Рождённый в чужой стране
Джарви. Тридцатый год правления Ома. Третьи сутки пятого месяца. Поздний вечер
Курьер оповестил Матриарха о моём визите больше часа назад, и в храме Великой Матери нас уже ждали.
В массовке встречающих выделялся квинтет жриц. Четверо выглядели как классические Воинствующие сёстры – вооружены мечами и облачены в лёгкие доспехи. Статус пятой, явно старшей в этой группе, мне был пока не совсем ясен. Правильные черты лица, умелый макияж и элегантное одеяние намекали на возможность приятно провести с ней время. Однако в свите Сти́ны я видел эту мутную особу во второй или третий раз, и со словом «прелестница» она у меня не ассоциировалась.
– Ваш визит – честь для нас! – сказала девушка и, поклонившись, представилась: – Я Изу, служанка Матриарха.
Мгновение спустя подчинённые ей Сёстры словно бы скопировали движение предводительницы.
– Наместница Канет выйдет сюда или вы проводите меня к ней? – поинтересовался я.
– Мать Сти́на сочла приватную беседу более уместной. Она примет вас в комнате для переговоров.
– Которая с толстыми звукоизолирующими стенами и двойными дверьми? – уточнил я.
– Верно, – с улыбкой подтвердила Изу. – Вы там уже бывали, но я знаю, как сложно с первого раза освоить паутину наших коридоров. Чтобы Наследник не заблудился, мои Сёстры вас проводят. Заверяю, что территория храма безопасна для потомка демиургов. Но вы вправе взять с собой одного или двух телохранителей. Я же прямо сейчас направлюсь к Матери и уведомлю её о вашем прибытии.
В переводе с дипломатического это означало: хозяйка выслушает вопросы гостя в назначенном месте и лишь после того, как тот проявит определённую покладистость.
Вывод: услада глаз не всегда оборачивается усладой души.
Я, повернувшись к гвардейцам, распорядился:
– Со мной пойдут Вардер и Ра́эх. Остальные ждут здесь. В течение часа. Если разговор затянется, мон-Тарреаш вернётся и оповестит вас о задержке.
Надо признать, что Изу оказалась права: сам бы я переговорную не нашёл – потерялся бы в череде лестниц, проходов и различных ответвлений от них.
– Странная тут планировка… – пробормотал я.
– Отнюдь нет! – возразил мон-Бравва и, на секунду выпятив подбородок в сторону идущих перед нами девиц, пояснил: – Они каждый закуток знают. Их стандартное вооружение – луки, арбалеты, дротики и короткие мечи. И если сюда прорвётся кто-то чужой, то в таком лабиринте шансы на выживание у дамского воинства будут сильно выше!
И я признал его правоту:
– Если ты физически слабее, то брать следует либо количеством, либо изворотливостью…
Наконец мы добрались до места.
Я думал, что Сти́на заставит нас ждать, но она появилась буквально через несколько минут. За её спиной маячила Изу.
– Пусть вечер сложится удачно и будет вам приятен, регент! – приветствовала меня наместница богини, сопроводив свои слова лёгким, соответствующим сану и ситуации, поклоном.
Фраза царапнула слух: подобное приветствие предназначалось в первую очередь для близких! Впрочем, регламентом оно таки допускалось: официально-то она представляет здесь Канет, потомком которой я являюсь. А насколько отдалённым – это уже другой вопрос.
– Пусть сложится, – ответил я и недовольно поджал губы.
– Желает ли регент осмотреть комнату? – поинтересовалась «прародительница» и, в ответ на мой кивок, распорядилась: – Изу, помоги телохранителю нашего гостя.
Девушка и Ра́эх скрылись за дверью.
Вернувшись через пару минут, мон-Бравва просигналил: опасности не вижу.
– Сопровождающих мы ведь оставим здесь? – с улыбкой уточнила Сти́на.
Я утвердительно мотнул головой, и она, указав рукой на дверной проём, почти торжественно произнесла:
– Тогда прошу вас, Наследник!
Мы зашли внутрь.
Сти́на заперла обе двери и предложила выбрать удобное для беседы место. Я сел на пуф у дальней стены, она опустилась на соседний.
– Вижу, Джарви, что теперь и вам не до сна, – сказала женщина.
– Забота близких трогательна… – буркнул я и чуть погодя предложил: – Давайте отбросим пиетет. Тогда и у вас, и у меня появится шанс выспаться.
– И то верно! Спрашивайте.
– Тело Сигурии кремировали?
– Да. А что вы сделали с её головой?
– Тайно захоронили в Императорском парке. – Немного подумав, я добавил: – Она ведь хотела вернуться в семью. В каком-то смысле я исполнил её желание. На этом месте уже разбивают цветочную клумбу.
– Собираетесь её навещать? – спросила она серьёзно.
– Иногда…
– Решение достойное того, кому предстоит стать правителем. Кто произвёл декапитацию?
– Ра́эх. У него уже имелся опыт в аналогичных делах. И желание наблюдалось.
– Он знает, кем вам приходилась покойная?
– Нет. Такие подробности лишь усложняют жизнь.
– Это правда! Кстати, хочу сказать вам, что он надёжный слуга. Хотя слуга ли? Я слышала, вы с ним друзья?
– Есть такое…
– Приёмыш надёжный человек. Можете ему доверять. Если и не во всём, то во многом.
– А вам?
– Решите сами. Но сотрудничать нам всё равно придётся.
– Придётся. И это второй вопрос, с которым я пришёл. Мне нужно организовать передачу информации из провинции в столицу. И, разумеется, обратно. Налаживать новую и предназначенную только для данных целей курьерскую сеть у меня нет времени. Поможете?
– Сколько будет отправителей и получателей?
– В столице – один я. С той стороны тоже один.
– Сдаётся мне, просьба связана с появлением во дворце Рахшана! Достигли договорённости?
– Да.
– Кто будет вашим адресатом? Кудрявый здоровяк, что остался за дверью?
– Угадали.
– У него уже есть псевдоним?
– Назовём его… Балагур.
– Тогда Балагур будет через моих жриц в провинции направлять сообщения экзарху этого храма. А она передаст их вам. Конфиденциальность я вам гарантирую. Что-то ещё?
– Да. Вы обещали подумать насчёт Дэлинэ.
Она приосанилась и отчеканила:
– Я не продам и не подарю её никому. Она была, есть и будет собственностью Канет! Но мы готовы передать её Императорскому дому во временное пользование. Сроком на сто лет. Плата составит одну монету в год. Обязательные условия контракта – безопасность и приемлимые условия существования данной жрицы.
– Погодите… – растерянно пробормотал я. – Погодите! Зачем такие сложности?!
– Не разочаровывайте меня, Джарви! Уж вы-то должны осознавать, что Дэлинэ – порченый товар. Она же лишена права воли! Зачем платить за то, что может быть использовано кем угодно, как угодно и за просто так?! Потому и цену за рабыню я назначаю вам бросовую. Но в документе будет прописана неустойка за порчу имущества Ордена. И будет она огромная. Просто неприличная!
– Вот оно что! – произнёс я с усмешкой. – Какие ещё условия вы заложите в договор?
– Невозможность передачи рабыни другому лицу без согласования с бенефициаром… Список прав и привилегий для её детей… Также стандартный пункт о контроле соблюдения условий…
– Между прочим, Дэлинэ стала изгоем, выполняя ваше личное поручение.
– Об этом знают лишь несколько человек. И они никогда и никому об этом не расскажут! Это во-первых. А во-вторых: кто спровоцировал конфликт Наследника и Императора из-за наложницы? Вы сами! Вот и несите за это ответственность.
– Грамотно обосновали! – признал я.
– Старалась… Так мне готовить контракт?
– Да. Надеюсь, до конца этого месяца мы его заключим.
– Что ещё вы хотели обсудить?
– На сегодня, пожалуй, всё.
– Тогда в знак наших первых конструктивных и потому весьма успешных переговоров я бы хотела сделать вам подарок. Вы обратили внимание на мою служанку, Изу?
– Выглядит приятно. Хотя со мной не согласится половина местных аристократов.
– Почему?
– Они отдают предпочтение ярким, но изящным до жалости придворным дамам. А под одеянием вашей приближённой, как мне кажется, скрывается весьма крепкое тело… Подозреваю, что она неплохой фехтовальщик.
– Для нас сейчас интереснее два других таланта Изу. Она замечательно рисует и играет на струнных инструментах. А ваша наложница столь же замечательно танцует. Если совместить их умения, получится… нечто особенное!
– Совместить? Каким образом?
– В танце красивое тело с нанесённым на него затейливым рисунком выглядит совершенно иначе! Видели когда-нибудь такое?
– Не доводилось. А вы часто балуете себя подобным зрелищем?
– Случается, – улыбнувшись, ответила женщина. – Но злоупотреблять развлечениями я вам не рекомендую. Пресыщенность ещё никого не доводила до добра…
Джарви. Тридцатый год правления Ома. Четвёртые сутки пятого месяца.
Раун Бон Рахшан и Вардер мон-Тарреаш покинули город утром.
Бессмысленно волноваться о том, на что ты не в состоянии повлиять. Но я волнуюсь, ибо такова человеческая природа. И с нетерпением жду момента, когда экзарх столичного храма Великой Матери передаст мне первое сообщение от Балагура. А потом найдутся другие поводы для беспокойства…
Тревогу нужно заглушить. Умственной деятельностью, физическими нагрузками или чем-нибудь приятным.
Я решил не ограничиваться одним вариантом.
Памятуя о вчерашнем предложении, я отправил Дэлинэ в распоряжение Сти́ны. Не одну, разумеется, а с отрядом из своих телохранителей. По возвращении во дворец Хансо доложил, что девушка без эксцессов доставлена в храм Великой Матери и пробудет у Сестёр практически весь день.
После чего я, взяв в компанию Бушара, принялся изучать указы, подготовленные Советом.
Приёмыш, имитируя охранные мероприятия, отирался неподалёку – с постным выражением лица наблюдал за нами.
Как только работа с документами начинала утомлять, мы прерывались на чаепитие, перекус или упражнения с луком. Правда, Павел, ссылаясь на возраст, от активного отдыха отказывался. Ра́эх же наоборот – стрелял с удовольствием, зато от попыток привлечь его к делопроизводству отмахивался и бурчал:
– От законотворчества удовольствия никогда не испытывал и испытывать не собираюсь!
Ближе к вечеру, в час воздуха и огня, во дворец вернулась Дэлинэ. Да не одна, а с целой свитой в лице Изу, облачённой в убогий балахон, десятка Воинствующих сестёр и четырёх служанок-носильщиц с багажом.
Мои люди аккуратно, но тщательно досмотрели поклажу и сочли её безопасной, хотя и своеобразной: ко́то, весьма изящный женский наряд, набор из кистей, стилосов и красок, а также куски ткани разного формата. Самые крупные из них, размером с простынь, были щедро уляпаны цветными кляксами и пятнами абстрактных форм.
Я приказал отнести необычный груз в мои покои.
Сделав это, большая часть жриц отбыла восвояси. Остались лишь служанка Матриарха и тройка её сателлиток.
Дев-воительниц я приказал временно разместить в гостевом домике на территории парка.
После того как слуги осветили помещения пятого яруса, я, Ра́эх, Изу и Дэлинэ закрылись в комнате аудиенций.
Приближённая Матриарха расстелила на полу покрытую творческими следами простынь, приказала Дэлинэ встать на неё и обнажиться.
Затем художница показала на один из пеналов, лежащих на небольшой квадратной циновке, и пояснила мне:
– Здесь не очень стойкая основа. От росписи легко избавит горячая вода и мыло. Но если регент пожелает, – она скользнула кончиками пальцев по крышке второй коробки, – я нанесу более въедливый колер, и тогда изображение продержится дольше.
Регент не пожелал.
Живописица осмотрела девушку и приступила к работе. Дэлинэ по её команде безропотно принимала ту или иную позу и оставалась в ней столько, сколько требовалось. Я с искренним интересом наблюдал за этим процессом, а по его завершении оценил результат, обойдя Дэлинэ по кругу.
Бодиарт получился потрясающим. Кожу моей наложницы покрывали абстрактные, но не лишенные геометрической красоты узоры, цветы, бабочки, птицы и драконы.
Художница в заранее приготовленном тазу с водой отмыла пальцы от краски.
Минутой позже многоталанная искусница, не стесняясь ни меня, ни Ра́эха, избавилась от балахона, в котором рисовала.
Разглядывая её нагое тело, я отметил хорошо развитую мускулатуру – не столь атлетичную, сколь рельефную. Данный факт лишь укрепил меня в мысли, что она из тех, кого внутри Ордена называют Воинствующими сёстрами.
Переодевшись в элегантный наряд, служанка Матриарха перенесла подушку-валик и музыкальный инструмент в «Зону приёма», устланную расписными циновками.
Девушки шёпотом посовещались и выбрали место, где расположится Изу с ко́то, а где будет танцевать Дэлинэ.
Наконец под аккомпанемент этой кудесницы началось само представление.
Сти́на не обманула – зрелище и впрямь оказалось прекрасным…
В перерывах между композициями, давая танцовщице возможность восстановить силы, Изу готовила чай и подавала его всем нам.
После третьего танца я объявил, что забираю Дэлинэ и отправляюсь в спальню.
Изу на этих словах состряпала обиженную мордочку, а чуть погодя уже прямым текстом выразила желание присоединиться к нам.
Я бы, может, и не стал возражать, будь нас лишь трое. Но нас было четверо, и я видел, с каким вожделением смотрит на эту чаровницу мон-Бравва.
Пристально глядя в похотливые глаза профессиональной любодейки, я повелительно указал на своего телохранителя рукой, а затем развернулся и решительно проследовал за наложницей, уже скользнувшей в альмарию. Перешагнув порог библиотеки, я плотно закрыл за собой дверь, постоял некоторое время, прислушиваясь к звукам в покинутой мною комнате, а затем, удовлетворённо кивнув, торопливо направился к ожидавшей меня Дэлинэ.
Комментарии:
«…в час воздуха и огня…» – особенности исчисления времени Мира смотри в разделе глоссария «Календарь».
https://author.today/reader/472197/6275633
Ко́то – щипковый музыкальный инструмент, длинная цитра с подвижными кобылками.
Иллюстрация Родиона Танаева: https://author.today/art/245628
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
