина не замечала или делала вид, что не замечала. Ведь ей так трудно было что-то запретить своим детям. Однажды Алиса даже наслала порчу на какого-то незадачливого молодого вампира, который присылал ей цветы, чем очень раздражал, потому что совсем ей не нравился. Но потом ее так мучила совесть, что порчу она с большим трудом с него сняла и зареклась делать магией то, что может кому-то напрямую навредить.

В дверь снова позвонили, и Алиса отвлеклась от своих мыслей. Дворецкий впустил в дом трех мужчин: одного постарше, и двух совсем молодых, чуть старше самой девушки. Вампирам можно было внешне оставаться в том возрасте, в котором они хотели. Многие со временем выглядели весьма взросло, это придавало им статуса и говорило о том, что они уже не один век живут и умудрены опытом. Но дядюшка Фредерик выглядел почти пожилым, и это очень раздражало Алису. Портить свою внешность ради этой деланной авторитетности, нет, она бы никогда так не поступила.

Дядюшка Фредерик распахнул свои объятия и с теплой улыбкой обнял Алису. Алиса достаточно холодно ответила ему и улыбнулась его сыновьям. По правде говоря, дядюшка Фредерик был вовсе и не дядюшкой им, он был каким-то там троюродным братом их отца что ли. Алиса точно не знала. Но дядюшка Фредерик постоянно подчеркивал свою причастность к их семье, напоминая, что он самый близкий родственник, если не по крови, то по тому, как он заботится о них после смерти короля вампиров, отца девочек. И требовал к себе такого же отношения, он же и придумал, что его нужно называть «дядюшкой». Алису раздражало в нем все: его скрипучий голос, его дурацкое имя, седина в коротко стриженных волосах, которой ни у одного другого вампира не наблюдалось, полнота фигуры, запах его парфюма и, конечно, его желание женить одного из своих сыновей на Аделине.

Аделина была самой что ни на есть чистокровной вампиркой в неизвестно каком поколении. И именно ее избранник должен был стать будущим королем, управляющим всеми вампирами. Точнее, все, конечно, надеялись, что сама выбирать она никого не будет. Что ей просто подберут самого знатного, титулованного, способного и удобного всем власть имущим вампира, за которого выдадут замуж. Все, кроме Аделины, ну и Алисы с Каролиной, которые ее поддерживали в желании самой распоряжаться своей судьбой. Восемнадцатилетие Алелины близилось, а это значило, что скоро давление со стороны усилится.

Сейчас вампирским обществом правил совет: 12 чистокровных вампиров с чуть менее замечательной родословной, которые были приближенными отца девочек, Себастьяна, до его смерти. Официально для принятия любых решений и законов, до провозглашения нового короля, нужна была подпись вдовы, Каролины. Но она не вникала во все эти политические дела, просто подмахивала все бумаги, которые ей привозили, даже не читая. Новым королем мог бы стать ее новый муж, так как с ее родословной тоже все было в порядке, но Каролина официально заявила, что слишком любила Себастьяна, воспитывает его детей и не считает уместным в ближайшее время заводить романы с другими мужчинами. Все приняли подобное решение благосклонно, учитывая, что Каролина на реальную власть не претендовала, передали эту власть совету и считали, что молодую Аделину подмять под себя тоже будет очень легко. Главой совета был как раз дядюшка Фредерик, поэтому сейчас его можно было назвать самым влиятельным вампиром. Это Алису тоже раздражало. Из-за чего она чувствовала себя виноватой, ведь дядюшка и правда помогает им во всем.

В холл вылетела Сьюзен и с разбегу бросилась на шею Фредерику: «Дядюшка!», - она искренне поцеловала его и еще раз обняла. Девушка почти что любила дядюшку, во всяком случае, чувствовала его семьей. Он ничем ее не раздражал, а его седина заставляла ее чувствовать, что дядюшка и правда мудрый и добрый. Как дедушка, которого у нее никогда не было. Дядюшка потрепал ее по плечам: «Какие же вы выросли!» - его голос чуть сорвался, а на глазах выступили слезы. Это заставило Алису чувствовать еще больше вины: он их любит, а она не может его полюбить. Она с радостью отметила, что Сьюзен в бирюзовом платье. Обтягивающем, без бретелек, еле прикрывающем попу, но все же платье. Она, по крайней мере, старалась. Это вызвало у Алисы довольную улыбку.

«Здорово», - Сьюзен уже вовсю хлопалась ладошками с сыновьями Фредерика. Лиам радостно «отбил пять», Эдвард закатил глаза, но тоже стукнул Сьюзен по ладошке.

- Чего, как не мужик, давай еще раз, - завопила Сьюзен.

Эдвард снова закатил глаза, и со словами:

- Прошу нас простить. Отец, я провожу Вас, - взял под локоть дядюшку Фредерика. Фредерик еще пару секунд поулыбался девушкам, сказал, что еще успеет их поздравить и пошел в праздничный зал в сопровождении сына.

- Вы как всегда, самые первые, молодцы, - радостно щебетала Сьюзен, обращаясь к Лиаму. Она похлопала его по плечу, - Правильно. Вы же наша семья.

Она и правда считала Эдварда и Лиама почти что братьями. Эдвард и Лиам были близнецами, не двойняшками, как девочки, а именно близнецами. И в детстве их часто привозили играть с сестрами, пока Каролина с Фредериком решали бытовые дела, подписывали документы и совместно справлялись с проблемами, возникавшими у семейства Найтроуз. Можно сказать, дети росли вместе. Потому что мужская помощь Каролине надобилась постоянно, она была мало приспособлена к самостоятельной жизни, привыкла полагаться на мужа, а он так неожиданно ушел из жизни, что научиться чему-то с ходу было невозможно.

Оба брата были высокими, широкоплечими блондинами. Но Эдвард всегда был гордым, капризным зазнайкой. В подростковом возрасте он стал носить одежду под старину, отпустил длинные волосы и часто появлялся в обществе со своим ручным вороном на плече. К счастью, не притащил его сегодня. Таким образом, чаще всего, он был похож на вампира из каких-нибудь фильмов. «Позер, одним словом», - так думала про него Сьюзен. Ее не задевали его вечные подколы на тему того, что девочки полукровки, и общаться с ними ему не пристало, но она знала, что эти подколы очень задевают Алису. Лиам, напротив, одевался и выглядел современно, общался более открыто, хоть и сдержанно, сейчас он был в классическом черном костюме, который прекрасно на нем сидел и подчеркивал его привлекательность.

Пока двойняшки и близняшки были детьми, все умилялись и шутили, что им надо образовать две семейные пары. Но сейчас, когда парням было по 20, а девочкам исполнилось 18, стало очевидно, что Эдвард с Фредериком нацелены на совсем другой брак. Они хотели, чтобы Эдвард женился на Аделине и стал королем. Оба брата очень активно участвовали в вампирской политике и постоянно присутствовали с отцом на заседаниях совета, но видимо, более перспективным Фредерик считал Эдварда, никто не знал почему. А может, они просто были ближе по каким-то личным причинам. Впрочем, может, они еще все поменяют, и Лиам тоже окажется в игре. Он всегда был более самостоятелен, чем брат.

Но Лиаму, кажется, не очень хотелось вступать в войну за престол. Он не мог оторвать глаз от Алисы. Она тоже смотрела на него, не отрываясь.

- Прекрасно выглядите, мисс Алиса, - наконец сказал он, проводя пальцами по своим недлинным светлым волосам, и без того прекрасно расчесанным на косой пробор. Алиса присела в подобии реверанса и улыбнулась, в ее глазах загорелся огонек:

- Благодарю, Лиам.

- Эй, а я? - тут же закричала Сьюзен, ударяя кулаком по плечу мужчины.

- Вы всегда роскошны, мисс Сьюзен, - с учтивым поклоном ответил Лиам

- Ох, какой же ты стал официальный! Мисс Сьюзен! Мисс Алиса! Мы на один горшок ходили. Эх, был бы ты немного пораскованнее, я бы с тобой замутила, - Сьюзен еще раз пихнула Лиама в плечо и убежала в зал.

Алиса приподняла брови, Лиам чуть смущенно посмотрел на нее.

- Она не знает, что мы с тобой целовались, - со сдерживаемой улыбкой проговорила девушка.

- Я смел надеяться, что за этими несколькими поцелуями стоит нечто большее, - теперь Лиам смотрел уже уверенно и явно пытался флиртовать, - Но раз ты не сказала даже своей сестре, наверное, я многое себе придумал, - он продолжал улыбаться.

- А ты многое рассказываешь брату? – Алиса сделала шаг в сторону Лиама, стреляя глазками и улыбаясь. Небольшое смущение выдавали только сомкнутые перед собой руки, - Рассказал, что целовал меня? Или говоришь ему, что поборешься за Аделину? – глаза Алисы сверкнули то ли волнением, то ли злостью.

- Алиса, послушай… - Лиам явно заволновался.

Но тут в дверь снова позвонили, теперь прибыло уже несколько машин с гостями. Вампиры любили опаздывать, но часть из них прибыли к назначенному часу. Каждый из гостей не преминул подойти к Алисе с поздравлениями, раз уж именинница встречала их в холле. Лиаму же оставаться здесь было неуместно. Хоть многие и сплетничали о его ухаживаниях за принцессой-полукровкой, официально их пока ничего не связывало. Встречать гостей на входе в чужой дом было бы неприлично. «Мисс Найтроуз», - Лиам поцеловал руку Алисы и ушел в зал. Алиса осталась встречать гостей.

В зале уже вовсю играл оркестр, официанты предлагали напитки и закуски, пока там находилось немного приглашенных вампиров, они здоровались друг с другом, перекидывались парой дежурных фраз, все подходили с поздравлениями к Сьюзен и к Каролине с восхищениями ее дочерями. Может быть, не всех восхищал ее воспитательный талант, но никто в таком, конечно, бы не признался. Фредерик все время находился где-то рядом с Каролиной или Сьюзен и улыбался так, как будто поздравляли его. Эдвард тенью следовал за ним.

Когда большинство гостей собрались, в зале стало людно и шумно. Тут и там слышались громкие возгласы радости тех, кто давно не виделся, разумеется, не всегда искренние. Кто-то разносил новые сплетни, кто-то обсуждал дела, кто-то ждал своей очереди пообщаться с хозяевами дома, кто-то, не смея к ним приблизиться, наблюдал издалека. Сьюзен, Алиса и Каролина продолжали получать поздравления и комплименты. Наконец, в зал спустилась Аделина.

Можно было подумать, что ее появления никто не заметил, но разумеется, это было не так. Просто знатное вампирское общество было осведомлено, что девушка не любит повышенного внимания к своей персоне. Она медленно спускалась по лестнице, почти не обращая внимания ни на что вокруг. Ее взгляд не смотрел ни на что и ни на кого конкретно, казалось, что Аделина глубоко задумалась о чем-то и не может отвлечься. Впрочем, это было ее обычное состояние. Черное кружевное платье с длинными рукавами и юбкой по колено с оборками, белый кружевной воротничок с черным бантиком, черные колготки с сердечками, абсолютно черные гладкие волосы, длиной чуть ниже лопаток были забраны сзади тоже черным кружевным бантом. Аделина дошла почти до конца лестницы, но вдруг остановилась, посмотрела куда-то в сторону, потом вниз и прикусила губу.

За всем этим действом наблюдала Сьюзен, она дернула Алису за платье: «Нет, ну ты посмотри на нее! Она в черном. И это ты мне говорила, что синие шорты не подходят? У нас что, траур?» Алиса добродушно хмыкнула и поспешила к Аделине, Сьюзен пошла за ней. Аделина явно была рада видеть сестер, ее лицо из скучающего, наконец, сделалось живым, она обняла Алису и прошептала ей на ухо:

- С Днем рождения! Еще раз.

- Спасибо, - Алиса крепко обняла сестру.

- Нет, подожди, - Сьюзен была явно рассержена, - Я не поняла? Ты даже ради наших 18 не могла что-то нормальное надеть? Или для тебя это не праздник? И как же бежевый, зеленый, бирюзовый, голубой? Мне то пофигу на оформление праздника, но это любимые цвета Алисы, они с Каролиной так долго планировали, чтобы все было идеально

- У меня белый воротник, - перестав улыбаться, сказала Аделина, - Это празднично.

- Смеешься? – Сьюзен была уже не только рассержена, но и обижена, не за себя, за Алису, - Ли, она издевается!

Алиса не стала комментировать происходящее, но тепло улыбалась.

- Я ношу только черное, белое и красное, - достаточно твердо, хотя и тихо, сказала Аделина.

- Но для нашего праздника могла бы пересилить себя? – Сьюзен продолжала негодовать.

- Зачем? – Аделина сощурила глаза.

- О нет, сейчас опять начнется лекция по психологии, я лучше пойду.

- Мне твой наряд тоже не нравится, - продолжала уже чуть раздраженным голосом Аделина.

- Брейк, - закричала Алиса и втиснулась между сестрами, расставив руки, - Кто в чем хочет, тот в том и празднует. Мы тут веселиться собрались.

- Ага, мне ты другое говорила. Значит, мне нельзя, а ей можно? – Сьюзен насупилась.

- Эй, ей и так тяжело. Все эти люди. Ты же знаешь, она терпеть не может все эти светские вечера, общение. Пусть будет в том, в чем ей комфортно, - Алиса, как и всегда, бросилась на защиту Аделины. Ей всегда хотелось ее от чего-то спасти, и казалось, что сама младшая сестра защититься от окружающих не в состоянии. Аделине и правда очень сложно было налаживать контакты. А если еще и малознакомые люди начинали с ней разговаривать, у нее возникала такая сильная тревога, что ничего внятного им ответить она не могла. В кругу семьи же она легко отстаивала свое мнение и, по мнению Сьюзен, считала себя лучше своих сестер. Алиса так не считала, она напротив, видела и в агрессивном отстаивании своих интересов Аделиной ее страх перед миром, желание понять, как правильно, и быть правильной во всем. У Сьюзен Аделина иногда вызывала желание кинуть ей какой-нибудь едой в лицо. Порой она так и делала. У Алисы Аделина вызывала желание поддержать, защитить, помочь.

- Тогда я тоже буду в том, в чем мне комфортно. Носишься с этой долбанутой как с хрустальной вазой, - Сьюзен совсем надулась, покачала головой и ушла. Алиса знала, что она скоро остынет. А вот Аделине, конечно, тревожно от такой толпы, с Аделиной нужно быть рядом. Как бы подтверждая мысли Алисы, Аделина крепко взяла ее за руку.

- Пойдем, - сказала ей Алиса, улыбнувшись, и повела ее в гущу вампиров. Аделина тут же вполголоса, так, чтобы слышала только сестра, начала язвительно комментировать слова и наряды окружающих. Алиса смеялась и иногда тоже отпускала колкие реплики по поводу самых одиозных персонажей.

Такое общение Аделине нравилось, ей вообще всегда казалось, что с Алисой они были на одной волне. Они могли вместе зачитываться одной серией книг или с жаром обсуждать понравившийся обеим фильм, часами просиживать в библиотеке. Когда Алиса зачитывалась магическими книгами, Аделина рисовала, она очень любила рисовать. Потом Алиса нашла какие-то книги по магии, которая доступна вампирам, и Аделина увлеклась и этим. Она хотела приобщить Алису к своему хобби и научить рисовать. Как и все новое, Алиса восприняла предложение с энтузиазмом, но ничего не получилось. У Алисы выходило из рук вон плохо. Они вместе долго хохотали над ее художествами, но потом перестали пробовать.

Аделина действительно чувствовала в Алисе твердое плечо, поддержку, понимала, что всегда может на нее положиться. Но все же величину своих бед и страхов она преувеличивала. Недавно они с психотерапевтом выяснили, что Аделина ревнует Алису к Сьюзен, ведь между двойняшками связь всегда крепче. А чтобы привлечь внимание Алисы к себе, нужно намекнуть на то, что требуется помощь. Аделина не была слабой, но ей было комфортно, когда Алиса ее такой считала. Разумеется, никому об этом Аделина не говорила. Сьюзен чувствовала какой-то подвох и раздражалась, Алиса же и Каролина неслись спасать Аделину от любой надуманной опасности. Аделина со своим психотерапевтом также выяснила, что все это не делает ее плохой, и успокоилась.

Глава 4. Поздравления

- Прошу минуточку внимания! - Каролина, весело улыбаясь, подошла к микрофону. Все внимание и так было приковано к сцене, так как по просьбе Каролины оркестр приостановил игру.

- Я считаю, что пора поздравить наших именинниц, - Каролина хотела продолжить, но на сцену уже своей медленной походкой пожилого человека выплывал Фредерик. Каролина нахмурилась, он подошел к микрофону:

- И правда Каролина. И я думаю, по праву, как член семьи, первый тост должен произнести я. Ведь я знаю этих девочек с самых малых лет, - Фредерик тоже хотел продолжить, но Каролина повернула микрофон к себе. Фредерик был медлителен, а потому не сориентировался, что делать дальше.

- При всем уважении, первый тост произнесу я. Я не просто знаю этих девочек, я их растила, - по залу прошлись тихие смешки. Фредерик благодушно закивал и отошел чуть в сторону.

- Я не знал, что ты будешь что-то говорить, - сказала он Каролине одними губами. Каролина с улыбкой продолжила:

- Итак, я не сильна в ораторском искусстве, но все же не могу не произнести ничего сегодня. Мне… мне даже не верится, что это день наступил. Я помню день, когда Алиса и Сьюзен родились, - Каролина открыла было рот для продолжения.

- Я тоже помню, - раздался громкий визгливый возглас из зала. Даниэлла была уже навеселе. Впрочем, даже когда она не выпивала ничего, она могла делать и говорить что-то неуместное. Сьюзен, стоявшая недалеко от сцены, закатила глаза.

- Меня сегодня все перебивают, - проговорила Каролина, продолжая весело улыбаться. В зале снова засмеялось несколько гостей, - Так вот, я буду краткой. Мои дорогие, милые девочки, я всегда буду вас любить так же, как любила все эти 18 лет. Вы всегда, всегда-всегда можете на меня положиться. Для меня вы всегда мои маленькие девочки, которых я всегда приму любыми. Что бы вы ни сделали, что бы с вами не случилось, вы всегда можете мне рассказать и рассчитывать на поддержку. Вы прекрасные, добрые, умные, яркие. И я бы никогда не пожелала себе детей лучше. Потому что лучше просто не бывает. И я благодарю мою сестру Даниэллу за то, что она подарила мне счастье воспитывать этих чудесных малышек.

Каролина заплакала, Сьюзен закатила глаза и пригубила шампанское. Больше всего ей хотелось выплеснуть это шампанское Даниэлле в довольное раскрасневшееся лицо. Сьюзен думала о том, что теперь ведьма уж точно похожа на большой круглый помидор. Почему-то ей представилось, как она наступает ногой на настоящий овощ, а другой такой же кидает в стену, он раскалывается. На полу и на стене остаются мерзкие потеки. Хлебнув шампанское еще раз, Сьюзен подумала, что потеки не такие уж мерзкие и вообще она бы сейчас съела помидорку.

Тем временем Каролина перестала плакать, подняла бокал, все в зале чокались, пили шампанское. Те, кто были рядом с двойняшками, снова поздравляли их. Фредерик смотрел на Каролину, показывал пальцем куда-то за ее спину, жестикулировал, поднимал и опускал брови. Наконец, Каролина заметила его активность.

- Ах да, в подарок девочкам, простите, уже девушкам, наш самый близкий родственник Фредерик сделал что-то невероятное. Спасибо, Фредерик, - Каролина кивнула кому-то, и сзади упал бежевый занавес, зал ахнул. Каролина радостно пошла обнимать влиятельного вампира.

За занавесом, высотой от пола до потолка, красовался огромный портрет красивого статного мужчины. Его карие глаза с озорством глядели на всех присутствующих, губы застыли в полуулыбке, черные-черные прямые волосы, длиной по поясницу, были распущены. Высокие черные кожаные сапоги, черные брюки, черная рубашка с небольшим кружевом, черный жилет, на плечи был накинут черный кожаный плащ, чуть развевающийся на ветру.

- Папа, - только и смогла выдохнуть Алиса.

- Мог бы подарить что-то более приятное, чем портрет мертвого человека, - скривилась Аделина. Но увидела, что сестры ее совсем не поддерживают. Они во все глаза смотрели на портрет вампира, которого никогда не видели, но о котором знали очень много, изучая каждую деталь. Все же расти совсем без биологических родителей – травма посильнее, чем расти с одной мамой.

- Папа, папочка, - нежно проговорила Сьюзен, проводя рукой в воздухе, очерчивая его силуэт, на глазах у нее выступили слезы, - Знаешь, Ли, если бы он был жив, все бы было хорошо.

- Все и так хорошо, Сью, - Алиса положила голову на плечо Сьюзен, та приобняла ее.

Всю жизнь им рассказывали, какой Себастьян был мудрый, смелый, прекрасный правитель, какой он замечательный муж, и каким добрым и любящим отцом он бы был. Каролина все детство на ночь вместо сказок рассказывала девочкам о папе, и его жизни. Иногда истории и правда больше были похожи на выдумку, потому что были наполнены чудесами и сомнительно знакомыми всем героями из народных произведений, но до определенного возраста девочки верили и им. Сомнений в том, что Себастьян был практически идеальным даже не возникало, все воспринималось на веру. Где-то до подросткового возраста. Когда критическое мышление появилось в арсенале наследниц короля вампиров, они сложили два и два и поняли, что семейная жизнь Каролины с Сабестьяном не была такой уж безоблачной и счастливой. Иначе матерью двойняшек не стала бы Даниэлла. Учитывая, что всего пару месяцев спустя родилась Аделина, Каролина, видимо, мужа простила, а значит, действительно его любила. Даниэлла ведь не может держать язык за зубами и минуту и уж точно рассказала об интрижке с мужем сестры. Теперь моральные качества Себастьяна стали вызывать у его дочерей сомнения.

Тем временем на сцене оставались Каролина с Фредериком. Каролина что-то ему сказала и снова подошла к микрофону.

- Как все уже поняли, это портрет моего любимого мужа, Себастьяна. Я так скучаю по нему, - Каролина не смогла дальше говорить и почти упала в отеческие объятия Фредерика.

Когда она смогла отойти, речь продолжил Фредерик:

- Очень важно помнить свои корни, помнить свою историю. И мои племянницы знают и почитают свою семью, свои корни. Посмотрите, как им понравился мой подарок, - девочкам стало неуютно, потому что многие стали на них оборачиваться, - Для нас, вампиров, которые живут веками особенно важно чтить традиции, чтить свою семью, помнить о своих ошибках и учиться на них. Если не знать свою историю…

Фредерик продолжал, но не все его слушали. Почтенно кивали головой, соглашаясь, но большинству было скучно. Всем больше хотелось хлеба и зрелищ. Вот слезы Каролины, сначала счастливые, потом и горестные, всем понравились, это взбудоражило публику, а лекцию вампирского почти что заместителя короля слушать было скучновато. Сьюзен зевнула:

- Ну он загнул, конечно.

Она посмотрела направо, налево, все стояли и вроде бы слушали.

- Ли, хочешь коктейльчик? – обратилась она шепотом к сестре.

- Нет, - отмахнулась от нее Алиса, которая, оказывается, и правда с интересом слушала дядюшку.

Сьюзен начала потихоньку пробираться от центра к углу зала, весьма мешая гостям, но вампиры делали вид, что не замечают этого. Аделина укоризненно смотрела на нее, будто отчитывая, но не получив обратной реакции, положила голову на плечо Алисе и сделала вид, что тоже слушает Фредерика. Через пару минут Сьюзен добралась туда, куда стремилась. Здесь, совсем далеко от сцены и центра зала, ее с радостью ждали ее друзья. Коди и Кристиан были вампирами, родители которых тоже были вампирами, но их род был совсем неизвестным и незнатным, видимо, в нескольких поколениях до них встречались обращенные вампиры, получившиеся из людей или и вовсе люди. Как бы вампирская знать, не пыталась прекратить подобные отношения, тут и там они рано или поздно завязывались. Чистокровные вампиры считали, что подобные существа, которые раньше были людьми, крайне плохо себя контролируют, а значит, их потомки недостойны быть причастными к какой-либо власти. По поводу большинства обращенных вампиров, они были правы, хотя встречались и исключения.

Сьюзен импонировала именно простота общения с ребятами. Никаких тебе душных разговоров и сплетен, никаких тебе обращений «мисс и мистер», никакой тебе чопорной знати, которая хочет присоединиться к общению. Коди и Кристиана в обществе старались не замечать, как будто их просто нет на светских мероприятиях, их это не то, чтобы не трогало, им это просто было неинтересно. Они познакомились со Сьюзен, когда лет в 6 залезли в сад королевского замка. Точнее Кристиан залез «на слабо», доказывая что-то ребятам, с которыми они общались, а сопровождавший его Коди, который должен был подтвердить, что Кристиан не струсил, испугался оставаться в лесу за забором и полез следом. Каролина обнаружила Сьюзен, Кристиана и Коди, уже носящихся по всему саду, играющих в салочки, и подумала, что это достаточно мило, поэтому стала приглашать ребят заходить в гости официально, через ворота. Тем более, до этого Сьюзен все равно бездумно моталась по саду в одиночку в те моменты, когда Алиса и Аделина занимались музыкой. Сьюзен заниматься музыкой не хотела, а Каролина не могла заставить своих детей что-то делать. В общем, с тех пор у Сьюзен появилась компания, которой можно было занять время, когда ее сестры занимались всякими скучными делами. За это время, она так сдружилась с ребятами, что воспринимала их практически братьями. Сьюзен вообще легко устанавливала крепкие отношения с мужчинами, но все они были дружескими, а не романтическими.

- Ну что, готово? – радостно постреливая глазками, спросила Сьюзен

- А то! – подмигнул ей Критиан. Он был заводилой в этой компании. Может, потому что был самым старшим, а может, потому что на самом деле обладал лидерскими качествами, которые, к сожалению, не могли ему пригодиться в существующей консервативной вампирской иерархии.

Кристиан сунул в руки Сьюзен непрозрачный бокал, такой, в которых было принято подавать кровь. Эти самые «коктейли», как их называли ребята, они делали сами. Алкоголь в чистом виде мало действовал на вампиров, почти не действовал, его пили, отдавая дань традициям. Но говорили, что, если смешать алкоголь с кровью, вот тогда действие будет полным. Как-то компания решила проверить, правда ли это. Кто-то из них на спор выпил бокальчик, и оказалось, что это правда. С тех пор, по секрету от взрослых, конечно, они стали периодически мешать подобные коктейли и пить их в саду, беседуя и играя во всякие настольные игры и подростковые развлечения, вроде твистера и «правды или действия». Иногда к ним присоединялась Алиса, если не была увлечена очередной магической книгой или новостями о заседании совета вампиров.

Коди был самым младшим из друзей, ему скоро должно было исполниться 17, а потому он всегда нервничал, что их застукают. Ведь ему родители пить алкоголь пока не разрешали, а уж если бы они узнали, что он пьет его не в чистом виде, скандала было бы не избежать. За свою репутацию ему было бесполезно беспокоиться, но портить отношения с семьей он совсем не хотел. Сейчас ребята впервые решил попробовать провернуть свою шалость на большой вечеринке, где было так много вампиров, что очень нервировало Коди. Он тоже держал в руках бокал, но постоянно опасливо оглядывался по сторонам, не заметил ли кто. Вдруг сейчас его выволокут за ухо в толпу и отведут к родителям. Но никто не замечал, ведь Коди и Кристиана вообще не принято было замечать. Просто Сьюзен общается там с какими-то своими друзьями, ничего удивительного, она девочка общительная и популярная.

- Ммм, здесь не шампанское, - отпив немного из бокала, Сьюзен дерзко улыбнулась.

- Виски, - шепотом сказал Кристиан.

Сьюзен показала ему большой палец, продолжая пить и радостно улыбаться. Фредерик все продолжал болтать, и Сьюзен пошла добывать еще бокал с кровью, чтобы сделать новый коктейль, а вернувшись, начала болтать с ребятами ни о чем и обо всем, как у них всегда и получилось. Когда она пила уже где-то пятый по счету коктейль, она с удивлением обнаружила, что на сцене уже не Фредерик, а Алиса. После тоста дядюшки был перерыв на танцы и общение, потому что все устали от его длительной речи.

Несколькими минутами ранее музыка снова остановилась, и все стали обсуждать, кто же скажет следующий тост, но никто не решался выйти на сцену, ведь выступать надо было после таких значимых вампиров как глава совета и вдова короля. Королевой отчего-то Каролину никто не называл. Аделина держала Алису за руку:

- Ну что, готова? – она лукаво посмотрела на сестру. На лице Алисы была смесь решительности и сомнения.

- Да! – кивнула она с серьезным выражением лица, вздохнула, выдохнула, отпустила руку Аделины и двинулась к сцене.

- Я держу за тебя кулачки, - с улыбкой прошептала Аделина ей вслед.

Аделина знала, что за эпатажный план задумала Алиса, и очень поддерживала ее в этом начинании. Каролина, случайно услышав один из их разговоров, кстати тоже знала, но делала вид, что не знала. Во-первых, она надеялась, что все само как-нибудь рассосется, например, Алиса испугается и не пойдет на сцену. Во-вторых, проще было делать вид, что ничего ни о чем не слышала, чем запретить что-то своим детям.

Сьюзен воззрилась на сцену. Начало речи она не слышала.

- … И конечно, спасибо моей маме.

Сьюзен видела, как лицо Даниэллы просветлело. Она с улыбкой смотрела на сцену.

- Каролина, ты всегда будешь для меня моей мамой, пусть я редко тебе об этом говорю, - продолжала Алиса.

Лицо Даниэллы перекосилось. «Так тебе и надо, старая коза», - подумала Сьюзен.

- Сегодня ты сказала, что, что бы у нас не случилось, ты будешь с нами и за нас. Так вот, что бы ни случилось, я тоже буду с тобой и за тебя. Сколько бы лет ни прошло, я всегда буду благодарна и буду любить тебя.

Зал зааплодировал, Каролина расплакалась, Аделина смотрела с умилением, Сьюзен с задумчивым видом качала головой, соглашаясь. Все, кроме Аделины, ожидали, что на этих благодарностях речь Алисы и закончится, но не тут-то было.

- Сегодня много было сказано о традициях. О семейных традициях, о традициях вампирского общества. Я очень ценю свою семью, я люблю ее. И я чту свои корни, - Алиса повернулась назад, посмотреть на Себастьяна.

Зал довольно закивал и уже собирался снова аплодировать, но Алиса и не собиралась заканчивать.

- И именно поэтому я считаю необходимым поднять одну тему.

Большинство с сомнением уставились на сцену. Ну что еще за тему можно поднять о традициях после получасовой лекции Фредерика? Аделина очень довольно улыбалась и подняла вверх сомкнутый кулачок так, чтобы это увидела только Алиса. Алисе это как будто придало сил, и она стала говорить страстно и эмоционально.

- Мне всегда говорили, что мой отец был мудрым и прогрессивным. И я хочу стать достойным продолжателем его дела.

Каролина подавила взволнованный и немного раздосадованный вздох, но продолжила слушать. Все-таки Алиса не струсила. В зале кивали, не понимая к чему клонит девушка.

- Большинство наших традиций достойны почитания, но есть одна, которой пора кануть в прошлое.

Вампиры с интересом уставились на Алису.

- Сегодня мне 18. И я хочу официально заявить, - сердце Алисы колотилось, как бешеное, она очень боялась реакции, то, что она хотела сказать, было нонсенсом. После небольшой паузы она справилась с волнением и убедилась, что рука с бокалом шампанского не трясется, - Что как дочь короля хочу самостоятельно занять свое место в совете вампиров. Традиция не пускать женщин во власть безнадежно устарела, и я хочу вносить в решения совета свою лепту.

Что тут началось. Зал громко охнул, резко начал что-то обсуждать, Каролина терла виски руками, дядюшка Фредерик, молча, стоял, вытаращив на Алису глаза. Алиса постучала по микрофону, привлекая к себе внимание.

- Давайте выпьем за то, чтобы нужные нам традиции жили всегда, а от ненужных и вредных мы с легкостью отказывались.

Алиса хлебнула шампанское и пошла в зал. Тут и там к ней подскакивали вампиры, что-то говорили или гневно, или восхищенно. Тут и там слышались разговоры других вампиров между собой: «Вы слышали, что она сказала? Этого не может быть? Чего она добивается?». «Так она никогда не выйдет замуж». «Правильно, мы, женщины, сделаем политику более гибкой». «Я бы не отказался видеть на заседании красивую девчонку, а то смотреть их стало скучно». «Это просто взбалмошная девка. Она несерьезно. Просто хочет привлечь внимание». «Это важный шаг. У людей давно женщины участвуют в принятии решений на официальном уровне». «Тоже мне шаг, у нас и так правит женщина, Каролина». «Разве ей положено место в совете? Полукровке!». «О чем это она? Ничего непонятно. Ее мужу и так дадут место, она же дочь короля». Все эти голоса слились для Алисы в какой-то непереносимый гул. Сердце продолжало стучать, в ушах гремели его удары, что-то стучало в висках. Алиса быстрым шагом двинулась к Аделине и взяла ее за руку. Аделина погладила ее по плечу.

- Как я держалась? – Алиса начинала приходить в себе, хотя ее начала бить мелкая дрожь, которую очень трудно было успокоить.

- Лучше не бывает, - Аделина сжала ее руку и с теплой улыбкой посмотрела прямо в глаза.

К девушкам подошел оригинально одетый молодой человек. Гости мужского пола были во фраках или классических костюмах, застегнутые на все пуговицы рубашки, бабочки и галстуки, запонки. Даже Кристиан и Коди были одеты в том же стиле. В крайнем случае, имели место быть одеяния стиля прошлых веков, как у Эдварда, это считалось особым шиком, хоть и не признавалось молодежью. Подошедший же был одет в белую рубашку с закатанными рукавами, несколько верхних пуговиц были расстегнуты, черный жилет с парой кожаных вставок того же цвета был украшен старинными булавками, какими-то декоративными элементами, напоминающими механизмы, довершали образ старинные часы на цепочке, свисавшие из кармана. Классическими в его наряде были только черные брюки. Его руки были в карманах, поза расслабленная, темно-каштановые волосы были зачесаны вверх, но и в прическе оставалась легкая небрежность.

- Алиса, поздравляю. Честно говоря, я впечатлен. Вы оказались еще более прогрессивной, чем можно было представить.

Алиса кивнула, радостно улыбнувшись:

- Спасибо, Энтони.

С Энтони Дэвисом Алиса мечтала познакомиться уже давно, но обычно его не приглашали на светские мероприятия, где присутствовала титулованная семья Найтроуз. Энтони был феноменом вампирского мира: родившись человеком, несколько лет назад, никто точно не знал, сколько, он был обращен в вампира, но теперь крутился в кругах знати. Обычно такие персонажи оставались на задворках вампирской иерархии, а иногда и вовсе уничтожались, так как по мнению чистокровных или почти чистокровных семей совсем не умели себя контролировать. Во-первых, они из-за своих оголенных инстинктов и непереносимой жажды, могли раскрыть тайну существования вампиров обществу. Во-вторых, они вполне могли не удержаться и убить человека. Не говоря уже о том, что пить кровь, кусая людей, в принципе, в среде вампирской элиты считалось чем-то из ряда вон, а вот в среде обращенных вампиров, поговаривали, это было нормой.

Совет сотрудничал с человеческой медициной, и часть донорской крови за достаточно большие деньги доставлялась вампирам. Благо, этих денег у них было много, ведь в древние времена вампирское общество не было столь этичным и гуманным и легко отбирало понравившиеся материальные блага у людей. Все чистокровные в результате были весьма богатыми наследниками, да и сейчас вели какой-нибудь свой бизнес, либо вмешивались в людскую политику, что позволяло оставаться очень хорошо обеспеченными. Все это выглядело вполне законно, поэтому для людей вампиры остались древним мифом, популярным в современной культуре. У вампиров, которые были людьми, такой материальной подушки не было, и кровь было доставать неоткуда.

Совет убеждал всех, что и обращенных вампиров уже подчинили гуманным законам, а не покорившихся или неспособных справиться с собой просто убивают, чтобы они не убивали и не пугали людей. Однако, все тот же совет постоянно предупреждал о непредсказуемости и опасности вампиров, которые когда-либо были людьми, об их сходстве с животными, и обосновывал этим отношение к ним как к второсортным существам, не заслуживающим каких-либо прав и свобод. На деле совет даже не мог справиться с ведением учета новых обращенных вампиров, потому что это происходило повсеместно и некотролируемо: вампиры, получившиеся из людей, обращали в вампиров новых людей, а те в свою очередь, продолжали в том же духе.

Энтони большую часть жизни был человеком, и буквально за последние годы успел стать образцовым в плане подчинения законам вампиром, уйти от своих друзей, которые его и превратили в мистическое существо, и пробиться чуть ли не на вершину вампирской иерархии. Он был секретарем совета, а ведь таких, как он, не то что к совету, даже к вампирам, рожденным вампирами, старались не подпускать. Безусловно, Энтони был талантлив: умный, активный, легко адаптирующийся в любом социуме, прекрасно контролирующий себя и целеустремленный. Без врожденного обаяния тоже не обошлось. Девушки признавали, что он симпатичен, а то и красив, а его улыбка просто очаровательна. Но все равно в знатном обществе на него смотрели больше как на цирковую обезьянку или интересное, но немного опасное, животное в зоопарке. Вроде бы приятный и общительный, но что там у него в голове, ведь это обращенный вампир.

Алиса относилась к нему без опасения, напротив, она с восхищением слушала рассказы дядюшки Фредерика о его успехах. Дядюшка тоже был им восхищен, и, наверное, именно то, что Энтони смог понравиться главе совета, сыграло основную службу в его продвижении. Фредерик сделал его своим помощником, не правой рукой, конечно, эта роль уже была занята его сыном, Эдвардом, и даже не левой, ведь был еще сын Лиам, но оформлять важные документы и стенографировать заседания совета Энтони разрешалось. А ведь об этом мечтали даже многие представители знати.

Перед тем, как пойти на сцену и произнести свою речь, Алиса успела осуществить свое желание и познакомилась с Энтони. Сейчас она была уверена, что, если бы не поговорила с ним, ни за что бы не решилась все-таки говорить о своем намерении самой стать членом совета.

- Оригинальный костюм, - так Алиса решила начать знакомство, получасом ранее подойдя к Энтони.

- Мисс Найтроуз, - чуть приподняв брови, Энтони повернулся к Алисе и кивнул, приподняв бокал с шампанским

- Прошу, называйте меня Алиса

- Мисс Алиса, надеюсь, мой наряд не обидел Вас, - Энтони улыбнулся. Здесь было так принято, обращаться «мисс» и прибавлять либо фамилию, либо имя. Аделина постоянно злилась, что после слова «мисс» вообще-то надо прибавлять исключительно фамилию, но все выбирали вариацию, которая им нравилась. Считалось, что фамилия – это для более уважительных и дистанцированных отношений, а имя для более близких, либо для обращения к детям. Самые близкие, конечно, называли друг друга просто по имени, без всяких «мисс», но в остальном, такие обращение не использовались.

- Просто Алиса.

- А Вы прогрессивная, Алиса.

- Ваш наряд мне тоже нравится, - девушка потрогала одну из булавок. Алисе вообще было свойственно сразу сокращать дистанцию в общении.

- Спасибо. Люблю что-нибудь особое, выделяющееся, - Энтони было приятно внимание Алисы, но он все же немного волновался, хоть и пытался этого не показывать. Вампир взглянул на булавку, которую тронула Алиса, потрогал ее тоже и снова стал смотреть на девушку.

- Думаю, Вам выделяться внешним видом необязательно, Вы и так весьма незаурядная личность.

- Вы про мое происхождение? - Энтони чуть покраснел, но не стушевался.

- Я про Ваши недюжинные способности, - Алиса улыбнулась, - Наслышана о Вас от дядюшки.

- Неужели? – Энтони покраснел чуть сильнее, - Вы знаете, я всегда мечтал познакомиться с кем-нибудь из королевской семьи, но не думал, что Вы обо мне знаете.

- Кто же о Вас не знает? – Алиса продолжала кокетливо улыбаться и чуть наклонила голову, - Местная знаменитость, можно сказать. Зачем же Вам знакомиться с нами, мы ведь весьма посредственны. Все, что мы имеем, мы имеем от рождения.

- Не думаю, что Вы посредственны, Алиса, - Энтони не понимал, серьезно с ним разговаривает девушка, или это сарказм, поэтому старался выглядеть максимально непринужденным и в любой момент был готов перевести все в шутку, - Даже то, что Вы решили подойти ко мне не по настоянию Фредерика, не испугались… - Энтони подмигнул, но тут же осекся, - Или я ошибаясь, и Фредерик просил пообщаться со мной?

- Нет. Дядюшка не считает, что мне нужно общаться с кем-то, относящимся к политике, кроме него самого и Лиама,- Алиса усмехнулась, - Я сама давно мечтала познакомиться с Вами. Рада, что Вас пригласили.

- Ох, а я-то думал, что приглашения подписывали лично Вы и Сьюзен. Там стоят Ваши имена, - Энтони все еще не верил, что дочь короля может действительно говорить ему что-то подобное, но старался выглядеть максимально расслабленно. Алиса была весьма проницательна, поэтому все же чувствовала его напряжение, - Шучу. Я знаю, как это все устроено. Скажу больше, приглашения на Ваш праздник подписывал я.

- Все? – Алиса захлопала глазами.

- Целая ночь работы, - с притворным вздохом сказала Энтони, потом снова заулыбался, - Впрочем, она бы была приятнее, если бы я знал, что мысли самой Алисы Найтроуз заняты мной.

- Вы преувеличиваете, - Алиса все еще продолжала кокетничать и улыбаться.

- Простите мне мою невежливость

- Энтони, - Алиса вдруг перестала улыбаться, чуть нахмурила брови и как-то судорожно схватилась пальцами за край жилета вампира, - Знаете, сегодня я хочу кое-что сделать, но очень волнуюсь. Но Ваш пример очень вдохновляет меня. И я хотела спросить: как Вам все это удалось?

- Что именно? – теперь брови чуть нахмурил Энтони, он был крайне удивлен таким вниманием и уже совсем не знал, как себя вести. Никто из вампирской знати так с ним не общался.

- Ну, - Алиса запнулась, - Стать таким известным, занять такое положение в обществе при… таком старте.

- Я не стесняюсь своего «старта», - Энтони выделил последнее слово, улыбнулся и, увидев волнение принцессы, совсем расслабился. Теперь он понимал, что ее интерес вполне искренний, - Не боюсь говорить о нем. Если Вам будет интересно, когда-нибудь с удовольствием расскажу свою историю. Знаете, Алиса, я пережил такое, что любые неудачи, которые случаются со мной сейчас, кажутся бестолковыми и незначимыми. Я просто всегда иду к тому, чего хочу, не обращая внимание на все это.

- А чего Вы хотите, Энтони? - Алиса, наконец, отпустила его жилет.

- Возможно, Вы назовете меня мечтателем, но я хочу обратить внимание совета на жизнь обращенных вампиров, там, мягко скажем, все не так радужно, как они говорят Вам. И я стремлюсь это исправить. Чтобы происходило меньше трагедий.

Энтони замолчал и о чем-то задумался, его взгляд как будто был направлен куда-то глубоко в себя. Сначала Алиса подумала, что он имеет в виду трагедии, связанные со смертями людей, но потом поняла, что Энтони явно говорит о чем-то личном, а не о социальных проблемах. Только сейчас она обратила внимание, что даже когда Энтони очаровательно улыбается, его глаза остаются грустными.

- Энтони, - Алиса взяла его за руку, - Я с удовольствием еще поговорю с Вами, мне очень интересна та самая Ваша история, но сейчас мне нужно сделать кое-что важное. Но сначала, ответьте мне еще на один вопрос: как Вас не смущает общественное мнение? Мне неудобно об этом говорить, но ведь Вы знаете, что о Вас говорят разное.

- Какая мне разница, кто и что обо мне говорит? – рядом с такой взволнованной и просящей совета девушкой он начал чувствовать себя прямо-таки действительно героем, говорил уверенно и с достоинством, - К тому же в обществе всегда найдутся такие, как Вы. Те, кто поймут и примут.

Энтони внимательно и серьезно смотрел в глаза Алисе.

- Спасибо, Энтони, - Алиса отпустила его руку, и пошла куда-то в сторону сцены.

- Алиса, - окликнул ее вампир, - Так что Вы хотите сделать?

- Сейчас увидите, - со счастливой улыбкой проговорила Алиса, обернувшись, а потом уверенно зашагала вперед.

Глава 5. Такое разное взросление

Теперь, когда речь была сказана, а эмоции пережиты, Алиса с благодарностью смотрела на Энтони и думала, что, если бы он не вдохновил ее, она никогда бы не решилась заговорить о женщинах в совете и себе как первой кандидатке туда. Аделину, все еще держащую ее за руку, она знала всю жизнь, а Энтони всего полчаса, но она чувствовала, что это именно те два человека, которые поддержат ее во всем и с которыми ей горы свернуть по плечу.

- Энтони, познакомьтесь, это Аделина, моя сестра.

- Очень приятно, мисс Найтроуз, - Энтони поцеловал руку младшей из сестер.

- И мне, - промямлила Аделина, которая всегда стеснялась общения с противоположным полом. Энтони кстати ей понравился хотя бы тем, что назвал ее «мисс Найтроуз», хотя Алиса представила ее как Аделину, ведь так было правильно. Она тоже не считала его опасным из-за его происхождения, но и особо интересным пока не считала. Ну продвинулся он по служебной лестнице, и что теперь? Интересным в окружающих Аделина считала нечто другое.

- Алиса, если Вы не против, из нас с Вами мог бы получиться неплохой политический дуэт. Те, кого никогда не пускали в политику: обращенный вампир и женщина. Конечно, я понимаю, что это дерзость, предлагать подобное вампиру Вашего статуса. Я ни в коем случае не ставлю себя на Ваш уровень, - Энтони хотел продолжить, но Алиса перебила его.

- А зря, - уверенно сказала она, - То, что Вы родились человеком, не делает Вас в чем-то хуже. Знаете, моя сестра Сьюзен вообще считает, что люди – это замечательно, а вампиры – это фу. Вам нужно и с ней познакомиться. А вот кстати и она. Но что она там делает?

Одергивая неприлично короткое платье, Сьюзен стояла на сцене перед микрофоном. В ее руках вместо изящного бокала была какая-то несуразно огромная прозрачная кружка с чем-то непонятным.

- Дорогие дамы и господа, - Сьюзен прокашлялась, вампиры устремили свое внимание на нее, - Я так поняла, пришло время говорить слова благодарности. И как же я могла не выйти на сцену, промолчать, если моя сестра уже что-то сказала, я же так люблю внимание. Ах, смотрите все на меня.

Сьюзен немного покривлялась и заржала, в зале поняли, что она несколько пьяна, зашептались. Каролина тихо говорила что-то Фредерику о том, что Сьюзен со сцены надо убрать. Но Фредерик отвечал, что это будет еще более позорно, чем выслушать девушку. «А так, ну выпила девочка, с кем не бывает». «Со взрослыми уважаемыми вампирами», - огрызнулась Каролина, но решила не вмешиваться, ведь сама запретить что-то Сьюзен она не могла.

- В общем, короче, спасибо Каролине, что воспитала, спасибо папе за жизнь, - Сьюзен неопределенно махнула кружкой назад, и несколько капель чего-то, что было в кружке, попали ей на платье. Алиса издала протяжный стон и схватилась за переносицу, опустив голову, Сьюзен же продолжала. – Спасибо дяде Фредерику, что ведет наши дела. Спасибо всем за подарки и поздравления. Спасибо Алиса, что напомнила, что надо всех поблагодарить, и вообще спасибо тебе, ты мой самый близкий человек. Даниэлла, ненавижу тебя. Аделина, сказала бы тебе спасибо, если бы ты нас нормально поздравила.

В зале повисло молчание, гости уже были немного шокированы. Каролина продолжала тереть виски, Фредерик откровенно веселился, Аделина приобняла Алису, сжавшую кулаки и съежившуюся от стыда, и неодобрительно качала головой, поглядывая на Сьюзен. Энтони с интересом наблюдал за происходящим на сцене, чуть приподняв брови.

- После части со «спасибо», насколько я поняла, нужно сказать какой-то тост, - Сьюзен не была в состоянии вникнуть в речь Алисы, но помнила, что там было что-то про традиции. - Я не умею говорить такие крутые слова, как моя сестра, но раз уж все сегодня говорят о традициях и благодарностях. Я вот благодарна традиции, что с 18 лет можно пить алкоголь официально, - Сьюзен засмеялась, не удержавшись, где-то вдали засмеялись Кристиан и Коди, ведь они вместе придумали «такую смешную шутку». Остальные в зале были в недоумении, хотя послышались еще несколько недобрых смешков. – Поэтому сейчас я, наконец, на глазах у всех могу выпить пивасика. Пивасик, - Сьюзен с любовью посмотрела на кружку и провела по ней рукой. – За пивасик, короче, и за традиции.

Сьюзен залпом выпила полкружки, выдохнула и, покачиваясь, пошла к выходу со сцены. Спускаясь по лестнице, споткнулась, вылила на себя еще немного пива, выругалась и поспешила уйти куда-то внутрь замка.

- О боже, нет, - протянула Алиса, она смотрела в одну точку перед собой, - Знаете, теперь все будут помнить вот это,- Она показала пальцем на сцену, - Мою речь никто серьезно не воспримет, если вообще вспомнит. Еще бесконечное количество времени на всех вампирских сборищах все будут говорить о Сьюзен и ее позорном выступлении.

- И все будут думать, что Вы просто поэпатировали публику, вместе, договорившись, - Аделина положила руку на плечо Алисы и поджала губы, - Какой позор, боже, - Аделина приложила руку ко лбу и покраснела.

- Не упоминайте Господа всуе, - серьезно, но без нажима проговорил Энтони, чем несколько удивил девушек. Религиозным он не казался, - Хм, Вы с сестрой совсем разные, - констатировал он, меняя тему и с сочувствием глядя на Алису. Ему было очень смешно, но он старался не подавать вида, чтобы не обидеть девушек. Почему-то он быстро проникся по отношению к Алисе теплыми чувствами и ощущал себя обязанным ее поддержать. – Никогда не мог бы подумать, что Ваша сестра вот такая.

- Да, Сьюзен – интересная личность, - Алиса устало улыбнулась, - Но она хорошая, поверьте. Просто… многогранная.

- Ни в коем случае, не хотел назвать ее плохой. Более того, по-моему, ее речь очень даже оживила этот прием. Я только за, чтобы наше общество становилось более… многогранным. Просто смотря на утонченную Вас, Алиса, и столь приверженную традициям Вас, Аделина, я не мог представить, что Сьюзен вот такая,- Энтони указал рукой на сцену, - Не боится быть смешной. Алиса, по-моему, независимости от чужого мнения, Вам стоит поучиться у нее, а не у меня.

Аделина надулась, потому что сама себя не считала приверженкой традиций, хотела было что-то возразить, но пока решалась, Энтони уже начала отвечать Алиса, и Аделина разозлилась на себя за то, что так долго обдумывала свою реплику.

- Это ужасно, хуже не бывает. Я не умею воспитывать детей, - проговорила Каролина.

- Ну-ну, - Фредерик по-отечески потрепал ее по плечу, - Ничего плохого не произошло. Просто они еще не выросли. У девочек еще много времени, чтобы повзрослеть. Пойду кстати найду своих оболтусов.

Безусловно, Фредерик знал, что его сыновья вовсе не оболтусы, а по сравнению с по-разному, но эпатажными Алисой и Сьюзен они и вовсе были образцовыми. Но он был так рад тому, что Сьюзен испортила весь триумф Алисы, что мог позволить себя такое чуть уничижительное высказывание. Теперь уж точно, по крайней мере, половина знатного общества посчитает Алису такой же незрелой, а ее слова о желании самой занимать место в совете чем-то несерьезным, шуткой. Фредерика это вполне устраивало, только еще упрямой и любопытной Алисы в совете не хватало. Без нее гораздо легче можно будет держать все под своим контролем.

Он нашел Эдварда и вместе с ним направился к Аделине и Алисе.

- Не расстраивайтесь так, - Фредерик обнял сначала Аделину, потом Алису, - Скоро все забудут эту дикость. Ничего страшного не случилось.

Алиса раздраженно вздохнула, но спорить не стала.

- А что до того, о чем ты начала разговор, Алиса. Нам нужно обсудить это наедине. А ты Эдвард пока пообщайся с Аделиной, - Фредерик напутственно похлопал сына по плечу.

Алиса кивнула и отошла в сторону с дядюшкой.

- Алиса, твое рвение, безусловно, похвально. Я понимаю, хочешь отстаивать честь семьи, у твоего отца, к сожалению, не родилось ни одного сына.

Алиса начинала закипать. Причем здесь сыновья вообще?!

- И я во всем поддерживаю тебя, дорогая, - с добрыми успокаивающими интонациями продолжил Фредерик. И Алиса чуть расслабилась, - Но понимаешь, подобные законы требуют обсуждения. Я внесу предложение на следующем заседании о смене закона принимать в совет только мужчин, но я ничего не могу гарантировать. Члены совета очень консервативны. Я смотрю ты познакомилась с молодым Энтони. Вот как уж я его продвигал, все равно многие против. Поэтому, милая, даже если все получится, тебе будет очень тяжело.

- Я готова к этому, дядя Фредерик, - вздернув подбородок сообщила Алиса.

- Что ж, ты все-таки подумай, поразмышляй. Может, завтра, когда у тебя будет другое настроение, под рукой не будет алкоголя…

- На что Вы намекаете, дядя?

- Ни на что, ни на что дорогая. Просто давай вернемся к этому вопросу позже, в какой-нибудь обычный будний день.

- Хорошо, - проговорила Алиса сквозь зубы, сжав кулаки.

Ей хотелось многое высказать Фредерику, поставить его на место, но она видела, что Эдвард упорно пытается флиртовать с Аделиной, нарушая все возможные границы, беря ее за руки, что-то очень эмоционально ей говоря. Аделине это явно крайне не нравилось, но ничего сделать, дать отпор она не могла, поэтому Алиса хотела быстрее это прекратить. Она кивнула дядюшке и быстрым шагом направилась к Эдварду.

- Привет, Эдвард, еще раз, - она деловито уставилась на парня, подбоченясь.

- Здравствуйте снова, мисс Найтроуз. Если Вы не заметили, мы тут с Вашей сестрой общались. А Вы невежливо нас перебили, - Эдвард самоуверенно глядел на Алису.

- Ах, Эдвард, простите, но мне тоже так хочется с Вами поговорить, не могу себя сдерживать, - с деланным восхищением начала Алиса.

Аделина хихикнула и посмотрела на Алису с благодарностью. Энтони иронично поглядывал на нее, ему было интересно, чем разрешится ситуация, но тут к нему подошел Фредерик и увел, разговаривая о каких-то делах.

- Что ж, мисс Найтроуз, о чем Вам так не терпится поговорить? О том, что Вам не терпится натянуть штаны вместо платья и сесть в совет? – едко заметил Эдвард.

- Какой Вы грубый, мистер, не помню Вашу фамилию, Эдвард. Нет, что Вы, я всего лишь хотела узнать, как Ваши дела, как поживаете? Собираетесь ли подсидеть своего папочку в совете? О, нет, точно, Вы же сами не умеете принимать решения, все за Вас решает Ваш отец. Может, Вам уже должно не терпеться слезть с горшка и начать жить самостоятельно?

Эдвард вспыхнул, Аделина откровенно засмеялась, чуть высунув кончик языка и с энтузиазмом наблюдала, чем же закончится перепалка. Но тут к троице подошел Лиам и мягко взял Алису за предплечье:

- Прошу прощения, что прерываю Вашу беседу. Алиса, я могу рассчитывать на твою благосклонность и пригласить тебя на прогулку по саду?

- Только если объяснишь своему плохо ориентирующемуся в реакциях женщин брату, что ему пора прекратить донимать мою сестру, - Алиса гневно смотрела на Эдварда.

- Если бы Аделине что-то не нравилось, она бы сама мне сказала, - парировал Эдвард, он так же гневно уставился на Алису, - А ты, Алиса, пожизненно в любой бочке затычка. Прекрати лезть, куда не просят.

- Эдвард, брат, можешь помочь отцу? Кажется, компетенции Энтони по одному важному вопросу не хватает, - как будто вдруг что-то вспомнил Лиам.

- Ох, уж этот Энтони, - Эдвард покачал головой, поднял подбородок, приобрел совсем уж надменный вид, - Прошу простить, долг зовет. У меня-то есть все шансы попасть в совет, в отличии от некоторых, - он еще раз зыркнул на Алису и отправился искать отца и его секретаря.

- Им же на самом деле не нужна никакая помощь, правда? – Алиса лукаво взглянула на Лиама, когда Эдвард ушел достаточно далеко, чтобы ее не слышать.

- Разумеется, нет. Но моего брата всегда можно поймать на том, что он лучше кого-то в чем-то разбирается. Он это обожает. К тому же его очень бесит Энтони. А у тебя, Аделина, есть время, чтобы найти себе другую компанию, чтобы у Эдварда больше не было возможности пообщаться с тобой наедине. Если ты не возражаешь, Алису я у тебя украду.

- Не возражаю, - улыбаясь и с видом «ну я же понимаю», сверля Алису взглядом, ответила Аделина. – И спасибо, Лиам.

Алиса с Лиамом удалились и уже через пару минут шли по благоухающему цветами саду. Основное торжество происходило внутри замка, здесь же было тихо и спокойно. Ветер шелестел в листве старых дубов, кленов и берез, смешивал запахи всевозможной растительности в очень приятный аромат. Повсюду были ухоженные газоны, клубы и кусты с цветами, фонари с коваными завитушками и мягким желтоватым светом. Дорожки умышленно не были сделаны асфальтовыми, чтобы сохранять ощущение естественности, но были хорошо утоптаны.

- Какой чудесный вечер, - проговорил Лиам. Он медленно шел рядом с девушкой своей мечты, не особенно приближаясь к ней, сохраняя дистанцию. Даже руки держал сзади, сомкнув в замок.

- Да, здесь хорошо. Нет этих противных голосов, обсуждающих меня и Сьюзен, - Алиса тоже шла медленно, рассматривая цветы вокруг, - Сегодня стригли газоны. Обожаю запах свежей травы в сочетании с этими цветами, могла бы вечно наслаждаться.

Дальше пара шла молча, свет фонарей создавал романтичную атмосферу, где-то стрекотали то ли сверчки, то ли кузнечики. Алисе всегда было комфортно с Лиамом, что бы они ни делали, она знала, что он принимает ее такой, какая она есть, пусть иногда и не очень понимает. Лиаму тоже всегда было комфортно с Алисой. Даже молчать. Никто не чувствовал неловкости, это была приятная тихая прогулка.

- Лиам, почему твой отец делает ставку на Эдварда? – чуть прищурив глаза и иронично улыбаясь, вдруг спросила Алиса. Иногда в ней просыпалось что-то такое, что ей хотелось задеть кого-то, при этом она могла делать больно даже самым близким людям. Когда это что-то просыпалось, Алиса уже никак не могла, да и не хотела это контролировать. Вот и сейчас, сама не зная зачем, она задала этот вопрос, хотя знала, что тема отношений с отцом и братом для Лиама болезненная.

- Что ты имеешь в виду? – Лиам чуть напрягся и посмотрел на Алису.

- Не делай вид, что не понимаешь. Очевидно же, что он хочет женить его на Аделине, сделать королем. Всячески способствует этому. А тебе остались только принцессы –полукровки, - Алиса весело хмыкнула, - Кстати, почему ты не выбрал Сьюзен? Мне кажется, с ней все бы было легче, - Алиса тихо засмеялась.

- Алиса, прекрати. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь. Не отец делает ставку на Эдварда, просто я интересуюсь одной единственной девушкой, тобой, - Лиам был чуть раздражен.

Вдруг Алиса резко остановилась, встала перед ним, практически касаясь его носа своим. Лиам было подумал, что Алиса хочет его поцеловать, впечатлившись его ответом, но она достаточно жестко начала говорить, четко проговаривая каждое слово:

- Лиам, послушай. То, что я сегодня сказала, абсолютно серьезно. Я собираюсь сама занять место в совете, которое предназначено моему будущему мужу. Очевидно, что в этом случае, место тому, кто решится жениться на мне, там не предусмотрено. Если, конечно, он не будет сам таким целеустремленным, как Энтони, например. Поэтому, пока не поздно, если тебя интересует твое положение в обществе, переключи свое внимание на Сьюзен. Иначе когда-нибудь тебя будут называть первым мужчиной-домохозяйкой.

Алиса серьезно смотрела в глаза Лиама, а Лиам рассмеялся, потом погладил Алису большим пальцем по щеке:

- Глупая, какая же ты глупая, Алиса, - его губы практически касались ее губ, - Мне не нужно никакое место в совете. Мне нужна ты, только ты.

И только Лиам хотел, наконец, поцеловать Алису, она резко развернулась и побежала вперед.

- Нужна? Догони! – крикнула она, смеясь. Способность Алисы резко переключаться с чего-то серьезного на нечто игривое и совершенно не соответствующее взрослому человеку каждый раз удивляла Лиама, но и безумно ему нравилась.

- Ты далеко не убежишь на таких каблуках, - сказал Лиам, продолжая вполне спокойно идти следом.

- Хм, ты прав, - Алиса скинула туфли, стрельнула глазами в сторону Лиама и побежала дальше босиком, причем по газону, а не по дорожке.

- Алиса, черт, ты же поранишься. Здесь же ветки. Да и дождь сегодня был, испачкаешься.

- О, пока ты там бубнишь я убегу уже далеко, - Алиса и правда была уже в отдалении. Она обернулась, показала Лиаму язык и крикнула, - Не поймаешь.

Лиам засмеялся и решил принять правила игры. Через пару минут он нагнал девушку, схватил ее за талию и немного покружил. Алиса смеялась и визжала, вырываясь. Наконец, Лиам поставил ее на землю, чуть касаясь ее плеча.

- Хочешь, постелю тебе свой пиджак, чтобы стоять было уютнее и схожу за твоей обувью?

- Мне и так хорошо! А вот тебе надо крепче держать свою добычу, - Алиса вывернулась и снова убежала. Лиам покачал головой и, продолжая улыбаться, поспешил за ней. На самом деле, он себя чувствовал уже очень взрослым человеком и обычно не позволял, да и не хотел позволять себе, ничего подобного. Но этот огонь, эти искры, которые зажигала в нем Алиса, заставляли его с удовольствием играть во все ее странные игры.

Наконец, в глухом конце сада, Лиам нагнал Алису и на этот раз крепко прижал ее к стене замка, подняв ее руки вверх. Алиса уже выдохлась от долгого бега и часто дышала. Она для приличия подергалась в руках Лиама, но его рука крепко держала ее запястья над ее головой.

- Ну что, я достаточно крепко держу свою добычу? – Лиам приблизил свое лицо к лицу Алисы.

- А ты, оказывается, горяч, Лиам Нортфлауэр, - разумеется, на самом деле, Алиса помнила фамилию этого семейства.

Лиам жадно впился в ее губы, Алиса подалась вперед и прижалась к нему всем телом. Одной рукой Лиам продолжал держать ее руки так, чтобы она не могла вырваться или отстраниться от стены, другой нежно гладил по спине, которую оголяла модель ее платья. Лиам на секунду оторвался от поцелуя и, тяжело дыша, посмотрел Алисе прямо в глаза. Алиса чувствовала, как сильно он хочет большего, но Лиам сдерживал себя. Девушка подалась вперед и снова, уже более нежно, начала целовать его. Она тоже чувствовала, что ее безумно тянуло к Лиаму, но свой первый раз с мужчиной Алиса представляла совсем по-другому, уж точно не в заброшенной части сада в одежде и у стены. Поцелуи продолжались, сдержать себя и не пойти дальше было очень сложно, Алиса практически задыхалась, из ее груди вырвался стон.

Вдруг Алиса остановилась и неожиданно провела ногтем по шее Лиама. Тонкая струйка крови покатилась вниз. Лиам широко распахнул глаза и непонимающе уставился на Алису. Девушка провела пальцем по ранке и медленно облизала его, чуть наклонила голову и провела языком по уже зажившему месту. Глаза Лиама потемнели, теперь уже он дышал очень часто, казалось еще пару секунд, и он просто набросится на девушку, но он продолжал держаться. Дело в том, что пить кровь друг друга – это было нечто очень интимное для вампиров, что-то, что можно было делать только в постели, только людям, которые давно в отношениях. А некоторые и вовсе считали это чем-то грязным и извращенным. Еще непонятно, что было интимнее, секс или подобные игры.

Алиса дерзко улыбнулась все еще удивленному и находящемуся в ступоре Лиаму. Теперь его замешательство несколько остудило его пыл. Такого от хрупкой нежной восемнадцатилетней девушки он не ожидал. Алиса посмотрела на его расширившиеся глаза, поднятые брови и расхохоталась, смеялась она заливисто и не сразу остановилась, а потом уткнулась Лиаму в плечо, продолжая улыбаться.

- Не пугайся так, я и правда поранила ноги. Теперь мои раны залечились. Знаешь ли, кровь этому способствует, - сказала она игриво, высвобождаясь из ослабевшей хватки Лиама.

Девушка еще раз чему-то посмеялась, как будто услышала очень забавную шутку, повернулась и пошла вдоль стены ко входу в замок. Лиам немного посмотрел ей вслед, вышел из оцепенения и хотел пойти за ней, но она обернулась и крикнула:

- Лиам, найди мои туфли, пожалуйста, - Алиса подмигнула парню и двинулась дальше. Ее яркие рыжие волосы красиво поблескивали в свете фонарей. Лиам решил подчиниться.

Алиса вошла в холл замка и обнаружила, что дождь сегодня и правда шел, потому что ее босые ноги оставляли на гладком полу грязные следы. Она осмотрела эти следы, поняла, что ничего сделать с этим в данный момент не может и поэтому двинулась дальше. Пол был холодным, и это заставило девушку поежиться. В глубине холла на вычурно обитом кресле, подобрав ноги под себя, сидела Сьюзен, снова одетая в свой топ и джинсовые шорты. Она была в задумчивости, но увидев Алису, оживилась:

- Что это ты такая радостная?

- Да так, хороший День рождения, - Алиса не могла скрыть довольной улыбки.

- Ты же в курсе, что ты босиком? – Сьюзен критически посмотрела на грязные следы, которые уже начала вытирать служанка, Алиса улыбнулась еще шире, - Да, безусловно, в курсе, - констатировала Сьюзен, смотря на Алису, беззаботно садящуюся на соседнее кресло, копируя позу сестры.

- Устала от каблуков, - хихикнула Алиса.

- Ты же в курсе, что теперь и кресло грязное?

- Брось, - Алиса махнула рукой и решила сменить тему, - Я смотрю, ты уже пришла в себя.

- Я всегда в себе, - хмыкнула Сьюзен.

- Я имею в виду, что когда ты говорила речь…

- Я изрядно всех развеселила. Я знаю. Переодеться вот пришлось, и уйти временно от гостей. Но теперь я готова продолжать веселье.

- Пойдем продолжим его вместе. Это наш день, Сью. Мы должны побольше времени провести вместе.

- Знаешь, Кристиан там готовит прекрасные коктейли, - Сьюзен нагнулась к сестре и подмигнула.

- Не говори ничего больше, пойдем. Вот только ноги в порядок приведу.

Уже минут через двадцать Алиса и Сьюзен весело щебетали с Коди и Кристианом. У сцены под оркестровую музыку танцевали Аделина с Эдвардом, но у Алисы уже не было сил идти и разбираться с этим. К тому же Аделина вроде бы уже не выглядела сильно расстроенной или раздраженной. Еще через какое-то время в зал пришел разыскавший туфли Лиам. Он плавно подошел к Алисе сзади и аккуратно взял ее за плечи, протягивая находку. Он уже полностью пришел в себе после их прогулки и снова был максимально сдержанным и галантным:

- Ваши туфли, мисс Алиса.

- Лиам, я устала, положи их вон там в углу, пожалуйста. Я пока так похожу.

Лиам поймал себя на мысли, что, пожалуй, не видел раньше Алису без обуви на каблуках. Тем более, совсем без обуви. Сейчас она казалась еще более маленькой и хрупкой, чем он привык ее представлять. Когда он смотрел на девушку, ему хотелось обнять и защитить ее. Неужели Алиса, на самом деле такого маленького роста? Лиаму казалось это обстоятельство безумно милым. Все в ней казалось ему безумно милым и достойным восхищения. Лиам не был готов отходить от нее сейчас, поэтому присоединился к компании. Ребята тут же уговорили его выпить с ними коктейль. Лиам знал, что отец точно не одобрит общение с Кристианом и Коди, да и ему самому они не особенно нравились, но сейчас это было неважно. Алиса хочет проводить время с ними, значит, и он будет здесь.

Каролина смотрела на собравшуюся компанию, находясь достаточно далеко, чтобы ребята ее не замечали. Она думала о том, что несмотря на все эти странные выступления со сцены, все идет хорошо. У девочек есть друзья, она создает им семейный уют, как умеет, и кажется, девочки выглядят довольными и счастливыми. Ощущение счастья и покоя снова заполнило сердце Каролины. К ней подошла Аделина и критически посмотрела на компанию сестер:

- Почему Алиса босиком? – спросила она, наклоняя голову и присматриваясь.

Каролина не ответила, улыбнулась и приобняла дочь.

- Знаешь, иногда мне кажется, что в Алисе живут две Алисы. Одна умная, интересная, приятная, воспитанная, а потом ей будто шлея под хвост попадает, и вылезает вот это, - Аделина ткнула пальцем в сторону Алисы.

- Иногда мне тоже так кажется, - Каролина по-доброму рассмеялась, - Наверное, она и правда тоже еще не очень-то выросла.

Почему-то эта мысль сделала Каролину еще более счастливой: ее дочери здесь, с ней, и она поможет им в этом сложном процессе взросления. Она нужна и важна им. И она справится. Даже без Себастьяна. Аделина положила голову ей на плечо, и они продолжили разговор уже на другие темы.

Глава 6. Все хорошее когда-нибудь заканчивается

Алиса, Сьюзен, Лиам. Кристиан и Коди уже около часа непринужденно беседовали, когда к ним подлетела изрядно нетрезвая Даниэлла. Сьюзен закатила глаза, и у нее в голове возник образ: она бьет Даниэллу по носу, та хватается за него, запрокидывает голову, громко возмущается и машет руками. Девушка внимательно посмотрела на ведьму, практически просверливая взглядом дырку, но в реальности, конечно, ничего такого не сделала. Даниэлла крепко схватила Алису за руку:

- Милая, мне нужно с тобой поговорить, - Даниэлла выразительно посмотрела на остальных. От нее сильно пахло алкоголем, рука была прохладной и влажной, и Алиса непроизвольно отодвинулась. Лиам снова взял Алису за плечи и нахмурился.

- Наедине, - ведьма подняла брови и еще более красноречиво уставилась на Алисиных друзей.

- Даниэлла, а со Сьюзен ты поговорить не хочешь? – Алиса смотрела на мать скептически, а тон ее был холоден.

- Нет, мне нужна ты, - так же холодно, без тени сомнения и даже не взглянув в сторону Сьюзен, заявила Даниэлла.

Не только Сьюзен весьма отрицательно относилась к матери, но и наоборот. Точнее, сложно было сказать, как Даниэлла относится к дочери, ведь обычно она просто игнорировала Сьюзен. Неясным оставалось, что это: естественная реакция инфантильной личности на то, что дочь ее совсем не принимает, или что-то другое. Каролина, например, считала, что ее сестра просто хотела всего одного ребенка, а не двоих.

Имя, например, ведьма дала только одной из своих дочерей. «Ее будут звать Алиса», - сказала она, ткнув пальцем в одну из родившихся девочек. «А вторую?» - спросила Каролина. «А вторую назови, как хочешь», - заявила Даниэлла, раздраженно махнув рукой. Каролина знала, что настоящую мать Даниэллы, сильную ведьму викторианской эпохи, звали Алисия и посчитала, что назвать одну из дочерей в честь мамы у сестры ума хватило, а вот на второй фантазия закончилась. Каролине очень нравилось имя Сьюзен, но оно было каким-то непредставительным что ли. Поэтому свою дочь Каролина назвала Аделиной, а дочери сестры досталось имя Сьюзен.

Магии Даниэлла учила только Алису, Сьюзен не умела состряпать и простейшего заклинания поиска. Впрочем, тут уже все было объяснимо, логично и однозначно: Сьюзен все это ведовство совсем не интересовало и даже отталкивало. Общаться на другие темы у матери и дочери тоже не выходило. Но вторую дочь, Алису, это всегда задевало. Ей казалось, что Сьюзен чем-то обделена и всегда хотелось указать на это маме, вроде того: «Ты и так как мать звезд с неба не хватаешь. Но такая уж ты. Так будь добра, раздели свои время и внимание, которые способна уделить, на нас двоих, поровну». У обеих двойняшек было обостренное чувство справедливости. Возмущения Алисы никогда ничего не меняли, поэтому, в последнее время, стали слабыми.

- Ладно, мама, пойдем, - сдалась она, глубоко вздохнув, - Лиам, все хорошо.

- Даниэлла, - шикнула на нее ведьма, - Меня зовут Даниэлла. Ну сколько раз напоминать! Не мама, а Даниэлла.

- Хорошо, мама, - специально сказала Алиса, лукаво улыбаясь, - Как скажешь.

Даниэлла закатила глаза и быстро потащила ее за руку наверх, Алиса еле поспевала за ней. Остановилась ведьма, только когда они пришли в комнату двойняшек, выглянула в коридор, воровато повертела головой, убедилась, что там никого нет, крепко закрыла дверь и серьезно уставилась на дочь.

- Даниэлла, что за секретность?

- Тшш, - шикнула мать. Она уже выглядела почти трезвой, во всяком случае, сосредоточенной. Алиса знала, что такая метаморфоза с ней происходила, когда она занималась магией. Обычно Даниэлла была расслабленной, говорливой, невнимательной, но это никогда не относилось к Даниэлле-ведьме. Она была одной из лучших в своем деле, и кажется, даже хотела, чтобы Алиса стала такой же.

Ведьма прошептала какое-то заклинание, о котором ее дочь никогда не слышала, и как показалось Алисе, практически из воздуха достала массивную старую книгу в коричневом потертом кожаном переплете. С явным усилием Даниэлла удержала ее в руках и плюхнула на пол:

- У меня для тебя подарок. Надо было сразу тебе отдать, очень тяжелая. Но ты такая неуловимая, у тебя столько друзей. И среди них такие интересные парни. Я горжусь тобой, доченька, - Даниэлла прикусила губу и правда смотрела на Алису с радостью и гордостью.

Дочери было приятно слышать от матери такие слова, пусть и в столь странном контексте. Ранее ничего подобного Даниэлла не изрекала вообще никогда. Будучи немного шокированной таким поворотом событий, Алиса даже не нашлась, что ответить. Но ведьме этого было и не нужно. Она продолжала:

- Сегодня такой важный день, тебе 18. А что это значит? – Даниэлла с хитрой улыбкой посмотрела на Алису и сделала паузу, но не найдя понимания, недовольно махнула рукой в сторону дочери, - Ну да, откуда тебе знать? Я же тебе об этом не рассказывала.

Алиса хлопала глазами, не понимая, что происходит.

- Положи руки на книгу, - резко скомандовала ведьма. Алиса послушно сделала это, сев на пол.

- Да не так, ладонями на книгу, как будто ты у костра и хочешь почувствовать его тепло, а костер где-то там, глубоко внутри.

Алиса прижала ладони к книге.

- У тебя есть свечи? – с горящими от предвкушения глазами спросила Даниэлла.

- Да, во втором ящике, вон там, - Алиса указала на комод.

- Отлично! – женщина засуетилась, напевая, достала все необходимое, расставила свечи вокруг книги и зажгла их коротким заклинаем «turbam» и красивым взмахом пальцев. Алиса тоже так умела, чему очень обрадовалась.

Даниэлла встала, выключила свет, затем снова села на пол, подогнув ноги под себя, и сама положила ладони на книгу. Даниэлла прикрыла глаза и медленно вдыхала и выдыхала. Посидев так около минуты и настроившись, начала читать что-то длинное на латыни, Алиса не могла понять, заклинание это или какая-то молитва. Для некоторых ритуалов перед их проведением необходимо было помолиться, ведьмовство не было сугубо темным искусством. Через некоторое время пламя свечей начало подрагивать, Алисе это не понравилось. Она знала, что такое случается, либо если рядом присутствуют духи, либо если высвобождается огромная сила. Девушка не знала, чего можно ожидать от Даниэллы, а суть ритуала она не объяснила, поэтому беспокойство нарастало.

В комнате вдруг стало прохладно, но Алиса успокаивала себя тем, что ей просто кажется, от страха. Она немного повела плечами и посмотрела по сторонам. В комнате ничего не изменилось, все оставалось на своих местах. Их с матерью фигуры были очерчены тенями на стенах, они как будто шевелились в подрагивающем свете свечей, и от этого было вдвойне неуютно. Даниэлла продолжала, то переходя на шепот, то возвращаясь к тихому бормотанию с голосом.

Пламя начало подрагивать чаще, по спине Алисы побежали мурашки: «Что же ты делаешь Даниэлла?». Ведьма продолжала читать какой-то длинный текст по памяти и с закрытыми глазами. Алиса узнавала и могла разобрать далеко не все слова, но услышала что-то про обращение к предкам. Это еще больше не понравилось и усилило тревогу: «Кого ты там вызываешь, Даниэлла?». Ведьма начала потихоньку раскачиваться из стороны в сторону, как будто впадая в какой-то транс. Алиса поняла, что такого по силе ритуала она еще не видела. Ведь только что-то огромной силы может полностью завладеть сознанием ведьмы.

Вдруг в комнате стало совсем холодно, и откуда-то как будто подул легкий ветерок. Алиса поежилась и снова посмотрела по сторонам. Ничего необычного. Даниэлла взяла Алису за руки. Это теплое прикосновение заставило Алису чуть успокоиться. Но тут со всех сторон послышался какой-то тихий шепот. Алиса встрепенулась, снова огляделась, но никого не заметила, становилось страшно, шепот усиливался, окружал ее, интонации шепчущих были настойчивыми. Со временем Алиса начала понимать, что голоса повторяют текст, который говорит Даниэлла. Шепот вокруг становился все громче, как будто количество людей вокруг увеличивалось, но никого рядом все еще не было. Алиса набралась смелости взглянуть на стены и с ужасом увидела, что там уже не две тени, их было не сосчитать.

Вдруг окно комнаты резко с грохотом распахнулось, и с улицы подул настоящий ветерок. Алиса зажмурила глаза и втянула голову в плечи. Ей было страшно, но она понимала, что иногда прерывать ритуал опаснее, чем просто участвовать в нем, поэтому связь не разрывала. Вдруг она поняла, что стало совсем темно. Приоткрыв один глаз, она увидела, что свечи полностью потухли. В комнате не было больше источников света, и только отдаленный свет фонарей с улицы проникал в спальню.

Благодаря ему, Алиса увидела, что Даниэлла уже не раскачивается, а спокойно сидит, даже чуть улыбаясь. Девушка прислушалась, Даниэлла говорила какие-то слова благодарности на латыни. Шепот вокруг утихал, но мурашки все еще пробегали по спине Алисы. Наконец, шепот совсем стих, ведьма открыла глаза, расцепила руки, вскочила и включила свет.

- Поздравляю! Теперь тебе передана вся ведьминская сила нашего рода! – Даниэлла захлопала в ладоши, смотря на промаргивающуюся после резкого изменения освещения дочь.

- Что мне передано?

- Сила нашего рода ведьм. В 18 лет девушка должна обрести полную силу. Ты, конечно, только наполовину ведьма, но наш род силен, поэтому тебе хватит, чтобы вершить великие дела. А, да, и книжка тоже тебе. Фамильная. Там заклинания, которые женщины нашего рода изобрели сами, - с этими словами Даниэлла с гордостью подняла тяжеленную книгу и водрузила ее в руки Алисы.

- Что все это значит? – Алиса все еще не могла прийти в себе, реакции были замедленными.

- Это значит, что теперь, когда ты будешь творить магию, тебя будет поддерживать сила твоей бабушки, твоей прабабушки, ну и так далее. А еще теперь в тебе полностью открыта твоя собственная врожденная сила. До 18 лет она, можно сказать, автоматически блокируется, чтобы ребенок не наделал глупостей. Если у девочки-ведьмы нет наставника, она может и не открыть в себе эту полную силу. Но к твоему счастью, у тебя есть я, - Даниэлла демонстративно поклонилась и потрепала Алису по щеке.

- А Сьюзен? Если ты передала мне силу рода, ей ее тоже можно подключить, или как это называется? И ее собственная сила… думаю, она ей нужна. Тогда Сью может и магией заинтересоваться, - девушка воодушевилась.

- Брось, - махнула рукой Даниэлла с выражением неприязни на лице, - Зачем ей это надо?

Она поцеловала дочь в щеку, еще раз пролепетала какие-то поздравления и упорхнула из комнаты. Ее ярко-красные уже растрепанные к концу вечера волосы не очень красиво свисали, чуть закрывая складки тела под атласной тканью сзади.

Алиса погладила обложку книгу, открыла первую попавшуюся страницу. «Как вызвать ползучих гадов из земли», - гласил заголовок. Девушка полистала книгу дальше, страницы были пожелтевшими, но приятно шелестели в руках: «Самое сильное приворотное зелье, подействует даже на родственника». Алиса скривилась. Некоторые заголовки были с иллюстрациями и набросками, текст, в основном, был написан пером, но попадались и карандашные записи и пометки. «Ребенок родится уродом», «наслать крыс на дом», «узнать правду, даже если человек ее скрывает», «убить так, что не подкопаешься», «вызвать демона», «заставить утопиться», «отравить еду», «порча для плохого настроения», «отворот для настоящей любви». Девушка захлопнула книгу и с недовольным вздохом убрала в ящик. Да, ее родственники явно не были добрыми.

Алиса покачала головой и отправилась вниз. Оказалось, что было уже поздно, и гости расходились, в окно было видно, что небо начинает чуть светлеть и скоро окрасится в розоватые цвета. Пара вампиров еще с упоением обсуждали что-то за бокалом шампанского в банкетном зале. Алиса вышла в холл, чтобы попрощаться, с кем еще успевает. Какая-то знакомая семья вампиров явно не хотела расставаться с Каролиной: пожимали по очереди ей руку, говорили приятные слова, тепло благодарили за прием. Каролина дежурно улыбалась. Сьюзен висла на Эдварде, стараясь покрепче обнять его на прощание, Эдвард явно был этим раздражен, но из объятий выпутаться не особенно стремился. Только его искривленные губы говорили о недовольстве происходящим. Рядом с ними стояла смущенная Аделина, которой что-то с наставительным видом вещал дядюшка Фредерик. Недалеко от них стоял Лиам и с присущей ему сдержанностью наблюдал за происходящим, вытянувшись по струнке и держа руки в замке позади себя. Увидев Алису, он улыбнулся, точнее уголки его губ чуть дрогнули.

Алиса подошла к Лиаму и нежно положила руки на его плечи, потом, к неожиданности мужчины, прижалась щекой к его щеке, чуть отстранилась и нежно мимолетно поцеловала его в губы. Лиам не знал, как реагировать, но положил руки девушке на талию и тоже поцеловал ее. Более всего он не ожидал такого открытого проявления чувств со стороны Алисы. Одно дело, сад, где их никто не видит, потом всегда можно сказать, что ничего не было. Но в холле были другие вампиры, и подобное поведение было фактически официальным заявлением, что между Алисой и Лиамом что-то происходит. А учитывая местные традиции, «что-то происходит» - это значит, что есть отношения, а раз есть отношения, значит, непременно серьезные. Ведь вампиры-то они оба непростые, со статусом, а значит, ничего несерьезного быть у них не может. Лиам не мог поверить, что вот так просто все получилось. Ведь уже завтра сплетни разнесутся, и вся вампирская знать будет шептаться о том, что одна из Найтроуз сделала свой выбор. А ведь Лиам и не смел надеяться уже на серьезность ее намерений в отношении него, был готов довольствоваться и скрываемым от всех флиртом.

Дядюшка Фредерик, очень довольный, с одобрением смотрел на новую пару, и кажется, даже кивал от удовлетворения. Потом перевел свой взгляд на Эдварда и выразительно указал ему глазами на Аделину, будто бы: «А ты чего ждешь?». Но на Эдварде до сих пор висла Сьюзен, она видела, что ему от этого неуютно, но ее это веселило и только раззадоривало. Наконец, Сьюзен отстранилась и пошла обниматься с дядюшкой, Эдвард зачем-то отряхнулся, махнул своими длинными, по пояс волосами, и пошел к Аделине. Поцеловал ее руку:

- Я прекрасно провел сегодняшний вечер, мисс Аделина. Спасибо Вам, - Эдвард смотрел Аделине прямо в глаза, не давая возможности не ответить.

- Э-э, спасибо маме и сестрам, что организовали такой праздник, - холодно отозвалась девушка и аккуратно убрала свою руку из его руки, спрятав ее за спину и незаметно для всех вытерев ее о складки платья.

Эдварду ответ явно не понравился, но делать было нечего, и он пошел к отцу, взял его под локоть и повел к выходу. Лиам нехотя расстался с Алисой и пошел за своей семьей. У выхода дядюшка Фредерик обернулся:

- Девочки, не думайте, что на подарках, которые я привез, я остановлюсь. На днях заеду, и мы поедем в какой-нибудь торговый центр. Знаю, вы любите всю эту людскую суету, а не наших портных и ювелиров. Хочу вас чем-нибудь порадовать, - Фредерик подмигнул и удалился.

Наконец, все гости разошлись, Каролина и девочки остались в одиночестве. Аделина тут же шумно выдохнула, сложилась пополам, будто сдувшись, как воздушный шарик, и чуть повеселела. Теперь можно было расслабиться, ведь остались только свои. Общение с домашними не забирало столько энергии у девушки, а иногда даже заряжало ей.

Каролина осталась рассчитываться с дворецким. Сестры пошли в зал и осмотрелись: официанты убирали посуду и столы, со стены с полуулыбкой на них глядел портрет отца, у одной из стен высилась гора красиво упакованных подарков в разноцветных коробках с изящными лентами.

- Можно завтра я буду распаковывать подарки с вами? – уже совсем довольно спросила Аделина. Двойняшки, конечно, согласились и обняли сестру.

- Хороший получился День рождения, - сказала Алиса.

- У тебя-то особенно, - Сьюзен ткнула ее в бок, - Рассказывай, что там у вас с Лиамом. И как это получилось вообще?

Алиса немного покраснела.

- А я знала, а я знала! – Аделина показала Сьюзен язык, - У них уже давно неплохо получалось, - Аделина подмигнула Алисе.

- Ах ты! – Сьюзен ущипнула Аделину. Как бы она иногда ее не раздражала чем-то, сестру она очень любила. Затем она ущипнула и Алису, - И ты! Вы должны все мне рассказать! В подробностях.

Сьюзен подняла брови, смотря на Алису, и девочки отправились в комнату двойняшек с упоением обсуждать все детали праздника и новых романтических отношений. Заснули они, когда в окно уже вовсю светило солнце.

Глава 7. Я должна разобраться с этим сама

Алиса шла босиком по бескрайнему осеннему полю. Трава приятно щекотала щиколотки, несмотря на то, что была уже желтой и не такой мягкой, как бывает летом. Здесь ничто не ранило ее ноги, как при пробежке в саду. Солнце ярко светило и даже чуть-чуть грело щеку. Алиса вздохнула полной грудью и сладко потянулась. На горизонте появился какой-то человек. Рассмотреть, кто это, пока не представлялось возможным, так далеко была фигура, но человек явно двигался в сторону Алисы. Почему-то Алиса знала, что этот кто-то хорошо ей знаком. Она как будто очень ждала кого-то, просто не помнила, кого именно. Девушка сорвала травинку, прикусила ее зубами и двинулась навстречу приближающейся фигуре.

Когда фигуру уже можно было различить, Алиса поняла, что к ней с радостной улыбкой бежит миловидная женщина-блондинка с длинными прямыми волосами, доходящими до поясницы. Волосы были распущены и развевались на ветру, простое хлопковое платье в цветочек. Такие платья, по ощущениям Алисы, носили лет 25 назад. «Да, за модой она явно не следит», - подумалось ей. Девушка добежала до Алисы и кинулась ей на шею. Алиса не была готова к такому повороту событий, но рефлекторно обняла ее и улыбнулась.

Девушка провела рукой по щеке Алисы и с любовью взглянула на нее. Ее мелкие черты лица излучали тепло и добро, отчего Алисе очень хотелось обнять ее снова. Худое лицо, фигура тоже достаточно худая для взрослого человека - девушку нельзя было назвать красавицей, но симпатичной считать вполне было можно. Алиса поняла, что девушка уж точно не чистокровный вампир, ведь все они, как на подбор, идеальной внешности. Это заставило ее расслабиться. Повсюду чирикали птички, летали бабочки, а Алиса и девушка все еще смотрели друг на друга, держась за руки. «Так продлилось сколько? Минуту? Час? Дольше?» - время здесь как будто не ощущалось, не было ощутимым и измеримым. Как будто действие происходит на какой-то картине, не в реальности. Никуда уходить и не хотелось, такой приятной энергией окружала Алису незнакомка, что хотелось остаться здесь навечно.

Но вдруг кто-то крепко схватил Алису за плечи сзади, Алисе даже стало больно: «Помоги мне», - сказал ей в ухо глубокий мужской голос. Алиса вздрогнула. Теперь девушка-блондинка смотрела на нее с грустью, даже с какой-то болью и потихоньку отходила назад. «Помоги мне», - еще громче и теперь каким-то приказным тоном сказал голос, и большие руки сильнее вцепились в плечи Алисы. Блондинка все еще держала Алису за руку, но уже настолько отошла, что ей приходилось тянуться, чтобы не разорвать контакт. Тучи на небе начали сгущаться, и Алиса осмотрелась в поисках укрытия. Его не было, только бескрайнее поле вокруг. Блондинка отпустила руку Алисы и тут же начала медленно растворяться в воздухе, что крайне удивило девушку. Незнакомка прислонила руки к глазам и заплакала. Алиса продолжала внимательно и непонимающе смотреть на это странное действо. Блондинка всхлипнула и окончательно растворилась.

Закапали первые капли дождя, тучи стали совсем темными, и тут Алиса поняла, что надо бежать и очень быстро. Она высвободилась из крепкой хватки мужчины и рванула вперед. Разразился оглушительный раскат грома, полыхнули первые молнии, но страх подгонял Алису, она знала, что мужчина бежит за ней. «Стой, помоги мне!» - кричал он вслед, его голос был совсем близко. Алиса опять не знала, сколько времени прошло, и сколько ей еще предстоит бежать, молнии были повсюду, дождь лил непроходимой стеной, а время все как будто тянулось и растягивалось. У Алисы уже заканчивались силы, она тяжело дышала, но знала: останавливаться нельзя, и бежала изо всех сил.

Почему-то она также знала, что оборачиваться тоже нельзя, потому что там, за спиной, нечто страшное. «Помоги мне», - как показалось Алисе, почти по-животному вопил голос сзади. Капли били Алису по лицу, одежда промокла до нитки, в горле саднило, она надеялась найти укрытие или помощь, и тут на горизонте замаячил домик. Из последних сил Алиса бросилась в его сторону, но поскользнулась на мокрой траве и упала, краем глаза она заметила, что темная фигура уже рядом с ней и тянет к ней свою руку, будто пытаясь схватить за шиворот. «Он поймал меня», - пронеслось в голове у Алисы.

И тут она проснулась с бешено колотящимся сердцем. Тяжело дыша, Алиса села на кровати. За окном светило по-летнему яркое солнце. Окно осталось открытым, и из сада слышались трели птиц. «Это более логично, чем птицы в поле, - подумалось Алисе, - Приснится же такое». Девушка начинала успокаиваться. «Это просто из-за насыщенного дня, - рассуждала она, - В реальности я бегала по саду, а тут по полю. Меня весь вечер аккуратно держал за плечи Лиам, а тут схватил кто-то. А страшные картинки от этого ритуала Даниэллы, все-таки он серьезно меня напугал. Птицы – вот, за окном». Алиса помотала головой и плюхнулась обратно на подушку, понимая, что совсем не выспалась. Посмотрела в другую часть комнаты, там уютно сопела Сьюзен. «Я просто должна еще поспать», - решила Алиса, свернулась в позу эмбриона и провалилась в сладкий сон.

Казалось, только она это сделала, как перед ней возникла очередная осенняя картинка. Ночь, в свете фонарей видно, как временами облетают листья со старых массивных деревьев вокруг. Алиса посмотрела под ноги, все было устлано красным ковром кленовых листьев. Легкий прохладный ветерок иногда переносил их с места на место. В воздухе пахло осенью, сыростью, но какой-то приятной, не промозглой. Перед Алисой были огромные местами проржавевшие резные металлические ворота. Одна из створок была открыта. «Где это я?» - подумала Алиса и присмотрелась к воротам. Почему-то она знала, что нужно войти в них, ее прямо тянуло вперед, и девушка решила не сопротивляться.

Войдя в них, Алиса поняла, что попала на старинное кладбище. Тут и там покосившиеся каменные кресты и надгробия, склепы с запертыми дверьми, местами ржавыми, как и ворота. По спине пробежал холодок, больше всего хотелось повернуть обратно и убежать, но ноги несли Алису дальше, почти против ее воли. Кажется, она шла по главное аллее, по краям росли цветы и какие-то низкорослые кустики, видно было, что за ними ухаживают. Свет фонарей выхватывал то одно надгробие, то другое, и Алиса решила смотреть только вперед, чтобы было не так страшно. Алиса шла достаточно долго, надгробия и постройки в этой части уже не казались настолько древними, как в начале пути. Вдруг девушка поняла, что нужно повернуть влево.

Там дорожка была уже более заросшей и по обе стороны от нее были только склепы, никаких обычных могил. «Вильям ван Эвкравт», - остановившись, прочитала Алиса на одном из них, достаточно красивом и почти ухоженном. Такие же красивые и ухоженные склепы перемежались с казавшимися старыми и обшарпанными. Больше всего Алисе не хотелось заглядывать внутрь, там было темно и страшно. Вдруг Алиса поняла, что дорожка заканчивается, но шла дальше, потому что чувствовала, что должна идти. В конце ее ждал тупик, дорогу преграждала странная постройка: будто бы какой-то вход, когда-то отделанный дорогой лепниной, но эта лепнина отвалилась, обнажая кирпичное нутро постройки. По обе стороны от входа стояли скульптуры, увитые плющом. Посередине зияла черная пустота. Алиса знала, что ей нужно идти туда.

Она еще раз оглядела постройку и поняла, что вести эта пустота может только вниз. Практически дрожа от страха, Алиса схватилась рукой за кирпич и ногой, обутой в красивые босоножки на каблуках, нащупала первую ступеньку. Продолжая держаться за стенку, вторую. Алиса предполагала, что раз лепнина отлетела, ступеньки тоже могли быть поломаны, ну или сломаться, когда она на них наступит, но пока все шло гладко. Свет с улицы уже практически не попадал внутрь, но Алиса продолжала идти на ощупь. Поняв, что больше ступенек нет, и начался ровный каменный пол, Алиса обернулась.

Далеко наверху было видно звездное небо, и полная луна как будто подглядывала за ее действиями. Небольшое облачко пролетало по небу, на секунду перекрывая и это светлое пятно. Алису передернуло от страха, но она двинулась дальше. Шаг, еще шаг в кромешную темноту. Вдруг холодная рука крепко схватила ее запястье, и раздался голос, который, благодаря акустике, стал еще более зловещим: «Помоги мне». «Ааааа», - изо всех сил закричала Алиса и снова проснулась, резко сев у себя в кровати и стараясь отдышаться.

Сьюзен сидела напротив, в своей части комнаты и смотрела на нее с иронией:

- Ну, что тебе там снилось? Лиам? Ты так стонала, - Сьюзен засмеялась.

- Я не стонала, а кричала, - протирая глаза сообщила Алиса. За окном все так же весело щебетали птицы и светило солнце, - Кошмар приснился.

- А в кошмаре был Лиам? – Сьюзен не собиралась слезать с интересующей ее темы.

- В кошмаре было страшно. Я шла по кладбищу, спустилась в какое-то подземелье, и кто-то схватил меня за руку.

- Стопудово это был Лиам, он просто снова хотел целовать тебя: Ах, мисс Алиса, - Сьюзен заржала, продолжая изображать Лиама. Алиса закатила глаза.

- Сколько времени?

- Четвертый час, вечер уже. Пора бы поесть, - сообщила Сьюзен.

Алиса с удивлением почувствовала боль в запястье, за которое ее схватил таинственный персонаж сна и посмотрела на него. С еще большим удивлением она обнаружила на нем небольшой синяк, потерла рукой. Синяк был ровно в том месте, где парой минут ранее была холодная рука. Но это ведь не всерьез? Тут Алиса вспомнила Лиама, с силой прижимавшего ее к стене и держащего за руки, и сразу успокоилась. Все имеет объяснение. Она подергала плечами, будто скидывая морок сна и посмотрела в окно уже спокойно.

- Пойдем поедим, - согласилась Алиса. И девочки отправились в столовую.

Там за большим столом из темного дерева ковыряла свой шоколадный кекс Аделина. Аделина была из тех вампиров, которые вообще не пили кровь в чистом виде, она говорила, что вид и запах крови заставляет ее представлять трупы людей. Аделина никогда не видел никакого трупа, но конечно, считала, что видеть их это мерзко и ужасающе. Поэтому ей повар добавлял кровь в еду так, чтобы ее не было видно. Чтобы Аделина получала достаточно крови для своего выживания, ее добавляли даже в сладости, вот в кексы, например. До кучи Аделина, кстати говоря, не ела и мясо, потому что это заставляло ее представлять туши умерших животных.

- Привет, вампир-вегетарианец, - закричала от порога Сьюзен и засмеялась. Она очень любила смеяться над собственными шутками. Но в этот раз ее поддержала и Алиса.

- Привет, сони, - вяло отозвалась Аделина. Сьюзен была в смешной пижаме с авокадо, Алиса в шелковом пеньюаре, и только Аделина полностью при параде, в очередном черном платье, больше подходящем фарфоровой кукле, чем молодой девушке.

Двойняшки сели за стол и к ним подошла служанка:

- Что сегодня попросить приготовить повара для Вас?

- Мне яйцо пашот и тост с авокадо и лососем, - отозвалась Сьюзен.

- Мне тосты с паштетом, - сказала Алиса.

Служанка кивнула и ушла на кухню.

- Ты даже можешь есть после вчерашнего, - попыталась подколоть Сьюзен Аделина.

- Я всегда могу есть. Еда – это счастье, - сообщила Сьюзен и кинулась в Аделину виноградиной. Аделина с притворной укоризной взглянула на нее и продолжила ковырять кекс вилкой.

- Ненавижу нарушать режим, - пожаловалась она, откладывая вилку, и протирая глаза, - Вчера поздно легли, так теперь вот спать хотеться будет весь день.

- Надо было просто спать дольше, - ответила Сьюзен, подкинула виноградину и поймала ее ртом. Посмотрела на сестер, гордая собой.

- Мастер, - засмеялась Аделина, но решила вернуться к старой теме, - Алиса, тебе вот тоже сбитый режим на пользу не идет, сразу круги под глазами.

Алиса не отвечала, о чем-то задумавшись. Сьюзен помахала рукой у нее перед глазами:

- Але, прием! Аделина тут говорит, что ты плохо выглядишь.

- Я этого не говорила, - скривилась Аделина.

- Что? Я плохо спала. Всю ночь кошмары снились, - немного рассеянно отреагировала Алиса.

- Расскажи! – Аделина оживилась. Она обожала все страшное и мистическое.

Алиса кратко пересказала, что было во снах.

- Мда, и даже ни одного эпизода с Лиамом, - скучающе сказала Сьюзен, играя с вилкой.

- Дался тебе этот Лиам, - устало вздохнула Алиса.

- Он дался тебе, - рассмеялась Сьюзен.

- А вдруг сны вещие? – общаясь с близкими, Аделина всегда пыталась повернуть разговор в ту сторону, которая была интересна ей. Общаться с неблизкими она просто не умела, поэтому чаще молчала.

- Только этого не хватало, - возмутилась Алиса.

- Ну твоя мама же открыла в тебе какую-то силу, - загадочным голосом начала Аделина. Вчера ночью, когда девочки болтали о Лиаме и Дне рождения, о ритуале Алиса им тоже рассказала, потому что ее это все еще волновало.

- Да брось, - Алиса по полочкам разложила, какими событиями вечера, по ее мнению, навеяны сны.

- А откуда это «помоги мне»? – не унималась Аделина.

- Может, я все же чувствую какую-то настороженность по отношению к Лиаму, вот и чудится от него какая-то опасность, а может, - Алиса осеклась, - что-то другое, не знаю. Я не Фрейд тут вам. Пока еще. Сьюзен, я говорила тебе, что если мы пойдем в человеческий ВУЗ, я хочу изучать психологию?

Алиса хотела быстрее перейти на другую тему. Потому что ей пришло в голову, что вот эту пугающую просьбу о помощи ее подсознание могло сгенерировать, потому что ей постоянно приходится спасать Аделину от Эдварда и ее коммуникационных проблем. Но кажется, ресурс иссяк и сил спасать ее дальше уже не было. Разумеется, Аделине эти свои рассуждения Алиса раскрывать не хотела. К счастью, Аделину заинтересовала последняя фраза.

- В человеческий ВУЗ? – переспросила она с таким видом, как будто Алиса рассказала, что видела живого единорога.

- Какой еще человеческий ВУЗ? – в столовую вошла Каролина и нахмурилась. На ней была бордовая облегающая водолазка и простые светлые джинсы, волосы забраны в хвост, никакой косметики. В этом время как раз принесли еду двойняшкам и Сьюзен сделала вид, что очень ей увлечена.

- Каролина, я хотела с тобой поговорить, - Алиса глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, и продолжила уже достаточно уверенно, - Мы, я и Сьюзен, хотим с этой осени учиться в ВУЗе, в который ходят люди. Мы будем вдвоем, поэтому адаптироваться там нам будет легче. Пусть нас туда возит водитель и забирает тоже он, мы не против. Это не значит, что мы не будем получать качественное вампирское образование. После окончания ВУЗа мы вполне снова можем учиться на дому тому, что будет необходимо. Мы никак не покажем, что мы вампиры и ведьмы. Кровь будем пить только дома, магией я пользоваться не буду, а Сьюзен не умеет.

Алиса выпалила все это скороговоркой и снова выдохнула, только когда закончила. Аделина переводила взгляд с нее на мать.

- Это какой-то настолько хороший ВУЗ, что тебе туда так захотелось? – Каролина приподняла брови.

- Это любой ВУЗ, в который поступают люди, и в который не поступают вампиры, ведьмы и прочие, - Алиса прямо смотрела на Каролину, видна была ее решимость.

- Как я понимаю, это идея Сьюзен? – Каролина вопросительно посмотрела на уплетающую свой завтрак девушку и села за стол. Сьюзен скосила на нее глаза и чуть кивнула, но продолжила активно разрезать тост.

- Да, идея принадлежит Сьюзен, но я этого тоже хочу, - снова приняла на себя удар Алиса.

- Что ж, - протянула Каролина, - Раз вы обе этого хотите.

Она поняла, что запретить что-то подобное, конечно, никогда не сможет. Ведь это такое значимое желание, а вдруг она жизнь девочкам испортит, настояв на домашнем обучении? Она, конечно, с опаской относилась к людям, и как любая чистокровная вампирская женщина, вообще с ними не взаимодействовала, но вот Даниэлла точно жила с ними. Надо будет попросить ее за лето дать девочкам краткие наставления, как защитить себя, если кто-то все-таки раскроет их сущность.

- Только будьте осторожны. Следите друг за другом. Чтобы никто не наделал глупостей. Понимаете, люди обычно враждебно настроены по отношению к таким, как мы. Они называют нас «нечистью» и борются с нами с начала времен. А сейчас они изобрели такое оружие, которое и с нами может справиться. Не нужно, чтобы они что-то заподозрили, это опасно.

Но девочки ее уже не слушали, Алиса победно смотрела на Сьюзен, Сьюзен бросила еду и кинулась обнимать Каролину:

- Спасибо-спасибо-спасибо! Ты лучшая, - кричала она.

Аделина насупилась и активно доедала свой кекс. То, что девочки собираются учиться где-то без нее, ей явно не нравилось. А позволить себе пойти в ВУЗ, где куча людей, он не могла. Это было бы пыткой. Двойняшки и Каролина еще немного обсудили технические моменты поступления, выбор ВУЗа. Аделина встала, стукнула тарелкой по столу и ушла.

Девушки посмотрели ей вслед, но вскоре Каролина снова вернулась к обсуждению важных деталей. Вдруг ее взгляд упал на запястье Алисы:

- Дорогая, откуда у тебя синяк? – Каролина потянулась к руке дочери, случайно задела рукав пеньюара, и он упал, обнажив плечо девушки.

- Господи, Алиса, что это такое? – воскликнула Каролина. На плече ровно в том месте, где во сне Алису схватил мужчина, требующий помощи, тоже был огромный темный синяк.

Алиса сама с ужасом посмотрела на свою руку, потом сдернула другой рукав, там оказалась такая же огромная темная с прожилками красного гематома. Сердце Алисы забилось в волнении, она быстро натянула рукава обратно. Как это возможно?

- Я… кажется, не готова сейчас об этом говорить, - Алиса хотела сама найти разумное объяснение происходящему, прежде чем обсуждать все это с Каролиной. Сьюзен взволнованно смотрела на сестру, она-то уже слышала пересказ произошедшего во сне, но не вмешивалась, раз так решила Алиса.

- Алиса, - Каролина истолковала увиденное по-своему, она аккуратно начала:

- Я, конечно, понимаю… Молодость, - Каролина прокашлялась, - Отношения с мужчинами бывают разные. Хочется все попробовать. Вы с Лиамом только начинаете общаться как… как взрослые.

- Нет! Ты неправильно все поняла! – воскликнула Алиса, резко краснея.

- Я просто хотела сказать, что необязательно сразу соглашаться на вот такое, - Каролина махнула руками в сторону Алисы, та сидела красная, как помидор, - Я не знаю, да и не хочу знать, какие вещи тебе в этом плане понравятся, но можно же начать с чего-то более традиционного.

- Каролина! – закричала Алиса, - Да о чем ты? Мы ничего такого! Правда! Я ничего такого не пробовала, - Алиса схватилась руками за голову, - Честно! Это не то, о чем ты думаешь!

Алиса залпом опрокинула бокал с кровью, который стоял рядом с ее тарелкой. Синяки медленно затянулись.

- Вот видите: нет синяков! Нет синяков – нет разговора, - Алиса покрутила руками перед Каролиной.

Все молчали. Через некоторое время Алиса встала:

- Я пойду успокою Аделину, - она опустила глаза в пол и вышла из кухни.

По пути наверх Алису настигла волна паники: «Что это еще такое? Откуда эти синяки? Не могла же я правда так увлечься поцелуями с Лиамом? Я вполне хорошо себя контролировала. Мы целовались, обнимались, да, он немного грубо сжимал мои запястья, но не плечи». «Помоги мне», - в голове девушки возник образ из сна. Она прямо-таки снова почувствовала, как холодные пальцы снова больно впиваются в ее кожу. Сердце снова билось, как будто готово выпрыгнуть из груди, пульс был настолько быстрым, что заболели виски, на лбу выступила испарина. Алиса передернула плечами, прижалась к перилам лестницы, закрыла глаза, несколько раз глубоко вздохнула. «Не думай об этом, - говорила она себе, - Так и с ума сойти недолго. Аделина. Сосредоточься на ней. Просто. Думай. О другом». И это на удивление помогло, Алиса уже более спокойно зашагала по лестнице вперед.

- Лина? – она постучалась в комнату девушки и вошла. Сестра сидела в кресле и демонстративно не отвлекалась от книги, - Поговори со мной, пожалуйста.

Аделина подняла на Алису взгляд.

- Лина, я понимаю, что для тебя это неожиданно. Но мы со Сьюзен только вчера об этом поговорили, а тут разговор зашел и вот…

Аделина снова уставилась в книгу.

- Лина, что именно тебя задело? Что мы не успели тебе сказать? Что не предложили тебе учиться с нами?

Аделина зло рассмеялась:

- А если бы предложили, думаешь, я бы согласилась?

Алиса присела на подлокотник кресла Аделины:

- Милая, я понимаю. Куча незнакомых людей, и все такое. Тебя это вряд ли привлекает.

- Лиса, а что, если привлекает? – Аделина, наконец, посмотрела сестре в лицо. Эти имена «Лина» и «Лиса», она придумала сама, чтобы у них с Алисой тоже были свои сокращения. Она считала ниже своего достоинства приобщаться к этим «Ли» и «Сью», которые были фишкой двойняшек.

- Тогда пойдем учиться вместе. Я все время буду с тобой, - Алиса сжала руку сестры.

- А мне не нужно, чтобы кто-то был со мной, - Аделина выдернула руку, - Мне нужно, чтобы я сама могла сделать все, что я хочу.

Алиса растерялась. Такого поворота она не ожидала. В ее представлениях заботиться об Аделине было ее вечной обязанностью.

- А я не могу, - продолжала Аделина, на ее глаза навернулись слезы, - Я как вечное приложение к тебе. Могу пойти только туда, куда тебе захочется. А может, мне хочется учиться кибернетике.

Алиса подняла брови и уставилась на сестру.

- Мне не хочется, - успокоила ее Аделина, - Но ведь могло и хотеться.

- Лина, ты много делаешь сама. И ты очень талантлива. И я к этому не имею никакого отношения. Ты прекрасно рисуешь, всегда глубоко изучаешь что-то…

- Все это можно делать одной. А все, где предполагаются люди, мне приходится делать с тобой. Потому что страшно одной, - Аделина заплакала, и Алиса обняла ее.

- Дорогая, ты такая умная, талантливая, красивая…

- Но ненормальная.

Алиса подумала, что, учитывая все эти сны и гематомы, ненормальная как раз, скорее, она, а Аделина один из самых нормальных людей, которых она встречала, но грузить своими проблемами сестру не стала.

- Может быть, тебе сменить психотерапевта? – как всегда, желая предложить что-то действенное, проговорила она.

- Может быть.

И девушки еще долго сидели вместе, молча и обнявшись.

Глава 8. Преграды

Снова бескрайнее осеннее поле вокруг, но на этот раз Алиса лежала на покрывале, раскинув руки и смотря в ясное голубое небо, по которому время от времени пролетали маленькие белые облачка. Она снова покусывала соломинку, а в голове не было ни одной серьезной мысли, тело было абсолютно расслаблено. Солнце пригревало, но не жарило, было ярким, но не слепило. Все так же щебетали неясно откуда взявшиеся птицы. Алиса поняла, что ждет чего-то, но никак не могла вспомнить, чего именно. Но по ощущениям было понятно, что это что-то очень приятное.

Вдруг к покрывалу подошла уже знакомая ей девушка с длинными светлыми волосами, в ее руках была корзинка, она наклонила голову и весело улыбнулась. Теперь она была в другом платье, но все таком же простом и старомодном. Тонкая ткань, цветочки, юбка, доходящая до щиколотки. Волосы немного растрепаны ветерком. Где-то на задворках сознания появилось понимание, что в прошлый раз эта встреча не вылилась ни во что хорошее, но как будто против своего желания Алиса тоже радостно улыбнулась девушке и взяла из ее рук корзинку.

- Решила, что будет неплохо устроить пикник, - проговорила блондинка, устраиваясь рядом. Ее голос был таким мягким, приятным, чуть звонким, но все же тихим, таким успокаивающим и добрым. Как будто один этот голос мог наполнить счастьем и теплом кого угодно.

«В прошлый раз она не разговаривала», - подумала Алиса, уже менее смутно вспоминая происходившее пару ночей назад. Ее тело чуть напряглось. Блондинка сняла с корзины салфетку, и Алиса увидела тосты с сыром и ветчиной, клубнику и пирожные. «Выглядит вкусно, но можно ли это пробовать? Вдруг отравлено?» - почему-то пришло в голову Алисы. Но ясно мыслить ей мешало странное ощущение, которое она никак не могла побороть. Алису никогда не привлекали девушки, но ей очень хотелось погладить новую знакомую по щеке, потрогать ее волосы. «Наверное, они такие мягкие и шелковистые. Интересно, они вкусно пахнут?». Алиса потрясла головой, прогоняя наваждение: «Да что со мной не так?»

- Ты сегодня какой-то молчаливый, - блондинка опять склонила голову набок, на этот раз внимательно всматриваясь в лицо собеседницы.

«МолчаливЫЙ? Я ослышалась?», - удивилась Алиса.

- Да так, надоедливые гости приехали и никак не уезжают. Наслаждаюсь тишиной, - неожиданно для себя ответила она. «Что я говорю?» - пронеслось в мыслях.

- Давай я сделаю тебе массаж, - предложила девушка.

Алиса еле справилась с большим желанием согласиться и отказалась. Но обижать новую знакомую все равно совсем не хотелось. Поэтому Алиса взяла клубнику из корзинки, чтобы отдать должное подготовке к пикнику, и укусила ее. Клубника была спелой, сладкой, но не успела Алиса почувствовать этот вкус, как над ней нависла большая тень.

- Помоги мне, - требовательно раздалось над головой.

«Черт, - подумала Алиса, - Опять». Блондинка снова смотрела на нее с тревогой. Кажется, она хотела что-то сказать, протянула к ней руку, но Алиса не стала дожидаться продолжения, вскочила и побежала. На этот раз, домик, в который она в прошлый раз стремилась, сразу оказался в зоне видимости, и Алиса рванула к нему. Незнакомец, требующий помощи, тут же рванул за ней. Алиса бежала со всех ног, перепрыгивала небольшие камни, попадавшиеся на пути, активно работала руками, но мужчина сзади все равно не отставал.

- Стой! Помоги мне! – неслось вслед.

Алисе уже снова было трудно дышать, в горле опять саднило, ноги почти отказывались двигаться, но она видела, что домик находится в уже в паре шагов от нее. Алиса совершила последний рывок, как могла, быстро взлетела на небольшую лестницу и уже схватилась за ручку массивной старой деревянной двери. Как вдруг почувствовала, что рука незнакомца схватила ее за ворот и дернула обратно. Алиса изо всех сил пыталась удержаться за ручку, и дверь со скрипом чуть приоткрылась, но незнакомец с такой силой потянул ее назад, что девушка оступилась на ступеньке, и ободрав ладонь о ручку двери, полетела вниз. Алиса чувствовала, что падает с лестницы и понимала, что будет очень больно. А еще было очень страшно смотреть в глаза опасности, увидеть преследующего ее незнакомца, она зажмурила глаза.

А в следующую секунду поняла, что больше никуда не падает, а твердо стоит на земле. Казалось, что вокруг резко потемнело, но Алисе подумалось, что она просто зажмурилась слишком сильно. Девушка постояла так секунд 10, но ничего не происходило. Незнакомец ее не трогал и ничего не говорил. Алиса решилась и распахнула глаза.

Ночь вокруг, тишина. Влажная земля еще гуще, чем в прошлый раз, покрыта красивыми резными листьями, клены вокруг. Запах осени. Алиса вздохнула полной грудью и повернулась к решетчатым воротам кладбища. Она уже поняла, где очутилась. Девушка пошуршала листьями, пройдя пару шагов туда-обратно. В ворота заходить совсем не хотелось. «Проснись-проснись-проснись», - уговаривала сама себя Алиса, но ничего не выходило. «Ну же!», - с напором крикнула Алиса и ее раз крепко зажмурилась. Открыла глаза, кошмар никуда не уходил. Девушка тщетно пыталась открыть глаза, вспомнить, где она находится в реальности, убедить себя, что это все – всего лишь глупый сон, но ничего не выходило. Она ущипнула себя, но и это не помогло.

«Ладно!» - крикнула Алиса в темноту и пустоту и зло, но уверенно и быстро двинулась к воротам старого кладбища. Она помнила, куда идти. На этот раз девушка старалась даже не смотреть по сторонам, чтобы не нагнетать это чувство тревоги, которое поселилось в ней с прошлого раза: «Сейчас. Я просто дойду до конца и проснусь. Я же проснусь?» Алиса, по своему обыкновению, потрясла головой, отгоняя плохие мысли и зашагала вперед еще быстрее. Вокруг тихо, только ритмичный стук ее каблуков нарушает покой. Но Алисе еще слышно, как сильно колотится ее собственное сердце. Вдруг сзади что-то скрипнуло, как будто открылась какая-то из металлических дверок одного из склепов.

Девушка резко обернулась, стала дышать глубже, всмотрелась в темноту, откуда, как ей казалось, шел звук. Ничего. Алиса осмотрелась по сторонам. Никого. «Кто здесь?» - громко крикнула она. Эхо вернуло конец фразы. Ответа не последовало. «Кому здесь быть, Алиса? Ты разговариваешь с покойниками. Они не ответят», - девушка начала разговаривать с собой вслух, чтобы хоть что-то нарушало эту звенящую тишину вокруг. Даже ветер стих, и деревья больше не шелестели листьями. «Ты сходишь с ума, Алиса! Ты сходишь с ума. Здесь никого не может быть. Да и это всего лишь сон. Только суметь бы проснуться», - уговаривала себя она. Снова зажмурившись, Алиса досчитала до 20 и открыла глаза. Ничего не изменилось.

Девушка резко крутанулась на каблуках и поспешила искать поворот налево к склепу незнакомца, требующего помощи. Или это был вовсе не его склеп? Просто он почему-то обитал там в ее сне. Вот оно! «Вильям ван Эвкравт». Теперь налево. Алиса торопливо шла по не очень хорошо утоптанной дорожке, периодически спотыкаясь о колдобины. В конце показалась зияющая дыра, обозначавшая вход в подземный склеп. Девушка решительно подошла к нему, пнула отколовшийся кусок лепнины, зацепилась руками за стенки входа, чуть наклонилась вперед и крикнула в темноту: «Чего ты хочешь от меня?» Акустика подземного помещения сделала свое дело, превратив выкрик Алисы в какое-то зловещее нечто, бесконечно отражающееся эхом от стен. Ответа не последовало.

«Ладно», - выдохнула девушка, скинула босоножки, помня состояние и длину лестницы вниз и, цепляясь за стену, начала спускаться. Ступеньки неприятно холодили ступни, были шершавыми и немного влажными. Алису передернуло. Медленно, но верно, она продолжала спускаться. «Надо было посчитать ступеньки. На следующий раз», - подумала девушка. «Будет следующий раз? С чего я взяла?» - Алиса сама на себя разозлилась и споткнулась, зацепив ногой негладкий камень. «Черт», - Алиса схватилась рукой за ногу, втянув зубами воздух. Было больно. Но затем продолжила путь вниз.

Наконец, лестница закончилась, и Алиса ступила на такой же шершавый, как ступеньки, пол подземелья. Было темно, луна заглядывала в помещение, но разглядеть что-то не представлялось возможным. Алиса пошарила руками вокруг. Пусто. «Ну и где ты?» - крикнула она. Тишина. «Turbam», – прошептала Алиса и махнула пальцами, вспоминая ведьминский способ вызова огня. Так хоть что-то можно увидеть.

Вообще говоря, девушка ни на что особо не надеялась, максимум на небольшую вспышку, чему здесь гореть. Но к ее неожиданности, по всему помещению вспыхнули свечи. Их было много: несколько канделябров на стенах, несколько подставок вокруг того, что находилось в центре. Каменный саркофаг, накрытый плитой. «Прекрасно», - пробормотала Алиса. Она осмотрелась: достаточно просторно, местами паутина на канделябрах, в углах, и никого нет. Никакого незнакомца. «Может, это к лучшему», - подумала девушка. И уже более спокойно подошла к саркофагу. Зачем-то же ее привели сюда, что ей хотят сказать?

Алиса бережно стерла пыль и каменную крошку с каменной серой плиты. Рука саднила после того, как девушка поранилась о ручку двери, еще там, в поле. «Но это же сон? Не может же рана загноиться? Да и если может, я же наполовину вампир. Все будет хорошо». На надгробии был выгравирован большой символ в виде креста с закругленной петлей наверху. «Это называется анкх, - вспомнила Алиса информацию из книг о магии, - Но что он делает здесь? Это же египетский символ. К тому же символ ключа жизни и чего-то такого. Но это явно не древняя могила. Да и жизнью тут не пахнет».

Алиса присела около саркофага, поджав под себя ноги. «И что я должна сделать?» - спросила она вслух. Ничего не происходило. Алиса посидела так несколько минут. Вдруг крышка саркофага начала медленно с противным скрежетом двигаться от нее, совсем по чуть-чуть, буквально по миллиметру. Девушка вскрикнула, быстро встала на ноги и отскочила в сторону. Из щели между крышкой и самими саркофагом показался бледный, почти серый длинный палец с неаккуратным ногтем, он зацепился за саркофаг и кажется стал пытаться двигать плиту быстрее.

«Ааааа», - закричала Алиса и проснулась. Она села на кровати и снова попыталась отдышаться. Мокрая ночная рубашка противно прилипла к телу. За окном было темно, в другой части комнаты сопела Сьюзен. «Я проснулась. Все хорошо. Я дома», - Алиса обхватила себя руками, но почувствовала, что ранка на руке дает о себе знать. Девушка взяла мобильный телефон и посветила на руку. Точно. Царапина там, где она поранила руку, пытаясь открыть дверь во сне. Теперь не было никаких сомнений. Сны отражаются в реальности. А значит, это какие-то особые сны. Алиса решила переодеться, встала и снова втянула зубами воздух. Нога тоже болела. Девушка даже не стала убеждаться: спускаясь в склеп, она ударилась пальцем. Алиса доковыляла до шкафа, переоделась и поковыляла обратно в постель. Она не хотела будить кого-то и идти на кухню за кровью.

Девушка легла и почувствовала себя очень уставшей, но закрывать глаза было страшно: вдруг сон продолжится. Она немного повертелась, потом взяла смартфон в руки. «Вещие сны», - ввела она в поисковик и начала читать все предложенные статьи подряд. Когда она закончила, на улице уже был день, но ничего, похожего на ее ситуацию, в статьях не было. Символы, эзотерические трактовки, психологические трактовки, значения, дни, когда сны бывают важными и неважными, но ничего о следах на теле, которые оставлены во сне. Алиса потянулась. После бессонной ночи уже казалось, что все это она придумала, что это было давно, что выяснять, что случилось не так уж и надо. Сознание было немного затуманено, чувства были где-то там, далеко, но совсем не здесь.

Громко зевнув, за телефоном потянулась Сьюзен.

- Доброе утро, - проговорила Алиса, повернув голову в ее сторону.

- Доброе! Уже проснулась? – продолжая сладко зевать, ответила Сьюзен.

- Я не спала, - Алиса села на кровати.

- Обычно я успеваю еще часа два посидеть в телефоне, пока ты не проснешься, - рассмеялась Сьюзен.

- А сегодня я проснулась ночью и больше не уснула.

- И что тому виной? – Сьюзен перестала листать ленту соцсетей и повернулась к сестре, - Ночной энурез? Ты вроде вчера в другой одежде ложилась.

- Не смешно! – прервала Алиса смеющуюся двойняшку и пересказала ей все, что произошло.

Теперь Сьюзен смотрела на нее серьезно, и кажется, глубоко задумалась:

- Может, тебе в церковь сходить?

- В какую церковь, Сью? Священники и молитва избавят меня от гоняющегося за мной во снах мужика?

- Фиг его знает, - пожала Сьюзен плечами.

- Церковь создана для того, чтобы управлять людьми, а не для того, чтобы убирать кошмары, превратившиеся в реальность, из моей жизни. Туда ходят люди, которые надеются на высшие силы, а не на себя и свои действия.

- Ну началось! Ли, не надо философских лекций. Вот лучше бы взяла и сходила в храм, с тебя не убудет, а польза вдруг и появится. Тем более Даниэлла – ведьма, мы с рождения как будто проклятые. Вот знаешь, когда мне было плохо и грустно, я в церковь ходила, помнишь? И стало легче.

- Потому что тебе попался хороший человек там. Просто он работал священником. Сью, люди создают судьбу, не высшие силы. И я просто должна разгадать, кто это ко мне пристал, и зачем ему моя помощь. А потом понять, как помочь ему, или как прогнать его. Второе вероятнее, учитывая как настойчиво и агрессивно он просит помощи, - Алиса повела плечами и встала, но тут же села обратно, потому что нога болела, - Ммм, черт.

- И черта прекрати упоминать! А то еще кто-нибудь гоняться за тобой начнет! – Сьюзен подошла к Алисе и потрогала ее ногу, - Он тебя бил что ли?

- Знаешь, есть один вампир. Энтони Дэвис. Вам обязательно нужно познакомиться, - игнорируя вопрос уже с улыбкой проговорила Алиса.

- Он очень сексуальный и горячий?

- Он чем-то на тебя похож, и по-моему, ты ему понравилась, Сью. Это помощник дядюшки Фредерика.

- Фу, он скучный.

- Неправда.

- Правда. Все, кто занимаются политикой, скучные.

- И я? – Алиса кокетливо склонила голову и улыбнулась.

- А ты ей пока не занимаешься. Но стопудово станешь скучной, если все-таки начнешь. Будешь ходить в костюме, как главная героиня «Служебного романа» и я буду звать тебя мымрой.

- Ну тебя! – Алиса рассмеялась и в шутку пихнула сестру.

- Не ну тебя, а пойдем есть. Как раз и ногу свою вылечишь.

- И руку.

- Он и с твоей рукой что-то сделал?

- Вообще-то, он ничего со мной не делал. Это я сама.

Девушки еще несколько секунд посмотрели друг на друга и отправились завтракать.

- Дай руку, горемычная, - пихнула сестру Сьюзен, и Алиса пошла дальше, опираясь на двойняшку больше, чем на ушибленные пальцы.

Когда девушки зашли в гостиную, через которую шел путь в столовую, они обнаружили, что комната полна вампиров. Вальяжно развалившись на синем бархатном диване полулежал дядюшка Фредерик, по левую руку от него были Эдвард и Лиам. Эдвард откинулся на спинку и положил руки на колени. Он, как всегда, был в широкой светлой рубашке, модель которой совсем не вязалась с эпохой, и кожаных брюках. Лиам же как раз наклонился, чтобы взять чашечку кофе со столика перед собой. На нем была надета обычная бежевая рубашка и обычные черные брюки. На кресле сидела Аделина, вытянувшись по струнке и изящно держа в руке небольшую чашку чая. Напротив мужчин, закинув ногу на ногу, на таком же синем диване со стеганой спинкой сидела Каролина, которая не изменяла своим футболкам и джинсам. Она с аппетитом ела круассан.

Сделав шаг в гостиную, Алиса тут же отпрыгнула назад, показав прыть, которую обычно не показывают травмированные люди:

- Лиам. Черт! Только этого не хватало. Могли бы и предупредить, что у нас гости.

- Просто, выходя из своей комнаты, нужно быть одетой, - не поворачивая головы в сторону вошедших, тихо, но четко проговорила Аделина и отпила еще чая. Сегодня она была в белом воздушном платье с кружевами.

- Дядюшка, ребята! – Сьюзен, не обращая внимания, что тоже в пижаме, кинулась обнимать гостей.

Алиса попыталась быстро проскочить в столовую, но нога не позволила ей сделать это так уж незаметно.

- Алиса, что-то случилось? Ты хромаешь? – озабоченно обратилась к ней Каролина.

- Я споткнулась. На лестнице, - Алиса не любила врать, но вот недоговаривать правду она практиковала. Никто же не догадается, на какой лестнице. Дома их тоже достаточно. Не нужно рассказывать всем, что лестница была в жутко склепе во сне.

- Ох, - протянула Каролина.

- Я помогу тебе дойти до кухни, - тут же подскочил Лиам и взял Алису под руку.

- Спасибо. Не нужно. Я сама справлюсь, - Алиса покраснела и опустила глаза. Меньше всего ей хотелось, чтобы кто-то, а уж тем более Лиам, видел ее в спальной одежде, растрепанную, да еще и хромающую.

Лиам, однако, на ее возмущения не отреагировал и помог дойти до столовой и сесть на стул. Алиса смотрела на мужчину как-то расстроенно и казалось, даже чуть испуганно. Он провел рукой по царапине на руке девушки:

- Я схожу на кухню, принесу тебе кровь.

Алиса запустила пальцы в волосы и уронила голову вниз: «Отвратительно. Я хочу, чтобы он видел меня красивой, ухоженной, а не без косметики, после бессонной ночи, с бардаком на голове, еще и с травмами. Стыдно до невозможности». Румянец на щеках стал еще более насыщенным.

Лиам вернулся и поставил бокал рядом с Алисой, сам же облокотился о стол, но остался стоять. Девушка залпом выпила содержимое, и повреждения на теле резко затянулись, лицо тоже приобрело более свежее и здоровое состояние. Алиса посмотрела на Лиама и покачала головой:

- Прости, пожалуйста. За все это. Ты не должен был меня такой видеть.

- Что? О чем ты? - Лиам приподнял брови от удивления, - Ты прекрасна, как и всегда, - он не мог отвести взгляд от такой милой растрепанной Алисы и нежно провел пальцем по ее щеке.

Алиса неожиданно вскочила, обвила руками шею Лиама и страстно поцеловала его в губы. Лиам на секунду замешкался, но ответил на поцелуй. Он положил руки Алисе на талию и снова вспомнил, какая девушка хрупкая и маленькая. В мыслях было одно: ему хотелось оберегать и защищать ее всю свою жизнь. Когда Алиса закончила поцелуй и чуть отстранилась, Лиам заметил, что в шелковой ночной рубашке она выглядит еще и очень соблазнительно:

- Знаешь, мне представляется, как мы будем начинать каждое утро нашей совместной жизни.

- Попридержи коней, Лиам Нортфлауэр! Ты даже не делал мне предложение, - кокетливо ответила Алиса.

- Ну… если дело стоит за этим.

Алисе не хотелось продолжать разговор, и она буквально заткнула рот Лиама новым поцелуем. Впрочем, ему это только понравилось. Его руки блуждали по спине девушки, ощущая мягкость шелка, Алиса прижалась к нему всем телом, и ему захотелось, чтобы эти минуты никогда не заканчивались. Пара целовалась долго и страстно, пока не услышала аккуратное покашливание со стороны двери. Алиса тут же отскочила от Лиама и стала поправлять одежду, смутившись. В дверях стоял дядюшка Фредерик, улыбавшийся так широко и искренне, как будто бы выиграл джек-пот:

- Молодые люди, ни в коем случае не хотел мешать вам, но Сьюзен уже побежала одеваться, чтобы мы поехали в ресторан и торговый центр, а я еще хотел переброситься с Алисой парой слов. Наедине.

Лиам кивнул. В отличии от смущенной Алисы, не знавшей куда деть взгляд, он, как всегда, смотрелся с достоинством и абсолютно спокойным.

- Да, дядя. Только приведу себя в порядок, - Алиса вернула лямку рубашки на плечо и выскользнула из столовой.

- Приходи потом в кабинет, дорогая, - продолжая довольно улыбаться крикнул Фредерик ей вслед.

- Ну что? Может быть, нам стоит зайти в ювелирный и купить кольцо? Хе-хе, – обратился он к сыну.

- Не так быстро, отец, - серьезно проговорил Лиам.

- А чего тянуть? По-моему, все и так очевидно. Девочка согласится, - Фредерик похлопал сына по плечу.

- Алиса должна быть уверена в своем выборе. Не нужно торопить ее. Все должно быть правильно, так, как нужно. Я не Эдвард, которому любым способом хочется добиться руки Аделины. Мне важны чувства Алисы.

- Чувства, не чувства. Может, оно и к лучшему. Будем надеяться, ко времени вашей свадьбы ее пыл на тему вступления в совет остудится. Главное, чтобы не остудился пыл к тебе. Хе-хе. Ты уж работай над этим. И вообще, если бы она родила ребенка, она бы занялась им, точно было бы не до политики.

- Отец! – Лиам вскочил и сжал кулаки.

- Тише-тише, Лиам. Я понял, тебе нужна она. Будет тебе она. Сейчас вот скажу ей кое-что, что поможет ей принять правильное решение. У нее бардак в голове, но тем легче направить ее в нужное нам русло.

Фредерик вышел из столовой, а на лице Лиама отразилось почти что страдание. Он прикусил губу и покачал головой. Ему не нравилась, что отец связывает его чувства к Алисе с какими-то политическими играми. Ему не хотелось и малейшего повода давать, чтобы его любимая девушка могла допустить, что он имеет на нее виды из-за ее статуса. Но его семья хотела брака с Алисой именно по этой причине. Прямо идти против отца ему тоже не хотелось. Он уже отказался попробовать понравиться Аделине, ведь у Эдварда это плохо получалось. В таких принципиальных вопросах он мог отстоять свои интересы. Но вот уговорить отца не пытаться манипулировать Алисой он не мог и за это очень сильно винил себя.

Лиам вернулся в гостиную и опустился на диван рядом с братом. Фредерик, видимо, уже ушел в кабинет, Сьюзен и Алиса переодевались, а Каролина, с Аделиной спорили, что лучше, и в чем разнообразия вкусов больше: чай или кофе. Эдвард делал вид, что с интересом слушает дискуссию. Лиам взял чашку кофе и потихоньку допивал напиток. Через некоторое время через гостиную в кабинет прошла Алиса. Черная короткая юбочка, бордовая блузка с кружевами, уложенные крупными кудрями волосы, черные босоножки на высоком каблуке – Лиам невольно засмотрелся на девушку и проводил ее взглядом.

- Не теряй голову, братец, - Эдвард аккуратно пихнул Лиама локтем и криво улыбнулся, - Это она должна сходить от тебя с ума, не наоборот.

- Да пошел ты, - даже не поворачиваясь к брату, шепотом ответил Лиам, чтобы не прерывать разговора хозяек дома.

- Осторожно, Лиам. Девчонка, конечно, горячая, но у нее каша в голове. Сама не знает, чего она хочет.

- Она хочет меня. По-моему, этого достаточно, - Лиам, наконец, удостоил брата взглядом и холодной улыбкой, - В отличии от твоей Аделины. Смотри, кажется, сорта чая ее вдохновляют гораздо больше, чем ты. Холодная как льды Антарктики.

Лиам поморщился, а Эдвард зло вздохнул:

- Посмотрим, кто в итоге будет на коне.

- Мальчики, это невежливо так тихо обсуждать что-то свое, когда вы в гостях у дам, - вдруг встряла Каролина.

- Простите, миссис Найтроуз. Мы напротив очень увлеклись обсуждением вашей полемики, - Лиам снова холодно улыбнулся и взглянул на Эдварда, - Эдвард вот тоже много знает про чай. И может рассказать вам много интересного. Эта тема его просто будоражит, он просто стесняется показаться излишне увлеченным. Правда, Эдвард? Не стесняйся, выскажись.

Эдвард гневно взглянул на брата, сглотнул под скептическими взглядами Каролины и Аделины и начал говорить что-то невразумительное, но со временем вошел во вкус и еще долго рассказывал о поездке в Индию с отцом. Аделина изящно держала свой круассан и аккуратно откусывала по маленькому кусочку, а Каролина, кажется, и правда заинтересовалась рассказом о путешествии.

Глава 9. Так много планов

Когда Алиса вошла в кабинет, Фредерик лениво поднял глаза от телефона. Он сидел за большим дубовым столом на месте хозяина дома, что резко вызвало у девушки раздражение: и здесь пытается показать, кто здесь главный. Алиса грациозно опустилась на кожаное кресло напротив, закинула ногу на ногу и откинулась на спинку, всем своим видом показывая, как она расслаблена. На самом деле, это, конечно, не было так. Алиса понимала, что разговор пойдет о месте в совете, возможно, еще и о Лиаме. И в пользу ее сознательности никак не говорила сцена, которую дядюшка застал в столовой. Приличная леди, стремящаяся в политику, не должна себе такого позволять, когда ее могут увидеть.

- Спасибо, что согласилась со мной поговорить, деточка.

- Для меня это важно, дядя Фредерик, - Алису еще больше взбесило обращение «деточка», но она решила сохранять видимое спокойствие, - Я понимаю, о чем идет речь, - она не была уверена, но старалась казаться проницательной.

Фредерик кивнул:

- Да, речь пойдет о твоем предложении, которое ты сделала во всеуслышание на Дне рождения.

- Это не предложение, это намерение, - Алиса смотрела дядюшке прямо в глаза.

- Хорошо, намерение, - успокаивающим тоном продолжил Фредерик, - Так вот. Сегодня было очередное заседание совета, и я поднял этот вопрос.

Глаза Алисы расширились, она думала, что дядю придется убеждать обсудить этот вопрос с другими влиятельными вампирами, что он уже по умолчанию отложил обсуждение на неопределенное время. Девушка напряглась, слушая продолжение. Фредерик посмотрел в окно:

- Я же говорил, девочка моя, что публика в совете очень консервативная.

Дядя сделал паузу. Алиса напряглась еще больше.

- Но! – торжественно заявил он, - Мне удалось склонить их на нашу сторону.

Глаза Алисы еще больше расширились, она глубоко вдохнула воздух и подалась вперед. Больше расслабленной она совсем не выглядела, безусловно, Фредерик не мог этого не заметить.

- При одном условии, - удовлетворенно и весомо сказал он.

- Каком? – Алиса уже не пыталась скрыть нетерпения.

- Понимаешь, - голос дядюшки снова стал очень мягким, - Даже мужчине стать членом совета можно, когда он станет полностью взрослым.

Видя, что Алиса хочет возразить, Фредерик поднял руку в останавливающем жесте:

- Дело не только в возрасте. Считается, что люди становятся взрослыми, когда женятся. Выходят замуж в твоем случае.

Алиса молчала.

- Ты можешь занять свое место в совете, как только выйдешь замуж, дорогая. Пока же ты можешь набираться опыта в политике. Я договорился, чтобы ты могла присутствовать на всех наших заседаниях. Эдвард и Лиам давно готовятся к политической карьере таким образом. Они просто наблюдает за нашими обсуждениями, конечно, голоса не имеют, но ты хотя бы будешь понимать, как принимаются решения, какие проблемы на повестке дня. Да и с Лиамом сможешь быть рядом и видеться каждую неделю. Мои сыновья всегда присутствуют, - Фредерик подмигнул и улыбнулся, - Я же вижу, что вам хочется все время проводить вместе. Вот я тебе и пропуск сделал.

Фредерик положил карту-пропуск на стол. Алиса неопределенно глядела куда-то мимо него и продолжала молчать. Дядю это несколько нервировало, сейчас устроит еще скандал. Ему это будет только на руку, конечно, чтобы ссылаться на незрелость девушки, но так не хочется никакой ругани.

Вдруг Алиса вскочила и схватила пропуск:

- Спасибо, дядюшка. Я буду. На следующем заседании, - улыбнувшись притворной улыбкой проговорил она.

- Прекрасно, - удовлетворенный ответом, Фредерик тоже встал, - Лиам заедет за тобой в следующий вторник и отвезет тебя.

- Не нужно. Я поеду сама, - твердо сказала Алиса. Она уже направлялась к выходу из кабинета.

- Как скажешь, - добродушно улыбнувшись ответил Фредерик, решив, что это меньшее из зол, и тут уж нужно пойти на уступку, - А теперь поехали в город. Я думаю, все уже ждут.

- Еще кое-что, - Алиса обернулась, уже держась за ручку двери.

Теперь Фредерик чуть напрягся.

- Можно познакомить Энтони со Сьюзен? – с уже искренней улыбкой проговорила Алиса.

- Можно. Почему же нельзя, - выдохнул Фредерик, - Он ей понравился?

- Пока нет, но думаю, такое возможно.

Фредерик снова подмигнул Алисе и они вышли из кабинета. В гостиной была уже и Сьюзен при полном параде: модные джинсы, брендовые кеды с любимым ею кроп-топом. В ее гардеробе их было бесчисленное множество. Яркий, но стильный макияж, волосы она решила забрать в хвост. Она увлеченно о чем-то беседовала с парнями, втиснувшись на диван между ними. Аделина с Каролиной обсуждали, что можно посмотреть в торговом в центре.

- Вот и все в сборе, - весело прочирикала Каролина, - Я с вами не поеду. Ценю моменты редкого одиночества, - пошутила она.

- Что ж, - Фредерик кивнул, - Были бы рады твоей компании, но понимаю. Девочки, мальчики, пойдемте.

Когда большая компания вышла к воротам замка, там стоял традиционный для вампирских перемещений черный лимузин с тонированными стеклами. В нем сидел, одетый с иголочки водитель. Тоже, разумеется, вампир. Все погрузились, помахав Каролине, оставшейся у входа, и поехали в сторону города. Вокруг несколько километров подряд простирался лес. Именно это помогало скрывать замок от глаз любопытной общественности. Большинство просто не думало, что там есть какой-то дом. Вампиры заботились о том, чтобы так и оставалось. А этой семье в вопросах безопасности и скрытности помогала еще и могущественная ведьма Даниэлла. Через какое-то время пошли пейзажи пригорода, а затем и городские.

- Ездить в универ будет долго, - протянула Алиса, глядя в окно.

- Только не говори, что это заставит тебя передумать, - накинулась на нее Сьюзен.

- Нет, что ты, дорогая, решение принято.

- Кстати за обедом сообщу вам, девочки, прекрасную новость на тему университета для вас, - воодушевленно вступил дядюшка Фредерик, - Как только Каролина рассказала мне, что вы хотите учиться, я сразу же задействовал все свои связи и очень постарался вам посодействовать. Было сложно, но кое-что получилось, - он гордо осклабился и сложил руки перед собой.

«Недолго ты трудился», - подумала про себя Алиса.

- Кстати об обеде, - теперь воодушевилась Сьюзен, - Мы с Ли не ели со вчерашнего дня! Давайте сначала в кафе, а потом за покупками.

Аделина явно была недовольна, но протестовать не стала.

- Ты съела мой круассан, - холодно ответил Эдвард, - Так что я тоже голоден.

- Плюс один. Дай пять! – крикнула Сьюзен. И стукнулась с не излучающим удовольствия Эдвардом ладошками.

- Хорошо-хорошо, едем в ресторан, - обратился Фредерик к водителю.

- В тот, что в прошлый раз! – обрадовалась Алиса, - Там такой чудесный интерьер и кухня изысканная.

- Фу, изысканная, - возмутилась Сьюзен, - Я хочу бургер. Я бы вообще пошла в пивной бар, но вы не пойдете, давайте посидим в обычном кафе тогда.

- Я, разумеется, за нормальное заведение, - с упором на слово «нормальное» высокомерно сказал Эдвард и сел в закрытую позу.

- Как скажете, девушки, выбирайте, - ответил Лиам, бросая взгляд на брата. Эдвард закатил глаза. Алиса хихикнула и положила голову Лиаму на плечо.

- Аделина, все зависит от тебя. Решай, - Алиса улыбнулась и посмотрела на сестру.

- Я, конечно, за ресторан попрестижнее. Там больше вероятности найти что-то вегетарианское, - тихо, но уверенно проговорила Аделина.

- Как всегда! - Сьюзен надулась и обняла себя руками.

Когда компания приехала в уже знакомое заведение, их проводили за большой стол, украшенный дорогой скатертью. Играла классическая музыка. Официанты принесли меню и зажгли свечи. Эдвард, Фредерик, Лиам и Алиса сразу заказали по бокалу вина, Сьюзен и Аделина озабоченно исследовали описание еды. Точнее Аделина описание, а Сьюзен названия. Вдруг Сьюзен встала, привлекая всеобщее внимание.

- Я сейчас, - произнесла она и ушла.

Все решили, что девушка направилась в дамскую комнату и не отреагировали. По одну сторону стола сидели Лиам и Алиса, они увлеченно обсуждали винный букет. Напротив сидел дядюшка Фредерик, вальяжно попивая тот же напиток. Он удовлетворенно глядел на пару. По правую руку от него сидели Аделина и Эдвард. Девушка не успела возразить, когда он плюхнулся рядом, а пересаживаться и открыто показывать свою неприязнь посчитала неприемлемым. Подошел официант, она заказала овощи на гриле и чай с чабрецом. Посмотрев на нее, Эдвард торжественно заказал стейк лосося, наслышанный о том, что рыбу принцесса иногда ест:

- Чтобы тебе не был неприятно смотреть на мою тарелку рядом, - шепнул он в ухо Аделине.

- Спасибо, - Аделина отклонилась от него.

- Не поделишься со всеми, Эдвард? – Алиса отвлеклась от приятного общения с Лиамом и уставилась на его брата.

- Я заказал себе рыбу, Алиса. Тебя же и это очень интересует? Тебя же интересует все в этом мире? Любознательная наша.

- Хм, видимо, мой брат, считает, что это достаточно интимно, чтобы шептать девушке на ухо. Аделина, простите Эдварда, он просто никогда не ухаживал за девушками.

- А за сколькими девушками ты ухаживал, что у тебя это так хорошо получается? – Алиса ущипнула Лиама за руку.

- Врожденный талант, - Лиам поцеловал руку своей девушки.

Эдвард добродушно улыбнулся брату и немного помотал головой. Да, они всегда соперничали за внимание отца, оба были весьма амбициозны, но шутки, которые отпускали в адрес друг друга, воспринимали вполне адекватно. В целом, их отношения нельзя было назвать настоящей братской любовью, но они были теплыми, хоть показывать этого близнецы и не любили.

Неожиданно в ресторан медленным шагом забрел Энтони, он очаровательно улыбнулся Алисе:

- Рад снова видеть тебя.

- Мисс Найтроуз, - кивнул он Аделине.

Алиса поймала себя на мысли, что несмотря на постоянную грусть в глазах Энтони, выражение его лица всегда излучает добро и тепло. Как будто он прямо сейчас готов обнять весь мир. Поведение его при этом было сдержанным и вежливым, без нарушения границ.

- Я тоже рада тебя видеть, - Алиса попробовала улыбнуться так же тепло и по-доброму.

Лиам внимательно посмотрел на нее, хмыкнул и отпил вина.

- Мистер Нортфлауэр, - Энтони пожал руку Фредерику. А затем повторил процедуру с двумя его сыновьями. Наконец, закончив с приветствиями он сел по левую руку от Фредерика, где было и место Сьюзен.

- Будешь обедать с нами? Приятно удивлена, - прокомментировала происходящее Алиса.

- Девочка моя, ты же сказала, что хочешь познакомить Энтони с сестрой. Поэтому я взял на себя смелость пригласить его составить нам компанию, - Фредерик довольно улыбался и подмигнул Алисе.

- Гхм, не думала, что Вы воспримите мою просьбу как неотложную, дядюшка, - ответила девушка, - Но сюрприз, безусловно, хороший.

- Все для вас, мои дорогие! Мой смысл жизни - мои дети и вы трое, девочки. Кстати говоря, а где же Сьюзен? – забеспокоился Фредерик.

В этот момент она как раз показалась в дверях ресторана с пластиковым подносом в руках, заваленным разнообразной едой из фаст-фуда. Бургеры, картошка, нагетсы, чипсы, луковые кольца и даже острые крылышки – знакомый всем сильный аромат сразу поплыл по ресторану. Официанты не знали, как реагировать, но был достаточно вышколены и клиентоориентированы, чтобы не делать замечаний. Они помнили, что девушка отлучалась из-за стола завсегдатая заведения – Фредерика Нортфлауэра, не очень известного, но очень богатого бизнесмена. Сьюзен плюхнулась за стол и составила с подноса два стакана с пивом.

- Вот это я понимаю! Еда! – провозгласила она, закидывая в рот картошку, - Ммм.

Аделина и Эдвард закатили глаза, Алиса весело хмыкнула, лицо Фредерика выражало недоумение, он все же не привык к выкрутасам Сьюзен, Лиам делал вид, что ничего не произошло. Глаза Энтони, как показалось Алисе, на секунду даже стали счастливыми, или просто ему было очень смешно, мужчина аккуратно покосился на поднос, потом перевел взгляд на Сьюзен.

- Можно? – он взял один ломтик чипсов.

- Не делюсь едой с незнакомцами! Ты собственно, кто? – воззрилась на него Сьюзен.

- Энтони Дэвис. Мое упущение, не представился, - Энтони протянул руку Сьюзен, и она ее пожала.

- А, секретарь дядюшки Фредерика, - девушка поскучнела.

- Вообще-то совета вампиров.

- Не важно, - Сьюзен махнула рукой.

- Где ты это взяла? – наконец, вышел из оцепенения Фредерик.

- В соседнем ТЦ, на фудкорте, - наминая нагетсы, отозвалась Сьюзен.

- Изобретательно, но небезопасно, дорогая. Вампирам не следует ходить в людском мире поодиночке, - назидательно ответил дядюшка, сдвинув брови.

Энтони покачал головой, но ничего не сказал.

- Я что? Хлестала кровь направо и налево? Каким образом они могли догадаться? – возмутилась девушка.

- Смею заметить, - все-таки вступил Энтони, - Что даже если бы вы, мисс Сьюзен, делали это, и даже если бы при этом кричали, кто вы на самом деле, люди бы вам не поверили. Они решили бы, что это розыгрыш или представление. Даже если бы вы укусили несколько людей, вас бы максимум сочли сумасшедшей.

- О, эксперт по людям сел на любимого конька, - надменно прокомментировал Эдвард. Энтони не реагировал.

Сьюзен жевала и согласно кивала Дэвису.

- Энтони, не знаю, что там в тех диких местах, где вы имели несчастье побывать, - с нажимом начал Фредерик, - Но безопасность и конфиденциальность чистокровных вампиров – это один из приоритетов нашей политики. И люди – это серьезная опасность.

- Это мы – опасность для людей, - Энтони сжал кулаки.

- Не без того. И именно поэтому, люди ни при каких условиях не должны снова узнать о нашем существовании.

- Они знают, они просто не верят. Даже когда их начинают убивать!

- Энтони! – Фредерик гневно взглянул на юношу, - Я еще раз приношу свои соболезнования на тему того, что вас угораздило родиться человеком и умереть. Но не стоит обсуждать подобные вещи при девушках, тем более за ланчем! Пытаюсь привить ему манеры, но видите, пока не преуспел. Извиняюсь перед присутствующими.

Энтони хотел возразить, что, кажется, юная наследница рода Найроуз, Алиса, интересуется подобными вещами, но вовремя остановил себе. Перечить Фредерику значило навсегда потерять контакт с теми, кому свои мысли о взаимоотношениях людей и вампиров было важно и возможно донести. Он сжал кулаки и уставился в меню, любезно принесенное официантом.

- Так ты неживой. Фига себе, - проговорила Сьюзен с набитым ртом и с интересом дотронулась до Энтони рукой. Энтони было даже приятно, что девушка не обходит эту деликатную тему, а так спокойно, но с интересом относится к ней.

«Боже, - подумалось Алисе, - Я и не задумывалась. Мы все получили дар жить почти вечно за счет крови от рождения. Но Энтони для этого пришлось умереть. Интересно, как это произошло? Может, поэтому у него такое грустное и мудрое выражение глаз? Кто бы сказал, это этично, спрашивать обращенного вампира, как он умер? Он кому-то это рассказывал? Надо будет спросить, но наедине».

Лиам заметил встревоженное выражение на лице совей спутницы.

- Алиса, если тебя пугают подобные разговоры, мы можем попросить столик на двоих, - тихо проговорил он, взяв девушку за локоть. Ему снова хотелось уберечь ее от всего.

- Пугают? – Алиса подняла брови и посмотрела на парня, - Нет, что ты. Это очень важные и серьезные разговоры. Они меня не пугают, они меня трогают, откликаются.

Лиам кивнул.

- А правда, что те, у кого не бьется сердце, не умеют чувствовать? – прищурившись достаточно громко начал Эдвард. Он посмотрел сидящему напротив Энтони прямо в глаза.

- У тебя не бьется сердце? – Сьюзен полезла проверять пульс обращенного вампира.

- Невозможно чувствовать сердцебиение, если его нет. Некоторые другие моменты в восприятии тоже меняются, - нарочито спокойно ответил Энтони, предварительно глубоко вздохнув, чтобы не проявить свое отношение к Эдварду и его вопросам.

- Нет, я не о том. Тот, у кого нет сердца может, скажем, любить? – Эдвард криво улыбнулся и посмотрел на Аделину так, как будто ждал восхищения своими остроумными вопросами. Но Аделина резала овощи на тарелке, которые ей уже принесли, и как будто и вовсе не слышала разговора.

- У меня есть сердце. И свою способность любить я, к сожалению, прочувствовал слишком хорошо, - Энтони поморщился, как от физической боли, - У вампиров чувства ярче, чем у людей. Это я могу сказать точно.

- Эдвард, прекрати сейчас же! Это неприлично, - Алиса взволнованно посмотрела на Энтони.

- Неприлично надевать юбку такой длины, как у тебя. А вести светские разговоры вполне нормально. Вот у Аделины очень красивое платье. Ты прекрасно, просто идеально выглядишь, дорогая, - парировал Эдвард.

Аделина поблагодарила за комплимент, но явно неискренне. Алиса сощурила глаза и уже собиралась сказать что-то гневное, но Лиам остановил ее:

- Брат, если ты продолжишь отзываться о моей девушке в таком же духе, я буду вынужден испортить красоту твоего лица своим кулаком.

- Пф, - Эдвард отпил вина, - Не горячись, Лиам. Это просто наш стиль общения. Правда, Алиса? – он отсалютовал бокалом в ее сторону.

Алиса вздохнула, надменно покачала головой, но ничего не ответила.

- Итак, - попытался разрядить обстановку Фредерик, - Я уже говорил вам, что у меня есть приятный сюрприз. Я поработал, подключил свои связи. И самый известный ВУЗ нашей страны с прекрасным академическим образованием, готов принять вас, Алиса и Сьюзен, в ряды своих учеников. Вы будете числиться иностранными студентами, потому что ваша фамилия весьма непривычна для слуха здешних людей. Это было тяжело, но теперь, девочки, осталось вам просто заехать, отдать документы и пройти небольшое собеседование. Уверен, проблем не возникнет, с вашим нынешним уровнем образования вы наголову выше сверстниц. Лимузин будет забирать вас перед началом занятий и отвозить домой по окончании, с вами будет ездить охранник. Об этом я тоже позаботился. Алиса, не знаю, конечно, как ты будешь сочетать учебу с заседаниями совета, что-то периодически придется попускать. Учеба в таком ВУЗе даже с твоими способностями нелегка.

- Я справлюсь, - сухо кивнула девушка. Возникла пауза в разговоре. Эдвард с издевкой смотрел на Алису и играл вином в бокале.

- Такая маленькая мисс Найтроуз, так много больших дел, - начал он, - Учеба, политика, личная жизнь. И все в новинку. И все серьезное и важное. Что будешь делать?

- Начну правильно распределять время, - скривилась Алиса.

- И как же в такой маленькой мисс Найтроуз помещается такой большой мозг? Как же, как она будет со всем справляться? Алиса, давай серьезно, ты слишком много на себя берешь. Изучишь все по верхам, не углубляясь? Или быстро все бросишь при первых же сложностях? Не удивлюсь, если так и будет. Может, стоит быть более последовательной?

- Если бы мой мозг был таким же, как твой, Эдвард, безусловно, так бы и произошло, - твердо ответила Алиса. Она мотала ногой под столом от раздражения, но к счастью, никто этого не видел, - Но к моему счастью, у меня проблем с концентрацией и освоением нового не возникает. Не волнуйся за меня.

Лиам хмыкнул и посмотрел на Алису. «Кажется, она и сама умеет себя защитить», - подумал он.

- О, у маленькой мисс Найтроуз есть зубки. Вот только тебе понадобятся не они. И кстати говоря, не оскорбляй мой мозг! Если у меня он столь мал по сравнению с твоим, то напомню тебе, у твоего любовничка он точно такой же. Але, Алиса, мы близнецы. Так что ты тут оскорбила не только меня.

- От размера мозга уровень интеллекта не зависит, - тихо проговорила Аделина и уткнулась в чашку с чаем, ни на кого не смотря.

- Любовничка? – Алиса подняла брови, - По-моему, к открытым оскорблениям здесь перешел ты.

- А как его назвать, Алиса? Вы в отношениях, вы не женаты, и вроде предложения мой брат тебе не делал. Или я чего-то не знаю? – Эдвард с вызовом смотрел на Лиама.

- Да в конце концов! – Лиам, наконец, вышел из себя, повысив голос, до этого за ним такого не наблюдалось, - Вы сегодня все как с цепи сорвались с этим предложением. Алиса, я безусловно хочу жениться на тебе. Просто я считаю, что благороднее делать предложение, когда вы достаточно общались, достаточно встречались, были в отношениях. Девушке же нужно все взвесить, прежде чем принять решение. Я не думаю, что Алиса так быстро хочет замуж. Это уж явно не цель ее жизни. Правда? – он вдруг неуверенно взглянул на свою девушку.

Алиса поперхнулась вином, в которое уткнулась, смущаясь, прямо как Аделина:

- Лиам, я… не хочу за тебя замуж, - лицо Лиама дрогнуло, - Нет, в смысле, я, конечно, когда-нибудь, наверное, хочу. Возможно. Я… я отлично отношусь к тебе, Лиам. И… ты мне нравишься. И я хочу дальше быть с тобой. И… у меня есть к тебе чувства. Но ты прав, выйти замуж – это не цель моей жизни. Это просто побочный эффект других целей. В смысле…, - Алиса замолчала и снова отхлебнула вина.

Лиам помрачнел:

- Нравлюсь тебе, - протянул он и задумчиво посмотрел в сторону, - Что ж, я понял. Хорошо. Просто в какой-то момент я подумал, что мы не просто нравимся друг другу. То есть ты мне не просто нравишься, но, наверное, - его лицо оживилось, - стоило об этом сказать. Это моя вина. Но я могу сказать сейчас, при всех. Я люблю тебя, Алиса Найтроуз.

Алиса хотела снова притвориться, что ее очень интересует вино, но как назло оно закончилось. Она начала неловко звать официанта и просить принести еще бокал. Лиам широкими глазами смотрел на нее. Такой реакции он не ожидал. И в этот раз эта неожиданность не радовала. Девушка прокашлялась, повернулась к нему и захлопала ресницами:

- Лиам, послушай. Я не думала, что такие вещи нужно обсуждать во всеуслышание. Ты застал меня врасплох.

- Извини, ты можешь мне ничего не отвечать, - сконфузился мужчина.

- Да нет. Раз уж тебе это требуется. А я вижу, что требуется, - Алиса демонстративно отвернулась от Лиама и повернулась так, чтобы видеть всех присутствующих, - Лиам Нортфлаэр, я тоже люблю тебя.

Дядюшка Фредерик одобрительно кивал, Аделина поджала губы и покачала головой, Эдвард был доволен собой, Энтони с озорной улыбкой наблюдал за всем происходящим, а Сьюзен продолжала с удовольствием есть, мало интересуясь происходящим.

- Что ж, - Лиам покраснел, - Раз мы со всем разобрались, думаю, можно вернуться к обеду. Прошу меня извинить.

Мужчина поднялся и обошел стол со стороны, где сидел Эдвард. Проходя мимо брата, он склонился и прошептал ему: «Я знаю, чего ты добиваешься. Ты хотел нас поссорить, затронув тему замужества. Но ничего не выйдет. Видишь, она любит меня. И она знает, чего хочет». Лиам уже хотел пойти дальше, но Эдвард с силой схватил его за руку. «Она сказала это под давлением. И чтобы тебя не расстроить. Это еще хуже, чем если бы она ничего не сказала», - прошептал он в ответ и отпустил руку брата. Лиам выпрямился и зашагал в сторону туалетных комнат.

Со временем разговор вошел в нейтральную колею. Алиса перекинулась парой фраз с Энтони, поблагодарила дядю за организацию обучения в университете. Аделина решила-таки поддержать разговор с Эдвардом из вежливости и спросила его, где он берет столь винтажную одежду. Он начал нахваливать своих дизайнеров и портных. Эта тема девушку заинтересовала, и она продолжила узнавать детали. Эдвард был доволен, что наконец-то, получился хоть какой-то разговор. Судя по выражению лица Сьюзен, она была недовольна. То ли лимузином, который им предложили для поездки на занятия, то ли контролем охранника при этой поездке, то ли будущей сложной учебой, то ли тем, что университет выбрали без нее. Но ее явно занимали какие-то неприятные мысли с момента объявления дяди о том, как он славно все организовал для образования двойняшек.

Сьюзен посмотрела на увлеченную Аделину, перевела взгляд на уже расслабленных и воркующих друг с другом Алису и Лиама, обратила внимание, что Энтони узнает что-то серьезное у Фредерика и снова подумала, что этот вампир хоть и мертвый, да и в прошлом человек, но совсем неинтересный. Еда потихоньку заканчивалась, да и есть уже совсем не хотелось, было очень скучно. Сьюзен зевнула, укусила бургер и достала оттуда маринованный огурец, с отвращением оглядела его. «И кто додумывается класть эти огурцы в еду?», - подумала девушка. Все знали: Сьюзен ненавидит огурцы, в любом виде.

Сьюзен вздохнула. Взгляд ее еще раз скользнул на противоположную сторону стола, где были Аделина и Эдвард. Она засмеялась ожидаемому эффекту, чем привлекла внимание Энтони, и запустила огурцом в Аделину. Но промахнулась, и ломтик, весь измазанный кетчупом, упал на рубашку Эдварда. Мужчина сжал кулаки, послал Сьюзен недобрый взгляд и стряхнул огурец рукой. На рубашке осталось жирное пятно. Сьюзен не могла удержать себя и хохотала в голос, похрюкивая, Алиса тоже заливалась смехом. Аделина состроила Сьюзен рожицу, она привыкла, что обычно еда летела в нее. Но потом и младшая из сестер улыбнулась: то, что еда попала в чопорного Эдварда не могло оставить равнодушным. Лиам сдержанно улыбался, а Фредерик не реагировал: что взять с детей. Энтони наклонился к Сьюзен и прошептал веселым, но вкрадчивым голосом:

- Была бы у меня возможность, я бы тоже так сделал. Но так быстро убежать, чтобы Эдвард меня не убил, я не сумею. А вам, Сьюзен, готов аплодировать стоя.

- Дай пять, - прошептала в ответ Сьюзен, и они с Энтони стукнулись ладошками под столом. Девушка подумала, что может, Дэвис и не такой скучный, как казалось до этого.

Когда Эдвард с горем пополам хоть частично оттер пятно, и все закончили трапезу, вампиры отправились за покупками.

- Спасибо за приглашение. Вы прекрасная компания, - весело и расслабленно произнес Энтони, когда все уже шли мимо рядов бутиков в торговом центре, - Серьезно. Никогда не думал, что так приятно может быть в компании чистокровной знати.

Фредерик грозно взглянул на юношу, и тот прикусил язык.

- К сожалению, Энтони нужно уехать по моему поручению. Да и в магазинах ему вряд ли будет особенно интересно, - сказал Фредерик.

- Да, извините. Придется откланяться, - Энтони кивнул, но Алиса остановила его, положив руку на плечо:

- Энтони, до того, как ты нас покинешь, можно тебя на пару слов?

- Разумеется, тебе можно все и всегда, - Энтони очаровательно взглянул в глаза Алисе.

Фредерик неодобрительно покачал головой: какое неподобающее общение со знатной вампирской дамой, но впрочем, она сама это позволяет, и может, оно и к лучшему. Эдвард хотел сказать что-то язвительное, но отец показал ему жестом, что не стоит, сын взял Фредерика под руку, и они пошли вперед.

- Я тоже больше не могу ждать! Шмотки, я иду к вам, - Сьюзен схватила Аделину и почти побежала за мужчинами.

- Лиам, извини, но я хотела бы сказать кое-что Энтони наедине, - аккуратно начала Алиса и заглянула Лиаму в глаза.

- Разумеется, - Лиам кивнул девушке, пожал руку Энтони и отошел на достаточное расстояние, чтобы не слышать разговора. Алиса помахала ему рукой, чтобы он догонял остальных, но мужчина остался ждать возлюбленную.

- Энтони, по правде говоря, я не займу много твоего времени, по крайней мере, сегодня, - Алиса выглядела собранной и как будто снова готовой произносить речь перед вампирским обществом, эта ее напряженность не осталась незамеченной для Энтони, и мужчина гадал, в чем же дело, - Я всего лишь хотела бы пригласить вас, тебя в смысле, в гости.

- Планируется новый праздник? – предположил вампир, очаровательно улыбаясь.

- Нет, - Алиса чуть застеснялась, - Я приглашаю тебя пообщаться. Со мной. Мне хочется узнать тебя получше и обсудить одно дело, которое я не могу обсуждать при всех, - девушка теребила манжету на блузке.

Она оглянулась на Лиама:

- Но это не деловая встреча, в большей степени, дружеская. Попьем чай, кофе, все, что угодно, что ты любишь, поговорим.

- Неожиданное предложение, но я почту за честь. Никогда не думал, что принцесса так сразу захочет быть моим другом. Да и вообще не думал, что когда-нибудь захочет, - Энтони приподнял брови, как бы намекая на то, что хотел бы объяснений подобному поведению.

- По-моему, я уже говорила, что твое происхождение не имеет для меня значения. Я думаю, что ты очень интересный человек. Вот и все. Знаешь, Сьюзен всегда меня ругает, что я говорю «человек», подразумевая вампиров, но я так ощущаю. Все мы, в общем-то люди, просто с особыми потребностями.

- Все же и у людей есть различия в статусности и образе жизни. И нужно быть смелой, чтобы не замечать их. А в вашем традиционном обществе тем более. Вы восхищаете меня, Алиса.

- Мы же договорились общаться на «ты», - Алиса кокетливо улыбнулась, - Энтони, когда в твоем графике будет время на дружеские посиделки? Я знаю, Фредерик тебя нагружает больше, чем кого-либо.

- Мне и правда приходится много трудится, чтобы оставлять за собой должность, но для общения с тобой я всегда найду время. Хоть завтра.

- Серьезно? Я-то думала, что для встречи с секретарем совета нужно записываться в очередь за пару недель. А ты сейчас скажешь что-то вроде: «Нужно посмотреть свое расписание».

Энтони рассмеялся:

- Алиса, если у тебя будет время завтра до обеда, я с удовольствием приду к вам в гости.

- Отлично! – Алиса схватила Энтони за руку, и он чуть вздрогнул, - Тогда завтра часов в десять?

- Договорились, - Энтони кивнул взглянул на свою руку, которую держала девушка, и все же решился тоже аккуратно сжать пальцы собеседницы, - До встречи, Алиса.

Девушка отпустила его руку и весело и быстро зашагала к Лиаму, на середине пути она развернулась на каблуках, убедилась, что Энтони смотрит ей вслед, помахала ему рукой и теперь уже точно направилась к своему мужчине. Она схватила его за руку, почти так же, как минутой раньше Энтони, Лиам смотрел Алисе в глаза.

- Ревнуешь? – ухмыльнулась она.

- Нисколечки, - Лиам рассмеялся, взял ее под руку и повел в сторону, куда ушли другие члены семьи, - Брось, ты и Энтони? Я видел, как ты на него смотришь. С теплом, но так же, как на Аделину или Сьюзен. У вас не может быть ничего романтичного. К моему счастью, я знаю, как ты смотришь, на мужчину, который и правда тебя привлекает.

Лиам покосился на Алису, в его глазах играли огоньки. Алиса ответила ему озорной мимикой.

- Что ж, Лиам Нортфлауэр, вы знаете это лучше всех.

- А Энтони тебе, наверное, как всегда, как и всех вокруг, хочется спасти. Знаю, что ты не послушаешься совета. Но не стоит, он крепкий парень, - Лиам сморщил нос.

- Ох, и почему мне кажется, что тут все же есть нотки ревности? – рассмеялась Алиса.

- Да я быстрее поверю, что у тебя начнется страстный роман с моим братом, чем с Энтони Дэвисом. Вот когда вы разговариваете с ним, над столом просто искры летают.

- С Эдвардом? – скривилась Алиса и пихнула Лиама локтем в бок, - Может, из него и можно сделать точно такого же красавчика, как ты, но его характер ничто не исправит.

- От любви до ненависти, - подначивал вампир.

- Прекрати, - взмолилась Алиса.

- Слушай, я хотел с тобой поговорить о том, что ты вынуждена была сказать за обедом, - Лиам резко посерьезнел, - Так получилось, что мы тебя вынудили. Я не хотел этого. Прости. Ты не обязана была ничего говорить.

- Лиам! – Алиса повернулась и схватила мужчину за плечи, - Я хочу тебе это сказать. Я люблю тебя. Сейчас меня никто не заставляет. Я безусловно разозлилась на саму ситуацию. Но истины это не меняет. Я правда тебя люблю.

Лиам задержал дыхание и несколько секунд смотрел девушке в глаза. Наконец, выдохнул:

- И я люблю тебя. И мне неважно, что на этот счет думает моя семья. И будешь ли ты повторять это когда-либо еще в их присутствии.

- И ты прости меня, что так отреагировала на разговор о замужестве. Лиам, я хочу быть с тобой, и мне хотелось бы, чтобы это продолжалось всю жизнь. Но свадьба – это ведь не так уж и важно, правда? Важны же наши чувства? И то, что мы вместе? – Алиса наклонила голову набок, продолжая смотреть в глаза Лиаму. Она явно волновалась, но он не мог понять, почему.

- Раз уж это так незначимо, может, зайдем в ювелирный и купим тебе кольцо? – решил прощупать почву вампир.

- Лиам! – Алиса шутливо ударила его кулаком по плечу, - Пойдем лучше купим мне какую-нибудь одежду, подходящую для присутствия на заседании совета. Ты же там часто бываешь, посоветуешь мне, в чем я буду выглядеть органично.

- Я там бываю каждый раз, в качестве простого наблюдателя, но знаешь, вообще-то ни одной женщины туда ни разу не приходило, даже чтобы просто посмотреть. Поэтому я не знаю, как туда положено одеваться девушкам. Точнее, пока никак не положено.

- Что ж. Буду законодательницей мод, - Алиса снова взяла Лиама под руку, и они отправились искать стильные деловые костюмы.

Глава 10. Столько неожиданностей

Алиса снова стояла в поле. На этот раз она быстро сориентировалась и поняла, что с ней происходит. Она точно знала, где находится. Хотя можно ли сказать, что знаешь, где находишься, если находишься во сне? Девушка глубоко вздохнула и попыталась успокоиться. Она раскинула руки и постаралась насладиться легко обдувающим ее прохладным ветром, еще раз вдохнула полной грудью. Если не знать, что дальше будет происходить что-то страшное, очень приятно, полное умиротворение и удовольствие.

Алиса огляделась: по правую руку домик, в который она так торопилась, кажется, он стал еще ближе, чем в прошлый раз. По левую руку непонятно откуда взявшийся лес. «Хм, раньше его не было», - подумала девушка. Ели, которым явно было уже много лет, покачивали своими лапами. Между ними росли какие-то другие деревья, названия которых Алиса не знала. По всем признакам, лес был немолодой. Он не мог вырасти здесь недавно. Хотя кто знает, как движется время здесь? «Где, здесь? - снова задалась вопросом девушка, - И где блондинка?».

Сегодня незнакомка что-то долго не появлялась. Алиса прошлась в одну сторону, в другую. Тишина, нарушаемая лишь звуками природы. Ветер, шуршащая трава, чириканье птиц. «Теперь хотя бы понятно, где могут быть птицы», - подумала Алиса, вглядываясь в лес, но никаких признаков живых существ там не заметила. Между ветвей было темно, одной здесь было неуютно, и по телу побежали мурашки. Алиса отвернулась и уставилась на домик. Может, сразу пойти к нему?

Вдруг дверь домика со скрипом открылась и оттуда вышла та самая блондинка, которая всегда появлялась в этом сне. Алиса внимательно следила за ней, девушка, как всегда, была одета в своем стиле: старомодное платье с юбкой по колено, на этот раз голубое в белый горошек. Ее волосы развевались на ветру, и она неспешно и грациозно шла навстречу Алисе, неизменно нежно улыбаясь. Когда незнакомка подошла ближе, Алиса неожиданно для себя сказала:

- Опаздываешь, Анна, - и улыбнулась, снова борясь с желанием погладить блондинку по щеке. Наконец, наваждение прошло, и Алиса сдвинула брови и удивленно уставилась на собеседницу.

- Немного задержалась, - мягко начала незнакомка, продолжая излучать тепло и будто бы внушать ощущение счастья, - Знаешь, немного сложно сосредотачиваться бывает в моем состоянии.

- Тебя зовут Анна? – встревоженно спросила Алиса.

- Что? – Анна непонимающе уставилась на нее, - Конечно, меня зовут Анна.

- Кто живет в этом доме?

- Почему ты спрашиваешь? – на лице блондинки отразилось еще большее недоумение, и она покачала головой, - Я правда не понимаю.

- Анна, откуда ты пришла? – настаивала Алиса.

- Из дома разумеется! Что с тобой? – девушка нежно взяла Алису за подбородок и заглянула ей в глаза.

- Кто тот человек, который сейчас появится? Или не человек.

- Я не понимаю, - Анна растерянно глядела на собеседницу, а руку опустила.

- Помоги мне, - раздался голос сзади.

- Я о нем, - вздохнула Алиса.

Блондинка встревоженно, но все еще непонимающе посмотрела на девушку и опять начала растворяться в воздухе.

- Ну правильно! Ты-то сейчас исчезнешь, а мне с ним разбираться, - возмутилась Алиса, но Анна не отвечала. Только с сожалением глядела на нее, а через секунду и ее лицо растаяло.

«Я сама хозяйка своей судьбы. Я просто должна понять, кто этот мужчина из сна. И помочь ему, либо прогнать», - вспомнила Алиса свои собственные рассуждения. «Я должна справиться с этим сама», - проговорила она про себя снова и решилась, наконец, посмотреть в глаза своему страху.

- Помоги мне, - чуть мягче, чем обычно сказал мужчина сзади, и Алиса резко развернулась. К ее удивлению, никого рядом не было. Только лес в отдалении чуть шумел и раскачивался от ветра. По спине снова побежали мурашки. Алиса огляделась, развернулась снова – никого. Девушка подумала, что сценарий сна надо поменять и пошла к лесу, но прошла всего несколько шагов, когда увидела, что идет уже не к лесу, а снова к дому. Алиса развернулась спиной к нему и снова активно зашагала к лесу, но приблизилась опять же к дому, который опять оказался перед ней.

«Да в конце концов!», - взмолилась она. После еще нескольких попыток, Алиса поняла, что может идти только к домику, к лесу не получается. Она, злясь, отправилась туда, куда получалось, дошла до дома, поднялась по ступенькам, оглянулась: никто не гонится за ней на этот раз. Алиса потянула на себя достаточно тяжелую деревянную дверь, и она с противным скрипом подалась. В помещении был полумрак, и чего-то разглядеть от входа не получалось. Алиса шагнула за порог и тут же провалилась в какую-то темноту. Когда она открыла глаза, она уже знала, где она окажется. Конечно же, вход на старое кладбище.

- Ааааа, - теперь со злостью закричала Алиса в пространство, почти рыча, и снова распинала осенние листья, - Да когда это, наконец, закончится?

В ответ – только эхо. Алиса снова вздохнула и пошла по уже знакомому пути до уже знакомого склепа, снова спустилась вниз и зажгла свечи. Здесь сценарий совсем не менялся, в отличии от первой части сна. Девушка подошла к каменному саркофагу и встала над ним.

- Я не стану тебя оттуда доставать! – с вызовом сказала она и опять села на холодный пол.

Время тянулось медленно, ничего не происходило, только мерно подрагивало пламя свечей. Алиса уже не понимала, прошло два часа или десять часов, но вокруг ничего не менялось. Ей казалось, что если сидеть здесь еще дольше, рано или поздно, она проснется, но этого не случилось. Уже устав от бестолкового времяпрепровождения, Алиса вяло встала и поплелась к саркофагу и начала снова стирать с него пыль. Камень был холодный, такой же неприятный на ощупь, как в прошлый раз, и под пылью снова можно было разглядеть крест с закругленной верхушкой.

Алиса в очередной раз проводила рукой по шершавой поверхности, когда крышка неожиданно гораздо быстрее, чем в прошлый раз, начала двигаться. Девушка не успела сориентироваться и отпрыгнуть и серо-белая рука с неаккуратным маникюром схватила ее за запястье. От страха Алиса, как всегда, закричала, и проснулась. Она зажмурила глаза, снова открыла их и привела дыхание в порядок.

- Ты когда-нибудь встанешь? – недовольно и полусонно проговорила Сьюзен со своей кровати, - Будильник полчаса разрывается.

Будильник! Алиса, наконец, поняла, что за раздражающий звук она слышит. Точно! У нее встреча с Энтони Дэвисом. И раз будильник звенит уже полчаса, пора собираться.

- Ты выключишь его когда-нибудь или нет? – Сьюзен уже была сильно недовольна и кинула в Алису мягкой игрушкой.

- Да-да, конечно. Извини, - Алиса, еще плохо соображая, нажала кнопку отбоя и села на кровати, - Я сейчас быстро соберусь и можешь спать.

- Спасибо великодушно! – с издевкой и раздражением ответила Сьюзен.

- Я же извинилась, - Алиса покрутила запястье, за которое ее схватил мертвец из сна. Конечно, оно опять болело.

- Если ты перестанешь извиняться и, наконец, пойдешь туда, куда собиралась, я действительно смогу поспать, - бурдела Сьюзен.

Алиса встала, открыла шкаф, натянула первое попавшееся платье, белое из струящейся ткани, с юбкой по колено, прямо как у блондинки из сна, только современного кроя, немного покрутилась перед зеркалом. Накрасила ресницы, наложила румяна и блеск для губ, волосы расчесала и чуть подчеркнула плойкой кудри. Она послала воздушный поцелуй своему отражению в зеркале, схватила босоножки на высоком каблуке и вышла в коридор, притворив дверь. Там надела обувь, чтобы не будить Сьюзен, и потопала, стуча каблуками вниз. Быстро забежала на кухню и попросила принести ей крови.

За столом, удивленно смотря на нее, завтракали Каролина и Аделина.

- Рано ты, - бодро поприветствовала приемная мать.

- У меня встреча с Энтони Дэвисом.

- С Энтони, - Каролина чуть нахмурила брови, - По какому поводу тебе понадобился Энтони? И с каких пор вы общаетесь?

- С Дня рождения, - ответила за Алису Аделина.

- Просто дружеская встреча, - тоже бодро прочирикала Алиса и залпом выпила принесенную кровь, - Мне он понравился.

- Я думала, тебе нравится Лиам, - ковыряя какую-то очередную выпечку сказала Аделина.

- По правде говоря, я тоже так думала, - Каролина вопросительно смотрела на Алису, но явно без желания жестко ее воспитывать на тему отношений с мужчинами.

- В этом смысле мне и нравится Лиам, Энтони мне нравится как человек, как друг. У меня не может быть друзей-мужчин?

- Разумеется, могут, - махнула рукой Каролина, - У вас они есть: Эдвард, Коди, Кристиан. Разве я когда-то была против? Просто Энтони… Ты должна понимать, что это немного другой случай.

- Коди и Кристиан – друзья Сьюзен, Эдвард никому не друг, даже самому себе, - ответила Алиса, Алелина прыснула, - А Энтони такой же вампир, как и все. Притом один из самых хороших.

- Алиса, я не имею ничего против, но все же он не такой вампир, как все, - Каролина аккуратно продолжала гнуть свою линию.

- Будь толерантнее, Каролина, - и Алиса убежала просить прислугу подать сладости, чай и кофе в кабинет.

- Аделина, ты видела, как они общались? Он правда хороший? – Каролина уставилась на дочь.

- Да, и дядя Фредерик к нему положительно относится, вчера позвал его с нами в ресторан. Кажется, они хотят свести их со Сьюзен, - Аделина перешла на шепот.

Каролина снова недовольно свела брови, но промолчала. Ей совсем не нравилась эта идея, но как она может пойти против Фредерика, он же столько сделал для их семьи.

Раздался звонок в дверь, и Алиса убежала ее открывать. Энтони немного смущенно стоял, не решаясь переступить через порог.

- Привет, - радостно воскликнула Алиса и обняла его. От этого Энтони еще больше засмущался.

- Привет, - он, наконец, неуклюже поднял руки, чтобы тоже обнять Алису в ответ, но она уже отстранилась.

- Проходи, Энтони. Мы могли бы посидеть в гостиной, может быть и посидим попозже, но я же говорила, есть некоторые личные поводы для разговора, о которых я упоминала. Поэтому пойдем в кабинет, - Алиса весело трещала без умолку, а Энтони шел за ней, - Вот сюда. Но это же не деловая встреча, поэтому я подумала, что лучше мы посидим на креслах, вон там, у окна. Попросила прислугу прикатить маленький столик, вот чай и кофе уже поданы. Но если тебе будет комфортнее за столом, можем переместиться туда, хотя это слишком официально.

- Все хорошо, Алиса, - Энтони снова заметил, что девушка чуть волнуется, и его это расслабило.

Алиса грациозно приземлилась в одно из кресел, стоящих друг на против друга:

- Присаживайся, угощайся, - она с улыбкой указала на кресла напротив.

Энтони медленно сел и налил себе чая из стоящего на столике чайника.

- Ты будешь? – он чуть махнул чайником в сторону Алисы.

- Да, спасибо, - Алиса вдруг выпрямилась, - Прости, наверное, это я должна была за тобой поухаживать как хозяйка.

- Мне нетрудно, - Энтони налил чай и Алисе.

Какое-то время молодые люди молчали, пили чай и начали есть печенье. Когда молчать и дальше уже было неловко, Алиса начала:

- Энтони, я очень рада, что ты пришел.

- А я рад, что меня пригласили.

Молодые люди улыбались друг другу, но что сказать дальше никому не шло в голову.

- Мда, трудно начинать дружбу, - Алиса чуть стушевалась, - Знаешь, все мои друзья и приятели – мои родственники, которых я знаю с самого детства. По правде говоря, я и не знаю, как взрослые люди знакомятся, начиная не светское, а дружеское общение. Но ты мне очень нравишься, Энтони, и я хочу попробовать. Я опять сказала «люди», но имела в виду вампиров.

- По сути нет разницы, Алиса. Между людьми и вампирами, - Энтони стал задумчивым и серьезным.

- Я тоже так думаю. Хоть с людьми и не общалась. Но я скоро исправлю это упущение. Ты же слышал, мы идем учиться в человеческий университет.

- Да, слышал. Удачи вам с сестрой в этом начинании. Не волнуйтесь, там нет ничего сверхъествественного, - Энтони как-то особенно внимательно всматривался в лицо собеседницы.

- Сверхъестественное как раз-таки – моя зона комфорта, - хмыкнула Алиса и кокетливо приподняла бровь, - А вот человеческое – тут мне понадобятся твои советы. Почему-то у тебя я не стесняюсь их попросить, не знаю, почему, но я ощущаю, как будто ты мне тоже родной, как все мои члены семьи или давние друзья. Может, конечно, это и есть оно – чувство дружбы, не знаю.

- Алиса, так странно. Извини, что это говорю, но ты мне так напоминаешь одну девушку, которую я раньше знал. И из-за этого ты мне тоже кажешься близким человеком.

- Что это была девушка? – Алиса, по своему обыкновению, склонила голову набок.

- Это была девушка, которую я когда-то любил, - Энтони произнес эти слова и отвел взгляд, поняв, что это было неуместно.

- Любил? А потом перестал?

- Она умерла, - тихо сказал Энтони и как будто весь сжался.

- Хмм, - Алиса не знала, как реагировать на эти откровения, - Сочувствую. Не знаю, что говорить в таких ситуациях. Это случилось, когда ты еще был человеком?

- Нет, после. Алиса, знаешь, я зря начал эту тему. Просто не удержался, - Энтони снова выпрямился.

- Ничего страшного. Я же все равно хотела узнать твою историю, - Алиса увидела, что взгляд Энтони грустно мрачнеет, - Но если сейчас не хочется об этом разговаривать, не нужно. Но раз уж ты сказал, что она похожа на меня, чем же?

- Она тоже была наполовину вампиром, наполовину ведьмой, - уже спокойно ответил Энтони.

- Не может этого быть, - Алиса мотнула головой, - Ведьмы не рожают от вампиров, они их не терпят. Наша мать просто воспитывалась в семье Каролины с детства, ее удочерил дед, когда ее настоящая мать погибла. Поэтому она общается с вампирами, но ведьмы – это сила жизни, сила природы, а вампира – это сила смерти. Тебе ли не знать. И в обысной ситуации ведьма никогда не полюбит вампира. Единственные ведьмовампиры в мире – это мы со Сьюзен. Никто не знает, во что это выльется.

- Теперь да, - Энтони кивнул, - Единственные. Ведь она умерла. Она не была такой от рождения, ее мать была ведьмой, ей передался дар, а потом она обратилась в вампира.

- Что? Но с чего бы ведьме обращаться в вампира? Это не имеет смысла. Ты же знаешь, да, ведьмы не любят вампиров?

- А эта любила.

- Тебя?

- Нет. Вернее, может, и меня тоже. Но она любила того, кто превратил ее в вампира. Любила и ненавидела одновременно. Любовь – опасное чувство, Алиса.

Алиса моргала и никак не могла отойти от шока. Девушка, такая же как она и Сьюзен. Она существовала.

- Энтони, - наконец, начала она, - У меня, по правде говоря, столько вопросов. Но я вижу, что для тебя эта тема болезненна, и не знаю, стоит ли продолжать.

- Задайте один. На это моральных сил у меня хватит, - вампир грустно улыбнулся.

- Что с ней произошло? Ну то есть, я не хочу бередить рану, но я должна знать. Она старела? Или как вампир, нет? Она случайно не от старости умерла? Ой, извини, - Алиса тараторила очень быстро, как всегда, когда волновалась.

- Нет, она умерла не от старости, - Энтони грустно усмехнулся, - Предупреждая Ваш следующий вопрос, она жила очень долго.

- Она поддерживала себя ведьминской силой, или это давала ее вампирская часть? Прости, что опять что-то спрашиваю, но мне надо знать, что случится со мной и Сьюзен. У нас есть способности к восстановлению, и наши врачи считают, что значит, и стареть мы не будем, но мало ли, меня это очень волнует.

- Нет, вы не с сесстрой не будете стареть, как и любой вампир.

Алиса выдохнула.

- Но Алиса, послушайте, ты же чувствуешь некую слабость, когда используешь свою ведьминскую силу? Ты ее используешь? – продолжал Энтони.

- Иногда, - Алиса заерзала на стуле.

- Алиса, прошу тебя, - Энтони вдруг встал и взял Алису за руку, - Не переусердствуй. Эта сила живая, а сила вампиров мертвая. Они не сочетаются. Я думал, что возможно, раз ты живой вампир, ты не испытываешь слабости, используя силу ведьмы, но раз испытываешь… Она убивает твое тело.

- Ты неправильно меня понял, - Алиса начала тревожно себя чувствовать, - Я иногда использую магию. Но я не испытываю слабости. Никогда. Может, я конечно, не делаю ничего сложного.

- Алиса, просто пообещай мне, что если после использования магии ты начнешь чувствовать себя плохо, ты перестанешь ее использовать, - Энтони сильнее сжал руку девушки.

- Хорошо, - удивленно ответила Алиса. Энтони отпустил ее руку и вернулся на свое кресло.

- Извините меня за такую реакцию, - он смутился, - Я не должен был. Просто тема… Очень эмоциональная.

- Я понимаю, - протянула девушка, - Энтони, когда ты говорил «слабость», ты не имел в виду, что это как-то связано со снами?

- Снами? Не знаю. Она никогда не говорила ничего про сны.

- Вред, который ей наносила магия, проявлялся не после сна? На ней не было никаких увечий?

- Увечий? – Энтони непонимающе уставился на Алису.

- Я поняла. Нет. Теперь ты меня извини. Я обещаю, что буду осторожна. А ты обещай мне рассказать что-нибудь про сны этой девушки, если вдруг вспомнишь.

- Хорошо.

Молодые люди немного помолчали, а потом Алиса резко подняла глаза и начала медленно, как будто сомневаясь в чем-то, говорить.

- Энтони, а теперь, - она на секунду замокла и сложила руки перед собой, сомкнув их в замок, - У меня к тебе есть деловое предложение. Я, конечно, хотела и хочу узнать тебя поближе, но ты же, наверное, догадался, что я пригласила тебя поговорить наедине не просто так.

Энтони только приподнял бровь в ответ. Когда Алиса-таки озвучила ему свое предложение, он выглядел так, как будто только что поговорил с человеком, который явно не в себе, но не хотел бы ему на это намекать. Вампир недоверчиво смотрел на Алису со смесью непонимания, удивления, но и чего-то еще все же приятного. Восхищения? Предвкушения? Нет, не просто предвкушения, а предвкушения чего-то выходящего за рамки, чего-то забавного, но эпатажного. Тем не менее, он собрался с мыслями, лицо снова приняло серьезное выражение:

- Алиса, послушайте. Думаю, у Вас обо мне сложилось совершенно неправильное представление. Я вовсе не какой-нибудь бесчувственный психопат, мечтающий исключительно о власти и статусе. То, что я в совете, скорее, обусловлено стечением обстоятельств.

- Разве можно считать тебя бесчувственным после нашего сегодняшнего разговора? – Алиса, напротив, была очень спокойна, лишь немного приподняла бровь, как Энтони парой минут ранее, - Я вовсе не думаю о тебе как о тщеславном самозванце. Но помнится, ты говорил, что продолжаешь иметь дела с советом, потому что ты хочешь продвинуть свои идеи, которые связаны с жизнью обращенных вампиров. И судя по всему, со смертью этой девушки, о которой мы говорили, - Алиса прищурилась и внимательно посмотрела на Энтони.

- Ты проницательна, Алиса.

- Мое предложение исключительно деловое, выгодное нам обоим. Я попаду в совет и озвучу там твои идеи, когда получу право голоса. Я тоже не помешанная на власти психопатка, я хочу изменить положение женщин-вампиров, доказать, что обустраивать дом и быть леди – это не единственное, что мы можем. И если мы сделаем так, как я предлагаю, убьем двух зайцев. И тебя, и меня смогут услышать.

- А как же Лиам? Он не против? – уже более расслабленно спросил Энтони.

- А что Лиам? – Алиса передернула плечами, - Между нами с ним останется все по-прежнему.

- Раз ты так считаешь, хорошо. Не то, чтобы я особенно дорожил отношениями с ним, но он неплохой человек. И мне не хочется его расстраивать. Я правильно понял, что он не в курсе твоего плана?

- Правильно, - вздохнула девушка, - Но это не важно.

- Сам удивляюсь тому, что сейчас скажу, - Энтони улыбнулся, и в глазах засверкали какие-то хулиганские искорки, - Но я согласен.

- Супер! – Алиса даже вскочила с кресла, - Честно, я думала, ты откажешься. Спасибо. Встретимся на неделе, чтобы уладить все формальные вопросы?

- Разумеется, - Энтони прикрыл глаза в знак согласия, а потом посмотрел на часы, - Алиса, извини, мне придется откланяться. Нужно уладить и другие формальные вопросы, не связанные с нашими безумными планами.

Алиса встала и пожала Энтони руку:

- Приятно с Вами сотрудничать.

Энтони направился к выходу, Алиса улыбалась ему вслед, но вдруг вампир повернулся:

- Алиса, и еще кое-что, - его лицо опять стало максимально серьезным, - твоя сила. Она очень велика, она, как ты верно говоришь, уникальна. Ты даже не представляешь, насколько она может быть велика. И будет огромное количество людей, которые захотят этой силой завладеть. Когда я говорю людей, я тоже подразумеваю также и вампиров, и ведьм. Вампиров, в первую очередь, на самом деле. Будь осторожна, фильтруй круг общения.

- Поверь, он у меня не так велик. Но спасибо за заботу.

- Когда ты придешь в совет, он неминуемо будет увеличиваться. И меня волнует та легкость, с которой ты доверилась мне. Со мной тебе повезло, - Энтони улыбнулся и как-то будто немного наивно взглянул на Алису, - Но не делай так больше.

- Я учту, - девушка посерьезнела.

Энтони вышел из кабинета и наткнулся в гостиной на Сьюзен.

- Дэвис! – завопила она и бросилась к нему, - Привет. Давай пять!

Вампир радостно отбил пять:

- Привет.

- Какими судьбами? – весело продолжала Сьюзен, и в этот момент из кабинета вышла Алиса, - Так вот ради кого ты встала так рано!

- У нас была дружеско-деловая встреча, - мягко ответила Алиса.

- Ох ты! Дружеско-деловая. Я все Лиаму расскажу.

- Лиаму не о чем беспокоиться, - застеснялся Энотни, но потом добавил, - Наверное.

- Алиса! Ты второй день решаешь какие-то деловые вопросы в кабинете. Точно скоро станешь мымрой в скучном костюме.

Алиса закатила глаза, но посмеялась, Энтони попрощался и поспешил уйти.

- Так что это было на самом деле? – Сьюзен с интересом посмотрела на сестру, плюхнувшись на диван.

- Скоро увидишь, - Алиса загадочно улыбнулась.

- Может, и правда Лиаму стоит опасаться. Эй, только вчера ты пыталась свести Дэвиса со мной.

- Кто тебе рассказал?

- Эдвард.

- Вот сволочь.

- А сегодня ты сама закрываешься с ним наедине в кабинете!

- Поверь мне, милая, ничего общего с романтическими интересами это не имеет. А что он тебе все-таки понравился?

- Нет. Просто не знала, что ты такая, кхм, ветреная. Я думала, такая я.

- Тебя я не переплюну, дорогая.

Девушка засмеялись и еще долго беседовали, как всегда, ни о чем и обо всем.

Глава 11. Тринадцатый вампир

В этот раз прогуливаться в поле было прохладно, подул легкий ветерок, и Алиса поежилась. Небо уже не было таким высоким, и казалось, что наступила еще более глубокая осень, чем была в первых снах. Солнце светило тускло и уже, будто бы, не грело совсем. Шелестение уже, по большей части, пожелтевших листьев в лесу навевало какую-то меланхолию. По прошествии дней сны перестали вызывать у Алисы ту сильную тревогу, безусловно, некое липкое беспокойство и плохое предчувствие присутствовали, но девушка уже знала, чего ожидать, к тому же она знала, что повлиять как-то на происходящее не может. Сформировались, скорее, какое-то уныние и выученная беспомощность, поэтому Алиса, склонив голову, прохаживалась туда и обратно, ожидая светловолосую Анну. Сны снились каждый день, и каждый день эта самая Анна надевала новые платья. От накатившей скуки Алиса начала угадывать, какого цвета будет наряд сегодня.

«Не угадала», - констатировала она, когда из дома вышла блондинка в желтом платье. «Ну кто вообще носит желтое?» - подумала Алиса в свое оправдание. Анна радостно махала ей, в ее руках снова была корзинка и клетчатый плед. Незнакомка (а именно ей она и оставалась, ведь Алиса знала лишь ее имя и место жительства) медленным шагом подошла к Алисе:

- Ты, последнее время, такой взволнованный и угрюмый, знаешь, говорят, еда успокаивает. Вот я и решила, что пока мы можем захватить последние теплые деньки, стоит устроить последний в сезоне пикник.

- В твоем положении не стоит сидеть на земле, она уже холодная, - серьезно сказала Алиса, хотя собиралась сказать совсем другое. Ведьмочка закатила глаза, показывая, как ей уже надела эта предопределенность и отсутствие собственной воли в ведении разговора. На попыталась сказать: «А что у тебя за положение, о котором мы постоянно вспоминаем? Ты больна?» - но губы не послушались.

- Наверное, ты прав, - кивнула Анна и начала теребить плед, - Но я старалась.

Блондинка достала из корзинки бутылку с водой и явно свежевыпеченное безе и протянула Алисе. Та взяла еду, но есть ее отчего-то не хотелось. Под пристальным и как будто просящим взглядом Анны все-таки пришлось откусить пирожное.

- Божественно, - тихо сказала Алиса, и в этом она была полностью согласна с тем, кто заставлял произносить ее все эти странные реплики. Девушка запила безе водой и откусила еще кусочек.

«Помоги мне», - стальная хватка снова стиснула плечи Алисы. Она закашлялась, а прочистив горло, закричала:

- Тебя здесь даже нет! Я проверяла.

Алиса снова резко обернулась, но, как и ожидалось, никого сзади не было. Она снова повернулась к уже исчезающей и плачущей блондинке:

- Если угощаете меня чем-то, могли бы хотя бы дождаться, когда я доем!

Но Анна лишь молчала, плакала и исчезала, тем временем существо сзади снова схватило Алису и продолжило свои требования помощи. Девушке не хотелось снова бежать, хоть домик на этот раз был рядом, и какое-то время она просто игнорировала надоедливого обладателя громкого бархатного тембра. Но мужчина вцепился в плечи еще сильнее, отчего стало невыносимо больно.

- Ай, - досадливо вскрикнула Алиса, вывернулась и все же побежала.

По уже сложившейся традиции девушка быстро забралась на крыльцо, схватилась за ручку и уже было ожидала, что преследователь схватит ее, но этого не произошло. Долю секунды Алиса не решалась открывать дверь, но дернула ее на себя и резко шагнула внутрь, чтобы не начать сомневаться. Почему-то оказаться в доме было страшно, и Алиса зажмурила глаза, она сама не понимала из-за чего, но боялась осмотреться. Спустя несколько секунд она все же разомкнула веки.

Полумрак окружал комнату, в ней никого не было. Вешалка для верхней одежды, банкетка, стул, все какое-то неновое, но качественное, очень чисто. В противоположном конце комнаты виднелась дверь, Алиса направилась к ней и вскоре попала в другую комнату: это было что-то похожее на совмещение детской и гостиной. Старомодный ковер посередине, диван, низенький столик, подобие камина, рядом со стеной детская кроватка - кажется, самая новая и красивая вещь во всем доме. Справа в углу старинное зеркало в тяжелой раме, почти такое же, как у Алисы в ее комнате. Девушка хотела продолжить осмотр, но преследователь ворвался в комнату и схватил Алису за воротник.

- Ай, - снова вскрикнула девушка, никак не ожидавшая, что тот, кто просит помощи, может пройти в дом. Ей-то все, что за дверью, казалось спасительным островком спокойствия, пусть и каким-то неизведанным, а потому тоже пугающим. Но желающий помощи с силой тащил ее за воротник на выход, не заботясь о том, что Алиса спотыкается и не поспевает за ним.

- Тебе здесь не место, - твердо сказал он, посмотреть на него снова не представлялось возможным, потому что идти Алисе приходилось задом, - Не ходи сюда, просто помоги.

Мужчина, распахнул дверь и очень грубо с силой выбросил Алису на ступеньки. Ведьмочка не удержалась и скатилась на землю. Но в следующую секунду оказалась сидящей на влажной земле перед воротами старинного кладбища.

- Чертов урод, - громко взвыла она, потирая, скорее всего, вывихнутую ногу и синяки. Но ответом, как обычно, было лишь эхо.

Алиса сняла босоножки, встала и медленно молча поковыляла к подземному склепу, еле опираясь на травмированную ногу. Спустившись, зажгла свечи и протерла саркофаг, отошла на приличное расстояние и прислонилась к стене: больше травм и синяков от нового знакомого она получать не хотела. Как и предполагалось, через некоторое время, крышка начала медленно отъезжать.

- Знаешь, что, урод, - гневно начала Алиса сквозь зубы, - После всего, что ты сделал, я ни за что не стану тебе помогать! Ты меня не заставишь. Теперь, когда щель достаточная, уверена, ты меня слышишь. Так вот: так и знай, я найду, как от тебя избавиться, и ты навсегда останешься гнить здесь, где бы это «здесь» ни было. И хватит говорить мне одну и ту же фразу, раз, как выяснилось, ты умеешь разговаривать и более развернуто.

Из саркофага уже полностью торчала серая рука с прожилками вен, она тянулась к Алисе, но как ей казалось, в каком-то просящем жесте, а не с желанием снова ее схватить. Рука была настолько отвратительной, что девушку затошнило. Затем из-под плиты послышался приглушенный тихий стон, Алиса взвизгнула от нового приступа паники и проснулась. На нее, лежа на своем диване, распахнув глаза, смотрела Сьюзен. Алиса по обыкновению потрясла головой, прогоняя кошмар:

- Что?

- Ты помнишь, когда последний раз просыпалась без криков? – Сьюзен поджала губы.

- Скажи лучше, когда я последний раз просыпалась здоровой? – Алиса помяла больную ногу.

- Ли, ты уверена, что не надо рассказать об этом Каролине?

- И чем же она поможет? Придет ко мне в сон и двинет этому уроду?

- Она взрослая, ей лучше знать, - пожала плечами Сьюзен.

- Мы тоже взрослые, Сью. И если уж кто и может помочь, это Даниэлла, но я не уверена, что это вообще не ее рук дело, поэтому связываться с ней тоже не буду, - твердо сказала Алиса и встала, поморщившись.

- Пойдем завтракать? – Сьюзен совсем не хотелось говорить о Даниэлле.

- У меня сегодня важный день, я впервые еду в совет. Важные дела лучше делать на голодный желудок, так что выпью крови и буду собираться, - Алиса выглядела бодрой, несмотря на то, что под глазами были круги от плохого сна.

- Уже приготовила скучный серый костюм из антиутопии? Я уже могу называть тебя канцелярской мышью? – Сьюзен тоже начала вставать.

- Поверь мне, я буду выглядеть хорошо.

- Это ты сейчас так говоришь, потому что заседание первое. А вот как посетишь несколько или станешь членом совета, все, твоя красота увянет и умрет.

Алиса неопределенно хмыкнула и махнула рукой, призывая сестру пойти в столовую. Сьюзен помогла ей спуститься и села за стол:

- Ну хоть посиди со мной. Наши ранние пташки уже позавтракали и давно при каких-нибудь делах.

- Очень. Важный. День, - извиняющимся, но твердым голосом произнесла Алиса и поковыляла на кухню, воспользовавшись тем, что Сьюзен отвлеклась на служанку, которая интересовалась, что ей сегодня приготовить.

Алиса залпом выпила пару бокалов крови и почувствовала себя еще лучше. В груди было такое приятное чувство предвкушения: «Старые чинуши, ну сегодня я вам покажу, на что я способна». Уже не замечая Сьюзен, девушка почти бегом поднялась в свою комнату и начала наряжаться. Короткая синяя юбка, белая рубашка с кружевным жабо, пиджак в тон юбке – строго, но со вкусом и современно. Алиса покрутила прядь своих волос, затем забрала их в высокий пучок и выпустила вьющийся локон. «А ты ничего такая, - смотря на себя в зеркало и подмигивая, произнесла она, послала себе воздушный поцелуй, - Ну все, пора».

Цокая каблучками симпатичных туфель, Алиса спустилась вниз и помахала читавшей книгу в гостиной Каролине:

- Я уехала на совет.

- Удачи, - мельком взглянув на девушку и улыбнувшись, Каролина тоже ей махала, уже полностью вернувшись вниманием к книге.

Алиса села в традиционный черный лимузин и молча уставилась в окно. Водитель знал, куда она едет. Пока мимо проплывали плохо освещенные солнцем деревья, девушка размышляла: «Сейчас на совете будет жуткая ругань. И ругаться, в первую очередь, будут на меня. Что я делаю? К чему это приведет? Не наврежу ли я своей семье или Энтони? Нет, семье не наврежу, нас спасет статус. Но ведь у Энтони теперь тоже есть статус?» Алиса попыталась отвлечься и полюбоваться видами вокруг, близилось лето, в просветах между деревьями тут и там перелетали с ветки на ветку птички, девушка опустила окно и вдохнула приятный свежий аромат: «Не то, что во сне», - пришло ей в голову.

Полностью насладиться моментом не давал какой-то тянущий комок в груди. «Из-за чего снова стало так тревожно? Из-за того, что моя выходка в совете приближается, или из-за того, что вспомнила про сны? Так, Алиса, возьми себя в руки! Подумаешь о снах потом, тут реальность вон какая значимая и волнительная!» Алиса, переключившись на воспоминания их самых смелых и странных детских выходок, которые они проворачивали со Сьюзен. «Хулиганки», - говорила Каролина, нежно улыбаясь, но грозя пальцем. «Интересно, что она скажет, когда сегодня после собрания или даже во время него ей позвонит дядюшка Фредерик? И Сьюзен нет рядом, с которой можно разделить ответственность. Ты взрослая, Алиса, учись брать на себя эту ответственность самостоятельно», - твердо сказала девушка про себя.

- Мисс Найтроуз, поднимите окно, пожалуйста, мы въезжаем в жилую зону, - слова водителя вернули Алису в настоящий момент, она подняла стекло и отбросила все мучавшие ее сомнения.

«Чтобы мне никто не указывал, что делать. Чтобы Сьюзен могла жить в мире, где ее друзьями будут люди. Чтобы труд Энтони был ненапрасным, я делаю все правильно», - подумала она. Через полчаса девушка стояла в современном офисном здании перед бежевой дверью, за которой восседал совет вампиров. Оставалось десять минут до начала заседания, наверняка, все были уже на месте, ведь до официального обсуждения всех вопросов члены совета любили неформально все обсудить, поделиться новостями, да и просто пообщаться на личные темы.

Совет всегда проводился в бизнес-здании, а не чьем-то доме, чтобы подчеркнуть, что в совете нет главных и второстепенных персонажей, что все равны. Безусловно, у всех членов совета были роскошные просторные кабинеты и дома, но считалось, что у себя кто-то мог бы вольготнее себя чувствовать, иметь более значимое право голоса. Установлению равенства на деле, а не на словах все это, конечно, не помогало, ведь как минимум, всем здесь заправлял председатель совета, дядюшка Фредерик, а у той части совета, которая поддерживает его, всегда было больше времени высказаться. Ко всему прочему, считалось, что периодически собираясь на совещания, вампиры хорошо маскируются под людей-бизнесменов, которые ведут друг с другом какие-то дела. Вдруг кому-то из людей захотелось бы проследить за кем-то из влиятельных вампиров: так сохранялась видимость, что они обычные владельцы бизнеса, постоянно в делах и встречах. По крайне мере, так предполагалось.

Алиса глубоко вздохнула и открыла дверь, чем привлекла внимание всех присутствующих в комнате, тихие разговоры прекратились, и вампиры уставились на вошедшую.

- Дорогая, мы рады тебя видеть, - ожил первым Фредерик, критически оглядывая длину юбки Алисы. Дядюшка встал, медленно подошел и взял родственницу под руку, теперь они оба смотрели на овальный стол, за которым сидели одиннадцать вампиров совета. Поодаль, у стены, стоял ряд стульев, но большая часть их них были пустыми. Два из них занимали Эдвард и Лиам, оба с блокнотами и ручками. Лиам кивнул Алисе и тепло улыбнулся, девушка чуть нервно улыбнулась в ответ.

- Хочу представить Вам мою племянницу, Алису. Вы все, конечно, с ней знакомы, но сейчас я Вам представляю ее официально как будущего возможного члена нашей организации. Пока Алиса поучится, как и мои сыновья, ознакомится с нашими методами ведения дел, поприсутствует на наших заседаниях, - Фредерик оглядывал советников и добродушно похлопывал Алису по плечу.

Он взял девушку под руку и повел в сторону стола, тихо, так, чтобы никто его не слышал, шепча ей на ухо: «В следующий раз стоит одеться более традиционно, так, как одеваются вампирские уважаемые дамы, а не человеческие секретарши». Тон был добрым, но Алиса сжала зубы, чтобы не нагрубить.

- Добро пожаловать, мисс Найтроуз, мое почтение, - один из членов совета склонил голову.

- Тебе туда, деточка, - Фредерик махнул в сторону Лиама и Эдварда, отпустил локоть Алисы и побрел к своему месту.

- Знаете, дядюшка, а точнее, чтобы быть официальной, мистер Нортфлауэр, - сердце Алисы бухало так, что ей казалось, что она видит, как от этих толчков вздымается ее грудная клетка, - По правде говоря, я думаю, что мне не туда. По крайней мере, так говорит мой опыт просмотра заседаний.

Фредерик медленно повернулся и уставился на девушку с недовольным выражением лица. Алиса же посмотрела на члена совета, что поприветствовал ее и четко проговорила:

- И маленькая поправка. Миссис Дэвис-Найтроуз. Меня зовут Алиса Дэвис-Найтроуз.

Все присутствующие уставились на нее с недоумением, а Алиса, решив, что ей нужна опора, чтобы чувствовать себя увереннее, и чтобы руки не дрожали, подошла к столу между двумя членами совета, сидевшими на максимальном расстоянии друг от друга, нагнулась и положила руки на стол. Эдвард попытался поиронизировать на тему того, что в такой юбке наклоняться не стоит, но гневно сдвинувший брови Фредерик рукой твердо приказал ему молчать.

- О чем это ты, девочка? Что за вздор? Алиса, это заседание совета, а не песочница! Здесь никто не потерпит твоих непонятных игр! И даже то, что ты моя племянница, тебя не спасет, мне придется тебя выставить, пока трансляция нашего заседания не началась. А то твоя репутация будет окончательно растоптана. А я бы не сказал, что она безупречна. Всем здесь присутствующим, да и всем, кто будет смотреть заседание, известно, что твоя фамилия Найтроуз, и ты дочь Себастьяна Найтроуза, а не какого-то Дэвиса. И к твоему сведению «миссис» - это обращение к замужним дамам, а не ко всем, кому 18. Уйди по-хорошему, пожалуйста, я-то наивно полагал, что мы с тобой друг друга поняли, - строго и чуть повысив голос проговорил глава совета.

- Мы с тобой друг друга поняли, - зло сверкая глазами, ответила Алиса, и уже с притворным спокойствием продолжила, - Да будет известно всем здесь присутствующим: дядюшка пришел ко мне с визитом и объявил, что я могу стать членом совета, как только стану замужней дамой. Так вот: спешу представить Вам моего мужа – Энтони Дэвиса-Найтроуза.

В этот момент Алиса показала рукой в угол рядом с дверью, где за большим массивным письменным столом сидел за компьютером секретарь совета. Энтони встал и поклонился. По аудитории пронесся удивленный вздох, кто-то из вампиров начал что-то быстро говорить соседу, Лиам побелел, сощурил глаза и уставился в одну точку, Эдвард сидел с выражением лица, будто ему показывали самое крутое остросюжетное кино.

- Что за вздор ты несешь!? – вышел из себя Фредерик, - Какой еще муж Энтони Дэвис! Вы знаете друг друга едва ли недели две.

- А Вы мне не мама, чтобы указывать, когда и за кого мне замуж выходить. Может быть, я ветреная в личной жизни, но разве это лишает меня обещанного места в совете?

- Мне плевать, ветреная ты или нет! Я не верю, что вы реально за несколько дней успели пожениться. Этот брак нелегитимен! – Фредерик даже брызгал слюной от переполнявших его эмоций. Члены совета переглядывались между собой.

- Энтони, покажи моего не доверяющему никому и ничему дядюшке документы, пожалуйста, - холодно произнесла Алиса и отправилась к столу новоявленного мужа забрать какие-то бумаги. Она покопалась в сумочке и достала оттуда паспорт, вручила бумаги главе совета, - Удостоверьтесь. Свидетельство о заключении брака, и вот отметка в паспорте.

Паспорт Алиса держала в руках, но повернула его страницу с данными о браке ко всем присутствующим. Лиам совсем поник и опустил глаза в пол.

- Ну что? Думал она хочет тебя? А она хочет Энтони Дэвиса, - откровенно веселился Эдвард, пихая брата в бок.

- Что ж, документы реальные, - протянул Фредерик, уже чуть совладав с эмоциями, - Но Алиса, послушай, как ты себе это представляешь? Членов совета всего двенадцать, включая меня. Чье место ты хочешь занять? Считаешь правильным исключить кого-то из этих мудрых людей ради твоей прихоти? Думаешь, это справедливо?

Члены совета взволнованно зашептались

- То есть твое обещание было просто брошено в воздух, дядя? Ты даже не продумал, как его осуществить?

- Кто же знал, что ты решишь выскочить замуж за первого встречного?

- Кстати, милый мой муж, не пора нам включить трансляцию заседания? Время начала уже прошло. Вампирское общество ждет.

- Включишь, когда я скажу, - оглушительно заорал Фредерик и стукнул рукой по столу.

- Хорошо, - жестко проговорила Алиса, - На счет того, как мне войти в совет и не навредить этим мудрым людям у меня есть мысль. Сейчас членов совета двенадцать, четное число. Из-за этого возникает множество проблем: когда голоса разделяются поровну, окончательное решение принимает мистер Фредерик как глава совета. Но если нас будет тринадцать, то решение всегда будет приниматься большинством, и мы не станем взваливать такую ответственность на моего прекрасного родственника.

Вампиры бросились громко обсуждать новую идею, вокруг начался хаос.

- Молчать! – снова заорал Фредерик, - Мы цивилизованные личности, и не опускаемся до подобного. Все вопросы мы решаем голосованием. Итак, высказываемся по очереди: кто за, и кто против появления в совете тринадцатой квоты. Начнем с меня.

- Нет, дядя, - резко прервала его Алиса.

- Ты пока не имеешь права голоса!

- Просто думаю, правильнее начать с других вампиров, так как ты глава совета, и твое мнение повлияет на них. Мы же здесь цивилизованные личности, мы за справедливость.

Фредерик шумно вздохнул и насупился:

- Хорошо, начнем с тебя. За или против тринадцатого вампира, - он ткнул пальцем в одного из вампиров, - Дальше по часовой стрелке.

- Я думаю, что все эти годы совет функционировал вполне эффективно, и нас было двенадцать, а значит, ничего менять не нужно. Мой голос «против», - сказал тот, на кого указал Фредерик.

- Я думаю, что мы функционируем всего восемнадцать лет, а значит, традиция не столь устоявшаяся. Можно попробовать. Мой голос «за», - не очень уверенно проговорил следующий.

- Я думаю, что нам не хватает очаровательной миссис Дэвис-Найтроуз на наших заседаниях. За, - с улыбкой посмотрев на Алису, сказал тот вампир, что поприветствовал ее.

- Я думаю, что миссис хоть и замужем, излишне молода, а значит, не готова участвовать в принятии решений глобальной вампирской политики. Против, - нервозно раскачивая ногой, высказался высокий и слишком худой вампир.

- Я думаю, что мы здесь по сути выбираем между властью Нортфлауэров и Найтроузов, - нагло улыбнувшись, медленно проговорил вампир, сидящий вразвалку на кресле, он вперил глаза в теребящего манжету Фредерика, - На Нортфлауэров я уже насмотрелся, и я хочу проголосовать за Найтроузов. За.

- Это не Найтроузы уже, а Дэвисы, - хмыкнул следующий, - Против.

- Не дадим обращенным вампирам влиять на совет! Я говорил Вам, мистер Нортфлауэр, не тащите сюда эту мерзость, проблем не оберешься. Против, - зло кинул очередной оратор.

- Кстати говоря, Вы конспектируете, мистер Дэвис? – едко обратился Фредерик к секретарю.

- Разумеется, - кивнул Энтони с легкой улыбкой.

- Мы должны почтить память Себастьяна Найтроуза, с которым все мы были близки, его дочь должна быть в совете. За, - твердо заявил следующий голосующий. Каждый из них, безусловно, прикидывал, насколько выгодно иметь лишнего вампира, и насколько быстро им удастся перетянуть Алису на свою сторону по важным лично им вопросам.

- Себастьян бы хотел этого, он всегда делал упор на то, что нашим обществом должны править исключительно Найтроузы. Сейчас такой возможности нет, поэтому пусть хоть часть его крови будет в совете.

Последний голос из одиннадцати. Сердце Алисы сжалось: очевидно, что Фредерик проголосует «против», а потом как глава совета настоит на этом решении, ведь это его право при одинаковом количестве голосов. Шесть голосов «за», четыре «против». Если одиннадцатый не проголосует «за», все было зря.

- Девочка – не чистокровный вампир. Она полуведьма, бастард, можно сказать. Нечего ей делать в совете. Конечно, против.

- Черт! – прошептала Алиса.

- Итак, - довольно начал Фредерик, - Остался мой голос, и я, конечно, голосую против. Алиса показала свою незрелость сегодняшним поведением, а значит, пока ей не место в совете.

- Это неправильно! – теперь уже вышла из себя Алиса, - Вы должны были голосовать за тринадцатое место в совете, а не за меня лично или против. Суть в справедливости принятия решений, а не в моих амбициях.

- Не тебе здесь говорить, что правильно, а что нет, дорогая, - жестко ответил Фредерик, - И насколько я помню, а я пока не выжил из ума, никто больше на дополнительное место не претендует. На правах главы совета при равенстве голосов объявляю решение принятым: нас остается двенадцать, если кто-то изъявит желание когда-нибудь выйти из совета, его место может занять Алисы, если все еще будет этого желать и останется замужней дамой, разумеется.

- Так нельзя! – закричала Алиса, - Вот видите, что происходит! Голосов поровну, а решает Фредерик. Вы все, члены совета, имеете одинаковое право голоса, и голос каждого имеет одинаковый вес! Вы выбрали его главой совета для организации всего происходящего, а не для того, чтобы он единолично решал вопросы, по которым Вы не можете прийти к согласию.

- Мы вообще-то его не выбирали, - протянул тот самый вампир, что первым поприветствовал Алису, - Он сам взял на себя эти обязанности по праву родственника семьи Найтроуз.

- Потому что больше никто не хотел брать на себя эту ответственность! – возмутился Фредерик.

- Так сними с себя эту ответственность, дядя! Раз это такой груз, - парировала Алиса.

Вампиры снова загалдели, отстаивая каждый свою точку зрения.

- Хорошо, - вдруг хитро улыбнувшись, сказал глава совета, - Вот давайте и попробуем систему, которую ты предлагаешь, милая Алиса.

Девушка чуть воодушевилась, но не может же быть все так просто.

- Разумеется, поскольку ты самое заинтересованное лицо в том, чтобы получить кусочек власти, , что бы ты там не плела про справедливость, ты в голосовании участвовать не станешь. Но нам необходимо опробовать голосование с нечетным количеством членов.

- К чему ты ведешь, дядя?

- Добавим еще несколько вампиров к решению твоего вопроса. Скажем, всех невысказавшихся, оставшихся в комнате.

- Я тоже здесь, - еще сильнее разозлилась Алиса.

- Да, но ты четвертая. Шестнадцать – четное число, деточка. Итак, Энтони, Лиам, Эдвард, проголосуйте вы. На правах главы совета, отвечающего за организацию процесса, - Фредерик выделил слово «организацию», - А не самолично принимающего решения, организую голосование с нечетным количеством членов. Случай беспрецедентный.

- Но ты же знаешь, как они проголосуют! – Алиса продолжала негодовать.

- Я и так делаю тебе уступку, девочка! Все в твоих интересах, - мерзко улыбнулся дядюшка.

Алиса закатила глаза, опустила голову и закрыла глаза. Очевидно было, что сыновья дядюшки поддержат его решение, тем более после того, как Алиса неожиданно вышла замуж не за одного из них, а за какого-то обращенного вампира, которого знала меньше двух недель.

- Итак, представитель молодоженов, что скажешь? – Фредерик повернулся к Энтони.

- Безусловно я «за» вступление моей любимой жены в совет, - говоря это, мужчина встал и с ироничной улыбкой поклонился всем.

Фредерик хмыкнул и продолжил:

- Сын мой, Эдвард, что скажешь?

- Что он может сказать? Он все повторяет за отцом, – фыркнула Алиса.

- Помолчи, а то тебя выставят за дверь раньше времени, - Эдвард не упускал шанса уколоть девушку, - Разумеется, против. Вы посмотрите на эту неуравновешенную.

- Без оскорблений, сын! – прикрикнул на него довольный Фредерик, - Ну и решающий голос. Мой сын Лиам, что ты думаешь по поводу вступления в совет любимой жены мистера Дэвиса? Ах, Дэвиса-Найтроуза, простите.

Лиам встал, но продолжал молчать, он прямо и открыто смотрел на Алису, которая в свою очередь, все еще смотрела в пол и сжимала пальцы от нервов.

- Я голосую «за», - по комнате снова прошелся удивленный вздох, - Судя по всему, это единственное, что нужно мисс Алисе от жизни. Так пусть же получит все то, о чем мечтала.

Голос Лиама был грустными и разочарованным, но твердым. Алиса подняла на него широко распахнутые глаза, Лиам посмотрел на нее еще несколько секунд, отвернулся и сел на свое место.

- Лиам, ты хорошо подумал? – обратился к нему отец.

- У нас не принято менять мнение после голосования и голосовать заново, - возразил кто-то из вампиров, поддержавших миссис Дэвис-Найтроуз.

- Что ж, - протянул Фредерик, - Энтони, вот теперь начни трансляцию заседания, пожалуйста. Начал? Я как глава совета вампиров хочу объявить, что теперь наш орган власти состоит из тринадцати вампиров. Тринадцатым членом совета стала уважаемая всеми нами дочь нашего безвременно ушедшего короля Алиса Дэвис-Найтроуз. Поприветствуем ее.

Вампиры захлопали. Голос Фредерика дрожал от злости, но он старался сохранять официальный тон перед камерой. Лиам взял соседний стул и с силой поставил его перед овальным столом совета, Алиса кинула взгляд на Энтони, тот кивнул ей, и девушка, гордо подняв голову, прошествовала к стулу. Тут же встрепенулся вампир, сидящий рядом и пересел на него:

- Прошу, миссис Найтроуз, присаживайтесь на мое кресло, оно комфортнее. К следующему заседанию, уверен, Энтони позаботится, чтобы закупили тринадцатое кресло.

- Дэвис-Найтроуз, - холодно поправила Алиса.

Глава 12. Жертва своей победы

Заседание прошло относительно ровно, учитывая обстоятельства. Алисе предложили сегодня не голосовать ни по каким вопросам, так как оказалось, что все материалы по предстоящим обсуждениям рассылались всем членам совета за неделю до встречи. Энтони как секретарь, ответственно выполняющий свои обязанности, не присылал Алисе вводных, так как членом совета она еще не была. Новоявленный муж подчеркивал, что не нарушал никаких правил и законов. Алиса согласилась сегодня просто слушать и вникать, уточнила, как вносить предложения по обсуждениям на следующие заседания. Трансляция закончилась, и члены совета продолжили общаться как ни в чем ни бывало, будто бы ничего не произошло: кто на личные темы, кто на темы принятых решений.

«Никогда не покажут истинных эмоций. Лицемерные светские дядьки», - подумалось Алисе. Она встала, попрощалась со всеми и одна из первых вышла в коридор, но уезжать домой не спешила. Был в этой комнате один вампир, с которым она очень хотела поговорить. Потихоньку члены совета потянулись из комнаты, и там уже почти никого не оставалось, когда в коридоре показался Лиам. Алиса окликнула его по имени. Нортфлауэр медленно подошел к ней, его взгляд был каким-то измученным, будто это он, а не Алиса, последнее время толком не спал.

- Лиам, я чувствую, что должна объясниться.

- Да уж, пожалуйста, объяснись, - впервые Алиса видела вечно сдержанного Лиама таким эмоциональным, - Я тебя не понимаю, Алиса, серьезно. Пару дней назад ты признаешься мне в любви, сегодня выходишь замуж за другого. Хотя нет, не сегодня. Как давно вы с этим отбросом общества все спланировали? Ты улыбалась мне и принимала его предложение, выходила замуж в то же время? Ты хотела побольнее ударить по нашей семье, которую ты по непонятным причинам недолюбливаешь? Что с тобой?

- Нет! Нет, Лиам! Ты не понял, - Алиса по обыкновению хлопала длинными ресницами.

- Конечно, не понял! Я именно это и хочу до тебя донести, Алиса! Я тебя не понимаю. И думаю, никогда не понимал, - Лиам с досадой посмотрел в сторону.

- Лиам, послушай, между нами с тобой все останется по-прежнему.

- По-прежнему? – мужчина горько рассмеялся и покачал головой.

- Да! Мы с тобой любим друг друга, и этого никто не изменит! Брак с Энтони – только формальность для вступления в совет. Это бумажка, у нас с ним исключительно дружеские отношения. Ты же сам сказал: я воспринимаю его как Сьюзен и Аделину. И это правда.

В этот момент из кабинета вышли Фредерик и Эдвард. Дядюшка посмотрел в сторону Лиама и Алисы и осуждающе покачал головой. Затем, ничего не говоря, повернулся и ушел. Эдвард подошел к брату:

- Пойдем, не унижайся. Она того не стоит, - протянул ему руку.

- Уйди, Эдвард, это не твое дело, - огрызнулся Лиам.

- Он не унижается, - подбоченилась Алиса.

Эдвард махнул рукой и удалился вслед за отцом.

- Так вот, - тихо сказала Алиса, - Я поэтому и уточняла, неужели тебе так важны эти формальности: на мне жениться. А вместе мы можем быть и в нынешних обстоятельствах.

- Подтверждаю, не имею никаких претензий на мою жену, - из кабинета, улыбаясь, вышел Энтони с поднятыми в примирительном жесте руками.

- Два сапога пара, - произнес Лиам, потерев переносицу, - Для вас все это вообще не имеет никакого значения, да? Любовь, чувства. Только власть, только политика.

- Лиам, ты же знаешь, что это не так! – глаза Алисы предательски защипало.

- Пожалуй, я подожду тебя в кабинете, Алиса, - поняв, что не хочет участвовать в любовных разборках, Энтони посерьезнел и ушел обратно.

- Не заставляй ждать своего мужа, Алиса, - Лиам повернулся, чтобы уйти.

- Лиам! – он снова посмотрел на девушку, - Ты не хочешь быть со мной? Так кто из нас кого не любит? Для кого чувства не важны? Забей на бумажки! Я люблю тебя.

- Алиса, единственным, чего я хотел от жизни была ты. Единственным, чего ты хотела от жизни, было место в совете. Ты свое получила.

- Но я не хочу терять тебя, - слеза все-таки скатилась по щеке.

- Я тоже не хочу терять тебя, - Лиам протянул руку и погладил Алису по подбородку, - Но Алиса, сейчас я действительно чувствую, что не знаю тебя. Я часто тебя не понимал, но мог принять, сейчас не могу. Выйти замуж за другого мужчину – это уже слишком. Я многое смог бы перетерпеть, но это переходит все мыслимые границы.

- Но сможешь? Потом сможешь понять или принять?

- Я не могу ничего тебе обещать, Алиса, - Лиам повернулся и двинулся по коридору.

- Лиам! – Лиам не поворачивался, - Прости меня.

Лиам ушел. Алиса немного поплакала, вытерла слезы, достала из сумочки зеркало, подтерла потеки туши и пошла в кабинет, где что-то печатал на компьютере Энтони. Девушка устало присела на край его стола.

- Ну что, муж, что тебе сказал Фредерик? – Алиса грустно улыбалась.

Энтони оторвался от компьютера, отклонился на спинку и крутанул стул в сторону ведьмочки:

- О! Это было нечто, он прошипел мне: «Пригрел на груди змею. Тебе это с рук не сойдет. Жди расплаты».

- Раз он шипел, сам он змея, - рассмеялась Алиса, - Ну что, это было тяжело, но у нас получилось. Дай пять! Мы имеем свой голос в совете в прямом и переносном смыслах.

- Это такая фишка, ваша со Сьюзен? – добродушно улыбнулся Энтони, отвечая на жест девушки, - Вообще-то было сравнительно легко, Алиса. Боюсь, хуже будет дальше.

- Не хочу об этом думать, - закапризничала ведьмочка, закрывая ладошками глаза и болтая ногами, которые в силу маленького роста не касались пола.

- И не думай. Сегодня. Ты хорошо поработала, отправляйся домой, отдохни. Для тебя в новинку такие стрессы. Просто хочу, чтобы ты понимала и осознавала: нам предстоит еще долгий путь, чтобы оказать хоть крупицу влияния на этот вампирский мир.

- Ох, - Алиса и правда почувствовала дикую усталость и желание поспать, - Знаешь, когда происходит что-то стрессовое, ты мобилизуешься, а потом происходит вот этот «отходняк», как будто все тело разом отказывается работать. Это так Каролина называет такое состояние, я тоже с детства привыкла. Вот у меня сейчас оно.

- Иди отдыхай, - Энтони сжал руку Алисы и подмигнул ей обоими глазами.

- А ты? Для тебя сегодня было опасно, не то, что стрессово.

- А мне нужно закончить свою работу, оформить пару документов. И поверь, по сравнению со всей моей жизнью, сегодня был один из самых безопасных дней, - Энтони вроде и хвалился, но делал это как-то добродушно и приятно.

- И то правда. Ты же даже умереть за свою жизнь успел, - пошутила Алиса и осеклась, мотая головой, - Прости, я сегодня всех обижаю.

- Меня ты не обидела. А теперь, жена моя, не отвлекай мужа от работы, - вампир подмигнул.

Когда Алиса вернулась домой, встречать ее в холл выбежали все домашние.

- Фига ты там, - кричала Сьюзен, - Мощно.

- Поздравляю с замужеством. Могла бы и поделиться, - тихо проговорила Аделина.

- Чем ты думала? – ругалась Каролина, - Как можно было выйти замуж за обращенного вампира, которого ты еле знаешь?

- Я тоже вас люблю, - Алиса пыталась пройти в гостиную.

- Не ну могла бы и рассказать, что выходишь замуж! Мне! Своей двойняшке! – упорно шла за ней Сьюзен, - Теперь ты не отвертишься. Я жду все в подробностях. И план на будущее, тоже в подробностях.

- По правде говоря, я его тоже жду, Алиса, - строго продолжала Каролина.

- Ты молодец, - Аделина коротко взяла сестру за руку и тут же отпустила, чтобы не снискать гнев матери.

- Я очень устала, давайте потом, - Алиса плюхнулась на диван.

Каролина вздрогнула и посмотрела на приемную дочь, качая головой:

- Не знала я, что как только тебе стукнет восемнадцать, ты станешь точной копией своего отца. Точнее не так: тебе я не дам стать этой копией.

- О чем ты? – Алиса откинула голову на спинку.

- Он тоже всегда занимался какими-то политическими разборками, потом приходил домой и говорил: «Я устал, давай потом». И в его жизни не оставалось места ни на что действительно хорошее.

- Поэтому у вас были такие отношения, что он умудрился переспать с нашей мамашей? – встряла Сьюзен.

Каролина выразительно на нее посмотрела.

- Молчу-молчу, - замахала руками Сью.

- Нет. Молчать явно не надо. Мама, вот ты говоришь: не дам Алисе стать такой, отцу ты тоже не давала заниматься тем, чем он хотел? Тогда не удивительно, что он тебе изменил, никто не любит тех, кто их пилит, - Аделина в своей семье, как всегда, твердо отстаивала свое мнение, порой, даже совсем неуместно, а теперь, после последнего разговора с сестрой, еще и решила, что не только Алиса должна ей помогать, но и она Алисе, тогда внутреннее чувство бесполезности куда-нибудь уйдет.

Каролина сверкнула глазами, резко встала и вышла.

- Аделина, когда будешь искать нового психолога, найди того, кто сможет прокачать твой социальный интеллект, - протянула Алисаю

- С моим интеллектом все благополучно. Спасибо. Разберись со своим. И я вообще-то тебе помогала! – Аделина тоже вскочила и твердой походкой вышла из комнаты.

- Прости! – прокричала Алиса ей вслед и продолжила, откидываясь на спинку снова, - Третья за сегодня.

- Ты о чем? – удивилась Сьюзен. И Алиса все-таки рассказала ей, как прошел сегодняшний день, и как они с Энтони пару дней назад договорились и заключили фиктивный брак. Сьюзен посчитала рассказ очень интересным и даже признала, что политика в случае, если в ней будет Алиса, может быть нескучной.

- Может присоединишься ко мне в борьбе за справедливость? – спросила ведьмочка.

Сьюзен вскочила и встала в стойку, которую много раз в детстве видела в мультике:

- Я борец за добро и справедливость. Сейлор Мун!

Двойняшка повторяла движения руками известной героини, и Алиса рассмеялась. Довольная реакцией сестры, Сьюзен плюхнулась в кресло:

- Если серьезно, конечно, не присоединюсь. Вот если бы позвала меня присоединиться к какой-нибудь более молодежной деятельности, чем заседание на креслах со старыми дядьками, я бы, конечно, поддержала. Кстати говоря, эй! Ты вроде хотела, чтобы я присмотрелась к Энтони! А теперь это твой муж, я же не могу увести мужчину у моей Ли.

- Брак фиктивный, то есть просто на бумаге. Я все еще с Лиамом. Надеюсь, - Алиса глубоко задумалась, а потом заплакала.

Сьюзен немного растерялась, но все же перебралась на диван к сестре и крепко обняла ее:

- Ну ты чего? Он же тебя любит. Любовь - самое сильное чувство в мире. Вот я бы тебя никогда не бросила, если бы ты вышла замуж за другого мужика! Отойдет, и все будет хорошо. Может, уже отошел, позвони ему.

- А ты права, - утирая нос рукой, согласилась Алиса и тут же набрала номер Лиама. Длинные гудки.

- Напиши ему, - предложила Сьюзен, и девочки вместе стали сочинять тексты извинительных смс.

После отправки 10 сообщений с достаточно большими промежутками времени ответа от Лиама Алиса так и не дождалась и решила пойти спать.

Ну а во сне ее, уже по обыкновению, ожидала прогулка по большому осеннему полю. Алиса взглянула на затянутое тучами небо и сильнее натянула на себя неожиданно оказавшийся на ней незнакомый пиджак. Было холодно, настроение было отвратительным, и совсем не хотелось думать об Анне и мерзком мужчине, который не отставал. Единственный, кто был в мыслях, единственный, кто сейчас был значим – Лиам. Время до прихода блондинки Алиса посвятила размышлениям о том, что он, наверное, больше никогда и говорить с ней не захочет, а уж об отношениях и речи не будет идти. Девушка так погрузилась в неприятные мысли, что совсем забыла, где находится, и вздрогнула, когда Анна постучала ей по плечу.

- О чем задумался? – как всегда, мягким и приятным голосом поинтересовалась блондинка и тепло обняла Алису.

На этот раз на традиционное старомодное платье в цветок была наброшена толстая шерстяная кофта, которая Анне абсолютно не шла. Но Алису сегодня это мало волновало, отчего-то очень хотелось рассказать Анне все, что на душе, попросить совета в своих любовных делах, в конце концов, прижаться к новой знакомой, как к Сьюзен, и пореветь. Но как всегда, язык отказывался говорить что-то, кроме написанного кем-то сценария.

- Анна, это наша последняя встреча.

«Неужели?» - подумала Алиса. «Тот мужик внял моим словам и понял, что помогать я ему не стану?» - хотелось ей спросить, но опять же ничего не получалось. Анна отпрянула:

- Что ты такое говоришь? Я не понимаю.

«Ты не понимаешь, Лиам не понимает. Никто не понимает. Хотя тут я даже не сама за себя разговариваю, но итог тот же», - пронеслось в голове Алисы.

- Что здесь непонятного? Мы больше не увидимся.

- Но…, - Анна смотрела широко раскрытыми глазами, полными удивления, непонимания, обиды и чего-то еще, но явно не могла решиться сказать то, что вертелось на языке.

- Анна, без всяких «но». Я оставляю тебе деньги. Когда понадобится еще, мой доверенный вампир с тобой свяжется и передаст тебе их.

«Они вместе банк грабили, или что?» - почему-то подумалось Алисе, теперь сцена сна захватила все ее внимание, а мысли о реальной жизни на время вылетели из головы.

- Как ты можешь так со мной поступать? – Анна заплакала, - И как же наш ребенок?

«У них еще и ребенок есть? Что за мелодрама со второго канала ТВ?» - Алиса недоумевала.

- Это как раз ради ребенка. Ей нужно расти отдельно от вампирского общества, не нужно, чтобы кто-то о ней знал.

- Это же временно? Что-то случилось, да?

- Нет, не временно, Анна. Что неясного во фразе: «мы больше не увидимся»? – Алиса аж вздрогнула от жесткости своего голоса.

- Я, - захлебывалась слезами блондинка, - Я не понимаю, ничего не понимаю. Ты не хочешь даже увидеть ее?

- Анна, либо мы проводим этот последний наш раз весело, не думая о расставании, чтобы запомнить, какими мы были счастливыми, либо я ухожу.

- Хорошо, - Анна утирала слезы и одновременно пыталась с ними справиться, - Хорошо, ты прав. Пусть я буду вспоминать этот день всю жизнь как хоть наполовину счастливый день моей жизни.

Анна попыталась улыбнуться, подняла глаза на Алису, протянула ей руку, но тут же сзади послышалось уж привычное: «Помоги мне».

- Ох, ты не дал мне досмотреть эту мыльную оперу, - закатила глаза Алиса, - Что? Последний шанс? Последний сон?

Анна опять исчезала, плача и протягивая руку к Алисе. А ведьмочку очень воодушевило это упоминание о том, что встреча последняя, поэтому она вполне активно и энергично побежала к домику. На этот раз, на удивление, он был настолько близко, что особых усилий девушка не потратила, она дернула ручку и теперь уже без сомнений забежала в дом. Все та же чистая темная прихожая с добротной мебелью. Дверь в комнату на этот раз была открыта, но в комнате было темно. Отчего-то смотреть в этот темный проем снова было очень тревожно, в нем мерещились тени и казалось, кто-то поджидал. Алиса обернулась: преследователь все еще не вошел в дом, да и шагов его на крыльце не было слышно. «Странно, - Алиса сдвинула брови, - Он же всегда бежит почти по пятам». Девушка снова посмотрела в дверной проем и, чтобы больше не бояться того, что за ним скрывается, быстрым шагом пошла в комнату. Когда она зашла, сам по себе на тумбочке у дивана зажегся тусклым светом ночник.

Алиса перевела дыхание, все по-прежнему, как и в прошлый раз: кроватка, прочая мебель, зеркало. Ведьмочка вспомнила, что хотела осмотреть оставшуюся часть комнаты и двинулась в сторону зеркала, но эта вещь сама по себе будто манила ее. Алисе не хотелось подходить к зеркалу в незнакомом доме из страшного сна: это никогда не приводит ни к чему хорошему, но как будто не могла избежать этого искушения. Девушка медленно и тихо шла к отражающей поверхности. Когда очертания отражения стали просматриваться в полумраке, Алиса зажмурилась, но продолжила идти вперед. Когда она посчитала, что уже стоит у зеркала, досчитала про себя до трех и открыла глаза.

Увиденное заставило девушку ахнуть. Перед ней, за стеклом стоял высокий статный вампир с длинными как смоль волосами по пояс. Белая рубашка, черные старомодные брюки, высокие сапоги и неизменный длинный кожаный плащ. После паузы, вызванной шоком, Алиса потянулась к зеркалу. Мужчина в отражении тоже тянулся ей навстречу. Но очень скоро пальцы Алисы коснулись стекла, она провела рукой по ровной поверхности, мужчина повторял ее движения. Алиса что-то поняла и посмотрела на себя не через зеркало. Потрогала плоскую грудь под белой рубашкой, ощупала упругий пресс, сжала пальцами ткань черных брюк. В этом сне она и была мужчиной в отражении.

Картинка резко сменилась, и Алиса осознала, что сжимает край своей юбки и снова находится у входа уже известного ей кладбища. Она разжала пальцы, подняла голову и бегом побежала по все той же знакомой дороге. Прямо, налево, до конца. Девушка быстро скинула обувь, почти слетела по ступенькам вниз, зажгла свечи заклинанием и начала усердно счищать руками пыль с саркофага.

«Давай же», - произнесла она, стоя над ним.

Плита начала потихоньку отъезжать, Алиса смотрела во все глаза на ту самую мерзкую серую руку, которая помогала ей делать это быстрее. Показалась нога, часть туловища лежащего в саркофаге, снова послышался леденящий кровь стон, и наконец, плита с громким стуком упала на пол. Да, Алиса была права: в саркофаге лежал весьма изуродованный, но все же мужчина, которого она только что видела в отражении. Он медленно сел и уставился на девушку красными глазами без зрачков, серая кожа свисала лохмотьями на открытых частях тела. Во рту у Алисы пересохло от ужаса, руки дрожали, не совладав с собой, она отступила на шаг:

- Плохо выглядишь, папа, - еле выдавила она из себя и проснулась.

«SOS» - написала Алиса все еще дрожащими руками в общий чат, где были ее сестры и Лиам.

Глава 13. Бессонница

Аделина очень любила спать. Не то, чтобы больше по времени, чем кто-то другой, но ей было очень важно качество сна. Аделина ненавидела, когда кто-то ее будил, почти так же, как ненавидела ложиться спать позже положенного времени. В этой семье не было условленного времени отхода ко сну, но Аделина сама себе его выбрала и четко следовала своему же графику. Все знали: разбуди ее в течение вампирской ночи – принцесса будет не в духе весь день, поэтому никто так не делал. Ни мама, ни слуги, ни члены светского общества, которые хотели связаться с Аделиной по какому-то поводу, пусть и важному. Поэтому телефон юной чистокровной вампирши всегда был включен, никто же не посмеет позвонить.

Слуги в этой части замка ходили по струнке и иногда даже на цыпочках, выполняя свои хозяйственные обязанности. Окна в башне, которая полностью была выделена Аделине, на время сна принцессы закрывались шторами, не пропускавшими свет. Никто не смел зайти в спальню девушки, пока она сама не позовет помощницу одеть ее и сделать прическу. Поэтому единственное, что могло потревожить сон Аделины, было сообщение от ее сестер. Мобильник приятно тренькнул, и принцесса тут же открыла глаза: спала она всегда чутко. Экран призывно светился на тумбочке, но Аделине было очень лень сесть и взяться за смартфон.

Может быть, он сейчас погаснет, и можно будет снова уснуть? День сегодня был просто отвратительным: ее любимая сестра вышла замуж за первого встречного, но что хуже, не рассказала об этом Аделине, которой всегда рассказывала абсолютно все. Ко всему прочему все та же сестра ее обидела, не пришла к ней извиниться, да и еще (Аделина видела!) рассказала все в подробностях о своем замужестве их третьей сестре. Неужели Аделина совсем не нужна Алисе? Ну конечно, зачем она ей! «Я вообще никому не нужна, - пришла к выводу принцесса, - Ну разве что всем этим неприятным личностям, которые хотят взобраться на престол или получить влияние через общение со мной. Вот Алисе это не может быть нужно, но она поняла, что для чего-то другого я не гожусь. Может у меня и правда проблемы с социальным интеллектом? Да нет, проблема в том, что сама по себе, без своего титула, я ничего не стою. Есть еще, конечно, Сьюзен, но с ней мы совсем на разных волнах. Вдуматься только! Мечтать о человеческой жизни! Нет, со Сьюзен никак не построить таких близких отношений, как с Алисой. Вот еще мама меня любит, но это ведь не моя заслуга? Все мамы любят своих детей».

Размышления прервали несколько оповещений о сообщениях, пришедшие подряд. «Да что там такое? Неужели что-то случилось? Что-то точно случилось. Все же должны спать», - начиная паниковать, Аделина села на кровати и потянулась за телефоном, продолжающим звенеть: переписка активно продолжалась. Принцесса уставилась на экран. Несколько лет назад Сьюзен создала общий чат, куда добавила «всю молодежь» как она выражалась. Там были сестры Найтроуз, братья Нортфлауэр, Коди и Кристиан, но Эдвард угрожал всем выйти из чата, если там будут «низкородные вампиры», а потому Кристиан и Коди сами удалились. Впрочем, Эдвард через несколько лет все равно его покинул, потому что «постоянный треп» раздражал и отвлекал его «от важных вещей».

Тем не менее, днем чат, несмотря на редеющие ряды, был часто весел и активен: оставшаяся «молодежь» обсуждала новости, договаривалась о встречах и перекидывалась смешными и просто интересными картинками. Ночью никто в чат не писал: ведь все знали, что Аделину это будет раздражать, а потери еще одного бойца беседа, пожалуй, не выдержала бы. Ночью можно было писать в одном случае: произошло что-то из ряда вон, и срочно нужна всеобщая помощь. На памяти Аделины это случалось два раза: первый, когда еще не уснувшая Сьюзен упала в обморок, не желая употреблять кровь и совсем обессилев, второй, когда еще не уснувшая Алиса случайно устроила пожар в комнате, практикуясь в магии. Разумеется, если бы чрезвычайная ситуация случилась во всем доме, на уши бы подняли всех, но чат предназначался для тех случаев, когда сообщать Каролине о проблемах не следовало. Для таких случаев был изобретен, а точнее заимствован, незамысловатый код «SOS», увидев его, следовало быстро и незаметно бежать в комнату того, кто его прислал, если другого места встречи не указано.

-SOS, - прочитала на экране Аделина сообщение сестры.

- Этот SOSугрожает твоей жизни? – отвечал Лиам.

- Не знаю, - писала Алиса.

- Прямо сейчас тебе что-то угрожает?

- Мм. «Прямо сейчас» - это когда?

- Я понял, раз ты спокойно пишешь, думаю, это может подождать до завтра?

Алиса не отвечала.

- Алиса? – написал Лиам.

- Алиса???

- Если ты уже выезжаешь, не стоит. Мы со Сью решили, что пока справимся сами.

- Точно?

- Точно

«Мы со Сью справимся сами, - передразнила Аделина и чуть насупилась, - Мы со Сью. Не мы со Сью и Линой, а мы со Сью. Вообще-то меня она тоже обидела, может, мое вмешательство, в таком случае, тоже подождет до завтра?» Однако, Аделина поняла, что уже так разволновалась и чуть-чуть разозлилась, что сон уже не придет. К тому же нельзя умалять важность кода «SOS», Алиса просто так бы его не написала. А значит, ей нужна помощь. Она, конечно, может не признавать способности Аделины ей чем-то помочь, но Аделина будет благородной и все равно не оставит ее в беде. К тому же если бы ей нужна была лишь помощь Сьюзен, было бы легче просто ее растолкать, а не будоражить всех в чате.

Аделина пришла в другую часть замка, и, как всегда, соблюдая необходимые приличия, постучалась в дверь к сестрам. Послышался топот ног, Алиса затащила принцессу в комнату и бросилась к ней на шею:

- Спасибо-спасибо-спасибо, что пришла. Я уж думала, что ты обиделась.

- Я не обиделась, - отрицала Аделина очевидное, - Обида – детское чувство. Что стряслось?

- Ну давай еще тут: «Я не обижаюсь, я делаю выводы», - фыркнула Сьюзен, - И дальше по списку тупых статусов из Интернета.

Аделина не читала статусов в Интернете, поэтому не понимала, о чем говорит сестра. Она всего лишь пыталась транслировать прописные истины, которые ей рассказал ее психотерапевт. Потому что выяснилось, что для многих, кстати говоря, и для Аделины, в частности, эти истины совсем не были прописными. Вот чистокровная вампирка и несла, так сказать, просвещение в массы. Тем временем Алиса продолжала виснуть у нее на шее и целовать ее в щеку:

- Прости-прости-прости меня, пожалуйста. Я не знаю, что на меня нашло. Я просто очень устала и расстроилась, поэтому и сказала какую-то глупость. Я вообще не считаю, что с тобой что-то не так. Правда.

Аделина знала, что это правда, ведь Алиса ненавидела врать, особенно о таких важных вещах, как ее чувства и мнения об окружающих людях и событиях.

- У тебя просто не хватило ресурса, я понимаю, - умным тоном сообщила принцесса.

- Какого? – удивилась Алиса.

- Эмм, всякого, никакого. Ну внутреннего, - пояснила Аделина.

На лице Алисы отразилась работа мысли, а Аделина не знала, как еще объяснить свои слова, поэтому поспешила перевести тему.

- Так ты вызвала меня, чтобы попросить прощения? Тебя так мучила совесть? Или что-то все-таки случилось? – приподняв бровь язвительно уточнила она.

- Нет, конечно! – Алиса осеклась, - Ну в смысле совесть меня мучила, но позвала я всех не поэтому. Понимаешь, я видела отца!

- Не понимаю, - спокойно констатировала Аделина.

- Да что сегодня за день такой? Никто не понимает! Видела во сне.

- И поэтому ты меня позвала? Серьезно?

- Ну в том вещем сне! Мужчина из гробницы – это наш отец!

- Что ты несешь? – недоумевала Аделина.

- Помнишь, мне снился сон, где я была в поле, а потом на кладбище, а потом у меня появились синяки?

- Разумеется.

- Так вот, я тебе не рассказывала, ну как-то времени не было, но похожие сны мне снились каждую ночь.

Аделину опять больно кольнуло это «не рассказывала»:

- И снова были синяки?

- И не только! Она еще и ноги подворачивала, - влезла Сьюзен, - А ей говорила: расскажи всем. Я и сейчас считаю, что нам надо обратиться к Каролине.

- Нет! Мы не будем обращаться к Каролине! Мы со всем справимся сами, – рявкнула Алиса, Сьюзен пожала плечами и развела руками, глядя на Аделину.

Аделина, в свою очередь, почувствовала, что от всей ситуации веет тайной и какими-то приключениями. Она обожала это ощущение, но очень редко его испытывала. Да можно сказать по-настоящему, во взрослом возрасте никогда не испытывала. В детстве все вокруг такое волшебное, интересное, а когда тебе уже 17, этих приключений становится в жизни значительно меньше, если они и вовсе не пропадают. Все вокруг ясно и понятно, ну кроме того, что иногда может объяснить научная статья или тот же психотерапевт. Аделину же всегда манили книжные миры со смелыми и романтичными героями, которые постоянно преодолевают какие-то важные препятствия и попадают в новые увлекательные передряги. И несмотря на то, что она жила в мире, полном магии и нечисти, ей казалось, что тут все предписано и вообще как-то пресно, то ли дело их мертвый папа, являющийся в снах, которые оказывают влияние на реальность. Вот это уже что-то стоящее.

- Согласна с Алисой, - с энтузиазмом сообщила Аделина.

- Ну конечно! Кто бы сомневался, - всплеснула руками Сьюзен.

- Давай, расскажи все в подробностях и по порядку, - обратилась принцесса к Алисе. Ее уже даже перестало волновать, что сестра не делилась всем этим раньше, все перебивало чувство предвкушения чего-то нового и интересного.

Алиса пересказала все, не утаив и мельчайших деталей. Аделине всегда нравилось, как она все описывает: красочно и эмоционально, и девушка полностью увлеклась этим рассказом. Тем временем самая быстрая во всем из сестер, Сьюзен, уже анализировала ситуацию:

- Значит, раз ты там была в роли отца, то за ним гонялся какой-то чувак, который просил помощи. При этом был какой-то дом какой-то Анны, куда отец от него сбегал, но этот чувак его оттуда выгонял и требовал помочь. Может, это еще один хахаль этой Анны? А потом отец оказался на кладбище в каком-то гробу?

- Саркофаге в склепе, - поправила Аделина.

- Да, - отмахнулась Сьюзен, - Возможно, это какая-то история из прошлого отца, и он предупреждает тебя об этом мужике.

- Почему ты говоришь обо всем в прошедшем времени? – рассуждала Алиса, - Судя по моим синякам, все это происходит вот сейчас.

- Потому что, если ты еще не заметила, наш отец умер! И это все могло происходить только в прошлом. Как бы от него мертвого баба забеременела? – возмутилась Сьюзен.

- Откуда ты знаешь, что происходит с мертвыми после смерти? Тем более, с вампирами. Мало ли. Даже с облезшей кожей папа выглядел вполне живым.

- Но он мертвый, Алиса, - настаивала Сьюзен.

- Ладно, - согласилась Алиса, - Предположим он с того света что-то хочет мне сказать? А вдруг это не предупреждение, а просьба? Там, в склепе, отец всегда выглядит что-то просящим, но вместо слов у него вырываются только стоны.

Алису передернуло и вслед за ней передернуло Сьюзен. «Подумала бы, что это связь двойняшек, но знаю, что Сьюзен просто все представляет в картинках», - промелькнуло в голове Аделины.

- Просьба о чем? Отомстить тому чуваку, который засунул его в гробницу? – Сьюзен продолжала гнуть свою линию.

- В саркофаг в склеп, - снова поправила Аделина.

- Да нет же! – уже кричала Алиса, - Все-таки помочь ему.

- Он отца в могилу засунул, а ты ему помогать собралась! – Сьюзен тоже повысила голос.

- Могила – уже ближе, но вообще в саркофаг все же, - продолжала Аделина.

- Да пофигу! – гневно посмотрела на нее Сьюзен.

- Но с чего ты взяла, что он его туда засунул? Вообще-то отец выглядел будто уже мертвым, может, этот кто-то из сна его убийца? – продолжала мысль Алиса.

- Вот именно! Убил его и навсегда запер в этом саркофаге! – продолжала негодовать Сьюзен, выделяя последнее слово и глядя на Аделину.

- Угу. Навсегда. Учитывая, что отец упокоен на нашем заднем дворе, - тихо проговорила Аделина.

В разговоре возникла пауза.

- Вот именно! – зацепилась за сказанное Алиса, - Да и странно чуваку из сна убивать того, у кого он просит помощи.

- Неизвестно еще, оказал ли отец эту помощь, - протянула Аделина.

- Вряд ли, раз теперь этой помощи они просят у меня. И может, это все же в настоящем времени происходит, а этот склеп в мире мертвых, например.

- Да нет же! Это события прошлого. Чувак запер его в темнице.

- В какой темнице? – хором спросили Алиса и Аделина.

- Ну в склепе, - снова отмахнулась Сьюзен, - А потом уже отец умер по другим причинам. И он говорит тебе, чтобы и ты опасалась, не помогала ему, а то тоже в подземелье запрет и изуродует. С чего ты решила, Алиса, что можно общаться с мертвыми? Это какое-то мракобесие.

- Ну Даниэлла их сюда целую комнату напустила на наш День рождения. Ведовство часто и есть мракобесие.

- Но они были тенями, а не снились тебе.

- А если бы приснились, может, были бы такие же, как отец, - заключила Алиса.

- Постойте, вас реально волнует только то, в какое время это происходит, и чего хочет этот человек или вампир, ведьмак, может быть, который требует помощи? – подняла брови Аделина.

- А что нас по-твоему должно волновать? – озадачилась Сьюзен и скептически взглянула на сестру.

- Анна сказала, что у нее есть ребенок, от отца! Вас это совсем не задело? То есть где-то есть еще одна девочка, она же говорила «ее»? Наша сестра!

- Или кто-то из нас эта девочка, - задумчиво протянула Алиса.

- Меня всегда смущало, что мы не похожи, - сообщила Сьюзен.

- Это потому что вы двойняшки, а не близняшки! Что тут непонятного! – воскликнула Аделина.

- Да нет, это невозможно, - вдруг осенило Сьюзен, - Я же говорю: это события прошлого. Когда мы родились, отец уже умер. А тут он еще жив, а ребенок уже есть, да и в склеп, или как там его, еще ему надо было успеть попасть, выбраться, а потом умереть.

- А как умер наш отец? – вдруг спросила Алиса.

Все замолчали. Девочкам очень много всего рассказывали о жизни отца, как выяснилось, порой, даже небылицы, но про его смерть не было рассказано даже красивой легенды.

- Мы должны это узнать, - твердо заявила Аделина.

- Давайте немного поспим, похоже без информации от Каролины нам с вами не справиться. Утром встанем и спросим, только аккуратно, - Алиса взглянула на Аделину, та кивнула.

- Ну слава богу! Мы все-таки расскажем Каролине! А я сразу говорила! – выдохнула Сьюзен.

- Нет, мы спросим аккуратно, без рассказов о снах, - твердо сказала Алиса, - Вроде бы нам стало интересно, как это такую важную вещь нам не поведали.

- Отличная мысль, - улыбнулась Аделина, зевнула и потянулась, - И пойти поспать - тоже отличная мысль.

На том и порешили.