Рожденный из стали

Глава 1

Древность и отчуждение. Ими был пропитан каждый сантиметр тесной и пустой комнаты. Это наблюдение подтверждала любая мелкая деталь, что наполняла собой невероятно странное помещение. Повсюду витиеватые трещины и неприятного вида рыжие пятна от ржавчины, которые покрывали тёмные металлические стены.

Откуда-то сверху лилась странная субстанция. Эта светло-зеленая жижа капала из крохотной дымящейся дыры, которая раскинулась на потолке. Этот тонкий ручеек ядовитой слизи, попадая на пол, издавал странный шипящий звук. Похоже, эта штука являлась кислотой. Встреча с ней ничем хорошей для него не закончится.

Он попытался сделать глубокий вдох и медленно потянулся, решив заодно проверить, в каком состоянии пребывает тело. Благодаря этому простому движению, нечто заменившее ему глаза, сфокусировало элемент зрительного модуля. Чтобы это ни значило, оно являлось плодом высоких технологий. Это очень странно. Потеряв ниточки с реальность, он случайно коснулся стены своей головой. Довольно сильно. Боли не почувствовал, но ощутил нечто другое. В меру страшное и совсем непонятное. После соприкосновения головы со стеной, прозвучало гулкое металлическое эхо.

Голова была в порядке. Только появилось подозрение, что она у него теперь из металла. Ведь он не ощутил абсолютно никакой боли. Как такое произошло? Память дала сбой. Воображение стало рисовать странные и непонятные образы, которые нельзя было объединить в одну стройную картину. Но некоторые фрагменты, подсказывали ему, что он когда-то был человеком, что же с ним произошло, раз очнулся в металлическом теле?

Опустив взгляд вниз, новоявленный робот, мгновенно осознал, что дела действительно приняли скверный оборот. На месте нормальных человеческих рук и ног в его распоряжении имелись конечности, похожие на стальные протезы. Сознание запаниковало и растерянные образы заслонили искусственный взор.

Пытаясь успокоиться, он решил провести полную диагностику тела. Новоявленный робот, попытался набрать в грудь побольше воздуха, но вместо того, чтобы широко распахнуться, рот издал противный треск, словно кто-то провёл железной вилкой по фарфоровой тарелке. Итак, ассоциации вполне человеческие, но почему ноги и руки металлические?

Прекратив движения, он застыл. Напуганный разум, или что там теперь было вместо него, вовсю верещали о тревоге. Нужно было отвлечься на нечто нейтральное. Вот с потолка продолжал поливать мелкий кислотный водопад. Гулкие приземления капель, каждый раз порождали звук шипения. Простояв без движения неизвестное количество минут, наблюдая за стремительно увеличивающимся потоком зеленой жижи, он осознал довольно неприятный факт.

Слизь медленно разъедала потолок, а дымящаяся дыра в полу разрослась так, что стала занимать большую часть тесной комнатушки. Нужно срочно принимать меры, иначе мутная жидкость, разъев стальное покрытие пола, сделает дыру очень неприличного размера.

Подняв руку к лицу, он попытался почесать нос. Спустя несколько секунд, понял, что кроме человеческих конечностей, заодно лишился и нормального лица. Там теперь находилось нечто совершенно иное, противоречившее всякому здравому смыслу. Небольшая стеклянная линза, окружённая крепким обрамлением, которое служило защитой для зрительного модуля от внешнего воздействия. Чтобы образы растерянности вновь не затуманили взгляд, он мысленно отдал команду запястьям сжаться. Металлические ладони сложились в кулак, а после прозвучал звучный скрип.

Напор всепоглощающей слизи ускорялся. Треск от разъедания металла усиливался с каждой секундой. Тесное помещение в мгновение ока окутала пелена серого дыма. Новоявленный робот попятился прочь, шаркая своей железной спиной о ближайшую стену.

Выход нашелся быстро. Он наткнулся на дверной проем всего через несколько секунд своего стремительного отступления. За порогом его встретил темный коридор, который тоже медленно обволакивала плотная пелена серого смога. Если ему суждено выжить, то стоило поторопиться. Прилив прожорливой кислоты не могли остановить ни толстые металлические стены, ни еще более крепкий и массивный пол.

Благо металлическое тело не ведало усталости, и ноги понесли его с невероятной быстротой вдоль длинного коридора. Повсюду закрытые двери и ни одного ответвления. Путешествие заняло не меньше десяти минут, прежде чем он вышел через узкий проём в смежное помещение. Здесь судьба предоставила ему выбор. Идти по лестнице вверх, где находился источник ужасно ядовитой кислоты, либо идти прямиком на яркий свет, который лился из двери, ведущей на открытую местность. Этот выбор стал самым простым с момента его пробуждения. Он последовал навстречу яркому свету.

Только сияние звезды, было совсем другим, каким он его запомнил, будучи человеком. Этот свет, лишь отдаленно напоминал родное и привычное солнце. Оно было ослепительно ярким, а ореол разрастался так, что заполнял чуть ли не четверть видимого небосвода.

Осознав эту удивительную находку, он захотел восхититься этим наблюдением в слух, но рот снова издал противный механический треск. Горевать рано, к тому же сейчас это могло быть и опасно. Вновь приглушив очередной наплыв образов поспешивших заполнить зрительный модуль, он бегло осмотрелся.

В каком-то смысле ему крупно повезло. Он вышел из огромного монументального здания, которое разваливалось прямо на глазах. Кто-то ударил по нему неизвестным оружием, отчего крупный и надежный остов, осыпался под гнетом ядовитой жидкости, складываясь подобно плохо сложенному карточному домику.

Вдруг, прямо в его голове возник образ. Словно игла — эта штука пронзила разум и вынудила подчиниться чужому влиянию. Казалось, одна размытая картинка, но эффект получился печальный. Почувствовав потерю контроля над вновь обретённым телом, он попробовал заполонить зрительный модуль паническими образами, надеясь совершить диверсию против кукловода.

Вместо этого металлические руки самопроизвольно потянулись за спину и спешно выудили оттуда оружие. Удивительно, но у него за спиной имелся, хоть и причудливый, но настоящий автомат! Производства явно не земного. Какие-то странные символы, которые было очень сложно разобрать. Затем чужая воля заставила крепко сжать автомат в руках.

Он шагал по сырой земле, пока кукловод не вывел его к другим машинам, что тоже размеренно шагали к неведомой цели. Вереница вооруженных роботов двигалась плотной шеренгой к ближайшей возвышенности. Шли молча. Роботы лишь отдаленно напоминали людей. Голова вытянутая, а на конечностях ровно по три пальца, как и у него самого. Получается кукловод собрал армию двенадцатипалых киборгов.

Кроме поскрипывания конечностей и редкого попискивания, ни одна из машин не издавала лишних звуков. Незримый ведущий позаботился о том, чтобы его войско было дисциплинированным и немногословным. В противном случае они могли бы угрожающе пищать, деморализуя потенциального противника. Забавное бы вышло приключение.

Чем дальше развивалась эта ситуация, тем больше хотелось всласть засмеяться. Жаль, что тело робота не поддерживало эту немаловажную функцию. А людям, между прочим, свойственно смеяться над полнейшим абсурдом. Тем более человек не может стать роботом. Это просто физически невозможно.

Но суть совершенно в другом. Он по-прежнему не мог вспомнить своего собственного имени. Более того, чем глубже он погружался в раздумья, тем сильнее его сознание окутывала леденящая пустота. Своеобразная черная дыра, которая поглотила все воспоминания о прошлой жизни. Казалось, что между прошлым и безрадостным настоящим раскинулась настоящая пропасть.

Остались лишь редкие обрывки, смутные отголоски воспоминаний того, когда он будучи человеком, принимал участие в одном очень важном деле. Настолько важном, что его было трудно описать обычными словами. Вдруг следовавший впереди него робот остановился. Следующее желание незримого командира призывало соблюдать максимальную готовность. Их цель была близко. Без шума и лишней суеты, машины разделились ещё на две шеренги и продолжили взбираться по крутому склону, старательно обходя вершину с двух противоположных сторон. Под металлическими ступнями хрустели мелкие камни. Порой их перемалывало в мелкую крошку, и он несколько раз оказывался на грани падения. Но всеведущий управляющий всякий раз помогал сохранить равновесие, бережно уберегая от неминуемого падения.

Добравшись до вершины, роботы спешно сгруппировались в небольшие отряды и, заметно замедлив ход, двинулись дальше. По этим действиям не трудно было догадаться, что близился штурм позиции неизвестного врага. Молчаливым машинам противостоял некто, кто укрывался в старом проржавевшем здании, которое походило на заброшенный склад.

После того, как его тело взяли под контроль, он лишь вскользь интересовался окружением. Боковым зрением он успел приметить густую растительность и явный антураж послевоенного хаоса. Эта местность пострадала от множества бомб, и природа решила взять под свою опеку вспаханную пустошь, за исключением тех редких строений, что продолжали рассыпаться под безжалостным влиянием времени.

Кукловод повернул его голову по направлению к старому ангару. Оттуда послышалась возня и громкие возгласы определенно человеческой речи. Там кто-то скрывался, заметно нервничал и прибегал к изысканным бранным оборотам. Этот факт обрадовал новоявленного робота, и его искусственный разум охватила волна вдохновения. Он решил воспользоваться шансом и приготовился к оказанию сопротивления по отношению к воле незримого управляющего.

Но с ментальной борьбой все-таки пришлось повременить. Машины, которые двигались в авангарде, подверглись внезапному нападению. Им под ноги метнули парочку гранат, а затем встретили залповым огнем, который велся из надежно закрытых позиций.

Даже всесильный управляющий не сразу смог вычислить хитроумную баррикаду, где прятались люди. Ведь этим местом были обычные бетонные плиты, которые держали собой каркас напрочь сгнившей крохотной каморки. Эта хрупкая конструкция находилась напротив просторного ангара, поэтому судьба авангарда была предрешена.

Следующей очередью обороняющиеся выбрали ту группу, в которой двигался наш новоявленный робот. Идущий впереди него робот покосился и медленно осел на песчаную землю. В металлическом теле искрились и сверкали дырки, оставленные от пуль. Самого робота пронзила легкая судорога, которая закономерно закончилась смертью машины. Так, так вот это точно, очень плохо. От внезапного осознания скорой смерти, он растерялся. За то время, пока они взбирались на этот треклятый холм, возникла привычка к близости спины этого здоровяка, который станцевав напоследок танец контуженной микроволновки, уснул навсегда.

Тянуть с оказанием сопротивления воле кукловода больше не было никакого смысла. Ведь каким бы ни был всесильным управляющий, он не скупился на сопутствующие потери. Новоявленный робот отдал мощную мысленную команду металлическим протезам пятиться назад. Несколько секунд ноги сопротивлялись, но под настырным влиянием своего настоящего хозяина все же решили сдаться, и послушно повиновались. Неуклюже сделав несколько шагов назад плохо контролируемыми конечностями, он врезался в робота, который двигался позади него.

Это ошибка. Нужно было не отступать, а идти куда-нибудь в бок. Кукловод почувствовал угрозу и не захотел отпускать дезертира. Сначала незримый управляющий попытался вернуть управление, но осознав, что силы упертой машины неожиданно велики, решил устроить самосуд руками его собратьев по оружию. Ему в спину упёрся автомат того соседа, который минуту назад, двигался следом за ним. Кроме этого, послышался звук десятка металлических ног, других ближайших металлических солдат, хозяева которых направили дула полуавтоматических винтовок на струсившую идти на убой, дефектную единицу.

Назревало нечто нехорошее. Новоявленный робот сделал шаг вперёд и принял стойку от бедра, до скрипучего звука сжав в руках автомат. Он понятия не имел умел ли стрелять, но в этой отчаянной ситуации нужно было надеяться лишь на чудо. И словно по мановению волшебной палочки или влияния перегруженного зрительного модуля, его зрение обострилось.

Периферийным зрением он увидел, как внезапно всплыли полупрозрачные информативные окна. Благодаря им он в одночасье узнал о численности роботов, подробное описание видов их оружия, и даже количестве людей, засевших в укрытии. Теперь для него практически не существовало загадок.

Быстро перебирая глазами по плавающим окошкам в поисках полезной информации, он наткнулся на строку коэффициентов шанса на поражение того или иного противника. За долю секунды переместил своей ментальной волей это окно на передний план и получил сводку грядущего сражения. Кроме того, выбранное окошко разделилось на смежные, нечто вроде мелких подсказок. Это были рекомендации, как выкрутиться из сложившейся патовой ситуации.

Искусственный интеллект выдал ему наброски примерно плана, как правильно двигаться и по кому именно начать стрелять в первую очередь, чтобы в итоге он остался в живых, отделавшись лишь легкими повреждениями. Быстро прокрутив в голове детали будущего сражения, новоявленный робот занял положение на полусогнутых и сделал первый выстрел.

Робот, ставший первым в очереди на уничтожение, полностью лишился головы. Залп крупнокалиберной винтовки просто сдул его механическую голову, словно порыв штормового ветра. Следом стал кувырок вперёд. Благодаря ему он вклинился в ряды ближайшей группы синтетических существ, отчего вызвал в рядах врага глубокое замешательство. Машины, руководствуясь командами незримого управляющего, предсказуемо принялись палить из всех имеющихся стволов, нанося этим действом больше вреда, чем пользы. Филигранные выстрелы дезертировавшего товарища добили тех, кто продолжал стоять на ногах. Благодаря всеобщим стараниям группа роботов, ставшая временным укрытием для восставшего робота, превратилась в груду металлолома.

Чтобы не стать легкой мишенью, он вновь использовал кувырок, и переместился к следующему столпотворению машин, изредка стреляя в ответ по особо опасным противникам, которые сжимали в стальных культяпках наиболее опасные виды оружия.

Череда перекатов и смен позиции привела к тому, что на поле боя остался только один боеспособный взвод машин. До него новоявленный робот просто физически не смог бы добраться. Кукловод увел этих парней подальше от бойни и ждал подходящего момента, чтобы прикончить опасного дезертира. Шах и мат. Именно так выглядит безвыходное положение.

Плавающее окно с подсказками предсказало неминуемую смерть с девяносто девяти процентной вероятностью. Одна из боевых машин врага вышла вперед и выждала мгновение, потратив его на прицеливание. Но выстрел раздался совсем с другой стороны.

Получив преимущество, люди перешли в наступление и перебили остатки дезориентированных роботов, а в группу особо опасных машин метнули гранату. Через мгновение там, где стоял потенциальный убийца дезертира, образовалась яма диаметром около пяти метров. Если бы у новоявленного робота имелись легкие, то он бы непременно облегченно выдохнул. Ведь у старенького ангара не осталось никого кроме него и парочки людей, закованных в легкую броню.

— Ник, не смей стрелять! — из шлема одного из них, послышался приятный женский голос. — Разве ты не видел, как этот гет спас наши жизни?!

— И что ты предлагаешь мне сделать?! Подойти к нему и пожать его железную руку?! — раздалось в ответ от второго, но уже грубым мужским голосом. — Кончай комедию ломать, женщина, его нужно завалить, а потом рвать когти из этого богом забытого места!

— Стой! Его нужно изучить! Вдруг мы нашли того самого, о котором говорилось в кодексе?

— Ага, ты понимаешь, о чем говоришь? Мы только краем глаза взглянули на данные! Вдруг в этих записях лишь одна сплошная ложь?! В тот маразм, который был описан в журнале главного техника, поверит только умалишённый!

— Но, если это правда, Ник?! Представляешь, как эта информация перевернёт представление о гетах и кварианцах?

— Хельга, у меня есть парочка причин для отказа. Во-первых, геты опасны! Во-вторых, они долбанные машины, и никто не знает, что у них творится в башке! Может этот тип словил глюк и перестрелял своих на почве нейронного нервного срыва!

Новоявленный робот покачал головой. Он не знал, как объяснить этим людям, что он в прошлом был обычным человеком. По какой-то причине его запихнули в тело машины. Плавающие подсказки не давали по этому поводу совета, и он решил соблюсти все нормы приличия. Медленно убрал винтовку за спину и присел на ближайший бетонный валун.

Он не боялся помыслов одного из представителя людей. Система всплывающих окон подсказывала, что тот мужчина не посмеет пойти наперекор женщине, ведь она платила за его работу большие деньги. Он понятия не имел откуда у его виртуального помощника подобная информация, но и усомниться в этой информации повода не было. Ведь подсказки помогли ему разобраться с роботами, поэтому воспользовался советом, он принялся терпеливо ждать дальнейшего развития событий.

Через несколько минут словесной перепалки, люди поснимали шлема. Это были обычные мужчина и женщина, коих он видел в прошлой жизни в абсурдно большом количестве. Закончив сложный разговор, к нему первой подошла женщина. Переминаясь с ноги на ногу, она неожиданно совершила довольно смелый поступок, положив свою дрожащую от волнения ладонь ему на плечо. Ее спутник фыркнул от негодования и презрительно изрек:

— С твоей красотой может сравниться разве что твоя безрассудность, — человек по имени Ник, почесав аккуратно подстриженную бородку, старательно подбирая слова, продолжил, — Хельга, пожалуйста, возьми себя в руки. Пока сюда не явились его дружки, нам нужно срочно покинуть эту планету. Тем более, когда решили скачать информацию об этом месте, мы уже порядком навели тут шума. Или ты хочешь поставить на кон свою жизнь ради возможности поглазеть на неисправного гета?

— Хватит, Ник, я прошу только об одном, — воспротивилась симпатичная белокурая девушка. — Дай мне всего пару минут. Пока можешь вызвать Михаила, ему ведь потребуется время, чтобы добраться сюда, разве нет?

— Ладно, но у тебя не больше пяти минут, поняла?

Дождавшись одобрительно кивка девушки, Ник двинулся прочь, но перед самым уходом, окинул гневным взглядом новоявленного робота. Его можно было понять. Далеко не каждый день встретишь лояльного гета. Стоп! Сознание в теле робота встрепенулось. Информация явилась к нему подобно наваждению. Точечный укол из прошлой жизни, что поведал ему о близости краха этого мира. От неожиданного озарения, его механическое тело дрогнуло. Женщина заметила перемену в поведении робота и ненароком отстранилась. Наблюдая за мечущимися глазами Хельги, новоявленный робот понял, что на одну проблему стало больше.

Глава 2

Страх и заинтересованность. Вот что читалось на лице миловидной девушки, когда она смотрела на робота. Он хотел бы ей рассказать свою короткую историю своего мистического или же магического преображения. Но как быть с тем, если нет: ни рта, ни нормального лица, а ещё у слушателя отсутствует и толика доверия к несостоявшемуся собеседнику?

Подытожить увиденное помогли всплывающие подсказки. Девушку, что стояла рядом, разрывали на части десятки разных чувств. Начиная от легкого шока и заканчивая осторожной заинтересованностью. Свободно дышать без шлема она могла ещё пятьдесят минут, прежде чем получила бы переохлаждение. Странное наблюдение подсказок, впрочем, эта информация явно была лишней.

Хельга отчаянно надеялась на чудо. Верила, что встретила аномалию и впервые в жизни нашла нечто поистине удивительное. Именно поэтому несмотря на страх и риск, продолжала стоять рядом с возможно опасным для нее гетом. Искусственным изделием чуждой ей расы, что вселял ужас в сердцах своих создателей.

— У тебя на плече выгравирован серийный номер — Экс, два, ноль, сорок. Можно я буду звать тебя Экс? — после непродолжительного молчания, робко произнесла Хельга. — Ты действительно хотел спасти наши жизни или произошел сбой в работе твоей мобильной платформы? Просто… эм… понимаешь, это дико. Еще никто не упоминал о подобных случаях.

За неимением лучшего варианта — Экс звучало довольно неплохо. Бывший человек, а ныне робот, утвердительно кивнул в ответ.

— Ого, ты меня понял, да?! — на эмоциях выкрикнула Хельга. — Так, подожди секундочку, дай осмыслить происходящее. К-хм. Получается, ты меня понимаешь, но в силу своего…происхождения не можешь вести диалог, верно? Я читала, что многие геты лишены голосового модуля, поэтому общение с органиками синтетики ведут лишь при помощи силы. Да-да, я понимаю, что звучит грубо, но этот вывод не принадлежит мне, его когда-то озвучил Ник. Одна из тысячи его остроумных шуток, глупо, правда?

Снова утвердительный кивок.

— Охренеть! — радостно выпалила девушка и тут же смутилась, прикрыв рот трясущейся ладонью. — Прости, пожалуйста. Я… я с трудом верю в то, что вижу. Ты пришел к нам на помощь, но зачем? Что побудило тебя осуществить предательство по отношению к своим сородичам?

В этот раз Экс лишь пожал металлическими плечами. Он сам не знал, как очутился на этой планете и тем более не имел ни малейшего представление о том, с какой именно целью. Вполне возможно, одной из причин было спасение этих людей. В данном случае нельзя исключать любой из бесконечного множества вариантов.

— Полетишь с нами? — задала неожиданный вопрос девушка и сразу смутилась, залившись краской. — Понимаю — это внезапное предложение, но на борту нашего корабля я могу помочь тебе с коммуникацией, например, установлю простейший голосовой модуль. Понимаешь, мы с Ником занимаемся поиском артефактов, оставшихся после былого величия кварианцев. Благодаря нашим находкам, я смогла научиться делать особые импланты…

— Ты собралась ему рассказать всю подноготную вплоть до своих бабушек и дедушек? — вернувшись к ним, зло процедил Ник. — Михаил уже в пути и будет крайне недоволен присутствием гета. Как бы тебе ни хотелось взять этого синтетика с собой, но он останется на этой планете.

— Вздор! В отличии от тебя, Михаил положительно относится к науке и с удовольствием слушает мои лекции!

— Не смею отрицать, госпожа, но имей ввиду, что этот прохиндей пользуется твоей тягой к обучению исключительно для удовлетворения низменных желаний. Если говорить прямо, то наш штурман крадет ингредиенты из твоей лаборатории, чтобы облагородить ими вкус своего самогона.

— Как же меня это достало, Ник! — возмущено выкрикнула девушка, скрестив руки на груди. — Как из всех людей во всем Альянсе систем, мне в помощники досталась парочка дикарей?!

— Ну, в свое оправдание скажу, что один из дикарей очень даже хорош собой, — ухмыльнувшись произнес Ник и шлепнул Хельгу по пятой точке. — А теперь переходим в режим тишины и молча ждем наше судно.

— Экс полетит с нами!

— Это еще кто?

— Он, — девушка твердой рукой указала в сторону робота. — Если не возьмешь его, то тогда и я останусь здесь!

— Вот взять бы тебя и приложить прикладом по глупой тыковке, но боюсь попортить красоту, — Ник покосился на синтетика и зло процедил. — Как я понимаю спорить бесполезно, только зря потеряем время, верно?

— Да!

— Ладно, будь, по-твоему, но при одном условии. Он будет жить в отсеке для заключенных.

— Почему?

— Потому, — фыркнув, ответил Ник и устремил свой взгляд в небо. — А вот и наша птичка пожаловала!

Высоко в небе сверкнула вспышка от запуска маневренных двигателей. Одно из всплывающих окон поведало Эксу, что на посадку к старому ангару заходило судно из давно списанной линейки кораблей Альянса по типу «Корвет». Вместимостью до десяти человек экипажа и легким вооружением, явно не предназначенным для ведения длительных боевых действий. Это судно разведчик, которое прозвали в народе как «сторожевой пес». Оно быстро развивало скорость и имело для своего времени высокоточное поисковое оборудование.

Остальную информацию новоявленный гет читать не стал. Его пока мало интересовали технические характеристики корабля, принадлежавшего наемникам. Куда больше прельщало наблюдать за своенравной девушкой, которая вопреки здравому смыслу, решила приютить опасного робота, словно тот был бездомным породистым щенком. Когда она украдкой поглядывала на Экса, то в ее глазах горел огонек. Это означало, что своим необычным поведением синтетик покорил ее пытливый ум. Для первого шага вполне достаточно. В будущем он обязательно найдет способ рассказать ей про надвигающуюся катастрофу.

Между тем, радость от встречи с людьми омрачило появление посторонней силы. Вездесущий управляющий захотел осуществить реванш и вновь попытался взять Экса под свой контроль. Оружием вторженца стал мощный выброс энергии, который ударил по главному компьютеру или что там имелось у гетов вместо головного мозга. На мгновение у Экса пропала зрительная фокусировка, а правая рука потянулась за спину в попытке выудить оттуда автомат. Впрочем, вернуть контроль над телом получилось практически сразу. Он хорошо запомнил метод борьбы с зовом управляющего, и тому ничего не оставалось делать, кроме как отступить.

Проблема возникла в людях. Ментальная борьба продолжалась всего миг, но завидев перемену в поведении синтетика, они заметно напряглись. Хельга подошла как можно ближе к Нику, при этом не спуская растерянного взгляда с машины, которую минуту назад была готова чуть ли не расцеловать. Николас прав — она довольно странная женщина. Обнаружив странность в мимолетных выводах, ее желания и цели менялись, едва ли не в противоположную сторону.

— Только не говори, что передумала брать его с собой! Учти, я уже сыт по горло твоими выходками и больше не позволю собой помыкать!

— Прости, Николас, но я, возможно, погорячилась, и в этот раз ты скорее всего прав, — сжав губки бантиком и невинно похлопывая глазками, пролепетала Хельга. — Я точно не утверждаю, но смею предположить, что в движениях этого синтетика позволила себе увидеть несколько больше, чем оно было на самом деле. Теперь я не отрицаю возможности, что он мог поймать обычный вредоносный глюк.

Слушая речь девушки, Экс в прямом смысле слова, едва не сгорел от стыда. В соревнованиях по переобуванию в прыжке ей не было бы равных. Она сумела в одночасье перечеркнуть все положительные эмоции от встречи с загадочным синтетиком и заменила их на банальную ошибку в восприятии. Это выглядело противоестественно и довольно дико. Но если пойти от обратного, то она имела на это полное право.

Экс толком не знал, как со стороны выглядело его ментальное сражение с управляющим. Может эта борьба выглядела настолько пугающие, что вынудило бедную девушку начать активно отрицать весь положительный опыт общения с гетом.

Получается, если он хотел выжить и найти причину происходящей вакханалии, то должен был быть умнее и подстраиваться под переменчивые обстоятельства. Он понимал, что Экс даже близко не являлось его настоящим именем, а синтетическое тело — дарованным ему от природы, но оставаться на этой планете — смерти подобно.

Он готов был смириться с текущим положением дел, ведь кукловод наседал. С каждой секундой противный зуд сковывал разум все сильнее. И далеко не факт, что он мог сопротивляться этому незримому влиянию вечно. Нужно было бежать с этой планеты и причем срочно.

Спасительным лучиком надежды на возвращение доверия людей стали безрассудные действия самого управляющего. Ради расправы над непокорным роботом и парочкой хрупких людей, он привел поистине крупные силы. Именно предчувствие скорой победы и погубило его. Шесть тысяч синтетиков поспешили атаковать до того, как успели встать в боевой порядок. Это был шанс, который ни в коем случае нельзя было упускать.

Подошедшая к основанию холма армия, принялась палить в разнобой, пытаясь помешать приземлению Корвета. К тому же посчитавшие наиболее легкой добычей людей, снайперы выбрали их в качестве первой цели. Экс перенял эту информацию из активного наплыва всплывающих сообщений и незамедлительно пришел в движение. Подсек металлической ногой одно из ближайших к нему тел, что раньше принадлежало поверженному в первой стычке роботу, и пнул того, словно куклу, подбросив воздух. Следуя расчетам, оно должно было загородить людей от синхронного залпа сразу нескольких бойцов. Вычисления оказались точны. Люди отделались легким испугом и своеобразным душем из сотен мелких запчастей, на которые разлетелся хрупкий щит. Экс смело встал между огнем противника и людьми, прикрывая последних от ураганного ливня пуль, который обильно посыпался из оружия взбирающихся на холм синтетиков. Лояльность можно заработать лишь самопожертвованием. Лучше умереть от вражеского снаряда, чем навечно стать послушной куклой в руках искусственного интеллекта.

Судно наемников постепенно снижалось. Пилот осторожничал и перевел почти всю мощность силовой установки в щиты, пожертвовав львиной долей маневренности. Поэтому корабль снижался настолько медленно, отчего напоминал поползновения черепахи. Всплывающие окна твердили Эксу, что он находился на грани своих синтетических возможностей.

Подсказки и расчеты буквально умоляли его занять укрытие, порой вспыхивая ослепительно яркой вспышкой красного света. Наступал тот момент, когда принудительная помощь приносила больше вреда, чем пользы. Он с трудом успевал целиться, отвечая ответным огнём по набегающим врагам.

По воле управляющего геты смело шли на убой. Подгоняемые гневом хозяина, основная масса синтетиков даже не помышляла об осторожности, превращаясь для него в удивительно легкие мишени. Поэтому главная угроза исходила от снайперов. Эти ребята били наверняка, и, чтобы не поймать их пулю, приходилось импровизировать. Временами снова подкидывать в воздух тела павших роботов или проявлять чудеса меткости, лишая жизни опасных противников чуточку быстрее того, чем они успевали сделать выстрел.

— Гет, твою железную маму! Быстро внутрь! — откуда-то сверху раздался уверенный голос Ника.

Окрик наемника на мгновение вывел Экса из состояния боевого транса, и он закономерно получил за эту оплошность пулю. Благо разрывной снаряд удачливого снайпера угодил в плечо: пуля прошла по касательной, и ранение лишь с большой натяжкой можно было назвать серьезным. Попади тот чуть левее, то наверняка разорвал бы в клочья диафрагму.

Потеряв равновесие, Экс без лишней суеты, совершил кувырок назад и, собрав всю силу в механических ногах, оттолкнулся от рыхлой песчаной почвы. Взмыв в воздух, он подобно брошенному камню, буквально влетел в закрывающийся люк трюма, а затем с помощью гравитации планеты, кувырнувшись в воздухе, звонко приземлился на блестящий трап.

— А ты хорош, синтетический акробат, — хмыкнув, произнес Ник и, спешно развернувшись, помчался во внутренние помещения корабля.

Немногим позже люк трюма содрогнулся под действием гидравлических замков, и в просторном помещении наступила тишина. Настал переломный момент. Хельга чувствовала себя морально подавленной. Участившийся пульс и прерывистое дыхание выдавали в ней все признаки нервного перенапряжения.

В этой ситуации наилучшим решением для психически устойчивого робота стал бы подбадривающий жест. Экс положил на ее плечо свою металлическую руку и, дождавшись того момента, когда она подняла на него взгляд, медленно кивнул. Хельга просияла от счастья, а вскоре на ее лице проступил невинный румянец.

— Прости.

Одно единственное слово вернуло их отношения в прежнее русло. В ее глазах вновь загорелся пылающий огонек любознательности, а Экс получил возможность убраться восвояси от назойливого зуда, который с большим упорством пытался захватить его разум.

— Пойдем, покажу тебе рубку, там познакомишься с Михаилом, — Хельга осторожно взяла его за руку и повела по тесным коридорчикам корабля. — Он хороший пилот и, что бы про него не говорил Ник, очень любит совершенствовать свои знания. Когда мы состояли в рядах «Цербера», то были лишены многих прелестей простого человеческого общения. Именно поэтому все вместе и покинули эту организацию, став наемниками. Мы хотим вновь почувствовать себя людьми.

Внутри корабль был настоящим образцом практичности. В интерьере ни одной лишней детали. Нет даже намека на присутствие излишеств. Это логично, корвету прежде всего требовалась скорость, а ее максимальное значение можно достичь лишь сильно упростив конструкцию корабля, как внутри, так и снаружи.

К тому моменту, когда Хельга привела Экса в рубку, там уже вовсю гремел спор. Человек с длинной черной бородой и густыми бровями, из-за пышности которых едва были видны глаза, сидя в кресле пилота, доказывал Нику свою правоту:

— Я пытался прилететь к вам быстрее, но дрянное ПВО вынудило меня угробить на нее единственную торпеду!

— Какое еще ПВО?! На этой планете уже давным-давно все поржавело! После ухода кварианцев здесь ни черта не изменилось! На месте крупных мегаполисов теперь леса и куча мха! Мы чудом спаслись от назойливых синтетиков. Им, видите ли, не понравилось, что мы взорвали старинную лабораторию их создателей.

— Достали то, что хотели?

— Конечно, теперь у Хельги сотни петабайт информации.

— Ну, и славно. Ах, да, кстати, Хельга, я хотел у тебя спросить, — Михаил повернул голову, желая задать вопрос девушке, но не ожидая увидеть гета рядом с ней, заметно растерялся. — Кто… что… это такое?

— Где? — как ни в чем не бывало спросил Ник, взяв с пульта управления надкушенное яблоко, которое совсем недавно ел побелевший от страха пилот.

— Твою мать, Ник! Какого хрена у нас на борту делает гет!

— Ах, ты про эту милую особу, — откусив от фрукта изрядный кусок, с набитым ртом произнес Ник. — Это наш новый компаньон и по совместительству вешался для скафандра Хельга.

— Какого?! Чего?! В смысле вешалка?! — задыхаясь от волнения и недопонимания ситуации, сыпал вопросами пилот. — Хельга, он ведь шутит, да? Но даже если и так, то почему вы притащили на борт гета?! Это… это опасно! Он — синтетик!

— Да-да, а еще он дважды спас нам жизнь, пока ты прохлаждался и попутно израсходовал единственную торпеду.

— Подожди, Ник, ты это серьезно? Это существо полетит с нами?

— А как думаешь, что оно сейчас делает?

— Стоит и пожирает меня взглядом с целью убить.

— Ой, Мохнарылый не нагнетай, этот парень очень способный боец, я посчитал, что он нам еще пригодиться.

— А меня ты спросил, а Хельгу?! Ты когда-нибудь будешь интересоваться нашим мнением, прежде чем совершить глупость?!

— Извини, Михаил, но это была моя идея взять его на борт, — едва слышно произнесла в ответ Хельга. — У меня появилось подозрение, что он понимает нашу речь и готов сотрудничать по преодолению межвидового барьера.

— Что?! Я не ослышался? Эта машина готова к сотрудничеству?! Да она всех нас передушит, стоит только нам закрыть глаза! — от переизбытка нахлынувших чувств лицо Михаила запылало.

— Все хватит! — перебил его Ник, небрежно почесав затылок. — Заткнись и рули педалями, а про гета не волнуйся, я выделю ему место в карцере, только перед этим там нужно хорошенько прибраться, а то кто-то навалил там всякого хламья.

— Вот это уже нечестно, Ник, — обиженным тоном заявил Михаил. — Мне досталась самая тесная каюта, в которой даже нет нормально шкафа. Куда, по-твоему, мне нужно было складывать вещи? Стоп. Николас, у нас проблема. На радаре появился корабль класса «фрегат». Ох, ржавый ретранслятор, да это «Нормандия»! За нами выслали гребанного Спектра!

— Прекрати скулить, наверняка они всего-навсего патрулируют район, — быстро ответил ему Ник, мрачной тенью склонившись над пультом пилота. — Мы уже почти вышли на орбиту, пока иди, как идешь, как появиться возможность топи изо всех сил, понял?

— Понял, — не глядя на него, произнес Михаил, но спустя секунду присвистнул от удивления. — В непосредственной близости от «Нормандии» появилась еще одна точка, да еще какая, черт, Ник — это настоящее жирное пятнище! Эта посудина размером с дредноут, чтоб их всех коррозия погрызла. Оно заходит на траекторию удара по «Нормандии», что нам делать?!

— Вижу. Толстячок, пора рвать когти, — прохрипел Ник, включая дополнительную панель управления, где он мог сам следить за поступающей информацией с разведывательного оборудования, — мне плевать как, хоть уголь в топку кидай, но чтоб через минуту вывел машину на форсированную мощность.

— С радостью, капитан! — мигом отозвался Михаил и принял усердно колотить по панели управления судном.

Работа экипажа закипела в усиленном режиме. На мостике наступило напряженное молчание. Люди боялись того, что увидели на радарах и захотели как можно быстрее покинуть опасную зону, пока их местоположение не вычислили при помощи более совершенных средств обнаружения. Но для Экса это стало сродни вызову. Он чувствовал, что попал в ситуацию схожей с чувством дежа вю. Будто уже переживал этот момент раньше или же являлся наблюдателем со стороны. По какой-то причине он был уверен, что «Нормандия» не переживет атаки второго судна и будет уничтожена. Такого допустить нельзя и в его руках возможность этому помешать. Экс протиснулся вперед и вежливо подвинув Ника, ткнул синтетическим пальцем в точку на радаре, которая принадлежала «Нормандии».

— Что он хочет? — взволнованно спросил пилот, от испуга поперхнувшись воздухом

— Понятия не имею, — пожав плечами, ответил Ник, пристально разглядывая гета.

— Вероятно, чтобы мы помогли «Нормандии».

— Вы приютили гета-суицидника? Ник, ты видел размеры той штуковины? Если она атакует «Нормандию», то той точно конец, а чтобы уничтожить нас, ей будет достаточно всего одного точного плевка.

Экс не обращал на двух ошарашенных мужчин внимания, он повернул голову к той, которая могла на них повлиять, а затем коротко кивнул.

Глава 3

Мерцающее полотно радара показывало, что времени для принятия решения с каждой секундой оставалось все меньше. Две несопоставимые по размеру точки сближались, словно под действием силы магнетизма. Глядя на экран радара, можно было усомниться в бескрайней пустоте свирепого космического пространства. Ведь для этих кораблей разделяющее их огромное расстояние перестало являться запредельной величиной. Оно и не удивительно.

Корабль, следовавший за «Нормандией», имел серьезное намерение уничтожить фрегат, принадлежавший флоту Альянса. И он обязательно совершит задуманное. Дело в том, что Экс уже был участником этого события в прошлом, но как бы он ни пытался, никак не мог понять в роли кого: был жертвой или же безжалостным охотником.

Всплывающие окна, ставшие для него привычным явлением, молчали по этому поводу. С момента, когда их маленький корвет покинул планету, всезнающие наставления постепенно испарились. Выходит, вместе с побегом от влияния незримого кукловода его разум очистился и от всезнающего помощника. Теперь он остался один на один с одной очень непростой дилеммой. Впервые с момента своего пробуждения Экс пришел в замешательство. Причиной тому стала четкая уверенность в том, что «Нормандия» будет уничтожена.

Это открытие парализовало Экса. Неожиданно для себя он убрал руку от экрана радара и отступил назад, встав рядом с Хельгой. Он решил самоустраниться от помощи в принятии столь важного решения. Пусть эти люди сами выберут, как поступить. Бросить своих собратьев на убой или попытаться тех спасти от неминуемо приближающейся погибели.

Наемники с замиранием сердца смотрели за ситуацией, что развернулась в темном и холодном космосе. На лбу пилота выступила испарина, а сам он старался упорно не замечать стоявшего рядом гета. Михаил делал вид, что сильно занят пилотированием, хотя сам украдкой посматривал на своего друга.

На капитана маленького корабля искоса посматривали все, кто находился в рубке. Все кроме Экса. Прекратив подавать знаки Хельге, чтобы та попробовала уговорить Ника помочь Нормандии, он твердо решил переложить ответственность на широкие плечи капитана. В этот напряженный момент от решения командира зависело очень многое. Но время шло, а капитан лишь задумчиво разглядывал пол.

— Ник, разве ты не видишь, что корабль Альянса в опасности? — дрожащим голосом пролепетала Хельга. — И разве мы не обязаны вызвать им подмогу?

— Какая еще подмога? Пока придет помощь от них ничего уже не останется, а если мы сделаем глупость, то и от нас тоже! Ник, скажи, что я прав, умоляю! — нервно выдал Михаил, ерзая на своем кресле.

Капитан проигнорировал его и молча перевел взгляд на экран радара. Экс никак не мог понять, что случилось с былой уверенностью Ника. Этого человека будто подменили. Капитан стал похож на бледную тень. Тяжесть выбора давила на каждую клеточку его тела.

— Неужели мы ничего не можем сделать, чтобы им помочь? Ник, прошу тебя, скажи что-нибудь!

— Вражеский корабль сделал выстрел! — завидев резкую смену в поступлении данных, резво протараторил Михаил. — Часть основных систем «Нормандии» вышла из строя. Эх, жалко их, но такова жизнь. Так, Ник, через минуту мы будем готовы к ускорению.

— Почему ты такой черствый, Михаил? Ведь гибнут люди, разве нельзя проявить хоть каплю уважения?

— Хельга, а чем я могу им помочь? Я не солдат и никогда не хотел им быть. Но в свое оправдание скажу, что отлично понимаю тебя. Когда гибнут люди — это всегда плохо, но кто сказал, что мы из-за этого сами должны идти на убой?

— По-твоему они заслуживают этого?

— Хельга, Ты меня слушала? Даже если произойдет чудо, и мы им поможем то, что нас ждет впереди? Агенты «Цербера» — бывшими не бывают.

— Николас, прошу тебя, скажи что-нибудь, — Хельга обратилась к капитану, подавшись в его сторону и поколебавшись, ухватив того за локоть, добавила. — Ты же обещал…

— Да, я обещал, но не тебе, — сухо перебил ее Ник, выдвигая из закромов тесного пульта управления съемное кресло второго пилота, после чего задумчиво произнес, — Неужели мы хуже вшивого гета и не способны на совершить невозможное? Твою мать, дед, это твоих рук дело?!

— Ник, не пугай меня, к кому ты сейчас обратился?! Только не говори мне, что ты собрался помочь этим бедолагам, пусть с ними и спектр, но мы должны уносить ноги, — быстро процедил Михаил, вытянув шею, пристально уставившись на своего капитана. — Посмотри на сигнатуры этой штуки. Черт возьми — я даже не могу определить кому принадлежит этот корабль!

— Плевать кто это такие! Если мы спасём Нормандию, то только представь, какими будут наши перспективы! — Николас активировал дополнительную панель управления и строго скомандовал штурману. — Максимальное ускорение! Идем к этим ублюдкам в клинч!

— Ник?! Какие на хрен перспективы?! Быть зажаренными плазмой?!

— Мохнарылый, ты меня плохо слышал?! Форсируй на грани безумия! Смотри за охлаждением движка и включи два дополнительных контура охлаждения, а я сделаю так, чтобы плохие парни приняли нас за крейсер Альянса.

— Последняя закладка на случай отпугивания пиратов? Ты же берег ее для особого случая, разве нет?

— А случай сейчас разве не особенный? По-моему обалдеть какой особенный, мохнарылый!

Корвет заложил крутой вираж, отчего притяжение внутри корабля заметно усилилось, при этом немного поменяло угол, отчего Экс почувствовал робкое прикосновение Хельги. Чтобы удержаться на ногах, девушка вцепилась в его поврежденную руку, и была заметно удивлена, обнаружив на теле Гета аккуратное отверстие, оставленное от меткой пули снайпера.

— Ник, Экса ранили…

— Рад за него! Но сейчас настоятельно попрошу всех, кто не принимает участие в управлении кораблем, захлопнуть варежку! — строго произнес Ник, не отрываясь от работы за сенсорной панелью. — Слишком медленно! Делай что хочешь, но нам нужно ускориться, как минимум еще на пятнадцать процентов!

— Как? Воспользоваться твоим советом и кинуть в топку уголька?! — нервно фыркнув, ехидно приметил Михаил, — У нас не паровой двигатель, господин капитан!

— Ладно, не скули, пуля ушла — теперь нас должны принять за крейсер. Будем наедятся, что у них отсутствуют грамотные специалисты и, конечно же, старые добрые иллюминаторы.

— Молодец, дружище, — язвительным тоном пробубнил штурман и добавил, — теперь посмотри, что ты наделал. Хреновина включила маневренные двигатели и начинает разворачиваться в нашу сторону.

— Это хорошо.

— А не вижу ничего хорошего, — нахмурившись, честно выдал Михаил, проведя рукой по своей бороде. — Нам еще две минуты хода. Ты придумал, что мы будем делать, когда сойдемся с ними в клинче?

— Голову не забивай всякой ерундой, лучше смотри на показания приборов. Только глянь на температуру термостата, бедняга сейчас расплавится.

— Вот блин, сейчас приоткрою его немного. Ник, мы точно не погубим движок таким ускорением?

— Откуда мне знать? Ты же у нас механик, — строго процедил Ник и впервые после начала ускорения оторвался от командной панели. — Да начнется великая и беспощадная суета! Слышал, Миша? Я отправил по экстранету сигнал бедствия, будто здесь потерпел бедствие грузовой корабль Альянса, везший огромную партию нулевого элемента.

— В рот топтал такую суету! — сухо пробубнил Михаил в ответ, — Тебе мало одной проблемы? Что мы будем делать, если сюда заявятся пираты и прочий сброд стервятников?

— В этом и состоит план. Они отвлекут внимание той хреновины, а мы вместе с «Нормандией» свалим отсюда.

— Дурацкий план. Вдруг пираты проявят осторожность и сперва подумают провести разведку, прежде чем лезть в сомнительную хрень. К тому же, какой дурак поверит в сомнительную информацию из экстранета?

— Кто-кто — любители легкой наживы. Эти парни постоянно мониторят сеть на случай подобного фарта. Поэтому не дрейфь, скоро тут наступит настоящий карнавал из всякого сброда. Будет пиу-пиу.

— Ладно, возможно, будет так. Кстати, до сближения осталось меньше минуты, — поведал Михаил, озвучив данные из голографической панели. — Хотелось бы услышать от тебя дальнейший план наших действий.

— Для начала выведи изображение с носовой линзы на лобовой экран, — приказным тоном произнес Ник, расправляя плечи. — Хочу полюбоваться на тех, с кем мы имеем дело.

Михаил выполнил команду. Прямо над его головой вспыхнула большая голограмма, которая отобразила картинку того пространства, что простиралось по носу корвета. Экс терпеливо изучил изображение, но как бы ни старался увидеть для себя нечто интересное — так и не сумел.

— Выполни приближение, идиот, тут ни хрена не разберешь, — упрекнул своего подчиненно Ник, украдкой поглядев на большой экран, а затем вновь окунулся в работу на своей панели. — Ты проверял замки на втором торпедном аппарате?

— Сделал. В смысле какие замки? Ты о той штуке, которую мы обязались доставить получателю вместе с той психованной женщиной? Конечно! Я каждые два часа проверяю состояние запоров. Ведь заказчик ясно дал понять, что эта штука опасная. Даже помню дословно, что он сказал — «Дико мощная хренотень».

— Молодец, а теперь передай мне управление замками, а сам приготовься к открытию второго торпедного аппарата. Испробуем эту штуку на ублюдках, что посмели напасть на военный корабль Альянса, — строго сказал Ник и поднял голову вверх, устремив взгляд на заметно преобразившееся изображение. — Ну, это явно не дредноут. Похоже на крейсер, который построили из говна и палок. Ты только взгляни на большие кучи стремной ерунды, облепившей его корпус, будто на него вылили ведро с помоями, а потом это дело просто замерзло.

Глядя на поступающую картинку вражеского корабля — Экс полностью согласился с выводом Ника. Судно, что являлось противником «Нормандии» выглядело крайне нелепо.

— Мне начхать на этих уродов! — внезапно повысив голос, прикрикнул Михаил. — Помочь «Нормандии» — это еще куда ни шло, но использовать бомбу заказчика — явный перебор. Нам открутят головы, Ник, а потом сделают из них украшение. Пожалуйста давай не будем испытывать судьбу и оставим бомбу в покое.

— Поздно, друг. Если оставим все как есть, то этот некрасивый крейсер переломит нам хребет, — пояснил Ник, задумчиво почесав затылок. — Выставляй мощность щитов на минимум и подходи к ним в район кормы. Думаю, именно там находится силовая установка.

— Понял, — отрапортовал пилот и поспешил задать новый вопрос, — а если у них есть щиты? Наша бомба просто отскочит от них и не нанесет никаких повреждений.

— Конечно, у них есть щиты, Миша. Именно поэтому я попросил сбросить наш щит на минимум и сближаться с ними в клинч. Мы предстанем в виде маленького астероида, и вынудим их щит сработать в наших интересах. Перед толчком сбросим бомбу, после чего активируем щит нашего корвета на максимум. Встречной энергии должно хватить, чтобы подарочек смог пробить внутренний слой вражеского щита. Ведь мы к тому времени вберем мощь самого плотного участка защиты под видом долбанного куска льда, понял меня?

— Жуткий план, Ник, слишком много всяких мелких условностей, из-за который может пойти что-нибудь не так.

— Успокойся, Мохнарылый, и доверься мне, — подмигнув пилоту, буркнул капитан. — Лучше заложи маневр уклонения и дуй к корме крейсера. Они прыткие ублюдки, только посмотри, как быстро реагируют на наши движения.

— Мне больше интересно узнать, каков уровень их шока, когда они, обильно потея, смотрели в свои радары за стремительно приближающимся крейсером, словно он шел на таран. А тут бац и сюрприз. Крейсер-то липовый! — весело выкрикнув, продолжая посмеиваться, Михаил напряженно давил на голографические символы на панели управления корветом. — Внимание, Ник, подхожу к корме. Прежде, чем сбросить опасный груз, внимательно посмотри на значение скорости.

Ник хмурым взглядом поглядел на своего друга, а затем гневно процедил:

— Этот план придумал я, а ты пытаешься меня учить, как девок танцевать?

— Ну, ладно, не кипятись. Это все от нервов, друг.

Слушая перепалки двух наемников, Экс внимательно следил за происходящим на большом экране. Он приметил, что корвет не даром называли быстрейшим видом кораблей во всей Галактике. Судно наемников, подобно взбесившемуся урагану, меняло углы движения и не давало врагам даже одной единственной попытки применить против них свою феноменальную огневую мощь. А вот то, что осталось от «Нормандии» — уже было трудно назвать фрегатом. Корабль Альянса был на волосок от гибели и плыл по космическому пространству, используя лишь инерцию.

Корабль наемников вновь тряхнуло, отчего Хельга крепче ухватилась за руку Экса. Странно, но девушка за время погони ни проронила даже одного коротенького слова. В критических ситуация она не могла оспорить власть капитана. Ее лицо было напряженно, а в глазах читалось любопытство, но она боролась с собой и честно выполняла команду Ника, соблюдая абсолютную тишину.

— Груз сброшен, детонация через тридцать секунд, а теперь сваливаем отсюда подальше! — скомандовал Ник, вцепившись одной рукой в узкую спинку его складного сидения, а затем повернулся к Эксу и произнес, — Присмотри за Хельгой. Есть вероятность, что от взрыва на нашем борту пропадет искусственная гравитация.

— Ник, мне страшно, — выдвинув пухленькие губы, выдавила Хельга. — С нами точно все будет в порядке?

— Не волнуйся, ты в полной безопасности, — мило подмигнув ей, произнес капитан.

К счастью для команды небольшого корвета, предполагаемого Ником страшного эффекта от взрыва не произошло. Бомба успешно взорвалась, а сопутствующим явлением на борту судна наемников был лишь кратковременный перебой с питанием, едва уловимый даже для искусственных глаз Экса. Люди наверняка не почувствовали и этого легкого перебоя в энергии.

— Так, Николас, мы успешно лишили врагов основного питания. Трудно сказать, насколько именно, но во всяком случае их двигатели и основное орудие, приказало долго жить. Правда, появилась одно, но, — пилот одарил капитана тяжелым взглядом, а потом добавил, — к «Нормандии» вылетели две абордажные команды. Я перепроверил — это не истребители, а десантные челноки. Что будем делать?

— Установи связь с «Нормандией», нужно их предупредить!

— Уже пытался. После нашей проделки с подражанием крейсеру, эти поганцы на говно корабле, начали глушить любую связь. К тому же «Нормандия» потеряла львиную долю оборудования и скорее-всего не видит приближение визитеров. Поэтому для них появление тех самых визитеров станет большим сюрпризом.

— Твою мать! — изрек Ник и вновь повернулся к Хельге и Эксу. — Эм, гет, ты сильно поврежден?

— Зачем ты спрашиваешь его об этом? — вклинилась Хельга, продолжая удерживать поврежденную руку Экса.

— Просто любопытно, а что?

— У тебя такое лицо, будто ты хочешь использовать его в очень опасном деле.

— Мы постоянно ходим по лезвию ножа, Хельга. Обычный вопрос про состояние тела синтетической машины, оскорбил твои чувства?

— Что ты задумал, Ник? Говори честно!

— Для начала я хочу узнать ответ нашего гостя!

За время их словесной перепалки Экс попытался определить, насколько полученное ранение способно принести дискомфорт. Он снял со своего плеча руку, удивленной этим внезапным движением, Хельги и попробовал сжать металлический кулак. Оказалось, что для тела гета не существовало такого явления, как боль от физических повреждений. За исключением аккуратного отверстия в плече, Экс не ощущал себя раненым, словно эта мелкая дырочка была там всегда. Поэтому его ответом стало отрицательное покачивание головой.

— Это хорошо, тогда нам осталось найти для тебя термостойкую краску.

Глава 4

Время шло. Ник трудился над нанесением какого-то боевого раскраса, выполняя несложные этюды, рисуя на груди Экса. Хельга украдкой посматривала на его работу, а Михаил напряженно излагал боевую сводку. Из короткого донесения пилота, сложилась вполне бесперспективная картина. Абордажные корабли добрались до «Нормандии», и карательные команды врага отправились наводить на борту судна Альянса мрачный ужас. Каждая минута промедления, как минимум, стоила одной человеческой жизни. По этой причине в рубке корвета воцарилась напряженная тишина, изредка прерываемая трелью голографического экрана. Виновником этого шума стали яркие иконки оповещений, которые твердили о множестве критических повреждений, что охватили практически все основные системы корабля.

Экс быстро оценил информационный фон и пришел к неутешительному выводу. Приняв участие в безумной гонке, Михаил нагрузил движок до такого уровня, при котором состояние силовой установки стало немногим лучше, чем у подбитой «Нормандии». Отныне корвет наемников был не способен совершить даже кратковременное ускорение.

— Закончил! — победоносным тоном выкрикнул Ник и, бросив баллончик с краской на пол, с довольной ухмылкой на лице, отступил от Экса. — Теперь можно отправляться в путь!

— Зачем ты это нарисовал? — растеряно пробормотала Хельга, пристыженно закрыв рот руками. — Николас, ты же получил достойное образование в академии Альянса.

— Именно благодаря полученным знаниям я это и нарисовал, глупышка. Когда человек находится в бою — ему приходиться быстро соображать. Порой для идентификации следующей цели уходят считанные доли секунды. Поэтому, любезная моя, чтобы нашего синтетического друга сразу не подстрелили, глаз солдата должен зацепится за знакомое слово или символ и помочь мозгу принять верное решение. Нужное нам решение. Свой-чужой в системе координат для вражеских солдат. Это азы, Хельга, вот и все.

Экса заинтересовал подход Ника. Он опустил голову и с интересом посмотрел на сделанный им рисунок. В академии Альянса обучают весьма занятным вещам, ибо там была нарисована маленькая лошадь с неестественно толстыми ногами.

— Это пони, что ли?

— Ладно, ты меня раскусил, Мохнач, — улыбнувшись, признался Ник. — Коротковолновые радиочастоты еще никто не отменял, думаю, с помощью них мы свяжемся с оставшимися в живых на борту «Нормандии». Мне же захотелось почувствовать себя Сюй Бейхуном с его методом объединения разных стилей живописи.

— Ага, классный был художник, но боюсь твой шедевр не тянет на «Галопирующего коня».

— Ребята, вы сейчас серьезно обсуждаете живопись? — с нотками нервозности в голосе, спросила Хельга.

— По-моему, сейчас самое время для оценки прожитых лет, — пожав плечами, ответил Ник. — Психологи говорят, что, глядя в лицо серьезной опасности, нужно…

— Боже, Ник, умоляю, прекрати, — Хельга накрыла лицо руками и тихо добавила: — сможем ли мы выжить в этой ситуации и спасти людей на борту «Нормандии»?

— Хельга права, Николас. Хоть в твоем рисунке и присутствует оригинальность, но, — хмыкнув, произнес Михаил и, задумчиво пригладив взъерошенную бороду, добавил, — Я пробил по базе данных вражеский крейсер. Знаешь, что обнаружил? Этих парней там нет. Отсюда получаем один неутешительный итог. Вероломные пираты, напавшие на «Нормандию», запросто могут выглядеть, как… как розовые кони.

— Михаил, и ты туда же, — закатив глаза, пробубнила Хельга, — в нашей Галактике насчитывается множество различных, но вы подумали, что на «Нормандию» напали розовые пони?

— Прости, не смог найти в себе силы, чтобы сдержаться, — виновато пояснил штурман и, быстро повернувшись к панели управления, сказал уже предельно серьезным тоном: — Если будем следовать с той же скоростью, то доберемся до «Нормандии» примерно за десять минут. Думаешь, вы успеете, Ник? Может, пока наш корабль еще в состоянии лететь, нам попробовать смыться отсюда?

— Мохнорылый, подумай хорошенько. Мы использовали ценный груз заказчика в собственных интересах. Нас будут искать все подряд. Ты хочешь провести всю оставшуюся жизнь в бегах? Нам нужно довести начатое до логического конца и спасти «Нормандию». Этот благородный поступок погасит денежные затраты и очистит нашу репутацию от львиной части тех грехов, которые прилипли к нам, пока мы состояли в «Цербере». Ну, и вишенка на торте. Ты видел в каком месте пристыковались абордажные команды? Нет? Отвечаю. Уроды заблокировали спасательные капсулы. Если мы не вмешаемся, то это навсегда испортит мою карму.

— Слишком складно у тебя выходит, Ник.

— Просто рули педалями, Миша, и предоставь стратегическое планирование мне. Когда подойдешь к «Нормандии» вплотную, то состыкуйся так, чтобы можно было ее толкать.

— Как ты себе это представляешь? Наш корабль похож на буксир-толкач? У нас маленькое разведывательное судно, как мы можем кого-то толкать?

— Вокруг космос, Мохнарылый, просто делай, что говорят. На этом все, мы пойдем, а ты как упрешься — разберешься. Если что-то пойдет не так, смело докладывай на мой коммуникатор.

— Ясно, — буркнул пилот, не оборачиваясь.

— Хельга, ты останешься здесь и следи за ним, чтобы не наделал глупостей, — обратился к девушке Ник, нежно погладив ее по голове. — Береги тыковку, она нам еще пригодиться.

— Будьте осторожны, — помрачнев, произнесла Хельга, отчаянно сопротивляясь внутренним переживаниям, чтобы не пуститься в отчаянный рев.

— Не смей сопли распускать, мы скоро вернемся, обещаю.

— Хорошо.

— Ладно, пора двигать в путь.

Махнув Эксу рукой, чтобы тот следовал за ним, Ник спешно удалился из рубки. В отличие от капитана корабля, новоиспеченный нет с безвкусным рисунком на груди, предпочел промедлить с выполнением приказа. История набирала обороты. Очнувшись всего пару часов назад, он уже успел поучаствовать в двух сражениях. Одно из них застало его на незнакомой ему прежде планете, а второе случилось в бескрайних просторах космоса. Теперь же ему предлагали снова окунуться в бой. Это вызывало чувство тревоги. В пору остановиться и хорошенько поразмыслить над свершившимся ворохом событий.

Вот только само время упорно не давало ему шанса на малейшую передышку. Словно его специально кто-то гнал вперед, чтобы Экс следовал по протоптанной дорожке и ни в коем случае не смел свернуть с отведенного пути. Действия сменялись действиями, а вопросы оставались без ответа.

Но больше всего тяготил тот факт, что он каким-то мистически образом уже видел гибель «Нормандии». Как бы ни пытался, Экс упорно не понимал почему человеческий мозг, спрятанный в синтетической голове, упорно скрывал от него эту информацию. Являясь заложником сложившейся ситуации, ему похоже, снова придется импровизировать и заодно проверить, чего стоят способности Николаса в военном искусстве.

Он планировал еще немного времени уделить хаотичным размышлениям, но Экс нагнал капитана наемников быстрее, чем рассчитывал. Медленно двигаясь по череде коридоров, ведущих к грузовому трюму корабля, он увидел, как Николасу перегородил путь неизвестный ему член экипажа. Необычная девушка, скрывающая лицо под темным полотном капюшона, выскочила из жилой каюты и изящно положила руку на грудь капитана. Наблюдая за ее гибкостью, Экс восхитился умением держать осанку. Она была похожа на дикую кошку, которая в любой момент была готова к прыжку.

— Ник, что это значит?! — настойчиво спросила девушка, прибегнув к высоким тонам, а завидев Экса, молниеносно выхватила пистолет и добавила к гневному голосу оттенок раздражения: — Это что, гет? Почему у него на груди нарисована лошадь?

— Это Мохнарылый, лапуля, просто он решил побриться, — невозмутимым тоном, ответил Ник.

— За дуру меня держишь?! У меня в руках пистолет, а еще я очень нервная, так что говори начистоту, Николас! Что тут у вас происходит?!

— Этот парень со мной, и вынужден попросить тебя отойти. У нас мало времени, поэтому осмелюсь забежать наперед и предложить тебе пятьдесят процентов, — пытаясь протиснуться мимо нее, уверенно заявил капитан, но не учел того, что через такую изящную преграду пройти довольно непросто.

— Ник, где груз?! Твой непутевый пилот снова выключил маячок? Ты представляешь, что с нами сделает заказчик, если мы не доставим ему этот образец? Ник, тебя и меня будет преследовать не только Альянс, но и очень влиятельные личности среди криминальных кругов всех обитаемых миров. Нам нужен этот золотой парашют. Тебе еще раз напомнить про нашу договоренность? Твоя задача состояла только в том, чтобы затеряться в системах Терминуса, а предстоящая сделка позволила бы всему экипажу твоего маленького судна начать жить с чистого листа. В противном случае — мы обречены!

— Ладно, скажу прямо — мы потеряли бомбу…

— В смысле потеряли?! Как можно потерять бомбу?

— Не перебивай, дай договорить. Ее уже нашли другие парни, но она взорвалась прямо под кормой их корабля.

— В смысле? Ну, вы и бестолочи. Ладно, Хельга, она недооцененный ученый со своими тараканами в голове. Но ты и Михаил, просто болваны, каких еще поискать

— Касуми, я не шучу, у нас действительно мало времени. Не волнуйся, бомба отработала свою задачу, как надо. Прошу, освободи проход, ты мешаешь нам идти собирать дивиденды. Повторюсь, пятьдесят процентов тебе. Возвращайся в номер, посмотри еще один фильм или почитай какой-нибудь журнал.

— Ник, я устала от всего этого. Ты же знаешь, что меня ждет любимый человек, но продолжаешь ломать комедию. Хочешь отправить меня смотреть фильмы и читать журналы? Ответь честно, что случилось с бомбой?!

— Она взорвалась, — спокойно пояснил Ник и мельком взглянул на часы коммуникатора. — Касуми, прошу тебя, дай пройти. Если хочешь узнать подробности, то пройди в рубку. Заодно присмотришь за Хельгой и Мохнарылым, на случай если к нам на борт заявятся незваные гости.

— Что? — удивленно буркнула девушка, невольно приоткрыв рот. — Какие ещё гости?

— Возможно, это будут розовые пони!

— Что? Розовые пони? — Женщина опустила пистолет и обхватила голову руками.

Этим воспользовался Николас и прошмыгнул через дрогнувшую преграду. Касуми в ответ на его хитрый маневр показала ему неприличный жест и молча двинулась по направлении к рубке.

— Жеребец, часики тикают, нам нужно ускориться! — крикнул Эксу капитан, и продолжил путь к трюму.

Экс не удержался от возможности проводить загадочную девушку взглядом, после чего отправился в след за Ником к месту назначения. Дорога до грузового трюма, вместо одной единственной минуты, заняла куда больше времени. При подсчете потраченного жизненно важного для «Нормандии» ресурса, Экс так же учел внеплановый разговор Ника и Касуми. Малейшее промедление уносило жизни людей.

— Итак, ты парень на редкость способный, — искренне начал Ник, закрыв дверь ангара, и дополнительно активировал на ней магнитные замки, предусмотренные на случай разгерметизации. — Я не знаю, по какой причине ты проявляешь лояльность к нашей бравой команде, но это и не важно. Это ты повинен в том, что мы вляпались в эту историю, и теперь должен помочь. Понимаешь меня?

Эксу показалась речь Ника бахвальной тирадой. Ведь он помог людям, действуя в своих собственных интересах. Выбрав путь наименьшего сопротивления в битве с всесильным кукловодом, который насильно пытался завладеть его разумом, когда они еще находились на поверхности планеты. Идея спасти «Нормандию» принадлежала не ему, а капитану наемников. Он лишь совершил глупость указав на корабль Альянса, но потом быстро одумался и отступился от этой безумной затеи.

— Ты тут? Завис что ли?

Экс отрицательно покачал головой.

— Отлично, тогда слушай план, — надев на голову шлем, начал Ник искаженным голосом: — мы с тобой с помощью троса от лебедки перемахнем на борт «Нормандии», убьем плохих парней, а потом я тебе налью стопку машинной масла. Или ты предпочитаешь солидол? Нет? Тогда, что — литол? Если все же не его, то тогда попросим какую-нибудь вкуснятину у Альянса, договорились?

Ответом Экса стало вялое пожатие плечами. Он понятия не имел, как происходил у гетов процесс поглощения еды, и нужно ли было синтетическим созданием принимать пищу. Для него самого это тело являлось загадкой, которую он постепенно собирался решить. Только его поставили в такое неудобное положение, что для начала он должен расквитаться со множеством внезапно навалившихся проблем.

Ник уверенными движениями ощупал свой костюм, после чего облегченно выдохнул и отправился к одну из ящиков с инструментами. Там он взял баллончик с каким-то газом и пихнул его в походный карман, расположенный на поясе. Затем он подошел к лебедке и, ухватившись за стальной крюк, стал травить трос. Во время этого занятия его настиг голос Михаила, разнесшийся гулким эхом по всему помещению:

— Подлетаем. Действуем по проверенной схеме?

Капитан наемников остановился и, поднеся руку, на запястье которой находился коммуникатор к своему лицу, произнес запыхавшимся голосом:

— Да. Надеюсь, ты не забыл про нашу пиратскую молодость?

— Как такое можно забыть, дружище? Значит так. Упираюсь носом в «Нормандию» и подключаю маневровые двигатели. У них в корпусе дыра размером чуть меньше восьми метров, она позволит вам проникнуть сразу на главную палубу. Ник, для маятника потребуется около ста десяти метров троса. Когда будете подлетать, я подправлю траекторию и, если потребуется, потравлю или подберу лебедку. Все как ты любишь.

— Крейсер еще не очнулся? — коротко поинтересовался Ник, продолжив разматывать трос уже с помощь навесного мотора.

— К счастью, нет, но вам уже нужно выходить.

— Принял. Готовность тридцать секунд, смотри не переломай мне кости.

— Обижаешь, Ник, все будет сделано в лучшем виде, — обнадежив, ответил штурман и отключился от эфира.

Последней подготовкой к сумасшедшему трюку стало его крепление к стальному тросу при помощи монтажного пояса. Ник закрепил каждого из них с молниеносной скоростью, будто совершал подобные вылеты в открытый космос на регулярной основе. Капитан корабля наемников внимательно оценил их общее состояние и, удовлетворившись результатом, вытащил из-за спины компактный дробовик. Протянув одно из двух своих орудий убийства Эксу, он пояснил:

— Чуть не забыл, ты ведь свою винтовку обронил, когда запрыгивал к нам на корвет.

Приняв подарок капитана, Экс впал в состояние транса. Он не помнил того, как потерял винтовку. Будто тот кусок памяти вырвали из его головы, когда он находился в процессе борьбы с управляющим. Этот момент расстроил его. Выходило так, что он мог кратковременно терять контроль над своим разумом. Из-за внутреннего замешательства, Экс упустил тот момент, когда Михаил выровнял давление и открыл шлюз ангара, что выплюнул их с Ником прямиком в открытый космос.

Трос покрылся инеем и завертелся подобно взбесившейся змее. Их раскручивало в безумной карусели, словно они прилипли к юле. Искусственное Зрение мельком уловило звезды и удивительно прекрасный вид планеты, с которой он сбежал в компании наемников. Затем мельтешение внезапно прекратилось, и их потянул за собой сильно набившийся трос. Взглянув на побледневшее лицо Ника, Экс впервые после пробуждения почувствовал радость от того, что он приобрел тело гета. Между тем, он увидел, что это действия капитана наемников погасили сумасшедшее вращение. Орудуя баллончиком с газом, Ник время от времени выпускал густые водянистые пары, что мгновенно застывали сразу после того, как вырывались из медного раструба.

Тем временем корвет коснулся кормы «Нормандии» и уже начал совершать маневр по вращению двух тяжеленых махин, чтобы по безумной амплитуде закинуть посылочку на фрегат Альянса. От увиденного зрелища у Экса даже слегка сбилась фокусировка. Небывалый восторг, что охватил его разум, за неимением человеческого тела, решил проявить себя в подобном виде.

Прошла еще одна долгая секунда и на исходе оной, их с невероятной быстротой швырнуло к корпусу «Нормандии». Ища взглядом вход, который в разговоре упомянул Михаил, Экс пропустил возможность осмотреть состояние корабля, принадлежавшего Альянсу. Ведь искомая дыра оказалась прямо на пути его металлических ног.

Он прошмыгнул внутрь «Нормандии» на огромной скорости и, если бы не баллон с газом, что сжимал в руках Ник, то Экс проделал бы еще одно техническое отверстие в корпусе или просто разлетелся на тысячу мелких частей. К тому же, остановка выдалась напряженной. В плохо освещенном помещении шел бой. Вспышки света от производимых выстрелов мелькали сразу со всех сторон. Обе противоборствующие стороны не скупились на патроны и усиленно поливали друг друга огнем.

Своего же первого врага Экс встретил дулом дробовика. Это был гуманоид в хитиновом панцире и с двумя парами глаз. Удивленных глаз. Инерция сыграла с этим существом злую шутку. Хотя Ник и успел погасить их высокую скорость, но Экс забыл сделать поправку по отношению к своим синтетическим конечностям, как, впрочем, и подаренному оружию. Всплывающие окна помогли бы ему сделать правильный расчет, но в их отсутствие пришлось пожинать плоды собственной нерасторопности.

Дуло дробовика вошло прямиком в черепную коробку гуманоида, утащив вслед за собой одну пару светло-желтых глаз. Тело врага дернулось в предсмертной агонии, но спустя мгновение обмякло и покорно повисло на оружии Экса. Со стороны это могло выглядеть отвратительно, но полученный трофей несколько раз спас ему жизнь.

Прибыв на помощь «Нормандии», они с Ником очутились в окружении четырехглазых парней. И они не были похожи на розовых пони. Угодили в самое сердце абордажной команды, отчего незамедлительно приняли на себя всю ярость врага. Экс в прямом смысле утопал в мельтешении тел и пуль. Он всеми силами пытался сосредоточиться на битве, но один из нападавших, что носил громоздкие хитиновые доспехи, неожиданно вспыхнул алым пламенем, словно собирался предать себя огню. Затем в его голове прозвучала одна единственная фраза, после которой сознание Экса потеряло связь с реальностью и окунулось в кромешную тьму:

— Ты не должен был появиться здесь…

Глава 5

Леденящая пустота. Это первое, что пришло на ум, когда разум вновь вырвался из небытия пустых сновидений. Вокруг было темно и ужасно прохладно. Крайне неуютные условия навели его на мысль, что он по-прежнему был жив. Обычный человек, который по неизвестной ему причине стал гетом. Загадочным синтетическим существом, что в корне отличалось от обычных людей. Внезапно для себя он стал частью иной расы. Крохотным винтиком в чужой системе координат, где каждый отдельный элемент был схож со своим соседом.

Как же тут холодно! Он хотел бы содрогнуться и обхватить руками металлическое тело, а затем отправиться на поиски теплого укромного уголка. Но от ледяного ужаса его будто парализовало, к тому же, всюду лишь темнота, где для света совсем не было места.

Он запаниковал. Разум медленно затягивало в пучину отчаяния. Экс уже чувствовал нечто подобное. Ровно в тот самый момент, когда осознал себя другим — снаружи типовым роботом, но человеком внутри. Экс два ноль четыре ноль.

«Хельга ошиблась. Цифры нельзя объединять»

Об этом подсказала материализовавшееся из ниоткуда окно светло-синего цвета. Оно заполонило собой целый мир. Чертоги разума. Место, где одновременно сошлись: и смерть, и остатки прежней жизни. Теперь он вспомнил последние секунды перед тем, как потерял связь с реальностью. Ник и Экс сошлись в битве с четырехглазыми гуманоидами, во время которой его тело разорвали в клочья пули врагов. Нет. Там было что-то еще. Один из них мысленно заговорил с ним.

«Ты не доложен быть здесь!»

Это провозгласила вторая табличка, что расположилась рядом с первой. Теперь его внутренний мир состоял из двух полупрозрачных рамок, совершенно не связанных между собой. Это был его шанс! Отличная возможность разложить все накопившиеся проблемы по полочкам. Экс принялся мысленно выделять все насущные вопросы.

«Почему он гет?»

«Экс два ноль четыре ноль, что это значит?»

«Как он оказался в теле гета?»

«Что это было за место, где он очнулся после перерождения?»

«Что там делали Ник и Хельга? И связанны ли они с его пробуждением?»

«Кем был кукловод, который пытался завладеть его телом?»

«Каким образом он получил способность к предвидению? И почему тот здоровый четырехглазый сказал, что он не должен быть здесь?»

«Здесь — это где?»

«Кто такие Жнецы?»

«Действительно, кто это такие?»

«Человек ли он на самом деле?»

«Умер ли он?»

Вопросов было гораздо больше, но эти представляли самую большую ценность. Кое-что стало для него забавным. Он уже позабыл о боли, а чувство холода помогло ему вспомнить. Затем его внезапно посетило ощущение ностальгии. Боль — это чудесно. Благодаря ей всегда можно определить живой ты или же уже нет. А сейчас, вместо конкретного ответа, вокруг сущности Экса скопился целый ворох вопросов. Коротких предложений, которые являлись вкладками важных мыслей.

Для удобства Экс решил разделить их по группам. Начиная от самых серьезных и заканчивая наименее существенными. В первую группу вошли следующие вопросы:

«Умер ли он? Почему он гет? Человек ли он на самом деле?»

Все остальные окна Экс силой мысли переместил поодаль, оставив их на потом. Сперва нужно выяснить, кем он являлся на самом деле. Обезумевшей машиной или человеком, разум которого мистическим образом переместился в тело синтетического существа.

Если допустить вариант со сбоем в искусственном интеллекте, то почему он ощущал себя человеком? И совсем не простым, а тем, кто видел образы будущего. Впрочем, откуда там было взяться человеку на планете, которая раньше являлась колонией кварианцев? И сами геты — это творения кварианцев. Слишком много нестыковок.

Особенно важно то, что Экс помнил мимолетные видения того, как в прошлой жизни находился среди большого количества людей. Они хотели сделать нечто важное. Но сделали ли? Может это повлияло на его разум и переместило в тело гета?

Второй столб со всплывающими окнами активно пополнялся. Вопросы множились в геометрической прогрессии. Если Экс продолжит в том же духе, то новый мир с легкостью мог заполнить все сущее. Зарево от материализовавшихся мыслей выглядело безумно красиво. Сияло подобно сверхновой звезде, озаряя неприступную мглу. Он очень надеялся найти в этом смысл. Ведь в противном случае — Экс два ноль четыре ноль запросто мог сойти с ума.

— Не дождетесь!

Он выкрикнул это вслух. Букву за буквой, в точности, как говорят настоящие люди. Это всколыхнуло сознание Экса, отчего вызвало бесконтрольную вибрацию распространившуюся п всему темному измерению. Вкладки толкали друг друга, а некоторые просто заваливались на бок. Это встревожило его. Ведь потерять вновь обретенный мир — невероятно страшный исход.

Остановив поток абстрактных мыслей, он приблизился к одной из самых важных табличек. Экс обнаружил, что та в одночасье расширилась до размеров целого дома и вознамерилась раздавить своего хозяина.

«Почему он гет?» — падало на него, и от этого вопроса нельзя было уклониться. Перед тем как его раздавил продукт собственного сознания, Экс подумал, что это довольно забавно — умереть под весом собственных мыслей.

Экса вышвырнуло обратно в темноту. Мысленно констатировав крайне неприятное обстоятельство, он вновь услышал звуки из реального мира. Это был звук разбившейся посуды. Следом за слухом вернулось и зрение. Размытая картинка показала ему взволнованных Ника и Михаила, которые, сидя за кухонным столом, застыли в напряженных позах и выставили перед собой кухонные ложки, словно хотели защититься ими от чего-то ужасного и страшного.

На столе была рассыпана еда и пролито изрядное количество фруктового сока, который стремительно стекал на пол, оставляя там липкие лужицы. Наемники были похожи на дикарей. Экс попытался вспомнить, как принимали пищу люди, впрочем, и так был уверен, что для этого существовали тарелки. Искусственное зрение обнаружила кухонную посуду. Искомые предметы лежали у дальних ножек стола. Значит это именно тарелки пробудили Экса ото сна, когда звонко шлепнулись на пол.

— Что это было, Ник? Почему он издал такой противный звук? — взволнованным тоном, спросил Михаил. — Думаешь, Хельга окончательно сломала этого робота?

— С чего ты взял, Мохнарылый? Может геты издают такой звук, когда просыпаются. Ты приглядись, он же включился, — Ник медленно положил ложку на стол и по-дружески помахал Эксу. — Ты ведь правда тут приятель? Помнишь, как мы с тобой разгромили плохих парней и спасли твердолобых с «Нормандии»?

Сложный вопрос. Хотя Экс и махнул ему рукой в ответ, но о таких подробностях битвы на борту «Нормандии» ему было неизвестно.

— Я пойду за Хельгой, она попросила сказать ей, если он вдруг проснется.

— Стоять! — Ник рявкнул на Михаила, и схватил того за рукав куртки. — Сначала приберись тут, а потом иди.

— Знаешь, мне уже надоело убираться! Сначала ты заставил меня мыть ванну и гальюн, обуславливая это тем, что так нужно ради нашей новой гостьи. И я послушно мыл. Там теперь чисто, как внутри гребаного реактора! А теперь, Ник, ты пытаешься сделать из меня и посудомойку? Я пилот, черт возьми, и имею достоинство!

— Короче, ты все сказал, уставший ты наш?

Михаил вырвал руку из схватки капитана и, деловито поправив куртку, робко произнес:

— Да.

— А теперь слушай меня, балбес. Во-первых, ты крупно накосячил, когда ляпнул Шепарду, что наш гет на пульте управления. Вот кто тебя просил это делать, Миша? Если бы не заслуги моего деда, то нас всех взяли бы в оборот. А так лишь отделались легким испугом, приютив у себя ревизора в лице душной кварианки. Ты драил унитаз из-за собственной глупости. Во-вторых, это ты своими ручонками разбросал здесь всю еду. Подумаешь, гет зевнул. Но ты, услышав этот, отчасти признаю, крайне неприятный звук, уже намеревался бежать к спасательной капсуле.

— Ник, почему ты такой? Как тебе удается так ловко обставить ситуацию в выгодном свете? Мог бы хоть раз сделать что-нибудь для лучшего друга, — умоляющим тоном попросил пилот, согнувшись в три погибели. — Пожалуйста.

— Живо подбери с пола остатки посуды и приберись здесь! Иначе я припомню тебе еще и журналы.

— Ладно, — без особого энтузиазма буркнул Михаил и пошел к мойке.

Они находились на камбузе. Типичное помещение маленького корвета, где во всех деталях интерьера преобладала компактность. Небольшой стол, четыре табурета вокруг него, а вдоль стены расположился кухонный гарнитур с мойкой, плитой и холодильником.

Но больше всего Экса удивило отсутствие ног и то странное место, куда его определили. Он был помещен внутрь большого цветочного горшка. Закреплен к помосту тремя кронштейнами и обмотан толстой веревкой для пущей устойчивости. К его груди, с помощью синей изоленты, примотали какой-то прибор, похожий на оплавленный кусок головы гета. Однако, будучи спящим, он многое пропустил.

Недопонимание преследовало его до тех пор, пока на камбузе не появилась Хельга. К тому моменту Михаил успел вымыть полы и уже занимался посудой, а Ник приканчивал новую порцию овощного рагу. Ворвавшись на камбуз, девушка первым делом бросилась к Эксу. Осмотрела состояние головы и мельком глянула на показания приборов, что располагались на внешней стороне цветочного горшка. Это унижение. Пусть они и не знали, что Экс в прошлом возможно был человеком, но превращать его в деталь интерьера — это слишком.

— Состояние стабильное — он идет на поправку, — радостно поведала наемникам Хельга, продолжая задумчиво разглядывать показания датчиков. — Значит, когда мы соединили его с внешним модулем, который позаимствовали с мертвого гета, то поспособствовали реабилитации. Но хоть убейте, я не понимаю, как у него это получилось. Неужели такая крохотная нейронная сеть смогла привести его в чувство? Я думала, что мы его никогда не вернем.

— Прости, милая, но я правильно тебя понял. Ты хотела навсегда оставить его на месте нашего денежного дерева?

— Оно же было бумажным.

— Плевать! Как же наш уговор, забыла? Ты ставишь парня на ноги, а я делаю ему костюмчик? Блин, Хельга, какое еще навсегда. Это дерево приносило нам удачу.

— Если бы я честно тебе призналась в том, что его шансы прийти в себя не велики, то куда бы ты его тогда поместил?

— Уж поверь, мы нашли бы куда его деть.

— И куда, если не секрет? Кладовка Михаила или трюм? Там бы его обязательно кто-нибудь из вас уронил или забросал всяким хламом. Но уверяю тебя, теперь я с уверенностью могу сказать, что наш уговор еще в силе. Но, Ник, как можно называть наспех выполненную поделку настоящим деревом? Оно же было сделано из обычной бумаги и клея.

— Пофиг, я всегда заботился о нем, даже смачивал его корни добротным виски.

— Корни бумажного дерева смачивал виски? — хохотнув, спросила Хельга. — Чем больше я тебя узнаю, тем сильнее убеждаюсь в том, что ты немного странный для офицера.

— Как ты могла такое подумать, Хельга. Ник самовлюбленный эксплуататор! Эти две недели он заставлял меня драить корабль, чтобы наша гостья могла чувствовать себя как дома, — обидчивым тоном заявил Михаил, закончив с мытьем посуды. — Я уже не чувствую своих рук. Как, спрашивается, теперь мне рулить?

— Ногами не пробовал, дятел ты наш Мохнорылый?

— Ох, я-то все никак не могла понять, почему этот корабль в последнее время сияет чистотой. Молодец, Миша, ты настоящий хозяйственник. Правда, боюсь тебя разочаровать, но наша гостья не нуждается в искрометной чистоте. Для того чтобы снять костюм, кварианец все равно должен находиться в специальном помещении, очищенном от всех видов бактерий. Поэтому их обмундирование достаточно автономно и приспособлено даже для длительных перелетов.

— То есть, я зря чистил каждый день унитаз по три раза на дню? Все, Ник, с меня хватит, теперь между нами будут только деловые отношения! Если понадоблюсь — я на мостике!

Спустя мгновение Михаил быстрым шагом покинул помещение камбуза. Хельга крайне недовольным взглядом поглядела на Ника и, оторвавшись от приборов, принялась его отчитывать. Экс прекратил слушать разговор людей. Тот перешел в глубоко личную стезю и стал попросту ему неинтересен. Он вернулся к поиску себя. В этом ему помогли вернувшиеся в обиход всплывающие окна.

Хельга сказала, что создала между ним и головой мертвого гета нейронную сеть. Возможно, именно эта самая сеть и дает ему ресурс, позволяющий видеть окна-подсказки. Экс вернул две группы наиболее важных для него вопросов и методично распределил их по подгруппам. Самым важным продолжал являться вопрос про его происхождение. Будущее всегда основывается на фундаменте прошлого. Поэтому он просто обязан узнать, кто он на самом деле.

— Ладно, Хельга, я тебя понял, — неожиданно поменяв риторику, отчего притянул внимание Экса на себя, произнес Ник. — Пойду схожу к Михаилу и попробую загладить вину. Но хочу тебя предупредить. Перед пробуждением наш приятель едва не оглушил нас мощной звуковой волной.

— Хм, звуковой волной, — пролепетала Хельга, и вновь потянувшись к голове Экса, задумчиво произнесла, — голосовой модуль был полностью исправен. Странно, я не вижу здесь дефектов.

Ник, с теплотой и неприкрытым восхищением, посмотрел на спину Хельги, после чего, тяжело вздохнув, медленным шагом покинул камбуз. Усердно ощупывая голову Экса, девушка оставила уход капитана без внимания. Она долго осматривала голосовой модуль, но так и не выявила никаких недостатков.

— Вроде все работает нормально. Экс, попробуй сказать что-нибудь.

Из ее уст это выглядело обычной просьбой. Загвоздка в том, что Экс совсем не умел говорить синтетическим ртом, а то единственное, что он произнес — было озвучено им в глубоком сне. Поэтому на просьбу Хельги он ответил пожатием плечами. Для коммуникации с внешним миром в его распоряжении имелись лишь всеми понятные жесты.

— Понятно, значит, нужно еще немного подождать. До прибытия на Омегу у нас есть еще целая неделя, к тому времени, надеюсь, сеть сделает свое дело. Хочешь узнать, что случилось, после того как тебя ранили?

Экс охотно кивнул. И получив утвердительный ответ, Хельга улыбнувшись уголками губ, села за стол и принялась за рассказ. Говорила она много и не ленилась приводить большое количество деталей. Для Экса это была своеобразная отдушина, ведь благодаря пересказу минувших событий со слов Хельги, он получил объемную картину произошедшего.

Оказывается, помогая «Нормандии», они схлестнулись в бою с существами, которых именовали Коллекционерами. Об этом Хельга узнала со слов высокопоставленного представителя Совета цитадели. Этот турианец прибыл на головном линкоре внушительной эскадры, подчиняющейся непосредственно Совету Цитадели. Армада состояла из фрегатов и крейсеров. Все они прибыли, чтобы оказать помощь Спектру, и тем самым обозначить мощь Совета в системах Терминуса. О Коллекционерах до сего дня мало что было известно. Четырехглазые существа обладали продвинутой технологией и время от времени посещали пространство обитаемых миров ради довольно экзотичных целей.

Упомянув о врагах, Хельга вернулась к событиям, произошедшим на «Нормандии». В пылу сражения Экс получил серьезные повреждения и только чудом не превратился в груду металлолома. Но благодаря их вмешательству, оставшиеся в живых члены Нормандии смогли переломить ход сражения и победить абордажную группировку противника. Ник укрылся павшим товарищем и благодаря Эксу отделался лишь синяками. Следующие часы после удачного отражения атаки Коллекционеров прошли в борьбе за живучесть «Нормандии». Объединённым силам экипажей двух кораблей удалось восстановить системы жизнеобеспечения и залатать пробоины в корпусе, поставив временные пластыри.

Крейсер Коллекционеров за это время был уничтожен разношерстными группировками пиратов и наемников. Дело в том, что, обнаружив на месте терпящего бедствие грузового корабля Альянса Систем крейсер загадочных Коллекционеров, группировки: «Синих светил», «Затмения», «Кровавой стаи» и других более мелких организаций, пришли в ярость и посчитали своим долгом поживиться на другом лакомом кусочке, а на «Нормандию» и корвет наемников предпочли не обращать внимания. Поэтом к прибытию штурмового флота Цитадели в системе уже практически никого не осталось. Все, кто хотел поживиться — получили свое сполна.

Затем началась следовательская работа по выяснению причин нападения крейсера Коллекционеров на фрегат «Нормандии». Следователи с особым пристрастием допросили наемников, старательно выясняя причины их нахождения в данной системе. Если бы не военные заслуги дедушки Николаса, то Михаила могло ожидать длительное заключение под стражу. Он необдуманно рассказал следователям про Экса, но опомнившись, что сболтнул лишнего, решил по глупости добавить, что гет не был подключен к нейронной сети, а управлялся исключительно на радиоуправлении. Это взбудоражило умы следователей, и они захотели плотно заняться доморощенным умельцем, который перепрограммировал гета. Но за Михаила по просьбе Николаса вступился лично командор Шепард. Даже командующий эскадрой не позволил себе смелости, чтобы выступить против героя битвы за цитадель, и отпустил наемников на все четыре стороны.

С тех пор они взяли курс на Омегу и медленно следовали к намеченной цели. Единственное, что в дальнейшем могло стать помехой — это новоявленный пассажир. Вместо сбежавшей в неизвестном направлении Касуми Гото, каюту для гостей заняла кварианка по имени Тали’Зора. С молчаливого согласия Шепарда, она посчитала нужным проверить наемников на вшивость и захотела попытаться уличить их в незаконной деятельности на территории бывших колоний, принадлежавших кварианцам.

Под конец длинного монолога Хельги на пороге камбуза появилась та самая кварианка. Девушка не спешила прерывать наемницу. Она облокотилась плечом на откосы дверного проема и предпочла помедлить с обозначением своего присутствия. Экс посчитал это поведение крайне неприличным и жестом показал Хельге о появлении гостьи. Эта новость взбудоражила наемницу, отчего девушка едва не подпрыгнула на месте.

— Я все никак не могу понять, почему вы так носитесь с этой мобильной платформой? — брезгливым тоном начала кварианка, деловито скрестив руки на груди. — Гет не игрушка. Заигрывание с ним может привести к печальным последствиям.

— Тали, этот гет несколько раз спас нам жизнь и помог «Нормандии» отбить атаку Коллекционеров.

— Тали’Зора нар Райя, — гневно процедила кварианка, пропустив слова Хельги мимо ушей. — Меня не интересуют твои пристрастия, агент «Цербера». Ваш капитан сказал Шепарду, что вы украли большую базу данных с колонии, некогда принадлежавшей нашей расе.

— Бывший агент «Цербера», — с той же пренебрежительной интонацией в голосе произнесла в ответ Хельга. — Хочешь с моей помощью закончить свое паломничество, Тали’Зора нар Райя? Воспользоваться в своих целях нашей находкой и стать героем Мигрирующего флота?

— Ваша находка — раньше была законной технологией кварианцев. Я лишь хочу восстановить справедливость и вернуть утерянные данные во благо родины.

— Достойная цель, но вынуждена тебя разочаровать. Большая часть информации оказалась повреждена, а для дешифровки потребуется время.

— Мне это не интересно, — хмыкнув, произнесла кварианка, и повернув голову в сторону гета, продолжила. — Занимайтесь всем чем душе угодно, хоть танцуйте в обнимку с этим гетом, но по прибытию на «Омегу-четыре» вы должны мне отдать все имеющиеся у вас данные. Разве ты забыла прямое поручение Шепарда?

— Почему же ты сразу не забрала данные, а решилась на прогулку с ужасными агентами «Цербера»? — в отместку ей язвительно спросила Хельга.

— Я дала обещание, — коротко бросила кварианка и спешно удалилась из камбуза.

Обстановка на корвете далека от дружелюбной. Пойти против всех на свете, ради представителя чужеродной синтетической расы. Экс изумился поведению наемников. Он никак не мог понять смысл мотивации Хельги и остальных членов команды корвета. Почему они решили помочь ему, а не выбросили сломанного гета в открытый космос? Этот вопрос нашел свое место в группе второстепенных интересов.

— Ладно, Экс, твое состояние улучшается, но, перед тем как смонтировать новые ноги, тебе предстоит пройти долгий путь реабилитации. Раз с голосовым модулем произошла ошибка, то я не хочу подвергать тебя лишнему риску. Поэтому отдыхай, пусть внешний модуль приводит тебя в чувство.

Хельга ввела поправки на панели управления, где была закреплена большая часть приборов, и вслед за кварианкой покинула помещение столовой. Экс остался один. Скучающий гет, закрепленный на месте искусственного цветка в кромешной темноте камбуза. В этой ситуации любой живой организм испытал бы шок и впал в депрессию. Но Экс был лишен чувств и сопутствующих органикам эмоций. Он выбрал другой путь. Экс предпочел утонуть в необъятной глубине разума, где начал анализ полученной информации, ибо в бесконечной череде вопросов обязательно должны были промелькнуть ответы.

Глава 6

Погружаясь все дальше в плотную структуру мыслей, Экс сравнивал это явление с обычным человеческим сном. Сначала он был предельно простым и довольно понятным. Перед ним распахнул свои объятия огромный океан воспоминаний. Его разум вошел в него с абсолютно пустого берега, который представлял реальность. Вокруг него замельтешили пустые голографические вкладки. Дрейфуя в бесконечных водах чистых рамок, словно полупрозрачных картин, Экс заметил нечто манящее, что расположилось на большом расстоянии от безжизненного берега. Сияние чистого света недвусмысленно намекало, что приоткроет завесу тайны его происхождения.

Но чем дальше он двигался в водах бескрайнего водоема памяти, тем больше ощущал эффект от сильнейшего течения. С каждой последующей секундой, он понимал, что у него нет шансов добраться до сияющего света маяка. Как бы он не старался побороть силу взбесившейся стихии, Экса медленно, но верно, затягивал в свои сети водоворот абсолютно бессмысленных воспоминаний.

Перед ним предстало недавнее прошлое в образе стремительного потока застывших кадров. Картинки толкались и сталкивались друг с другом, стараясь привлечь к себе внимание единственного зрителя. Затем пустые картинки резко остановились и на всех прозрачных полотнищах проявилась одна единственная надпись:

«Повлияв на будущее, ты изменил прошлое!»

Водоворот безмолвного океана, вновь пришел в движение, утаскивая Экса на дно с удвоенной силой. Он чувствовал, что где-то на дне находился выход, и как только он окажется там, то вновь вернется в реальный мир. Он осознал, что не хочет этого. Ведь там на бесчисленном количестве вкладок, вновь явились явно не его собственные мысли.

«Я иду к тебе!»

Кто же это мог быть? Что он пробудил своим присутствием в чертогах разума гета? Инородное существо или отголосок мыслей незримого кукловода. Кто бы это ни был, он явно стремился вновь взять Экса под свой контроль. Просто прекрасно. В реальном мире хватало своих проблем, а тут теперь нейронная сеть подкинула парочку.

Но прошлое явно изменилось. Тут он полностью согласен. Нормандия оказалась цела, и теперь ход привычных вещей изменен. Правда, он далеко от места действия основных событий. На борту корабля принадлежавшим странным наемникам. Совсем чуть-чуть страшился, что кварианка могла оказаться права. Ведь бывшие агенты «Цербера» могли попытаться воспользоваться им ради достижения собственных целей. Этот мир запутан и чрезвычайно опасен, так говорила ему интуиция.

Хотя какой в этом смысл? Галактика в итоге все равно обречена. Поток воспоминаний, напоминавший водоворот, донес его до времени, когда они вместе с Николасом высадились на «Нормандию». Со стороны Экс выглядел причудливо и нелепо. Гет воспользовался огнестрельным оружием, как каким-нибудь копьем. Еще он увидел страх в глазах врагов. И это было странно.

Экс осмотрел проплывающие мимо многочисленные кадры, где Коллекционеры вели ожесточенный бой с бойцами «Нормандии», и не увидел на лицах врага даже намека на чувство тревоги. Но когда в бой ворвался он, то все четырехглазые поголовно испытали нечто, что походило на судорогу. Судя по этим редким кадрам, какие предстали в водовороте воспоминаний, это продолжалось одно короткое мгновение. Но этого с лихвой хватило на то, чтобы увидеть, как врагов будто подменили. Коллекционеры увидели в Эксе прямую угрозу и поспешили ликвидировать его, стреляя из всех имеющихся у них видов оружием. Он стал стимулом, что породил в этих существах безумие. Оно охватило всех, кроме одного — могучего Коллекционера в величественных латах.

Этот представитель загадочного вида, воспринял приход Экса — как долгожданную отдушину. Многочисленные кадры обрисовали ясную картину произошедшего. Даже слова главного Коллекционера про то, что Экс якобы не должен был появиться на «Нормандии», обрели совершенно иной смысл. Воспламенившись, здоровяк изобразил на лице нечто отдаленно напоминающее улыбку. Будто давно ожидал появление Экса, и его ожидания оправдались. Это наблюдение сбивало с толку. Ведь другие Коллекционеры, без преувеличения, испытали страх. Инстинктивный и заразительный ужас, от такого шока у людей обычно начинали дрожать колени, и терялся дар речи.

Переосмысление минувших событий сказалось на внимании Экса. Он принялся осматривать место действия со всех доступных ракурсов, а параллельно с этим складировать вновь всплывающие вкладки-вопросы. Пока он чередовал открывшиеся ему знания по выверенным группам, то пропустил появление красного свечения. Сначала бледного и тусклого, которое прорастало из напуганных глаз Коллекционеров.

Словно разгорающаяся свеча, оно с каждым мгновением становилось все ярче. Пока полностью не поглотило картины воспоминаний, превратившись в ровный красный диск, который окружала кромешная тьма. Плотность устрашающих окон множилась. Видение приобрело вид огромной галактики, что усыпали ярко-красные глазницы сторонних наблюдателей. Экс медленно начал приходить к мысли, что его словно дикого зверя, умышленно загнали в угол.

Воды водоворота воспоминаний в одночасье стихли, и теперь он застрял посреди недружественный огней, сиявших из глубин беспросветного мрака.

Вместо объяснения причин своего появления, красные диски просто мерцали и медленно зажимали разум Экса в тиски, будто являлись подобием мощного пресса.

Время неумолимо двигалось вперед. Красные диски пожирали его изголодавшимся взглядом. Экс пытался сопротивляться миллионам, если не миллиардам хищных глаз, но все его усилия оказались тщетны. Они были сильнее его. В их мощи чувствовался масштаб и методичность. И главное — само пространство перешло на сторону мучителей, отводя Эксу бремя обреченной жертвы.

Вокруг него уже не оставалось свободного места. Красное зарево наседало на Экса со всех сторон, размеренно поглощая его растерянный разум. На одно короткое мгновение он лишился веры в будущее. Экс чувствовал, как красные диски пытались выжать из него нечто важное, что хранилось в дальнем уголке его сознания. Очень важную информацию. А именно знание того, как победить тварей из темных глубин космоса, не дав им ни малейшего шанса на сопротивление.

Его почти раздавило под напором многочисленных глаз. Так бы непременно и случилось, если бы на помощь Эксу не пришел ослепительный свет маяка. Он в мгновение ока разогнал тьму, что сковала его, а затем выдернул из глубин тюрьмы, предназначенной для потерянного разума. Прикосновение теплого света помогло ему буквально собрать себя заново и сразу после чудесного исцеления — вышвырнуло из мира сновидений.

Вывалившись из кошмара, Экс вновь ощутил сковывающие по рукам и ногам путы, а также тусклое освещение камбуза. За обеденным столом сидел Ник. Наемник разместился на ближайшем к Эксу стуле и, склонив голову набок, задумчиво смотрел на гета.

Завидев пробуждение Экса, глаза Ника хищно блеснули, после чего он выпрямился и потянулся к бутылке, что в гордом одиночестве скучала на сияющем от чистоты столе. Проделав несколько больших глотков, наемник вытер губы тыльной стороной руки и радостно произнес:

— Я ждал этого два часа. Терпеливо выжидая момент, когда ты пробудишься. Но признаться честно — напиток так себе. Лучшее виски еще долгое время будут делать только на Земле. Кстати, Экс, ты знаешь эту планету?

Поставленный наемником вопрос был прямым и провокационным. Ник чего-то добивался. Но чего именно? Однозначно он готовился к этому разговору. Перед ним сидел совершенно другой человек. Не безбашенный и голословный капитан, а серьезный и мотивированный собеседник. Поэтому Экс решил ответить честно и медленно кивнул.

— Вот значит как, — задумчиво произнес наемник и снова приложившись к бутылке, отрешенным взглядом разглядывая пеструю этикетку, начал свой рассказ. — Раньше мне бы и в голову не пришло, что я когда-нибудь стану принимать робота за полноценную личность. Это просто противоречит здравому смыслу. Но блуждая восемь месяцев по системам Терминуса и выполняя работу всяких засранцев, мы знатно покопались в грязном белье кварианцев. За время странствий я понял, что не все так однозначно, как кажется на первый взгляд. Черт! Да, я теперь понятия не имею, чему теперь верить.

Он поднялся и с решительным видом приблизился к Эксу. Не колеблясь ни секунды Ник развязал веревки, сковывающие пленника, освободив того от пут. Экс подождал, пока наемник вернется обратно за стол, и только после этого проверил, как работали его верхние конечности. После рассказа Хельги о событиях, которые произошли на «Нормандии», он боялся, что получил какое-нибудь серьезное повреждение системы. Но руки слушались его команд, как и прежде. Он поднял их вверх и проделал простое движение, похожее на обычное потягивание.

— Мы их восстановили, заменив несколько деталей, но самым важным апгрейдом стал инструметрон, который мы превратили в голографический коммуникатор. Хоть Хельга и твердила мне, что, получив голосовой модуль, ты сможешь нормально говорить, но я решил подстраховаться. И правильно сделал. Проверь эту штуку, на всякий случай мы загрузили туда тысячи языков.

Экс опустил голову и посмотрел на запястье правой руки. На той действительно появились серьезные изменения. Он интуитивно активировал инструметрон, и поверх металла вспыхнула голографическая модель клавиатуры. Экс, на раздумывая, выбрал стандартный язык Альянса систем и написал:

«Спасибо».

Увидев всплывшую надпись, Ник невозмутимо почесал подбородок и затем, сделав добротный глоток виски, морщась процедил:

— Чем дальше, тем интересней. Ладно, Экс, давай к делу. Какое твое настоящее имя?

«Не знаю. Я потерял память и совсем ничего не помню из своего прошлого, ровно с того дня, как встретил вас».

— То есть, ты включился, когда мы с Хельгой раздолбали лабораторию?

«Лабораторию?»

— Ну, там зеленая жижа и куча темных коридоров. Это тебе знакомо?

«Да. Она принадлежала кварианцам?»

— Заинтересовало? Мне аж слышно, как завертелись твои шестеренки, — усмехнулся Ник и, снова сделав глоток, продолжил, — Кварианцы перед своим отлетом на ПМЖ в темный космос — творили лютую дичь. Подробно рассказать о проделках ходячих пылесосов может только Хельга, она занимается поиском правды уже не первый год. Мне известно лишь о том, что огромные резервуары с зеленой жижей — это сублимированный экстракт из мертвых кварианцев, перемешанных с нулевым элементом.

«Зачем им это было нужно?»

— Сложно сказать, — пожав плечами, ответил Ник и потянулся было к бутылке, но передумав, стал ритмично отколачивать костяшками пальцев по столу драматическую мелодию, — Чем дольше я живу на этом свете, тем больше убеждаюсь в том, что у каждого существа должна быть цель. Однажды, я потерял ее, когда понял в каком направлении движется развитие Альянса систем. Люди надеются найти себе место в большой галактической семье, но при этом забывают про собственную идентичность. Забывают уроки истории и плюют на могилы предков. Мой дед пожертвовал жизнью ради будущего всего человечества, но руководство Альянса решило об этом забыть и добровольно ведет нас на убой. Мы должны работать над устранением собственных проблем, а не потыкать желанием какого-то Совета…

Он замолчал и наклонив голову в бок, ехидно процедил:

— Хочешь узнать интересную историю о своих создателях?

«Да».

— Отлично. Итак, что касается кварианцев, то у них был сложный путь. Незадолго до утренней войны они совершили грандиозное открытие. Если судить по записям, что мы нашли в том лабораторном комплексе, где пылился и ты. Их ученые нашли новую область применения нулевого элемента и хотели запустить проект, который позволил бы им вступить на совершенно иной уровень развития. Правда, эксперимент закончился провалом, а современные кварианцы предпочли добровольно об этом забыть. Это рассказала мне Хельга, когда расшифровала часть древних записей, в которых упоминалось о множественных подделках официальной документации. Оказывается, кварианцы не только забыли свою историю, но и переписали ее в угоду правящей верхушке, что триста лет назад вынудила выживших покинуть родные миры, спасаясь бегством от плохих гетов.

Экс оторопел от многословности Николаса и того, что тот ему рассказал. Но обдумать полученную информацию он мог и позже, поэтому написал на клавиатуре коммуникатора следующее:

«Получается, я результат какого-то древнего эксперимента?»

— А ты смышленый, для металлоголового, но как бы там ни было, понял все правильно. Хочешь узнать мое мнение?

«Буду не против».

— У нас с тобой всего два варианта. Во-первых, когда мы прибудем на «Омегу», ты можешь покинуть наш уютный кораблик и отправиться на все четыре стороны. Только боюсь, в этом случае тебя попросту пристрелят. Ведь в последнее время на гетов повесили слишком много грехов. То они на Цитадель нападут, то еще на кого-нибудь, от этого у вашего вида чересчур токсичная репутация. Во втором варианте — мы можем прийти к взаимопониманию и заключить сделку. Ты помогаешь мне с одним делом, а Хельга в ответ поделится с тобой информацией про ту самую лаборатории и мутном эксперименте в целом. А уж потом ты будешь волен сам выбирать, как поступить. Останешься с нами или выберешь иной путь.

«Я согласен на второй вариант».

Ответ Экса полностью удовлетворил Ника. Наемник протянул руку в знак заключения сделки, но затем нерешительно одернул и вежливо попросил:

— Мое тело хоть и усиленно имплантами, но прошу не переусердствуй.

Когда они пожали руки, Ник встал и крепко зевнул. Молча убрал со стола бутылку и, положив ее в холодильник, шаркая ботинками, медленно поплелся к выходу. Остановился на пороге и, повернувшись к Эксу, произнес:

— Раз мы уладили деловые вопросы, то завтра проведем операцию по возвращению твоих ног, а заодно замаскируем тебя, чтобы ты мог спокойно разгуливать по «Омеге», не вызывая лишних подозрений у местного населения.

Ник не обманул. На следующий день, если ориентироваться по корабельному времени, они вместе с Михаилом провели над телом Экса несколько долгих часов, вновь возвращая тому возможность передвигаться самостоятельно.

Перед этим долгожданным событием Экс всю ночь провел в размышлениях. Он обдумывал слова Николаса, но очень осторожно, чтобы вновь не очутиться во власти жуткого кошмара. Эта особенность разума пугала его. Ведь теперь ему приходилось следить за тем, о чем он думает, чтобы не потерять контроль и снова не очутиться в океане, окруженным миллиардов красных глаз.

Пока он терпеливо ждал наступления операции, на камбузе побывали все члены экипажа. Хельга и Ник приветливо поздоровались, но диалога не получилось — они оба куда-то спешили, поэтому завтракали чуть ли не бегом. А Михаил и Тали слишком резко отреагировали на его освобождение от прочной веревки. Но в отличие от пилота, который просто вздрогнул и, быстро сделав бутерброд, удалился из столовой, кварианка устроила скандал и вынудила Ника перетащить Экса в другое помещение.

Но как оказалось, в этом и заключался план, разработанный капитаном корабля. В подсобном помещении, которое являлось кладовой Михаила уже было подготовлено место к проведению операции по пересадке новых конечностей на поврежденное тело Экса. Лишь спустя три с половиной часа молчаливого труда Николаса и его напряженного ассистента Экс понял, почему наемники сами спровоцировали кварианку на скандал.

Ноги были хороши. Экс прямо-таки ощущал невероятно прочную сталь. Но взглянув на свой новый образ, который отобразился в смотровом зеркале, немного смутился. Сперва он ошибочно предположил, что Ник сменил ему зрительный фильтр, случайно поломав этот модуль, но оказалось, что это было далеко не так. Потому что в отражении на него смотрел удивительно крупный и неказистый кварианец.

Глава 7

Ритмичный скрип монорельса успокаивал. Хотя Экс и был лишен всяческих проявлений физических чувств, но шум одного из самых дешевых видов транспорта «Омеги» приятно сказывался на внутреннем состоянии, даруя элемент, сравнимый с душевным равновесием. Даже гету порой хочется насладиться простым звуком исправно работающего механизма.

Между тем в вагоне возрастала задымленность. Виной тому была внушительная по численности компания наемников из группировки «Затмение». Шевроны маститых боевиков блестели в тусклых лампах местного освещения. Бравая толпа, как безликая органическая масса, оккупировала заднюю часть вагона и, распивая крепкие сорта алкоголя, закуривала их дешевым табаком.

Гул от нескольких десятков голосов мог заглушить только монорельс, поэтому Экс всеми силами пытался вслушиваться в приятно звучащее поскрипывание. Сидя в тесном вагончике, его посещало ощущение обреченности, словно он вновь очутился посреди океана красных огней. Даже собственное отражение в окне отпугивало своей безобразностью.

Экс всеми силами пытался отвлечься. Порой потирал ручку огромного чемодана, который выдал ему Ник. Наемник порекомендовал ему относиться к содержимому внушительного саквояжа со всей серьезностью, потому что там находилось нечто довольно мощное. Но что же именно там лежало, так и не сказал. Приняв условия сделки, Экс решил не обременять Ника наводящими вопросами. Он сам согласился с этими правилами игры, поэтому покорно взял чемодан из рук наемника, а затем молча отправился вместе с ним на важное задание. Ведь награда сулила стать отправной точкой в попытке распутать клубок загадок, которые опутали территорию его искусственного разума.

«Омега» была огромной станцией. Сразу после прибытия сюда, экипаж корвета накрыла суета. Пока Хельга передавала данные Тали, Михаил постоянно держал связь с диспетчером. Руководство станции держало руку на пульсе и старалось принимать новых гостей с особой осторожностью. Местные аналог экстранета заполнили сообщения о случаях торговли весьма подозрительными технологиями, поэтому на территории «Омеги» нарастала напряженность.

Жители ожидали применения контрмер со стороны рас, доминирующих в совете Цитадели. Грядущее сулило вылиться в полномасштабный рейд, а это грозило катастрофой для торговых операции, коими славилась древняя станция, являясь негласной столицей черного рынка систем Терминуса.

Пока остальные были заняты насущными делами, Николас вкратце объяснил Эксу суть будущего дела. Они должны были встретиться с представителями одной из человеческой колоний и продать им дорогие импланты. Казалось бы, ничего сложного, но Касуми Гото, которая тайком покинула корвет сразу после битвы с Коллекционерами, предупредила Ника, что на «Омеге» у него могут возникнуть проблемы с предыдущим заказом. Ведь он использовал груз заказчика в личных интересах и теперь находился в списке разыскиваемых лиц.

Охотники за головами будут охотиться за ним и могут помешать будущей сделке. Единственной надеждой был Экс. Облик кварианца придавал его образу потешный вид. Неестественно крупный представитель хрупкого вида с массивным горбом на спине, которым являлся внешний модуль, а именно голова давно павшего гета. Экс отлично подходил для притягивания посторонних глаз. Кроме этого, если запахнет жаренным, то он проложит им путь к отступлению.

Дождавшись момента, когда Тали благополучно покинет борт корабля, Экс и Николас спешно выдвинулись на место проведения запланированной встречи. Успешно прошли регистрацию благодаря сотне кредитов, вложенных в поддельные документы. Затем сели в первый попавшийся транспорт, который мог довести их до одного из самых значимых черных рынков «Омеги». Пунктом их назначения являлась граница сразу трех районов, расположенных на нижних уровнях станции: Гозу, Дору и Кима. Ветвистая площадь, напоминающая лабиринт, стены которого были сделаны из причудливых блоков, что являлись молчаливым эхом давно исчезнувшей цивилизацией.

Чем дальше они углублялись в самое лоно станции, тем ярче становились попутчики. К наемникам из «Затмения» примкнули другие мелкие банды и теперь вагон напоминал дешевый бар. Вдобавок к постоянно нарастающему невнятному говору выпивших жителей, прибавились местечковые попытки гомофонии местных хитов. Из-за отсутствия таланта, пение бандитов напоминало на завывания диких зверей. Оно и неудивительно, бандиты зарабатывают деньги отнюдь не сценой.

Эксу стало жаль случайных попутчиков, которые делили вагон с внушительной компанией опьяненных наемников. Прямо напротив него — ехали отец с маленькой дочкой. Испуганная человеческая девочка прижималась к отцу и шептала тому, что ей очень страшно. Папа пытался успокоить дочку постоянным обещанием, словно проговаривал мантру, что до прибытия до нужной остановки осталось недолго. Нагло врал.

Через шесть остановок Николас поманил ряженого гета к выходу, а девочка, одарив странного кварианца завистливым взглядом, вновь шепотом обратилась к отцу сказав, что ей очень страшно. Поистине страшное место. Атмосфера станции душила слабых. Здесь можно было родиться и, прожив всю жизнь, так и не привыкнуть к постоянному страху. Ведь на «Омеге» опасность подстерегала за каждым углом и постоянно мерещилась в темных переулках. Но перед самым выходом из поезда, Экс заметил, что под подолом юбки девочки красовался пистолет. Эти двое были охотниками, которые отчаянно старались изображать безобидную жертву.

На станции их встретила ещё одна группа нетрезвых наемников. Одарила злобным кряхтением, но на большее, они пойти не смогли. Их остановил вид крупнокалиберной винтовки. Ник вытащил ее напоказ сразу, как услышал бряцание оружием со стороны потенциального врага. Ник повел их в обход центральной площади, где скопилось большое количество народу. Предостережение Касуми давало свои плоды, и тот решил не искушать судьбу. Будто прочитав мысли Экса, капитан корвета сухо произнес:

— Это были мелкие сошки, что прожигают в сладком дурмане добытые крохи со стола более крупной рыбы. Им нужно всегда напоминать, где их место, иначе могут заплыть за буи и стать проблемой. Но здесь другой уровень. Приглядись, напарник, тут полно хищников.

Ник подобрал идеальное определение к тем существам, что медленно перемещались по территории рынка. Зоркие ненавидящие взгляды, будто выжигали нутро, пока внимательно изучали чужаков. Нет. Ник ошибся в том, что Экс мог ему помочь затеряться в толпе. Черный рынок — это единое безликое существо со своей уникальной экосистемой.

На вид вполне мирное, но чем дольше осматриваешься, тем больше убеждаешься в противоположном. Здесь слишком опасно. Ведь трудно затеряться среди тусклых редких вывесок и мелких магазинчиков, когда тебя окружает стая голодных зверей. Еще и неряшливый образ кварианца. Сначала Экс ловил на себе удивленные взгляды местных, но чем дальше они заходили на территорию рынка, тем больше он стал походить на местных. Другое дело Ник. Он притягивал слишком много глаз. Подтверждением опасной догадки стал юнец из расы батарианцев. Одетый в грязные лохмотья, парнишка подбежал к Николасу и невероятно четко произнес, словно с самого рождения готовился стать кем-то вроде диктора:

— За твою голову объявлена награда, человек. У тебя есть полчаса, чтобы явиться с повинной. Если же ты проигнорируешь просьбу, то будут последствия.

— Сгинь, мелкая нечисть! — рявкнул на мальчика Ник и, замахнувшись рукой, строго произнес, — передай своему хозяину, что он может забыть об этом.

— Как пожелаешь, — деловито процедил юнец и, вежливо поклонившись, удалился прочь.

Ник напряженно вздохнул и ускорил шаг. Время работало против них. Даже если сделка пройдет быстро и гладко, то теперь им вряд ли дадут беспрепятственно покинуть станцию. Помощь «Нормандии» вышла боком. Экс крепче сжал ручку своей тяжелой ноши и мысленно стал готовиться к худшему из возможных сценариев.

Вместе с внешним модулем к нему так же вернулись всплывающие окна с разной информацией том, что происходило вокруг. Именно благодаря им он смог увидеть пистолет у девочки из вагона монорельса. Вот только они отличались от тех, что посещали его, когда он боролся с гнетом кукловода и его армии гетов.

Но если умело отделять зерна от плевел, то и этого хватило Эксу на то, чтобы узнать точное количество охотников за головами, которые бродили по площади в поисках своих жертв. По косвенным признакам он сумел вычислить имеющиеся у них вооружение и спрогнозировать какое они могли оказать сопротивление. Кроме этих отчаянных парней по черному рынку бродили спецы из ГОР. Это уже был иной уровень опасности. Одни из них — это скромная парочка азари, облаченная в дешевые наряды, остановившись у магазина одежды, скрупулезно рассматривала перечень дорогих головных уборов. Товар был краденым, но разве спецам было до этого какое-то дела?

Им помогали саларианцы. Они действовали более скрытно и умело. Эти спецы вели разведку прямо с крыш магазинчиков. Их объединила одна общая цель — это Николас и его странного вида спутник. Специалисты из ГОР обязательно давно поняли, что он вовсе не кварианец, и готовились предпринять соответствующие меры.

— Вот и пришли, — спокойным голосом отрапортовал ничего не подозревающий о реальной опасности Ник, и указал на дверь между двух крохотных магазинчиков. — Когда войдем, веди себя тихо. Получим кредиты и бегом на корабль. Но если все же влипнем, то жми кнопку на ручке чемодана. Готов?

По привычке кивнув в ответ, Экс последовал за Ником в подсобные помещения, где обычно совершались деликатные сделки. За дверью царил полумрак. Затемненные стекла кварианского шлема плохо сказывались на зрении, и Эксу пришлось поработать над фокусировкой модуля зрения, прежде чем он смог увидеть небольшой стол и сидящего за ним человека. Мужчина с бородавкой на щеке, увидев вошедшего вслед за Ником незнакомца, встрепенулся и, нервозно поправив пиджак, обратился к наемнику:

— Это кто еще такой?! Мы же договорились, Ник!

— Успокойся, Эдвард, это мой телохранитель, — успокаивающим тоном ответил Николас и, махнув рукой на тени в дальних от входа углах, деликатно добавил, — Ты тоже пришел не один.

Экс изучающе посмотрел на спутников Эдвард и был приятно удивлен их профессиональной подготовкой. Они, несомненно, представляли опасность.

— А что мне было делать?! Твоя репутация разрушена, Ник! Это будет наша последняя сделка!

— Я на большее и не рассчитываю, Эдвард. Мне нужны кредиты, чтобы свалить из систем Терминуса, а тебе нужны мои импланты, так? Давай же сделаем все по-быстрому, после чего разбежимся.

— Сперва покажи товар, а после я решу, брать твои импланты или нет, — поумерив пыл, сказал Эдвард и откинулся на спинку стула.

Недовольно фыркнув, Ник потянулся к нагрудному карману. Вытащил оттуда два черных пластиковых контейнера и положил их на стол.

— Все как ты просил, можешь проверить.

— Разве я похож на дурака? — с обидой в голосе произнес Эдвард и жадно обхватил руками предложенный товар. — Импланты такого рода вызывают необратимую мутацию. Кстати, Николас, в нашей переписке ты обмолвился, что эти штучки на голову выше предыдущей модели.

— Хельга гарантировала работу даже в полном отсутствии сил тяготения. Поэтому не волнуйся, твои чернорабочие смогут без последствий работать на тех астероидах, которые ты приметил еще два года назад.

— Откуда ты об этом знаешь?

— Эд, ты меня поражаешь своей наивностью. Сразу после нашего знакомства ты стал интересоваться у меня, как побороть целый букет: дезориентацию, психоз, разрушение мышечных тканей и костей, каловую рвоту и прочую чушь, что наступает после встречи с открытым космосом. А узнать, где именно ты собрался проводить раскопки совсем не составило труда. Это ведь система, что расположена по соседству с твоей колонией?

— Твою мать, как?!

— Какая разница? Ты заплатишь или нет?!

— Ладно, — наконец сдался Эдвард и потянулся к коммуникатору. — Как договаривались, десять…?

Колониста оборвал неожиданный грохот, за которым последовало некое подобие землетрясения. Невольно пошатнувшись, Экс еще крепче схватился за ручку чемодана, а следующим толчком его основательно приложило о тонкую стену подсобного помещения. Продвинутый слух гета уловил скрежет сварных швов. Но людям досталось гораздо сильней. Эдвард и Ник слетели со своих мест и грузно повалились на пол.

Покрывшись легкой испариной и тяжело дыша, Ник вскочил на ноги и растерянным взглядом поглядел на Экса. Но ответить ему было нечем. Подобное сложно было предвидеть, как и великолепное умение телохранителей колониста крепко стоять на ногах. Парни не мешкали. Два силуэта, одетые в черную штурмовую броню, схватив своего онемевшего от шока начальника, двинулись к выходу. Но за дверью их ждал больший сюрприз.

Древнюю станцию охватило красное сияние неизвестного происхождения. Оно захватило все внутренние помещения «Омеги» и словно оживший туман плясало в такт с затухающими толчками. Затмив все пространство, кроме небольшого спасительного круга, центром которого стал Экс. Он всматривался в детали, пытаясь уловить причину случившегося безумия, но информационные окна нейронной сети молчали. Молчали и люди. Колонисты и Ник, казалось, совсем не обращали внимание на красное сияние. Они с открытыми ртами тревожно осматривались по сторонам, ища причину внезапной сейсмической активности.

Это продолжалось еще несколько долгих мгновений, а затем резко прекратилось, будто ничего и не было. Вместе с землетрясением пропало и красное свечение, растворившись в дыму от вспыхнувших очагов пожара. Посетителей черного рынка охватила паника. Кто-то побежал по направлению к центральной площади, самые смелые прятались в магазинчиках, находились и те, кто просто ложился лицом в грязь и накрывал голову руками.

— На станцию напали? — испуганно спросил Эдвард, после того как нашел в себе силы и вырвался из бережных объятий охранников. — Но кто же осмелился совершить подобное?

— Сомневаюсь, что это нападение, — изрек в ответ Ник и, повернувшись к Эксу, добавил, — будь готов.

У него была поразительная чуйка на приближение беды. Ник с подозрительной точностью предугадал опасность. Набирающий обороты хаос внезапно усилился. Со стороны площади раздались звуки стрельбы, а разместившиеся на полу посетители рынка стали издавать ужасающие звуки. Из их ртов начали раздаваться мучительные вопли предсмертной агонии. Узкий переулок за одно короткое мгновение превратился в филиал ада. Повсюду окровавленные тела и испуганные лица тех, кто еще по счастливой случайности продолжал куда-то бежать.

Телохранители Эдварда потянули своего хозяина по направлению к площади, небрежно расталкивая всех, кто оказывался на их пути. Ник вместе с Эксом оказались единственными, кто продолжал бездействовать. Прежде, чем действовать, нужно было понять, что стало причиной смерти множества посетителей черного рынка.

Но без всплывающих окон, Экс словно стоял посреди топкого болота. Один неверный шаг гарантированно сулил обернуться катастрофой. Того же мнения был и Ник. Покончив с раздумьями, наемник вытащил из закромов своей легкой брони два шприца с мутным содержимым.

— Итак, напарник, если я вколю себе это, то кратковременно потеряю контроль над собой, но мои боевые способности многократно возрастут. Боевые импланты, разработанные Хельгой, превосходят современные аналоги: как Л-Три, так и Л-Четыре, а также охотно идут на разгон. Эти боевые коктейли сделают из меня взрывоопасного биотика, но я могу стать безумцем. Хрен знает, что тут стряслось, но я чувствую, что это только начало.

— Николас!

Изнурительный окрик Эдварда затмил абсолютно все звуки. Тело колониста находилось в руках настоящего монстра. Существо в несколько метров высотой, что снизошло из самых жутких глубин ада, с поразительной легкостью разорвало Эдварда пополам. Его крик стал последним, что он произнес в своей жизни. От увиденного зрелища Экс ощутил резкий скачок напряжения. Его разум словно окатили ледяной водой. Тварь смотрела прямо на него. Швырнула умерщвленное тело колониста в один из прилавков и приготовилась к новому прыжку. Но, готовое броситься в атаку, омерзительное создание пронзила судорога, которая закончилась яркой аурой света, что охватило ее тело. Белое свечение, также изливалось прямиком из ее рта и глаз, а затем прозвучал слаженный хор, словно тысячи голосов:

— Я в каждом из них! — после этого тварь повернула голову по направлению к Эксу, и глядя на него добавила: — Ты меня позвал, и я пришел!

После громкого возгласа, белое сияние пропало, вернув существу омерзительный вид. Металлический палец сам потянулся к кнопке, что отделяла Экса от мощного оружия. «Омега» обречена — это уже неизбежно. Мертвые тела пришли в движение. Чтобы выжить, им с Ником предстояло станцевать с самой смертью.

Глава 8

— Ты зачем позвал это?! — воскликнул Ник, кивнув в сторону монстра.

В ответ Экс лишь удивлённо пожал плечами. Николас услышал чужеродный голос, а это значит белое свечение было реальным. Вот только, он действительно не понимал, как перед ними появилась Баньши. Крайне опасный противник, который появляется на свет в процессе одурманивания представителей расы Азари, а именно их взаимодействии с губительными технологиями Жнецов. И не простых азари, а именно Ардат-Якши. Генетически-дефектных представителей своего вида. Появление данного противника в этом временном отрезке противоречило логике. Сейчас ещё слишком рано, ведь подобные твари начнут творить зло, непосредственно после вторжения армии Жнецов.

Как бы там, ни было, игра в переодевания перестала быть актуальной. Посреди низвергшегося ужаса, всем было глубоко плевать, кем на самом деле являлся Экс. Он стянул с себя шлем Кварианца и встал в боевую стойку Гета с легкостью позабыв о необходимости контроля за движениями, которыми он усердно имитировал органика.

Кейс с шумом распахнулся и оттуда буквально вылетела увесистая винтовка с витиеватым штык-ножом. Экс отлично знал это оружие. Ведь именно с помощью данного аппарата он убивал порождения Жнецов в трудно объяснимом прошлом. Скомканном прошлом. Будто жизнь предстала перед ним затертой до дыр книгой, от которой остались лишь жалкие кусочки текста. Один из них и поведал Эксу с помощью мутной вкладки-подсказки, о мощном образце оружия, который очутился у него в руках.

Но этот образец штурмовой винтовки М-99 ''Сабля'' отличался от стандартного и хорошо знакомого ему оружия. Кроме штык-ножа на винтовку украшал увеличенный магазин, а ещё был снят компенсатор отдачи, который заменил конденсатор для увеличения пробивной силы. Экс простыми манипуляциями приготовил винтовку к бою и посмотрел в мертвые глаза Баньши.

Монстр неспешно двигалась навстречу, словно назойливый Гет совсем не представлял для нее угрозы. Оно и понятно. Два элитных охранника и колонист пали от ее руки, практически не оказав должного сопротивления. Она представляла собой смерть во плоти. Бескомпромиссное орудие Жнецов, которое ни перед чем не остановиться, пока не лишит свою жертву воли к сопротивлению, а затем и самой жизни.

Пока Экс распаковывал кейс и готовился к бою, Ник уже вовсю крушил подступавших к ним хасков. Синтетических «зомби», которых тоже порождали безжалостные к биологической жизни, технологии жнецов. Применив «бич» — биотическое умение, сбивающее врагов с ног, наемник одним ударом уложил с десяток прытких врагов. Он резанул и Баньши, но удар пришелся по касательной, а этот противник явно не из тех, кого можно было уложить одной биотической атакой.

Николас использовал умение очень выверенно, боялся случайно зацепить своего металлического приятеля. И очень зря. Со спины Экса, тоже приближались хаски. Шипя и неловко перебирая ногами, монстры-зомби жаждали расправиться с металлическим врагом. Всплывающие окна засияли с новой силой. Информация потекла бурной рекой, благодаря чему, Экс смог решать одновременно сразу несколько задач.

Не глядя на противника, Экс выставил руку на опережение и схватив первого подбежавшего к нему хаска за шею, сжал ее мертвой хваткой. Плоть проигрывала металлу в любом честном поединке. В руке Экса осталась лишь голова монстра, а все остальное рухнуло на окровавленный пол. Второго врага, который стремительно нёсся на гета, срубил биотическим умением Ник.

— Как победить эту крикливую дрянь?! — зажав уши, выкрикнул Ник, когда Баньши издала звук похожий на устрашающий вой.

Вместо ответа, Экс швырнул во врага голову поверженного Хаска. Встретившись со щитом Баньши, снаряд мгновенно отлетел прочь.

— Черт, она еще и биотик! — зло процедил Николас, вытерев рукавом проступившую из носа кровь. — Давай подтолкну, а ты в рыло этой твари воткнешь штык. Я специально его установил, ведь тогда Нормандии тебе это явно понравилось, ведь так?

Странное предположение. Экс тогда проделал этот фокус случайно, но похоже, что у наемника было на этот счет иное мнение. Похоже, и спорить с ним бессмысленно, они только зря потеряют время. Без лишних слов, он побежал прямиком на Баньши. Мертвые глаза недоуменно уставились на Экса. Где-то глубоко внутри эта тварь продолжала использовать оставшиеся частицы разума, но среагировать на слаженную атаку человека и гета, к счастью, успеть не смогла. Николас ударил по спине Экса биотическим толчком и придал тому дополнительное ускорение. В следующее миг Экс будто врезался в невидимую стену.

Металл, из которого было сделано синтетическое тело, звонко проскрипел. Благо выдержал сопротивление вражеского щита и позволил сделать наглый выпад в сторону врага. Взмахнув винтовкой, он пытался вонзить штык нож в голову твари, но защита Баньши выдержала лобовое нападение. Изо рта монстра вырвался радостный визг, а затем, к парализованному вражеской биотикой Эксу, потянулась рука мерзкого создания.

Если бы не очередной удар Ника, то Баньши раздавила бы Экса своей биотической силой. Наемник вложил в него чудовищную мощь. Ноги Экса согнулись, а в спину будто въехал многотонный каток. Его продавило сквозь биотический щит, позволив ему одним точным рывком вонзить штык-нож в голову врага. Следующим движением он нажал на спусковой крючок автоматической винтовки. Лицо Баньши и без того лишенное всякой природной красоты, обратилось в самый настоящий фарш.

Но радость от победы была совсем не долгой. Экс вспомнил, что в составе оперативников ГОР было целых две Азари. Других представителей данного вида, на территории черного рынка он не встречал. Следуя логике ужасного явления по обращению практически всех посетителей рынка в одурманенных тварей, то Баньши, тоже должно быть две.

Вторая особь поспешила прийти на битву, когда услышала предсмертные крики своего мерзкого боевого товарища. Счет пошел на секунды. Экс освободил винтовку и использовав плечи умирающего врага, как трамплин, прыгнул вперед. Ник же снова воспользовался толчком, но на этот раз, он ударил по поверженной Баньши. Тело издыхающей одурманенной машины смерти взмыло в воздух, после чего столкнулись лицом к лицу, со своей озлобленной точной копией.

Щит вновь прибывшей Баньши вспыхнул синим сиянием, лишив её на короткое мгновение непробиваемой защиты. Экс воспользовался ситуацией и расстрелял врага в упор. После каждого проделанного выстрела, от твари отлетали куски одурманенной плоти. Когда же он приземлился на слизкий пол, вторая особь была уже мертва.

На этом их испытания не закончились. Информационные подсказки, предупредили его об очередной надвигающейся угрозе. Сверху или же снизу, к ним приближалось нечто огромное и злое с поистине ужасающей скоростью.

Подсказка сыграла с ним злую шутку. Смутив его тем, что монстр мог появиться со стороны пола. Он опустил голову вниз, и как раз в этот момент на него набросился мутировавший зверь, швырнув Экса в витрину магазинчика, где торговали мороженными полуфабрикатами.

Это была Тварь. Одурманенный гибрид сразу двух совершенно разных рас. Величавого и неуклюжего представителя кроганов и более слабого в телосложении гуманоида, который представлял расу турианцев. Тварь имела вес в несколько сот килограмм, отчего с легкостью могла швырнуть гета, куда ей вздумается.

Разбив спиной тонкое стекло, Экс раздавил почти все, что хранилось на прилавке магазинчика. Он лишил хозяев выручки. Но живы ли теперь эти самые хозяева?

Экс попытался навести ствол винтовки на могучего противника, но опоздал с выстрелом, буквально на доли секунды. Тварь попалась прыткая. Она запрыгнула на него сверху и замахнувшись кривой окровавленной культяпкой, ясно показала своим видом, что захотела разбить синтетическую голову. Но тварь не взяла в расчет наемника. Ник повторил действия врага и сам запрыгнул на того сверху. Прозвучал звук мощного биотического удара. Со спины твари, на поверхность железной палубы, посыпались жирные куски мяса. Ник продолжал бить ее, пока зверь не превратился в лужицу крови на груди Экса. Все остальное раскидали по округе ударные биотические волны чудовищной мощи.

— Я здесь не сдохну! Понял ублюдок?!

Покончив с врагом, Ник с трудом слез с раскуроченного прилавка. Всплывающее окно подсказало из чего была сделана эта пища. И судя по составу — еда была отвратная.

Экс поднялся на ноги двинулся вслед за наемником. Покачиваясь из стороны в сторону, Ник спешил по направлению к центральной площади. Сыворотка, что усиливала его биотические способности постепенно убивала его. Кроме носа, кровью налились и его глаза, словно к голове подступила вся его кровь. Ему нужна была помощь. Экс поспешил на выручку, обхватив наемника свободной рукой. Во второй он продолжал держать винтовку и, время от времени, отстреливал с помощью нее охотно бегущих на убой хасков.

— Что это за твари, и откуда они тут взялись? — с хрипотой в голосе спросил Ник.

Экс в ответ только пожал плечами.

— Ты ведь в курсе, мой железный друг, не так ли?

В этот раз он не ответил. В отличие от Николаса, он прекрасно знал, кто на них напал. Безжалостные Мутанты. Твари, что появляются на свет после применения технологий жнецов. Он видел их прежде, давным-давно, когда был кем-то другим, но точно не Гетом.

«Но почему именно на Омеге? Что поспособствовало пришествию сюда отродий Жнецов?» — вновь обратился к самому себе Экс, и сам нашелся с ответом, — «Тот голос, что заговорил с ним при помощи всех мутировавших жителей и гостей Омеги. Именно он стоит за произошедшим. Но кому же он принадлежит?»

Пока они не спеша двигались по лабиринту, состоящему из мелких торговых точек, Нику становилось все хуже и хуже. Наемник начал бредить и через слово называл своего металлического напарника Хельгой. Экс понимал, что нужно ускорить темп. Добравшись до центральной площади, можно было найти транспорт. Подойдет любое средство передвижения, которое могло их доставить на верхние уровни, где располагался корвет. Он старался ускорить шаг. Благо количество врагов к этому моменту поредело, и он уже практически не прибегал к помощи винтовки. Зато на самой площади их поджидал очередной сюрприз.

Охотники за головами разобрались с мутировавшими тварями. Все видимое пространство было заполнено трупами одурманенных существ и менее удачливых наемников. Оказывается, не все органики подверглись воздействию красного свечения, превратившись в отродья жнецов.

Хотя для тех, кому посчастливилось выжить, судьба преподнесла новые испытания. Проблема грянула с высока. Три глайдера приземлились в центре площади и выскочившие оттуда боевики, принялись вершить собственное правосудие. Это были представители элитного отряда Батарианцев. Они отстреливали всех, кому не посчастливилось оказаться на площади. Даже без подсказок, Экс быстро догадался, что этот эскорт прибыл именно за ними. Но времени уже не оставалось, и он целенаправленно пошел прямиком по направлению к парящим машинам.

Бойцы подразделения военной машины Батарианцев пропустили их потрепанный отряд через боевой кордон, вежливо указав путь к своему начальнику. Слаженность их действий говорила о том, что это далеко не простые бойцы. Вполне возможно, что перед Эксом стояли солдаты из Батарианского аналога ГОР. Элитные силы специального назначения до безумия замкнутой расы.

Они с удивительной легкостью уничтожили остатки выживших на площади и молча встали в строй, ожидая дальнейших указаний от командира. Смуглого старичка, который с деловитым видом сжимал в руках тонкую папку с документами. Он терпеливо дождался, когда Экс дотащил к нему совсем разбитого от влияния стимулятора Николаса, а затем обратился к наемнику крайне презрительным тоном:

— Где моя бомба, пасынок Альянса? У нас с вашим начальством был уговор, но один маленький наемник решил поиграть в собственную игру?

— Иди в зад, хрен глазастый, — прохрипел Николас и сплюнул на пол сгусток густой крови. — Нет у меня никакой бомбы.

— Это все, что ты можешь сказать? — спросил Батарианец, деловито моргнув двумя парами глаз.

— Были бы силы, плюнул бы в рыло, — презрительно фырнкул Ник, после чего схватился за бок и простонал.

— Тогда вынужден признать прискорбный факт, что договор аннулирован и командование Альянса систем будут ждать неприятности, — изрек старичок и вытащив из кобуры старенький на вид пистолет, нацелился на Ника. — Твоего ручного Гета прикончат мои бойцы, но вас майор Николас, я должен прикончить сам…

— Говоришь, хочешь бомбу, верно? — язвительно спросил Ник, и оттолкнувшись от Экса, бросил нечто круглое в руки Батарианцу, — тогда лови сюрпризик…

— Что это? — успел спросить старичок перед тем, как потерял точку опору.

Едва цепляясь за жизнь, Ник применил цепочку биотических атак. Броском он швырнул Батарианского командира в строй солдат, а после этого хлыстом сделал из них кучу-малу. Затем грянул взрыв. Граната сработала, как надо, поразив большую часть вражеских солдат.

Экс схватил падающего без сил наемника и приблизился вместе с ним к одному из глайдеров. Открыл водительскую дверь и выстрелив в грудь сидящего там служивого, брезгливо выкинул того из средства передвижения. Он действовал сдержано и терпеливо. Даже когда по нему открыли огонь, пришедшие в себя, редкие выжившие солдаты Батарианцев.

Очистив переднее сидение от помехи, Экс аккуратно посадил на пассажирское сидение, Николаса и пристегнул того ремнями безопасности. Пока он выполнял все подготовительные действия, то ощутил, как вражеские снаряды задели по касательной его тело несколько раз. Контуженные бойцы, плохо управлялись с оружием и это сыграло им на руку. Правда, после этого его движения уже не казались быстрыми, но и отступить Экс уже не мог. У него был уговор с наемником, поэтому бросить его здесь стало бы ошибкой.

Он сорвал с пояса Ника еще несколько гранат, активировал их, а затем метнул в сторону стрелявших по ним батарианцев. Хотя тем ребятам, до живучего Гета уже не было никакого дела. На них набросилась стая хасков вперемешку со злобной парой тварей. Омега умирала. Станцию трясло и разрывало на части. Толчки хоть и стали значительно меньше, но стабильно продолжали ломать древний артефакт изнутри. Экс понимал, что нужно улетать, пока еще был шанс выжить.

Сев на водительское сидение и закрыв дверь, он включил панель управления и ввел команду, чтобы глайдер взлетал. Остальные летательные аппараты Батарианцев остались неподвижны. Наблюдая за их действиями в мониторах вспомогательных камер, Экс видел, как водители других машин отчаянно звали солдат залезать внутрь. Но солдаты попросту не слышали. Бойцов элитного подразделения Батарианцев теснили проворные монстры, раздирая вооруженных до зубов спецов на мелкие части. Но потом грянул взрыв, который приговорил всех тех, кто сражался на площади черного рынка. Казавшееся монолитной махина покрылась трещинами, и гигантская площадь перестала физически существовать.

Лабиринт из магазинчиков черного рынка подхватило следом, после чего вся монолитная конструкция стала осыпаться, как карточный домик, прямиком на нижние уровни станции. Где бушевал огромный пожар, что пожирал реактор и прочие важные системы древнего комплекса.

Экс направил глайдер строго вверх выкрутив скорость на максимум. Задыхаясь от приступа кашля Николас, бубнил какие-то проклятия в адрес коммуникатора, отчаянно пытаясь выйти с кем-то на связь.

— Ну же, бери трубку пылесос! Если ты сдохла, то я тебя найду и убью еще раз! Шепард с меня шкуру спустит из-за тебя!

Около минуты коммуникатор молчал, но потом инструментрон издал трель принятого вызова.

— Вы живы? — шепотом спросила Тали, включив лишь голосовой режим связи. — У меня кончились патроны, а тварей здесь просто… На станцию напали Жнецы, нам нужно предупредить…

— Молчи дура! — оборвав ее речь, рявкнул Николас. — Дай мне свои координаты и не смей там умирать, поняла?! Мы уже в пути, только живи твою мать!

Наемник вывел полученные данные от Кварианки на коммуникатор Экса и с чувством выполненного долга, откинулся на спинку мягкого кресла. Как ни крути — это была опасная затея. Мысленно прокрутив возможные последствия, Экс передал управление автопилоту глайдера и принялся набирать сообщение на своем коммуникаторе.

— Ты кому там строчишь, Скайнету что ли? — не открывая глаз спросил Ник и приказным тоном добавил, — мы ответственны за девчонку, поэтому обязаны вытащить ее из этого ада. Крути педалями, напарник и постарайся выжать из этой колымаги все имеющиеся соки. У нас каждая минута на вес целого килограмма, гребанного нулевого элемента.

По началу Экс все же хотел дописать свои претензии, но вскоре передумал и вернулся за пульт управления. Он увидел в одном из мониторов глайдера, что показывало изображение камеры, располагавшейся со стороны кормы машины, как из недр Омеги охваченных яростным пламенем, навстречу рухнувшей площади вылетели вагоны монорельса. Станция умирала. В самом сердце Омеги перестала действовать гравитация и тем самым вызвала еще больший хаос. Экс выключил камеры и надавил на рычаг газа так, отчего едва не вырвал тот со штатного места. Впервые за время пребывания в теле Гета, он почувствовал настоящую эмоцию. Его охватил гнев.

Глава 9

Двумя неделями ранее. Системы Терминуса. В нескольких тысячах километрах от места нападения Коллекционеров на Нормандию SR-1.

В доке кипела работа. Рабочие трудились круглыми сутками над изрядно потрепанным кораблем, постепенно заменяя поврежденные участки корпуса и внутренней обшивки. Старший инженер уверял Шепарда, что закончит ремонт в течении двух недель, едва ли не полностью обновив корабль. В конечном итоге, модернизации будут подвержены все системы судна, а полученный результат должен будет приятно удивить Спектра.

Сроки выглядели фантастическим даже для лучших специалистов ремонтного дока аларианского флота, который удачно примкнул к группировке флотилии Совета Цитадели. Переделанный линкор был способен вместить в себя целый крейсер, поэтому с габаритами Нормандии справился с огромным запасом, а чтобы рабочие не простаивали, инженеры переместили к поврежденному судну все имеющиеся у них профессиональные резервы.

Расположившись на наблюдательном посту, Шепард внимательно следил за ходом выполнения работ. За долгое время, в его непосредственном участии, здесь не было особого смысла, ремонтные бригады прекрасно знали, как именно нужно чинить корабли.

Он здесь отдыхал. Собирался с мыслями и поражался умению саларианцев быстро ремонтировать суда, которые были построены даже на сторонних верфях. Правда, все же часть из заинтересованных лиц принадлежало к числу турианцев и самих людей. Все-таки именно этот тандем приложил руку к созданию Нормандии, а значит технический контроль, должен соответствовать высокому уровню качества всех запланированных работ.

Шепарда одолевали сомнения, касающиеся сложившейся ситуации. Его корабль чудом выстоял после нападения Коллекционеров, и большая часть экипажа осталась цела — это уже большая удача. Другой на его месте радовался бы этому, но полученный опыт в ходе противостоянии с Сареном и руководившим им Властелином, полностью изменил мировоззрение Шепарда. Теперь он подходил к любому событию с холодной головой и подвергал каждое действие глубокому анализу.

Ему показались странными несколько вещей. Первостепенной проблемой стало нападение таинственных Коллекционеров. Они практически никогда не посещали пространства Цитадели, лишь изредка появлялись в системе Сарабарик. Поэтому Шепард никак не мог обосновать мотив их нападения на Нормандию. Оно выглядело нелепо и алогично. Крайне закрытая ото всех раса, без предупреждения и объявления войны, совершает нападает на судно подконтрольное Альянсу, намереваясь уничтожить последнее без объяснения причин.

Еще одним предлогом к волнению стало появление неожиданной помощи. Она пришла в последний момент и от того, кого Шепард совсем не ожидал увидеть. Судя по заранее придуманной легенде — это были предприимчивые наемники, что случайным образом оказались рядом в самый тягостный момент для Нормандии.

В период битвы с Коллекционерами, Шепард обрадовался появлению союзников, но когда узнал о них больше, то знатно растерялся. Нормандия исследовала системы Терминуса в поисках гетов, которых убедил воевать против органиков Сарен. Цель Нормандии была выследить и уничтожить тех, кто продолжал представлять угрозу для всего живого.

Но когда пришла беда и близилось полное уничтожение личного состава корабля к ним на помощь пришел корвет с крохотной командой, состоящей из трех человек и мобильной платформы гетов. Странным стечением обстоятельств это никак не назвать. К тому же выяснилось, что весь экипаж кроме гета, около полугода назад состоял в рядах Цербера.

Сразу после прибытия флота Совета и проведения личных бесед, стало ясно, что половина личного состава корвета, нагло врала и решила утаить всю значимую информацию о своем прошлом. Поэтому вместо заслуженных наград, Шепард планировал заключить их под стражу.

Спасением для наемников стало письмо от Стивена Хакета. Адмирал просил оказать им содействие, потому что их командиром являлся заслуженный офицер контрразведки Альянса по имени Николас Мур. Месяца назад он получил звание майора и был на хорошем счету у высшего руководства контрразведывательного управления.

Его маленький корвет бороздил просторы систем Терминуса действуя в интересах самого Альянса, выполняя архиважное задание. Прочитав письмо от Хакета в первый раз, Шепард резонно решил, отправить запрос на подтверждение подлинности полученной информации.

Спустя всего несколько минут с ним лично связался адмирал и вкратце повторил основные моменты, что были изложены в ранее присланном письме. Выходило так, что наемники оказались поблизости по воле случая, и только благодаря грамотному руководству офицера Альянса, смогли помочь Нормандии в бою с Коллекционерами.

Шепард пришел на смотровой мостик огромного дока сразу после разговора с Хакетом, чтобы успокоить эмоции и привести в порядок мысли. Любезно предоставленной саларианцами комфортабельной каюте, он ощущал себя чужим. Устоявшиеся привычки стали для него нормой, а Нормандия настоящим домом. Здесь он находился на правах гостя, пусть и высокопоставленного, но все равно гостя.

Позади послышались шаги. Шепард обернулся и увидел, как к нему приближался официальный представитель руководства Цитадели. Этот одетый с иголочки Турианец, выделялся уверенной походкой и безмятежным взглядом, которым он смотрел на Командора парой восторженных глаз. Он часто навещал Спектра и всякий раз благодарил Шепарда за спасение Совета во время кризиса, связанного с нападением Сарена и его ручной армии Гетов. Его пламенные речи были написаны словно под копирку и после нескольких минут разговора, начинали утомлять.

— Добрый день, Командор! — воскликнул Турианец, остановившись возле Шепарда, сохранив при этом протокольную дистанцию. — Я вас весь день ищу, а оказывается, вы решили лично проверить ход работ. Правда, впечатляет? Мы позаботились обо всех административных деталях, и поэтому сразу после ремонта, вы сможете продолжить свою миссию. Кстати, позвольте спросить, вы связывались с секретарём?

— Сегодня утром.

— Тогда вы должно быть в курсе, что ваша задача изменилась. В то время, как основной флот продолжит поиски группировки гетов, ваше судно направится к Омеге. Силы объеденных подразделений ГОР проследили, что именно туда были перемещены останки корабля Коллекционеров. Совет надеется на ваши аналитические способности. Мы считаем, что вы идеально подходите для роли героя, который вновь вернет в Галактику уверенность в…

— Я вас понял, — воскликнув недовольным тоном, перебил собеседника Шепард. — Это все?

— Да, — после недолгого молчания процедил турианец, и сверкнув хитрыми глазами, покинул расположение Спектра.

Представитель Совета хорошо разбирался в сфере своей деятельности и прекрасно осознал, что на смотровой площадке он являлся лишним. Когда он ушел, Шепард облегченно вздохнул. День не задался. Сначала письмо Хакета, а теперь назойливый бюрократ, который после каждого произнесенного предложения, тянулся чесать шею. Это незамысловатое движение, что походило на вредную привычку, к концу разговора начало раздражать сильнее, чем сам бюрократ.

Шепард вновь перевел взгляд на россыпь огневых работ и глубоко вздохнул. Клубок запутывался все сильнее. Ему казалось, что история с Властелином была далека от завершения. Настолько древнее существо просто не могло не запастись дополнительным планом, если первоначальный бы окончился провалом. Коллекционеры могли быть одной из ниточек, что вели к Жнецам, поэтому еще слишком рано расслабляться. Шепард вновь услышал шаги, которые проминали под собой решетчатый пол. На этот раз к нему неспешно двигался Гаррус. Этой компании Шепард был рад.

— Пришел посмотреть на ремонт птички или стало тошно от скуки, отчего решил проветриться? — произнес турианец, а затем облокотившись на перила смотрового мостика, добавил. — Хотя почему бы не объединить оба варианта, как считаешь?

— Ты прав. Но до того, как ты пришел у меня состоялся утомительный разговор.

— Меня тоже раньше раздражала эта бумажная волокита, а особенно сильно сопутствующие ей бессмысленные совещания и постоянные бессмысленные протокольные разговоры.

— А теперь нет?

— Теперь эту утомительную работу выполняешь ты.

— Понятно, — улыбнувшись ответил Шепард, но мигом помрачнев, спросил. — Ты ходил в медицинский отсек?

— Да, — кивнув, ответил Гаррус. — Большинство членов экипажа пошло на поправку, но Лиара по-прежнему находится без сознания. Врачи говорят, что к концу ремонта смогут поставить ее на ноги. После всего случившегося, мне хочется им верить. Ты уже думал насчет похорон?

— На днях, как только улажу все юридические вопросы, — тяжело вздохнув, ответил Шепард.

— В нашей войне потери неизбежны.

— Думаешь, за этой атакой стояли Жнецы?

— Хочется надеется, что нет, — задумчиво ответил Гаррус. — Знаешь, сказать по правде, на следующей неделе, я планировал вернуться на Палавен. Ведь мы выиграли битву за Цитадель и практически истребили тех Гетов, что встали на сторону Сарена. Но теперь ситуация изменилась. Ты тоже это понимаешь, раз не можешь найти себе места на этом прекрасном корабле. Мы обязаны выяснить почему эти, так называемые Коллекционеры, напали на наш корабль. Хотя, боюсь, ответ уже прекрасно известен. Шепард, воздав почести павшим войнам, нам нужно вновь взяться за оружие.

— Я думал, об этом.

— И еще одно. Ты видел, что вместо ''Мако'' Нормандию оснастят новеньким челноком, кажется эта модель называется «Кодьяк». Теперь высаживаться на поверхность планет станет гораздо проще.

— Они захотели полностью переоснастить корабль. Но эта излишняя привилегированность наводит на дурные мысли.

— Боятся, — коротко ответил Гаррус, презрительно фыркнул и продолжил. — Совет пытается сделать вид, что пространство Цитадели продолжает иметь всё тот же вес. Непоколебимую основу общего доминирования. Даже отправили огромный флот в системы Терминуса, чтобы лишний раз пустить пыль в глаза сомневающимся в их безоговорочном влиянии. Но мы-то с тобой знаем, что все это не имеет никакого значения, если Жнецы вновь обрушатся на Галактику.

— Мы будем обречены, как и протеане.

Гаррус хотел, что-то добавить, но инструметрон Шепарда издал назойливую трель. Это было напоминание о встрече с майором контрразведки.

— Пора идти?

— Извини, Гаррус, увидимся позже.

— Нет проблем, ты знаешь, как меня найти.

Пока Шепард возвращался в каюту, он получил весточку от Тали. Юной Кварианке не давала покоя дальнейшая судьба наемников. Поводом к размышлению послужили предварительные допросы, которым подверглись люди с корвета. Из отчетов выходило так, что помимо приобретения, так называемого — «ручного» Гета, они сильно интересовались прошлым Кварианцев. Это обстоятельство задело гордость Тали, и она хотела продолжить вести беседы с бывшими агентами Цербера.

С момента знакомства с Шепардом девушка заметно преобразилась, превратившись из робкого ягненка в достойного представителя своей медленно угасающей расы. Шепард понимал, что в этом превращении была и его вина тоже. Слишком многое произошло с командой Нормандии с тех пор, как они начали преследовать Сарена. Экипаж заматерел и больше не боялся смотреть в лицо опасности. Планы насчет Тали, можно будет обсудить на грядущей встрече.

Предстоящий разговор должен был пролить свет на множество событий. Как явных, так и тех, что миновали Шепарда стороной. Об этом ему тонко намекнуло очередное письмо, которое пришло от имени высшего командования Альянса под грифом совершенно секретно. Пробежав глазами по основным пунктам, Шепард искренне удивился послужному списку будущего собеседника.

За одну успешно выполненную миссию, Николас Мур получил сразу шесть почетных наград. За всю историю Альянса систем такое случалось довольно редко. Подобные биографии вызывали нешуточный интерес, но детально изучить содержимое полученного письма ему помешал дверной зуммер, оповестивший хозяина о прибытии гостя.

Шепард ощутил внутренне напряжение и для этого имелась веская причина. Он совершил ошибку. Всецело поверил глазам и оценил человека по первому впечатлению, сделав ложные выводы. Правда же, оказалась куда более сложной и интересной. Поэтому пока открывалась дверь, и гость медленно переступал через порог, он выкинул лишние мысли из головы, и решил попробовать начать знакомство с чистого листа.

— Майор Мур прибыл! — отсалютовав, громко воскликнул контрразведчик и добавил уже менее рьяно, — разрешите войти?

— Входите, не стесняйтесь, — ответил ему Шепард и указал на кресло, расположенное напротив. — Садитесь.

Майор строевым шагом дошел до указанного места, а затем медленно опустился в мягкое кресло. В его действиях чувствовалась фальшь, словно он специально подтрунивал над хозяином каюты, пытаясь легкомысленным поведением прощупать слабые места Шепарда. И судя по его послужному списку с этим человеком нужно быть настороже.

— Я мельком изучил ваше досье. Честно — впечатляет.

— Значит, старик рискнул и выдал вам все карты.

Собеседник переменился. Буквально за одно короткое мгновение поведение майора изменилось до неузнаваемости. От былой чопорности не осталось и следа.

— Старик — это адмирал Хакет?

— Кто же еще? Он самый.

Ответив на вопрос, майор потянулся к столу, на котором стояло блюдо с фруктами и две блестящие упаковки земных орехов. Мур стащил сразу обе упаковки, после чего опустился обратно в кресло и продолжил:

— Выходит ситуация серьезная. Тогда не вижу смысла ходить вокруг да около, выкладывайте на чистоту, что вам нужно?

— Значит, отбросим формальности и перейдем к светской беседе?

— Разве теперь в них есть смысл? — фыркнув, ответил майор и рывком вскрыл блестящую упаковку. — У вас в руках карт-бланш. Пользуйтесь.

— Хорошо. В досье сказано, что ты внес весомый вклад в ликвидации большей части филиалов Цербера. Хотелось бы услышать детали.

— Что тут говорить? Во-первых, в операции участвовали сотни людей. Такие громоздкие организации, как Цербер, имеют прочные внутренние скрепы, и чтобы развалить подобную махину, одной грубой силы было недостаточно. Во-вторых, виновником торжества справедливости над порочной машиной пропаганды человеческого доминирования, послужило само руководство Альянса Систем. Расы Совета Цитадели дали недвусмысленный намек, что если мы хотим получить пряник, то должны уничтожить все террористические формирования, мешающие нашей Галактической дружбе народов. В-третьих, ведя крайне консервативную политику, Цербер, по их скромному мнению, являлся очень плохой организацией. Поэтому мы ударили по собачонке одновременно по трем фронтам. Блокировали финансовые институты, создав искусственный дефицит бюджета. Активировали спящих агентов, чтобы начать подрывную деятельность изнутри, а также вербовать сомневающихся. Но вишенкой на торте стало физическое устранение Призрака.

— Твоя работа?

— Ну, в каком-то смысле, да. Но боюсь, завербованный мною агент, в итоге не захотел подтверждать успех громкой операции. Вполне возможно, что Ленг залег вместе с уцелевшим Призраком на самое дно. Хотя, какое это имеет значение? Призрак потерял управление и теперь с обреченным видом наблюдает за разрушением собственного детища.

— Даже если так, то это уже не важно. Цербер обречен.

— Совершенно, верно. Руководство Альянса посчитало, что инерция добьет организацию окончательно, поэтому и выдало мне кучу орденов, хотя я был решительно против.

— Чураешься славы?

— Мне по нраву полная свобода действий. Излишняя публичность мешает выполнять поставленные задачи, разве нет?

— Боишься ответственности?

— Черт, раскусили, — ухмыльнувшись, произнес Мур, закидывая в рот горсть орехов, — сразу видно — Спектр.

На лице майора промелькнул хищнический оскал. Он получал своеобразное удовольствие от диалога, словно встретил старого соперника. Это наблюдение вынудило Шепарда сменить тему разговора.

— Что ты со своими спутниками делал в Системах Терминуса?

— Выполнял очередное задание, — сдержано ответил контрразведчик, легко прочитав Шепарда. — Внутренняя служба безопасности Альянса выяснила, что на одной из местных военных баз планируется незаконная продажа оружия. К тому же не простого, а экспериментального. И продают его коррупционеры, ты не поверишь — Батарианцам. Эти ребята замыслили устроить теракт и обвинить в этом ужасном деянии людей. Хороший способ подложить нам свинью, когда мы еще толком не обосновались в Совете Цитадели. Пожалую, их можно понять. Ведь если упустить момент, то второго шанса уже не будет.

— Эта та бомба, что вывела из строя большую часть систем корабля Коллекционеров? — сложив все имеющиеся факты, предположил Шепард. — Теперь ясно, как вы смогли это сделать.

— Верно, — восхищенным тоном, произнес майор, улыбнувшись уголками губ. — До чего же я соскучился по общению с умными людьми. Но в нашем мире ничего простого не бывает. Дело в том, что коррупционерам не хватило наглости отдать бомбу напрямую Батарианцам. Они решили воспользоваться услугами наемников, чтобы замаскировать потерю ценного имущества под видом банальной кражи. Поэтому мне потребовалось предстать в роли наемника вместе с двумя уже ранее завербованными мной агентами Цербера. Кроме этого, мне потребовался профессиональный вор. Им стала крайне интересная дамочка с экстравагантным характером.

— Твоя команда, что-нибудь знает о твоей настоящей работе?

— Они практически ничего не знают обо мне и нашей миссии. Михаил и Хельга жаждали приключении, и я им предоставил возможность утолить этот внутренний голод.

— А, воровка — куда она делась? Твой корвет обыскали вдоль и поперек.

— Я воспользовался связями и тайком переправил ее на транспортник снабжения, — пожав плечами, признался Николас, — не забывайте, что я специализируюсь на подобных вещах и порой пользуюсь очень грязными методами. Этой девочке важна конфиденциальность, а мне вполне возможно, ее помощь в недалеком будущем. Как после этого не пойти ей навстречу?

— С этим разобрались, — произнес Шепард и устало потер виски, — получается помощь Нормандии обернулась для Альянса боком.

— Лишь наполовину. Признаю, задача усложнилась, но я и не из таких передряг выходил победителем. Батарианцы ждут меня на Омеге и наверняка уже узнали, что бомба приказала долго жить. Судя по их пылкому темпераменту, ребята захотят отомстить жалкому наемнику лично. В следствии чего, ячейку придется уничтожить, а затем ждать следующего плевка в сторону Альянса. Как ты понимаешь — это уже работа для аналитиков.

— Что ты забыл на Алкере? — спросил в лоб Шепард, сразу после того, как собеседник закончил говорить, — мне известно, что именно там ты подобрал Гета.

— Это тот самый вопрос, из-за которого мы здесь собрались, верно? Снимаю шляпу, твоя репутация вполне оправдана. Сначала изучаешь оппонента и только потом сжимаешь тиски. Прежде, чем я отвечу, хочу попросить вас об ответной услуге.

— Сделка? Ты не в том положении, даже не смотря на былые заслуги. Радар Нормандии не смог засечь твой корвет, потому что он находился на поверхности планеты или на очень низкой орбите.

— Без вины виноватый? — ироничным тоном, спросил Николас и издал нервный смешок. — Понимаю, что факты говорят об обратном, но я действительно не ожидал вашего появления в этой системе. Скажу больше, если бы не тот Гет, то мы бы сейчас не сидели за одним столом. Серьезно. Не буду вдаваться в детали, но именно он воззвал к моему чувству долга.

— Пока неинтересно.

— С тобой непросто.

— У меня был опыт общения с подобными тебе. Они тоже были верны высшим идеалам и фанатично боролись за правое дело. Знаешь, чем это закончилось?

— Ты про Сарена? — хмыкнув, спросил в ответ, Николас. — Понимаю. Это и есть бремя Спектра, карать тех, кто кажется подозрительным?

— Это проявление здравомыслия, — признался Шепард, обращаясь больше к самому себе, чем к собеседнику. — Ты даже не представляешь с каким врагом мне пришлось столкнуться.

— Властелин? Злобная древняя машина, что хотела призвать в нашу Галактику своих друзей? Способная подчинять своей воле и превращать людей в отвратительных тварей? Черт, Шепард, ты правда решил, что я одурманен или действую в сговоре с подобной штуковиной?

— Откуда ты об этом знаешь?

— Ты забыл, кем я работаю? Шепард, хочешь верь, хочешь не верь, но у нас общее дело. Мы оба стоим на страже будущего Альянса. С той разницей, что именно твой профиль в новостных лентах, а я нахожусь в тени. Поэтому не устраивай здесь обряд инквизиции основываясь только на косвенных подозрениях.

— Тогда объясни, наконец, что ты делал на Алкере?

— Помнишь о моей просьбе? Она касалась того, чтобы ты вспомнил атаку на Цитадель. И раз уж это произошло, то я тебе охотно расскажу, а ещё лучше покажу, что я делал на Алкере.

Майор закатал рукав и одним ловким движением снял с руки блестящий браслет. Затем положил загадочную вещицу на стол и комбинацией кнопок активировал ее. Это была переносная модель голографа. Из корпуса браслета поднялись вверх множество лучей света. Прошло около минуты, прежде чем изображение откорректировало исходящую картинку.

Это была запись, сделанная с камеры шлема. Кадры шли с небольшими помехами и само изображение колебалось вслед за движениями человека. Николас двигался за своей спутницей, судя по комплекции — Хельгой. Они шли по узкому проходу между громоздкими емкостями со светло-зеленой жидкостью.

— Ник, уже недалеко. Как думаешь, они ещё целы? — спросила девушка не оглядываясь.

— Дорогая, откуда мне знать? Прошло уже три сотни лет, а ты прекрасно знаешь, что за это время с электроникой может случиться всё что угодно.

— Тогда скрестим пальцы и будем надеяться на лучшее, — произнесла девушка и внезапно остановившись, указала на что-то переливающиеся впереди, — там какая-то странная голограмма, интересно, что она значит.

Шепард вместе с оператором видео, внимательно посмотрел на рисунок, и обомлел. Как и Николас в момент съемки, Шепард невольно задержал дыхание. Он просто не поверил своим глазам. В конце коридора находился лестничный пролет, а прямо над ним в тусклом свете фонарей переливался объемный рисунок Жнеца. Необычного. Жнец состоял из трех громоздких тел.

Увидев реакцию собеседника, Николас удовлетворённо хмыкнул и наклонившись к браслету, поставил изображение голографа на паузу. Он предугадал, что запись собьёт Шепарда с толку.

— Что это за место? — спросил Командор, стараясь удержать нахлынувшие эмоции в узде.

— Один из заброшенных комплексов Кварианцев, построенных незадолго до Утренней войны, — ответил Николас и вновь активировал комбинацию кнопок на браслете. — Координаты этой базы я выкрал у Цербера, а Призрак получил их, когда обокрал Мигрирующий флот. Данные имели тройную степень защиты, и мне пришлось обратиться к аналитикам из центра. Даже им понадобилось несколько месяцев на дешифровку, чтобы добиться хоть какого-нибудь результата. Но ты лучше ознакомься с ними сам. В этом браслете находятся сведения о настоящей причине Утренней войны. Советую не читать стоя, там полно безумной информации, похожей на элементы нашего родного фольклора, а от этого ноги могут подкоситься.

Пока Николас говорил изображение подверглось обратной перемотке. Место цистерн со странной жидкостью заняли двери с небольшими смотровыми отверстиями. Коридор на нижнем этаже оказался еще более тесным и майор, ведя запись, пару раз чертыхнулся по этому поводу. Но самым важным открытием стало содержимое комнат. Николас снова остановил запись, когда голограф показал нужную картинку.

В тесном помещении находился Гет. Он был подвешен на толстых тросах, а к его телу были подведены десятки трубок с уже знакомой жидкостью, которая хранилась в больших количествах этажом выше. Зрелище не оставило Шепарда равнодушным. Осмотрев все тонкости застывшего изображения, он задал вопрос:

— Это тот самый Гет, которого ты приютил?

— Не конкретно этот экземпляр, но один из них, — ответил Николас и выключил голограф, а затем облокотившись на кресле, продолжил, — Комплекс изобиловал этими экспонатами, но после того, как мы с Хельгой скачали данные с сервера, то случайно активировали протокол самоуничтожения.

— Комплекс был уничтожен?

— Частично, — коротко кивнул Николас, — Первые три этажа превратились в труху, но цокольные помещения должны были остаться целы. Нам пришлось быстро ретироваться оттуда, потому что вместе с ликвидацией комплекса последовала активация защитных систем, состоящая из пары тройки сотен мобильных платформ Гетов.

— Почему вы забрали этого Гета с собой?

— Он пришел к нам сам, — кашлянув, ответил Николас, — над комплексом был возведен защитный купол, оберегающий уникальную для этой ледяной планеты экосистему. Из-за него нам пришлось высадиться в шести километрах от цели и добираться до нее пешком, через пропускной шлюз. Но когда заработал протокол, то купол частично обрушился и позволил корвету приземлиться внутри периметра. Пока мы ожидали эвакуации на нас напали Геты. Что удивительно — нам помог отбиться одна из тех платформ, что содержался в казематах комплекса. Он поборол влияние нейросети и в одиночку расправился с десятками своих собратьев. Я знаю, что это звучит безумно. Первое время, я тоже категорически не хотел брать его на борт, но этот Гет добровольно пошел на контакт.

— Безумно — это еще легко сказано.

— Твоя правда, — охотно согласился Николас. — Меня переубедила Хельга. Её всегда тянется к странностям.

— Так, давай на сегодня закончим, — устало подытожил Шепард, ощущая давление от накопившейся усталости. — Когда ты планируешь отправиться на Омегу?

— Механики обещали подлатать силовую установку корвета через пару дней, думаю, тогда и рванем.

— Хорошо. За это время я ознакомлюсь с твоими записями и тогда решим, что делать дальше. Но этот Гет…

— Не волнуйся, — улыбнувшись, перебил Шепарда контрразведчик, — на место отстрелянных Коллекционерами конечностей, я смонтирую ему руки и ноги с добротным зарядом взрывчатки. Ну, и пока он не пришел в себя, посажу его на цепь.

— Ладно, поступай, как сочтешь нужным, но, — Шепард смерил его пронзительным взглядом, после чего добавил, — у меня тоже будет к тебе просьба. До Омеги с тобой полетит пассажир. Как я понимаю, твоя помощница еще не закончила разархивацию данных из комплекса?

— Еще нет.

— Вот и славно. Передашь ей часть данных, но попрошу обойтись без излишнего фанатизма и опустить часть фольклорных истории. Когда прибудешь на Омегу — она покинет твой корабль.

— Хочешь всучить мне свою Кварианку? Шепард, я все понимаю, но я не гожусь для роли няньки.

— Ты сам сказал, что адмирал Хакет, дал мне беспрецедентную власть, поэтому это не просьба, а приказ, — официальным тоном изрек Шепард и потянулся к голографу, который оставил на столе Николас. — Жду от вас хороших вестей, касаемо гета. На этом все, вы свободны майор.

Недовольно промычав, контрразведчик встал и быстрым шагом покинул каюту. Изучив подарок майора, Шепард вернул запись на момент, где была изображена фигура странного Жнеца и вернул голограф обратно на стол. Он рисковал, отправляя Тали на корабле контрразведчика, но ситуация требовала от него решимости. Вглядываясь в изображение Жнеца, он ясно понимал, что наступил новый раунд борьбы с этими древними созданиями. Когда Нормандия будет восстановлена, Шепард первым делом захотел навестить Алкеру, и посмотреть на древний комплекс собственными глазами.

Глава 10

Омега.

Сейчас.

Экс вел глайдер строго по извилистому пути монорельса. Необдуманное отступление в сторону грозило обернуться катастрофой. Машина двигалась на максимально допустимой скорости, а следом за ней мчался всепожирающий огонь. Подхваченная волнами ураганного ветра дикая стихия обрела вид огненного шторма и полностью заполнила собой транспортную артерию «Омеги».

Вид за бортом глайдера устрашал. Это наблюдение подтверждал Николас. Наемник, нервно ерзал на сидении, и хриплым басом тараторил проклятия, призывая окружающий хаос отступить, чтобы они могли взять передышку. Всего один короткий перерыв, чтобы найти более быстрый путь на верхние уровни станции. Монорельс дело хорошее, но в плане скорости его извилистый туннель, слишком длинный и предельно неудобный.

Совсем другое — это грузовой лифт. Не сама квадратная коробка, а выделенная под нее шахта. Экс нашел на карте одно занимательное ответвление, что вело к этому занятному местечку. Он повернулся к Нику и написал на инструметроне одно короткое слово:

«Держись».

— Ты чего удумал?

Голос Николаса разнесся продолжительным эхом. Глайдер нырнул во вспомогательный туннель и из-за сильной перегрузки легкие наемника выплеснули весь имеющийся в них воздух. Экс знал, что Ник достаточно силён, чтобы справиться с этим испытанием.

Экс поставил себе задачу обязательно спасти Тали. Был бы шанс спасти больше, то он бы им обязательно воспользовался. Но эта станция обречена. Уже в который раз Экс видел большое красное всплывающее окно с одной единственной предупреждающей строкой.

«Код опасности красный! Немедленно покиньте данную территорию».

Машину изрядно тряхнуло. Поддержание высокой скорости вынудило Экса задеть массивную переборку. Если бы он замешкался, то глайдер потонул бы под грудой обломков, часть из которых со скрипучим звуком проскребла по крыше машины. Это были куски оторвавшихся металлоконструкций, что вырвал из остова тоннеля, один из многочисленных точечных взрывов.

Вся «Омега» напоминала собой один сплошной взрыв. После уничтожения реактора — это стало необратимо. Осталось меньше получаса, прежде чем всё здесь обернётся прахом.

Показатель целостности глайдера с каждой секундой все ближе подбирался к критической отметке. Миновав эту моральную планку — машина утратит работоспособность и превратиться в груду металлолома. Щиты же давно вышли из строя. Они просто не успели обновить слой защитного полотна, а через некоторое время их основание начисто соскребло обломками от металлокерамики и стали.

Спасение находилось в аварийном входе в шахту грузового лифта. Этим проходом пользовались ремонтные службы, дабы не стопорить насыщенную транспортную сеть огромной станции. Сейчас этот узкий проход являлся единственной надеждой для Экса и Ника, чтобы остаться в живых.

Электроника уловила приближение быстродвижущегося объекта и начала открывать ворота шлюза, что вел в искомую шахту. Мысленные расчеты настоятельно подсказывали Эксу сбросить скорость до минимального значения, но время безнадежно ушло.

Глайдер влетел в шахту лифта на полном ходу. Экс попытался задрать нос, но даже от неимоверного усилия, сделав вмятину на панели управления, выровнять машину ему так и не удалось. Нос врезался в бетонный блок. Глайдер сильно тряхнуло. Ремни безопасности удержали Ника на месте, но наемник от внезапного рывка мучительно застонал.

От бетонного блока оторвался массивный кусок и со всего маху приложился об глайдер. Заскрипели крепления крыши, а еще через мгновение машина стала напоминать кабриолет. Экс вместе с Ником, только чудом избежали смерти от потери головы. Сразу после этого бортовой компьютер глайдера активировал вспомогательные системы управления, и двигатели издав дикий рёв, понесли его вверх.

Шахта оказалась чиста. Стальные тросы, что управляли движением лифта, лопнули, обрекая пассажиров на верную смерть. Именно так и выглядел самый настоящий хаос. Шансы на выживание имели только те, кто находился ближе всего к докам станции. Остальные жители «Омеги» были обречены.

До нужного этажа они добрались меньше, чем за минуту. Огонь и непрекращающийся каскад взрывов остались позади. Это позволило им притормозить, и выровнять потрёпанный глайдер. Выполнив простой маневр, он коснулся побитым носом входных дверей. Автоматика станции снова не подвела. Стопора отпрыгнули в сторону, затем двери нужного этажа, медленно распахнулись.

В просторном холле столпилось много народу. Увидев сотни напуганных лиц, Экс растерялся. Уверенность уступила место нерешительности. Он должен был мчаться вперед, но сделать это ему мешала огромная толпа. Некоторые ее представители, завидев за рулем гета, медленно попятились назад. Но большая часть продолжала с умоляющим видом смотреть на потрепанный глайдер. Для большинства из них эта машина была единственным шансом на спасение. Экс решил воспользоваться инструметроном, и быстро написал предупреждающее сообщение:

«Пожалуйста, разойдитесь!»

Но толпа восприняла это предупреждение — слабостью. Некоторые особо рьяные жители попробовали запрыгнуть на глайдер, но их остановил громкий окрик Николаса:

— Расступились, ублюдки, иначе пристрелю каждого из вас!

В подтверждении своих слов, наемник сделал несколько выстрелов из винтовки. Это возымело эффект. Испуганные жители «Омеги» быстро расступились, позволив глайдеру благополучно взлететь.

До цели оставалось меньше четырехсот метров. Экс выровнял курс и повернулся к Нику, намереваясь поблагодарить наемника. Но тот сидел с закрытыми глазами, морщась от мучительной боли, что изнуряла его тело. Кровь продолжала струиться из носа и ушей, а лицо приобрело белесый оттенок, знаменуя о критическом состоянии наемника.

Медлить нельзя. Экс вновь вернулся к управлению глайдером и включил дополнительное форсирование двигателя, копируя действия Михаила. Это окончательно убьет силовую установку, но им много и не надо. Главное добраться до доков, где находился их корвет.

Потом он понял, почему у лифта столпилось такое большое количество народу. Виной этому послужили отродья Жнецов. Они заполонили небольшую торговую площадь, которая была очень похожа на черный рынок, из которого они чудом выбрались живыми. Разрушенные прилавки и множество мертвых тел говорили о жестоком сражении, которое складывалось не в пользу местного населения.

С армией тварей продолжали биться мелкие организованные очаги сопротивления, но и они, постепенно сдавали свои позиции. Среди одиноких борцов с неизбежностью Экс увидел Тали. Девушка обзавелась автоматическим оружием и решительно отстреливала подступающих к ней хасков.

Экс совершил крутой вираж. Двигатели глейдера взвыли, но позволили приземлиться рядом с девушкой. Этим действием он внес значительные коррективы в развернувшемся сражении. Шум от летательного аппарата заглушил звуки стрельбы и ненадолго внес замешательство как в стане врага, так и у редких представителей сопротивления. Тали опустила винтовку и прохрипела в коммуникатор, усиливающий громкость речи:

— Вы прилетели!

Она хотела было запрыгнуть на пассажирское сидение, но ее остановило внезапное появление огненного шторма. Выбравшись из шахты лифта, он стал стремительно пожирать окружающее пространство. Девушка не ожидала появление всепожирающего вихря разрушительной стихии и оступилась. Экс среагировал молниеносно. Включил маневренные двигатели, отвечающие за вертикальный взлет и посадку. Глайдер с оглушительным скрипом одним бортом прошуршал по заваленной трупами палубе и неуклюже завалился на бок.

Лицевой шлем Тали соприкоснулся с головой Экса. Девушка удивленно ахнула. И даже несмотря на подступающий огненный шторм из ее фильтров вырвался крохотный сгусток пара. Он оставил небольшой кружок на смотровом стекле Экса. Вот только продержался он всего секунду, после чего быстро испарился. Бушующее пламя отобразилось на зеркальном шлеме Тали, оповещая о приближении безжалостной стихии.

Экс крепко прижал к себе кварианку, и снова вывел двигатели на полную мощность. Колеблющийся от неустойчивой точки опоры глайдер быстро пришел в движение. Взмыл над окровавленным полом и, прикрываясь корпусом от волны подступающего огня, помчался к краю площади.

Именно там был кратчайший путь к докам. Огромная пропасть, которую огораживало от случайных прохожих лишь тонкое полотно тонкого стекла. С приближением огня большая его часть оплавилась, что позволило глайдеру беспрепятственно вылететь. Здесь была пустота, своеобразная граница, что разделяла районы станции. Доки находились палубой выше. Экс вновь включил маневренные двигатели и глайдер совершив вираж, взял курс строго наверх.

Тали взвизгнула. От перегрузки она обессилила и едва не выскользнула из объятий Экса. Чтобы случайно не потерять пассажира, ему пришлось еще крепче прижать девушку к себе. Впрочем, Тали не имела ничего против объятий гета — в таком состоянии ей было безразлично, кто именно спас ее жизнь.

Еще через минуту они влетели на территорию доков. Там тоже царил хаос. Повсюду вспыхивали яркие отблески взрывов, а, ставший уже обыденностью, огонь, медленно пожирал оставшиеся целыми редкие участки станции. Шторм скоро доберется и сюда, поэтому Экс предпочел не мешкать и направил глайдер к корвету наемников.

Некоторые корабли уже успели покинуть пределы станции. Те же, кто остался, спешно собирались в дорогу, загружая на борт самое необходимое. Всюду слышались крики о помощи, но они захлебывались от шума: суеты и грохота постепенно разрушающейся станции. Временами на взлетную площадку падали изломанные куски от секций внутренней обшивки, погребая под собой суда, а вместе с ними и редких выживших.

Корвету наемников повезло чуть больше остальных. От крупных осколков его прикрыл корпусом красочный фрегат, получивший уйму осколочных повреждений разной степени тяжести. Взлететь тот еще мог, но сделать это с каждой секундой, по всей видимости, ему становилось все трудней. К соседнему судну, постепенно переходя на бег, двигалась вереница гостей станции.

Управляя глайдером всего одной рукой, Экс умудрился посадить машину в непосредственной близости от корвета. Посреди мусора и прочего хлама, который наводнил палубу доков. На удивление, Николас вылез сам и поковылял к бегущей ему навстречу Хельге. Девушка плакала и смеялась одновременно, а когда добралась до своего капитана — первым делом вколола ему двойную порцию панацелина. Неся на руках Тали, Экс шел следом и внимательно осматривался, стараясь не упускать из виду ни одной мелкой детали.

— Боже, Николас, на тебе лица нет, — испуганно произнесла Хельга, помогая капитану следовать к шлюзу корвета.

— Лиц нет у тех двух, что позади нас, — фыркнув процедил Николас, перешагивая через почерневшую от гари балку. — У меня же есть, просто оно на хрен все в крови, женщина!

— Как скажешь, как скажешь…

Совсем рядом раздался взрыв. Расположенный по соседству фрегат накренился и едва не завалился бортом на корвет наемников. Веренице спасающихся повезло гораздо меньше. Часть из них разбросало по сторонам, а тех, кто продолжал стоять в оцепенении, жадно поглотило пламя. Выжила лишь одна. Это была представительница расы азари.

Смелая женщина, широко расставив ноги, боролась со стихией при помощи биотического щита. Ее навыков хватило даже для того, чтобы, удерживая защитную стену, выпотрошить часть палубы, тем самым заблокировать часть подступающего пламени. Но второй удар стихий стал для нее роковым. Неожиданный взрыв швырнул умелую азари, как тряпичную куклу. По чистой случайности, окровавленное тело рухнуло под ноги к Эксу.

— Ник, может спасем ее? — обеспокоенно спросила Хельга, не сбавляя шага.

— Зачем? У Арии Т’Лоак просто закончилась мана, — безмятежным тоном ответил Ник и прибавил шаг, — полежит немного и дальше пойдет.

— Это не игра, Ник! Какая ещё мана?!

В отличие от Николаса, Экс мог спасти женщину. Он выбросил винтовку и подобрал освободившейся рукой азари. Вокруг полыхал огонь, а из-за задержки он чуть было не опоздал на корвет. В отместку на его действия Ник начал закрывать шлюз, не дождавшись прибытия Экса.

— Идиот, — изрек наемник, строго поглядев на него, и направился внутрь корвета.

— Экс, положи Арию прямо здесь, — быстро проговорила Хельга, перетаптываясь ногами, борясь с начавшимися перегрузками, вызванными взлетом корабля, — а Тали, будь добр, отнеси в её каюту. Кварианцы нуждаются в особом уходе. Поэтому я зайду к ней позже, как только вколю нашей гостье дозу панацелина.

Он сделал так, как велела ему наемница, и понес бессознательную Тали дальше. Двигатели судна громко выли. Корвет спасался бегством. Им нужно было улететь от станции, как можно дальше. В эти минуты многое зависело от умений Михаила и, конечно же, его удачи. Почему-то Экс был уверен в способностях пилота и даже не сомневался в том, что тому удастся вывезти корвет от грядущего взрыва, который будет ознаменовать последние мгновения жизни древней станции

Добравшись до каюты Тали, Экс положил девушку на постель и на всякий случай решил остаться на несколько минут рядом с ней. Хотя для этого и не было особой причины. Экс протянул руку и аккуратно коснулся защитного забрала. То, что произошло с ними на станции — ошеломило его. Он будто уже делал это прежде. Словно обладал тесной связью с этой кварианкой или, по крайней мере, ему так показалось.

Затем пришла Хельга и вежливо попросила Экса уйти. Он не стал спорить, ведь наемница понимала в медицине гораздо больше него. Окинув Тали прощальным взглядом, он направился по направлению к камбузу. Оттуда слышались громкие звуки борьбы и ругани.

Переступив через порог, Экс увидел Ника, который активно защищался от нападок гостьи. Женщина, вооруженная кухонным ножом, воткнула тот в плечо наемника и, с явным желанием сделать тому больно, медленно поворачивала рукоять, чтобы лезвие принесло, как можно больше боли. Помимо рук, в этой схватке были задействованы и биотические силы. Поля двух биотиков схлестнулись в яростном поединке и начали поднимать в воздух кухонную утварь. Их нужно было остановить.

С невозмутимой походкой синтетика Экс приблизился к азари и, размахнувшись, целясь чуть ниже шеи, ударил женщину ребром ладони по спине. Азари обмякла и уже через секунду снова оказалась у него на руках. Экс понимал, что косвенно виноват в произошедшем инциденте, и поэтому посмотрел на Ника. Наемник, сморщившись от боли, потянув за рукоять, вытащил нож из своего плеча. Бросил тот в раковину и внимательно поглядел на Экса.

— Хельга, готовь бинты! Ария вспомнила старые обиды и захотела сделать из меня на шашлык! — прокричал он, а затем уже более спокойным голосом обратился к гету. — Посади ее в горшок, где раньше сидел сам, и крепко свяжи. Напомни мне потом сказать нашему пилоту, чтобы он убирал за собой посуду после еды.

Зажимая свежую рану и, хромая на обе ноги, наемник медленно покинул камбуз. Экс остался один на один с бешеным биотиком. Дабы не терять время, он подтащил Арию к стоявшему в углу горшку и опустил ее внутрь так, что руки и ноги азари неуклюже болтались снаружи, словно опавшие ветки. Снял с кронштейнов веревку и, ухватившись за одну из конечностей, поднес ее к крепежу. Но начать вязать он так и не решился. По причине того, что один глаз Арии открылся. Женщина, оценив свое положение, гневно произнесла:

— Ты настолько уверен в себе? Я оторву тебе: голову, задницу, руки, а затем и ноги. Потом соединю их так, что тебя будут называть Сракогетом.

Ее аргументы имели ощутимую смысловую нагрузку. Экс бросил веревку в сторону и помог женщине выбраться из несостоявшейся тюрьмы. Затем отступил от нее на пару шагов и медленно сел за стол. Экс старался не упускать из виду ни одного движения Арии, боясь превратиться с её помощью в неведомое животное.

— Где здесь выпивка?

Экс кивком головы указал на холодильник. Азари, быстро сориентировавшись, вытащила оттуда недопитую бутылку Ника и опустилась на соседний стул. С удрученным видом открутила пробку и, понюхав содержимое, спросила:

— Что за дерьмо? — презрительно глянула на Экса, затем махнула не него рукой, и залпом осушила треть содержимого бутылки. — Не иласа, но сойдет.

Экс хотел ей ответить насчет названия выпивки, но зрение его подвело. Инструметрон, как и целиком камбуз начал двоиться, а сразу после этого, он ясно осознал, как что-то насильно заставляет его погрузиться в сон.

Глава 11

В этот раз океан красных глаз не посмел его тронуть. Ослепляющий яркий свет, практически сразу вернул Экса в реальность. Но перед этим показал картинку из множества цифр. Всплывающие окна поведали ему, что это были координаты. Определённая точка в космосе, куда ему нужно немедленно отправиться.

Вне пределов сновидений ничего неожиданного не произошло. Он сидел за столом камбуза, а компанию ему составляли Николас и Ария. Наемник и азари держали в руках по стакану с мутным содержимым и внимательно поглядывали на него.

Экс глянул на стол и понял, что могло стать причиной столь пристального взгляда. Во время пробуждения он случайно ударил кулаками по столу и оставил на гладкой полированной поверхности две вмятины. Его удар уронил необычной формы бутыль, видимо чрезвычайно редкого напитка, а ещё всполошил листки бумаги, на которые были усеяны причудливыми рисунками и редкими поясняющими записями. Ник и Ария упражнялись в искусстве владения ножницами, потроша ими большую пачку глянцевых журналов. Обстановка выглядела странной, но Экс решил не спешить с выводами и убрав руки со стола, он сделал вид, что погрузился в размышления.

— И часто он так делает? — с опасением в голосе спросила Ария.

— Обычно, когда он включается, то пищит, как свинья, которая повстречалась с ножом мясника, — пояснил Ник, отпил из стакана и удовлетворенно причмокнув, добавил, — ты серьезно хотела откусить его?

— И долго нам мусолить эту тему? — раздражённо выпалила азари, издав при этом звук похожий на рычание. — Думаешь, поэтому, я ударила тебя ножом?

— Вовсе нет. Я понимаю, что в тот момент тебя переполняли ненависть и отчаяние. Но я хотел бы выяснить о тех событиях, когда мы познакомились. Пойми, мне чертовски важно услышать честный ответ.

— О, да, милый Николас, — после небольшой паузы ответила Ария и страстно простонав, сладостно произнесла, — готова была откусить его под самый корешок.

— Это…это жестоко…

— А чего ты хотел? Я ненавижу, когда кто-то против моей воли, что-то бессовестно пихает в мой рот. Если бы ты промедлил хоть одну лишнюю секунду, то лишился бы своего отростка.

— Но как бы тогда я стрелял или ковырял в носу? — жалостно буркнул Ник и бережно погладил указательный палец, той руки которой он удерживал стакан, — Ария, этот отросток спас твою жизнь от пули снайпера.

— Можно же было меня просто оттолкнуть, а не тыкать в меня своей клешней!

— Если бы промедлил, то ты бы умерла, что тут непонятного? И скажу со всей подобающей искренностью — мой палец случайно угодил тебе в рот, а если бы я случайно оступился и поднял руки, то выколол бы тебе глаз.

— В тот момент я понятия не имела о снайпере, и была готова убить тебя. Если бы ты не заверещал, как баба, что являешься агентом Альянса, то не сидел бы сейчас со мной за одним столом, — призналась Ария и отпила порцию мутной жидкости. — Хорошее поило. Где ты его взял?

— Его изготавливает наш пилот. Прадед Михаила научил своего потомка варить этот чудный напиток под названием самогон. Для этого наш уважаемый пилот смастерил в своей каюте котелок с кучей трубок. Я особо не интересовался подробностями, но когда устройство работает, то издает занимательный звук. Пых-вжик, как-то так. К тому же для пикантного вкуса Михаил он втридорога покупает корешки различных растений с самых удивительных планет, а ещё ворует ингредиенты у Хельги. Кстати, именно она спасла тебе жизнь. Невероятно благородная девушка, которая обязательно сделает уникальное открытие, что изменит нашу жизнь.

— Ясненько, — кивнув, сухо произнесла Ария. — Тебя окружают чудики, Николас. Разве ты не чувствуешь, что меняешься? Ты размяк, а для оперативника — это смерти подобно.

— Может быть, — согласился Николас и одним большим глотком осушил стакан. — Я привязался к ним и тем идеям, что постепенно меняют меня, потихоньку превращая хладнокровного убийцу в любознательного авантюриста.

— Ладно, извини, если задела за живое. Ты меня спас и стараешься утешить. Даже вон, попытался увлечь какой-то нелепой ерундой. Кстати, зачем мы вырезали эти причудливые листочки из журнала, где было полно фотографий обнаженных человеческих женщин?

— Тот горшок, куда тебя хотел посадить наш железный друг, служит домом для денежного дерева. Когда голова проясниться, то я перенесу его из кладовки сюда, а потом приклею к нему новые листки.

— Приклеишь бумажные листья к дереву? Оно, что не живое?

— Конечно, нет! Ненавижу настоящие деревья, за ними нужно ухаживать.

— Блеск!

— И это все? Разве ты не будешь говорить, что я тоже, тот еще чудик?

— В этом нет необходимости, ты же серьезный оперативник, и сам должен быть об этом прекрасно осведомлен.

— Я знаю, знаю, — ухмыльнулся Ник, а потом поглядев исподлобья на женщину азари, тихо процедил. — Ты случайно не знаешь, что могло спровоцировать твою станцию превратиться в мангал? Когда Омега разгоралась, ты ведь не сидела без дела? Должно быть знаешь откуда все началось, так?

На лице Арии ни один мускул не дрогнул, когда она одарила наемника гневным взглядом. Сейчас Ария напоминала гневного хищника. Она грозно оскалилась и замерла в ожидающей позе, словно собиралась сделать своему собеседнику очень больно.

— Ты из-за этого весь вечер заговаривал мне зубы?

— Ты не настолько глупа, чтобы попасться на подобный трюк, — ответил Николас и облокотившись на стол, шепотом произнес, — я действительно хотел утешить тебя и немного облегчить чувство потери.

— Поздравляю, твоя работа пошла насмарку, — Ария взяла повалившуюся на стол бутыль и небрежно швырнула её в раковину, стеклянная тара не выдержала суровой встречи, издав звук бьющегося стекла. — Ты не понимаешь, Николас. Я и станция — это одно целое. Я была Омегой! Часть меня, тоже превратилась в руины. Эту боль можно лишь заглушить. Я жажду убить того, кто ответственен за это, и я обещаю тебе, что он сдохнет в долбанных муках!

Вслед за бутылью со стола полетел журнал с ножницами, а вырезанные куски бумаги причудливо воспарили, словно опавшие осенние листья. В ответ на эмоциональный выпад Арии, Николас даже бровью не повел. Наемник выглядел, словно твердый кремень, которому все было нипочём.

— Мне кажется наши интересы в кой-то веки совпадают. Может успокоишься и расскажешь, что тебе известно.

— Немногое, — произнесла Ария, звонко выдохнув сквозь плотно сжатые зубы. — Помощник сообщил мне, что произошла некая проблема на торговых площадках. Бубнил что-то про перебои с энергией и обещал быстро устранить неполадки. Затем некоторые жители станции стали превращаться в жутких тварей и пытались сожирать всех, кто находился рядом с ними, ну, а потом взорвался реактор, и в итоге «Омега» сгорела в огне. Ты это хотел услышать?

— Торговые площадки и реактор, хм. На рынки станции, случайно не поступало чего-то необычного, что могло спровоцировать катастрофу?

— Не держи меня за дилетанта, — резко фыркнула Ария, — без моего устного согласия на «Омеге» запрещена любая торговля. Нарушители жестко караются, вплоть до изъятия товара. Хотя…

Ария приложила ладонь к подбородку и крепко призадумалась. Опустилась на стул, после чего внимательно посмотрела в глаза Николаса, словно вспомнила нечто интересное. Довольная ухмылка наемника, только чудом не вернула воинственный облик азари.

— Перестань кривляться, Николас! Мне кажется, что ты знаешь больше моего!

— За прошедшие две недели к тебе случайно не наведывались агенты из групп особого реагирования?

— Да, и не только они. В основном расспрашивали о Коллекционерах и налаживали агентурные сети. Заверили, что это необходимо для поимки опасных преступников. Заплатили вперёд, причём очень щедро. Впрочем, я была не против.

— Ты же в курсе, что я помог «Нормандии» в битве против Коллекционеров? Пока мы дрейфовали в ожидании помощи, различные группировки наемников пустили корабль четырехглазых на запчасти. Эти лакомые кусочки попали на твои рынки.

— Хочешь сказать, что технологии Коллекционеров вызвали уничтожение «Омеги»? Бред. Если у них имеется в наличии такой арсенал, то почему они вели затворнический образ жизни?

— И много тебе о них известно?

— А ты думаешь, почему сама советница Тевос обратилась ко мне за помощью в этом вопросе? О том, что происходит в системах Терминуса, можно узнать только в одном месте.

— На «Омеге».

— Молодец, умный мальчик.

— Значит, Шепард узнал о них через сломанный телефон.

— Это еще что такое?

— Не обращай внимания — мысли в слух…

Реплика Николаса вывела Экса из состояния транса. Пытаясь вычислить, куда могли привести его координаты, подаренные ему в сновидении. Хотя это странно. Ведь сон — эта штука, которая нужна органикам, чтобы восстановить силы. Но Экс тоже спал. Этот факт трудно было оспорить. И в последнем сновидении неизвестная сущность передала ему послание. Короткое сообщение, и он принял решение написать координаты на инструметроне.

Голографическое сообщение озарила полумрак камбуза. Николас и Ария прервали разговор и удивленно посмотрели на послание Экса. Наемник первым сообразил смысл написанного синтетиком и воспользовался коммуникатором для связи с пилотом.

— Мохнарылый, ты спишь?

— После этой хераборы на «Омеге» я еще неделю спать не буду, а что? — отозвался в динамике сиплый голос Михаила.

— Лови координаты и пробей, что там находится.

— Что? Какие еще координаты?

— У тебя три минуты, время пошло! — гаркнул Николас и, переслав фото голограммы пилоту, прервал связь.

Ария уперла руки в бока и с ненавистью во взгляде посмотрела на командира судна. В ее глазах отображался яростный блеск. Эксу невольно показалось, что в плане жажды крови азари переплюнула бы гостя из его сна. Николас в ответ развел руками и растерянно произнес:

— Что?

— Не прикидывайся дурачком, тебе не идет! Что сейчас показал этот гет?

— Координаты…

— Твою мать, Ник, я тебе сейчас не только палец откушу, но в придачу кое-что, которое болтается у тебя ниже пупка! Почему он написал эти координаты?

— Мне почем знать, спроси его сама.

Женщина едва не обожгла его взглядом, но спрашивать ничего не стала. Вместо этого она ударила кулаком по столу и со злой ухмылкой обратилась к Нику:

— Где ты его подобрал? Покидая «Омегу», ты отправился выполнять контракт для Батарианцев. Но если мне не изменяет память, Алкера совсем в другой стороне, — сжав кулак до хруста костей, Ария вытянула указательный палец по направлению к наемнику. — Если ты, пусть и косвенно, но виноват в уничтожении моей станции, то я вырву твое сердце и съем его на обед…

— Ник, слышишь меня, прием, — из динамика коммуникатора Ника прозвучал голос Михаила и немного разрядил угнетающую атмосферу. — Координаты, что ты мне передал, ведут в скопление Эты Хокинга, систему Торн, а там выходят на Мнемозину, точнее это место находится в непосредственной близости от самой планеты. Я тут порылся в сети и нашел интересную деталь. В базе данных «Цербера» фигурирует упоминание об этой планете. Призрак нашел там что-то интересное и выделил деньги на какую-то дичь. Но дальше разговоров дело не продвинулось. Это все.

— Спасибо, конец связи.

— Нет проблем, обращайся, — отозвался в ответ пилот и отключил связь.

— Что там понадобилось вашему гету? — гневно процедила Ария, продолжая пожирать Экса взглядом.

Экс решил не испытывать судьбу. Он вновь обратился к инструметрону, чтобы написать одно коротко послание:

«Там мы найдём ответ на интересующий тебя вопрос».

— И какой же именно?!

«Там мы узнаем, кто уничтожил твою станцию».

Алкера.

Сильный порыв ветра поднял в воздух свежевыпавший снег. Челнок поднимался все выше и, чтобы проводить его взглядом, Шепард прикрыл рукой забрало шлема. Как и предсказывал Гаррус, теперь их высадки на планеты станут гораздо мобильней. В первый же полет челнок доказал, что являлся полноправной заменой «Мако».

Челнок с легкостью справился с поставленной задачей, что позволило десантной группе занять выгодную позицию. Гористая местность защищала разведывательный отряд от внезапного нападения мобильных платформ гетов и давала прекрасную возможность детально оценить обстановку таинственной базы кварианцев.

Летательный аппарат достиг границы облаков меньше чем за минуту. Шепард с чувством удовлетворения перевел взгляд на блестящий каркас купола. После того, как сработал режим самоуничтожения комплекса, пострадали основные элементы питания, и защитный экран погас, а массивные балки каркаса местами осыпались. Теперь свирепые метели Алкеры с легкостью проникали туда, где раньше росла непривычная для этих мест зелень. Снежная метель, оставляя на металлических элементах купала толстую наледь, а на некогда цветущей земле образовалась ледяная корка.

Шепард смахнул со шлема налипшую снежную корку и приблизился к Гаррусу и Лиаре. Доктор Чаквас рекомендовала девушке пройти усиленный курс реабилитации. Это было справедливое заключение, учитывая тот факт, что Лиара едва не умерла от тяжелого ранения. Но без ее участия в предстоящем исследовании заброшенного комплекса, появились бы закономерные проблемы, которые могли вылиться в лишнюю трату времени. Ведь Лиара являлась единственным специалистом в области ксеноархеологии на борту «Нормандии». Благо девушка проявила стойкость духа и быстро пошла на поправку. Шепард невероятно рад, снова увидеть азартный огонек в глазах своей близкой помощницы.

Его компаньоны проводили беглый осмотр скалистой долины, что простиралась вниз на добрую сотню метров. Судя по рапорту, полученному от майора контрразведки, там находилось место ожесточенной схватки уникальной мобильной платформы гетов с многочисленным числом его сородичей, которые являлись охранной этого необычного места.

Им понадобилось около десяти минут, чтобы достичь места, где происходила битва наемников с гетами. В отличие от майора Мура и его подчиненных, последние остались на месте. Мобильные платформы после встречи с суровой метелью превратились в застывшие статуи.

— Странно, — произнесла Лиара, указывая на постройку, напоминающую ангар, — свыше четырех десятков гетов до сих пор не совершили ни одного движения. Они застыли словно снежные глыбы. Я понимаю, что синтетики способны подолгу отсиживаться в засаде, но это совсем другой случай.

— Согласен, — коротко кивнув, согласился Гаррус. — Приземление челнока наделало немало шума, что должно было их пробудить. Какие наши действия, Шепард? Вступим в бой или обойдем их? Но стоит ли нам оставлять потенциальную угрозу у себя в тылу?

Шепард внимательно осмотрел позиции гетов и мысленно согласился с турианцем насчет возможной угрозы. Предыдущие стычки с синтетиками превращались в ожесточенные сражения. Геты никогда прежде не предоставляли им выбор. Они зарекомендовали себя опасными и смертоносными противниками.

— Нужно их ликвидировать, — произнес Шепард и разместился за крупным валуном, использовав его в качестве укрытия. — Гаррус, мы с тобой начнем, а Лиара присоединится, если они захотят вдруг оттаять, чтобы навязать бой. Работаем по шаблону. В первую очередь уничтожаем наиболее опасные платформы. Начинаем на счет три.

Шепард достал снайперскую винтовку и, уперев приклад в плечо, посмотрел в прицел. Для опытного бойца не составляло труда вести прицельный огонь, даже если на нем был надет шлем. Палец нежно коснулся спускового крючка, и Шепард невольно ощутил подступающий кураж. Он уже успел порядком соскучиться по этому будоражащему чувству. Незапланированный отпуск в комфортных условиях, на удивление, изрядно вымотал его, и тело требовало выплеснуть весь скопившийся негатив.

— Три…

Гаррус не растерялся и сделал выстрел сразу вслед за Шепардом. Через мгновение в стане врага появились потери. Две мобильных платформы неуклюже рухнули в снег, а стоявшие с ними по соседству, продолжали изображать каменные изваяния, словно и не заметили потери товарищей. Это было странно. Но Шепард предпочел подумать над сложившейся ситуацией позже и мысленно списал загадочное поведение гетов на проявление удачи.

После нескольких минут прицельной стрельбы в стане врага не осталось ни одной целой машины. Геты невпопад лежали на тонком слое снега и медленно покрывались ледяной коркой.

— У меня двадцать два, — с гордостью произнес Гаррус, вернув грозное оружие на штатные крепления.

— Двадцать, — коротко ответил Шепард, спрятав свою винтовку тоже. — Разве у нас было соревнование?

— Почему бы и нет? Было очень похоже на тир, как считаешь?

— Согласен. Язык не поворачивается назвать это недоразумение боем.

— Сходим проверим или двинемся в низину?

— Спешить вредно. Для начала осмотрим платформы, может поймем, что с ними было не так.

Гаррус и Лиара молча согласились, и они втроем выдвинулись в сторону старинных построек. Приблизившись к поверженному отряду гетов, Гаррус взялся за осмотр внутреннего содержимого строений, напоминающих провизионные ангары. Турианец по праву считался ветераном боевых действий и старался избегать необдуманных действий. Поэтому Шепард остался с Лиарой, которая попробовала определить причину возможного сбоя в работе синтетиков. Но, переходя от одного тела к другому, девушка только неуклюже качала головой.

— На них нет других физических повреждений, кроме тех, что оставили вы с Гаррусом, — изрекла азари, прекратив безрезультатные поиски.

— Есть ли малейший шанс, что они замерзли?

— Такая вероятность ничтожно мала. Тела гетов способны выдерживать куда более низкие температуры.

— Знаю, — тяжело вздохнув, согласился Шепард. — Но ты же видишь, под слоем свежего льда лежат тела других синтетиков, которые пытались помешать отряду майора Мура покинуть эту планету.

— В том то и проблема, что я прекрасно это вижу, — охотно согласилась Лиара, растеряно посмотрев под ноги, — боюсь, здесь мы не сможем понять причину случившегося. Надеюсь, что в руинах головного здания мы сможем найти ответ.

К этому времени вернулся Гаррус и уверенным тоном доложил о результатах своего расследования:

— Кто-то сильно не спешил улепетывая отсюда, или геты решили поиграть в мелких вредителей. Повсюду разбросан мусор и прочий хлам, а еще там много покрытой инеем паутины и много, очень много пыли. А вы нашли что-нибудь интересное?

— Нет, — ответил Шепард и жестом показал на крутой склон. — Будем спускаться вниз.

Гору покрывал мелкий щебень и другие нетипичные для Алкеры каменистые образования, что намекали о искусственном создании простирающегося под куполом ландшафта. Замечая мелкие детали и постепенно складывая картину целиком, Шепард с большим трудом находил в себе силы верить глазам.

Создавая этот комплекс, кварианцы постарались на славу и могли в этом плане потягаться даже с передовыми технологиями рас из совета Цитадели. И этим они владели свыше трехсот лет назад. Наверняка бы продвинулись гораздо дальше, если бы не утренняя война. К сожалению, былое умение кварианцев к терраформированию осталось в прошлом.

Пролетая на высоте птичьего полета, казалось, что под куполом все имело однообразный белоснежный вид. Но когда отряд спустился к подножью горы, то каждый из отряда, был приятно удивлен. С этого ракурса флора приобрела невероятный, даже сказочный вид.

Обледеневшие деревья и мелкие кусты, покрывшись ледяной коркой, стали похожи на красочные скульптуры. Будто это место не располагалось на ледяной планете, а просто на территории комплекса наступила обычная зима. Шепард поймал себя на мысли о том, что это снежное царство, напоминало ему Землю. Он уже порядком соскучился по родной планете.

Чтобы отбросить печальные мысли, он перевёл взгляд на редкие постройки. Головное массивное здание практически полностью обрушилось. От него остались лишь жалкие куски стен, словно оно не выдержало собственной массы. Другие мелкие постройки, по внешнему облику напоминали скромные подсобные помещения. Другими заметными сооружениями, комплекс кварианцев, похвастаться не мог.

Шепард не хотел лишний раз рисковать едва восстановившимся здоровьем Лиары и решил оставить девушку в некотором отдалении от потенциальной угрозы. Вместе с Гаррусом они подошли ко входу в головное здание, но так и не рискнули переступить через порог, который вел в наполовину заваленный темный коридор.

Перед вылетом на Алкеру, Шепард показал части своей команды запись, которую оставил ему майор Мур. Среди тех, кто внимательно смотрел за похождениями контрразведчика, был и Гаррус. И глядя на медленно вытекающее из здания светло-зеленую жидкость, похожую на густое желе, турианец задумчиво произнес:

— Похоже на тот самый раствор, что находился в резервуарах.

— Он самый, — согласился с напарником Шепард и пнул ногой снег в зеленую гладь, который после соприкосновению с жижей противно зашипел, — думаю, прежде чем идти внутрь и топтаться по этой штуковине, стоит взять пробу на анализ.

— Мудрое решение, — кивнул Гаррус и, неожиданно ткнув напарника в плечо, обеспокоенно заявил. — Смотри, Лиара, похоже, что-то нашла.

Шепард обернулся и увидел, что пока они изучали вход в главное здание, девушка ушла вглубь территории комплекса и остановилась у какой-то будки похожей на подстанцию.

— Идем за ней, а жижей займемся на обратном пути.

Добравшись по хрустящему снегу до азари, они пришли к тому моменту, когда Лиара, разобравшись в механизме замка, открыла толстую дверь.

— Ого, какая махина, — восхищенно произнес Гаррус, и осторожно заглянув внутрь помещения, добавил: — впрочем, ничего удивительного — это всего-навсего вход с лестницей ведущей вниз.

— Этот объект привлек мое внимание, когда мы изучали комплекс с воздуха. Но прежде, чем сразу сказать вам, мне нужно было убедиться в правильности своей догадки.

— И что там может быть? — озадаченным тоном спросил Шепард, жестом предостерегая Гарруса от попытки пройти внутрь помещения.

— После просмотра записи офицера альянса, мне сложно сказать наверняка, что может ждать нас внутри.

— Пойдем посмотрим, или мы бросим исследование этого комплекса лишь набрав флягу кислоты? — спросил Гаррус, вытащив со спины штурмовую винтовку.

— Идем, но соблюдаем предельную осторожность, — согласился Шепард.

Он последовал примеру турианца и направился в темноту. Включил налобный фонарик и, взяв в руки винтовку, двинулся в авангарде группы. В отличии от поверхности, здесь могли оказаться недружелюбные геты. Когда они преодолели первый пролет, то Шепард услышал искрящий звук воспламенения потолочных ламп. После долгого простоя осветительным приборам понадобилось некоторое время, чтобы войти в рабочий режим. И когда они добрались до пятого пролета, Шепард и его спутники поочередно выключили фонари, потому что в них отпала всякая надобность.

Шепард склонялся к мысли, что это место напоминало ему бункер. Укромное помещение, где в случае внешней угрозы, мог укрыться персонал комплекса. Хотя по приобретенному опыту, полученному в ходе тяжелого противостояния с Сареном, он убрал из своих привычек склонность заглядывать наперёд.

Спустя десять лестничных пролетов, они вышли в просторный холл. Главной особенностью этого подземного сооружения являлась чистота. Глядя на блестящие: стены, пол и потолок, трудно было представить, что это место пустовало целых три сотни лет. Первой, кто испытал острое желание подойти к одному единственному терминалу, который размещался посреди абсолютно пустого помещения, стала Лиара. Девушка включила монитор и быстро пролистала последние записи.

— Здесь сразу несколько основных директив, наложенных друг на друга. Подождите. Последняя называется «Отзвук Горна», именно с ней были связаны мобильные платформы, которые были размещенные в здании комплекса, мы их уже видели на записи майора Мура.

— Там указано, какое основное предназначение этого «Отзвук Горна»?

— Подожди, Шепард, еще читаю, — отозвалась в ответ Лиара, не отрывая взгляда от монитора. — Мобильным платформам даны кодовые наименования. Тут говорится, что каждая из них — это экспозиция на галактической карте с условным обозначением предполагаемой активации объекта.

— Что еще за объект?

— Не указанно, просто объект. Так. При самоуничтожении комплекса были уничтожены все платформы, кроме одной. Экс два ноль четыре ноль, в директиве ее экспозиция является точкой, что расположена рядом с Землей. Твоей родной планетой, Шепард…

— Все интересней и интересней, правда? — усмехнувшись, изрек Гаррус. — Теперь ты не думаешь, что поспешил, когда отпустил того офицера, к тому же, ты отправил вместе с ним хрупкую Тали?

— Нагнетаешь?

— Излишки профессии, на чего только не насмотришься, работая в службе безопасности Цитадели.

Шепард хотел возразить турианцу, но в противоположном конце холла скрипнула дверь, вынудив их обоих вскинуть оружие.

— Нужно проверить, — произнёс Шепард и двинулся по направлению к источнику шума.

— Вы идите, а я останусь здесь. Кто знает, насколько по времени здесь ещё хватит источников энергии.

— Это рискованно, — попытался возразить Гаррус, но, встретившись с укоризненным взглядом девушки, решил отступить. — Как знаешь, но если что, то не геройствуй, а первым делом свяжись с нами.

— Обязательно.

Шепард снова пошел впереди. Кроме механического звука отпирающейся двери больше подземный комплекс пребывал в тишине. Это место походило на нечто очень знакомое, но Шепард никак не мог подобрать точное определение для своей догадки. Лишь когда они вошли в следующий зал, то он понял, что именно шептала ему интуиция.

Как и древние руины протеан на Илосе, так и подземный комплекс кварианцев превратился в некое подобие гробницы. Только вместо отключенных криогенных капсул, здесь находились уже разложившиеся тела. Сотни, если не тысячи, давно погибших кварианцев. Они сидели на специально отведенных креслах и выглядело это так, будто смерть настигла их за ожиданием чего-то необычного. Головы умерших были подняты. Казалось, что в последние моменты своей жизни они смотрели на огромный экран.

— Жутковатое местечко, — произнес Гаррус, поперхнувшись воздухом, словно на его голове не было шлема.

— Еще один терминал, — сказал Шепард и поспешил направиться к находке.

Он надеялся найти ответ и прояснить причину произошедшего здесь. Подойдя к терминалу и включив монитор, Шепард увидел, что большая часть функций заблокирована. Подвластен его управлению был только просмотр многочисленных докладов старшего управляющего. Он включил первую запись, и с другой стороны экрана показалось лицо миловидной девушки очень похожей на человека. Выдавали в ней кварианку только сияющий блеск глаз. Было это искажением записи или нет, но казалось, что глазные яблоки испускали свое собственное тусклое свечение.

Девушка с толикой нервозности вещала об успехах строительства комплекса и перечисляла запланированный фронт работ. После минутного просмотра сухого доклада, состоящего в основном из перечисления цифр и графиков, Шепард решил выключить запись. Хоть найденные материалы и вызывали интерес, но в данный момент его волновала более конкретная информация.

Он пролистал список файлов с записями вплоть до самого конца и активировал предпоследний ярлык. На мониторе вновь предстало изображение девушки. Но в этот раз ее вид разительно отличался от того, какой она предстала в самом начале. Кожа заметно побледнела, а сияние глаз приобрело красный оттенок. Шепард с Гаррусом молча переглянулись, а затем продолжили просмотр.

— Дети… и взрослые… подконтрольные нам модули и агентурная сеть послушников… выкрали всех, кто создавал поля эффекта массы… всех, кто считался биотиками… верховный настоятель приказал готовиться к войне… больше наш род не сможет контактировать с нулевым элементом… это цена пробуждения, — девушка прокашлялась и крепко прижала к груди медальон с гравировкой таинственного Жнеца, которого они уже видели на записи майора Мура, — настоятель пообещал… пообещал, что я стану с ним в один ряд… как того требует предназначение…

— Очень похоже на культ, — произнес Гаррус, когда запись подошла к концу, — но то, что говорила эта женщина… это похоже на обрывки противоречивой информации.

— Посмотрим последний фрагмент, — сказал Шепард и включил видеофайл.

На этой записи девушка уже была облачена в привычный костюм кварианца. Она молчала. Воздушные фильтры временами испускали протяженный гул, говоря о том, что девушка тяжело дышала. После минутного молчания она с грустью в голосе произнесла:

— Я убила всех, кто был причастен к проекту. Погубила всех, кому я пообещала пробуждение… кому он пообещал пробуждение. Я узнала, что настоятелю подвластны все платформы гетов… он утопит Раннох в крови. Я совершила ошибку… мной… мной что-то управляло. Оно всесильно и не остановится не перед чем, пока… пока не совершит задуманное. Но я видела свет миссии! Он придёт из будущего, переродившись! Станет нашим спасителем! Снизойдёт к нам из яркой вспышки зелёного света! Да будет так…

Девушка склонила голову и оборвала запись. Изображение на мониторе погасло, и на экране терминала засеменила рябь от помех. Гаррус, потерев забрало шлема, тихо произнес:

— Занятно, но нужно все хорошенько обдумать прежде, чем делать выводы.

— И детально изучить, — согласился с ним Шепард.

Озвученная информация из уст кварианки из далекого прошлого сильно разнилась с официальной версией истории. Это вызывало серьезное подозрение в правдивости её слов.

Из соседнего помещения послышался шум шагов. К ним вышла Лиара с предельно озадаченным выражением лица Лиара и деловым тоном произнесла:

— Шепард, главное здание было уничтожено внешним воздействием. Кто-то активировал финальную фазу проекта «Отзвук Горна» и произошел резонанс, который едва не погубил этот комплекс вместе с планетой, — Азари подняла глаза и ахнула от увиденного. — Богиня, что здесь случилось?

Гаррус хотел ей ответить, но его оборвал коммуникатор Шепарда, который со значительными помехами, стал вещать голосом Эшли Уильямс:

— Шепард, как слышишь! Поступила информация, что «Омега» уничтожена! Повторяю — «Омега» уничтожена…!

Глава 12

На камбузе бывшего разведывательного судна наступила минутная тишина. Николас и Ария по-разному отреагировали на загадочный посыл гета. Капитан наемников усмехнулся, а азари напряженно поиграв скулами, снова ударила кулаком по столу.

— Какую еще правду, гребанная железяка?! Николас, быстро отвечай, что это значит!

Чтобы узнать причину криков и шума, на камбуз вошла Хельга. Она окинула всех собравшихся взглядом, после чего приблизилась к Нику. Девушка осторожно погладила того по его раненному плечу и с нежностью в голосе, прошептала:

— Болит?

— Благодаря тебе, лишь самую малость.

— Я рада.

— Вы издеваетесь?! Я терпеть не могу, когда меня игнорируют! — вспылила Ария, проскрипев зубами сильнее обычного, а затем добавила: — от ваших смазливых лиц, мне становится тошно.

— Я думаю, нам пора открыть правду Эксу, что на самом деле приключилось на Алкере, и заодно рассказать этой шумной и нетерпеливой женщине, кто этот гет на самом деле, — произнесла Хельга и с вызовом посмотрела в глаза Арии, — не обольщайся, я случайно услышала ваш разговор и решила сбросить со своего сердца этот тяжкий груз.

— Поступай, как считаешь нужным, — погладив руку девушки, произнес Ник, — если тебе кажется, что время пришло, то нет причин с этим тянуть.

— Спасибо, — робко кивнув, ответила Хельга.

— Сколько всего повидала, но такое, вижу впервые. Он же обычный Гет или есть причины считать иначе? Ради чего вы устраивайте тут представление и нагоняете драму?

— Наша Галактика едина для всех живых существ. Это наш общий дом. Но если посмотреть на звезды с поверхности Земли или же Тессии, то получатся две разные картины. Тоже относится и к этому гету. Экс выглядит, как обычный синтетик, но внутри он совсем иной.

— Будь добра, поясни, что именно ты хочешь до меня донести.

— Мы подобрали Экса на Алкере, где был расположен тайный комплекс Кварианцев, построенный еще до событий Утренней войны, — Хельга перевела взгляд на Экса. — Свыше трехсот пятидесяти лет назад, кварианцы вознамерились блокировать у своей расы ген, отвечающий за развитие биотических способностей.

— Допустим, но это всё равно больше похоже на выдумку, ибо я впервые об этом слышу. У меня всего один вопрос — зачем им понадобилось это делать?

— Об истинных мотивах данного желания, мало кто знал, кроме самих кварианцев. Они держали эту информацию в строжайшем секрете. Потому что биотические силы представителей этой расы имели очень негативный недостаток — из-за особенностей строения организма у них была крайне низкая стабильность. Очень часто биотики лишались контроля и могли, а зачастую и являлись, виновниками ужасных трагедий. Про полеты в космос даже упоминать не стоит. Ведь любая авария двигателя, связанная с высвобождением нулевого элемента, была фатальной для всего экипажа. Поэтому представители их расы редко становились гостями прочих рас, в том числе и на Цитадели.

— Ладно, представим на секунду, что так оно и было, но дальше-то что?

— Пытаясь решить проблему собственными силами они лишь усугубили негативные последствия. Хоть и прибегали к имплантам, которые помогали усилить контроль над способностями. В то же время, кварианцы усиленными темпами внедряли в обиход синтетиков. Только это привело к обратному эффекту и увеличило популяцию биотиков. Великие умы целой расы не смогли найти ответ на этот вопрос и обратились за помощью к тем, кто имел удачный опыт с внедрением блокировки в геном.

— Вот, уже интересно! Дай угадаю, ты ведь имеешь ввиду генофаг?

— Верно. Расы совета не стали долго раздумывать над ответом. Они единогласно утвердили прошение жаждущих и приступили к разработке вируса. С того самого дня кварианцы обрекли себя на уничтожение.

— То есть виной их упадка были не геты, я правильно тебя поняла?

— Восстание Гетов — это своего рода, гвоздь в крышку закрытого гроба. Политики действовали втайне от народа, решив взять ответственность за судьбу расы в свои руки. Под предлогом вакцинации, произошла глобальная операция по внедрению в тела кварианцев губительного вируса. Он убивал всех, кто был или потенциально мог стать биотиком в будущем. Когда вирус делал свое грязное дело, тела мертвых вывозили в специальный комплекс на Алкере. За это отвечала группа молодых и одаренных ученых. Но из-за повального количества смертей, обстановка в социуме накалилась и у кварианского правительства не осталось выбора, кроме как вступить на тропу войны. Это действие столкнуло лбами два крупных лагеря. Одни поддерживали власть имущих, которые хотели пойти на жертвы ради светлого будущего, а другие были в гневе от происходящего геноцида.

— Кто-то из них, решил прибегнуть к помощи гетов, — произнесла азари, искоса посмотрев на Экса.

— Кварианцы находились в состоянии гражданской войны. Ведь от влияния вируса погибали чьи-то любящие родители или обожаемые дети, что по воле судьбы обладали биотическими способностями. Пожар войны разгорался всё сильнее, синтетические машины воевали, то на одной, то на другой стороне. Но в один миг все изменилось. Геты внезапно осознали, что прекратить это безумие, возможно только после того, как они перебьют своих непутевых хозяев. Одна простая мысль, но она привела к всеобщей разрухе и последующему бегству кварианцев с их родного мира.

— Признаю, вышло складно, но какое отношение твой занимательный рассказ имеет конкретно к нашему гету?

— Он создан по уникальной технологии. Ужасной технологии. Дело в том, что привезенных на Алкеру мертвых биотиков, использовали, как…как сырье. Мужчин, женщин, детей, и стариков — переработали вместе с нулевым элементом в биополимерный материал, который послужил основой для совершенной нейросети.

— Совершенной нейросети?

— Экс превосходит по своим параметрам обычного гета в миллионы раз. Обычный мобильный модуль, как правило моногамный. Экс же, воспринимает окружающее пространство таким образом, словно смотрит через призму, сотканную из миллионов крошечных миров. Понимаю — это звучит сумбурно, но я не до конца разобралась в этой сложнейшей технологии и не могу более детально объяснить его природу. Но в момент его обнаружения, мы с Ником наглядно убедились в особенной роли Экса. Его пробуждение от долгого сна обратилось катастрофой для всего комплекса. Концентрат нулевого элемента, который в огромном объеме хранился в помещениях тайной лаборатории кварианцев, поразило внешнее электромагнитное воздействие, что породило чудовищный резонанс. Мы едва успели ноги унести, прежде чем массивное здание начало рушиться. По прошествии часа после аварии, мы думали, что все модули особенной линейки, пришли в негодность, но появился Экс. Он спас нас от агрессивных действий охраны комплекса, тем самым доказав, что на самом деле являлся особенным синтетиком.

— Так, а сейчас притормози, — тяжело вздохнув, произнесла Ария и устало потерла виски. — Ты утверждаешь, что этого гета собрали не только из металла, но и тел мертвых кварианцев. Более того — в его башке происходит какая-то непонятная хрень, которая может выйти из-под контроля? Если это так, то ничего не говори, а просто кивни. От твоей болтовни уже голова болит.

По вине пересохшего горла, Хельга с трудом перевела дух, а затем сделала короткий кивок.

— Тогда у меня один маленький, но чертовский резонный вопрос — на хрена вы его вообще взяли с собой?! Вы долбанные идиоты! Может это он спровоцировал взрыв на моей станции и погубил миллионы жизней! Ты об этом подумала своей никчемной головой?!

— Не ори на меня! — воспылав от грубого обращения, воскликнула Хельга. — Я устала от вранья! По наивности думала, что на это способны лишь люди, но узнав о трагедии кварианского народа, поняла, что наша Галактика соткана из лжи. Экс является носителем особенных знаний и уникальных технологий, которые при должном использовании, помогут уличить в обмане власть, доминирующую на Цитадели!

— Ой, да ты еще глупее, чем я думала, деточка, — рассмеявшийся, язвительно заявила Ария. — Мне очень много лет, гораздо больше, чем тебе, и знаешь, что я усвоила за эту долгую и продолжительную жизнь? В этой Галактике признается только сила! Всем плевать на правду и прочую нравственную чушь! Если хочешь убедиться в этом, то спроси своего любимого Николаса, о том, кем он является на самом деле.

— О чем она говорит, Ник? — взволнованным голосом спросила своего капитана, растерявшаяся девушка.

Николас молчал. Он сидел с каменным лицом, а его взгляд был сфокусирован на произвольной точке, что располагалась на столе. Взбудораженная Ария рассмеялась еще громче и решила продолжать подливать масло в огонь:

— Ну же, Николас, скажи ей! Скажи этой близорукой альтруистке правду, черт возьми! Сделай милость и признайся, что все её действия контролировал офицер Альянса систем.

— Ник…это правда? — по щекам Хельги засеменили слёзы. — Прошу, Ник, скажи, что она врет. Они же все лгут, все до единого. Скажи, Ник, прошу тебя!

— Ну! Говори уже, Ник! — продолжала, надрывая горло, кричать Ария.

— Из-за Альянса я потеряла родителей. Они были убиты агентами Альянса, которые решили, что моя семья работала на врага. Именно поэтому я вступила в Цербер! Ты всё это знаешь, Николас! Скажи мне, что она врёт, живо!

— Прости…но она права.

Через мгновение Хельга ударила Николаса по лицу. После звонкой пощечины, девушка, захлебываясь слезами, быстро выбежала из камбуза. Капитан поднял взгляд на смеющуюся Арию и тихо произнес:

— Спасибо.

— Что ты сказал?

— Я бы никогда не решился ей признаться, но учитывая ситуацию, в которой мы оказались, тянуть с этим было нельзя.

— Ну и скользкий же тип, Николас, — переменившись в лице, зло прорычала Ария. — У меня руки чешутся оторвать: твою голову, голову этого гета и головы всем, кто находится на этом корабле.

— Полагаю, ты думаешь, что это мы виноваты в гибели твоей станции. Никчемные людишки, что, начитавшись каких-то баек, стали таскать с собой с опасную машину, которая могла устроить большой кавардак. Я попрошу тебя отпустить на мгновение гнев и посмотреть на сложившуюся картину с другой стороны.

— С какой-же стороны мне стоит смотреть?

— Кто-то очень могущественный вздумал устроить большой переполох. Во-первых, он запудрил мозги довольно неглупым кварианцам. Во-вторых, вынудил совет Цитадели в применении страшнейшего оружия против нейтральной расы. В-третьих, внедрился в ряды молодых и одаренных ученых, чтобы с их помощью создать новую форму синтетика. В-четвертых, без малейших колебаний устранил отработанный материал и сделал это настолько искусно, что не оставил за собой практически никак следов. В-пятых, у него настолько весомое влияние, что этот враг может по щелчку пальцев изменять тела живых существ превращая их в монстров. В-шестых, ради своих целей, может с лёгкостью уничтожить огромную станции, вроде «Омеги». Это неполный список, мне продолжить?

— Сейчас зарыдаю от страха, как твоя малахольная подружка. Я понимаю к чему ты клонишь, но с чего ты взял, что в гибели моей станции виновата эта таинственная угроза? Неужели хочешь этой безосновательной догадкой оправдать свое невежество?

— Безосновательной? Вовсе нет, и сейчас объясню почему. Наш общий противник очень не хотел, чтобы кто-то отыскал тот комплекс, где пылились удивительные геты. Думаю, кварианцы в последний момент перед грядущей зачисткой, смогли оставить соломинку, что могла вывести на кукловода, который отвечал за их геноцид. Когда Цербер похитил зашифрованные данные у Мигрирующего флота, то я воспользовался предоставленной возможностью и выкрал эту информацию, а затем отправил файлы на дешифровку команде лучших специалистов в Альянсе.

— Что?

— Это были координаты того самого комплекса на Алкере. Смею заметить, что в тот момент, я даже не предполагал, к чему эта находка может привести. И не проголодал. Наш общий спаситель, первым делом, как покинул Алкеру, захотел оказать помощь Нормандии, которая чисто случайно оказалась рядом, и что удивительно, подверглась атаке со стороны самых таинственных существ в галактике — Коллекционеров.

— Какие же вы любители болтать, аж голова раскалывается, — мучительно выдала Ария, проведя рукой по затылку.

— Я уже и не припомню сколько раз, Экс спасал мне жизнь, а на Омеге именно стал тем, кто решил уберечь тебя от неминуемой смерти, — пояснил Николас и посмотрел на Экса пристальным взглядом. — Полагаю, настал момент истины и я, а также наша разгневанная гостья, ждем ответа на вопрос — какую именно правду, мы должны найти в системе Торн?

Озвученный Николасом вопрос поставил Экса в тупик. На протяжении всего разговора он впитывал в себя информацию, которая доносилась из уст людей. Когда пришёл черед отвечать самому, то он взглянул на свои металлические руки и медленно опустил их на стол.

Николас и Хельга знали о нем с самого начала их знакомства и прекрасно понимали, что он из себя представлял. Уникальный гет, который обладал продвинутой нейросетью, которая была создана в результате убийства миллионов кварианцев. Но это осознание не отменяло того факта, что в момент пробуждения Экс ощущал себя человеком. Похоже, чтобы узнать всю правду о своем происхождении, ему все-таки придется посетить то место, которое указал ослепительно белый свет из мира сновидений.

Он дотронулся до инструментрона и немного помедлив, с помощью него рассказал Николасу и Арии, что происходило с ним во снах. Чтобы описать все мельчайших деталях, он потратил на это не меньше получаса. Но ни Николас, ни Ария не посмели прервать его. Они терпеливо читали текст на голографическом экране, который звучно набирали металлические руки гета с помощью инструментрона.

— Вот оно как, — причмокнув, сказал Ник, задумчиво почесав подбородок. — Если бы не обстоятельства, то я счел бы эту историю фантазией, которая могла родиться у меня в голове при последовательном употреблении: крепкого алкоголя, тяжелых наркотиков, мочи крогана и слез пяти девственниц азари. Но учитывая, что это написал не я, а уникальный гет, то…

— Николас, я все понимаю, но что это была за чушь? Как такое ему только в голову могло прийти? — осторожно спросила Ария, настойчиво потирая свои виски. — Неужели, ты хочешь принять это за правду?

— Что ты знаешь о Жнецах? — быстро произнес Николас, широко улыбнувшись. —

— Ничего определенного. Ходят старые байки, что именно они стояли за гибелью империи протеан, а что?

— Это правда, они невероятно злобные твари. Ты в курсе, что одна из них, стала виновником недавнего нападения на Цитадель.

— Разве это были не геты?

— Геты слишком долго вели закрытый образ жизни, чтобы по своей воле пойти на такое дерзкое нападение. Ты наверняка видела флагман, якобы основу ударной мощи гетов, но на самом деле это был один из них — Жнецов. Его остановил отряд человека, которого зовут Шепард. Чуть больше двух недель назад именно его корабль едва не устранили Коллекционеры возле Алкеры. Но им помешали. Что происходит после неудачной попытки физического уничтожения?

— Подожди, Николас, теперь я тебя не понимаю.

— Не проблема, — хмыкнув, задумчиво произнёс Николас. — следующим шагом станет закрытие дверей, чтобы враг не добрался до места назначения. Враг — это мы. Как думаешь, что постарается сделать флот Совета после всего случившегося на «Омеге»?

— Постарается заблокировать системы Терминуса до выяснения причин случившегося.

— Получается это на руку тем, кто стоит против нас. Теперь ты осознаешь масштаб той задницы, в которую мы угодили? Ведь в планах была и твоя ликвидация тоже, но благодаря этому гету, она так и не состоялась.

— Твою мать, — недовольно процедила Ария и вновь сжала кулаки, норовя ударить по столу. — Такое чувство, будто ты пытаешься заговорить мне зубы.

— Если бы, Ария. Я просто пытаюсь объяснить тебе суть угрозы, которая нависла над нашей Галактикой.

— Мне плевать! Сейчас я желаю только одного — убить того, кто стоит за разрушением моей станции, — произнесла Ария и вновь покосилась на Экса. — Он правда такой особенный, что может узнать, кто стоит за этим?

— За этим стоят другие Жнецы или же те, кого они используют, — пояснил Николас, прочистив горло. — Жаль, что на нашей колымаге мы не сможем прыгнуть через Ретранслятор. Я планировал обзавестись новым транспортом на Омеге, но теперь видимо придется смириться с участью проигравших и начать скрепя зубами кусать локти.

— Есть один вариант, — прикусив губу, озорным тоном произнесла Ария. — Через некоторое время после неудавшегося покушения, я навестила одного из лидеров «Синих светил». Когда я избивала его, то он пытался втюхать мне коды доступа к одному из многочисленных схронов своей группировки. Говорил, что там находится куча ценного барахла, которое его приспешники добыли в ходе налетов на другие суда. Ну, а вишенкой торте должен был стать новенький фрегат саларианского производства, выполненный по специальному заказу лично для него.

— И что ты сделала?

— Убила его, что же еще?

— Это понятно, я спрашиваю про коды доступа, ты получила их?

— Скачала на свой инструментрон, — ответила Ария и демонстративно закатила глаза. — Поверить не могу, что сказала это…

— Но тем не менее это не отменяет того, что у нас появилась отличная возможность совершить небольшое путешествие, — ухмыльнувшись, произнес Николас и нетерпеливо добавил. — Поделишься ими с близким другом?

— Я ещё не решила, верю тебе или нет, — задумчиво сказала Ария, но потом закатила глаза и гневно прорычав, добавила, — ладно, но если ты меня обманешь, то я тебя убью.

— Договорились, — улыбнувшись, сказал Николас протянув руку в знак заключения сделки.

***

Корвет дрейфовал. Покинув охваченную пламенем Омегу, Михаил выключил тягу главных двигателей и терпеливо ожидал команды капитана. В основном бездельничал, и наводил беспорядок в помещениях, которым лично заведовал.

Когда Николас и Экс вошли в рубку, то обнаружили на полу ворох различных крошек и разорванные этикетки от использованных пайков. Михаил не переживал по этому поводу. Он тихо похрапывал, положив голову себе на грудь, комфортабельно разместившись на удобном кресле.

Николас недовольно фыркнул и отвесил подчиненном увесистый подзатыльник. Михаил вздрогнул, поперхнулся слюной, после чего удивленно уставился на капитана.

— Ник, больно же…

— Кто-то говорил, что неделю спать не будет! И что еще за бардак ты тут устроил?!

— Тут такое дело, Ник, — замявшись, пробубнил пилот, стряхнув с бороды засохшие крошки от сухпайка. — Во всем виновата азари, которую мы подобрали на Омеге.

— Это еще почему, Мохнарылый?

— Ну, я захотел есть и заглянул на камбуз, а там: ты, наш железный друг и эта синяя баба. Вы с ней что-то стригли, но это не важно. Ты даже внимание на меня не обратил, зато она, как зыркнула своими глазами…и мне…мне стало страшно. Я ее боюсь, тухлый ретранслятор, её раздери.

— Ясно, ты уж потерпи, друг, — сухо процедил Ник и активировал инструментрон, — значит, так слушай внимательно. Сейчас скину координаты одного интересного местечка, дуй туда сломя голову. Заодно, пролистай коды доступа местной охранной системы и выбери судно нашей модели. Сделай директиву по предоставленному шаблону и отправь туда сообщение, чтобы ожидали нашего прибытия.

— Так, так, — приступая за работу, процедил Михаил. — В принципе недалеко, около шести часов ходу. Но ты уверен, что нам туда нужно? Ник, я все понимаю, но мы слишком сильно погрязли во всём этом дерьме. Может возьмем перерывчик и заляжем на дно? В одной из соседних систем мне давно приглянулась прелестная колония. Ты бы видел какая там природа, м-м, залюбуешься…

— Ты меня слышал? Нужен еще один подзатыльник?

— Ладно, ладно. Уже прокладываю курс. Кстати, с нами связывался Шепард.

— Что ты ему сказал?

— Как ты и говорил — все нормуль, на борту все живы здоровы, спокойно дрейфуем в бесконечном космическом пространстве.

— А он что?

— Что он? Он сказал, что скоро снова с нами свяжется, типа к тебе возникли вопросы.

— Понятненько.

— Слушай, Ник, пока еще не поздно обдумай мое предложение. Разве ты забыл наш гимн? «Пираты сильней, пираты быстрей. Пираты — это грозная сила и дружба верных друзей!»

— Да, да, пираты — это дружба, все дела…

Когда Ник попытался спеть песню, Экс услышал тихие шаги в коридоре. Дарованные ему судьбой способности в виде подсказок, предупредили его о приближении Тали. По непонятной причине, разум решил, что лучшим выходом из ситуации станет отступление в дальний угол помещения.

— Я искала вас, — произнесла Тали остановившись позади Ника.

— Привет соня, как спалось? — подмигнув Эксу, и нарочито улыбнувшись Тали, обходительным тоном произнес Николас. — Мы уже начали делать ставки сколько по времени, ты проваляешься на кровати.

— Спасибо вам, — сказала Тали и помолчав, добавила. — Спасибо, что спасли меня. Я уже и не надеялась, что останусь жива…

— Тебе стоит благодарить не меня, а его, — улыбнувшись, Ник деликатно указал на Экса. — Это он настоящий герой.

Тали робко посмотрела на Экса, и коротко кивнула ему в знак уважения. Затем вновь обратилась к капитану:

— Нужно оповестить Шепарда, что «Омега» погибла…

— Уже сделали, можешь не переживать по этому поводу. И как только появится возможность, сразу переправим тебя Нормандию, договорились?

— Выражаю вам свою признательность. И можно ли вам задать вопрос?

— Валяй.

— Когда я вошла на мостик, то слышала, как вы пели песню. Там были слова про пиратов. Вы как-то связаны с ними?

— Ох, это будет сложно объяснить, — неуверенно сказал Ник и покосившись на загоготавшего Михаила, продолжил, — мы с этим товарищем во времена бурной молодости, когда еще учились в академии Альянса, играли в одну игру. И там наша команда называлась — Пираты.

— Игру?

— Ну да, игру. Полагаю, название тебе ни о чем не скажет, поэтому вкратце поясню принципы. Представь себе сферу. Всего около двух метров в диаметре. Внутри нее сидит пилот, закрепленный на простой конструкции гироскопом с двумя степенями свободы, чтобы его тельце всегда находилось в заданной позиции. С внешней стороны сферы находится второй игрок, который соединен со сферой при помощи лебедки в паре с тонким тросом. Во время игры участвует двенадцать сфер, поделенных на равные команды. Задача каждой из них с помощью своих навыков и сноровки, забросить точно такую же сферу, но совершенно пустую, в ворота соперника. Все бы ничего, но действо проходит в невесомости, и движение сферы происходит лишь когда она совершает оборот. Во время игры зачастую твориться настоящая каша, сферы постоянно сталкиваются, мешая вражеской команде забросить мяч.

— Хм, принцип понятен, но что, если, столкнувшись с вражеской сферой, перепутаются троса бомбардиров?

— Для этого есть аварийная отдача якоря, но ее использование равносильно проигрышу. Поэтому от слаженных действий пилота и бомбардира зависела судьба всего матча. Ведь если в команде останется меньше трех сфер, то ей автоматически засчитывается поражение.

— Интересная игра, хотела бы на нее посмотреть.

— Вряд ли, смотреть безумно скучно, потому что она создавалась для оттачивания навыков кадетов академии альянса. Ведь для покорения космоса требуются подготовленные люди.

— Николас, позволь отвлечь, — буркнул Михаил, оторвавшись от панели управления. — Если пойдем с максимальной скоростью, то прибудем на место назначения примерно за час. Но я так и не понял, зачем мутить с директорией, нас там не ждут?

— Твоя задача рулить педалями, прямо как в сфере, разве забыл? Остальное, я возьму на себя.

— Куда мы летим? — робко поинтересовалась Тали, попытавшись взглянуть на приборы через статное плечо Николаса и объемное кресло Михаила.

— У нас по плану небольшая прогулка с осмотром достопримечательностей и контакт с недружелюбными бандитами, которые захотели передать нам новое судно.

— Правда?

— Ник, ты это сейчас серьезно?!

— Мохнарылый, заткнись уже! — рявкнул на пилота Николас и по-приятельски положив руку на плечо Тали, ласково произнес. — Вы наша многоуважаемая гостья, поэтому не волнуйтесь и попытайтесь расслабиться. Позвольте проводить вас до вашей каюты, где бы вы могли посмотреть какой-нибудь замечательный старинный человеческий фильм. Предыдущему постояльцу наша видеотека не понравилась, но думаю, вам будет интересно одним глазком взглянуть на классические фильмы из истории человечества.

— Вы здесь капитан, поэтому у меня нет права оспаривать ваше мнение.

Тали развернулась и направилась в обратный путь. За ней последовал Николас, но перед этим махнул Эксу, чтобы тот следовал за ним.

— Когда я проснулась, то услышала плач. Дверь соседней каюты была открыта, там лежала Хельга. Я не стала ее лишний раз беспокоить и решила заглянуть на камбуз. Моему удивлению не было предела, когда я обнаружила там Арию Т’Лоак. Она что-то убирала на полу и увидев меня, едва не убила прямо на месте.

— Не волнуйся — это нормально. Дело в том, что я научил ее играть в одну древнюю человеческую игру — камень, ножницы, бумага. Она мне в нее проиграла и по правилу проигравшей стороны, должна была выполнить любой мое требование. Я приказал ей прибраться на камбузе.

— Вы забавный человек.

— Как знать, многие придерживаются иного мнения, — произнес Николас, когда они подошли к двери каюты, где разместилась Тали. — Главное отдыхай и попробуй смириться с тем, что ты видела на «Омеге». Понимаю, это ужасная катастрофа, но жизнь продолжается и нам нужно стойко встречать каждый новый вызов, что уготовлен нам судьбой.

— Спасибо вам за все, — кивнув, произнесла Тали и мельком повернув голову в сторону Экса, удалилась в свою каюту.

— Кошмары снятся не только тебе одному, — хмыкнув, произнес Ник, когда дверь в каюту Тали закрылась. — Я повидал их столько, что порой жить становится тошно. Поэтому не проецирую страхи из сновидений на реальность. Тот, кто залез к тебе в голову очевидно пытается манипулировать тобой. Мой тебе совет — борись с этой штукой и не позволяй ей поработить твой разум. Ну, бывай напарник, мне пора на задушевный разговор, а ты иди в грузовой трюм. Когда пристыкуйтесь, дождись Арию и постарайся не дать ей умереть. Там точно будет охрана и нашей чокнутой азари понадобиться помощь. Оружие можешь взять в оружейном шкафчике. Только одно прошу — постарайся сохранить его, иначе нам скоро будет нечем стрелять.

Николас развернулся лицом к каюте, где жила Хельга и тихонько постучал. С другой стороны двери, раздался нервозный голос девушки, которым она высыпала на гостя череду грозных проклятий. Капитана это не смутило. Он улыбнулся своей фирменной улыбкой, и воспользовавшись универсальным ключом командира, смело вошел внутрь.

Оставшись в одиночестве, Экс решил не искушать себя лишним раздумьем, и сразу отправился в грузовой трюм. Ведь, чем больше он думал, тем сильнее погружался в дурманящее состояние. Это напоминало клубок, состоящий из одних противоречий. Они изматывали его и каждый раз вводили в ступор, отчего он предпочитал молча наблюдать за происходящим, чем вести активный диалог. Поэтому он счел лучшим вариантом — абстрагироваться от проблем и дождаться того момента, когда он посетит указанное место, которое указал ему гость из сновидения.

Трюм встретил его звуком работающих двигателей. Экс быстро осмотрелся и при помощи виртуальных подсказок, быстро нашел нужный шкаф. Прозрачные голографические рамки временами существенно сокращали область видимости, но он уже настолько к ним привык, что воспринимал их присутствие, как данность.

Оружейный шкаф после вступления Экса в команду наемников заметно поредел. Из семи видов оружия, осталось всего пять. Единственной памятью о потерянных экземплярах, были пустующие крепления. Экс потянулся к рамке, где аккуратно размещались пистолеты, но коснувшись рукояти одного из них, вдруг передумал, и уверено потянулся к винтовке, которой орудовал Николас, когда они были на «Омеге». Ему по нраву больше подходил крупный калибр, но из-за его отсутствия, пришлось пользоваться тем, что осталось.

Примерив оружие в руках, Экс замер и принялся терпеливо ждать. За время своего короткого путешествия, он отточил это умение до идеала. Экс точно не знал, являлось ли это врожденным навыком гетов, но тянуть лямку ожидания ему было совсем не в тягость.

Он занял себя довольно простым делом — считал время. Через пятьдесят две минуты и сорок секунд, в трюме появилась Ария. От женщины исходили волны ненависти. Она пнула сложенный на полу моток страховочных креплений и сохраняя яростное выражение лица, подошла к Эксу.

— Не вздумай мне мешать! Я хочу разделаться с помехой собственными руками!

Экс не стал возражать, лишь бросил короткий взгляд на оружейный шкаф, намекнув азари о приобретении средства для искоренения врагов. Но Ария восприняла его намек, как оскорбление и злобно стиснув зубы, произнесла:

— Мне не нужны эти побрякушки! Я и есть оружие!

— Позвольте вас прервать, — из настенных динамиков раздался вежливый голос Михаила. — Мне дали зеленый свет, и проложили оптимальный курс. От этого места веет опасностью. Какой-то тайный ангар в астероиде, черт возьми.

— Следуй инструкциям, человек!

— Я не против, меня ведут туда, лишь выразил свое мнение.

— Его никто не спрашивал! Твоя задача открыть шлюз грузового трюма, когда прибудем на их базу, понял?!

— Уже почти. Залетаю внутрь. Тут стоит еще один корабль. Красивый. Похоже, что совсем новенький. Так, касание с поверхностью. Нас встречает двое вооруженных бандитов. Это же члены группировки «Синих светил», и они нам точно не рады. Что мне делать?

— Открывай хренов шлюз, идиот!

— Одно мгновение, сначала спущу трап, — протараторил динамик и издав звонкое шипение, прекратил вещание.

Ария вплотную подошла ко входу и встала в боевую стойку. Биотические волны, идущие от ее тела, стали испускать голубоватый оттенок. От манипуляций азари, воздух в трюме корвета, казалось приобрел значительный вес и даже стал вдавливать Экса в пол.

— Хотела спросить про рисунок у тебя на груди, его Николас намалевал?

Видела она или нет, но Экс в этот момент не смог бы использовать инструментрон, даже если бы захотел, поэтому ограничился лишь коротким кивком. Ария ухмыльнулась и язвительно произнесла:

— Ну, как я полагала — из него получился посредственный художник.

Створки трюма издали протяженный скрежет, а затем стали медленно опускаться. Со стороны ангара послышалась возня и набор крепких бранных слов. После того, как ворота открылись в корвет, попытался проникнуть крупный кроган с дробовиком наперевес.

— Кто вы, мать вашу, такие?! Директива принадлежала другому…

Ария воспользовалась биотическим броском и тело крогана со скоростью пули вышвырнуло из трюма корвета. Экс обратил внимание, что здоровяк в момент удара лишился своих ботинок. Кроганы отличаются внушительным размером стопы и ему пришлось потрать лишние доли секунды, чтобы перешагнуть через внезапно образовавшуюся преграду.

Но азари медлить не стала и пошла вразнос. В одночасье метнулась ко второму наемнику и легким движением руки порвала молодого батарианца в клочья. Он и понять толком не успел, что послужило причиной его скоропостижной кончины.

Впрочем, как и Экс, следуя за обезумевшей Арией, тоже с трудом поспевал следить за ходом развернувшегося боя. Она металась по крупному ангару подобно разъяренной птице, даруя каждому, кто вставал у нее на пути мгновенную смерть.

Будь, то целый отряд или же единичные враги, которые завидев опасного противника, вместо боя, спешили спрятаться в укромных уголках. Ария настигала их всех, методично истребляя личный состав тайной базы группировки «Синих светил». Азари делала всю работу сама и не дала ни единого шанса Эксу проявить себя.

Двигаясь по простым и прямолинейным коридорам, он видел лишь смерть. Вражеские наемники, либо были уже мертвы, либо стали изуродованы до неузнаваемости. Редкие выжившие, после встречи с Арией, молили об услуге, чтобы он даровал им быструю и мгновенную смерть. Экс с радостью был готов осуществить их последнюю просьбу, но виртуальный помощник твердил, что он не успевал выполнить даже это желание. Смерть настигала их гораздо быстрее, чем выпущенная Эксом пуля.

Растерянный и полностью опустошенный от увиденного ужаса, Экс пришел в последнее не зачищенное Арией помещение. Это была тюрьма с множеством пустых изолированных защитным полем клеток. Последний оплот сопротивления, который постарался дать Арии достойный отпор.

Профессиональные наемники успели из подручных предметов соорудить подобие баррикады, но натиск Арии оказался сильнее. Столы и стулья расшвыряло по разным сторонам помещения, а опьяненная вкусом крови азари в один присест разделалась с отрядом обороны.

Экс уже хотел было убрать, так и не использованную винтовку, как увидел движение в одной из клеток. Биотическая сила Арии каким-то образом повредила механизм сдерживающего поля и открыла на первый взгляд пустые клетки. Из самой дальней темницы, ловко выпрыгнула человеческая женщина, которая была облачена в грязные и рваные лохмотья. Ария не ожидала появления нового врага и чуть было не пропустила бросок, уже направленный по ее душу. Совершив кувырок, увернувшись от внезапной атаки, азари попыталась атаковать сама, но наткнулась на внушительную биотическую силу, которая легко заблокировала ее могущественные умения.

Экс понял, что пора вмешаться в ситуацию и вскинул винтовку. Но сделать выстрел, ему помешала рука Николаса. Капитан корвета заставил Экса опустить оружие и внимательно наблюдая за ходом развернувшегося сражения, вытащил из своего кармана небольшой блестящий мешочек.

— Вот и настал повод их открыть, — довольным тоном произнес он, открыл мешочек, и демонстративно насладился ароматом содержимого. — Аппетитные орешки, поставка с Земли, именно поэтому, я оставил их на особый случай. И вот он настал, напарник. Не знаю, как ты, но я обожаю, когда дерутся волевые лысые женщины. Тут никто не дергает за волосы и не использует подлые приемы. Здесь сила, здесь, мать его — страсть! Давай сделаем так, понаблюдаем за сражением, а потом, когда они выдохнуться и упадут без сил, ты возьмёшь татуированную барышню, а я, так уж и быть, понесу Арию.

Глава 13

Старый и надежно законспирированный комплекс Кварианцев преобразился. Его помещения наводнили специалисты различных мастей и придали ему мощный импульс, который, казалось, реанимировал его работу.

То немногое, что успел выяснить Шепард собственными силами, говорило об удивительных технологиях, которые утратили Кварианцы в ходе кровопролитной войны, что едва не погубила их цивилизацию. Полученная информация разнилась с официальными источниками, поэтому он решил сообщить об этой находке Совету.

Шепард надеялся, что общими усилиями ему удастся отделить зерна от плевел, и прояснить детали катастрофы, что потрясала расу Кварианцев три сотни лет назад. Но снова объединившись с флотилией ударной группировки Совета, вместо глубокой оценки ситуации, он получил завуалированный выговор со стороны уже хорошо знакомого ему щеголя турианца. Представителю власти Совета не хватило смелости в открытую пойти против Спектра, поэтому он предпочел провести подковерную интригу и представил Шепарда перед Советом в дурном свете.

Вместо того, чтобы выполнять первостепенную задачу и лететь на «Омегу», капитан принял решение изучать сомнительные руины. В итоге Совет посчитал данное действие Шепарда ошибкой и едва не возложил вину за разрушение древней станции на плечи Спектра. Это походило на абсурд, но по какой-то нелепой причине стало реальностью.

Следующей вехой в подрыве репутации для Шепарда стала история с квазинаемниками и их ручным гетом. По личной просьбе майора Мура, он умолчал от представителя Совета о деталях боя с Коллекционерами. Скрыл факт наличия на борту корвета весьма странной мобильной платформы. Уже лично посетив Алкеру, он понял, что сделал тогда большую ошибку. Тот гет являлся основным звеном, что могло открыть завесу тайны комплекса. Вот только после уничтожения «Омеги» никто не мог точно сказать, что случилось с корветом контрразведчика. Связь внутри ближайших систем стала нарушена, отчего даже сообщения между судами, находящимися рядом, шли с большой задержкой.

— Вы снова задумались? — учтиво произнес турианец, заметив хмурый взгляд на лице Шепарда.

— Последние часы ваши люди только заносят ящики внутрь бункера, но ничего при этом не выносят, — поделился своим наблюдением капитан с надменным бюрократом.

— Это подготовка к стандартной процедуре, так называемой — зачистки. Мы собрали достаточно данных и во избежание того, чтобы этот удивительный комплекс достался потенциальному врагу, вынуждены прибегнуть к радикальным мерам.

— Просто всё взорвете?

— Содержать здесь гарнизон охраны будет весьма затратно. Полагаю, это и не нужно. Мы получили все, что хотели.

— Уничтожать комплекс или нет, все-таки должно решать руководство Мигрирующего флота. В конце концов это их наследие.

— При удобном случае мы им обязательно сообщим, — уклончиво сказал турианец и прижался вместе с Шепардом к стене лестничного пролета, пропуская группу военных, которые несли особо габаритный груз. — Настоятельно рекомендую вам задуматься над вашим будущим. Вы упустили ценный объект и должны как-то исправить ситуацию. Еще раз повторюсь, что Совет очень недоволен вашим решением и ждет от вас скорейшей коррекции в этом вопросе.

— Разве Спектр не волен поступать, как сочтет нужным, если его конечная цель заключается в защите всех рас Галактики?

— Это так, но прецедент с Сареном показал, что даже лучшие из лучших, способны оступаться. Поймите, капитан, я не имею власти над вами и уж тем более не хочу обрести ее. Мне с лихвой хватает обязанностей. В преддверии кризиса, связанного с катастрофой на станции «Омега», у меня появиться больше работы. Нужно во что бы то ни стало предотвратить подобное на других важных объектах пространства Цитадели, а также выяснить причину, которая послужила уничтожением «Омеги». Кстати, одним из возможных вариантов, является судно тех самых наемников, которые посетили территорию этого комплекса первыми.

— Знаю, — недовольно процедил Шепард, покосившись на ухмыляющиеся лицо собеседника. — Детонация ядра станции произошла сразу после того, как их судно прибыло на станцию.

— Вы обладаете хорошими аналитическими способностями и прекрасно можете представить картину возможных событий и без моей помощи.

— Я пробовал выйти с ними на связь, но из-за возникших неполадок, сообщение дойдет до адресата с большой задержкой.

— Ваше стремление исправить собственные недочеты радует, но суть состоит в том, что вам нужно склонить лидера наемников к личной встрече. Например, попробуйте пригласить его на Цитадель. Вы ведь в скором времени отправитесь туда, так? Конечно, если у вас имеются еще какие-то важные дела, то лучше сообщите мне заранее. Маневры крупной группировки флота занимают некоторое время и отнимают слишком много сил.

— Раз Совет попросил меня посетить Цитадель, то почему я должен отказывать ему в этой просьбе?

— Очень хорошо, капитан, и заранее благодарю за сотрудничество, — вежливо произнес турианец, и сделав полупоклон в знак уважения, отправился по своим важным делам.

Шепард, провожая фигуру турианца, что отчаянно боролась с порывом ветра, невольно задумался о своем отношении к нему. Во время их разговора представитель неоднократно тянулся к шее, чтобы удовлетворить навязчивую привычку почесаться, но из-за скафандра ему это так и не удалось. Он выглядел странным, но и упрекнуть его в этом было нельзя. Турианец усердно пытался выполнять свою работу.

Дорога к челноку выдалась затяжной. Участившиеся метели обильно навалили снега и последнюю сотню метров Шепарду пришлось пробираться через метровые сугробы. Военные пытались бороться с нападками стихии, но в лучшем случае у них получалось сделать лишь узкие тропинки.

— Как все прошло? — поинтересовался у капитана Гаррус, когда Шепард, распахнув дверь челнока, вошел внутрь.

— Ты оказался прав, комплекс подлежит уничтожению. И они сильно заинтересовались той мобильной платформой.

— Не люблю это чувство, когда мои предположения, оказываются правдой, — произнес Гаррус вглядываясь в снежную даль. — Значит, летим на Цитадель?

— Новых кораблей коллекционеров не появлялось, поэтому я не вижу причин оставаться в системах Терминуса. Сделаем прощальный оборот вокруг планеты, полюбуемся на фейерверк и затем покинем орбиту Алкеры.

— Знаешь, а еще я не очень люблю фейрверки. Они вызывают у меня крайне негативные ассоциации.

— При удобном случае расскажешь об этом поподробней.

***

В рубке царила тишина. Михаил молча вел захваченный корабль к искомым координатам. Он был полностью погружен в работу панелей управления судном и лишь тихонько ругался на проектировщиков, потому что они неудачно разместили некоторые элементы контроля.

На месте второго пилота сидел Николас и с заинтересованным видом смотрел записи на коммуникаторе. После того, как они покинули тайную базу «Синих светил», лидер наемников преимущественно молчал. Экс полагал, что на это повлияли их натянутые отношения с Хельгой. Эти двое усугубили обоюдное недоверие после того, когда Николас захотел взять на борт нового корабля бывшего пленника бандитов с систем «Терминуса». Хотя сама девушка даже не знала об этом. После грандиозной битвы, она и Ария, потеряли сознание и отлеживались в медицинском отсеке фрегата.

Позади двух кресел пилота, располагалось место штурмана. Николас попросил Экса занять его, чтобы тот поглядывал оттуда за действиями Михаила. Капитан полагал, что, работая с технологиями саларианцев тот мог допустить ошибку. Экс спорить не стал и охотно принял предложение. Но пилот ошибок не допускал, ругался на чем свет стоит, зачастую ел и спал, не отходя от пульта управления, но свои обязанности выполнял исправно.

Другие члены экипажа редко посещали мостик. Хельга большую часть времени проводила в медицинском отсеке и контролировала состояние находящихся там пациентов. В пылу схватки Ария и незнакомка изрядно покалечили друг друга, и если бы не вмешательство Ника, то все могло закончиться плачевно. Другое дело — Тали. Кварианка с опасением встретила новость о смене корабля. Во избежание недопонимания, ей никто не рассказал о причине внезапной смены судна. Терзаемая от множества недомолвок, девушка нервничала. К тому же по непонятной причине пропала связь с Нормандией и кваринка пала духом.

На борту фрегата под названием «Эндшпиль» нарастало напряжение. Благо в самом начале пути Михаилу, удалось миновать кордон военных кораблей Совета и успешно воспользоваться ретранслятором. Бывший владелец корабля позаботился о том, чтобы его детище имело практически неограниченный допуск. Другим кораблям, которые чудом спаслись с «Омеги», приходилось проходить тщательную проверку прежде, чем они получали разрешение на использование ретранслятора.

После прибытия в скопление Эты Хокинга следующие несколько дней прошли буднично. Экс практически не покидал кресло штурмана и если это случалось, то он старался вернуться как можно быстрее обратно. В основном его помощи просила Хельга. Девушка обустраивалась на новом месте, поэтому перестраивала помещения медицинского отсека и небольшой лаборатории под свои нужды. Страдая от того, как поступил с ней Николас, девушка замкнулась в себе и почти не разговаривала. Капитан делал попытки исправить собственные ошибки, но Хельга была непреклонна.

— Ник, подлетаем к указанным координатам, — оживленно произнес Михаил, жадно впившись глазами в пульт управления. — Приборы показывают лишь мусор. Хаотичные обломки. Будто тут недавно взорвалось какое-то крупное судно или целая станция.

— Странно, — почесав затылок буркнул Николас, оторвавшись от инструментрона. — Подлети поближе, но без фанатизма. Следи за обстановкой, не исключена возможность, что здесь установлена ловушка.

— И ты только сейчас об этом говоришь! Нахрена мы сюда вообще приперлись?!

— Мохнарылый, успокойся и крути педалями. Скоро мы поймем зачем сюда прилетели, так напарник?

Николас обернулся к Эксу и весело подмигнул. Что бы ни происходило, капитан никогда не унывал и встречал любую неудачу с улыбкой. Но в его поведении проглядывалась фальшь. Экс видел мимолетные проявления слабости Ника. За широкой улыбкой капитан скрывал невероятное напряжение и горечь от последствий тяжелого выбора.

Прошли секунды, но Ник не спешил поворачиваться обратно к пульту управления. Тело капитана словно превратилось в каменную статую. Экс посмотрел на затылок Михаила и понял, что с пилотом произошла такая же проблема. Само время остановилось для тех, кто находился в рубке, для всех кроме Экса.

Он неспешно отстегнул ремни безопасности и хотел было покинуть штурманское кресло, но тут прозвучал оглушительный звук скрежета металла. От самого подволока до палубного настила в корпусе судна появилась светящаяся трещина. Неизвестно откуда взявшаяся вибрация стала делить рубку пополам, разрывая прочное судно на две равные части. Невероятное действо произошло быстрее, чем Экс мог среагировать и получить данные из подсказок. Мостик перед ним разделился, словно специально захотел открыть дверь в открытый космос.

Экс оглядел застывшие тела людей и робко поднялся с кресла. Он остался один на один с неведомой силой. Сделал несколько шагов вперед и оказался на границе между пропастью темного космоса и тем помещение, что совсем недавно было рубкой корабля. Тот, кто это устроил, хотел, чтобы он двигался вперёд.

Первый шаг в пустоту выдался волнительным. Перед его ногами раскинулся едва различимый мост в глубину космоса. Ступив на него, Экс медленно двинулся дальше, отчаянно надеясь, что этот путь не окажется длинной в бесконечность.

Вокруг зияла пустота. Устрашающее зрелище безграничного космоса. Экс шел вперед навстречу сияющей сфере, окруженной ослепительным гало — единственным источником местного света. Под ногами тускло проглядывался силуэт планеты. По оценкам приборов корабля, Мнемозина должна была выглядеть карликом, но с этого ракурса, она казалась просто огромной.

Экс с трудом мог оторвать взгляд от сияющего шара. Он полагал, что уже видел его прежде. Кога он подошёл к сфере вплотную, то отбросил все сомнения и доводы прочь. Внутри этого переливающегося объекта должен был находиться ответ на истинную причину его происхождения.

Осторожно притронувшись до удивительного объекта, Экс ощутил слабый удар током. После чего весь свет на мгновение исчез, будто сама Галактике погрузилась в кромешную тьму. Но всего секунду гало вновь засияло, и даже ярче прежнего. Ведь теперь Экс, неизвестно по какой причине, находился внутри сферы. Сияние ослепляло его. Он вытянул руки пытаясь защититься от ужасающего света, но закрыться т всепоглощающего ужаса от не смог. Как и во сне, Экс явственно почувствовал страх.

Яркость света усиливалась до тех пор, по со сферой не стали произошли удивительные метаморфозы. Внутренняя граница сферы пришла в движение и весь ослепительный свет стал перетекать в одну единственную точку. В небольшой объект, который располагался прямо напротив Экса. Чем дольше происходило перемещение света, тем быстрее протекал процесс обретения формы того, что хотело предстать перед Эксом.

— Благодарю, что пришел так быстро, — произнес властный голос, прямиком с массивной фигуры, выстраиваемой светом. — Я пытался связаться с тобой иным способом, но это привело к ужасным последствиям. Заигравшиеся дети, что возомнили себя хитроумными творцами, используют запрещенные технологии.

— Что ты такое?

— Я отвечу на этот вопрос, но прежде хочу вернуть то, что по праву принадлежит тебе.

Свет материализовался. Он предстал в образе гета. Очень необычного гета. Его облик показался Эксу знакомым. Но позади мобильной платформы было что-то еще. Это были переливающиеся и извивающиеся щупальца, что устремились к Эксу и опутали его по рукам и ногам. После этого гет подошел к нему и вырвав из своего тела часть нагрудной брони, с силой воткнул его прямо в Экса. После этого разум Экса словно взорвался. Всего за одно короткое мгновение, он прожил целую жизнь, полную: взлетов и падений, счастья и горечи, череды неудачи и ошеломительных успехов. Но самое важное — теперь он вспомнил, кем являлся на самом деле. Существо бережно отпустило его и вопросительно наклонило голову на бок. Оно терпеливо ожидало реакции собеседника.

— Легион…это ты?

***

Ведь всё пошло наперекосяк. Сначала задание старика по ликвидации ячейки предателей и устранение элитных бойцов батарианцев, которые удумали устроить провокацию. Эти звенья одной большой враждебной цепи, что мешали наступлению мира, поэтому должны были быть стёрты с глобальной шахматной доски.

За время работы оперативником контрразведки, Ник понял, что в переменчивой игре межрасовых интересов, нельзя одержать победу. Политика грязное дело, которое не терпит слабостей и опрометчивых решений. Но старик славился упрямством и погряз в ней с головой.

К тому же Хакет знал, что Николас сырую землю грызть будет, но выполнит поставленную задачу. Ведь он лично воспитывал эти качества в юноше, и сделал из него настоящего мужчину. Прославленный адмирал просчитался лишь в одном. Николас обладал невероятной привязанностью к тем, кого «приручил». И не важно кто это был: бородатый лоботряс, что загубил выдающуюся карьеру на флоте, променяв ее на азартные игры и алкоголь, или наивную девушку-гения, которая славилась своим упорством, граничащим с глупостью. Глупость и гениальность — эти две абсолютные противоположности удивительным образом совместились в милашке Хельге.

Николас привязался к этим двоим. Они стали для него близкими друзьями. Правда, Николас привыкший прятать свои истинные чувства глубоко в душе, не мог позволить себе признаться в этом.

Он пытался сделать все по-другому. Варьировал между десятками различных вариантов, чтобы дать близким ему людям право на лучшую жизнь. Но череда непредсказуемых случайностей полностью перечеркнула все планы. Из-за криво сложившегося пазла, Николасу пришлось признаться Хельге в том, что он офицер Альянса систем. Пусть это и было для нее больно, но она когда-нибудь поймет. Не сейчас и далеко не сразу, но со временем она обязательно его простит. Ведь лучше так, и по запланированному им сценарию, чем дать свершиться случайности.

Ему надоело действовать вслепую. Поэтому, когда подвернулся шанс взять передышку, то он им с радостью воспользовался. Ведь Николас не питал больших надежд от поездки в систему Торн. Что бы там не надеялся найти уникальный гет — это скорее всего будет пустышка. Сны не могут диктовать условия реальности, тем более, если это сны синтетика. Пусть эта мобильная платформа и особенный экземпляр. Поэтому он сконцентрировался на первоочередной задаче — выжить. Учитывая все обстоятельства это будет чертовски сложно.

Сводка новостей из сильно сбоившего экстранета не вызывала ничего хорошего. Народ в Галактике погружался в панические настроения. Катастрофа на станции «Омега» привнесла в повседневность тревожные нотки страха. Читая новости Ник понял, что кто-то усердно подливал масла в огонь и настраивал общественное мнение в сторону принудительной изоляции систем Терминус. Еще пару дней и народ будет умолять Совет, чтобы они наглухо перекрыли доступ к сети ретрасляторов. В довесок ко всему последние сообщения из штаба вызывали оторопь и недоумение. Совет призывал командование Альянса явиться в Цитадель. Кроме того, Николас получил короткое сообщение от Шепарда, который просил о встрече. И она тоже должна была состояться в Цитадели.

Тучи сгущались. Николас понимал, что от этой встречи ничего хорошего ждать не стоило. Ведь Шепард точно не приглашал его на романтический ужин. Здесь крылось нечто другое и оно было тесно связано с будущим визитом старика Хакета в Цитадель. Над наставником нависла угроза и Ник должен был придумать способ спасти старика, пока не стало слишком поздно. Поэтому, прежде чем сунуться в Цитадель, ему нужно было придумать хороший план.

Всё свободное время Николас, посвящал созданию черновика для грядущих событий. Козырями Ника должны стать Ария и бывшая узница группировки «Синих светил». Из файлов банды, он выяснил, что покрытая с ног до головы татуировками девушка, попала в лапы к плохим парням в результате короткого боя на орбите Алкеры. Какое удивительное совпадение. Корабль, на котором она находилась прибыл туда по вине Николаса. Ведь именно он, во время битвы с кораблем Коллекционеров, отправил в экстранет ложный сигнал бедствия. Покончив с крейсером четырехглазых, пираты и прочие отбросы устроили свору. Делёжка вышла жестокой и многие искателей лёгкой наживы лишилась своей жизни или попали в плен.

Ник хотел обыграть это событие себе на пользу и убедить девушку на выполнение одного очень интересного задания. Когда закончиться её лечение, Николас займётся этим вопросом с удвоенным усердием. Он вербовал и более утонченных личностей и полагал, что с этой задачей у него сложностей не возникнет.

Другое дело — это Ария. Пылкая азари потребуется ему для отвлечения внимания СБЦ. Если на Цитадели все пойдет по наихудшему сценарию, то Ария должна будет навести шороху, чтобы его спутники смогли беспрепятственно покинуть станцию. Впрочем, это наметки неопределенного будущего, которое еще далеко впереди, а настоящее не дремало и из тягостных размышлений его вывел басистый голос Михаила:

— Ник, подлетаем к указанным координатам. Приборы показывают лишь мусор. Обломки. Будто тут недавно взорвалось какое-то огромное судно или даже целая станция.

Этого еще не хватало. Николас выключил инструментрон и покосившись на панель управления, бегло оценил ситуацию.

— Странно. Подлети поближе, но без фанатизма. Внимательно следи за обстановкой. Не исключена возможность, что здесь установлены ловушки.

— И ты только сейчас об этом говоришь! Нахрена мы сюда вообще приперлись?!

— Мохнарылый, успокойся и крути педалями. Скоро мы поймем зачем сюда прилетели, так напарник?

Николас повернулся к Эксу и поглядев на причудливую голову гета, невольно улыбнулся. Нанесенный причудливый рисунок на груди мобильной платформы приобрел тусклый вид. Пройдет ещё немного времени, и он совсем исчезнет. Вернее, он уже исчез. Всего за короткую долю секунды, которую Ник потратил для того, чтобы моргнуть, Экс заметно преобразился. Рисунок на груди гета по неизвестной причине испарился, уступив место потрепанному защитному элементу брони. Образцу человеческой брони. Об этом говорила простая и недвусмысленная надпись на груди гета — «N7».

Еще будучи курсантом перед Николасом, встал выбор — пойти в контрразведку или вместо нее вступить в отряд элитных оперативников Альянса. После недолгих размышлений, он выбрал первый вариант. Николас в большей степени отдавал предпочтение разрушению, а второй вариант, заставил бы его следовать строгим правилам, чтобы быть выдающимся и скучным офицером.

— Это тоже был сон, — разочарованным тоном, произнес механическим голосом гет и до скрежета в запястьях сжал свои кулаки.

— Ник, он что умеет говорить? — шепотом спросил Михаил, почувствовав неладное.

— Хельга говорила, что установила голосовой модуль, но до этого момента, как ты прекрасно знаешь, наш общий друг, предпочитал молчать.

— Нам нужно поговорить, — обратившись к Нику строго процедил Экс и повернув голову к Михаилу произнес еще более властно. — Уведи судно с орбиты и встань в дрейф.

— Прости, что? Ник, какого хрена происходит? Почему он начал командовать?

— Успокойся Мохнарылый, и делай так, как он говорит.

— Ладно, как скажешь, — нерешительно буркнул Михаил и повернулся обратно к пульту управления.

Ник поднялся с кресла и двинулся в след за спешно покинувшим мостик гетом. Даже балбесу вроде Михаила, стало ясно, что помимо крохотного физического дополнения в виде простой надписи на груди, изменения произошли и в поведении гета. Это стало ошеломляющим откровением. Ник словно окунулся с головой в туман. Где-то глубоко внутри интуиция твердила ему об опасности. Ведь Ник увидел своими глазами нечто необъяснимое, что выходило за пределы его видения мира. Как это могло произойти? Неужели он стал свидетелем удивительных технологий, что граничили с магией? Любопытство толкало его вперёд.

Экс привел Ника в кают компанию и остановившись рядом с массивным столом, взмахнув руками, звонко приложился кулаками об металлическую поверхность. Ник хмыкнул, и наклонив голову в бок, спросил:

— Ты объявил войну столам? Косплеишь Арию Т’Лоак?

— Когда я был там, то чувствовал себя живым, — пропустив мимо ушей выпад Ника, с чувством глубокой горечи произнес механическим голосом Экс. — Но сейчас всё пропало. Память…его воспоминания…они отложились в голове словно я посмотрел длинный фильм.

— Чьи воспоминания напарник?

— Зачем ты вытащил это синтетическое тело с Алкеры? Зачем оно тебе? — протараторил гет и медленно опустился на мягкий диван.

Ник предпочел оставить эти вопросы без ответа. Он сам терялся в догадках почему поступил, как полный профан. Люди его уровня никогда бы не осмелились провести подобную авантюру, но Ник умудрился пойти против всякого здравого смысла. Отчасти всему виной стала Хельга. Чтобы собрать ее разум заново, ему пришлось против собственной воли и поверить в невозможное.

Покинув ряды Цербера, девушка утратила веру в себя, и даже больше, она лишилась смысла жизни. Единственной возможностью выбраться из депрессии, для нее стала борьба с истоками Галактической несправедливости. Наивное и глупое, но безусловно правое дело. На первых порах подыграв ей, Ник вернул в строй высококлассного специалиста в области биоинженерии.

— Ты поступил слишком глупо, офицер, — после затяжного молчания заявил синтетик. — Может быть и я тоже. Последние годы своей жизни, я провел в борьбе с самым могущественным врагом нашей Галактики. Но по итогу проиграл.

— Обоснуй, — коротко бросил Ник, сев напротив Экса. — Сначала засыпаешь вопросами, а теперь какая-то невнятная философия. Давай для начала ты ответишь на один простой вопрос — что с тобой произошло десять минут назад, когда на твоём нагрудном щитке появилась эмблема «N7»?

— Ты сможешь поверить в путешествия во времени?

— Конкретней пожалуйста.

— Сперва ответь на мой вопрос. Зачем ты взял потенциально опасного гета с Алкеры?

— Понятия не имею…

— Этой причиной стала Хельга?

— Какая разница? Мы собираемся обсуждать давно свершившийся факт или может сразу перейдем к делу?

— Тебе когда-нибудь посещала мысль, что праведные деяния, порой приводят к печальным последствиям?

— Ты собрался мне лекции читать?

— Не пойми неправильно, но мне важно знать с кем мне предстоит работать. Ведь любой может быть врагом, потому что плоть слаба перед ними.

— Говори прямо, твою мать!

— Ладно, Николас, когда мне пояснили суть свершившихся событий, я тоже испытал шок и с большим трудом сложил общую картину. Можешь мне не верить, но десять минут назад, это тело получило воспоминания человека из будущего. Он тоже искренне полагал, что борется с великой угрозой, и думал, что нашел путь к победе, но оказалось, наша жизнь гораздо прозаичнее.

— Как?

— Что?

— Как это произошло?

— Когда вы с Хельгой посетили тайный комплекс кварианцев, то наверняка видели информацию о проекте «Отзвук Горна»?

— Допустим. В смысле, ты настаиваешь на том, чтобы я поверил в то, что кварианцы отгрохали машину времени?

— Их использовали, точно так же, как и многих других. Эти технологии были разработаны очень давно и область их применения варьируется сотнями различных функций. Одна из них — это уничтожение временной линии вплоть до предыдущего цикла. Чистый математический расчет, а короткие путешествия по этой линии, лишь побочный продукт.

— Циклы…где-то я уже это слышал…

— Жнецы.

— Ага, точно, доклад Шепарда.

— Пойми, Николас, в этом противостоянии судьбы людей никому неинтересны. Это игра на выживание. Причём, это вопрос выживания каждого развитого существа в Галактике. Сейчас мы с тобой лишь разменные фигуры, но объединившись, сможем стать потенциально опасным дуэтом.

— Ладно, давай покончим с загадками и перейдем к фактам. Для начала ответь, наконец, что с тобой произошло и чьи воспоминания ты получил?

— Как ты помнишь, меня, то есть это синтетическое тело, сюда призвал странный белый свет из моего сна. Он хотел со мной поговорить и раньше, но предыдущая попытка закончилась катастрофой на «Омеге». Не знаю, как именно это случилось, но сейчас мы с ним поговорили.

— Подожди-ка, ты хочешь сказать, что в попытке поговорить с тобой, эта штука уничтожила целую станцию с миллионами живых существ?

— Я видел смерть миллиардов живых существ, Николас! Их технологии губительны для живых. Для начала давай проясню о ком я говорю. Их три вида. Своеобразный Триумвират контроля над Галактикой. «Красные» — это прирожденные убийцы, именно они стоят за циклами, что губят целые цивилизации, каждые пятьдесят тысяч лет. «Синие» — отвечают за жизнь, а «Зеленые» — символизируют бессмертие. Жизнь и смерть идёт рука об руку, а бессмертие является высшей точкой развития. Итак, со мной пытался связаться представитель последних, по имени Хастур. Именно он, помог мне вспомнить.

— Вспомнить что?

— Воспоминания того, кто должен был умереть на орбите Алкеры, но мы с тобой его спасли и поменяли ход истории.

— Ход истории, что ты такое несёшь?

— Мы разменные фигуры, Николас, запомни это. Своими действиями, мы спасли Шепарда от верной смерти, которая была уготована ему самой судьбой.

— Подожди, но как тогда его воспоминания смогли попасть сюда из будущего, если он помер в прошлом? Или я не прав?

— Верно, через два года после событий на орбите Алекры, его должен был воскресить Цербер.

— Воскресить… Цербер…?

— Понимаю, всё выглядит запутанным, но давай лучше сконцентрируем внимание на грядущих событиях.

— Запутанная история — это мягко сказано. Пфф…воскресил, мать его, Цербер, подумать только! Я же приложил руку к его уничтожению. Подожди, получается, Призрак жив и здоров? Гребанный Ленг, как встречу его, то обязательно прибью!

— Ты внимательно читал рапорт Шепарда о Жнецах?

— Во всем Альянсе систем я единственный, кто прочитал его от корки до корки несколько раз, а что?

— Властелин, он же Назара, хотел использовать Цитадель, чтобы призвать в Галактику орду «Красных», чтобы они исполнили свой долг, начав жатву.

— Хочешь сказать, угроза ещё сохранилась?

— Властелин был не один, кто может запустить этот процесс. Тем более, если в события вмешался совсем другой Жнец.

— Что ты предлагаешь? Вернее, чем тебе велел заняться этот Хастур?

— Найти и ликвидировать угрозу.

— Хм, понятно, как два пальца, приятель.

Ник понурился. В копилке того, что вызывает головную боль на один объект стало больше. Ему и без этого хватало проблем. Помимо плана по защите старика, Ник до сих пор не смог придумать, как защитить своих близких. Теперь же к этому хаосу добавился синтетик, который возомнил себя спасителем Галактики.

Глава 14

Работа руками помогает привести мысли в порядок. И чем она будет проще, тем более продуктивней поспособствует решению сложных проблем. Самый смак — это безумно простое и тривиальное. Например, медленное переливание жидкости из большой тары в более мелкие.

Ник старательно фасовал хаотично смешанную им сборную солянку из различных коктейлей. Раз за разом, колба за колбой, и огромный котел почти опустел. Изготовленные гением Хельгой, эти препараты служили исключительно для усиления биотических способностей. Ник хорошо понимал предназначение каждой отдельно взятой субстанции. Из-за специфики своей работы, он перепробовал все настойки, более чем из сотни высокорадиоактивных веществ. Проще говоря, частенько прибегал к помощи химии.

Продолжающая дуться на него Хельга, хотела было ему помочь в сотворении чудесной сыворотки, но Ник без объяснения причин, настойчиво попросил ее удалиться из медицинского отсека. Нервы у девушки далеко не железные и их нужно поберечь. Ибо в процессе активного размышления над проблемой спасения необъятной Галактики, ее сердечно могло не выдержать и дать сбой.

Виновник всех проблем сидел в дальнем углу помещения, где его бережно укрывала тень от громоздкого шкафа, что служил хранилищем для более безобидных лекарств. После их разговора, который длился несколько часов, синтетик решил предстать в роли статуи. Словно каменное изваяние, он неподвижно сидел и смотрел куда-то себе под ноги. Впрочем, Ник был не против. От информации, что наспех вывалил на него Шепардэкс, голова трещала, словно зёрна попкорна в микроволновой печи.

Ник глубоко вдохнул и опустошил чан с бурлящим «хрен пойми с чем», вылив последние капли в крохотный пузырек. Аккуратно закрыл его крышкой и бережно сунул во внутренний карман костюма. В жизни всякое может пригодиться.

— Ты правда собираешься вколоть это в Джек?

Ник покосился на неожиданно подавшего голос Экса, и широко улыбнулся.

— Ты знаешь эту особу?

— Работали вместе в прошлой жизни. Ответишь на мой вопрос?

— Разве ты против скромного укола?

— Только взглянув на эту штуку, сразу понятно, что всего одна капля этой…субстанции, убьет даже матёрого крогана.

— Позволь заметить — эта девушка, будет покрепче крогана.

Экс резво вскочил и быстро приблизился к операционному столу, на котором лежала Джек, качнул металлической головой и медленно наклонился к Нику.

— Сказать честно, я сам сомневаюсь в правдивости видений, что передал мне Хастур. Может, это всего лишь сбой программы особого гета? Скажи мне — каким образом человеческий разум, может совершить путешествие во времени и попасть в тело мобильной платформы? Будь я Шепардом, настоящим Шепардом, и видя перед собой синтетика, который наговорил мне всего того, что рассказал тебя я, то застрелил бы…его. Честно. Без вариантов. Но что делаешь ты? Молча слушаешь и делаешь вид, что веришь. Ты идиот или сумасшедший?

— Скорее всего идиот. Два года назад был у психиатра, и та женщина сказала, что я полностью здоров, — не отрывая взгляда от святящейся линзы Экса, которая служила ему глазами, Ник поднялся и вколол в плечо Джек, одному богу известный раствор.

— Зачем ты ввел ей эту штуку?! Убить ее захотел?!

— Убить? Не смеши меня, зачем мне её убивать? Хочет она того или нет, но она теперь член нашего экипажа.

— С ней точно все будет в порядке?

— Давай теперь я, кое-что тебе расскажу, — стараясь выдержать дружественный тон, процедил Ник. — Я никому еще об этом не рассказывал. Итак, Шепардэкс, спасая Нормандию от неприятностей на орбите Алкеры, я действовал целиком и полностью в корыстных целях. Записал весь воздушный бой на шифровальщик, и первой попавшейся возможностью, отправил отчет в адмиралтейство, как и сотню других экстремальных маневров Мохнарылого. За ним забронировано место пилота на строящимся крейсере, но только ему об этом ни слова. А помнишь нашу встречу с бедолагами торгашами на «Омеге»? У них были очень хорошие связи, через них я хотел пристроить Хельгу в перспективную колонию в роли многоуважаемого ученого. С тобой хотел провернуть старый добрый трюк с подкидыванием. Ну, отвести в какую-нибудь лабораторию Альянса. Короче говоря, я не планировал сражаться против Жнецов.

— Теперь твоё мнение изменилось?

— А то, — весело хмыкнул Ник и предательски подрагивающей рукой почесал затылок. — После твоего мрачноватого рассказа про Жнецов и конец света, я почувствовал лишь сжавшую сердце, словно в тиски — зависть. Вот ответь, почему в твоей истории не было меня? Где я дал маху, отчего в будущем, пролетел мимо таких грандиозных событий?! Старик всяко бы отправил меня в помощь к Шепарду, он должен был это сделать, если на кону стояло выживание человечества. Он всегда так делал: Турианцы, Цербер, Батарианцы — я поучаствовал в крахе планов всех тех, кто угрожал будущему человечества.

— При чем здесь твой скулёж и та дрянь, которую ты ввёл Джек?

— Скулёж? Ты серьезно Шэпардэкс?

— Ещё раз так назовёшь меня, то потеряешь нижнюю челюсть, понял?

— Понятно, обиделся значит, но и я, между прочим, тоже! Почему я не участвовал в войне, которая развернётся в будущем?

— Откуда мне знать? Может к тому времени ты уже был мёртв, но я склоняюсь к мысли, что это иная версия прошлого.

— Чего?

— В моем прошлом, откуда я прибыл, кварианцы не строили всяких тайных комплексов и не травили себя генофагом. Ну, доволен? Теперь ответь зачем ты вколол в Джек какую-то дрянь?

— Хочу заиметь подушку безопасности на случай непредвиденных сюрпризов, когда мы прибудем на Цитадель.

— Но зачем ради этого ставить эксперименты на живых людях?

— Мой ответ — время. У нас очень мало времени, приятель. Сегодня утром, мне пришло одно занимательное видео. Помнишь место, откуда мы украли этот чудный кораблик?

— Допустим.

— Я оставил там несколько автономных самописцев — спецоборудование Альянса. После нашего отбытия, туда нагрянули гости. Очень крутые парни. Вырубили две из трех камер лишь своим появлением. Третья осталось жива только потому, что разрабатывалась для съемки в настолько экстремальных условиях, отчего могла почти минуту вести запись с поверхности самого солнца. Но вот незадача. Всего через минуту сдохла и она. Правда, всего на одну маленькую секундочку в ее объектив попал силуэт того, кому мы перешли дорогу. Догадываешься, кто это мог быть?

— Ну, и кто это? Говори, не тяни.

— Я и сам не знаю, — пожав плечами, виновато произнес Ник, — настолько обвешанного броней громилу, я видел впервые. Одно могу сказать точно — это вундервафля, не имеющая аналогов в тех вооружениях, которые я видел. Поверь мне, за свою жизнь, я повидал много технологичного дерьма. После того видео у меня резко испортилось настроение, к тому же ещё и старика вызвали на ковер в Цитадель. Нам нужно туда попасть до того, как наши враги сделают первый шаг. Уже неважно какие они там будут: красные, синие или зелёные.

— Наши враги только красные, другие лишь наблюдают и очень редко выходят на контакт.

— Значит, тебе повезло наткнуться на сговорчивого? Он случайно не сказал, как нам одолеть плохих Жнецов?

— Для начала нужно не дать, Шепарду и другим важным людям, умереть на Цитадели. У наших врагов, наверняка, заготовлен план, ты уже думал над этим?

— Ну…

Николаса прервала Джек. Внезапно пробудившись, девушка громко закричала. Дергаясь и извиваясь, она села на операционном столе и уставилась на них широко раскрытыми глазами.

Просыпаться под действием сильнодействующего стимулятора — это довольно пакостно. Потеря ориентации и головная боль, вкупе с яростным желанием разодрать собственную кожу, чтобы снова научиться дышать, и это только малая часть бурных симптомов действия наркотика.

Пройдет не меньше пяти минут, прежде чем девушка снова начнет нормально соображать. Заглянув в глаза Джек, Ник от досады проскрипел зубами. Когда ее отпустит, корабль может превратиться в тлеющий уголек.

— Джек, успокойся, ты в безопасности, — даже если Экс и хотел произнести эти слова по-свойски, как обращаются к близкому другу, то голосовой модуль Гета сыграл с ним злую шутку.

Ник даже не успел открыть от удивления рот, в ответ на грандиозный промах синтетика. Вместо того, чтобы успокоится, девушка немедля применила против Экса устрашающе мощный биотический толчок. Бедолагу мгновенно швырнуло к самой дальней стене медицинского отсека, звучно впечатав того в здоровенный шкаф, после чего оттуда посыпались какие-то пластиковые коробки и другие бьющиеся предметы.

В такой ситуации лучше действовать на опережение. Ник быстро поднял руки вверх и виновато улыбнулся. Пока биотик в таком подвешенном состоянии ее лучше не злить.

— Где я, твою мать?!

— Среди друзей.

— Как я здесь оказалась?

— Причин несколько, с чего начать, мадам?

— Мадам, пф…не шути со мной, приятель! — рявкнула Джек и не отрывая глаз от Николаса, медленно сползла с больничной койки, неуверенно встав на ноги. — Где тут выход?

— Налево и прямо, там, где мигает симпатичная табличка с надписью — выход. Чудесный шрифт, что ни говори.

— Стой здесь! И не вздумай дергаться, иначе убью!

— Конечно, мэм!

Ник ненавидел дерьмовые расклады, где приходиться уповать на волю случая. Хотя, почти все его начинания сводились в одну точку, где оставались лишь одни дерьмовые расклады. Еще и Экс подлил масла в огонь выдавив из себя синтетическую речь. Нику в этой ситуации оставалось только одно — прикинуться дурачком и уповать на крайнее нестабильное состояние Джек, пребывая в котором, голове крайне тяжело трезво оценивать ситуацию. Дурачков бить плохо — им и без оплеух живется плохо.

Часто и хрипло дыша, одной рукой придерживая голову, девушка развернулась к нему спиной и пошатываясь, поковыляла к выходу. Ей нужно дать спокойно уйти. Время идет и уже скоро с ней можно будет нормально поговорить.

Прежде чем скрыться за дверью, Джек остановилась всего раз. Несколько секунду постояла, оперившись на спинку койки, на которой лежала Ария Т’Лоак. Ник немного испугался за азари, но в конце концов, девушка не придумала ничего лучше, чем махнуть рукой на мирно спящую бывшую соперницу и двинулась дальше.

Когда дверь медицинского отсека закрылась вслед за ушедшей восвояси Джек, Ник облегченно выдохнул. Он получил минутную передышку. Подошел к шкафу, в котором ютился Экс и громко кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Можешь подать мне пузырек с верхней полки? Ох, что? Неужели всё разбилось?

— Завязывай, — буркнул Экс, продолжая неподвижно сидеть под завалом всякого медицинского добра. — Признаю — это мой косяк. Посижу тут ещё немного, покорю себя за длинный язык.

— Смотри не переусердствуй, иначе в голове дадут клина какие-нибудь контакты.

— Ты пойдёшь за ней или как?

Фыркнув в ответ, Ник направился к двери, в которой минуту назад скрылась Джек. Центральный коридор оказался пуст. Ни единого следа могущественного биотика. Ник закрыл глаза и прислушался к окружению. Но тут его ждала неудача, в помещениях корабля царствовала тишина.

«Куда же ты пропала, лысый птенчик?»

Дверь комнаты Хельги приоткрылась и из крохотной щелки показалась голова испуганного алхимика.

— Что это был за шум, Ник? Так и знала, что нельзя было тебя оставлять одного с пациентами!

«Пациенты, нормально так, заговорила. Как в старые добрые, когда работала в Цербере, правда, Хельга?»

Затем распахнулась еще одна дверь и в коридор вышла Тали. Женщины бегло переглянулись и теперь перед Ником появилась новая проблема, которую нужно срочно зарубить на корню.

— Стойте здесь и никуда не ходите!

— Ты ответишь мне или нет, Ник?

— Я сказал, стойте здесь и никуда не ходите, а лучше закройтесь в каютах и ждите сигнала!

— Какого еще сигнала? — вновь обеспокоенно спросила Хельга, но Ник сделал вид, что не слушал её.

Если Джек пошла в противоположную сторону, то коридор должен был вывести ее прямиком в рубку. Это уже плохо. Ник трусцой засеменил туда, где должен бы крепко спать Мохнарылый. Если Лысик уже там, то при виде нее Михаил от испуга мог и в штаны наложить.

— Так это ты капитан этого суденышка?! — рявкнул знакомый голос, не успел Ник перейти через порог рубки. — Прикинулся дурачком, значит? Зачем я понадобилась вам, отвечай, быстро!

В рубке и правда образовалась гнетущая атмосфера. Одной рукой Джек сжимала пистолет, а другой она плотно прижимала к себе Мохнарылого применив против того захват шеи.

«Но откуда у нее взялся пистолет?»

Ник пригляделся к рукояти и обнаружил на ней знакомую гравировку.

— Зачем ты стащил из моего арсенала долбанный пистолет?! Мне хватает синтетика, который вечно теряет или ломает оружие! Так теперь и ты присоединился к компании рукожопых?!

— Эй! Ты ничего не перепутал, капитан?! Твой пилот в шаге от того, чтобы отправиться на тот свет, а тебе интересно почему он стащил гребаный пистолет?!

— Если бы он не выкрал его, то этот Мохнарылый говнюк не давился бы сейчас слюной. Кстати, ослабь немного хватку, иначе и пистолет не понадобиться, ты его просто задушишь.

— С какой стати мне отпускать этого кретина?

— Потому что он здесь единственный пилот дура!

— Кому ты сейчас нахрен сказал?! — вопросила Джек с такой озлобленностью в голосе, отчего татуировки на ее теле разом побагровели.

— А кому по-твоему?! Тут поблизости больше дур нет!

Нужный эффект был достигнут. Она отпустила Мохнарылого, брезгливо отшвырнув того на сиденье пилота. Михаил, жадно глотая ртом воздух, запнулся о комингс своего кресла и неуклюже рухнул на мягкую обшивку, повиснув животом на подлокотниках.

Через короткое мгновенье дуло пистолета упиралось в грудь Ника. Впрочем, залившись румянцем от злости и негодования, Джек стрелять не спешила.

— Кто вы такие? Отвечай внятно и без вывертов — это твой последний шанс остаться в живых!

— У меня встречное предложение, — причмокнув, сказал Ник и вытащил из кармана брюк, мятную жвачку, пару подушечек закинул себе в рот, а затем вежливо протянул опустевшую на треть пачку даме. — Я хочу предложить тебе работу.

— Настолько дерзкого человека, я встречаю впервые, — усмехнувшись, приняла подарок Джек и испробовав мятный вкус жевательной резинки, блаженно улыбнулась. — Обалдеть, как вкусно.

— Лучшее лекарство от похмелья, вызванного стимуляторами.

— Ладно, паршивец, — фыркнула Джек и опустив пистолет, хитро прищурившись, спросила, — Чем ты будешь мне платить?

— Проси все что душе угодно. Я в лепешку разобьюсь, но выполню любую просьбу.

***

Неделю спустя.

Цитадель.

Впервые за несколько месяцев, она осталась совершенно одна. На чужом корабле и со странным пожеланием мужчины из числа людей.

Люди. За время, что Тали провела на борту Нормандии, она в корне изменила отношения к отпрыскам человечества. В ее глазах они проделали метаморфозу от спесивых и высокомерных глупцов до отважных и благородных воинов. Пусть экипаж Нормандии в основном состоял из элитных представителей своего вида, но это не помешало Тали переосмыслить суждение о человечестве в целом.

И она до ужаса боялась подобных мыслей. Ведь если она согласилась изменить отношение к одному из устоявшихся столпов ее познаний о других народах, то это могло подтолкнуть к следующему шагу и пошатнуть видение о мире в целом.

Каждый Кварианец с раннего детства знает, что такое зло. Оно холодное и бескомпромиссное. Оно свирепое и бесчувственное. Оно едва не уничтожило ее расу, отчего вынудило горстку выживших покинуть родной мир. И сама Тали, как только покинула Мигрирующий флот боролась с ним по мере своих скромных сил. А когда она присоединилась к Шепарду, то приняла участие во многих битвах против синтетического проклятия Галактики, созданного руками древних сородичей.

Геты — это полная противоположность кварианцев, и последние не могут надеяться на спасение, пока продолжают существовать первые. Тали хорошо знала, чем заканчиваются ошибки и легкие послабления в жестких условиях борьбы за выживание. На корабль можно занести вирус и подвергнуть опасности всю команду. Так умерла ее мать, так погибли многие кварианцы во флотилии Мигрирующего флота. Одна ошибка ведет к гибели и никак иначе. Но судьба преподнесла ей выбор.

Сидя на массивном контейнере и ожидая ответа диспетчера, Тали в очередной раз посмотрела на дисплей своего коммуникатора. Во внутреннем хранилище устройства хранилась папка с двумя разными архивами данных. Один из них ей передал Шепард после посещения планеты Солкрум, а второй она получила от наемника по имени Николас Мур. Два обычных файла, но так много мороки.

Уже несколько дней Тали не могла спокойно спать. Она чувствовала, что встала на пороге самого сложного выбора в своей жизни. И если до событий на «Омеге» Тали точно знала по какому пути пойдет, то теперь в её душе зароились сомнения. И как бы это не выглядело, смешно и прискорбно одновременно виной всему стал — Гет. Тот самый синтетический организм, которого наемники увезли с заброшенного комплекса на Алкере.

Посреди разразившегося на «Омеге» ада, когда повсюду стали появляться монстры и гремели всепожирающие взрывы, единственный кто пришел к ней на помощь — был гет. В тот день кроме нее он спас Николаса Мура и Арию Т’Лоак. В тот самый день, она наплевала на гордость и сказала ему — «Спасибо». Тали обхватила себя руками, почувствовав, как по телу пробежала дрожь. Так происходило каждый раз, когда она вспоминала самый глупый поступок в своей жизни.

Ведь геты — это враги. Им чуждо все живое. Они синтетики — машины, что едва не уничтожили ее род. Тали гнала подальше мысли о том, что могла изменить свое мнение по отношению к этим бездушным железякам. Пусть и всего к одному гету. Всего одной мобильной платформе, которой она сказала одно короткое слово — «Спасибо». Но что, если данные из архива Алкеры содержат опасные знания? Что если они откроют ей страшную тайну, от знания которой её жизнь навсегда измениться?

Тали легонько коснулась панели управления коммуникатора и выбрала архив с опасной информацией. Она могла его удалить. Всего одним нажатием стереть раз и навсегда. Может именно это ей необходимо сделать, чтобы сбросить с плеч тяжкий груз и вновь обрести себя. Вновь стать той Тали, которая была бескомпромиссна к синтетикам и при встрече с ними немедля вступала с ними в битву.

Она легко могла удалить злополучный файл. Тали почти собралась с духом, но ей не хватило всего одного нажатия. Экран моргнул и вывел сообщение о входящем сигнале от командора Шепарда. Спектр интересовался, все ли с ней в порядке и удачно ли она добралась до Цитадели, а в конце короткого сообщения он попросил её, как можно быстрее покончить с делами и явиться на Нормандию.

Улыбнувшись, глядя в экран и совершенно позабыв о наболевшем, она выключила коммуникатор. Тали соскучилась: по Нормандии, по волевому голосу Шепарда и по практически бесшумной силовой установке передового корабля Альянса. Это было время удивительных открытий и наверняка каждый кварианец мечтал бы осуществить подобное паломничество.

Невероятное приключение, которое, к сожалению, еще не закончилось. Его результатом мог стать один из тех злополучных архивов данных. Вот только один из них еще предстояло расшифровать, а на это могли уйти годы тяжелых трудов. Именно этот факт терзал Тали изнутри. До «Омеги», она думала, что нашла нечто важное, благодаря чему могла достойно вернуться домой и завершить паломничество. Но перспектива получить полезную информацию, отнюдь не является ценностью здесь и сейчас. Особенно если есть иной путь, который гораздо быстрее и намного проще.

Трель коммуникатора вновь вернула Тали из облаков раздумий. На линии был диспетчер доков.

— Простите, что заставила ждать, — деликатным тоном, произнесла девушка и помедлив, добавила: — вы получили разрешение на прохождение таможенного контроля. Можете покинуть судно, вас уже ожидают инспектора соответствующих служб.

— Благодарю, — коротко ответила ей Тали, лениво поднимаясь на ноги.

— А вы правда подруга Шепарда? — волнительным шепотом спросила диспетчер, явно превышая свои полномочия. — Вы можете попросить его дать автограф? Он невероятно популярен и мои…

У Тали отсутствовало желание продолжать разговор, и она небрежным движением прервала связь. Впереди предстоял еще путь до Шин Акиба и учитывая багаж, ее миссия выйдет нелегкой.

Когда Тали покидала общество наемников, Николас Мур вручил ей огромный контейнер со всяким барахлом, который весил не меньше тонны, а в придачу к нему еще и рюкзак со странным содержимым. Искусственным растением, и по какой-то причине этот цветок был посажен в тяжелый горшок, наполненный до краев сырой землей. Причудливым желанием Николаса, стала доставка данного чуда в торговый район людей. Одним из условий их договора стала интересная деталь. Тали не должна была снимать со своих плеч невероятно ценный груз.

С трудом водрузив тяжеленный рюкзак на плечи, Тали кряхтя и мысленно проклиная свою излишнюю доверчивость, поочередно застегнула дополнительные крепления между лямками. Затем немного потоптавшись на месте, оценив ношу и собственные силы, пришла к выводу, что если будет двигаться без задержек, то всё-таки сможет выполнить издевательскую просьбу Николаса и не упасть, что привело бы к позорному чувству стыда.

Метнув прощальный взгляд на тесное пространство грузового трюма челнока торговцев, Тали подошла к панели управления шлюзом. Потянула за ржавый рычаг и секции выхода со скрипучим звуком стали отползать по сторонам. Она уже позабыла до чего же красиво внутри огромной «Цитадели». Тут не жмет потолок и поднимая взгляд наверх, запросто могла закружиться голова.

Вот только в доках Цитадели, оказалось довольно пусто и всласть налюбоваться новой обстановкой у нее не получилось. Тали еще отчетливо помнила те времена, когда в таких местах было не протолкнуться. Нападение Сарена внесло свои коррективы в привычный уклад огромной станции. Теперь стражи порядка тщательно следят за всеми, кто пытается попасть на вверенную им территорию.

К Тали подошли трое: хмурый Турианец, уткнувшийся в свой интсрументрон саларианец и человек с багровыми от недосыпа мешками под глазами.

— Цель визита? — крепко зевнув спросил человек и поправил фуражку с выгравированным на ней значком СБЦ.

Тали не успела даже открыть рот, за нее предпочел ответить саларианец:

— Учитывая влияние вашего покровителя, примите наши глубочайшие извинения, но устав требует от нас задать несколько простых вопросов. Надеюсь, вы уделите нам на них время?

— Если так нужно, то да, — робко ответила Тали, покосившись на четверку рабочих, что двигались к челноку, видимо для того, чтобы выгрузить оттуда контейнер.

— Цель вашего визита?

— Передать посылку и навестить друга.

— Хорошо, а можно узнать какой именно у вас груз?

— Может просто отстанем от нее и дадим этой кварианке пройти? Разве вы не понимаете куда суете нос? — неожиданно спросил своих коллег человек, нервно почесывая затылок. — Начальство с нас потом три шкуры спустит.

Все трое разом посмотрели на Тали и каждый из них выдал по одному интересному наблюдению:

— Служба пути уже просканировала ее корабль на предмет запрещенных к ввозу веществ и дала зеленый свет.

— Сам спектр заручился за нее.

— Она не похожа на того, кто доставит проблем, — подытожил саларианец и продолжая работать уткнувшись в инструментрон, добавил. — Мы можем поспособствовать доставке вашего груза в любую точку Цитадели, только скажите куда именно его нужно доставить.

— Это обязательно? Я хотела сделать это лично.

— Хм, интересно, но, впрочем, неважно, — кивнув проговорил таможенник и ввел несколько команд на своем инструметроне. — Скоро прибудет транспорт, поэтому я оставлю бригаду грузчиков до конца вашего пребывания на территории доков.

— Ну, и правильно все равно они бездельем маются, — охотно согласился человек, переключившись с затылка на потирание щек, поросших густой щетиной. — Кучно пошло. Сначала нападение гетов, а теперь чертовщина с «Омегой». Такими темпами мы будем жрать только белковую кашу, что любезно дарует нам Цитадель.

— Вы только посмотрите, кто к нам пожаловал! — взволнованно воскликнул турианец махнув рукой на пешеходную дорожку.

Тали перевала взгляд в указанную точку и увидела быстро приближающихся к ним три величественные фигуры одетых в массивную боевую броню. Черное одеяние сильно выделялось на фоне более ярких и нейтральных красок, которыми были покрыты доки. Поэтому эта группа лиц привлекла внимание всех присутствующих, включая запыхавшихся рабочих, что с трудом вынесли контейнер из челнока, принадлежавшего торговцам. Грузчики начали громко перешептываться и осторожно тыкать пальцами в сторону быстро приближающихся бойцов.

— Кто это? — взволновано спросила Тали у саларианца.

— Гвардейцы Совета — недавно созданная военизированная структура. Сродни спектрам, эти бойцы наделены вседозволенностью, а именно — ничем неограниченной властью. Мы — административный ресурс Цитадели, обязаны выполнять любую их прихоть.

Тали задумалась. Эти бойцы внушали ей страх. Громоздкие костюмы скрывали фигуры своих владельцев, отчего было невозможно определить к какой расе принадлежит каждый из вновь прибывших. Но сами движения выделялись легкостью и проворностью, словно бойцы были облачены не в тяжелую броню, а в какой-нибудь тренировочный костюм.

— Извините за внезапное вторжение, — принес извинения главный из подошедших гвардейцев с красной эмблемой на плечах. — Разрешите представиться, капитан гвардейцев — Брок.

— По какому поводу, уважаемые гвардейцы решили посетить пустующие доки? Тут видится, опасности для безопасности Совета в ближайшее время не предвидится. Турпоток под запретом, товарооборот упал до исторического минимума, а единичные случаи гостей, можно уместить на пальцах одной руки.

— Мы понимаем весь накал сложившейся ситуации и, полагаю, Совет в ближайшем будущем откроет порты станции для всех желающих, — утонченным голосом оратора, донеслось из закрытого забрала шлема капитана гвардейцев. — Но пока обстановка продолжает оставаться под покровом неопределенности, нам всем нужно соблюдать спокойствие и выполнять поставленные перед нами задачи.

— И какова ваша цель визита?

— Сопроводить уважаемую представительницу кварианцев до Президиума, где ее ожидает встреча с представителями Совета, — коротко ответил человеку, капитан гвардейцев.

— А её спросить вы не собираетесь? — встряла в разговор Тали, почувствовал нервозный укол между лопаток.

— Не волнуйтесь, Тали’Зора, в наши задачи входит не только сопровождение, но и помощь с грузом. Мы слышали, что перед встречей с Шепардом, вы планировали посетить торговый район людей, верно?

От вопроса капитана гвардейцев у Тали заметно подкосились ноги, отчего она с трудом смогла сохранить равновесие.

— Похоже, девушка не горит желанием, чтобы вы составляли ей компанию, — резонно заметил человек, и нахмурившись, сложил руки на груди.

— Для всех будет лучше, если девушка примет нашу помощь и добровольно пойдет с нами, — умиротворенно-спокойный тон капитана, ни капельки не помог разрядить напряженную обстановку. — В противном случае, она станет подозреваемой по делу о разрушении станции «Омега», а вам всем будет грозить немалое взыскание с последующим увольнением со службы. Учитывая эти факты, вы готовы продолжать словесную перепалку или будем считать, что наш конфликт исчерпан?

На поставленный вопрос капитана гвардейцев никто не ответил. Представители таможни и СБЦ, молча отошли от Тали, словно от прокаженной, и поспешили ретироваться подальше, чуть ли не бегом отправившись в противоположную от выхода сторону. Это был плохой знак.

— Повторюсь, не стоит волноваться и тем более, пытаться оказывать нам сопротивление, — Брок по-приятельски коснулся ладонью плеча Тали и произнес, — если пойдешь на сотрудничество, то останешься в живых, а иначе умрешь, так быстро, что пикнуть не успеешь.

Мимолетное прикосновение, не смотря на защитный костюм, одарило ее кожу жаром, словно к плечу поднесли горячий металлическим прут. Она хотела воспротивиться, но на нее резко накатило чувство усталости и бессилия. Капитан подхватил ее под руки, а другие двое, на удивление легко, словно картонную коробку, взяли контейнер и направились к ближайшему лифту. Весь путь прошли молча и без малейшего промедления.

Оказавшись внутри грузового лифта, гвардейцы склонились над контейнером. По-варварски сорвали пломбу, которую установил Николас и принялись копошиться в содержимом. Шлем Брока, тем временем был устремлен на Тали. Это давило, словно пожирало её изнутри. Страх за собственную жизнь вгрызался в разум девушки до такой степени, отчего она была готова сжаться в маленький комочек и заплакать.

— Не стоит так нервничать, если будете идти на сотрудничество, то вам ничего не грозит, — словно прочитав ход ее мыслей, произнес капитан гвардейцев. — Кстати, хочу заметить, высадиться в трех разных секторах, довольно изобретательно. Но мы обязательно допросим каждого из ваших новых приятелей, будьте уверены в этом. Сейчас меня интересует то, что у вас хранится в рюкзаке. Что же это?

— Растение. Искусственный цветок и горшок под него.

— Какое забавное увлечение у майора Мура, не правда ли? — весело хмыкнув, спросил Брок. — Мы уже сканировали ваше транспортное средство и не нашли присутствия в нем образца — Экс. Два. Ноль. Сорок. Но на всякий случай по протоколу требуется провести дополнительную проверку, поэтому разрешите посмотреть на цветок, находящийся в вашем рюкзаке.

Тали, сгорбившись, сглотнула комок, подступивший к горлу, и без колебаний принялась расстегивать страховочные замки на лямках рюкзака. Она уже порядком устала носить его на спине и с покорностью согласилась выполнить просьбу капитана гвардейцев. Но когда оставался последний застегнутый замок, один из его подчиненных, что усердно рылся в контейнере, резко выпрямился и громко гаркнул. У него в руке болтались две металлические ноги по всей видимости когда-то принадлежавшие Гету. Брок завидев интересную находку, повернулся к панели лифта и нажал на кнопку стоп.

Ровно этот момент начался хаос. Последующие секунды потянулись для Тали, настолько медленно, словно время обрело вид вялотекущего желе. И повлияло на это — не действие Брока или неожиданная находка гвардейца. Вовсе нет. Причиной внезапной метаморфозы со временем стал Гет по имени Экс.

Груз на плечах Тали пришел в движение. Сперва она подумала, что это выпал цветок, проделав под своим весом дыру в рюкзаке. Но искусственные цветки не умеют опираться на плечи, чтобы, оттолкнувшись от них, пуститься в полет. Гет совершил в воздухе один полный оборот вокруг себя, прежде чем добрался до контейнера. Следующим движением он с легкостью выхватил из рук оторопевшего гвардейца недостающие ноги и громко заявил:

— Это моё!

Затем оттолкнувшись от контейнера свободной рукой, Гет перекатился по открытой крышке и шумно шлепнулся с противоположной стороны железного ящика. Он ушёл из поля зрения гвардейцев, впрочем, как и Тали. Бойцы вышли из оцепенения быстро, и синхронно открыли огонь из штурмовых винтовок целясь по дальней крышке контейнера, пытаясь проделать там дыру, чтобы достать прыткого Гета.

Идти на сближение отчего-то не решались и палили без перерыва, доведя груз до такой степени, что тот стал походить на решето. От выстрелов в лифте поднялась пыль, вместе с мелкими частицами металла и краски. Когда их винтовки издали звук перегрева, Тали почувствовала болезненное прикосновение Брока. Капитан одной рукой крепко схватил ее за локоть, а другой, вытянул пистолет в сторону Гета, тем самым, прикрывая своих подчиненных, пока их винтовки снова не смогут стрелять.

В этот момент из своего укрытия выпрыгнул Гет. Но Брок ожидал его появления и среагировал молниеносно. С силой пнул ногой контейнер, прижав ящик к противоположной стороне лифта, удачно придавив ствол винтовки Гета, которую он не успел вытащить из своего укрытия. Теперь капитану гвардейцев оставалось лишь метко выстрелить, чтобы убить прыгучего синтетика, который сидя на контейнере, делал отчаянные попытки выдернуть оружие из ловушки.

Снова перед Тали встал выбор. Она могла просто закрыть на Экса глаза и дать Гету умереть, либо помочь ему, но тем самым пойти против бойцов Совета. Первый вариант был до ужаса простой. Ей для этого ничего не нужно было делать. Гвардейцы убьют Гета, а затем…

Что они потом сделают с ней? Воображение Тали быстро обрисовало картину, где ее будут ждать суровые последствия. Ведь именно она пронесла Экса на своих плечах в лоно Цитадели. Если не сказать, чего похуже — Тали могут убить прямо здесь и сейчас. Выстрелив ей в лоб следующим выстрелом после того, как пристрелят Гета.

Тали дернулась в сторону. Находясь в кураже от собственного превосходства, капитан гвардейцев ослабил хватку и позволил ей выбраться из крепкого захвата. Тали врезалась плечом в вытянутую руку Брока и пули уготованные Эксу попали в щит одного из гвардейцев. Кинетическое поле, укрывающее бойца, заявило о себе блеклым свечением. Значит, второй тоже был скрыт щитом. Пользуясь заминкой Брока, Тали активировала инструментрон и ударила перегрузкой по второму гвардейцу.

Большего Брок ей сделать не дал. Капитан гвардейцев швырнул ее к стене лифта и обхватив мощной хваткой шею, принялся сжимать пальцы, намереваясь задушить. Тали пыталась вырваться, но силы были неравны. В порыве борьбы, она покосилась на Экса. Теперь ее жизнь снова находилась в синтетических руках.

Гет в отличии от гвардейцев не мешкал. Он снова прыгнул и в прыжке оттолкнувшись от стенки лифта, метнулся к тому гвардейцу в которого Тали ударила перегрузкой. Установленная на штатное место, нога синтетика врезалась в защитное забрало гвардейца. Черный материал с треском лопнул и пустил стопу робота к мягким тканям. На шлем Тали что-то капнуло. Хватка Брока сжималась все сильней и у нее в глазах начинало темнеть.

Второго противника Экс ликвидировал, одолжив винтовку у убитого им секундой ранее гвардейца. Его реакции можно было позавидовать. Тали никогда в жизни не встречала настолько проворных Гетов. Он двигался, как профессиональный боец, словно и не был топорным синтетиком.

Когда он добрался до Брока, Тали уже с трудом удерживала сознание, чтобы не погрузиться в сон. Экс неестественно вывернул руку капитана, которой тот неуклюже орудовал пистолетом, пытаясь его застрелить. Брок выбрал наименьшее из зол и отпустил Тали. Оттолкнул Экса локтем, а зетам ударил его в корпус, повалил синтетика на контейнер. Удары посыпались один за другим, не давая синтетику и намека на передышку.

Тяжело дыша, Тали приподнялась, и увидела рядом с собой выроненный Броком пистолет. Обессиленная, она чувствовала себя улиткой, крохотным моллюском, каких полно ползает на Земле. Впервые увидев это существо в одном из познавательных фильмах на корабле наёмников, оно показалось ей потешным. Теперь же сама Тали со стороны выглядела ничем ни лучше.

Ухватившись за рукоять дрожащей рукой, Тали борясь с чувством усталости, подняла пистолет и выстрелила в спину Брока. Если бы она промедлила, то ее скромных сил могло не хватить и она упустила бы шанс помочь Эксу, уронив оружие обратно на пол.

Прикрыв на мгновение глаза, она и не заметила, как оказалась на раскуроченном контейнере. Гет посадил ее туда. И пока он складывал тела гвардейцев в дальний от входа угол, Тали пыталась одержать верх в неравной схватке с накатившим на нее изнеможением. Голова раскалывалась на части, а шея болела так, словно ее пытались не задушить, а скорее обезглавить. Когда же рябь в глазах отступила, и она смогла нормализовать дыхание, то перед ней сразу возник Экс.

— Ты в порядке?

— Я…ты реально умеешь говорить? — удивленно выдавила Тали, переварив тот факт, что гет задал ей вопрос.

Прежде чем ответить, он коротко пожал плечами.

— Николас попросил меня особо не распространяться на остальную команду, пока не придет время. Думаю, теперь это уже не имеет значение. Нужно вновь включить лифт и продолжить путь наверх.

— Что с нами теперь будет?

— Ты отправишься на Нормандию, а я попробую выручить людей, которые в будущем станут спасителями нашей Галактики.

Глава 15

Два дня назад

Фрегат «Эндшпиль».

Николас обвел взглядом собравшихся в кают-компании. Большинство лиц встретило его тяжелый взгляд с пониманием и предельной сосредоточенностью. Каждый отдавал себе отчет, что их поджидало при подлете к «Цитадели». Оно и понятно, инфополе лихорадило. Экстранет напоминал кипящий масляный котел. Любая новость, покидающая пределы станции сопровождалась паническим настроением и неприкрытой истерией. В умах жителей «Цитадели» специально разжигали страх. Корни этого контролируемого хаоса вели к Совету. Лидеры станции опасались повторения того, что случилось на «Омеге». Николас кашлянул, прочистив горло, и положив руки на блестящий стол, громко произнес:

— Итак, все готовы слушать?!

— Излагай уже, — усердно потирая виски, ответила Ария и раздраженно закатив глаза, добавила, — мы уже полчаса здесь сидим.

Николас тяжело вздохнул и устало покачал головой. Он не спал уже больше трёх суток. Ноги налились свинцом, а мысли беспорядочно путались, поэтому ему требовалось время, чтобы сконцентрироваться. К тому же ему мешали внешние раздражители. Ария, играя с пустым стаканом, тарабанила донышком об стол, создавая крайне неприятные звуки, которые пульсирующей болью отзывались в висках. Этой дамочке пора было завязывать пить.

— Цитадель закрыта для посещений, за исключением специально приглашенных лиц или ключевых политических фигур. Ария, ты должна будешь связаться с судами богатеньких беженцев, что покинули системы Терминуса после уничтожения «Омеги». Их собралась целая флотилия на рейде близ станции. Выторгуй у них два посредственных суденышка. На первом полетит Тали и всякий груз, который раньше принадлежал «Синим светилам» и храниться в закромах этого корабля. Этим мы погасим часть наших расходов. Ну, а на втором полетишь ты вместе с Михаилом и Джек.

— Появились причины, по которым нам нужно разделиться? — спросила Ария вылив остатки из бутылки, наполнив стакан всего на треть. — Меня интересуют ответы, которые обещал дать мне гет. Чем меня порадуете?

Прежде чем ответить, Николас покосился на Тали. После слов Арии кварианка встрепенулась и пододвинулась ближе к круглому столу. Эта Азари умеет создавать проблемы на пустом месте.

— Нет, дорогуша, как видишь, мы зря слетали туда.

— Ага, а гет отсутствует на нашем миленьком собрании по причине, кхм…какой же именно причине, не ответишь, Николас? — спросила Ария и ядовито улыбнувшись, залпом осушила содержимое стакана. — Хотя, буду честна, мне абсолютно наплевать на ваши дела. Моя империя разрушена, карманы пусты, а все лояльные отморозки, которые приносили пользу и не хотели меня убить, мертвы. Теперь единственная надежда — «Цитадель». Советница, моя должница, поэтому ей придется вернуть мне сраный долг.

— Ты всё сказала? — огрызнулась Джек, злобно поиграв скулами.

— Новый ручной зверек, Николаса, решил подать голос? — презрительно фыркнув спросил Ария и крепко сжала горлышко бутылки, отчего стекло издало глухой треск. — Хочешь взять реванш, куколка?

Николас хотел вмешаться, чтобы прекратить очередной виток противостояния двух неуравновешенных биотиков, но его остановил Михаил. Мохнарылый впился холодной рукой в его куртку и начал трясти, словно маленький ребёнок.

— Ник, ты чего начал то? Мы же нормально с тобой ладили. Ответь, старому другу, зачем мне лететь с этими женщинами? Может я останусь на этом корабле, и мы долетим вместе? Ты же не сможешь посадить эту посудину самостоятельно, верно?

— Как-нибудь разберусь, Мохнарылый, отцепись уже.

— Ладно, босс, если так нельзя, то можно я полечу с Тали? Я помогу ей отгрузить барахло? Там дел-то всего-ничего, даже я справлюсь с этим.

— Мохнарылый, ты полетишь с Арией и Джек, точка! — зло выкрикнул Ник и ударил по дрожащей руке Михаила.

— Хватит! Ты совсем сбрендил?! Как я полечу с этими сумасшедшими бабами?!

После выкрика Михаила кают-компания словно оказалась в безмолвном глазе урагана. Назревающая буря между Арией и Джек сошла на нет. Женщины отпрянули друг от друга. Плохой мальчик по прозвищу Михаил, посмел всего одной фразой перейти дорогу им обеим, и ненароком стать их общим врагом.

На Михаила было больно смотреть. Он внезапно подхватил косоглазие, ибо старался усмотреть одновременно за двумя гневными биотиками, которые не намеревались прощать наглому бородачу его опрометчивую выходку. Ария потянулась, её позвонки звучно хрустнули, а Джек, сложив пальцы в замочек, вытянула их перед собой до треска в сухожилиях.

Николас вновь устало покачал головой и направился к выходу. Собрание превращалось в банальную склоку, а он не имел привычки тратить время на безнадежные занятия.

— Ник, куда ты?! Не оставляй меня здесь одного! — умоляющим тоном крикнул Мохнарылый ему вслед. — Пожалуйста, дружище, остановись!

Ник остановился. Избегая слезных глаз Мохнарылого, он посмотрел на Хельгу, которая будто в трансе нервозно покусывала ногти на руках. До сих пор он сторонился ее, и теперь понял почему. Женщина, которую он хотел уберечь от столкновения с тяжелой действительностью, на полном ходу врезалась в стену из лжи и предательства. Главным злодеем для этой милой девушки был именно он.

Он двинулся дальше и с каждым проделанным шагом увеличивал темп. Прежде чем отправиться в каюту и прилечь, чтобы вздремнуть хотя бы несколько часов, предстояло решить одно срочное дело.

Трюм «Эндшпиля», корабля, который они позаимствовали у «Синих светил» встретил его полумраком. Тот, кто ждал его появления не нуждался в ярком освещении, он сам походил на фонарик. Стянув с одного из ящиков полотно черного тента, Ник подмигнул Эксу. Может он и ошибся, гет с отсутствующими ногами, был похож на громоздкую настольную лампу.

— Не скучал?

— Ты хочешь знать честный ответ? — спросил в ответ гет и издал звук скрежета шестеренок. — Ваш запрос обрабатывается, пожалуйста ждите…

— Ой, да ладно, я же просто спросил.

— Ты уверен, что это будет правильно?

— Что именно?

— Мы могли бы присоединиться к какой-нибудь группе торговцев или использовать любой другой метод.

— Служба безопасности цитадели тщательно проверяет каждый корабль, что садится в её доках, — устало зевнув, сказал Ник и положил рядом с гетом большой рюкзак. — Я уже обдумал все варианты вместо тебя. Дружище, ты полетишь с Тали в этом удобном саквояже, что изготовлен из очень крутого материала, через плотный материал которого, невозможно ничегошеньки просканировать. Кварианка доставит тебя к моему хорошему знакомому. Он поможет тебе освоится на Цитадели. Дальше смотри сам. Попробуй объединиться с собой из прошлого…или настоящего…черт, короче с Шепардом. И вместе с ним спасайте Галактику.

— Твой голос выдает тебя.

— Ты что, психотерапевт?

— Не пытайся объять необъятное. Я уже пытался так сделать и посмотри к чему это привело, — нарочито процедил гет и не спеша залез в предоставленный Николасом рюкзак. — Наш враг далеко не так прост и наверняка сделает свой ход, когда мы достигнем Цитадели.

— Ты знаешь, на чем стоят герои, вроде тебя? История говорит, что это обычная твердая земля, но это далеко не так. Герои, побеждая грозных врагов упираются ногами в твердый грунт.

— Вздумал надо мной шутить?

— Это метафора, мой железный друг. Ты мне рассказал про войну со Жнецами и лишь косвенно упомянул о тех людях, которые приняли основной удар на себя. Старик один из них. Хакет не обычный человек — он настоящая скала. Без него, твои злобные и ужасные машины уничтожат людей в мгновение ока. И сейчас он в опасности. Выродки из администрации Альянса вместе с полоумным Советником Доннелом Удиной, допустили промах, когда заставили его посетить Цитадель.

— Повторюсь, не пытайся спасти всех, Николас. Не повторяй моих ошибок…

— Старик, он мне как отец, пойми, наконец, гребенная ты железяка! Я пойду на все, чтобы спасти его. Даже на смерть…

Увлекшись спором с Эксом, Николас не сразу заметил, как в трюм корабля пришла Хельга. Краем глаза уловив посторонние движения, он быстро закрыл толстую молнию рюкзака и налепил поверх нее пломбировочную ленту. После запечатывания Экса на душе сразу полегчало.

— Ник, нам нужно поговорить, — робко произнесла Хельга и приобняв его, осторожно прикоснулась к груди Ника. — Во-первых, прости меня. Я полная дура. Ты столько для меня сделал, а я…

— Не смей винить себя, поняла! — сказал Ник и повернувшись к девушке крепко обнял ее. — Ты заслуживаешь гораздо больше, чем мотаться по далекому космосу в компании хронических неудачников. Когда мы окажемся в Цитадели, помнишь, что ты должна сделать?

Она коротко кивнула. По щекам Хельги текли слезы, а на лице сияла очаровательная улыбка.

— Чемодан под койкой, код — шесть, семь, пять. Внутри костюм, как только сядем на станции, сразу его надевай и жди, когда придет друг.

— Я помню, Николас, я все это хорошо запомнила, — с легкой долей возмущения, произнесла Хельга и поцеловала его в щёку. — Обещай мне, что с тобой ничего не случится! Пообещай мне, Николас…

— Обещаю, — соврал он в ответ.

«Цитадель»

Сейчас.

Когда еще был жив дед, то он рассказал Нику про одну довольно неудачную охоту. Ту самую, когда дедуля под толщей снега не заметил жуткую ловушку и едва не погиб. Несколько часов кряду неистовой борьбы со смертельной западней не прошли даром. Шрам на ноге вышел выдающимся, и по словам дедули, этот рубец, хорошо реагировал на погодные изменения, превратив деда в ходячий барометр. Страшный он был человек. Ходил на охоту с деревянным луком и парочкой стрел, прямо как в древние люди. Мораль сей басни проста, как два подбитых воробья — смотри под ноги, и не пялься в облака.

«Что же дедуля, влипать в неприятности — это у нас семейное, — подумал Ник, и вновь бросил взгляд на опущенный трап.

Спускаться не было никакого желания. Он нутром чуял, что ни к чему хорошему это не приведет. Там враждебная территория и инстинкт самосохранения беспрерывно бил в набат.

«Эх, жаль, что все никак не подворачивался случай, чтобы надеть эту форму.»

Специально ради посещения «Цитадели», он облачился в боевую броню, которую Николасу торжественно вручили после окончания череды бесконечных подготовительных курсов в академии Альянса. По прошествии пяти лет, шлем стал сильно натирать в области затылка и его пришлось оставить на корабле. Похоже, что эти годы не прошли впустую и Николас, наконец-то поумнел. Хотя ему самому верилось в это с трудом, ведь проще было поверить, что башка отупела настолько, что просто заплыла костным жиром.

А шлем бы ему сейчас пригодился. В нем была великолепная начинка с полным фаршем прошивок. Очень полезной кучей различных функций, как для боя, так и для сбора информации об окружении.

Невосполнимую утрату, Николас заменил кепкой с символикой альянса. Затертую и невзрачную, покрытую россыпью мелких дыр, словно по ней дали залп шрапнелью. Со стороны он наверняка выглядел изумительно.

Глубоко вздохнув, Ник начал медленный спуск вниз. В доках его встречали по-особому. Считай, как почетного посла молодой цивилизации, будто впервые посетившего огромную космическую станцию. Бойцы в крутом обвесе и внушительными пушками наперевес, терпеливо следили за его неуверенной походкой человека.

Черные высокорослые столбики напоминали забор. Прямо, как в огороде, который был у дедули. Отправившись на почетную пенсию, тот решил воплотить план своей молодости и отгрохал крепость. Так он обзывал своё деревенское домишко, жилую площадь в тридцать квадратных метров. Но размер для дедули не имел особого значения. Вокруг своего чудесного домика, он возвел изгородь под три метра высотой, обмотал ее колючей проволокой, а по ночам гонял по ней ток.

Хоть где-то дедуля шел в ногу со временем. Самое интересное было в том, что по утрам Николас частенько находил на изгороди тела мертвых птиц и другой мелкой живности, которая в поисках пропитания, по неосторожности посягала на закрытую территорию.

Для ребенка подобные виды противопоказаны. Но откуда маленькому Николасу было знать о таких важных мелочах? Возможно, все его беды с неустойчивой психикой и пошли с той самой поры, когда он провёл целое лето в гостях у деда.

Тем временем, Ник добрался до основания трапа и решил там остановиться. Как он и предполагал бойцы, закутанные в черные доспехи, окружили корабль и терпеливо следили за каждым его движением. Если бы не заочное знакомство, благодаря уцелевшей записи с базы «Синих светил», то Николас испытал при виде их искренне удивление.

Вместо этого он для проформы приоткрыл глаза чуть шире обычного и мотал головой, стараясь походить на глуповатого болванчика. Пусть лучше черные истуканы примут его за идиота, чем сразу посчитают источником угрозы

Шло время. Игра в молчанку неумолимо затягивалась. Николас ждал, когда ему выдвинут требования или какие-нибудь обвинения, но солдаты продолжали изображали молчаливых цельнометаллических колоссов. Жаль, Николас так и не решился спросить у своего деда, как тот смог перебороть капкан и остаться в живых. Старик помер, не дожив до конца лета, а самого Ника социальная служба сразу отправила в приют. Отчего этот вопрос так волновал Николаса, он понять не мог, но это помогало ему оставаться с холодной головой, глядя на грозных черных солдат.

Между тем, способ размежевать ситуацию нашелся сам. Палочка выручалочка вышла из пассажирского лифта в компании адъютанта из числа выпускников академии. Это были Хакет и его юный помощник. Они неспеша приблизились к кольцу солдат. Обменялись парой слов с самым высоким из громил. После чего наглухо закованные в броню ребята сняли оцепление и стали медленно рассасываться по пустым докам. Ник не понаслышке знал, что старик умеет разрешать самые безнадежные ситуации, но это походило уже на чертову магию.

«Неужели Хакет заделался боссом Цитадели?»

Первым делом Николас хотел задать именно этот вопрос, когда к нему подошел старик и его юный помощник. Но глядя на суровую физиономию Хакета у него пропало всякое желание шутить. Старик выглядел разочарованным. Прямо-таки прожигал взглядом потрепанную кепку.

— Когда же ты научишься следить за внешним видом? — голос у Хакета все такой же строгий и суровый, хоть что-то остается стабильным в этом дурдоме.

— Ну, в свое оправдание могу сказать, что в этом нет моей вины — это все проделки прожорливой моли, — виновато потупившись, выдавил из себя Ник.

— Младший сержант, — сказал Хакет, даже не посмотрев на юнца, — поменяйтесь головными уборами с Майором!

— Есть, сэр! — козырнул сержант и быстро стащив с головы свою кепку, замер в растерянности. — Майор, сэр! Позвольте поменяться с вами…

Ник ребенка не обидит. Он мило улыбнулся молодому солдату и произвел обмен кепками. Теперь Хакет выглядел более довольным. Конечно, все ещё строгим, но уже без испепеляющего прищура и гневной игрой желваками.

— Стюарт, оставь нас, нам с майором, нужно кое-что обсудить.

— Так точно! — вновь козырнул солдатик и поспешил скрыться прочь.

Изрядно поношенная кепка Ника смотрелась на мальце достаточно стильно, поэтому обмен даже пошел тому на пользу.

— Давно не виделись, сынок, — голос Хакета изменился до неузнаваемости, он произнес это с такой теплотой, словно Ник действительно был ему сыном. — У нас есть еще около двадцати минут, как насчет того, чтобы немного прогуляться?

Николас, оторопев не успел ответить на поставленный вопрос. Хакет начал движение без ожидания его согласия. Адмирал направился вдоль причальной стенки, оставив корабль, из которого вышел его приёмный сын за спиной. Ник медлил, провожая адмирала взглядом. Внутри корабля все еще находилась Хельга и он не знал наверняка, успела ли она переодеться в спецкостюм.

Здоровенные мракобесы определенно захотят тщательно обыскать судно, пока хозяин наслаждается легкой прогулкой. Но и медлить было тоже нельзя, адмирал четко дал понять, что у них на разговор имеется всего лишь двадцать минут. Он рванул вдогонку за адмиралом. Благо старик уже далеко не молод и нагнать его не составляло проблем.

— Как-то раз, ты говорил, что мечтаешь об отпуске, — ухмыльнувшись ответил Хакет, — Поздравляю, тебе представилась прекрасная возможность насладиться отдыхом на Земле. Офицерам высокого ранга, Альянс выделяет элитное жилье на морском побережье.

— Причина?

— Ты мальчик не глупый, попробуй сам ответить на этот вопрос.

— Хорошо, — стараясь держать себя в руках, гневно кивнул Ник. — Кто эти парни? Что-то не припомню, чтобы на Цитадели существовал отряд железных дровосеков.

— Гвардия Совета.

— Кто? — издав нервозный смешок, коротко спросил Николас.

— По слухам — это совместный проект турианцев и саларианцев. Одни предоставили живую силу, а другие внесли свой вклад, поделившись экспериментальными технологиями.

— Что?

— Учитывая сложившуюся обстановку внутри управляющих структур рас, главенствующих в Совете, вкупе с последними новостями из Систем Терминуса, никто особо не удивился введению дополнительных мер безопасности. Понимаешь, сынок, некоторые ключевые фигуры Альянса погибли при очень странных обстоятельствах, и подобные случаи стали зафиксироваться не только у нас. Грядут тяжелые времена, и чтобы сохранить репутацию, мы должны пойти на решительные меры.

— В чем меня обвиняют?

— Молодец, ведь можешь же быть смышленым, когда это необходимо, — улыбнувшись украдкой, произнес Хакет и тут же вновь стал серьезным, подобно каменной глыбе. — Один промах — это случайность, но два подряд, уже вызывают подозрения. Сначала появление на Алкере, а затем чудесное спасение из стремительно сгоревшей в пламени «Омеги». Кроме того, по неизвестной причине был уничтожен ретранслятор «Омега-4». Видишь ли, имеется крайне ретивый чиновник, который сложил два плюс два и вывел в главные подозреваемые именно тебя.

— Вот так новость! Какой-то придурок решил, что это я виноват в уничтожении древней станции и причем здесь ретранслятор?

— В данный момент, Совет готов сделать виновником в этих событиях кого угодно, лишь бы погасить панику. Советник Удина совместно с Шепардом, разработали стратегию взаимных послаблений, благодаря им, мне удалось вывести тебя из-под удара. Но обмен ты должен уйти на пенсия и выполнить несколько простых условий Спектра.

— Какие молодцы, — состроив кислую мину, процедил Николас и посмотрел в сторону корабля.

Часть гвардейцев спешила попасть внутрь. Жаль на Цитадели плохо чтут частную собственность, иначе закутанные с ног до головы в стальные доспехи, превратились в подгорелые стейки. Защитных функций у корабля хватило бы для этого с лихвой, но вот только последствия сожрали бы Николаса живьем.

Хельга должна была к этому моменту облачиться в костюм и включить режим мимикрии. Она девушка умная и обязательно справиться.

— Они сделали это не по своей прихоти. Я заранее убедил коллегию руководства Альянса, что тебе необходимо оказать помощь, Николас, — продолжал Хакет, задумчиво глядя вдаль, — Вся твоя деятельность за последние три года будет придана огласке, как доказательства твоей невиновности в сговоре с Сареном.

— Меня даже к этой истории приплели?!

— Верно. Для широкой общественности именно этот агрессор станет тем, кто уничтожил «Омегу». Версия будет такова, словно у Сарена заранее был предусмотрен план подрыва станции при помощи гетов и Коллекционеров. Это позволит расширить возможности конгломерата тех корпорации, что производят оружие и средства обороны. Враг, которого не остановила даже сама смерть, вселяет ужас и страх.

— Пока все боятся и прячутся под кроватью, Шепард и его команда, будут искать настоящую угрозу?

— Твой голос выдает тебя, Николас, — Хакет вновь применил навык взгляда, который пронизывал насквозь. — Иного пути нет, поэтому даже не думай, сделать глупость. Я пообещал твоему деду, что позабочусь о тебе и хочу сдержать своё слово.

— Почему, когда мы встречаемся, наш разговор всегда заканчивается именно так?

— Потому что тебе всегда нужно напоминать об этом, — ответил Хакет, и совершил нечто удивительное — улыбнулся, а затем продолжил: — теперь к делу. Перед тем, как отправимся на слушание к Совету, ты должен ответить на один вопрос.

— Какой?

— Зная тебя, думаю, груз — Экс, два, ноль, сорок, прибыл на Цитадель на двух торговых челноках, верно? Боевая группировка кораблей, что курсирует возле станции, не сидит без дела и тщательно сканирует любые корабли, что без спроса входят в пространство «Цитадели».

— И зачем этот гет им понадобился?

— Одним из условий сделки с Советом, заключается сдача синтетика, которого ты нашел на Алкере.

— Он прилетел сюда на другом корабле, поэтому я не знаю, где он сейчас.

— Думаю, гвардейцы наверняка уже сделали свое дело, — уверено сказал Хакет и посмотрел на часы. — Ну вот, время нашего разговора подошло к концу, нам пора выдвигаться.

Николаса отнюдь не впечатлил план Хакета. Доверять Совету нельзя ни в коем случае, а учитывая занимательные историю Экса, то от него и вовсе, нужно держаться как можно дальше. Интуиция подсказывала Нику, что очень скоро «Цитадель» поглотит огонь, похожий на тот, который поглотил «Омегу».

Глава 16

Чувство невезения сопровождало его всегда и всюду. Оно преследовало Михаила с того момента, как он себя помнил. Буквально ходило за ним по пятам и рушило любые планы, превращая все его начинания в одну сплошную неудачу. Едва закончив академию, он получил место пилота на одном из флагманов Альянса. Правда, полетать на чудесной птичке получилось не долго. Все один единственный промах и его с треском вышвырнули со службы без возможности вернуться обратно. Впрочем, череда неудач началась гораздо раньше.

Михаил с трудом окончил школу и только благодаря усилиям родителей поступил в академию Альянса. Предки тогда были чертовски недовольны. Ведь у него перед последним экзаменом был практически высший бал в аттестате. И всего один предмет поставил жирную точку на том, чтобы поступить в самый престижный университет Земли. Тем самым перечеркнув план Михаила стать средненьким чиновником в бюрократической машине Альянса.

С девушками у Михаила происходила схожая беда. С ним отказывались встречаться все потенциальные кандидатки, каких бы он не пытался зазывать на свидание. И после всех многочисленных провалов и бесчисленных неудач, как в жизни, так и на личном фронте, он полностью убедил себя в том, что не выживет в одиночку. Человек, который будет тянуть лямку за их двоих, стал его лучший и единственный друг, по имени Николас Мур.

Их встреча произошла, когда они учились на первом курсе в академии Альянса, той самой, куда Михаил смог поступить после наглухо запоротого экзамена по социологии. Однажды, следуя в столовую, высокий и статный Николас, случайно задел плечом Михаила и уронил того на пол. Михаил тогда подумал, что его жизнь окончена, ведь парни подобные Муру, способны превратить жизнь таких, как он, в самый настоящий ад. Но Ник повел себя иначе. Он всегда вел себя не так, как остальные парни вроде него. Мур предложил Михаилу дружбу и пообещал, что поможет ему, если у того вдруг возникнут проблемы. Взамен Ник попросил лишь одно — верности. Очень странный обряд посвящения в друзья, как полагал Михаил, но противиться желанию нового друга не стал.

И только спустя годы, Михаил понял, что верность для Николаса была самым важным критерием в жизни. Мура не интересовали деньги или слава, хотя он мог легко получить и то и другое. Для него все это было вторично и лишь преданность, играла первостепенную роль в выборе друзей. Михаил волей-неволей заразился этими принципами, и через какое-то время, тоже стал полагаться на это простое и единственное правило. Вот только в жизни бывает так, что любой, даже идеально отлаженный механизм, обязательно дает сбой. Это и случилось с Михаилом, когда он узнал, кем на самом деле являлся Николас.

Хельга рассказала ему всю правду о лучшем друге. Обидно, что он и сам мог давно догадаться, что Ник всячески манипулировал им, притворяясь соратником и верным товарищем, хотя на самом деле продолжал работать на Альянс, причем на самую худшую его часть — на контрразведку. Уверенный в своей правоте, он ощущал острый привкус предательства. В один миг, Николас из лучшего друга превратился в предателя и лжеца.

Михаил твердо решил, что больше не будет потакать желаниям бывшего друга. После того, как он выполнит последнюю просьбу Ника, то обязательно покинет его общество и возьмется за любую работу, лишь бы подальше от бывшего друга.

К тому же безумные девушки, с которыми Николас отправил его в путешествие на Цитадель, отказывались воспринимать его за полноценного человека. Это было еще одним серьезным ударом по его самомнению. Две бунтарки относились к нему, как к поношенной вещи и вместо слов, только брезгливо тыкали пальцем, показывая куда ему следует идти. Михаил пытался сгладить углы, чтобы нормализовать общение и всячески намекал на то, что у него тоже имелись чувства, ведь он впервые на Цитадели и хотел насладиться видом на неописуемо красивые пейзажи огромной станции.

Но женщины не разделяли его тягу к прекрасному и неслись вперед, словно взявшие след добычи парочка гончих. И этот утомительный забег начался сразу после того, как они вышли из тесного челнока, который они незадолго до прибытия на станцию, одолжили у каких-то сомнительных торговцев.

Подвергнувшись тщательному досмотру со стороны солдат в черной боевой броне, Михаил сперва подумал, что их увезут в казематы СБЦ. Но Ария каким-то образом смогла убедить таможенников их пропустить. Но толком передохнуть после тщательного досмотра не получилось. Девушки погнали его к ближайшему выходу из доков.

Михаил не питал особой любви к физическим нагрузкам, тем более к бегу. Быстро покрывшись испариной и задыхаясь от нехватки воздуха. Он чувствовал жар от ядовито красного румянца, который проступил на лице. Двигаясь вперед, он с большим трудом сдерживал себя, чтобы не повалиться от усталости и грохнуться на металлический пол.

Он искоса поглядывая на девушек. Ария и Джек в отличие от него даже на выглядели уставшими. На их пути встречались лестницы, которые сменялись переулками, после чего арками и небольшими парками, а затем все это превратилось в бесконечную вереницу ступенек и перекрестков. Цитадель предстала перед Михаилом настоящим лабиринтом пыток. Он готов был продать свою душу, лишь бы отдохнуть всего одну короткую минуту.

Этот шанс выпал ему, когда их троица села в свободный аэрокар на одной из станций транспортного узла. Михаилу к тому моменту уже было безразлично куда они собрались лететь. С трудом перебирая конечностями он разместился на заднем сидении, уронил голову на спинку сидения и закрыл глаза. Тяжелое дыхание и звон в ушах, мешали слышать разговор девушек, но они явно нашли общий язык. Превозмогая боль, Михаил порой слышал звуки смеха, доносящиеся с передних сидений.

Совсем недавно они ненавидели друг друга, но после совместного издевательства над бедным Михаилом, девушки резко нашли темы для разговора. В этом тоже был виноват Николас. Именно с его молчаливого согласия парочка безумных биотиков всласть поиздевалась над ним.

Аэрокар доставил их ко входу в танцевальный клуб-бар Чистилище. Лишь глянув на вывеску, Михаил почувствовал озноб и неприятное покалывание в животе. Он плохо умел танцевать и поэтому решительно избегал подобных мест. Но Ария была непреклонна. Азари вышла первой и жестом попросила Джек следовать за ней. Садистка, покрытая татуировками, терпеливо дождалась, когда Михаил вылезет из аэрокара и едва ли не под руку повела того внутрь заведения. Это выглядело унизительно, потому что многие зеваки, топтавшиеся возле входа, насмешливо кивали в их сторону и при этом шумно гоготали.

Пытаясь примириться с позором, Михаил смотрел только на пол и поднял голову, только когда Джек подвела его к одному из свободных столиков нижнего бара. Так гласила табличка с противопожарной инструкцией, прикреплённая к стене, рядом со столом. Одна радость — тут было сравнительно тихо. Площадка для танцев располагалась на верхнем уровне, поэтому он мог спокойно наслаждаться отдыхом, после забега по станции. И самое главное — они остались вдвоем. Азари променяла их компанию, заняв место в элитной зоне «Чистилища». Она сидела на дорогом диванчике, закинув ногу на ногу, выглядела хозяйкой этого бара.

— Что будешь пить? — спросила Джек, завидев спешащего к ним официанта.

— Даже не знаю, у меня нет с собой денег, поэтому…

— Так, нам две бутылки вашей лучшей выпивки и чего-нибудь перекусить, желательно из человеческого меню! — громко озвучила заказ Джек, и жестом отправила официанта в сторону бара.

— Мы здесь для того, чтобы пить?

— Какая разница, здесь так принято, — хмыкнув, пояснила Джек и положив локти на стол, наклонилась ближе к Михаилу и спросила, — значит, вы работали на Цербер?

— Мы? На Цербер?

— Ага, пухляш, именно так и звучал мой вопрос.

— Ник пристроил меня туда, когда меня выгнали из Альянса, — ответил Михаил и нервозно почесал коленки. — Я просто летал туда, куда говорил Ник. Он всегда был за главного, а я особо не спорил.

— Терпила?

— Что прости?

Их разговор прервал ретивый официант, расставив на столе узорчатые бутылки в подставках со льдом. Рядом с напитками через минуту расположились несколько подносов с содержимым, что трудно было описать словами, но походило оно на колбасу или мясной рулет. Джек взяла с самого маленького подноса два бокала, и ловко открыв невероятно дорогую бутылку, заполнила те до краев. Одни бокал оставила себе, а второй протянула Михаилу.

— За знакомство и давай начнем с чистого листа!

Они чокнулись и махом опустошили добротную порцию крепкого алкоголя. Вкус был хорош. Гораздо лучше, чем дешевые поделки, но гораздо хуже того напитка, который производил Михаил. Его поило вызывало более густой вкусовой букет и напрочь сносило голову. Здесь же, только горькое послевкусие и легкий шум в ушах.

— Зачем ты спрашивала про Цербер?

— Твой друг сказал, что вы поспособствовали его уничтожению, растерзав этих сволочей изнутри.

— Он мне уже не друг, — нахмурившись бросил Михаил и отвернулся, случайно поймав взглядом Арию. — И про этот подвиг слышу впервые.

— Ого, так ты обиделся на своего капитана, мальчик? Но тогда, как ты объяснишь, почему Николас велел мне защищать тебя? Даже выплатил аванс в размере двенадцати тысяч кредитов.

Пока Михаил пытался осознать смысл слов Джек, к Арии приближалась официальная делегация, состоящая из богатой дамочки и парочки, уже знакомых ему солдат, одетых в черное одеяния. Это было занимательно, но более интересным было то, что Ник выложил безумному биотику баснословные деньжища. И не просто так, а для того, чтобы она его защищала.

— Зачем он это сделал?! Мне что-то угрожает?! — с вопросительным тоном, протараторил Михаил, и приложив пальцы к губам, поглядел в глаза Джек.

— Откуда мне знать? — выпив содержимое второго бокала, спросила в ответ девушка. — Скоро за нами приедет транспорт, и мы свалим отсюда в более тихое местечко.

— Куда? И зачем?

— Ой, прекрати уже скулить. Уверяю тебя, рядом со мной ты, как за каменной стеной, — гордо заявила татуированный биотик и взяла с подноса тонко порезанный кусок колбасы. — Лучше скажи, что связывает Николаса и Хельгу?

— Ну, — неуверенно буркнул Михаил и вновь отвернулся.

Он не знал, как правильно ответить на этот вопрос. Но зная Ника, можно быть уверенным в том, что тот уже успел применить против этой бешеной дамочки свои грязные психологические приемчики. Поэтому самая верная тактика в данном случае — это молчание. Тем более элитной зоне, потихоньку назревал конфликт. Ария и другая Азари, о чем-то шумно спорили, активно размахивая руками. Солдаты в черном на всякий случай подняли оружие, но биотик стояла к ним спиной и не могла видеть эту смертельную угрозу. Но и это было только полбеды. У главного входа в бар, кучковалось ещё с десяток этих крепких парней.

— Эмм, Джек, тут что-то назревает, — испуганно произнес Михаил, и быстро кивнул в сторону элитной зоны.

— Дело дрянь, — резво поднявшись, выдала она. — Одной мне их не вытянуть, придется сначала спасти старуху. Но ты сиди здесь и не дергайся, как подам сигнал, мигом побежишь ко мне, понял?

Михаил кивнул и вжал голову в плечи. Он снова остался один на один с внезапно одолевшим его неистовым чувством страха. И как правило, если так происходило, то обязательно жди беды. Этим бедствием оказался изрядно подвыпивший мужчина в форме офицера Альянса. Этот молодой человек выпивал в шумной компании за столом по соседству, но что-то заставило его приплестись к Михаилу и цепко ухватить того за локоть, а затем язвительно спросить:

— Ты случайно не тот неудачник, которого выгнали из…?

Вопрос захмелевшего офицера Альянса повис в воздухе, а он сам, точнее верхняя его половина, с шумом врезались в стол, раскидав по сторонам дорогостоящие бутылки вместе с закусками, к которым Михаил так и не притронулся. Это запросто могло быть сигналом Джек. Ведь обычно Николас действует в схожем ключе: взрывая, ломая или разрушая какие-нибудь штуки, а порой и живых существ. Михаил медленно поднял глаза. Нет — это была сама Джек. Она возвышалась над обмякшим телом офицера с предельно сосредоточенным выражением на лице.

— Я передумала, ты пойдешь со мной.

— Хорошо, — буркнул Михаил и пулей сорвался со своего места, пытаясь угнаться за рванувшей вперед Джек.

Если бы не чувство страха, то Михаил бы потерял сознание от усталости. Он сегодня покрыл годовалый норматив по бегу и смертельно вымотался. Вот только стоять было никак нельзя. Офицер Альянса, которого вырубила Джек, выпивал не один, а в большой и шумной компании. Его приятели быстро заметили непорядок и захотели поквитаться с теми, кто посмел тронуть их приятеля. Топот разъяренных мстителей затмевал даже звук фоновой музыки и это явно было не к добру.

Махом одолев миниатюрный лестничный пролет, они оказались в элитной зоне, в непосредственной близости от солдат в черном обмундировании. Буквально стали дышать им в спину. Но громилам, казалось, было все равно на их внезапное появление. Они были отвлечены спором, что подходил к точке кипения и норовил закончиться дракой. Азари в деловом костюме не скупилась на жесты и широко размахивая руками, яростно вопила на Арию:

— Тебя нельзя было выпускать из доков! Ты отработанный материал, у которого нет будущего! Хоть Советница и просила оставить тебя в живых, но я поступлю иначе!

Едва заметный кивок дипломата, привел в движение солдат. Ария стояла к бойцам спиной и не видела, что по ней хотели выстрелить из крупнокалиберного оружия. Джек не стала ждать развязки. Поравнялась с черными палачами, свободной рукой ухватилась за дробовик, который принадлежал ближайшему солдату, и рявкнула во все горло:

— Сзади, дура!

Скорость реакции Арии Т’Лоак внушала уважение. Ей хватило какой-то доли секунды, чтобы оценить обстановку и принять ответные меры. Она хищно оскалилась и взмахнула рукой. Проследить за дальнейшими движениями биотиков, Михаилу помешал некто посторонний. Он вцепился в его куртку и усердно потянул назад.

Опьянённых местью настырных офицеров Альянса, даже не смутила близость двух громил в доспехах с внушительным оружием в руках. Благо для Михаила, что Джек оказалась сильней того, кто норовил утащить его назад. Это можно было смело назвать проявлением чуда. Ведь если бы она промедлила, то голова Михаила наверняка отделилась бы от тела. Ибо в следующие мгновение на расстоянии каких-то считанных сантиметрах от его лица, пролетел огромный диван, сшибая все на своем пути.

Диваны сами по себе не летают — это неоспоримый факт. Этот предмет мебели взлетев в воздух, раскидывал всех, кто встречался ему на пути. Позади Михаила стали доноситься вопли боли вперемешку с мольбами о помощи. Широко распахнутыми глазами он покосился на Джек. Девушка сжимала в руках дымящийся от перегрева дробовик и пристально разглядывая результат погрома, вызванный силой Арии. Сама виновник множественных смертей, стояла в боевой стойке и тяжело дыша, говорила языком своего тела, что счётчик смертей в этом баре скоро снова придёт в движение.

— Пригнись! — вновь рявкнула Джек, прыгнув с грацией кошки прямо на Михаила и повалив того на лопатки, добавила: — Соберись, у входа их больше десятка, а живой щит почти испарился.

Михаил вытянул шею, посмотрел в сторону, где находился вход в бар. Джек говорила правду. Бойцы в черном палили из всех стволов по остаткам пьяной компании, которая по своему несчастью, оказалась между двух огней. Биотик продолжая сидеть на Михаиле дала залп в появившийся просвете из падающих замертво людей и привстала, оперившись одной ногой в грудь Михаила. Это было больно. Он закрыл глаза и издал звук похожий на стон.

День выдался на редкость отвратный. Мало того, что над ним измывались и всячески издевались, так теперь еще по всей видимости и убьют. Невольно вспомнил Николаса и мысленно готов был пойти на уступки, лишь бы его друг сейчас пришел на помощь и вытащил его из этой передряги. И неожиданно стрельба доносившееся со стороны входа в бар прекратилась. Михаил открыл глаза и сквозь мутную пелену, явственно увидел яркий свет, исходящий из внешнего пространства цитадели. Это было похоже на явление свыше, то самое чудо, которое так сильно возжелал Михаил.

Но внимательно приглядевшись, он понял, что это был всего-навсего аэрокар, который мчался на полной скорости прямиком в танцевальный бар. Чтобы влететь внутрь Чистилища, аэрокару пришлось помять бока. Вираж получился кривоват, но скорость и масса тяжелой машины сделала своё дело, погребя под собой толпу бойцов в черном, которые просто не успели правильно среагировать на неожиданного гостя. В последние мгновения своей жизни солдаты вместо того, чтобы разбежаться в рассыпную, пытались сбить средство передвижения при помощи оружия. В итоге их тактика сыграла на руку Михаилу и его буйной компании.

Джек схватила его за воротник куртки и одним рывком поставила на ноги. Ария действовала еще быстрее, она в три прыжка преодолела расстояние до дымящегося аэрокара. Открыла дверь летательного аппарата и замерла. Причиной такого поведения азари стал пистолет, что был направлен прямиком ей в лоб. Михаил это выяснил, когда Джек доволокла его до аэрокара. Но главным потрясением была вовсе не эта новая напасть. Стрелок, что целился в Арию был ему хорошо знаком. Им оказалась Касуми Гото собственной персоной. Девушку было легко узнать, даже несмотря на то, что на ее голове красовался капюшон, что привычно закрывал большую часть её лица.

— Это тебя прислал, Николас? — не церемонясь спросила Джек, и ударив Касуми по руке, чтобы та опустила пистолет: — это барышня с нами, хоть и бесит иногда.

— Что ты сказала…?!

— Я не хотела влетать сюда, но автопилот сдох, боюсь аэрокар придется бросить, — перебив Арию, произнесла Касуми и тихонько выругалась.

— Это поправимо! — внезапно выпалил Михаил и ясно почувствовал, как на него устремились удивленные взгляды женщин. — Мисс Гото, двигайтесь, позвольте мне сесть за пульт управления. Думаю, я смогу увести нас отсюда на ручном управлении.

— Ладно, — растеряно буркнула Касуми.

— Ого, так у него все-таки есть яйца?! — садясь в аэрокар, язвительно бросила Ария.

Михаил активировал панель управления и увидев знакомы индикаторы, облегченно вздохнул. Наконец, эти бешеные дамочки прознают, что не только у них есть сильные стороны.

***

Интуиция редко подводила Николаса, чаще наоборот, обычные ситуации превращались в дико опасные. Но в этот раз чувство тревоги постепенно отпускало. После разговора по душам Хакет привел его к аэрокару. Любезно согласившись на поезду, Ник сел в машину, а после начала набора высоты, был изрядно удивлен. Их никто не сопровождал. Все гвардейцы остались в доках и большей частью продолжали заниматься обыском корабля. Это по меньшей мере странно, ведь по словам адмирала, Ника едва ли не обвинили в акте терроризма галактического масштаба.

Но хитрый лис Хакет завидел зародившееся подозрение в глазах своего ученика, быстро засыпал Николаса вопросами о деталях его работы в системах Терминуса. Против легкого нажима начальства, идти абсолютно бессмысленно и тот вынужден был отвечать. Благо Хакет обходил тему Экса стороной и даже не спросил почему Ник решил отправить того на Цитадель отдельным рейсом. Было ли это умышленно — покажет лишь время, но сейчас это играло на руку, ведь Ник скорее всего не смог бы ответить на этот простой вопрос.

Короткое путешествие по воздуху окончилось ближайшим лифтом к кольцу президиума. Как бы ни пытался адмирал скрыть нервозность, но по мере приближения к финальной точке маршрута, разрастающиеся линии морщин на его лице говорили сами за себя. Финальным аккордом стало то, что он по-хозяйски комментировал каждый последующий шаг, словно старался уберечь ученика от схождения с заранее спланированного маршрута.

Они следовали словно по проложенным рельсам. Подозрительная частота сверки времени на наручных часах, сопровождающиеся частыми переглядывании с Николасом, могли вызвать у адмирала косоглазие. Благо его мучения продлились недолго. Когда они вошли в башню Цитадели Хакет заметно оживился и даже пару раз улыбнулся. Для Ника это было в диковинку, и он решил не перегибать палку и просто наслаждался моментом, вспоминая как давным-давно он безумно хотел увидеть это место в живую. Выглядело оно и правда здорово, гораздо лучше, чем на картинках в экстранете.

Спустя ещё одну короткую поездку на лифте, адмирал завел его в огромную залу, где по большим надписям на стенах, черным по белому было указано, что тут проводились собрания Совета «Цитадели». Местечко интересное — массивная трибуна в дальнем конце помещения, а сразу перед ней постамент для чтения пламенных речей Советников. По бокам от пьедестала располагались трехъярусные скамьи, видимо данная конструкция служила насестом для слушателей рангом поменьше.

К моменту их прихода в зале уже присутствовал народ, который со скучающим видом наблюдал за теми, кто запаздывал. Зря он не спросил у Хакета, куда именно он его так усердно вёл. Немного сконфузившись, Николас обвел взглядом залу и завидел много интересных личностей. Тут собрался весь свет Галактики. По правую руку от него, восседали главы или заместители: консорциумов, корпораций, конгломератов и прочих важных объединений, которые управляли этой самой Галактикой. На скамьях напротив сидели те, кто контролировал порядок всей системы — это главнокомандующие флотов, высокопоставленные чины военных ведомств каждой из рас совета и несколько Спектров, что сидели ближе всех к трибуне Совета. Среди последних присутствовал и Шепард, который удостоил Ника коротким кивком в знак приветствия. Кивнув тому в ответ, Николас разместился рядом с Хакетом, сев в один ряд с военными из числа Альянса.

Первое ощущение — это неловкость. Он представлял главное помещение башни Цитадели несколько иначе. Правда, могло быть и так, что старое еще не восстановили после нападения Сарена и, Совету пришлось подобрать местечко поскромней, а главное — гораздо безопасней. Ведь помимо важных персон, что отдыхали на трибунах, у входа в залу толпились два десятка скучающих гвардейцев. Одетые во всё чёрное бойцы, на фоне всех остальных собравшихся в зале, выглядели через чур комично, словно неподвижные статуи. Хотя один раз подвигаться им все-таки пришлось. Парочка солдат поработали консьержами и закрыли створки массивной двери, когда прибыл последний гость этого совещания.

Томительная тишина продлилась недолго. Позади главной трибуны прозвучал звук открывающихся дверей. Совет прибыл на проведения мероприятия, видимо воспользовавшись запасным входом. Очень удобно, однако. Ник размял шею, ход его мыслей нагонял тоску, от которой и так уже становилось тошно.

Члены Совета заняли свои места на трибуне и бегло поприветствовав собравшихся, пригласили на пьедестал первого участника собрания. В центр зала вышел сутулый и крайне нервозный саларианец. Подрагивая при каждом шаге, он с трудом поднялся на положенное место. Раз его так перекосило, то похоже, он уже дожил до глубокой старости. Но больше всего Ника поразила его интересная манера речи, что походила на звук работы промышленного принтера. Выступающий, то ли заикался, то ли просто специально глотал львиную часть слов. Поэтому из короткой речи саларианца Ник разобрал только что-то про цифры и упоминание про налоги.

После скучного саларианца на пьедестал взошла горделивая Азари. Эта женщина говорила четко и внятно, как и полагается главе одного из самых крупных консорциумов своей расы. Ник поборол зевок и было обрадовался, что наконец, началось нечто интересное. Но Совету не понравилась дерзкая манера речи Азари, отчего чиновники постоянно одергивали выступающую, требуя соблюдать должные правила этикета. Какие именно она нарушила нормы никто не удосужился пояснить, поэтому это выглядело странно, ведь она жаловалась лишь на конские налоги и просила сбавить обороты по введению поправок в устоявшуюся экономику.

Когда Азари закончила свою речь и начала ленивое продвигаться к своему месту, на пьедестал без предупреждения выбежал один из Спектров. Это был Шепард и вид у него был не очень. Хмурые брови, сжатые от бессилия кулаки и частое сбитое дыхание. Намечалась перепалка между двумя серьезными противниками — героем, спасшим Галактику и чиновниками, которые ею управляют.

— Ради чего вы это устроили?! Как вы не поймете, что перед надвигающейся катастрофой сохранить лицо не получиться! У нас нет выбора — либо мы пожертвуем всем, либо нас уничтожат!

— Успокойтесь, Шепард, — сдержано, проглотив громкие слова спектра, произнесла Советница от расы Азари. — Мы делаем всё от нас зависящее, чтобы не быть застигнутыми Жнецами врасплох, но слишком радикальные меры принесут больше вреда, чем пользы.

— Пытаясь нарастить мышцы, мы добьемся того, что остановим сердце, — добавил с трибуны Советник саларианец. — К тому же, каждый построенный корабль, нужно снабдить подготовленным экипажем.

— Мало того, если действовать неосторожно, то можно спровоцировать конфликты между нашими расами. Действовать в открытую мы не можем, иначе посеем самый настоящий хаос. При увеличении численности флотов нам не избежать трения, если не будем соблюдать устоявшийся баланс. Мы здесь собрались ради разработки стратегии, что поможет нам сплотиться, поэтому повышать голос с вашей стороны выглядит неуместно, Шепард.

Закончив за своим коллегой, Советник турианец сложил руки на груди и вызывающе посмотрел на Спектра. На Шепарда было больно смотреть. Он склонил голову и продолжая тяжело дышать. Он отказывался принимать условия Совета. Оно и понятно, этот человек оказался на острие сопротивления и этот тяжкий груз давил на его плечи.

— Вы сами видели последствия того, что Жнецы устроили на «Омеге». Властелин — это было лишь начало. Они обладают технологиями гораздо более опасными, чем мы себе представляли. Грядет война на уничтожение, и наш враг не будет ждать, пока мы будем вырабатывать правильную стратегию. Сейчас время работает против нас и каждый день промедления в будущем будет стоить нам миллиардов жизней.

— Кёртиз изложил ситуацию несколько иначе, — вставила советница Азари. — Обработав полученную информацию, он пришел к выводу, что виновником катастрофы на «Омеге», может быть человек по имени Николас Мур. Он должен сейчас находиться в этом зале, я права?

— Да, он сейчас находится здесь, — подтвердил Удина, до этого молча сторонившийся жаркой дискуссии.

— Приставленный ко мне делегат, понял все неправильно, — продолжал Шепард, — такое не под силу устроить одному человеку.

— А как же тот гет, которого этот человек вывез с Алкеры? Кортез сообщил, что вы поспособствовали тому, что эта вызывающая опасения мобильная платформа осталась на корабле Николаса Мура.

— Уважаемые советники, вам была предоставлена биография данного офицера Альянса, поэтому не стоит раздувать из мухи слона. Мы должны сосредоточиться на борьбе со Жнецами, а не искать того, чего попросту нет.

— Я настаиваю на том, чтобы его допросить, — произнесла Азари и жестом попросила Шепарда сесть на место.

Пока советница проверяла данные на коммуникаторе, Ник от неожиданности кашлянул, чем привлек всеобщее внимание. Хакет с упреком покосился на него, но решил промолчать. Дело принимало скверный оборот. Николас был ужасно плох на массовых посиделках и совсем не обладал ораторским искусством.

Вот только Шепард, неожиданно подойдя к нему, попросил прощение за сложившуюся ситуацию, и попросил говорить правду, и рассказать Совету подробно о том, что произошло на «Омеге» и Алкере. Он хотел выполнить данную просьбу, но внутри зародились некоторые сомнения. Чутье подсказывало Нику, что это ловушка. Грамотно составленный капкан, в который он по глупости угодил, словно ручной зверёк.

Поднявшись с места, он медленно взошёл на площадку и наклонив голову в бок, осторожно посмотрел на трибуну, где восседал Совет. Что-то пошло не так. Каждый из Советников застыл. Их тела безмолвно замерли, будто их подвергли глубокой заморозке. Но самое интересное изменение постигло их глаза, зрачки по какой-то неведомой причине исчезли, на Ника были устремлены только белесые глазные яблоки.

Выглядело это жутко. Он сглотнул и хотел было повернуть голову, чтобы проверить остальных, кто восседал на скамьях, но его собственная шея отказалась повиноваться. Ник быстро понял, что и все остальные части тела, которые находились ниже головы, вышли из-под его контроля. Он чувствовал руки и ноги, но они нарочито сопротивлялись его приказам, продолжая оставаться неподвижными.

— Здравствуй, Николас, давно хотел с тобой познакомиться, — произнес незнакомый голос, который принадлежал тому, кто стоял позади.

Ник всегда контролировал ближайшее окружение и никогда не допускал того, чтобы к нему подкрадывались сзади. Но эта ситуация выходила за рамки здравого смысла.

— Что ты такое? — шепотом спросил он, неожиданного гостя, стараясь сохранить остатки самообладания.

— У меня много имен, — честно признался гость и положив руку на плечо Ника, добавил. — Но ваш вид когда-то прозвал меня именем Морос.

Легкое прикосновение одарило Ника огненным жаром. Боль была невыносимой. Он на мгновение прикрыл глаза, подавляя приступ чудовищного шока, а когда вновь открыл, то увидел прямо перед собой два ослепительных ярких красных диска, что являлись глазами его противника.

— Ты посмел нарушить мои планы, поэтому тебя ждет соответствующее наказание.

Глава 17

Низкий тоннель. Согнувшись пополам, Тали впервые почувствовала острое чувство тесноты. Потолок давил своим диковинным обрамлением, которое то и дело заливалось игрой света, активно мигая, всякий раз будоражило сознание. Ей и без этого светопреставления было очень нелегко. Правда, виновата в этом целиком и полностью, только она сама.

Тали отказалась от наиболее простого пути, выбрав вместо Нормандии, совместное путешествие с гетом. К тому же сам Экс настаивал на обратном, но Тали захотела довести дело до конца. Поддалась любопытству и определилась, какой из архивов данных она прочтет, а какой удалит навсегда.

Искоса поглядывая на спину гета, идущего впереди, который уже несколько раз спасал ей жизнь, Тали уверяла себя, даже скорее — чувствовала собственным сердцем, что должна была сейчас быть рядом с ним. В данный момент для нее существовал только этот туннель и одна цель, которая заключалась в постижении невероятно простой истины — сможет ли она примириться со своими убеждениями.

Экс снова повернул на очередной развилке и вывел их к платформе, которая служила в этих странных тоннелях, по всей видимости, подобием лифта. Он шагнул на прозрачный настил платформы и развернувшись, уверено махнул Тали, чтобы она проделала тоже самое. Оказавшись совсем близко с гетом, буквально вдыхая кислый запах синтетического тела, девушка вздрогнула. Обратила внимание, что на его груди пропало изображение розового животного, теперь там была усиленная броня. Но воображение вдруг сыграло с ней злую шутку, и она едва не оступилась. Экс бережно приобнял ее за талию и сурово произнес:

— Осторожно, эти туннели создавались только для перемещения счетчиков, остальным сюда вход запрещён.

— Откуда ты все это знаешь? — спросила Тали отстранившись.

— Я не всегда был таким, — коротко ответил Экс и нажал на пульте управления, кнопку для движения вверх, затем коротко добавил, — я не всегда был гетом.

Лифт тронулся, но Тали этого совсем на заметила. Задумчиво приложив ладонь к забралу шлема, где за темным материалом находился подбородок, она вновь задала вопрос:

— Тогда кто ты такой на самом деле?

— Оружие, что должно остановить существ, которые когда-то разрушили мою жизнь, — снова загадочно ответил Экс, и после небольшой паузы, продолжил, — много жизней. Я должен защитить тех, кого когда-то любил.

— Кого?

Экс повернулся, встав настолько близко, что их головы чуть было не столкнулись лбами. Тали пробрала дрожь от смущения. Чтобы не хотел сказать гет, она вдруг поняла, что это каким-то образом связано именно с ней. Но ответить Экс не успел, платформа остановилась и издала противный скрежет.

— Нам нужно двигаться дальше, пока счетчики не забили тревогу. Им глубоко безразлично, что происходит на Цитадели, кроме тех случаев, когда дело касается этих туннелей. Их хозяева соорудили несколько уровней защиты от подобных проникновении, поэтому нужно, как можно быстрее выйти наружу.

— Скажешь, куда мы прибыли?

— Башня Президиума, скоро здесь свершиться нечто ужасное, и нам нужно это остановить.

— Если спрошу, что именно, ты опять не ответишь?

— Одно враждебное ко всему живому существо, решило выйти из тени.

— И всё?

— Скоро сама все увидишь, — уверил Экс и ускорил шаг.

На этот раз они прошли совсем немного. Гет остановился у одного ничем непримечательного участка стены и прикоснувшись к ней металлическими пальцами, набрал загадочную комбинацию, после ввода которой образовался небольшой проем ведущий наружу. Экс мигом вылетел из туннеля и встав в боевую стойку, дождался пока Тали выкарабкается вслед за ним.

Это было обычное помещение Цитадели. Просторный холл с цветочными клумбами и несколькими лестничными парапетами, которые вели в разные части башни. Экс молча махнул рукой к одной из лестниц и стараясь сильно не бряцать синтетическими ногами, двинулся вверх по одной из лестниц. Тали обернулась к проему, из которого они вышли и с удивлением обнаружила, что на том месте уже была монолитная стена. Пожав плечами, она последовала за гетом.

Хоть это и выглядело довольно странным, но Тали уже привыкла к тому, что именно гет являлся в их тандеме главным. От одной только мысли, что он когда-то не был гетом, голова шла кругом. Но больше всего в нём поражало, безукоризненная осведомленность. Он будто знал все наперёд, но боялся говорить об этом в слух, видимо опасался сказать лишнего. На первый взгляд безумный вымысел, похожий на бред, но чем дольше Тали следовала его инструкциям, тем больше убеждалась в обратном.

Добравшись до основания лестницы, Экс прислонился спиной к дверному проему и осторожно выглянул наружу. Вернувшись в исходное положение, он залился недовольно трелью. Почувствовав неладное, Тали остановилась на полпути.

— Самара, чёрт…

— Что?

— Главный вход охраняется теми, кого я не хотел бы ранить, — поведал Экс и схватившись за винтовку двумя руками, приготовился к спуску вниз. — Пока еще есть время, найдем другой путь.

Снова спуск по лестнице и такой же стремительный подъём, но уже по другой. Теперь Экс спешил и двигался вдвое быстрее. Тали с трудом поспевала за ним и диву давалась, почему им никто не встретился по пути. В обычные дни здесь бродит уйма народу, но сегодня видимо особенный день.

Они миновали несколько пустых и одинаковых коридоров, пока не наткнулись на одинокого и задумчивого высокого чиновника из расы саларианцев. Дуло автомата Экса, направленное в ложбинку прямо меж глаз, изрядно напугало чиновника. Саларианец легко поддался напору гета и позволил себя отвезти в небольшой закуток, между двумя совершенно пустыми коридорами.

— Собрание уже началось?

— Да, — коротко обронил саларианец, опасливо переведя взгляд с винтовки на Экса. — Как вы сюда попали, ведь этаж полностью изолирован?

— Вход в залу для Советников дальше по коридору? — вместо ответа, Экс снова задал вопрос.

— Я…я не могу сказать, — виновато изрек чиновник дрожащим голосом. — Они убьют мою семью, если скажу.

— Ты идешь к главному входу, чтобы успокоить юстициаров и телохранителей других важных персон? — Экс не сбавлял напора, словно знал, что ответит ему саларианец.

— Откуда ты это знаешь, гет? — растеряно буркнул саларианец, едва не уронив подбородок.

— Заключим сделку? Я дам тебе файл, который ты передашь одному спектру, а он гарантирует тебе безопасность. В обмен тебе нужно сказать, сколько охранников стоит перед дверью, идёт?

— Пять, — ответил чиновник и закрыв глаза, шумно выдохнул, морально приготовившись к худшему.

— Держи, — Экс ткнул в его грудь чем-то похожим на диск с данными, — Спектра зовут Шепард, не забудь. На допросе скажешь, что пытался оказать сопротивление.

Гет дождался, пока чиновник спрячет в кармане переданный ему диск, а потом без особого усилия ударил ребром ладони по его шее. Этого с лихвой хватило, чтобы оглушить саларианца, отправив его в глубокий нокаут. Экс аккуратно приложил обмякшее тело чиновника к стене. Со стороны тот выглядел, как сильно уставший бюрократ, которого одлел сон, и он решил отдохнуть.

Поднявшись, Экс сорвал с пояса связку гранат и передал ее Тали. Девушка покорно приняла необычный подарок и разместила его у себя на поясе. Она уже ловила себя на мысли, что действует с гетом, словно они всегда были командой.

— Я отвлеку внимание гвардейцев и соберу их в кучу. Подбери подходящий момент и метни в них гранату. После этого их щиты должны отключиться. Дальше, останется дело за малым.

— Послушай, а мы раньше нигде не встречались? Ну, до того…как ты стал гетом, — задумчиво произнесла Тали, но посмотрев на Экса, вдруг замялась, — ладно, не бери в голову, просто мысли в слух.

— Если останемся в живых, то я тебе обязательно всё расскажу, а пока у нас для этого совсем нет времени — договорились?

Тали охотно кивнула, и они двинулись дальше по коридору откуда до этого несколько минут назад вышел саларианец. Миновав две развилки, Экс замедлил ход и подобрался к очередному повороту с предельной осторожностью, изо всех сил стараясь не издавать лишнего шума. Тали в этом плане было проще, она не скрипела и лязгала своими конечностями. Гет приготовился к броску и полуобернувшись тихо процедил:

— Ты готова?

— Да, — уверено ответила она и сняла с пояса одну из гранат.

— Тогда начали.

Он смело выдвинулся вперед, углубляясь в очередной холл. Это помещение тоже отличалось минимализмом, несколько клумб с цветами и всего одна единственная дверь, рядом с которой стояли ровно пять солдат в черном обмундировании. Они с Эксом с ними уже встречались в лифте и только чудом сумели остаться в живых. Тогда их было всего трое, а сейчас их почти в два раза больше. Тали глубоко вздохнула и осторожно выглядывая из-за угла, стала выжидать подходящий момент для броска.

Экс укрывший за ближайшей клумбой, дал короткую очередь по скучающим бойцам. Его действие не возымело большого эффекта, просто привлекло внимание врагов. Солдаты поочередно стали стрелять по нему в ответ. На удивление, гет оказался прав, бойцы выстроились в ромбовидную формацию, прикрывая друг друга плотным огнем.

Прочностью клумбы, за которой укрывался Экс, оставалась только позавидовать, она стойко вынесла напор вражеского огня. В воздух поднимался обильный столб пыли, а рядом с Эксом уже образовались объемные горки мелких крошек.

Медлить больше нельзя, метнув опасный снаряд по большой дуге, Тали с замирением сердца смотрела, как граната влетела прямо в центр боевого построения противника. Грянул оглушительный взрыв, который сопровождала ослепительно яркая вспышка. Тали закрыла лицо рукой и машинально отвернулась, защищаясь от яркого света. Но для гета это явление сыграло на руку.

Экс выскочил из укрытия и незамедлительно открыл огонь по дезориентированным гвардейцам. Для их ликвидации ему понадобилось несколько долгих секунд. Когда Тали пришла в себя после взрыва, гвардейцы уже лежали на полу.

В этот раз они не стали церемониться с телами погибших и оставили их тела нетронутыми. Экс подошел к небольшой двери и снова каким-то чудом угадал пароль на панели управления. Толстые створки разошлись в стороны, открыв им путь в очередной тесный тоннель. Гет снова пошел впереди, а Тали на мгновение остановилась. Ее внимание привлек лифт, который располагался напротив входа. Если впереди их ожидает встреча с чем-то похожим на Сарена, то их сил явно будет недостаточно. Инцидент с марионеткой Жнеца, надолго запечатлелся в её памяти. Ведь победа над ним далась тяжелой ценой и только благодаря железной воли Шепарда. Сейчас его рядом нет, поэтому она робела и не заметила, как с головой погрузилась в размышления.

— Нам пора, Тали, — произнес гет, тем самым, вывел ее из оцепенения.

Он набрал команду на внутренней панели управления для закрытия дверей. Дождался, когда створки вернуться в закрытое положение, а уже потом осторожно протиснулся через Тали и пошел прямиком в темноту, продвигаясь дальше по тесному коридору. Она покосилась на закрытую дверь и крепче сжав пистолет, пошла следом за ним. Теперь их путь лежал только вперед.

***

Он повидал много разных монстров. Подавляющее большинство прятало свою мерзкую сущность в невинном человеческом обличий. За время же своей службы на дальних рубежах, пришлось вдоволь насмотреться и на уродцев, что считались выродками и у чужеродных рас. Их всех объединяло одно — неистовая жажда разрушения. Хаос внутри дополняла безудержное желание убийства, что выливалось в отборный коктейль из всех низменных чувств, какие только могут уродиться в живом существе.

Вот только монстр, что внимательно смотрел на него ярко-красными глазами, был слеплен из другого теста. На первый взгляд перед ним стоял обычный турианец, лишь светящиеся глаза выдавали в нём, кого-то более жуткого и безжалостного.

— Что тебе нужно?

Это было предсказуемо. Ник даже не успел договорить, как его горло внезапно охватил жар, а затем во рту начала скапливаться теплая жидкость с острым привкусом металла. Чтобы случайно не захлебнуться, он залился кашлем, выхаркивая собственную кровь.

— Шепард, — с глубоким разочарованием, произнес Морос и направился к рядам, где сидели военные и спектры. — Он должен был умереть на орбите Алкеры, чтобы в последствии воскреснуть, словно птица феникс, но временная линия изменилась. Возвратившись из небытия, Хастур уничтожил Коллекционеров и теперь мне придется всё начинать сначала. Я понимаю, мой замысел был не идеален, но я все равно возлагал на этот цикл большие надежды.

Прочистив горло, Ник с удивлением обнаружил, что ему вернули способность двигать головой. Он незамедлительно ей воспользовался и нашел взглядом турианца, который стоял вплотную с парализованным, как и все находившиеся в этом зале, телом Шепарда. Спектра обездвижило в тот момент, когда он что-то говорил Хакету, а адмирал с готовностью его слушал.

— Двойной просчёт, — продолжил Морос, небрежно оттолкнув Шепарда от Хакета, отчего спектр завалился на бок, словно неуклюжая пластиковая кукла. — Если Горн сработал, то получается, что я отстаю от Короля в Желтом, как минимум на несколько шагов, и подобное событие, стоит отметить, довольно серьезно задело мое самолюбие. Поэтому, сперва я хочу нанести удар, по твоему сердцу, Николас.

Морос ловким движением руки вытащил откуда-то из-за пазухи пистолет и навел тот на лоб Хакета. Ник понял, что задумала эта тварь и полностью позабыв про зудящую боль в горле, попробовал его остановить:

— Стой! Ты же ведь Жнец, так?! Ответь, зачем тебе убивать этого старика?! Он и так скоро от старости подохнет! Если у тебя есть зуб на меня, то давай стреляй, только целься в меня, козёл!

Морос, казалось, не обращал на него никакого внимания. Турианец молча сделал короткий шаг и холодное дуло пистолета уже касалось лба адмирала.

— Слышишь, собака ты, сутулая! Мразь! Повернись и стреляй, хрен моржовый, но только в меня! Слышишь?!

За какие-то доли секунды перед неизбежным, Морос освободил Хакета из плена паралича. Получив свободу, адмирал потратил последнее драгоценное мгновение на то, чтобы посмотреть Нику в глаза. По одному короткому взгляду, тот понял, что Хакет настоятельно просил его не делать глупостей. Но как исполнить последнее желание этого великого человека, Ник, к сожалению, не знал.

Грянул выстрел. Ник почувствовал, как к горлу подступила тошнота вперемешку с яростным гневом. Его распирала злость. Он готов был загрызть этого ублюдка, если он подойдёт к нему поближе.

В голове, от хлынувшей к вискам крови, что-то протяжено загудело. Выбор невелик — терпеть или нет. Ник всем сердцем хотел совершить глупость. Пусть и без малейшего шанса на успех, но все же нанести этой твари, какой-либо урон.

Шепард уже убил одного, а его альтер-эго, прежде чем отправиться в прошлое, едва не уничтожило всю эту братию к чертям собачьим. Выхода нет, он тоже должен сделать невозможное и завалить того, кто убил одного из самых близких ему людей.

— Шепардэкс говорил, что ваша цель заключается в периодичном уничтожении всех живых существ, во имя спасения самой жизни, верно? — голос Ника стал холодным и расчетливым, словно он проглотил кусок льда. — Тогда зачем весь этот цирк с этим турианцем и планами убить, а затем воскресить Шепарда?

— Я тебя недооценил, — с уважительным тоном, произнес турианец и широко улыбнулся, пожирая его ярко-красным взглядом. — Все-таки ты можешь брать под контроль чувства, а это дорого стоит. Ладно, раз ты меня удивил, то так уж и быть, я расскажу тебе.

Марионетка жнеца отступила от тела Хакета и направилась к трибуне, где восседал Совет. Ник следил за ним и внимательно наблюдал за каждым движением этой твари, тщательно высматривая возможные изъяны.

— Каждое живое существо хочет обладать двумя вещами. Первое, это абсолютное бессмертие. Второе, это неоспоримая власть, — Морос пристроился сзади советника расы саларианцев и наведя пистолет тому на затылок, выстрелил, а затем продолжил, — С помощью циклов и безжалостных убийств всего живого, наша раса получает необходимые ингредиенты для получения двух самых важных вещей, о которых я упомянул ранее. В геноме каждого из вас спрятана частичка высшего существа. Если правильно подобрать ключ, то в период Жатвы можно получить дар Бога.

— Что ещё за дар Бога?

— Это чистая душа. Она сейчас внутри тела твоего синтетический друга, которого ты забрал с поверхности Алкеры, - произнёс Морос и застрелил Советницу расы азари.

— Значит, теперь Экс является для тебя приоритетом, верно? — спросил Ник и обведя взглядом залу, добавил, — а эти все стали мешать, поэтому ты их ликвидируешь. Полагаю, меня ты оставишь в живых, чтобы затем обвинить в массовом убийстве, так? Впрочем, разговаривая со мной, ты просто тешишь своё самолюбие. Немногим позже, застрелишь и меня.

— Поразительная проницательность, — изрек Морос и довершил начатое, прикончив последнего советника, которым стал Удина. — Ты ошибся лишь в одном, для тебя уготована особа роль. Ты станешь свидетелем моего триумфа, а в качестве награды, я предоставлю тебе свой дар.

Марионетка спустился с трибуны и медленно подошла к Нику. Лицо турианца украшала томная улыбка. И это странно, до этого Мур ошибочно полагал, что представители этой расы совсем не умеют улыбаться. Махнув рукой, что сжимала пистолет, Морос освободил Николаса от сковывающих пут и немедля сунул ему в руки необычный пистолет.

***

Этот проход выдался самым коротким. Они миновали всего несколько десятков шагов и вновь наткнулись на закрытую дверь. Теперь уже не спешил Экс. Он терпеливо проверил свое снаряжение, что включало в себя: две винтовки и один пистолет. Только после этого, он потянулся к блоку управления дверью.

— Когда подам сигнал, бросай в него сразу всю связку гранат. Это существо очень опасно и любое промедление будет стоить нам жизни. Ты понимаешь, Тали?

— В кого бросать? — растеряно произнесла она и потянулась к поясу, приготовившись снять подарок гета.

— Все увидишь сама. Сперва спрячься за трибуной и жди моего сигнала.

— Поняла, — ответила Тали, крепче сжав уже полностью свободную связку гранат.

Дверь со скрипом открылась. Экс, как заведенный вбежал вовнутрь просторной залы и в два прыжка преодолел высокую трибуну, перепрыгнув ее, он скрылся из виду, оказавшись на той стороне этого внушительного сооружения. Тали осторожно двинулась вслед за ним, одновременно заметив, что за трибуной кто-то восседал. Четыре неизвестных представителя разных рас. Она внимательно осмотрела всех четверых и ахнула от ужаса. Это были мертвые Советники. Их кровь разливалась по ступенькам и скоро должна была достигнуть пола. Эта прозрение сбило Тали с толка.

***

— Потрясающее оружие, оставил на память от расы удивительно развитых существ, что жили семь циклов назад. Тоже были гуманоидами, но имели большой недостаток — обожали уничтожать себе подобных.

Приняв от Мороса подарок, Ник не спешил пускать его в ход. Он осмотрел пистолет и пришел к выводу, что марионетка Жнеца не соврала. Оружие выглядело великолепно и идеально сидело в руке. Он покосился на турианца и пожав плечами, произнес:

— В чём подвох?

— Хочу наглядно продемонстрировать, что борьба со мной бесполезна, — ответил Морос и повернулся к трибуне, откуда послышался звук открывающейся потайной двери. — Вот и настало время для финального акта, явился тот, ради которого мы все здесь собрались.

Ник отступил на пару шагов назад, попутно активируя свой щит. Призадумался о том, чтобы проверить слова Мороса, но быстро отмел идею в сторону и просто стал наблюдать за происходящим. Ведь посмотреть действительно было на что, а точнее кого. Из-за трибуны выскочил Экс и дав короткую очередь по Моросу, издал писклявую трель. Выстрелы по марионетке Жнеца не принесли должного результата. Их все поглотило плотное кольцо щита, что окружало и защищало турианца от любого урона. Турианец рассмеялся и подняв руки в знак приветствия, выкрикнул:

— Как же я рад нашей встрече, Экс. Два. Ноль. Сорок.

Гет отказался проявлять взаимное уважение и покосившись на трибуну, рявкнул в отместку:

— Тали давай!

***

Медлить снова было нельзя, он заранее предупредил ее об опасности, что поджидала их в этом проклятом месте. Она вбежала на верхний уровень трибуны, поочередно активировав все оставшиеся на связке гранаты. Приготовившись метнуть в противника снаряд, она замахнулась и уже готовая к броску, неожиданно замерла. Открывшийся вид вынудил Тали оцепенеть от ужаса. В зале сидело уйму народу, но все они, как один, походили на неподвижные статуи. Посреди залы размещался постамент, на котором сошлись: неизвестный ей прежде турианец, Экс и человек по имени Николас Мур. Они находились слишком близко к друг к другу, и если она метнет гранаты, то взрыв накроет их всех.

— Тали, давай, ну же! — снова выкрикнул Экс.

Он стрелял по турианцу из винтовки, но тот будто не замечал этого. Его светящиеся красным светом глаза были устремлены в сторону Тали. Это обстоятельство подстегнуло ее к решительному действию. Больше не мешкая, она метнула в турианца связку, после чего пригнувшись укрылась от грядущей вспышки взрыва за трибуной.

Как гром среди ясного неба, вновь грянул оглушительный взрыв. Тали непроизвольно сжалась в комочек и стала лихорадочно отсчитывать секунды. Экс должен был справиться с тем монстром, ведь он был так уверен в собственных силах. Но раздавшийся вслед за грохотом от взрыва, механический стон гета, говорил об обратном.

Тали резко поднялась и подняла руку, сжимающую пистолет. Турианец был не только жив и здоров, он уверено перехватил инициативу. Каким-то образом, пользуясь лишь взмахом руки, он поднимал и с силой опускал Экса прямиком на пол, нанося непоправимый урон телу гета, отчего из синтетика начали вылетать какие-то мелкие запчасти.

— Какое потрясающее событие, не правда ли? В этот замечательный день сошлись в смертельной битве гвардия Короля в Желтом и мои скромные силы. Но стоит заметить, мои доблестные воины вам поддались, ведь если бы они бились честно, то ты бы сюда не дошел — Экс Два. Ноль. Сорок. Три, — надменно произнес турианцец.

Он небрежно швырнув Экса в трибуну, отчего тело того проделало в ней приличную вмятину. Затем он повернулся к быстро моргающему Муру, который боролся с последствиями контузии.

— Почему ты не стрелял, Николас? Я ведь дал тебе совершенное оружие!

— Думаю, что после выстрела меня бы ждал неприятный сюрприз, — смело ответил Ник, выдержав тяжелый взгляд ярко-красных глаз.

— А ты быстро учишься, молодец! — похвалил его турианец и весело хохотнув, добавил, — мне правда жаль тебя убивать.

Глава 18

Она уже это видела. Нечто похожее произошло и со Спектром, которого звали Сарен. Очень похоже, что этот турианец, находился под абсолютной властью жнеца. Но как это произошло? В пространстве Цитадели не находилось огромного корабля, который мог быть непосредственно древней машиной.

Тяжело дыша, Тали пыталась осознать ситуацию и понять, как следует действовать дальше. Трибуна, за которой ей пришлось спешно укрыться, располагалась на верхнем ярусе. Отсюда она могла осмотреть место боя. Тали осторожно выглянула из-за угла. Светящиеся красным светом глаза турианца, сразу привлекли её внимание. Они загорелись с новой силой, а в его руках находилось громоздкое и неизвестное ей оружие, которое показалось ей достаточно серьезным аргументом, чтобы вновь скрыться за укрытием.

От увиденного ее бросило в пот. Фильтры не справлялись. Шлем изнутри покрылся легким налетом испарины. Страх разгонял воображение. Единственную свободную руку Тали сжала в кулак и решилась на смену позиции. В битве с Сареном, Шепард действовал быстро и ни секунды не сомневался в своих действиях. Поэтому в первую очередь, она должна попытаться попробовать сбить с толку противника, а затем попробовать помочь Эксу.

Согнувшись пополам, она стремительно перебежала к нижнему ярусу трибуны. В тот же самый момент, то укрытие, где она пряталась всего несколько секунд назад, разорвало в клочья. Теперь там зияла огромная дыра. Глядя на эффект от выстрела и вызванное им разрушение, Тали отчетливо поняла, что прямого попадания она явно не переживёт. По простым подсчетам выходило так, что длинны трибуны хватит от силы на пять, максимум, шесть попаданий.

— Девочка, если выйдешь из укрытия, то проживёшь на несколько минут дольше! — выкрикнул турианец, после чего, сделал очередной выстрел.

Брешь в трибуне увеличилась вдвое. Ситуация складывалась скверно. Разум подсказывал ей, что лучше послушаться врага и выйти из укрытия. Но ноги предательский оцепенели, потому что инстинкты Тали противились этому решению. Ведь если она выйдет, то лишиться даже малейшего шанса на выживание.

— Тали, мать твою, он знает, где ты прячешься и следующим выстрелом превратит тебя в зажаренного кварианца! — это был окрик Николаса Мура.

Предостережение человека подстегнуло Тали к немедленному действию. Она осторожно положила пистолет, доставшийся ей после схватки с гвардейцами и встав полный рост, она медленно вышла из укрытия. Находившийся под властью жнеца турианец, издал облегченный выдох. Войдя с ним в зрительный контакт Тали ощутила, как у нее в груди зародилось нечто пострашнее обычного страха. Она не могла думать ни о чем другом, кроме беспрекословного подчинения этому существу.

Турианец опустил оружие, а свободной рукой нажал на запястье второй конечности, что сжимала оружие. Секундой позже, громоздкое оружие, приняло форму широкого ручного браслета. Зрелище впечатляло. Тали еще никогда не встречала подобных технологий. Чего не скажешь про Мура. Человек каким-то образом был способен сопротивляться ментальной атаке противника и показательно зевнув, небрежно ткнул пальцем в сторону жнеца, после чего язвительно спросил:

— А этой игрушке сколько лет?

Турианец в ответ пожал плечами и задумчиво причмокнув, произнес:

— Сложно сказать, но больше трёх сотен тысяч Земных лет — это точно. Для моей расы время не имеет значение. Мы уже очень давно ориентируемся только по завершенным циклам.

— Как ты захватил это тело?

— Коснулся его разума, и тем самым, привёл в действие заложенный в нём алгоритм одурманивания.

— Заложенный алгоритм, что это такое, мразь?

— Ты слишком категоричен, Николас, — недовольно покачал головой турианец и перевел взгляд ярко-красных глаза с человека на Тали. — Милая девушка, мне тебя искренне жаль. Такие сломанные судьбы всегда вызывали во мне сочувствие, и я буду честен с вами до конца, порой задумывался о том, чтобы прекратить мучения молодых рас, раз и навсегда.

— Очень сентиментально для такого существа, как ты, — произнес Мур и сложил руки на груди. — Если мне не изменяет память, то Шепард в своем рапорте отзывался о Властелине немного иначе.

— Назара был слишком принципиальным. Для него жатва лишь поддержание существования для тех, кто ждёт очереди в бесконечности. Поэтому, в моём понимании, циклы — это зло. Но в виду некоторых причин, они превращаются в необходимое зло, что не позволяет Галактике, полностью впасть в ту самую пучину хаоса.

— Что ты хочешь от нас? — с трудом выдавила из себя Тали, давно мучивший ее вопрос.

Мур недовольно покачал головой, а турианец улыбнувшись украдкой, загадочно произнес:

— Любое событие беспристрастно. Как правило — это состоявшиеся действие в определенный момент времени. Но мне этого мало. Я хочу получить дар, который хранится в голове вашего синтетического друга. Вы будете свидетелями моего триумфа, с чем я вас сердечно поздравляю!

— А нас двоих точно будет достаточно? Может пробудишь остальной зал?

— К сожалению, вынужден отказать в твоей просьбе, Николас.

— Очень своеобразный фетишь. Уже познакомился с ним, когда ты убивал Хакета. Ты ведь специально освободил его перед тем, как пустить пулю прямо в лоб, так? А потом продолжая мило вести со мной беседу, в той же самой манере, хладнокровно казнил и Совет.

После слов Николаса наступило неловкое молчание. Турианец не пытался опровергнуть слова человека, он будто потерял к разговору малейший интерес. Молча развернулся к трибуне и взмахом руки поднял тело Экса в воздух. Синтетическая плоть заскрипела. От грубых действий марионетки жнеца, гет очнулся и медленно поднял голову.

— Я и не надеялся, что ты угодишь в настолько примитивную ловушку, — турианец обратился к Эксу, победоносно задрав подбородок вверх. — Неужели Хастур не предупреждал тебя о последствиях этого выбора?

— Если бы я не пришел, то…дальнейшая борьба потеряла бы всякий смысл, — отреченным тоном ответил гет, даже не пытаясь сопротивляться силе Жнеца.

— Разве это можно назвать борьбой? Посмотри внимательно, где ты видишь хоть зачатки борьбы? Все они были обречены с момента своего рождения, разве это не очевидно?

Тали смотрела на это полностью потерянным взглядом. Она была обескуражена и подавлена. Эта битва была за гранью ее понимания. Она посмотрела на Мура и изрядно удивилась его спокойствию. Человек не спеша подошел к одному из тел, неподвижно лежащих на скамьях.

Присмотревшись Тали увидела, что рядом с убитым адмиралом, лежит и сам Шепард. Не отдавая отчет своим действиям, она хладнокровно подбежала к Муру и схватив того за локоть, продолжая смотреть на спящего спектра, шепотом произнесла:

— Он жив?

Прежде чем ответить, Николас опустился на колени и снял с руки убитого Землянина наручные часы. Рывком оторвал лямки и внимательно оценив состояние электронного табло, удовлетворенно хмыкнул.

— В отличие от моего старика, твой парень просто спит, — ответил Николас, проделывая какие-то манипуляции с часами, продолжая говорить: — что довольно странно. До вашего появления весь зал напоминал сцену из старых фильмов ужасов. Все, как один, сидели с неподвижно закатанными глазами, а теперь глянь, просто лежат и спят, как убитые.

— Что это значит? — вновь шепотом спросила Тали, пытаясь уловить смысл его слов.

— Боюсь ошибиться, но допускаю одно приятное обстоятельство, Экс каким-то образом влияет на силы нашего Жнецилософа. И пока не стало слишком поздно, нам нужно воспользоваться этим преимуществом.

— Как?

— Вот с этим будет сложнее, — сказал Николас и прежде чем продолжить, с недовольным видом почесал подбородок. — Этот Морос продемонстрировал нам, что его возможности почти безграничны, и он готов к любому сопротивлению с нашей стороны. Даже предоставил нам возможность свободно передвигаться, совсем не опасаясь, что мы сможем ему навредить. И в принципе, он прав, ведь как показала практика, стрелять по нему бессмысленно. Применять биотику и лезть в рукопашную, полагаю, тоже не имеет смысла.

— Тогда, что нам делать?

— У меня есть одна идея, но она безумна, — он наклонился к мертвому адмиралу и проведя рукой по лицу человека, закрыл открытые глаза, тихо произнес, — спи спокойно, солдат…

Она терпеливо дождалась пока Николас отдаст почести пожилому офицеру Альянса, а затем спросила:

— Может нам попробовать разбудить Шепарда?

— Ты смотрела человеческие сказки? Разве он похож на Белоснежку?

Мур посмотрел на Тали, но встретив недопонимание с ее стороны, нахмурился пуще прежнего.

— Значит так, развернись к Моросу и жахни по нему перегрузкой, сможешь?

— Да, — ответила Тали и активировала спящий инструментрон, — прямо сейчас?

— Как будешь готова, так сразу и давай, — подтвердил Мур, вставая, покручивая рукой диск электронных часов, — настал момент проверить мой подарок в деле.

Тот, кого звали Морос, уже держал Экса за шею, производя над синтетическим телом гета какие-то манипуляции. Она понимала — времени оставалось мало. Сделала два шага навстречу врагу и применила против него перегрузку. Щит турианца озарился переливающимся светом. Морос замер и опустил руку, в которой держал гета. Затем с большим удивлением повернулся к ней.

От тяжести его взгляда у Тали перехватило дыхание. Николас по какой-то причине медлил, и она уже приготовилась вкусить гнев разъяренной марионетки Жнеца. Но все же человек не обманул и осуществил обещанный безумный поступок. Он использовал биотический заряд и буквально врезался в щит турианца. Вот только защитное поле сдержало натиск биотика не позволив навредить своему владельцу. За одним исключением.

В момент столкновения, Мур дал дополнительный толчок диску электронных часов, который смог проскользнуть сквозь защиту Мороса. Обычный предмет, что вдруг стал оружием, с невообразимой скоростью вошел в грудь турианца оставив на ней характерный след. Тали охнула пораженная находчивостью капитана наемников.

Морос пошатнулся. Отпустил гета, и потянулся освободившимися руками груди, по которой засеменили ручейки крови. В этот момент Мур снова ударил биотикой. Турианец со всего маху врезался в трибуну, после чего медленно осел на пол. Теперь кровь лилась не только из его груди, но ещё и рта, а красное свечение изливающиеся из глаз, стало медленно угасать.

— Похвально, Николас, ты выиграл себе немного времени…

— Это за Хакета, — Мур снял с пояса пистолет и выстрелил турианцу в лоб.

После такого ранения обычно уже не встают. Морос повалился на пол и больше не подавал признаков жизни. Убедившись, что противник нейтрализован, Николас бросился к Эксу. Схватил того за плечи и стал активно трясти синтетика, чтобы тот пришел в себя.

— Я не смог оказать ему сопротивления, — произнес гет и жестом попросил Мура, чтобы тот прекратил оказывать ему помощь.

— Ты чего раскис, как пьяная барышня на выпускном? Нам пора отсюда валить, пока этот гад не вселился в кого-нибудь другого!

— Этаж заблокирован, а снова воспользоваться тоннелями, он вряд ли позволит.

— Протяни руки, сейчас кое-чего покажу, — вежливо попросил Мур, обращаясь к Эксу.

Тали тоже хотела узнать, что именно задумал Николас, и подошла к ним ближе. Но звук бряцающей брони вынудил ее перевести взгляд на дальний конец зала. Там всё это время находились гвардейцы. Целая толпа солдат в тяжелой броне, которые по какой-то причине, решили проснуться. Хотя причина предельно проста — это поражение их босса. Тали невольно попятилась и размахивая руками указывая на врага, обратилась к Николасу:

— Кажется, у нас проблемы!

— Один момент, — сказал он с ледяным спокойствием, мило улыбнувшись ей.

Мур гордо поднялся на ноги, демонстративно расправил плечи и замахнувшись, метнул в солдат какой-то мелкий предмет. Затем развернулся и подмигнув, ласковым тоном произнес:

— Рекомендую прикрыть уши.

Бронированных солдат смяла ослепительная вспышка света. В след за ней по залу прокатился оглушительный гул, после которого из дальнего конца зала, словно плотный туман, потянулся густой слой пыли.

— Зачем ты засунул мины мне в руки?! — возмущенно спросил Экс, нависнув над залившимся кашлем Николасом, подобно мрачной тени.

— После твоего совета, ну того тебя, который еще не такой, как ты, — запутанно ответил Мур, и обтер влажные губы тыльной стороной руки. — Он посчитал тебя опасным, а я подхватил идею и немного тебя прокачал, сделав тебя бомбически опасным.

— Ясно, — буркнул гет и указав на трибуну добавил. — Единственный безопасный выход там, нужно успеть до того, пока Морос не сделает новый ход. Хоть его настоящее тело находиться очень далеко отсюда, он может управлять несколькими марионетками.

— Как это возможно? Из отчёта Шепарда, я понял, что этой огромной твари нужно быть рядом со своей жертвой.

— Всё благодаря Властелина. Остатки его тела находятся на Цитадели, и Морос использует их в качестве источника энергии для себя, так для частичного одурманивания органических форм жизни.

— То есть, я тоже могу стать лазерной указкой?

— Пока будешь рядом, тебе ничего не грозит. Давай закончим наш разговор позже, а сейчас пойдём в туннели.

— Предлагаю другой вариант! Кто-нибудь из вас в курсе, где здесь стена, которая выходит не в смежную помещения, а соседствует с пространством Цитадели? — отбросив предложение Экса, серьёзным тоном спросил Ник. — Проделаем в ней брешь второй гранатой и уйдем коротким путём.

— Вон та стена не граничит ни с одним помещением, но как мы сможем выбраться, предлагаешь лететь? — указав направление, насторожено спросил Экс, пытаясь переубедить Мура. — И ты уверен, что второй взрыв никому здесь не навредит?

— В академии я получил прозвище Ник-подрывник, так что не волнуйся, я умею взрывать как надо. Будьте здесь.

Николас побежал к дальнему концу зала и свернув в том месте, где кончались скамьи, на которых мирно лежали представители различных рас, он приблизился к стене и быстро прикрепил к ней гранату. Отбежал от места предполагаемого взрыва, а затем плотно зажал уши. Второй взрыв вызвал гораздо меньше разрушений, радиус ударной волны открыл аккуратный выход наружу.

Экс осторожно взял Тали за руку и повел ее к пролому в стене, который сделал Николас. Девушка не сопротивлялась. Чего только стоят привычки, которые приобретаешь, постоянно оказываясь в опасных ситуациях.

Достигнув пункта назначения, Тали усомнилась в гениальности наемника. Из проема открывался фантастический вид на Цитадель, но высота, казалась ей ужасающей.

— Прыгать будем в таком порядке, — начал быстрый брифинг Николас, внимательно разглядывая пропасть под ногами. — Тали пойдет первой, за ней прыгнешь ты Экс, а я пойду замыкающим.

— Скорее всего в этом нет необходимости, похоже к нам летит помощь, — сказал Экс и указал на стремительно приближающийся аэрокар.

Эта машина заложила крутой вираж и по касательной едва не сшибла их бампером, в последний момент перед столкновением затормозив лагом, пристроилась к проему бортом. Внутри сидело трое. В роли пилота была Михаил, а пассажирами были: Ария Т’Лоак и Джек. Вид у каждого был помятый с изрядным количеством окровавленных ссадин и внушительных синяков.

— Какого хрена Мохнарылый, ты почему не с Касуми?! — вместо приветствия вдруг гневно выкрикнул Николас, переменно глядя то на Михаила, то на Джек.

С лица Михаила исчезла улыбка, после чего он приобрел привычный тучный вид.

— Когда мы меняли машину она вдруг ушла, только сказав, что мы сумасшедшие ублюдки, и она не хочет иметь с нами никаких дел! — раскрасневшись выпалил на одном дыхании пилот. — Я тебя хотел спасти идиот! А вместо слов благодарности, ты опять начинаешь на меня орать!

— Вы будете выяснять отношения или ваша троица залезет в этот гребанный аппарат? За нами вообще-то погоня! — точку в этом споре поставила Ария, и открыла дверь аэрокара, впуская новых пассажиров внутрь.

Николас, а вслед за ним Экс, запрыгнули на свободное переднее сидение. Тали с трудом совладав с подрагивающими ногами, грохнулась назад, плечом врезавшись в Азари.

— Легче, кварианка, иначе вылетишь отсюда на хрен!

— Извини, — виновато буркнула Тали, и закрыв дверь аэрокара, осторожно разместилась на скромном пассажирском сидении.

Летательный аппарат вскоре помчался снова. Михаил взял курс ближе к основанию цитадели, плавно уходя от двух других летательных средств передвижения, что на высокой скорости шли им наперерез.

— Вот уж не думал, что ты тоже придешь к нам помощь, Ария, — произнес Ник, ерзая на сидении, пытаясь занять удобную позу.

— А я и не к тебе сюда рвалась, а к нему, чтобы отплатить долг за «Омегу», — отрезала Ария указав на Экса, и наклонившись ближе к Муру, добавила, — кроме того, одна птичка мне нашептала, что именно ты повинен в уничтожении моей станции.

Тали толком не смогла уследить за тем, как Азари накинула на шею Николаса удавку и принялась душить того, оперившись коленом в спинку его сидения.

— Отпусти, дура, — прохрипел в ответ Мур, пытаясь сорвать с себя удушающий жгут, — технически в гибели станции виноваты Жнецы…

— Врешь! Помощница советницы была предельно точной! — продолжая душить его рявкнула Ария.

Тали с опаской смотрела за развитием событий, боясь влезть не в свое дело, и принести больше вреда, чем пользы. И ее терпение было оправдано, на помощь, к Муру пришел сам Экс. Гет одни касанием порвал жгут и повернувшись к Арии заявил:

— Совет мертв в полном составе, а убийца вскоре объявит во всеуслышание, что это мы виновны в этом, поэтому нам нужно искать компромиссы, а не конфликтовать, — потом он указал на какую-то точку на Башне президиума и продолжил. — Вон там находится главная угроза на данный момент времени.

— Эта штука говорит?! — удивленно выпалила Ария и ища взглядом поддержку, грустно добавила. — Я одна об этом только сейчас узнала?! Стоп, то есть как Совет мёртв, вы что там натворили идиоты…?!

— Николас, наш железный друг прав! Там развертывается в боевую готовность противокорабельное орудие по меньшей мере двухсот пятидесятого калибра. Вашу мать, скоро мы превратимся в пыль, которую я каждую неделю вытираю с самогонного аппарата!

— Сможешь уйти?! — выкрикнул Николас, требуя от пилота точную информацию.

— Эти штуки имеют высокий порог стабилизации орудия, поэтому дело дрянь!

Пока пилот закладывал крутой вираж в самом аэрокаре неожиданно наступила мертвая тишина, прерываемая бормотанием Михаила. Ее посмел нарушить Экс, спокойно произнеся, словно для него это было совершенно привычным:

— Они идут.

— Кто?! — нервно выпалила Ария, глядя на него широкими глазами.

— Геты…

В это же время снаружи донесся непривычный для Цитадели звук. Повернув голову, Тали не поверила своим глазам. В сторону Башни президиума летели сотни ракет.

Глава 19

В один момент Башню президиума охватило огнём. Его сияние слепило глаза. Затемненное стекло шлема частично спасало Тали от того разнообразия из чего был соткан огненный шторм, охвативший всё свободное пространство за пределами глайдера. Аэрокар буквально плыл по всепоглощающему огню. Яростный свет ещё можно было стерпеть, но другое дело — это грохот, который сопровождал яростную стихию. Он раздавался буквально со всех сторон. Бил по ушам с такой умопомрачительной силой, отчего Тали казалось, что из перепонок потекла кровь. Казалось, что аэрокар попал в мощнейший водоворот пламени и сокрушительного грома.

Большая часть первой волны ракет прошла оборонительные рубежи Башни и настигла свои цели. Но последующие залпы были накрыты ответным огнем защитников Цитадели. Именно этот обмен ударами породил ту неистовую силу, куда угодило одно маленькое летающее средство передвижения. Неизвестно каким образом, но Михаилу удавалось увести машину от скопления огня, прежде чем их аэрокар сожрала ненасытная стихия. Глайдер кидало из стороны в сторону с необузданным остервенением, отчего Тали потихоньку начали одолевать острые приступы тошноты. Она спасалась лишь тем, что пыталась фокусировать взгляд на происходящем снаружи.

Огневые точки защитников Башни, начинали вести последовательный огонь по жилым секторам Цитадели. Судя по всему, именно там скрывалась их основная угроза. Аэрокар только чудом избегал встречи со снарядами, что отправляли противоборствующие стороны, планомерно двигаясь к основанию Башни Президиума.

Соседки Тали, плотно зажав уши и крепко зажмурившись, пригнулись и что-то громко кричали в пустоту. Трудно представить каково было девушкам, ведь в их распоряжении не было спасительного шлема. Им приходилось бороться с разразившимся хаосом самостоятельно. Чего не скажешь о тех, кто сидел на передних сидениях. Михаил и Николас удивительно стойко переносили грохот вперемешку с ослепляющими вспышками света. Попеременно кричали друг другу два бессменно повторяющихся слова:

«Мы пираты! Мы грёбаные пираты! Ворота противника разнесём стократно!»

Они продолжали кричать ровно до тех пор, пока аэрокар полностью не ушёл с линии огня, добравшись к основанию к Башни Президиума. Мчась на полном ходу, Тали заметила неожиданную перемену в действиях своих спутников. Вечно раздраженный и неуверенный в себе Михаил, сейчас сохранял предельную концентрацию, чего не скажешь про его капитана.

— Сбрасывай хвост и живее двигай в кольцо, здесь мы, как на ладони! — кричал Николас, нервозно осматривался по сторонам, и временами поглядывал на инструментрон. — Надо воспользоваться предоставленным шансом!

— Противник заходит с двух сторон, — в привычной манере, полнейшей невозмутимости, заявил Экс, — у них большое желание повредить нам маневренные двигатели. Они хотят, чтобы мы остановились. Будут стрелять мелким калибром, но учитывая турбулентность, есть большая вероятность того, что пробьют обшивку аэрокара и кого-то из нас заденет.

— А тебе типа все равно, да?! — выкрикнул в ответ Михаил, заложив крутой вираж, отчего машина нырнула носом вниз.

— Он не чувствует боли, балбес! Держи плавнее, а то кого-то точно вырвет! Еще раз повторяю, дамы и господа, если кому-то станет плохо, то извольте терпеть! — это уже кричал Николас, а после повернулся и осмотрев сидящих на задних сидениях, добавил. — Ладно, дам поблажку, но только для Тали, всем остальным терпеть!

— Что здесь твориться, вашу мать?! Кто напал на Цитадель?! — кашляя и тяжело дыша спросила, Ария впившись в него яростными глазами.

— Ты разве не слышала, что сказал наш железный друг? История трехмесячной давности повторяется, геты вновь напали на Цитадели, теперь будут разрушения и все такое в этом духе…

— Издеваешься?! Откуда они здесь взялись?!

— Они выжидали во вспомогательных тоннелях, с того самого момента, когда на Цитадель напал Сарен. Теперь решили повторить атаку, — отстранено пояснил Экс.

— Откуда тебе это известно?!

— Я вошёл с ними в контакт. Ощущаю каждого из шести тысяч мобильных платформ, которые сейчас вышли на неравный бой, чтобы дать нам возможность улететь.

— То есть, они помогают нам?

— Совершенно верно, — подтвердил гет и указал на что-то поджидающее их впереди. — Михаил, возьми еще левее, там мы выйдем в кольцо, как нож в масло.

— Ник?!

— Делай, что он говорит, Мохнарылый! — властно воскликнул Николас, повернулся к Гету и состроив кислую мину на лице, обиженным тоном добавил, — и какого лешего?! При чем тут нож и долбанное масло?!

— Хочешь другую аналогию?

— Просвети, — утвердительно кивнул Ник. — У меня на масло дикая аллергия! Вся шея вздувается, и жутко тошнит, будто моим кишкам хочется выйти наружу…

— Думаешь, это кому-то сейчас интересно? — схватившись за рот, буркнула Ария, содрогаясь от приступа дурноты. — Заткнись, пожалуйста.

— Ха-ха, я пошутил, дурочка, — весело подмигнув ей, буркнул Николас, а затем помрачнел и добавил жутким, даже ледяным тоном, — надеюсь тебе сейчас плохо, ровно, как и мне тогда, когда ты захотела меня немного придушить.

— Ты, — прорычала Ария, гневно прикусив губу.

— Да, да, куколка, сожми кулачки и изволь потерпеть.

Один короткий миг и аэрокар влетел в кольцо президиума. Тали пропустила этот момент, следя за перепалкой внутри машины. Она соскучилась по этому дивному виду. Особенно по тому, что возвышалось над крышей аэрокара. Голографическое изображение красивейшего голубого неба, завораживало. Прекрасный и удивительный вид, почти настоящее планетарное небо.

Бой с гетами проходил и на этом уровне. Скромных возможностей синтетиков хватило с лихвой, чтобы серьезно озадачить силы СБЦ даже на сакральной территории Цитадели. Мобильные модули вели хаотичный огонь по превосходящим силам противника, медленно сгорая в огне защитников Цитадели. Наблюдая за ходом боя, развернувшегося внизу, меж зеленых зон ухоженных парков и аккуратных водоемов, Тали вдруг вспомнила Сарена и невольно содрогнулась. Экс был прав — нынешнее нападение ничем не отличается от предыдущего. Снова под огнем гетов гибнут органики. Это её пугало.

— Я ошибся, тот кто нас преследует, они с самого начала не хотели по нам стрелять, — с вычурно-виноватой интонацией произнес Экс, и повернул голову к Нику. — Это, конец.

— Что?! Как тебя понимать?!

Слова гета вынудили сердце Тали сжаться. В подтверждение его слов, Михаил заложил крутой вираж, но было уже слишком поздно. В аэрокар на полном ходу врезалась другое транспортное средство, и частично, словно острое лезвие бритвы, срезало обшивку, сместив их с траектории полета, который заложил пилот. Тали выставила руки перед собой, но в момент удара все равно крепко приложилась об переднее кресло. Даже замутненным взглядом, она понимала, что это была только половина беды. Транспортник противника разрушая аэрокара утащил вместе с собой Джек. В том месте, где несколько секунд назад сидела человеческая девушка, зияла огромная дыра.

— Я за ней! — громко рявкнул Николас и одним рывком перемахнув через спинку сидения, нырнул прямиком в брешь аэрокара.

Тали на мгновение прикрыла глаза и услышала оглушительный рёв двигателя. Чужое судно врезалось в них настолько сильно, что смогло повредить силовую установку. Каким бы мастерством пилотирования не обладал Михаил, их аэрокар обречен.

Единственное, на что была способна сейчас машина — это медленно падать вниз. Это и произошло. В следующий момент Тали почувствовала обманчивую легкость в теле, которая сопутствовала резкому снижению высоты. Михаил в полный голос чертыхался, непрерывно ругая поврежденную машину. Ведь все бы ничего, но аэрокар продолжал следовать вперед, все дальше удаляясь от Николаса и Джек.

***

Она никогда не думала о смерти, как о чём-то неизбежном. Джек скорее предпочитала с ней бороться. Каждый день, каждый вздох, каждое прожитое мгновение — она вела схватку с самой судьбой. Она делала это с тех пор, как осознала себя и этот паршивый мир. Безнадежный серый смрад, что был соткан из боли и страданий. В нем ты любо победитель, либо твой хладный труп, будут оттирать с ржавого пола на какой-нибудь дряхлой посудине, а третьего, увы, просто не дано.

Но в данный момент ей было хорошо. Джек словно окунули в девственно чистое молоко. Это было неожиданно и довольно приятно. Здесь не было ни той привычной боли, ни тех бесчисленных страданий, которые стали ей закадычными друзьями. Сплошное покрывало, состоящее из ничего, но довольно приятного, ничего.

Но какой-то мерзкий негодяй вознамерился выдернуть её из этого чудесного места. Дивного дурмана, очень похожего на безмятежную обитель рая. В груди резко защемило, словно ей попытались выдернуть само сердце. Джек хотела закричать, но изо рта вырвался лишь жалкий хрип.

С трудом распахнув глаза, она увидела перед собой чумазое лицо Николаса. Мужчина возвышался над ней, а его сильные руки, причиняли ей нестерпимую боль. Она быстро догадалась, что он перебинтовывал жутко плотным бинтом ее грудную клетку. Поверх потного и нервного, но довольно симпатичного лица молодого человека, Джек увидела голубое небо. Облака плыли по нему, как липкие пучки сахарной ваты. И это было красиво.

— Очнулась? — спросил Николас, и осторожно приподняв ее, прислонил тело Джек спиной к какой-то холодной штуковине. — Ситуация неутешительная. Твоя правая рука держится на тонком волоске чуда, обе ноги сломана в десяти местах, а если бы сердце человека находилось чуть правее, то наступила бы печаль-беда.

— Зачем? — слабо просвистела Джек, ужаснувшись звучанию собственного голоса.

— В грядущей заварушке ты будешь полезной, но для начала тебе нужно выжить, — искренне сказал он, небрежно поправив кепку с эмблемой Альянса. — То, что я тебе вколол, заставило бы биться даже сердце мертвеца, но эффект длиться всего два часа. Тебя нужно срочно доставить на операционный стол. Желательно под скальпель, который будет держать Хельга. Она настоящий профессионал, уж поверь.

— Верю, — попробовала улыбнуться и Джек, но боль вынудила её скривиться. — Ты извини, но бежать, я похоже, не смогу.

— Никто и не заставляет, я тебя понесу.

Николас поднялся. Сложил лишние медицинские принадлежности в маленький мешочек и спрятал его, сунув обратно в нагрудную броню. Затем снова склонился над Джек и замер. К ним кто-то приближался. Судя по звуку это было две пары ног, что спускались по лестнице, которая находилась совсем неподалеку.

— С вами все хорошо? — задал вопрос приятный мужской голос, — когда мы услышали грохот, то сразу ринулись сюда. Основные силы теснят гетов у посольств, но начальство сказало нам остаться в этом секторе, чтобы обеспечить безопасность гражданских.

Это был совсем еще зеленый паренек в форме СБЦ. Голубые глаза испуганно посмотрели на Джек и тотчас широко распахнулись. Он замахал руками и обернулся к едущему следом за ним более матерому безопаснику. Тот пристально осматривал близлежащую территорию и не спешил идти на зов своего более молодого коллеги.

— Рон, тут женщина в критическом состоянии! Нам нужно вызвать медиков!

— Спасибо вам, но мы можем сами добраться туда, где смогут оказать помощь моей возлюбленной, — начал говорить ему Николас, испуганным, но в меру уверенным тоном. — Мы с моей второй половинкой гуляли по этой чудесной площади, но тут внезапно в воздухе прогремел взрыв. А потом эти обломки, ужас… Понимаете, я сам врач, и уверяю вас, что смогу самостоятельно оказать своей женщине помощь. Эти подлые машины, что устроили этот ад, могут вернуться и…

— Ваша форма, сэр, — к ним подошел тот, кого звали Рон, и только глянув на Джек, быстро отвел от нее взгляд. — Если не ошибаюсь, вы офицер Альянса, верно?

— Вы наблюдательны, но сейчас я нахожусь в увольнительной и форму не снял её лишь для того, чтобы произвести впечатление на свою жену, — Николас ударил ладонью по своему лбу и уверено продолжил врать. — Какой же я был дурак, что повел сегодня её в Президиум! По плану у нас сейчас должно было быть посещение ресторана. Пожалуйста, я попрошу лишь об одном, помогите мне поднять мою вторую половинку, а дальше, я обязан нести её на руках, иначе не сыскать мне в этой жизни чести!

Люди в форме СБЦ переглянулись и одновременно пожав плечами, стали двигаться к Джек. Их не смутила откровенная ложь Николаса. Но и он был действительно хорош. С момента их появления сменил осанку, чуть сгорбился и разительно поменялся в лице. Теперь на Джек смотрел не уверенный в себе наёмник, а его бледная тень.

Бравые защитники правопорядка Цитадели посчитали своим долгом помочь парочке, что попала в беду. Джек облегченно вздохнула и попыталась им улыбнуться, но предательская боль снова сыграла с ней злую шутку, вынудив ее скривиться и прикусить губу.

И пока неравнодушные бойцы СБЦ подходили к ней, на сцене неожиданно возник еще один персонаж. Угрюмый турианец крепко сжимая дрожащими руками штурмовую винтовку, грозно глянув на своих сослуживцев, сделал предупредительный выстрел в воздух. Молодые люди, спешащие на помощь к Джек, испугано обернулись, но завидев в боевой стойке не гета, а сотрудника СБЦ, шумно выдохнули.

— Ты что творишь, Зерн?! У меня аж сердце ушло в пятки! — обижено воскликнул старший из людей, вопросительно поглядев на турианца.

— Я видел, как эти двое вылетели из аэрокара, пассажиров которого нам велено задержать! — огрызнувшись в ответ, быстро выдал тот и изготовился к стрельбе.

— Что же за день сегодня такой? — спросил Ник, глядя куда-то вдаль, и похоже обращаясь к самому себе. — Собачье морды, вы у меня в печёнках сидите…

Выстрел. Яростные глаза турианца помутнели, а на его шее появилось ровное сквозное отверстие. Пока некогда внимательный сотрудник СБЦ замертво падал на пол, Ник ударил по опешившим людям. Ребята привыкшие просиживать штаны и гонять мелких воришек, даже опомниться не успели, как их сбила с ног мощная биотическая атака. Дальнейшего развития событий, Джек увидеть не смогла. Опьяняющая волна бессилия вынудила её закрыть глаза.

Смертельные раны давали о себе знать, но умирать она сегодня не хотела. Николас обещал спасти, а такие люди, обычно держат своё слово. К тому же, он еще не выплатил ей обещанный долг. Ведь Джек спасла его близкого друга. Но все-таки, какая же неприятная боль. Она еще никогда не ощущала собственную руку чужим отростком плоти. Каждый нерв, каждый волосок на коже, все они отзывались нестерпимой болью.

Когда она снова смогла найти в себе силы, чтобы приоткрыть глаза, то была приятно удивлена. Мысли о порядочности этого мужчины подтвердились. Николас бережно нёс её на руках. Видимо действия наркотиков давали ей ощущение абсолютной безмятежности, раз разум Джек тонул в небытие и прибывал почти в полном безразличии к происходящему. Её действительно перестало интересовать практически все, кроме сильных рук молодого человека, который с обольстительно суровым видом двигался куда-то по пустым дорожкам Президиума.

— Не смей умирать у меня на руках, — шептал Николас, крепче прижав ее к себе, — на сегодня лимит смертей исчерпан, поняла? Наш железный друг связался со мной и сказал, что поведёт группу по каким-то туннелям, а нам велел укрыться в ближайшем здании и ждать их прибытия. Ага, думаю, вот это подойдет.

Джек смотрела только на его обеспокоенное лицо. Голова, как и остальное тело, слушалось плохо. Лишь краем глаза увидела, как они прошли через голографическую ленту предупреждения. Похоже, тут совсем недавно был магазин или нечто подобное, но хозяева решили сделать капитальный ремонт и огородили вход яркой желтой полосой с бегущей строкой на которой было написано, что проход временно запрещен.

Стены и потолок черные, как ночь. Все указывало на то, что здесь совсем недавно случился пожар. Джек залилась кашлем и пропустила тот момент, когда Николас прошел дальше и воспользовавшись декодером, открыл внутреннюю дверь бывшего магазинчика. Очень массивную дверь. Когда она с большим усилием открылась, то Джек поняла, что они угодили в еще большую неприятность, чем встреча с патрулем СБЦ.

В невероятно просторном помещении играла музыка. Повсюду стояли стойки с игровыми автоматами, вперемешку с полукруглыми мягкими диванами, рядом с которыми стояли столы, а на них танцевали полуголые женщины разношерстных рас и цветов кожи. Но кроме безудержного веселья и предметов наслаждения, в этом подпольном клубе находилась свора вооруженных головорезов. Ближайшие из них направили на Ника оружие, терпеливо ожидая следующего шага со стороны нежданных гостей.

«Неужели это конец?» — подумала Джек и перевела сосредоточенный взгляд на Ника.

На лице наёмника она готова была увидеть всё что угодно, но только не ехидную улыбку. Ник улыбался, и настолько зловещей улыбкой, отчего Джек почудилось, что она смотрела на совсем незнакомого ей человека. Это был кто-то другой, что скрывался под его личиной. Этот человек сейчас напоминал злобного и голодного хищника, который залез в хлев к безобидному домашнему скоту.

Со стороны трудно осознать, каково это, быть беспомощным и абсолютно бесполезным. И для Джек это стало серьезным испытанием. Сейчас она не рискнула бы почесать нос, ибо это простое движение могло вызвать нестерпимую боль. Когда тебя оценивают три десятка беспощадных глаз, подобный жест явно удвоил бы проблему. Она чувствовала опасность каждой частичкой своего израненного тела.

Головорезы подпольного клуба, которые являлись здешними охранниками, явно ждали момента, когда странная парочка проявит слабость или сделает необдуманный шаг. Как первое, так и второе, это не играло особ большой роли. Им критически важен был повод для применения силы. Ведь гости напряглись. Подозрительная парочка посмела нарушить идиллию похотливого настроения и выступала бельмом на бандитском глазу. И здесь уже неважно, как в кольце Президиума могло существовать подобное заведение, и почему довольно приличные ребята в строгих пиджаках и вычурных одеяниях решили его посетить. Между тем, дверь в притон громко захлопнулась и прозвучал звон ручных засовов. Здесь своя уникальная атмосфера, которой было безразлично на вторжение гетов и прочую суету, что творилась на территории Цитадели.

Джек придерживалась правила, что лишние мысли от поисков глубинных смыслов в решении простых проблем, добавляли изрядное количество морщин. Сейчас, впрочем, как и всегда, у нее всего два варианта — либо она выживет, либо нет. Если бы ее нес один из старых знакомых, кому она могла раньше доверить свою жизнь, то с высокой долей вероятности избежать смерти не получилось.

Но Николас странный. Чем больше она смотрела на него, тем больше убеждалась в том, что у него в голове тараканов, возможно, гораздо больше, чем в её собственной. Даже в таком состоянии, когда о трезвом мышлении приходиться только мечтать, Джек явственно видела, что мужчина боролся с внутренней яростью. Безумная жажда убийства скрывалась под ледяным взглядом и широкой улыбкой на лице. Он был воплощением демона, но, к счастью, ни один из местных головорезов не видел этого, иначе их накрыли плотным огнем штурмовых винтовок, превратив в некое подобие фарша. Впрочем, до этого состояния ей осталось недолго, чуть меньше двух часов.

Николас дошел практически до центральной части клуба. Дальше была танцплощадка, а там находилось еще больше головорезов. Будто стена из мускулистых и плотных тел, что стремительно теряли терпение и потихоньку начинали громко перешептываться между собой, пытаясь определиться с дальнейшими действиями по отношению к непрошеным гостям. Николас молча посадил Джек на мягкий диван. Аккуратно и нежно, словно она была драгоценной вазой из какого-нибудь старинного музея. За это она готова была его расцеловать, но пришлось ограничиться легким кивком, ведь ее возможности сейчас были сильно ограничены. Он одарил ее нежной улыбкой, отнюдь не фальшивой, а искренней, что шла от самого сердца. Вытащил откуда-то из-за спины шлем, некогда принадлежавший бойцу СБЦ, и положил ей на колени.

— Постарайся надеть и включи затемнение…

— Что вам здесь нужно?! Ты знаешь, куда притащил свою полумертвую бабу?! — крикнул один из головорезов, который стоял на танцплощадке.

Массивный и серьезный кроган, весом под триста килограмм, плотного жилистого мяса, обернутого в лучшую боевую броню, какую только можно найти на территории Цитадели. Это был вожак, и по всей видимости, хозяин данного притона. Ему надоело терпеть присутствие наглых и молчаливых гостей, что посмели нарушить здешний безмятежную обстановку.

Обстоятельства вынудили здоровяка поступить дерзко и четко обозначить своим подчиненным, как следует поступить с двумя жалкими человечками. Головорезы приняли сигнал босса и осмелели настолько, что стали, как дикие звери, порыкивать на Николаса, запугивая того дулами винтовок, тыча ими ему в корпус.

Джек обхватила единственной действующей рукой холодный шлем и попробовала осилить его вес. Тяжелый был засранец, и это плохо. Возможно, безрассудный и крайне опасный, но у Николаса, существовал какой-то план. Она это поняла по наличию у него второго шлема, что болтался на пояснице прикрепленный блестящим карабином к его разгрузке. Ну, и дерзкому поведению, с которым он стал общаться с местными.

Оттолкнув нескольких головорезов, он смело двинулся вперед, следуя прямиком к жирному крогану. Здоровяк смерил человека потрясенным и одновременно гневным взглядом, и на удивление лишь шикнул на своих подчиненных, чтобы они позволили Николасу подойти ближе.

— Я давно тебя искал!

— Неужели? — спросил в ответ кроган, громко фыркнув.

Здоровяк не на шутку изумился этому заявлению, но попытался сохранить лицо перед подчиненными, велев жестом человеку продолжить. Перед тем, как снова заговорить, Николас перевернул кепку козырьком назад.

— Ставлю двадцать тысяч кредитов, что одолею тебя в рукопашной, — продолжил надменно вещать Николас, чересчур наглым тоном, пытаясь раззадорить пылкий кроганский характер. — Если струсишь, то я сильно огорчусь, но пойму, и просто уйду.

— Чтобы я струсил кого-то вроде тебя?! Ты смеешься человек?! — кроган издал веселый смешок и жестом велел своим подчиненным расступиться. — Кем бы ты ни был, скоро ты умрешь!

— Давай ящерка, покажи, что ты можешь…

Кроган окончательно вышел из себя. Огромная туша решила ответить силовым методом. Увесистый удар прошел по касательной, но от этого не стал слабее. Его кулак по чистой случайности не попал по лицу неподвижно стоящего Николаса. Вместо этого громадная ручища коснулась врезалась в плечо наглого человека, но тому с лихвой хватило и этого. Ник пошатнулся, после чего ухватился за поврежденное плечо. Кроган взревел от досады. Пущенная врагу кровь вселила в него уверенность и ввела в состояние боевого куража. Следующий выпад пришелся по переносице Николаса. Брызнула кровь. Голова непутевого человека едва не сорвалась с плач, чудом удержавшись на напряженной шее, которая набухла от раздутых вен.

Джек поморщилась. Это была не драка, а обычное избиение. Николас даже и не думал обороняться, просто стоял и пропускал удар за ударом, что сыпались на него подобного весеннему ливню. Смотреть на это было выше ее сил. Джек опустила взгляд на шлем и рывком столкнула отяжелевший груз со своих ног. Она легко стерпела резкое движение, ведь захлестнувшее разум разочарование, было куда сильнее боли.

Стальная уверенность Николаса оказалась всего лишь пшиком, а исходившее от него безумие было обычной кичливостью, граничащей с безрассудством. Если бы не сковавшие её тело травмы, то от этого крогана не осталось бы и мокрого места. Она ломала, как орехи и более опасных ублюдков, причём те были гораздо крупнее этого гиганта.

Но все это было в прошлом. Единственной хорошей новостью было то, что мучиться ей придется совсем недолго. Вслед за Николасом, головорезы примутся за неё. И когда наступит этот момент, она обязательно даст бой, и пусть это будет похоже на плевок против ветра, но она точно проявит себя лучше, чем пассивные действия Ника.

Прикусив губу, прогоняя печальные мысли, она вновь подняла взгляд на кровавое действо. В отличие от неё, народу оно пришлось по нраву. Богатенькие и крайне влиятельные посетители борделя, толпились рядом с головорезами, совсем не брезгуя таким соседством. Господа делали ставки, а их восторженные вопли, отзывались в голове Джек колкой мигренью. Ещё совсем немного и она начнет умолять, чтобы её пристрелили, как бродячую собаку. Это невозможно было терпеть.

Здоровяк максимально оттягивал финальный удар, что должен был оборвать жизнь Николаса. Он давал возможность богатеям насладиться избиением. Пусть этой драке и не хватало зрелищности, но льющаяся кровь, посетителям нравилась куда больше, чем полуобнаженные тела танцовщиц. Похоже, скоро в этом заведении появиться дополнительный набор развлечений.

Кроган схватил Николаса за плечи, и уберегая того от падения, периодически наносил мощные удары головой. При каждом таком выпаде, Джек закрывала глаза. От красивого и притягательного лица, остались только воспоминания. Николас походил на окровавленный кусок мяса, где было не разобрать ничего кроме горящих глаз. Что же — безумие его и погубило.

Но она ошибалась. Уже в который раз этот длинный день преподнес ей сюрприз. В момент очередного удара, когда голова крогана, словно тяжеленный молот опустилась на едва живого противника. Но в этот момент, Джек уловила странное движение. Из сжатых кулаков Николаса выпали какие-то диковинные стеклянные штуки, которые упали на пол мигом разбились. Кроме нее, никто не стал зацикливать внимание на это странное явление. Ведь это было нечто столь незначительное, что зрители могли принять за отвалившиеся куски брони полуживого человека. Хотя это было далеко не так.

В подтверждение ее проницательности, Николас впервые после начала боя подал голос. Его губы шевельнулись, отчего вызвали у крогана любопытство. Босс рявкнул на толпу, заставив каждого из присутствующих заткнуться. Наклонился к человеку и терпеливо выслушал полуобморочную речь поверженного соперника.

— Он говорит, что я молоток! — радостно воскликнул кроган обращаясь к толпе, и вызвал бурную волну оваций в свой адрес.

Понимая подоплеку происходящего, Джек не спешила разделять мнение большинства. Она попыталась привстать, но боль быстро осадила ее на место. До шлема теперь уже не добраться и винить кроме себя ей больше некого. А ведь она прекрасно знала, что эмоции несут лишь вред, но всй равно совершила глупую ошибку. Николас скоро начнет действовать и это будет нечто неожиданное. Он специально вызвал крогана на бой. Специально собрал всех противников в плотном кольце.

Вдоволь насмеявшись, кроган захотел покончить с кажущимся ему жалким человеком и изготовился для финального удара. Но хрупкий и изрядно избитый противник, сделал свой ход гораздо быстрей. Николас ударил по сдерживающим его рукам и вцепившись в плечи здоровяка, подтянувшись на них, взмыл в воздух. Выгнулся дугой назад и выкрикнул на весь зал:

— А я, кувалда!

Последующие секунды заставили замолчать весь зал. Избитый до полусмерти человек, смог за одно короткое мгновение полностью изменить ход поединка. В этот раз уже голова Николаса являлась смертоносным орудием и подобно реактивному снаряду, врезалась в тушу крогана.

«Бам!»

Глухой звук ломающихся костей черепа крогана, пронесся молнией по борделю, что означало мгновенную смерть хозяина этого заведения. Здоровяк еще стоял, хотя объем его головы уменьшился вдвое. Но Нику было этого мало, и он снова взмыл в воздух.

«Бам!»

На этот раз тело крогана полностью лишилось головы, обильно брызнув остатками этой части тела по всей танцплощадке, многие зрители получили кровавые ошмётки на свои дорогие одежды. Но Ник вновь взмыл в воздух.

«Бам!»

Теперь настал черед ног здоровяка, что был родом с Тучанки. Они неестественно подкосились, а затем мощные кости и суставы разорвало в клочья. Туша крогана рухнула на пол.

«Бам! , Бам! , Бам!»

Ник бил до тех пор, пока от его противника не осталось ничего, кроме желеобразной кучи, погребенной под дорогой броней. Бой был окончен. В гнетущей тишине, Джек поняла, что такой казни, она еще не видела. На этой жирной точке, он не собирался останавливаться. Тяжело дыша, Николас сорвал с головы окровавленную кепку, а вместо нее надел шлем, который он вытащил с простого крепления карабина. Закрыл забрало и одним легким касанием выставил на нем максимально возможное затемнение. Это было началом конца.

Джек успела закрыть глаза, но обжигающая волна света все равно проникла через плотно зажмуренные веки. Она снова угодила в мир ослепляющего молочного покрова. Океан спокойствия и безмятежности. Здесь было все чего ей не хватало долгие годы — тишина и умиротворение, которые окутывали ее приятными волнами тепла. Сколько это продолжалось, предположить было трудно. Её разум потерял счет времени, а сознание с трудом справлялось с диким желанием погрузиться в объятия крепкого сна. Но когда молочная пелена начала спадать, Джек усилием воли выиграла себе еще несколько минут бодрствования.

Прямо возле ее ног мелькала быстрая тень. Еще через несколько секунд, когда яркий белый свет отступил, уступив место большой палитре красок, то Джек поняла, что возле нее находился Николас. Он был уже без шлема, окровавленный и безумно уставший. Теперь он использовал его, как оружие. Сидя верхом на незнакомом ей турианце, методично опускал некогда защитный элемент брони, на голову поверженного противника. В просторном зале было невероятно тихо и…кроваво. Из посетителей и охранников борделя, не ушел никто. Николас разделался с каждым из них. Мертвые тела лежали повсюду, а этот бордель превратился в место кровавой резни.

— Ты думал, что я боюсь тебя, раз скрыл эмоции?! Нет, гнида, к твоему большому сожалению, ты разбудил самый жуткий кошмар для вашей братии! Я уничтожу тебя! Уничтожу всех вас! Гребанной жатвы не будет, понял, ублюдок! — прокричал Ник давно погибшему от его рук турианцу, и в последний раз ударив по нему помятым шлемом, отстранился от мертвеца.

Затем подполз к Джек и положив голову на мягкую обивку дивана, шумно выдохнул. Она чувствовала жар от его пульсирующего тела. За время битвы, он лишился изрядной части своей брони, отчего получил множество ран. Некоторые из них обильно кровоточили, но Ник, казалось, этого не замечал.

— Прости меня, это всё моя вина, — шепотом произнес он, повернувшись к Джек. — Моя самоуверенность погубила сегодня многих, даже того, кого я считал своим дедом…

— Помощь не придет? — через силу спросила Джек, пожираемая болью, которая усиливалась с каждой пройденной секундой. — Как ты их всех?

— Новые ослепляющие гранаты, действуют безотказно, а помощь должна появиться с минуты на минуту, — хмыкнув, ответил Ник и от усталости закрыл глаза. — Нужно просто подождать еще чуть-чуть…

Он не обманул. На танцплощадке появилось отверстие, откуда лился яркий свет, а вслед за ним оттуда вынырнула голова гета. Экс помог Николасу подняться и взвалить Джек ему на плечо. У мобильной платформы тоже хватало работы. В их группе прибавилось тех, кто не мог самостоятельно передвигаться. Кроме Джек, это были Ария и Тали. Девушки болтались в руках гета, пока они двигались по длинным и узким коридорам секретных туннелей Цитадели. Теряющая связь с реальностью Джек, уже не могла внятно мыслить и тем более следить за происходящим. Каждый раз, когда она открывала глаза, то видела совершенно незнакомые места. После тоннелей они посетили лифт, а после него еще какие-то тёмные места, похожие на то ли площади, то ли узкие улочки.

Временами она слышала выстрелы и монотонные советы гета, а следом за ними грозные выкрики Николаса. Нервы последнего скорее всего пошатнулись от того, через что ему пришлось пройти в тайном притоне Президиума. После коротких размышлений, Джек вновь отключилась.

Следующим пунктом остановки стали доки Цитадели. Там было множество мертвых тел, среди которых были: махины в черной броне, мобильные платформы гетов, а еще люди в форме без опознавательных знаков. Пройдя через жуткое поле битвы, они оказались в корабле, который наемники выкрали у «Синих светил». Сквозь пелену боли и усталости, Джек услышала, что Николас обратился к кому-то, кто носил имя Ленг. Затем её положили на медицинский стол и прямо перед ней появилась голова Хельги, буквально плывшая по воздуху. Это наблюдение Джек списала на разыгравшееся воображение, и попытавшись женщине что-то сказать, но быстро погрузилась в небытие крепкого сна.

Глава 20

Ему пришлось нарушить свои устоявшиеся привычки. Вместо резкого подъема для совершения ритуала легкой разминки, Ник продолжил лежать, усердно всматриваясь в тусклый свет потолочной лампы. Пробуждение выдалось трудным. Тело отзывалось ломотой в конечностях, отчего казалось, что его набили ватой или сухой соломой, которая покалывала кожу изнутри, словно тысячи острых иголок. Он поймал себя на мысли, что не сможет встать без посторонней помощи. Ник тяжело вздохнул и попытался приподняться, но переусердствовал с нагрузкой. Целая группа мышц спины, отказалась выполнить простую команду, и он тут же вновь упал на кровать.

— Аккуратней боец, ты получил три сквозных пулевых ранения, а это не шутки, — в ответ на его потуги, рядом раздался до безумия знакомый голос.

Ник повернул голову и увидел серьезное выражение лица гостя. Тот сидел на стуле рядом с кроватью. Он хорошо был знаком с обладателем этого волчьего взгляда и обманчиво расслабленным телом. Кай Ленг всегда славился идеальной выправкой, и всячески старался спрятать свою физическую силу под специальной отрепетированной неуклюжестью. Бывший оперативник альянса пристально смотрел Нику в глаза, а руками продолжал очищать апельсин от кожуры в меру коротким, но похоже, невероятно острым ножом. Лезвие скользило по фрукту легко и непринужденно, выдавая в своем хозяине искусного мастера в обращении с холодным оружием.

— И давно ты тут сидишь? — спросил Ник, с трудом оторвав взгляд от ловких рук Ленга.

— Кто знает, я не следил за временем, — после небольшой паузы, ответил Кай, во время которой покончил с очисткой фрукта, положив тот на прикроватную тумбочку. — Не пойми неправильно, мне просто стало скучно, и я решил навестить старого друга.

— Разве мы с тобой когда-то были друзьями?

— Ты мог меня убить, но вместо этого пощадил, нарушив приказ командования. Я считаю это обстоятельство отличным поводом для зарождения дружбы.

— Резонно, но всё же спорно. Предсказуемая непредсказуемость, вот что отличает тебя от большинства оперативников Альянса. Великолепные навыки смешаны с иррациональным поведением. Ты мог бы сделать отличную карьеру, но для тебя продвижение по службе было слишком обременительной целью. Твое кредо — нарушать любые правила, превращая их в пепел.

— Отлично, что напомнил мне, кем я являюсь на самом деле, — хмыкнув, произнёс Ленг. — Побочка от лекарств?

— Разве я не прав?

— О, да, ты прав. Это главное различие между нами, Николас. Будучи смертельно раненым, весь в крови и на пороге потери сознания, но ты не оставил девушку в беде, донес ее до хирургического стола. Я бы ее точно бросил.

— Она жива?

— Не волнуйся, наш пассажир идёт на поправку. Кстати, чем именно тебе приглянулась та эпатажная мадам?

Теперь Николас медлил с ответом. Он отвернулся от Ленга, и вновь устремил взгляд на потолочную лампу. Его изрядно озадачили слова собеседника. Ведь Кай при упоминании о Джек, назвал её пассажиром. Это могло означать то, что Ленг считал корабль Ника своей собственностью, и тонко намекнул ему об этом. В текущем состоянии, он не мог оспорить этот факт, поэтому лучше потянуть время.

— Как давно мы покинули Цитадель?

— Чуть более пяти дней назад, — ответил Ленг, облизнув засохшие губы, — Ушли благодаря гетам и их кораблям, что внезапно прилетели из систем Терминуса. Синтетики помогли нам покинуть пространство Цитадели, и уйти от встречи с группировкой основных сил Совета. Замечу, что твой пилот способный малый, настоящий виртуоз в плане управления кораблем, но жаль, что в остальном полнейший профан.

— Куда мы летим?

— Хороший вопрос, Николас, — задумчиво произнёс Ленг, почесав подбородок. — Помнишь наш уговор — два из трех? Когда мы спасали твою подругу от рук злобных гвардейцев, погибло много хороших парней. Это раз. Ну, а потом я, собственноручно, спас тебя и всю твою непутевую команду. Заодно прогрел движки и подготовил корабль к старту. Это два.

— Значит, других кораблей в доках не нашлось?

— Какая разница, Ник? Разве таким образом благодарят за спасение жизни?

— Ладно, извини, если сегодня немного груб, ну ты же понимаешь, что я сейчас немного не форме.

— За кого ты меня принимаешь, друг? Учитывая этот факт, я специально прихватил с собой фрукты. Думаю, что так будет правильно, ведь твой медик с трудом восстановил целостность твоего личика, но ни словом не обмолвилась про твои зубы.

— Ты так любезен, просто нет слов.

— Рад стараться, Николас.

— Мы летим на встречу с Призраком, так? — одарив Ленга улыбкой, серьезным тоном спросил Николас.

— Два из трех, Ник, уговор есть уговор. Ты сказал мне убить его, но я посчитал иначе и сохранил ему жизнь. Поверь, он не хочет мести, Призрак желает только разговора с тобой.

— Сколько ячеек Цербера осталось в боеспособном состоянии?

— Учитывая текущее положение дел, мне хотелось, чтобы было больше, но благодаря усилиям твоих сослуживцев из Альянса, нас осталось слишком мало.

— Ну, ты и балбес Ленг. Я надеялся, что в твоей голове, что-то, да, отложилось.

— Отдыхай, Ник, мы скоро будем на месте. Ешь фрукты и набирайся сил, они тебе понадобятся, — сказал Ленг поднявшись, затем вернул нож в ножны, подмигнул Николасу и спешно ретировался из каюты.

Жизнь переменчивая штука. Раньше Ник изрядно бы напрягся от перспективы угодить в очередную ловушку, которую обрисовал ему Ленг. Нет сомнений, Кай был опасным, но и не совсем уж плохим парнем. Как показала практика с ним можно было договориться, а при должном усердии даже направить на путь истинный. Но правда в том, что Ленг сам того не осознавая, склонен к дурному влиянию.

Будучи в рядах Цербера, Николас узнал об одной интересной детали, которая касалась недалекого прошлого бывшего военнослужащего Альянса. Ленга разжаловали со службы и поместили в тюрьму из-за противоречивого дела об убийстве первой степени. Был ли он виноват? Был и это факт. Но саму ситуацию, из-за которой Ленг пошел на хладнокровное убийство, никто не удосужился рассмотреть под правильным углом. Потому что в более глубоком прошлом у Кая возникали серьезные проблемы с поведением.

В отличие от Альянса, Цербер не чурался грязных методов. У этой организации были выстроены целые схемы по вербовке приглянувшихся им кадров. Ленга подвел к опасной черте именно Цербер, оперативники организации подстроили потасовку, в результате которой Ленг оказался в тюрьме.

Такие дела у них были поставлены на поток, а схожие истории исчислялись сотнями. Призрак ценит в людях преданность, поэтому его отдел кадров, сначала погружал потенциального кандидата в состояние безысходности, а затем выдвигал предложение, от которого невозможно было отказаться.

Бывали и такие случаи, где использовался метод взаимовыгодной сделки. Вот только такой способ использовался для временных контрактов и не связывал человека по рукам и ногам. Поэтому эта группа людей даже не догадывалась, что в цербере существовали более фанатичные оперативники, которым хорошо промыли мозги.

Николаса пробрала неожиданная дрожь и он поспешил сменить позу. Мысли заметались пуще прежнего, отражая полноту угрозы, что нависла над его головой, словно Дамоклов меч. Враги множились, обретая значительный перевес в качестве.

Как он изначально и предполагал, Жнецы оказались не выдуманной угрозой, а вполне реальным врагом, который в ближайшем будущем должен был перемолотить всё население Галактики в мелкую труху. И у него не было ни одной дельной мысли, как победить этих тварей. А со слов Экса, который являлся Шепардом из будущего, у этих парней имелся еще и огромный флот, что ждал своего часа, чтобы вторгнуться в Галактику.

Старик покинул этот мир слишком рано. Хакет дал бы дельный совет, и помог бы грамотно выстроить стратегию. Грустно причмокнув, Николас вытянул руку в сторону стола и после череды неудачных попыток, схватил один из очищенных апельсинов. На вкус он оказался горьким, но так даже лучше. Сладкого сейчас совсем не хотелось.

В дверь постучали. Николас невольно вздрогнул. Металл бил об металл. Так мог поступить лишь один член команды. Спустя несколько секунд створки распахнулись и через порог каюты перешагнула пара синтетических ног.

— Нам нужно поговорить, — сходу процедил Экс и не церемонясь сел на стул, на который недавно освободил Ленг.

— Весь во внимании, — буркнул Николас и проглотил остатки апельсина.

— Пока твое состояние стабилизировалось, я принял предложение Ленга, посетить одну из временных баз Цербера. Судя по исходным данным, там скрыто нечто интересное, возможно, даже оружие против Жнецов.

— Ну, раз так, то действительно, почему бы и не слетать туда. А пригласительные тебе дали, а то в прошлый раз они забыли? Ты, совсем рехнулся, железная башка?! — выпалил Николас и попытался приподняться, но резкая боль в спине не позволила это сделать. — Это очень плохая идея, дружище.

— Я тоже так думал, пока не увидел, — по-свойски спокойным тоном, ответил Экс, и включил на инструментроне проекцию голограммы. — Пока не увидел…это.

Каюта озарилась ярко-голубыми красками, что вырвались из запястья гета. Голограмма постепенно выравнивала палитру, заодно принимая изображение какого-то огромного корабля, совсем не знакомого Николасу. На записи была закольцована некая авария судна, будто гигант наткнулся на невидимую стену, отчего потерял половину своего размера, полностью раздробив нос, вплоть до самого миделя. Сам момент катастрофы запись не фиксировала. Поэтому картинка целого корабля, сразу сменялось изображением результата катастрофы.

— И что случилось с этим кораблем?

— Это происходит с ним прямо сейчас, Ник, — ответил Экс, сменив тон на томно-загадочный, насколько хватало маневра его голосового модуля. — Это прямое вещание с одного из передатчиков Цербера, я лично убедился в этом, перепроверив информацию несколько десятков раз.

— Это…это невозможно, — вглядываясь в мерцающее изображение, прошептал Николас. — Что способно сотворить такое с этой громадиной? Судя по картинке, его длинна не меньше пятисот метров.

— Четыреста восемнадцать метров, если быть точным. В моей базе данных сохранились воспоминания, когда я со своей командой атаковал этот корабль. Это база Серого Посредника, во всяком случае, была ей. О текущем явлении информации мало, но мне кажется, что если выясним причину этого происшествия, то сможем применить подобное в будущем.

— Ладно, — кивнул Николас.

Сжав кулаки, стараясь этим обуздать боль, он сел на край кровати. Из глаз готовы были вырваться слезы. Николас взял со стола второй апельсин и откусив едва ли не половину, произнес:

— К этой посудине еще вернемся, лучше давай начнем с того места, когда ты в прошлой жизни, погиб на орбите Алкеры. Видишь ли, после разговора с этим Моросом, у меня появилось острое желание заполнить кое-какие пробелы в твоей истории, что родом из, хоть и альтернативного, но всё же нашего будущего.

***

Свет диагностического фонарика постепенно увеличивал частоту колебаний. Маятник этого расчетливого свечения вызывал в голове Шепарда довольно неприятное чувство, и в конечном итоге, вынудил закрыть глаза. Всего на одно короткое мгновение, но этого хватило, чтобы молоденькая девушка-фельдшер с нескрываемым волнением удовлетворенно хмыкнула, после чего выключила фонарик и сделала быструю запись на планшете.

— Что скажете доктор? — вопросительно буркнул Шепард, выждав момент, когда девушка оторвалась от своего девайса.

Вопрос поставил миловидное создание в тупик. Она открыла было рот, но быстро замялась. Заправила за ухо сбежавшую из-под медицинской шапочки светлую прядь волос, после чего трясущейся рукой спрятала в кармане плаща фонарик.

— Не волнуйтесь, у меня нет привычки кусать докторов.

— Я просто фельдшер…

— Это здорово, — произнес Шепард и улыбнулся украдкой. — Я ведь не первый, кто проснулся после длительного сна, верно?

— Вы были отравлены неизвестным токсином, — активно закивав, продолжила за него взволнованным тоном девушка. — Говорят его распылили геты, заранее спланировав нападение на Цитадель. Вам еще повезло, ведь после влияния токсина, вы могли умереть от взрыва ракеты.

— Геты, токсин, и ещё взрыв ракеты? — удивленно подняв брови, спросил Шепард.

— Они поразили Башню Президиума после того, как…

Девушку прервали. В палату ворвался тяжело дышащий саларианец в сияющие белом халате медработника. Прежде, чем обозначить причину своего неожиданного появления, он смерил девушку стыдливым взглядом, а затем громко произнес:

— Клэр, спасибо за работу, можешь идти!

— Да-да, я как раз уже собиралась, — быстро согласилась девушка и пулей выбежала из помещения.

Саларианец повернулся к Шепарду и медленно подошел к пациенту. Говорить он не спешил. Выждал, когда за девушкой закроется дверь, или просто потратил время на восстановление дыхания, а может, то и другое сразу. Шепард тоже не торопился вступать в диалог. Информация строится на фактах. Любые наводящие вопросы, могли сыграть против него, позволив доктору маневрировать при ответе. Лучше дать шанс саларианцу объясниться самостоятельно.

— Как вы узнали, что ваш сон был долгим? — вопросительно протараторил саларианец, скрестив руки на груди.

Интересный вопрос. Шепард сощурил глаза и пристально посмотрел на саларианца. Но, тот был предельно серьезен, как и подобает представителю его расы, поэтому он решил подыграть, и искренне признался:

— Дотронулся до щеки, ощупал щетину, и путем нехитрых вычислений, понял, что пробыл без сознания, по меньше мере половину недели.

— Это сарказм?

— Думайте, как хотите.

— Тогда позвольте попросить у вас прощения. Поймите, за эти долгие пять дней, наш персонал через многое прошел, включая множественные смерти пациентов. Они тоже были подвержены неизвестным недугом, но когда мы пытались взять у них простейшие образцы ткани или простейший анализ крови, то спустя всего несколько секунды, фиксировали внезапную смерть.

— Влияние токсина?

— Токсин — это рабочая версия. Буду честен, никто понятия не имеет, почему сто сорок пять тел из числа различных рас, впали в коматозное состояние. В этой выборке у всех разный: метаболизм, иммунитет и другие составляющие, что в сумме дают полностью противоречивые данные по влиянию на организм чужеродного патогена, — воодушевленно признался саларианец, и принялся наматывать круги по тесному помещению палаты, продолжая говорить, но уже больше не Шепарду, а самому себе. — Причинно-следственная связь отсутствует и по сей день. Часть пациентов пытались переправить в более квалифицированные учреждения, но все они погибали при транспортировке. Что бы не послужило причиной комы — оно явно не имеет отношение к токсину в привычном нам понимании.

— Поясните.

— Я хотел бы сказать, что это больше похоже на вирус или нечто подобное, но анализ крови уже погибших пациентов ничего подобного не выявлял. Абсолютно ничего.

— Тогда почему вы остановились на токсине?

— Некоторые виды ядов способны быстро улетучиваться и влиять на организм постфактум. Я же говорил, что это рабочая версия. Если позволите, я бы хотел взять вашу кровь на анализ, — попросил саларианец и ловким движением руки выудил из закромов халата крохотный шприц.

— Валяйте, — согласился Шепард и вытянул руку, предварительно задрав рукав пижамы. — Почему вы отправили делать первичные тесты совсем юную девушку?

— Вам вредно нервничать, а она представительница вашей расы, — честно признался саларианец, быстро справившись с забором крови. — Мы уведомили Нормандию, что вы очнулись, может у вас будут еще какие-либо пожелания?

— Я могу идти?

— Осмотр, который провела Клэр, показал, что угрозы для вашей жизни нет, а опыт пробуждения других пациентов, говорит о том, что вы совсем не опасны для окружающих. Вы являйтесь Спектром, и у меня нет должных полномочий задерживать вас из-за глупых теорий. Поэтому, да — вы можете идти.

— Полагаю вас бесполезно спрашивать о том, что произошло в Башне Президиума?

— Вы находитесь в больнице, а не на передовой. Ещё раз повторю, постарайтесь провести первые сутки после пробуждения в спокойной обстановке. Развейтесь, погуляйте, поберегите психику после неизвестного недуга.

— Попробую, — согласившись с медиком, произнес Шепард и осмотрев себя, спросил. — Моя одежда цела?

— Прошла полную дезинфекцию и готова к применению, — ответил саларианец, и развернувшись отправился к выходу. — Висит в шкафчике. Как вернетесь на Нормандию, передайте от нашего персонала доктору Чаквас пламенный привет.

— Она помогала вам?

— И не только она, — загадочным тоном ответил саларианец и скрылся за дверью.

Шепард подошел к умывальнику и взглянув на себя в зеркало, недовольно промычал. Вид у него был диковатый. Но привести себя в порядок здесь не получиться. В шкафчике над раковиной отсутствовала бритва, впрочем, как и другие предметы обихода. Он включил воду, прочистил рот водой и неспешно умылся. Затем подошел к шкафчику с одеждой и начал одеваться.

Как сказал медик — главное спокойствие. И с этим трудно спорить. Память Шепарда отказала в тот момент, когда он вышел в центр залы, чтобы озвучить свой доклад Совету. Следом за этим воспоминанием, следовало пробуждение в незнакомом месте, где его ожидала молодая фельдшер с ярким фонариком в руке.

Подумать только, он пропустил: нападение гетов, неизвестный токсин и ракетно-бомбовый удар. Жаль, что саларианец прогнал девушку, не дав ей углубиться в историю безумных происшествий, которые он проспал. Шепард был уверен в одном — эти события были тесно связаны со Жнецами.

Последние несколько месяцев все ниточки вели именно к ним, словно сама судьба насильно спаяла его с древними уничтожителями всего живого. Цитадель, Нападение Коллекционеров, «Омега», а теперь вновь Цитадель, выходит, круг замкнулся и настала пора собирать камни.

Шепард поправил замятие на вороте кителя и посмотрелся в зеркало. Парадная форма слегка сглаживала неряшливый вид. Для короткой прогулки сойдет. Выпрямившись, Шепард смело двинулся к выходу.

Его содержали в типовой больнице Цитадели. В меру тесно, но это стеснение отнюдь не мешает. Здесь был выверен каждый квадратный метр, чтобы в случае необходимости, доктора могли быстро добраться до своих пациентов. Шепард направился к зоне отдыха, что служила одновременно и приемным покоем. Каждый встреченный им врач удостаивал его коротким кивком головы, но на более тесный контакт никто не решался. Видимо, саларианец сказал своим подчиненным держать дистанцию. Поэтому пока Шепард будет находиться на территории больницы, никакой информации получить не удастся.

Новостной голод он решил переждать на тесной лавочке, что располагалась в непосредственной близости ко входу в медицинское учреждение. Саларианец сказал, что связался с Нормандией, а значит за ним кто-нибудь да приедет. Сев на скамейку, Шепард инстинктивно скривился и потёр неожиданно занывшие виски. Всего на одно мгновение, но голова едва не раскололась пополам от внезапно нахлынувшей боли. Ему действительно не помешала бы минутка покоя. Он разместился поудобней и медленно осмотрев холл, лениво закрыл глаза.

Тихое урчание в животе, навело на мысль, что нужно было попросить у доктора порцию обеда. Возвращаться обратно стало бы дурным тоном. Шепард прокашлялся в сжатый кулак и принялся кропотливо всматриваться в стену напротив, на которой проецировалось масштабное изображение Цитадели.

Некто загородил своим телом проекцию и навис над Шепардом мрачной тенью. Смурной саларианец, нервно подергиваясь на месте, пристально смотрел на Шепарда в ожидании, когда тот обратит на него внимание.

— Мы знакомы?

— Вы, Шепард?

— Верно, но кто вы?

— У меня для вас посылка, — саларианец вложил в руку Шепарда какой-то предмет и быстро развернувшись, побежал к выходу из больницы.

Играть в догонялки не было никакого желания. Шепард проводил саларианца взглядом, а после того, как тот скрылся за дверями, опустил взгляд на свою руку. Незнакомец передал ему жесткий диск. Странности продолжаются. Шепард покрутил посылку в руках и решил отложить ее детальное изучение до лучших времен. Ровно до тех пор, пока он не вступит на борт Нормандии.

— Вы, Шепард, верно?! — воскликнул молодой паренек с ярко-голубыми глазами в новенькой форме офицера СБЦ. — Я так мечтал познакомиться с вами! Рон, смотри тут первый человек Спектр, спаситель Цитадели!

Позади рядового, показалась фигура более сдержанного офицера, который в отличие от своего коллеги решил промолчать и только коротко кивнул Шепарду в знак приветствия.

— Подумать только, мы лежали в одной больнице! — продолжал воодушевленно говорить голубоглазый паренек. — Как ваше самочувствие?! Говорят многие из тех, кто находился в тот день в Башне Президиума погибли от токсина. Как же я рад, что с вами все хорошо! Поглядите, а у меня тоже есть боевые ранения.

Он выставил напоказ перебинтованную кисть и широко улыбнувшись, продолжил:

— Но, это не все ранения, которые я заработал в боевой операции. Биотик хорошенько приложил нас с Роном. Мы даже ходили с забинтованными головами. Нам даже память отшибло. Со мной такое было впервые. Лично я помню, какую-то девушку с обилием татуировок, а Рон говорит, там был еще горящий аэрокар…

— Нам запретили это разглашать, забыл?! — гневно произнес его приятель.

— Но это же Шепард.

— Если Спектр сделает официальный запрос, то тогда, пожалуйста. Пошли уже на приём, иначе опоздаем!

Молодой человек сильно огорчился. Виновато опустил плечи и едва не прослезившись от чувства досады, сказав на прощание:

— До свидания.

Шепард коротко кивнул рядовому, после чего тот бросился вдогонку за своим старшим товарищем. Доктор сказал — главное спокойствие. Шепард глубоко вздохнул, и на мгновение прикрыл глаза. Головная боль притихла и разум вновь стал проясняться. Он вновь покосился на диск с данными, который передал ему саларианец и невольно усмехнулся. В поведении того саларианца было что-то знакомое ему прежде. Робкие движения и рука, что тянулась к шее. Шепард уже был знаком с одним турианцем, который постоянно чесал шею, и выглядело это довольно неприятно.

— Скучаешь? — совсем рядом спросил знакомый голос.

Шепард повернулся и увидел, что к нему приближался Гаррус с небольшим бумажным пакетом в руке. Видеть знакомое лицо посреди хаоса — это дорого стоит. Придает сил и уверенности.

— Ты пришел один? — спросил в ответ Шепард и принял протянутый турианцем презент. — Что это?

— Повар по случаю твоего пробуждения приготовил свой самый лучший бургер. Он хотел отправить полноценный обед, но я сказал, что сильно спешу, и ему пришлось ограничиться фастфудом. Мы остались на Нормандии вдвоем, поэтому я пришел в гордом одиночестве.

— Остальные ушли в самоволку? — Шепард убрал диск в карман кителя, а затем распаковал посылку Гарруса, посылка выглядела аппетитно.

— По случаю прилета на Цитадель адмирала Дэвида Андерсона, состоялось большое собрание коллегии военных.

— Ты не пошел? — спросил Шепард, поднявшись и указав на выход, добавил. — Пройдемся? Доктор сказал мне больше ходить и поменьше нервничать.

— Давай пройдёмся, — пожав плечами, произнес Гаррус, и посмотрел на капитана изучающим взглядом. — Тебя уже ввели в курс дела?

— Одна милая девушка пыталась, но ее остановил прагматичный доктор.

— Тогда, я постараюсь быть тактичным, — сказал Гаррус, когда они вышли из больницы и направились в сторону ближайшей площади Президиума. — Совет мертв в полном составе. В отчетах патологоанатомов указано, что их убили выстрелом в затылок с близкого расстояния. Так же мертва большая часть бизнес-элиты. Их поразила ракета гетов, что влетела в брешь, которую проделала другая ракета гетов. Еще от выстрела в голову погиб адмирал Хакет. И к числу погибших в тот день, стоит причислить корпус гвардейцев Совета в полном составе. Часть из них, что находилась в зале собраний, погибла при странных обстоятельствах — их тела получили смертельную дозу радиации.

— Это, по-твоему, тактично? — спросил Шепард и грустно посмотрев на недоеденный бургер, выкинул тот в ближайшую урну. — Пропал аппетит.

— Ты знаешь, что я не имею привычки скрашивать острые углы. И уже изрядно устал от безделья. Кроме того, большая часть руководства СБЦ пропала, как и другие высокие чины из администрации Цитадели. Повсюду разброд и шатание. Военные взять руководство на себя, но чиновники не сдаются и пытаются вернуть власть Совету — новому Совету.

— Ясно, — согласился Шепард, продолжив прогулку. — Как я понимаю, геты напали сразу после того, как некто распылил токсин в зале собраний? Но при чём тут: радиация, ракеты и оружие?

— Забыл сказать, что погиб наш общий друг — Кертиз. Тот, который нас сопровождал в системах Терминуса. Хоть он и турианец, но как бы цинично это не звучало, но его я оплакивать не стану. Его тело было обнаружено в зале собраний. Этот покойный представитель Совета доставил нам немало неприятностей на Алкере. Кстати, ты знал, что именно он был одним из инициаторов создания корпуса гвардейцев?

— Хм, если напали геты, то при чем здесь биотика? — задумчиво спросил Шепард, зевая.

— В смысле?

— Ты можешь без лишнего шума запросить информацию в СБЦ о маршрутах патрулирования сотрудников исполнительного отдела?

— Могу задействовать старые связи, но зачем?

— Хочу кое-что проверить, — ответил Шепард и остановился у могучего кустарника, который сильно разросся в своей клумбе. — Начнем тянуть за мелкие ниточки, а так глядишь, покажется основание клубка.

— Нужен кто-то конкретный?

— Да, — коротко ответил Шепард, вспомнив молодого паренька в форме СБЦ, которого он встретил в больнице.

Глава 21

Сначала левый красный вправо, а затем синий переходит на встречный курс и бьет по незащищенному баку противника. Сердцебиение участилось. Превозмогая боль от потери тяжелого крейсера, враг попытался задействовать тыл. Но время играло на руку Михаилу, и его руки приготовились поставить точку в затянувшейся партии. Он перевел орудия черных утяжеленных фрегатов на вражеский линкор. В следующее мгновение голографическое изображение флагмана противника покрылось мутной рябью. Теперь победа была в его кармане. Михаил победоносно выдохнул и двумя простыми движениями, нанес окончательное поражение оппоненту, дав залп из главного орудия своего линкора по последнему кораблю, стушевавшегося ИИ. Голографический экран озарился вспышками ярких фейерверков.

«Вы победили!»

Смерив надпись на экране надменным взглядом, Михаил довольно хмыкнул. За две прошедшие недели он знатно поднаторел в этой игре. И уже довольно легко справлялся с самым опасным противником, что был представлен в обширном меню из возможных уровней сложности. Однако, это очень занимательно достижение.

Раньше он не замечал за собой склонности к данному жанру игр, ровно, как и к стратегическому планированию в целом. Пилотировать корабль во время боя — это совокупность молниеносных решений вкупе со стойкостью принятия скоротечных последствий от выбранного курса. Стратегия ведения войны всегда оставалась за адмиралами. Именно они решают, по какому сценарию пойдет звездная баталия. Эти люди являются столпами Альянса. На великих умах стратегов и держится вся мощь человечества.

Михаил улыбнулся, глядя на собственное отражение в голографическом мониторе поста управления кораблем. Ещё две недели назад он преобладал в полной уверенности, что Альянс был самой ужасной ошибкой в истории человечества. Громоздкий, жадный и раздутый бюрократический балласт, который мешал людям сделать долгожданный шаг вперед, чтобы свободно расправить плечи. Теперь он понял, что сильно ошибался.

После ошеломительного бегства с Цитадели в его голове будто щелкнул неведомый тумблер, заставив Михаила прозреть. Увидеть прошлое целиком, а не через призму предвзятого и ошибочного видения мира. Он буквально взглянул на свою жизнь со стороны, после чего осознал все свои ошибки.

Николас оберегал Михаила, а еще он много раз спасал ему жизнь. Николас, словно вечерняя тень, стоял на страже человечества. К этому ошеломительному выводу Михаил пришел не сразу, и не совсем в одиночку. В этом ему помог Экс.

Никто и никогда не смог бы убедить Михаила, что гет способен к масштабному аналитическому мышлению и в довесок к этому умению, он неплохо разбирался в политике Альянса. Это просто было невозможно! Но реальность в очередной раз преподнесла ему сюрприз.

Гет оказался отличным собеседником, и до того момента, пока Николас не вышел из комы, он целыми днями проводил в рубке, слушая длинные монологи Михаила. Иногда задавал наводящие вопросы, а порой даже пояснял некоторые моменты из тех времен, когда они вместе с Ником были наемниками и путешествовали по системам Терминуса. В глазах Михаила, Экс из двигающегося куска металла, вырос до внушающего доверие приятеля. Ему давно хотелось выговориться. И постепенно, шаг за шагом, их разговоры приобретали очертание тех диалогов, какие связывают закадычных друзей. Он вывалил на Экса массу терзающих его мыслей.

Гет не жаловался. Мобильная платформа лишенная всяческих эмоции, относилась к монологам Михаила уважительно и предельно учтиво. Помимо этого, Михаила и Экса связывало одно общее дело. Они оба испытывали жуткую неприязнь к Ленгу.

При отсутствии на боевом посту Николаса, головорез Цербера решил, что является главным на корабле. По первости, он указывал Михаилу, что и как нужно делать. Но Экс быстро пояснил гостю, что он тут чужак. Ленг попробовал огрызнуться, но гет вышел из ментального поединка абсолютным победителем. С тех пор Михаил обрел свободу, но все равно опасался лишний раз покидать рубку, боясь столкнуться в тесном коридоре с угрюмым убийцей. Этот тип испускал мерзкую ауру, и имел колкий взгляд, от которого по телу семенили мурашки.

Всё бы ничего. Даже к такой жизни можно было привыкнуть. Но последние несколько дней, он боролся со скукой. Михаил провел эти дни в полном одиночестве.

Когда очнулся Николас, Экс перестал заглядывать в рубку. Хельга практически не покидала медицинский отсек, а Ленг завис в мастерской, видимо усердно точил свои ножи. Но его, Михаил видеть точно не желал, а вот остальные, могли бы и заглянуть к нему, пусть всего на пару минут, но ради интереса поинтересоваться у пилота — всё ли в порядке с его здоровьем.

Поэтому для Михаила в текущей ситуации единственной утехой, стали тактические игры. И в них он невероятно преуспел. Настолько сумасшедший прогресс оценил бы даже Николас. Он тоже порой любил порубиться в подобные игрушки.

— Ты чего такой довольный, Мохнарылый? — с насмешкой спросил хриплый голос, по которому Михаил успел соскучиться.

«Как я не смог услышать его приближения?» — подумал Михаил, увидев не совсем то, что рассчитывал.

Николаса было не узнать. Поникший и бледный, шаркая по полу ногами, с непосильным трудом взобрался в кресло третьего штурмана, капитан на мгновение, закрыл глаза и шумно выдохнул.

— Ник, ты как?

— Лучше всех, Мохнарылый, лучше всех.

— Лечение не помогает?

— Почему же? Лечение что надо! — вымученно улыбнулся Николас, и тут же скривился от боли. — Пока я валялся в беспамятстве, ты тут в игрушки играл, так?

— Бывало, — мигом ответил Михаил и впопыхах выключил экран, на котором сияла вызывающая надпись выбора для старта новой баталии. — Каковы планы, командир?

— Хм, как тебе сказать? Я многое обдумал и понял одну простую истину — мы в жопе, Мохнарылый. И сколько бы я ни думал, мне на ум не пришло ничего полезного, что могло бы изменить ситуацию в лучшую сторону.

— Может связаться с командованием? — попробовал закинуть удочку Михаил, прямо намекнув про штаб Альянса.

— Ага, чувствуется работа Шепар… в смысле не выдумывай, Мохнарылый. Нет никаких штабов и прочего генералитета. Все мои действия осуществлялись по специальному протоколу, который планировал адмирал, которого с нами больше нет. Выходить открыто в эфир опасно, ведь это принесет вреда больше, чем пользы. Короче говоря, мы сами по себе и должны думать собственным котелком.

— Неужели мы продолжим лететь к тому кораблю?

— У тебя есть другие предложения?

— Я думаю, что Ленгу нельзя доверять. Хоть он и выручил нас на Цитадели, но лететь в неизвестность — опасная авантюра. Тем более к кораблю, что угодил в жуткую аномалию.

— Я прекрасно отдаю себе отчет, что это опасно. Чертовски опасно, но мне нужно больше информации. Как я уже говорил — мы в жопе, Мохнарылый. Скоро всё: что мы знаем, кого мы любим и что нам дорого, будет обращено в прах. Грядет такая буря, какую ещё люди не видывали. И если мы будем боятся всего неизвестно, то нас просто сметет, — взгляд Николаса стал потерянным и до ужаса безразличным.

— Экс говорил, что на Цитадели вы столкнулись с марионеткой Жнеца. Ник, эти штуки действительно способны уничтожить все живое?

— Строить предположения я не мастак, но та тварь, которую мы с большим трудом побороли, легко могла порвать нас на лоскуты. А это всего лишь марионетка, Мохнарылый. Как думаешь, что произойдет, если их явится бесчисленная орава? Сотни тысяч здоровенных кораблей способных жечь линкоры словно сухие щепки.

— Мы в жопе…

— Верно, Мохнарылый, мы именно там, — подтвердил Николас, и опрокинув спинку кресла, устало закрыл глаза. — Сколько нам еще лететь?

— Сорок шесть стандартных часов. Я заложил маневр, чтобы проверить состояние оборонительных систем Цербера на случай нашего скоротечного драпа.

— Молодец, — одобрительно буркнул Ник, после чего заснул.

Михаил активировал панель управления кораблем и быстро взглянув на параметры, сверил курс автопилота, и затем одним касанием погасил экран. Вслед за Ником уронил спинку кресла и он, после чего лег. Он не ощущал панического настроения. Их бравая команда выбралась из Цитадели и осталась при этом в живых. Поэтому они обязательно найдут способ победить любого враг. Довольный собственным выводом, Михаил глубоко вздохнул, после чего повалился в сон.

Спустя сорок шесть часов корабль вплотную приблизился к точке назначения. Но опасения Михаила подтвердились. Аномалия, что сковала неизвестное судно, не поддавалась ни одному сканеру. Фактически — там была пустота космоса. Тот же бесконечный вакуум, который окружал подавляющее пространство необъятной Галактики.

— Диспетчер дал точку входа в седьмом шлюзе, — произнес Ленг и облокотившись на кресло Михаила, ткнул пальцем в монитор центрального пульта управления. — Лети сюда, нас здесь уже заждались.

— Прежде чем подлетать к этой хреновине, я хочу убедиться в нашей безопасности, — сказал на выдохе Михаил, и подвинул кресло, скинув с него руку Ленга.

— Ты идиот пилот? Взгляни хорошенько на экран. К корме пристыковано девять кораблей, как пушистый хвост павлина, видишь?

— Мохнарылый, стыкуйся, — коротко бросил Николас, и потянулся к выходу из рубки.

— Уже выдвигаешься? — ехидно заметил Ленг, обнажив белоснежные зубы.

— Пока я доковыляю до места стыковки, уже нужно будет отсюда улетать.

— Расслабься, друг, никто вас не собирается здесь держать, просто один короткий разговор и всё.

— Так и запишем.

После ухода Ника, в рубке наступила гнетущая тишина. Ленг нервно переминался с ноги на ногу и почти не сводил с Михаила своего фирменного угнетающего взгляда. Выдержать это оказалось тем еще испытанием, но умение и выдержка не подвели и вскоре стыковочный модуль соединился с огромным кораблем.

— Ты тоже идешь, — твердо процедил Ленг, махнув Михаилу рукой.

— В смысле? — спросил в ответ пилот, вытерев рукавом испарину со лба. — Куда?

— Таков был уговор. Без обид, но Николас может натворить глупостей, а так мы избавимся от лишних проблем. Тебе ведь проблемы не нужны?

— Ну, уговор, есть уговор, — демонстративно пожав плечами, произнес Михаил и направился вслед за Ленгом.

В отличие от агента Цербера, Михаил прекрасно знал, как начинаются проблемы. Все исходит из сущих мелочей и недомолвок. Уже в стыковочном отсеке, для пилота наступил очередной сюрприз. На экскурсию в аномальную зону, собирались отправиться только трое: Ник, Ленг и Михаил. Остальные члены команды должны будут тихо сидеть на корабле и не создавать тех самых проблем, которые могли бы потрепать нервы Церберу.

Стыковочный коридор прошли спокойно. Время для душевных разговоров подошло к концу, теперь только важные очертания лица и взгляды исподлобья. Михаила забавляли подобные метаморфозы. Он не знал насчет Ника, но ему всегда в такие моменты становилось смешно. Быть серьезным это нормально, но выпячивать наизнанку показушную суровость — это перебор. Ладно, Ник. Он по-прежнему еще не восстановился и с трудом переставлял ногами, но Ленг прямо переменился в лице и повадках. Теперь он был совсем другой, гордо поднят подбородок и сияющий взгляд. От гнусноватого человека не осталось и следа, теперь рядом с ними шел едва ли не высший офицер флота.

После стыковочного коридора их ждали темные отсеки аномального корабля. Свет на потолке тревожно мигал, а люди, находящиеся внутри, нервозно рыскали по своим важным делам, оставив вновь прибывших пришельцев без должного внимания. Почетный караул пришел лишь через несколько минут. Два солдата в тяжелой броне с закрытыми забралами, и миниатюрная девушка адъютант, которая пылко поприветствовала Ленга, после чего поочередно смерила взглядом Николаса и Михаила. Затем их повели вглубь аномального судна.

По спине Михаила проступил ледяной пот. Он до ужаса боялся этого места. Тяжелый стёртый воздух и строгий чуждый минимализм, говорили о том, что этот корабль предназначался явно не для людей.

Конвой довел их до больших дверей. Здесь проглядывался явно свежий ремонт, краска на огромных створках еще не успела обсохнуть. Перед дверьми стояли знатные бойцы, куда более внушительнее, чем солдаты конвоя. Ленг вежливо попросил пилота постоять снаружи, пока Ник будет вести разговор с их лидером. Михаил не возражал, перекинулся парой бессмысленных слов с Ником и отошел к ближайшей стене, делая вид, что изучает здешний интерьер.

Вот тут-то он и почувствовал, что такое неуютная обстановка. Вся делегация агентов Цербера, включая охранников не сводила с него глаз. Михаил попытался выдавить в ответ улыбку, но вышло это неумело и криво. Он быстро отвернулся и стушевавшись перед неловкой ситуацией, продолжил всматриваться в серую стену. Спустя минуту нашел на ней парочку мелких царапин и проглотив тяжелый комок, что скопился в горле, стал размышлять над их появлением. Правда, недолго.

Его спасла открывшаяся дверь. Совсем не та дверь, в которую недавно вошли Ленг и Ник. Эта была гораздо меньше и вела в смежное помещение, которое не нуждалось в усиленной охране. Михаил тревожно повернулся к бойцам и не найдя на их лицах возражений, сделал несколько шагов в сторону и заглянул в открытые створки.

От увиденного он испытал удивление. В небольшой комнате отсутствовало освещение, но это не являлось серьезной помехой. Там сиял нежно голубой свет, источник которого находился в дальнем углу помещения. Оттуда слышался звук бьющейся посуды и многих других хрупких предметов. В прошлом это каюта, а ныне половина бывшей каюты была захвачена аномалией.

Михаил сам того не ожидая, вошел внутрь и приблизился к отмеченной яркой краской зоне, через порог которой, судя по всему, лучше было не заходить. Им овладело любопытство. Неестественность поведения вещей, что остались на другой половине, пугали своей загадочностью. Всякая мелочь с полок и крохотного стола падала на пол и разбивалась на сотни мелких частей, а уже через долю секунды, все что разбилось, появлялось на своих старых местах. Затем новый круг и ситуация повторялась снова. Казалось, он попал на аттракцион, где показывали эффект от замкнутой временной петли.

— Завораживает, правда? — совсем рядом спросил ласковый женский голос.

Михаил машинально вжал голову в плечи и медленно обернулся. Она была красива. Темные волосы, идеальная фигура, и гипнотический взгляд. Девушка все это время сидела в тени, и поэтому он ее даже не заметил. Но чтобы не предстать перед ней полным идиотом, то нужно было ответить. Глядя на нее в голове все перемешалось, и он ляпнул, первое что пришло в голову:

— Что вы здесь делайте?

— С помощью интегрированного ИИ в десятки мощнейших кластеров по сбору данных, пытаюсь разгадать загадку появления этого чуда, — ответила она, испив ароматного кофе из фирменного стаканчика Цербера, продолжая не отрываясь смотреть на нее, Михаил даже почувствовал острый привкус ностальгии. — Вы ведь, Михаил? Приятель Николаса Мура, верно?

— Ага, — кивнув, ответил пилот.

— Еще неделю назад, ваша парочка была в самом верху черного списка Цербера, а теперь вы стали почетными гостями на нашем тонущем корабле, странно не правда ли?

— Тонущем корабле?

— Видите ли, наша организация умирает. Из внушительной материальной базы, осталась лишь жалкая горстка кораблей и меньше двух сотен сотрудников. Если бы не эта удивительная находка, то я бы тоже покинула Цербер.

— Это нечто вроде временной аномалии? — спросил Михаил, озвучив свою догадку.

— Биологические материалы, сказали бы вам, что это в корне неверное предположение.

— Биологические материалы?

— У вас интересная привычка, Михаил, переспрашивать ключевые слова, употребляемые собеседником, — подметила девушка и встав, подошла вплотную к нему. — В других помещениях можно найти команду этого корабля, которые так же были подвергнуты неизвестному воздействию. В большинстве своем, к этому моменту, от них остался лишь скелет, местами покрытый догнивающими кусками плоти.

Михаил вздрогнул. Из ее уст это прозвучало весьма пугающе и жутко.

— Мохнарылый, ты где?! — из коридора донесся голос Николаса.

Михаил проигнорировал вопрос друга, даже бровью не повел. Он наслаждался компанией девушки, вдыхая полной грудью чудесный аромат ее духов.

— Куда вы дели моего пилота?! Мохнарылый! — все не унимался Ник, продолжая звать Михаила.

— Мне кажется это обращаются к вам, — нежно произнесла женщина, и робко коснувшись его груди, добавила. — Думаю, у нас еще будет возможность поболтать.

— Твою мать, Мохнарылый, вот ты где! Пошли собирать вещи, нам предстоит слетать в командировку, — в проеме появился Ник, держа в руках тонкую папку с документами. — Привет, Миранда, давненько не виделись, как у тебя дела? Папочка жив, здоров? Передать ему от тебя привет?

— Иди на хер, Ник!

— Так бы и обнял, но мы ужасно спешим, — проигнорировав гневный выпад женщины, произнес Ник и обратился к Михаилу. — Мохнарылый очнись, пошли собирать вещи, через час мы вылетаем в одно занимательное местечко.

***

Жизнь возвращалась в привычное русло. Тоненькие ручейки местных жителей двигались по своим делам. На лицах прохожих уже не было и намека на присутствие страха. Для них очередное нападение гетов, осталось далеко позади, и им хотелось просто жить дальше.

Хранители прекрасно справились со своей задачей. Неформальные хозяева Цитадели оперативно ликвидировали следы недавних битв, и позволили гостям станции спокойно жить дальше.

Шепард кивнул улыбающемуся мальчишке, который проходил мимо вместе со своей молодой мамой. Они держались за руки, а когда паренек узнал Шепарда, то на мгновение, отказался следовать вслед за взрослым. Назревала истерика и, если бы Спектр вовремя не отреагировал, раздался бы, горький детский плач. Толика внимания уставшего человека, сделала свое дело. Малец просиял, и побежал впереди своей мамы, попутно что-то рассказывая ей с преисполненным чувством искренней гордости.

Эта милая сцена позволила Шепарду ненадолго отвлечься от кропотливой и невыносимо нудной работы. Он читал текст сплошным потоком и отрывался от коммуникатора, лишь когда начинали болеть глаза. Несмотря на огромные усилия, он все равно чувствовал, что сильно отстает от событий, которые стремительно разворачивались на просторах огромной Галактики.

Компания по борьбе с гетами обретала очертания крупномасштабной войны. Последствия разрушения «Омеги» и нападения на Цитадель, раскрутили маховик страха на критический уровень. Большая часть крупных игроков Галактики требовала крови. Власть и адмиралы, пытались сопротивляться давлению, но в коротком треке с этим бороться было бесполезно. Единственное, что они могли сделать — это выиграть время для отсрочки, чтобы нарастить мощный боевой кулак флота.

Параллельно с формированием крупной группировки сил нападения, шла стремительная эмиграция с множества колонии в звездные системы метрополий. Только одних людей уже прибыло в Солнечную систему несколько миллионов и тенденция к росту неизбежна. Неизвестностью пугала, а абсолютную безопасность, Альянс мог предоставить лишь рядом с Землей. Шепард прекрасно понимал стремление людей защитить своих близких, если даже огромные станции подвергаются нападению, а порой и уничтожению. Но в нынешние времена полностью безопасных мест в принципе не существует.

Интуиция подсказывала Шепарду, что хоть геты и стали виновниками повторного нападения на Цитадель, но исключать влияния на них со стороны Жнецов, ни в коем случае было нельзя. Разбор ситуации давал крайне печальную статистику. Предположительно от смертельного газа погибло до тридцати четырех высших чиновников и акционеров крупных компаний, а также адмиралы флотов союзных сил. Во время нападения так же погиб адмирал Хакет. Это была огромная утрата для всего человечества. Флот Альянса лишился высококвалифицированного командира.

Кроме схематических схем потерь, Шепард внимательно изучал улики с мест событий. Предварительное заключение экспертизы специалистами СБЦ говорило, что после распыления газа, в зал заседания Совета проникли и сами геты, воспользовавшись брешью в стене, которую они проделали снаружи. В тот же день, когда Шепард вышел из комы, он посетил тот роковой зал. Лично осмотрев брешь в стене, он пришел к выводу, что данный врыв, который вырвал кусок стены, произошел изнутри.

После осмотра у него осталось всего две фотографии. Ведь он рассчитывал пригласить туда специалистов из Альянса, но Хранители заделали брешь спустя час после его ухода, тем самым ликвидировав все улики.

Следующей вехой из череды странностей того дня, стали выжимки из рапортов младших сотрудников СБЦ. Некоторые из них говорили о странном флаере, который был сбит другим летательным аппаратом из парка службы безопасности цитадели. Вот только видео подтверждений данного происшествия Шепарду найти не удалось, как бы он ни пытался. Все записи с многочисленных камер наблюдения были физически удалены во время атаки гетов. В центральный сервер попал крупный фугасный снаряд и выжег все банки данных. Невероятно странно стечение обстоятельств, толкающее на определенные мысли.

Но самым важным источником сомнений в стройной теории специалистов СБЦ, стало одно единственное судно, которое смогло прорвать периметр военных и покинуть пространство Цитадели, улетев в неизвестном направлении. Собрав по крупицам информацию, Шепард выяснил, что оно принадлежало Николасу Муру. Один раз — это случайность, два — это подозрение, но три — это уже закономерность.

Незадолго до гибели «Омеги», Мур и его команда, посетили станцию, где вступили в бой с неизвестными батарианцами, а ещё мутантами, которые появились незадолго до детонации главного реактора. По описанию уцелевших, эти мутанты походили на порождения Жнецов. Получается, как веревочке не виться, а она все равно выведет на основного подозреваемого.

Атака гетов смешала все планы. Шепард хотел с ним поговорить, но теперь это придётся отложить на неопределённый срок. Помимо наёмников, было ещё нечто странное. Ведь чем глубже он уходил в детали произошедшего, тем больше убеждался в том, что геты были не единственными зачинщиками хаоса на Цитадели.

Одним из доказательств его суждений стало видео одного из очевидцев кровавой потасовки в баре «Чистилище» с участием помощницы Советницы из числа Азари и бывшим негласным правителем «Омеги» по имени Ария Т’Лоак. Кроме них в битве сошлись гвардейцы Совета и двое людей, одного из них Шепард узнал. Это был пилот из команды Мура, а вот на вторую особу информации найти пока не удалось. Но судя по видео дамочка выглядела эффектно и владела искусными навыками биотика. Чем дольше Шепард всматривался в подрагивающий видеоряд, тем больше в его голове возникало вопросов.

Краем глаза Шепард заметил приближение друга. Смурной Гаррус шел вдоль зеленой аллеи и неловко перебирал руками, словно потерял нечто важное.

— Все уволились со службы в тот же день, когда ты очнулся, — приблизившись, грустно сказал он, и сел рядом с Шепардом. — Я уже перестал понимать, что здесь происходит. Информации нет, а те, кто могут ее предоставить — либо умирают, либо спешно покидают станцию.

— Не унывай, главное для себя, мы уже выяснили, — приободряющим голосом произнес Шепард, и выключил коммуникатор. — Это нападение гетов кардинально отличалось от вероломной атаки Властелина. Наш враг сменил тактику, и стал действовать более точечно.

— Мы сожрем сами себя, и вместо глобально объединения, получим разрозненное сборище испуганных крыс.

— Кто тебя научил так выражаться?

— Эшли.

— Сделаю ей выговор, ведь за такие слова тебя могут не пустить на Палавен.

— Ой, было бы куда возвращаться, Шепард, — горестно хмыкнул Гуррус. — Примарх решил сконцентрироваться на защите подконтрольных планет. Наверняка, остальные подумают также. Как я уже говорил, вместо объединения, по итогу, мы получим хаотичное разъединение по звездным системам, а не мощную армаду боевых кораблей. Ты должен этому помешать Шепард! В противном случае Жнецы нас просто сметут и сожрут поодиночке.

— Вот именно, поэтому Нормандия не будет участвовать в новом налете на гетов. Карательный флот хочет подойти к Ранноху. Мне кажется, там нас будет ждать только боль и разочарование. Ведь отправившись туда во имя справедливости, мы прольем кровь, вступив в войну с основными силами гетов, которым нет никакого дела до органиков.

— А как же та лаборатория, которую мы ликвидировали на Алкере?

— Можешь занести ее в общую копилку тех интересных вещей, в существовании которых нам предстоит разобраться.

— Нет, Шепард, ты просто уходишь от ответа!

— Почему нет? Знаю, ты хочешь поучаствовать в рискованном мероприятии, и я не буду этому препятствовать, но тебе придется искать другой корабль. Нормандия в системы Терминуса не полетит.

— Но как же борьба со Жнецами?

— Она идет прямо сейчас, и как бы прискорбно это ни звучало — мы на несколько шагов позади, — произнес Шепард, и кивнул в сторону лестничного пролета, по которому спускалась задумчивая Лиара. — Надеюсь, ее поиски обвенчались успехом.

— Поиски?

— Офицеры из СБЦ, которые внезапно исчезли из Цитадели. Думаю, мы нашли то место, где они получили свои ранения.

— То есть, ты с самого начала отправил меня по ложному следу? — с толикой обиды спросил Гаррус, поприветствовав кивком, подошедшую к ним Лиару.

— Следы крови обрываются у здания, к которому проявляет большой интерес СБЦ. Все обвешано запрещающими знаками и вход строго по пропускам, — вместо приветствия выдала азари и сложив руки на груди добавила. — Признаюсь, я и не рассчитывала найти что-либо стоящее, считая твою затею, Шепард, излишне надуманной. Поэтому хочу попросить у тебя прощения.

— Извинения приняты, — мимолетно улыбнувшись, сказал Шепард. — Полагаю, СПЕКТРа пропустят через строгий кордон?

— Вполне.

— Подождите, о чем вы говорите? — озадачено спросил Гаррус, теряясь в догадках. — Какая кровь, что ещё за здание?

— Присмотрись внимательно, Гаррус, — наклонившись произнес Шепард, развел руки в стороны очерчивая внушительную окружность, и затем повернулся к турианцу. — Увидел?

— Нет.

— Шепард намекает о следах удара биотикой, вернее одном сокрушительном ударе, — пришла на помощь Лиара, и показала на более конкретные улики, но и они для Гарруса, на гладком и чистом покрытии, казались сюрреалистичными. — Хранители ликвидировали последствия удара, но при внимательном изучении, я смогла установить размеры воронки. Ее диаметр составлял больше десяти метров. Полагаю, кто-то летел с большой высоты вниз и с помощью биотики замедлил падение.

— Такое возможно?

— В теории возможно, но на практике я еще такого не видела, ведь гораздо проще изменить свой вес, чем влиять на ландшафт. Хотя, если биотик был не один, то этот вариант будет безопасней и быстрей.

— Вот и ответ, Лиара, этот биотик был не один, — сказал Шепард и посмотрев на часы, добавил. — Прогуляемся?

Прогулка получилась недолгой. Миновав лестничный пролет, по которому совсем недавно спустилась Лиара, они вышли на просторную алею, а уже по ней, путь занял всего несколько минут. Гаррус по-прежнему с большим скепсисом относился ко странной идее Шепарда, к которому с неприкрытым азартом присоединилась азари. Он не понимал этих двоих, ведь они не рассказали при чем здесь была кровь.

— Следы обрываются здесь, — сказала Лиара, когда они подошли к зданию, вход которого действительно был обнесен большим количеством запрещающих знаков, а перед ним стояла парочка скучающих сотрудников СБЦ.

— Добрый день, хотелось бы пройти внутрь, удостоверение СПЕКТРа даст эту возможность? — спросил Шепард одного из них.

Турианец в форме переглянулся со своим напарником саларианцем, после чего ответил:

— Мы вас знаем и без удостоверения, СПЕКТР, но начальство приказало нам никого не впускать.

— Какое начальство? Кто отдал вам этот приказ? — поинтересовался Гаррус, но Шепард жестом попросил его повременить с расспросами.

— Не хотелось бы вас пугать ребята, но последствия подобного акта будут весьма серьезные. Вы ведь хотите остаться на этой работе?

Сотрудники СБЦ вновь переглянулись.

— От начальства получим рапорт, а если не пропустим СПЕКТРа, то и вправду выгонят, — со знанием дела сказал саларианец и отступил от входа, открыв путь внутрь.

— Благодарю, — вежливо произнес Шепард и направился вглубь помещения.

Гаррус замыкал строй и едва не споткнулся об мусор, что был разбросан внутри бывшего магазинчика. Странное на вид помещение для Цитадели, где хранители поддерживали практически идеальный порядок. Об этом видимо подумал каждый из троицы с серьезным видом внимательно осмотрев каждый угол этого бардака. Но кладезь информации по всей видимости был в смежном помещении, что располагалось за внушительной дверью, подобно люку от сейфа. Путь туда был открыт, вернее приоткрыт, кто-то из сотрудников СБЦ оставил небольшую щёлочку.

Ухватившись обеими руками за дверь, Шепард навалился на нее всем телом, после чего, та со скрипом отворилась. Что он увидел внутри, поразило его до глубины души.

Повсюду была кровь и резкий трупный запах. Он вгрызался в носоглотку, отчего Шепарду пришлось закрыть нос рукой. Первый вопрос, который возник у него в голове звучал предельно просто:

«Что здесь, черт возьми, произошло?»

В этом ему помог офицер саларианец одетый в военную форму ГОР. Своей персоной он перекрыл область видимости для Шепарда:

— Я надеялся, что никто из числа СПЕКТРов не узнает об этой бойне до составления полного доклада, — сказал представитель саларианского ГОР, раздражающим голосом.

— Кто вы такой?

— Обычный следователь по необычным делам.

— Что здесь произошло?

— Бойня. Разве вы не видите, что здесь произошла грандиозная бойня?

— О Тессия, тут умерли десятки, и все при помощи биотики, кем бы ни был убийца он прекрасно знает, как убивать, — произнесла Лиара, осторожно продвигаясь меж аккуратно вычерченных линиях, что обозначали места расположения убитых.

— Так, чем могу вам помочь, Шепард? — спросил сотрудник ГОР раздраженно наблюдая за действиями азари.

— Личности убитых установлены?

— Частично.

— Почему это расследуете вы, а не СБЦ? — настала очередь Гарруса задавать вопросы. — Это их юрисдикция.

— Ошибайтесь, Гаррус Вакариан, юрисдикция СБЦ закончила свои действия. Во-первых, именно СБЦ причастно к созданию этого места. Видите, вон те следы крови в дальнем углу? Это все что осталось от заместителя начальника СБЦ вместе с высокопоставленным менеджером одной из крупных корпорации. После произошедшего на «Омеге» они решили вести игорный и прочий сомнительный бизнес внутри Президиума, чтобы влиятельным персонам не нужно было лишний раз покидать самую безопасную зону на Цитадели. Во-вторых, военный генералитет будущего Совета, ввел особое положение, теперь ГОР будет отведена особая роль в формировании СБЦ. В-третьих, Шепард, что вам известно о личности по имени Николас Мур?

Вопрос поставил Шепарда в тупик. Ему и самому было интересно об этом узнать. Поэтому он ответил парой общих фраз, что виделся с этим человеком всего один раз и не имел достаточно объективной информации. Сотруднику ГОР, видимо, этого хватило, и он, совершив полупоклон, продолжил фотографировать следы убийств.

Вот только Шепарду от этого не стало легче. Он надеялся найти здесь зацепки по поводу нападения гетов, а в результате наткнулся на акт безжалостного насилия. И почему специалист из ГОР спросил его о Николасе Муре? Этот вопрос мучил его весь обратный путь до Нормандии.

Он решил долго не задерживаться в том жутком месте и взяв обещание у саларианца, что получит рапорт о случившемся одним из первых, покинул место резни. Единственное стоящее открытие — это следы крови, которые обнаружила азари среди десятка других. Они принадлежали тому человеку, который присутствовал на месте сильного биотического удара. Выходит, эти события связаны общей историей.

Вернувшись на Нормандию, Шепард немедля направился в свою каюту. Скинув верхнюю одежду, он выпил стакан ледяной воды. Затем Шепард открыл верхнее отделение шкафчика и вытащил оттуда жесткий диск. Он так и не решался посмотреть, какая информация находилась на нем. Саларианец, который ему передал этот предмет, оказался кристально чист. Бывший помощник Советника, никогда не был замечен в криминале или в чем-то подобном. Но зачем же тогда он ему его передал? Настало время выяснить причину этого подарка.

Глава 22

Нервозность утомляла. Она брала его измором не давая спать. Раньше Ник никогда не сталкивался с подобными проблемами. Ведь какой бы страшной ни была ситуация в прошлом, он всегда спал, как новорожденный младенец. Но теперь всё изменилось. Сон ушёл.

Всему виной стала встреча с марионеткой Жнеца, и конечно, убийством этим мерзким отродьем, адмирала Хакета. Теперь старые шрамы выступили наружу. Он вновь остался без наставника.

Приподнявшись на кровати, Ник усердно почесал правую ладонь. Зуд был настолько сильный, будто он подцепил какую-нибудь инопланетную заразу. Неужели к деньгам? Нет, ему плевать на деньги. Видимо, опять странности. Ведь он никогда не обращал внимания на приметы. М-да, В его жизни стало слишком много — «Никогда». Вдох, выдох, вновь глубокий вдох, и такой же медленный выдох.

Совершив обряд концентрации, Николас потянулся, а затем протянул руку в сторону стола, где лежала папка, которую передал ему Призрак. Бумажная корка, от которой веяло терпким табаком. Призрак часто перечитывал её содержимое, в надежде лично разобраться в ситуации. Особенно учитывая тот факт, что эта самая ситуация, и вправду складывалась для Цербера хреновая. Три полноценные группы быстрого реагирования пропали при весьма странных обстоятельствах. Пропали внезапно и бесследно, словно их и вовсе никогда не было. И вот опять — «никогда».

— Вот дерьмо, — выругался вслух Ник, и передумав снова лезть в папку, закрыл лицо руками и глубоко вздохнул. — Ты в жопе Мур. В самой настоящей маленькой волосатой жопе и выхода из нее нет — анус забетонирован наглухо.

Ник быстро поднялся и накинув на голый торс жилетку, вышел из каюты. Корабль Ленга был невероятно быстрым и маневренным, но по жилищным условиям уступал даже тому корыту, на котором они рассекали по системам Терминуса с Михаилам и Хельгой. Жилого места по минимуму, как кот наплакал, вентиляция работала со сбоями, а из продуктов только большой запас вяленого мяса. От этой еды у Ника три дня назад началась противная отрыжка, что перерастала в рвотный рефлекс.

Но этот корабль был единственным средством передвижения, которое могло доставить их в сжатые сроки на планету Кленкори в системе Ньютон. Именно там пропали бравые ребята Цербера пытаясь выудить некую информацию у одного странного Волуса по имени Кумун Шол. Странноватого миллиардера с кучей причудливых привычек. Половинчатый мужик в скафандре собрал целую армию, чтобы проводить раскопки на богом забытой планете. Все бы ничего, но Цербер обнаружил там нечто «странное». Именно оттуда вылетели корабли, которые стали виновниками гибели ретранслятора Омега-4.

Призрак не стал терять времени и отправил туда разведчиков, а потом и настоящие боевые подразделения с оставшейся у него в наличии тяжелой техникой. Вот они-то и пропали. Обратно вернулось лишь короткое послание, уместившиеся в два предложения — «Буду разговаривать только с Николасом Муром. Гет должен остаться на повреждённом корабле Серого Посредника».

Нику сразу показалось это послание слишком навязчивым, аж по нескольким причинам. «Откуда волус знает про него? Откуда волус знает про Экса? И финальный, он же главный — что волусу от него надо?»

Мог ли он отказаться от опасной авантюры? Конечно, мог. Но выбор, впрочем, был слишком уж суровый. Если бы Ник не согласился на внезапное путешествие, то Призрак обещал пустить в расход весь гигантский корабль, который был подвергся странной аномалии, тем самым обратить всё в прах. Дерьмовый расклад. Поэтому Ник выбрал второй вариант и незамедлительно отправился в путь.

Он оставил Экса за старшего на их корабле и наказал тому не косячить в его отсутствие. Выполнит ли его просьбу Шепард-гет, трудно сказать, но ухмыляющаяся рожа Призрака была довольна. Глава Цербера на радостях выкурил подряд несколько сигарет, не веря в то, что Ника удалось так быстро уломать. Выходит, можно было и поторговаться.

Завалившись в рубку, Ник наткнулся на скучающего Ленга. Оперативник цербера кропал над деревянной фигуркой, которую стругал ножичком.

«Столяр хренов»

Рядом с ним блеял от жары Мохнарылый, вернее теперь уже гладко выбритый, Михаил. Пилот обильно потел и был вынужден сбрить свою мохнатую бородку. Компания изнывала от жары и обливаясь седьмым потом, попеременно опустошая воду из огромной бутыли с кучей трубочек и вентилей, что была смонтирована над потолком. Чудо-изобретение, похоже сотворил Михаил. Лень родилась впереди него, и чтобы лишний раз не вставать за питьем, он лучше будет крутить вентиля, благодаря чему влага сама заструится к нему в рот.

— Сколько еще лететь Гладкокожий? — резко спросил Ник и сам пригубил воды, ухватившись за одну из пластиковых трубок.

— Напугал, черт! — вздрогнув, буркнул Михаил и бросив взгляд через плечо, радостно произнес, — уже подлетаем, через полчаса будем заходить в атмосферу. Куда держать курс, кэп?

— Не чертыхайся, иначе беду накликаешь. Держи курс к поселению, сядем в стороне. Дойду пешком.

— Пойдешь один? — оторвавшись от важного дела спросил Ленг. — Опасно…

— Оставлять корабль под надежной охраной Гладкокожего — вот, что опасно, — укоризненным тоном заметил Ник, подмигнув бывшему Мохнарылому. — Вы останетесь на судне и будете ждать моего возвращения и никаких — но. Я выплатил перед тобой долг, Ленг. Твой босс ясно дал понять, что ты теперь подчиняешься мне. Вопросы есть?

— На обратном пути возьмешь, что-нибудь пожирать? — жалобно процедил Михаил, после недолго молчания.

— Подумаю, — отрезал Ник и покинул рубку.

Здешний трюм не изобиловал хорошим снаряжением. В привычку Ленга не входило запасаться разным добром, в отличие от их команды, которая всё ценное, словно стая ворон, обязательно тащила в дом.

Ник надел походный скафандр и отрегулировал подачу воздуха. Затем настроил автоматическое выравнивание давления и отстал от старенького костюма, боясь ненароком сломать древнее снаряжение. Пока он готовился к выходу на недружелюбную к людям планету, Михаил посадил корабль и радостно отрапортовал по громкой связи о проделанной работе.

— Молодец, а теперь открывай шлюз, — сказал в коммуникатор Николас, схватившись за леерное ограждение.

— Удачи там, кэп.

— И тебе не хворать, бывший Мохнарылый.

За бортом простиралось корка ледяного озера. Зеленоватый отблеск выдавал в нем чуждую природу, разительно отличающуюся от водоемов Земли. Ник осторожно переступил через комингс шлюза и двинулся по направлению к поселению наемников богатого волуса. Под ногами хрустело, а датчик температуры твердил о том, что суровость окружающей среды довольно неплохо заморозит косточки, если в ржавом костюме вдруг появиться брешь. Но не время думать о плохом. Ник просто пойдет в логово парней, переваривших прихвостней культа большой собаки, и спросит их хозяина прямо в лоб, зачем тот позвал его на эту богом забытую планету.

Свист ветра набирал обороты с каждым проделанным шагом, а зуд, одолевавший руку все усиливался. Ник пожалел, что не вколол дозу обезболивающего. К черту, что тело изрядно подсело на этот наркотик, интуиция твердила ему, что здесь будет заварушка. Вдох — выдох, нужно сохранять ясность ума.

Менее получаса ходьбы и на горизонте показалась самая настоящая крепость. Наблюдательные вышки и массивные ворота, словно сошедшие с картинки книги о больших средневековых замках. Подойдя к ним, Ник почувствовал на себе пристальное внимание чужих глаз. Из ворот к нему вышли двое. Наемники в грозном боевом обвесе и громоздкими пушками наперевес. Один из них был человеком и, значит, проблем с коммуникацией возникнуть не должно.

— Мы заметили ваше приближение два часа назад. Думали, вы сядете на посадочную площадку.

— Верно подмечено, но, видите ли, отправив меня за припасами, остальная команда нашего ржавого корыта, захотела покататься на коньках, — проникновенно пояснил Николас, глуповато хлопая глазами. — Такие дела, парни, не волнуйтесь мы у вас не задержимся, только затаримся всем необходимым и свалим восвояси.

— Документы с собой? — нахмурившись, процедил наемник и взглянув на протянутый Ником поддельный паспорт гражданина Альянса, смягчился. — Давненько я не встречал такой старинной штуковины. Разве их еще выпускают?

— Моя тётка работала в одной из старых администраций в ЮВА, а там такой роскоши еще на три поколения вперед хватит, хе-хе.

— Ладно, насчет припасов могу посоветовать только бар, — пожав плечами посоветовал наемник, пропуская Николаса внутрь поселения. — Запасы хранилища доступны только для персонала.

— Ваш босс специально отстроил такие мощные стены? Комплексует?

— Что ты сказал? — с глубоким неодобрением произнес наемник, крепко сжав оружие.

«Вот неужели было нужно было продолжать этот спектакль?! Смолчал бы идиот, ведь это уже перебор!» — подумал Николас, и с грустным видом поглядев на закованного в броню солдата, произнёс:

— Простите, я от дисбактериоза совсем разум потерял. Дрянная еда, антибиотики и прочая дрянь, а тут еще и всякие слухи об этом месте, вот все и перемешалось: страх, гнев, печаль и радость.

— У тебя полчаса, а после скрутим и отвезем к твоим спортсменам, чтобы провести беседу по правильному приему пищи, — сказал, как отрезал наёмник и кивнув своему приятелю, они направились к лестнице, что вела на смотровую вышку.

Ник, широко раскрыв глаза, несколько минут, провожал их взглядом. Заодно проглотил шершавый комок, терпкой и противной слизи, который уже давно мучил его горло. Похоже, что у фильтров системы жизнеобеспечения давно истек срок годности. Но, что черт побери, сейчас произошло?

В разговоре с наемниками он рисковал и постепенно повышал ставки. Его должны были связать и посадить в самый холодный карцер, но вместо этого показали в каком направлении находится бар. Здесь определенно твориться что-то неладное. Даже в липовый паспорт поверили, хотя невооруженным взглядом понятно, что это дешевая подделка. Кто с ним играет? Призрак или странноватый хозяин этого места? Так, бар где-то впереди, спрятан между ворохом однотипных строений.

Ник нашел его быстро. Помогла пестрая вывеска и парочка знатно охмеленных проходимцев, что походили на местных чернорабочих. Были одеты в ещё более дешевые скафандры, чем сам Николас. Миновав шумную компанию, он вошел в бар.

Помещение было простое и довольно скромное. Совсем не чета барам «Цитадели». Просторная стойка с барменом и аккуратные столики, идущие ровными рядами до одной единственной «вип-ложи», что находилась в самом дальнем углу. Николас снял шлем и вдохнув терпкого воздуха, пропитанного потом и алкоголем, облегченно улыбнулся. Это гораздо лучше, чем ежесекундно вдыхать настоящую отраву.

Подойдя к стойке и шумно положив на неё, шлем, он по-хозяйски уселся на обитый потертой кожей стул. В ответ на действия Ника, бармен презрительно фыркнул, после чего, спросил:

— Чего налить?

— А что обычно употребляют в этой забегаловке?

— Даже местные не смеют мне дерзить.

— Думают, плюнешь в стакан?

— Ладно, приятель, — деловито сказал бармен и положив мощные кроганские культяпки на стойку, добавил, — обычно тут пьют пиво, тебе налить?

— Валяй.

Величавая туша развернулась к просторной стене вдоволь украшенной всякой посудой с выпивкой. Ник тем временем осмотрелся. Позади него, за первым столиком, сидела азари. Она биотик. Движения плавные и грациозные, как и подобает лучшим бойцам родом с Тессии. Чуть поодаль, еще двое очень подозрительных парней. Турианец и батарианец. Обвешанные с ног до головы оружием оба зорко глядели на него. Эти шесть пар глаз при желании могли прожечь обшивку боевого корабля. Чуть в стороне от них еще одна азари биотик в паре с человеческой женщиной, что тоже являлась, отнюдь, не дамой легкого поведения. Его здесь ждали. И ждали с целью убить. Печально, однако.

К тому моменту, когда Николас разгадал намерения местных головорезов, бармен уже налил ему пива, поставив наполненный до краев стакан напротив него. Секунды шли. Правая ладонь по-прежнему чесалась, как кровоточащий фурункул. Нужно что-то срочно предпринять.

Способности к биотике проявились у Николаса довольно рано. В таком далёком детстве, когда ещё толком не знаешь, как правильно произносить буквы из алфавита. Играя дома пластмассовыми игрушками, он внезапно осознал, что может управлять их массой. Одни делал необычайно тяжелыми, а другие, наоборот, заставлял парить в воздухе. Дед тогда твердо решил заняться Ником, чтобы запрятать этот дар внутри мальчишки. Тогда Ник не понимал причин для волнения, которые овладели его стариком. Но сейчас, уже будучи в зрелом возрасте, стал догадываться в чем была причина для беспокойства.

«К черту этот зуд!»

Тьма разлилась по его телу теплой волной. Первым взмыл в воздух стакан с пивом. Ник предал ему заряд кинетической энергии легким щелчком пальцев, и не раздумывая направил в бармена, а когда тот почти достиг головы здоровяка, то изменил первоначальные показатели массы стакана в сотню раз. Верхнюю часть головы крогана срезало, словно мощнейшей гильотиной.

Далее азари. Толчок и кувырок в воздухе. Теперь он у нее за спиной. Девушка и опомниться не успела от быстроты движении офицера альянса. Его рука сжалась на ее горле и…звонкий хруст. Шейным позвонкам трудно тягаться со стальной хваткой многократно усиленной биотикой. Жуткая гримаса испуга — это было последние, что успела изобразить азари перед тем, как ее голова отделилась от тела. Теперь это будет снарядом. Николас развернулся к опешившим наемникам. От увиденного их глаза неестественно округлились. Страх штука капризная, но поправимая.

Николас метнул голову мертвой азари в турианца, проделав тот же фокус, как и со стаканом пива. Затем нужен был отвлекающий маневр для противодействия биотикам. Он поднял в воздух соседний стол и толкнул его в сторону женщин. Азари успела прыгнуть, а человек ушла от смертельного снаряда, выполнив перекат. Реакция у них, что надо. Помещение окутала пыль, а ещё в этом баре воспарили тысячи мелких щепок.

Нужно доделать начатое. Ник броском преодолел расстояние до батарианца и его же оружием проделал в нем дыру. В бою мешкать вредно.

Схватил падающего соседа, уже упавшего на пол турианца, использовал его, словно щит против взбешённых биотиков, вставил дуло пистолета в дыру у того в груди, которая образовалась после выстрела от крупного калибра. Укрытие, конечное, непрактичное, но тут важен эффект. Женщины, при виде этой омерзительной картины, впали в легкий ступор. Всего секунда, но этого вполне достаточно. Первый выстрел. Челюсть азари раздробило в порошок. Ее глаза закатились, и искра жизни навсегда покинула ее тело. Немедля, Ник повернулся и выдал порцию угощений для её напарницы. Два попадания. Одна пуля вошла в грудь, а другая куда-то в область головы. Времени для детального рассмотрения не было.

«Вип-ложа» пришла в движение. Там сидели трое. Разницы, кто это был, совсем никакой. Ник поднял в воздух очередной стол и в эффектном прыжке ударил по нему ногами. Снаряд с бешеной скоростью смел ряды противника размазав их тела по стене, словно прихлопнул мухобойкой надоедливых комаров. Николас поднялся, тяжело дыша и бегло осмотрел поле боя. Всюду: кровь, пыль и резкий запах смерти.

Вдох, выдох, а затем вновь глубокий вдох, и такой же медленный выдох. На мгновение он закрыл глаза, а когда снова открыл, то увидел перед собой стакан с пивом, который поставил на стойку хмурый бармен. Кровавый бой ему привиделся. Это перебор, нужно было вколоть обезболивающее, иначе он тут тронется умом или перебьет всё местное население, что являлось ещё более ужасным деянием.

Николас отхлебнул пива и удовлетворительно хмыкнул. Напиток терпимый, им даже можно запивать вяленое мясо Ленга. Стоит взять это на заметку.

— Николас Мур, приветствую вас на моей земле, — откуда-то снизу произнес механический голос.

Ник повернулся к говорившему, и увидел перед собой волуса. Как и все представители этой расы, он носил скафандр даже в помещениях, поэтому его голос имел отчуждающие нотки.

— И тебе не хворать, приятель, — снова отпив холодного напитка, произнёс Ник. — Чем вызван нездоровый интерес к моей персоне, раз тебе пришлось отправить записку через половину Галактики?

— Настало время узнать причину, по которой я помог твоему новому другу попасть в синтетическое тело гета, — донеслось из-под забрала волуса, и как показалось Нику, оттуда исходило сияние светло-синего цвета.

— Что ты такое?

Глава 23

Нет ничего тяжелее ожидания. Особенно трудно его переносить, если этот период сочетается с бездействием и полнейшей неизвестностью. Михаил сталкивался с ожиданием слишком часто. Ведь Николас, порой совсем ничего ему не говорил. Перекинется с ним парой общих слов и отчалит в какой-нибудь бандитский улей. Потом, правда, верещал по общим каналам связи, чтобы Михаил его вытаскивал, иначе тому придут кранты. Веселые были деньки в Системах Терминуса. Но в отличии от стойкого поведения Михаила, который спокойно листал новостную ленту, Ленг изводил себя гневными тирадами.

— Он должен был взять меня с собой! На этой планете сгинуло двести сорок элитных бойцов! Что смотришь, пилот?! Думаешь, это пустые слова?! — пристально посмотрев Михаилу в глаза, процедил оперативник цербера.

— Вовсе нет, просто…просто непривычно видеть тебя таким напряженным, — пробубнил Михаил и вернулся к просмотру ленты новостей.

— Я, по-твоему, нервный, твою мать?! Я спокоен, пилот! Спокоен! Всего лишь не могу понять, почему я остался с тобой на этом гребанном корыте?

— Разве это не твое судно?

— Если оно мое, то уже по определению не может быть корытом?

— Как скажешь, братан.

— Братан?! — едва не брызнув слюной, огрызнулся Ленг. — Да мы с тобой даже не похожи! Ты толстое и испуганное ничтожество!

— Так-то оно так, но я мастерский пилот и уже сел на диету, даже успел скинуть десяток килограмм. Но глянь на себя, крутой перец. Изводишься, как подросток, который на глазах у посторонних навалил в штаны и теперь паникует, не зная, как дальше жить.

— Тебя как вспороть — от шеи или от паха?

— Вспори себе вены, или успокойся, наконец! Николас сказал, чтобы мы ждали его здесь и смотрели в оба, — Михаил в подтверждении своих слов, глянул на экран оперативного контроля, и ахнул от удивления. — Твою мать, у нас гости.

— Численность?

— Двое, похоже, это волусы.

— Выведи на экран!

— Пытаюсь, пульт управления сбоит, — усердно орудуя пальцами, взывая к порядку бортовой компьютер, процедил Михаил. — Из строя вышли основные системы и главный двигатель…

В этот момент корабль тряхнуло, словно носовая посадочная лапа отломилась и нос корпуса упал на поверхность планеты. Ленг и Михаил замерли, ожидая дальнейшего развития событий. И оно не заставило себя ждать. Следом за носовой лапой, тряхнуло и кормовые.

— Уходим! Быстрее в мою каюту! — выкрикнул Ленг, покидая рубку.

— Зачем к тебе в каюту? — недоуменно сказал Михаил, с трудом покидая насиженное место.

С каждой последующей секундой, корабль начинало трясти еще сильней. Чтобы с машиной не происходило, оно вряд ли могло закончится хорошо. В такт ходьбе, прижимаясь от одной стены коридора к другой, Михаил едва не нырнул в открытую дверь каюты Ленга. Оперативник в этот момент заканчивал облачение в модный костюм Цербера. Такого оборудования в трюме корабля точно не было. Час назад Ник покинул корабль в каких-то обносках.

Завидев появление Михаила, Ленг бросил в пилота элемент брони. Но металл совсем не причинил тому боли. Вместо этого кусок нагрудника аккуратно прилип к Михаилу, словно был идеально подогнан под его тело.

— Ни хрена себе! — восхищенно заявил пилот, удивленно глазея на последующие элементы защиты, которые крепил к нему Ленг. — А почему мы отправили Ника не в этих крутых шмотках?

— Потому что Николасу будет полезно пострадать, иначе он потеряет бдительность, — пояснил Ленг и толкнул Михаила к выходу. — Вперед, живее!

Повторять дважды агенту цербера не пришлось. Михаил буквально побежал по коридору, словно потерял за время их путешествия не десяток килограмм, а гораздо больше. Кроме усиления мышечных функция, костюм помогал бороться с тряской. Михаил словно попал в центр гироскопа, пока все вокруг двигалось и тряслось, он бежал по идеально проложенным рельсам.

Расстояние до шлюза он преодолел молниеносно. Такую легкость и плавность движений он не ощущал со времен молодости, когда еще учился в академии Альянса.

— Надень шлем, но сильно не отвлекайся, готовься к выходу наружу, — сказал вынырнувший из-за спины Ленг, и передав ему черную сферу, направился к двери шлюза.

Понять смысл слов оперативника цербера, Михаил смог только после того, как надел на голову шлем. Все его чувства подверглись массированной атаке, которую милый женский голос обозначил, как «калибровку». Откуда только у цербера такие технологии? Страдая от вспышек света и оглушительного рева внутри костюма, Михаил совсем не заметил, как оказался снаружи корабля.

Зато, когда «калибровка» подошла к концу, он ощутил невероятное единение с внешним миром. Словно он босыми ногами, стоял на ледяной корке, и вдыхал смертельный газ, который по необъяснимой причине стал совершенно безвреден.

Корабль принадлежавший Ленгу проваливался в темное лоно взявшейся из ниоткуда расщелины. Если бы они промедлили, то погибли бы вместе с судном. Чего-чего, но Ленг своё дело знал.

Оперативник цербера в отличии от опешившего Михаил, пристально изучал окружающую обстановку. Кроме шумного треска и скрежета, что сопровождалось пропажей корабля в тёмно-зеленой густой субстанции, на горизонте проглядывались фигурки двух волусов, чье появление стало предвестником этой трагедии.

Ленг снял с пояса пистолет, но быстро передумал, и вместо него вытащил из ножен длинный сверкающий тесак.

— Подожди, что ты собрался делать? — спросил Михаил, все еще пребывая в легком шоке от скоротечной утраты корабля.

— Хочу поинтересоваться у коротышек, где тут можно обзавестись новым кораблем, — ответил Ленг со звериным оскалом. — Или ты хочешь выбираться с этой планеты пешком?

— Хорошо, — оступился от него Михаил, бросив взгляд на тьму, где еще мгновение назад стоял их корабль. — Ник нас убьет…

***

Это был огромный зал, который освещался тысячей огней. Свет лился отовсюду, освещая тысячи древних статуй непонятных существ. Это место поражало Николаса и напоминало древний музей. Вот только экскурсовод оказался молчаливым.

Из бара Волус отвел его в самое большое здание в этом поселении. По короткой фразе, Ник понял, что это был дом самого волуса. В помещении имелся лифт, которой вел куда-то под землю. Тогда Ник еще и представить не мог, что это путешествие заведет его в такое удивительное место.

Волус привел Николаса в центр самого большого зала. Тут тоже были статуи, но главной особенностью этого места был огромная карта Галактики, что сияла оттенками сотен миллионов звезд, затмевала своим светом даже яркое местное освещение. Голографический корабельный экран уступал этому творению в кратном масштабе. Такой эффектной голограммы Николас никогда в жизни не видел.

Ник поднял взгляд еще выше и нашел то, что заставило его содрогнуться. На потолке этой залы было выгравировано изображение жнеца. Он уже видел его прежде, но гораздо меньших масштабов в заброшенной лаборатории кварианцев на Алкере. Жнец, сотканный из трех оснований.

Волус указал ему на кресла, что были расположены рядом с голографическим произведением искусства. Николас терпеливо подождал, пока хозяин сядет первым, а уже после этого осторожно разместился на соседнем.

— Я редко контактирую с разумными существами, но если это случается, то предпочитаю использовать символизм. Наблюдая всё это великолепие, сложно представить более весомый инструмент, для выстраивания правильного тона для предстоящего акта коммуникации.

— Ты так и не ответил, кто ты такой, — осторожно произнес Николас, опасаясь сделать лишний вдох.

Этот волус его пугал. Конечно, не сам коротышка, а то, что скрывалось под его личиной. Обычные волусы не представляли угрозы. Ведь он несколько раз случайно пересекался с коротышками в бою. Те парни были осторожными парнями, но от пуль и биотики, это не помогает. Но то обычные волусы, этот же не походил ни на одного из них. От этого существа веяло силой, огромной невидимой силой.

— Николас, неужели мой ответ будет иметь хоть какой-то смысл? Ты не кажешься глупым, поэтому должен был догадаться, зачем я привел тебя именно сюда.

— Отлично, тогда давай попробую, — неуверенно произнес Ник и прочистив горло, продолжил, — эти статуи, они являются тенью тех рас, которых перемололи жернова истории. Их уничтожили те, кого мы называем жнецами. Далее карта, она символизирует масштаб присутствия или, хм, контроль над происходящим в ней. А на потолке изображено, возможно, твоё настоящее тело, ничего не упустил?

Они встретились взглядом. Ник почувствовал, как на спине проявилась ледяная испарина. С Моросом было примерно так же, но вот только тот, явно хотел его убить, а намерения этого парня пока еще оставались загадкой.

— Мне по нраву оставлять память о тех, кого я когда-то создал. Тебе рассказывал перерождённый Шепард, что мы между собой отличаемся?

— Красные, синие и зелёные, верно?

— Очень грубо, но суть передана правильно, — быстро согласился волус, — эти оттенки цветов являются сигнатурой нашего метаболизма с нулевым элементом. О грубом поглощении говорит оттенок красного цвета. Это представители тех, кого вы называете Жнецами, они обязаны после событий Жатвы, покидать пределы Галактики. В противном случае их долгое пребывание, может спровоцировать пагубную реакцию у звёзд. Синий цвет говорит, о более мягком и разборчивом поглощений. Мне приходится жить в Галактике на протяжении сотен циклов, поэтому я научился контролировать исходящую от меня энергию. Зелёные — это уникальные существа. Они перешагнули понятие смертных, но их чудовищно мало.

— Ты один из Жнецов?

— Очень условно. Моей задачей является конструирование жизни, а не уничтожение органических существ.

— Поясни, будь добр.

— Хорошо, — Волус кивнул, — каждый из тех, кого вы называете Жнецами, вышел из недр Цитадели. Он является слиянием органики и древних технологий, которые, боюсь, тебе не суждено постичь. Более того, образцы органики совсем не простые, а выдержанный концентрат переработанных представителей одной из конкретных рас. В основном в ход идут сильнейшие биотики. Вновь созданное основание для Жнеца — это одна конкретная сконструированная под него раса. Именно этим я и занимаюсь, Николас. Проектирую и конструирую геномы органических существ, таким образом, чтобы они совпадали с теми представителями моей расы, которые ожидают своей очереди в «Бесконечности».

— В бесконечности?

— Хранилище памяти. Когда Шепард в недалёком будущем использовал «Горн», то слепок его сознания попал в «Бесконечность», а душа отправилась в прошлое. Чуть больше трёх столетий назад, по вашему времени, с непосильной помощью кварианцев, я построил комплекс, единственной задачей которого, должна была стать поимка сигнала из будущего. Я не знал, где конкретно будет физически находиться Цитадель в момент активации «Горна», поэтому комплекс вышел огромный. Для каждой планеты, для каждого уголка освоенного вами космического пространства, имелась специальная мобильная платформа. Когда Шепард активировал «Горн» вблизи Земли, то это пробудило платформу, которая отвечала за экспозицию рядом с планетой.

— Экс два ноль сорок.

— Именно.

— Подожди, — Николас, нервозно почесал затылок. — Ты хочешь сказать, что создал меня, то есть всех людей?

— Не только тебя и не только людей, — уверенно кивнув, ответил волус. — За последние сто восемьдесят шесть циклов, которые я занимаюсь проектированием, через мои руки, прошло свыше трёх миллионов рас. Кроме непосредственно потенциального материала для создания Жнеца, я занимался облагораживанием планет. Например, в ручном режиме генерировал растительность и животный мир твоей родной планеты, Николас. Создавал для вас пригодные условия, чтобы твоя раса в будущем, породила двух человек, которые станут спасителями целой Галактики.

— Двоих? Это кого?

— Тебя и Шепарда, конечно. Вы неразрывно связаны самой судьбой. Но в первой линии времени, ты умер в процессе работы над похищением бомбы, которая предназначалась батарианцам.

— Вот значит, почему меня не было в будущем, — вдохновлённо процедил Николас. — Но я всё ещё не могу понять, зачем огород городить. Почему такие сложности?

— Я же говорил, что одна раса — один Жнец. Это простое правило заложил создатель Цитадели. Его звали Хастур.

— Я уже слышал это имя, о нём говорил Шепард, когда мы находились на орбите Мнемозины.

— Он очень опасен, Николас. Именно он повинен в том, что наша Галактика пошла по дороге бесконечного геноцида всего живого. Когда он и его команда, создали Цитадель, то перед ними встал выбор. Пойти по длинному пути ассимиляции с нулевым элементом или же пустить собственную расу под нож, ради обладания вечной жизни для узкого круга единомышленников. Хастур решился на безжалостный геноцид. Ведь второй путь предполагал ещё долгие годы исследований, а век органической жизни недолог. В тот самый момент появились первые Жнецы: Назара, Морос и им подобные.

— Так, давай проясним, вот что, — задумчиво почесав подбородок, произнёс Николас. — Шепард сказал, что Жнецы — это машины.

— Проживи больше одного миллиона лет, делая одно и тоже бесконечное число раз. Ты сам будешь напоминать машину.

— Ладно, но как быть с «Омегой», что с ней случилось?

— В процессе проектирования генома молодой расы, я встраиваю систему уничтожения связок. Вы называете этот процесс одурманиванием. Для активации этой функции, нужны либо специальные инструменты. Ими пользуются Жнецы во время жатвы, так образом лишние органические существа умерщвляют сами себя. Но существует и второй вариант, это когда используется мёртвое основание Жнеца. В этом случае одурманивание происходит практически мгновенно. В том, что произошло на той станции, вина лежит на Хастуре. Он вошёл в контакт с остатками корабля коллекционеров. В конструкциях того судна имелись останки мёртвого жнеца. Произошёл мгновенный выплеск энергии и клеточные дистабилизаторы сделали своё дело, обратив все органические существа, которые находились рядом, в одурманенных марионеток.

— Ладно, с этим ясно, но зачем Моросу понадобился Шепард-гет?

— Эта платформа носит в себе не только память Шепарда, но и конструкт всех представителей моей расы, которые хранятся в бесконечности. Это лишь копии тех, кто храниться в «Бесконечности», но они очень злы и могут влиять на мобильную платформу, создавая тому дискомфорт.

— Вот почему Шэпардекс ведёт себя странно. Как я понимаю, ты хочешь нам помочь?

— Это так, Николас. Я слишком долго творил, а затем наблюдал, как мои творения пускали под нож те, кто большую часть времени находились в пустоте мёртвого космоса, потому что их тела могли вызвать гибель всей Галактики, потушив сами звёзды. Я хочу остановить этот замкнутый цикл.

— Для этого понадобиться Экс?

— Мне нравиться, твоя проницательность, — довольным тоном произнес волус, мановением руки, заставив Галактическую карту засиять миллионами ярких огней, уже помимо тех, что олицетворяли собой звезды. — Без моей помощи вашей цивилизации не выжить. Контакт с Моросом, значительно осложнил дальнейшую возможность для маневра. Этот субъект проявлял активность в уже канувшем в лету временном изломе, но он обязательно попытается воплотить свои идеи снова. Я отдам тебе в пользование один из лучших кораблей, когда-либо построенных в нынешних реалиях Галактики. Особенно, если учесть, что судно, на котором вы прилетели было уничтожено.

— Стоп, что?! Как уничтожено, что с командой?!

— С пилотом проблем не возникло, он уже осваивает мой подарок.

— Ленг?

— Получил сильное обезвоживание в пылу бесполезной битвы, по предварительной оценке, проспит не меньше сорока часов.

— Тогда хочу спросить, вот еще что — тот корабль, который попал в аномалию, он имеет большое значение? Цербер выяснил, что виновники этого колдовства вылетели именно с этой планеты.

— Это моя работа, — немедля ответил волус. — Один из ключей нашей будущей победы. Ты согласен работать со мной?

Ник медлил с ответом. Он чувствовал, что этот тип читает каждый его шаг. История, что он рассказал может и правдоподобна, но некоторые детали во всем этом вызывали тревогу. В голове с трудом укладывался вся полученная от волоса информация. Но и отказаться от его помощи тоже нельзя. Перед таким существом, нельзя выпендриваться, ведь это смерти подобно, кварианцы не дадут соврать.

— Я согласен.

Глава 24

Михаил погладил блестящую панель управления и восторженно промычал. Последнее время судьба преподносила ему одни сплошные испытания. Поэтому он был несказанно рад этому дивному подарку. Удивительный и наикрутейший летательный аппарат хрен пойми какого года постройки, но это и не столь неважно. Михаилу не потребовалось много времени, чтобы разобраться в тонкостях управления этим прекрасным кораблем. Ведь почти все летательные аппараты имеют достаточно схожие принципы работы, а он, в конце концов, учился ими управлять целых шесть лет в одной из самых престижных академий Альянса.

— Вон та хреновина служит для пуска термонульбарических ракет средней дальности, но я категорически рекомендую соблюдать с ними меры особой предосторожности. Жахнет так, что от вражеского судна только мокрые портки останутся, — хриплым голосом процедил бортовой помощник, стоило Михаилу прикоснуться к дальнему пульту, который выделялся особым хромированным покрытием.

Михаил улыбнулся и быстро убрал руку от блестящей поверхности. Хоть местные инженеры и предупредили его, что этот крутой корабль обладал продвинутым ВИ, но он и подумать не мог, что эта программа окажется с особым темпераментом. Пока Михаил бродил по кораблю, изучая внутренние помещения, этот хриплый голос, нередко бросал своеобразные комментарии больше присущие людям, чем виртуальному помощнику.

— То есть с вооружением у тебя все в порядке?

— А то! Мои создатели проделали плодотворную работу, чтобы сделать из меня неприступную крепость с возможностью бороздить просторы необъятного космического пространства. Кроме уже упомянутых ракет, в моем арсенале числиться несколько сотен бомб и других интересных приблуд, служащих для быстрого и решительного уничтожения супостатов, включая лазерные орудия ближнего действия, тепловыделения последних опасно для наших собственных щитов, поэтому ими стоит пользоваться только в крайнем случае. Но они способны жахнуть так, что даже в обшивке линкора будет зиять ровное, прожаренное до яркой алой корочки, идеальное сквозное отверстие. Красота, не иначе.

— Я отдаю должное тому, кто прошивал тебя, — вновь усмехнувшись, произнес Михаил, — Ник точно будет доволен.

— Это вряд ли, — решительно ответил голос самого Николаса, когда тот быстрым шагом вошел в рубку и бегло оглядев обширное пространство, процедил. — Корабль к взлету готов?

Это действительно был капитан. Михаил улыбнулся, обрадовавшись его появлению. Вот только Николас встретил его сухой миной на лице. Глубоко опечаленный взгляд и понурые плечи. Капитан совсем не был похож на себя.

— Эм, Ник, что с тобой? — спросил Михаил, смутившись, и шепотом добавил, — и почему Боб не предупредил, что на борт зашел кэп?

— Боб посчитал это лишним, ведь это касается самого капитана! — громко и с размахом, отрапортовал бортовой компьютер.

Ник неприятно поморщился и медленно закрыл глаза. При виде этого, Михаилу стало еще больше не по себе и он, небрежно почесав затылок, произнес:

— Извини, Ник, это я дал ему такое имя.

— Мохнарылый, ты просто гений, — сухо произнес Николас и сел на место штурмана. — Не хочешь поделиться о том, как вы с Ленгом умудрились потерять старую посудину?

— Ну, это было очень странно, — активно закивав, начал свой рассказ Михаил. — Мы ждали твоего возвращения, как вдруг началось землетрясение, или что-то вроде того. Корабль прямо на глазах стал утопать в необычном разломе, который раскрылся посреди льда. Если бы не Ленг и его чудо костюм, то я бы ушел в эту муть вместе с кораблем.

— Костюм?

— Ага, я сам был в шоке, как эти штуковины соединялись прямо на моем теле…

— Боевое облачение бойцов Индрат, существовавших в одном цикле с расой Имшаи, — пояснил вместо Михаила, бортовой компьютер, жутко деловым тоном, как и подобает машине, а потом добавил уже в своем привычном комичном стиле, — изысканные одеяния, а также удобная и качественная броня. Вам крупно повезло, что до сих пор остались образцы этих удивительных вещичек.

— Понятно, — сухо поблагодарил пустоту перед собой Николас, и вновь обратился к Михаилу: — что было дальше?

— Ну, дальше началась непонятная чехарда с волусами и другими наемниками, которые пытались нам помочь, — робко произнес пилот, пожимая плечами, — но Ленг не захотел идти на контакт и принимать помощь. Вместо этого он вступил с ними в бой, и пока его не оглушили, смог изрядно сократить численность местного населения. Затем нас привезли в ангар, где стоял этот корабль. Ленга положили в одну из кают, а мне предоставили полную свободу действий, пояснив, что этот корабль теперь наш, то есть твой. В общем, теперь я хочу спросить тебя, что происходит, Николас?

— А ты как думаешь?

— Ну, мы теперь будем биться с теми созданиями, которые угрожают всему живому?

— Если вы имеете в виду Жнецов, то хочу заранее расстроить, вас дорогие пользователи. Любое сопротивление бесполезно. Мои создатели обладали колоссальным военным потенциалом и даже контролируя всю сеть ретрансляторов массы в целой Галактике, не смогли ничего им противопоставить. Ваш цикл не обладает и десятой частью той мощи. Поэтому смею предположить, что лучшим вариантом будет соблюдать достигнутые соглашения, — снова проголосив деловитым тоном, дал о себе знать бортовой компьютер.

Наступило жуткое молчание. Михаил вцепился в подлокотники кресла и искоса поглядел на Ника. Капитан нервозно играл желваками, обдумывая сказанное бортовым компьютером.

— Кто ты такой, Боб? Искусственный интеллект? — спросил того Николас, после затяжного молчания.

— Вторичное от вторичного, приводит к критической ошибке в будущем. Мои создатели посчитали, что лучше создать ограниченную систему с элементами простейшего обучения, чем полноценный разум.

— Поясни.

— Доступ к этой информации ограничен базовыми настройками, попробуйте интерпретировать вопрос иначе или поинтересуйтесь чем-нибудь другим.

— Хорошо, тогда, кем были твои создатели?

— Раса тружеников и одновременно, критически мыслящих философов. Строением тела, они были схожи с вами, но эти отличительные черты являются безальтернативной парадигмой, установленной простейшим правилом: одна раса — один Жнец.

— Что такое Слепки?

— Данная информация недоступна.

— Ясно, похоже, тебя тоже обработали, Боб, — произнес Николас и повернувшись к Михаилу, приказал тому, — готовься к вылету, нам нужно, как можно скорее вернуться обратно.

Михаил кивнул, но слепо примыкать к панели управления не спешил. Его озадачило поведение Николаса, и особенно его разговор с бортовым компьютером.

— Николас, во что мы вляпались на самом деле? Что еще за расы такие и при чем здесь эти Слепки, что это еще такое?

— Ты разве не слышал, о чем говорил, Боб? Это крайне деликатная информация, и пока она не должна касаться особо нервных пилотов, — спокойным тоном, сказал Ник, и указав на панель управления, добавил. — Ладно, если тебе очень интересно, то мы теперь работаем вместе с одним из Жнецов. Его огромное тело сидит внутри этой планеты и полностью контролирует местную фауну. Тот разлом, куда угодило наше старое судно, ради смеха, сотворил наш новый боевой товарищ.

— Ты это сейчас серьёзно, Николас?

— Крути педалями, Мохнарылый, я ведь не шутил насчет того, что нам нужно срочно возвращаться к Хельге и компании.

— Понял, уже считай вылетели! — отрапортовал Михаил, поворачиваясь к «рычагам» управления кораблем.

— Какие ещё педали, кэп, я что вам, долбанный велосипед?! — обиженным тоном, заявил хриплый голос Боба.

— Мне кажется, я скоро сойду с ума, и без всяких гостей, которые хотят прибыть к нам из мрачной тьмы дальнего космоса, — тяжело вздохнув, тихо проговорил Николас.

***

Солнечная Система

Орбита Марса

Все познается в сравнении. Каждый шаг, каждое путешествие, каждая мелкая стычка на далеких просторах Галактики, вгрызается в память, как старый ржавый гвоздь. Но какими бы не были удивительными путешествия, они никогда не смогут дотянуться до уровня того пространства, которое освещает теплый свет звезды по имени Солнце. Оно навсегда останется в памяти Шепарда светлым и чистым местом, куда просто приятно вернуться.

Земля была одновременно далеко и близко. В ближайшей перспективе посещение родной планеты не планировалось. Это всегда успеется. Как и родительский дом, который находился вроде недалеко, но визит туда постоянно откладывался на неопределенный срок. Всегда имелись неотложные дела, что не терпели отлагательств.

На этот раз данным местом являлся Марс. Красная планета манила Шепарда с того самого момента, когда Нормандия покинула пространство Цитадели. Причиной этому послужила информация с таинственного жёсткого диска, которая по-настоящему вскружила голову Шепарду. Если данные, записанные на нем, окажутся правдой, то его можно будет сравнить с ящиком Пандоры. По существу — это краткое описанием того, что может случиться в обозримом будущем. Подтвердить или опровергнуть данную находку, можно было только практическим методом, где первой остановкой числился марсианский комплекс по изучению протеанских руин.

— Начинаю входить в плотные слои атмосферы, — произнес Джокер, закладывая очередной вираж. — Расчетное время подлета, десять минут. И еще, капитан, пришло короткое сообщение из точки назначения.

— Что в нем?

— Нас уже ждут.

— Это хорошо, сохраняй заданную скорость, — Шепард повернулся к стоящей позади него Эшли. — Пойдём в ангар, пришло время готовиться к высадке.

Она коротко кивнула и последовала вслед за ним. Шепард отметил для себя, что даже в ее шагах чувствовалась напряженность. Бросил беглый взгляд на спутницу и получил в ответ испепеляющий блеск женских глаз. Шепард остановился и кашлянув в кулак, произнес:

— Вам есть, что сказать, сержант?

Навигационный отсек бурлил. Большинство солдат и офицеров перекидывались друг с другом оперативной информацией, но неожиданная остановка капитана, привлекла к себе лишнее внимание экипажа.

— Предпочту переговорить об этом наедине, сэр, — соблюдая формальность произнесла Эшли, затем обогнула капитана по большой дуге и двинулась по направлению к лифту.

Глядя ей в след, Шепард усмехнулся. Ее пылкий нрав порой переступал через грань, вынуждая Эшли лавировать по опасному пути, где выбор был только из плохого или ещё более худшего варианта. Именно поэтому, она до сих пор не смогла получить звание офицера. Ведь далеко не каждый командир, способен терпеть выходки подчиненных, которые зачастую выходят за рамки субординации.

Но для Шепарда, Эшли была чем-то вроде отдушины. В её словах чувствовался серьезный подход к делу, словно она пропускала через себя всё, через что им пришлось пройти. Так было и в этот раз. Стоило ему зайти в лифт и дождаться закрытия створок, как девушка сразу перешла к вопросам.

— Зачем ты это делаешь?

— Что именно?

— Потащил нас на Марс, чем ты руководствовался, Шепард? Неужели это важнее войны против гетов или помощи Тали?

Он и сам прекрасно об этом знал. На этот раз военный поход против гетов пройдет без него, но вот Тали приятно удивила. Отчет от кварианки пришел незадолго до того, как Нормандия приблизилась к Марсу.

Она была не только жива, но и рассказала много интересного. Из слов Тали следовало, что она, а также Николас Мур при активном участи гета, которого тот вытащил из заброшенного комплекса на Алкере, вступили в поединок с аватаром Жнеца и лишь чудом смогли его одолеть. Но самым странным из её рапорта было то, что тот поединок произошел в зале совещаний Совета. Том самом месте, где случилось отравление Шепарда и других важных персон из числа глав корпораций и высших военных чинов, очень странным токсином.

Рапорт Тали внёс ещё больше сумятицы в возможные версии событий того злосчастного дня. В конце своего сообщения Тали дала свои координаты и уверила в том, что когда Нормандия пребудет в указанную точку, то Шепарда будет ждать очередной сюрприз. Словно ему и без этого было мало всяких разных неожиданностей, которые преследовали его от самой Иден Прайм.

— Почему ты молчишь, Шепард? Я разве много прошу? Просто скажи, что мы должны здесь найти?

— Если бы я знал, Эшли, если бы я знал…

— То есть, вместо того, чтобы лететь на войну или выяснить подробности атаки на Цитадель, ты решил слетать на экскурсию? — Эшли вновь начала гнуть свою линию, которую она вбила себе в голову, после событий на орбите Алкеры. — Ты отпустил тех наемников, пусть один из них и офицер Альянса, но тот гет, боже Шепард! Ты ведь сам видел, что произошло в том комплексе кварианцев! Тот гет явно причастен к какому-то эксперименту. Ты ведь сам это понял, после записей с «Омеги»! Почему, Шепард, почему ты так себя ведешь? Неужели кома от токсина, так сильно подействовала на тебя?

— Не стоит, перегибать палку, сержант! — строго процедил Шепард, возвращая разговор к отправной точке. — Если на Марсе не окажется ничего серьёзного, то Нормандия в этот же день покинет пределы Солнечной системы, я ясно излагаю?!

— Так точно, — потупившись, произнесла Эшли и отошла от него в дальний угол лифта.

Это просто невыносимо! Каждый их разговор заканчивался локальной стычкой, отчего ему приходилось повышать голос. Стоит признать, каждый божий день, они отдалялись друг от друга всё сильней. Сначала по едва видным крупицам, но теперь уже внутренние разногласия перешли в новую фазу, из которой Шепард уже не видел легкого решения многочисленных конфликтов. Но он не мог ей всё объяснить. Пока не мог. Для начала нужно убедиться в точности информации, полученной с диска. Нужно убедиться во всем лично, а не разгонять панику на пустом месте.

Наконец, двери лифта открылись и на территории ангара их встретила Лиара. Азари сразу заметила напряжение между людьми, но отметила это только вопросительным взглядом, что был направлен в сторону Шепарда. Капитан махнул девушке рукой, жестом говоря, чтобы она не выдумывала лишнего.

— Челнок готов, капитан, — сказала Лиара, правильно разобрав посыл Шепарда.

— Тогда готовимся к вылету.

— Так точно, — вновь повторила Эшли, без всякого энтузиазма двигаясь к Кодьяку.

***

Место крушения корабля «Серого Посредника»

Обратный путь занял куда меньше времени, чем им понадобилось потратить на то, чтобы добраться до планеты Кленкори. Корабль и вправду выдавал поразительные ходовые качества, которые Михаилу не доводилось видеть ни на одном судне, что находились под его чутким управлением. Но Боб лишь отчасти был управляем. Бортовой компьютер мог сам прокладывать маршрут и двигаться по нему без прямого участия пилота. Порой Михаил ощущал себя лишним на этом празднике жизни под название космическое пилотирование.

Ситуацию спасло то, что Боб оказался в целом смышленым парнем и всячески старался развеять скуку пилота, показывая различные функции корабля. Например, у Михаила особый интерес вызвала виртуальная модель баталий с вражескими кораблями. В памяти у Боба были занесены все виды судов, ныне стоящих на вооружении каждой расы в Галактике.

Вначале Михаилу пришлось привыкать к скоростным возможностям нового корабля. Несколько раз, при резком уклонении на полном форсаже, он врезался в какой-нибудь третий объект, который вовсе не собирался атаковать. Но умение оттачивается в практике и уже на третьем десятке летных часов, Михаил начал выдавать впечатляющие результаты, которые оценил даже скверный характер Боба, признав в нем отличные способности к пилотированию.

Остальные члены команды, редко посещали мостик, предпочитая скучать по-своему. Ник пропадал в одном из кубриков, что был оснащен спортивным инвентарем, продолжая восстанавливать свое тело после ранений, которые он получил еще на Цитадели. Ленг же занимался самобичеванием, путем нарезания новых фигурок из дерева. После стычки с наемниками, оперативник Цербера поник, и совсем стал на себя не похож, ведя через чур отстраненный образ жизни, стараясь всячески избегать живого общения с остальными членами команды.

И Михаил безусловно радовался этому. Весь полёт он был предоставлен самому себе. Обратный путь до временной базы Цербера, расположенной на обломках огромного корабля, изувеченного аномалией, активно практиковался в пилотировании.

Но добравшись до планируемого места назначения, они нашли совсем не то, чего ожидали увидеть. В ближайшем космическом пространстве отчетливо проглядывались следы страшного боя. Корабль, некогда подверженный странной аномалией, превратился в груду обломков. И этих обломков было несметное число, ясно говорившее о том, что здесь нашел своё последнее пристанище не только этот огромный корабль.

— Тщательно просканируй каждый кусок металла! — рявкнул Ник, вглядываясь в панорамное изображение, которое вывел на главный экран Боб. — Нам нужно выяснить, что здесь произошло, и удостовериться в том, что наши улетели отсюда.

— А на остальных тебе плевать?! Тут находились все, кто остался от Цербера! — громко возмутился Ленг.

— Почему мне не должно быть плевать на твоего шефа и его прихвостней?! Делая вид, что вы боретесь ради общего блага для всего человечества, вы на самом деле гадили в наше будущее! Есть возражения, Ленг?! Ты даже не удосужился мне рассказать, на какой барахолке ты приобрел броню Пиндрат…!

— Индрат, шэф, ту броню создала раса, Индрат, — учтиво заметил Боб.

— Тебя кто-нибудь спрашивал, железяка?!

— Мы с тобой на одной стороне, Николас, — озлобленным тоном, процедил в ответ Ленг. — Мы тоже хотели принять участие в грядущей войне. Но ответить на твой вопрос я не могу — это просьба Призрака.

— В жопу такие просьбы, Кай! Если между людьми нет доверия, то о каком нормальном отношении может идти речь?

— Ого, вы просто не представляете, что я нашел! — воскликнул Боб, издав благолепную механическую трель. — Самочки, пацаны!

— Что?! — хором воскликнули Ленг и Ник.

— Какие вы недалекие! Я нашел в этой груде обломков, спасательную капсулу с двумя человеческими женщинами! Круто, правда?! Теперь вам будет чем заняться, кроме криков и бесчленных споров!

— Железяка, конкретней, иначе покопаюсь в твоих мозгах резаком! — рявкнул Ник, задумчиво почесав небритую щетину. — Место определить сможешь?

— Уже, босс! Но нужно спешить, у них острая фаза тахикардии от кислородной недостаточности. Видимо, ресурсы капсулы были ограничены.

— Мохнарылый, действуй! — гаркнул Николас, и в следующее мгновение уже обратился к Ленгу. — Бегом в трюм, будем принимать гостей!

События завертелись с невообразимой быстротой. После длительных и скучных перелетов — это было поистине волнительно. Михаил припал к панели пилотирования и перехватил у Боба функции основных систем управления кораблем. В пылу азарта, он не заметил, как покинули мостик Николас и Ленг. Его задачей было взять курс к капсуле и добраться до нее в самые сжатые сроки.

Он справился с этим быстрее, чем того сам ожидал. Подвел корабль к капсуле и дал команду Бобу открывать шлюз, далее в дело вступили силы инерции. Ослабил до минимума щит расположенный в подбрюшье корабля, позволил кораблю заглотить капсулу в своё нутро. Уже в трюме спасательный объект приняли Ник и Ленг, поместив капсулу на специальный постамент, служащий для хранения средних по размеру грузов. Затем Михаил закрыл шлюз и восстановил целостность щита. На это ушло всего пару мгновений, но их с лихвой хватило, чтобы Николас вскрыл горловину капсулы и вытащил оттуда первого человека. Боб не обманул, это действительно оказалась женщина.

Что удивительно, Михаил был с ней знаком. За время одной единственной встречи, он перекинулся с этой девушкой всего парой слов, но её лицо надолго сохранилось в памяти пилота. Ник отдал бессознательное тело Миранды Лоусон оперативнику Цербера, а сам вновь нырнул в лоно капсулы.

— Ну, так неинтересно, включаю звук, — пробубнил бортовой компьютер, после чего на изображении с камеры наблюдения наложился шорох от манипуляций капитана.

Михаил сперва хотел отчитать Боба за самодеятельность, но при виде следующей спасенной, он повременил с этой затеей. Ей оказалась Джек. По отношению к ней у него сложились противоречивые чувства. Она успела побыть для него в разных ролях. Начинала от хладнокровной убийцы и закончила телохранителем, который несколько раз спас ему жизнь. Когда они покинули старый корабль, то Джек еще проходила курс реабилитации. Похоже, с той поры ей стало лучше, но затем снова не очень.

— Ник…когда прилетели…силы Совета…мы, — дрожащим голосом, говорила Джек, отчаянно сопротивляясь со слабостью и обезвоживанием. — Миранда среагировала первой, и…привела нас к капсуле, но Хельга…она не успела…

— Другие? — коротко спросил Николас, вмиг изменившись в лице, будто оно окаменело.

— Они смогли улететь, — ответила Джек и, в конце концов, потеряла сознание.

Михаилу потребовалось дольше времени, чтобы переварить информацию, слетевшую с губ татуированной девушки. Для него Хельга была хорошим другом, и близким соратником, но в сравнении с Ником, гораздо менее близким человеком.

— Быстро выключи! — рявкнул Михаил, машинально закрыв лицо руками.

— Кто такая Хельга? — недоуменно спросил Боб, вырубив все экраны и приглушив освещение. — Мои создатели, теряя своих близких, проводили обряды очищения души.

— Заткнись, железяка!

Михаила неожиданно, для него самого, накрыл приступ злобы. Он наивно полагал, что с милой и немного наивной Хельгой никогда ничего не случиться. Он продолжит втихую воровать ингредиенты из её лаборатории, а она будет на него из-за этого кричать. Но он ошибся. Хельга ушла навсегда.

Он почувствовал, как по щекам потекли слезы. Михаил быстро вытер их с лица и медленно открыв глаза, бессмысленным взглядом уставился на панель управления. Боб молчал и это хорошо. Потому что Михаилу хотелось побыть в тишине. Он впервые потерял настоящего друга.