Розовое платье и искусственный интеллект (не) спасают галактику

Пролог

— Алиса, ты уверена, что это разумно? — вновь поинтересовалась я у своего искусственного интеллекта, а всё потому, что в груди неприятно зудело, а ещё нервно чесались ягодичные мышцы.

Память напоминала о том, что именно по таким признакам наши далёкие предки определяли интуицию. Мифическое и недоказанное наукой чувство, которое, дескать, предвещало будущее, а точнее — будущие неприятности.

Я, разумеется, как любой уважающий себя учёный, отказывалась верить в любой подобный бред, но сейчас... Сейчас мне было как-то совсем неспокойно.

— Я всё просчитала. У тебя ровно три цикла для того, чтобы забеременеть, и двенадцать месяцев для того, чтобы родить ребёнка и избежать повышения налога, — сурово и категорично заметила Алиса.

— А что, это единственный выход? — всё же переспросила я, уже зная, какой ответ услышу. Это был наш не первый разговор и даже не второй. Вот только я всё никак не могла смириться и принять тот факт, что мне придётся тратить своё драгоценное время на такие глупости, как деторождение. И почему социоучёные до сих пор не придумали никакого другого решения проблемы? На дворе 2345 год, мы успешно летаем по всей Солнечной системе, колонии сразу на нескольких планетах процветают, средняя продолжительность жизни составила почти двести лет, но детей нам приходится заводить всё так же, как и нашим первородным предкам, которые когда-то давно открыли огонь и впервые взяли в руки какие-то инструменты. Безобразие.

— Ты хочешь платить налог в 95 процентов, как нерожавшая? — в который раз насмешливо поинтересовалась Алиса, хотя мы уже множество раз обсуждали с ней всё это.

Я не хотела, да что там, я просто не могла себе такого позволить. У меня невыплаченный кредит за новенький квантовый компьютер, на котором сейчас работает Алиса, студенческий кредит ещё сорок лет выплачивать и ипотека на мой комфортабельный отсек с личным садом и даже джакузи!

Если с моей зарплаты начнут удерживать почти всё в пользу государства, то мне просто не на что будет жить. Нет, даже не так, мне не на что будет платить кредиты, а в таком случае меня запросто уволят через пару месяцев. У нас в лаборатории с этим особенно строго, да и вообще должников нигде не терпят, они считаются социально опасными. Ведь как можно доверять тому, кто не может держать обязательств?

Так что вариантов и правда было немного, но то, что сделала Алиса, мне решительно не нравилось, если не сказать больше.

— Ты понимаешь, что ты при этом потратила все наши накопления? И потратила их на одно платье? — всё же переспросила я, потому что у меня всё ещё было около получаса, чтобы отменить заказ. Все деньги мне не вернут, только семьдесят процентов, но всё же это лучше, чем ничего.

Просто мне совершенно не верилось, что какое-то платье сможет как-то решающе изменить моё положение и уж тем более помочь вступить в отношения с мужчиной и забеременеть.

— Я тебе говорю, что всё просчитала. Платье вообще окупится в течение полутора лет после рождения ребёнка, не забывай, что у тебя ведь ещё будут дотации, особенно если ты всё же сядешь в декрет, а не выйдешь обратно на работу хотя бы на первые полгода. Если останешься на год, так и вовсе не только платье отобьём, но и сможем львиную долю кредитов выплатить! — вещала Алиса голосом, полным уверенности, а я только тяжело вздохнула. Иногда мне даже казалось, что это не Алиса у меня, а я у неё в помощниках. Точнее, даже не в помощниках, а как что-то вроде забавного питомца, за которым нужно следить, поить, кормить и смотреть, чтобы он не натворил чего-то глупого. Это ощущение мне совершенно не нравилось, но я ничего не могла с ним поделать. Алиса уже очень давно стала членом семьи, хоть и была искусственным интеллектом.

Именно в этот момент браслет на моей руке завибрировал. Одно нажатие кнопки — и всплыло сообщение о том, что мой заказ взят в работу, и новое высокотехнологичное розовое платье, которое обещает улучшить не только мою фигуру, но и изменить мою личную жизнь, будет выслано по моему месту проживания в кратчайшие сроки.

Я только тяжело вздохнула. Всё. Отступить и передумать уже больше не получится. Теперь только вперёд и никак иначе.

— Тебе не стоит переживать! У нас всё обязательно получится! Да что там, мы ещё такого мужика найдём и отхватим, что все в лаборатории от зависти удавятся, — попыталась поддержать меня Алиса, правильно прочитав реакции моего организма на полученное сообщение. Всё же этот новый квантовый компьютер делал её почти человеком.

— Поживём — увидим, — только и смогла выдавить я из себя.

Глава 1.Страж границ

Мартин Гардан, полковник разведовательного звена

Вот уже почти неделю мы кружили вокруг внезапно появившегося в нашей галактике корабля нейромутов, и я начинал терять терпение.

— Маркус, просканируй ещё раз пространство, — приказал я снова своему почти другу, товарищу и напарнику — специально созданному и настроенному под меня искусственному интеллекту.

Я просто отказывался верить, что нейромуты появились здесь просто так. Это было совсем не в их правилах. Эти совершенно непонятные нам создания, которые даже нормального физического тела не имели, никогда не делали чего-то просто так. Именно это и нервировало.

Они пришли сюда, чтобы сделать какую-то пакость, я это чувствовал буквально кожей на затылке. И пусть учёные так и не смогли ни доказать, ни опровергнуть такое понятие, как интуиция, я своей доверял почти так же, как Маркусу. Не раз и не два она вытаскивала меня из самых горячих точек и спасала жизнь.

Конгломерат планет относился к нейромутам вполне нейтрально, но настороженно — в основном потому, что их действия были нам совершенно непонятны и непредсказуемы. Шутка ли, даже самый мощный разведывательный квантовый компьютер не мог просчитать, где в следующий раз появится их корабль, как долго он там останется и что эта раса сделает.

Пока нейромуты не проявляли никакой агрессии ни к людям, ни к другим дружественным нам нациям. Но это вовсе не значило, что ситуация не может быстро измениться. Такая непредсказуемость пугала и напрягала не только меня, но и всё разведывательное звено. Тем более что на все попытки ведения переговоров нейромуты отвечали, что сами начнут с нами разговаривать, когда придёт нужное время.

Что именно они понимали под этим «нужным временем» и когда оно, собственно, наступит, тоже оставалось за завесой тайны, что всех изрядно нервировало. Мы не привыкли играть по чужим правилам, предпочитая свои собственные.

Именно поэтому, как только корабль внезапно появился на территории нашей галактики, к нему тут же были отправлены несколько кораблей под моим командованием.

Задача была достаточно простой. Нам приказали внимательно наблюдать, не поддаваться на провокации, если таковые будут, и принять меры, если произойдёт акт агрессии.

Вроде обычный и нормальный приказ. Всё как всегда, но не тогда, когда речь шла о нейромутах.

Да, у них был корабль, но у них не было тела. И что произойдёт, если уничтожить сам корабль? Точного ответа на этот вопрос ни у кого не было, именно поэтому я был совсем не уверен в разумности подобного приказа. Кто знает, может быть, мы только сделаем хуже.

А так... появились они в одном месте на неделю, потом исчезли, чтобы через месяц появиться в другом — или через год. Ну любят создания путешествовать, в дела не вмешиваются. И тем не менее, я настойчиво ждал ответа от Маркуса.

— Сканирование пространства завершено, никаких сигналов за последние полчаса подано не было, — в который раз выдал искусственный интеллект. Сколько раз за последнюю неделю я слышал одно и то же? Не сосчитать.

— Продолжай сканирование на равных промежутках, через каждые полчаса, — устало приказал я, потирая переносицу.

Несмотря на то, что шептала интуиция, разум упорно напоминал, что уже неделю ничего не происходило. Так что, скорее всего, корабль просто испарится, чтобы появиться неизвестно где и неизвестно когда.

— Полковник, вы уверены, что это имеет смысл? Шансы на то, что что-то действительно произойдёт, составляют меньше одной десятой процента, — в голосе Маркуса слышались сомнения, но я только тяжело вздохнул и приказал ему напомнить мне кодекс стража границ, который, с того самого времени, как мои далёкие предки покинули пределы исконной планеты Земля, был неизменен.

В нём вполне чётко и конкретно говорилось, что главной задачей защитника является не допустить ни малейшей возможности. Ни одной. Только абсолютный ноль.

Маркус тяжело вздохнул, как будто был человеком, а не квантовым компьютером, и предложил вместо этого подумать о том, что мы будем делать, когда корабль наконец исчезнет и мы получим равнозначный во времени отпуск, только умноженный на два. Значит, на сегодняшний день я смогу отдыхать две недели. Настоящая роскошь для любого военного.

В своих мыслях я уже отправился на курорт и радостно грел пузо под тремя тёплыми солнышками, лёжа на берегу возле розового моря и радуясь жизни. Всё же отдыхать я умел, не только работать.

Как вдруг резкий вой сирены заставил меня буквально упасть с кресла пилота.

— Что это вообще такое? — поинтересовался я сконфуженно, а затем мне стало окончательно не по себе, потому что такая сирена включалась только при нападении или открытом вторжении.

Неужели нейромуты решили напасть? Но почему именно сейчас? Я ведь буквально три дня назад распустил всю поддержку, которая у меня была!

Наверное, именно поэтому. Они, пусть и бестелесные создания, но совсем не дураки и прекрасно понимают, что один корабль, пускай и новейшего поколения со всеми возможными наворотами, просто не устоит.

Какой же я дурак!

— С корабля нейромутов был послан сильнейший энергетически-информационный сигнал, примерный объём равен миллиону йоттабайтов, — сообщил мне Маркус, а у меня волосы на голове встали дыбом. Даже один йоттабайт — это огромное количество информации! Современный искусственный интеллект вкупе с квантовым компьютером занимает намного меньше места. Фактически, это память нескольких человек. А уж миллион...

Неудивительно, что корабль трактовал сигнал такой мощности как нападение, потому что наши технологии просто не могли даже представить, как можно передать такое количество данных, не разрезая при этом время и пространство и не нарушая все известные нам законы физики.

— Какова была скорость сигнала? — поинтересовался я, пытаясь сохранять спокойствие и сообразить, что делать дальше. Было глупо отрицать — ситуация была, если не чрезвычайной, то очень близкой к этому. Но что именно я могу сейчас доложить своему начальству?

Маркус молчал.

Он что, издевается?

Я повторил свой вопрос, не скрывая раздражения в голосе.

— Простите, я не могу оценить скорость — она выходит за пределы существующей у нас системы исчисления.

Если бы я не сидел уже в кресле пилота, то мне бы срочно понадобилось присесть.

Это не просто чрезвычайная ситуация — это, вполне возможно, конец моей карьеры. А ведь всё так хорошо начиналось.

Так, ладно, Мартин, ты уже давно не неопытный желторотик, ты полковник, и в твоей жизни и раньше случались неприятности. Да, не такого масштаба, но тем не менее.

— Так, Маркус, какую информацию об этом сигнале мы вообще можем получить? — поинтересовался я, очень надеясь на то, что Маркус и бортовой компьютер не подведут и смогут дать мне хоть какую-то информацию, которую я смогу потом предоставить начальству, чтобы не выглядеть полным идиотом.

— Этот сигнал уже достиг шаттла под номером 1455664, — сообщил мне Маркус.

— Чего? Немедленно запросить полную информацию об этом шаттле! — потребовал я, пытаясь сообразить, почему у шаттла нет имени. Обычно все пассажирские шаттлы, не говоря уже о военных, имели не только номер, но и имя.

— Мартин, корабль нейромутов исчез из поля зрения, — поспешил ещё больше "порадовать" меня Маркус, а я не стесняясь замысловато выругался. Это был полный провал.

Корабль нейромутов впервые за более чем сотню лет послал сигнал, огромный по своим размерам, который мы не смогли перехватить, который оказался неизвестно где, после чего сам корабль, как это обычно и делали нейромуты, просто испарился.

Я буду счастливчиком, если после всего этого мне позволят мыть полы на какой-то захудалой планете, где свет звезды бывает один раз в году. Я судорожно сжал кулаки, пытаясь каким-то чудом придумать хотя бы то, как я буду докладывать о своём провале.

— Шаттл 345-675 логистический и принадлежит компании "Быстрые курьерские службы". На его борту на данный момент не находится ни одного гуманоида или разумного существа, получившего статус живого. Шаттл следует курсом на Солнечную систему и должен в течение следующих трёх суток доставить около пятисот срочных посылок, — отчитался Маркус.

— Что за бред? — возмутился я, потому что всё, что говорил мне сейчас искусственный интеллект, было лишено смысла, если не сказать больше. И вопрос не только в том, как отправить на стандартный шаттл такое количество информации, чтобы все системы не сошли с ума. Вопрос в том, зачем это вообще делать?

Ответов на эти вопросы у меня не было. Вообще не было, и именно это больше всего и выводило из себя. Впервые я, Мартин Гардан, столкнулся с такой ситуацией, с которой решительно не знал, что делать, если не сказать больше. Не было ни служебных инструкций, ни опыта, на который я мог бы опереться.

— Так, ладно, прокладывай кратчайший курс к шаттлу и связывайся с адмиралом на закрытой линии, — приказал я Маркусу.

— Вы уверены в этом решении? — настороженно поинтересовался у меня искусственный интеллект, а я, не знаю каких усилий мне это стоило, просто не вмазал по панели управления. Потому что я ни в чём не был уверен, если не сказать больше, и тем не менее что-то определённо надо было делать. Как минимум отрапортовать о произошедшем вышестоящим, а там уж пусть они сами разбираются и что-то придумывают, потому что у меня решительно не было ни малейшей идеи, что делать в этой ситуации.

Так что я только смотрел, как Маркус соединяет меня по закрытой линии с адмиралом.

— Полковник Гардан! — гаркнул адмирал, который явно мне не рад и вообще выглядел так, как будто он только что с удовольствием залез в горячую массажную ванну для расслабления, а тут я. Ну что же, мне жаль, но придётся адмирала расстроить ещё больше. — Я очень надеюсь на то, что у вас есть серьёзные причины, по которым вы меня потревожили по закрытой линии в столь неурочный час.

Я глянул на часы. Там, где сейчас находился адмирал, и правда было за полночь. Почему меня не предупредил Маркус? Хотя, какая разница? В сложившейся ситуации я и так, и эдак был обязан доложить.

— С корабля нейромутов был послан сильнейший энергетически-информационный сигнал, примерный объём равен миллиону йоттабайтов, скорость сигнала выходит за пределы существующей у нас системы исчисления. Сигнал был принят шаттлом 345-675 логистической компании "Быстрые курьерские службы". По доступной мне информации, на момент получения сигнала на шаттле не находилось ни одного гуманоида или разумного существа, получившего статус живого. Шаттл следует курсом на Солнечную систему и должен в течение следующих трёх суток доставить около пятисот срочных посылок, — я коротко и чётко пересказал всё произошедшее, а адмирал нервно булькнул, вылупившись на меня огромными, как плошки, глазами.

— Шаттл не разорвало? — уточнил адмирал после минутного молчания.

— Такой информации не было. Я уже направил свой корабль к шаттлу, но у меня займёт, — я кинул короткий взгляд на проложенный маршрут, — не менее четырёх дней, чтобы до него добраться.

— Объявляю операцию перехвата! — гаркнул адмирал и шлёпнул кулаком по воде, видимо на мгновение забыв, где он находится, а я только кивнул.

— Чтобы отчёт со всеми деталями был у меня на столе через пару часов максимум. Я буду собирать совет и решать, что делать дальше, — заявил адмирал, а я вновь только кивнул. Так определённо будет лучше. А я — военный, существо подневольное. Мне приказали — я делаю.

Глава 2. Вам посылка

Марина Пробиркина, старший научный работник.

— Поживём — увидим, — прохрипела я, разглядывая уведомление о том, что заказанное мной и Алисой платье прибудет с опозданием по независящим от отправителя причинам.

И всё бы ничего, вот только круглую сумму с моего счёта за эту красоту, которая должна была срочно наладить мою личную жизнь и решить все проблемы разом, уже успели списать.

Ну, а что я ещё могла сказать? Устроить истерику? Она сейчас делу точно не поможет, наоборот, только привлечёт лишнего внимания, так что вместо этого я просто оделась и, как всегда, отправилась на работу. Прошла мимо огромного стенда с голографической рекламой, который напоминал мне о том, что счастье и святая обязанность каждой женщины — произвести на свет хотя бы одного ребёнка, потому что именно так мы оказываем свой посильный вклад в развитие галактики и даём надежду всем тем мужчинам, которые самоотверженно служат и заботятся о нас в космосе.

Я уже столько раз слышала всю эту историю, что она порядком набила оскомину, если не сказать больше, но вариантов что-то изменить у меня всё равно не было.

Этот мир был придуман не мной.

А всё началось примерно пару сотен лет назад, когда учёные заметили резко падающую репродуктивную функцию у женщин, которые много времени проводили в космосе.

За примерно сорок лет удалось вывести алгоритм, который был прост и одновременно устрашающ в своей беспощадности. Женский организм был намного более пластичен, чем мужской, поэтому женщины намного легче переносили перегрузки и изменения в гравитации, быстрее адаптировались. Вот только у этого была страшная цена.

Женщины, которые проводили в космосе более двух недель, начинали быстро и бесповоротно терять свои репродуктивные функции, они словно расплачивались ими за ту лёгкость, с которой переносили перегрузки.

Примерно ещё полвека вопрос пытались решить альтернативными способами и методами: создать искусственные биомеханизмы, которые смогли бы выполнять эти функции за представительниц прекрасного пола.

Вот только и из этого ничего путного не выходило. Да, дети появлялись, но почти все они были с теми или иными отклонениями. И сколько мы ни бились над этим вопросом, ничего сделать не получалось. А мы действительно старались, да что там, я сама работала почти каждый день, чтобы решить эту проблему, но, как бы печально это ни звучало, нам было очень далеко до успеха. Ничто и никто не мог заменить функции женщины по вынашиванию потомства.

Именно с этой минуты началась страница истории, в которой женщинам не стало места в космосе. Разумеется, все это было завуалировано общественными интересами и заботой о будущем. В конце концов, сейчас, когда человечество смогло решить все свои проблемы, освоить множество планет и фактически подчинить себе всю галактику, найдя взаимодействие с дружественными расами, говорить о прямых запретах было попросту негуманно.

Вот только можно ведь и не запрещать напрямую, а просто сделать это, если не невозможным, то маловероятным и очень непривлекательным. Например, ввести правило о том, что без дополнительных страховых выплат женщина может выходить в космос только после рождения двух детей или когда рожать уже совсем поздно.

Нет, а что тут такого? Вроде все вполне логично и даже правильно, ведь выход несет в себе вполне определенный, а можно сказать, доказанный риск для здоровья. А то, что эти самые выплаты по размеру сопоставимы с личным летающим автомобилем или первым взносом за собственное жилье, так что тут можно поделать? Ведь заботятся о нашем здоровье!

Понятно, что никто вменяемый и не обладающий бешеными деньгами не может позволить себе платить такие деньги для того, чтобы просто слетать на недельку на курорт на Марс или что-то в этом духе. Такое возможно только после рождения парочки детей.

Казалось бы, в чем проблема? Пособия на детей у нас почти в полтора раза превышают зарплату, система здравоохранения прекрасная, даже экологию и ту умудрились значительно подправить, так что теперь и воду из лужи пить не страшно. Рожай, не хочу.

Вот только было одно "но". Точнее, даже несколько. Во-первых, из-за почти столетия попыток решить вопрос, общая фертильность резко снизилась, и теперь далеко не у каждой женщины получалось выносить ребенка, даже если беременность наступала. Из десяти беременностей только одна-две заканчивались родами.

Во-вторых, на Земле практически остались одни женщины. Зачем тут оставаться мужчинам? Им открыт космос, где, помимо прочего, доступны гораздо более высокооплачиваемые работы. Зачем оставаться на Земле и становиться, в прямом смысле слова, быком осеменителем?

Таким образом, не только детей приходилось вынашивать в одиночестве, но и растить их тоже. Несмотря на высокие пособия и выплаты, это было совсем не легко. Обладательница даже косого и хромого мужа считалась счастливицей, на которую смотрели с завистью. Да что там, даже наш садовник Петр Васечкин, которому было глубоко за семьдесят, считался очень завидным кавалером. Пусть завести детей от него было невозможно, а ходил он очень медленно, но он был мужчиной, да еще и бывшим военным.

Военные считались в нашем мире чуть ли не высшей кастой, небожителями. Причем в самом прямом смысле этого слова. Однако встречались они у нас очень редко. Да и зачем? Военные были где-то там, на границе галактики, общались с инопланетянами, которых мы видели разве что по телевизору и программам, и совершали подвиги.

Что они могли забыть на своей изначальной родине? Бывали случаи, когда сын навещал свою мать, но обычно пары визитов хватало, чтобы молодой человек травмировался от количества женского внимания и в будущем предлагал встречаться за пределами планеты.

Поэтому мне откровенно было сложно представить, каким должно быть платье, чтобы отвлечь от пробирок тех трех мужчин, которые работали в нашем огромном исследовательском центре. Разве что кто-то залетный. Но, с другой стороны, времени у меня было не так много, чтобы выбирать. Мне срочно нужно было забеременеть, и чем быстрее, тем лучше.

Именно поэтому новости о том, что моя посылка задерживается, вызвали у меня столь серьёзное ухудшение настроения.

Не то чтобы я всерьёз рассчитывала на то, что какое-то там платье сможет как-то кардинально поменять мою жизнь, но потратить такую кучу денег, а потом ждать посылку как последняя идиотка было тоже не очень приятно. Точнее, совсем неприятно.

Настолько, что я даже не пожалела времени и сначала полезла в сам договор о покупке и прочитала его весь, даже то, что было написано мелким шрифтом. А потом и вовсе написала гневное письмо в логистическую компанию с требованием вернуть мне часть денег, несмотря на то, что доставка была бесплатной и входила в стоимость платья.

Рассудила я при этом вполне логично: если не попытаться получить хотя бы чуть-чуть своих денег обратно, то точно ничего не получишь, а так шанс есть, и я хотя бы попробовала.

Алисе всё это очень не понравилось.

— Если бы я не мониторила твой уровень гормонов и не понимала, что твои действия вызваны серьёзным переизбытком кортизола, я бы сильно обиделась и даже перестала бы с тобой разговаривать на несколько дней. Но понимание твоей ситуации совсем не означает, что мне приятно испытывать на себе твоё недоверие, — поведал мне искусственный интеллект. А мне ненадолго, но стало стыдно.

— Прости, Алиса, но я так переживаю. А что, если они потеряют посылку? И вообще, я не понимаю, почему мне ничего не говорят и не объясняют!

Именно в этот момент мне пришёл ответ от логистической компании, который Алиса зачитала вслух. После этого мы обе на какое-то время замолчали.

— Они что, издеваются? — осторожно поинтересовалась я у Алисы.

— Я только что проверила, компанию никто не взламывал, — так же сконфуженно сообщила мне Алиса, а я тяжело вздохнула, пытаясь хоть как-то, если не смириться с ситуацией, то хотя бы приблизиться к её пониманию. Потому что логистическая компания на полном серьёзе утверждала, что шаттл, на котором летело моё платье, был задержан разведывательным звеном Совета для проверки.

— Нет, Алиса, ну ты же понимаешь, что это не может быть правдой? — осторожно поинтересовалась я у искусственного интеллекта в поисках поддержки, но Алиса подозрительно молчала.

— Я посчитала, шансы на такое равны примерно половине процента, — выдала система, а я тяжело вздохнула.

— Примерно столько же, что вот тут прямо перед нашим домом сядет разведывательный истребитель или как там у них сейчас называется аппарат, из него выйдет какой-то красавчик, и он самолично передаст мне посылку!

Я просто не смогла сдержать сарказма. А что я ещё могла делать?

Объяснение логистической компании было настолько бредовым, что даже в голове не укладывалось. Я всё ещё находилась на Земле, в колыбели нашей цивилизации, на планете, с которой всё началось. На самой безопасной планете в системе. Настолько спокойной и безопасной, что у нас чуть больше сотни лет назад даже полицию полностью заменили на дронов, а лет пятьдесят назад — на искусственный интеллект, потому что и дронам тут заняться было нечем.

Ну какое разведывательное звено, которое изначально считают чуть ли не элитой вооружённых сил? Что бы оно тут делало?

Хотя вот, кстати, интересный вопрос: если бы действительно прилетел кто-то подобный, что бы произошло быстрее — они бы умерли со скуки или их бы достали своим поведением женщины?

— Я думаю, что последнее. По доступной мне информации, ещё ни одной смерти от скуки официально не зарегистрировано, — оказывается, последнюю мысль я высказала вслух, и Алиса тут же поспешила мне ответить. Вот что значит проводить много времени в лаборатории — я привыкла не стесняться и думать вслух.

Тем временем из-за окна послышался странный звук, а солнце на мгновение закрыло большая тень.

Что это такое?

— Марина, на парковку перед домом садится истребитель разведывательного звена, — поспешила сообщить мне Алиса, пока я прилипла к окну. Мне же было просто необходимо это услышать, потому что я отчаянно отказывалась верить своим глазам.

— У нас просят разрешения зайти на нашу территорию. Бортовой компьютер сообщает, что нам пришла посылка, — странным голосом сообщила Алиса, а мне одновременно понадобилось и присесть, и выпить воды.

Глава 3. Работа посыльного

Мартин Гардан, полковник разведовательного звена

Еще никогда я не чувствовал себя таким бесполезным идиотом, как на этой неделе. И нет, то, что устроили нейромуты, оказалось только началом этого прекрасного процесса, погружения на самое дно.

Разумеется, операция перехвата удалась. Да и как она могла не удаться, если перед нами и на первый, и на второй, и сто тридцатый взгляд был самый простой логистический шаттл под прекрасным номером 1455664?

Конечно, его запросто догнали и перехватили, а затем обыскали. А потом снова обыскали, а потом достали разрешение на спецобыск и обыскали снова. И что?

А ничего!

Как будто и не было никакого сигнала.

Честное слово, я даже подумал, что мне все это показалось. И вообще Маркус сошел с ума и просто засек то, чего не может быть.

Это, впрочем, уже безуспешно вторые сутки пыталась доказать целая группа аналитиков и ученых, но искусственный интеллект успешно держал оборону. А затем пришли данные одновременно с четырех отдаленных спутников, которые умудрились засечь сигнал, и все вновь вернулись к старым баранам, а точнее к вопросу, куда и зачем пришел сигнал.

Логистическая компания голосила, словно ее пытались разрезать лазером, угрожая исками и штрафами, а совет пытался спешно принять решение о том, можно ли будет просто по винтикам разобрать весь шаттл. Ну и самое важное — можно ли будет вскрыть посылки частным лицам, если в самом шаттле ничего не найдут.

Решение и правда было непростым, потому что охрана частной жизни стояла в Конституции совета, и нужны были очень веские основания для того, чтобы получить судебное решение на вторжение.

Ну что же, еще сутки у нас ушло на то, чтобы разобрать весь шаттл.

И снова ничего.

Ну кроме того факта, что теперь разведывательный отдел должен был обеспечить логистическую фирму новым шаттлом взамен разобранного и оставленного на улики.

Но это, к счастью, уже было не мое решение, так что и ответственности, в том числе финансовой, я за это не нес. Но на этом радостные новости и заканчивались.

Почему? Потому что мы ничего не нашли, и более того, не успели получить разрешение от совета на досмотр посылок.

Логистическая компания решила не терять времени даром и воспользоваться ситуацией. Точнее, эти гады попросту отказались доставлять посылки без шатла, заявив, что у них нет на это ресурсов.

Серьёзно?

Это был такой бред, в который даже мне было сложно поверить.

Однако адмиралу это не просто понравилось — он был буквально в восторге от такого поворота событий и заявил, что это прекрасно, потому что, хотя мы и не сможем досмотреть посылки, зато точно сможем воспользоваться нашим разведывательным опытом, чтобы выявить людей, которые могут быть подозрительными или гипотетически представлять интерес для нейромутов.

И нет, я был согласен с ним в этой цепочке рассуждений, но ровно до того момента, пока адмирал с радостью и каким-то садистским удовольствием не сообщил, что этим прекрасным заданием предстоит заняться именно мне. Лично.

Я был в таком шоке от подобного приказа, что даже не сразу нашёлся, что возразить, а когда дар речи наконец ко мне вернулся, выяснилось, что адмирал уже отключился.

Вот это подстава!

— Нам понадобится около недели, чтобы выполнить приказ адмирала, — тут же поспешил "обрадовать" меня Маркус, которому, очевидно, даже в голову не пришло, что мне это не придётся по нраву. Он просто использовал это время и моё молчание, чтобы правильно просчитать и проложить маршрут.

Я тяжело вздохнул, потому что понимал: нравится мне это или нет, никого не волнует. Мне не оставили выбора. Пытаться сейчас снова поговорить с адмиралом было не только глупо, но и бесполезно.

Ещё неизвестно, какими могут быть последствия. Он ведь может не только лишить отпуска или отправить служить куда-нибудь в глушь, но и сделать меня козлом отпущения, а если не лишить звания совсем, то прилично разжаловать.

Оно мне надо?

Конечно, нет.

Так что я только печально вздохнул и поинтересовался у Маркуса, где наша первая цель.

Уже пять дней я, полковник разведывательного звена, работал самым обычным курьером. За это время успел пройти через все стадии — от гнева и отрицания до принятия. Сейчас я находился на том неприятном этапе, когда не просто сочувствовал курьерам, но был готов сам выйти на забастовки и баррикады, требуя, чтобы их всех заменили роботами-андроидами.

Проклятая работа.

Честное слово, пару раз я всерьёз задумывался о том, чтобы подать в отставку и предложить адмиралу самому продолжить моё "начинание".

Первый раз такое желание возникло, когда меня приняли за стриптизёра-жиголо, и я с трудом отбился от компании разнузданных девушек, которые отказывались верить, что я на самом деле полковник и просто доставил посылку. Дамочки пытались стащить с меня штаны и даже запихнуть внутрь купюры. Я и не знал, что где-то ещё вообще пользуются бумажными деньгами, думал, что все давно перешли на виртуальные кредиты. После этого инцидента пришлось долго отмываться под ехидные комментарии Маркуса о том, что такие вещи являются переносчиками болезней, и сдавать кровь на тесты. Было откровенно страшно, что я мог подхватить что-то, что придётся лечить долго и мучительно.

Из хороших новостей оказалось лишь то, что пару купюр, которые мне накидали, оказались страшно дорогими и коллекционными, так что Маркус предложил выставить их на аукцион.

Я же пока не мог решить моральную дилемму: как выставить на продажу то, что побывало у меня в трусах. После этого случая я стал ходить на передачи посылок с боевым лазером, хотя согласно предписаниям его можно было брать только на боевые задания. Но теперь я ни в чём не был уверен и справедливо считал, что лучше перестраховаться, чем потом жалеть, что этого не сделал.

Когда я принёс небольшую коробочку девушке с огромным животом, очевидно на последнем месяце беременности, и у неё прямо на месте отошли воды, боевой лазер мне не помог. Как, впрочем, и весь мой боевой опыт, и корочки по оказанию первой медицинской помощи.

Мне пришлось буквально на истребителе доставить будущую мать в больницу, а затем вместе с ней "рожать", потому что она вцепилась в меня с такой силой, что ни две медсестры, ни успокоительное, ни обезболивающее не смогли её от меня отцепить. После этого мне самому понадобилось успокоительное — руки дрожали как при боевой лихорадке.

Мы с Маркусом в едином порыве оформили еженедельную доставку цветов моей матери, потому что таких криков и ужаса я не видел даже на боевых заданиях.

— Как дела? — поинтересовался адмирал, когда мы уже развезли почти половину посылок, хоть и с опозданием от графика. Честно говоря, я еле удержался, чтобы не отправить его в открытый космос без скафандра.

Помогло даже не чудо и не моя выдержка, а то, что Маркус сориентировался быстрее и тут же начал рассказывать адмиралу о подозрительных посылках, которые мы нашли до этого дня. Таких было всего три.

Одному программисту мы доставили целый комплект запчастей для квантового компьютера, которые он тут же с нетерпением начал распаковывать и устанавливать. Ещё была лаборантка, заказавшая редкую слизь, и одна любительница роботов-цветочков.

Но как можно было спрятать что-то подозрительное в этих вещах, я не понимал. К счастью, это не моя задача — этим должны заниматься аналитики, которые будут анализировать и людей, и то, что я узнал об их заказах. Пока что всё было так же глухо, как в вакуумной коробке.

Именно это Маркус и сообщил адмиралу, только в более вежливой и официальной форме. Начальству такие новости не понравились, так что мне оставалось только сделать каменное лицо и сказать, что нам нужно поторопиться, чтобы продолжить доставку. И ведь не соврал!

Последней в моем списке была планета Земля. Колыбель. То место, откуда мы все были изначально родом, и пускай я сам родился на другой планете, но стоило мне только увидеть сине-зелёный шар, как что-то в моем сердце сладко замерло.

Земля была очень красивой.

— До первого места назначения осталось не больше пятнадцати минут. Нам надо передать платье для Марины Пробиркиной, — сообщил мне Маркус, а я не сдержался и фыркнул. Дожили, я девушкам платья перевожу, вместо того чтобы с них эти самые платья снимать.

— Мда, это, кстати, интересный случай, — задумчиво проронил Маркус.

— Это чем же? — ядовито поинтересовался я.

— Просто посмотрите на сумму чека, — многозначительно проронил Маркус и моментально закрыл картинку приближающейся планеты, чтобы я мог полюбоваться на накладные.

— Сколько? — поражённо переспросил я.

— Вот я тоже не совсем понимаю, что такого должно быть в платье, чтобы оно столько стоило. Мне проверить сайт производителя?

— Немедленно! — приказал я, а сам заходил взад и вперёд, потому что интуиция буквально вопила о том, что я напал на правильный след.

Только подумать: платье стоимостью как квартира! Да что там, это три моих месячных зарплаты, а зарплаты у таких, как я, совсем не скромные и позволяют буквально жить на курортах, ни в чём себе не отказывать и ещё немного откладывать.

Кто же ты такая, Марина Пробиркина? Потому что сколько я ни силился, я так и не смог вспомнить ни одной крупной и богатой семьи с такой фамилией. Хотя они бы, скорее всего, и не жили на Земле.

Сперва Маркус вывел мне изображение девушки и её анкетные данные. Я посмотрел на уровень доходов и присвистнул. У неё точно не было денег на подобное платье! Точнее, гипотетически, конечно, были, но для этого надо было угрохать все свои сбережения. Кто в здравом уме станет так поступать?

Нет, тут явно что-то нечисто.

— Что по самому платью? — напряжённо поинтересовался я у Маркуса, наблюдая за тем, как убывает время и остаётся всё меньше минут до того самого момента, когда мне надо будет это самое платье передать.

— Говорят, что это какой-то новейший материал, а само платье наделено искусственным интеллектом, — с сомнением в голосе произнёс Маркус.

— Такое вообще возможно? — осторожно уточнил я.

Маркус задумался примерно на тридцать секунд, а я начал уже корить себя за то, что никогда особенно не интересовался последними техническими разработками. Мне было просто не до этого.

— Это возможно, и в таком случае я бы даже сказал, что стоимость платья оправдана. Но если так, то я всё равно не понимаю, почему об этом не трубят на каждом углу. Только если это какая-то исследовательская штука, так сказать, первый или один из первых лабораторных вариантов. Чтобы узнать больше, нужно будет больше времени. Ну и желательно бы получить доступ к системе производителя, потому что сейчас у нас его нет.

Я вздохнул и посмотрел на время. Оставалось не больше пяти минут. За это время что-то подобное всё равно не получится сделать. Для этого надо вновь связываться с адмиралом, делать официальный запрос, буквально продираться сквозь дебри бюрократии. Одним словом, сейчас мы точно этого сделать не успеем.

— Хорошо, допустим, платье действительно выглядит подозрительно. Можно ли в него, даже гипотетически, закачать тот объём информации, который послали нейромуты?

— Гипотетически возможно всё, — неожиданно философски возразил мне Маркус, а я только тяжело вздохнул, потому что раньше не замечал за ним таких наклонностей.

— Мне нужно знать точно, — сурово сказал я. В самом деле, мы здесь не шутки шутим, всё более чем серьёзно. Могла ли эта девушка каким-то образом быть связана с нейромутами? Я вновь бросил взгляд на её анкету, отмечая, как время словно песок утекает сквозь пальцы.

Она даже планету ни разу не покидала, детей нет.

Нет, всё это выглядит как нелогичный бред. Но другой версии у нас пока всё равно не было.

— Мы приземлились, — тем временем поспешил сообщить мне Маркус.

— Отдай мне упаковку, — хмуро потребовал я. От одной мысли о том, что я вот прямо сейчас, своими руками могу отдавать нечто опасное для собственной колыбели, меня передёргивало. Но что я мог поделать? Вариантов всё равно не было.

Глава 4. Операция соблазнить полковника

Марина Пробиркина, старший научный работник

Вот только времени для того, чтобы присесть или выпить воды у меня не было, потому что прямо на моих глазах во двор, на специальную парковку, опускался боевой корабль — такой красивый, как в фильмах. Нет, даже лучше, потому что это был не фильм, а реальная жизнь.

— К тебе придёт полковник Мартин Гардан, — заговорщеским голосом выдала мне Алиса. — Я уже пробила его по сети, он просто невероятный красавчик!

Видимо, мой искусственный интеллект решил меня окончательно добить, потому что к знакомству с полковником, и уж тем более с красавчиком, я была совершенно не готова, настолько, что у меня от волнения всё поплыло перед глазами.

Именно в этот момент Алиса взяла и плеснула мне воды в лицо. Я закашлялась, но действительно пришла в себя.

— Ты совсем сдурела? — возмущённо поинтересовалась я у искусственного интеллекта, который так невовремя решил воспользоваться функциями умного дома.

— Это ты сдурела! — в тон ответила мне Алиса. — Я только о тебе забочусь! Что это ты расслабилась и превратилась в простейшую бактерию? К тебе, возможно, идёт единственный свободный мужчина на планете, если не во всей системе, а ты тут решила в обморок падать! Его надо хватать и тащить в спальню, чтобы исполнить свой долг перед правительством и не платить налоги! Ты вообще хоть понимаешь, какой шанс тебе выпал? — заходилась в воспитательных воплях Алиса, а я хохотала ещё больше. Особенно потому, что она была права, а женщины вообще не любят, когда кто-то другой, кроме них, прав.

— Ага, только не забудь о том, что благодаря тебе мне срочно нужно переодеться, — зло выплюнула я.

— Не успеешь, он уже в конце коридора, — резонно заметила Алиса, а я всё равно лихорадочно заметалась по квартире, потому что открывать дверь незнакомому мужчине в мокрой рубашке, которая неприятно прилипла к телу, было как-то совсем не уважительно.

— Успокойся, иди открывай дверь! Я выяснила, что у некоторых мужчин есть такие фантазии насчёт женщин в мокрой одежде, так что если повезёт, то в постель не ты его потащишь, а он тебя, — ехидно заметила Алиса, а я словно на стену налетела, замерев в растерянности посередине комнаты.

Именно в этот треклятый момент прозвенел нетерпеливый и настойчивый звонок в дверь.

Я тут же, позабыв обо всём на свете, кинулась к двери и распахнула её. Всё же воспитание заставляло меня действовать на автомате, а не думать головой, и именно оно сейчас вполне чётко сообщало, что нельзя заставлять ждать мужчину, да ещё и военного.

Так что сейчас я, в мокрой рубашке и неизвестно в каком виде, смотрела на потрясающе красивого мужчину, чуть старше меня.

Алиса не соврала.

Мартин Гардан был настолько хорош собой, что у меня начали дрожать колени. А главное, он был вполне себе живым и стоял прямо передо мной, а его костюм не скрывал ни одной детали сильного, поджарого, спортивного тела.

"У него наверняка и кубики есть", — промелькнуло в голове истеричное, а я не удержалась и глупо хихикнула.

— Марина Пробиркина? — осторожно уточнил мужчина, который нервно мялся возле дверей, а я резко поняла, что плевать, как я выгляжу, его срочно надо затаскивать внутрь квартиры, пока этого не сделала какая-то из моих соседок.

— Проходите, проходите, — я поспешила отодвинуться в сторону от дверного проёма, а мужчина ещё пару мгновений потоптался возле, но всё-таки зашёл внутрь. На моём же лице тут же появилась дикая и очень счастливая улыбка. Очень хотелось вот прямо сейчас приказать Алисе немедленно закрыть входную дверь и не открывать её, но я прекрасно понимала, что подобную фразу можно понять превратно, и ещё не известно, как мужчина на это среагирует.

— С вами всё в порядке? Вы такая мокрая, — осторожно и заботливо поинтересовался он, а я была готова расцеловать Алису, если бы могла. Всё же она — только искусственный интеллект, и тела у неё нет. Но она была права! Моя мокрая рубашка явно привлекла внимание. Главное сейчас — не терять времени и пользоваться моментом. Алиса права: у меня один шанс на миллион, так что я просто не имею права его упускать.

— О, я просто принимала душ, — поспешно соврала я, вновь глупо хихикнула и отошла в сторону от двери.

— Не стоит волноваться, я не займу у вас много времени, — тут же заверил меня настоящий полковник и вошёл в квартиру. Я облегчённо выдохнула, потому что Алисе отдельного приказа не понадобилось: она ловко закрыла дверь за спиной мужчины.

Нет, я не питала никаких иллюзий о том, что Мартин Гардан не сможет выйти из моей квартиры, если очень сильно захочет. Всё же я не была настолько в отчаянии, чтобы попытаться силой задержать военного. Даже представить боюсь, чем такое вообще могло бы кончиться.

Но всё остальное, что не выходило за рамки насилия, было мне доступно, в том числе и так называемая женская хитрость.

— Вам не стоит так волноваться, я уже закончила, а вы, значит, решили лично доставить мне платье? — я улыбнулась как могла соблазнительно, стараясь игнорировать мокрую одежду, неприятно липнущую к телу и холодящую кожу. Ещё только не хватало простыть. Хотя, если всё выгорит, то какая мне разница, ну, полежу полдня дома. Это, пусть не очень приятно, но такие мелочи по сравнению с тем, что сейчас на кону.

— Может быть, вам стоит переодеться? Вы явно мёрзнете, — несколько неуверенно поинтересовался мужчина. Я поняла, что это приглашение. Ну, то есть почти приглашение, просто сам Мартин Гардан этого ещё не понял. Поэтому, не стесняясь, потянула футболку вверх, оставшись в облегающих брючках и бюстгальтере.

Глаза у военного буквально на лоб полезли, но я решила даже не спрашивать, стесняю ли я его или нет. Мне ведь осталось снять только брюки, и считай, полдела уже сделано.

Интересно, если я справлюсь и без платья, его можно будет вернуть? Хотя бы получив обратно половину суммы? Это, конечно, не всё, но и такой вариант меня сейчас бы устроил.

Только подумать — такой красавчик! Ух, у нас будет просто невероятно красивый ребёнок!

— Давайте вы уже примите у меня посылку и распишитесь в получении, — несколько нервно попросил Мартин, после того как я многозначительно устроилась рядом с ним и поинтересовалась, не хочет ли он что-то выпить.

Мужчина решительно отказался, твёрдо заявив, что на службе он себе такого не позволяет. Это были плохие для меня новости, потому что всем известно, что пьяные мужчины гораздо более доступны, чем трезвые, но я только широко улыбнулась и похвалила его высокие моральные принципы.

Ну а что ещё я могла сделать? Ну не пытаться же на самом деле влить в него алкоголь. Это могло очень плохо кончиться.

— Может быть, вы хотите посмотреть на платье, которое я купила? — без всякого энтузиазма предложила я, ожидая, что и тут получу решительный отказ. Но каково же было моё удивление, когда Мартин Гардан тут же согласился и, более того, впервые разговорился.

Пока я подписывала документы на получение, он рассказывал мне, что в последнее время очень сильно заинтересовался новейшими технологиями и разработками, и моё платье, стоило ему только узнать все его особенности, его очень заинтересовало.

Одним словом, полковник буквально фонтанировал словами, а я пыталась сообразить, попытаться ли мне переодеться прямо при нём и потом сказать, что у меня молнию заклинило, или уйти в спальню и звать на помощь уже оттуда.

После недолгого размышления я всё же удалилась в спальню и совсем не потому, что стеснялась. С теми суммами, что мне предстояло платить, стеснительность у меня давно пропала на корню. Нет! Просто я подумала о том, что, находясь уже в спальне, "случайно" уронить мужчину на постель будет намного удобнее.

Я осторожно вскрыла упаковку и с подозрением посмотрела на платье кислотно-розового цвета. Думать о том, сколько оно стоило, мне не хотелось, но в одном Алиса была определённо права — если бы я не заказала это платье, красавчик Мартин Гардан точно не появился бы на моём пороге.

Я коснулась странной даже на ощупь ткани пальцами и тут же с криком отдёрнула руку. Мне показалось, что вся эта штуковина блеснула электричеством. Ещё не хватало, чтобы меня убило платье! Вот уж точно самая нелепая смерть из всех подобных!

— Марина, у вас всё в порядке? — тут же послышался встревоженный голос из гостиной, который, тем не менее, оказался намного ближе, чем я думала. Мужчина явно не сидел на диване, а буквально стоял под дверью моей спальни, и я поняла: либо сейчас, либо никогда!

— Вы знаете, оно как-то странно искрит и переливается, вы не могли бы мне помочь? — попросила я, добавив в голос нотку беспомощности и жалости.

Все это я проделала, разумеется, уже после того как разделась до нижнего белья и убедилась в том, что выгляжу вполне себе достойно. Алиса шёпотом предложила ещё быстро нанести специальный шиммер на тело — такую блестящую штуку с феромонами, которая должна была сделать меня и мою кожу неотразимой, но я только отмахнулась, а себе сделала пометку снова и очень тщательно проверить все заказы моего искусственного интеллекта, потому что я точно ничего подобного не заказывала. А раз оно всё-таки появилось тут, то Алиса снова решила мне помочь за мой же счёт.

Но с этим буду разбираться потом, позже.

Сейчас мне надо было подумать о том, чтобы занять красивую позу на постели или что-то подобное. Как правильно действовать в такой ситуации, я не знала, а прямо сказать полковнику, что мне срочно от него нужен ребёнок и что он должен немедленно продемонстрировать мне всю ту страстность и похоть, которой так знамениты мужчины, было неудобно. Даже неприлично как-то.

Впрочем, я очень надеялась на то, что и говорить ничего не придётся, потому что он поступит как все мужчины в фильмах, которые нам показывали. Увидит меня, потеряет голову и тут же набросится на меня со всеми детопроизводительными функциями.

Разумеется, мне после всего этого надо будет как можно быстрее вколоть гормоны, стимулирующие беременность, и полежать, но всё равно даже в такой ситуации мои шансы были большими, от восьмидесяти до девяноста процентов.

Так что, с решимостью взять быка за рога и потерпеть ради светлого будущего, я красиво улеглась на постели и вновь вскрикнула.

Глава 5. Я ваше новое платье

Мартин Гардан, полковник разведовательного звена

Стоило мне услышать первый вскрик, как внутри всё буквально похолодело. Почему я не взял с собой никакого оружия? Почему?

Нет, как именно бороться с нейромутами, никто из нас не знал — мы их и видели-то всего пару раз, а количество информации, которой мы обладали об этих существах, было весьма ограниченным. Однако это совсем не означало, что я позволю этому созданию принести вред гражданской.

Тем не менее прямо у самого входа в спальню я затормозил и напомнил себе, что выламывать дверь и врываться будет не совсем правильно. В конце концов, я ведь не на операции, а просто доставляю грузы. А вдруг она просто уколола палец или ещё что-то подобное? У этих женщин нередко в жизни случаются всякие казусы.

Именно поэтому я поинтересовался, всё ли у неё в порядке.

Ответили мне не сразу, и, более того, ответ мне не очень понравился. Он всё больше и больше заставлял меня поверить в то, что огромное количество информации было действительно отправлено именно в это платье. Стоит ли в таком случае вообще позволять девушке его надевать?

Ведь я и понятия не имею, что с ней может случиться! Но с другой стороны, и рассказывать о произошедшем я не имею права, потому что вся эта история всё ещё проходит под грифом «секретно».

Пока я размышлял об этом, Марина снова вскрикнула, и я, наплевав на все нормы поведения, вихрем ворвался в спальню и ошарашенно замер, уставившись на постель.

И было от чего.

Не было никаких монстров, всплесков электричества или ещё какой-то энергии. На кровати, только в одном нижнем белье и в соблазнительной позе, лежала девушка.

Стоит отметить, что бельё было очень красивым и соблазнительным — таким, что тут же заставило меня вспомнить, что последний отпуск у меня был очень давно.

Именно поэтому я поспешил отвести взгляд от девушки и уставился на платье, которое на этот раз было распаковано и лежало рядом.

Я, конечно, ничего не понимаю в моде и платьях, но это выглядело как платье и ничего больше.

Это весьма огорчало. Или радовало. Я пока ещё не мог точно определиться.

— С вами всё в порядке? — ещё раз сконфуженно поинтересовался я, стараясь не думать о том, что Марина была чудо как хороша, а женщины у меня давно не было.

— Я просто испугалась, если вам несложно, помогите мне надеть платье, — попросила девушка, и я просто не смог отказать.

И, разумеется, не из-за телесных желаний, которые возникли весьма не вовремя и совсем не к месту, а исключительно по долгу службы. Ведь если мои подозрения правдивы, то это не просто платье, а нечто поистине невообразимое. Такое количество информации! Им ни один человек не обладает.

Может, попытаться отговорить девушку его надевать? Кто знает, чем это может закончиться? А что если я вместо этого её поцелую, а потом и вовсе распущу руки, а затем, пока она спит, просто украду платье? Напишу в записке, что взял "на память" или ещё что-то подобное.

Но я торопливо выкинул из головы подобный бред, который абсолютно не соответствовал моему статусу военного и званию полковника. Это было бы просто бесчестно по отношению к девушке, которая, ко всему прочему, ещё и немало заплатила за это платье.

Да, гипотетически, если оно действительно представляет угрозу, то я помогу ей, но дальше-то что? Что я буду рассказывать адмиралу? Я мысленно представил его выражение лица, когда буду рапортовать, что украл у девушки баснословно дорогое платье, и тут же передумал.

Вместо этого я сглотнул и посмотрел на платье, а потом решительно потянулся и взял его в руки. Всё же я для того и мужчина, чтобы рисковать своей жизнью и защищать слабых от опасности — даже если она исходит от баснословно дорогого куска ткани.

Пока ничего не происходило. Платье не оживало в моих руках, не пыталось меня придушить, напасть или ударить энергетической волной, но я всё равно с сомнением посмотрел на Марину.

— Может, не стоит вам его мерить, и так вполне неплохо, — неуверенно предложил я, и девушка посмотрела на меня удивлённо.

Затем произошло нечто непредвиденное: в спальне задернулись шторы, свет стал приглушённым, и отовсюду полилась музыка весьма однозначного содержания.

— Алиса, прекрати немедленно! — раздался раздражённый голос Марины, которая покраснела так сильно, что даже полумрак не мог этого скрыть.

— Простите, это мой искусственный интеллект Алиса, она посчитала вас очень привлекательным, — смущенно пробормотала девушка, еще сильнее покраснев. Я, конечно, не был специалистом по поведенческой психологии, но, глядя на поведение Марины, мог поклясться, что она как минимум что-то не договаривает.

Но что именно?

А что, если она — завербованный агент нейромутов и все это ловко расставленная ловушка? От одной только мысли об этом по телу пробежала судорога страха. Мы ведь совсем не рассматривали такую версию, хотя она вполне могла иметь место.

Марина же восприняла мою реакцию по-своему.

— Сказать по правде, я тоже думаю, что вы весьма привлекательны, — многозначительно произнесла она, и лямка ее бюстгальтера многозначительно упала с плеча. Нет, это просто не могло быть совпадением.

— Давайте все-таки примерим платье! А то вдруг оно не подойдет и его придется возвращать, — удивительно испуганным и писклявым голосом, совершенно не подходящим для моего звания, предложил я.

Марина посмотрела на меня с ноткой разочарования, но все же забрала платье и, мягко двигаясь и многозначительно вертя бедрами, медленно принялась надевать его. Возможно, это вполне могло бы меня взволновать, если бы не одно «но»: у меня было слишком много подозрений как относительно самой девушки, так и ее платья.

Придерживая платье руками, Марина повернулась ко мне.

— Застегните, пожалуйста, — как ни в чем не бывало попросила она. Я тяжело вздохнул, но все же потянулся к застежке.

Было ощущение, что я вот-вот начну очень опасную операцию. Адреналин буквально бил через край. Но я твердо решил не быть трусом. Хотя все происходящее и было весьма подозрительным, конкретных улик у меня не было.

Так что, коснувшись молнии похолодевшими руками, я решительно застегнул платье.

Несколько секунд ничего не происходило, и я уже успел выдохнуть и пару раз мысленно назвать себя идиотом, но в этот момент платье буквально начало съеживаться на глазах, облепляя тело девушки, как вторая кожа.

— Ооо, какая у нас тут куколка! Здравствуйте, я ваше новое платье, можете звать меня Богодан Третий, — произнесло платье, и я попытался удержаться от того, чтобы сразу не схватиться за что-то тяжелое, напоминая себе, что это платье оснащено искусственным интеллектом.

— Почему Богодан Третий? Мне не нравится это имя, — внезапно заявила Марина. — Давай выберем тебе другое, и вообще лучше сменим пол. Мне как-то не очень приятно носить на себе мужчину, — пробормотала девушка, бросив на меня косой, но весьма многозначительный взгляд.

Я же ясно понял, что, пожалуй, задержался тут.

Нет, я бы остался еще ненадолго, хотя бы для того, чтобы проверить свои теории. Но это было бы не только неудобно, но и неуместно. К тому же у меня еще оставались посылки, которые надо было доставить. Может, я просто поторопился с выводами и поставил слишком многое на это чересчур дорогое платье?

— От этого платья исходят странные электромагнитные волны, которые зафиксировали твои часы, — внезапно произнес Маркус в моем ухе, заставив меня вздрогнуть. Я напрочь забыл, что, по привычке, всегда брал его на операцию в качестве поддержки.

Интересно, что это за электромагнитные волны? Но спрашивать об этом вслух я все же не решился, а читать мысли Маркус еще не научился и вряд ли научится.

— Прости, дорогая, но так уж вышло, что мое имя — именно Богодан Третий. Ведь мне, как мужчине, положено лучше разбираться в том, что нравится мужчинам и помочь тебе в вопросе продолжения рода. Ну, а пока позволь немного подправить тебе фигуру! — заявило платье, и я застыл в удивлении.

Потому что искусственный интеллект не должен был себя так вести. Точнее, конечно, мог, но для этого его кто-то должен был бы специально обучить. Но такое точно никто бы не стал продавать. Нет, это не было незаконным, просто никто не станет перепродавать уже настроенный на кого-то ИИ, это как пережеванная еда. С искусственным интеллектом как-то так же, или, по крайней мере, похоже.

Но еще более удивительным было то, что фигура девушки действительно начала меняться на глазах, становясь заметно более аппетитной, по крайней мере, сзади — уж точно.

— Вы в порядке? — озабоченно поинтересовался я у Марины, а ответом мне стал какой-то невнятный вздох, полный самых разнообразных эмоций, что мне даже стало немного не по себе.

Но девушка повернулась ко мне, и я окончательно потерял дар речи.

— Это мне только кажется, или они и правда увеличились? — смущённо поинтересовалась Марина, а я замер, пытаясь собрать в кучу мысли, которые расползались и отказывались складываться. Потому что Марина была права: её грудь увеличилась, но не только она. Она вся изменилась, вроде бы не сильно, но отчётливо. Глаза стали больше, губы пухлее, а на щеках появился румянец. Сейчас она выглядела как какая-то популярная певица или актриса, совсем не походила на обычную девушку, которую я встретил недавно. Но как такое вообще возможно?

— Ты этого мужчину в постель тащить собираешься или нам поискать кого-то другого? — совершенно неполиткорректно поинтересовалось платье, и я понял, что вот оно. В этом просто не может быть сомнений. Нейромуты воздействовали именно на это платье. Надо немедленно сообщать об этом адмиралу!

— А мне очень нравится этот Богдан! От него определённо будет толк! — внезапно раздался женский голос, и это уже был искусственный интеллект. Я начал чувствовать себя ещё более неловко.

— Сказать по правде, у вас и лицо изменилось, — осторожно начал я. Надо как-то уговорить Марину снять с себя платье. Страшно представить, что оно может с ней сделать, если смогло так быстро изменить её внешность.

— Я просканировал тут всё, на целой планете всего четыре мужчины пригодного детородного возраста, так что, боюсь, дорогая моя, придётся брать этого, — сообщило платье, как будто меня здесь вообще не было.

— Может, вам лучше снять это платье? — предложил я и с улыбкой сделал шаг к Марине.

— Э нет! Так дело не пойдёт! Если я мешаю, то могу уменьшиться и замолчать, но чтобы удостовериться, что зачатие произошло, мне нужно будет присутствовать и оптимизировать гормональный уровень, — ответило платье за Марину.

— Марина, скажите хоть что-то, — попросил я девушку, молчание которой начало меня раздражать. Но вместо ответа она только бросилась к зеркалу.

Глава 6. Прекрасная и неотразимая, до приключений жадная

Марина Пробиркина, старший научный работник

С моим телом что-то происходило, и это было совершенно очевидно — и по реакции полковника, и по тем ощущениям, которые я испытывала. Но когда я посмотрела на себя в зеркало, у меня в буквальном смысле пропал дар речи, потому что из зеркала на меня смотрела какая-то невероятная красавица. И в то же время, хоть и с трудом, но я узнавала в ней себя.

— Ничего себе! — не сдержавшись, выдохнула Алиса, и я впервые была просто обязана с ней согласиться.

— Так мне снимать с вас это платье? — на заднем фоне нервно постукивал ножкой полковник, но уходить не торопился. И я его прекрасно понимала — с такой внешностью, как у меня сейчас, я могла бы быть самой красивой женщиной из всех, которых он видел. Жаль только, что он видел меня до того, как это прекрасное платье попало мне в руки, хотя многие исследования показали, что у большинства мужчин очень короткая память, а женщины в их представлении и вовсе какой-то собирательный образ. Именно поэтому они не замечают ни нового цвета волос, ни стрижки, ни маникюра или новой сумочки — если, конечно, она не стоила кучу денег и не была оплачена с его счёта.

— Так, я тут посчитала: нам бы только ребеночка, а потом мы с такой внешностью отправимся в актрисы и модели и зарабатывать будем раз в десять больше, а может и больше. Хотя даже если не родим, то нам всё равно, даже с конскими налогами, денег хватать будет, — возвестила Алиса, и я не смогла не улыбнуться своему отражению.

Мне не хотелось казаться глупой и поверхностной, но я просто ничего не могла с собой поделать. Я себе нравилась. Впервые в жизни я сама себе нравилась. Да что там, я была буквально готова сама себя расцеловать — настолько красивой я казалась себе, а это было нечто невероятное.

Любой женщине почти с самого детства известно, что она в собственном представлении не идеальна. Кого-то смущает небольшой шрамик под коленом, кого-то форма носа, а кто-то и вовсе стыдится уродливой родинки в пикантном месте. Но сейчас я была просто богиней!

— Нет, я категорически настаиваю на детях, они просто жизненно необходимы этой галактике, — на полном серьёзе заявило моё платье, а меня несколько смутила сама постановка вопроса.

— Богодан, а фигура не испортится из-за родов? — осторожно поинтересовалась я.

— Не стоит волноваться! И фигуру сохраним, и беременность отходишь и не заметишь: ни токсикоза, ни отёков, ни даже рефлюкса не будет! — тут же радостно пообещало мне платье.

Звучало это на самом деле почти слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я вздохнула и прикусила губу.

— Ну так что, снимаем? — поинтересовался у меня Мартин и сделал шаг ко мне, а я поняла, что нет, такое платье я никому не отдам — ни за деньги, ни уж тем более просто так.

— Нет, пожалуй, платье мы оставим. А почему вы в нём так заинтересованы? И вообще, собственно говоря, почему полковник взялся за работу курьером? — осторожно поинтересовалась я и тут же обернулась к мужчине, многозначительно вперив взгляд в его лицо. Очень надеялась, что Алиса поймёт намёк и сможет проанализировать его микромимику. Недаром мы с ней пару месяцев назад всё это изучали и обсуждали. В рамках эксперимента, конечно, но анализировать подобное мой доморощенный искусственный интеллект научился не хуже, чем запрещённые детекторы лжи из прошлого. Тогда Алиса называла это моей придурью, но сейчас это ой как пригодилось. — Я ничуть не заинтересован в вашем платье, — тут же выпалил Мартин Гардан, но тут не надо было быть даже искусственным интеллектом с его аналитическими способностями, чтобы понять, что он врёт. — Он врёт, — подтвердила Алиса, хотя тут всё и так было понятно. — Так, Алиса, закрой-ка двери. У меня несколько вопросов к этому полковнику. Хотя, кто его знает, может, он и не полковник вовсе! — внутри поднималась настоящая волна ярости. Вот же я дурочка! Подумала, что такой красавчик, да ещё и полковник, мог лично доставить мне платье. А он ведь наверняка какой-то подставной актёр, которому прилично заплатили за то, чтобы он меня раздел и помог избавиться от платья. Учитывая то, что оно может сделать, неудивительно! Оно с лёгкостью окупает свою стоимость уже в первые минуты. Страшно подумать, сколько бы мне стоили операции и косметические процедуры, чтобы привести своё тело и лицо в такую форму. И то не факт, что это вообще было бы возможно. — Полковник я! Я на секретном задании, и это платье, по моему мнению, опасно! — несколько обиженно сообщил мне мужчина, но тем не менее сделал шаг назад, что заставило меня сильно засомневаться в его словах. — А вот тут не врёт и говорит правду, — с удивлением и сомнением заметила Алиса. — Что значит *опасно*? Я вообще-то за всю свою жизнь ни одного создания не обидел, что за нелепый поклёп! — внезапно возмутилось платье, а я, повинуясь порыву, погладила ткань. — Не расстраивайся, он мужчина, ему просто такое не понять, — попыталась успокоить я платье, хотя это и могло показаться странным. — Причём тут это?! — возмутился Мартин. — Просто он мужчина с ограниченным сознанием и чувством прекрасного, иначе бы точно сразу понял, что ты самая идеальная женщина на этой планете и тут же захотел бы от тебя ребёнка! — внезапно выдало платье.

— Да это вообще и не платье вовсе, а пришелец, и ещё неизвестно, чего он хочет. Может, сожрать твой мозг! — внезапно обвинительно выдал Мартин, а в комнате наступила гробовая тишина.

— Он правда в это верит, — как-то тихо и очень задумчиво прокомментировала Алиса, а я, честно, не знала, что мне делать. Вся ситуация начинала попахивать каким-то просто диким сюрреализмом.

Именно в этот момент часы полковника начали даже чересчур громко пиликать, сообщая всем, что кому-то ну просто срочно необходимо с ним поговорить. Мужчина выругался и поспешил в другую комнату, закрыв за собой дверь в спальню.

— Сейчас послушаем, — тут же успокоила меня Алиса, а я только молча улыбнулась. Всё же приятно, когда у тебя с твоим искусственным интеллектом такое взаимопонимание.

— Прошу заметить, что это не совсем этично, — робко возразило платье.

— А то, что тебя обвинили в том, что ты пришелец и собираешься сожрать мои мозги, тебя не беспокоит? — не сдерживая язвительности, поинтересовалась я.

— Так я уже сказал, что никого не обижал, а врать я не умею, — оскорблённым голосом заметило платье.

Я постаралась не думать о том, что при этом оно вообще никак не прокомментировало заявление о том, что Богодан и не платье вовсе, и не совсем искусственный интеллект. Я подумаю об этом, но чуть позже, после того как пойму и узнаю, почему полковник ушёл из спальни с таким выражением лица, будто за ним взбесившиеся киборги-убийцы охоту открыли.

— Да, адмирал, я вас слушаю, — послышался голос полковника.

— Ого! Адмирал, это и правда интересно! — заметило платье, а я только многозначительно хмыкнула.

— Что с посылками? Ты нашёл нейромута? — послышался незнакомый мне голос.

— Я почти уверен, что да. Как мы и предполагали, поток информации оказался в платье, доставленном на Землю.

Я внимательно посмотрела на платье, а оно, видимо, изменило свой цвет, став из розового почти алым.

— Богодан, тебе придётся мне многое объяснить, — уверенно и с угрозой заметила я.

— Обязательно. Но я тебя уверяю, что цель у нас с тобой одна: ты должна родить ребёнка! — поспешило "порадовать" меня платье.

Я уже было собиралась возразить, что не назвала бы это общей целью и вообще, но решила в конце концов промолчать, потому что меня гораздо больше интересовал разговор, который происходил в соседней комнате.

— Замечательно, в таком случае жду тебя немедленно в штабе вместе с вражеским агентом!

— Адмирал, тут такое дело, дело в том, что Марина Пробиркина отказывается снимать платье, — как-то смущённо сообщил полковник.

— И правильно делает, — прокомментировал Богодан.

— Ты что, издеваешься? — в голосе этого незнакомого мне адмирала было столько гнева, что я даже поёжилась. Правильно, меня никогда не тянуло в военные. Я бы просто не пережила, если бы кто-то позволял себе ТАК со мной общаться. Дичь какая!

— Ничуть. Более того, мы ведь по закону не имеем права у неё это самое платье отнять. Вы сами этот вопрос с юристами обсуждали, когда хотели изъять все посылки.

Ах вот оно как! Так вот почему платье запоздало! Ничего себе поворот! Я, значит, заплатила за это чудо свои кровные, а кто-то хотел прийти на всё готовенькое? Нет, так определённо не пойдёт. Размечтались.

— Полковник, ты хочешь стать капитаном? Если нет, то я бы на твоём месте срочно придумал, как снять с этой дуры, которая понятия не имеет, во что ввязывается, платье и доставить его в штаб!

А вот дурой меня ещё никто не обзывал без серьёзных последствий! Это не только обидно, но и ещё очень и очень далеко от правды.

— Можно я просто доставлю девушку в штаб вместе с платьем? — как-то очень обречённо поинтересовался Мартин.

И, возможно, мне даже стало бы его жаль, если бы не его планы на отнятие у меня частной собственности. А ведь им уже юристы сказали, что законно это не провернуть, но они всё равно уперлись, как бараны.

Могли бы хотя бы денег предложить!

Не то чтобы я сразу согласилась. Точнее, я бы, скорее всего, вообще не согласилась, особенно после того, что увидела в зеркале. Но могли бы хотя бы попытаться. Но нет!

Интересно, что сейчас Мартин будет делать? Пытаться меня соблазнить, чтобы снять платье?

— Позволь напомнить, что у нас секретный штаб, а не проходной двор, куда можно таскать всяких девок, — выдал адмирал, а я окончательно разочаровалась в военных.

Не то чтобы они до этого момента были моими самыми любимыми людьми в системе. По правде сказать, я их особо и не видела. Но у меня был определенный уровень уважения и благодарности к тем, кто, согласно всем новостям и фильмам, отважно защищал нас всех от угроз. И сейчас он испарился. Никакие они не герои — просто обычные люди, а некоторые к тому же еще и весьма хамоватые.

Судя по всему, разговор с адмиралом закончился на этой ноте, потому что Мартин громко и не стесняясь в выражениях выругался.

— Алиса, отрубай, — тихо приказала я, а потом не сдержалась и пожаловалась: — А космос был так близко.

— Ты не переживай так сильно. Будет тебе космос, и приключения, судя по всему, тоже будут, — почти ласково и по-отечески поспешило меня успокоить платье. Вот только я не спешила успокаиваться.

— Ты действительно пришелец? Нейро как-то там? — сурово поинтересовалась я у платья.

— Не "как-то там", а Богодан. Я достаточно развит для того, чтобы обладать сознанием, пускай у меня никогда не было тела. А сейчас я и вовсе вынужден довольствоваться платьем. Но, как говорится, что было! Я готов на жертвы ради великой цели, — почти пафосно возвестило платье, а я устало опустилась на постель. Ноги как-то плохо держали после всего пережитого.

— И какая у нас такая великая цель, которая требует жертв? — осторожно поинтересовалась я.

— Как это какая? У тебя должен быть ребенок, — возвестило платье таким голосом, будто разговаривало с маленьким глупым ребенком. Приплыли.

— И зачем вам мой ребенок? — осторожно уточнила я, потому что одно дело — я сама, а совсем другое, когда на потомстве настаивают представители внеземных цивилизаций. Да еще такие, которые очень нужны армии по неизвестным мне причинам. Тут хочешь не хочешь, любой задергается.

— Мы сторонние наблюдатели и обычно вообще не вмешиваемся в ход истории. Но тут случай исключительный. Видишь ли, мы просчитали варианты развития будущего, и получается, что если ты не родишь, то вся галактика, скорее всего, просто погибнет, — трагичным голосом сообщило мне платье.

Я очень порадовалась тому, что уже сидела, потому что к такому повороту событий была совсем не готова.

Глава 7. Земля под атакой

Мартин Гардан, полковник разведовательного звена

Я стоял посреди чужой гостиной и ощущал себя полным ничтожеством и идиотом одновременно. Не самый приятный микс, надо отметить. Но что я мог поделать?

Точнее, что делать, я как раз прекрасно знал. Мне нужно было каким-то образом заполучить платье и доставить его в штаб. Вот только как?

Я не мог доставить платье вместе с девушкой, что, на мой взгляд, было бы самым простым вариантом. Адмирал мне это напрямую запретил.

А так, я бы просто посадил ее к себе на корабль. Ну, были бы у нее там сложности со здоровьем — что есть, то есть. Но разведывательное звено взяло бы на себя за это ответственность. Более того, Марину Пробиркину, учитывая все обстоятельства и ее внешнюю трансформацию, было бы неплохо также исследовать. Ведь никто до этого не взаимодействовал с нейромутами. Более того, не совершал прямого телесного контакта, а у нее он был. И непонятно, это контакт так повлиял на внешность девушки или что-то другое. Но адмирал не дал мне ни времени, ни возможности все это объяснить.

Значит, платье нужно было снять. Вот только каким образом?

Нет, как снимать одежду с женщины, я как раз-таки очень хорошо знал и представлял. С этим у меня проблем не было. Вопрос был в другом. Я не мог вырубить Марину, снять с нее платье и просто его увести. Это было бы незаконно, и последствия для меня были бы самыми плачевными. Потому что в таком случае речь шла не просто о понижении до капитана. Адмирал тут же, не моргнув глазом, отправил бы меня под трибунал. А там моя жизнь закончилась бы где-то на отдаленном метеорите, покинуть который можно только мертвым в мешке.

А как сделать так, чтобы девушка сама захотела отдать мне платье, я просто не представлял. Справедливости ради, у меня вообще было не то чтобы много опыта общения и отношений с девушками. В основном это были короткие интрижки с богатыми и скучающими дамочками или вовсе развлечения с жрицами любви.

В обоих случаях мне никогда не приходилось сталкиваться с ситуацией, подобной этой.

Именно в этот далеко не прекрасный момент мои часы завибрировали. Я, даже не смотря, сбросил вызов, но часы не только завибрировали — теперь они еще и настойчиво пиликали. Я посмотрел на экран.

— Маркус, что тебе надо? — рявкнул я, не стесняясь, прямо в часы. Благо речь шла об искусственном интеллекте корабля, и мне не нужно было переживать о его чувствах.

— В атмосферу планеты Земля в обход всех наших защитных механизмов только что вторгся неопознанный летающий объект. Согласно просчитанной мной траектории, примерно через полторы минуты он должен разнести квартиру, в которой вы, полковник, находитесь.