Рождённая желанием. Наследие

Пролог

Китти сидела на диване и читала книгу по нейротехнологиям. Как только дети подрастут и пойдут в детский сад, Катарина сможет помогать своему мужу в его врачебном деле, а то бедному Вацлаву приходится разрываться между двумя работами: между книжным магазином «Машина времени» и его основной работой в качестве нейротехнолога. Вместе Китти и Вацлав прошли сквозь огонь, воду и медные трубы: она всячески помогала тогда ещё будущему супругу встать на ноги и перестать бояться последствия Панхейского инцидента, когда мир буквально раскололся на две части из-за ненависти к аугментированным людям, которые оказались пешками в чужой игре. Тогда Катарина и Вацлав решили держаться вместе, чтобы пережить весь этот ужас, будь другое время, не пришлось бы так рьяно защищать свою любовь. Но теперь всё это позади, не только раскол человечества, но и главная угроза — Двали. Когда строители стали застраивать заброшенные районы Праги, то в заброшенном театре, который когда-то принадлежал всей этой группировке, нашли тело не только Радича Николадзе и его подручных, но и его зама Отара Ботковели. Об этом сообщили в новостях, походу они не поделили между собой акции «Rock Oil» и перестреляли друг друга.

— Вот уж точно «Роковая нефть», — выключая телевизор, произнесла Китти.

Теперь Вацлав — преуспевающий доктор и обладатель нобелевской премии, владеющий собственной клиникой, а его жена — Катарина-наследница семьи Мортон, которая до рождения детей заправляла книжным магазином «Машина времени». Её книга об Островной империи разошлась миллионным тиражом не только по всей Чешской республике, но и за её пределами. Потом у супругов Коллер родилась дочь — Адела, отец в ней души не чаял, она стала его любимицей, он всем своим друзьям и коллегам говорил, что у него теперь две принцессы, на что Китти ему отвечала:

— Ну, в таком случае, я тогда императрица.

— И всегда будешь, — улыбался Вацлав.

Через год у четы Коллер родился сын — Карел, прямая противоположность своей сестры. Адела на удивление оказалась тихой и послушной девочкой, она только пару раз кричала, а потом перестала. Больше всего ей нравится, когда кто-то из родителей берёт её на руки и вместе с ней делает круг по комнате или дому. А вот её брата даже сказками на ночь не уложишь. Вот и сейчас. Это лето выдалось жарким, и Китти пришлось немного приоткрыть окно в гостиной, чтобы было не так жарко. Вацлав связался с женой по инфолинку и передал, что сегодня он работает до ночи, чтобы она не беспокоилась за него и не накрывала на стол. Он частенько задерживался на работе, зато, когда брал отгул, приходя домо, отключал всю связь дома, чтобы никто его и семью не беспокоил.

Карел опять заплакал, и Китти, отложив свою книгу, поднялась в детскую комнату, чтобы взять сына на руки.

— Ну что ты, тише, — качала она на руках сына. Карелу, как и его матери было жарко, и от этого он плакал, да так громко, что в соседней комнате заплакала Адела.

— Ну вот, сестру разбудил, — забранилась Катарина и пошла успокаивать дочь. Взяла дочку на руки и сделала с ней круг по комнате, Адела тут же успокоилась и уснула. Тут в прихожей зазвонил телефон, и Китти быстро спустилась с лестницы и, подойдя к нему, взяла трубку

— Алё, — твёрдо произнесла Китти. Звонила мама Китти, узнать, как дела у её дочери и внуков. Честно сказать, после того как у Катарины и Вацлава родились дети, родственники с обеих сторон частенько предлагали помощь в уходе за детьми, а особенно родственники со стороны матери.

— Спят, — тихо ответила Китти.

— Китти, у меня скоро будут гастроли в Чешской республике, так что у меня найдётся время посидеть с внуками, — предложила мать.

— Спасибо, конечно, но не стоит, мы пока справляемся с обязанностями родителей, вот только Карел до чего крикливый ребёнок, — призналась Катарина матери.

— Между прочим ты тоже была такой до определённого возраста, пока Иденшоу не нашёл способ тебя успокоить, — вежливо сказала Мария. При упоминании Джозефа Иденшоу Китти загрустила, этот последний из «могикан» ушёл из жизни на прошлой неделе, не дожив до своего столетия, а мы все думали, что он всех нас переживёт.

— Жалко, что Джозефа больше нет, — загрустила Китти.

— Не думай об этом дочка, думай о семье, — стала утешать Мария дочь.

— Вот и думаю, теперь не спросишь у Джозефа, какую он колыбельную мне пел, — вздохнула Китти.

— Ну, у неё довольно несложное исполнение, я помню: перед тем как её тебе спеть, Джозеф брал в руку погремушку наподобие маракасы и гремел ею над твоей кроваткой, напевая такую мелодию, — сказала Мария и запела старый индейский мотив.

— Мам, а ты не говорила, что ты умеешь петь абканские песни! — удивилась Катарина.

— А ты и не спрашивала, дочка, — пошутила Мария.

— Что ж, попробую спеть эту песню малышу Карелу, — сказала Катарина матери.

— А где твой муж, он разве не помогает тебе с делами? — упрекнула Мария дочь.

— Коллер там же, где и всегда — в своей клинике или же в своём книжном магазине, у него полно работы сейчас, но, как только у него появляется свободное время, он полностью посвящает его семье, — оправдала Китти своего мужа. Как Китти ни старалась говорить тихо с мамой, малыш Карел опять заплакал, и Китти сказала матери, что ей нужно отойти на минуту, побежала к сыну.

— Не буду тебе мешать, — сказала Мария и повесила трубку.

— Угу, — только и ответила дочь.

Индейских маракас дома у четы Коллер не было, зато было полно детских игрушек, которые аккуратно были разложены по специальным ящикам. Но как только дети подрастут, то нарушат этот порядок, а пока Китти достала из ящика погремушку и, подойдя к плачущему сыну, начала напевать абканскую колыбельную сыну. Колыбельная сработала, Карел заснул моментально.

— Что ж, улыбнулась Китти, — может, с молоком матери ты впитал и абканский язык. Зазвонил видеофон, и Катарина поспешила ответить на звонок. Это звонил Вацлав, он сказал, что соскучился по своей семье и звонит узнать, как поживают его жена и дети. Несмотря на то, что Вацлаву скоро стукнет тридцать лет, он ни разу не изменился, только похорошел. Правда, некоторые привычки он всё же оставил, всё же иногда он недосыпает, постоянно находясь в своих мыслях, но это не повредит его здоровью.

— Привет, моя императрица, — улыбнулся Вацлав. — Как ты там?

— Скучаем по тебе, — отозвалась Катарина.

— Я скоро приеду, уже заканчиваю с работой, — с улыбкой на лице ответил Вацлав.

— Как дети? Карел не очень донимает?

— Пару раз за день плакал, но я нашла способ его убаюкать, а наша красавица Адела ни разу не всплакнула за день, — сказала Катарина.

— Вся в папу, — чуть смеясь, сказал Вацлав.

— Пока не знаю, вырастит, посмотрим, — улыбнулась жена.

За окном начало темнеть, и Китти, проверив детей, переоделась в пижаму и пошла, спать, правда, перед сном она решила дочитать книгу по нейротехнологиям, после чего уснула прямо с книгой в руках. Вацлав не заставил себя долго ждать, теперь, когда семья разжилась комфортным семейным автомобилем, путь из клиники и книжного магазина до дома, занимал меньше часов, чем раньше.

— Ох, эта жара меня когда-нибудь доконает, — заныл Вацлав, снимая с тела прилипшую одежду. Китти только начала засыпать, когда полуголый Коллер пришёл в комнату.

— Меня тоже эта жара не устраивает, — тихо проговорила Китти.

— Да уж, у меня чуть все аугментации не расплавились, надо подумать над их защитой, — признался Вацлав.

— Тогда быстро в душ, не хватало мне, что бы ты захворал, ты нам здоровым нужен, — настояла жена. Вацлав послушал жену и шагнул в душ, после чего лёг к жене и обнял её.

— Не сейчас, жарко, — пробормотала Катарина.

— Слушаюсь и повинуюсь, — сказал Вацлав и повернулся к жене спиной.

"Что я только что сказала? Он целый день был без меня"— подумала Китти, и, прижавшись к мужу, извинилась перед ним.

Карел вновь заплакал в кровати, чем разбудил обоих родителей, и Китти поспешила его убаюкивать. Люлька с сыном четы Коллер стояла в их комнате, всё это для того, чтобы не бегать из одной комнаты в другую. Китти вновь взяла погремушку и стала напевать индейский мотив, на этот раз спела всю песню, чем и успокоила Карела.

— Милая мелодия, но я ни разу не слышал её, — сказал Вацлав, когда жена вернулась в постель.

— Конечно, не слышал, эта колыбельная на абканском языке, мне тут звонила мама и рассказала, как она убаюкивала меня, когда я плакала, — сказала Китти.

— А мне споёшь? — подмигнул Вацлав.

— Ты не маленький.

— Ну, мам!

— Ладно, уговорил, — Китти повернулась к мужу лицом и запела колыбельную, на Коллера это подействовало мгновенно, и он отрубился.

— Что ж, если для того, чтобы ты уснул, нужно плясать вкруг тебя с бубнами, я это сделаю, — улыбнулась Китти и, прижавшись к мужу, заснула.

Глава 1

Прошло три года, дети четы Коллер заметно подросли. Малютка Адела или Ади, как её ласково называют родители, так и росла тихой девочкой, родители не могли на неё нарадоваться. Когда ей исполнилось четыре года, она не только внешне, но и умственно походила на своего именитого отца, а вот Карел рос непослушным ребёнком, и частенько получал нагоняй от обоих родителей. Чтобы как-то снизить активность своего сына, мать купила ему конструктор Lego Duplo, но конструктор не привлёк внимание Карела, зато привлёк внимание Аделы. Она, только завидев в комнате брата конструктор, тут же бросила свою куклу и пошла собирать Lego. Брат не возражал насчёт того, что сестра занялась его игрушкой, его больше интересовал пляжный мяч, который он с лёгкость даже в трёхлетнем возрасте гонял вокруг дома.

— Карел, смотри не поранься, а то мама расстроится, — окликнул сына отец. Малец только головой кивнул и продолжил гонять вокруг дома мяч. В этот день у обоих супругов были выходные, и они этот день решили посвятить своим детям.

— Адела, ты что сидишь дома, такой чудесный день сегодня, не хочешь поиграть на улице? — окликнула дочь Китти.

— Нет мам, мне и тут хорошо, — откликнулась Адела.

— Ну что за ребёнок, ну что за ребёнок, — шутливо сказала Китти, и взяв дочь на руки, пошла с ней во двор. Адела была одета в платье красного цвета в горошек. По дому она часто ходила в шлёпанцах, поэтому перед тем как выйти с дочерью на улицу, Китти надела дочери беленькие носочки и босоножки.

— Что, опять конструктор? — растерянно полюбопытствовал Вацлав сидя на скамейке.

— Угу, кивнула жена, опуская дочь на землю.

— Ты мой маленький инженер, — игриво произнёс отец, беря на руки дочку.

— Конечно твой, это определённо твоя дочь, чья же ещё, — шутливо сказала Китти мужу.

— Да, растёт достойная замена, — улыбнулся Вацлав. Вацлав встал со скамейки, и подхватив на руки дочку, закружил её. Девочка ни сколько не испугалась, а только залилась озорным смехом, её брат оторвался от мяча, забросив его куда-то в кусты, и тоже запросился к папе.

— Сначала найди свой мяч и принеси его сюда, — строго сказал Вацлав сыну.

— Ну, пап, — запротестовал Карел.

— Карел Коллер, я что, не так выразился? — строго проговорил Вацлав. Сын понял наказ и пошёл искать мяч. Китти поощряла такое строгое воспитание, игрушки должны быть собраны и лежать на своих местах, не дай Бог кто-нибудь из семьи споткнётся о кубик или же машинку, и расшибёт себе что-нибудь.

Катарина решила заснять на видео, как Вацлав играет с детьми. Она взяла некогда привезённую с острова теней камеру с призмой, на которую когда-то снимала своего мужа на Острове теней, и пошла во двор. Карел к этому времени отыскал мяч, и, положив его на скамейку, уже играл с отцом и сестрой. Тихая семейная идиллия, вот чего мы все хотели. Из Вацлава получился не только хороший муж, но и отец, он души не чает в детях.

— Китти, давай к нам, — махнул Вацлав своей жене. — А то один я не справлюсь.

— Хорошо, только ты будешь снимать, — улыбнулась Китти и, положив камеру на скамейку, пошла играть с семьёй. Хорошо, что супруги Коллер купили автомобиль. Дети подросли немного, и родители устроили обоих в детский сад, а из сельской местности где стоит дом супругов Коллер до города несколько часов броду. Вацлав взял из рук жены камеру и начал снимать, как она играет с детьми.

" Вот о чём я мечтал всю жизнь: не о славе, а о семье, теперь моя душа на месте," — радостно думал про себя Вацлав. Больше всех появлению внуков радовались родственники с обеих сторон, особенно Лукаш и Сьюзанна Коллер — родители Вацлава, и, как принято в любой чешской семье, как только на свет появилась Адела, тут же задарили Катарину подарками разной степени значимости. В этот день даже родители Катарины взяли отгул и на первых парах примчались в Прагу. А потом появился непоседа Карел, и подарки удвоились. Вскоре дети наигрались с родителями и друг с другом и побежали домой. Адела, как только вошла в дом, сразу же вернулась к своему конструктору, а трёхлетний Карел засел за свои мультики, которые отобрали для него родители.В современном мире осталось очень много того, что нельзя показывать приличным детям, поэтому Вацлав, раздобыв у своих родителей кассеты со старыми чешскими и советскими мультиками, перегнал их на цифру.

— Покажем это видео нашим родителям, пусть порадуются за внуков, — сказал Вацлав.

— Да у нас этих видео завались, — улыбнулась Китти.

— Китти, а чертежи твоего дяди Алана с бионическими протезами, остались на Острове теней? — внезапно спросил Вацлав жену.

— Бог мой, надеюсь ты не будишь пробовать их на себе, а то мало ли какой секрет дядя там оставил! — удивилась Катарина.

— Как ни хотелось, но придётся, — развёл руками Вацлав. Китти была не против отдать незавершённые работы своего эксцентричного дяди мужу, он в этом больше разбирается, чем она, но она не помнила, где эти чертежи хранятся, и сохранились ли они. — Надо бы записать Карела в спортивный кружок, чтобы было куда деть его неукротимую энергию, — предложила Китти мужу.

— Я с тобой согласен, один инженер у нас есть, пусть будет и спортсмен в семье, — улыбнулся Вацлав.

— Ага, только инженеров у нас двое, себя забыли вписать, доктор Коллер, — подметила жена.

— А ты?

— Что я? — удивилась Катарина.

— Я каждый раз вижу, как ты засыпаешь с книгой по нейротехнологиям, — улыбнулся муж.

— Это, чтобы помогать тебе. Завтра отведём детей в детский сад и вновь займёмся своими делами, — сказала Катарина.

— Ты в «Машину времени» или же ко мне в клинику?

— Сначала в нашу книжную лавку, должны новые книги подъехать, — ответила Катарина.

Ещё немного посидев во дворе и поболтав друг с другом, супруги Коллер вернулись обратно в дом. Настала пора кормить детей, благо, в город за едой ехать не пришлось, холодильник буквально ломился от еды. Пока Вацлав вместе с детьми мыл руки перед обедом, Катарина накрывала на стол, у каждого живущего в доме Коллера были свои пристрастия к еде, к примеру Вацлав любит Вепро-кнедло-зело — представляющую собой запечённую свинину с тушёной капустой, подаваемую с кнедликами; Китти же предпочитала простые колбаски на гриле, благо гриль был встроен в электроплиту; дети полюбили традиционный чешский суп, подаваемый в хлебной тарелке.

— Ваца, дети, идите кушать, — окликнула Катарина семью. Всё семейство буквально высыпало на кухню.

— Руки помыли? — строго спросила Катарина.

—Да, — хором ответили отец и дочь.

— А ты, Карел? — обратилась Китти к сыну. Карел ничего не ответил, только показал свои недомытые руки. Сын явно не мыл их после того, как вернулся с улицы, чем расстроил своим поведением и неуважением к чистоте обоих родителей.

— И этими руками ты будешь держать хлеб? — сделал наказ Вацлав.

— Иди и домой, а иначе не получишь сладкого, — пригрозила пальцем мать.

— Хорошо, — виновато согласился Карел и пошёл домывать руки.

Глава 2

Уром Катарину и Вацлава разбудили дети, они стали раньше родителей и прибежали в родительскую комнату, просить чтобы их покормили. До работы оставалось два часа, поэтому Китти тихо сказала Вацлаву, что бы он ещё не много поспал, и пошла на кухню готовить завтрак детям. Пока Адела и Карел ждали когда их накормят, они смотрели утреннюю передачу для детей на подобии Улицы сезам.

— Вы зубы чистили? — Спросила Китти у детей.

— Да мам— хором ответили дети. В этом они не соврали, даже Карел со своей избирательной политикой в области мытья, так же Китти научила своих детей, сразу после того, как они встают с кровати, одеваться, с этим проблем у обоих отпрысков не было. После сытного завтрака Катарина и Вацлав отвезли детей в детский сад и разъехались по своим работам. Вацлав поехал в свою клинику, Катарина в "Машину времени".

— Мадам Коллер — обратился к Катарине курьер — я привёз заказ для Вас.

— Благодарю, заносите в магазин — улыбнулась Катарина и открыв магазин, пропустила туда курьера. Обычно все курьеры подвозили книги с заднего хода, где их заносили в реестр, поэтому Китти сразу же понесла их в нужную комнату. Через несколько минут подоспели работники магазина.

— Агнешка — обратилась Катарина к работнице — сегодня приехали новые книги, их нужно занести в базу.

— Уже! Я сделаю, миссис Коллер — сказала работница и пошла в свою комнату. Даже в XXIвеке люди любили читать обычные книги, как и сама Катарина, ей трудно привыкнуть к электронным книгам, она привыкла шуршать страницами и оставлять закладки в нужном месте. В жаркое лето люди всегда приходили в "Машину времени" для того, что бы посидеть за хорошей книгой или просто отдохнуть, а чтобы людям было удобно сидеть за книгой, Китти с одобрения мужа, предлагала каждому любителю книг, прохладный лимонад в жаркий день. Китти не очень любила жаркую погоду, особенно учитывая, что она англичанка выросшая на острове где постоянно была тень.

— Вашек, книги прибыли — отписалась Катарина мужу.

— Как сама?

— Не люблю жару.

— Я честно признаться тоже, тут полно пациентов боящихся, что даже с сывороткой Соколова у них все аугментации откажут — написал Вацлав.

— Я читала, что нужно сверху нанести хладагент — написала Китти.

— У меня кончился, я заказал, а когда привезут не знаю — признался Вацлав. Тут зазвонил видеофон, судя по пиктограмме это была личная связь Катарины, то есть звонил кто-то из её родителей.

— Подожди, мне тут звонят — отписалась Катарина мужу и включила видеофон. Это был Обид Мортон, он звонил узнать как поживает его дочь, оказывается что такая аномальная жара стоит не только в Чешской республике но и в Англии тоже, поэтому, что бы жара не отвлекала Обида от его дел, он временно переехал на Остров теней. Это хорошая идея переждать жару на острове, Китти и Вацлав тоже бы туда переехали на время, но у них теперь дети, а детям опасно находится на этом острове.

— Пап, раз уж ты на острове, ты не мог бы поискать старые чертежи дяди? — попросила Катарина отца.

— Поищу конечно, но зачем они тебе, твой дядя был не много ни в себе — сказал Обид дочери.

— Папа — с упрёком сказала Катарина — когда я и Вацлав присматривали за островом, я нашла в крепости призму со старым семейным видео — начала Катарина.

— Да! а я про это забыл, и что там? — поинтересовался отец. Китти сказала, что часть видео снимал её дядя Алан, и на одном кадре где он и его племянница находятся в крепости, есть чертежи с бионическими протезами и Вацлав хотел бы воплотить идею Алана Мортона в жизнь. Отец Китти был явно удивлён, он не ожидал, что его брат близнец будет работать над этим.

— Если это правда, то я поищу обязательно, и как только мы приедем в Прагу, сразу же передам ему эти чертежи — пообещал отец. Отец похоже не знал о существовании подобных чертежей, его брат был замкнутым человеком и редко когда делился своими идеями с братом, отец считал его идеи бредовыми, но чисто на вскидку, Алан на много умнее своего брата.

Поговорив с отцом Китти отписалась мужу о том, что она только что говорила со своим отцом и тот сказал, что обязательно найдёт чертежи, а потом поинтересовалась как себя чувствует Вацлав.

— Держусь — отписался Коллер.

— Вашек, если у тебя сейчас нет пациентов, то приходи в "Машину времени", налью тебе прохладного лимонада — отписалась Китти.

***

В это время находясь на Острове теней, отец Катарины Обид, закончив свои дела, пошёл в кабинет Алана на поиски чертежей, которых запросила его дочь, но в кабинете Алана ни каких чертежей не было. Скорее всего, если его брат и оставил, что-то после себя, то хорошенько спрятал. Тут Обид понял, что его брат любил работать в лаборатории дедушки Джереми вместе со своей племянницей, а это значит, что все свои тайны он наверняка похоронил там.

— Да, братец ты и после смерти ни как не успокоишься, скажи спасибо что твоя племянница нашла мужа под стать тебе — подумал Обид, и достав из кармана пиджака ключи, пошёл к крепости. Обид Мортон шёл не через семейный склеп а другим путём, огибая скалистую и ровничную местность, минуя старую часовню и болото. После смерти Джозефа Иденшоу ворота в форт ни кто не запирал, да и ненужно было, они окончательно отсырели и без особых усилий их ни как не откроешь. Обид Мортон помнил как он в детстве вместе с братом тоже засиживался в этой лаборатории, их отец Говард Мортон не интересовался наукой, его больше всего интересовал любимый корабль Ричарда — "Деркето", так он и сгинул, когда его сыновья выросли, так что всеми научными премудростями здесь заправлял Джереми Мортон. Дойдя до крепости, Обид навалился на ворота всем телом и они со скрипом открылись, пропуская его в крепостной двор. Обид легко поднялся в дедову лабораторию, и включив свет, стал искать среди старых механизмов и прочего барахла старые чертежи брата. Тут было полно подобных чертежей, некоторые из них были недавно доработаны.

— Они и в крепость ходили — хмыкнул Обид себе под нос. Под словом они он имел свою дочь и её мужа. Обид не имел ни чего против Вацлава — этого молодого, эксцентричного инженера с двумя, как говорил ему Вацлав, докторскими степенями, Обид мало кого мог похвалить или же подпустить к себе или дочери, и Вацлав Коллер был тем единственным человеком, которому он не только доверил свою единственную дочь но и сделал своим единственным другом, и если доктору Коллеру что-нибудь нужно, то он непременно это достанет для него. На столе нужных чертежей не оказалось, но там было кой что ещё, что заинтересовало Обида Мортона, а именно завещание составленное его братом.

— Это интересно! — удивился Обид. Обид взял со стола нож для бумаг и аккуратно снял сургучную печать с инициалами А.М. Он прекрасно знал о завещании которое оставил всем своим потомкам родоначальник всего рода — Ричард. Обид распечатал завещание своего брата и не поверил своим глазам, его брат Алан оставил всё своё богатство, включая и сам Остров теней и особняк на его побережье, своей племяннице Катарине, зная что она вернётся на этот остров.

— Надо бы обсудить это с Китти — подумал Обид и продолжил искать чертежи. Чертежи нашлись в старом ржавом сундуке, вместе с остальным барахлом Алана Мортона.

***

К тому моменту когда Обид вышел на связь, Китти вместе со своей семьёй находилась дома и готовила мужу и детям еду.

— Китти, тебе звонят — окликнул жену Вацлав. Китти вымыла руки, вытерла их и подошла к видеофону.

— Это отец, наверное он нашёл то что ты просил — улыбнулась Катарина.

— Спасибо Вам господин Мортон — сказала Вацлав.

— Не за что сынок, я рад тебе помочь, но сейчас я хотел переговорить со своей дочерью — заявил Обид. Вацлав только кивнул и ушёл на кухню.

— О чём ты хотел со мной переговорить отец? — поинтересовалась Катарина.

— Я не знаю, понравится ли тебе это или нет... — начал Обид.

—Что-то случилось с домом пап или с островом? — тревожно спросила Китти. Обид поведал дочери о том, что пока он искал чертежи её дяди, то наткнулся на его завещание, и что не удивительно, Алан Мортон всё завещал своей племяннице.

— Так что Китти, ты теперь богатая наследница, я не буду препятствовать тебе — сказал Обид.

Глава 3

— Вот так повезло, — думала Катарина, и что теперь мне делать со всем этим наследством. Ну ладно, все изобретения я отдам мужу, он в этом лучше меня разбирается, но... — В чём дело дочка, тебе же там нравилось?! — удивлённо спросил Обид, видя реакцию дочери на его слова о завещании. — Нравится, но я не могу разорваться между Прагой и Островом тени, тем более что детей туда вести пока не стоит, — растерянно ответила Китти. — Ладно дочь, придумаешь что-нибудь до момента моего приезда в Прагу, — сказал Обид и отключился, а Китти ещё пять минут стояла как вкопанная, не зная что и сказать, чем и встревожила своего мужа. — Китти, с тобой всё в порядке? — спросил Вацлав. —Вац, ты когда-нибудь задавался вопросом "почему я"? — спросила Китти у мужа. — Ты не поверишь сколько раз, а что? — Китти рассказала мужу о том, что её отец, когда искал нужные чертежи, то он случайно обнаружил завещание оставленное его братом Аланом, в котором он завещал весь Остров теней своей племяннице. — Это же здорово, — задорно произнёс Вацлав. — Да, ты теперь полноправный владелец всех дядиных изобретений, но я не могу разорваться между семьёй и островом, — созналась Катарины. Вацлав прекрасно понимал свою жену, раньше детей у них не было, поэтому они могли совершенно свободно путешествовать по миру и возвращаться в Прагу, когда угодно, а сейчас... — Ну крошка, не переживай, если речь идёт о том, что бы присматривать за островом, то будем ездить туда по очереди, — предложил Коллер. — Милый, ты всегда находишь выход из любой ситуации, — улыбнулась Китти и обняла мужа. Надо как-то соответствовать имиджу богатой наследницы, поэтому на следующее утро, Китти и Вацлав отвезли детей в детский сад и поехали в банк собственности "Палисад", чтобы открыть там свой вклад. Как только завещание вступит в силу, нужно где-то хранить интеллектуальную собственность всей семьи Мортон. Идея, открыть свой вклад в "Палисаде", принадлежала Катарине. — Ты что, весь остров хочешь запереть в этом банке?! — поинтересовался Вацлав. — Боюсь, если туда перевести весь остров, милый мой, одного банка не хватит, состояние не только Ричарда, но и всей моей семьи оценивается биллионами чешских крон, — чуть смеясь, ответила Катарина. Для этого случая супруги Коллер даже переоделись в соответствующую одежду. Китти заметно нервничала, Вацлав как всегда поддерживал свою супругу, как когда-то она поддерживала его. — Я прямо как герой фильмов ужасов, — произнесла Катарина. — В смысле? — поинтересовался Вацлав. — Ну, как там обычно бывает, умирает дядя и оставляет своему племяннику дом и все его секреты, только в моём случае, дом оставили племяннице, — ответила Китти. Слушая заявление жены, Вацлав чуть не расхохотался, но потом взял себя в руки и сказал: — Ты не первая, мой дед на меня "Машину времени" переписал, как будто знал, что я там буду работать. — Ну и предки, они явно владели даром ясновидения, — рассмеялась Китти. Ребята подъехали к банку "Палисад", взяв себя в руки и глубоко вдохнув, вошли внутрь. — Чем могу помочь? — спросила администратор. — Здравствуйте, мы хотим открыть у Вас вклад, — начал Вацлав. — Это хорошо, ваша фамилия? Банк собственности отличался от других банков тем, что в отличие от других банков тут не интересуются какую сумму или какую вещь ты хочешь тут оставить, Клинки "Палисада" хранят любые секреты, какими бы мрачными они не были. — На имя мистера и миссис Коллер, — улыбаясь, ответил Вацлав. — Да, мы оба будем владеть этим вкладом, — сказала Катарина. — У нас в банке есть много свободного места для вашей собственности, — администратор связалась с работником банка и сказала ему, что семья Коллер хочет вложить свою собственность. — Сейчас к вам подойдёт наш сотрудник и покажет вам свободные хранилища, — сказала администратор. — Хорошо, мы его подождём, — согласился Вацлав. Сотрудник банка не заставил себя долго ждать, он повёл чету Коллер к свободным хранилищам. Катарина и Вацлав пока не знали, что именно они заберут с Острова теней, поэтому выбрали для себя самое большое хранилище. — Отлично, а теперь пройдите к кодовой панели и придумайте код, пока я открываю ваш вклад, — вежливо сказал работник и ушёл. Поскольку не смотря на то, что никто не покусился на состояние семьи Мортон, не стоит забывать про иллюминатов, узнай они о том, что хранится у семьи Коллер, сразу же потянут свои руки к чужому богатству, поэтому Китти и Вацлав составили код, которые знают только они. Вскоре работник вернулся и вручил чете Коллер договор со всеми реквизитами банка. — Благодарим Вас, сэр, — вежливо сказала Китти. — И Вам спасибо, миссис Коллер, — улыбнулся работник. — Что ж, мы это сделали, — выдохнул Вацлав, когда ребята вышли из банка. — И кто теперь Царь горы? — игриво спросила Китти. — Мы, крошка, мы, — ответил муж. Ребята решили отпраздновать заведение вклада в "Палисаде" и поехали в ближайший ресторан. Это был тот самый ресторан, в который когда-то чуть не пустили Вацлава, обозвав его аугом, теперь тут другой хозяин, который рад любому посетителю. — Что ж, если мы теперь боги, — шутливо сказал Вацлав. — Закажем еду богов. Ребята заказали всего понемногу, а в качестве напитков выбрали грейпфрутовый сок, они оба вели здоровый образ жизни. — Ну, за нас, — сказала Катарина тост, как только принесли напитки. — Да, крошка, и не бойся, — сказал Вацлав. — Ты о чём? — Я давно заметил, что ты... ну иногда сомневаешься в чём-то. Я знаю, ты сдерживаешься потому, что боишься, что однажды ты проснёшься и увидишь в зеркале вместо своего отражения, Ричарда Мортона... — начал Вацлав. — Ты прав, — вздохнула Китти. — Не бойся быть сильной, ты и я принадлежим к другому миру. Помнишь, на мой День рождения ты переоделась гейшей, — начал муж. — Да, ты подумал, что Чехию захватили японцы, а меня сделали гейшей, — чуть смеясь, сказала Китти. — Тогда ты сказала, что... — Что только моему мужу я позволю сделать из себя гейшу, никому другому, ах, Вашек, ты всегда знаешь, как меня утешить, — улыбнулась Китти и предложила мужу, что не мешало бы немного усилить охрану их собственного хранилища. — Что предлагаешь? — опёршись на руку, спросил муж. — Когда мой отец жил с братом на острове, у них были печатки, с помощью которых они могли входить в подземелье под островом, — начала Катарина. — Хорошая идея, если уж мы владеем своей собственностью, то и нам нужно поступить так же. Если ты дашь мне оригинал, я подумаю, как это устроить, — сказал Вацлав. Китти полезла в карман, и достав из него печатку своего дяди, вручила её мужу. — Умыкнула вместе с кинескопом дедушки, — улыбнулась Китти. — Да, вопросов будет много, но это же мы, — подмигнул Вацлав. Принесли еду, и Китти вместе с мужем преступили к трапезе. После еды они расплатились с официантом и поехали в детский сад, забрать детей.

***

Через неделю родители Катарины прилетели в Прагу, и Катарина вместе со своей семьёй поехала в аэропорт, встречать их. Обид и Мария Мортон были несказанно рады видеть свою дочь и своих внуков, им повезло с тем, что они прибыли в субботу, а не в будний день, когда Адела и Карел находятся в детском саду. — А вот и ваши дедушка с бабушкой, — сказала Китти детям, видя, сходящую с трапа самолёта слегка постаревшую знатную пару. Дети стояли по стойке смирно, ожидая, когда дедушка с бабушкой подойдут к ним, Карел к этому времени уже ходил в спортивный кружок, и к выходным его энергичность убавлялась. — Дочка, а ты ни разу не изменилась, — сказала Мария дочери, как только они с мужем подошла к Китти и её семье. — Дедушка, бабушка, — хором проговорили дети и бросились обниматься. — А это малыш Карел и красавица Адела, вы только посмотрите на этих карапузов, — радостно проговорил Обид, обнимая внуков. Поговорив с внуками, Обид подошёл к Вацлаву и, пожав зятю руку, вручил ему обещанные чертежи. — А ты заметно похорошел с момента нашей первой встречи, — подметил Обид. — Это благодаря Вашей дочери, — улыбнулся Вацлав. Вацлав помог родителям Катарины загрузить вещи в багажник машины, и вся дружная семья поехала в резиденцию четы Коллер. Обиду хотелось посмотреть на дом, где живёт Китти и её муж. Дочь в разговорах с отцом часто нахваливала дом, называя его семейной "империей". — Если хотите, Обид, можете остановиться у нас, — предложил Вацлав зятю. — Спасибо тебе, Вацлав, но мы не будем мешать вашей семейной идиллии, — вежливо сказал Обид зятю. Пока Обид и Вацлав обсуждали науку, Мария в свою очередь поинтересовалась, как обстоят дела у Карела и Аделы. — Малыш Карел сегодня тихий, вижу, вы нашли подход к нему, — заметила Мария. — Да мам, устроили его в спортивный кружок, там он и тратит свою энергию, сказала Китти, глядя на мирно сидящего в детском кресле сына. Карел всю дорогу до дома смотрел в окно, а Адела собирала очередной кубик Рубика. — Не рано ли ему? — спросила Мария. — В самый раз, куда лучше, чем просто бегать по дому и случайно наткнуться на угол, — ответил с первого сидения Вацлав. Наконец компания подъехала к дому и, разгрузив машину, Катарина вместе с семьёй пригласила отца и мать в семейный дом. — Да! это безусловно империя, — произнёс отец, осматривая особняк. — Мы как-то тут пошутили на счёт империи, — шутя сказал Вацлав. — Ну да, два нейротехнолога в доме, пора подумать об империи, — чуть смеясь, сказала Китти. — Мам, пап, вы пока располагайтесь, а я приготовлю всем нам поесть, как раз к этому поводу мы закупили еды, — предложила Китти. — Что ты, дочка, не стоит, — сказала Мария. — Ну что ты, мам, вы же целый путь ничего хорошего не ели, вот и покушаете, — тихо произнесла Китти. — А я помогу, — заявил Вацлав и присоединился к жене. Пока Катарина на пару с Вацлавом готовили чешскую еду, Обид и Мария играли с внуками. Дедушка привёз Аделе старый конструктор, более сложный чем Lego Duplo. — Спасибо, дедушка, — проговорила Адела и, приняв из рук деда конструктор, тут же приступила к его изучению. — Если бы я знал, что Карел такой спортсмен, купил бы ему мяч, — сказал Обид. — Не переживай, дорогой, я вижу тут игрушек полно, — сказала Мария мужу. Родители Катарины поблагодарили её и Вацлава за гостеприимство и сказали, что они забронировали гостиницу в Праге. — Обид, тебя отвезти? — предложил Вацлав. — Спасибо, зятёк, не надо, а то мы так ходить разучимся, — шутливо сказал Обид Мортон.

Глава 4

Чего не ожидал Вацлав, так это того, что после того, как он начнёт разрабатывать протезы по чертежам Алана Мортона, его буквально оторвут вместе с руками. На следующий день после вступления в наследство и оглашения завещания, Катарина отдала чертежи её дяди своему мужу, и Вацлав дал обещание жене, что кроме него к этим чертежам никто прикасаться не будет, как и ко всем его работам. Ему не хотелось, что бы его разработки попали в руки иллюминатов и прочих власть имущих, и уж тем более — военных. Вацлав очень быстро вник в новые чертежи и даже не побоялся применить эти разработки на себе, а позже он встраивал в протезы новые аугментации и приживлял их обычным гражданам. На улицах по-прежнему было жарко, но Коллер не беспокоился насчёт пациентов: специальное покрытие для аугментаций ему доставили быстро, вдобавок, он на всякий случай запросил у работающего в Праге Антона Соколова его чудо-сыворотку. Отпустив всех пациентов, Вацлав снял халат, пропитанный потом и маслом и, открыв свою машину, закинул халат на заднее кресло. — Коллер, это ты? — раздался за спиной мужской голос. — Приходите завтра, на сегодня мой рабочий день окончен, — ответил Вацлав. — Забыл своего старого клиента?! — удивлённо спросил мужчина. Коллер развернулся и увидел перед собой Адама Дженсена, да-да, того самого техновундеркинда. Правда, за всё это время Адам заметно постарел и осунулся, но всё же это был он. — Чёрт возьми, Дженсен, чувак, что ты опять забыл в Праге? — растерянно спросил Вацлав у Дженсена. — Я тут просто проездом, просто один аугментированный мне рассказал об известном докторе Коллере и о том, что ты работаешь по новым технологиям, — ответил Адам. — Быстро же слухи доходят, — улыбнулся Вацлав. Вацлав не собирался заговаривать с бывшим клиентом, всем от него было чего-то нужно, но они и слышать ничего не хотели о его проблемах, только Китти помогла встать ему на ноги и решить проблему с Двали. Адам сказал Вацлаву, что в "Шариф Индастриз" требуются инженеры нейротехнологи. — Прости, чувак, но я не работаю на оборонку, мне Пахнеи хватило, и если уж так пошло, то почему мистеру Шарифу самому ко мне не прийти и не попросить? — поинтересовался Вацлав. — Он уже не так молод, чтобы ездить самому, — сказал Адам. — И тем не менее он никак не может угомониться. В любом случае эти чертежи, как и те, которые начерчены мной, останутся у меня. А теперь прости, Дженсен, но мне нужно ехать в детский сад, забрать оттуда детей, — вежливо улыбнулся Коллер. — Детей? — Да, Адам, я женат и у меня двое замечательных детишек, — улыбнулся Вацлав и, сев в машину, поехал к детскому саду. В это время родители забирали своих детей из детского сада, и Вацлав был в их числе. Как только воспитатель увидела знакомую машину, она окликнула Аделу и Карела, и брат с сестрой выбежали во двор, чтобы встретить папу. Первой прибежала Адела, одетая в лёгкою майку и шорты. Отец тут же взял её на руки и закружил. — Ну что, принцесса, все конструкторы собрала? — спросил Вацлав у дочери. — Все пап, все, — улыбнулась Адела. — А ты как вёл себя, сынок? — спросил Вацлав сына. — Он так полюбил футбол, что даже обед его не остановит, — ответил за Карела воспитатель. Вацлав посадил детей в машину на детские кресла и по дороге к дому заехал в продуктовый магазин, чтобы купить продукты к ужину. — Пап, а мы заедем за мамой? — спросил Карел у отца. — А как же, сынок, конечно, заедем, — ответил Вацлав. Катарина к этому времени закончила работать в качестве директора книжного магазина и, отпустив всех работников, ждала приезда мужа. — Мадам, вас подвести? — игриво спросил Вацлав у жены. — А как же, — ответила Китти и села рядом с мужем. Всю дорогу семейство Коллер молчало, Вацлав не стал с налёту рассказывать жене о том, кого он встретил, выходя из своей клиники. Решил, что всё расскажет за ужином. Дети на заднем сиденье тоже притихли, Карел набегался за день и уснул, а малютку Аделу разморила жара, и она просто уснула в машине. — Ух, и когда эта жара закончится? — взмолилась Катарина. —Да уж, хотел бы я знать, — вздохнул Вацлав и, нажав на кнопку на приборной панели, открыл заднее окно, чтобы дети не задохнулись от жары. Когда семья приехала домой, Вацлав первым делом по очереди взял на руки детей и отнёс в их комнаты, после чего снял с себя всю одежду и направился в душ. Китти же просто ополоснула лицо и грудь, чтобы не упасть в обморок из-за жары, после чего пошла на кухню готовить еду. — Тебе как всегда? — перед уходом спросила Катарина мужа. — Да, — высунулся из душа Вацлав. Готовя еду для мужа и детей, Китти вкладывала туда всю душу, от чего еда получалась невероятно вкусной и полезной. За годы жизни в Чешской республике, Китти выучила всю кулинарную книгу наизусть. Пока любимое блюдо мужа готовилось, Катарина накрыла на стол и разогрела еду себе, у неё ещё со вчерашнего дня остались колбаски. — Ммм, как вкусно пахнет, — спускаясь с лестницы, сказал Вацлав. — Твой вепрь готов, милый, — улыбнулась Китти и поставила тарелку с блюдом на стол. За ужином Вацлав всё же рассказал Катарине о том, кого он встретил, когда возвращался с работы. — Господин Шариф ещё жив?! — удивилась Китти. — Да, и мой бывший клиент, который раньше работал на него, предложил мне поработать на Шарифа, — сказал Вацлав. — Вот как, — произнесла Китти. — Милая, не волнуйся, куда же я денусь без тебя и детей, и я ему объяснил, что на оборонку не работаю, — сказал Вацлав жене и положил свою руку на руку жены, и также сказал, что он помнит уговор, который он дал жене и себе, что его изобретения и чертежи дальше семьи не уйдут. — Хорошо, что Шариф не знает про наш вклад в "Палисаде", — шепнула Катарина мужу. — Это точно, я видел, ты "механизм из Лапуты" туда перетащила, — пошутил Вацлав.

— Это не из Лапуты, Вац, — хихикнула Катарина. — Это дедушкин электрический перфоратор. Правда он не работает без одной детали. Тихий ужин прервали детские шаги — это Адела проснулась, хоть родители когда готовят еду, закрывают двери в детские комнаты, но запах жареной свинины и тушёной капусты всё же проник в комнату Ади. — Смотри, кто тут у нас, — улыбнулся Вацлав, глядя на спускающуюся с лестницы дочку. — Есть хочешь? — ласково спросила Катарина. — Да, — радостно ответила Ади. Аделе в её юном возрасте ещё рано есть тушёную и жареную еду, поэтому Китти достала кастрюлю с супом и вырезав из хлеба всю мякоть, налила в хлебную тарелку суп. Девочка поблагодарила маму и приступила к трапезе. После ужина, Китти взяла дочь на руки и понесла её в детскую комнату, Вацлав же остался в кухне мыть посуду. — Мам, почитаешь мне? — спросила дочка у матери. — Да, моя прелесть, а что тебе почитать? — ласково спросила Катарина у дочери. — То, что папа читает, — улыбнулась Адела. — Может, я лучше сказку почитаю? — Нет, я хочу, что папа читает, — что тут скажешь, Ади не только умом пошла в своего отца, но и характером, и единственный, кто может легко читать книги по нейротехнологиям — это Вацлав, поэтому Катарина позвала своего мужа. Катарина сказала мужу, что дочь хочет, что бы он почитал ей книгу по нейротехнологиям. — Да, это определённо моя дочь. Ладно, если дочка хочет, я почитаю, — шепнул Вацлав. Чтобы не сразу нагружать мозг дочери, Коллер отрыл свой затёртый учебник по нейротехнологиям, лёг рядом с дочерью и стал его читать. Девочка внимательно слушала своего отца лёжа у него на груди. Китти с умилением наблюдала за этой картиной, пока Вацлав не сказал жене, что он с этим справится, и чтобы Китти шла спать. После трёх страниц, Ади уснула, Вацлав осторожно приподнял голову дочери и положил её на подушку. Комната Аделы всегда была убрана, в игральном углу стояли собранные конструкторы и даже старый советский конструктор, подаренный девочке на день рождения её бабушкой и дедушкой. Когда Адела была совсем маленькой, она любила сказки, а когда подросла, то полюбила совсем другие книги. Хорошо, что она, как и остальные маленькие девочки, любит качаться на качелях, когда ей надоедает собирать всевозможные конструкторы. Вацлав поправил одеяло и поцеловав дочку в висок, проверил сына, который после спортивного кружка спал как убитый, и пошёл к жене. — Ну, как там? — шёпотом спросила Китти у мужа. — Уснула, — так же шёпотом ответил муж. — А Карел? — Его ничто на свете до утра не разбудит, — улыбнулся Вацлав, снимая с себя одежду и ложась рядом с женой. — Да, ещё немного и она начнёт конструировать протезы и аугментации, у нас растёт достойная замена, — протянула Китти — Боюсь, моя дорогая, что вы двое у меня в кабинете не поместитесь, — Вацлав попробовал представить жену и дочку, работающих вместе с ним в кабинете. Гены обоих родителей дают о себе знать. Вацлав талантливый инженер и врач, а Катарина, хоть и работает директором книжного магазина, но всё же она родом из семьи Мортон, рождавшей изобретателей и учёных. Вацлав и жизни не представлял без своей семьи: без красавицы жены, без такой же красавицы и изобретательницы дочери и без озорного сына Карела. Что было бы, если бы его разделили с ними?..

Глава 5

Придёт время, и наши потомки

будут высмеивать наших врагов.

Из завещания Ричарда Мортона

Утро в семье Коллер началась как всегда, за исключением того, что Вацлав встал первым и, надев халат, пошёл на кухню готовить детям еду, перед этим он шепнул жене на ухо, чтобы она спала, и что он сам накормит детей. Вчера Катарина пол дня проработала в книжном магазине, а потом пошла в клинику к мужу помочь ему. За годы жизни с Вацлавом Коллером она полностью освоила азы нейротехнологий и нейропротезирования, поэтому она без препятствий могла не только помогать мужу, но даже подменять его. Первый рабочий день в качестве нейротехнолога выдался на редкость тяжёлым, поэтому Катарина спала как убитая и, даже голоса детей, вбежавших в родительскую комнату, её не разбудили. — Тсс, ваша мама отдыхает, сейчас я вас накормлю, а пока идите умойтесь, — тихо сказал Вацлав детям. Пока Адела и Карел умывались, счастливый отец во всю хлопотал на кухне. Сегодня у всей семьи на завтрак кнедлики из картофельного теста с зеленью, это блюдо любо не только Вацлаву с Катариной, но и их детям, какими бы привередами они не были. —Ммм, вкусно пахнет, тебе бы поваром работать, — услышал Вацлав у себя за спиной. —Probudila se má lásko?[1] — ласково сказал Вацлав стоящий за его спиной жене. — И с каких это пор мы перешли на чешский? — игриво спросила Китти. Вацлав прекрасно знал родной язык своей жены Катарины так же хорошо, как Катарина знала родной язык своего мужа. — С тех пор как я родился чехом, — пошутил Вацлав, чуть смеясь. — Дети, идите кушать, завтрак готов, — окликнула Китти детей. Сегодня вести детей в детский сад было не нужно, родители Вацлава выказали желание понянчиться с внуками, они ещё на прошлой недели выказали это желание, и оба супруга решили, что чешские дедушка и бабушка лучше любого детского сада. Родители Вацлава жили в многоквартирном доме на другом конце Праги, поэтому Катарина сначала подбросила мужа до работы, а потом повезла сына и дочь к бабушке с дедушкой. — Пообещайте мне не шалить там, — дала Китти наказ детям. — Хорошо, мам, — отозвался с заднего сидения Карел. — У твоих бабушки и дедушки дома полно антикварных вещей, так что пообещай маме, что не будешь гонять мяч по квартире, — наказала Катарина сына. — Обещаю, — протянул Карел. — Как пить дать не послушается, — пробормотала Адела, глядя на брата. — А вот и послушаюсь, — сказал Карел. — А вот и нет… — Дети, не ссорьтесь, — окликнула детей Катарина. Путь с окраин Праги до дома родителей Вацлава на машине занял три часа, пешком было бы куда дольше. Подъезжая к дому родителей мужа, Катарина позвонила его матери и сказала, что она и дети приехали. — Иду, иду, — отозвалась Сьюзанна Коллерова. Дом, в котором жили родители Вацлава, был домом образцового содержания, там в основном жили учёные и работники государственных структур, среди которых были родители Вацлава. Сьюзанна вышла из квартиры и, спустившись по лестнице, открыла невестке и детям дверь. — Дети, поздоровайтесь с бабушкой, — подтолкнула Катарина сына и дочь. — Ну что ты, вовсе не обязательно, — вежливо сказала Сьюзанна, провожая свою невестку и детей до своей квартиры. Теперь, когда она вышла на пенсию, у неё появилось время нянчиться с внуками. При первом разговоре с матерью мужа, Китти рассказала ей про то, чем занимаются Карел и Адела, и Сьюзанна сказала, что проблем с этим не будет, она знает, чем занять не только умницу Ади, но и непоседу Карела. — Я прекрасно справлялась с обязанностями матери, так что справлюсь и с обязанностями бабушки, — вежливо сказала Сьюзанна. — Вацлав мне рассказал про то, как вы его застукали за попыткой стать военным, да и при том ни раз, — улыбнулась Китти. — Это было по началу, потом он всё понял и уже не ковырялся в своих протезах, — улыбнулась Сьюзанна и предложила Катарине остаться на чашечку чая, но Китти сказала, что выпьет чай в следующий раз, ей нужно ехать к мужу, что бы помочь ему с работой, и Сьюзанна отпустила свою невестку, пожелав ей удачи. Катарина обняла детей на прощание, дав им наказ не шалить и не доводить бабушку с дедушкой до слёз и сев в машину, поехала к клинике мужа. Подъезжая к клинике, Катарина заметила, что возле неё стоит странный человек, одетый в чёрный костюм и с солнечными очками. Сначала она не придала этому никакого значения, скорее всего, он аугментирован и пришёл к её мужу на приём, но как только она вылезла из машины и собиралась идти в клинику, человек развернулся к ней и заговорил. — Простите, миссис Коллерова? — спросил он у Катарины. — Правильней будет Коллер, я всё же англичанка по происхождению, — поправила его Катарина. — Прошу прощения, мадам, меня зовут Боб Пэйдж, полагаю вы обо мне слышали, — лестно сказал он. — Ну да, конечно, — подумала Катарина, — власть иллюминатов исчерпала себя, вот один из них решил подлизаться ко мне, а может и привлечь на свою сторону. Китти слышала про Пэйджа, про него много чего говорили в новостях, а после того, как все народные волнения спали на нет, и в Праге появился Антон Соколов, чья сыворотка и многие другие достижения в области медицины обанкротили «Версалайф», и многое другое, что строили иллюминаты, Пэйдж решил подлизаться к Катарине. С Соколовым у него явно не получилось, так же, как и с отцом Катарины, который призывал сжигать иллюминатов на костре. — Как же не знать, не только вы за людьми следите, но и мы тоже следим за Вами, — а теперь простите, мне пора, я должна помочь мужу, — хладнокровно ответила Катарина. Китти только сделала шаг, как Пэйдж остановил её небрежной фразой, брошенной в сторону её мужа. — Да, я слышал о вас миссис Коллер или Мортон, вы променяли свою власть на ауга. Это было оскорбление не только её мужа, но и обоих семей, включая и семью Мортон. — А Вам-то, какое дело, мне известно что Вы, господин Пэйдж, пытались усидеть сразу на трёх стульях, а усидели на одном, — ехидно подметила Катарина. — Такая женщина как вы, достойны лучшего, простите, но я наблюдал за Вами с того самого момента, когда Вы только прилетели сюда, — начал Пэйдж. Катарина осеклась, неужели этот недоиллюминат знает и про то, что она с мужем открыла вклад в банке «Палисад», но если он знает про семью Мортон, то почему он позволяет себе так вести себя по отношению к Катарине и её семье, наследие оставленное Ричардом Мортоном и дядей Катарины будоражит умы многих людей, ещё бы, в хранилище «Палисада» хранится не только электрический перфоратор, который можно подзарядить с одного удара молнии, но и портативная пушка Тесла, и фотоэлектрический пульсар, и многое другое открытое семьёй Катарины. Боб Пэйдж понял, что никакими угрозами и упрёками Катарину не возьмёшь, она смотрит на него так же, как и на Двали, поэтому он перешёл на лесть. — Поверить не могу в то, что Вы, такая властная женщина из благородного семейства, променяли всё это на семейную жизнь, — лестно сказал Пэйдж. Китти ложь бывшего иллюмината сразу раскусила, он не из тех кому идёт лесть, и если он готов опуститься до неё, значит дела у него плохи. — Что Вы хотите от меня, господин Пэйдж? Денег или ещё чего? — всё так же хладнокровно спросила Катарина. — Хочу предложить вам место в «Пэйдж индастриз», — лестно ответил он. — Мне? — чуть не расхохоталась Китти, которой так и хотелось врезать Пэйджу за его наглость, её остановило то, что у неё на руке, которой она хотела огреть бывшего иллюмината, находилось обручальное кольцо и печатка с буквой S. — Меня это не интересует, а теперь простите, меня муж ждёт, — сдержанно проговорила Китти и, оставив Боба Пэйджа с носом, пошла в клинику. — Ты задержалась, всё хорошо? — спросил Вацлав у жены. — Да, — ответила Китти. — По тебе не скажешь, у тебя нездоровый румянец на лице, — начал Коллер. — Просто повздорила кое с кем, — ответила Катарина, умывая лицо и руки. — С кем? — спросил муж. Катарине не хотелось беспокоить мужа рассказом о том, что её возле клиники ждал Боб Пэйдж, который всеми правдами и неправдами, пытался перевести её на свою сторону, но Вацлав заверил её, что поскольку он и Китти семья, теперь они все свои проблемы будут решать вместе. — Боб Пэйдж, не такая важная проблема, — улыбнулась Китти. — Детка, он с тобой ничего не сделал, надеюсь, — растерянно спросил Вацлав. — Он похоже на мели, вот и просил помощи, но ты же знаешь, мы иллюминатам не помогаем, — сказала Катарина и поцеловала Вацлава. Вацлав успокоился, он знал, что многие пытались получить поддержку со стороны семьи Мортон, особенно со стороны её отца, после смерти его брата, но Обид Мортон так же как и его дочь отвечали им одинаково.

[1] Проснулась любовь моя (чешск)

Глава 6

Боб Пэйдж так и не оставил свои жалкие потуги завоевать расположение и доверие Катарины Коллер, и даже нашёл в себе смелость явиться в клинику Вацлава. Чем его и удивил, благо Вацлав относился к тем людям, которые не дают волю своим чувствам и не осуждают слабости других людей, если Боба Пэйджа можно было назвать человеком. В это время, доктор Коллер, проверив есть ли у него пациенты или нет, взял небольшой обеденный перерыв. Перед уходом на работу жена дала ему термос с только что молотым кофе и три кнедлика с гуляшом. Вацлав открыл термос и собирался налить кофе в чашку, но тут раздался стук в дверь. — Ну вот, — вздохнул Вацлав и, отставив обед, пошёл к двери. На пороге его кабинета стоял Боб Пэйдж, и он явно не за починкой своих аугментаций пришёл. От его неестественно красных глаз Вацлаву стало не по себе, но он не отвернул взгляда от посетителя. — Что, решили меня перетянуть на свою сторону, раз моя жена дала Вам поворот отворот, — усмехнулся Вацлав. — А Вы догадливый, мистер Коллер, — заявил Пэйдж. — Я не продаюсь, как и мои разработки, — твердо сказал Вацлав. — Я не за Вами пришёл, — Пэйдж пытался повлиять на Вацлава так, что бы тот уговорил свою жену на сотрудничество с «Пэйдж Индастриз», экий нахал нашёлся. — Ясно, — протянул Коллер, пытаетесь с помощью меня влиять на Катарину, боюсь у Вас ничего не выйдет. Пэйдж с ног до головы оглянул Коллера, пытаясь понять, что, такая властная на первый взгляд дама — как Катарина Мортон нашла в Коллере, даже в свои тридцать лет он всё ещё оставался тем мальчишкой с растрёпанными волосами и разрисованным протезами на руках, а Катарина не изменилась со своего первого визита в Прагу. Боб Пэйдж тайно наблюдал за конференцией Антона Соколова, правда он тогда не осознавал тот факт, что Соколов надолго задержится в Праге и составит серьёзную конкуренцию Иллюминатам, там-то Пэйдж и приметил Катарину, которая стояла в стороне от всех остальных учёных, он видел, как тогда к ней подошёл Коллер, и она с ним выбежала на улицу. Второй раз он встретил Катарину, когда она с мужем «праздновала» открытие в банке «Палисад», и он слышал фразу Катарины: «Только тебе позволено сделать из меня гейшу», Пэйдж хотел взбесить Вацлава, задав ему каверзный вопрос: «Ты с ней ради её наследства, что ты можешь ей дать кроме того, как сделать её своей женой» — Надеюсь у Вас всё, мне пора работать, — заявил Вацлав и собирался закрыть дверь перед носом Пэйджа. На счастье Коллера в Прагу вновь прибыл Обид Мортон и первым делом решил навестить своего зятя в его клинике. — Нужна помощь зятёк? — добродушно спросил Обид у Вацлава. Коллер легко переключился с бывшего иллюмината на родственника со стороны жены. — Обид, рад тебя видеть, нет, просто тут небольшое недоразумение возникло, — честно ответил Вацлав Обиду. —Этот? — Угу, — закивал Вацлав. — Стоило только Катарине получить наследство, так вокруг нашей семьи закружили стервятники, — хмыкнул себе под нос Обид. — Скорее уж, общипанная курица, — улыбнулся Вацлав. Обид пообещал своему зятю, что разузнает всё про Пэйджа и уладит с ним проблему, если он и дальше будет докучать его семье, но Вацлав заверил ему, что во всём разберётся. — Я тебе в этом помогу, Вацлав, — улыбнулся Обид. — На долго тут? — спросил Коллер у профессора Мортона. — На сколько получится, Прага вновь привлекает учёных со всего света, я тут кое-что тебе привёз, раз уж ты любишь антикварные книги, — сказал Обид и протянул зятю книгу в кожаном переплёте. — Что ты, Обид, не стоит, — заверил Вацлав. — Этим ты мне нравишься зятёк, много не требуешь, — радушно улыбнулся Обид. Когда рабочий день закончился, Вацлав вместе с Обидом заехали за Китти и детьми, после чего Катарина предложила отцу переночевать у неё дома, и он на удивление согласился, сказав, что постарается не мешать супругам Коллер. — Что ты, отец, ты нам не мешаешь, — улыбнулась Катарина. Как только машина подъехала к дому, Китти тут же наказала детям помыть руки, и пока муж что-то обсуждал с тестем, пошла на кухню и, помыв после пыльной книжной работы руки, стала готовить еду для семьи. Отец не очень любил чешскую кухню, поэтому для него Катарина приготовила его любимую свиную отбивную, всем остальным она делала как всегда то, что они любили больше всего. За столом все пытались сохранить дружную семейную атмосферу, хотя после появления в жизни супругов Коллер Боба Пэйджа сохранять тихую семейную идиллию не так уж и просто. Обид понял, что бывший иллюминат доставал не только его зятя, но и дочь, это было видно по самой Катарине, она была немного напряжена. Что бы не вести разговоры о «врагах семьи», профессор Мортон взглядом дал понять дочери, что он уладит это недоразумение. Китти только кивнула. После ужина Китти проводила отца в комнату для гостей. Дети в этот раз засели за своими мультиками. — Судя по твоему виду, дорогой, мистер Пэйдж и к тебе приставал, — догадалась Китти. — Да, и если бы твой отец не подошёл вовремя, он бы от меня не отстал, — сердито произнёс Вацлав. — И что же он хотел? — Вацлав выглянул за угол, и что бы дети не услышали разговоры родителей, отошёл вместе с женой в другой конец кухни. — Он хотел, что бы я уговорил тебя работать на него, — ответил Коллер. — Неслыханная наглость, — возмутилась Катарина и сказала мужу, что он так и не оставил своих попыток приблизиться к ней, чем её и рассердил и ещё, когда вся лесть Боба Пэйджа закончилась, он вдруг бросил ей, что Вацлав женился на ней из-за её наследства. — Ты ведь так не думаешь про меня? — тихо произнёс Вацлав, по нему было видно, что он расстроился и серьёзно. Китти подошла ближе к мужу и, обняв, сказала: «Что ты, я вовсе не думаю о тебе так, да и о наследстве мы узнали совсем недавно, к тому же многие, кто знают про это наследство, точнее наследие, стараются держаться от него подальше.» Китти вдруг почувствовала, что аугментированные руки её мужа замерли в одном положении, такого с ним ещё не было, правда Вацлав один раз признался жене, что когда он сердится, то теряет контроль над своими аугментациями и не может ими управлять — Милый, твои руки, — испуганно произнесла Китти. — О нет, только этого не хватало, — произнёс Вацлав, поняв, что он не может пошевелить руками. Катарина усадила мужа в кресло и побежала за сывороткой для Вацлава, конечно, у них дома оставался флакон с нейропозином, но не стоит подсаживать Вацлава вновь на это лекарство. — Что случилось дочка?! — испуганно спросил Обид у дочери. — Вац понервничал, и у него начали отказывать аугментации, — тревожно произнесла Катарина, беря сыворотку из домашней аптечки, и побежала обратно к мужу. Увидев отца в таком виде, дети тоже начали нервничать, даже невозмутимая Адела заплакала и начала звать отца. — Тише, Ади, со мной всё хорошо, я просто устал, — пытаясь взять себя в руки, сказал Вацлав дочери. На помощь дочери пришёл её отец, он, успокоив детей, помог дочери ввести шприц с сывороткой в правую руку её мужа. — Лекарство хорошее? — спросил отец у Катарины. — Да, его сам Антон Соколов разработал, оно заменяет нейропозин, и оно быстро действенное, — ответила Катарина. Через пару минут Вацлав вернул контроль над своими руками, и Китти повела его в спальню. — Отдыхай, я скоро приду, только детей уложу спать, — ласково произнесла Катарина и поцеловала мужа. Ситуация, произошедшая в семье Катарины, возмутила и её отца, Обид души не чает в своей дочери, и когда она была маленькая, он и Мария делали всё для того, что бы Китти была счастлива, и он не позволит какому-то опустившемуся иллюминату вмешиваться в счастливую семью своей дочери. — Занимайся семьёй дочка, я улажу проблему по имени Боб Пэйдж, — сказал Обид дочери и похлопал её по плечу. — Спасибо, что приехал отец, — вздохнула Катарина и поднялась наверх к мужу. — Дочь, — остановил Обид Катарину. — Да, пап. — Вам вдвоём нужно отдохнуть. — Как видишь, у нас дети, как тут с ними отдохнёшь, бабушка и дедушка со стороны мужа не могут постоянно сидеть с ними, — сказала Катарина. — Я могу, — заявил Обид. Катарина удивилась заявлению со стороны отца и даже представила, как он нянчится с внуками. Да, когда она была маленькая, отец уделял ей достаточно времени, но Адела и Карел — не Китти в детстве. — Не сомневайся в моих воспитательских возможностях, дочка, я найду язык с внуками, — заверил Обид. Обид был прав, Катарине и Вацлаву нужен небольшой отдых, в последнее время, Вацлав опять начал перерабатывать, да и ещё из ниоткуда свалившийся на голову Боб Пэйдж, всё это здорово может подкосить здоровье Вацлава. Когда Катарина пришла в спальню, Вацлав начал приходить в себя, сыворотка, которая она ему вколола, подействовала. — Как дети? — тихо спросил Вацлав у жены. — Отцу удалось их успокоить, — так же тихо ответила Китти. Катарина сняла с себя одежду и, надев ночную рубашку, легла рядом с мужем. Она взяла его правую руку и прислонила к своей щеке. — Никто не заставит меня усомниться в твоей любви ко мне, — тихо произнесла она. Надо было как-то успокоить мужа, Китти по его глазам видела, что он до сих пор не расслаблен, она приподнялась на подушке и, прислонившись к Вацлаву, вновь начала напевать абканскую колыбельную, которую она раньше пела сыну, что бы тот перестал плакать и уснул. Катарина как-то спросила у своего отца, который посвятил свою жизнь изучению давно исчезнувшего племени Абкани, о чём поётся в этой колыбельной, и отец рассказал ей, что это песня оберег, что когда индианка поёт её своему новорождённому ребёнку, она не только успокаивает его, но и защищает от многочисленных сил тьмы, которые преследуют новорождённых. Вацлаву как раз нужна такая защита, поэтому Китти напевала абканский мотив от всей души. На Вацлава эта песня действовала, как снотворное, он заснул умиротворённым с улыбкой на лице, поняв что муж уснул, Катарина перестала петь, и, обняв мужа, уснула сама.

Глава 7

Глава 7

Утром дети, как всегда стояли возле родительской спальни, только на этот раз они не кушать просили, а беспокоились состоянием отца и хотели узнать, как он себя чувствует. Первым проснулся Обид Мортон, увидев стоящих возле родительской спальни детей, он спокойным голосом объяснил им, что родителям надо отдохнуть и спросил, что они едят на завтрак. — Мама и папа обычно готовят кнедлики, но мы не голодны, — тихо произнесла Адела. — Нет, так не пойдёт, умойтесь и садитесь за стол, — сказал Обид и пошёл на кухню. Готовить чешскую еду профессор Мортон не умел, поэтому он обратился к кулинарной книге с чешскими рецептами, которая всегда лежала на столе у его дочери. Пока дед был занят готовкой кнедликов, внуки не на шутку волновались за состояние своего отца. — Сестра, как ты думаешь, папа поправится, — со слезами на глазах спросил Карел. Адела, которая всегда сохраняла своё хладнокровие и трезвый разум, первый раз не знала, что ответить своему брату. Карел не выдержал и заплакал. — Сестрёнка, мне страшно, — плача сказал брат. — Мне тоже, — еле слышно проговорила Адела. Услышав плач своих внуков, Обид оставил готовку и пришёл к внукам, что бы их утешить. К приходу дедушки в общую душевую, брат и сестра уже не сдерживали своих слёз. — Что тут происходит? — поинтересовался дед. Брат и сестра плача бросились к дедушке в объятия. — Ну что вы, вашим родителям меньше всего сейчас нужны слёзы, — пытался ободрить внуков Обид, но те ещё больше начали плакать, опасаясь за здоровье своего отца, они никогда не видели папу в таком состоянии. Дети плакали и мыться не собирались, так что их деду пришлось умывать двоих, он ещё помнил, когда мать Катарины работала с утра до вечера, и ему приходилось брать отпуск и растить в отсутствие жены дочь. После того, как профессор Мортон помог внукам умыться, он вернулся за готовку. На втором этаже раздались тихие шаги, это Вацлав проснулся, он закутался в махровый халат и пошёл в душевую, что бы помыть и остудить голову, Катарина ещё спала, и он не стал будить свою жену. — Папа, папа, — радостно и тревожно закричали дети, и бросились к отцу на руки. — Ты смотри, кто у нас тут, — радостно улыбнулся Вацлав, поочерёдно беря детей на руки. — Как ты, Вацлав? — окликнул Обид зятя. — Спасибо Катарине, если бы не она, я бы не оклемался сейчас, — признался Коллер. — Ты заставил поволноваться всю семью, — сказал Обид зятю. — Понервничал просто, — виновато ответил Вацлав. Дети видя, что их отец пришёл в себя, немного ободрились и спустились к столу вместе с отцом. Катарина спустилась к завтраку последней, первым делом она поинтересовалась у мужа, как он себя чувствует, хотя по виду Китти, было видно, что она сама сейчас не в духе. Ничего не сказав, Коллер обнял свою жену и чмокнул её в щёку, по этому жесту Китти поняла, что мужу лучше. — Чем таким пахнет? — поинтересовалась Катарина. — Твой отец готовит нам завтрак, — улыбнувшись, ответил Вацлав. Кнедлики немного подгорели, но зато было видно, что они сделаны от души, супругам Коллер оставалось только поблагодарить Обида за помощь в готовке завтрака. — Ну что вы, вы моя семья, я просто не могу не помочь, — вежливо ответил Обид, после чего предложил Китти и её мужу выбрать место для отдыха, о котором он вчера говорил с дочерью. — Может в другой раз, пап, дети заметно перенервничали, и если мы так просто уедем, то заставим их понервничать ещё, — сказала Китти отцу. — И не просто, сегодня мне утром пришлось их успокаивать, — признался Обид. — Ты о чём? — тревожно спросил Вацлав зятя и посмотрел на сидящих рядом с ним детей, которые с огромным аппетитам поедали кнедлики. — Переживали за тебя, Вацлав, даже расплакались, — вздохнул Обид. — Ну тем более, мы никуда не сможем поехать без них, к тому же в нашей «империи» прислушиваются и к самым младшим, — подмигнул Вацлав детям. Отдохнуть от дел всё равно нужно было, поэтому Китти предложила мужу и детям отдохнуть вместе в Карловых Варах, тем более, что даже во время инцидента местные жители хорошо относились к своим аугментированным согражданам. — Ну дети, что скажите, как насчёт отдыха в Карловы Варах? — спросил Обид у внуков. Карел и Адела прервали трапезу и сначала переглянулись между собой, а потом вопросительно посмотрели на деда, они однозначно протестовали. — Успокойтесь, Вы поедите с родителями, — твёрдо сказал Обид. — Тогда мы согласны, — закивали Карел и Адела. — Что ж, дорогие мои, пока вы отдыхаете, я присмотрю за домом, — улыбнулся Обид. После завтрака Вацлав достал справочник и, найдя в нём список отелей в Карловых Варах, позвонил по первому попавшемуся номеру: — Здравствуйте, у Вас есть свободные номера в гостинице? — На сколько человек? — На четырёх. —Да, есть, на кого бронировать? — На мистера и миссис Коллер, и если можно, то на завтра, — ответил Вацлав. — Как раз на завтра такой номер и есть, — ответил администратор. Вацлаву не терпелось выехать на отдых, после звонка в гостиницу, он вместе с остальными членами своей семьи начал собирать чемоданы, теперь когда обстановка в мире стабилизировалась, чета Коллер могла отдыхать не только в Островной империи, но и в ближайших курортных городах, включая и Карловы Вары. Перед тем как сесть в автомобиль, Вацлав отключил у себя не только инфолинк, но и мобильный телефон, что бы никто не доставал его звонками. Попрощавшись не надолго с Обидом Мортоном, чета Коллер вместе с детьми села в машину и выехала по направлению к Карловым Варам. — Так, юная леди, — обратился Вацлав к дочери, — пообещайте мне, что на отдыхе Вы будете вести себя так, как ведут себя все девочки. — Я что, не так себя веду? — удивлённо посмотрела на отца Адела, не понимая, что хочет от неё отец. — Милый, тебе точно нужен отдых, а то ты уже свою родную дочь не узнаёшь, — шутливо сказала Китти. — Я просто хочу, что бы на отдыхе Адела занималась тем, чем обычно занимаются девочки её возраста, — сказал Вацлав и посмотрел в сторону дочери. — Хорошо, пап, я постараюсь, — сдержанно проговорила Адела. — Вот и славно, — улыбнулся Вацлав. Все эти разговоры отца и дочери повеселили не только сидящего рядом с Аделой Карела, но и Китти, которая не выпускала из рук баранку автомобиля. — Да, — улыбнулась про себя Катарина, — против родной крови не попрёшь. Поездка до Карловых Вар заняла весь день, что бы дети и муж по пути не проголодались, Катарина взяла с собой термос с горячим чаем и контейнер с домашней едой, и как только компания начинала голодать, Китти притормаживала машину где-нибудь на обочине дороги и доставала из багажника еду. — Мам, мы скоро приедем? — спросил Карел у матери. — Да, сынок, ещё час езды, — ответила Катарина сыну. На пол пути до цели всю компанию за исключением Катарины сморил сон. Дети мирно спали в детских креслах, Вацлав тихо посапывал на переднем сидении рядом с женой. Что бы самой не заснуть, Катарина выпила две чашки чая. Наконец семья благополучно подъехала к отелю, где Вацлав забронировал номер для семьи. — Вашек, просыпайся, мы приехали, — начала тормошить Катарина мужа. — А… что… — сонно произнёс Вацлав. — Мы на месте, — шёпотом произнесла Катарина. — Ладно, сидите здесь, я всё сделаю, — сказал Вацлав жене и, выйдя из машин, пошёл к отелю. Катарина тем временем тоже вышла из машины и, открыв багажник, достала из него все вещи. Вацлав вернулся к машине с портье, который взяв в руки всю поклажу четы Коллер, понёс её их номеру. Катарина и Вацлав взяв в руки спящих детей и поставив машину на сигнализацию, сели в лифт и поехали к своему номеру. Утром первым проснулся Вацлав, он проснулся от того, что яркое июньское солнце пробилось сквозь достаточно плотную гардину и светило ему прямо в глаза. Катарина, как и дети продолжали спать, не обращая внимание на солнце. — Хорошо-то как, — подумал Вацлав и, вдохнув воздух, перевернулся на другой бок. Как он не пытался поспать подольше, у него не получалось, он хорошо поспал в машине. Вскоре под боком у Коллера зашевелилась Катарина, она тоже начала просыпаться. — Dobré ráno princezno1, — ласково проговорил Вацлав и провёл своей рукой по мягким волосам жены. — Привет, красавчик, — улыбнулась Катарина. Встав с кровати, Китти проверила детей и, убедившись, что с ними всё хорошо, заказала завтрак в номер, после чего вновь легла в кровать к мужу. — Как спалось? — поинтересовалась она у мужа. — Спал без задних ног и без передних тоже, как там дети? — поинтересовался муж. — Их так уморило в машине, что они до середины дня проспят, — ответила Китти.

1 Доброе утро принцесса (чешск.)

Глава 8

Прогнозы Катарины, на счёт того, что дети проспят до середины дня, не подтвердились, Адела и Карел вскочили со своих кроватей, и в бежав в комнату к родителям, тут же плюхнулись к ним на кровать.

— Да, — подумал Вацлав, не надо было говорить Аделе, что бы она вела себя как обычные маленькие девочки.

— Ну что, выспались? — спросила Катарина у ребят.

— Да, — кивнула Ади.

— А ты Карел? Ты всю дорогу до гостиницы проспал, — поинтересовалась мать. Карел только кивнул. Дети, не сводя глаз с родителей, спрашивали, что у них на завтрак и когда узнали, что еда будет не домашней, тут же запротестовали.

— Никаких "но" юная леди, здесь тебе никто домашнюю пищу готовить не будет, — строго произнесла Катарина, дав понять дочери, что если она не будет слушаться маму и папу, то её не пустят плавать в бассейн и не дадут играть в детской комнате.

— Это касается и тебя, Карел Коллер, — пригрозил Вацлав сыну. Дети виновато переглянулись между собой и поняли, что если они не будут слушать родителей "не получат сладкого". Своих детей чета Коллер воспитывала в строгости, никаких поблажек родители детям не делали, свои любимые конфеты дети получали только после обеда или ужина, но никак не до ужина. Большинство хлопот своим родителям доставлял непоседа Карел, бывало он гонял мяч не только по улице, но и по дому, и пару раз задевал вазы с цветами, за это его пару раз ставили в угол и давали наказ, что если он так ещё сделает, то больше свой любимый мяч не увидит, что касаемо Аделы, то хоть она и растёт пай девочкой, иногда ленится убирать за собой комнату, в угол её конечно не ставили, но говорили, что она не пойдёт гулять на улицу до тех пор, пока не уберётся в комнате. Когда Катарина делилась своими методами воспитания с другими мамами, то они просто хватались за головы и причитали "мол как так, наказывать детей", тут же начинали втирать про некие права для детей, которые и знать не знают про эти права, всё это западное воспитание проникло вместе с толерантностью и прочим бредом в восточную Европу, включая и Чешскую республику, впрочем инцидент Панхеи показал, что вся эта толерантность просто пустышка, а что касаемо воспитания детей, то супруги Коллер воспитывали своих сына и дочь так же, как когда-то воспитывали их родители.

Когда в номер привезли завтрак, Катарина сделала замечание детям, что бы они умылись перед завтраком, а потом уже садились за стол завтракать.

— Мам, а ты мне бантик в косичку заплетёшь? — невинным языком спросила Адела.

— Конечно заплету, а пока иди умойся, — улыбнулась Катарина. Дети пошли умываться. Слава Богу, что в номере две ванных комнаты, и родителям не приходилось ждать пока их дети помоются. Дети умылись первыми и первыми засели за стол, на завтрак привезли каши и творог с кусочками фруктов, Катарина пыталась готовить детям такую еду, но они тогда только носы кривили, только увидев такую еду. Вот и сейчас, увидев кашу с творогом, оба начали кривить носы.

— Слышали, что мама сказала, — дал наказ Вацлав, — если не съедите тарелку с кашей, то никаких игр на улице. На этот раз дети не слушали родителей и не притронулись к еде, тогда Катарина сменила родительский гнев на милость и сказала, что покормит их обоих с ложки. Вацлав был категорически против такого кормления, заявив, что так кормят только тех, кто не в состоянии держать ложку сам.

— Вот как, а у тебя есть другой способ противостоять детскому бунту, — скривила Катарина, глядя на мужа. Муж только руками развёл, но заявил при этом, что так дети ещё больше задержатся на шее у родителей. Первый раз Катарина была не согласна со своим мужем, всё это напряжение только ужесточило его, а ведь он до этого был таким весёлым и беззаботным парнем. Ссориться с мужем, а тем более на отдыхе Катарине совершенно не хотелось, поэтому она в шутку заявила, что после детей покормит и его, ведь дети так переживали за самочувствие отца, видя как он чуть не развалился на части, конечно стоит держать детей в строгости, но не сейчас. Видя недовольный вид жены, Вацлаву оставалось только извиниться перед ней и перед детьми.

— Мам, а что с папой? — едва слышно спросил Карел.

— Просто папа сильно перенервничал перед этим, ничего, он скоро вернётся в норму,— ответила Катарина сыну, а про себя подумала. — Ну держись, Боб Пэйдж, за это тебе придётся отвечать.

— Это всё из-за нас, братик, — виновато проговорила Адела. — Надо слушаться родителей и делать всё, о чём они говорят. Карел согласился с сестрой и тут же начал есть кашу, показывая маме и сестре, что он послушный мальчик. Дети ели, а вот самой Катарине есть без мужа совершенно не хотелось, поэтому Китти решила, что устроит вечером небольшую разрядку для Вацлава, а пока надо вернуть его обратно в семью. Катарина встала из-за стола и пошла на балкон к мужу.

— И это тот самый доктор Коллер, который научил меня быть самой собой? — задала риторический вопрос Катарина. — Эй, мы же не позволим какому-то падшему иллюминату испортить нам отдых. Вацлав взял жену за руку и притянул к себе, Китти не стала сопротивляться и села к мужу на колени. Вацлав отставил тарелку с творогом и, обняв свою жену, сказал:

— Прости меня, моя богиня.

— Я то прощу, куда же я без тебя, а вот дети, они вчера переживали за тебя, не меньше, чем я, — упрекнула Китти мужа. Вацлав понял, что он облажался и притом крупно облажался перед своей семьёй, и решил извиниться перед своими детьми за то, что он заставил их есть кашу, если не хотят, пусть не едят. Когда Коллер вернулся обратно в комнату, дети уже доели всю кашу и, увидев отца, бросились ему на руки.

— Пап, прости нас, мы будем тебя слушаться, обещаем, — виновато проговорил Карел.

— Да, прости нас, папочка, — улыбаясь и обнимая отца, проговорила Адела.

— Это вы меня простите, — виновато сказал Вацлав, обнимая своих детей.

После завтрака чета Коллер вместе с детьми решили прогуляться по городу, а заодно посмотреть, есть ли тут места для отдыха. Туристов в городе было немного, прошлое давало о себе знать, в основном тут отдыхали от своих тяжёлый дел аугментированные чехи.

— Надеюсь, мне не придётся подкручивать их аугментации, — шепнул Вацлав жене.

— Ты лучше о себе подумай, милый, а то тебе никакая сыворотка Соколова не поможет, — шепнула мужу Китти.

— Ты права, моя принцесса,— улыбнулся Вацлав и чмокнул жену в щёку.

— Пап, мам, а когда мы пойдём в бассейн? — вдруг спросила Адела, сидя на плечах отца.

— Уже идём, милая, — ответил отец.

Поездку в Карловы Вары никто из семейства Коллер не планировал, но купальники для всей семьи были куплены давно, в том числе и плавательные круги, и манжеты для детей, а так же был куплен цветастый пляжный мяч. Придя в бассейн, вся компания сразу стала переодеваться в купальники и плавки, Вацлаву и Карелу в этом плане повезло куда легче, они просто сняли с себя одежду, и Вацлав помог сыну надеть плавательные манжеты и, подхватив его на руки, пошёл с ним купаться, пока Китти и Адела возились с купальниками.

— Девчонки, вы идёте? — раздался голос Вацлава.

— Да, пап, — весело откликнулась Адела.

— Адела, детка, бери свой круг и идите к отцу и брату, только осторожно будь, — сказала Китти дочери, надевая свою купальник. Взяв плавательный круг, Адела побежала к отцу и брату, которые уже во всю веселились в бассейне. Вацлав полностью отошёл от утреннего конфуза и стал учить сына плавать.

— А мама где? — шутливо спросил отец у дочери.

— Сейчас придёт, — ответила Адела, осторожно спускаясь к бассейну. С самого момента рождения своих детей, супруги Коллер решили, что учить плавать их будут не в лягушатнике, а во взрослом бассейне при полном присмотре одного из супругов. Поначалу думали, что дети будут бояться шагнуть в бассейн с водой, но оказалось наоборот. Адела хоть и первый раз плавала в бассейне, но ей нравилось плескаться в воде, даже если она не плавает, а зависает на месте.

— Ади, так дела не пойдут, ты должна плавать, а не стоять на месте, — сделал отец наказ дочери.

— А я и так плаваю, пап, — весело сказала Адела отцу. Вацлав, придерживая сына одной рукой, подплыл к дочери и, подцепив её круг другой, перетащил барахтающуюся на одном месте дочь на середину бассейна.

— Постарайся перевернуться на живот и греби руками, — показал Вацлав дочери.

— Хорошо, пап, — улыбаясь, сказала Адела и попыталась лечь на живот, но плавательный круг не позволил ей выполнить наказ отца.

— Да, один я за вами не усмотрю, Китти, ты там где, мне одному с двумя детьми не справиться, — окликнул Вацлав жену.

— Уже иду, милый, — откликнулась жена, и через минуту, уже нырнула в бассейн. Пока жена учила плавать сына, Вацлав помог дочери перевернуться на живот, для Аделы это были новые ощущения, и она от неожиданности вцепилась отцу в руку.

— Ади, ты чего? — чуть смеясь, спросил Вацлав у дочери. Адела не ответила, так и продолжала держаться за прохладный карбоновый протез отцовской руки. Хорошо, что Вацлав установил на свои протезы аугментацию позволяющую ему чувствовать прикосновения людей, поэтому он легко чувствовал цепкие руки своей дочери.

— Похоже, она считает тебя своим спасательным кругом, — сдерживая смех, произнесла Китти.

— Нет, дочка, так не пойдёт, ты должна учиться плавать, — с серьёзным видом, сказал отец.

— Ты себя то в её возрасте помнишь? — спросила Катарина у мужа.

— Ты думаешь, я плавать не умею, в детстве как только родители брали отпуск, так частенько наведывались в этот город, и я, не смотря на свои карбоновые руки, хорошо умею плавать, — ответил Вацлав. Вацлаву всё же удалось отцепить дочь от своей руки и, уложив её на живот, начал учить плавать, показывая как нужно. Карел уже наплавался в бассейне и попросился на отдых, Китти подхватила сына на руки и вытащила его из бассейна, хорошо что в бассейном комплексе, была детская комната, туда она и отнесла сына, после чего, она вернулась к мужу и дочери.

— У нас уже получается, — весело проговорила Адела.

— Не совсем, — признался Вацлав.

— Ты не устал, я могу поучить дочку плаванью? — предложила Китти мужу.

— Неа, играя с этими карапузами, я забываю обо всём, — радостно ответил Вацлав. Что бы проверить, как Адела учится плавать, Катарина отплыла подальше от мужа с дочерью и, вытянув руки, позвала дочь плыть к ней. Адела, всё ещё отчаянно барахтаясь в бассейне, поплыла к матери.

— Руками работай, Ади, — окликнула Китти дочку. Наконец с горем пополам Адела доплыла до матери, а потом так же доплыла до отца.

После бассейна вся семья наведалась в коктейль бар, где все заказали себе полезные фитококтейли, дети протестовать не стали, дабы не расстраивать родителей и без истерики выпили свои коктейли.

— Ну как отдых? — видя здоровый румянец на щеках мужа, спросила Китти.

— Нужно было с собой камеру взять, — улыбнулся Вацлав.

— Мы же решили, что никакой техники брать с собой не будем, — задорно улыбнулась Катарина.

— Да, но всё же надо было снять на видео, как наши карапузы учатся плавать, — чуть смеясь, сказал Вацлав и посмотрел на детей.

Глава 9

День близился к вечеру, и вся семья решила вернуться в свой номер. Весь день, семья Коллер посветила прогулкам по красивым улочкам Карловых Вар и полезным процедурам. И если Вацлав уже забыл про то, что понервничав, чуть не остался без рук, то Катарина об этом не забыла и всячески поглядывала на мужа, который на сей раз усадил себе на шею слегка подуставшую Аделу.

— Что ж, пора возвращаться домой, — сказала Китти семье.

— Да, я согласен, а то дети слегка подустали, — согласился Вацлав.

— А как сам?

— Если ты про руки, то с ними, как и со мной всё в порядке, — шепнул Вацлав.

— Рада слышать, — улыбнулась Китти.

Вацлав просто удивительный человек, он легко забывает про неприятности и боль, которую ему причинили, и вновь, как ничего не бывало, продолжает радоваться жизни и заряжать всех своим оптимизмом, за эту черту Катарина и полюбила его: за его открытость и жизнелюбие — и она готова на всё, ради того, что бы муж и отец её детей оставался таким же жизнерадостным. Вот и на этот раз. После сытного ужина, детей окончательно уморило и они, почистив перед сном зубы, легли спать, Вацлав развалился на своей стороне кровати перед телевизором, Китти решила устроить ему приятный сюрприз, точно такой же, который она устроила ему на его юбилей. Правда красивую юкату* так же, как и гэта** она оставила в Праге, так что ей пришлось немного поработать, что бы своими умелыми руками превратить цветастый чешский халат в японское кимоно. Перед тем, как переодеться в импровизированное кимоно, она позвонила в ресторан и заказала тропический коктейль из разных тропический фруктов.

— Простите, но то, что Вы заказываете, мадам Коллер, у нас пока нет, приносим свои извинения, — ответили в ресторане.

— А ананасы, дыни, арбузы и обычное молоко у Вас есть? — поинтересовалась Катарина.

— Это есть, — ответили в ресторане. Тогда Китти заказала ананасы с дынями, арбузами и молоком, а хотелось заказать папайю, личи и маракую с кокосовым молоком, уж это молоко точно должно было быть, ведь его добавляют в любые торты и пирожные. Пока ресторан занимался заказам Катарины, она намочила своё тело, что бы чешский халат-кимоно прилип к её телу, и распустила волосы. В дверь постучали.

— Иду, иду, — тихо отозвалась Китти и посмешила к двери.

— У кого-то День рождения? — спросил официант.

— Нет, просто хочу сделать приятное мужу, — вежливо улыбнулась Китти и, поблагодарив официанта, прикатила тележку в номер. Вацлав так расслабился перед телевизором, что не заметил, как Китти возилась в ванной и прикатила еду в номер.

— Кто заказывал гейшу? — войдя в спальню к мужу, ласково, и улыбаясь, произнесла Китти.

— Бог мой, Катарина, ты выглядишь божественно, — произнёс Вацлав, выронив пульт из рук. Да, он всё же смог сделать из своей властной на первый взгляд жены нежную гейшу, она та, которая сменила всю свою власть и силу, на него одного, а позже и на двух замечательных детишек, и почему она думает, что увидит в зеркале отражение своего могущественного предка, она далеко не похожа на Ричарда Мортона. Китти, всё ещё держа в руке поднос с фруктами и молоком, легко стряхнула со своих стоп шлёпанцы и так же грациозно села рядом с Вацлавом, после чего стала кормить его фруктами с молоком.

— Ты обращаешься ко мне так, как будто я бог, — тихо прошептал Вацлав.

— Так и есть, ты для меня бог, а это небольшая жертва тебе, — нежно прошептала Китти, скармливая мужу кусочек арбуза. Вацлав послушно открывал рот, когда Китти подносила ему кусочки фруктов, остатки фруктов она выжала в стакан с молоком и, перемешав его своим пальцем, поднесла ко рту мужа.

— Теперь ты, — тихо смеясь, произнёс Коллер.

— Как скажешь, любимый, — улыбнулась Катарина и сделала глоток молока.

Капелька молока попала Катарине на грудь, Вацлав осторожно приподнялся на кровати и, прижав жену к себе, нежно поцелуем слизал каплю с её груди. Китти еле удержалась, что бы не засмеяться, после чего поставила бокал с молоком на тумбочку и, опираясь на грудь мужа, поцеловала его в губы, после чего перешла на его шею и грудь. Вацлав одним пальцем правой руки развязал халат Катарины, за это время её тело успело высохнуть, и халат скатился на её бёдра.

— А ты всё та же богиня, которую я однажды встретил, ни капли не изменилась, — тихо произнёс он, лаская груди своей жены. От прикосновений карбоновых рук своего мужа, Китти неожиданно вскрикнула.

— Тише, дети спят, — прикрыл он рот жены.

— С тобой тихой не будешь, — прошептала Китти. Вацлав продолжил ласкать грудь жены, мешая ласку с поцелуями, Китти пришлось закусить губу, что бы не застонать и не разбудить детей. Тут Китти почувствовала набухшее от возбуждения мужское достоинство своего мужа через одеяло, она осторожно опустила на него руку и начала его ласкать, Вацлав так возбудился, чувствуя руку жены на своём половом органе, и слегка приоткрыл рот, Китти наклонилась и страстно вцепилась своими губами в губы Вацлава. Найдя удобный момент, Вацлав обхватил жену двумя руками и прижал её к кровати, после чего продолжил целовать грудь своей супруги, дразня её чувствительные соски, прохладными карбоновыми руками. Из груди Китти вот-вот вырвется стон, она хотела присесть на кровати, но Вацлав плотно удерживал её руки своими, она даже не представляла, что он может оказаться таким сильным, поэтому она могла его целовать только тогда, когда он наклонялся к ней.

— Хочешь взять инициативу на себя? — игриво спросил Вацлав у жены. Китти кокетливо кивнула, тогда муж ослабил хватку, и Китти смогла присесть на кровати, она обхватила голову мужа руками и, не отпуская её, целовала своего благоверного, сначала в губы, а потом перешла на шею и грудь.

— Ты дразнишь меня, шаловливая богиня, — едва слышно проговорил Вацлав, чувствуя напряжение внизу живота.

— А ты? — ехидно прошептала жена. Одним движением Вацлав уложил жену на спину и, придерживая одной рукой её руки, раздвинул ей ноги. Катарина закатила глаза, чувствуя, как Вацлав плавно входит в неё, при том продолжая покрывать её шею влажными и жаркими поцелуями.

— Ох, — вырвалось из груди Катарины.

— Тише, моя сладкая, ты же не хочешь разбудить детей, — улыбаясь, произнёс Вацлав.

— Да, мой милый, — с истомой прошептала Катарина, чувствуя, как Вацлав набирает темп, после чего по её телу разлилось тепло, и Китти утонула в неге.

— Спокойной ночи, красавица, — сказал Вацлав жене и, поцеловав, уснул.

Глава 10

Утром чету Коллер как всегда разбудили дети, это хорошо, что после бурной ночи супруги накрылись одеялом, а то дети бы пришли в ужас, видя голых родителей. Рано им ещё познавать все прелести взрослых тел.

— Мама, папа — радостно вскочили дети на кровать родителей.

— Ты посмотри кто тут у нас — произнёс Вацлав потрепав волосы дочери, а затем и сына. Китти всё ещё спала и не почувствовала, как дети плюхнулись рядом с ней на кровать.

— Идите умываться — тихо приказал Вацлав детям.

— А кто меня причешет? — так же тихо спросила Адела. Чтобы не разбудить жену, Вацлав решил сам расчесать волосы дочери, благо ему ни раз приходилось так делать, когда Катарина раньше всех уходила на работу, или с утра до ночи дежурила в "Машине времени". Как примерный отец, Вацлав помог дочери одеть её любимое красное платье, и отведя дочь в ванную комнату, стал аккуратно расчёсывать ей волосы.

— Больно пап — пожаловалась Адела, когда Вацлав нащупал расчёской колотун в волосах дочери.

— Да у тебя в волосах птичье гнездо — пошутил отец.

— Что? — испугалась Адела и стала трясти головой.

— Я пошутил дочка, но оно будет, если не будешь следить за своими волосами — поучительно, сказал отец, подумав о том, что дочери следует подстричь волосы.Пока Вацлав расчёсывал волосы дочери, Карел чистил зубы, ему понравилось, то как отец причёсывает дочь, и попросил, что бы Вацлав тоже причесал его, на что строгий но справедливый отец ответил:

— Карел, ты не девочка, это девочкам надо помогать, а ты будь так добр, возьми свою расчёску и причеши себя сам.

— Да отец — виновато сказал Карел и стал причёсываться. Вскоре проснулась и Китти, к этому времени дети уже были причёсаны и одеты.

— Мам, смотри какие косы заплёл мне папа — похвасталась Адела.

— Оу, да папа у нас профессионал в своём деле, скажи, у тебя в семье случаем сестёр не было? — поинтересовалась Катарина.

— Случаем нет, но будь другое время, я бы хотел, что б они были — улыбнулся Вацлав.

Семья Коллер на этот раз не стала заказывать еду в номер, а спустилась к завтраку в столовую. Сегодня в столовой на завтрак были кнедлики, и хоть они были слеплены не мамой, дети совершенно спокойно их уплетали за обе щёки. Вся семья обедала и завтракала за большим столом, днём ранее соседние места рядом с ними пустовали, а сегодня рядом с четой Коллер уже сидела молодая пара, судя по их виду они тоже были чехами. Первым представился молодой человек, как оказалось его Зденек а его девушку зовут Вера.

— Очень приятно, я Вацлав, а это моя прелестная супруга Катарина, и наши цветы жизни Адела и Карел — представился Вацлав.

— Ваша фамилия Коллер, ведь так? — Спросил Зденек.

— Так и есть, мы все тут Коллеры — улыбнулся Вацлав. Оказалось что Зденек учится на нейротехнолога, и он ни раз слышал о известном на всю Прагу а теперь и весь мир докторе Коллере, правда видел его всего раз на обложке журнала "Наука".

— Мне очень приятно, Зденек, но я тут на отдыхе с семьёй, отдыхаю от работы, но в любое время ты можешь найти меня в моей клинике — вежливо сказал Вацлав.Зденек выглядел общительно, а вот его спутница Вера, выглядела весьма зажато, и за время завтрака она так и не перемолвилась словом ни со своим молодым человеком, и не с кем либо из семейства Коллер, а вот Китти смогла углядеть в глазах столь юной особы то, что в 2029 году было у всех людей:

— Ну да — хмыкнула про себя Катарина — не приятно сидеть за одним столом с аугом, я видела как ты... милочка, смотрела в сторону, что бы не смотреть на аугментированные руки моего мужа. Вот только этот ауг счастливый отец и муж, а у тебя вряд ли вообще что либо сложится в личной жизни, когда ты пускаешь в своё сердце злобу и ненависть, то эти низменные чувства как паразиты, они отравляют сердце и душу, и паразитируют на таких светлых и тёплых чувствах как любовь и радость. Вацлав тоже заметил напряжённую атмосферу за столом, и что в городе где во времена гонения аугов, аугам только сочувствовали и выступали против "Акта о восстановлении человечества", появились такие особы, но он сделал вид, что не замечает.

Позавтракав, супруги Коллер вместе с детьми пошли гулять по городу, попутно заходя в местные магазинчики, что бы посмотреть на то, что там продаётся.

— Вацлик, как ты думаешь ? — обратилась Китти к мужу.

—Да, дорогая.

— Зденек может составить тебе конкуренцию?

— Не думаю — отмахнулся Коллер — да и замена у меня уже на подходе. С этими словами Вацлав посмотрел на мирно гуляющую с ним под руку Аделу. Не смотря на то, что Адела являлась "женской копией" своего отца, и она часто любит засиживаться дома за каким-нибудь конструктором, если ей нравится прогулка с родителями, то она может вовлечься в это и совершенно спокойно гулять с ними. Вот и сейчас Ади вела себя как все девочки в её возрасте, держала отца за руку, пританцовывала на ходу и напевала себе под нос какую-то песенку. Тут Вацлав увидел на стене одного из зданий объявление о том, что в санатории где он вместе с семьёй остановился, будет вечер танцев и предложил жене сходить на эти танцы.

— Ноя не умею — призналась Катарина.

— Тоже самое, ты говорила мне в Карнаке, но потом ты всё же научилась — подмигнул Вацлав.

— Но если ты научишь меня этому, то да — согласилась Китти. Тут в разговор вмешалась Адела, она просила отца и её научить танцам, что вызвало улыбку на лице обоих родителей, наконец-то Ади решила вести себя как ведут девочки её возраста, всё же не женское это дело собирать конструкторы и проектировать протезы и аугментации к ним.

— Конечно научи — Вацлав подхватил дочь на руки, и закружил с ней по улице. Дочери это нравилось, она то и дело то смеялась то просила ещё покружить её по улице.

— Боюсь, дочка, если мы и дальше будем так кружиться, то у твоего папы закружится голова — признался Вацлав дочери.

Китти предложила мужу вернуться обратно в санаторий, чтобы если уж на то пошло, подготовится к танцам. Вацлав согласился, хотя по виду жены понял, почему Китти вдруг решила подготовится к танцам, это всё из-за Веры — девушки Зденека, которая явно была настроена против аугов, и что если она вместе со своим парнем тоже будет на танцах, Китти решила показать ей на что способны аугментированные.

— Я ещё сегодня утром это понял, Китти, мне самому не приятно сидеть за столом с тем, кто ненавидит тебя за то, что ты на него не похож — шепнул Вацлав жене. За все прожитые годы Вацлав не раз сталкивался с такой нетерпимостью, и каждый раз доказывал то, что не стоит судить о людях по тому как они выглядят, скорее стоит судить по их поступкам, иногда за милой внешностью скрывается настоящий монстр, так что самое главное надо быть чистым в душе, чем снаружи. Чета Коллер в месте с детьми вернулась в санаторий, и пока до танцев оставалось время, всё семейство наведалось в пустующий танцевальный зал, оба супруга по этому случаю переоделись в подходящую одежду, только дети остались в прежней одежде.

— Спорим, ты не видела меня с такой стороны? — подмигнул Коллер жене.

— Спорим, что видела — кокетливо улыбнулась Катарина. Вацлав взял жену за руку и повёл её на середину зала. Дети затаив дыхание, наблюдали за тем, как их родители танцуют.

— Я ни раз останавливался в Карловых Варах, и именно в этом санатории, и знаю, что тут танцуют Богемскую рапсодию, поэтому я научу тебя танцевать под неё — улыбнулся Вацлав.

— Даже без музыки! — удивилась Китти.

—Угу, даже без неё, просто доверься мне — прошептал Вацлав. Китти полностью доверилась мужу в этом деле, позволяя ему вести её. Пара сначала танцевала взяв за руки друг друга, а потом Вацлав закружил Катарину вокруг себя, потом супруги вновь танцевали держась за руки.

— Нет, точно надо было взять камеру — призналась Катарина — дети бы засняли, как мы танцуем.

— Будем ещё танцевать, вся жизнь у нас впереди — сказал Вацлав жене.

— Пап, а со мной потанцуешь? — обратилась к отцу Адела.

— Конечно юная леди — улыбнулся Вацлав, и посадив дочку на плечё, взял её маленькую ручку, и закружил по комнате.

Вечер танцев как раз пришёлся на детский сон, поэтому супруги Коллер уложив детей спать, пошли на танцы. К этому времени публика начала подтягиваться к танцевальному залу, среди которой присутствовала и Вера со своим приятелем Зденеком, они не заметили Вацлава с Катариной и мило беседовали друг с другом.

— Похоже она успокоилась — сказал Вацлав жене.

— Или её приятель успокоил — улыбнулась Китти ни как не ожидала того, что аниматор на сегодняшних танцах объявит конкурс на лучший танец под Богемскую рапсодию и слегка занервничала, ведь раньше она ни когда не танцевала на конкурсах, а тем более вообще не танцевала.

— Доверься мне — шепнул на ухо жене Вацлав.

— Я давно тебе доверилась, просто я раньше ни когда не танцевала на конкурсах— призналась Китти.

— Ты хочешь, что бы эта ауго ненавистница победила? — игриво шепнул Вацлав жене. Катарина замотала головой, ей ни кому не хотелось уступать пальму первенства, а тем более Вере, чья ненависть к аугментированным так и пёрла. Заиграла музыка, и аниматор попросил пары участвующие в конкурсе выйти на середину танцевального зала.

— Мы первые — заявил Вацлав и вместе с женой вышел в центр зала.

— Ну уж нет, мы Вам не уступим — ехидно улыбаясь, сказала Вера, и взяв своего парня за руку, тоже вышла на середину зала. Судя по Зденеку он не был рад тому, что им управляет эта взбалмошная особа, после них подтянулись и остальные пары. Аниматор так же попросил участников конкурса представиться и записать свои имена на бумаги.

— Прямо как на конкурсе красоты, сейчас будут спрашивать, чем мы занимаемся — сказала Катарина.

— Мы нейротехнологи, а ты ещё и управляешь книжным магазином — начал Вацлав.

— Да, мы того стоим — записывая своё имя, улыбнулась Китти.

— Танцующих учёных у нас ещё не было, так что первыми танцевать будите вы — обратился аниматор к супругам Коллер. Как только вновь врубили музыку Катарина и Вацлав вновь встали на середину зала, и начали танцевать под Богемскую рапсодию. Сначала просто отплясывали держась за руки, а потом Вацлав закружил свою супругу вокруг себя, потом подхватил её на руки, потом отпустил. Китти ещё ни когда не было так хорошо, и это вовсе не дух соперничества между женой известного на весь мир нейротехнолога и ни кому не известной девушкой Верой, просто ей ещё ни когда не было так хорошо, словно камень с души свалился.

— Что-то мне не верится, что ты раньше не танцевала — улыбнулся Вацлав.

— Нет, не танцевала.

— И даже на школьном балу?

— И даже там. Как и обещал Ричард, фамилия Мортон прогремела не только на весь Уайтчапл и на всю Англию, но даже на все Соединённые штаты, по этому я и не пошла на школьный бал, что бы не сидеть там в одиночестве — сказала Китти.

— Если бы я учился с тобой в одной школе, то обязательно пригласил тебя на бал — сказал Вацлав жене.

— Вац. ты на четыре года меня старше, вряд ли отец разрешил мне танцевать со старшеклассником — улыбнулась Китти, и игриво взяв мужа за руки, положила их на свои бёдра.

— Вижу, моей шаловливой богине, было мало вчерашней ночи — прошептал Вацлав жене, и снова закружил её вокруг себя, а когда музыка вновь утихла, супруги продолжили танцевать, прижавшись друг к другу.

Когда танцевальный конкурс был окончен, аниматор объявил победителей, и ими оказалась чета Коллер, супруги танцевали более энергично, чем остальные пары, не зря Вацлав учил Катарину танцам, хотя после таких кульбитов, Китти еле стояла на ногах, поэтому муж легко подхватил свою благоверную на руки, как будто она ни чего не весила, и понёс её обратно в номер.

— Прямо как тогда, когда мы первый раз встретились, ты взял меня за руку, и мы... — Побежали на встречу судьбе — закончил предложения Вацлав.

Глава 11

Как только отпуск закончился, всё семейство вернулось обратно в Прагу и вновь занялось своими делами. Катарина загорелась желанием нанять группу рабочих и поехать с ними на Остров тени, что бы привести в порядок данное ей в наследство поместье и сделать остров безопасным для детей.

— Милый, я на неопределённый срок должна поехать на Остров теней, ты справишься без меня? — спросила Китти у мужа.

— Не переживай, милая, уж кто-кто, а я точно справлюсь с обязанностями отца, будь осторожна там, — предупредил Вацлав жену. Перед тем, как выехать на остров, Катарина обзвонила ни одну строй бригаду, но как только рабочие понимали, куда их посылают, они сразу же отказывались от сделки, даже не смотря на предложенную им Катариной сумму.

— Может мне поехать в качестве рабочего и помочь тебе? — предложил Вацлав жене.

— А дети? — поинтересовалась Катарина.

— Отправим к моим родителям, — разрешил ситуацию муж.

— Нет, Вацлик, я не знаю и половины тайн Острова теней, так что если кому-то и суждено там сгинуть, то это будешь не ты, — сменила тон Китти.

— Ты же не суеверная, а говоришь так, как будто едешь к замку Франкенштейна, — улыбнулся Вацлав.

— Нет, но на острове полно болот и опасных мест, — сказала Катарина мужу. Наконец Китти нашла группу рабочих, которые не зная всю историю семьи Мортон, согласились поехать вместе с Катариной на остров. Китти попрощалась с мужем и детьми, пообещав им, что в свободное от реставрационных работ время, установит радио сообщение с семьёй и вместе с рабочими вылетела на Остров теней. Всю дорогу до острова Катарина давала рабочим определённые задания: нужно было выложить плиткой дорожку от пристани до поместья, покрасить заново калитку и забор вокруг дома и семейного склепа, а так же восстановить стоящие со времён Ричарда Мортона статуи, болота и каменные стелы, оставшиеся на острове со времён житья Иденшоу и его предков, Катарина трогать не стала, ей не хотелось тревожить то, что скрывают тёмные болота расположенные на противоположной стороне острова. Путь из Чехии до острова теней занял пять часов, и это при том, что Катарина летела на частном самолёте, который она наняла для полёта на остров, путь по морю занял бы несколько недель.

— Госпожа Коллер, мы приближаемся к Острову теней, — сообщил пилот Катарине. Катарина тут же разбудила спящих в самолёте рабочих и сказала им, что пора готовиться к высадке. К моменту высадки на остров, в этой части Земли было утро, но из-за постоянных облаков на острове, солнца не было видно.

— Как-то тут темно, — сообщил один из рабочих Катарине.

— Не переживайте, на острове есть генератор, благодаря которому, Вы можете работать, — вежливо сказала Китти.

— Как скажите, мадам, — согласился рабочий. Единственная рабочая бригада, которую Катарина выписала из Чехии, была бригада аугментированных рабочих, они своими карбоновыми руками не боялись таскать тяжёлые блоки и не были суеверными, как обычные рабочие. Некоторых из них Китти видела в клинике своего мужа, когда Вацлав ставил им ту или иную аугментацию. Как только рабочие высадились на острове, они сразу же преступили к своим обязанностям, выгрузив из самолёта все необходимые им строительные материалы и инструменты.

— С Вас 500 крон, — сказал пилот Катарине. Да, нанимать грузовой самолёт и набивать его строительной техникой и прочим, дело дорогое, но не для Катарины, она легко расплатилась с пилотом и поблагодарила его за предоставление ей самолёта. Пока рабочие красили забор и ровняли дорогу от пристани до дома, Китти занялась восстановлением античных статуй, благо в поместье ей удалось найти их эскизы. Катарина начала с тех статуй, что стояли у входа на террасу.

— Красивые статуи, — отметил рабочий, который красил забор.

— Да, это точно, и таких тут много, — вежливо улыбнулась Китти, не отрываясь от реставрации статуи.

— Вам помочь? — предложил свою помощь рабочий.

— Нет, тут нужен деликатный подход, — ответила Китти. Когда Катарина очистила от ракушек и грязи первую статую, то увидела, что это статуя русалки, сидящей на камне, такой же оказалась и другая статуя у входных ворот.

— Деркето, — пронеслось в голове у Катарины. Взяв два вида краски, Катарина приступила к окраске статуй, и скоро бесформенные и бесцветные статуи превратились в белых русалок с золотыми хвостами, даже рабочие, работающие рядом с Катариной, похвалили их. Китти достала из кармана смартфон и сделала пару снимков статуй с разных ракурсов, что бы показать их мужу и детям, по прилёту в Прагу.

— Закончите с забором и дорожкой, можете устроить обед, необязательно всё делать за один день, — дала наказ рабочим Катарина.

— Как скажите, госпожа Коллер, — согласились рабочие. Работа над другими статуями была немного труднее, они так сильно деформировались, что пришлось взять долото и молоток, что бы отчеканивать их по эскизам заново. Китти, как и рабочие работала, не покладая рук, хоть и чувствовала, что после такой нагрузки, у неё потом будут ныть руки.

Катарина закончила восстановление статуй и собиралась наносить на одну из них краску, но тут начало темнеть, это означало только одно, что скоро будет дождь, поэтому Катарина, оставив работу, окликнула всех рабочих и позвала их в дом, что бы они не работали под дождём.

— Вы очень добры к нам, — сознался один из рабочих.

— Конечно, вы тоже люди, поэтому во время дождя, никто работать не будет, а пока можете пообедать, — предложила Катарина. Вся рабочая группа расположилась в оранжерее, которая оказалась ближе, чем главный вход. Вскоре хлынул и дождь, сначала он просто моросил, а потом разразился настоящий ливень. Рабочие бранились, что их работа пойдёт насмарку, на что Китти ответила, что она заранее предусмотрела такую ситуацию, поэтому затарилась водоотталкивающими красками.

— Всё же в экстремальной ситуации работаем, — улыбнулась она рабочему. Работать и правда пришлось только тогда, когда дождь переставал, за это время Китти уже отреставрировала и покрасила все статуи, осталось только починить сток, что бы не затопить подвал под домом. Там всегда заедал вентиль, поэтому ей пришлось разобрать вентиль, что бы смазать его маслом.

— Ух, надо бы передохнуть, — решила Катарина и вернулась обратно в оранжерею. Во время отдыха, Китти решила связаться с мужем по старой радиостанции, которую она с мужем когда-то вытащили из подземелья и отнесли в оранжерею.

— Остров теней вызывает Прагу, Прага приём, — Китти настроила радиостанцию так, что бы сигнал от неё шёл на инфолинк Вацлава. В это время Вацлав находился дома с детьми, когда Китти вылетела на Остров теней, Вацлаву приходилось брать работу на дом, точнее проектировать протезы и аугментации у них дома, что бы немного разгрузить основную работу, как раз во время звонка Китти, Вацлав вернулся с работы домой.

— Прага тебя слышит, Китти, как дела? — радостно произнёс Коллер.

— Потихоньку продвигается, а как сам?

— Закончил работу, забрал детей из детского сада, — отчитался Вацлав.

— Ну молодцы, у нас тут дожди, приходится работать в авральном режиме, — отрапортовала Катарина.

— Когда домой вернёшься, мы по тебе скучаем?

— Дня через три наверное, я тоже скучаю, — печально ответила Катарина.

Тут Катарину окликнул один из рабочих, и она, прервав связь с Прагой, пошла узнать в чём дело. Рабочий, который работал рядом с воротами ведущими к болотам, сказал Катарине, что увидел чей-то силуэт.

— Это всего лишь игра света и тени, — заверила рабочих Катарина, но всё же, на всякий случай пошла к болотам, проверить, что так взволновало рабочих. Поначалу Китти и правда увидела женский силуэт, поднимающийся из болота, но как только она подошла поближе, то увидела нос корабля, и покрытую илом и тиной носовую фигуру.

— Это же! Но как! — удивилась Китти, осматривая фигуру на носу корабля. Тем, что увидел рабочий, оказался любимый корабль Ричарда Мортона, и предмет мечтаний его сына Арчибальда и деда Катарины Говарда — «Деркето», а крылатая фигура русалки, которая словно вылетела из болот — это сама богиня «Деркето».

— Что там, госпожа Коллер? — спросил рабочий, обнаруживший затонувший корабль.

— Это корабль, похоже болото со временем высохло и часть корабля, который был похоронен в болотах, вылезла наружу, — ответила Катарина. Китти видела изначальную карту острова теней, на момент прибытия Ричарда Мортона на остров, болот там не было, а была главная пристань, со временем часть скал обрушалась, а непрекращающиеся дожди превратили часть этой местности в болота. Рабочие предложили Катарине попытаться вытащить остатки корабля на поверхность, и она согласилась.

Но как только рабочие закрепили все тросы и начали тянуть остатки «Деркето», начались неприятности, какие-то потусторонние силы не хотели, что бы «Деркето» всплыл на поверхность. Один из рабочих чуть не упал в болото, пытаясь вытащить корабль, хорошо, что Китти подоспела вовремя и перехватила рабочего, не дав ему упасть в болото, то откуда не возьмись гроза.

— Корабль не стоит ваших жизней, оставьте его, — предупредила Катарина рабочих.

— Как скажите, хозяйка, — ответили рабочие и разошлись. Катарина положила пару досок, что бы можно было пройти к носу корабля, и стала оттирать тину и ил с носовой фигуры.

— Будьте осторожны, хозяйка, — предупредил Катарину один из рабочих.

— Буду, — кивнула Катарина и начала протирать носовую статую. Статуя была сделана из чистого золота, что не удивительно для семьи Мортон, специализирующихся на истории племени Абкани, ещё до прибытия на остров, Ричард Мортон занимался изучением их племени, из немногочисленных манускриптов он узнал о том, что индейцы Абкани считали золото священным металлом, обладающим такой же силой, как серебряная пуля или крест, но той силе, которой они противопоставляли себя и с которой сражались, кресты и серебро нипочём, а вот золотом легко можно сразить врага. Протирая статую, Катарина обнаружила, что она что-то держит в руке, присмотревшись, Китти обнаружила, что это кусочек абканского камня, точно такого же, который она когда-то носила у себя на шее в виде кулона, и точно такой она подарила мужу. Китти потянула руку и вытащила камень из руки богини Дерсерто.

— Что ж, остальное посмотрю завтра, надо мужу сообщить о находке, — решила Катарина.

— Ты нашла корабль?! — удивился Вацлав, как только жена сообщила ему эту новость.

— Точнее то, что от него осталось: носовая статуя и кусок абканского камня, который ты сейчас носишь, — сказала Катарина. Китти сообщила мужу, что как только рабочие пытались вытащить «Деркето» из болота, начались неприятности: то рабочий чуть не утонул, то гроза среди ясного неба.

— Ты осторожнее с семейными тайнами, похоже они не хотят впускать тебя к себе, а лучше возвращайся обратно в Чешскую Республику, — сказал Вацлав.

— Я знаю, как ты волнуешься, милый, корабль я пока трогать не буду, как и болота, как только закончу с реставрацией, то вернусь обратно домой обещаю, — ответила Китти.

Глава 12

Пока Катарина приводила Остров теней в порядок, Вацлав сидел дома с детьми. Всю свою инженерную работу он брал на дом, а на работе старался не задерживаться. На этот раз Вацлав решил взять небольшой перерыв в работе и провести время с детьми, и заодно разработать новые аугментации. Утром дети проснулись первыми и как всегда с криками побежали в родительскую комнату, думая, что когда они проснуться, их мама вернётся, но в родительской спальне, спал только их отец, постоянно ворочаясь в кровати. Вацлав за годы жизни с Катариной привык спать с ней в обнимку и, привык к тому, что жена частенько путает его правую руку с подушкой, а теперь когда она уехала на неопределённое время на Остров теней, ему приходилось спать в гордом одиночестве, как до встречи с Китти.

— Папа, папа, а когда мама вернётся? — хором спрашивали дети, запрыгнув к отцу на кровать.

— А это вы, проказники, мама вернётся скоро, а пока идите умойтесь, пока я готовлю вам еду, — сказал Вацлав детям.

— Пап, ты меня причешешь, как это мама делает? — спросила Адела у отца. Каким бы строгим отцом не был Вацлав, отказать дочерь в столь деликатном деле он не мог, хотя подумывал о том, что Аделе пора бы самой наводить красоту на своей голове.

— Пап, а где моё любимое платье? — спросила Адела у отца.

— Оно в стирке, а пока вот, надень вот это, — ласково ответил Вацлав и достал из шкафа дочери лёгкую майку белого цвета и такого же цвета юбку.

— Смотри, не запачкайся, — сказал Вацлав дочери, ущипнув её за щёку, и пошёл на кухню готовить завтрак. Из всех необходимых для завтрака продуктов, дома оставались только каши и творог, дети, вернувшись домой из отдыха, были рады кнедликам, что ели их даже на ужин, поэтому Вацлаву пришлось готовить овсяную кашу.

— Я знаю, что это вам не нравится, сегодня же я схожу в магазин и куплю всё, что вам нравится, обещаю, — твёрдо сказал Вацлав детям. Адела и Карел согласились. После того, как дети умылись и переоделись, Вацлав повёл дочь в ванную комнату и, поставив её перед зеркалом, стал расчёсывать ей волосы, дочь усвоила данный отцом урок и больше не вертелась на подушке так, что бы волосы путались. Расчесав волосы дочери, отец завязал их в красивый хвост, после чего взял дочь на руки и вышел с ней к столу.

— Пап, что это? — глядя на овсянку, спросил Карел у отца.

— Овсяная каша.

— Я это есть не буду, — отодвинул тарелку сын.

— Карел, отец обещал купить нашу любимую еду, а пока кушай, что дают, — погрозила Адела брату.

— Сама и кушай, — возразил брат.

— Дети, не ссорьтесь, — сказал Вацлав. Коллеру больше ничего не оставалось, как разогреть остатки кнедо-вепро-зело, которое осталось от вчерашнего ужина, и предложить это блюдо сыну.

— Надеюсь, ты это будешь, — сказал Вацлав, ставя тарелку со свининой и тушеной капустой. Карел не возражал против свинины и капусты и с радостью приступил к трапезе. Позавтракав, дети поблагодарили отца за еду и пошли подышать свежим воздухом на улицу, а Вацлав, облегчённо вздохнув, помыл за собой и детьми посуду и пошёл в свою мастерскую, проектировать новые аугментации, как и раньше он работал в одиночку, ну иногда вместе с женой, поэтому ему никто не звонил и не отвлекал от работы. Чтобы дети случайно не застали отца за испытанием на себе новых аугментаций, Вацлав закрыл дверь на замок, но это не помогло, как только он преступил к разработке, в дверь постучали.

— Пап, можно к тебе, — услышал Вацлав голос своей дочери.

— Я скоро приду к тебе, подожди, — откликнулся отец. Но Адела настаивала на том, что бы её впустили в кабинет, и Вацлав очередной раз уступил своей дочурке. Адела сказала отцу, что она хочет посидеть за одним из своих конструкторов, но Карел не даёт ей уединиться за своим любимым делом.

— В каком смысле? — спросил Коллер у дочери.

— Хочет, что бы я с ним погоняла мяч, — скрестив руки на груди, ответила Адела.

— Ладно, проходи, — отец открыл дверь и впустил дочку в кабинет.

— Я мешать не буду, обещаю, — сказала Адела.

— Что ты, принцесса, ты мне не мешаешь.

Адела не будет так просто сидеть и смотреть, как отец работает, ей тоже надо чем-то занять свои руки, поэтому Вацлав забрался на стул и снял со шкафа коробку со всевозможными деталями, интересно посмотреть, что дочь из этого смастерит.

— Вот, попробуй что-нибудь сконструировать из этого, — сказал Вацлав дочери. Адела тут же вовлеклась в процесс, она доставала из коробки разные винтики и болтики и рассматривала их так, как рассматривают цветные стёклышки. Вацлав только умилялся этому.

— Ади, сядь на диван, пожалуйста, а то запачкаешься, — дал он указ дочери. Адела, взяв коробку, послушалась отца и залезла на диван, после чего продолжила изучение всяких механизмов. Перед тем, как засесть за очередной аугментацией, Вацлав вышел из своего кабинета и проверил сына, Карел уже наигрался в мяч и засел за своими любимыми передачами.

» Мда, " — подумал Коллер: «Похоже проверку новых аугментаций придётся отложить, не хватало, что бы дети увидели меня в таком состоянии, а то испугаются и им будут сниться кошмары " — Вацлав попытался сосредоточиться над чертежом одной из аугментаций, но тут почувствовал, что кто-то тянет его за халат, это Адела запросилась на руки.

— Скучно? — улыбаясь спросил Вацлав.

— Пап, а что ты делаешь? — спросила дочка.

— Много всего, дочурка, — вежливо ответил Вацлав, и усадил дочь на руки, после чего продолжил свою работу, сидящая на руках Адела не мешала Коллеру проектировать аугментации, семья стала для него не только отдушиной, но и крепостью, где он мог забыть обо всех своих проблемах и переживаниях. Адела спокойно сидела на руках у отца и наблюдала за тем, как он разрабатывает очередной протез.

— Пап, это для чего? — полюбопытствовала Адела.

— Для того, что бы людям жилось легче, дочка, — ответил Вацлав дочери.

— Как тебе? — внезапно спросила дочь, чем привела отца в недоумение. Родители не прятали детей от реального мира, лишь ограничили их от нежелательной информации и некоторых прозападных средств массовой информации, пропагандирующие ЛГБТ и сексуальную распущенность в школах, и хоть всех западенцов вместе с фондом Сороса изгнали из Чехии вместе с Иллюминатами, всё равно некоторые из них успевают просочиться. Адела умный ребёнок, и она с трёх лет поняла, что её отец отличается от большинства жителей Чешской республики.

— Да, солнышко, как и мне, — сдавленно проговорил Вацлав.

Вацлав посмотрел на часы, стоящие на его рабочим столе, на часах было двенадцать часов дня. Поняв, что надо как-то развеяться, Вацлав предложил детям прогуляться по пригороду, а заодно и заскочить на обратном пути в продуктовый магазин, Адела и Карел согласились на прогулку с отцом. Перед выходом Вацлав проверил свой инфолинк, чтобы узнать о последних новостях в пригороде Праги. Как раз в недавно открывшемся музее началась выставка робототехники, и отец решил заинтересовать детей роботами.

— Хотите на выставку роботов сходить? — спросил Вацлав у детей.

— Да, — хором ответили дети.

— Тогда идите собираться, и мы выходим, — сказал Вацлав детям. Адела и Карел тут же побежали одеваться, правда побежала одеваться только Адела, Карел самостоятельно одеваться пока не научился, поэтому Вацлаву, прежде чем самому переодеться в летнюю одежду, пришлось сначала переодеть сына. Поскольку семья решила прогуляться по пригороду, Вацлав решил не брать машину, а пройтись пешком, сам он не уставал от прогулок, а вот если кто-то из детей устанет, то он возьмёт его на руки, либо посадит себе на шею. Малютка Адела всю дорогу шла пешком, держась за руку отца, а вот Карела частенько приходилось сажать на шею.

— Карел, — сказал отец, — если ты всё время будешь сидеть у меня на шее, то так и ходить разучишься.

— Но, пап, — попытался возразить сын.

— Никаких но, я прекрасно знаю, когда ты устаёшь, но перед выходом на улицу, ты пол дня просидел за телевизором, так что… Вацлав снял сына со своей шеи и поставил на землю. Карел начал дуться, заявив, что никуда не пойдёт, если его не посадят обратно на отцовскую шею.

— В таком случае, в музей посмотреть на роботов не пойдёшь, — сделал выговор отец.

— Нет, пап, — застонал Карел и, поборов лень, согласился идти пешком.

— Что с тобой, Карел, ты же у нас таким активным был! — удивилась Адела.

— Мне надоело бегать за мячом, — съязвил брат. Отец слышал разговор Аделы с братом, но промолчал, сейчас во всех детских садах начались каникулы, но как только они закончатся, Карел, как ничего не бывало, вернётся к футболу, ну, на крайней случай, родители найдут куда его пристроить.

— Вот мы и на месте, — сказал Вацлав детям, подходя к музею робототехники. Больше всего увидеть роботов хотелось Аделе, она дёргала отца за рукав ветровки, в которой он вышел из дома, и торопила его купить билет.

— Сейчас купим, — улыбнулся Вацлав дочери и, подойдя к кассе музея, сказал:

— Мне один взрослый и два детских.

— Боже, Вы же доктор Коллер, я читал вашу статью в журнале «наука», — воскликнул кассир.

— Да, он самый. Вот, привёл подрастающие поколение на выставку роботов, — вежливо сказал Вацлав. Кассир вручил Вацлаву билеты, и Коллер вместе с детьми прошёл в здание музея. Желающих посмотреть на роботов было достаточно, люди пришли сюда не только с окраин Праги, но и из других чешских городов. Они в основном собрались в экскурсионные группы, слушая лекции о робототехники.

— Сколько тут народу, — проговорила Адела.

— Не переживай, увидишь, — сказал Вацлав дочери и посадил дочь себе на шею, увидев, что его сестру усадили на шею, Карел тоже запросился на руки.

— Ладно, но это только ради выставки, — согласился отец и взял сына на руки.

Ребята решили не присоединяться к экскурсионной группе, а избрали свой маршрут, многие из горожан находящихся в музее, увидев Вацлава, узнавали его и даже жали ему руку.

— Пап, ты знаменитость, — сказала отцу Адела.

— Да, слава пришла неожиданно, — сказал Вацлав. Ребята шли от одного экспоната к другому, Вацлав разбирался не только в аугментациях, но и в роботах и поэтому рассказывал своей любознательной дочери всё об их устройстве. Сыну же были не понятны эти термины, его интересовали роботы, как огромные игрушки для взрослых. Закончив осмотр одной комнаты с роботами, Вацлав предложил детям сходить в музейное кафе и выпить по бокалу молочного коктейля, дети согласились, и Коллер, сняв со своей шеи детей, повёл их в кафе.

— Мне три молочных коктейля, пожалуйста, один холодный и два тёплых, — сказал Вацлав официанту в кафе.

— Хорошо, сэр, детям нужно что-нибудь ещё, — приветливо улыбнулся продавец.

— Нет, у них скоро обед, так что дочь получит шоколадку после обеда, а сыну ещё рано есть шоколад, — твёрдо заявил Вацлав. Продавец не стал больше спрашивать про сладости для детей и сказал, что коктейли скоро будут готовы.

— Пап, купишь мне робота? — спросила Адела у отца.

— А как же твой конструктор? — спросил отец.

— Я робота хочу. О игрушках в семье Коллер тоже был свой закон, у обоих детей было достаточное количество игрушек, поэтому родители иногда отказывали детям в этом деле, заявляя о том, что зачем новые, когда полно старых. Вацлав, зная про изобретательность дочери, предложил ей, что как только они придут домой, он разработает модель робота для дочери и даст ей задание собрать робота самой.

— И я угощу тебя конфетами, если ты соберёшь радиоуправляемый пульт для него, — пообещал Коллер дочери.

Воспитательный разговор Вацлава с детьми привлёк внимание одной дамы, которая сидела за соседним столиком. Услышав, что Вацлав не только отказывает детям в игрушках, но и ещё ставит для дочери непосильные задачи, не зная, что Адела такой же гений, как и её отец, и что дома многие купленные ей конструкторы просто пылятся дома на чердаке, потому что ей они не особо понравились, она (дама) сделала Вацлаву замечание.

— Не слишком ли вы много требуете от дочери? — поинтересовалась она.

— Ну вот, уже нельзя нормально воспитывать детей, обязательно найдётся тот, кто сделает тебе втык, — нахмурился Вацлав.

— Простите, а Вы собственно кто такая, что бы указывать мне, как воспитывать детей? — спросил Вацлав.

— Я из органов опеки, — сурово ответила женщина. Вацлав привык к угрозам в его адрес, но теперь он готов был перегрызть глотку кому угодно, ради своей семьи, да и эта женщина может придраться к нему из-за того, что он ауг, и её взгляд говорил о том, что аугам не стоит заводить семью, и что они плохие родители. Вацлав не лучшим образом выглядел в куртке, которой была на два размера больше, чем надо, и сотрудница органов опеки, явно и это уловила, но она явно не знала, что из-за протезов Коллера, вся его одежда просто-напросто рвалась, пока он не стал покупать на два размера больше. Вацлав относится к тем людям, которые легко маскируют свои чувства и страхи, полагая, что их враги могут воспользоваться этим, поэтому он совершенно хладнокровно ответил сотруднице органов опеки:

— Простите, мадам, но я и моя жена воспитываем своих детей так, как нас воспитывали родители, и мы не сторонники того, что детям нужно всё спускать с рук, так они могут вырасти нахлебниками и не будут развиваться, как личности.

— Да, но Вы, сэр, даёте непосильное задание своей дочери, она должна сама выбирать, что ей нравится, а что нет, — заявила женщина.

— Мне нравятся конструкторы, а ещё я очень, очень люблю своего папу, — совершенно по-взрослому ответила Адела, чем удивила женщину. Но сотрудница органов опеки не унималась, и даже разъяснения Коллера о традиционном воспитание детей, не заставили её оставить в покое Вацлава.

— Дети, прикройте уши, сейчас у вашего отца будет взрослый разговор с дамой, — сказал Вацлав детям. После того, как дети прикрыли уши, Вацлав перешёл на более серьёзный тон, давая понять, на что он готов ради семьи.

— А теперь послушайте, мадам, у меня есть связи в политических кругах, я лично проектировал глазную аугментацию личному охраннику президента, и Господин президент сказал, что если у меня возникнут проблемы, то я могу легко связаться с ним. Если Вы, уважаемая мадам, не оставите нас в покое, я вынужден буду связаться с самым главным в этой стране. Ах, да, и я могу сказать, что Вы, неровно дышите к аугментированным, — твёрдо сказал Вацлав. Сотрудница органов опеки явно не ожидала такое от доктора Коллера, поэтому, она испугалась последствий и тут же отстала от Вацлава и его семьи, даже вышла из-за стола, не доев свой бутерброд, а Вацлав с детьми продолжил знакомиться с выставкой.

Глава 13

Работа на Острове теней затянулась ещё на неопределённый срок. Казалось, что не только погодные условия были против проведения работ на этом острове, но и древние абканские духи были против этих работ. Но, не смотря на это, рабочие продолжали благоустраивать остров и террасу вокруг поместья и оранжереи. В свободное от работ время, Катарина связывалась с мужем и интересовалась, как обстоят у него дела, а он в свою очередь интересовался, когда его девочка вернётся с острова.

— Когда точно, сама не знаю, но как только тут всё будет в порядке, я приглашу тебя и детей на остров, вы должны на это посмотреть, — сказала Катарина мужу.

— На корабль? Вы его вытащили? — поинтересовался Вацлав.

— Я про террасу и про статуи, мне удалось вернуть их в эпоху Ричарда Мортона, — чуть смеясь, ответила Китти и спросила:

— У Вас точно всё нормально, что-то у тебя напряжение в голосе имеется. От Китти ничего не утаишь, это Вацлав знал ещё с тёмных времён его жизни в Праге, поэтому он рассказал ей про небольшую стычку с органами опеки.

— Вот гады, это до моей семьи докапываться, надо ещё иметь смелость, — не сдержалась Катарина и ударила рукой по столу.

— Не переживай Китти, я всё уладил, — отрапортовал Вацлав.

— Ну да, ну да, ты мне тоже самое на счёт Двали говорил, тоже самое, — хмыкнула Китти.

— На этот раз по-настоящему, Китти, я сказал этой даме, что если она ещё раз к нам пристанет, то я вынужден буду обратиться к президенту. Никто не в праве указывать мне и тебе, как нам воспитывать наших детей, — твёрдо сказал Вацлав. Такого Коллера Катарина ещё не видела, с возрастом он стал уверенней в себе и теперь может постоять не только за себя, но и за свою семью. Он подобен слону, пробирающемуся сквозь лесную чащу, и он будет бежать сквозь неё, не обращая внимания на крики ужаса.

— Неужели, это тот доктор Коллер, которого я когда-то полюбила, — лукаво, сказала Китти.

— Он самый, крошка, но он вырос, — чуть смеясь, сказал Вацлав.

Китти хотела как можно быстрее закончить работы на острове и вернуться в Прагу к своему Дню рождению, до которого оставалось три недели, но погодные условия не позволяли рабочим вовремя закончить работу. Оставалось только благоустроить дорожку возле пристани и обнести забором всю опасную зону на острове. Катарине никак не давал покоя корабль Ричарда Мортона, чья носовая фигура блистала даже в пасмурную погоду, а ещё, не смотря на то, что Китти вытащила из руки крылатой русалки абканский камень, молния всё равно била в то место, где покоились останки корабля. Не выдержав, Катарина запросила у рабочих кое-какое оборудование и, отломив от дерева сухую ветку, пошла к болотам.

— Что Вы собираетесь делать, хозяйка? — спросил один из рабочих у Катарины.

— Хочу кое-что проверить, — отозвалась Китти и, открыв сложный замок на воротах, ведущих к болотам, ступила на опасные земли. Вся земля за воротами когда-то принадлежала гордому абканскому племени, тут на каждом камне были изображены непонятные индейские символы, путь через болота проходил через древние абканские руины и пещеры.

Наконец Катарина вышла к болотам, мост, который она сделала, чтобы почистить нос корабля, утонул в болоте, и Китти пришлось искать другой путь, чтобы подобраться к кораблю. Найдя кочку рядом с носовой частью, Китти разбежалась и прыгнула туда, ей повезло, что сейчас в это место не била молния, и можно было спокойно залезть на носовую часть «Деркето» и осмотреть всё вокруг, что она и сделала.

— Хозяйка, что Вы делаете, слезайте оттуда, это опасно, — окликнул её один из рабочих. Но Китти не слушала рабочего и продолжила осматривать ту часть «Деркето», которая пока не успела утонуть в болоте. Тут Катарина увидела, что что-то поблёскивает в болотных водах, она сжала в руках палку и пыталась нащупать эту вещь, доска под ногами прохудилась, и Китти чуть сама не утонула в болоте, если бы не взяла с собой «трость». Промокшие ноги не помешали ей продолжить исследование находки, встав на ноги, Китти достала сигнальную ракету и подала сигнал рабочим, чтобы они пришли ей на помощь.

— Тут что-то есть, — крикнула Китти рабочим, как только они подоспели. Катарина осторожно спустилась к своей находке, это оказался старый сундук, судя по всему железный, если не рассыпался в болоте. Катарина прицепила один конец троса к сундуку, а другой бросила рабочим, что бы они вытащили его с корабля. Как только рабочие начали тянуть сундук на сушу, откуда не возьмись ударила молния и перерубила трос по полам.

— Стойте на месте, хозяйка, сейчас принесем новый трос, — окликнул Катарину. кто-то из рабочих и побежал за тросом. Что-то в этом сундуке притягивает молнии, скорее всего Ричард Мортон хранил в этом сундуке найденные им на острове абканские камни, точно такие же, которые были найдены Катариной в подземной камере и на носу корабля «Деркето», похоже, что только дедушка Китти — Джереми нашёл этим камням применение, а Ричард так и не догадался об этом. Через пару минут, рабочий вернулся с новым тросом, и подойдя на безопасное расстояние к носу корабля, бросил трос Катарине, Катарина на лету перехватила трос, после чего, вновь обмотав сундук тросом, бросила свободный конец рабочим. На этот раз сундук удалось вытащить с корабля, он был перемотан железной цепью, которую так просто не снимешь.

— Этот остров приносит сюрпризы, — подметил рабочий.

— Это точно, — улыбнулась Китти.

Китти стала осматривать сундук, цепь на нём была самая обыкновенная, а вот сам сундук оказался непростым, он состоял из сплава железа и золота, на золотых пластинах были изображены ранее невиданные Катариной и остальными Мортанами абканские символы. Китти достала рабочие кусачки и попыталась открыть сундук, но тут её словно током ударило, она вдруг оказалась у себя дома в Праге, вот только всё вокруг было темно, она видела себя, бегущую по дому и зовущую своих детей и мужа. Детей в доме не оказалось, а своего мужа она нашла… о боги, лежащем в лужи крови без рук.

— Вац, где дети, что случилось? — сквозь пелену проговорила Китти, не видя, стоящих рядом рабочих.

— Госпожа, что с Вами, Вы в порядке? — спросил один из них. Тут Китти вернулась в реальность, она стала трясти головой, чтобы избавиться от морока, охватившего её.

— Что? Что это было? — спросила она.

— Вы спрашивали, где дети, — пояснил один из рабочих.

Придя в себя, Китти тут же побежала к радиопередатчику и стала связываться с Прагой, в надежде на то, что она видела, оказалось простой галлюцинацией, а не ведением будущего и настоящего.

— Остров тени вызывает Прагу, Прага, приём, — дрожащим голосом говорила Китти.

— Прага слышит тебя хорошо, Китти, что с тобой?! — тревожно спросил Вацлав жену.

— Ты в порядке? А дети? — перебила Катарина мужа.

— Да, с нами всё хорошо, — ответил Вацлав.

— Слава Богу, — выдохнула Китти.

Поговорив с мужем и выяснив, что с ним и детьми всё в порядке, Китти, взяв в руки ручку и бумагу, вернулась к рабочим, рабочие спросили её, могут ли они открыть сундук, но Китти, словив мрачное предчувствие, отказалась от этого, посетовав на то, что откроет его потом сама, после чего попросила отнести сундук на террасу.

— Боги, — вздохнула Катарина. — Ричард, какое мрачное наследство ты всем нам оставил. Счистив с сундука всю грязь и обтерев его сухой тряпкой, Катарина преступила к срисовке надписей с крышки сундука. Помимо животных, которые олицетворяли собой семь абканских богов, на крышке сундука была нацарапана странная надпись, её то Китти и срисовала в первую очередь. Сообщив рабочим, что им пора отдохнуть, Катарина пошла в библиотеку, что бы найти оставшуюся там книгу с переводами с абканского языка, но по книге расшифровать надпись не удалось. Тогда Катарина решила обратиться за помощью к своему отцу — Обиду Мортону, знатоку абканской культуры. Катарина рассказала всё, как есть, в том числе и о находке.

— Ты нашла «Деркето», ох, не стоило этого делать, дочка, и не стоило тебе возвращаться на остров и тревожить призраков прошлого, — вздохнул Обид.

— Но я не раскапывала болото, вода со временем высохла и…

— Этот остров окутан тайнами, дочка, ладно говори, чем тебе помочь? — спросил отец.

— Можешь перевести эту надпись, она кажется на абканском, сундук я нашла на корабле, — ответила Катарина и на ломаном абканском продиктовала отцу слова, начертанные на сундуке.

— Ты не первая, кто хотел его открыть, узнаю Джереми, — ответил отец. Китти удивилась, услышав от отца, что кто-то до неё находил этот странный сундук, а потом вновь его отправил туда, откуда взял, Обид сказал, что единственный, кто сопротивлялся Острову теней был дедушка Джереми, это он оставил кучу предупреждений по всему острову.

— А сундук, он новый или старый? — поинтересовалась Катарина.

— Абканские символы там грубо нарисованы или плавно?

— Грубо.

— Значит, это работа Джереми, он и наш общий друг Иденшоу похоронили там опасные секреты. То, что написано на крышке сундука имеет отношение к современному оккультизму, чем к абканскому, индейцы этого племени не приносили жертв своим богам, а там написано дословно: «Чтобы открыть сундук, нужно принести в жертву три невинные души» — пояснил отец.

Глава 14

Катарине пришлось приостановить работу на острове и вернуться обратно в Прагу, и это не из-за мистических происшествий на острове, после того, как она чуть сама не увязла в болоте, доставая с затонувшего корабля загадочный сундук, после этого она почувствовала лёгкое недомогание, поначалу Катарина не предала этому никакого значения и продолжила свои работы на острове, но потом это недомогание переросло в простуду, поняв, что она в таком виде не может командовать рабочими, она рассчиталась с ними и вызвала самолёт с большой земли.

— Рады с Вами работать, миссис Коллер, жаль, что не удалось установить забор целиком, — сказал прораб Катарине.

— Мне тоже, приятно с Вами работать, мистер Дворжак, но сами видите… — сказала Китти, и отвернувшись чихнула. Самолёт летел со стороны США, поэтому долго ждать его не пришлось, Катарина пропустила рабочих вперёд и, высморкав свой нос, ступила вслед за ними. Перед тем, как сесть в самолёт, Китти связалась с мужем и сообщила ему, что возвращается домой.

— Что у тебя с голосом, принцесса, ты не заболела случайно?! — тревожно спросил Вацлав.

— Есть немного, поэтому я возвращаюсь домой раньше срока, — созналась Китти.

Китти умудрилась заболеть прямо перед своим Днём рождения, и Вацлаву пришлось приложить немалые усилия, чтобы заботиться не только о детях, но и о своей захворавшей не вовремя жене. Китти говорила мужу, чтобы он не беспокоился о ней, и что она даже в таком состоянии сможет позаботиться не только о себе, но и о детях, но Вацлав и знать ничего не хотел, как только он узнал о том, что его супруга захворала, он тут же взял небольшой отпуск от своей работы, тем более, что работы под конец июня у него не было, и он сумел заработать достаточно денег, чтобы отдохнуть. Когда самолёт с Катариной и рабочими приземлился в аэропорту Праги, Вацлав, не обращая внимания на простуду жены, тут же бросился к ней в объятия, вслед за отцом в объятия к матери бросились и дети.

— Дорогие мои, — чуть гнусавя, произнесла Китти. — Как я рада вас видеть.

— А уж как мы рады видеть тебя, дорогая, этот остров из тебя все силы выжал, — сказал Вацлав жене.

— Да уж, досталось мне наследство, — пыталась пошутить Китти. Дети тянулись к матери, но Катарина сказала им, что сейчас она не может играть с детьми, к тому же она боялась, что простуда перекинется на детей, дети не понимали, что их мать немного захворала и продолжали её упрашивать поиграть с ними.

— Дети, — твёрдо произнёс Вацлав, — ваша мать немного утомилась в дороге, играть с Вами буду я.

— Но мы хотим с мамой, — обиженно заявили Карел и Адела.

— Мама устала, завтра с вами поиграет, — твёрдо сказал Вацлав детям. Дети немного загрустили, но поняли, что мама с ними сегодня играть не будет так, как устала, и разошлись по своим комнатам. Вацлав же помог Катарине переодеться в домашнюю одежду и, взяв её под руку, повёл в комнату.

— Какой ты у меня джентльмен, Вашек, — улыбнулась Китти и потрепала его за волосы.

— Отдыхай, милая, сейчас я принесу тебе поесть, я знаю, что такое простуда, — вежливо сказал Вацлав жене и пошёл на кухню готовить суп в хлебной тарелке. Дети покушали задолго до прилёта матери, поэтому, даже почувствовав запах любимого блюда, не спустились к столу. Налив в хлебную тарелку горячего супа, Вацлав поставил её на поднос и понёс к жене в комнату. Китти неловко было видеть, как Вацлав крутится вокруг неё, она наоборот старалась его разгрузить, чтобы он не напрягался на работе, и брала часть тех дел, которые обычно делает её муж, на себя.

— Ох, прости, дорогой, я постараюсь к завтрашнему дню поправиться, — еле улыбнулась Китти.

— Так быстро не поправляются, по себе знаю, из-за аугментаций и нейропозина у меня ослаблен иммунитет, поэтому я болел дольше обыкновенных детей, — признался Вацлав. Коллер попросил жену привстать на кровати и, придерживая её на груди взбил подушки, после чего зачерпнул столовой ложкой суп, подул на неё и протянул жене.

— Твоя мама наверное намучилась с тобой, — сказала Катарина мужу.

— Не только мама, но и папа, после того несчастного случая мои родители переехали в другой дом, чтобы не видеть того, кто лишил меня рук и сделал аугом. Мои предки поддерживали меня и не отказались, когда началась вся эта заварушка с аугами, — сказал Вацлав, улыбаясь своей фирменной улыбкой.

— Но, кое-что ты всё же утаил от своих родителей, — гнусавым голосом сказала Катарина.

— Что утаил? — спросил муж, протягивая жене очередную ложку супа.

— Двали.

— Китти, я не был рождён Мортоном, как ты, пришлось как-то выживать после Панхеи, и как доктор-протезист я не мог отказать человеку, когда он просит о помощи, — развёл руками Вацлав.

— Расскажи мне, где ты учился и работал до Панхеи? — попросила Катарина, понимая, что так просто поговорить по душам редко получается, муж обычно с раннего утра на работе, а Китти или с детьми играет, когда в детском саду у детей каникулы, либо заправляет «Машиной времени».

— Я разве тебе не говорил? — спросил Вацлав.

— Нет, — замотала головой Катарина.

— Да были деньки, я учился в технологическом университете недалеко от родительского дома, и поверь мне, я не был бунтарём, хоть люблю тяжёлую музыку, учёбу закончил с двумя докторскими степенями, — начал Вацлав.

— А школу, как к тебе в школе относились? — поинтересовалась Катарина.

— Если ты по поводу моих аугментаций, то до инцидента, Чехия была мирной и толерантной страной, даже по отношению к США и России, так что никто меня не задирал, — ответил Вацлав и рассказал, что после учёбы он работал в единственной клинике «Протез» в Праге и, как не странно, когда всё закончилось, он вернулся туда как её владелец.

— Что это всё обо мне, да обо мне, ты лучше расскажи, кто тебя обеспокоил так на острове, что ты побежала мне звонить и спросила, всё ли у нас хорошо?! — поинтересовался Вацлав.

— Точнее ни кто, а что. Наследие оставленное моими предками. Ты уже знаешь, что мой дед Джереми пытался противостоять Острову теней, мы нашли спрятанный в останках корабля сундук.

— И? — поинтересовался Вацлав.

— Лучше не спрашивай, я думала, что это на самом деле, — прошептала Китти.

— Мы же договорились делиться всеми новостями друг с другом, даже плохими, — сказал муж и вопросительно посмотрел на Китти. Китти посмотрела на ставшие ей родными ручные протезы Вацлава со всеми находящимися на них аугментациями, поначалу она невольно вздрагивала от прикосновения его карбоновых рук к своей коже, но потом привыкла к ним и полюбила, руки не главное в человеке, главное душа. Вспоминать своё видение она не хотела, но Вацлав был прав, надо выговориться, тогда полегчает.

— Когда я собиралась открыть сундук, у меня было видение, очень не хорошее видение, кажется это было предупреждение… Китти вдохнула глубоко, так, как ей не хотелось вспоминать морок, который нашёл на неё, когда она хотела открыть запечатанный Джереми Мортоном и Джозефом Иденшоу сундук — мне привиделось, что я дома, но тут всё темно, и я не нашла дома детей, а тебя убили, лишив рук. Вацлав внимательно выслушал жену, ему неоднократно снились такие кошмары, особенно после того, как его старый знакомый, который сейчас нежится в Карнаке — Монтана Джонс, принёс ему аугментации с остатками человеческой плоти, но он, будучи человеком учёным, не верил во всякие видения.

— Всё это из-за того, что мы пережили, сначала Боб Пэйдж, а потом органы опеки, которые внезапно свалились на нашу голову, Остров теней тёмное и загадочное место, связанное с исчезнувшей расой индейцев, оно как-то аккумулирует наши страхи, так что теперь без меня ты никуда не поедешь, — закончил Вацлав. Это рыцарское изъявление Коллера заставило Китти немного улыбнуться, Вацлав — рыцарь, никак не состыкуется с образом Вацлава — доктора, который ведёт образ жизни панка и на дух не переносит вида оружия и прочей мерзости, он неоднократно рассказывал своей жене, как его пару раз не вырвало от вида крови, после чего, он научился сдерживаться, что бы лишний раз не вырвать.

Вацлав собирался дать новую ложку супа своей простывшей супруге, но тут услышал детский плач из комнаты дочери и тут же побежал к Аделе узнать, что случилось. Пол в комнате дочери был вымазан грязью, сама Адела сидела в углу рядом с одним из своих конструкторов и рыдала навзрыд, увидев у входа в комнату отца, она тут же бросилась к нему.

— Пап, Карел гонял по моей комнате мяч и сломал робота, которого я конструировала, чтобы порадовать тебя, — всхлипнула Адела.

— Тише, дочка, я уверен, что ты создашь нового робота, — стал успокаивать Вацлав дочь. Сколько раз Вацлав говорил своему сыну, что нельзя гонять мяч по дому, тем более если этот мяч побывал на улице.

— Карел, сын, подойди сюда, — грозно проговорил Вацлав. Карел, как ни в чём не бывало подошёл к отцу.

— Да, пап?

— Я сколько раз тебе говорил, не гонять мяч по квартире? — сердито спросил отец.

— Прости, пап, — виновато сказал сын.

— Одного «прости» недостаточно, ты наказан. Никаких мультиков сегодня и никаких сказок на ночь.

— Но, пап. Вацлав приложил указательный палец к своим губам, показывая, что никакие отговорки типа «но, пап» на него не действуют и сказал сыну идти в угол, до вечера он наказан, пусть стоит в углу и думает над своим поведением. После воспитательной беседы с сыном Вацлав вернулся к жене.

— Что случилось? — тревожно спросила жена у Вацлава.

— Карел от рук отбился, пришлось поставить его в угол, он ещё и вымазал грязью комнату Аделы. Я уберу, — сказал Вацлав жене.

— С ним надо быть строже, а лучше занять его чем-нибудь образовательным, — сказала Китти.

— Завтра займусь, — сказал Вацлав.

Глава 15

К вечеру простуда Катарины усилилась, её нос забило так, что никакие капли и носовые платки не помогали. Она ворочалась по кровати так, что разбудила спящего на другой стороне мужа. Не смотря на все уговоры Китти о том, что в этот период ему лучше спать отдельно от неё, на него не действовали, и даже после слов Китти о том, что если Вацлав заболеет вслед за ней, кто будет его тогда лечить.

— Будем лечиться по очереди, помнишь, что мы говорили друг другу, когда сочетались браком? — спросил Вацлав.

— В болезни и здравии, вот только про смерть думать не хочется, наши души так породнились, что я не представляю жизни без тебя, — едва улыбнулась Китти.

— И я без тебя, а ещё без детей и без семьи, так что я никуда не уйду, — улыбнулся Вацлав. Вацлав предложил Катарине спеть абканскую колыбельную, которой она заставляла его уснуть мёртвым сном, мотив этой песни он хорошо запомнил, но вот спеть её оказалось куда сложнее. Вы бы его видели, Коллера, пытающегося петь абканский мотив, от этого даже Китти повеселела, видя и слыша поющего этот мотив мужа.

— Вашек, Вашек, что бы я без тебя делала, солнце ты моё, — чуть засмеялась Китти. Вацлав понял, что с колыбельной у него ничего получится, лёг рядом с женой и, приподняв её осторожно положил её голову на свою грудь.

— Не боишься? — спросила Китти у мужа.

— Нет, — шёпотом ответил муж, поглаживая Катарину по спине. Так Китти спокойно уснула и проспала до самого утра. Адела, понимая, что мама заболела, не беспокоила родителей своим появлением в комнате, а Карел после наказания вёл себя тише воды, ниже травы.

Вацлав встал первым, поскольку он взял для себя безвременный отпуск, он никуда не спешил и, переодевшись и умывшись, пошёл на кухню готовить для семьи завтрак. Детям, как всегда, а вот захворавшей жене, он сварил кашу с кусочками фруктов, что бы ей было не так сложно есть. Приготовив еду для детей, Вацлав позвал их есть:

— Карел, Ади, кушать подано. Дети тут же спустились к столу в своих пижамах.

— А переодеваться, кто будет? А? — игриво спросил Вацлав детей.

— Ой, прости, пап, мы сейчас, — хором сказали дети и побежали одеваться.

— И умойтесь, — окликнул отец детей. Через несколько минут одетые и умытые стояли возле стола и ждали, когда отец разрешит сесть за стол. За время отсутствия матери, Вацлав научил Аделу самостоятельно причёсываться и заплетать себе косу, Адела схватывала всё на лету, а если у неё это не получалось, она всегда обращалась за помощью к отцу.

— Умылись? — Спросил Вацлав детей.

— Да, пап, — хором ответили дети.

— Тогда за стол, — рукой пригласил отец детей к столу. Детям поднадоели кнедлики, и поэтому они запросили другую еду, были рады даже каши с творогом, которую и приготовил Вацлав для них, третью тарелку с кашей и кусочками фруктов Вацлав понёс своей жене в комнату. Китти надоело лежать на кровати, и она собиралась с неё вставать, но муж, видя, что его жена встаёт с кровати, тут же запротестовал и попросил Катарину вернуться в постель.

— Ненавижу болеть, — гнусавым голосом произнесла Катарина.

— Кто же любит? — задался риторическим вопросом Вацлав, ставя тарелку с кашей на тумбочку. Он приложил свою холодную руку ко лбу Катарины, она вздрогнула, муж виновато извинился, сказав, что он каждый раз забывает о том, что у него вместо рук карбоновые протезы.

— Это мне и нравится в тебе, ты живёшь так, как будто ничего не было, не оглядываешься назад и не замыкаешься по этому поводу, — улыбнулась Китти.

— Я же не жена Лота, у меня нет повода смотреть назад, — улыбнулся Вацлав.

— Как там дети?

— Кушают, за время твоего отсутствия, я научил их есть всё, что я готовлю.

— Из тебя получился хороший отец.

— Стараюсь, — весело сказал Вацлав. Температуры у Китти не было, но нужно было как-то побороть простуду, тут Вацлав вспомнил про то, что когда он болел, его мама приготовила «замечательное средство» против простуды по старому чешскому рецепту, правда после принятия этого «средства», ему ещё неделю пришлось лежать в кровати.

— Я знаю, как поставить тебя на ноги, — заявил Вацлав и рассказал о лекарстве против простуды, которое варила для него мать. Услышав про то, что ей придётся выпить мёд с чесноком, травами и луком, Катарина повела носом.

— Мне тоже не нравилось, но я тогда быстро встал на ноги, — заверил Вацлав.

— Дерзай, — вздохнула Китти, поняв, что сопротивляться мужу не получится. Покормив жену кашей, Вацлав взял поднос с тарелкой и пошёл на кухню, дети в это время доедали то, что дал им отец. Вацлав подождал, когда дети закончат есть, и помыл за ними тарелки, включая и ту тарелку, из которой кушала Китти, после чего стал проверять запасы еды и наличие необходимых ингредиентов для приготовления мёда с чесноком, из всех ингредиентов, которые нужны Коллеру, оказались только травы.

— Дети, собирайтесь, поедем в магазин, — сказал Вацлав детям.

— Но, пап, — запротестовал Карел, поняв, что ему не дадут посидеть дома за телевизором.

— Твоя мама заболела, и я не хочу, чтобы ты её беспокоил, — твёрдо заявил отец, помогая сыну надеть ботинки и куртку. Вацлаву хотелось быстро купить всё необходимое для приготовления лекарства и так же быстро вернуться домой к жене, единственный нормальный магазин, где можно купить всё необходимое, находился в центре Праги, поэтому Вацлав решил воспользоваться автомобилем, перед тем как подъехать к магазину, он проехал мимо «Машины времени», и убедившись, что с книжным магазином всё хорошо, поехал в магазин.

Как только Коллер вылез из машины, с ним кто-то связался через инфолинк. Номер был незнакомый, хотя код перед номером был местный. Вацлав не предал значения звонку.

— Перезвонят, — подумал Вацлав, помогая детям выйти из машины. Но неизвестный человек продолжал названивать Коллеру, Вацлав прекрасно знал свой домашний номер, да и Китти наверное не успела соскучиться по нему, она взрослая девочка, и в отсутствии мужа может сама о себе позаботиться, даже с насморком. Номер на инфолинке он давно сменил, а новый знали только члены его семьи и семьи Китти. Сначала он подумал, что Обиду не удалось убедить Боба Пэйджа оставить в покое его семью, но тогда бы сам Обид с ним связался и предупредил, потом он подумал, что Органы опеки решили ему угрожать, не смотря на то, что он поставил ту даму на место, или же он так увлёкся детьми, что забыл выплатить заработную плату сотрудникам его совместной с женой книжной лавки, нет, вчера он выдал им зарплату и уплатил все налоги. На звонок пришлось ответить, чтобы больше никто его не беспокоил.

— Это кому там неймётся, — не удержался Вацлав. Коллер никак не ожидал услышать на другом конце голос Адама Дженсена, которому каким-то чудом удалось узнать новый номер инфолинка.

— Коллер, это Адам Дженсен, я с трудом раздобыл твой новый номер, пришлось попросить помощи у Интерпола, — начал Дженсен.

— Ну и зря, я же сказал, что не работаю с оборонкой, — сердито ответил Вацлав.

— Шариф с этим завязал, он теперь так же, как и ты работает на мирных граждан — сообщил Адам.

— Ух, не верю я вам, американцам, — вздохнул Вацлав.

— Я рассказал господину Шарифу о разработках твоей жены, он хочет, чтобы она работала у него, — сообщил Адам.

— Много чего хочет, — подумал Вацлав и ответил. — Я поговорю с женой и сообщу тебе, хочет ли она этого или нет.

Вацлаву не хотелось, чтобы его жена уезжала в США, тем более, что в Детройт, там опасно даже для девушки из рода Мортон, тем более, что Вацлав не доверял американцам, всё зло от них, включая и Панхею, не смотря на то, что Хью Дерроу был англичанином, он наверняка был в сговоре с Шарифом, когда проектировал этот злосчастный чип. Сначала американцы развалили не только Советский союз, но и ЧССР, а дальше пошло-поехало: капитализм, западные ценности, развал Чехословакии и наконец Панхея и акт ООН о восстановлении человечества. Купив всё, что нужно, Вацлав вместе с детьми вернулся обратно домой и переодевшись, и переодев детей, принялся готовить лекарственную смесь.

— Пап, с кем ты там разговаривал? — спросила Адела у отца.

—С одним своим старым знакомым, он хочет, что бы твоя мать трудилась на его босса — ответил Коллер.

— Нет, — чуть не заплакала Адела.

— Не плачь, милая, — обнял Вацлав дочь. — Твоя мама останется с тобой.

Китти надоело всё время лежать в кровати, и она, накинув на себя лёгкий плед, спустилась на кухню.

— Зря ты встала, у меня почти всё готово, — сказал Вацлав жене.

— Надоело лежать, — пожаловалась Китти.

Доделав лекарство и зажав нос, Коллер протянул чашку с мёдом жене.

— Фу, что это? — отвернулась Китти.

— Знаю, мне тоже не нравилось, но ты должна это выпить, — настоял муж и добавил:

— А иначе приедёт злой дядя Дэвид Шариф и заберёт тебя, а это средство не только от простуды.

— Чего? — не поняла Китти.

Вацлав рассказал жене о том, что с ним вновь связался старый знакомый, только на сей раз он сказал, что его бывший босс хочет видеть у себя в фирме, в качестве нейротехнолога, Катарину Коллер. Китти собралась духом и залпом осушила кружку, с приготовленным зельем, она работала под эгидой своего мужа, сама она непрофессиональный нейротехнолог. И многое, чего ей непонятно, спрашивает у мужа, без него она так просто не сможет работать, даже прося по инфолинку или по телефону помощи.

— Мне не стоит больше играть императрицу, в последний раз, когда я так сделала, вот что произошло, — гнусавым голосом сказала Китти.

Глава 16

Благодаря заботе мужа Катарина поправилась, как раз перед своим Днём рождения, до которого оставалось три дня. Правда после стольких насыщенных событий, этот праздник вылетел из головы Китти. Встав на ноги, Китти вновь вернулась к управлению «Машиной времени» и частичной помощи мужу. Вацлав вёл себя, как ни в чём не бывало, когда Катарина работала с ним, он делал вид, что ничего не знает о её Дне рождении, когда у супругов не было пациентов, они вместе обедали и обсуждали новинки аугментаций. На самом деле Вацлав прекрасно помнил про День рождения своей жены. Забирая детей от родителей, Коллер отвёз их и Катарину домой, и сказав, что ему нужно встретиться с одним человеком, поехал обратно в Прагу покупать подарок для жены. Своей богине он хотел подарить нечто не обычное, но вот что, Китти необычная женщина, ещё находясь на Острове теней, он понял, что Катарина не любит обычные украшения, все медальоны и бусы лежали у неё в шкатулке, и похоже она к ним даже не притронулась. До поездки в Островную империю она носила на шее кулон сделанный из абканского камня, найденного в подземной камере, и точно такой же кулон она подарила мужу. — И как же раньше я не догадался об это, — хлопнул себя по лбу Вацлав. — Китти любит всё необычное и связанное с историей, для неё имеет ценность вещь, у которой есть своя история. Вацлав стал раздумывать над тем, чего такого необычного и с историей можно раздобыть в Праге. Единственной вещью с мистикой и историей оказался драгоценный камень — чешский гранат, Вацлав представил, как украшение с этим камнем будет смотреться на шее Катарины. — Как раз то, что нужно, — решил он и отправился в поездку по ювелирным магазинам, надеясь, что никто его не побеспокоит во время этого тура. Ювелирных магазинов в пост Панхейской Праге было немного, часто в них работали ювелиры-ауги, и после инцидента многие сгинули в городе Големов. Украшение из чешского граната стоило, как украшение с бриллиантами, и обычный житель Праги вряд ли мог купить такую вещь, а тем более аугментироанный, но у Вацлава проблем с деньгами не было, поэтому он остановился перед самым элитным ювелирным магазином. В магазине Вацлав чуть не ослеп от блистающих на свету разнообразных ювелирных украшений. — Вам, что-нибудь подсказать? — поинтересовался у Коллера пожилой ювелир, видя, как тот разглядывает витрины его магазина. — Я ищу колье из чешского граната, именно чешского, — ответил Вацлав. Ювелир, видя заинтересованность Вацлава в чешском гранате, поинтересовался у него, для кого тот хочет приобрести столь дорогое украшение. Похоже ему одному было скучно в этом магазине, как и Вацлаву когда-то, поэтому Коллер не прочь был поболтать с ювелиром. — Я хочу сделать подарок жене на День рождения, понимаете, эта женщина для меня, как богиня Иштар для древних шумер, точнее она и есть Иштар, — протянул Вацлав. Когда Коллер говорил о своей жене, то всегда называл её богиней, он влюблён в неё по уши, а когда её рядом нет, то он сильно по ней скучает. — В таком случае, я могу предложить для Вашей жены полный комплект из этого драгоценного камня, — сказал ювелир и достал из закромов своего магазина комплект из чешского граната. В комплект: вместе с ожерельем, входили серьги, кольцо и браслет. — Это точно чешский? — поинтересовался Вацлав. — Подделками не торгую, сэр. — Сколько? — 15 000 крон, — ответил ювелир. — Для жены ничего не жалко, — сказал Вацлав и достал из кошелька 15 000 крон, после чего ещё щедро доплатил ювелиру, чтобы тот хорошенько оформил упаковку.

***

У Катарины сюрпризы начались ещё задолго до Дня рождения, за день до него, Китти, забрав детей у бабушки с дедушкой, решила прогуляться с ними по Праге, а точнее, по набережной Влтавы, и подышать свежем речным воздухом. В районе, куда Катарина отправилась со своими детьми, машин практически не было, здесь речной воздух хорошо чувствуется. С собой Катарина взяла пару детских сказок из «Машины времени», что бы почитать их детям. Вот и засела она на скамье перед рекой и, достав книгу, собралась прочитать её детям. Дети не возражали. — Простите, Вы госпожа Коллер? — раздался голос за спиной Катарины. Китти оглянулась и увидела перед собой мужчину в возрасте с седыми волосами и с аугментированной рукой. Мужчина был одет в костюм расшитый золотом, прямо как костюм Катарины, который она некогда привезла на конференцию Антона Соколова. — Да, это я, — улыбнулась Катарина. — Так вот как выглядит жена доктора Коллера, простите, меня зовут Дэвид Шариф, — представился мужчина. — И что главе «Шариф индастриз» нужно от меня? — поинтересовалась Китти. Катарина явно не ожидала увидеть здесь главу «Шариф индастриз», её мужа, а потом её саму уже хотели привлечь на свою сторону люди из этой компании. Видать, не дождавшись ответа, сам господин Шариф решил прилететь в Прагу и лично встретиться с Катариной. — Мне было трудно Вас найти, — признался Шариф. — Я не такая яркая личность, — улыбнулась Китти. — Мам, кто этот дядя? — спросил Карел, прячась за спиной матери. — А это должно быть Ваши дети, какие милые, — приветливо улыбнулся Шариф. — Да, это мои и доктора Коллера дети, — так же приветливо ответила Китти. Дэвид Шариф сказал Катарине, что он ищёт в свою фирму нового нейротехнолога, так как старый еле справляется со своими обязанностями, и что он пытался связаться с доктором Коллером, но тот пару раз ему отказывал. — И Вы, мистер, решили привлечь меня на свою сторону? — полюбопытствовала Катарина. — Но я не профессионал в этом деле, я лишь помогаю своему мужу, — ответила Китти. — Это не проблема, мадам, я Вас прикрою, — улыбнулся Дэвид Шариф. — Я слышала, что Вы больше не занимаетесь оборонкой? — спросила Катарина у Шарифа. — Да, мой бывший начальник охраны говорил об этом Вашему мужу. В наше время хороших нейротехнологов трудно найти, я гарантирую Вам стабильную зарплату, — сказал Шариф. — Я подумаю над Вашим предложением и свяжусь с Вами, — улыбнулась Китти. После разговора с Дэвидом Шарифом, Китти вместе с детьми вернулась обратно домой, ей не терпелось рассказать своему мужу о том, что с ней лично встретился Дэвид Шариф и предложил ей работать на него. Вот только сразу рассказать Вацлаву не удалось, как только Китти и дети вернулись в дом, её ждал приятный сюрприз, перед её Днём Рождения в дом семьи Коллер нагрянули родители Катарины — Обид и Мария Мортон. — Папа, мама! — приятно удивилась Китти, увидев своих родителей. Оба родителя подошли к дочери и по очереди обняли дочь, а потом и своих внуков. — Мы приехали на твой День рождения, — вежливо сказала Мария дочери. — Ой, а я и забыла про него, — чуть покраснела Китти. — Ещё бы, прошлый месяц выдался насыщенным, — улыбнулся Обид. — И не говори, пап, даже вспоминать не хочется, — вздохнула Катарина.

***

День рождения Катарины решили отпраздновать с самого утра, даже Вацлав решил взять небольшой отгул, что бы до середины дня побыть с любимой женщиной. Всё семейство, кроме детей и самой виновницы торжества, которые спали и не подозревали, что на первом этаже идёт грандиозная подготовка к торжеству. — Вацлав, ты уже купил подарок для моей дочери? — поинтересовался Обид Мортон. — Ещё бы, и он затмит другие подарки, — сказал Вацлав и достал из тайника коробку с драгоценностями. — Можно поинтересоваться, что это, обещаю, я тайн не выдам? — спросил Обид, пологая, что это какая-то безделушка, недостойная его дочери. — Ты меня удивляешь, Обид, я своей богине ничего плохого не подарю — это гарнитур из чешского граната, достойный любой богини, — улыбнулся Вацлав. — Похвально, зятёк, — улыбнулся Обид. — Ладно, я пойду, разбужу детей и подготовлю их к празднику, — шепнул Вацлав и пошёл будить детей. К этому времени Катарина проснулась и, как ни в чём не бывало, пошла умываться, как только она вышла из комнаты, вся шумная компания в доме притихла, дети к этому времени успели переодеться и умыться и покорно ждали маму у праздничного стола в фойе. — С Днём рождения тебя, с Днём рождения тебя, — запели все родственники, как только Катарина спустилась в фойе. — Ano, Všechno nejlepší, Má drahá1, — задорно проговорил Вацлав на чешском и, подойдя к жене, протянул ей коробку с подарком. — Moje láskа2, — только проговорила Китти и, обняв мужа, стала распаковывать свой подарок. Вся семья Катарины наблюдала за реакцией Китти на подарок. — Какая прелесть, спасибо тебе, любовь моя, — сказала Китти мужу, как только распаковала гарнитур с чешским гранатом. Вацлав взял в руки колье и надел на шею жены, после чего торжественно надел браслет на правую руку жены и поцеловал её. — Это же чешский гранат, я много слышала об этом камне, говорят он обладает магией, — сказала Китти, рассматривая себя в кухонное зеркало. — Ещё раз с Днём рождения, богиня моя, — сказал муж и поцеловал жену в шею. После того, как все подарки были распакованы и все благодарности приняты, Катарина вместе с семьёй села за накрытый стол, и вся компания приступила к утренней трапезе.

1 С Днём рождения, радость моя (чешск)

2 Любовь моя (чешск)

Глава 17

Весь стол ломился от разнообразной еды, тут была не только традиционная чешская кухня, но и много английской кухни, приготовленной матерью Катарины. Китти практически не помнила, что мама готовила ей в детстве, когда она жила не только на Острове теней, но и в Англии, в основном дома с ней сидел отец. — Как вкусно, мам, я не знала, что ты так вкусно умеешь готовить, — похвалила Китти еду матери. — Спасибо, дочка, ты наверное забыла, когда я тебе готовила еду, — ласково сказала Мария дочери. Китти так и не решалась рассказать мужу и отцу о том, что она разговаривала с Дэвидом Шарифом, ей не хотелось расставаться со своей семьёй, она сама начала замечать то, что она мало проводит время с дочерью и сыном, в последнее время дети много проводили время с отцом, так что теперь эстафету по уходу за детьми возьмёт Китти. Вацлав при детях не решился рассказывать тестю о своих последних приключениях, чтобы не расстраивать ни его, ни детей, которые доев все основные блюда, перешли на конфеты. — Дети, не налегайте так на конфеты, а то зубы будут болеть, — одёрнул детей Вацлав. — Ну что ты, дорогой зять, в честь праздника им можно, — улыбнулся Обид. — Можно, но не так много, — снисходительно ответил Вацлав. Права первого тоста Вацлав доверил своему тестю. Хоть это и не первый День рождения Китти, всё же это первый праздник, на который приехали все её родители, до этого она праздновала свой День рождения и некоторые Дни рождений мужа у его родителей, которые относятся к Катарине, как к своей родной дочери, которой у них не было, не смотря на то, что квартира родителей Вацлава маленькая, место хватило не только для Китти и её мужа, но и для детей. Родители Вацлава интеллигентные люди, даже когда начались эти гонения на аугментированных, когда некоторые из их соседей, поддаваясь стадному чувству и чувству страха, отказывались от своих аугментированных родственников, Лукаш и Сьюзанна Коллер не отказались от Вацлава и молились о том, чтобы у него было всё хорошо, такой должна быть любая чешская семья, отец Катарины не раз рассказывал дочери о дружелюбии чехов к друг к другу и к другим нациям, вот только она не знала, что это дружелюбие они возвели в определённые рамки, каким-то чудом сигнал с Панхеи не задел Великобританию, конечно, отдельные вспышки были, но не в массовом количестве. — Я хочу произнести тост за мою милую дочурку — Катарину, — начал Обид. Разговоры за столом тут же умолкли, и все замерли в ожидании того, что скажет Обид Мортон о своей дочери, но Обид вдруг сказал, что лучше о его дочери может сказать её муж Вацлав, и передал право тоста ему. — Что, Обид, так и будем передавать друг другу? — шутливо сказал Вацлав тестю. — Я вижу, как вы друг друга любите и заботитесь друг о друге, поэтому лучше всего произнести тост получится у тебя, зятёк, — подстегнул Вацлава Обид. Китти и Мария, глядя на то, как мило беседуют их мужья, только улыбались и перешёптывались друг с другом. Наконец, Вацлав согласился произнести тост о Китти: — Что ж, если мне выдалась честь произнести тост о Китти, то я скажу. Я не перестаю благодарить судьбу за то, что она свела меня с Катариной на той конференции. Китти, я влюбился в тебя с первого взгляда и благодарен тебе за двух замечательных детей, — сказал Вацлав и улыбнулся детям, дети тоже улыбнулись в ответ. — А ещё ты, наша дочь, и прости, что мы не всегда были рядом с тобой, но мы гордимся тобой, даже не смотря на то, что ты не пошла по стопам наших предков, — продолжил отец. — Ваца, папа, это самое трогательное поздравление, которое я слышала, — призналась Китти. После застолья, когда все закуски и конфеты были съедены, каждый занялся своим делом. Обид, как прилежный дедушка, играл с Карелом в футбол, Карел прекрасно усвоил урок про то, что не стоит играть в доме и рядом с домом, поэтому повёл деда играть с ним в футбол в безопасное от дома место. Бабушка Мария о чём-то мирно беседовала со своей внучкой. Вся весёлая компания, состоящая из Мортонов и Коллеров, решила остаться дома и не гулять по Праге. — Ну, как душа моя, ты довольна подарком, вижу, что да? — игриво спросил Вацлав жену. — Да, мой милый, но ты столько денег потратил на этот гарнитур, ведь чешский гранат довольно дорогое украшение, — призналась Китти и прижалась, и обняла своего мужа. — Для тебя мне ничего не жалко, — улыбнулся Вацлав и поцеловал жену в макушку. Китти как-то надо было сказать мужу о предложении, которое ей сделал Дэвид Шариф, ей хотелось остаться дома с детьми и продолжать управлять книжным магазином, и иногда помогать своему мужу в его деле с аугментациями, а тут такое предложение. — Тебя что-то беспокоит? — вдруг спросил Вацлав у жены. От Вацлава ничего не утаишь, он прекрасно чувствует настроение других людей, а особенно свою жену, с которой он практически никогда не расставался. Собравшись с духом, Катарина рассказала мужу про то, что когда она гуляла с детьми возле Влтавы, то на неё вышел Дэвид Шариф и предложил ей работать у него нейротехнологом, сказав, что его старый нейротехнолог плохо справляется со своей работой. — Это Френсис то плохо справляется? — усмехнулся Вацлав. — Или же мистер Шариф ставит ему непосильные задачи. — Ты его знаешь?! — Кого, Шарифа или Френсиса? — Френсиса. — В глаза не видел, только читал о нём, — улыбнулся Вацлав. — И как ощущения о нём? — улыбаясь, спросила Китти, пытаясь узнать с кем или под кем, она будет работать. — Тот ещё сноб. Я не понимаю, как человек без аугментаций может быть инженером по этим технологиям, — возмутился Вацлав. — У меня тоже нет аугментаций, поэтому я всего-навсего тебе помогаю, но ты, другое дело, ты мой муж и отец моих детей, и помогать тебе — святое дело, да и к тому же, я всё ещё остаюсь девушкой из семьи Мортон, а мы, как известно, не под чьим руководством не работаем, — улыбнулась Китти. Китти ожидала от мужа чего угодно, вплоть до слов «что я не хочу делиться своей богиней и императрицей ни с кем», но Вацлав совершенно по-взрослому и на полном серьёзе сказал Катарине, что какой выбор она сделает, так и будет, и кто он такой, что бы держать её в Праге и не давать ей развиваться, как личность. Он помнил, когда он только-только познакомился с этой, тогда ещё чудесной девушкой, и она ему заявила, что хочет найти своё призвание в науке. — Я Мортон, а каждый Мортон ещё в детстве знает, кем хочет стать, — говорила тогда Китти. —Ты меня отпускаешь! — удивилась Китти. — А как же ты, как же дети, я хотела после выздоровления побыть с вами! — Будем общаться с тобой, а когда у нас выдастся свободная неделя или будут праздники, просто приедем к тебе в Детройт. Я, как видишь, привязан к Праге и не могу бросить свою «Машину времени» и свою клинику, но ты в свободном плавании, — обняв жену, сказал Вацлав. Если бы Вацлав не был бы обрёменён работой в Праге, то Китти игриво обратилась к нему со словами: — «Но мы можем полететь в Детройт вдвоём, и Дэвиду Шарифу пришлось бы терпеть нас двоих», но Вацлав патриот своей страны и своего города, да и Детройт опасное место для него и для детей. — Ты, правда, думаешь, что я справлюсь с этим? — тихо спросила Катарина, всё ещё прижимаясь к телу мужа. — Милая, я наблюдал за твоей работой у меня в клинике, ты без всякой помощи справляешься со своей работой, и притом у меня есть кое-какой подарок для тебя, — задорно произнёс Вацлав. — Главный мой подарок — это ты и дети, — смотря в глаза мужу, сказала Китти. — Я тронут, но всё же, я разработал новую аугментацию и хочу, — Китти услышав об этом, тут же отстранилась от мужа, давая понять, что не желает быть аугментированной, Вацлав тоже не хотел, чтобы его жена и дети поддались веянию этой моды, как некоторые его пациенты, которым он сказал твёрдое нет, но если Китти хочет постоянно поддерживать связь с ним, ей необходим инфолинк, как раз Коллер разработал контактную линзу с инфолинком, не требующий хирургической операции. — Не бойся, детка, эта аугментация не требует хирургического вмешательства, я проверил этот инфолинк на своём глазу, — улыбнулся Вацлав. — Ты разработал новый инфолинк, это же просто восхитительно, ты растёшь с каждым днём, тебе пора становиться профессором, — сказала Катарина. — Подумаю над этим, а пока пройдём в мой кабинет, и уверяю тебя, что для этой аугментации не требуется нейропозин или сыворотка Соколова, ты просто можешь вынуть линзу из глаза, если она не сработает, — заверил Коллер. Китти заинтересовалась этой новинкой среди аугментаций, хотя она не мало их повидала. Вацлав проводил жену в свой кабинет и, взяв специальный аппарат, что бы не помять линзу, вставил линзу в правый глаз Катарины. Китти ничего не почувствовала, только лёгкий холод, когда муж вставлял ей эту линзу. — Ну, как ты себя чувствуешь? — поинтересовался муж, помогая Китти встать с кресла. — Я ничего не чувствую, как это работает? — поинтересовалась Китти. — Как телепатия, просто мысленно скажи, и ответ придёт на мой инфолинк, — пояснил Вацлав. Китти мысленно послала Вацлаву — Nazdar1, и ответ пришёл на его инфолинк. — И тебе привет, если мы перешли на чешский, — отправил ответ Вацлав. Когда остальные члены семьи Коллер и Мортон вернулись в дом, Китти, собрав всех вместе, объявила о том, что её пригласили работать в Детройт. — И куда же? — поинтересовался отец. — В «Шариф индастриз», — улыбнулась Катарина. — Рад слышать это, дочка, твой муж поедет с тобой или тут останется? — спросил отец. — Мы решили, что муж и дети будут приезжать по выходным и на праздники, — ответила Китти. — И ты не возражаешь, Вацлав? — спросил Обид тестя. — Я знал на ком женился и к тому же… — начал Вацлав. — Как и хотел Ричард Мортон и все остальные члены семьи, мне суждено построить империю, даже на осколках империи Дэвида Шарифа, — улыбнулась Китти.

1 Привет (чешск)

Глава 18

Вечером Катарина с помощью своего инфолинка связалась с Дэвидом Шарифом и сказала ему, что она согласна работать у него в компании.

— Вот и славно миссис Коллер — ответил Дэвид — я вышлю за Вами самолёт, и Вы без особых трудностей и хлопот долетите до Детройта.

— Буду благодарна, надеюсь тряски не будет, я повезу кой что ценное — улыбнулась Китти и закончила разговор.

— Кой что ценное это что? — поинтересовался муж.

— Возьму с собой пару сывороток Соколова, а то после закрытия "Версалайф" у господина Шарифа наверняка нехватка Нейропозина, а тут одной капли сыворотки достаточно на всю жизнь — улыбаясь ответила Китти.

— Говоришь как профессионал — похвалил Вацлав. Накормив семью, Китти начала собирать в дорогу свои вещи. Если едешь в Америку, то нужно выглядеть как американка а не приезжая из Чешской республики, поэтому Катарина взяла с собой облегающие джинсы, которые она не особо любила, кожаную куртку, в которой она приехала в Прагу и тёплые ботинки, а так же пару ночных рубашек. Вацлав не стоял на месте а помогал своей жене собирать вещи, для того, чтобы сыворотка Соколова не разбилась при перелёте, Вацлав положил флаконы с ней в специальный контейнер. Китти и Коллер так были заняты приготовлением к перелёту, что не заметили как в комнату вошла Адела.

— Мам, пап, что Вы делаете? — почти взрослым языком спросила дочь. Китти подошла к дочери, и взяв её на руки села на кровать.

— Ади, твоей матери предложили работу в другой стране — тихо сказала Китти дочери.

— А нас с собой возьмёшь?

— Для тебя там опасно, как и для твоего брата, поэтому ты останешься тут с папой — улыбнулась Китти и поцеловала дочь в макушку. Вот оно наследие семьи Мортон, если бы Катарина не была членом семьи Мортон и не развилась бы как нейротехнолог самоучка, под руководством мужа, её бы не позвали работать в "Шариф индастриз", Китти оставалось только одно, не только устроиться на фирму Дэвида Шарифа работать, но и со временем завоевать уважение не только самого Шарифа но и всех его сотрудников, после он сам перепишет свою компанию на Китти, а "Шариф индастриз" превратиться в "Коллер индастриз", к этому времени вырастет дочь, и Китти туда её устроит, а пока придётся слушать господина Шарифа.

— Не переживай так дочка, мама будет тебе звонить, каждый день после работы, и ты вместе с папой и братом, будешь приезжать в выходные дни ко мне — обнимая дочь сказала Катарина и отпустила Аделу. Адела согласилась со словами матери, но всё же была немного расстроена словами матери о том, что мать вновь улетает куда-то. Вацлав незаметно подсел к жене на кровать и обнял её своими карбоновыми руками.

— И ты туда же, ты уже давно взрослый Вашек и тебе одному скучать не придётся — улыбнулась Китти, поглаживая своими руками руки мужа.

— Обещай мне, что построишь там свою империю, я уже давно свыкся с тем, что ты родилась в семье Мортон — шутливо сказал Вацлав.

— Обещаю — кивнула Китти.

Перед тем как провести очередную "прощальную" ночь с мужем, Китти прошла проверить детей, Карела похоже не беспокоило то, что его мама опять куда-то уезжает, он наигравшись с дедом, спал как убитый, а вот Адела не могла уснуть, и она постоянно крутилась в кровати, а когда Китти зашла к ней в комнату, девочка и вовсе проснулась.

— Не спишь? — тихо и ласково спросила мать у дочери.

— Не могу уснуть, зная что ты опять покидаешь нас — грустно сказала Адела. Китти ни чего не сказала дочери, лишь приподняла её с кровати и нежно обняла, пытаясь таким способом сказать дочери, что она возможно скоро вернётся обратно в Прагу к семье, и напоследок решила прочитать дочери сказку.

— Прочитай, то, что папа читает? — вновь настояла Адела. На этот раз, Китти не стала звать мужа, чтобы тот прочитал дочери книгу по нейротехнологиям, а прочитала пару глав вместе с инструкциями, после чего Адела уснула и Китти вернулась в спальню к мужу. Вацлав не спал когда жена зашла в комнату.

— Что, и тебе тоже почитать на ночь или же опять спеть ту колыбельную, чтобы ты заснул? — шутливо спросила Китти у мужа.

Вацлав поманил пальцем жену, Китти понимала чего не хватает её мужу — близости, и она скинув с себя халат, запрыгнула к мужу на кровать и сев на него верхом, наклонилась к нему и поцеловала в губы. Вацлав моментально обхватил жену за талию, и перевернул её так, что она оказалась под ним, после чего он жадно начал покрывать сначала шею а потом и все остальные части тела своей супруги поцелуями.

— Вашек — простонала Китти, проводя рукой по шёлковым волосам на голове мужа. Вацлав не давал жене отдышаться, и перехватить эстафету, он раздвинул ей ноги и начал целовать внутреннюю сторону бёдер своей жены. Китти могла только ласкать тело своего мужа руками, за последнее время Вацлав привёл себя в норму, и на его теле виднелся небольшой пресс.

— Ты чего? — чуть смеясь спросила Китти — в качалку ходил.

— Моя качалка дети и ежедневный поход на работу — ответил Коллер, оторвавшись от поцелуев. Китти тут же перехватила инициативу, и так же жадно вцепилась губами в губы мужа.

— Ненасытная моя богиня — произнёс Вацлав, как только жена оторвалась от его губ.

— Когда ещё мы будем так близко друг к другу — кокетливо улыбнулась Китти.Оба супруга чувствовали напряжение внизу живота, на этот раз Китти уступила мужу, позволив уложить её вновь на кровать, и притянуть к себе. Коллер налёг на жену, и осторожно вошёл в её лоно, из груди Катарины вырвался едва слышный стон, когда толчки стали более интенсивными, Китти пришлось прикрыть рукой рот, чтобы стоном не разбудить детей. Когда по её телу пронеслась волна наслаждения и оргазма, она заснула крепким сном.

***

Дэвид Шариф не заставил себя долго ждать, и когда Катарина приехала на машине в аэропорт тёзки своего мужа, самолёт Дэвида Шарифа уже стоял, дожидаясь прибытия миссис Коллер. Когда Катарина покидала свой дом и семью, у неё на душе словно кошки скребли, но она дала себе и мужу обещание, что вернётся обратно домой победителем.

— Мадам Коллер — вежливо произнёс Шариф, помогая Катарине ступить на борт, и погрузить на самолёт её поклажу.

— Я думала, что у такого важного как Вы человека есть своя прислуга? — лукаво сказала Катарина, включив властный тон, и демонстрируя своё превосходство.

— Увы, после инцидента, мне пришлось сократить свой штаб — развёл руками Дэвид.

— И даже, то что Вы сменили направление в работе, не помогло? — поинтересовалась Катарина.

— Нет — ответил Шариф. Когда самолёт летел в Соединённые штаты, Дэвид Шариф в вкратце рассказал над чем Катарине придётся у него работать и с кем она будет работать. Да, мистер Шариф и правда сменил направленность своей работы с военной на гражданскую, скорее всего сказалась Пахнея или он понял, что если он будет устанавливать аугментации гражданским протестов меньше будет. Перед подъездом к аэропорту Вацлав отправил всю информацию которую смог найти про техника "Шариф индастриз" — Френсиса Причарда.

— Да— подумала тогда Катарина, — даже по его внешности видно что он сноб.Перелёт из Праги в Детройт занял столько же времени, сколько плавание из неё же в Островную империю. Единственным плюсом работы у мистера Шарифа была корпоративная квартира в элитном здании "Чайрон". Правда со своими апартаментами хорошенько познакомиться у Катарины не получилось, как только Дэвид Шариф дал ей ключ от её новой квартиры и помог занести ей поклажу, Катарина тут же рухнула на кровать в спальне и уснула. Полёт был долгим и изнурительным. Правда хорошенько выспаться ей не удалось, она постоянно крутилась в кровати.

— Интересно как там Вацлав, за весь перелёт я так и не связалась с ним — подумала Китти, и связалась с мужем.

— Принцесса, как ты там — радостно ответил Вацлав.

— Прилетела, хорошо, что мне не нужно искать тут квартиру, Шариф позаботился об этом — ответила Китти.

— И как после всего что произошло, у него ещё денег хватает — саркастично высказался Вацлав.

— Наверное он хорошо застраховал свою фирму, как там дети?

— У тебя в квартире есть видеофон?

— Ещё не видела.

— Если есть, просто позвони мне на номер моего инфолинка. После разговора с мужем, Китти смогла уснуть, и проспала до самого утра. Хорошо, что Дивид Шариф с раннего утра не стоит возле двери у квартиры Катарины и не стучит в неё, поэтому Катарина не спешно встала с кровати, оделась, умылась, и стала осматривать квартиру. Апартаменты были шикарны, Катарина нашла видеофон в кабинете, но вот вид из окна на полуразрушенный город был не очень.

— Верните меня обратно в Прагу — раздалось в голове у Катарины. Долго скучать по дому, Катарине не пришлось, в окне она увидела подъезжающую к "Чайрону" машину Дэвида Шарифа, и самого господина Шарифа вынужденного приезжать за своей новой сотрудницей, выходящего из этой машины.

— Ну что, будем строить из трофеев империи — сказала себе Катарина, переодеваясь в свою официальную одежду, и заплетая волосы в кичку. Взяв с собой футляр с сывороткой Соколова для аугментированных, Катарина вышла из своей новой квартиры и пошла к машине Дэвида Шарифа.

Глава 19

Новое здание «Шариф индестриз» располагалось не в многоэтажном здании, как раньше, а в двухэтажном. Похоже, раньше тут была двухъярусная автостоянка. Всю дорогу до «Шариф индастриз» Катарина и её новый босс ехали молча, и только, когда машина подъехала к новой работе Катарины, Дэвид Шариф вдруг ни с того ни с сего извинился перед Катариной, что ей придётся работать в здании бывшей автостоянки, что удивило её.

— Лучше бы перед многими униженными и оскорблёнными аугментированными гражданами извинился, за то, что встроил им этот злосчастный чип, — подумала Катарина, подходя к месту своей новой работы.

— Простите, что спрашиваю Вас, миссис Коллер, но в целях безопасности, что у Вас в этом контейнере? — на полном серьёзе спросил Шариф.

— Уверяю Вас, это не бомба, но это может заменить нейропозин, ведь «Версалайф» приказала долго жить, — вежливо ответила Катарина.

— Да уж, и господин Пэйдж куда-то подевался, — буркнул себе под нос Шариф.

— Господину Пэйджу не следовало совать свой нос в дела моей семьи, — хотела сказать Катарина, но промолчала. По дороге до своего кабинета, Катарина осматривала стенд с книгами и образцами аугментаций, среди прочих не было ни одного упоминания о военных аугментациях, это говорило о том, что Дэвид Шариф и вправду сменил направление в своей работе и перешёл на создание аугментаций для гражданских. Сам Шариф признался Катарине, что ему было сложно перейти с военного дела на гражданское, и что его специалисту по аугментациям, привыкшему к военным разработкам, трудно перейти на гражданские.

— Эх, вояки, конечно трудно привыкать к мирной жизни, не с того начали, — подумала Катарина. Дэвид Шариф сказал Катарине, что изначально он хотел пригласить на работу её мужа — Вацлава Коллера, так как его слава прогремела не только на всю Прагу, но и на весь мир, но Коллер ответил отказом на его предложение.

— Пан Коллер патриот своей страны, он дальше Чешской республики работать не будет, — вежливо сказала Катарина.

— Я его не осуждаю, самому хочется восстановить из руин родной город, — признался Шариф.

***

Когда Дэвид Шариф сказал своему технику Френсису Причарду о том, что хочет пригласить в качестве помощника для Причарда, тот не только удивился, но и начал возражать своему боссу. Он видел журнал «Наука» с Вацлавом Коллером на обложке, и даже не смотря на то, что Коллер получил Нобелевскую премию в области нейротехнологий и нейропротезирования, не захотел видеть этого кибер-хипстера рядом с собой, каким гением он не был бы.

— Френсис, ты едва справляешься с работами над гражданскими аугментациями, а он спец в этом деле, — настаивал Дэвид Шариф. Френсис знал, что он в гражданских аугментациях ещё тот специалист, да и к тому же, на нём сказывалось то, что он после Панхеи долго сидел без работы. Но всё равно, он не хотел работать вместе с Вацлавом Коллером и убеждал своего босса в том, что ему просто нужно время, чтобы привыкнуть к новой работе.

— Если ты не хочешь работать с мистером Коллером, то будешь работать с миссис Коллер, она женщина серьёзная, и с ней лучше не спорить, — объявил однажды Шариф своему технику. Френсис ничего не знал о Катарине — жене Вацлава Коллера, про неё не было написано ни в одном научном журнале, единственное, что он знал, что она жена доктора Коллера.

— Наверное, она выглядит так же, как и её муж, и как господин Шариф может называть её серьёзной дамой, — усмехнулся Френсис, но когда господин Шариф привёл Катарину Коллер в кабинет Причарда и представил её ему, Френсис вынужден был забрать свои слова и мысли об этой женщине. Катарина стояла у двери технического отдела «Шариф индастриз», одетая в строгий чёрный костюм с фиолетовым отворотом и золотым орнаментом, её волосы были заколоты на затылке, она напомнила ему Меган Рид, только Меган Рид была «белой королевой», а миссис Коллер «чёрной».

— Миссис Коллер, познакомьтесь с Вашим новым коллегой Френсисом Причардом, — представил Шариф двух нейротехнологов.

— Рад с Вами познакомиться, миссис Коллер, — сдавленно проговорил Френсис.

— Я тоже рада познакомиться с Вами, мистер Причард, — улыбнулась Катарина. Френсис показал Катарине стол, за которым она будет работать, и Китти тут же начала его по своему обустраивать, доставая из своей походной сумки всё необходимое для работы нейротехнолога, включая и сыворотку Соколова. Френсис даже не предложил помощь Катарине, а пошёл работать за свой стол, на что Катарина одарила его недовольным взглядом:

— Муж прав, Вы ещё тот сноб, господин Причард, и мне ещё с Вами работать. Френсис, зная, что ему придётся работать с миссис Коллер, всё же взял себя в руки и извинился за своё поведение, сказав, что у него был печальный опыт общения с женщинами на работе, и что одна из них серьёзно подставила Дэвида Шарифа, перейдя работать к конкурентам.

— Вы о Меган Рид? — спросила Катарина у Френсиса.

— А Вы откуда знаете?! — удивился Причард.

— Я новости по телевизору смотрела, про эту вашу Меган Рид, во всех новостях говорили, — ответила Катарина.

Поболтав ещё не много с Катариной, Френсис всё же решил предложить ей помочь разобрать вещи, и она согласилась, так как она здесь новенькая и не знает, как всё здесь устроено. Попутно Френсис расспрашивал Катарину о том, как хорошо она разбирается в нейротехнологиях, и он слегка удивлён и раздосадован, когда она сказала ему, что она по сути нейротехнолог-самоучка, и что на эту должность хотели привлечь её мужа, но он отказался.

— Вам незачем беспокоиться о моём образовании, мистер Причард, всему, что я знаю, меня научил мой муж, я работала его помощницей в клинике «Протез» в Праге, — на полном серьёзе заявила Катарина, рассматривая привезённое с собой семейное фото, где запечатлено всё семейство Коллер: счастливые родители Вацлав и Катарина, Вацлав на фото, как всегда выделывается, но Китти прощает ему всё и их дети, сидящая на ногах отца и улыбающаяся Адела и сидящий на руках матери Карел.

— Ну надо же, — подумал глядя на фото Френсис. — У этого кибер хипстера оказывается есть семья, Катарина такая сильная и властная на первый взгляд женщина, и что она нашла в Коллере.

Когда все вещи были разгружены, Катарина преступила к работе, помогая Френсису Причарду разрабатывать новые аугментации. Френсис не такой, как Вацлав, когда Китти работала с мужем, они частенько подшучивали друг над другом, беседовали о новых аугментациях и прочем, а Френсис слишк ом зажатый, с ним так, как с мужем не поболтаешь.

— Скажите, мистер Причард? — спросила Катарина. — Как Вы проверяете свои аугментации?

— Уж точно не на себе, как Ваш муж, миссис Коллер, — ответил Причард.

— На людях, а если они причиняют им боль или не работают?

— Им платят за это.

— Мы так не делаем, у мужа есть нейрохаб, через который он проверяет все свои разработки, и только потом прикручивает их нуждающимся, — улыбнулась Катарина. Френсис промолчал на счёт последних слов Катарины, он просто не знал, как ответить на её слова. Он много читал и слышал о Вацлаве Коллере, и ему казалось, как он тогда коньки не отбросил, проверяя на себе все изобретённые им аугментации, но он неохотно вынужден был признать, что в докторе Коллере что-то есть, есть то, что нет у него.

Катарина и Френсис проработали до самого обеда, во время обеденного часа, Катарина попросила Френсиса показать ей, где тут столовая, и Причард вежливо проводил её до столовой.

— Благодарю, — улыбнулась Китти. Чешскую кухню в столовой «Шариф индастриз» не готовили, поэтому Китти заказала бифштекс с картофельным пюре и стакан кока-колы, после чего, забрав свой заказ, связалась с мужем по инфолинку.

— Вацлав, ты свободен? — спросила Китти.

— Да, радость моя, у нас уже вечер, и мы ужинаем, а как ты?

— Фирма Дэвида Шарифа заметно уменьшилась.

— Ну, это ясное дело, скажи, он не занимается ни чем незаконным? — спросил муж. Слова мужа заставили Катарину улыбнуться, ну да, ни чем незаконным, он сам в начале их встречи работал подпольно, но это было в тяжёлые времена.

— Он на самом деле изменился, а вот что на счёт его техника… ты прав, он сноб, — улыбнулась Китти.

— Я что, когда-нибудь врал тебе, солнце моё, так и есть, он сноб, — сказал Вацлав. После обеда Китти вернулась к своей работе, Френсис похоже не обедал, она не видела его в столовой и не видела у него на столе бутерброд завёрнутый в фольгу, когда Катарина спросила Френсиса про обед, тот ответил, что он слишком занят для этого, и что Дэвид Шариф его нагружает работой.

— Всё от того, что вы тут занимаетесь не тем, чем надо, — усмехнулась Катарина.

— Полегче, женщина, я с момента Панхеи не работал, — взмахнул руками Френсис.

— Я хоть и самоучка, но прекрасно разбираюсь в аугментациях, поэтому, идите пообедайте, мистер Причард, а я поработаю над аугментациями, — улыбнулась Китти. Причард согласился с тем, что ему пора отдохнуть и, оставив свою работу помощнице, пошёл обедать, Китти же преступила к созданию аугментаций, начатой её новым коллегой, Френсис работал над аугментации для рабочих, работающих в тяжёлых условиях, Китти видела такие аугментации в разработках мужа, он говорил, что это для приезжих рабочих из Дубая, такой специальной рукой легко распиливать блоки. Вот только Причард понятия не имел, как правильно создать такую «руку» провода, и ПЭДОТ были запутаны так, как будто их дали годовалому ребёнку.

— Да тут даже бы моя дочь справилась, — усмехнулась Китти и начала распутывать провода.

— Вац, мне нужна твоя помощь, — вновь связалась с мужем Катарина. — Куда ты подключаешь аугментацию, когда не хочешь подключать к себе.

— Должен быть специальный компьютер, — ответил муж. Найдя компьютер, Китти подключила «руку» к нему, но аугментация отказывалась работать, Китти разобрала её и чуть не оторопела, в аугментации не хватало пары необходимых деталей для её правильной работы.

Когда Френсис вернулась с обеда, Китти высказала ему всё, что о нём думает, включая то, что он пропустил пару важных деталей.

— Я же сказал, что новичок в этом деле, — стал оправдываться Френсис.

— И вы, неработающие конечности и аппараты крепите к живым людям, это безрассудство, люди — не подопытные кролики, — возмутилась Китти.

— Я надеюсь, Вы, миссис Коллер, научите меня, как правильно создавать гражданские аугментации, — признался Причард.

Глава 20

К концу рабочего дня Катарина окончательно выбилась из сил. Она не ожидала того, что Френсис Причард окажется не совсем подкованным в гражданских аугментациях, и Катарине вместо того, чтобы заниматься разработкой этих аугментаций, придётся объяснять Причарду, как это работает. Причард не очень уютно себя чувствовал рядом с госпожой Коллер, но вынужден был признать тот факт, что без её поддержки, ему не справиться.

— Миссис Коллер, Вас подвезти до дома? — спросил Дэвид Шариф у Катарины, когда рабочий день подходил к концу, и все сотрудники «Шариф индастриз» стали расходиться по домам. Катарина ответила согласием, в отличие от её отца Обида Мортона, который имел честь видеть некоторые штаты Америки, по ходу работы там, Катарина ни разу не была ни в США и тем более в Детройте, который с момента Панхеи стал более опасным, бояться тут нужно не аугов, которые благосклонно относились к тем, кто делает им их аугментации, а проживающих в Детройте противников всяких модификаций человека.

— Этот Ваш Причард совершенно не подкован в области гражданских аугментаций, — сделала Катарина замечание Дэвиду.

— Простите его, мадам Коллер, я сам как только вернулся в дело, не совсем понимал с чего начать, — вздохнул Шариф.

— Надо начать с качественных материалов, с ознакомлением устройства этих аугментаций, с тем, как они работают, — стала перечислять Катарина.

— Вижу, Ваш муж хорошо подковал Вас в этом деле, — заметил Дэвид.

— Он этому всю жизнь посвятил, и поэтому он сейчас мелькает во всех научных журналах, — улыбнулась Катарина.

Когда машина подъехала к зданию «Чайрон», Дэвид Шариф помог Катарине выйти из машины и, пожелав ей хорошего отдыха, поехал к себе домой. Войдя в квартиру, Китти, сняв с себя всю одежду, пошла в душ, чтобы освежиться перед сном. Названивать мужу на инфолинк, она не стала, он и дети, наверняка, сейчас спят и видят третий сон, что не скажешь о Китти, она так вымоталась на работе, что ей даже спать не хотелось, прямо как Вацлав, когда он жил один в своём подвале. Всё равно нужно хорошенько выспаться, ведь завтра вновь надо идти на работу в «Шариф индастриз» и объяснять Френсису Причарду, как работает та или иная аугментация. Китти собиралась идти спать, но тут на её инфолинк позвонил муж:

— Привет, радость моя, не спишь?

— Только собиралась, я думала, что ты спишь?! — ответила вопросом на вопрос Китти.

— Дети спят, я их уложил спать.

— А сам?

— А я решил поработать перед сном и, кажется, потерял счёт времени, — признался Вацлав.

— Так не пойдёт, — нахмурилась Китти.

— Знаю, но без тебя мне не спится, — признался муж.

— Милый, я тоже вряд ли без тебя засну, — созналась Китти.

— Шариф не очень тебя допекает?

— Нет, только его техник, сам знаешь, а ещё Шариф подбросил меня до дома, — сообщила Китти.

— Ну, прямо как императрицу, — улыбнулся Вацлав.

— Ну да, судя по тому, как Причард плохо справляется с данным ему заданием, пост главного нейротехнолога скоро займу я, — сказала Китти.

— Удачи со строительством империи «Коллер», — зевнул Вацлав.

Китти всё же уговорила мужа пойти спать, и он согласился. После разговора с мужем, Китти немного расслабилась и тоже пошла спать, поставив свой будильник на два часа назад, чтобы проснуться раньше и приготовить себе поесть. Кровать в спальне была неудобная, и Китти постоянно крутилась в постели, чтобы принять удобную для сна позу. Катарина проснулась в два часа ночи, и долго не могла заснуть, недолго повалявшись в кровати, Китти решила пойти в кабинет и поработать над чертежами новых аугментаций, в голове она прокручивала мысли и образы о том, как должна выглядеть та или иная аугментация. Рабочим Детройта, таскающим и распиливающим тяжёлые бетонные блоки, нужны аугметнированные руки, которые не сломаются и не откажут при столь тяжёлой работе. Катарина изобразила на начатом ею чертеже аугментированной руки, ещё несколько внутренних укреплений и дала к ним пояснения, что они должны быть обработаны специальным сплавом, чтобы гарантировать надёжность работы аугментации. Укрепления не должны быть тяжёлыми, а так же не должны покрываться ржавчиной и коррозией.

— У мистера Шарифа, скорее всего, проблема с карбоновыми сплавами, но если он так же богат как и раньше, то пусть применит титан, он лёгкий и прочный, — подумала Катарина и добавила новое пояснение.

Китти так увлеклась работой над аугментациями, что проработала до самого утра. Когда прозвенел будильник, Катарина пошла на кухню готовить себе завтрак, завтракать ей пришлось тостами из белого хлеба и колбасой.

— Нужно купить еду, — пробубнила себе под нос Китти. После завтрака Китти в ожидании, когда за ней приедет Дэвид Шариф, продолжила корпеть над своими разработками.

Шариф не заставил себя долго ждать, в общем, Дэвид Шариф оказался человеком слова и дела, он никогда не заставлял себя долго ждать и приезжал всегда вовремя, поэтому Китти не была в нём разочарована, как в его нейротехнологе. В здании «Шариф индастриз» Катарина представила господину Шарифу свою разработку, пояснив ему, что должно входить в эту аугментацию, Дэвид Шариф похвалил ум и смекалку Катарины, но сказал, что если будет титановый сплав, то некачественный.

— Что, и с этим проблемы тоже?! — удивилась Катарина.

— Приходится работать с тем, что есть, — развёл руками Шариф.

— А как насчёт покрытия, обеспечивающего протезам и аугментациям надёжность? Или с этим у Вас тоже проблемы? — поинтересовалась Китти.

— Немного осталось, боюсь, Вам придётся подумать, куда его лучше распылить, — сознался Шариф.

Китти не стала спорить с боссом, хотя если честно, не понимала, как он вообще смог встать на ноги, если у него ничего нет. Аугментации без должного укрепления и ухода просто будут ломаться, а люди здесь не так богаты, чтобы ходить в дорогущие клиники «Протез».

— И он ещё хотел моего мужа подключить к этой работе, — вздохнула Катарина, входя в кабинет. Френсис Причард уже сидел в техническом отделе и делал вид, что он работает над аугментациями. Увидев входящую в кабинет Катарину, он встал из-за стола и поздоровался с ней, Катарина ответила тем же и прошла за свой стол.

— У вас и правда так плохо, — сорвалась Катарина.

— Вы о чём, мадам Коллер?!

— О том, что у вашего босса не всё в порядке с финансами и материалами, — взвела руками Катарина.

— Спасибо, что напомнили мне об этом, я не хотел сюда возвращаться, — начал Френсис.

— Но по старой дружбе, — усмехнулась Китти, которая всё ещё была на взводе. Китти продемонстрировала Френсису свою разработку, пояснив, что над некоторыми деталями придётся подумать, так как у Дэвида Шарифа нет необходимых материалов. Френсис и Катарина преступили к разработке аугментации, применяя к ней разные провода и сплавы, аугментация либо работала не в полную силу, либо ломалась.

— Это безнадёжно, я конечно понимаю, что вы, американцы, такие гордые, даже Панхея вас не сломала, но пора бы попросить помощи тех, у кого этого добра полно, у нас в Чехии с этим проблем нет, — вздохнула Китти, когда аугментированный протез развалился на части.

— Просить помощи у этого киберхипстера, что ли? — усмехнулся Причард.

— У этого, как Вы говорите, киберхипстера, две докторские степени и одна нобелевская премия, — подметила Китти.

— Это просто удивительно, как такая утончённая дама, как Вы, сошлись с ним! — удивился Причард.

— Может, лучше займётесь работой, а не будите спрашивать меня о моей семье, — указала Китти, осматривая аугментацию и пытаясь понять, как поступить дальше.

За обедом Китти связалась по своему инфолинку с мужем, он в это время уже закончил работу и забрал детей у своих родителей.

— Привет, моя Иштар, как продвигается строительство империи? — шутливо поинтересовался муж.

— Плохо.

— Что так?

— Тут нехватка материалов. Скажи, как ты справлялся с этой проблемой?

— Забыла, я же заказывал всё через подпольный китайский рынок, — ответил Вацлав.

— Боюсь, Дэвид Шариф не собирается сотрудничать с Китаем, — вздохнула Китти.

— А с Чешской республикой? К слову, скажи, что тебе надо, и я могу достать это, — игриво сказал Вацлав.

— Боюсь, что Дэвид Шариф будет недоволен, хотя, если я умело замаскирую эти аугментации и выдам за его, то… — Китти представила, как обиженная Евросоюзом и США Чешская республика подкармливает некогда великие Соединённые штаты, Панхея поставила всё на места, теперь сильные просят помощь у слабых.

— Я согласна, скажу, что нужно, карбоновые сплавы и алмазное покрытие, — сказала Китти.

— Завтра всё вышлю, обещаю, у меня этого добра достаточно, — сообщил муж.

— Вашек, чтобы я без тебя делала, а то этот Френсис строит из себя важную особу, знаешь, как он тебя назвал, — сказала Китти.

— Как?

— Киберхипстер.

Вацлав, находясь на другом конце инфолинка, чуть не расхохотался, ну да, киберхипстер, у которого две докторские степени, одна нобелевская премия, всемирное признание, и куча техники для изготовления аугментаций, а у Френсиса есть только то, что приносит ему Дэвид Шариф.

— Сюда идёт важная особа, конец связи, — игриво произнесла Китти и отключила инфолинк.

Важной особой она назвала Френсиса, она не ожидала, что он подсядет к ней за столик, он для неё был, как большинство папиных коллег, которые только кичатся тем, что они на что-то способны.

— Если Вы будете выспрашивать меня про мою семью, то это не прокатит, — предупредила Китти.

— Я вынужден признать, что… — Френсис не знал, как закончить фразу, тогда он просто подавится своим снобизмом, но вынужден признать, что доктор Коллер лучше его.

— Вынуждены признать, что мой муж лучше Вас, — усмехнулась Катарина.

— Да, это ведь он научил Вас этим премудростям? — спросил Френсис.

— Да, если бы ни он, меня бы тут не было, — улыбнулась Катарина. Катарина не стала приносить с собой разработки её дяди Алана, пусть с ними работает Вацлав, с собой она взяла только то, чему её научил муж, и чему она научилась сама.

Глава 21

Прошла неделя с того момента, когда Катарина устроилась на работу «Шариф индастриз», более менее Катарине удалось обучить Френсиса Причарда азам гражданских аугментаций, и он больше не обращался к ней с вопросом «как это работает?», если только задача не ставила его в тупик, он больше не приставал к Катарине с расспросами о её семье, что несомненно радовало Катарину, ей не особо хотелось говорить о муже и детях тому, чьё она место собирается занять. Вацлав, как и обещал, переправлял своей жене необходимые для аугментаций детали, а она умело встраивала их в аугментации и протезы, Дэвид Шариф и Френсис Причард даже не подозревали о том, что Китти тайно от всех что-то встраивает в их разработки. За неделю работы Китти устала от через мерной опеки своего босса и сказала своему начальнику, что она достаточно ознакомилась с городом, и что не боится ездить в метро.

— Как скажите, мадам Коллер, но мне бы не хотелось, чтобы столь ценный сотрудник пострадал, город не безопасный, — вежливо сказал Шариф, когда Китти объявила ему о своём решении.

— Я сама смогу себя защитить, — улыбнулась Китти.

— Как скажите, мадам, — согласился Шариф.

Возвращаясь в свою квартиру, Катарина садилась за стол в своём кабинете и с головой уходила в создание новых чертежей протезов и аугментаций, теперь, когда у неё в руках было всё необходимое, она больше не ломала голову над тем, чем заменить ту или иную деталь, она уже знала, куда распылить алмазную пыль или вставить укрепление из карбона. Утром Катарина, положив все свои чертежи в специальный футляр, с гордым видом шла на работу в «Шариф инластриз». Все сотрудники фирмы Дэвида Шарифа, завидев Катарину, здоровались с ней, Катарина тоже здоровалась с ними. В технический отдел Китти пришла первой, Френсиса Причарда на месте не было.

— Неужели выдохся, — усмехнулась она, садясь за свой стол.

— Доброе утро, миссис Коллер, — вежливо поздоровался с Катариной Дэвид Шариф, по дороге в свой кабинет.

— Здравствуйте, мистер Шариф, — приветливо улыбнулась Катарина. — Что-то Френсис сегодня задерживается, а раньше он не опаздывал на работу.

— Он ждёт Вас на испытательном полигоне, мы решили испытать изобретённые Вами аугментации, — вежливо ответил Шариф.

— Надеюсь не на людях? — поинтересовалась Катарина.

— Что Вы, миссис Коллер, — заверил Шариф и пригласил Катарину присоединиться к просмотру испытаний изобретённых ею аугментаций. Катарина согласилась пойти и посмотреть, как работают её изобретения, и правда ли они работают в мирных целях, бывшим воякам Китти не особо доверяла.

Дэвид Шариф вёл Катарину на испытательный полигон, на пути Катарины встречались немногочисленные кабинеты с работающими в них сотрудниками, с некоторыми из них она имела честь познакомиться, других она встречала только в столовой, на стенах здания «Шариф индастриз» были развешены потрёпанные плакаты, судя по всему, они остались со старой работы господина Шарифа, стоек с книгами Катарина не обнаружила, похоже Панхея слегка умерила армейский дух основателя «Шариф индастриз»

— Рад видеть Вас, госпожа Коллер, мы Вас ждали, — улыбнулся Френсис, как только Катарина вместе с господином Шарифом прибыла на испытательный полигон. Полигон располагался в специально оборудованном помещении, ещё одно свидетельство несгибаемости духа Дэвида Шарифа.

Начали испытания новых аугментаций, Катарина внимательно наблюдала за испытаниями и что-то отмечала в своём блокноте, который она взяла перед тем, как пойти на проверку придуманных ею аугментаций. Дэвид Шариф и Френсис Причард так же наблюдали за испытаниями и постоянно переговаривались друг с другом. Сегодня испытывали специальный протез руки для рабочих, которые распиливают и перетаскивают бетонные блоки, это была совместная разработка Френсиса Причарда и Катарины Коллер, но Китти была горда тем, что довела работу Причарда до совершенства.

— Нет, так не пойдёт, — возразила Катарина. — Видя искры, выходящие из-под циркулярной пилы.

— Так всегда бывает, когда пилишь камень, — начал было Френсис. Но Китти и слушать Френсиса не стала, она указала ему на то, что такая искра может попасть на протез и не только вызвать короткое замыкание и шок от него, но и расплавить его. Афишировать о том, что она нашла выход из столь не простой ситуации Катарина не стала, а просто попросила остановить испытание и доработать её и Причарда аугментацию.

— А по-моему, он и так хорош, — попытался возразить Причард, но Дэвид Шариф согласился с Катариной и попросил остановить испытание, ему не хотелось лишнего волнения граждан США по поводу того, что его аугментации не безопасны для людей.

— Вы правы, миссис Коллер, эта аугментация требует доработки, — сказал Дэвид Шариф и, сняв аугментацию с испытательного робота, отдал её Катарине. Взяв в руки аугментированный протез руки, Катарина вернулась в совместный с Френсисом Причардом кабинет и, осматривая аугментацию, преступила к её доработки.

— Вы когда-нибудь отдыхаете? — поинтересовался Френсис у Катарины.

— Только тогда, когда закончу работу, — вежливо улыбнулась Китти. Китти поняла в чём была недоработка, лезвие пилы было слишком близко расположено к протезу, нужно сделать так, чтобы лезвие выдвигалось из руки. Раздумывая над этой задачей, в голову Катарины пришла мысль о том, что легче было бы после работы рабочему снять эту пилу и вкрутить кисть руки. Китти тут же разобрала протез и начала осматривать каждый из проводков внутри нейропротеза. Френсиса в кабинете не было, он наверняка крутится рядом с боссом, это сыграло Катарине на руку, она по инфолинку связалась со своим мужем и попросила у него совета.

— Привет, моя Иштар, как дела? — спросил Вацлав у Китти.

— Я тебя не разбудила? — поинтересовалась Китти.

— Нет, мы только позавтракали, и я взял небольшую передышку на работе и собираюсь в твоё отсутствие поуправлять «Машиной времени», и взять туда детей, — ответил Вацлав.

— А Карел не нарушит тишину в магазине? — поинтересовалась Китти.

— Я всё предусмотрел, Китти, и оборудовал угол специально для детей возраста нашего сына, кроме того, он знает, что с ним будет, если он будет гонять мяч в помещении, — ответил муж. После разговора про детей, Катарина перешла к разговору об аугментациях и попросила у мужа совета.

— А ты развиваешься, девочка, ладно, слушай меня, — приветливо сказал Вацлав Катарине и сказал, как правильно разработать эту аугментацию, он спец в этом деле. Китти внимательно слушала мужа и всё, что он говорил, записывала в свой блокнот, после того, как Вацлав рассказал жене как быть, она поблагодарила его за помощь и завершила сеанс связи. Когда Френсис Причард вернулся обратно в кабинет, Китти во всю работала над чертежом улучшенной аугментации, после того, как она разработала чертёж, она вязала его в руки и пошла в кабинет к Дэвиду Шарифу, чтобы предложить ему такой вариант аугментации.

А это мысль, миссис Коллер, но Вы уверены в том, что от постоянной смены кисти-пилы, будет работать правильно протез? — задумчиво поинтересовался Шариф.

— Над этим я работаю, но думаю, что проблем с работой нейропотезов не будет, — вежливо ответила Катарина.

— Отлично, это то, что мне нужно, я попрошу Френсиса помочь Вам, — согласился Шариф.

Френсис запротестовал, услышав от Шарифа такую новость, но Дэвид и слушать ничего не хотел, раз уж Катарина помогала Причарду с его разработками, то почему бы Френсису не помочь Катарине.

— Ну надо же, — подумал Френсис. — Эта женщина-самоучка, а имеет больше влияния на господина Шарифа, чем я. Всё же Френсис согласился помочь Катарине, и каждый раз когда он отвлекался, Китти встраивала в протез и аугментацию то, что прислал ей Вацлав.

Глава 22

Пока Катарина покоряла «Шариф индастриз», Вацлав вернулся к управлению «Машиной времени», с тех пор, как пост директора книжного магазина заняла его жена, он практически не появлялся в магазине, за исключением тех моментов, когда ему необходимо встретиться с Китти, к тому же, Катарина делилась с Вацлавом всем, что происходит в «Машине времени». Все новинки, которые Китти внесла в «Машину времени», Вацлав одобрил. Для того, чтобы вовремя приходить на работу в книжный магазин, Вацлав вместе с детьми переехал с окраин Праги к своим родителям.

— Мам, пап, надеюсь, что Вы не против того, что я с детьми некоторое время поживу у Вас? — спросил Вацлав у родителей.

— Что ты, сынок, как мы можем быть против того, что ты будешь жить с нами, — приветливо ответила Сьюзана Коллер.

— Оставайся сколько хочешь, — заявил отец.

— Это не на всё время, а только на то, пока Китти находится в США, — пояснил Вацлав.

— Похоже, твоя жена в этом деле преуспела больше тебя, — шутливо сказал отец.

— Пап, я Чехию ни на какую Америку не променяю, а Китти нужно развиваться, — улыбнулся Вацлав.

— И как у неё дела? — поинтересовалась Сьюзана.

— Вчера разговаривал с ней по видеофону, говорит, что ей удалось завоевать доверие не только босса, но и главного техника, — ответил Вацлав.

Перед уходом на работу, Вацлав дал наказ детям, чтобы они не хулиганили у бабушки с дедушкой и, сев в машину, поехал к «Машине времени». За время отсутствия Коллера в доставшийся ему по наследству книжной лавке многое изменилось, Китти полностью обновила не только внешний вид магазина, но и внутренне убранство, даже поменяла витражи на окнах, теперь всё в магазине полностью соответствовало его названию.

— Ого, — произнёс Вацлав, входя в магазин. — И когда она всё успела?

— Доброе утро, пан Коллер, давненько Вас не было видно, — приветливо поздоровалась с Вацлавом одна из сотрудниц.

— И тебе того же, Мария, — улыбнулся Вацлав. Мария так же сказала Вацлаву, что сегодня должны привезти новые книги. Вацлав был рад тому, что его совместный с Катариной книжный магазин процветает, но он не знал, куда ставить новые книги, свободных полок и мест было мало, люди всё привозили и привозили новые книги, некоторые из них Китти перевела в электронную форму, все переведённые книги она отправляла заказчикам.

— Это хорошо, но куда мне ставить эти книги?! — поинтересовался Вацлав.

— Пани Коллер специально отвела место для новых книг, пойдёмте, я Вам покажу, — приветливо предложила Мария и повела Вацлава к том месту, где книжный магазин переходил в жилую зону, Вацлав так долго не был в «Машине времени», что забыл про то, что возле входа в жилую зону, есть полно пустых книжных полок.

— Надо бы почаще сюда заглядывать, — признался себе Вацлав, и поблагодарив Марию, за небольшой экскурс по магазину, и пошёл в кабинет директора. На столе лежали незавершённые заказы, начатые Китти, и Вацлав, не задумываясь, приступил к завершению этих заказов, чтобы у Китти по возвращению в Прагу не было завала. Как только Вацлав засел за переводом книг, с ним по инфолинку связалась жена, он был удивлён, что Китти звонит так поздно, судя по всему, Китти не спалось в Детройте, и она решила поболтать со своим мужем.

— Привет, Иштар, — ласково произнёс Вацлав. — Не спится?

— Я так вымотана, что спать не могу, — призналась Катарина.

— Знаешь, ты не обязана там строить империю и если устаёшь так, что не можешь уснуть, то возвращайся в Чехию, мы по тебе скучаем и, к тому же, у тебя есть одна маленькая империя, — предложил Вацлав. Китти поинтересовалась, чем сейчас занят её муж, и Коллер ответил, что он решил немного поуправлять «Машиной времени», а заодно и доделать переводы, начатые Катариной.

— Кстати, о переводах, — начала разговор Китти. — Один джентльмен попросил оцифровать книгу моего отца об индейцах Абкани и сказал мне, что заплатит за неё хорошую цену.

— Хорошо, я оцифрую её, похоже, что труды моего тестя пользуются популярностью, — согласился Вацлав, а потом подумал, что не мешало бы нанять на работу оцифровщика, чтобы не разрываться между переводами и оцифровкой, к тому же, перевод трудов Обида Мортона — дело кропотливое, профессор Мортон перевёл слова индейцев племени Абкани на английский язык, когда описывал их племенные ритуалы. Этим соображением он поделился с женой, и Китти согласилась, её мужу, как и ей самой нужен ещё один работник книжного магазина, она сама еле-еле справляется с переводами и оцифровкой. Закончив разговаривать с женой, Вацлав тут же залез в свой компьютер и открыл вакансию оцифровщика книг, хотя знал, что в этом прогрессивном мире мало кто из людей любит читать бумажные книги.

Вацлав просидел за переводами до пяти часов вечера, он не заметил, как день перешёл в вечер и, взяв со стола книгу, написанную его тестем, отпустил работников по домам.

— А раньше мы работали до одиннадцати часов вечера, — подметила Мария.

— Это было раньше, а теперь мне надо идти домой к детям, и, к тому же, мне нужно зайти в магазин за продуктами, — ответил Вацлав. Сев в свой автомобиль, Коллер заехал в продуктовый магазин, чтобы купить всё самое необходимое к ужину, он решил не загружать свою маму готовкой ужина, а приготовить всё самому, к тому же, он научил детей есть не только традиционную чешскую кухню, но и всё то, что он умеет готовить. В магазине, как и всегда вечером, была очередь перед кассой, и пока Вацлав стоял в очереди, он читал взятую с собой книгу, отмечая на ней некоторые абзацы.

— Да, — думал Вацлав. — Если её перевести в цифру, то тут выйдет целая энциклопедия. Хорошо, что никто не просит оцифровать атлас по Карнаке и Серконосу, написанный Катариной, а иначе бы, все эти яркие фотографии просто утратили свою ценность.

Когда Вацлав открыл ключом двери родительской квартиры, его радостными возгласами встретила Адела.

— Папа, папа, пришёл, — радостно проговорила девочка, чуть ли не бросаясь к отцу на руки.

— Привет, принцесса, а где твой брат, надеюсь он не доставлял неприятности бабушки с дедушкой? — поинтересовался отец.

— Он спит, — ответил за внучку Лукаш Коллер.

— Пап, как тебе удалось сделать то, что не удавалось сделать мне с первого раза! — удивился Вацлав.

— Нашёл верный подход к внуку, — ответил отец, беря из рук сына продукты.

— А мама где?

— У неё ночное дежурство. Мать Вацлава так и не смогла усидеть на пенсии и вновь вернулась к работе врача, правда на полставки, наверное своим характером и упорством Вацлав пошёл в свою мать, отец у него не такой активный, он как только чувствовал усталость, брал отпуск на работе, зато со свежей головой потом возвращался обратно на работу.

— Надеюсь, дети не доставляли Вам хлопот? — поинтересовался Вацлав у отца.

— Нет, мы хорошо провели время вместе, а как у тебя дела? Как всегда заседал в своей клинике? — поинтересовался Лукаш у сына.

— Тоже нет, я был в «Машине времени», — улыбнулся Вацлав. Снимая с ног ботинки. Отец с любопытством оглядел ноги сына, Вацлав опять надел разные носки, это заставило Лукаша улыбнуться.

— Надо же, тебе сейчас тридцать, а ты до сих пор ходишь в разных носках, и когда Катарина вернётся, только при ней ты выглядел более менее ухоженным, — улыбнулся отец.

— Я тоже надеюсь, что она скоро вернётся, мы по ней скучаем, — улыбнулся в ответ Вацлав. Переодевшись в домашнюю одежду, Вацлав тут же приступил к готовке ужина,

— Сынок, тебе помочь? — поинтересовался отец.

— Отдыхай, пап, ты это заслужил, — ответил Вацлав.

— Сегодня у меня выходной, и я, если честно, устал сидеть за телевизором, — признался Лукаш.

— И как всегда прокручиваешь в голове инженерные идеи, по себе знаю, — сказал Вацлав.

Лукаш и Сьюзана рады были тому, что их сын, вместе с детьми переехал жить к ним, хоть и на время, поэтому, он без возражений решил помочь сыну с готовкой ужина, а через минуту, к этому семейному дуэту присоединилась Адела. Дедушка попросил её достать из буфета посуду, и Адела тут же приступила к помощи родным.

— Умная у тебя дочь, Вацлав, буквально на лету всё схватывает, — подметил Лукаш.

— Китти говорит, что она вся в меня, — улыбнулся Вацлав.

— Скорее в вас обоих, — улыбнулся отец.

Ужин выдался на славу. После сытного ужина Вацлав не стал дожидаться, когда вернётся с работы его мать, а пошёл в свою комнату. С того момента, когда Вацлаву стукнуло восемнадцать, и он перебрался из родительского дома в общежитие университета, в его комнате ничего не изменилось. Тут были не только книги, которые он любил когда-то читать, но и его детские и юношеские награды, в школьные и студенческие годы Вацлав состоял во многих научных и дискуссионных кружках, а так же, участвовал во многих конкурсах, на стене комнаты висели фотографии, сделанные его дедом — Дворжаком Коллером, на старый механический фотоаппарат, дедушка Вацлава любил всякий антиквариат и привил эту любовь своему внуку, раз не удалось привить сыну. Сам фотоаппарат стоял в том же шкафу, что и награды.

— Надо же, а тут ничего не изменилось, — улыбнулся Вацлав.

— Твоя мать не позволила тут ничего менять, — услышал Коллер из-за спины голос отца.

— Как только она придёт домой, я поблагодарю её за это, — сказал Вацлав отцу.

Перед сном Вацлав решил немного повозиться с вверенной ему книгой, чтобы потом легко можно было её оцифровать. Впрочем, с книгой он провозился не долго, тут же в комнату вбежала Адела и улеглась рядом с отцом.

— Что ты делаешь, пап? — спросила дочка.

— Разбираю книгу, если можно так выразиться, — протянул отец и поинтересовался, почему дочь не в своей постели, Адела сказала, что ей неуютно ночевать в доме бабушки с дедушкой.

— Это на время, пока мама не вернётся, обещаю, — улыбнулся Вацлав и потрепал дочку по голове.

— Осторожно, пап, а то волосы запутаются, — чуть смеясь, произнесла Адела.

— Ничего страшного, солнышко, я завтра их тебе расчешу, — улыбнулся Вацлав. Коллер предложил дочери прочитать на ночь сказку, так как все его книги по нейротехнологиям остались дома, немного подумав, Адела согласилась, и Вацлав, достав из старого серванта сборник чешских сказок и устроившись поудобнее в кровати, стал читать их дочери.

Глава 23

Утром Вацлава разбудила мать, она встала с утра пораньше и уже приготовила сытный завтрак. Дети одетые и умытые сидели за столом и ждали, когда их отец присоединится к завтраку.

— Спасибо за продукты, я решила не нагружать тебя готовкой с утра пораньше и сама приготовила завтрак, — приветливо сказала Сьюзана сыну.

— Доброе утро, мам, спасибо, — поблагодарив мать, Вацлав пошёл в душевую. За столом Вацлав просматривал свой смартфон на наличие откликнувшихся на вакансию оцифровщика книг людей.

— Важные новости? — спросил отец.

— Нет, просто смотрю, кто откликнулся на вакансию оцифровщика, — ответил Вацлав.

— Сынок, ты сначала покушай, а потом работой занимайся, — одёрнула сына мать. Вацлав не стал перечить матери, а послушался её и, отложив в сторону телефон, приступил к завтраку. Сегодня у матери Вацлава выходной, и она предложила внукам сходить в музей, а потом пойти в картинную галерею, на удивление Вацлава, дети согласились пойти на культурную прогулку, им не помешает ознакомиться с достопримечательностями своей страны.

— В северном районе Праги есть небольшая картинная галерея «Винсент Ван ауг», там выставляются работы нарисованные аугментированными людьми, я думаю, туда тоже стоит сводить детей, — предложил Вацлав.

— Сын, ты уверен в этом, они ещё малы для этого, — произнёс отец.

— Карел может быть и мал, а вот Адела всё понимает, — улыбнулся Вацлав и рассказал про тот случай, когда Адела глядя на проект протеза сказала: " Чтобы людям жилось легче, как и тебе», — дочь давно поняла, что её отец ауг, но это не отдалило её от него, а только приблизило.

— Ты смотри-ка, — усмехнулся отец. — Наша внучка растёт не по дням, а по часам.

— Вся в родителей, — улыбнулась Сьюзана.

После завтрака Вацлав помыл за собой и остальными посуду и, сев в машину, поехал в свой книжный магазин. Вскоре, за ним подтянулись и сотрудники. Как не странно, но на вакансию оцифровщика откликнулся только один человек, и как не странно у этого человека, а точнее у этой девушки или женщины, было точно такое же имя, как у той, которая когда-то работала в «Машине времени», а когда началась вся эта заварушка с аугментированными, она попросту свалила из магазина без объяснений. Инфолинка у откликнувшийся на вакансию не было, поэтому Вацлав, найдя в её анкете телефон, позвонил на него.

— Спасибо, пан Коллер, — раздался женский голос на другом конце трубки. — Я живу тут неподалёку, поэтому, скоро приду к Вам. Тут Вацлава словно кипятком ошпарило, голос хоть и изменился со временем, но он точно принадлежал Лючии, девушке которая когда-то работала в его книжном магазине. Он знал, что Лючия была начинающим писателем, и она не раз говорила Вацлаву, что ей нравится работать у него в магазине и нравится, что тут так тихо, и теперь она одна единственная, которая откликнулась на вакансию оцифровщика книг. Вот ведь парадокс, её родители ярые ненавистники аугов, она сама рассказала об этом Катарине. Вацлав относился к людям, которые не прощают ни обид, ни предательств, а уж тем более, слабостей, а Лючия поддалась паники и, вместо того, чтобы сказать своим родителям, что она не боится Вацлава и до последнего остаться в его книжном магазине, она проявила слабость и ушла по-английски.

— Что ж, пани Новакова, попробуйте тут поработать, но никаких поблажек за Вашу тогдашнюю «смелость», я Вам делать не буду, — решил Вацлав.

Лючия была удивлена тем, как преобразилась «Машина времени», когда она её покидала, книжная лавка пана Коллера выглядела не лучшим образом: обшарпанные стены со слезающей с них краской, строительные леса, на которых не ступала нога ни одного рабочего, похоже, Вацлав тогда сам взялся за покраску здания, а позже забросил её, все эти полузаплесневелые книги и прогнившие полки, а теперь здание книжного магазина просто сеяло, как снаружи так и внутри. Лючия наконец набралась смелости зайти в магазин.

— Здравствуйте, пани, чем помочь? — поприветствовала Лючию Мария.

— Здравствуйте, я по поводу работы, — ответила Лючия.

— Сейчас сообщу пану Коллеру, — улыбнулась Мария и позвонила Вацлаву. Собравшись с мыслями, Вацлав вышел из кабинета директора и направился на встречу с Лючией. Лючия сильно изменилась за это время и перед Вацлавом предстала не юная и слегка неуверенная в себе девушка, а взрослая женщина, не смотря на то, в Праге сейчас середина лета, Лючия была одета в парадный костюм, и, судя по всему, она вновь старается завоевать уважение и доверие Вацлава, хотя ещё не знает, возьмёт ли Вацлав её на работу или нет. Не смотря на бурю эмоций, которая нахлынула на него, Вацлав не стал язвить пани Новаковой, а предложил ей присесть за чашкой чая.

— А раньше тут чай не подавали, — заметила Лючия.

— Это заслуга моей жены, как и всё остальное, — вежливо ответил Коллер.

— Рада за Вас, — вздохнула женщина. В отличие от Коллера, жизнь Лючии сложилась не в лучшую сторону, она ни один раз была замужем, все мужчины, с которыми она встречалась, говорили, что не готовы делить свой кров с неуверенной в себе девушкой, которая по поводу и без повода советуется со своими родителями. Единственным человеком, к которому она пытала какие-то чувства был ни кто иной, как пан Коллер, а теперь он женат. Вацлав не стал спрашивать Лючию про её личную жизнь, а налив ей чашку прохладного чая с лимоном (он любил общаться и проводить собеседования в неформальной обстановки), перешёл к делу.

— Пани Новакова, к нам в магазин приходят заказы на оцифровку научных книг, поэтому я открыл вакансию на их оцифровку, Вы справитесь с этой работой? — спросил Вацлав.

— А он сильно изменился, стал серьёзнее, уже не такой резвый, как раньше. Той, на которой он женился, повезло с таким мужем, — думала Лючия.

— Пани, с Вами всё в порядке? — спросил Вацлав, видя то, как Лючия на него смотрит.

— Простите, пан Коллер, я просто давно тут не была, — созналась Лючия.

— Если я Вас возьму на работу, то будете, — улыбнулся Вацлав.

— Буду радо снова работать у Вас, — ответила улыбкой Лючия.

Не смотря на непринуждённую и разряженную обстановку, Вацлаву было тяжело общаться с Лючией, он сразу её раскусил, вся эта её любезность просто напросто фальшивка, на что Лючия интересно рассчитывает? На прощение её неуверенности и трусости, если она по-настоящему любила Вацлава, то она, как Катарина осталась работать в «Машине времени». В этот сложный не только для Вацлава, но и для всей Чехии период, только Катарина и родители не бросили его, Коллер благодарен Китти за то, что она терпела все его капризы и выходки и смело выстояла несправедливый период.

— Пойдёмте, я покажу Вам место, где вы будете работать, — вежливо сказал Вацлав Лючии и провёл её к новому месту работы, а так же дал ей книгу по истории племени Абкани, которую написал отец Катарины, после чего, Вацлав вернулся в кабинет директора и приступил к своей работе.

Расслабиться Коллеру помог звонок жены на его инфолинк, Китти была напряжена так же, как и Вацлав, и даже усталость во всём теле не могла заставить её уснуть. Чтобы как-то разрядиться Коллер рассказал жене про «гостью из прошлого», которую он взял на должность оцифровщика книг.

— Вот уж, действительно, Земля круглая! И как она тебе, я помню её молодой девушкой, — поинтересовалась Катарина.

— Слегка потрёпанная временем, и, судя по всему, не замужем, — ответил Вацлав.

— Не будь с ней строгим, а то опять сбежит, — сказала Катарина.

— Как не странно, она единственный человек, откликнувшийся на мою вакансию, — сказал Вацлав.

— Ох, милый, будь я рядом, я бы… — начала Катарина.

—Знаю, помогла, ты всегда мне помогала, и, поэтому, я тебя люблю, — улыбнулся Вацлав.

Глава 24

Ближе к вечеру, Лючия постучалась в кабинет Вацлава, работая над оцифровкой книги об индейском племени Абкани, у неё возникли вопросы, и она решила кое-что спросить у пана Коллера, а заодно просто поговорить с тем, кого не видела долгие годы. Она до сих пор питала чувства к пану Коллеру, у которого она когда-то работала.

— Простите, пан Коллер, можно, — постучала Лючия.

— Да, да, входите, — хладнокровно ответил Вацлав. Лючия осторожно приоткрыла дверь и вошла в кабинет директора. Пан Коллер сидел за своим столом и занимался переводами различных книг на разные языки, когда Лючия постучала в дверь, Вацлав отложил работу над ними и поднял глаза.

— Простите, пан Коллер, мне нужно кой-что у Вас спросить, — вежливо обратилась Лючия к Вацлаву и, подойдя к его столу, стала спрашивать по поводу некоторых абзацев книги. Вацлав знал, что язык, на котором пишет его тесть — Обид Мортон, понятен только тем, кто увлекается антропологией, и, к тому же, многие слова в книге были написаны на абканском языке, даже сам Вацлав не знал как лучше, оставить слова на абканском или же перевести их на английский, поэтому, он не стал злиться на Лючию за то, что она в первый день своей работы обратилась к нему с вопросом.

— Тут какие-то непонятные символы, и я боюсь, что сканер не осилит их, — сказала Лучия Вацлаву.

— Это ценная книга, и с её содержимым надо быть осторожным, поэтому, оставьте пока эти слова на потом, я лично их оцифрую, — согласился Вацлав.

— Как скажите, пан Коллер, — согласилась Лючия и вернулась на своё рабочее место.

Вацлав закончил работу в середине дня. До конца рабочего дня оставалось пять часов. Коллер не относился к тем, кто, закончив работу, не знал чем ему заняться, закончив переводить книги, он тут же залез в свою электронную почту и стал читать присланные ему сообщения, в основном по электронной почте приходили благодарственные письма от покупателей и читателей, а так же от поставщиков. Выйдя из своего кабинета, Вацлав решил провести инвентаризацию и выяснить, какие нужно дозаказать книги. Большая недостача книг находилась в отделе «История», и Коллер тут же начал отмечать в своём блокноте те книги, которые нужно заказать, после осмотра второго этажа, спустился на первый этаж и стал осматривать другие полки с книгами.

— Пан Коллер, вам помочь? — спросила Лючия, видя, как Вацлав осматривает полки с книгами.

— Спасибо, пани Новакова, но нет, инвентаризация — это моя работа, — пробубнил Вацлав, не отрывая взгляда от полок с книгами. Самая большая недостача книг была в кулинарном отделе, после того, как в Чешской республике позакрывались американские общепиты, а точнее, американцев с их ГМО-шными гамбургерами просто выгнали из страны, чехи начали возвращаться к своим славянским корням и своей славянской еде, вот и раскупили все книги из книжной лавке Вацлава. Вацлав так увлёкся процессом инвентаризации, что не заметил, как настал вечер, и его сотрудники послушно ждали, когда их отпустят по домам.

— Пани Новакова, можно Вас, — окликнул Вацлав Лючию.

— Да, пан Коллер, слушаю Вас.

— Завтра, когда закончишь с переводами книг, закажи вот эти, — сказал Вацлав и протянул список с недостающими книгами.

— Будет сделано, пан Коллер, — согласилась Лючия.

Лючия сама не знала, на что она до сих пор надеется, после стольких лет вернуться работать в «Машину времени», в которой раньше работала и была влюблена в директора этого магазина, и при этом, будучи уже самостоятельной девушкой струсить, послушать своих родителей и бросить его только потому, что твои предки недолюбливают аугов, а после надеяться на то, что тебе удастся захомутать женатого мужчину, который в тебе видит только работницу своего магазина и никого другого.

Сегодня Вацлаву не надо было заходить в продуктовый магазин, он всё вчера купил, поэтому, сев в машину, он сразу поехал в дом к родителям, где его ждали не только мама с папой, но и дети. К великому счастью дети не успели соскучиться по отцу, весь день они посвятили культурной прогулке, и до сих пор находились под впечатлением от увиденного.

— А вот и Ваш папа вернулся, — сказал Лукаш Коллер, когда его сын стал бренчать ключами в замке.

— Привет, — начал Вацлав. — Как прошёл день?

— Замечательно пап, мы столько всего узнали, — сказала Адела.

— Особо понравились картины в галерее со странным названием, — весело произнёс Карел.

— Да, нам скучать не пришлось, — улыбнулась Сюзана.

— Ты просто невероятная женщина, мама, — улыбнулся Вацлав и поцеловал свою мать в щёку.

— А как прошёл у тебя день? — не отрываясь от газеты, спросил Лукаш.

— Как всегда, знаете кто вернулся?

— Неужели Катарина решила приятно удивить и вернулась из США? — поинтересовался отец.

—Хотел бы я, но нет, не она, вернулась Лючия, её я и взял на работу в качестве оцифровщика книг. Лукаш хорошо помнил эту девушку, ещё до того, как она устроилась работать к его сыну в магазин, особо помнил её родителей. Такое вряд ли забудешь, это её отец, тогда сильно напившись, не справился с управлением своей машины и врезался в его автомобиль, в котором тогда сидел шестилетний Вацлав, это по его вине Вацлав стал аугом, а потом этот пьяница вместе с его женой домохозяйкой отговорили дочь работать в «Машине времени», и, наверняка, вовсе не из-за того, что владелец этого магазина ауг, а из-за того, чтобы в памяти не всплывали его пьяные грехи.

— Будь осторожнее с этой мадам, я хорошо знал её родителей, они не те, кем хотят казаться, — предостерёг сына Лукаш.

— Не переживай, пап, ты же знаешь своего сына, он предательств и трусости не прощает, — сказал Вацлав.

За ужином Вацлав сказал своим родителям, что на днях собирается лететь в США и навестить там жену, а так же взять с собой детей, оба родителя одобрили эту идею, вот только на счёт детей они предостерегли, что Америка для них опасна, на что Вацлав ответил, что он позаботится о их безопасности, и, к тому же, Катарина будет рада увидеть своих детей, которых она в последнее время видит только по видеофону.

— Ну, что скажите, дети, хотите увидеть маму? — спросил Вацлав у детей.

—Да! — хором заголосили дети.

— В таком случае, в пятницу летим в Детройт, — радостно произнёс Вацлав.

Глава 25

Вацлав долго думал над тем, стоит ли звонить жене, чтобы сообщить ей, что он и дети собираются лететь к ней в США или же устроить сюрприз и явиться без звонка. Его родители настаивали на том, чтобы он всё-таки позвонил Катарине и сообщил ей приятную новость, аргументируя это тем, что приличные люди всегда звонят, прежде чем приехать к кому-либо в гости, и Вацлав нехотя согласился со словами своих родителей, к тому же, он уже давно взрослый человек, а не тот озорной гений, как раньше, хотя, именно таким Китти его и полюбила.

— Послушай меня, сын, — серьёзным тоном сказал Лукаш. — Если ты явишься без предупреждения, то поставишь свою жену в крайне неловкое положение, поэтому лучше позвони ей и скажи, что собираешься её навестить. Вацлав послушал отца и связался с Катариной по инфолинку, Китти только что закончила работу и возвращалась в апартаменты «Чайрон» своим ходом. Увидев на своей глазной линзе иконку с изображением мужа, она огляделась по сторонам и, убедившись, что за ней никто не идёт, отошла в строну, чтобы поговорить с мужем.

— Привет красотка, ты не дома? — спросил Вацлав жену.

— Ну, привет, Вашек, нет, как раз иду домой, — ответила Китти.

— А почему не на машине?

— Я отказалась от опеки Шарифа, сама могу за себя постоять. Вацлав медлить не стал и сразу сообщил своей жене, что в эти выходные он вместе с детьми собирается приехать к ней в гости. Катарина была несказанно рада этой новости. Больше всего она хотела видеть рядом с собой мужа и детей, и хотя у неё в эти выходные была назначена встреча с Френсисом Причардом по поводу испытания новых аугментаций, она решила, что муж и дети намного важнее, чем работа.

— Конечно приезжайте, тебе сообщить адрес моего временного места проживания или сам найдёшь? — кокетливо спросила Катарина.

— Я про Шарифа знаю всё, даже знаю, где живут сотрудники его фирмы, так что, мы найдём тебя легко, — озорно ответил Вацлав.

После разговора с женой Вацлав задался вопросом, в чём он поедет в Америку, нужно показать всем американцам, как живут люди в Чехии, если он поедет в своём фирменном стиле — в клетчатой рубашке и потрёпанных джинсах, то он ничем не будет отличаться от живущих в полной разрухе и пытающихся выжить американцев. Чешская республика на данный момент возрождалась подобно Фениксу, люди возвращались к своим корням и к давно потерянной дружбе с Россией, единственным разом, когда Вацлав позволил надеть себе официальный костюм — был день его свадьбы с Китти, поэтому, перед тем, как прийти на работу в «Машину времени» он наведался в магазин одежды и, найдя для себя подходящую одежду, купил её, после чего, сел в свой автомобиль и поехал на работу.

— Вы сегодня припозднились, пан Коллер, — заметила Мария.

— В эти выходные я лечу к жене в Детройт, вот заскочил в магазинчик, чтоб купить нормальную одежду, — радостно сообщил Вацлав. Вацлав вернулся в кабинет директора, по электронной почте ему пришло письмо от поставщиков книг, в котором говорилось, что книги привезут ближе к вечеру, это хорошая новость, так как многие жители не только Праги, но и всей Чешской республики писали ему письма с вопросом, когда привезут ту или иную книгу. В дверь постучали, это была Лючия, она сказала Вацлаву, что закончила оцифровывать вверенную ей книгу, а так же, заказала у поставщиков нужные книги.

— Благодарю Вас, пани Новакова, я уже получил ответ от поставщиков, — деловито ответил Вацлав. Коллер чувствовал некоторое волнение в голосе Лючии, но знал, что она ожидала услышать от него нечто другое, чем просто: «Благодарю, пани Новакова», — может она и влюблена в него до сих пор, но он не питал к ней никаких чувств, даже тогда, ибо по своей судьбе он должен любить царицу, а не изнеженную принцессу, единственной и настоящей царицей для Вацлава является его жена — Катарина.

Вацлав вышел из своего кабинета и направился к месту работы Лючии, для того, чтобы грамотно и бережно оцифровать абканские тексты, перед этим, он внимательно проверил работу сотрудницы и поблагодарил её.

— Рада стараться на Вас, пан Коллер, — вежливо улыбнулась Лючия. Расправившись с индейскими письменами и переводами, Вацлав перевёл эта на чистый планшет, после чего, связался с заказчиком и спросил, сколько ему нужно копий книги. Сегодня Вацлав решил немного задержаться в «Машине времени», как раз привезли новые книги, поэтому нужно было расставить их по полкам, привлекать к работе своих сотрудников он не стал, поэтому, после того, как он отпустил всех по домам, связался с родителями и сказал им, чтобы они его к столу не ждали.

— Хорошо, сынок, за детей не переживай, мы их накормим, — согласился отец Вацлава.

Ящики с книгами поставили перед самым входом в магазин, не на улицу конечно же, а между входными дверями, поэтому Коллер не спеша брал несколько книг в руки, а потом поднимался на второй этаж и раскладывал все книги по полкам, кулинарных книг оказалось так много, что Вацлаву пришлось взять аж две коробки в обе руки, чтобы потом не спускаться за ними на второй этаж.

— Ох, мои руки сейчас отвалятся, — подумал Вацлав, попутно останавливаясь для небольшой передышки. Так Вацлав протрудился до двадцати двух часов вечера, от постоянной беготни от одной полки к другой, у него начали подкашиваться ноги. Не смотря на то, что в Праге сейчас светлые ночи Вацлав не решил ехать домой, он так устал, что легко мог заснуть за рулём автомобиля и попасть в аварию, поэтому Вацлав решил заночевать в своей берлоге, а точнее, в своём старом и проверенном подвале. Вернувшись в свой кабинет и открыв секретный проход в подвал, Коллер быстро шагнул в лифт и спустился вниз. Из подвала он и Китти давно перетащили все вещи в клинику «Протез», где сейчас работает Вацлав, поэтому в подвале остались лишь те вещи, которые ему не понадобились, включая и его любимое кресло и пульт наблюдения за магазином.

— Давненько я тут не был, — сказал себе Вацлав. Обычно в таких случаях, его выручала Китти, она либо брала его за руку и вела сонного Коллера до дома, где бы он не находился, либо уговаривала его поспать, но жена сейчас находится в Детройте и уложить спать Вацлава некому, поэтому он плюхнулся в своё кресло и уснул мёртвым сном.

Утром Вацлав проснулся от того, что с ним по инфолинку связался отец, родители так и не дождались прихода сына и начали нервничать, особо нервничали Адела и Карел, они спрашивали у бабушки с дедушкой, когда вернётся их папа.

— Вацлав, с тобой всё в порядке? — услышал Вацлав голос отца. Отец никогда не обращался к нему по имени, только один раз назвал его Вашеком, обычно он называл его сыном или сынком, и если Лукаш Коллер обращается к сыну по имени, то значит, он взволнован.

— Да, пап, прости, что не вернулся домой, скажи детям, что со мной всё в порядке, я просто заработался и устал, — ответил Вацлав.

— Опять в книжном магазине? Сын, ты по призванию нейротехнолог и занимайся лучше тем, что у тебя хорошо выходит, — сбавил тон отец.

— Я присматриваю за магазином в отсутствие жены, — сказал Вацлав. Сегодня Вацлав решил взять выходной от работы в магазине, нет, магазин закрывать не стал, а когда пришли все работники, сообщил им, что ему нужно отлучиться на целый день. Перед возвращением к родителям, Коллер решил привести себя в порядок, а вид у него был потрёпанный, да и волосы отросли так, что закрывали глаза. Придя в душевую «Машины времени», Вацлав посмотрел на себя в зеркало и, взяв в руки ножницы, стал подстригать свою чёлку, которая спадала ему на глаза, а потом перешёл на затылок. Если бы не нейронные протезы, которые были приращены к телу Вацлава, то подстричься бы у него не получилось. После подстригания волос, Коллер решил ополоснуться в душе.

К этому времени, отец Вацлава вместе с внуками подъехал к «Машине времени», ему и его жене нужно было ехать на работу, и детей сына им не с кем было оставить, поэтому он решил поинтересоваться, чем сейчас занят его сын. Работница «Машины времени» — Мария, сказала отцу Вацлава, что его сын решил взять отгул на работе, и она не знает, где сейчас пан Коллер.

— Сейчас узнаем, где Ваш отец, дети, — сказал внукам Лукаш и набрал на своём смартфоне номер сына. Вацлав к этому моменту уже вышел из душа и вытирал своё тело и голову полотенцем.

— Коллер слушает, — в своём репертуаре заявил Вацлав, не увидев, как на экране телефона высветилась фотография его отца.

— Сынок, ты где? — спросил отец. Вацлав нервничать не стал, он никогда не врал своим родителям, кроме тех моментов, когда он связался с Двали, и это для того, чтобы обезопасить своих родителей от бандитов.

— Я у себя в подвале, заходите с чёрного хода, — ответил Вацлав.

— Понял тебя, сейчас придём, — улыбнулся Лукаш, и вместе с детьми пришёл в магазин. Вацлав к этому времени уже оделся и вышел к своему отцу и детям. Увидев своего папу, Карел и Адела на радостях побежали к отцу.

— Мне и маме пора на работу, ты больше нас так не расстраивай, сынок, — потрепав своего сына за плечо, сказал Лукаш и поехал на работу.

— Ну что, дети, сейчас заедем в дом, а потом пойдём гулять, — сказал Вацлав детям.

Заехав домой, Вацлав повесил в шкаф купленный им костюм, и вместе с детьми пошёл гулять по Праге. Первым делом Коллер вместе с детьми наведался в детский сад, настала пора записать своих детей туда, а то к концу июля туда будет не попасть. Прекрасно понимая, чем увлекаются его дети, Вацлав записал дочку в научный и технический кружки, а сына хотел записать на футбол.

— Фу, футбол, мне он надоел, — запротестовал Карел.

— Вот как, и кем же ты видишь себя в будущем? — спросил Вацлав у сына. Карел только руками развёл, он и сам не знал, кем хочет стать в будущем.

— Ну, если не видишь себя в будущем, пусть лучше футбол, чешской сборной нужен хороший футболист, — заявил Вацлав.

По дороге из детского сада, Адела спросила у отца, в каких кружках он состоял, когда он был маленьким, и кем он видел себя в будущем.

— Я как только пошёл в школу, сразу записался во все научные кружки, а в институте ещё и в дискуссионные, — начал Вацлав.

— А что такое институт? — спросил Карел.

— Это то место, где учатся взрослые, — ответила за отца Адела.

— Это место, где взрослые выбирают свою профессию и преодолевают разные преграды для этого, — сказал Вацлав.

— Я взрослый, — вдруг заявил Карел, чем вызвал улыбку на лице отца и своей умной сестры.

Глава 26

Френсис огорчился, когда Катарина сообщила ему, что в эти выходные она не сможет с ним встретиться, так как к ней приезжает муж с детьми, и она решила посвятить эти выходные семье. Катарина просто поставила Причарда перед фактом.

— А как же вверенный мистером Шарифом нам проект? — поинтересовался Причард.

— А вы, мистер Причард, видели чертежи этого проекта? Как думаете, протез выдержит тяжесть всех этих аугментаций? — задалась вопросом Катарина. Дэвид Шариф в последнее время предлагал чертежи протезов и аугментаций, которые реализовать практически невозможно, это конечно хорошо, что старик ещё хоть как-то соображает, но в его голове появляются идеи, которые реализовать практически невозможно. Вот и на этот раз, Шариф предложил своим нейротехнологам собственные чертежи, Катарина просто устала объяснять своему боссу с его раздувшимся от собственного величия эго, что то, что он предлагает, нельзя реализовать.

— Согласен, я видел их, и да. их не реализовать, но мы должны сделать так, чтобы босс был доволен. — согласился Френсис.

— Мы? Я всего лишь твой помощник, и это Вы должны думать. как нам это сделать. а не я. — открестилась от этого Катарина.

Вацлав сообщил своей жене точную дату прилёта в Детройт, он сказал, что приедет в пятницу утром, чтобы дети и он провели гораздо больше времени вместе с матерью и женой. Катарина решила хорошо подготовиться к воссоединению своей чешской семьи. Нужно сделать так, чтобы муж и дети чувствовали себя как дома, и Китти знала как. Американская еда ей совершенно не понравилась, поэтому она взяла из дома книжку с чешскими рецептами. Дома Вацлав часто налегал на вепро-кнедо-зело - свинину запечённую с кнедликами, поэтому каждый вечер Китти с работы шла не домой, а в ближайший супермаркет за продуктами. Хорошую свинину найти было трудно, как и картошку, вместе с Панхеей под воду ушла и экономика, и агропромышленность США, и то, что продавали в супермаркетах Детройта скорее отталкивало взор покупателей, чем притягивало, тем не менее, Китти худо-бедно удалось найти то, что она искала и, закупив продукты, она вернулась домой. До прилёта мужа и детей оставалось два дня, и Китти была несказанно рада тому, что она "живьём" увидит свою семью, а не по видеофону, к тому же, Вацлав сказал, что он привёзёт всё необходимое для создание аугментаций.

— Интересно, — подумала Катарина. — Что скажет Вацлав, когда я расскажу ему про идеи Дэвида Шарифа, скорее всего, он просто разразиться диким смехом, даже у него не было таких нереализуемых проектов.

Придя на работу, Китти совместно с Френсисом Причардом начали раздумывать над тем, как сделать проект Дэвида Шарифа более-менее реализуемым. Что-то Китти подсказывало, что это далеко не мирный проект, уж слишком много вложено в него аугментаций.

— Френсис, Вам не кажется, что наш босс хочет удариться в оборонку? — спросила Катарина у Причарда.

— Думаете, он ни на чём не учится?

— Посмотрите на этот чертёж, мистер Причард, ничто не напоминает?

— Напоминает очередную несбыточную мечту, — ответил Френсис.

— Я о том, что это может быть оружием, если так, то....

— Что? — спросил Причард.

— Я долго задерживаться тут не буду, я не подписывалась на военные аугментации, и Ваш босс ничему не учится, даже на собственных ошибках, — твёрдо заявила Катарина.

— Вы правы, миссис Коллер, завтра я с ним поговорю об этом, я уже обжёгся на этом, — признался Френсис.

— Я сама поговорю с ним сегодня вечером, мой муж прилетает завтра утром, и я хочу взять отгул на завтра, — сказала Катарина.

Вечером Катарина постучалась в кабинет Дэвида Шарифа, и первый её вопрос был не об отгуле на пятницу, а о том, что это за аугментации на его чертежах, сказав ему, что если это военная аугментация, то Китти как бы ей не хотелось прибрать к рукам "Шариф Индастриз" и не переделать её в фирму имени её мужа, она всегда придерживается определённых норм и правил, если она дала себе и другим обещание, что не будет работать над военными аугменатциями, то так и будет, она не даст сделать из себя крайнюю.

— Уверяю Вас, миссис Коллер, тут нет ничего противозаконного, — сказал Шариф Катарине.

— Все Вы, американцы, так говорите, это Вы вместе с Дерроу устроили ад в 2027 году, а не я, — лукаво произнесла Катарина.

— Прошу прощения, что этот чертёж Вас так смутил, я хотел сделать, чтобы рабочий, у которого будет эта аугментация, не искал долго свои инструменты, поэтому я решил включить все необходимые инструменты в этот протез, — сказал Шариф.

— Человек, у которого будет этот протез, может представлять опасность не только для себя, но и для окружающих - это раз, второе — он просто не выдержит тяжести этого протеза, — указала Китти на недостатки разработки Шарифа. Дэвид вынужден был согласиться с госпожой Коллер.

***

Дэвид Шариф всё же дал отгул Катарине, и утром пятницы она заказала такси до аэропорта Детройта и обратно, сказав таксисту, что скоро в аэропорту приземлится самолёт с её мужем и детьми. Таксист ничего спрашивать не стал и согласился подождать Катарину, и отвезти её и её семью обратно к апартаментам "Чайрон". Как только на табло высветилось, что рейс Прага-Детройт заходит на посадку, Китти встала с кресла в месте ожидания и пошла к пропускным рамкам. Китти заметила свою семью ещё до того, как муж с детьми вошли в здание аэропорта, мужа она узнала по его кучерявой голове, вот только была приятно удивлена, увидев его в официальном костюме. Как только Вацлав вместе с детьми вошёл в здание аэропорта, Катарина помахала рукой Вацлаву и детям.

— Мама, мама, — радостно закричали дети и собирались бежать к матери, но Вацлав вовремя их притормозил, и как только часть семейства Коллер прошла сквозь рамку металлоискателя, тут же все бросились в объятия.

— Милые мои, как долго я Вас не видела, — радостно сказала Китти, обнимая мужа и детей.

— Ну, мы чуть ли не каждый день общаемся по видеофону, — подметил Вацлав. Катарина оглядела мужа с головы до ног, как только он вошёл в здание аэропорта, то тут же снял куртку, за которой скрывался его новый вид. Вацлав был одет во... фрак, даже волосы на голове были причёсаны, единственное, что он оставил, так это серьги в обеих ушах.

— Империя ещё не построена, а император уже явился, — констатировала Китти.

— Решил показать американцам, как живут сейчас чехи, — улыбнулся Вацлав. Вацлав и дети приехали налегке, взяв в дорогу только рюкзаки со всем необходимым. Как только вся компания закончила обниматься и целоваться, направилась к приготовленному для неё такси.

— К апартаментам Чайрон, пожалуйста, — вежливо сказала Китти таксисту. Китти вместе с детьми сидели на заднем сидении такси, Адела и Карел плотно прижались к матери, которую не видели неделями. Всю дорогу семейство Коллер ехало молча, разговоры начались, когда семья вышла из машины и ждала лифт до квартиры Катарины.

— Так вот, где живут работники "Шариф Индастриз", — осматривая фойе, сказал Вацлав.

— Это конечно мило, но оно не сравнится с родным домом. Вац, у мистера Шарифа имперские планы, — произнесла Китти.

— Так и знал, он взялся за старое, — развёл руками Коллер.

— Нет, но он берётся за несбыточные идеи, — Китти вкратце рассказала над какой аугментацией она работает. Услышав про это, Вацлав еле сдерживал смех, чтобы не рассмеяться.

— Да уж, — произнёс Коллер сквозь смех.

— Ты о чём, пап? — спросила Адела, видя смеющегося отца.

— Да так, солнышко, о своём, — прекратив смеяться, ответил Вацлав.

— Вацлик, я знаю, как ты любишь чешскую кухню, и я приготовила для тебя сюрприз, — кокетливо сказала Китти.

— Надеюсь, это что-то съёдобное, а то я не очень люблю сюрпризы, — сказал Вацлав.

— Ты наверняка не позавтракал перед вылетом, поэтому, как только окажемся в квартире, я приготовлю тебе запечённого вепря с кнедликами, — улыбнулась Китти.

— Милая, ты не перестаёшь радовать меня, — поцеловав жену в губы, сказал Вацлав.

Глава 27

За столом семейство Коллер старалось не говорить о работе, но как оба супруга не старались не говорить об этом, у них не получалось. Китти, в первую очередь, поинтересовалась делами детей, на что дочь ответила, что папа записал её и брата в детский сад.

— И когда это папа у нас всё успевает? — улыбнулась Китти, глядя на мужа.

— Я ещё и не то успеваю, — начал Вацлав. Вацлав рассказал жене, что на время отсутствия жены, он вновь взял на себя управление «Машиной времени», а так же закончил перевод некоторых книг, которые Китти начала делать, когда работала директором этого магазина, а ещё он нанял оцифровщика электронных книг, так как один господин написал ему по электронной почте, что очень заинтересован работой Обида Мортона по индейскому племени Абкани и запросил для своего книжного магазина несколько электронных книг.

— Вижу, наше общее дело процветает, это радует, — подметила Китти.

— Это точно, книги по мировой истории и чешской кухни почти все разобрали, мне пришлось заказать ещё, — улыбнулся Вацлав.

После того, как Вацлав и дети рассказали Китти о том, как они живут в Праге, Китти стала рассказывать мужу о том, как ей работается на Дэвида Шарифа, и что у господина Шарифа иногда возникают наполеоновские планы на некоторые аугментации.

— Похоже старик Шариф догадался, что его пытаются подсидеть, — улыбнулся Вацлав.

— Моё первое соперничество, но нынешняя «Шариф Индастриз» не так сильна как прежняя, тем более, что как и у самого Шарифа, так и у его нейротехнолога возникают несбыточные мечты, — подметила Китти.

— Лично я никогда не берусь за то, что не возможно, я сразу оцениваю все шансы и риски, — сказал Вацлав.

— Кстати, как там поживает твой проект, ты ещё работаешь над этим? — поинтересовалась Китти.

— Пока он только на голографической витрине существует и в моих гипотезах, — ответил Вацлав. Ещё когда Вацлав работал в своей подпольной клинике, Катарина заметила на его голографической витрине проект протеза нового поколения, а, так же, рентгеновские снимки на доске, тогда она не спросила, над каким проектом работает её будущий муж. Вацлав рассказал о своём проекте жене, когда она начала интересоваться его работой.

— Это будет прорыв не только в мире аугментаций, — говорил тогда Вацлав и рассказал жене, что он работает над специальной аугментаций для исследователей морей и океанов.

— Милый, тебе не мешало бы получить профессорскую степень, тогда весь мир будет у твоих ног, — кокетливо сказала жена.

— Я не могу появиться на вручение профессорской степени с незаконченным проектом, и я совершенно не вижу себя в образе бородатого учёного во фраке, — сказал Вацлав. Дочь супругов Коллер — Адела, долго слушала, о чём говорят её родители, пытаясь уловить суть разговора, часть из всего сказанного мамой и папой она понимала, так как уже научилась разбираться в аугментациях, что касаемо её брата, то Карел был слишком мал для того, чтобы понимать о чём говорят его родители, он сидел за столом и уплетал за обе щеки запечённого вепря и не слушал взрослые разговоры.

— Какой проект, пап? — вдруг спросила Адела у отца.

— Понимаешь, солнышко, когда я только начала встречаться с твоим отцом, он работал над… — Катарина не могла подобрать слова, как описать проект её мужа, но посмотрев на застывшего над тарелкой с едой мужа, сказала его же языком.

— Над охрененной аугментацией, а потом забросил. Адела перевела взгляд на отца:

— Серьёзно? — спросила Адела у отца. Вацлав явно не ожидал такого напора, видя, что разговор на другую тему не идёт, он спросил у жены, можно ли где-нибудь погулять в Детройте.

— Вряд ли тут есть хорошие сады и парки, но неподалёку от моего дома, есть небольшой сквер, там и можем погулять, — согласилась Китти.

После завтрака всё семейство переоделось в удобную для прогулок одежду и пошло гулять в тот самый сквер, о котором говорила Китти. Дети всю дорогу до сквера шли держась за руки матери, было видно, что они очень по ней скучали, как-то раз, Китти подумала о том, а не уговорить ли всю семью переехать жить в Детройт, но муж патриот своей страны до мозга и костей, а дети, что лежащая в руинах Америка может дать детям четы Коллер. Адела, как отец увлечена нейротехнологиями, и когда она пойдёт в школу, нужно записать её в кружок юного технолога и прочие связанные с техникой кружки, а Карел хоть и говорит, что ему надоел футбол, всё равно вернётся к нему, у себя на родине он может стать будущим защитником или нападающим сначала в юношеской чешской футбольной команде, затем в профессиональной, а потом и в сборной, может в будущем он возродит чешский футбол. А что может дать лежащие в руинах США? Да ничего, поэтому Китти легко отбросила эту мысль.

Вацлав видел, что жена хоть и отвлеклась от разговоров о работе, но всё же находилась в напряжении, решил как-то разрядить обстановку.

— Знаешь, я нахожу кое-что крутое в этих развалинах домов, — начал Коллер, чем удивил жену.

— Ну да, Америка получила то, что заслуживала, хотя в руинах должен был лежать только Белый дом и здание конгресса, обычные люди не виноваты, они были марионетками, как ауги в своё время, — сказала Китти.

— Я не о том, просто посмотри на все эти развалины, люди раньше солнечного света из-за небоскрёбов не видели, а сейчас. Ох уж этот Вацлав, вечно он любит находить интересное там, где другие не видят, не смотря на то, что сейчас Вацлаву тридцать лет, он не утратил юношеский максимализм и остался таким же весёлым и задорным парнем, каким Китти его когда-то встретила.

— Скажи, ты когда-нибудь гуляла по развалинам? — спросил Вацлав у жены.

— Только по старой крепости на Острове теней, ты тоже там был, а ты? — обратилась Китти к мужу.

— Ты не поверишь, но я, не смотря на то, что был домашним мальчиком, часто лазил по старым развалинам, иногда и в часовую башню забегал, — улыбнулся Вацлав.

— И что ты там делал? — полюбопытствовала жена.

— Залезал в какой-нибудь угол и делал уроки, прятался от ребят, которые всюду ходили за мной, — ответил Вацлав.

— Боже! — воскликнула Китти. — Они тебя обижали?

— Китти, я с шести лет ауг, и хоть мои протезы сделаны не из железа, а из углеводородного сплава, я могу так врезать, что мало не покажется, дети это поминали и не обижали меня. Да к тому же, чешские школьники ребята мирные, не такие агрессивные как в США, так что никто меня не обижал, я просто прятался от тех, кто хотел приобщить меня к спорту. Я говорил своим родителям, где я обычно любил зависать, вот за часовую башню меня тогда отругали, я не на шутку попортил нервы родителям, — сказал Вацлав.

— А потом ты начал зависать в подвале под «Машиной времени», — улыбнулась Китти.

Вскоре ребята пришли в тот самый сквер, о котором говорила Китти. Сквер был пуст, что радовало супругов Коллер, здесь можно развернуться на всю катушку. Вацлав, выходя из дома, прихватил с собой футбольный мяч, поэтому тут же привил обратно своему сыну любовь к футболу. А Китти, долго не видевшая свою дочь Аделу, тут же подхватила её на руки и начала кружиться с ней. Девочка сразу же втянулась в эту игру, и как подобает маленьким девочкам, начала смеяться. Потом дети поменялись местами, Карелу надоело играть в футбол, и он запросился к матери на руки.

— А вас не стошнит, молодой человек, а? Ты же только что с футбольного поля? — полюбопытствовала мать.

— Неа, — утверждающе ответил Карел.

— Ну, тогда ладно, — согласилась Китти и, подхватив сына на руки, закружила его. Вацлав с Аделой нашли какие-то развалины за сквером, и отец, придерживая дочь за руку, стали гулять по этим развалинам, а Китти, вдоволь накружившись с сыном, сели на скамейку.

— А мы к бабушке с дедушкой переехали, — заявил Карел.

— Вот как, надеюсь, вы там не шалите? — спросила Китти у сына.

— Что ты, мам, у них очень интересно, они читали нам старые чешские сказки, рассказывали разные истории, — ответил Карел.

Глава 28

— Давай посмотрим, что там делают твой отец и сестра, — предложила Катарина сыну, видя, что Вацлав с Аделой так увлеклись исследованием руин в парке Детройта, что забыли про остальных членов семьи.

— Давай, — кивнул сын матери. Встав со скамейки, Катарина взяла сына на руки и вместе с ним пошла смотреть, как муж с дочерью изучают руины.

— Ой, Китти прости, мы тут так увлеклись скалолазанием, что забыли про вас, — виновато признался Вацлав.

—Точнее руино-лазанием, — хихикнула Адела.

— Нет такого слова, — поправил отец дочь. Китти сказала мужу, что в парке до сих пор не людно, и ей как-то не по себе от этого, и предложила семье вернуться обратно в апартаменты «Чайрон», тем более, там есть внутренний садик, в котором тоже можно погулять. Муж и дети послушались Катарину, тем более, что внутренняя безопасность США заметно пошатнулась после Инцидента, и тут осталось полно ненавистников аугментаций, которые как голодные шакалы готовы разорвать на части любого ауга. Вацлав посадил на свою шею Аделу, а Катарина Карела, и оба родителя вернулись к зданию «Чайрон».

— И как аугментированные тут ещё работают? — задался вопросом Вацлав.

— Все рабочие с аугментированными конечностями уезжают из Детройта в более безопасные для них штаты, а некоторые и в тихие уголки Европы перебираются, — ответила Катарина.

— Значит, ты конструируешь ауг-технологии…

— Да, почти для беженцев из США, — добавила Катарина. Как семья не старалась не говорить о работе в свободное время, у них ничего не выходило, всё же говорили между собой два увлечённых своей работы человека. Адела, сидя на шее у отца, с интересом слушала все разговоры своих родителей, а Карелу эти разговоры были не интересны, он ничего не смыслил в ауг-технологиях, поэтому заснул на руках у матери по дороге домой.

— Мне кажется, что Карел за лето обленился, я уже говорил тебе, что он не хочет возвращаться к футболу, — шепнул Вацлав жене.

— У меня в семье лентяев не было, надо занять его чем-то другим, — предложила Китти.

На днях родители предложили Вацлаву и внуками совершить поход на самую высокую гору в Чешской республике — Снежку, когда Вацлав был школьником, родители часто совершали такие оздоровительные походы по всем горам в Чехии, такой поход они называли семейным, и эти походы продолжались даже тогда, когда Вацлаву поставили протезы вместо рук, таким способом родители пытались закалить своего сына, и чтобы он будучи аугом чувствовал себя полноценным человеком, мама всегда брала с собой ампулу с нейропозином на всякий случай, правда, Вацлаву в те годы пришлось кутаться в тёплую одежду, чтобы не замёрзнуть, и этой идеей Вацлав поделился с женой.

— Боюсь, что Карел ещё мал для таких походов, ему всего три года, — заметила Катарина.

— Меня брали когда мне было четыре года, я хотел чтобы мы всей семьёй пошли туда, но поскольку ты… — Вацлав не знал, как подобрать слова, ему хотелось, чтобы и Китти пошла в поход вместе с семьёй Вацлава, но и со своей семьёй. Видя, как её муж запнулся, Катарине хотелось всё это бросить и вернуться обратно в Чехию, выходные проходят быстро, и глазом не успеешь моргнуть, как настанет пора вновь распрощаться со своей семьёй и вернуться на работы.

— Ну, Ваца, Вацлик, Вашек, — ласково потрепала Китти мужа по плечу, — как насчёт того, чтобы назвать эту империю в твою честь.

— В каком смысле? — спросил Вацлав.

— Ну как только «Шариф индастриз» превратится в «Коллер индастриз», я передам ключи от фирмы тебе, — кокетливо сказала Китти.

— Только если фирма вместе с тобой переедет в Прагу, — заявил Вацлав.

— Будь по твоему, — согласилась Китти. Она так же дала согласие на походы по горам Чехии, тем более, что может случиться с детьми, когда за ними будет приглядывать в меру строгий отец и бабушка с дедушкой, может Вацлаву удастся привить сыну страсть к походам, тогда можно записать сына в походный кружок. Семейство Коллер до вечера просидела во внутреннем дворе здания «Чайрон», когда начало темнеть, вся семья вернулась обратно в квартиру.

— Так ребятки, отдыхайте, пока мамочка готовит для вас ужин, — заявила Китти.

— Тебе помочь, — предложил муж.

— Спасибо тебе, Ваца, но я не устала, сама приготовлю, ты и так готовишь у себя дома, — улыбнулась жена.

Дети сразу же побежали к телевизору, мать и отец Карела и Аделы возражать тому, что дети сейчас начнут смотреть американские передачи, не стали, после инцидента, по американским каналом не крутили отравляющие детскую психику передачи, США, находясь в столь плачевном состоянии, не может больше врать всем о своей исключительности, тем более, что часть рабочего класса страны отбыло работать в Европу, по телевизору крутили старые мультики вроде Тома и Джерри и передачи 60-х и 70-тых годов, а они абсолютно безопасны для детской психики. Пока Китти готовила ужин, а дети смотрели Тома и Джерри, Вацлав занялся изучением квартиры, в которой поселилась его жена. Апартаменты «Чайрон» были немного мрачноваты, но, тем не менее, были сделаны в стиле хайтек.

— Я вижу, ты не разобрала часть привезённых с собой вещей? — подметил Вацлав.

— Да, попросту не успела ещё, — призналась жена.

— Зато ты начинаешь превращаться в меня, у тебя повсюду разбросаны чертежи аугментаций, — улыбнулся Вацлав и добавил, что он привёз с собой некоторые запчасти для разработок Китти.

— Спасибо, дорогой, — улыбчиво сказала Китти. Когда еда была готова, Китти быстро накрыла на стол и позвала детей и мужа к ужину, на ужин она приготовила смесь из английской кухни и чешской, получилось в два раза сытнее.

— Как вкусно, мам, — похвалила мамину еду дочка.

— Poděkování*, солнышко, я рада что тебе нравится, для вас же готовила, — улыбнулась Китти.

— Да, мам, очень вкусно, — улыбнулся Карел.

— И когда ты перестал быть привередой, ась? — спросила Китти у сына.

— Это я научил его есть всё, что я готовлю, забыла, милая, — ответил Вацлав.

— Да, папа его из-за стола не отпустит и не даст сладостей, пока брат не доест всю тарелку, — улыбнулась Адела.

— Вы трое у меня молодцы, — призналась Катарина.

После ужина Вацлав решил помыть за всей семьёй посуду, а Китти пошла укладывать детей, поскольку квартира, в которой проживала на данный момент Китти, была однокомнатной, Китти и Вацлав сообразили, как можно соорудить детскую комнату для обоих детей. Аделе, как старшей из детей сделали кровать из дивана, а кровать для сына сделали из двух кресел. Дети не признавали такого вида кроватей и запротестовали, не желая спать на креслах и диванах.

— Дети, если будете капризничать, то отец и бабушка с дедушкой не возьмут Вас в поход, — строго сказала мать.

— Мы что, идём в поход? — захлопала глазами Адела.

— Пойдёте, если выдержите это испытание, — с серьёзным видом сказал отец детям. Адела и Карел ещё никогда не ходили в поход в отличие от отца, поэтому они сразу же погасили весь бунт и согласились спать в импровизированных кроватях. Пока Вацлав домывал посуду, Китти решила подождать его за просмотром телевизора, по телевизору передавали местные новости, в то время, когда в США всё плохо, в Европе вновь всё стало возвращаться на свои места, в иностранных новостях сообщили, что президенты Словакии и Чешской Республики встретились за круглым столом и стали подготавливать страны к объединению.

— Всё возвращается на круги своя, — констатировала Китти.

— Ты о чём? — спросил Вацлав, снимая с себя верхнюю одежду.

— А ты не знаешь?

— Что не знаю?

— Только что сообщили, что ты вновь будешь жить в большой стране, — улыбнулась Китти.

— Она и так большая, — развёл руками Вацлав.

— В Чехословакии, красавчик, только что сообщили, что президенты обеих стран договариваются о новом объединении, — ответила Китти.

— Раны моей семьи это не заживит, — вздохнул Вацлав.

— Словаки причинили вред твоей семье? — удивлённо спросила Китти.

— Не словаки, у меня дед был словаком, так что я тоже наполовину словак, просто когда всё это произошло, они буквально полоснули по моей семье, родители до сих пор думают, что дедушка умер из-за того, что… ну ты знаешь, — печально сказал Вацлав.

— Я понимаю, — сказала Китти, утешительно поглаживая руку мужа. — Но для многих стран, не справедливо разделённых доктриной США и ЕС, это знак.

Глава 29

Утром Китти проснулась от того, что луч солнца, пробившись сквозь свинцовые облака Детройта, осветил всю комнату. На удивление Китти, дети до сих пор спали в своих импровизированных кроватях и не спешили вваливаться в родительскую комнату. Вацлава, похоже, лучи солнца не потревожили, он до сих пор спал, обнимая подушку и повернувшись лицом к жене, похоже, за вчерашний день часть семьи Коллер хорошо погуляла перед ужином, отсюда и крепкий сон. Китти не хотелось нарушать такую идиллию, тем более, что она не знала, куда пойти гулять утром, если бы «Шариф Индастриз» находилось бы в Лос-Анджелесе, то можно было пойти и посмотреть на то, что стало с Ранчо Лабрея, на котором до инцидента находился прекрасный палеонтологический музей, а в Детройте кроме едва сохранившихся памятников не на что было посмотреть. Работать Китти в такой прекрасный день, когда вся семья объединилась на время, совершенно не хотелось, поэтому, глубоко вздохнув, она вновь положила голову на подушку и стала любоваться спящим мужем.

— Эх, прямо как дома, — подумала Китти и начала засыпать. Вацлав тем временем начал просыпаться, крутясь на другой части кровати и не давая Китти заснуть. Катарине не хотелось, чтобы муж уходил с кровати, и поэтому она обхватив его за торс, притянула к себе.

—Нет, нет, никуда ты не пойдёшь, — сонным голосом произнесла Китти.

—Dobré ráno, sluníčko*, — улыбнулся Вацлав и прижался к жене.

Первый раз за всю неделю пребывания в Детройте Китти смогла нормально выспаться, и Вацлав, кажется, тоже смог нормально поспать, оказывается единственное, что не хватало обоим супругам за неделю разлуки — так это друг друга.

— Что-то я не слышу крика детей о просьбе их покормить, — заинтересовался Вацлав.

— Они проходят курс подготовки к предстоящему походу, — улыбнулась Китти.

— Пойду проверю детей, — сказал, вставая с кровати, Вацлав. Накинув на голое тело халат, Вацлав вышел в прихожую, где в импровизированных кроватях спали Адела и Карел. Услышав шаги отца, дети потихоньку начали просыпаться.

— Доброе утро всем, — на всю комнату объявил Вацлав.

— Доброе утро, пап, — потягиваясь, сказала Адела. Отец поинтересовался у детей, как им спалось, и Адела с Карелом долго не знали, как ответить, чтобы не обидеть отца.

— Я понимаю, что было неудобно, но это на время, а теперь все дружно встали и пошли чистить зубы, — сказал Вацлав детям. Адела больше не просила у отца расчесать ей волосы и уложить в хвост, она сама прекрасно научилась заплетать волосы в хвост, единственное, что у неё плохо получалось, так это заплести косу.

— Постой, золотце, дай-ка я заплету тебе волосы, — сказал Вацлав дочери и, взяв из ванной расчёску, стал причёсывать дочь, после чего, Адела вслед за братом пошла умываться.

— Вижу, ты прекрасно справляешься и без меня, — сказала Китти, видя, как Вацлав легко управился с причёской дочери.

— Уже встала? А я хотел принести тебе завтрак в постель, — удивился Вацлав.

— Мне всё равно не по себе в этом городе, — призналась Китти.

— За эти выходные я постараюсь сделать так, чтобы ты чувствовала себя как дома, а теперь возвращайся в кровать и жди еды, — ласково улыбнулся Вацлав.

— Как скажешь, милый, — Китти чмокнула мужа в колючую щёку и вернулась обратно в постель.

Каши, которые обычно готовил Вацлав детям утром, не было, зато в холодильник ломился от разных фруктов и овощей, поэтому Вацлав быстро сообразил, чем можно заменить полюбившиеся детям каши. Он приготовил для всей семьи питательные фруктовые салаты со сметаной, после чего позвал обоих детей за стол.

— Я понимаю, что это не ваши любимые каши, но всё же, — начал Вацлав.

— Мы поняли, пап, это не надолго, — сказал Карел.

— Вот и славно, а я пойду поем вместе с вашей мамой, — улыбнулся Вацлав и, взяв в обе руки тарелки с едой, пошёл к жене.

— Круп я у тебя не нашёл, поэтому приготовил это, — сказал Вацлав, протягивая жене тарелку с фруктовым салатом.

— Да, тут мало чего купишь, — улыбнулась Китти. Только Китти приступила к завтраку, как у неё зазвонил телефон, отставив тарелку с едой, Китти потянулась за своим смартфоном, на едва заметном экране смартфона высветилась надпись «отец».

— Это папа, — сказала Китти мужу и, нажав на нужную кнопку, поднесла телефон к уху.

— Привет, пап, — сказала Катарина отцу.

— Привет, дочка, как ты? Я звонил тебе на видеофон, но у тебя дома никто не отвечает, с тобой и семьёй всё хорошо? — поинтересовался отец.

— Да, пап, я сейчас в Детройте вместе с мужем и детьми, представляешь, меня пригласил к себе работать сам Дэвид Шариф, — ответила Китти.

— Слышал о нём, — сказал Обид.

— А ты сейчас где, если где-то в Америке, то приезжай к нам, — сказала Китти.

— В Швейцарии, меня пригласили работать в ГАРМ, — ответил Обид.

—ГАРМ! Но ты же антрополог!

— Не только, дочка, помимо изучения истории человечества, я ещё изучал и другой ряд дисциплин, — сказал Обид.

— Надеюсь, ты не будешь раскапывать вмерзших в льды швейцарских Альп людей, как это делал Арчибальд Мортон, — сказала Китти.

— Я усвоил урок предков, поэтому я как раз там и нужен, чтобы остальные учёные не совершили ошибки, — подметил Обид.

— Отца пригласили работать в ГАРМ, — объявила Китти мужу, как только положила трубку, после разговора с отцом.

— Я слышал, мои поздравления Обиду, — улыбнулся Вацлав.

— Что ж, может тебе тоже стоит подтянуться к нам, — игриво сказала Китти.

— Ты о чём? — не понимая, спросил Вацлав. Китти явно намекала на то, что Вацлаву пора из доктора становиться профессором, тем более, что у него есть проект, который может изменить все представления об аугментациях, осталось только реализовать этот проект, об этом Китти и намекнула мужу.

— Ты прекрасно понимаешь о чём я, пора двигаться дальше, профессор Коллер, — прошептала Китти и поцеловала мужа в губы. Вацлав вынужден был согласиться с женой, раз уж Китти вот-вот встанет во главе «Шариф индастриз», да и ещё хочет передать ключи от этой фирмы ему, а его тестя пригласили работать в ГАРМ, то пора и Вацлаву занять своё место в истории и завершить работу над проектом, а родители как обрадуются, узнав о том, что их сын теперь профессор.

— Если уж так сложилось, то я согласен надеть фрак и стать профессором, как только вернусь обратно в Прагу, возобновлю работу над своим проектом, — улыбнулся Вацлав. После завтрака Китти помыла посуду за семьёй и предложила мужу посмотреть на её чертежи, которые она разрабатывала для «Шариф индастриз», как только муж услышал про чертежи аугментаций, у него тут же зажёгся шальной огонёк в глазах, и он согласился посмотреть на разработки своей жены.

— Ну что скажешь, изначально это была неуклюжая разработка господина Шарифа, но я более менее довела её до ума, — похвасталась Китти.

— Ты разработала много функциональный протез и кучу отдельных аугментаций к нему, — заметил муж.

— Видел бы ты разработки мистера Шарифа, такая аугментация больше всего подходит для качков, нежели для рабочих, — сказала Китти мужу.

— Сегодня вечером я помогу тебе с проектом, — подмигнул Вацлав жене.

— Это будет вечером, а пока я предлагаю всей семье прогуляться по городу, — приветливо сказала Китти мужу.

— Я в этот заброшенный сад не пойдут, мне там не по себе, — заявил Вацлав.

— И мне, честно признаться, тоже, но когда меня подвозили до апартаментов «Чайрон», я краем глаза приметила хорошо обустроенную зелёную зону, мы можем пойти туда, — предложила Китти.

— Наверняка её облюбовали недруги аугов, — проговорил Вацлав.

— Их всех разогнали кто куда, и никаких протестов против ауг-технологий за моё время пребывания не было, — сказала Китти.

Вацлав доверял своей жене, поэтому как только она сказала, что никаких недругов аугментированных людей в городе нет, то согласился на прогулку по предложенному его женой парку. Пока Коллер и дети одевались, Китти взяла в руки свой смартфон и, нажав на иконку приложения Uber, вызвала такси.

— Пешком туда не пойдём, на машине поедем, — заявила Китти.

— Да ты прямо королева, — улыбнулся Вацлав.

— Почти королева, скоро сам Дэвид Шариф будет возить нас по городу и до работы, — подметила Китти. Такси приехало быстро, на удивление таксист был аугментированным, и он был приятно удивлён, увидев такого же, как и он ауга, в компании с красивой женщиной и парой милых детишек. По пути до парка Вацлав и таксист переговаривались о чём-то.

— Странный у Вас однако акцент, Вы откуда? — спросил таксист у Вацлава.

— Я из Чехословакии, — гордо заявил Вацлав.

— А разве есть такое государство?! — удивился таксист.

— Скоро будет, — задорно ответил Вацлав.

— И как там живётся, я вот еле концы с концами тут свожу, были бы деньги, уехал куда глаза глядят, аугам Детройта тут житья нет, хоть нас никто не достаёт, — вздохнул водитель.

— Сочувствую, чувак, когда-то я сам был на мели, как и моя страна, но мы смогли встать на ноги, — ободряюще сказал Вацлав. Когда машина подъехала к парку, Вацлав, пожелав водителю удачи и расплатившись с ним, помог семье вылезти из машины. Парк, к которому приехало семейство Коллер, на самом деле отличался от того парка, в котором вчера гуляло семейство. Зона была не только ухожена, но и огорожена со всех сторон, в центре парковой зоны находилась детская площадка, увидев которую, дети, забыв про осторожности, готовы были бежать.

— Тише, нагуляетесь ещё, — ласково одёрнул Вацлав детей. Около входного забора висела табличка, что в этом парке разрешено гулять не только чистым, но и аугментированным людям, однако, в нём никто не гулял.

— Что ж, если и аугам можно, то прошу, — Вацлав открыл калитку и пропустил детей вперёд. Карел тут же побежал на качели, а вот его сестра Адела опасливо стала оглядываться по сторонам.

— Тебе тоже можно, солнышко моё, — игриво произнёс Вацлав, беря дочь на руки.

— А где остальные дети? — поинтересовалась девочка.

— Не оценили заботу мэра города, дочка, — сказала Китти дочери. Пока Катарина качала на качелях сына, Вацлав устроил карусель для дочери, кружа её на своих руках, Адела быстро оставила свои раздумья про неблагодарных детей и тут же, как все маленькие девочки, начала смеяться.

Глава 30

Выходные дни Катарины с семьёй подошли к концу, и как бы не хотелось Вацлаву и детям остаться вместе с женой и мамой, всё же пришлось вновь расстаться. Улетая обратно в Чешскую республику, Вацлав пообещал жене, что возьмёт отпуск на работе и вновь вместе с детьми прилетит в Детройт.

— Спасибо, Вашек, но ты видел, как выглядит Детройт сейчас, тут тебе и детям негде развернуться, — вздохнула Китти, целую мужа на прощание.

— Он и раньше так выглядел, — улыбнулся Вацлав.

— Ваца, на сей раз я выкрою для себя выходные и прилечу к Вам в Прагу, даже императрицам нужен отдых, — улыбнулась Китти.

Семейство Коллер сидело в аэропорту Детройта в ожидании, когда разрешат зайти на борт самолёта. Когда заход на борт разрешили, Вацлав и дети поцеловали на прощание Катарину и, взяв рюкзаки со своими вещами, отбыли обратно в Прагу.

Вернувшись домой, Вацлав вновь вернулся к обязанностям нейротехнолога в своей клинике, тем более, что за время пребывания его в Детройте, на мобильный телефон приходили сообщения от тех или иных аугментированных граждан Праги, которые спрашивали, когда пан Коллер вернётся обратно и будет чинить их протезы. К тому же, Вацлав дал обещание своей жене, что серьёзно возьмётся за свой проект и впоследствии напишет диссертацию, претендующую на профессорскую должность, а это можно сделать, только вернувшись на должность нейротехнолога. Возвращаться в свой загородный дом Вацлав не стал, детям будет удобней находиться с бабушкой и дедушкой, когда их отец работает, так что Вацлаву осталось только уговорить своих родителей перенести свою лабораторию в родительский дом, чтобы начать работать над своим проектом. Лучше всего поговорить на эту тему с отцом, так как отец Вацлава по профессии инженер, он может помочь сыну с подборкой необходимой техники. Сегодня Лукаш Коллер работал

допоздна, поэтому поговорить со своим отцом Вацлав решил на следующий день, дождавшись, пока мама вместе с детьми пойдёт гулять. Утро после завтрака, отец Вацлава как всегда проводил в своём любимом кресле за чтением газеты.

— Пап, нам нужно поговорить, — начал разговор Вацлав.

— Да, сын мой, я слушаю, — отложив газету, сказал отец.

— Тут такие дела, в общем, я решил возобновить свой проект, — начал Вацлав. Родители Вацлава давно поняли, что одними ручными протезами дело не ограничится, зря они боялись, что их сын, после произошедшего с ним несчастного случая, замкнётся в себе, наоборот это только подтолкнуло Вацлава увлечься нейропротезированием и изучать нейротехнологии, впрочем, в школьные и студенческие годы это не мешало юному гению получать хорошие оценки. Единственное, что напрягало учителей, это то, что Вацлав был социально неадаптированным, и это, не смотря на пятёрки по всем предметам.

— Ну и что, — говорил тогда отец Вацлава Лукаш, утешая свою жену, которой всё высказали это, — у меня тоже практически не было друзей в школе, зато теперь у меня полно коллег по работе.

— Я думал ты теперь работаешь только с теми, кто нуждается в твоих аугментациях? — задал вопрос отец.

— Это далеко не военный проект, я его начал разрабатывать для водолазов исследователей, — пояснил Вацлав.

—Боже! Надеюсь ты не собираешься нырять во Влтаву, вода там грязная, — удивился отец.

— Честно говоря, пловец и ныряльщик из меня никудышный, — признался Вацлав отцу. Лукаш Коллер уже давно понял, что после того, как у его сына открылся талант к нейропротезированию и к рисковым испытанием изобретённых им аугментаций на себе, его фамилию все в Чехии ассоциируют с фамилией героя романа Мэрри Шелли — Франкенштейн.

— Дай-ка я угадаю, ты хочешь превратить свою комнату в лабораторию? — догадался отец.

—Угу, — кивнул Вацлав.

— Валяй, — махнул рукой отец, — только когда будешь всё испытывать на себе, закрывай за собой дверь, а то дети увидят.

— Обещаю, — кивнул Вацлав.

Получив одобрение со стороны отца, Вацлав потихоньку начал перетаскивать все необходимые вещи для разработки своего проекта в свою комнату, проект как и был в подвале, так и остался там, когда Вацлав покинул его, занявшись своей клиникой. Пока проект был только на голографической витрине, на медицинских снимках и в блокнотах. Вацлав сказал отцу, что когда он гостил у своей жены в Детройте, то она подтолкнула его к возрождению этого проекта, сказав, что с ним Вацлав сможет получить профессорскую степень.

— Давно пора, мы будем горды тобой ещё больше, если ты в свои тридцать лет станешь профессором, — сказал отец, хотя знал, что такое стремление его сына опять привёдёт к бессонным ночам. Днём Вацлав работал в своей клинике «Протез», помогая аугментированным гражданам Праги с их проблемой и делая новые протезы для тех, кто по той или иной причине лишился руки или ноги. На этот раз пациентов набралось достаточно, поэтому перед тем, как начать работать, Вацлав проверил запасы сыворотки Соколова для аугов, и на всякий случай позвонил самому Соколову, чтобы тот привёз ящик с сывороткой. Правда среди аугов попадались и те, кто хотел чтобы ему здоровую руку или ногу заменили на аугментированный протез.

— Прости, чувак, но я с фриками не работаю, — говорил таким людям Вацлав. Вечером Вацлав успевал не только на ужин приготовленный его мамой, но и погулять с детьми, а когда его родители вместе с внуками засыпали, он брал с собой три чашки кофе и шёл в свою комнату работать над проектом.

— Так-с, надо освежить в памяти водолазную тематику, — сказал про себя Вацлав, просматривая в интернете видео связанное с водолазами, и всё, что нужно для их успешного погружения. После этого Вацлав несколько раз изучал старые медицинские снимки со старыми заметками, на снимках белым фломастером были отмечены места для вживления аугментаций, правда на данный момент у Вацлава почти была готова только одна аугментация, и он не удержался и решил испытать её на себе, присоединив к протезу правой руки. Тут же по телу Вацлава пробежала неприятная дрожь.

— Ты ещё и кусаешься, — сквозь зубы проговорил Коллер, снимая аугментацию с протеза.

— Так-с, если это у меня такая дрожь, то я представляю, как будут мучиться водолазы, — подумал Вацлав и стал разбирать аугментацию на части, чтобы узнать, что вызвало такую дрожь. Оказалось, что когда Вацлав только начинал собирать эту аугментацию, он встроил в неё нейронный магнит, и поэтому после подключения этого магнита к нейрохабу, по телу Коллера пробежала дрожь. Когда только Вацлав начинал работать над своим изобретением, он был полон энтузиазма и уверенности в себе, повзрослев, Коллер переосмыслил все свои изобретения, вложив туда не только энтузиазм, но и здравый смысл.

— Нужно что-то другое, — решил Вацлав, вытаскивая из своего изобретения магнит. Коллер вновь стал изучать старые медицинские снимки, на которых он отмечал места для приживления аугментаций. Размышляя над проектом, Вацлав не заметил, как задремал сидя за столом, его мирную и полную раздумья дрёму прервал стук в дверь.

— Пап, можно к тебе? — раздался голос Аделы за дверью. Помня наказ отца, Коллер тут же накрыл свой проект покрывалом, взятым с кровати, хотя если Адела заинтересуется этим проектом, покрывало её не остановит, и открыл дверь дочери.

— В чём дело, Ади, кошмары сняться? — поинтересовался Вацлав у дочери.

— Не могу заснуть, — призналась Адела.

— Почитать тебе сказку на ночь, — предложил отец, зная, что он перечитал своей дочери все книги по нейротехнологиям.

— Нет, почитай, что ты читаешь, — запротестовал дочь.

— Солнышко, я прочёл тебе все книги, — признался отец. Чувствуя, что дочь вот-вот расплачется от того, что она перечитала все умные книги в доме, отец тут же подхватил её на руки и стал ходить по комнате кругами, пытаясь успокоить свою умную дочку. Одного прохода по комнате оказалось маловато, Адела так и не уснула на отцовских руках, и Вацлаву пришлось выйти из комнаты и сделать круг по квартире, исключая родительскую комнату и гостевую, где спал Карел. После такой «прогулки» Адела всё же уснула на отцовских руках, и Вацлав отнёс свою дочь во вторую гостевую комнату, где она спала.

— Опять не спишь? — шёпотом спросил отец у Вацлава.

— Я шёл спать, когда дочь попросилась на руки, ты же знаешь, как ей нравится, — Стоп, а ты почему не спишь, отец? — поинтересовался Вацлав.

— Да так, кое-какая мыслишка в голову пришла, — сознался Лукаш сыну.

— Ну, теперь понятно, на кого я похож больше всего, — пошутил Вацлав.

— На свою мать, она же у нас врач, так сказать яблочко от яблони, — чуть смеясь, сказал Лукаш.

— Ну, мама спит нормально ночами и не думает, как ей пациентов лечить, скорее я в тебя, — шутливо сказал Вацлав.

— Вообще-то ты в нас двоих, — похлопал по плечу Лукаш сына и пошёл в свой кабинет, а Вацлав, поняв, что он после прихода с улицы не переоделся в домашнюю одежду, быстро снял с себя всё и нагишом рухнул в кровать, проспав так до самого утра. Утром Вацлав встал первым, родители и дети всё ещё спали, ну с мамой понятно. у неё вчера была ночная смена, а вот отец, как и сын трудился над своими чертежами. Первым делом Вацлав разбудил Аделу и Карела, сказав им, что они так весь завтрак проспят.

— А что у нас на завтрак? — поинтересовался сын.

— Сегодня для всех вас я приготовлю оладьи, — улыбаясь, сказал отец.

— Опять кнедлики?

— То кнедлики, а это оладьи, — объяснил Вацлав и сказал детям, чтобы они шли мыться. Когда вся еда была готова, Вацлав пригласил к столу и своих родителей, которые к этому времени уже встали с пастели и стояли в очереди в душевую комнату, дожидаясь, когда дети умоются и почистят зубы.

— Да, — признался Лукаш Коллер — нужно было покупать квартиру с двумя ванными комнатами.

— У меня денег полно, от клиентов в клиники отбоя нет, могу подыскать Вам квартиру побольше, — улыбнулся Вацлав.

— Я пошутил, сынок, но спасибо за заботу, — смеясь, сказал Лукаш сыну.

— Отец, помнишь ты предлагал нам всей семьёй сходить в поход и совершить восхождение на снежку? — поинтересовался Вацлав у отца.

— Хочешь вновь вдохнуть горный воздух, сын? Это похвально, — улыбнулся Лукаш.

—Да, и дети не против посмотреть на природу и красоту нашей родины, — сказал Вацлав.

— Что ж, отдых не помешает, что скажешь, Сьюзанна? — обратился Лукаш к жене.

— А поход когда? — спросила Сьюзанна у мужа. Лукаш перевёл взгляд с жены на сына и детей. Дети были не против пойти в поход хоть сейчас, но их отцу — Вацлаву Коллеру, нужно кое-что сделать не только в клинике, но и со своим проектом.

— Я могу взять отпуск в ближайшие дни, согласен с сыном, нужно разгрузить голову, — заявил Лукаш.

— Вот и договорились, — торжественно объявил Вацлав.

— Боюсь, мне придётся пропустить поход, в эти выходные у меня консилиум врачей, это важно, — печально вздохнула Сюзанна. За столом повисла тишина, казалось, что семейный поход отложат на неопределённый срок, не каждый день в семье Коллер можно называть выходным, Лукаш иногда и по выходным работал, Вацлав сейчас занят своим проектом, а это надолго, хотелось возобновить традицию семейных походов в горы, но что-то пошло не так.

— В таком случае, это будет семейный поход отца с сыном и деда с внуками, готовьтесь к тому, что я никому не делаю поблажек, — улыбнулся Лукаш.

Глава 31

Вот и настали те выходные, когда Вацлав вместе со своим отцом и детьми, готов вновь совершить семейный поход на Снежку. Перед этим Коллер младший смог переделать кучу дел не только в своей клинике, но и в своём книжном магазине "Машина времени". Вот только на работу над проектом Вацлаву времени не хватило: в его клинике "Протез" от клиентов, желающих починить свои аугментации или же установить новые, отбоя не было. А в "Машину времени" нагрянули новые покупатели, так что времени у Вацлава хватало только на семейный ужин и на чтение сказок на ночь детям. Отец, замечая, что сын вновь начинает работать на износ, и прекрасно зная, что Вацлав никогда не продаст доставшийся ему в наследство от деда книжный магазин, только предостерёг сына о том, что тому стоит сбавить темп на работе, чтобы не сгореть на ней. Всё же у него двое прекрасных детишек, и ради них не стоит так перегибаться.

— Я так стараюсь не перегибаться на работе, пап, но сам знаешь, — улыбаясь, говорил Вацлав.

— Вот поэтому нам и стоит пойти в семейный поход и оторваться от повседневной суеты, завтра же мы вчетвером вновь совершим поход на Снежку, — улыбнулся Лукаш Коллер.

— Интересно, тот лагерь до сих пор стоит там или он тоже обрушился под гнётом Панхеи? — задумчиво произнёс Вацлав.

— Послушай, сын, может Панхея и повлияла на весь мир, но на нашей семье она не отразилась. И даже если там ничего не осталось, это не повод отменять подход, — откашлявшись, сказал Лукаш сыну. К семейному походу Лукаш Коллер приготовился основательно, вместе с палатками и всевозможными для похода вещами, он взял с собой ракетки для настольного тенниса и бадминтона, аргументируя это тем, что детям полезны будут такие игры на свежем воздухе.

— И никаких гаджетов и техники, — добавил Лукаш.

— А инфолинк оставить можно, чтобы позвонить жене и похвастаться, что мы в походе? — спросил Вацлав у отца.

—Это можно, — ответил отец.

Семейство Коллер решило выехать в поход под конец пятницы, хотя половина Праги стояла в пробках. Чехи, так же как и русские, любили дачи, и как только наступала пятница, те чехи у которых была дача, садились в свои машины и ехали туда всем семейством. Семья Коллер была исключением из правил, Лукаш и Сьюзана Коллер были больше городскими жителями и предпочитали отдыхать в городской черте или на крайняк в Карловых Варах. Когда у супругов родился сын - Вацлав, они приобщили его к походам. Зная, что у многих чехов в районе массива Крконош есть дачи, Лукаш Коллер предусмотрел запасной маршрут.

— Ничего, — говорил он сыну, видя его удивление по поводу пятничной вылазке в горы, — Поедем по нашему тайному маршруту.

— Надеюсь, этот маршрут не завален, — улыбнулся Вацлав.

Для Аделы и Карела это был первый поход в их жизни, поэтому, когда мужская половина семейства Коллер села в машину и поехала в сторону массива Крконош, дети буквально прилипли к окну и наблюдали, как мимо них проносится Прага. Чтобы добраться до гор, нужно выехать не только из самой Праги, но и частично из Чешской республики, так как сам горный массив находится на границе Польши и Чехии. Но Лукаш Коллер знал, где и как срезать путь, чтобы побыстрее добраться до горной гряды. Как только мужская половина семейства Коллер выехала из центра Праги, унылый городской пейзаж сменился весёлыми красками полевых цветов и зелени. Даже Вацлав ободрился, когда увидел красоту своей родины, которую не смогли затронуть ни Панхея, ни тяжёлые двадцать седьмые и двадцать девятые годы.

— Ого, а тут ни чего не изменилось, — сказал Вацлав, высунувшись из окна вслед за детьми.

— Я всегда знал, что природа останется нетронутой, — сказал Лукаш сыну и попросил его обратно залезть в машину, а то и сам простудится, и детей простудит. Когда семья подъехала к главному шоссе Праги, Лукаш Коллер резко свернул с дороги и выбрал свой собственный путь.

— Деда, мы что, едем в лес? — спросил Карел у дедушки.

— Не переживай внучок, пару часов по лесной дороги, и мы тут же окажемся у подножья Крконоша, — заверил Лукаш внука. Тут Лукаш вспомнил историю рассказанную ему отцом, о том, что якобы в окрестностях Праги можно встретить живого голема. Но, вспомнив про город Големов, не стал рассказывать ее детям, поскольку големы теперь ассоциируются с аугментированными людьми. А раньше они были популярной в Чехии сказкой, и каждый чешский мальчик, услышав из уст эту историю, считал своим делом встретить голема где-нибудь в лесу. Но тут обстановку решил разрядить Вацлав.

— Говорят, тут можно встретить голема, — повернувшись к детям, произнёс Вацлав.

— А кто такие големы, пап? — спросил Карел у отца.

— Глиняные стражи созданные иудеями, когда-то живущими на окраинах Праги, — ответила Адела брату.

— А кто такие иудеи? — после последнего вопроса брата, Адела ударила себя в лоб ладонью, и про чуть ли не самых древних жителей пражских окраин, пришлось Вацлаву рассказывать.

— Спасибо тебе, сынок: я хотел рассказать детям историю про голема, но сам знаешь… — признался Лукаш сыну.

— Я понимаю, пап, ауги теперь големы, вот поэтому, как только их согнали в одно место, всё в стране пошло наперекосяк. Ну, лично мне нравится быть големом, уж за свою семью я смогу постоять, — сказал в своём духе Вацлав. Услышав историю о големе, дети ещё больше прилипли к окну и с интересом наблюдали за проплывающими мимо окна деревьями.

— Ну вот, — нервно воскликнул Лукаш, увидев валяющиеся на лесной дороге дерево.

— Что-то случилось, пап? — спросил Вацлав у отца.

— Да, наш тайный путь преграждает дерево, поможешь мне его с дороги убрать? — спросил Лукаш у сына.

— А как же, пап! Надеюсь, больше деревьев на нашем пути не будет, — согласился Вацлав, вылезая из машины. Отец Вацлава несмотря на сидячий образ жизни всё ещё находился в хорошей форме, поэтому он легко на пару с сыном убрал упавшее с дороге дерево, и семья поехала дальше. Вскоре лес закончился, и вдоль тропы виднелись обширные луга, на горизонте которых виднелись красивые чешские домики. Лишь изредка на пути к массиву Крконош, встречались проезжающие мимо машины.

— Деда, кажется, они прознали про твой тайный путь, — заметила Адела.

— Они просто проезжают мимо, — улыбнулся Лукаш внучке.

— Пап, смотри мы почти на месте, — сказал Вацлав, указывая на виднеющуюся впереди гору.

— А ты ещё сомневался в своем старике, — усмехнулся Лукаш. Подъехать к горной гряде оказалось не так просто, дорога там просто просела и превратилась в грязь, увязнуть в которой может даже грузовик. Поэтому семье Коллер пришлось ещё раз срезать путь, чтобы как можно ближе подъехать к Крконошу, и, вытащив все рюкзаки из машины, идти до Снежки на своих двух.

— Так, дети, поскольку на машине добраться до места нашего кемпинга не получается, то пойдём туда пешком, — объявил Лукаш семье.

— Пешком?! — удивились дети.

— Да, пешком, дорогу у подножья гор размыло, и на машине туда не подъехать, — ответил Лукаш.

— Боюсь, мама не простит нам, что мы так оставили машину, это ведь её автомобиль, — потёр затылок Вацлав.

— Ничего не случится с её машиной, да и кто её украсть может, тут ни души, — похлопал сына по плечу отец.

— Как скажешь, пап, — согласился Вацлав. Забрав из машины поклажу, Лукаш Коллер вместе с семьёй нашёл узкую тропу, ведущую к горному массиву, и вся семья осторожно стала подниматься по горной тропе. Дорога в гору состояла сплошь из камней, и на полпути к Снежке, дети начали жаловаться на то, что у них заболели ступни ног. Они запросились к папе на руки, но строгий отец не стал делать поблажек ноющим детям, сказав им, что если всю дорогу просидят на шее у отца, то не получат никакого удовольствия от похода.

— Ну, пап, — заныл Карел.

— Ты слышал, что сказал отец, внучёк? Никакой отцовской шеи, — окликнул внука Лукаш.

— И как только у папы ноги не болят? — поинтересовалась Адела.

— Потому что в детстве я частенько ходил с родителями в поход и не ныл, как вы, — улыбнулся Вацлав.

— Потерпите, внучата, мы почти на месте, — сказал Лукаш внукам.

Дорога в гору всё не прекращалась. Казалось, она ни когда не кончится, а вдобавок она из луговой тропы сменилась лесной. Поняв, что нужно передохнуть перед тем, как пойти вдоль леса, Лукаш Коллер приказал своему семейству разбить на несколько часов лагерь и передохнуть. Дети и их отец не возражали насчёт того, чтобы остановиться и отдохнуть. Вацлав вместе со своим отцом достал из своих рюкзаков покрывала, необходимые для сидения на земле, а так же — термос с чаем и всевозможные закуски.

— Пап, а мы палатки тут ставить не будем? — спросила Адела у отца.

— Пока не заберёмся на вершину горы, никаких палаток, — сказал Вацлав дочери.

— Внучата, как насчёт чая? — предложил Лукаш внукам.

— Не откажемся дедушка, а то от всего этого похода мне ужасно хочется пить, — ответил Карел и пошёл за чашкой чая.

— Здесь так тихо, — заметила Адела.

— Ага, наверняка здесь водятся големы, — шепнул Карел сестре.

— Брось, братец, здесь нет никаких големов, — успокоила своего брата Адела.

— А вот и есть, — начал строить рожицы детям Вацлав и начал с дочерью кататься по сырой земле.

— Вацлав, не лежи на сырой земле, а то простудишься, — сделал выговор сыну Лукаш.

— Не простужусь, — сквозь смех проговорил Вацлав, продолжая игру с дочерью. Немного передохнув, семья Коллер продолжила свой путь к Снежке. По пути к цели Лукаш вместе с сыном периодически останавливался и собирал лесные ягоды и орехи. Вскоре лесная тропа вывела семью Коллер на вершину горы Снежки.

— Вот мы и на месте, а вы боялись, — улыбнулся Лукаш семье.

— Теперь главное найти место для кемпинга, помнится мне, тут раньше стояли деревянные домики, — сказал Вацлав.

Глава 31

Вот и настали те выходные, когда Вацлав вместе со своим отцом и детьми, готов вновь совершить семейный поход на Снежку. Перед этим Коллер младший смог переделать кучу дел не только в своей клинике, но и в своём книжном магазине "Машина времени". Вот только на работу над проектом Вацлаву времени не хватило: в его клинике "Протез" от клиентов, желающих починить свои аугментации или же установить новые, отбоя не было. А в "Машину времени" нагрянули новые покупатели, так что времени у Вацлава хватало только на семейный ужин и на чтение сказок на ночь детям. Отец, замечая, что сын вновь начинает работать на износ, и прекрасно зная, что Вацлав никогда не продаст доставшийся ему в наследство от деда книжный магазин, только предостерёг сына о том, что тому стоит сбавить темп на работе, чтобы не сгореть на ней. Всё же у него двое прекрасных детишек, и ради них не стоит так перегибаться.

— Я так стараюсь не перегибаться на работе, пап, но сам знаешь, — улыбаясь, говорил Вацлав.

— Вот поэтому нам и стоит пойти в семейный поход и оторваться от повседневной суеты, завтра же мы вчетвером вновь совершим поход на Снежку, — улыбнулся Лукаш Коллер.

— Интересно, тот лагерь до сих пор стоит там или он тоже обрушился под гнётом Панхеи? — задумчиво произнёс Вацлав.

— Послушай, сын, может Панхея и повлияла на весь мир, но на нашей семье она не отразилась. И даже если там ничего не осталось, это не повод отменять подход, — откашлявшись, сказал Лукаш сыну. К семейному походу Лукаш Коллер приготовился основательно, вместе с палатками и всевозможными для похода вещами, он взял с собой ракетки для настольного тенниса и бадминтона, аргументируя это тем, что детям полезны будут такие игры на свежем воздухе.

— И никаких гаджетов и техники, — добавил Лукаш.

— А инфолинк оставить можно, чтобы позвонить жене и похвастаться, что мы в походе? — спросил Вацлав у отца.

—Это можно, — ответил отец.

Семейство Коллер решило выехать в поход под конец пятницы, хотя половина Праги стояла в пробках. Чехи, так же как и русские, любили дачи, и как только наступала пятница, те чехи у которых была дача, садились в свои машины и ехали туда всем семейством. Семья Коллер была исключением из правил, Лукаш и Сьюзана Коллер были больше городскими жителями и предпочитали отдыхать в городской черте или на крайняк в Карловых Варах. Когда у супругов родился сын - Вацлав, они приобщили его к походам. Зная, что у многих чехов в районе массива Крконош есть дачи, Лукаш Коллер предусмотрел запасной маршрут.

— Ничего, — говорил он сыну, видя его удивление по поводу пятничной вылазке в горы, — Поедем по нашему тайному маршруту.

— Надеюсь, этот маршрут не завален, — улыбнулся Вацлав.

Для Аделы и Карела это был первый поход в их жизни, поэтому, когда мужская половина семейства Коллер села в машину и поехала в сторону массива Крконош, дети буквально прилипли к окну и наблюдали, как мимо них проносится Прага. Чтобы добраться до гор, нужно выехать не только из самой Праги, но и частично из Чешской республики, так как сам горный массив находится на границе Польши и Чехии. Но Лукаш Коллер знал, где и как срезать путь, чтобы побыстрее добраться до горной гряды. Как только мужская половина семейства Коллер выехала из центра Праги, унылый городской пейзаж сменился весёлыми красками полевых цветов и зелени. Даже Вацлав ободрился, когда увидел красоту своей родины, которую не смогли затронуть ни Панхея, ни тяжёлые двадцать седьмые и двадцать девятые годы.

— Ого, а тут ни чего не изменилось, — сказал Вацлав, высунувшись из окна вслед за детьми.

— Я всегда знал, что природа останется нетронутой, — сказал Лукаш сыну и попросил его обратно залезть в машину, а то и сам простудится, и детей простудит. Когда семья подъехала к главному шоссе Праги, Лукаш Коллер резко свернул с дороги и выбрал свой собственный путь.

— Деда, мы что, едем в лес? — спросил Карел у дедушки.

— Не переживай внучок, пару часов по лесной дороги, и мы тут же окажемся у подножья Крконоша, — заверил Лукаш внука. Тут Лукаш вспомнил историю рассказанную ему отцом, о том, что якобы в окрестностях Праги можно встретить живого голема. Но, вспомнив про город Големов, не стал рассказывать ее детям, поскольку големы теперь ассоциируются с аугментированными людьми. А раньше они были популярной в Чехии сказкой, и каждый чешский мальчик, услышав из уст эту историю, считал своим делом встретить голема где-нибудь в лесу. Но тут обстановку решил разрядить Вацлав.

— Говорят, тут можно встретить голема, — повернувшись к детям, произнёс Вацлав.

— А кто такие големы, пап? — спросил Карел у отца.

— Глиняные стражи созданные иудеями, когда-то живущими на окраинах Праги, — ответила Адела брату.

— А кто такие иудеи? — после последнего вопроса брата, Адела ударила себя в лоб ладонью, и про чуть ли не самых древних жителей пражских окраин, пришлось Вацлаву рассказывать.

— Спасибо тебе, сынок: я хотел рассказать детям историю про голема, но сам знаешь… — признался Лукаш сыну.

— Я понимаю, пап, ауги теперь големы, вот поэтому, как только их согнали в одно место, всё в стране пошло наперекосяк. Ну, лично мне нравится быть големом, уж за свою семью я смогу постоять, — сказал в своём духе Вацлав. Услышав историю о големе, дети ещё больше прилипли к окну и с интересом наблюдали за проплывающими мимо окна деревьями.

— Ну вот, — нервно воскликнул Лукаш, увидев валяющиеся на лесной дороге дерево.

— Что-то случилось, пап? — спросил Вацлав у отца.

— Да, наш тайный путь преграждает дерево, поможешь мне его с дороги убрать? — спросил Лукаш у сына.

— А как же, пап! Надеюсь, больше деревьев на нашем пути не будет, — согласился Вацлав, вылезая из машины. Отец Вацлава несмотря на сидячий образ жизни всё ещё находился в хорошей форме, поэтому он легко на пару с сыном убрал упавшее с дороге дерево, и семья поехала дальше. Вскоре лес закончился, и вдоль тропы виднелись обширные луга, на горизонте которых виднелись красивые чешские домики. Лишь изредка на пути к массиву Крконош, встречались проезжающие мимо машины.

— Деда, кажется, они прознали про твой тайный путь, — заметила Адела.

— Они просто проезжают мимо, — улыбнулся Лукаш внучке.

— Пап, смотри мы почти на месте, — сказал Вацлав, указывая на виднеющуюся впереди гору.

— А ты ещё сомневался в своем старике, — усмехнулся Лукаш. Подъехать к горной гряде оказалось не так просто, дорога там просто просела и превратилась в грязь, увязнуть в которой может даже грузовик. Поэтому семье Коллер пришлось ещё раз срезать путь, чтобы как можно ближе подъехать к Крконошу, и, вытащив все рюкзаки из машины, идти до Снежки на своих двух.

— Так, дети, поскольку на машине добраться до места нашего кемпинга не получается, то пойдём туда пешком, — объявил Лукаш семье.

— Пешком?! — удивились дети.

— Да, пешком, дорогу у подножья гор размыло, и на машине туда не подъехать, — ответил Лукаш.

— Боюсь, мама не простит нам, что мы так оставили машину, это ведь её автомобиль, — потёр затылок Вацлав.

— Ничего не случится с её машиной, да и кто её украсть может, тут ни души, — похлопал сына по плечу отец.

— Как скажешь, пап, — согласился Вацлав. Забрав из машины поклажу, Лукаш Коллер вместе с семьёй нашёл узкую тропу, ведущую к горному массиву, и вся семья осторожно стала подниматься по горной тропе. Дорога в гору состояла сплошь из камней, и на полпути к Снежке, дети начали жаловаться на то, что у них заболели ступни ног. Они запросились к папе на руки, но строгий отец не стал делать поблажек ноющим детям, сказав им, что если всю дорогу просидят на шее у отца, то не получат никакого удовольствия от похода.

— Ну, пап, — заныл Карел.

— Ты слышал, что сказал отец, внучёк? Никакой отцовской шеи, — окликнул внука Лукаш.

— И как только у папы ноги не болят? — поинтересовалась Адела.

— Потому что в детстве я частенько ходил с родителями в поход и не ныл, как вы, — улыбнулся Вацлав.

— Потерпите, внучата, мы почти на месте, — сказал Лукаш внукам.

Дорога в гору всё не прекращалась. Казалось, она ни когда не кончится, а вдобавок она из луговой тропы сменилась лесной. Поняв, что нужно передохнуть перед тем, как пойти вдоль леса, Лукаш Коллер приказал своему семейству разбить на несколько часов лагерь и передохнуть. Дети и их отец не возражали насчёт того, чтобы остановиться и отдохнуть. Вацлав вместе со своим отцом достал из своих рюкзаков покрывала, необходимые для сидения на земле, а так же — термос с чаем и всевозможные закуски.

— Пап, а мы палатки тут ставить не будем? — спросила Адела у отца.

— Пока не заберёмся на вершину горы, никаких палаток, — сказал Вацлав дочери.

— Внучата, как насчёт чая? — предложил Лукаш внукам.

— Не откажемся дедушка, а то от всего этого похода мне ужасно хочется пить, — ответил Карел и пошёл за чашкой чая.

— Здесь так тихо, — заметила Адела.

— Ага, наверняка здесь водятся големы, — шепнул Карел сестре.

— Брось, братец, здесь нет никаких големов, — успокоила своего брата Адела.

— А вот и есть, — начал строить рожицы детям Вацлав и начал с дочерью кататься по сырой земле.

— Вацлав, не лежи на сырой земле, а то простудишься, — сделал выговор сыну Лукаш.

— Не простужусь, — сквозь смех проговорил Вацлав, продолжая игру с дочерью. Немного передохнув, семья Коллер продолжила свой путь к Снежке. По пути к цели Лукаш вместе с сыном периодически останавливался и собирал лесные ягоды и орехи. Вскоре лесная тропа вывела семью Коллер на вершину горы Снежки.

— Вот мы и на месте, а вы боялись, — улыбнулся Лукаш семье.

— Теперь главное найти место для кемпинга, помнится мне, тут раньше стояли деревянные домики, — сказал Вацлав.

Глава 32

Место для кемпинга, несмотря на всё, что происходило в мире, всё же сохранилось и осталось нетронутым в каком-то смысле. Правда, сохранились лишь деревянные постройки, а вот от горнолыжного курорта остались только неработающий фуникулер и старый заброшенный сарай с давно покрывшимся ржавчиной замком.

— Ну, тут не всё уж так и плохо, — заверил Лукаш свою семью, заглядывая в каждую деревянную постройку.

— Что и следовало ожидать, теперь понятно, почему в последнее время всё меньше туристов посещают Чехию, — констатировал Вацлав.

— Ничего сынок, я взял с собой всё самое необходимое, отсутствующие окна можно закрыть брезентом, — сказал Лукаш.

— А дети на чём спать будут? — поинтересовался Вацлав.

— Это я тоже предусмотрел, — усмехнулся отец.

— Пап, так ты всё знал? — поинтересовался Вацлав у отца.

— Догадывался, но, сын, у нас с момента того инцидента мало мест для отдыха осталось, — начал Лукаш.

— У нас ещё есть Карловы Вары, — предложила Адела.

— Вы там уже были, — сказал Лукаш внучке.

Найдя более-менее подходящий для проживания домик, Лукаш Коллер достал из своего рюкзака брезентовые покрытия и приколотил их на то место, где раньше было окно. В доме тут же стало темно, тогда отец семейства достал светодиодную лампу и включил её.

— Теперь осталось только разложить спальные принадлежности, — улыбнулся Лукаш.

— Я тут и дня не просижу, может, лучше вернёмся на лесную опушку и разобьём лагерь там? — предложил Вацлав отцу, но Лукаш Коллер только отмахнулся от этого предложения. Поняв, что отца никак не уговорить сменить место для кемпинга, Вацлав и дети послушно начали разбирать свои рюкзаки, доставая оттуда всё самое необходимое, включая термос с чаем и еду. Старые прохудившиеся матрасы Вацлав вместе с отцом свернул и сложил в угол дома, постелив на их место спальные мешки.

— Ну вот, место для сна готово, а сейчас доставайте ваши ракетки и воланы, — улыбаясь, сказал Лукаш.

— Это ещё зачем? — поинтересовался Карел.

— Дедушка будет приучать нас к спорту, — ответила Адела.

— Я думал, мы сюда отдыхать пришли, — развёл руками Карел.

— Вы и так отдыхаете целыми месяцами, сын, тебе скоро возвращаться в детский сад, и если ты не хочешь играть в футбол, то лучше заняться другим видом спорта, — дал наказ Вацлав сыну.

— Ну, я не умею играть в эту игру, — начал Карел.

— Тогда смотри, как мы играем, — предложил дед внуку. Несмотря на свои карбоновые и аугментированные руки, Вацлав превосходно умел играть в бадминтон, правда, когда отец делал очередную подачу сыну, тот отбивал так сильно, что у отца не всегда удавалось отбивать подачи своего сына.

— Не так сильно, Вацлав, а то я едва успеваю отбивать твои подачи, — одёрнул сына Лукаш.

— Сам предложил сыграть с тобой, отец, — улыбаясь, развёл руками Вацлав, а потом подумал: «Как хорошо, что мама не пошла в этот поход с нами, а то бы отец и её в своё приключения втянул». Дети только наблюдали за тем, как их отец и дед играют в бадминтон, уловив суть игры, Адела предложила отцу подменить его и Вацлав согласился.

— Уже выдохся, сынок? — улыбнулся Лукаш.

— Хоть я и люблю спорт, но это не моё, — ответил Вацлав, передавая ракетку дочери.

— Мы же договорились никаких гаджатов и аугментаций, ты слишком долго просидел в своём подвале, — подколол сына Лукаш.

— Всего-то с 2027 по 2029 годы, — откликнулся Вацлав, который в это время вернулся обратно в дом.

Пока Лукаш играл в бадминтон с внучкой, Вацлав включил свой инфолинк и отправил небольшой послание своей жене: "Мы всё же добрались до Снежки. Она не очень сильно пострадала после Панхеи. Правда, тут совсем безлюдно, и в домах разбиты окна, но моего отца это не остановило, и мы всё же разбили здесь лагерь". Вскоре Лукашу Коллеру надоело играть в бадминтон с сыном и внуками, и он предложил семье спустится в лес, чтобы собрать там ягоды и лесные орехи.

— Что, опять вниз идти?! — удивился Карел.

— Не бойся, ты спускаться не будешь, я понесу тебя на руках, — шепнул Вацлав сыну.

— А меня, пап? — поинтересовалась Адела.

— На шее деда спустишься, это его идея, — шепнул Вацлав дочери.

— Ура! — прокричала Адела.

— Что ж вы такие хилые у меня? Видать, отец и мать вас мало на природу вывозят, — прокряхтел Лукаш, беря внучку на руки.

— Да у нас возле дома целая зона отдыха есть, и даже наша умница Адела иногда отвлекается от своих исследований и бегает во дворе с братом, — заверил Вацлав.

Как только семейство Коллер спустилось с горы, ребята тут же разбились на пары, одни искали орехи, другие искали ягоды. Устав от однообразного поиска ягод, Вацлав предложил сыну соревнование "кто больше соберёт ягод". Карел согласился, ему не понравилась идея хождения по лесу с корзинкой в поисках ягод.

— Только далеко не уходи, и, если увидишь лишайники на деревьях или кусты клюквы, обходи их, — дал наказ Вацлав сыну.

— Почему? Клюква тоже ягода ведь, — поинтересовался Карел.

— Эта ягода растёт рядом с болотом или оврагом, ты туда можешь провалиться, тогда, когда найдёшь её, зови меня, вместе соберём, — предложил Вацлав сыну.

— Хорошо, пап, — согласился Карел.

— Ой, — вздрогнул Вацлав и шлёпнул себя ладонью по шее, — здесь комары размером с бейсбольный мяч, надо было намазаться кремом от москитов.

Очень скоро состязание отца с сыном на тему, кто больше соберёт ягод, закончилось тем, что Вацлав, хоть и предупредил сына об опасности болот и оврагов, всё же сам угодил в один овраг с холодной водой, когда потянулся за кустом клюквы.

— Пап, ты в порядке? — спросил Карел у отца.

— Да, сынок, только ноги намочил, — ответил Вацлав сыну.

— Помочь, сынок? — услышал Вацлав голос отца за спиной.

— Нет, сам вылезу, — возразил Вацлав, вылезая из оврага — Ты как хочешь, отец, но я с сыном возвращаюсь обратно в лагерь, надо бы ноги подсушить у костра.

— Как скажешь, сын, мы скоро к вам присоединимся, нам ещё один куст остался, — усмехнулся Лукаш. Взяв сына на руки, Вацлав вернулся в лагерь и разжег костёр, чтобы погреть у него свои ноги. Хоть Вацлав пошёл в поход в резиновых сапогах, воды в овраге было столько, что она забралась под резиновые сапоги.

— Ну вот, только этого не хватало, — сказал Вацлав, выливая воду из сапог, — Карел, будь так добр, принеси папе запасную обувь.

— Хорошо, пап, — сказал Карел и через пару секунд принёс отцу запасные ботинки.

— Пап?

— Да, сынок.

— Что-то деда с Аделой долго нет, — занервничал Карел.

— Ты просто не знаешь моего отца, пока он не соберёт все лесные орехи, то в лагерь не вернётся, — заверил Вацлав сына. Немного погревшись у костра, Вацлав решил пойти в дом и налить себе чашку горячего чая из термоса. Всё же, несмотря на жаркий конец июля, на вершине Снежки постоянно веяло холодом, и Вацлав решил перестраховаться, чтобы не заболеть. Поэтому он налил вторую чашку чая для сына, после чего позвал Карела в дом.

— Ну я не хочу чая, пап, — сказал Карел.

— Никаких нет, сынок, тут холодно, не хватало, чтобы мы тут оба заболели, — объяснил Вацлав сыну. — Знаешь, сын, твоему деду надо было стать путешественником, а не инженером, сейчас бы какой-нибудь открытый им остров или новый материк был приписан к Чешской республике, — начал Вацлав.

— Теперь ясно, почему дед прихватил с собой карту, ищет, наверное, новую землю, а с гор искать лучше, — хихикнул Карел.

— Какую карту? — поинтересовался отец.

— Да вот у него из рюкзака торчит, наверное, дед взять её забыл, — указал Карел.

Глава 33

Вацлава заинтересовало, что за карту взял с собой его отец, поэтому после недолгих раздумий он потянулся за картой, но не тут-то было: Лукаш вместе с Аделой вернулись со сбора лесных орехов. Судя по голосу деда и внучки, оба были довольны своим приключением, не то что Вацлав и Карел. Один ободрал только зелёную бруснику, а второй предупредив сына об оврагах, сам туда угодил.

— Пап, смотри какие орехи мы нашли, — радостно проговорила Адела подбегая к отцу.

— Молодец, солнышко, — радостно улыбнулся Вацлав и потрепал дочь по голове.

— А вы, неженки, что собрали, похоже лягушек или головастиков? Ась? — глядя на промокшие ботинки сына, усмехнулся Лукаш.

— И не говори, пап, — произнёс Вацлав, допивая чай.

День близился к вечеру, всё семейство Коллер сильно проголодалось, и Вацлав вместе с отцом разожгли костёр, и, нанизав на шампуры мясо и хлеб, начали жарить шашлыки. Дети в это время устроили игру в догонялки друг с другом, но учуяв запах шашлыков и жареного хлеба, тут же подбежали к отцу и деду и стали просить у них попробовать шашлык.

— Шашлыки пока не прожарились, поиграйте ещё, когда будут готовы позовём, — вежливо сказал Вацлав детям.

— Хорошо пап, — хором ответили дети и вновь вернулись к своим играм.

— Ну как тебе поход на Снежку, сынок? — спросил Лукаш у Вацлава.

— Не много… неудобно, — начал Вацлав, смутившись.

—Знаю, что это не то, что раньше, но с этим местом у меня связано много хороших воспоминаний, — улыбнулся Лукаш.

— Пап, а что это ты за карту с собой взял? — поинтересовался Вацлав.

— Понятия не имею о какой карте ты говоришь, — схитрил Лукаш.

Когда шашлыки были готовы, Вацлав и Лукаш позвали детей к костру насладиться шашлыками и жареным хлебом.

— Это первый ваш ужин на свежем воздухе, — сказал дед внукам.

— Жалко, что мы не взяли с собой фотоаппарат, — посетовал Вацлав.

— Сынок, мы же договорились, что никакой техники, — подмигнул отец сыну.

После сытного ужина настало время страшных историй перед сном, Вацлав знал все страшилки которые рассказывал его отец наизусть, так как за всё время походов в горы или загородную часть Праги Лукаш Коллер не раз рассказывал своему сыну ту или иную страшилку, частью этих страшилок в основном были родом из Чехии, а часть из того времени когда ещё не распался Советский союз, поэтому страшилки про прожорливое полено и чёрную комнату Вацлава не страшили.

— А раньше стоит мне начать рассказывать тебе про чёрную комнату, ты боялся, — бросил отец Вацлаву.

— Ну, тогда я был маленький, и я перестал бояться этой истории после третьего твоего пересказа, — улыбнулся Вацлав.

— А зря, — заверил отец и поднёс фонарь к лицу. Аделу эти страшилки ни разу не напугали, а вот её брат сидел плотно прижавшись к отцу, и каждый раз когда дед начинал дьявольски смеяться, чтобы напугать внуков, тыкался отцу в бок.

— Карел, это всего лишь старая легенда, этого не было на самом деле, — осуждающе сказала Адела брату.

— Ну я бы так не сказал, — с издёвкой сказал Лукаш. Лукаш не хотел издеваться над внуком, просто решил таким способом его попугать. Тут во время рассказа третьей страшилки дети услышали, что кто-то копошиться в кустах, точнее это заметил Карел и начал тормошить сначала свою сестру, а потом отца.

— Там кто-то есть в кустах, — шепнул Карел.

— Ничего страшного в кустах нет, — заверила Адела брата, — там просто лось, и он травоядный. Карел старался поверить сестре, и проглотив ком в горле, продолжил слушать своего деда, периодически поглядывая на кусты.

— Вижу, что кто-то напуган, — заметил Вацлав.

— Пап, там кто-то есть в кустах, и это не лось, — с испуганным видом сказал Карел отцу. Вацлав посмотрел в сторону кустов, возня в них продолжилась, и судя по всему этот зверь был размером поменьше чем лось, а иначе бы из кустов торчали его рога.

— Что и ты испугался неженка? — чуть не рассмеялся Лукаш, но Вацлав тут же сделал рукой жест, чтобы его отец замолчал или заговорил как можно тише, и не зря, тут из кустов показался сначала медвежий нос, а потом показалась и медвежья голова.

— Быстро в дом, — скомандовал Вацлав семье, и вся ватага бросилась бежать в дом.

— Деда, ты не говорил нам, что тут медведи, — недовольно сказала Адела.

— Тут после Инцидента только дикие звери гуляют, откуда я знал, что медведи умеют взбираться на гору, — развёл руками Лукаш.

Забаррикадировавшись в доме, семейство Коллер стало наблюдать за медведем через накрытое брезентом окно, люди медведя не интересовали, а вот остатки еды которые Лукаш и семья бросили удирая от него, интересовали, и ещё как.

— Пап, — шепнула Адела, — он доедает наш ужин.

— Отлично, теперь мы останемся без ужина, — развёл руками Вацлав.

— Не переживай так сынок, я взял с собой ещё бутерброды с джемом, — утешил сына отец.

— Вот это и привлекает медведя, — заверил Вацлав. Доев то мясо для шашлыка, которое семейство Коллер не успело зажарить на огне, медведь уходить не собирался. Он отошёл от костра и улёгся на землю, уставившись на дом, где заперлось семейство Коллер.

— Пап, он смотрит на нас, — шепнула Адела. Вацлав тут же вскочил на ноги и подхватив дочь на руки оторвал её от окна, а так же сказал сыну, чтобы он накрыл окно брезентом, и не выглядывал наружу.

— Что делать пап? — растеряно шепнул Карел.

— Сидеть тихо и не шевелиться, — ответил Вацлав. Всё семейство на время прекратило разговоры и полчаса просидело на земле, не смев даже шелохнуться. Тут рядом с домом послышался шорох и слабое рычание.

— Пап, дай мне бутерброды с джемом? — попросил Вацлав отца.

— Есть сейчас плохая идея сын, — сказал Лукаш.

— Дай, — настоял Вацлав. Лукаш полез в свой рюкзак и достав оттуда бутерброд с малиновым джемом, передал сыну.

— Что ж, надеюсь медведи аугами не питаются, — вздохнул Вацлав и встав с земли пошёл к двери.

— Что ты собираешься делать Вашек? — спросил отец у сына.

— Дать ему сладкое, что же ещё, — ответил Вацлав, и посмотрел в то место, в которое раньше был встроен дверной замок, убедившись, что медведя рядом нет, моментально открыл дверь и выбросил за неё бутерброд. Увидев белый хлеб с джемом медведь, слизал сладкое с булки и ушёл восвояси.

— Фу-х, — выдохнул Вацлав, стирая рукой испарину с лица — пронесло.

Семейство Коллер вновь высыпало наружу, и стало искать, то что осталось от ужина, всё не зажаренное мясо было съедено медведем, бутылки с водой и соками были прокусаны и соки из них давно вытекли, а остатки жаренного хлеба и шашлыков за это время превратились в угли.

— Мы остались не только без ужина, но и без завтрака, — заявила Адела, глядя на всё это.

— И без питья, — добавил Вацлав.

— Ни чего, завтра с утра сяду в машину и отправлюсь в придорожный магазин за провизией, — заявил Лукаш.

— Пап, где ты тут видел придорожный магазин? — полюбопытствовал Вацлав.

— Когда мы подъезжали к горной гряде я видел небольшой магазинчик, — ответил Лукаш.

День выдался насыщенным и полным приключений. Всё это так вымотало не только Вацлава, но и его семью, что все легли в свои спальные мешки и уснули без задних ног, вот только Вацлав постоянно крутился туда-сюда, пытаясь уснуть. Он почти провалился в сон, как у него заработал инфолинк, звонила его жена — Катарина.

— Привет, красавчик я получила твоё послание, как вы там? — спросила Китти.

— День полный приключений, мы думали, что мама поедет с нами, но у неё дела, — начал Вацлав, и как на духу рассказал всё, что случилось с ним и его семьёй.

— Боже, вы не пострадали?

— Нет, моя Иштар, я как всегда спас ситуацию, и искренне надеюсь, что это больше не повториться, — ответил Вацлав.

Глава 34

— Кому везёт, так это тебе, — заключила Катарина, поговорив с мужем. Пока Вацлав расслаблялся на свежем воздухе в компании отца и детей, Катарина вовсю корпела над речью, которую её попросил подготовить Дэвид Шариф. У босса, как всегда, наполеоновские планы, а хорошую речь написать, чтобы привлечь на свою сторону новых сотрудников и инвесторов, он не может, вот и поручил Катарине написать текст за него.

— Я вообще-то работаю над аугментациями, и у меня много работы, — говорила Катарина боссу.

— Я вам доплачу за дополнительную работу, миссис Коллер, — мягко настоял Шариф.

— А как быть с клиентами и испытанием новых аугментаций? У меня весь день расписан, — поинтересовалась Катарина.

— И за простой тоже доплачу, — пообещал Дэвид Шариф.

— Договорились, — согласилась Катарина. Вот и начала она возиться с речью господина Шарифа. Слабости босса были Катарине только на руку, наверняка Дэвид Шариф, выступая перед коллегами и иностранными инвесторами, запнётся. Тут она его и выручит, закончив речь за него. Катарина не раз наблюдала неуклюжесть в словах босса: не зная, что сказать, он начинал запинаться и долго думать над тем, что ответить. Ещё бы: тут сказывается не только возраст, но и долгое отсутствие работы. Однако и Катарина не спешила сразу бежать за письменный стол, чтобы сочинить речь для своего босса, хоть Шариф и обещал заплатить ей за дополнительную работу. Но это не означало, что она должна всё бросить и бессонными ночами работать над речью, да и до выступления Дэвида Шарифа перед публикой было три недели, за этот срок можно много чего успеть.

Говорить мужу про то, что босс попросил её написать для него речь, Катарина не стала, а то бы началось — «Послушай, управление «Шариф Индастриз» — конечно, хорошо, но у тебя уже есть две империи, так что не гни спину и возвращайся в Прагу». И тут Китти, подумав над словами босса и мужа, могла легко бросить план по завоеванию фирмы Дэвида Шарифа и вернуться обратно домой, так что на вопрос Вацлава, как обстоят дела у Шарифа, Катарина ответила «как обычно», не упомянув про составление речи для босса. Разговор с Вацлавом был как бальзам на душу, особенно после долгого рабочего дня. То Китти постоянно перемещалась между испытательным полигоном и своим рабочим местом, проверяя ту или иную аугментацию, то постоянно бегала к боссу за одобрением того или иного чертежа, хотя в последнее время походы к боссу сошли на нет, Дэвид Шариф был доволен работой своей новой подчинённой и сказал ей, что одобряет все её проекты. От постоянного хождения туда-сюда у Катарины заболели ноги, поэтому она, как только пришла в свою квартиру, тут же скинула туфли с уставших ног и, взяв из холодильника шоколадку, уселась перед телевизором. Тут и настиг её звонок мужа. Помнится, раньше, когда ноги у Катарины уставали, Вацлав всегда приходил ей на помощь, предлагая сделать массаж ступней. Китти трудно было удержаться от смеха, когда холодные пальцы мужа касались её ступни, и она, уткнувшись носом в плечо мужа, начинала смеяться.

— Теперь я знаю, как тебя развеселить, — говорил тогда Вацлав, улыбаясь, и начинал пальцами правой руки щекотать тело своей жены. Только вспомнив об этом, Катарина чувствовала, что ей становится лучше.

Тут по видеофону раздался звонок, и Китти, засунув босые ноги в тапки, поспешила в свой кабинет, где по всей комнате были разбросаны не только запчасти от аугментаций, но и чертежи.

— «Мда, муж и жена одна сатана», — улыбнулась Катарина, глядя на свой беспорядок.

— На связи, — проговорила Китти, включая видеофон. Она ожидала услышать кого угодно: мужа, босса с новым предложением, исчезнувшего неизвестно куда Боба Пэйджа, но только не Френсиса Причарда. Хорошо, что она не переоделась в футболку со спортивными штанами, а то предстала бы перед коллегой в неприглядном виде.

— Мистер Причард, по какому поводу звонок? — поинтересовалась Катарина.

— Я хотел бы с вами поговорить, если вы не против, госпожа Коллер, — начал Френсис.

— Если по поводу работы, то завтра в нашем офисе, — ответила Катарина, не желая думать сейчас о работе.

— Нет, просто тут я… — Причард начал мямлить. До Катарины дошло, что Френсису просто одиноко, а единственным человеком, с которым он может поговорить по душам, оказалась его коллега Катарина Коллер.

— Ну же, господин Причард, — настояла Катарина, — не мямлите.

— Как насчёт того, чтобы сходить в кафе, я знаю тут отличное место.

— У вас до сих пор нет девушки, мистер Причард? — съязвила Китти.

— С такой работой девушки не предвидится, с тех пор как ушла Меган Рид, — признался Причард.

Френсис был не во вкусе Катарины, но отказать коллеге в том, чтобы скрасить его одиночество, Китти не могла, да и к тому же с тех пор, как она приехала на работу в «Шариф индастриз», она ни с кем вживую так просто не разговаривала, поэтому она согласилась пойти с Причардом в кафе. Френсис на любезности не расточался, это означало, что он не собирается клеиться к Катарине. Ещё бы: она молодой амбициозный учёный, а ему лет пятьдесят, не меньше, да и морщины на лбу.

— Хорошо, миссис Коллер, я живу неподалёку от ваших апартаментов, так что я сейчас за вами подъеду, — улыбнулся Френсис и отключил связь. Пока Френсис выходил из своей квартиры, Катарина сменила свою рабочую форму на менее официальную одежду, после чего, закрыв на замок дверь, вышла из апартаментов «Чайрон». Френсис подъехал за Катариной на стареньком Форде. Такие машины делали в Детройте за долгие годы до Панхеи. С момента инцидента производство машин в США спало на нет, поэтому чтобы как-то улучшить ситуацию в стране, власти решили покупать за большие деньги машины из стран бывшего ЕС и России.

— Вижу, вы уважаете автопром своей страны, это похвально, — подметила Катарина.

— Вне рабочего времени можно на «ты», — отозвался Причард. — Да, я патриот, хоть и разваливающейся страны. Надеюсь, Дэвид Шариф сможет вновь поднять Детройт на ноги, — глядя в окно, сказал он.

«Ну да, ну да, скорее «Шариф Индастриз» станет дочерней компанией «Коллер индастриз», чем Шариф поднимет город на ноги, много воды утекло», — подумала Катарина.

— Вижу, старик вас совсем замотал, когда дело касается выступления перед публикой, он всегда нервничает, — заметил Френсис.

— Ну, да, ну, да, а ещё занятым коллегам предлагает писать за него речь, — стала подтрунивать Китти.

— Вы не поверите, миссис Коллер, но до вас он перекладывал написание речи и на меня, — подметил Френсис.

— Я сама не специалист по написанию речей и выступлению перед публикой, — глядя в окно, сказала Катарина.

— Предпочитаете быть тенью своего мужа?

—Что?! — не поняла Катарина.

— Вы талантливый молодой учёный, — начал Френсис.

— Ты, видимо, не до конца понимаешь, для чего нужна тень, Френсис, — начала Катарина.

— Для того, чтобы укрыться от жары, — заключил Причард.

— А ещё она делает человека человеком. Да, я молодой и талантливый учёный, ты верно подметил, но я стала им благодаря мужу, он ввёл меня в это дело. До встречи с ним я долго думала над тем, кем вижу себя в будущем, а встретив доктора Коллера и вдохновившись его работой, поняла, что я нейротехнолог.

— Я долго не мог найти информацию по вам, миссис Коллер, — заключил Френсис.

— Опять на «вы»?

— А как же ещё разговаривать с дочерью Обида Мортона? Я нашёл информацию про вашу семью, — начал Френсис.

— Ну тогда знаете, что не каждый согласится стать моим мужем, — улыбнулась Катарина.

— Я в эти сплетни не верю, да и мистер Шариф тоже. До того, как Ваша семья перебралась в обратно в Англию, её знали во всей Америке.

— От славы мой отец и спасся, правда, он даже после этого продолжал выступать в Бостоне. Но дело не в заслугах Обида Мортона. Наводя порядок у себя в поместье, я обнаружила старую видеоплёнку.

— И что там? — полюбопытствовал Френсис.

— Мой дядя за работой, и он изобретал бионические протезы.

— Хм, интересно, а чертежи сохранились?

— Вряд ли, — соврала Катарина, понимая, что рассказав Причарду про чертежи, могла выдать семейную тайну, в которую посвящены не только её семья, но и Вацлав, а он свято хранит фамильные секреты Мортонов.

— Вот мы и приехали, — сказал Причард, останавливая машину возле кафе, и помогая Катарине выйти из неё.

Глава 35

***

Тем временем на окраине Праги…

***

Вацлав уже и не помнил, когда так хорошо высыпался на природе. Перед тем, как пойти спать, Лукаш Коллер на пару с сыном хорошо забаррикадировали дом изнутри, чтобы дикие животные не тревожили сон семьи; правда ночью Адела так и не смогла уснуть, поэтому заботливому отцу пришлось слезть со своей скрипучей кровати и лечь рядом с девочкой. Так Вацлав и проспал до самого утра и проснулся только тогда, когда услышал как Лукаш роется в своём рюкзаке.

— Ади, пора просыпаться, уже утро, — ласково шепнул Вацлав дочери.

— Да пап, — потирая глаза, проговорила Адела.

— Ты всё же спал на сырой земле, сынок, — подметил Лукаш.

— Нет, просто дочери не спалось, и я решил лечь рядом с ней, чтобы она уснула.

— А дома она точно так же спит?

— Дома я целый день вожусь в кабинете, — всё ещё сонным голосом произнесла Адела.

— Вся в меня, я парой сам за столом засыпаю, — подметил Вацлав улыбаясь.

— Ади, Карел, пойдём умываться, — вежливо позвал Вацлав детей.

Когда вся весёлая компания пошла умываться, то обнаружилась резкая нехватка воды, так что взрослым пришлось отдать всю воду детям, чтобы они хоть как-то могли привести себя в порядок.

— Жаль, что поблизости нет озёр, я бы там ополоснулся, — посетовал Вацлав.

— Да, пожалуй ты прав сынок, ну ничего, сейчас я съезжу в придорожное кафе за едой и водой, — сообщил Лукаш. И взяв со стола ключи от машины, вышел из дома и направился к склону горы, где он припарковал машину.

— Чтоб вас, — невольно выругался Коллер-старший.

— В чём дело пап?

— Мне стыдно признаваться, но я не вижу тут нашей машины.

— Что? Дети оставайтесь дома, а я пойду на выручку вашему непутёвому деду, — сказал Вацлав детям, и стал спускаться с горы. Машины, там где её оставил Лукаш, и вправду не оказалось. Похоже, что ночью, когда все спали, кто-то мог снять блокиратор и угнать её, или же ночью произошёл обвал, и её завалило камнями.

— Маме это не понравится, это же её автомобиль, — грустно пробормотал Вацлав.

— Или я забыл, где я её оставил, — развёл руками Лукаш.

— Пап, у мамы стоит GPS на машине? Я попробую по инфолинку отыскать её, — предложил Вацлав.

— Только местный, она от общего отказалась, — сообщил Лукаш.

Подключив инфолинк к GPS маминой машины, Вацлаву быстро удалось понять, куда она делась. Она нашлась на штрафстоянке возле ближайшей бензоколонки. Похоже, здесь иногда проезжают патрульные, которые увидели брошенную машину у склона горы Снежка, и решили отвести её на автостоянку.

— Пап, я нашёл мамин автомобиль, — сказал Вацлав.

—Да, и где? — полюбопытствовал дедушка.

— На штрафстоянке в метре отсюда.

— Как хорошо, что ты ауг, сынок, а иначе бы мы домой шли пешком, — улыбаясь подметил Лукаш.

— Может я и ауг, но штраф за мамину машину платить тебе, — сказал Вацлав отцу.

— Хорошо, я оплачу, но когда мы вернёмся домой, маме ни слова, — сказал Лукаш.

— Врать бабушке?! — удивлённо воскликнула Адела.

— Это не ложь, машину я верну, раз потерял, — сказал Лукаш внучке.

Оставив сына и внуков в лагере, Лукаш Коллер взяв с собой не только ключи от машины, но и деньги на оплату штрафа, спустился с холма и направился к автостоянке не только за машиной, но и заодно за продуктами, раз уж медведь съел всю еду и разворотил целую бутыль с водой.

— Надеюсь деда скоро вернётся с едой, я есть хочу, — пожаловался Карел отцу.

— Вот возьми орехи, они сытные.

— Не хочу, от них хочется пить, — пожаловался Карел отцу. Вацлаву ничего больше не оставалось, как порыться в запасах отца в надежде найти кусок хлеба. Раньше, когда он ходил с родителями в поход, отец и мать всегда брали с собой целую буханку хлеба и консервы, на сей раз взяли шашлыки, заранее замаринованные Сьюзаной Коллер, и пол буханки хлеба. Зная своего отца, который подолгу любит зависать в продуктовых магазинах, выбирая для себя и семьи качественные продукты, и любившего поболтать с кассирами, Вацлав решил порыться в отцовском рюкзаке.

— Это вынужденная мера, дети, скажите спасибо вашему деду и моему отцу, за то что он затащил нас туда, где полно голодных животных, — ответил Вацлав на упрёки и немые укоры детей. В рюкзаке своего отца запасов еды и воды не обнаружилось, только различные спортивные принадлежности.

— И где он тут нашёл место для спорта? Ладно раз уж до этого дошло, то не хочешь сыграть с папочкой в бадминтон, Ади? — предложил Вацлав дочери.

— Поесть бы, — заявила Адела.

—Поешь орехов, они для ума полезны, или у тебя тоже во рту от них пересыхает?

— Нет, — улыбаясь, сказала дочь, и зачерпнула рукой целую гость лесных орехов.

— Хочешь пап?

— Нет, спасибо золотце, для моих мозгов нужна пища тяжелее орехов, — улыбнулся Вацлав дочери. Вацлав уже начал жалеть насчёт того, что он согласился на отдых без гаджетов. Сейчас бы он развалился со смартфоном в руках, посмотрел какие нынче новости в мире науки, и мысленно продолжал бы работать над своим проектом. Занятия спортом он, как и его дети, не очень любил.

— Сейчас бы аугментациями заняться, — протянул Вацлав лёжа на земле.

— Согласна, — сказала присевшая рядом дочь.

— Тебе ещё рано ими заниматься, вот в школу пойдёшь, тогда да.

—Но хоть чем нибудь заняться, — вздохнула Адела.

— Давай возьмём Карела и прогуляемся до тех развалин, — указал Вацлав дочери.

— А что там?

— Разные детали, можем придумать, что из них собрать.

— Согласна, — кивнула девочка.

У Вацлава всегда был в голове запасной план, и только посмотрев на тот или иной гвоздь или же гайку он тут же понимал, куда её или его прикрутить. С того момента, как закрылся горный лагерь отдыха и затих фуникулер, можно было найти кучу бесхозных деталей, а заодно и побродить между развалин. Как только Вацлав рассказал о своей затее сыну, тот сразу же забыл про свой голод и согласился пойти с отцом и сестрой к заброшенному лагерю. Дети очень быстро включились в игру под названием «Придумай, что с этим сделать». Адела мыслила точно так же, как и отец. Как только она находила ту или иную деталь, тут же начинала мастерить из неё поделку, отцу оставалось только с помощью встроенной в протез его правой руки отвёртки отворачивать от конструкций те или иные детали, впрочем как только он включался в механику, тут же в его голове возникала идея, как продолжить работу над проектом.

— Всё же я больше спец по аугментациям, чем по походам, ничего не могу с собой поделать, — развёл руками Вацлав.

— Мы деду не скажем, так ведь пап? — с огоньком в глазах спросила дочка.

— Нет, — протянул отец, — да и ваш дед знает, чем нам лучше заняться.

Карел тоже пытался угодить отцу, но с механикой не ладил, зато самый юный из Коллеров любил бродить по развалинам. Вацлав начал подумывать, не записать ли своего сына в исторический кружок в детском саду, может хорошего спортсмена из него не получится, так может из него выйдет хороший историк.

— Пап, я вижу нашу машину там внизу, — окликнул Карел отца.

— Так, Ади, нам пора возвращаться в лагерь, ваш дед пришёл назад раньше обычного, — сказал Вацлав дочери, и, посадив сына на шею, вместе с дочерью вернулся в лагерь.

На сей раз Лукаш Коллер затарился основательно, он купил аж три больших бутыли с водой, две буханки чёрного хлеба, четыре картофелины и уже замаринованный шашлык, видать штраф за мамину машину был незначительный, а иначе бы он не купил так много еды. Чтобы машину не оштрафовали второй раз, Лукаш вместе с сыном потрудились и подняли её на гору.

— Ну можете отблагодарить меня, я спас наш поход, — радостно произнёс Лукаш, вытаскивая из машины еду.

— Да, мы видим, — обхватив себя руками, проговорил Вацлав. Первым делом Лукаш с сыном разделили воду, оставив по пол-литра для питья, а всё остальное для хозяйственных нужд. Умываться перед едой не пришлось, оба старших Коллера так нагулялись за утро и надышались свежим воздухом, что и глаза мыть не надо.

— Я думал, ты как всегда задержишься, — улыбнулся Вацлав, глядя на отца.

— Я бы задержался, но мне три голодных рта кормить надо, — развёл руками Лукаш.

— А мы тут орехами перекусили, — улыбнулась Адела.

— Это не еда внучка, вот мясо это еда, — сказал Лукаш, нанизывая на шампуры шашлык.

Глава 36

Отдых в горах подошёл к концу, и когда настало воскресенье, семейство Коллер стало собирать свои рюкзаки и относить их обратно в машину. Вацлав чувствовал себя неловко. Он должен был хорошо отдохнуть, лёжа на земле и наслаждаясь последними лучами летнего солнца, но вместо этого был втянут отцом в соревнование по сбору ягод и орехов, в результате чего Вацлав промочил ноги. Потом он узнал цель похода в горы, когда Лукаш не удержался и взял с собой рабочую карту. Впрочем, Лукашу Коллеру и детям поход понравился. Ночью перед выездом Вацлав связался по инфолинку с Катариной.

— Рада слышать тебя, Ваца, как там ваш поход? — поинтересовалась Китти.

— Зря я на него подписался… — Вацлав грустно вздохнул.

— Что-то не так? С тобой и детьми всё в порядке? — тревожно спросила жена.

— Дети счастливы, а я нет. Ты не знаешь моего отца, Китти, с того самого момента, как мы пришли сюда, начались приключения.

— Какие?

После вопроса Китти Вацлав начал рассказывать жене обо всём случившемся: как намочил ноги, собирая клюкву, потом они чуть не лишились машины, а когда отец поехал за машиной, то он вместе с детьми залез на вершину горы и стал разбирать то, что осталось от горнолыжного лагеря, и так далее.

— Вижу, вы весело проводите время, — чуть смеясь, сказала Катарина.

— Жаль, что мама не поехала с нами, она бы не дала отцу спуску. А как там у тебя?

Китти немного помолчала и всё же решила рассказать мужу про речь, которую она готовит для Дэвида Шарифа.

— Неужели он настолько стар, что поручает тебе это делать? — поинтересовался Вацлав.

— Не знаю, в чём дело, но он больше не думает о сложных аугментациях и всё доверяет мне.

— Тебе трудно не доверять. Твой отец тебе не звонил?

— Зачем тебе мой отец? — спросила Китти.

— Просто интересуюсь, как дела, когда он тебе звонил, то сказал, что его взяли работать в ГАРМ.

— Нет, после этого он не звонил, наверное, дел у него полно, — ответила Китти

Китти также поведала, что, возможно, в скором времени она приедет на пару дней в Прагу. Вацлава это обрадовало, и он ответил, что он и дети с нетерпением будут ждать встречи с ней. После этого он поинтересовался, будет ли это деловая поездка или нет.

— Деловая, а как же, после того, как у Дэвида Шарифа закончился нейропозин, я рассказала ему об его аналоге.

— Надеюсь, он нос в наши секреты не засунет? — поинтересовался Вацлав.

— Нет, он хочет заключить контракт с Антоном Соколовым, на закупку его сыворотки, и ещё он всё же хочет поговорить с тобой.

— Со мной? — спросил Вацлав.

— Да, но это в будущем, — ответила Китти.

***

Когда Лукаш и компания вернулись обратно в Прагу, то все вновь приступили к своим отложенным на время похода делам. Правда, за сытным ужином отец и сын наперебой рассказывали Сьюзане Коллер про то, как провели отдых. Чтобы как-то примирить Вацлава с отцом, Сьюзана предложила им вместе помыть посуду.

— Мы не ссорились, милая, — улыбнулся Лукаш.

— Раз ты и на отдыхе любишь работать, дорогой, то будь так добр, помой посуду, и ты тоже, Вашек, — заявила Сьюзанна строгим голосом.

— А я тут при чём, отец первый начал, — пытался возразить Вацлав, но мать была непреклонна.

— Так уж и быть, я от помощи никогда не отказывался, — улыбнулся Вацлав.

На следующий день после возвращения домой Вацлав наведался в «Машину времени». За время его отсутствия в книжном магазине ничего не изменилось, потому что когда он собирался пойти в семейный поход, он отпустил всех сотрудников и закрыл магазин на ключ. Вот только покупатели и поставщики книг об этом не знали, поэтому как только он включил свой компьютер, ему пришла куча писем от них. Так что, как только работники вернулись в магазин, Вацлав дал им наказ собрать заказы для покупателей, а сам занялся теми книгами, которые заказчики попросили оцифровать. Оцифрованная книга Катарины об индейском племени Абкани, как ни странно, пользовалась хорошим спросом, поэтому Вацлав заказал пустые формы для цифровых книг, а после этого занялся переводами некоторых книг по запросам покупателей. Тут с Вацлавом по АТС связалась одна из сотрудниц его магазина и сказала ему, что его хочет видеть один человек.

«Кто бы это мог быть?» — задался вопросом Вацлав. Сначала он подумал, что его старый друг Монтана Джонс вернулся в Прагу, или это один из тех, кому он когда-то помог с аугментациями, решил его поблагодарить. Гадать дальше Вацлав не стал, а вежливо попросил Марию проводить этого человека к себе в кабинет.

— Хорошо, пан Коллер, сейчас он придёт, — согласилась Мария. Вацлав не ожидал, что в этот прекрасный день к нему в магазин нагрянет давно потерявшийся друг, знакомый ещё с университетских времён — Радомир Черни. Вацлав хорошо помнил ребят, с которыми он учился не только в школе, но и в Чешском Техническом университете, и одним из таких учащихся как раз и был Радомир, с ним он сидел за одной партой, и если Вацлав с головой был погружён в работу, то Радомир не очень-то любил учиться, и после университета пути двух приятелей разошлись. Вацлав обивал пороги многих больниц и клиник, пока не устроился в клинику «Протез», а Радомир, так и не найдя себя нигде, пошёл служить в армию по контракту.

— Коллер, как же приятно видеть тебя живым! — радостно воскликнул Радомир, только переступив порог кабинета.

— Это тебя в армии так аугментировали? — с улыбкой сказал Вацлав, осматривая старого знакомого, у которого был механический протез левой руки и искусственный глаз. Вацлав встал из-за стола и обнял его.

— Всё хорошо, Мария, — сказал он удивлённой помощнице, — это мой старый друг.

Вацлав предложил Радомиру выпить по чашке холодного чая, тот согласился. Тогда Коллер вместе с другом по университету пошёл в так называемый «чайный уголок», который организовала его жена Катарина.

— Знаешь, Вац, я хотел тебя навестить сразу же после того, как закончилась вся эта возня с «Актом о восстановлении человечества», — признался Радомир.

— Я был тут всегда, правда, на время инцидента ушёл в подполье, — начал Вацлав.

— Я тоже там был после службы, я хотел вернуться в Чехию, но потом сам знаешь, что началось.

— А как же Город големов? Спасибо моим родителям и их старым связям за то, что у нас не отобрали собственность и не сослали меня в этот ад.

— Так ты теперь директор антикварной лавки?

— Это книжный магазин, мне он по наследству достался.

— Твои же все целы, я когда искал твой адрес, нашёл адреса твоих родителей.

— Это от дедушки досталось — Дворжака Коллера, как сказали мои родители, он завещал свою книжную лавку мне.

Друзья разговорились, и Вацлав рассказал Радомиру всё про свою жизнь, и про то, что он теперь отец двух замечательных детишек, и про то, что женат на дочери профессора Мортона — Катарине. Она и помогла ему пережить холодную осень две тысячи двадцать девятого года.

— Рад за тебя, друг, а я свою любовь только на прошлой неделе встретил, — искренне сказал Радомир.

— И кто она, чешка, словачка или англичанка?

— Она из Сербии, после инцидента я в последнее время там жил, — ответил Радомир.

— Сербам, наверное, повезло, там аугментированных вообще нет.

— А как же я? Я был единственным, — пошутил Радомир.

— Надеюсь, ты там не набедокурил, — сигнал задел почти всех, кроме России, они там молодцы, их аугментации по своим же технологиям делают.

— Как только я почувствовал, что со мной что-то неладно, то сразу же распотрошил свой протез и вынул оттуда чип. Так что теперь это обычный протез.

— Могу тебе его настроить, — улыбнулся Вацлав.

— Чёрт подери, Коллер, ты всё же стал врачом?!

— Вообще-то я инженер, я проектирую аугментации и протезы, но и починить и поставить новый могу, не зря же у меня две докторские степени.

Выслушав старого знакомого, Радомир сказал, что не просто так его разыскал, и сообщил Вацлаву, что приехал в Прагу по просьбе другого товарища, и что выпускники Технического университета спустя столько лет решили организовать встречу.

— Понятно, и меня туда решили втянуть, — проговорил Вацлав.

— А почему нет, узнаешь, как сложилась жизнь остальных выпускников, — начал Радомир.

— Чувствую, их будет немного, ты же знаешь, что я не люблю все эти собрания.

— Конечно, я видел, как девчонки с нашего курса да и не только крутились возле тебя.

— Как же не помнить, — усмехнулся Вацлав, — может, это из-за того, что я был тогда единственным аугом в школе и в институте.

— Не единственным, на первом курсе училась девушка-ауг, у неё была аугментирована нога.

— А я думал, я единственный, — улыбнулся Вацлав, допивая свой чай.

— Ну что, тебя ждать или нет?

— Я подумаю, дай номер своего инфолинка, я позвоню, — задумчиво произнёс Вацлав.

— Инфолинк для богатых, у меня смартфон, сейчас скажу.

Глава 37

Боб Пэйдж так и не отстал от Вацлава, второй раз он подкараулил доктора Коллера, когда тот выходил из своей клиники после окончания рабочего дня. Вацлав к тому времени окончательно завершил работу над своим проектом, и, пока ждал прихода пациентов в клинику, написал письма в учёную коллегию Чешской республики в Бостоне, чтобы не только запатентовать своё изобретение, но и продемонстрировать его на выставке научных изобретений в Праге. Выйдя из клиники, Вацлав направился к почтовому ящику, там его и нагнал Боб Пэйдж. Увидев в руках Коллера письмо в конверте и пакет с каким-то изобретением, Пэйдж поинтересовался, что это.

— Опять вы мистер Пэйдж, честно признаться вы начинаете мне надоедать, — вздохнул Вацлав.

— Я вижу вы трудитесь кое-над чем, я мог бы помочь вам, пан Коллер?

— Мне помощь от иллюминатов, не нужна, нам всем хватило Панхеи, — категорично отказался Вацлав.

— С моей помощью вы быстро сможете взобраться по научной лестнице, подумайте об этом, вы же хотите быть наравне с вашей женой и её родными — сказал Пэйдж, перемежая угрозу с туманным обещанием.

— Если ты хоть пальцем её тронешь… — попытался угрожать Вацлав бывшему иллюминату, но Боба это ни разу не на пугало. Поняв, что обычным лукавством Коллера не пронять, он сам начал угрожать Вацлаву тем, что если тот не возьмёт его в свой бизнес и не посвятит во все тайны аугментаций, то тот воспользуется своими связями и сделает так, чтобы Вацлав не только лишился своей работы, но и своих детей.

— Вот как вы заговорили мистер Пэйдж, но судя по вам, связей у Вас сейчас нет, так ведь? И вы можете только угрожать мне на словах, — сдвинул брови Вацлав.

— Ошибаетесь пан Коллер, кое-где всё же остались у меня связи, — съехидничал Боб Пэйдж. После этих слов он ушёл, оставив Вацлава в раздумьях. Коллер не знал, что ему сейчас делать. Звонить жене? Она наверняка позвонит в Швейцарию своему отцу Обиду и тот уж точно возьмёт Боба Пэйджа за грудки, но Обид Мортон, скорее всего, по уши погружён в работу в исследовательском комплексе ГАРМ и вряд ли сможет помочь своему тестю разобраться с его проблемами, да и отвлекать его не стоит. Слегка понервничав, Вацлав почувствовал тоже самое, что и первый раз при встрече с Бобом, а именно то, что его руки опять стали плохо слушаться сигналов головного мозга. Два дня Вацлав работал не покладая рук, попутно заботясь об Аделе и Кареле, и конечно же много нервничал пыхтя над своим проектом. Угроза со стороны Боба Пэйджа была как удар по нервам Вацлава, вот он вновь занервничал так, что аугментации у него стали отказывать. Он тут же вернулся обратно в свою клинику, и сразу же вколол себе сыворотку Соколова. Отправлять письмо на почту Вацлав не стал, Боб Пэйдж отбил у него все желания и мысли о проекте.

Идти домой в таком подавленном настроении Вацлаву не хотелось, и он прекрасно помнил о том, как дети напугались, увидев своего отца в беспомощном состоянии. Единственным кто мог помочь ему на данный момент, оставался его давний друг — Адам Дженсен. Надеясь, что Адам всё ещё работает в Интерполе, Вацлав связался с ним по инфолинку.

— Дженсен ты ещё в Праге?

— Рад слышать тебя Коллер, да я в Праге, и никуда отсюда не уезжал, — радостно отозвался старый друг.

— Надо встретиться, — сообщил Вацлав.

— Хорошо, говори, где.

— Знаешь кофейню возле станции «Монумент»? Буду ждать тебя там, — сказал Вацлав и отключил инфолинк.

До кофейни Вацлав добрался легко, от его клиники до станции «Монумент» рукой подать, нужно только пройти пару кварталов и, завернув в нужную подворотню, подняться на навесной мост между двух зданий. Адам пришёл в кофейню сразу же после Вацлава.

— Судя по твоему голосу, тебе снова нужна помощь, — начал Адам.

— Так и есть, и не просто помощь, а в поимке одного недожатого преступника, — признался Вацлав.

— В какую передрягу ты себя втянул Вацлав, ты же взрослый мужчина, не маленький мальчик, и у тебя дети.

— Враги так и липнут ко мне Адам, — сказал Вацлав, осмотревшись.

— Кто на этот раз?

— Боб Пэйдж.

— Он всё ещё жив? — спросил Адам. После холодного две тысячи двадцать девятого года, многие управляемые иллюминатами компании, как и сами иллюминаты, начали разваливаться, и он думал, что Боб Пэйдж после того как его имя засветилось в новостях, канул в Лету вместе с компаниями «Пик» и «Версалайф», а тут его давний друг просит о помощи.

— Да жив, и он сегодня мне угрожал, — прошептал Вацлав другу.

— Ты над чем-то секретным работаешь, раз даже бывшие иллюминаты тебе угрожают? — поинтересовался Адам.

— Это скорее связано с наследством моей жены, я разрабатываю аугментации по чертежам её покойного дяди Алана, а ещё я недавно закончил работу над своим проектом, а тут… ну сам знаешь.

— Да ситуация серьёзная, — согласился Адам — дело в том, что уцелевшие иллюминаты как стервятники рыщут по миру в поисках того, за кого бы ухватиться.

— А мне что делать, Дженсен?

— Дело серьёзное Коллер, загнанный в угол зверь… э… иллюминат опасен, я, конечно, тебе помогу, но на это время ты должен перебраться в мою квартиру, — предложил Адам.

— Стоп, я не могу, у меня дети и мама с папой, что мне им сказать?

— А что ты говорил им говорил когда Панхея ушла под воду?

— Тогда все знали, что будет, — развёл руками Вацлав.

Вацлаву не хотелось подставлять свою семью, Боб Пэйдж в безвыходной ситуации может угрожать детям и родителям Вацлава. Он сообщил другу, что подумает над тем, что сказать. Адам велел Вацлаву поспешить с этим заявлением, ведь дело серьёзное, и он, Дженсен, должен немедленно сообщить новому директору ОГ-26 о том, что по Праге разгуливает опасный преступник.

***

Домой Вацлав вернулся под вечер. Он пришёл с измождённым видом и долго думал, что сказать маме и папе, а заодно детям, которые по виду своего домочадца поняли, что дела неладны.

— Что-то стряслось, сынок? — спросил отец у сына.

— Нужно поговорить пап, — ответил Вацлав, опустив голову и смотря на пол.

— Говори всем нам, у нас друг от друга нет секретов.

— Дети могут не понять, — вздохнул Вацлав. Лукаш Коллер понял, что дело серьёзное, и попросил жену отвести детей прочь. Когда Сьюзана Коллер вместе с детьми ушли в комнату, Вацлав, который никогда не врал своим родителям, рассказал отцу всё как есть, в том числе и про то, что его давний друг предложил ему квартиру в качестве убежища. Отец внимательно выслушал сына, после чего обняв его сказал:

— Этот инцидент растревожил диких ос, что ж, я скажу жене и внукам, что тебя пригласили поработать в Америку.

— Ты соврёшь им? - удивился Вацлав.

— А что делать сынок, надеюсь, этого гада скоро найдут, — вздохнул отец.

— Спасибо пап, — поблагодарил Вацлав отца.

После разговора с отцом Вацлав связался с Адамом, и сказал, что готов перебраться к нему в квартиру, Адам обрадовался и дал знать Коллеру, чтобы тот собирал свои вещи и, что сейчас он придёт за ним.

— И снова в подполье, как жаль, что Китти сейчас нет рядом, — вздохнул Коллер — уж она бы задала этому Пэйджу, а потом подумал: «уж только начал жить как все, у меня семья, проект, который, похоже, я так и не смогу отправить на патент». Вацлаву надо было как-то держаться в седле, чтобы не расклеиться в третий раз. с=Сыворотка Соколова мощное лекарство, и если Вацлав на неё подсядет как на нейропозин, то он просто станет зависим от этого препарата.

— Рад, что ты мне помогаешь, дружище, — улыбнувшись кривой улыбкой, сказал Вацлав Адаму, выходя из дома родителей.

— Не переживай так, Вацлав, Боба Пэйджа найти в Праге легче всего, скоро ты вернёшься назад к семье, — стал утешать друга Адам.

— Да уж, мой отец сказал, что скажет семье, что я еду в Америку. Чувак, как быть с Китти, мы с ней общаемся по инфолинку? — чуть ли не крича, спросил Вацлав.

— Ты её аугментировал!

— Нет, это экспериментальная аугментация, просто малюсенькая линза которая работает как встроенный в наши головы инфолинк.

— Сам создал?

Вацлав в ответ только кивнул.

— Я этого гада из-под земли достану клянусь, Коллер, — пообещал Адам другу.

Глава 38

Ночью Вацлав не мог уснуть. Давно забытые кошмары вновь начали возвращаться, вдобавок Адам запретил ему общаться с кем-либо, даже со своей женой по инфолинку. Как-то раз он пообещал Китти ещё до свадьбы, что он будет делиться с ней любыми переживаниями, а когда Китти умоталась в Америку, то Вацлав не был одинок, его досуг скрашивали не только дети, но и его родители. А теперь он снова остался один, он вновь столкнулся с проблемой с которой ему в одиночку не справиться, и с кем ему теперь делиться тем, что накипело? С Адамом? хоть Адам ему и друг, но он не такой уж близкий человек, с которым можно делиться накипевшими проблемами. К тому же Адам сейчас занят поиском Боба Пэйджа, который как снег на голову свалился. Сейчас в мире идёт перестановка сил и власти, вот старые хозяева, иллюминаты, и хотят вернуть себе прежнее влияние, втыкая палки в колёса тем, кто, по их мнению, может поднять мир на ноги. Катарина всем своим естеством показала, что с ней и её семьёй шутки плохи, Бобу Пэйджу не удалось переманить её на свою сторону, но как только она уехала в США, Пэйдж взялся за её мужа — Вацлава. Поняв, что Коллера ласковыми словами не подкупишь, Пэйдж решил взять его угрозами. С одной стороны это хорошо, так Адаму легче будет выпытать из этого опустившегося иллюмината признание, в конце концов тот сорвётся и выложит всё Дженсену. Но сейчас Вацлава больше всего беспокоило не то, каким способом Дженсен будет добиваться признаний от Пэйджа, не то, что он был в шаге от получения профессорской степени, а его дети и мама с папой. Отец, соврав матери про то, что их сын на время уехал в Америку, наверняка нервничает. Сейчас Лукаш Коллер занят восстановлением горного курорта на горе Снежка, и хоть глава семейства Коллер сам на вид кажется горой, это может ударить и по нему, наверняка Пэйдж попытается угрожать и самому старшему члену их семьи.

Не зная чем занять себя в отсутствие Адама, Вацлав решил осмотреть его пражскую квартиру. Хоть это была квартира для малоимущих граждан Праги, она выглядела как жильё для среднего класса: полы были устелены тёмным паркетом, стены были вымощены искусственным кирпичом, добротная мебель, вот только потолок был не доделан до конца.

— «Прямо как поместье Мортон на Острове теней», — подумал Вацлав осматривая квартиру. В спальне Дженсена Вацлав нашёл много разобранных старых часов и каких-то механизмов, при других обстоятельствах Коллер тут же взялся за эти механизмы, но сейчас ему даже еда в рот не шла, не то что дело всей его жизни. Адам вернулся только под вечер.

— Ну, — с запинкой выговорил Вацлав, — как там?

— Если ты о Пэйдже, то он объявлен в международный розыск, агенты Интерпола сейчас патрулируют Прагу в поисках Боба и его приспешников — ответил Дженсен, входя в квартиру. Услышав это Вацлав вздохнул с облегчением, вряд ли Пэйдж попробует кого-нибудь шантажировать, если его теперь ищет Интерпол, теперь Боб наверняка заляжет на дно.

— Это значит… — хотел сказать Вацлав.

— Прости, Вацдав, но пока Пэйдж не пойман, ты не можешь вернуться домой, — твёрдо произнёс Адам.

— Ладно, хоть семья будет в безопасности, — стал успокаивать себя Вацлав.

— Если что-то накипело, можешь выговориться мне, я привык выслушивать жалобы по поводу преступности, — начал Адам.

— Преступность была всегда, но… нет… для тебя, всего, что я могу наговорить, когда нервничаю, не хватит, а мне даже это нельзя, — Вацлав посмотрел на правую руку, обычно после укола сыворотки Соколова или нейропозина место укола не болело, а сейчас начало побаливать.

— Я думал, ты после появления сыворотки Соколова ты перешёл на неё? — спросил Адам, не зная, что после одного укола этой сывороткой аугментированному больше она не нужна.

— Нет, я не принимаю нейропозин, как и все сейчас, но когда я нервничаю, я на время могу потерять контроль над своими аугментациями, поэтому вчера вколол себе сразу сыворотку.

Адам достал из пакета с продуктами, которые он купил по дороге домой, бутылку с чешским пивом и предложил Вацлаву в качестве способа расслабиться.

— Прости, друг, я за здоровые питьё и еду — отказался Вацлав.

— Понимаю, ради семьи держишься на плаву, - согласился Адам.

— Я и раньше этим никогда не баловался.

— Тебе важно мнение окружающих?

— Нет, просто я из культурной семьи, такие напитки даже мой отец себе не позволяет, ну разве только по особым случаям, — опустив голову произнёс Вацлав, при слове «особый случай» он вспомнил и свои чертежи, которые он собирался отправить на получение гранта и профессорской степени вместе с изобретённой им аугментацией, и встречу выпускников технического университета. Радомир наверняка ждёт звонка от товарища по курсу с ответом, придёт ли тот на встречу или нет. Понимая, что его друг сейчас не в лучшей форме, Адам решил отвлечь его разговорами про аугментации, зная, что когда кто-то заговаривает с ним о его любимом деле, он готов об этом часами болтать. Вацлаву и об этом не хотелось разговаривать, но ему нужно было отвлечься, и он начал рассказывать Адаму про свой проект, над которым он начал работать в момент инцидента Панхеи.

— И что тебя подвигло к этому? — полюбопытствовал Адам.

— Эту аугментацию я решил сделать для водолазов-исследователей, чтобы им было легче исследовать морские и океанские глубины. Я как-то посмотрел канал Discovery и решил облегчить работу водолазам. Правда, со всеми этими делами вокруг «Акта о восстановлении человечества» я забросил свой проект.

— Ну, всё же вернулся, — отрываясь от пива и еды, улыбнулся Адам, чем удивил Вацлава, тот ни разу не видел, чтобы Дженсен улыбался.

— Судя по твоей улыбке, ты хочешь опробовать её на себе.

— Это ещё почему? — удивился Адам.

— Потому что, как только я о ней заговорил, ты улыбнулся, дружище, правда, тебе надо выучиться на мирного водолаза-исследователя…

— Я просто рад тому, что ты всё тот же, — заверил Адам.

— Это всё жена подвигла меня на продолжение работы над проектом, сказав, что я со своими амбициями засиделся на звании доктора, — Вацлав вновь помрачнел, после того, как рассказал про свой проект. Адам всё прекрасно понималЮ и ему самому стало противно, что из-за Боба Пэйджа Вацлаву придётся отложить получение профессорской степени.

— Не сдавайся, Вацлав Коллер! у тебя всё ещё впереди, — ободрил Адам друга.

— Вот только встречу выпускников в очередной раз пропущу, — вздохнул Вацлав.

— Их что, ещё проводят?

— Их решили возобновить, и недавно мой однокурсник пригласил меня на такую встречу и ждёт от меня звонка. И будет совсем нехорошо, если я пропущу её.

Вацлав готов был сорваться, поэтому зная, что может с ним произойти, Адам вновь стал всячески успокаивать друга, предложив ему пойти поспать.

— Чтобы мне опять кошмары снились, я уже начал забывать о них! — воскликнул Вацлав.

— Коллер, я всё делаю, чтобы твой кошмар закончился.

— Я знаю это, друг, но похоже, что своими амбициями я притягиваю к себе неприятности.

— А что там связано с твоей женой? — вдруг поинтересовался Дженсен.

— Ты о чём?

— О том, что ты сказал при нашей второй встрече.

— Это тайна которую знает только Китти, её семья и я, очень многое поставлено на карту, — стал мотать головой Вацлав.

***

Всё же Вацлав решил пойти поспать, зная что кошмары вновь подстерегут его. А Адам, решил разузнать всё про жену Вацлава, он её ни разу не видел, хоть его друг и хотел пригласить его в дом и познакомить с Катариной и детьми. Про Катарину мало чего было написано в интернете и это несмотря на то, что она теперь работает в «Шариф индастриз».

«Постой, Коллер как-то сказал, что он женился на дочери профессора Мортона, может в интернете есть информация о её семье» — подумал Адам и набрал имя и фамилию профессора Мортона. А у Коллера-то губа не дура, он женился на наследнице английской династии Мортон, её отец — профессор антропологии, известен своими высказываниями в адрес иллюминатов и подобных им. Особенно когда началась вся эта заварушка с аугами, он осудил то, что их (аугов) сначала использовали в своих грязных целях, манипулируя ими как марионетками, потом свалили на них все свои грехи, в последней статье об Обиде Мортоне говорилось, что его пригласили работать в ГАРМ. Другие родственники Катарины были не только учёными, но и исследователями, но ни слова про ту тайну, о которой говорил Вацлав, в открытых источниках информации не было.

— Похоже Пэйдж не на тех напал, у Обида Мортона наверняка есть связи в Англии, не только он, но и Катарина могут сделать так, чтоб господин Пэйдж навсегда замолчал» — подумал Адам, закрывая крышку ноутбука.

Глава 39

Очередной рабочий день Катарины подходил к концу. Сегодня работы было мало, и Френсис Причард не отвлекал её предложением помочь ему. Тот день, когда Френсис пригласил её в кафе поближе познакомиться и перекусить, прошёл без эксцессов. Коллеги в основном говорили о работе и обсуждали своего босса — Дэвида Шарифа, и только совсем немного о семье Катарины, и то не о муже, а о её родителях. Приближался тот день, когда её босс должен будет произнести свою речь перед собравшимися возле здания "Шариф индастриз" гражданами США, вот Катарина и заканчивала работу над речью. После работы её опять ждала одинокая квартира в апартаментах "Чайрон". Единственное, что скрашивало её одинокий приход к власти в "Шариф Индастриз" — это общение с мужем. Вернувшись в свою квартиру, она скинула с ног неудобные туфли и сразу же связалась по инфолинку с супругом. Никто не ответил.

"Наверняка трудится над своим проектом", — подумала Китти, но тут же одёрнула себя. Даже когда Вацлав занят, он не прочь поболтать, и не только с женой, но и с кем угодно, да и не похож он на тех, кто годами трудится над одним проектом. Все запланированные аугментации Вацлав выполняет в установленные сроки, поэтому когда после второго звонка никто не ответил, она начала волноваться.

"Вашек, Вашечек, где же ты, почему не отвечаешь?"

"Боже мой, дети!" — мелькнуло в голове у Китти. Покой и удовольствие от работы у Катарины как рукой сняло, она хаотично начала бродить по квартире взад-вперёд, не зная, что делать дальше, пока до неё не дошло, что если Вацлав не отвечает, то можно позвонить его родителям на обычный телефон. Слава Богу, телефон родителей Вацлава был у неё вбит в смартфон, а у них ещё и старый автоответчик есть. Даже если они сейчас на работе или спят, всегда можно позвонить на автоответчик, вот Китти и позвонила.

— Алло, пан Коллер? Это Катарина, я что-то не могу связаться с мужем, с ним и детьми всё в порядке? — на одном дыхание проговорила Китти.

— Китти, это пани Коллер, мама Вацлава.

— Добрый день, Сьюзанна.

— А тебе вечер, за детей не беспокойся, они у нас, и дедушка сейчас думает, чем их занять, — после слов Сьюзанны Катарина немного вздохнула с облегчением, после чего попросила кого-нибудь из детей к телефону.

— Привет, мам! — раздался радостный голос Аделы.

— Ади, милая, как ты там, как брат, как отец?

— Брат сейчас сидит на коленях у дедушки, а отец поехал к тебе.

— Как, он меня не предупредил! — удивилась Китти.

— Нас тоже.

По интонации дочери Китти поняла, что Вацлав поехал не в Америку, как сказала Адела, а с ним что-то случилось, поэтому она попросила дочку позвать к телефону её дедушку — Лукаша Коллера. Вот он точно может знать, где сейчас его сын, что с ним.

Этого разговора Лукаш Коллер боялся больше всего. Да, он знал, что сейчас его сын живёт под защитой Интерпола, но, во-первых, одна мысль, что его сыну вновь грозит опасность, сводила его с ума, во-вторых, дома сейчас вся семья, и ему некуда отойти, чтобы поговорить.

— Э, Китти, я тебе завтра позвоню, — оборвал разговор Лукаш.

— Алло, Лукаш? — стоило Катарине облегчённо вздохнуть за детей, так новая напасть, что-то случилось с мужем. Она сразу начала перебирать в голове всевозможных врагов своей семьи и частично врагов Вацлава. Двали все мертвы, они попросту перегрызись из-за нефти "Rockoil". Кто ещё может угрожать?

— Ну конечно, Боб Пэйдж, но он давно не появлялся в Праге, что ему нужно от моего мужа? Деньги, работа или его разработки, ведь при каждом звонке Вацлав отчитывался жене о ходе своего проекта, и он уже был в шаге от того, чтобы отправить своё изобретение и себя на присвоение профессорской степени. Пэйдж, ты доиграешься, ты прекрасно знаешь, что грозит тебе, если ты бросишь мне или кому-то из моей семьи вызов, — лихорадочно произнесла Катарина. Сейчас Катарина разрывалась между желанием рвануть обратно в Чешскую Республику и речью Дэвида Шарифа. Порывшись в своей сумочке, она достала из неё ещё не законченную речь и внимательно её перечитала.

— Ладно, осталось немного написать, семья для меня важнее, — решила Китти, и тут же, вновь засунув свои ступни обратно в туфли, закрыла квартиру на ключ и, поймав попутную машину, приказала везти её в аэропорт. Во время пути Китти позвонила Дэвиду Шарифу и объяснила всю ситуацию.

— Мне срочно нужно лететь в Прагу, дело не терпит отлагательств, — с волнением произнесла Катарина.

— А как же моя речь?! — возмутился Шариф.

— Она почти закончена, к вашему выступлению я вернусь, — отключила связь Китти.

***

В Прагу Китти прилетела только под утро, когда добрая половина пражан спала, а значит, спали и родители Вацлава. Поэтому Катарина сначала наведалась в свой семейный дом. Без мужа и детей он был пустым и неуютным. Первым делом она переоделась, поскольку на дворе конец августа и начало сентября, а Чехия ещё со всех сторон окружена горами, так что в воздухе ощущалась заметная прохлада. Переодевшись, Катарина села обратно в такси, которое она наняла для того, чтобы доехать до дома, и попросила таксиста довезти её до станции Монумент. Именно там находится клиника "Протез", в которой сейчас работает её муж, и рядом находится дом его родителей.

— Спешите на важную встречу, пани? — вежливо спросил таксист. Чехи — единственная нация, которую уважала Катарина. Даже пожив среди англичан, она поняла, что хоть сама и является англичанкой, но всё равно она сильно на них не похожа.

— Я еду на встречу с полицейским, — вежливо соврала Китти.

— Какая-то беда?

— Я бы не вернулась сюда, если бы моему мужу не угрожали, — пояснила Катарина.

— Ужас какой, и это после того, что мы все пережили.

— Это точно, — опустив глаза, произнесла Китти. Таксист больше ничего спрашивать не стал, а молча довёз Катарину до станции Монумент, после чего она расплатилась с таксистом и, поблагодарив его, пошла к дому, где живут родители Вацлава. Идти туда она решила через улицу, на которой находилась киника "Протез". Возле клиники никто не дежурил. Если Вацлав сейчас где-то прячется или же... Китти всякий раз, когда ей приходили на ум мысли о том, что кто-то похитил её мужа, отметала их сразу же, вряд ли кто-то может караулить его у клиники. Однако... краем глаза, она заметила высокого мужчину в тёмных очках и плаще.

— А это ещё кто? — задалась Китти вопросом, мужчина не был похож на Боба Пэйджа, скорее на сыщика или полицейского в гражданском, поэтому она решила подойти к нему и спросить, не является ли он служителем закона.

— Вы, должно быть, пани Коллер? — спросил он.

— Откуда вы знаете, кто я? — выпалила Китти.

— Ваш муж Вацлав Коллер только и говорил о вас.

Молчание.

— Простите, если чем-то напугал вас, — начал оправдываться мужчина, — меня зовут Адам Дженсен, Вацлав мой друг, я агент Интерпола.

— Хвала абканским богам, — выдохнула Китти, — вы знаете, где он?

— В надёжном месте, с ним всё в порядке.

— Могу я его видеть?

— Он прав насчёт вашего характера, но пока преступник на свободе...

— Я знаю преступника, мистер Дженсен, и поверьте, если я здесь, ему стоит бояться не только Интерпола, — твёрдо сказала Катарина.

Адаму ничего не оставалось, как сопроводить Катарину до квартиры, где он прятал её мужа — до апартаментов "Зелен". Поскольку дело было серьёзным, агент и обеспокоенная Катарина не поехали на электричке, а пошли дворами.

— Так вы уже сталкивались с Бобом Пэйджем? — спросил Адам у Китти.

— Да, как только мы встали на ноги, он сначала ко мне искал подход, а потом перекинулся на мужа.

— Коллер сказал мне, что он работает над одним проектом, но что насчёт вас, мисс?

Китти оглянулась и, взяв Адама за рукав, отвела его в сторону:

— У нас огромные накопления в банке "Палисейд".

— Это как-то связано с вашей семьёй, отцом, дедом? Я читал про вашу семью.

— Ну, раз читали, то наверное знаете, что многие хотели бы заполучить то, что досталось мне и отцу по наследству, вот змеи и ползут изо всех щелей.

"Ох, дядя, и оставил же ты мне наследства, только я думала, что с Островом теней меня больше ничего не связывает", — подумала Китти.

Адам привёл обеспокоенную жену доктора Коллера в район Прекажки. Китти поначалу удивилась, что Адам спрятал её мужа в том же районе, где находится его книжный магазин "Машина времени", но Дженсен заверил её, что у него в квартире Боб Пэйдж вряд ли будет искать Вацлава.

— Ну, вот мы и на месте, Коллер будет рад вас видеть, пани, — улыбнулся Адам.

Глава 40

— Вашек? — вопросительно произнесла Китти, когда Адам привёл её в свою пражскую квартиру. Вацлав в это время сидел в спальне Адама. Дженсен послушно уступил ему кровать, а сам переместился на диван в прихожей. Все эти дни, несмотря на то, что он жил под защитой Адама и Интерпола, были для него кошмаром, и естественно, он не спал. Когда он услышал голос жены, то сначала не поверил, он подумал, что ему это показалось. Но когда Китти произнесла его имя во второй раз, он понял, что это не сон, и вышел из комнаты.

— Китти, ты что тут делаешь? Адам, зачем ты её сюда привёл? — удивился Вацлав.

— Коллер, она сама попросила, чтобы я отвёл её к тебе, жена у тебя бойкая леди, с ней сложно спорить.

Китти, не сдержав своих чувств, подбежала к Вацлаву и обняла его, вид у него был потрёпанный, она не помнила, когда видела его в таком плачевном состоянии. Даже при их первой встрече его вид не был таким убитым. Да, были красные глаза и мешки под ними, но вид был ухоженным, а сейчас на него было страшно смотреть.

— Спасибо, что вы не оставили его в беде, мистер Дженсен, — поблагодарила Китти Адама.

— Он мой друг и по совместительству доктор, когда тут вокруг был хаос, — признался Адам.

— Китти, как ты поняла, что со мной что-то не то? Неужели отец проболтался? — поинтересовался Вацлав.

— Твоему отцу надо отдать должное, он хорошо умеет хранить тайны. Я звонила тебе на инфолинк, и ты два раза не ответил, а твой отец положил трубку, когда я стала его расспрашивать о тебе, — Китти оглядела мужа и ещё раз его обняла. Она была благодарна Адаму за то, что тот на время поимки Боба Пэйджа укрыл у себя в квартире мужа.

— Пани Коллер, я бы вас не стал расспрашивать про то, что у вас хранится в банке "Палисейд", но...

— Я понимаю вас, мистер Дженсен, когда я получила наследство своего дяди...

— Дяди?! Обычно наследство переходит от родственников по первой линии, — удивился Адам.

— В моей семье всё по-другому, меня саму огорошили тем, что дядя, которого я знала так немного, оставил своё состояние именно мне. Наверное, я была ему ближе, чем его брат. Но вряд ли Пэйдж охотится за электрическим перфоратором, он же не собирается быть горняком, — еле улыбнулась Китти.

— Это уж точно вряд ли, — вздохнул Вацлав, — меня он донимал тем, что хотел чтобы я взял его к себе на работу.

— А что ещё завещал ваш дядя?

Китти глубоко вздохнула. Честно признаться, наследие Алана Мортона легло огромной ношей на Китти и её семью, и хранить тайну о разработках её дяди, которую она хранит на пару с мужем и своими родителями, становится всё труднее. Не зная, как сказать об этом Адаму, она посмотрела на Вацлава. Если он захочет выдать другу и агентам Интерпола этот секрет, то пусть так и будет. Дженсен, глядя на находящихся в замешательстве Вацлава и Китти, вздохнув, спросил:

— Что, дело и правда настолько серьёзное, что вы поклялись друг другу молчать об этом?

— Прости, чувак, возможно, когда-нибудь, но пока есть те, кто может использовать нашу тайну против нас, она останется тайной.

— Мой отец сейчас работает в ГАРМе, его пригласили туда работать, да, и он до сих пор входит в "Бостонский клуб". Чем не повод Бобу Пэйджу подмазаться к моей семье, — предположила Китти.

— Я помогу вам искать Боба Пэйджа, — предложила Китти Адаму.

— Китти, это опасно, — протянул Вацлав.

— Пока Пэйдж на свободе, это опасно, но я буду не одна.

— А как же Шариф?

— Он подождёт, сейчас семья для меня важнее.

***

Адам понимал, к чему приведёт то, что он собирается делать, а именно — привести Китти в Оперативную группу 29, но другого выбора не было, к тому же Китти женщина стойкая и в каком-то смысле упёртая. То, с какой силой она рвалась к мужу, говорит о многом, она очень дорожит своей семьёй, а этого многого стоит.

— Пани Коллер, я кое-куда Вас отведу, — уверенно проговорил Адам.

— Если на конспиративную квартиру, то я лучше вернусь к себе домой, так все останутся в безопасности.

— Я имею в виду, что я познакомлю Вас со своими коллегами, только никому об этом не говорите.

— Муж уже знает, — едва улыбнулась Китти.

— Ему можно, к тому же я знаю, что он умеет хранить секреты, — заверил Адам.

— Ну, я ни разу не имела дела с полицией, тем более с Интерполом, — растерянно сказала Китти.

— Вы первый человек, который видел Пэйджа в Праге, и если уж заговорила о конспиративных квартирах, то...

— Я не собираюсь прятаться, мистер Дженсен, — твёрдо сказала Китти.

— Ну тогда...

— Дженсен, береги её как зеницу ока, — дал наставление другу Вацлав, когда Адам и Китти собирались уходить из квартиры.

— Я-то о себе смогу позаботиться, а вот твои аугментации, — упрекнула Китти мужа.

— Постараюсь не нервничать больше.

Адам вместе с Китти вышли на улицу, огляделись, и узнав, что за ними никто не следит, пошли к метро. Адам объяснил жене Коллера, что отделение Интерпола находится на станции Монумент.

— Мы не пойдём в обход? — спросила Китти.

— Отсюда до "Прага довоз" пешком далеко идти, да и за нами никто не следит.

— Верю Вам на слово, мистер Дженсен, — вежливо ответила Китти. Чтобы как-то отвлечь Катарину от грустных мыслей, Адам поинтересовался, как она и доктор Коллер познакомились, и Китти рассказала ему, что они познакомились чисто случайно, она приехала в Прагу на конференцию одного тивианского учёного в надежде, что он поможет определиться ей с выбором своего пути.

— И Коллер тоже туда пришёл?

— Да, прямо в своей рабочей одежде, только поверх неё было надето пальто. Это была любовь с первого взгляда, мистер Дженсен.

— И когда это было?

— 2029 год, да, та самая печально известная осень, после которой люди словно проснулись, включая и вторую мою родину — Чешскую республику, — подняв глаза, сказала Китти.

— Да, пути господни неисповедимы, даже в тёмные времена можно найти настоящую любовь.

— Вацлав поразил меня своей живой энергией, оптимизмом, добродушием, — когда Китти вспоминала, как она познакомилась со своим будущим мужем, она немного оживилась. Сейчас нельзя давать себе слабину ни в коем случае, да и печаль — это не для семьи Мортон. Прибыв на станцию "Монумент", Адам повёл Китти к судоходной компании "Прага довоз", но, как выяснилось позже, это оказалась подставная компания. Когда они спускались на лифте к Оперативной группе 29, Китти поинтересовалась у Адама, знают ли работники этой подставной компании о том, что находятся внизу.

— Естественно, это всё наши агенты, — улыбнулся Адам.

Когда Адам вместе с женой своего друга прибыл в отдел, то, естественно, поставил весь отдел на уши, приведя туда гражданского. Китти, понимая, что из-за неё у Адама будут проблемы, хотела уйти, но Дженсен, взяв её за руку, сказал:

— Я всё улажу, пани Коллер, — после чего стал уговаривать коллег не докладывать об этом шефу. После ухода Миллера в ОГ29 пришёл новый начальник, не такой таинственный и строгий, а пришёл он из местного отделения полиции Праги. Пока Адам уговаривал коллег, Китти стояла в стороне и не знала, чем себя занять. То место, где располагалась Оперативная группа 29, было размером с её и Вацлава семейный дом, если убрать потолок, ограждающий первый и второй этажи. Вдобавок тут слишком шумно, и Китти не знала, куда пойти и подождать, пока Адам не наговорится. Наконец Дженсен, поговорив с коллегами, повёл её в свой кабинет.

— Вы тут кто-то вроде начальника? — пыталась пошутить Китти.

— Нет, но пока он в отъезде, то получается что так. Пани Коллер, нам нужно прижать Пэйджа, а аргумент должен быть более весомым.

— Я понимаю, мистер Дженсен, и постараюсь Вам помочь, — Китти стала рассказывать Адаму, как её муж первый раз натолкнулся на Пэйджа. Тогда он от волнения чуть не потерял контроль над своими аугментациями. Потом она и её отец вышли на Пэйджа и немного его встряхнули. Тогда они думали, что он исчез навсегда, а оказалось, как только Китти улетела в Америку, Пэйдж снова объявился.

Глава 41

— Я обещаю вам пани Коллер, что мы непременно найдём и посадим Боба Пэйджа за решётку, — сказал Адам Китти. — Боюсь это не так уж и просто сделать мистер Дженсен, он наверняка прячется, если бы у меня был номер его инфолинка, я сама вышла с ним на связь, — опустив голову ответила Китти. Тут к Адаму кто-то пришёл, и он переключился с жены Вацлава на пришедшего в его кабинет человека. Чтобы не мешать и не услышать ничего лишнего, Китти вышла из кабинета Адама и решила подождать его на первом этаже. Она спустилась вниз и, сев на ступеньку лестницы, стала думать, что делать дальше. Возвращаться обратно в пустой дом ей не хотелось, а ехать в дом родителей мужа где живут её дети, было опасно. Она так глубоко погрузилась в свои мысли, что не заметила, что к ней подошла одна из сотрудниц Оперативной группы 29. — Какие-то проблемы? — тихо спросила она, видя расклеенную Китти. Та подняла глаза и посмотрела на обратившуюся к ней женщину. На вид ей лет за сорок, у неё карие глаза, русые волосы, и она одета в какой-то бронированный костюм. — Я жду мистера… — Дженсена, я знаю, видела вас с ним, — перебила Китти новая знакомая. — Я бы сюда не пришла, если не было проблем, — Китти рассказала сотруднице Оперативной группы 29 про то, в какую сложную ситуацию попала её семья, и она не может жить спокойно, зная что по Праге спокойно разгуливает Боб Пэйдж. — Ваш муж доктор Коллер? — вдруг спросила она. — Да, он человек, известный во всей Праге и не только, — подняв глаза подтвердила Китти. — Когда моя аугментация начала ухудшаться, я в первую очередь обратилась к нему, — рассказала женщина-агент. — К нему все аугментированные Праги обращаются, — Китти еле улыбнулась. — Меня зовут Ария Арженто, — представилась женщина. — А меня Катарина Коллер, и кажется, все беды на мою семью обрушились тогда, когда я получила наследство своего дяди, — вновь опустив глаза, призналась Китти. — Тебе нужно держаться в форме. — Как? — Пойдём, — Ария взяла Китти за руку и повела её в тир. Достав магнитную карту, она открыла дверь в помещение, где он располагался, и вежливо пригласила туда спутницу. Тир хорошее место, чтобы выпустить всю накопившеюся в себе злость, стреляя по мишеням, но Китти к сожалению не умела стрелять, а Иосиф Иденшоу — близкий друг семьи, с которым она некоторое время прожила на Острове Теней, был не тем индейцем который стреляет из лука и мечет стрелы, он абканец, а абканцы как он утверждал отцу Китти Обиду Мортону, стражи, а не воины. — Я не умею стрелять из пистолета, — призналась Китти Арии. — Я научу, это поможет тебе защититься от врагов. Ария взяла в руки пистолет марки «Зенит» и нажав на кнопку на стене, активировала мишени, после чего сделала пару метких выстрелов. — Видите пани Коллер это не сложно, — приветливо сказала она. Китти немного помялась, но всё же решила попробовать пострелять из пистолета. Неуверенно взяв в руки пистолет, она подошла к мишени и тоже сделала пару выстрелов, правда мимо мишени. — Так ничего не выйдет, поднимите пистолет повыше, — объяснила Ария. — Он тяжёлый и… это плохая затея, — призналась Китти. — Нет, нет, вы так не выпустите весь пар из себя, если сдадитесь. Простите что спрашиваю, но ваш муж… — Умеет ли он стрелять? — как только Китти представила мужа с пистолетом в руке, то чуть не расхохоталась. — Простите миссис Арженто, мой муж пацифист, он не только насилие не переносит, но и оружие тоже, даже у его отца ружья нет, — проговорила Китти. Китти вновь взяла в руки пистолет, и, следуя указаниям Арии, сделала несколько выстрелов, на сей раз ей удалось попасть, пусть не в яблочко, но удалось. Тут на неё накатила злость, злость на Боба Пэйджа, и она выпустила череду выстрелов по мишени. — Ну, Пэйдж попадись мне только на глаза, я из тебя всю душу вытрясу, — думала она продолжая стрелять. Она стреляла до тех пор, пока в пистолете не закончились патроны, Ария Арженто стояла в стороне и видела как стреляла пани Коллер. — Ого, сколько у вас злости, — только и сказала она, когда Китти закончила стрелять. — Не то слово, и Бобу Пэйджу лучше уехать из Праги и не попадаться мне на глаза. Засиживаться долго в тире Китти не стала, а поблагодарив за помощь и утешение Арию, поднялась на второй этаж отдела. Адам к этом времени закончил разговаривать с одним из агентов и пригласил её к себе в кабинет, он сказал Китти, что её заявление поможет как можно быстрее поймать Пэйджа. — Я хочу, чтобы вы узнали номер инфолинка господина Пэйджа, если он у него не сломан, конечно, — уверенно сказала Китти. — Зачем он вам, пани Коллер? — удивился Адам. — Я хочу помочь вам поймать его, и я не шучу мистер Дженсен. — Спокойно, вы успеете дать ему пощёчину, когда мы его поймаем. — Пощёчину, если я дам её кому-нибудь, ему не поздоровится, я не об этом, — Китти стала объяснять Адаму, что если она свяжется с Пэйджем и попросит о личной встрече, то запишет их разговор на свой инфолинк, а так же Адам и остальные смогут услышать этот разговор, тогда Пэйджу точно не поздоровится. — Умно, — похвалил Адам, — что ж, если узнаю его инфолинк, сразу же вам сообщу и добавил — а вы не похожи на аугментированную. — Вы про мой инфолинк? Нет я не ауг, это экспериментальная аугментация моего мужа, одна микроскопическая глазная линза, которая заменяет встроенный в ухо и в мозг инфолинк, — улыбнулась Китти. — Да, Коллер не стоит на месте никогда, — признался Адам. После разговора с Адамом Дженсеном Китти не стала возвращаться в свой пражский дом, а забрав из него некоторые вещи, сняла квартиру поближе к отделению Интерпола. Вовсе не из-за безопасности. Если вдруг агенты Интерпола найдут адрес инфолинка и захотят тут же сообщить ей, для этого нужно быть рядом. Китти старалась одновременно держать себя в форме и не отрываться от работы, ей нужно было дописать речь для мистера Шарифа, но она была так напряжена, что никакие мысли в голову не лезли.

***

Не прошло и двух дней, когда Адам связался с Китти и сообщил, что Интерполу удалось вычислить инфолинк Боба Пэйджа, а так же сказал ей, что им необходимо встретиться, чтобы обсудить некоторые детали. Китти согласилась, ей необходимо было подстраховаться на случай, если Боб Пэйдж замыслил что-то недоброе. — Хорошо, где мне вас ждать, мистер Дженсен? — спросила Китти у Адама. — У входа в «Прагу довоз». — Я вас, поняла, сейчас приду, — Китти отключила свой инфолинк, через который она переговаривалась с Адамом. Перед тем как выйти из отдела Оперативной группы 29, Китти дала Адаму номер своего инфолинка, чтобы он мог с ней связаться. Переодевшись, Катарина закрыла свою временную квартиру на ключ, она надеялась на удачный исход ситуации с Бобом Пэйджем, другого быть не должно. Уж слишком долго этот бывший иллюминат терроризировал её семью, и теперь она выскажет ему всё, что накипело. Китти пришла к «Праге довоз» и отойдя на необходимое расстояние, чтобы не привлекать к себе внимание, стала ждать когда выйдет Адам Дженсен. Адам вышел из ОГ 29 через пару минут, и приятно удивился тому, что Китти так быстро дошла до условленного места. — Вытак быстро, пани Коллер? — приветливо улыбнулся он. — Я решила снять квартиру рядом с… вами, — так же приветливо улыбнулась Китти, стараясь держать себя в форме. Адам предложил Китти отойти в крытый двор за «Прагой довоз». Во время тревожных 27-29 годов там был специальный вход для аугментированных, Адам не пользовался этим входом, а проходил как обычные люди, чем вызывал недовольство среди «чистых» (не аугментированных коллег), теперь с этой стороны находится обычный пожарный выход. — Вот номер его инфолинка, — начал Адам, протягивая Китти бумажку с номером. Дальше он сказал Катарине, что перед тем, как идти на встречу с Бобом Пэйджем, она должна сообщить ему, Адаму, место где она встретится с Пэйджем, и на тот случай, если что-то пойдёт не так, агенты Интерпола будут поблизости. — Я понимаю вас, мистер Дженсен, загнанный в угол зверь опасен, но не так опасен как я, — улыбнулась Китти. — Но всё же… — Всё же он тот, кого хотят поймать все, согласна с вашими условиями. Вот и настал тот самый переломный момент для Китти и для всей её семьи, она посмотрела на номер инфолинка Боба Пэйджа, и после того, как экспериментальная глазная аугментация запомнила номер связалась с Бобом Пэйджем. — Мистер Пэйдж, я полагаю, — официальным тоном проговорила Китти. — А, миссис Коллер… — Для вас я мадам Коллер, я хочу с вами встретиться, если вы всё ещё в Праге? — предложила Китти. — Да, я всё ещё здесь, ваша полиция и Интерпол перекрыли мне все выходы. — Скажем, так я помогу вам, а вы отстанете от моей семьи. — Нет, так не пойдёт, мне нужно встать на ноги, — запротестовал Пэйдж. — Если хотите работать на меня или моего мужа, то нам лучше встретиться, и я передам долю в моём семейном бизнесе, — твёрдо заявила Китти. — Так-то лучше, говорите, где. — В подворотне, которая находится рядом с банком «Палисейд», там нас никто не потревожит. — Согласен, ждите меня там, — отключил связь Боб Пэйдж. После разговора с Пэйджем Китти связалась с Адамом Дженсеном и сообщила ему, где она встречается с Бобом Пэйжем, и тот сказал, что он направит агентов к тому месту. — А они не… — начала Китти. — Они в штатском и хорошо умеют маскироваться, — если вы об этом пани Коллер.

Глава 42

Собравшись с духом и мыслями, Китти пошла на встречу с Бобом Пэйджем. По пути к месту встречи она тщательно продумывала каждое действие и каждую фразу, которую она скажет Пэйджу. Боб Пэйдж — хитрый и изворотливый ауг, хотя аугом его можно назвать с большой натяжкой. Как только Катарина узнала о существовании Боба Пэйджа, то тут же стала искать о нём информацию, которая стала доступна только когда личность иллюминатов стала полностью раскрыта. Про Боба Пэйджа было написано, что он человек, состоящий полностью из стали и аугментаций, практически киборг. Единственное, что осталось у него своё, так это мозг, и этот мозг будет пытаться всячески обмануть Китти.

— Была не была, — глубоко вдохнула Китти входя в подворотню рядом с банком «Палисейд». Боб Пэйдж, как ни странно, уже был там.

— Заставляете ждать, миссис Коллер, — упрекнул Пэйдж.

— Куда же нам спешить, мистер Пэйдж? — вежливо улыбнулась Китти. Любезничать с Пэйджем Китти не стала и не собиралась, она сразу же перешла к делу, стала расспрашивать его, что ему надо, чтобы он отстал от её семьи.

— Всего ничего миссис Коллер, — заверил Пэйдж.

— Работать в клинике моего мужа это не «всего ничего».

— Мне нужно встать на ноги.

—Зачем? Чтобы опять вводить в заблуждение людей? Вы не учитесь на своих ошибках мистер Пэйдж, — упрекнула Катарина собеседника.

Боб Пэйдж вновь пытался увильнуть от строгого разговора с Китти, но она не давала ему спуску и явно давала понять опустившемуся на дно иллюминату, что её не стоит водить за нос и что любая с ней игра в кошки-мышки опасна для того, кто захотел сыграть с ней в эту игру.

— У меня крупный депозит в «Палисейде», если я Вам отщипну часть его, вы от нас отстанете? — Так уж вышло, что я знаю всё о вашем наследстве, миссис Коллер.

— Хотите часть моего наследства? А вам не жирно будет? — глядя в глаза собеседнику, спросила Китти. — Часть вашего наследства, и я от вас отстану, обещаю.

— Вы много чего обещаете людям мистер, но обещания свои не сдерживаете, — намекнула Китти. Женщина еле удержалась от того, чтобы не сказать Пэйджу: «Если вы знаете про меня и мою семью, то наверное знаете, к чему привела передача акций «Rock Oil» семье Двали». Но эту фразу она приберегла напоследок, когда агенты Интерпола схватят его. Боб Пэйдж как мог, старался уговорить Катарину Коллер на то, чтобы она не только устроила его в клинику мужа, но и отдала часть наследства её семьи, по которому многие пускали слюнки, а многие пытались проглотить, но в итоге у них ничего не выходило. Китти старалась как можно больше разговорить Боба Пэйджа, зная, что их разговор записывают агенты Интерпола.

— Клянусь, как только я получу всё самое необходимое, вы меня не только не увидите, но и не услышите, — настаивал Пэйдж.

— А вы упрямый однако, — подметила Китти, — но вы уверены в том, что моё наследство будет вам по зубам? — В каком смысле?

— Вам известно что стало с семьёй Двали? — задала вопрос Китти.

— Да известно, они не поделили нефть между собой.

— Скажем так, те нефтяные акции принадлежали моей семье, и после трагической смерти всех бандитов Двали, «Rock Oil», вернулась обратно.

— Зачем вы мне это говорите миссис Коллер, думаете запугать меня? — полюбопытствовал Пэйдж.

— Говорю, чтобы вы держались подальше от моей семьи, — с этими словами Китти развернулась и вышла из подворотни туда, где всё это время, по договорённости с Дженсеном, находились агенты Интерпола, которые прекрасно слышали через специальную связь в инфолинке Китти. Как только она покинула подворотню, они тут же вошли в неё и связали Боба Пэйджа.

— Я вас предупреждала, не лезьте куда не следует, — бросила Китти Пэйджу, когда полиция тащила в свою машину. — Благодарю вас за помощь пани Коллер, без вас нам бы не удалось захватить Пэйджа, — поблагодарил Адам Катарину.

— Надеюсь его надолго упрячут за решётку.

— С вашей помощью он оттуда не выйдет, пойдёмте я отведу вас к мужу, — улыбнулся Адам.

***

Наконец этот кошмар закончился, и как только Адам вместе с Китти вернулись в квартиру на улице в районе Прекажка, Китти тут же с порога объявила своему мужу, что с Бобом Пэйджем покончено раз и навсегда. — Это правда? — обратился Вацлав к другу.

— Благодаря твоей жене Коллер, благодаря ей Боб Пэйдж из тюрьмы не выйдет, — ответил Адам.

— Да, Пэйджа повязали надолго, и теперь мы можем вновь вернуться к обычной жизни, — подмигнула Китти мужу. За все эти дни пребывания её вне Чешской Республики и вдали от дома она поняла, что все эти амбиции не стоят долгих разлук с семьёй, и что её империя это муж и дети, а не призрачный мир Дэвида Шарифа.

— Вацлав я тут подумала и… — Китти слегка замялась перед тем как объявить своё решение мужу. Вацлав только по взгляду жены понял, что она хочет сказать ему, что возвращается обратно в Чехию, и вновь будет работать в «Машине времени» или на пару с мужем в клинике «Протез».

— Ты уверена в этом? — тихо спросил Вацлав жену.

— Ты прямо мои мысли читаешь, — улыбнулась Китти, и, обняв мужа, добавила: — я много думала об этом, и поняла, что я нужна здесь.

— А как же Дэвид Шариф?

— Его речь я отправлю по электронной почте, но я привыкла работать на тебя, — развела руками Китти.

***

Перед тем, как окончательно вернуться в Чешскую Республику, Китти вместе с мужем забрала у родителей Вацлава детей. Дома с детьми сидел только отец Вацлава — Лукаш Коллер, поэтому когда Вацлав пришёл туда, то прямо сказал отцу, что с Бобом Пэйджем покончено раз и навсегда. Затем он озвучил своё решение вернуться в свой семейный дом вместе с детьми.

— Решил взять отпуск, сынок? А как же твой проект и работа? — поинтересовался отец.

— Насчёт проекта не волнуйся, я всё же отправлю его на грант, и если ты переживаешь за то, с кем останутся дети, то… Китти возвращается обратно в Прагу, — радостно объявил Вацлав.

— И вся семья воссоединится, место Катарины тут, рядом с тобой, а не в Америке. Лукаш подозвал детей, которые в это время играли в комнате Аделы, и сообщил им радостную новость.

— Эта правда пап, мама вновь будет жить с нами? — спросил Карел у отца.

—Да сынок, мы вновь будем жить вместе.

— А где сейчас мама? — поинтересовалась Адела.

— Она полетела в Америку, чтобы забрать свои вещи, а пока собирайтесь, мы возвращаемся домой.

Когда дети собрали все свои вещи, Вацлав поблагодарив отца за то, что он в это трудное время, пока Вацлав сидел в конспиративной квартире, приглядывал за его детьми и своими внуками. Подхватив вещи детей вместе со своими, Вацлав положил всё собранное имущество в багажник своей машины. После чего он вместе с Карелом и Аделой поехал по знакомому маршруту в семейный дом.

— Узнаёте местность? — спросил Вацлав детей.

—Да, мы едем домой, — хором и радостно ответили Карел и Адела.

— Вижу, вам не очень нравилось у бабушки с дедушкой?

— Почему не нравилось, нравилось, но мы соскучились по дому, — ответила Адела.

— А мне у бабушки с дедушкой понравилось, — заявил Карел.

—Ладно тебе сынок, ещё посидишь у деда на коленях, — улыбчиво успокоил Вацлав сына. Как только машина Вацлава остановилась возле его семейного дома и он отстегнул застёжку на детских сидениях, дети тут же выскочили из машины и побежали к воротам и стали ждать когда отец их откроет.

— Вижу, вижу, — сказал Вацлав, и стал открывать въездные ворота.

Вацлав рад был тому, что теперь вся семья вновь соберётся в доме. Китти сейчас заканчивает свои дела в Детройте, и как только она рассчитается с Дэвидом Шарифом, то заберёт все свои вещи из апартаментов «Чайрон» и вернётся в Прагу. А пока Вацлаву и детям нужно подготовить дом к возвращению хозяйки.

— Ну вот мы и дома, — облегчённо вздохнул Вацлав открывая входную дверь. Дети хотели вбежать в дом, но строгий отец остановил их, сказав, что для начала им нужно взять из машины свои вещи, и только потом бежать в дом. Адела послушалась и тут же взяла в руки свой рюкзак, а Карел опять начал выкручиваться, аргументируя тем, что отец его эксплуатирует.

— Ты где таких слов набрался, а? — напёр на своего сына Вацлав.

— По телевизору видел в какой-то передаче.

— Похоже бабушка с дедушкой не успевают следить за тем какие передачи вы смотрите. В твоём рюкзаке твои вещи, они тебя не нагрузят, а теперь бери рюкзак и в дом, видишь мы его эксплуатируем, — приказал Вацлав сыну. Адела наблюдая за воспитанием своего брата, слегка хихикнула. Она умная девочка, и ей не нужно указывать, что ей нужно делать, что нет, но и помогать ему не стала, сказав следующее:

— Родители говорят, что труд сделал из обезьяны человека, будешь трудиться как мы все, тоже станешь человеком.

Глава 43

Август закончился, и супруги Коллер, отправив детей в детский сад, вернулись к своим делам. Вацлаву с помощью жены удалось отправить свой проект на комиссию, которая рассмотрит кандидатуру Вацлава на получение профессорской степени. После этого он, облегчённо вздохнув, вернулся работать в клинику «Протез», а Китти вновь к работе в «Машине времени». Но поскольку в будни дни почти никто не захаживал в книжный магазин, а вся работа с книгами и переводами на чешский язык и не только была закончена, то Катарина вновь взялась помогать мужу с аугментациями.

— Как приятно вернуться назад и работать вместе с тобой, — улыбаясь сказала Китти, осматривая своё старое рабочее место в клинике «Протез».

— А уж как мне приятно, что моя помощница вернулась ко мне, — обняв жену отозвался Вацлав, — со стариком Шарифом, наверное, сложно работать?

— Поначалу да, но потом он, сам того не осознавая, начал подстраиваться под меня.

— А Френсис Причард?

— Тебе-то он зачем! — удивилась Китти.

— Не приставал к тебе?

— Пытался, даже пытался понять, почему, я с тобой сошлась.

— И?

— Что и? Я ясно дала понять, что всё, что касается моей личной жизни, для остальных табу.

Китти и Вацлав проработали до двух часов дня, пациентов было мало, они приходили в основном на проверку и на замену старых аугментаций. Правда, попался один здоровый на вид пражанин, пожелавший сменить свои настоящие глаза на искусственные, но Вацлав тут же выставил его за дверь, сказав ему то, что он неоднократно говорил таким же, как этот человек, фрикам. Всё как всегда, муж осматривает пациентов и смотрит, чем им помочь, а жена в это время собирает какую-нибудь аугментацию и отдаёт её мужу, чтобы тот поменял старую на новую. Закончив работать, Вацлав предложил жене прогуляться по Праге перед тем как забрать детей из детского сада, и Китти согласилась.

— Не откажусь, тем более я начала забывать, как Прага выглядит — призналась женщина.

— Готов поспорить, что в Детройте нет такой тёплой погоды, как у нас в Чехии, и нет такого яркого солнца, — подмигнул Вацлав жене.

— На что спорим? — подключилась к спору Китти, зная что муж всё равно выиграет, ведь он прав. За всё время пребывания в Детройте она видела только свинцовые облака и разруху.

— На поцелуй.

— Получишь свою награду, красавчик, когда выйдем отсюда, — ласково ответила Китти. Выйдя из клиники, Китти повернулась к мужу, и обняв его двумя руками попросила закрыть глаза. Вацлав не спрашивая зачем ей это нужно, охотно закрыл глаза, Китти встала на цыпочки и чмокнула мужа в висок, а он притянув её к себе, оставил влажный след от поцелуя на её губах.

— Я уже начала забывать, насколько ты горяч, — нежно и с чувством протянула Китти.

— Предлагаю освежить в памяти места, по которым мы гуляли, когда впервые встретились, — предложил Вацлав. — Как скажешь, Лава, — согласилась Китти.

— Ты давно меня так не называла.

— Теперь буду. Взяв жену за руки, Вацлав повёл её к тем местам, где они когда-то гуляли, когда только-только встретились. А встретились они в здании, где проходила научная конференция, — это был Карлов университет. Сейчас там учились студенты, поэтому заглядывать внутрь здания, Китти и Вацлав не стали, а пошли дальше.

— Помнишь, как мы бежали по этому мосту? — спросил Вацлав.

— Да, ты тогда спас меня от этого унылого общества учёных, и оказывается, мне надо было встретить тебя, а не Соколова, чтобы понять кем я хочу быть.

Вацлав как и тогда, схватил Китти за руку и предложил жене ещё раз пробежать по мосту. Китти одобрила идею мужа, после всего того, что они оба пережили, им обоим необходимо было развеяться, а сейчас как раз наступил тот момент. Китти только подмигнула мужу, дав понять, что готова вместе с ним пробежаться по мостовой и… оба супруга, держась за руки, побежали по Карловому мосту. На середине пути Вацлав оторвался от жены и остановился, чтобы отдышаться.

— Сдаёте позиции доктор Коллер, — подойдя к мужу, произнесла Китти.

— Мне не помешали бы аугментации для ног, — съязвил Вацлав.

— Брось, Коллер, — подколола Китти мужа, — тебе рано стареть, ты всё тот же как и раньше.

— Рад, слышать, что я тебе всё ещё нравлюсь, а ты ни разу не изменилась, только одно но.

— Какое?

— Ты не принцесса, а императрица, моя Иштар, — отдышавшись сказал Вацлав и добавил, — я тут знаю одно место, предлагаю туда направиться.

— Астрономические часы?

— Нет, пойдём.

Вацлав взял Китти за руку, и повёл её куда-то под мост, как ни странно, несмотря на то, что Вацлав настоящий «технический ботаник» коим считала его жена, за своё детство он облазил чуть ли не всю Прагу. — Я часто приходил сюда, чтобы посидеть и подумать над… — начал Вацлав.

— Я поняла, подумать над тем как начать делать аугментации, — хихикнула Китти. Несмотря на то, что это место было частью города, запах йода, исходящий от реки, ничем не перебит. Вацлав объяснил жене, что такую уникальную водоочистительную систему ещё до Инцидента придумал его отец. Вода в реке проходит через специальные фильтры и тем самым она ионизируется и остаётся чистой.

— А сейчас? — поинтересовалась Китти.

— Не так уж и чисто, но йод в воде остаётся, — улыбнулся Вацлав. Тут под мостом через Влтаву, как будто был другой мир, старинный кирпич сменялся песчаной крошкой, и кой-где проглядывала редкая трава.

— Предлагаю наведаться сюда как-нибудь вечером, — предложил он.

— Дети не позволят, и что мы будем тут делать?

—Промочим ноги, без обуви естественно.

— Шутишь что ли?! — удивлённо спросила Китти у мужа.

— Угу, — с озорной улыбкой ответил Вацлав, — просто здесь ночью красивее чем сейчас.

— «Да — подумала Китти, — Вацлав мало изменился. Он всё тот же озорной и шальной мальчишка-гений, каким я его встретила». Китти вполне довольна своим мужем, пусть он всегда остаётся таким же каким был раньше, он как и его страна, которая заметно пострадала, и только малость изменилась, но потом вновь вернулась к исходному состоянию. — Как-нибудь мы вновь сюда придём, — вздохнула Китти.

Дальше супруги завели разговор о детях. Если Карел ещё не вырос из детского сада, то примерно через два года Адела пойдёт в первый класс, и тут встаёт вопрос, отправлять ли дочку в обычную школу или со специальным уклоном. Оба родителя учились в обычных школах, и если Вацлаву ничего не мешало познавать азы ауг-технологий в обычной школе, то Китти, учась в Англии, чувствовала себя неловко.

— Только если есть здесь такие школы, то почему бы нет, помню себя в Англии, когда обычные дети смотрели на меня как будто я с другой планеты, — сказала Китти.

— А что, твой отец, почему он не отправил тебя в школу со определённым уклоном?

— Это его надо спросить, но даже среди детей лондонской элиты я смотрелась белой вороной, слишком громкая слава у моей семьи.

— У Аделы будет всё по другому, я лично этим займусь, — пообещал Вацлав. Ещё немного прогулявшись вдоль Влтавы, супруги Коллер пошли забирать детей из детского сада. Как только занятия в детском саду закончились, довольные Адела и Карел выбежали за ворота, и бросились на руки родителям.

— Ну что мои родные соскучились? — спросила Китти детей.

—Да! — хором ответили дети.

— Ну тогда пойдёмте все домой, — сказал Вацлав, сажая себе на шею сына.

Глава 44

Днём, когда Вацлав на пару с женой работал в своей клинике, ему позвонили на смартфон. Пользуясь всеми удобствами аугментаций, он практически не пользовался своим им, только иногда заглядывал в интернет, чтобы посмотреть новости из мира науки. Услышав звонок, он достал из кармана своего лабораторного халата смартфон и поднёс его к уху.

— Коллер слушает, — сказал Вацлав. Звонил Радомир — однокурсник Вацлава по Техническому университету, он интересовался, готов ли Коллер прийти на встречу выпускников. Со всей этой кутерьмой, которая произошла с его семьей в последнее время, Вацлав забыл про встречу выпускников.

— Ты как, старик, жив? — спросил Радомир.

— Конечно жив, меня мало что может вывести из себя.

Радомир сказал Вацлаву, что он звонил ему раньше, но ни дома, ни на работе никто не подходил к телефону. Две минуты Вацлав не знал, что ответить Радомиру, но набравшись храбрости и глядя на одобрительно кивающую жену, он всё же ответил, сказал всё как есть, в том числе о том, что ему пришлось скрываться от бывшего иллюмината Боба Пэйджа.

— Боже! — воскликнул бывший однокурсник, — ты в порядке, старик?

— Говорю же, что меня мало что может вывести из себя, я как слон, это моим врагам должно быть страшно. — Я рад, нам бы не хотелось начинать без тебя.

— Ну, когда встреча? — полюбопытствовал Вацлав.

— Завтра утром, гуляем в кофейне Bogemsky, знаешь где это?

— Я, в отличие от тебя, всю жизнь прожил и живу в Праге, да, знаю, — съязвил Вацлав.

— Ну, тогда ждём, конец связи.

Китти всё это время была рядом. Вацлав случайно включил на своём смартфоне громкую связь, поэтому она слышала весь разговор, и когда он закончил говорить, то улыбнувшись, сказала:

— Вот видишь, а ты боялся.

— Отпустишь меня, моя богиня? — игриво спросил Вацлав.

— Конечно, встреча выпускников не каждый день, только никакого алкоголя.

— Какой ещё алкоголь, я даже к пиву не притрагиваюсь.

— Это шутка, — улыбнулась Китти и добавила: — гуляй сколько хочешь, я присмотрю за магазином и клиникой. Утром Вацлав встал с утра пораньше, ему надо было приготовиться ко встрече своих бывших однокурсников. Интересно, сильно ли они изменились или нет? Как сказал Радомир, без Вацлава он хотел начинать встречу, и это говорил ауг, который до сих пор не устроился ни на работу ни в личной жизни. Переодеваться во что-то официальное Коллер не стал, решил идти на встречу с бывшими однокурсниками в том, в чём приходил на вручение Нобелевской премии и на конференцию Антона Соколова: в клетчатой рубашке и джинсах, только не в старых потрёпанных, а в новых, недавно купленных. Тем временем в супружеской спальне Китти, обнаружив что рядом нет мужа, начала потихоньку просыпаться и, накинув на плечи халат, решила поинтересоваться, что делает её супруг.

— Dobré ráno, — ласково поприветствовал Вацлав жену, как только она появилась в дверях кухни.

— Острый слух у тебя однако, — подметила Китти.

— Дети в последнее время долго спят, только ты так рано просыпаешься, — улыбнулся Вацлав.

— Кто бы говорил, — нежно намекнула Китти, подойдя сзади к мужу и нежно обняв его.

— Я готовлюсь ко встрече с выпускниками, а пока готовлюсь, решил приготовить тебе и детям завтрак.

— И что на завтрак?

— Решил сырников нажарить.

— Это полезная еда, — похвалила Китти готовку мужа.

После сытного завтрака Вацлав, как всегда, помыл посуду за семьёй и, подвезя жену до клиники «Протез», а детей до детского сада, поехал на встречу с выпускниками Технического университета. Кафе, в котором ему назначали встречу, находилось между станции метро «Палисейд» и «Монумент». Раньше таких кафе было полно в городе, но они не выдержали конкуренции с другими и закрылись, осталось только одно кафе, расположенное на подвесном мосту между двух массивных зданий. Выбрав наиболее удобный для себя путь, Вацлав поехал к месту встречи. Прибыв туда, Вацлав припарковал свою машину возле одного из зданий, и поднялся на второй ярус, где располагалось кафе Bogemsky. Тут собиралось почти пол-Праги, в основном люди не засиживались в самом кафе, а сидели возле него на открытой террасе, попивая пиво, кофе, и любуясь красотами города. Придя к месту назначения, Вацлав тут же приметил трёх человек, которые стояли около входа в кафе и что-то бурно между собой обсуждали, один из них был аугментирован, но это не Радомир.

— Простите, это тут проходит встреча выпускников Технического университета? — поинтересовался Вацлав.

— Да, а вы кто? — спросила одна из выпускниц.

— Вацлав Коллер, я тоже там учился.

— Быть этого не может, Коллер, старина рады тебя видеть! — удивился другой выпускник.

— А Радомир-то нас пригласил, а сам задерживается, — сказал Вацлав.

— Он живёт на окраине Праги, вот и задерживается.

— Я тоже оттуда, — заявил Вацлав.

— Я думала, ты живёшь в доме своего деда? — спросила выпускница, как позже оказалось, её зовут Мария.

— Нет, я там иногда работаю, а так я женился, обзавёлся семьёй, и мы все вместе переехали на окраину Праги. — Единственное, что остаётся неизменным, это Прага и наш Коллер, — подметил Ян. Вацлав поинтересовался у ребят, где остальные выпускники, и те переглянувшись между собой сказали, что сами не знают, возможно съехали из города, а возможно они погибли во время Инцидента в схватке с полицией и аугментированными, вышедшими из-под контроля. Вацлав не знал, что ответить за это. После распада Чехословакии, когда страну резали буквально по живому, инициаторы разделения не спросили, хотят ли братья и сёстры жить отдельно и в разных странах. Инцидент оказался вторым спорным моментом в истории Чешской Республики, и Вацлав не знал, то ли обижаться на аугов, которые повелись на эту уловку с чипом, то ли жалеть их.

— Вац, не переживай по этому поводу, мы должны жить и помнить, что больше ни на какие уловки мы не пойдём и будем думать своей головой, — заявил Ян.

Когда к компании выпускников присоединился Радомир, компания вслед за ним проследовала в кафе. Главный виновник торжества, организовавший встречу, заказал для всей компании выпивку и еду к ней, после вся компания высыпала на улицу. Несмотря на всё это веселье, Вацлав чувствовал себя неловко, поэтому когда к ребятам подошёл официант поинтересовавшись, нужно ли ребятам ещё что-нибудь, то Вацлав заказал себе стакан кофе и энергетическую воду.

— Ты что трезвенником заделался? — спросил Радомир Коллера.

— Всегда им был, мне с моим телом и кучей аугментаций прописан именно такой образ жизни.

— Я тоже ауг, но от выпивки не откажусь, — смеясь сказал Радомир.

— И это говорит ауг, который до сих пор не установил себе инфолинк, я могу установить его тебе совершенно бесплатно.

— Ты же говоришь, что не аугментируешь так просто, только если это необходимо человеку?

— Инфолинк это исключение, просто на дворе двадцать первый век, а ты, мой дорогой друг, до сих пор пользуешься смартфоном.

— Ребята, а вы видели, что власти нашей страны изменили памятные таблички на зданиях? — Спросила Мария. — Ты про то, что «Мы никогда не забудем то, что сделали ауги во время Инцидента»? — спросил Ян.

—Да.

— Да, я видел, власти тем самым извиняются за то, что списали всё на несчастных аугов, — сказал Ян.

— Эта жалкая попытка извиниться перед нами я считаю? — заявил Карл, глядя в пивную кружку, — у меня жена аугментировалась после тяжёлой болезни, захотела установить себе страж здоровья, а многие её чистые подруги посчитали её сумасшедшей и до сих её побаиваются.

Вацлаву лично этот разговор о прошлом был неприятен, он тоже видел, как таблички где говорилось о виновности аугментированных в разгроме страны, заменили на другой текст. Там теперь было написано о том, что «мы ни когда не забудем тех, кто манипулировал аугами и к чему всё это привело». Сами же власти страны тогда охотно поддались заморским уловкам. Когда чехи поняли, что Запад ни чего хорошего им не принёс, а принёс только разруху и попытки манипулировать ими, то они, объединившись, изъявили желание сотрудничать с Россией и решили воссоединиться со Словаками. Чтобы как-то разрядить обстановку Вацлав, решил опросить ребят о том, кто чем занимается. Оказалось, что только он сам встал на ноги, другие выпускники так и не могли реализовать свои мечты, хотя все они учились именно для того, чтобы устроиться на работу нейротехнологами. К примеру, Ян устроился обычным автомехаником, Мария вообще сменила профессию нейротехнолога на продавца продуктового магазина, Карл до сих пор обивает пороги многих медицинский учреждений, пытаясь найти для себя нишу в нейропротезировании, ну а насчёт Радомира уже и так всё понятно. — Послушай Карл, это похвально что ты не сдаёшься, — обратился к однокурснику Вацлав.

— А что ещё мне делать, я не для того учился, чтобы работать не по профессии.

— Я, конечно, не могу тебя к себе взять, но я знаю человека который тебе поможет.

— Правда? — Да это правда, на западе Праги есть институт Антона Соколова, этот учёный смог поставить Прагу на ноги, и я уверен, что он до сих пор работает один, — сообщил Вацлав.

— К нему так просто не попадёшь, — вмешалась Мария.

— Меня он знает, если я поговорю с ним, то могу устроить нашего Карла к нему в качестве подмастерья, и если у Карла есть стойкость, то в скором времени он сможет встать на ноги.

Глава 45

Пока Вацлав был на встрече выпускников Технического университета, Китти заправляла в клинике «Протез». Благо, новых пациентов и желающих проверить свои протезы и аугментации в клинике было немного. В основном приходили новые пациенты за сывороткой Соколова, и Китти по рецептам отпускала им это лекарство. Благодаря мужу и временной работе на Дэвида Шарифа Китти теперь могла сама не только менять старые аугментации на новые, но и изготавливать протезы. Правда лишние руки ей всё же не помешали бы, иногда приходилось держать на наркозе пациента дольше, чтобы подобрать для него, а затем и приживить нужный протез. Впрочем все эти небольшие трудности только придавали Китти больше сил и уверенности, как только она с ними справлялась. Когда приём аугментированных пациентов закончился, Китти по инфолинку связалась с мужем:

— Привет красавица, как ты там? — радостно спросил Вацлав, услышав голос жены.

— Справляюсь потихоньку, пациентов сегодня мало было, а ты как?

— Их всегда мало, и это радует, что никто не калечит себя. Я по-прежнему на встрече выпускников.

— И как? расслабляешься?

— Да какое там расслабление! Только мы встретились, как тут же заговорили о политике и аугах, как оказалось, я и Радомир не единственные ауги в университете.

— Попробуй направить разговор в другое русло, — предложила Китти.

— Уже сделано, но я чувствую себя белой вороной даже в нашем прогрессивном мире, а сбежать со встречи совесть не позволяет.

— Ну тогда держитесь доктор, кхе-кхе, профессор Коллер, — пошутила Китти.

Когда рабочий день подошёл к концу, Китти закрыла клинику, и сев в машину поехала к детскому саду, чтобы забрать своих детей. Карел и Адела только увидев машину супругов Коллер в окно, тут же выбежали во двор.

— Папа, папа приехал, — радостно заголосили они.

— Обознались мои хорошие, ваш отец пока занят, поэтому сегодня я забираю вас.

— Мамочка! — обрадованно закричали дети.

Только Китти вместе с детьми собралась сесть в машину, но тут её окликнула воспитательница в детского сада.

— Пани Коллер простите меня.

Китти обернулась и увидела идущую в её сторону молодую девушку, что было необычно для детского сада в который обычно брали на работу воспитателей в возрасте.

— Да, — обернувшись сказала Китти.

— Можно с вами поговорить? — спросила воспитательница. Китти не стала сажать детей в машину, а попросила их пока поиграть во дворе, пока она разговаривает с сотрудницей детсада. Как оказалось, воспитательница хотела поговорить с матерью по поводу её дочери — Аделы. Раньше воспитатели не жаловались Китти, что её дочь плохо себя ведёт, только наоборот хвалили, да и Китти не замечала за дочерью ничего из ряда вон выходящего.

— Адела что-то натворила? — оглядываясь на дочь, спросила Китти.

— Она не хочет разговаривать с другими детьми, всё время кроме обеда проводит сидя за своими конструкторами, — пояснила воспитательница.

— Пани…?

— Зовите меня мисс Томерсон, меня зовут Джессика Томерсон, — улыбнулась воспитатель. Китти словно кипятком ошпарило, она удивилась тому, что в Чехии стали принимать на работу с детьми воспитателей не чешского происхождения, в свете последних традиций, она поняла, что англо-саксам и американцам верить не стоит. Сдержав своё возмущение Китти сказала:

— Послушайте мисс Томерсон, Адела не простой ребёнок, она, как и её родители, техновундеркинд, взять к примеру меня и моего мужа, у нас тоже не было друзей в школе, но это не значит…

— Но Аделе будет лучше с другими детьми.

— А вы, простите, сколько лет тут работаете? — перешла на серьёзный тон Китти.

— В этой стране только начала.

— Ну тогда вам для начала стоит познакомится с обычаями этой страны, чтобы тут работать. Видите ли, Чехия страна учёных, и приглядитесь к малышам в этом детском саду, возможно кто-то из них будущий учёный.

С этими словами Китти забрала с игровой площадки своих детей и повезла их домой. Хоть она и возмутилась поведением новой воспитательницы, но это её не особо задело, за долгие годы общения с неприятными ей людьми Китти выработала особую защиту, но если так и дальше будут развиваться события, то тогда нужно принять какие-нибудь меры.

— О чём ты разговаривала с мисс Томерсон? — спросила Адела.

— Да так не о чём, просто мисс Томерсон говорила какие у меня милые дети, — немного соврала Китти.

— Мне она не нравится, два дня за день спрашивала в порядке ли я, — посетовала Адела.

— Конечно ты в порядке сестрёнка, была бы не в порядке, не сидела бы с конструктором, — подбодрил сестру Карел.

— Забудьте о ней, дети, вы отличаетесь от остальных детей только своим недюжим умом, — улыбнулась Китти.

— Что значит недюжим мам? — спросил сын.

— Выдающимся, — ласково ответила Китти.

Вернувшись домой, Китти отправила детей смотреть мультики, а сама пошла на кухню готовить для Аделы и Карела ужин. Буханок хлеба для приготовления любимого детьми супа не отказалось, а жареный вепрь после пробы показался Китти не таким уж и вкусным, особенно подогретый в микроволновой печи.

— Ладно, приготовлю колбаски с тушёной капустой, — решила Китти. Колбаски были готовы через несколько минут, а вот капусту пришлось подождать. Когда еда была готова, Китти позвала детей кушать.

— Мам, а папа скоро вернётся? — спросил Карел.

— Скоро, он сейчас встречается со старыми друзьями. К колбаскам дети отнеслись настороженно, видать Вацлав ни разу не предлагал такое блюдо детям, Китти извинилась перед Аделой и Карелом и сказала, что завтра она приготовит их любимые супы и жареного вепря, а пока придётся им съесть колбаски гриль с тушёной капустой. После еды Китти помыла за собой и детьми посуду. Адела и Карел росли не по дням, а по часам, и они больше не просили почитать им перед сном сказки. После ужина Карел вновь засел за телевизор, а Адела пошла в свою комнату собирать очередной конструктор. Дожидаясь своего мужа, Китти засела в гостиной комнате с книгой, правда не книгой по нейротехнологиям, а с той, которую она привезла из своего родового поместья на Острове Теней, это была старая папина работа по антропологии, и хоть Китти мало чего смыслила в этой науке, книга показалась ей интересной.

«Надо позвонить отцу и спросить у него разрешения на оцифровку этой книги» — подумала Китти. Вацлав долго себя ждать не заставил, он пришёл ровно в девять часов вечера, и судя по его настроению встреча выпускников удалась. Китти тут же накрыла ему на стол, а сама села напротив мужа, и стала смотреть как он ест.

— Скучала? — улыбаясь спросил Вацлав.

— А как же, я каждый день по тебе скучаю, как только мы работаем по разные стороны баррикад, — улыбнулась жена, и спросила у мужа, как прошла его встреча выпускников. Вацлав ответил, что перед тем как все разошлись, каждый хвастался своими достижениями и кто на ком женился, как только он сказал, что он женат на дочери профессора Мортона, то у всех присутствующих округлились глаза.

— Не знала, что моего отца знают в Технологическом университете, — призналась Китти.

— Карл сказал, что пару раз ходил на его лекции, когда он в рамках обмена знаниями приезжал в университет.

— Ну видишь, не так уж и скучно.

— Это только под конец. А как у тебя? — поинтересовался Вацлав.

— Честно признаться без тебя трудновато работать, хорошо, что пациенты не жалуются, — улыбнулась Китти.

Глава 46

С самого начала поступления в детский сад Аделе было трудно ужиться с обычными чешскими детьми, и это не из-за того, что её отец относится к определенному классу граждан, а из-за того, что девочка по своему умственному развитию была старше всех детишек в детском саду. Адела не интересовалась куклами и игрой в дочки-матери как все, а интересовалась техникой, конструкторами и всем, что с этим было связано. Когда все чешские девочки, находящиеся в детском саду хвастались друг перед другом о том, какие у них хорошие куклы, малютка Ади — как её называют иногда дома, рассказывает мальчикам, как правильно собирать конструктор или робота из разных деталей. Узнав о тяге своей дочери к механике, родители записали её в кружок юного техника, где в основном были одни мальчишки, и естественно её приняли туда не сразу. Организатор кружка юных техников пан Войцах, удивился, когда Вацлав привёл к нему в кабинет свою дочь и попросил его записать её туда.

— Пан Коллер, не ожидал вас тут увидеть, пришли посмотреть на будущих техников? — спросил Вацлава пан Войцах.

— Вовсе нет, я хочу записать в ваш кружок свою дочь Аделу, — ответил Вацлав.

— Дочь? А сколько ей?

— Пять лет, и она несмотря на свой возраст, превосходно разбирается в технике.

— Это очень хорошо, что у вас такая дочь, но у меня в кружке одни мальчишки и они старше чем ваша малышка, как её зовут? — Коллерова Адела Вацлавовна, — гордо ответила Адела, глядя прямо на пана Войцаха.

— И какие ты конструкторы собираешь?

— Она собирает всё, что попадается ей под руки, скоро начнёт и аугментации собирать, — заверил Вацлав. После этих слов пан Войцах решил протестировать Аделу, разложив перед ней детали из разных конструкторов, и опасаясь, что её отец будет ей подсказывать, попросил его выйти из кружка. Вацлав не стал перечить опытному конструктору и инженеру, и послушно вышел из кабинета.

— Ну маленькая пани, приступим, — заявил конструктор.

— Вы что думаете, что за меня всё делает отец? — с осуждением спросила девочка. Чем и огорошила своего будущего учителя, который не ожидал такого взрослого вопроса от пятилетней девочки. Адела также сказала, что все конструкторы собирает сама, и никто ей не помогает.

— И даже твой маленький братик?

— Карел? Нет, он собирает только кубики.

— Ну тогда покажите юная пани, на что вы способны.

Когда перед Аделой оказались разные части из разных конструкторов, она тут же отделила пластиковые части от стальных, и когда навела порядок на столе, то тут же начала конструировать разных роботов, чем ещё больше удивила пана Войцаха, а когда тот поинтересовался, почему из конструктора Lego девочка собирает не замки, а роботов, то Адела ответила: — Для того, чтобы построить хороший замок или же дом, нужно для начала проработать хороший план, вы же не хотите, пан Войцах, чтобы замок из конструктора превратился в замок из песка, а роботы давно у меня проработали. Закончив конструировать роботов, Адела добавила:

— Я бы ещё соорудила пульт управления для них, но мне не хватает деталей. И опытному учителю и конструктору, не оставалось ничего иного, как взять в кружок юного техника Аделу и надеяться, что она подружится с мальчишками из его кружка. Многие учителя удивлялись не по годам развитой дочери доктора Вацлава Коллера, и иногда задавались вопросом: а не насильно ли доктор Коллер привил дочери эти знания? Но, за исключением мисс Томерсон, они знали кто родители Аделы и кто бабушка и дедушка, и не лезли со своими предположениями ни к девочке, ни к её родителям. Пан Войцах за закрытой в его кабинет дверью, ещё долго о чём-то разговаривал с Вацлавом, после чего Вацлав сообщил дочери, что её взяли в кружок юного техника.

— Ура, наконец-то будет, чем заняться, — обрадовалась Адела.

— Да, с завтрашнего дня, а теперь, заберём твоего брата, и поедем домой.

—Да, — радостно кивнула Адела.

***

Китти целый день просидела в «Машине времени» за оцифровкой одной из работ своего отца. Ей удалось убедить его, что как только цифровая книга выйдет в свет, его работу буквально сметут с книжных полок. Обид Мортон был не против того, чтобы его дочь занялась оцифровкой его работ, но эта работа в бумажном варианте не пользовалась успехом, и вряд ли они получит его, когда станет цифровой. Китти давно выучила чешский язык и даже переводила книги с чешского на английский по требованию покупателей и наоборот. Но старая работа её отца была написана «научным языком», который не только переводить трудно, но и переносить в цифровой формат. Китти заканчивала оцифровку книги, когда с ней по инфолинку связался муж, и спросил когда она собирается возвращаться домой. — А сколько сейчас времени? — спросила Китти.

— Шесть вечера.

— О мой бог, да, да, я уже закрываю магазин и иду встречать тебя и детей.

— Что ты там делаешь, обычно ты так долго не задерживаешься в «Машине времени»? — полюбопытствовал Вацлав.

— Да вот, оцифровываю старую работу отца.

Всех работников «Машины времени» Катарина отпустила раньше времени, в будние дни редко кто захаживает в книжный магазин, поэтому и обслуживать никого не нужно, после чего она вернулась обратно в кабинет директора и продолжила работу по оцифровке книги, пока ей не позвонил муж. Оторвавшись от работы, Китти, накинув на плечи пальто, закрыла «Машину времени» и стала ждать когда подъедет муж.

— А вот и ваша мама-трудяга, — сказал Вацлав детям, подъезжая к «Машине времени», и открывая дверь жене. Только завидев свою семью, с Катарины, как с гуся вода, сошла усталость, и она радостно села в машину.

— Как прошёл день? — спросила Китти у мужа.

— Нормально, записал нашу красавицу в кружок юного техника.

— И как её приняли?

— Спросил у дочери, пан Войцах так боялся, что я подсказываю дочери, что… — начал Вацлав.

— Что вывел тебя за дверь, знакомая история, — улыбнулась Китти.

— Меня взяли в кружок, я произвела впечатление на учителя, — тихо похвасталась Адела.

— А меня когда возьмут? — состроил грустную мину брат.

— Когда тебе будет столько, сколько и мне, и когда научишься чему-нибудь, — подметила сестра.

— Тебя уже приняли в кружок юного пионера, а раньше состоял в спортивном кружке, — подметил Вацлав.

— Я хочу в кружок юного техника! — посетовал Карел.

— Когда научишься строить дома из конструктора, тогда тебя и возьмут — заверила сестра.

***

Следующим утром родители, как всегда, отвели детей в детский сад. Сразу же, у входа в здание детского сада, Аделу встретил пан Войцах и отвёл её в кабинет, где располагался кружок юного техника. Остальные дети ещё не прибыли, и впустив девочку в кабинет, пан Войцах сел за свой стол и стал ждать, когда прибудут прочие ученики. — Вот, пока располагайся и жди, пока прибудут остальные, — сказал он Аделе.

— Я уже расположилась пан Войцах, — улыбнулась девочка. Пока учитель ждал когда прибудут остальные дети, Адела осматривала кабинет кружка, и мысленно готовилась ко встрече с мальчишками. Когда остальные ученики прибыли, пан Войцах представил Аделу учащимся:

— Дети у нас в кружке пополнение, познакомьтесь это Адела Коллерова, она дочь известного нейротехнолога, надеюсь вы с ней подружитесь.

Дети на удивление Аделы, которая думала, что сейчас начнётся что-то вроде «ну вот девчонка, зачем её сюда впустили», радушно приняли её в свой круг интересов, и как оказалось у части мальчишек в кружке родители по той или иной причине ауги, которые ходили в клинику «Протез» к отцу Аделы.

— Ой, а я знаю твоего папу, он проверял моей матери её глазной протез, — говорил один из мальчишек.

— Он много кому чего ремонтировал или менял, — заявила Адела.

— А что ты конструируешь? — спросил другой мальчик.

— В основном роботов.

— И я тоже, но пока они у меня не очень получаются.

— Могу помочь со сборкой, — улыбнулась Адела.

Глава 47

С самого начала поступления в детский сад Аделе было трудно ужиться с обычными чешскими детьми, и это не из-за того, что её отец относится к определенному классу граждан, а из-за того, что девочка по своему умственному развитию была старше всех детишек в детском саду. Адела не интересовалась куклами и игрой в дочки-матери как все, а интересовалась техникой, конструкторами и всем, что с этим было связано. Когда все чешские девочки, находящиеся в детском саду хвастались друг перед другом о том, какие у них хорошие куклы, малютка Ади — как её называют иногда дома, рассказывает мальчикам, как правильно собирать конструктор или робота из разных деталей. Узнав о тяге своей дочери к механике, родители записали её в кружок юного техника, где в основном были одни мальчишки, и естественно её приняли туда не сразу. Организатор кружка юных техников пан Войцах, удивился, когда Вацлав привёл к нему в кабинет свою дочь и попросил его записать её туда.

— Пан Коллер, не ожидал вас тут увидеть, пришли посмотреть на будущих техников? — спросил Вацлава пан Войцах.

— Вовсе нет, я хочу записать в ваш кружок свою дочь Аделу, — ответил Вацлав.

— Дочь? А сколько ей?

— Пять лет, и она несмотря на свой возраст, превосходно разбирается в технике.

— Это очень хорошо, что у вас такая дочь, но у меня в кружке одни мальчишки и они старше чем ваша малышка, как её зовут? — Коллерова Адела Вацлавовна, — гордо ответила Адела, глядя прямо на пана Войцаха.

— И какие ты конструкторы собираешь?

— Она собирает всё, что попадается ей под руки, скоро начнёт и аугментации собирать, — заверил Вацлав. После этих слов пан Войцах решил протестировать Аделу, разложив перед ней детали из разных конструкторов, и опасаясь, что её отец будет ей подсказывать, попросил его выйти из кружка. Вацлав не стал перечить опытному конструктору и инженеру, и послушно вышел из кабинета.

— Ну маленькая пани, приступим, — заявил конструктор.

— Вы что думаете, что за меня всё делает отец? — с осуждением спросила девочка. Чем и огорошила своего будущего учителя, который не ожидал такого взрослого вопроса от пятилетней девочки. Адела также сказала, что все конструкторы собирает сама, и никто ей не помогает.

— И даже твой маленький братик?

— Карел? Нет, он собирает только кубики.

— Ну тогда покажите юная пани, на что вы способны. К

огда перед Аделой оказались разные части из разных конструкторов, она тут же отделила пластиковые части от стальных, и когда навела порядок на столе, то тут же начала конструировать разных роботов, чем ещё больше удивила пана Войцаха, а когда тот поинтересовался, почему из конструктора Lego девочка собирает не замки, а роботов, то Адела ответила:

— Для того, чтобы построить хороший замок или же дом, нужно для начала проработать хороший план, вы же не хотите, пан Войцах, чтобы замок из конструктора превратился в замок из песка, а роботы давно у меня проработали. Закончив конструировать роботов, Адела добавила:

— Я бы ещё соорудила пульт управления для них, но мне не хватает деталей. И опытному учителю и конструктору, не оставалось ничего иного, как взять в кружок юного техника Аделу и надеяться, что она подружится с мальчишками из его кружка. Многие учителя удивлялись не по годам развитой дочери доктора Вацлава Коллера, и иногда задавались вопросом: а не насильно ли доктор Коллер привил дочери эти знания? Но, за исключением мисс Томерсон, они знали кто родители Аделы и кто бабушка и дедушка, и не лезли со своими предположениями ни к девочке, ни к её родителям. Пан Войцах за закрытой в его кабинет дверью, ещё долго о чём-то разговаривал с Вацлавом, после чего Вацлав сообщил дочери, что её взяли в кружок юного техника.

— Ура, наконец-то будет, чем заняться, — обрадовалась Адела.

— Да, с завтрашнего дня, а теперь, заберём твоего брата, и поедем домой.

—Да, — радостно кивнула Адела.

***

Китти целый день просидела в «Машине времени» за оцифровкой одной из работ своего отца. Ей удалось убедить его, что как только цифровая книга выйдет в свет, его работу буквально сметут с книжных полок. Обид Мортон был не против того, чтобы его дочь занялась оцифровкой его работ, но эта работа в бумажном варианте не пользовалась успехом, и вряд ли они получит его, когда станет цифровой. Китти давно выучила чешский язык и даже переводила книги с чешского на английский по требованию покупателей и наоборот. Но старая работа её отца была написана «научным языком», который не только переводить трудно, но и переносить в цифровой формат. Китти заканчивала оцифровку книги, когда с ней по инфолинку связался муж, и спросил когда она собирается возвращаться домой.

— А сколько сейчас времени? — спросила Китти.

— Шесть вечера.

— О мой бог, да, да, я уже закрываю магазин и иду встречать тебя и детей.

— Что ты там делаешь, обычно ты так долго не задерживаешься в «Машине времени»? — полюбопытствовал Вацлав.

— Да вот, оцифровываю старую работу отца.

Всех работников «Машины времени» Катарина отпустила раньше времени, в будние дни редко кто захаживает в книжный магазин, поэтому и обслуживать никого не нужно, после чего она вернулась обратно в кабинет директора и продолжила работу по оцифровке книги, пока ей не позвонил муж. Оторвавшись от работы, Китти, накинув на плечи пальто, закрыла «Машину времени» и стала ждать когда подъедет муж.

— А вот и ваша мама-трудяга, — сказал Вацлав детям, подъезжая к «Машине времени», и открывая дверь жене. Только завидев свою семью, с Катарины, как с гуся вода, сошла усталость, и она радостно села в машину.

— Как прошёл день? — спросила Китти у мужа.

— Нормально, записал нашу красавицу в кружок юного техника.

— И как её приняли? —

Спросил у дочери, пан Войцах так боялся, что я подсказываю дочери, что… — начал Вацлав.

— Что вывел тебя за дверь, знакомая история, — улыбнулась Китти.

— Меня взяли в кружок, я произвела впечатление на учителя, — тихо похвасталась Адела.

— А меня когда возьмут? — состроил грустную мину брат.

— Когда тебе будет столько, сколько и мне, и когда научишься чему-нибудь, — подметила сестра.

— Тебя уже приняли в кружок юного пионера, а раньше состоял в спортивном кружке, — подметил Вацлав.

— Я хочу в кружок юного техника! — посетовал Карел.

— Когда научишься строить дома из конструктора, тогда тебя и возьмут — заверила сестра.

***

Следующим утром родители, как всегда, отвели детей в детский сад. Сразу же, у входа в здание детского сада, Аделу встретил пан Войцах и отвёл её в кабинет, где располагался кружок юного техника. Остальные дети ещё не прибыли, и впустив девочку в кабинет, пан Войцах сел за свой стол и стал ждать, когда прибудут прочие ученики. — Вот, пока располагайся и жди, пока прибудут остальные, — сказал он Аделе.

— Я уже расположилась пан Войцах, — улыбнулась девочка. Пока учитель ждал когда прибудут остальные дети, Адела осматривала кабинет кружка, и мысленно готовилась ко встрече с мальчишками. Когда остальные ученики прибыли, пан Войцах представил Аделу учащимся:

—Дети у нас в кружке пополнение, познакомьтесь это Адела Коллерова, она дочь известного нейротехнолога, надеюсь вы с ней подружитесь.

Дети на удивление Аделы, которая думала, что сейчас начнётся что-то вроде «ну вот девчонка, зачем её сюда впустили», радушно приняли её в свой круг интересов, и как оказалось у части мальчишек в кружке родители по той или иной причине ауги, которые ходили в клинику «Протез» к отцу Аделы.

— Ой, а я знаю твоего папу, он проверял моей матери её глазной протез, — говорил один из мальчишек. — Он много кому чего ремонтировал или менял, — заявила Адела.

— А что ты конструируешь? — спросил другой мальчик.

— В основном роботов.

— И я тоже, но пока они у меня не очень получаются.

— Могу помочь со сборкой, — улыбнулась Адела.

Глава 48

Рабочая неделя семьи Коллер прошла незаметно. Настали выходные, и в эти выходные, Китти и Вацлав снова решили устроить тематические дни без гаджетов и детей вовлечь в это занятие, чтобы расширить их кругозор. Благо, мест, куда можно было пойти в Праге было много, но некоторые из этих мест семья Коллер уже посетила, а некоторые из них, посещались неоднократно. — Китти, милая, как думаешь, может сводим ребят в зоопарк? — спросил Вацлав у жены.

— Боюсь они слишком маленькие для зоопарка, — ответила Китти.

— Карел да, но не наша красотка Адела, а сына можно покатать на пони или прокатить его в карете.

— Может, спросим детей для начала? — предложила Китти. Вацлав позвал детей, и они тут же выбежали из своих комнат и прибежали на зов родителей. Как только Адела и Карел прибежали на зов отца, Вацлав предложил им сыграть в игру "день без гаджетов". Сын был ещё мал и не совсем понимал, что это за день такой, а поскольку он мал, родители не стали баловать сына планшетом или компьютером. В основном родители покупали ему развивающие игры. А вот Адела которая полюбила технику буквально с пелёнок и, как её отец, ни дня не представляет себе без неё, понимала, что это за день.

— Это как мы ходили в поход или отдыхали в Карловых Варах? — спросила она у родителей.

— Ади, тебе тоже нужно отдыхать от техники, а то будут, как у меня, красные глаза, а ты ещё мала для этого, — улыбнулся отец.

— Ну, если сможешь заинтересовать меня чем-то интересным, — Адела вопросительно посмотрела на отца. — Как насчёт того, чтобы сходить в зоопарк? — предложил Вацлав. Тут Адела сменила свой серьёзный взгляд на тот, который обычно делают девочки лет пяти, когда им предлагают сходить развлечься, и тут же обняла своего отца. — Да пап, я давно хочу в зоопарк, — улыбаясь ответила она.

— А что это за место такое зоопарк? — вдруг спросил Карел.

— Увидишь, — потрепала Китти сына за волосы.

Усадив детей в специальные кресла и сев за руль, Вацлав вместе с семьёй поехал в пражский зоопарк, который располагался на окраине города. Саму идею создания такого загородного зоопарка губернатору города ранее предложил его отец Лукаш. Губернатор эту идею одобрил и сам возглавил строительство зоопарка. Адела ранее никогда не была в зоопарке, она жила в мире недавно пережившим глобальную войну, известную как инцидент Панхеи, и знала, что её родной город, как и весь мир, ещё не до конца встал на ноги, поэтому просить родителей о чём-то несбыточном глупо. — Дочка, если ты так хотела в зоопарк, то почему не спросила нам об этом? — обратилась Китти к Аделе.

— Я думала, что зоопарк был разрушен во время инцидента, — ответила Адела.

— Это пока единственное место в Праге, которое чудом уцелело, даже во время войн люди заботились о животных в зоопарках, — улыбнулся отец. Брат всю дорогу, доставал сестру расспросом о том, что ещё есть в зоопарке кроме пони и катания в карете, на что сестра ему отвечала, что как только они прибудут на место назначения, то всё увидят. — Стоп, — вдруг произнесла Адела.

— В чём дело дочка? — спросил Вацлав сидя за рулём машины.

— Пап, нам надо было взять с собой фотоаппарат.

— Ади, для того, чтобы запомнить прогулку по зоопарку фотоаппарат не нужен, ты самые свежие и яркие воспоминания находятся у тебя вот тут, — указал Вацлав на свою голову.

— Если Карел не будет меня отвлекать от любования животными, то я запомню, — улыбнулась Адела.

— Очень мне нужны твои животные, меня пони ждут, — стал выделываться Карел.

— Посмотрим, сколько ты усидишь на пони, — заявила сестра. Тут в разговор детей вмешалась Китти, сказав, что если они всю дорогу будут ссориться, то папа развернёт машину и дети никуда не поедут, вернутся домой и всё. Дети тут же притихли.

Всю дорогу до зоопарка Адела и её брат зелёными красотами Праги, проезжая мимо красивых загородных домиков и зелёных насаждений, и если Карелу не интересно было любоваться природой, то его сестра вглядывалась в каждое дерево или кустарник пытаясь определить по листьям, как оно называется. Наконец, оторвавшись от любования природой Адела обратилась к брату.

— Как там твой кружок юного историка?

— Нормально, я только записался туда, а как твой, мальчишки не обижаются?

— На что?! — не понимающе спросила сестра. — На то, что ты такая умная.

— Спасибо конечно, что похвалил мой ум, но я уже познакомилась там со многими юными техниками, — улыбнулась

Адела.

***

Наконец семья Коллер подъехала к зоопарку. Пока Вацлав парковал семейный автомобиль, Китти усадив сына себе на шею, и взяв за руки дочь, пошла в кассу покупать билеты.

— Два взрослых и два детских, — обратилась она к кассиру.

— Сколько детям лет? — Сыну три года, дочери пять лет.

— Тогда один детский, дети с трёх лет, проходят бесплатно.

Взяв в руки билеты, Китти махнула рукой мужу, и вся семья вошла в зоопарк. Адела на время превратившись в обычную девочку, ходила от одного вольера с животными к другому, и как отметили позже её родители, ей больше всего понравились жирафы и кенгуру, а вот её брат подходя к клеткам с хищными животными, постоянно расспрашивал родителей — «что это за животное».

— Это лисы, видишь какая красивая у них шубка, — ответила Китти.

— А это что за животное? — Это цари животных, львы, — ответил Вацлав.

— Вашек дорогой, не покатаешь сына на пони, пока я с дочерью любуюсь животными, — обратилась Китти к мужу. — Как скажешь, а то скоро он меня достанет своими расспросами, я бы оставил его у родителей, но они сейчас на работе, — согласился Вацлав с женой. Подхватив сына на руки, Вацлав пошёл с ним к кругу с лошадьми, где катали детей возраста Карела.

— Пап, пони, покатай меня, — с щенячьим восторгом, заголосил Карел.

— Поэтому мы сюда и пришли. Купив билет на час, Вацлав усадил сына на пони, и взяв поводья в руку, стал его катать. Сына хватило только на полкруга, ещё и часа не прошло, а Карела уже начало клонить в сон. Поняв, что сын вот-вот уснёт, Вацлав снял его с пони и усадил себе на шею.

— Не желаете ли сфотографироваться? — предложил фотограф, наблюдавший за тем, как Вацлав катает сына. — Какое там, — улыбнулся Вацлав.

— Но Вацлав хоть и решил, что день пройдёт без гаджетов и фотографий, всё же согласился, главное, чтобы дети при прогулке по зоопарку любовались животными и птицами, а не угрюмо смотрели в свои планшеты и смартфоны, а простая и смешная фотография сидящего на скамейке Вацлава с сонным сыном на руках не в счёт.

«Что-то, я проголодался» — решил Вацлав, и найдя ларёк с едой, пошёл перекусить. У ларька он встретил жену с дочкой. Китти тоже проголодалась и решила взять копчённые колбаски с тушёной капустой.

— Вижу вы тоже проголодались? — улыбнулась Китти, глядя на мужа.

— Я да, а Карел, он как видишь заснул, не прокатившись и часу.

— Полагаю катание на карете отменяется? — шутливо произнесла жена.

— Думаю да, но это даже и хорошо, больше погуляем.

— Я сейчас, ты присмотри за Аделой.

— Китти, ты куда? — спросил муж. — За коляской, так удобнее будет гулять с сонным Карелом.

— Это мысль, а то шея начинает затекать. — согласился Вацлав. После перекуса чета Коллер продолжила гулять по зоопарку, вновь и вновь обходя клетки с животными, а позже немного подустав, вся семья присела на скамейку отдохнуть.

— Тебе купить мороженное, Ади? — спросила Китти у дочери.

— Не откажусь мам, — улыбнулась Адела. Вновь оставив мужа с детьми, Китти пошла за мороженым, а Вацлав усадив дочь на ноги, откинулся на скамейке. Ему повезло, что отдыхая дочь не попросила принести ей какой-нибудь конструктор или планшет, впрочем если бы и попросила, то отец всё равно не принёс, так как он оставил их дома. — Коллер, это ты, я не узнаю тебя, — услышал Вацлав знакомый голос.

— Адам, а ты что тут делаешь, тоже выходные?

Адам кивнул.

— Дети познакомьтесь с дядей Адамом, Ади познакомься с дядей Адамом, он мой хороший друг и первый пациент, наверное… — сказал Вацлав дочери.

— Очень приятно, — улыбнулась Адела, меня зовут, Адела Вацлавовна Коллерова.

— И мне тоже приятно познакомиться с вами, юная леди, — улыбнулся Адам.

Глава 49

— Судя по тебе, Адам, ты всё ещё холостяк, — улыбаясь, подметил Вацлав.

— Да, я тебе не говорил, но после Меган Рид я боюсь заводить знакомства с женщинами, — признался Адам. — Доктор Меган Рид! Я читал о ней в одном научном журнале, весьма интересная дама, — подметил Вацлав.

— Да, она, и как оказалось, она работала на «Версалайф», а точнее на Боба Пэйджа.

— Мистер Дженсен, — раздался голос Китти, и вскоре к разговору Вацлава и его дальнего друга Адама присоединилась Катарина. Она была приятно удивлена, увидев человека который помог не только ей, но и её мужу избавиться от назойливого Боба Пэйджа.

— Миссис… пани Коллер, как вы? — вежливо поздоровался Адам.

— Благодаря вам, лучше, чем после первой встречи с Пэйджем, — протягивая мороженое детям, ответила Китти. — А как там Дэвид Шариф поживает? — спросил Адам.

— Я больше на него не работаю. После того, что произошло с нами за последние дни, я поняла, что для меня нет ни чего важнее благополучия моей семьи.

— Спасибо тебе ещё раз Адам, я очень тебе признателен и всё же отправил на присвоение профессорской степени свою работу, — улыбаясь сообщил Вацлав.

— Теперь мне следует называть тебя профессор Коллер?

— Пока называй просто Вацлав или как раньше — Коллер, я не обижусь.

Поговорив с Адамом, семейство Коллер в полном составе вернулось обратно домой. День без гаджетов прошёл отлично, целый день дети вместе с родителями смотрели на разных животных в зоопарке, а потом Вацлав повёл сына кататься на пони, после чего малыш Карел заснул, и Вацлаву пришлось взять его на руки.

— Честно признаться, моя богиня, — начал Вацлав, — всё же мы не устояли перед одной фотографией.

— Интересно, Карел слишком меленький, чтобы знать, что такое фотография, тут наверняка не обошлось без твоего вмешательства, — лукаво посмотрела Китти на мужа.

— Фотографию сделал хозяин пони, на котором я катал сына, — Вацлав залез в карман своей куртки и достал оттуда фотографию, где он держит на руках спящего сына, и протянул жене.

— Вы только посмотрите на него, быть отцом тебе идёт, — улыбнулась Китти, и поцеловала мужа. Дети наелись мороженным и другими сладостями, которыми накормили их родители и кушать не просили. А вот Китти и Вацлав после столь долгой прогулки и поездки в зоопарк очень проголодались, и им повезло, что в холодильнике осталась еда со вчерашнего дня.

— Вепря будишь или сготовить, чего-нибудь на скорую руку? — спросила Китти у мужа.

— Я так голоден, что мог бы целого слона съесть, — играючи сказал Вацлав. Китти полезла в холодильник и достала от туда оставшуюся со вчерашнего дня нарезанную ломтиками свинину. Закуску к ней, кнёдлики и тушёную капусту, съели ещё вчера, а вот свининой наелись так, что пришлось оставить её на следующий день. Поздний ужин Китти разделила с мужем. После него Китти сказала мужу, что помоет посуду.

— Не утруждай себя, Иштар, иди спать, а я приберу за нами, — сказал Вацлав жене.

— Мне приятно, когда ты меня так называешь, можешь сказать ещё раз.

— Моя богиня Иштар, — произнёс Вацлав, повернувшись к жене, и улыбаясь беззаботной улыбкой.

— Закрой глаза, — прошептала Китти.

Вацлав послушно закрыл глаза. Китти подошла к нему вплотную, нежно обняла его и поцеловала в губы.

— Буду ждать тебя в кровати, — улыбнулась она и пошла в спальню. Прогулка по зоопарку так сильно уморила её, что она, не дождавшись прихода мужа, заснула. Вацлава тоже так уморило после поездки, что ему было не до нежностей, поэтому он сразу после того, как помыл посуду, переоделся в пижаму и уснул, прижавшись к жене.

Утром Китти проснулась не по будильнику, а по сигналу с карманного секретаря. Каждый раз когда на её карманный секретарь приходило какое-нибудь сообщение, он начинал трезвонить. Муж не раз предлагал ей поковыряться в её устройстве, чтобы сделать звук потише, так как это был совершенно новый карманный секретарь, в котором создатели не предусмотрели, функцию настройки громкости. Но зная своего мужа, Китти догадывалась, что если он залезет в него со всеми руками, то разберёт его на части, и ждать починки придётся неделю. Китти посмотрела на присланное ей сообщение: «Пани Коллер, меня зовут Пётр Новак, я профессор антропологии в Карловом университете. Недавно я прочитал перевод одной из Ваших книг, хочу с вами встретиться, вот мой телефон»

«Со мной? но ведь оригинал принадлежит моему отцу!» — удивилась Китти. Китти посмотрела на мужа, похоже сигнал от сообщения который пришёл на карманный секретарь, его не разбудил, и Вацлав спал как убитый. Переодевшись, Китти проверила детей, и убедившись, что они всё ещё спят и им ничего не нужно, она спустилась на кухню и стала готовить завтрак для семьи. Сегодня она решила приготовить Свичкову на сметане с кнёдликами, благо дома всегда находились продукты для приготовления чешских блюд, после чего она поднялась на второй этаж и пошла будить мужа и детей.

— Карел, Адела, просыпайтесь, пора завтракать, — стала стучаться в детские комнаты Китти. — Уже проснулись мам, а чем таким вкусным пахнет? — спросила Адела.

— Скоро узнаешь, а пока иди умываться, это и твоего брата касается, — окликнула Китти сына. Вацлав, несмотря на доносившийся с кухни запах говядины под особым соусом, продолжал спать. Тогда Китти подсела к нему на кровать и стала тормошить за плечо.

— Ваше величество пора просыпаться, — нежно прошептала Китти мужу на ухо.

—Ага, сейчас, — пробубнил сквозь сон Вацлав.

— Ну тогда дети и я съедим всю Свичкову на сметане, и тебе не оставим. Услышав название блюда, Вацлав зашевелился на кровати и протерев сонные глаза, стал вставать. — Так ты у нас покушать сытно любишь, — улыбнулась жена.

— Сама говорила, что нужно больше есть, а что сегодня за праздник такой, обычно ты её по праздникам готовишь? — Для меня каждый день с тобой как праздник, — улыбнулась Китти.

— Ну, тогда ясно, — вставая с кровати, сказал Вацлав.

За завтраком Китти рассказала мужу, что утром на её карманный секретарь пришло сообщение от некого Петра Новака, которому понравился перевод одной из книг Обида Мортона, и он захотел встретится с ней по этому поводу, и что он представился ей как профессор антропологии.

— Похоже наш книжный бизнес процветает, — улыбнулся Вацлав.

— Да процветает, но я не антрополог, чтобы говорить на такие темы, это дело моего отца, а отец, — вздохнула Китти, — сейчас в комплексе ГАРМ находится.

— А книга которую ты перевела, она по индейскому племени Абкани?

— Да, мой отец и вся моя семья посвятила себя исследованию этого племени.

— Милая, ты прекрасно справишься с этим, неужели близкий друг твоей семьи Джозеф Иденшоу ничего тебе не рассказывал? — поинтересовался Вацлав.

— Почему не рассказывал? Когда я жила на острове или же пересекалась с Иденшоу, он мне не раз рассказывал о себе.

— Ну, тогда у тебя проблем с этим не будет, и детка… я верю тебе, — положив свою руку на руку жены, сказал Вацлав. Вацлав как мог подбадривал свою жену, когда она в чём-то сомневалась, даже подбадривал, когда она в уехала в США и работала на Дэвида Шарифа. Немного подумав, Китти согласилась встретиться с паном Новаком, правда не на его территории, а на территории «Машины времени», как раз там полно переведённых и оцифрованных ею книг, да и работы, как оказалось, тоже полно. Позже на карманный секретарь пришло два сообщения от любителей старинных книг, которые заказали целых две коробки со старыми чешскими сказками, поэтому Китти попросила своего мужа подбросить её до «Машины времени». В первую очередь Китти открыла магазин, впустив в него двух сотрудников, после чего поднялась в кабинет директора, а уже потом связалась с паном Новаком.

— Алло.

— Алло, это пан Новак, я Катарина Коллер, я по поводу переведённых книг, — ответила Китти.

— Пани Коллер, очень приятно вас слышать, где хотите встретиться? У меня сейчас полно свободного времени. — У меня, к сожалению свободного времени нет, так что если вы не против, то встреча произойдёт на моей территории. В районе Прекажка есть старинный книжный магазин.

— «Машина времени», я знаю, но я думал, что он принадлежит Вацлаву Коллеру, вы его родственница? — полюбопытствовал пан Новак.

— Можно сказать и так, я его жена, а «Машина времени» — наш семейный бизнес.

— Ждите меня, я скоро подъеду к вам, — ответил пан Новак. Пока Китти ждала приезда пана Новака, она мысленно готовилась к разговору с ним и одновременно собирала заказ для любителей чешских сказок. Чтобы ускорить сборку книг, она попросила новую сотрудницу магазина Лучину помочь ей, и та согласилась.

— Не знала, что кому-то нравится наши сказки, — заметила Лучина.

— После восстановления Чешской республики многие стали больше любить свою литературу, чем западную.

— Чехия никогда не будет частью западного мира, пусть они к нам прислушиваются чем мы к ним, — улыбнулась Лучина.

— Это точно, я много знаю об этой стране, и мысли чехов не совпадают с мыслями запада, — подметила Китти. Китти хоть и была родом из Англии, которую принято считать частью запада, но никогда не принадлежала ему, как и её семья. Жизнь на Острове теней вдали от Англии и Соединённых штатов, которые сначала выкупили у англичан этот остров, а затем за копейки продали Ричарду Мортону, наложила своеобразный отпечаток на семью купивший этот остров. Ричард Мортон, как и его потомки, несмотря на косые взгляды в его сторону и упрёки, никогда не вёл никаких политических интриг и не участвовал в политических дебатах, наоборот, он занимался наукой и исследованием этого острова, пытаясь понять, что так напугало солдат, которые пытались обустроиться когда-то там. Пан Новак не заставил себя долго ждать, и как только он вошёл в магазин, второй продавец «Машины времени» пошёл к Китти, чтобы сообщить ей о приходе гостя.

— Я вижу, книжный бизнес вашего мужа процветает. Когда я первый раз видел этот магазин, он находился в плачевном состоянии, — заметил он.

— Спасибо, мы долго старались, чтобы после Панхеи привести его в более-менее порядочный вид, всё же это его наследие, — улыбнулась Китти и пригласила пана Новака в свой кабинет. В кабинете в основном шёл разговор о книгах, пан Новак, как оказалось, заинтересовался индейским племенем Абкани и решил побольше узнать о нём из уст Китти. — Обычно за этим обращаются к моему отцу, — приветливо сказала Китти.

— Он у Вас тоже антрополог?

— Ну, он единственный антрополог в моей семье, сама я только занимаюсь переводами и оцифровкой книг, но я жила какое-то время с последнем представителем племени Абкани, — подметила Китти. Пан Новак не стал расспрашивать Китти о её отце, похоже он так и не понял, что Китти дочь автора книги об Абканском племени, а вот когда она упомянула Джозефа Иденшоу, пан Новак удивился, узнав, что кто-то из этого племени дожил до наших дней. — Индейцы этого племени, хотя я не стала бы называть их индейцами, ведь они являются прародителями многих индейских племён проживавших и проживающих на территории современной Северной Америки, славятся своим долгожительством, однако старинный друг моей семьи переплюнул их всех, — начала Китти. После Китти поведала обо всём, что когда-то рассказал ей Иденшоу, и о том, что она узнала у своего отца.

— Вы так рассказываете об этом, пани Коллер, как будто посвятили этим исследованиям всю жизнь, — похвалил Пётр Китти. — Было время изучить всю историю племени нашего друга, — улыбнулась Китти.

— Я бы хотел приобрести ещё переводы про это замечательное племя, если у Вас есть такие книги, конечно. — Пока только один перевод, вам сделать копии или оцифровать её?

— Моим ученикам нравится читать обычные учебники, а не цифровые.

— Тогда сколько, скажите, и я выполню ваш заказ, — улыбнулась Китти.

Глава 50

Поскольку народ Чехии, а особенно учёные, начал проявлять интерес к книгам Обида Мортона, а больше никаких новых трудов отца Китти в «Машине времени» не оказалось, то Китти решила съездить на Остров теней, чтобы забрать некоторые книги из семейного поместья, а потом заняться их переводом. Вацлав тоже выказал желание лететь на остров вместе с женой. Когда он первый раз был на Острове теней, ему понравились дом и всё, что его окружает, а после того, как Китти навела там порядок, то теперь там можно гулять не опасаясь за свою жизнь.

— Вот и славненько, что я там немного прибралась, — слукавила Китти, — мне всё равно становится не по себе от этого острова.

— Я думал, что ты давно привыкла к острову, в конце концов ты Мортон. Кстати детей можно с собой брать или там ещё опасно? — поинтересовался муж.

— Дети уже большие, и думаю, что я смогу удержать их внутри поместья, все опасные зоны я огородила забором. Вацлав позвал Аделу и Карела, дети в это время находились каждый в своей комнате, и когда отец позвал их, чтобы спросить, хотят ли они «совершить прогулку» на Остров теней, они тут же прибежали.

— Быстро отреагировали, — потрепав обоих детей по головам, улыбнулся Вацлав.

— Адела, Карел, что скажете на то, чтобы покинуть Чехию и отправиться на неделю в Америку? — спросила Китти у детей.

— А куда мы поедем, мам? У меня собрание юных техников в детском саду, — поинтересовалась Адела, слегка заупрямившись.

— В наш семейный особняк, и не переживай так малышка, ты можешь любой механизм или даже любую шестерёнку забрать с собой, — вежливо ответила Китти.

— Что, правда любую?

— Да, но только не ржавую, — улыбнулся Вацлав.

— Тогда поеду, — согласилась Адела.

— А ты что скажешь? Мнение младших нам тоже важно, — обратилась Китти к сыну. Карел только головой кивнул. Он более-менее втянулся в кружок юного историка и почувствовал интерес к занятиям. Узнав про семейное поместье, мальчик обнаружил у себя желание исследовать его вдоль и поперёк.

— Что ж, раз все согласны, то послезавтра мы все вместе вылетаем на остров, а пока мне нужно закончить с делами в «Машине времени», — улыбнулась Китти.

Поскольку желающие купить старинные книги в кожаном и прочим переплёте вновь появились у дверей «Машины времени», то Китти практически не отрывалась от работы заместителя директора книжного магазина. Люди покупали и заказывали книги не только приходя в магазин, но и заказывали их по интернету. У Китти уже появился целый склад книг в коробках, возле отдела выдачи и доставки, одни забирали сразу после того, как Китти отписывалась и отзванивалась заказчикам, остальные говорили, что подъедут на следующей неделе.

— Фух, — выдохнула Китти, стирая пот со лба. В середине дня покупатели практически не приходили, и она решила передохнуть в кабинете директора. Каждый раз перед тем, как идти на работу отдельно от мужа, она брала с собой небольшой обед. Обычно это были кнёдлики с колбасками. Только Китти собралась перекусить, как с ней по АТС связалась Лючина и сказала, что к ней пришёл посетитель.

— Скажите ему, что я сейчас выйду, — ответила Китти, и закрыв коробку для ланча, пошла проверить кто к ней пришёл. Возле лестницы на второй этаж стоял… Вацлав, что приятно удивило Китти. Она никак не ожидала увидеть в магазине своего мужа после того, как он практически передал своей жене все дела связанные с магазином, он редко появлялся в нём.

— Вашек! какой приятный сюрприз, — улыбнулась Китти.

— У меня ни одного пациента сегодня, вот решил проведать тебя, судя по коробкам, скучать тебе не дают. Китти проводила мужа в кабинет директора, и когда они остались наедине друг с другом, она рассказала мужу про то, что сегодня нет отбоя от покупателей, так что всей семье хватит денег для того, чтобы нанять частный самолёт до Острова теней. На это Вацлав ответил, что у них и так достаточно денег, потому что пациенты платят хорошую сумму за то, чтобы им поставили новые аугментации.

— Кто бы мог подумать, что после всех передряг моя страна вновь встанет на ноги, — осматриваясь, сказал Вацлав. — А себя помнишь во время Панхеи? — улыбаясь, спросила Китти.

— И вовремя и после, если бы не ты, я не знаю, чтобы со мной стало, — признался Вацлав жене и обнял её. — Вашек, ты до сих пор не можешь прийти в себя после нашей встречи?

— Угу.

— Это не я изменила мир, он сам понял, что-то во что его втянул запад, это неправильно, Чехия изменилась благодаря тебе и Антону Соколову, — улыбнулась Китти.

— Знаешь, я и этот магазин как-то странно смотримся вместе, — вдруг сказал Вацлав.

— В каком смысле?

— Директор этого книжного магазина ауг, — улыбнулся Вацлав.

— А, в смысле «ауг продающий старинные книги»? Не думай об этом Вацлав, ты прекрасно вписываешься в атмосферу «Машины времени».

***

Два дня для Китти и её семьи прошли незаметно, за эти дни она не только продавала и переводила книги на работе, но и заказала новые, ещё она выплатила зарплату всем работникам магазина и уплатила все налоги, так как подошли установленные для этого сроки. В оставшееся время Китти собирала нужные для неё и её семьи вещи в дорогу, она решила что ни какие книги вывозить с Острова теней не будет, а пока её муж и дети будут заняты изучением острова, она спокойно засядет в кабинете своего дяди Алана, и будет работать над переводом, чтобы потом отвести его в Чехию. А Вацлав в свою очередь, отыскал частную авиакомпанию и поинтересовался, сколько будет стоить полёт в США. — Это зависит от того куда летим, — ответил диспетчер.

— На Остров теней.

— Боюсь я вынужден вам отказать, туда опасно летать.

— Мы вам хорошо заплатим за полёт, — пообещал Вацлав. Диспетчера не убедили и слова Вацлава о том, что он хорошо заплатит за полёт в Соединённые штаты.

— Что очередное суеверие? — спросила Китти у мужа, видя, как он вешает телефонную трубку.

— Сказали, что туда опасно лететь, — улыбаясь ответил Вацлав.

— Похоже страхи сильнее денег, а других частных самолётных компаний нет?

— Эта единственная в стране была, — вздохнул муж.

— Что ж, придётся позвонить отцу, наверняка у него остался тот пилот, который возил нас на остров, — развела руками Китти, и подойдя к видеофону связалась с отцом. Ей повезло, что Обид Мортон сейчас был в одном из отелей Швейцарии, в ГАРМ ему дали небольшой отпуск, и он наслаждался им. Поняв, что его дочери нужен самолёт до Острова теней, он с радостью дал телефон своего пилота.

— Спасибо пап, кстати ты не мечтаешь о возвращении на остров? Я привела его в порядок.

— Я знаю дочка, я летал туда, когда самому нужно было забрать кой-какие вещи, но Сьюзана не хочет туда возвращаться, — ответил Обид.

Поблагодарив отца за помощь, Китти позвонила личному пилоту отца, и представившись как Катарина Мортон, попросила пилота доставить её и её семью на Остров теней. Пилот согласился, сказав, что сейчас он в Англии, и что полёт до Чехии займёт один день, и спросил может ли Катарина подождать.

— Что ж, если нужно то подожду, — приветливо отозвалась Китти.

Глава 51

— Вот мы и на месте, — сказала Китти, когда самолёт совершил посадку возле Острова теней. Благодаря Китти посадка самолёта и высадка пассажиров обошлась без приключений. Когда Китти благоустраивала остров, она настоятельно упросила рабочих, чтобы они привели порядок не только береговую линию, ведущую в глубь острова, но и посадочное место для воздушного или речного транспорта. На этот раз семье повезло, на острове сейчас тёплая и солнечная погода, такое редко увидишь на Острове теней.

— Мы точно на месте? Не узнаю остров, — шутливо спросил Вацлав у жены. Китти только улыбнулась и, надев на спину рюкзак с вещами и взяв за руку детей, вышла из самолёта. Вацлав же взял с собой немного — пару рубашек, удобные ботинки и лёгкие штаны. Впрочем, Китти тоже много вещей с собой не взяла, только детские вещи и то, что необходимо было ей для переписки отцовских книг. Несмотря на солнечную погоду, Китти решила включить уличное освещение. Благодаря электрогенератору, изобретённому ещё Ричардом Мортоном, электричества хватало не только на уличное освещение, но и на то, чтобы осветить весь дом.

— Ого, надо отдать тебе должное, ты действительно полностью облагородила территорию вокруг поместья, — подметил Вацлав, осматриваясь по сторонам. Дорога до дома больше не была такая ухабистая, как раньше, входные ворота покрашены нержавеющей краской, а статуи русалок, стоящих по обе стороны от ворот, были покрашены и восстановлены. Китти достала из кармана своей куртки ключи от входных ворот и открыла их.

— Дети, проходите, только далеко не убегайте, — сказала Китти детям, пропуская их вперёд. Дети послушно прошли вперёд. Будущий историк Карел хотел было побегать по острову, но сестра тут же его одёрнула. Вацлав прошёл вслед за женой и детьми, он не мог налюбоваться красотой, наведённой на острове его женой. Он достал из кармана куртки свой смартфон и, включив камеру, начал всё снимать. Если раньше старые и потрёпанные ветром статуи, стоящие на острове, казались ему изваянием больной души, то теперь они приобрели человеческий вид, даже каменные изваяния лягушек на входной лестнице были вычищены и вымыты.

— Пришлось повозиться с ними, — улыбнулась Китти мужу.

— Я вижу, даже твоё поместье больше не кажется мне таким мрачным, — подмигнул Вацлав. Поднявшись вместе с семьёй ко входу в поместье, Китти открыла входные двери и пропустила всех вперёд. Двери открылись легко. Реставрируя семейное поместье, Китти хорошо смазала дверные петли, а на двери нанесла специальную краску. В доме кроме напольного покрытия и обоев ничего не изменилось, всё богатое убранство дома осталось на месте.

—Ух ты! — протянул Карел, осматриваясь по сторонам.

— Ну как тебе, сынок? — улыбнулся Вацлав сыну. — Теперь, пока родители будут заняты делом, ты можешь спокойно побегать по дому вместе со своей сестрой и изучить тут всё вдоль и поперёк.

— Только с лестницы не навернись, — предостерегла Китти сына.

— Что вы, я буду осторожен, — заверил Карел.

— А мне что делать? — развела руками Адела.

— У нас тут есть особое место, когда разгрузимся, возьму тебя с собой, — шепнул Вацлав дочери.

— Ну уж нет, никаких походов в крепость, всяких механизмов и в доме полно, — пригрозила Китти мужу и дочери. — Хочешь сказать, что крепость ты не отстроила заново, богиня моя?

— Эта крепость была на острове ещё до приезда моей семьи, так что там ничего восстановить не получится. — А если мне потребуются ещё чертежи? — поинтересовался Вацлав.

— Ты всё увёз в Прагу, а если тебе понадобится кое-какие механизмы, можешь сходить туда, но только один. Китти и Вацлав выбрали для совместной ночи ту же комнату, в которой они останавливались в прошлый раз, а детей распределили в ближайшие спальные комнаты, находящиеся буквально рядом с другой родительской спальней.

— Всё семейство Мортон-Коллер в сборе, наверное, этого и хотел главный основатель династии, — подметил Вацлав, осматривая отремонтированную комнату.

— Угу, только он даже и не думал, что у его потомков родится дочь и выйдет замуж за талантливого чешского инженера.

— Зато этот инженер прекрасно вписывается в атмосферу, — подмигнул жене Вацлав. Пока Вацлав знакомил детей с семейным поместьем жены, Китти достала всё необходимое для работы из рюкзака, и взяв в руки нужный ключ, пошла в кабинет своего деда Говарда. Скрытый механизм, открывающий кабинет, пришлось разобрать и перейти на обычный замок. У дома теперь новый хозяин, а точнее хозяйка, не такая таинственная и эксцентричная, как её предки. В кабинете Китти пришлось переделать давно обрушившийся потолок, заменив старые деревянные перекрытия на железобетонные. Китти осмотрела кабинет и выгрузила всё необходимое на стол, после чего стала искать в кабинете нужные ей книги. Вацлав решил повести детей в библиотеку. Тогда библиотека показалась ему огромной, но когда он во второй раз вошёл туда, то она была не больше, чем его книжный магазин.

— Вот это да, — воскликнула Адела, не зная, как подобрать нужные слова.

— Да, всю эту внушительную коллекцию собрал твой дед, а до него это сделал твой прадед, — улыбнулся Вацлав дочери.

— Пап, а почему мы тут раньше не были? — вдруг спросила Адела.

— Потому что тогда здесь было не безопасно, чтобы брать вас с собой, — пояснил отец. Карел тут же стал бегать по библиотечным этажам, заставляя побегать за ним и отца, который оставил ошарашенную библиотекой дочь на первом этаже, а сам пошёл за сыном. Книг тут было полно, но все эти книги были по антропологии и географии, и ни одной по механике и технике, но Вацлава это не особо беспокоило. Китти всё больше убеждала его в том, что он слишком много времени посвящает работе и так может перегореть. Вацлав очень любил свою жену, поэтому послушал её и перестал работать без отдыха.

— Пап, что это? — спросил Карел, указывая на странный механизм на перилах. Тогда, в первый раз, Вацлав не заметил этот механизм, и если бы сын его не спросил про него, то и сейчас бы не заметил.

— Надо у мамы спросить, — взяв сына на руки, Вацлав спустился вниз. Пока отец ходил вслед за сыном, Адела смогла осмотреть первый этаж библиотеки и покорно ждала, пока отец вместе с братом не спустится вниз. Дальше Коллер повёл детей в кабинет Алана — дяди Китти, но дети в один голос сообщили отцу, что они хотят есть.

— Хорошо, — согласился Вацлав, — сейчас отведу вас на кухню, и спрошу маму, что тут можно приготовить. — А мама с нами кушать не будет? — поинтересовался Карел.

— Мама занята, она сюда приехала по делу, — сказала Адела брату.

— Твоя сестра права, но пока ваша мама работает, за вами буду приглядывать я. Отведя детей на кухню, Вацлав, вспомнив, куда пошла Китти, по узенькому коридору направился к жене. В коридоре, ведущем к кабинету Говарда Мортона, тоже было всё восстановлено, включая и старинную мебель, которая была поедена жучком и полностью разрушена. Остановившись возле кабинета, Вацлав постучал в дверь.

— Да, да, — услышал он голос за дверью.

— Иштар, — ласково обратился Коллер к жене.

— А, Вашек, что стоишь, проходи, — оторвавшись от работы, сказала Китти.

— Милая, у нас есть что-нибудь поесть? А то дети проголодались.

— Да, я взяла с собой немного еды и питья, сейчас, — Китти уже собиралась вставать со стула, но Вацлав её затормозил, сказав, что сам всё приготовит, пусть жена скажет, где именно лежит еда.

— Ох, Лава, кажется, я с этой работой превращаюсь в тебя, так что мне самой нужно немного развеяться, — улыбнулась Китти.

Глава 52

Китти вышла из кабинета и вместе с мужем направилась на кухню. Еды с собой она взяла на несколько дней, словно чувствовала, что семья может на определённый срок задержаться на Острове Теней. Уговорив мужа сесть за стол и подождать вместе с детьми, она достала из холодильника продукты и приступила к приготовлению еды.

— Что ж, мои дорогие, поскольку бытовая техника тут очень старая, не ругайте меня за то, что еда получилась невкусной, — предупредила Китти семью.

— Ничего, мам, мы любим всё, что ты готовишь, — утешила маму Адела.

— И я привык, после «Куриной ножки» я полюбил кухни разных народов мира, — улыбнулся Вацлав и подмигнул жене.

— Не бойся, дорогой, китайскую еду я не буду готовить, — чуть смеясь, сказала Китти. Она решила пожарить четыре сочных стейка вместе с картошкой, а пока еда жарилась, она на закуску приготовила салат Цезарь, который семейство съело сразу же после того, как салат оказался на столе. После сытного обеда Китти решила немного отдохнуть от дел и повела детей знакомиться с богатым убранством поместья. Теперь, когда дом был приведён в порядок, Китти не беспокоилась о том, что пол под её и детей ногами может провалиться. На радость родителям, Адела и Карел вели себя хорошо, они шли, держа за руки маму, и не горели желанием бегать сломя голову по коридорам.

— И это всё твоё, мамочка? — спросил Карел у матери.

— Не только моё, но и ваше тоже, — приветливо улыбнулась Китти.

— Боюсь, нам здесь понадобится карта, — осматриваясь по сторонам, заявила Адела.

— Когда подрастёшь, то не потеряешься здесь. Знаешь, солнышко, когда мне было столько лет, сколько и тебе, для меня всё поместье и всё, что находится за его пределами, казалось одним большим королевством, — улыбнулась Китти. Экскурсию по дому Китти начала с кабинета её дяди Алана. Тут в основном находились книги, собранные с разных концов света, и никому не нужный оружейный шкаф. Китти оставила его только из-за того, что он представляет ценность, а так бы она его вынесла на помойку.

— Мам, эта стена не доделана, — заявил Карел, указывая на выделяющуюся стену.

— Вовсе нет, сынок, — сказал Вацлав, — просто тут раньше стоял проектор, и как раз под него сделали такую стену. — Это тот проектор, на который ты снимала наши семейные хроники? А где он сейчас? — спросила Адела.

— Спрятан в особом месте, — ответила Китти. Она знала, что у двух членов её семьи есть страсть к технике и к её разбору, и если бы она дала старинный прадедушкин проектор мужу или дочери, они бы его разобрали, так же как и подаренный дочери дрон. В семейном поместье Мортонов было больше спальных комнат, чем кабинетов для работы. Всего в доме было три кабинета: кабинет отца Китти, кабинет деда и кабинет дяди. После просмотра кабинета дяди Китти повела всю семью в кабинет отца.

— Вау, — не удержалась Адела, — тут как в музее.

— В этом я согласен с тобой, сестрёнка, — подметил Карел. Пока дети осматривали кабинет, Китти стала искать книги по истории племени Абкани, которые некогда писал её отец. В истории этого племени слишком много белых пятен, и для того, чтобы начать писать про него, нужно собрать достаточно информации.

— Ты правда превращаешься в меня или в кого-то из своих родственников, — заметил Вацлав.

— Просто пока мы здесь, нужно воспользоваться моментом и… нашла, — радостно сказала Китти, доставая старые записи отца.

— Тише, Иштар, остановись, — сказал Вацлав и буквально вырвал книгу из рук жены.

— Ты чего?

— А ты? Как только ты приезжаешь на этот остров, я тебя не узнаю. Мне кажется, что не ты изменила остров, а он тебя, — сказав это, Вацлав обнял своими аргументированными руками жену, плотно прижав её к своему телу. Жаркие объятия мужа вновь вернули Китти в реальность. Дети продолжали исследовать кабинет, не обращая внимание на родителей.

— Ты прав, Вашек, ты тот самый якорь, который не даёт мне сорваться с места, обещаю, что долго мы тут не задержимся. И я, кажется, понимаю, почему мой отец и мать так спешно покинули остров.

— Я знаю, чем можно занять Аделу, пока ты знакомишь сына с историей дома, — сказал Вацлав жене.

— Только будь осторожным, — предупредила Китти мужа.

Вацлав решил сходить в форт и принести оттуда некоторые механизмы, чтобы увлечь ими Аделу. Может быть, дочери удастся что-то из них сконструировать, заодно и проверит, какие познания приобрела Адела в кружке юных техников. Вацлав вышел из поместья и направился к старому форту. После того, как он вышел из дома, он осмотрел его со всех сторон. Китти подошла к делу основательно: внешне дом, как и остров, изменился, каменная кладка обрела совсем другой вид, с неё удалили всю грязь и лишайник, так же изменилась и терраса, по которой раньше он прогуливался со своей женой, когда они прилетели на остров после вручения Нобелевской премии. Опасные участки острова были огорожены высоким забором, старинные статуи были похожи на статуи, а не на изваяния сумасшедшего, и даже декоративный бассейн с потайным проходом был восстановлен. Единственное, что осталось неизменным, так это форт, он продолжал выделяться из общего ансамбля острова. Ворота были не закрыты на замок, поэтому Вацлав, поднажав, открыл их и прошёл внутрь форта. Он осторожно поднялся по каменным ступенькам и зашёл в лабораторию Джереми Мортона, и стал смотреть, что оттуда забрать. На него тут же нахлынули воспоминания о том, как он был восхищён этой лабораторией, когда Китти его отвела в неё. И если Китти чувствует чёрную ауру этого места, то он, наоборот, этого не ощущает. Все шестерёнки и детали тут были в ржавчине, и Вацлав побрезговал давать Аделе такие грязные механизмы. Но тут на глаза ему попалась коробка, стоящая под столом, Вацлав наклонился и достал её. В ней оказались чертежи и модели бионических протезов.

«Странно, раньше я этого не видел!» — удивился Вацлав, хотя он видел на старой видеозаписи, как Алан Мортон работал над ними. Взяв коробку, Вацлав направился к выходу. За пределами форта начинало темнеть, а вдали поблёскивали раскаты грома.

— Милый, ты в порядке? — спросила по инфолинку Китти.

— Да, я собираюсь идти в дом, — отозвался Вацлав. Китти сообщила мужу, что на остров надвигается грозовой фронт, поэтому Вацлаву лучше поспешить домой. Вацлав передал жене, что уже идёт к дому и что он видел, как потемнело. Только Вацлав вышел из лаборатории, как его чуть не сдуло сильным ветром, и он чуть не выронил найденную им коробку. Обхватив коробку, Вацлав начал спускаться со ступенек и пару раз чуть не оступился, ветер дул в спину, словно пытаясь прогнать его из форта и пригнать к поместью.

— Китти, открой, это я, — постучал Вацлав в дверь, как только дошёл до дома. Китти тут же открыла, и Вацлав буквально вбежал в дом.

— Ты как, в порядке? — спросила Китти у мужа.

— Я да, а вот с погодой не очень, — ответил муж, ставя коробку на пол.

— Сильный ветер тут редко бывает.

Вацлав сказал жене, что он нашёл в лаборатории Джереми Мортона коробку с разобранными бионическими протезами и их чертежами, вот и решил предложить их в качестве конструктора. Вацлав позвал Аделу, она в это время находилась у себя в комнате и читала взятую с книжной полки книгу. Услышав голос отца, девочка положила книгу на тумбочку и побежала к нему.

— Меня не было буквально полчаса, а ты успела соскучиться, — улыбаясь, сказал Вацлав и протянул дочери коробку. — Что это?

— Посмотри.

Адела аккуратно открыла коробку и стала осматривать находящиеся в ней запчасти и то, что могло быть бионическими протезами.

— Это похоже на аугментации.

—Знаешь, как с ними работать? Помнится, ты несколько раз просила меня перечитать тебе книги по нейротехнологиям.

— Да, — радостно кивнула Адела.

— Китти, — обратился Вацлав к жене, — ты не против, чтобы мы немного поработали в одном из кабинетов? — Конечно, нет, но где ты это откопал?

— Не поверишь, моя богиня, — улыбнулся Вацлав, — но все эти старые бионические аугментации я нашёл в форте, когда искал, чем занять дочь.

Вацлав и Адела ушли в кабинет Алана Мортона, Карел, обследовав вместе с мамой почти всё поместье, устал, и Китти отвела его поспать. Теперь Китти могла спокойно поработать над переводом папиной книги на чешский язык. Снова достав всё самое необходимое, она продолжила работу.

— Эх, — вздохнула она, — если б был жив Джозеф, он помог бы мне с книгами, а заодно и рассказал про своё легендарное племя.

Уже проработав над частью книги, она начала чувствовать угнетающее влияние острова. Хоть всё здание и большая часть земель вокруг поместья приведена в порядок, но это никак не изменило ауру дома. Китти сама не понимала, почему так происходит, и почему эту тяжёлую ауру ощущает только она. Чтобы не думать об этом, она ещё больше погрузилась в работу и закончила её ближе к вечеру.

— Тук-тук, можно? — услышала она голос мужа за дверью.

— Тебе всегда, входи, Вац, — улыбнулась Китти. Вацлав сказал жене, что Адела проголодалась, и поэтому он решил приготовить ей ужин, а заодно поесть сам, вот и пришёл к жене с вопросом, не хочет ли она есть.

— Уже вечер?

— Судя по часам, да, а так за окном непроглядная тьма.

— Думаю, на сегодня всё, — заключила Китти, закрывая книгу.

— Может, помочь чем? Я, конечно мало чего знаю о племени Абкани и не знаю их языка, но если постараюсь… — Нет, с книгой у меня всё хорошо, но если признаться, то я так привыкла к светлой и солнечной Праге, что атмосфера острова меня угнетает, — призналась Китти.

Глава 53

Перед тем как пойти спать, Китти и Вацлав проверили, как спится детям на новом месте, и вздохнули с облегчением, увидев, как мирно спят Адела и Карел. Исследовав почти всё поместье, Адела и Карел так устали, что спали без задних ног и даже не шелохнулись, когда родители заглянули к ним в комнаты. Устали все члены семьи, кроме Вацлава, обычно всю свою энергию он тратит на составление чертежей и создание новых аугментаций, поэтому ему не очень хотелось спать, и он осматривал спальню, которую избрала Китти. Комнату, как и весь дом, после ремонта невозможно было узнать: стены были окрашены в приятные постельные тона, паркет был полностью перестелен и не скрипел, а беседка сияла, как солнце, от того, что её внутреннее убранство Китти покрасила золотой краской.

— Прямо как в королевском дворце, — осматриваясь, сказал Вацлав.

— Честно признаться, с этой комнатой пришлось немного повозиться, — улыбаясь, ответила Китти.

— Слишком сложное строение?

— В каком смысле?

— Ну, убранство комнаты богатое, на некоторых стенах есть старинные фрески и гравюры, и восстанавливать их достаточно тяжело, — пояснил Вацлав.

— Вашек, да ты разбираешься в архитектуре! — удивилась Китти.

— Сложно не разбираться в культуре, когда живёшь в Праге, да и я читал книги про древнюю архитектуру.

— Да, ты прав. Дело в том, что изначальные чертежи комнаты были утеряны, и мне пришлось буквально по памяти говорить рабочим, как её реставрировать. Знаешь, Вац, — вдруг обратилась Китти к мужу.

— Да.

— Мне кажется, что эта единственная светлая комната во всём доме.

— Китти, моя богиня, ты просто слегка переутомилась, вот тебе и кажется всё мрачным.

— Скажи это ещё раз, — игриво улыбнулась Китти.

— Ты переутомилась.

— Нет, до этого.

— Моя богиня.- Китти села на кровать и, схватив за мужа за правую руку, потянула его на себя. Вацлав не сопротивлялся, когда ещё ему выдастся шанс остаться с женой наедине, поэтому, когда Китти потянула его на себя, он буквально упал на кровать, а точнее упал прямо на грудь жены, если бы во время не опёрся на руки, и перевернулся на спину. Ночью оба супруга так и не уснули, Китти практически пол ночи лежала на спине, заломив руки за голову, а Вацлав не найдя куда выплеснуть остатки энергии, постоянно крутился на своей стороне.

"Кто бы мог подумать, что раньше мне приходилось буквально тащить тебя до кровати, так как ты засыпал прямо за рабочим столом, а теперь.." — думала Китти, смотря на мужа, который пытается уснуть. Китти пододвинулась поближе к мужу и обхватила его талию двумя руками. Вацлав улыбнулся, и повернувшись лицом к жене, уткнулся носом ей в грудь. Было видно, что ему это нравится. Китти приняла более удобную позу, чтобы Вацлаву было удобно спать на её груди, и, проведя свободной рукой по шёлковым волосам мужа, уснула. Знали бы историки, которые составляли биографию семьи Мортон, что и у Мортонов есть не минута для счастья, а целые дни, и, возможно, на старом портрете семейной пары, держащейся за руки, запечатлены такие дни.

Утром Китти проснулась одна, Вацлава рядом не было, но, по голосам внизу, Китти поняла, что её муж и дети давно проснулись, и сейчас завтракают. Китти потянулась, и стала вставать. Одевшись и умывшись, она спустилась на кухню, где Вацлав готовил завтрак.

— Доброе утро, — улыбнулся Вацлав, видя входящую в кухню жену.

— И вам тоже, что сегодня так рано встали?

— Дети разбудили, представляешь, они ни свет, ни заря вбежали в нашу комнату и сказали, что хотят завтракать. — Я не заметила, — виновато призналась Китти.

— Ничего страшного, Иштар, я и сам собирался вставать, честно признаться, солнце утром здесь светит очень ярко. Сегодня Китти не хотелось заниматься переводом книги на чешский язык, поэтому она предложила мужу и детям прогуляться по острову.

— А это не опасно, а то, наш сорванец..? — кивнул Вацлав в сторону сына.

— Будет безопасно, если он будет сидеть у тебя на плечах, а Адела достаточно взрослая и понимает значение слов "нельзя" и "не бегать", — ответила Китти.

— Ну, сынок, хочешь продолжить исследование острова? — обратился Вацлав к сыну.

— Да, пап. — В таком случае, после завтрака все вместе будем продолжать исследовать остров дальше, вот только.. — нахмурил брови Вацлав.

— Не бегать, я понял, — сказал Карел.

— Это хорошо, что ты понял, но папа имеет ввиду, что посадит тебя на плечи, — пояснила Китти сыну.

Пока Вацлав мыл после завтрака посуду, Китти стала собирать детей на прогулку, солнечное и тёплое утро на Острове теней продержалось недолго, после того, как солнце закрыли густые облака, поднялся ветер и похолодало, поэтому Китти переодела детей в тёплую одежду и стала ждать, когда муж домоет посуду и присоединится к ним.

— Куда мы пойдём, мамочка? — поинтересовалась Адела.

— Для начала погуляем по саду, а потом если будите слушаться, то я покажу Вам вид с острова на океан.

— Мы будем слушаться, пожалуйста, покажи океан, — сказал Карел.

— Карел, там, куда нас поведут, не так безопасно, поэтому если ты ослушаешься, то можешь пострадать, — сказала Адела брату. Карел слегка ужаснулся, он не был готов к таким событиям.

— Ади, — одёрнула Китти дочь.

— Я всего лишь предупредила брата, — виновато пожала плечами Адела.

— Ты его напугала, можно было бы сказать более мягко, теперь он запротестует и откажется идти с нами, а оставить одного дома я не могу, а то он потеряться там может.

— Вовсе нет, я не напуган, — сказал Карел сестре.

— Что за споры с утра пораньше, а? — спросил Вацлав, подходя к жене и детям.

— Адела выросла раньше времени, теперь пытается учить брата.

— Понятно, я в детстве был таким же, не будь я аугом, меня бы втянули в драку, улыбнулся Вацлав, одевая тёплую куртку и сажая на свои плечи сына.

Выйдя из дома, семейство Коллер сначала направилось в крытый сад, который располагался на задней стороне дома, Китти объяснила семье, что, как ни странно, эта часть ансамбля не пострадала, и рабочие просто отшлифовали заново ограду, чтобы убрать с неё грязь и вернуть прежний вид.

— И даже плитка не пострадала, — заметил Вацлав.

— Тут пришлось поменять только пару кирпичиков.

— Да ты у нас бизнес леди, — подметил муж.

— Вовсе нет, аугментированные рабочие поняли всё с первых слов, и указывать им мне не пришлось.

— Мам, а что это? — спросила Адела, указывая на стеклянное сооружение.

— Это оранжерея, там раньше выращивали фрукты и овощи, теперь она закрыта.

Раньше в оранжерее работал Джозеф Иденшоу, и, когда Китти, или кого-то из её семьи долго не было на острове, то он следил не только за островом, но и за оранжереей, теперь когда его нет, она пустует.

— А почему сейчас не выращивают? — спросил Карел.

— Потому что некому, — ответила за маму Адела. Китти решила показать детям и оранжерею тоже, поэтому всю семью туда. Так как чужаков на острове не было, оранжерея не была закрыта на ключ, и дети смогли спокойно её исследовать.

— Мам, а это что? — спросила Адела, указывая на странный аппарат стоящий в углу.

— Это- радиостанция, с её помощью можно связываться с большой землёй, то бишь с материком.

— Пока твоя мама была на острове, она связывалась с нами через неё.

— Пока твой отец не изобрёл инфолинк для меня, — пошутила Китти. Адела подошла к радиостанции и стала её изучать, остальные члены семьи только умилялись, смотря так их дочь изучает её. Здесь за Аделу можно было быть спокойным, эта радиостанция собрана так, что её с первого захода не разберёшь на части, да и со второго тоже. После оранжереи всё семейство направилось к противоположной стороне острова, в том числе и к тому месту, где до сих пор покоятся останки корабля "Десерто". Китти так и не набралась сил вытащить его из болот, только камень вытащила. Все опасные участки, в том числе и болота, были огорожены решёткой, а дороги, по которым шла Китти со своей семьёй, были мощены специальной плиткой с анти эрозийным покрытием. По обе стороны забора можно было увидеть не только небольшие возвышенности с редкими деревьями, но и пещеры в скалах, и естественно детям хотелось исследовать каждый уголок острова, но они помня наказ матери, пересилили себя, и изучали остров с безопасной стороны ограды.

Глава 54

— Мам, пап, что это? — хором спросили Адела и Карел, указывая ручками на странный силуэт, возвышающийся над болотами. Вацлаву тоже стало интересно, что это за странный силуэт, который выделяется на фоне болот и прилегающих к ним скал.

— Это-то, мои дорогие, что искал мой дед Говард, и то, чей макет стоит в его кабинете — корабль основателя династии Мортон — "Десерто".

— Мам, а можно на него взглянуть? — спросил Карел.

— Нет, братик, это может быть слишком опасно для тебя, забор тут не так просто стоит, — одёрнула брата Адела. — Так значит, корабль всё это время находился на острове, —произнёс Вацлав, не отрывая взгляда от силуэта.

— Точнее, это то, что от него осталось, носовая часть, — сказала Китти, и тут же добавила, — ладно, на корабль мы успеем ещё посмотреть, мы же хотели посмотреть на форт и прилегающие к нему окрестности, дорога ведущая к нему теперь безопасна.

Вацлаву оставалось только удивляться тому, как изменился Остров теней после того, как над ним поработала его жена с командой аугментированных рабочих. Если раньше для того, чтобы пройти к форту, нужно было спрыгнуть с небольшого обрыва, то теперь на этом месте находится лестница, по которой легко можно спустится вниз, да и дорога, ведущая к старому форту теперь одна.

— Вижу, ты удивлён, — протянула Китти, смотря на то, как Вацлав осматривается по сторонам.

— Приятно удивлён, теперь на этом острове можно жить, — улыбнулся Вацлав. — Мам, а что это за тёмное пятно? — вдруг спросила Адела.

— Это фамильное кладбище, там похоронены все твои дедушки и прадедушки, но туда мы не будем заходить. Пройдя ещё пару миль, всё семейство Коллер вышло к воротам старого форта. Форт оставался единственным нетронутым местом на острове, с одного взгляда на который у человека, не знакомого с его историей, возникли бы мурашки по всему телу. Единственным изменением здесь был дверной замок. Китти сменила старый проржавевший замок на новый.

— Интересно, эта индейская статуя до сих пор возвышается над островом? — задумчиво произнёс Вацлав, достав из кармана своих штанов смартфон, и став снимать форт и всё во круг него.

— Всё, что осталось на острове от индейского племени Абкани, я оставила, — сказала Китти.

— Мам, а можно мне на эту статую взглянуть? — спросил Карел у Китти.

— На эту нет, но я могу показать тебе кое-что другое, — ответила Китти и потрепала сына по голове. Возвращаясь обратно в поместье, Китти, взяв сына на руки, свернула с тропы, и пошла в то место, где располагался круг из камней со старыми индейскими письменами. Вацлав вместе с дочерью последовали за Китти и Карелом. Адела тоже заинтересовалась этим кругом, и стала осматривать одну стелу за другой. На каменных стелах были нанесены изображения священных для племени Абкани животных, а также высечены какие-то символы.

— Вау, — только и выговорила Адела, — индейский Стоунхендж.

— Почти, — улыбнулась Китти, — ладно, посмотрели, пора возвращаться домой, а то уже начинает темнеть.

— В кабинете твоего отца, я видел картину с изображением этих камней, похоже, твой отец был сильно ими заинтересован, — задумчиво произнёс Вацлав.

— Это место, куда ходил медитировать Джозеф Иденшоу, я помню, когда ещё жила на острове, папа пытался расспросить Иденшоу про эти стелы, но Иденшоу только обещал рассказать отцу о них, так и не рассказал. Погуляв немного по острову, всё семейство Коллер вернулось обратно в поместье. Дети после прогулки проголодались, поэтому Китти, после того , как переоделась в домашнюю одежду, велела детям пойти вымыть руки, а сама пошла на кухню готовить еду. Вацлаву есть не хотелось, и он решил ещё раз обойти всё поместье, заглядывая не только в комнаты но и на чердак.

— Милый, смотри, не навернись с лестницы, — окликнула Китти мужа.

— Не волнуйся, со мной всё будет хорошо, я и так осторожен.

— Знаю я вас, пан Коллер, — съязвила Китти. Смотря в окно на лестнице, ведущей на второй этаж, можно было увидеть часть форта, а так же близлежащий к нему лес. Вацлав сел на каменный подоконник, и вновь, достав свой телефон, решил сфотографировать вид из окна, но так как сквозь закрытое окно сделать хорошее фото не получится, он решил открыть его. Положив телефон на подоконник Вацлав поднёс встроенную в его правый протез отвёртку, и попытался подцепить ей оконную щеколду, но та не поддалась.

"Китти бы не мешало смазать петли и щеколды маслом", — подумал Вацлав, и попытался ещё раз подцепить щеколду, она поддалась только с пятой попытки, когда любопытство взяло верх над разумом, и Вацлав рванул оконную ручку на себя. Влетевший на лестничную клетку ветер, чуть не сбил Вацлава с ног, и он пожалел о том, что сделал. Ветер дул с такой силой, что мешал Вацлаву не только сделать хорошую фотографию, но и закрыть окно. Как будто какое-то чудовище решило проникнуть в поместье со стороны открытого окна.

—Бр, — встряхнул головой Вацлав, защёлкивая оконную щеколду. Оставив затею с фотографиями, Коллер старший продолжил осмотр дома, а когда закончил его, вернулся на первый этаж к жене и детям. Китти вместе с детьми сидела за кухонным столом и кушала.

— Боже, милый, что с тобой? — глядя на растрёпанные волосы мужа, спросила Китти.

— Я решил сфотографировать форт со стороны лестницы, и... Китти всё поняла, но осуждать столь глупый поступок мужа не стало, она прекрасно знала про эксцентричность и некоторые странности Вацлава, а также про его тягу к приключениям. Поэтому она подошла к чайнику с только что заваренным чаем, и налив в чашку чай, протянула его мужу.

— Вот, выпей, а то ещё простудишься, — улыбнулась она, протягивая Вацлаву чашку с чаем. После обеда Вацлав повёл детей в библиотеку, а Китти, помыв посуду, вернулась к своей работе над книгой по истории племени Абкани. Теперь, когда она частично изучила каменные стелы с символикой этого племени, над книгой стало работать гораздо легче, и уже к вечеру она полностью закончила работу, так получился почти целый фолиант, описывающий всю историю племени Абкани, кое-что Китти добавила и от себя.

— Ну, вот и всё, переводить с английского языка на чешский довольно утомительно, попрошу двойную плату за свою работу, — символично вытирая пот со лба, сказала себе Китти. Взяв со стола книги, Китти понесла их обратно в библиотеку, которую вовсю изучали Вацлав и дети.

— Поздравляю с успешным завершением перевода, — улыбаясь сказал Вацлав.

— Спасибо, я так и не заметила, что написала целый фолиант.

— Ну вот, а ты боялась.

— Нужно было немного развеется, а то так голова становится тяжёлой и...

— Апчхи, — не вольно чихнул Вацлав, закрывая рот своими аугментированными руками.

— Будь здоров, — хором ответили Китти и дети.

— Благодарю.

— Что теперь делать будем? — спросил Вацлав жену.

— Ну, поскольку работа закончена, я сейчас свяжусь с папиным пилотом, и попрошу, чтобы нас отвезли обратно в Чехию, — улыбаясь ответила Китти.

Китти попробовала связаться с пилотом по инфолинку, но на острове инфолинк не работал, или работал только с перебоями. Поэтому, оставив мужа и детей дома, она вышла из дома, и пошла в оранжерею, где находится старая радиостанция, по ней она связалась с пилотом отца и сообщила ему, что она и её семья готовы вернуться обратно в Чешскую республику.

— Прошу прощения, миссис Коллер, но завтра я вас не могу завтра забрать, так как ваш отец попросил отвезти его из Швейцарии обратно в Англию.

— А послезавтра?

—Свободен.

— Тогда давайте послезавтра, — согласилась Китти.

Глава 55

Китти вернулась к мужу и сказала ему, что вылететь с острова завтра не получится, так как пилот в это время перевозит её отца из Швейцарии в Англию.

— Похоже, Обид Мортон решил завязать с ГАРМ и вернуться обратно в научное сообщество Лондона, — пошутил Вацлав.

— Или же ему дали отпуск, — подметила Китти. — Что ж, когда вернёмся домой, я свяжусь с папой и спрошу как у него дела.

Дети четы Коллер спокойно спали в своих кроватках, что без сомнений радовало родителей. Проверив детей, Китти и Вацлав выключили в доме свет и пошли спать в свою комнату, расположенную в левом крыле поместья. Слабый свет луны, пробившийся сквозь облака, освещал не только тёмные коридоры, но и всю спальню супругов Коллер. Окна спальни выходили на ту часть острова, где были болота, и возвышающийся над ними нос корабля «Десерто».

— Ух, — занавешивая окно, выдохнула Китти, — этот корабль выглядит зловеще.

— Всё нормально? — прижимаясь к жене, спросил Вацлав.

— Да, давай ложиться, — соврала Китти. Вацлаву на сегодня хватило приключений, и он спал как убитый. Китти не раз замечала эту особенность её мужа: когда он наработается за день, то, ложась в кровать, сразу засыпает и практически не двигается. Так и сегодня, Вацлав лёг в кровать и тут же уснул. Китти, в отличие от мужа, не смогла уснуть, всё крутилась на своей половине кровати, да так, что ненароком разбудила супруга.

— Что? Уснуть не можешь? — сонным голосом спросил муж.

— Угу.

— Ну, я же вижу, что с тобой что-то не так с того момента, как мы вновь ступили на этот остров, — садясь на кровати, сказал Вацлав.

— Тут слишком тяжёлая аура, как я ни пыталась внести краски в жизнь острова, у меня ничего не вышло. — Как ни пыталась Китти скрыть свои волнения и страхи, у неё ничего не выходило, она прекрасно помнила о страшной находке, которая покоилась в болотах Острова Теней, когда Китти решила поднять корабль её великого предка.

— Может всё же расскажешь, что тебя беспокоит? Помнишь, мы обещали друг другу делиться своими переживаниями? — глядя на жену, спросил Вацлав. Китти глубоко вдохнула и рассказала мужу про старинный сундук, который был прикован к носу корабля «Десерто», в том числе и про изображения абсканских богов, нанесённые на поверхность сундука её прадедом Джереми Мортоном, а также про надписи о жертвоприношении в нём.

— Да, — признался Вацлав, — этот остров преподносит сюрпризы.

— Не то слово, не надо было мне доставать корабль из болот, — призналась Китти мужу.

— Я не верю в существование потусторонних сил, всему есть своё объяснение, — сказал Вацлав. Что бы как-то развеять тревоги и страхи жены, Вацлав предложил ей прогуляться перед сном вокруг дома, Китти согласилась, иногда просто нужно подышать свежим воздухом и после все тревоги как рукой сняло. Чтобы не включать свет во всём доме и не будить детей, Китти достала из ящика старинного комода спички и зажгла стоящие на нём свечи, после чего, одевшись потеплее, вместе с мужем вышла из комнаты и направилась к выходу.

— Тебе бы куртку сверху накинуть, а то ночью тут холодно, — сказала Китти мужу.

— Ничего, я закалённый в этом пла… апчхи, — вновь чихнул Вацлав.

— Ага, закалённый, лучше одень.

— Как скажешь, — согласился Вацлав, надевая свою куртку. Не успели супруги выйти из дома, как Вацлав попросил жену показать старинную часовню, которая находится в глубине острова.

— Вряд ли у нас получится туда попасть, дорогу к ней я не проложила, да и вряд ли тут есть то, что может заинтересовать тебя. Ну, так и быть. — Взяв мужа за руку, Китти повела его к заброшенной часовне. Хоть её и не реставрировали, она как ни странно сохранила свой первоначальный облик, но слегка и обросла мхом. Замок на воротах так поржавел, что как только Вацлав попытался его снять, цепь тут же распалась на звенья.

— Думаю, тут нужен новый замок, — констатировал Вацлав, открывая дверь часовни. Дверь поддалась со второго раза, как только Вацлав потянул её на себя, она со скрипом открылась. Изнутри часовня походила скорее всего на склеп, чем на часовню, единственное окно в ней было забито досками, а внутри была кромешная тьма. Впрочем, эта тьма не остановила Вацлава от дальнейшего изучения, он зажёг встроенный в правый протез руки паяльную лампу. — Хорошо, что я ауг, — улыбнулся Вацлав жене.

— Да, любимый ауг, — потрепала Китти мужа за волосы. Нащупав на стене рычаг, Вацлав потянул за него. Тут же в глубине часовни, что-то затрещало и зажёгся свет.

«Удивительно, этим лампам лет сто, а они ещё работают», — подумала Китти. На старом полуразрушенном алтаре стояли никем не тронутые огарки свечей, судя по тому, что на них накопилась вековая пыль, сюда лет сто никто не заглядывал.

— Смотри, что это? — спросил Вацлав, указывая головой в сторону странных символов, находящихся прямо напротив входа в часовню.

— Похоже на сатанинские символы, — присмотревшись, заявила Китти.

— Некоторые из них я знаю, вот этот перечёркнутый круг — символ лекарей, пентаграммами, да будет тебе известно, раньше очерчивали дома, чтобы защитить их.

— Я знаю, а ещё пентаграмма –это символ человека, а перевёрнутая — святого духа, это было ещё задолго до Иллюминатов и тех, кто превратил символы истины и изначальной веры в символы сатаны, — сказала Китти.

— Именно поэтому я не верю в Бога, а верю в науку, которую ещё никто не передал под собственные нужды, — улыбнулся Вацлав. Мужчина присмотрелся к символам и заметил, что некоторые из них затёрты.

— Что-то нашёл? — Спросила Китти.

— Думаю, да, — Вацлав нажал на затёртые символы, и слегка вздрогнул, услышав треск. Алтарь, находящийся в центре часовни, отодвинулся, открывая подземный проход.

— Спокойно, красавчик, ты открыл подземный проход, — вновь потрепала Китти волосы мужа.

— Ещё один? Я видел проход, ведущий из бассейна на террасе в дом и из дома в порт, а этот куда ведёт? — удивился Вацлав.

— Не знаю, там темно, — нуверенно ответила Китти.

— Я спущусь и проверю.

—Эй!

— Я буду осторожен, обещаю. С этими словами Вацлав спрыгнул вниз, и освещая своей паяльной лампой тайный проход, стал осматриваться. Тут не было выключателя, чтобы зажечь свет, но как ни странно проход и тоннель, в котором оказался Вацлав, едва освещался лампами.

— Что там? — окрикнула Китти мужа.

— Тут тоннель, и как ни странно он освещён.

Любопытство взяло верх и над Китти тоже, и она прыгнула вслед за мужем в тоннель.

— Твой предок любил строить потайные проходы. Удивительно, как эти лампы до сих пор горят, — заметил Вацлав. — Скорее всего они подключены к генератору, а свет настолько слабый, что электричества от молний, которые заряжают его, не иссякает. Я сомневаюсь, что этот проход построил Ричард Мортон, этим стенам примерно столько же лет сколько и острову. Скорее всего часовню построили для того, чтобы скрыть его.

— Я тоже так подумал, ну что, пойдём дальше или вернёмся обратно в дом? — спросил Вацлав.

— Мы ещё успеем вернуться и, скорее всего, без детей, тогда будет больше времени для исследований, — ответила Китти.

— Согласен. Давай вылезать отсюда.

Глава 56

Новость о том, что у Вацлава нашлись родственники в Словакии, стала для него неожиданностью. Конечно же родители говорили ему, что у его деда Дворжака Коллера есть родня в соседней республике, но Вацлав не знал, живы они или нет. Его дедушка умер от того, что не смог пережить разделение некогда большой страны на два отдельных государства. Сам Дворжак был родом из Словакии, в молодости женился на чешке и переехал жить в Прагу, когда Чехия и Словакия начали свой «бархатный развод», и Дворжаку Коллеру предложили вернуться обратно в Кошице. Он отказался, заявив, что для него существует только одна страна, а не две, и столицей этой страны является Прага. С момента смерти Дворжака Словакия стала запретной темой в семье Вацлава, и он прекрасно это понимал. Теперь пришло время воссоединения Чехии и Словакии, и многие из чехов, чьи родственники остались в Словакии, ждали этого момента. Прошло два дня с того момента, когда Вацлав вместе с семьёй вернулся с Острова Теней обратно в Прагу. После того как семейство прибыло обратно в Чехию, каждый из них занялся своим делом. Китти вернулась в «Машину времени», дети — в детский сад, а Вацлав — в клинику «Протез». Как оказалось во время отсутствия в Праге у него появились новые пациенты. Так что скучать Вацлаву не пришлось, только ближе к обеду вся клиентура рассосалась, и Вацлав достал из своего ланч-бокса приготовленную женой еду, собрался пообедать, но тут у него зазвонил смартфон. На экране высветилось слово «папа».

— Да, пап, слушаю, — сказал Вацлав в трубку.

— Привет, сынок, как дела? — спросил Лукаш Коллер.

— Вчера и сегодня от пациентов отбоя нет, а как у тебя? Всё хорошо?

— Ну как сказать? — после этой фразы, у Вацлава ёкнуло сердце, он уже успел выдумать, что что-то случилось с его родителями. Или с одним из них. — Ты же знаешь, что твой дед был словаком и у тебя есть родственники в этой стране?

— Я слышал про его родню, но не знаю, живы они или нет, столько лет прошло.

— Поскольку наши страны готовятся к воссоединению, то к нам в гости решила приехать часть нашей словацкой родни, — заявил Лукаш Коллер. Вацлав не знал как на это реагировать, вроде бы надо радоваться тому, что у него появилась родня, пусть и двоюродная, но родня. С другой стороны Словакия была огромной занозой для всего славянского сообщества, в том числе и для Чехии. Начиная с Великой Отечественной Войны, когда словаки предали чехов, добровольно присоединившись к немцам, сдав им Чехию. Всё для того, чтобы немцы обошли стороной их фермы и поля, так же благополучно обошёл Инцидент Панхеи. Хотя, зачем фермерам и скотоводам аугментации, когда у них до сих пор есть немецкие танки.

— Это неожиданно, — только и протянул Вацлав в ответ.

— Я сам не знаю, радоваться ли мне или нет, сынок, в любом случае твоя двоюродная тётя Грета Мирославовна вместе со своей дочкой Марией желают с тобой познакомиться. Они приедут на этих выходных, — сообщил Лукаш.

— Спасибо, что сообщил, отец. У нас дома есть гостевая комната… Я скажу жене и…

— Зачем же напрягать твою красавицу жену, сынок, я и твоя мама их примем в своё доме, — откашлявшись, заявил Лукаш.

— Пап, ты уверен, что они захотят жить в городе? Не испугаются шума машин и рабочих за окном?

— Вацлав, Словакия давно не страна фермеров и Кошице давно не деревня. Хотя…

— Вам помочь приготовить дом к приезду родни? — отец стал открещиваться от помощи сына, сказав, что всё сделает сам, а Вацлаву надо больше уделять время своей семье. Вацлав настоял на том, что приедет к родителям домой и поможет им подготовить квартиру к приезду родственников из Словакии.

— Тебя не переубедишь, сынок. Ладно. Приезжай, когда будешь свободен, — согласился отец.

После разговора с отцом Вацлав проверил свой график, чтобы убедится в том, что он не запланировал на ближайший день смену, установку новых протезов и аугментаций своим пациентам. В рабочем календаре была подчёркнута только одна дата, на эту дату Вацлав планировал заказать сыворотки Соколова для аугментированных пациентов. Встав из-за стола, Вацлав подошёл к закрытым контейнерам с сывороткой Соколова. Аккуратно открыв их, Вацлав пересчитал все ампулы.

— На две недели хватит, — сказал себе Вацлав.

***

Китти сегодня немного задержалась на работе. Она позвонила профессору Карлова и сообщила ему, что перевод книг её отца готов, и она готова встретится с ним, чтобы передать рукопись.

— Так быстро! — приятно удивился профессор.

— Я в работах отца ориентируюсь, как рыба в воде.

— Хорошо, сегодня вечером я подъеду к вашему магазину, пани Коллер, — согласился профессор. Дожидаясь заказчика Китти позвонила своему мужу и попросила его забрать детей из детского сада, так как она задерживается на работе. — Похоже, тому профессору не терпится забрать перевод книг твоего отца, — подметил Вацдав.

— Похоже на то, он даже двойной гонорар решил мне выплатить, а как у тебя? — поинтересовалась Китти у мужа. — Ты не поверишь, но только что мне позвонил мой отец…

— И? — Сообщил мне новость, что в выходные к нам приедет моя двоюродная тётя Грета с дочерью Марией из Словакии, — выпалил Вацлав.

— Не знала, что у тебя есть двоюродная родня.

— Просто эта родня любимая мозоль моей семьи… Как и Словакия.

— Я могу приготовить для них комнату, всё равно наша гостевая пустует, — предложила Китти.

— Их примут мои родители, так что на днях я должен поехать к ним и помочь подготовить квартиру к приезду родни.

— Может, всё же у нас примем? — поинтересовалась Китти, — не стоит утруждать твоих родных, тем более что выходные им редко даются, а вот Адела и Карел будут рады познакомиться с… – Китти задумалась, кем приходится Мария её детям.

— Ты как всегда права, Иштар, я как-то не подумал, эта новость словно снег на голову, — признался Вацлав. Профессор, который запросил перевод книг отца Китти, хорошо заплатил ей, а на эти деньги Китти решила подготовить дом к приезду двоюродной родни мужа. В гостевой комнате достаточно места для того, чтобы в ней поместилось два человека. Если бы у двоюродной тёти Вацлава был сын, то мальчика можно было поместить в комнате Карела. Дом для семьи Вацлав выбирал на совесть, планируя, что у него и Китти будет много детей, даже детскую площадку построил на заднем дворе.

— Вац, как ты думаешь, стоит ли снимать со стены чешский флаг, уж не обидит ли он твоих родственников? — обратилась Китти к мужу.

— Флаг только в нашей комнате висит. Это наше личное пространство, просто закрой комнату и всё. Вацлав был обеспокоен тем, что его рафинированная словацкая родня строит за едой дебаты на тему: кто первый, чех или словак изобрёл кнёдлики и свичкову на сметане, чьи изобретения любимы обеими странами или напиток Кофола*. Хотя и так понятно, что её изготавливает компания Coca-cola, которая является международной, а в Чехии региональной.

— Не переживай, я знаю, как решить любые споры, — стала успокаивать Китти мужа, заметив, как он напрягся. — Надеюсь, ты им угрожать не будешь, а то и так говорят, что чехи слишком чопорные, — хихикнул Вацлав.

— Да? Я думала, что это про британцев говорят, — хихикнула Китти.

________

* газированный безалкогольный напиток, который выпускался в Чехословакии с 1959 года изначально как альтернатива недоступным западным Кока-коле и Пепси. В настоящее время производится одноимённой компанией на заводах в Чехии и Словакии.

Глава 57

Вацлав вместе с женой и детьми стали подготавливать дом к приезду родственников из Словакии. Глава семейства немного нервничал и Китти прекрасно понимала причину волнений её мужа. Тема дальних родственников не единожды затрагивалась при семейном разговоре, и не раз он заходил в тупик. Вацлав знал, что у его деда была большая родня, но эта тема для него всегда была болезненной, особенно раздел Чехословакии, которую обе стороны назвали «Бархатным разводом». Все-таки развод — это не очень приятное дело, значит, между двумя странами накопилось много претензий друг к другу. Что касаемо дальней родни Китти, то она не могла сказать точно, есть ли она или нет. Знала только то, что у основателя династии Мортон был младший брат Роберт и всё.

— Надеюсь, тёте Грете и её дочери понравится наш дом, — закончив приготовления, заключил Вацлав. Китти подошла к мужу и в утешение обняла его руками.

— Ну что ты, конечно понравится, у нас полно места не только для детей, но и для взрослых. — Надеюсь на это, но как она воспримет мой облик, — удивлённо развёл руками Вацлав.

— Ты о том, что являешься аугом?

— Угу, я не говорил тебе, но когда началась эра аугментации, словаки от этого открестились.

— Ну да, зачем фермерам аугментации, когда есть трактор, — едва заметно улыбнулась Китти.

— Это точно. Одно хорошо: отец сказал, что они приедут к нам через неделю и мы успеем подготовиться. Пожалуй, только дети не переживали по поводу того, что скоро в дом нагрянут гости. Как только Аделе и Карелу сообщили, что к ним в дом приедет двоюродная тётя Грета со своей дочерью Марией, то радости не было предела. Адела тут же заявила, что знает, чем занять свою двоюродную сестру.

— Дочка, боюсь Мария не очень интересуют аугментации, она не такая продвинутая как ты, — предупредил Вацлав дочь.

— Не переживай, пап, у меня в комнате полно кукол, которыми я не играю, так что предложу их двоюродной сестре, — заявила Адела.

— Пап, мам, а мне тоже играть в куклы с Марией? — задался вопросом Карел, чем и рассмешил не только родителей, но и свою старшую сестру.

— Ты можешь заинтересовать свою двоюродную тётю, увлечь своими познаниями в истории, если ты до сих пор состоишь в историческом кружке, — успокоила Китти сына.

— Конечно состою, в таком случае я тоже подготовлюсь к приезду, — заявил Карел.

***

Даже на работе чета Коллер не могла не думать о приезде родственников Вацлава. Утром Вацлав подвёз жену до «Машины времени» и поехал в клинику. Китти попыталась расслабиться за работой в качестве заместителя директора книжного магазина и попробовать заняться книгами, но, кажется, все переживания с Вацлава перешли на Китти. «Ладно, пора сосредоточиться на работе», — вздохнула Китти и включила компьютер на рабочем столе. Первым делом она проверила почту: есть ли наличие запросов на оцифровку, перевод или заказ книг. Заказов на перевод и оцифровку не было, но был заказ только на две книги чешских сказок и на одну книгу по мировой истории. Получив заказ, Китти переписала название книг на листок и пошла их искать.

— Dobre rano, пани Коллер, — услышала Китти у себя за спиной.

— И вам того же, пани Хорал, — вежливо поздоровалась Китти с Лючией. Китти больше не смотрела волком на Лючию, поскольку та поняла, что Вацлава она не сможет в себя влюбить, поэтому перестала оказывать ему знаки внимания. — Что, уже появились новые заказы? — полюбопытствовала Лючия.

— Да, на сегодня у нас два заказа: чешские сказки и книга по мировой истории.

— Я помогу, — улыбнулась Лючия и пошла к полке, где находились книги по истории человечества.

— Пани Коллер, у меня плохая новость. Та книга, что нужна вам… У нас её нет.

— Что? Я же просила тебя проверять все полки и заказывать книги, если их нет, — возмутилась Китти.

— Книги есть, но другого автора, а тут написан один конкретный, — пояснила Лучия.

— Ах, вот оно что. Ладно, я напишу заказчику и предложу ему другую книгу, — согласилась Китти и, поблагодарив Лючию за помощь, пошла в свой кабинет. К счастью, заказчик книги по мировой истории согласился купить издание другого автора, так как книг по истории было много, поэтому Китти предложила ему приехать в магазин и самому выбрать нужную. Днём от клиентов не было отбоя, так как лето и каникулы закончились, все педагоги и учащиеся приходили в «Машину времени» для того, чтобы прикупить книги для школьной библиотеки или просто почитать. — Вы только посмотрите на это, — говорила Лючия Китти, — на дворе век высоких технологий, а люди до сих пор любят бумажные книги.

— Согласна с вами, пани Хорал, если так и дальше пойдёт, надо открыть читальный зал, — согласилась Китти. — Вот только где?!

— Я присмотрела одно место.

Китти давно обратила внимание на прилегающее к «Машине времени» здание, которое было заброшено ещё до инцидента Панхеи, после 2929 года. Когда всё рассосалось и Прагу начали отстраивать заново, то реконструировать это здание побоялись, так как оно тесно прилегало к дому, где находится книжный магазин, а дом в свою очередь занесён в список объектов ЮНЕСКО и любая вибрация могла не только повредить, но и обрушить здание. Хоть Вацлав и «переписал» весь магазин на свою жену и позволил его модернизировать, но Китти всегда обсуждает с мужем, что касается «Машины Времени». Дождавшись, когда все посетители уйдут, она, Китти, позвонила Вацлаву на работу, чтобы узнать как у него идут дела и обсудить с ним строительство читального зала в магазине.

— Привет, красавчик, как дела?

— Честно сказать, маюсь бездельем. Сегодня был только один пациент, поэтому после того как я починил его аугментацию, заказал несколько ящиков с сывороткой Соколова на всякий случай, и всё. А ты как?

— У меня наоборот, от клиентов отбоя не было, только сейчас всё утихло.

— Рад слышать, что наше общее дело процветает, — почти с восторгом сказал Вацлав.

— Какое общее, у нас их два? — игриво спросила Китти. — Книжное, ты вдохнула новую жизнь в магазин. — Скажи, у тебя связи с правительством страны ещё остались? — вдруг спросила Китти.

— А то, я как только встал на ноги, не только навёл мосты, но и восстановил все прежние связи, а что?

Китти рассказала мужу про то, что подумывает о том, чтобы превратить заброшенное здание рядом с книжным магазином в читальный зал, но дом в котором находится «Машина времени» внесён в список ЮНЕСКО, ей нужно разрешение на перестройку здания возле книжного магазина.

— Иштар! — воскликнул Вацлав, — это прекрасная идея, что ж, я позвоню людям, считай, что разрешение на перестройку у тебя уже есть.

— Был бы жив твой дед, то гордился бы тобой, — заявила Китти мужу.

— А мой отец удивлялся, мол, зачем ему книжный магазин, когда дома своя мини-библиотека есть, — тихо хихикнул Вацлав.

Глава 58

Записаться на приём к президенту, чтобы попросить у него разрешение на перестройку и модернизацию здания, находящегося рядом с «Машиной времени», оказалось не так просто. После того как Чешская Республика пришла в себя после скандальной резолюции ООН, почти все жители страны нагрянули в канцелярию к президенту с той или иной просьбой. В начале 2020 года самоуправление в отдельных районах Праги было упразднено. Чешская Республика тогда входила в новую эру, эру равенства всех со всеми, а самоуправленцы в различных районах Праги препятствовали, поэтому бывшая тогда президент Зофи Ружичка решила взять управление городом в свои руки, заявив, что «Чехия, должна служить примером для всех остальных стран, а разногласия в отдельных районах тянут страну обратно в двадцатый век». Знала бы тогда пани Ружичка к чему приведут её заигрывания с западом и Америкой. Нынешний президент Карл Черны разгребает то, что осталось от наследия Зофи Ружички и тирана Павла Дворжака, который закрывал глаза на происходящее с аугментированными в Чехии. Весь следующий день Вацлав только и делал, что пытался дозвониться до администрации президента и договориться о личной встрече и, наконец, у него получилось. На другом конце провода ему ответила молодая девушка.

— Администрация президента, чем могу помочь.

— Здравствуйте, я бы хотел записаться на приём к президенту, — начал Вацлав.

— Как вас представить?

— Меня Зовут Вацлав Коллер. — Вацлав ожидал, что секретарь скажет о занятости президента, и не может принять его, но услышав фамилию Коллер, она тут же оживилась.

— Доктор Коллер, вы, как и ваши родители вне очереди, по какому поводу хотите поговорить?

— По поводу перестройки здания, находящегося рядом с моим магазином, — пояснил Вацлав. Вацлав сказал, что прекрасно понимает; что есть риски обрушения здания, но он не хочет его сносить, а просто немного перестроить под нужды книжного магазина. Секретарь, выслушав запрос Вацлава, назначила ему встречу с президентом сегодня днём. — Благодарю вас, сегодня днём я свободен и приду на приём, — поблагодарил Вацлав секретаря и повесил трубку. — Судя по разговору, у тебя получилось, — сказала Китти. Она весь день находилась дома рядом с мужем. Дети в это время, как всегда, были в детском саду, а Китти и Вацлав решили вдвоём отдохнуть от дел и просто погулять во дворе своего дома.

Да, получилось, сегодня днём я иду на приём к президенту. — Вацлав осмотрел себя и понял, что ему нужна достойная одежда для встречи. Он не любил официальные костюмы и на все мероприятия ходил в одной и той же одежде, кроме женитьбы на Китти. Но из того фрака он давно вырос. Жена сразу сказала, что Вацлаву лучше подыскать костюм для встречи с президентом.

— Боюсь, я не успею подобрать костюм к сегодняшнему дню, — пожаловался Вацлав.

— Когда я раскладывала одежду по полкам после стрики и глажки, то видела, что у тебя есть пара фраков, может, они подойдут.

— Что, правда есть, а я и не заметил, — игриво улыбнулся Вацлав.

Китти пошла в спальню и, достав из шкафа пару деловых костюмов, вернулась к мужу. После чего попросила его примерить эти костюмы. Хорошо, что фигура Вацлава к тридцати годам не изменилась и первый костюм почти полностью подошёл Вацлаву, проблема, как всегда, была в руках, так как у Вацлава протезы, ему приходится брать одежду на два размера больше. Так что рукава просто смехотворно смотрелись на его аугентированных руках.

— Вот по этой причине я не очень люблю такую одежду, — вытянув руки, сказал Вацлав.

— Мда, — протянула Китти, глядя на мужа и его руки, — ничего, сейчас твоя сообразительная жёнушка что-нибудь да придумает. Китти обошла Вацлава со всех сторон. Если просто отрезать рукава, то будет выглядеть не очень презентабельно, а если ушить? Китти попросила Вацлава снять с себя рубашку и пиджак, после чего вернулась в комнату за иголкой и ниткой. Ушив немного одежду, она вернулась к мужу.

Быстро ты, — улыбнулся Вацлав.

Медлить нельзя, наверняка эту встречу покажут в новостях или же напишут в газетах.

— Сомневаюсь в этом, сейчас только «Самиздат», который после того, как его заметили, переименовался в «Новости Праги», пишет о всём, что происходит в городе, но пока до политики не дошёл.

— Дойдёт, не сомневайся в этом, тем более что на приёме у президента сам доктор Коллер, который станет профессором, — улыбнулась Китти.

— Не говори так, а то зазнаюсь, — примеряя перешитую рубашку, сказал Вацлав.

— Ничего, тебе зазнаваться можно.

Рубашка, также как и пиджак после того как над ней поработала Китти, идеально подходила Вацлаву и он был рад этому. Вацлав решил не мучить президента ожиданиями, дождавшись двенадцати часов дня, сел в машину и поехал на встречу в президентский дворец.

Дворец президента страны Карла Черны находился в том же районе, где и дом четы Коллер — в Вышеграде. Это было единственное здание, которое выделялось среди остальных. Старинный чешский дом, был обнесён стеклянной и железной конструкцией с чудаковатыми пристройками, такое здание может подходить к району Чиста или Хлавни, где живут состоятельные люди, но не к Вышеграду.

— Фух, — скривился Вацлав, видя то, что сделали с памятником архитектуры. Конечно, Карл Черны не виноват в том, что сделали с дворцом чешских королей, это всё Зофи Ружичка, после своего визита в ещё живые Соединённыё штаты, но пану президенту стоило подумать над тем, как вернуть дворцу его прежний вид. У въезда в дворец Вацлава встретила охрана. — У меня назначена встреча с паном президентом, — заявил Вацлав.

— По какому поводу и как вас представить, пан? — спросил один из охранников. Охрана была разношерстная, Вацлав заметил, что у охранника, который его спросил, аугментирован левый глаз и часть ноги.

— По поводу пристройки к моему книжному магазину и…

— А как называется ваш магазин?

— «Машина времени» и встреча назначена на два часа дня, — буквально отрапортовал Вацлав. Охрана связалась с президентом и, получив от него разрешение, пропустила Вацлава в президентский двор.

Глава 59

Получив разрешение, Вацлав оставил свою машину у ворот и направился к президентскому дворцу. Попутно осматривая местность и сам дворец, который словно поместили в стеклянную коробку. Вокруг дворца был разбит красивейший сад, где грациозно расхаживали павлины и стояли причудливо подстриженные кустарники. Если бы Вацлава вдруг пригласили к президенту во времена гонения на аугов, он бы посчитал всю эту красоту сплошным позёрством, неуместным во времена, когда в мирной Чехии началась жёсткая сегрегация, и он бы посчитал, что президент создаёт видимость мира, когда все вокруг страдают. Теперь всё по-другому, Чешская Республика снова встаёт на ноги, и новый президент делает всё возможное, чтобы не только аугментированные, но и обычные граждане чувствовали себя хорошо. Вацлав видел этот дворец только на картинках и старых фотографиях и ему, Вацлаву, стало интересно: как он выглядит изнутри. Когда Вацлав подошёл ко входу во дворец, то стоящий у дверей охранник не только открыл ему дверь, но и проводил до кабинета, где сидела секретарь президента, после чего вернулся обратно. Вацлав ещё пару минут постоял перед столом секретаря, находясь в изумлении от того, что новое правительство не только идёт на встречу аугам, но и относится к ним как к полноценным гражданам.

— Первый раз здесь, пан Коллер? — вежливо спросила секретарь.

—Д-да, — произнёс Вацлав, и тут же стал корить себя за излишнюю робость. Секретарь также вежливо предложила Вацлаву присесть и подождать, когда придёт президент, после чего позвонила ему и сообщила, что его ожидает пан Коллер. Ожидая прихода господина президента Вацлав настраивал себя на разговор с ним, проговаривая про себя каждую фразу и каждое слово. Если бы у него были живые руки, они бы вспотели и стали мокрыми.

Президент Чешской Республики — Карл Черны не заставил себя долго ждать, как подсчитал Вацлав, он пришёл ему навстречу буквально через десять минут после звонка секретаря.

— Пан Коллер, — вежливо обратился господин Черны к Вацлаву, — пройдёмте в мой кабинет. Вацлав встал и пошёл вслед за президентом. Президент был настроен на дружескую беседу, пригласив Вацлава в свой кабинет, он тут же позвонил своему секретарю и попросил принести две чашки чая, после чего переключился на разговор с Вацлавом. — Значит, вы хотите расширить свой книжный магазин, — начал господин президент.

— Я бы не стал отвлекать вас по пустякам, но в связи с тем, что магазин пользуется популярностью, я и моя жена стали думать над тем, чтобы открыть в нём читальный зал. Рядом с нашим магазином находится заброшенное здание, которое можно перестроить в этот зал, — начал Вацлав, — здание в котором находится наш магазин включён в список наследия ЮНЕСКО, и так просто его не перестроить, нужно ваше разрешение, господин президент.

— Приятно слышать, что поколение двухтысячных ещё помнит про памятники и объекты наследия ЮНЕСКО, — подметил Карл Черны.

— Вряд ли все помнят, но меня воспитали на уважении любых памятников прошлого, какими бы они ни были, благодаря книгам, которые мы продаём в «Машине времени» люди вновь заинтересовались историей своей страны и больше не смотрят на запад.

Карл Черны положил на стол целую папку с документами и, слушая Вацлава, начал рыться в своих документах. Достав всё необходимое из папки, господин Черны убрал папку в ящик стола, после чего протянул Вацлаву старую газетную вырезку. На ней была фотография деда Вацлава — Джоржака Коллера, стоящего перед «Машиной времени», а дальше шла статья о нём.

— Это мой дед, — сказал Вацлав.

— До того момента, когда всё перевернулось с ног на голову, его знали как интеллектуала и как хорошего человека, это только часть того, что мне известно о нём, — начал господин Черны. Вацлав вопросительно посмотрел на президента, видя удивление в глазах гостя, Карл Черны сказал ему, что он и его команда хотят создать на местном канале передачу «Известные люди и их потомки».

— А, понятно, — вздохнул облегчённо Вацлав, я мало чего о нём помню, в моей семье до сих пор ходят слухи, что он умер от того, что не выдержал разделение Чехословакии.

— А что говорили о нём ваши родители?

— Если вы про то, как он заполучил этот магазин, то это был его дом. Как сказал мне однажды отец, магазин был меньше, чем сейчас, чёрного хода и пристройки у него тогда не было.

— Как так вышло, что вы пошли по стопам своего деда?

— Это забавная история, — улыбнулся Вацлав.

— Насколько? — поинтересовался президент. Господин Черны выглядел более чем расслабленно, особенно когда секретарь принесла чай, и он расслабился ещё больше, только Вацлав сидел в полном напряжении, но поняв, что господин президент всей душой расположен к нему, он позволил себе расслабиться.

— Мне достался он по наследству, вышло так, что мой эксцентричный дедушка, переписал «Машину времени» не на своего сына, а на своего внука. Знал бы он, что этот магазин спас мне жизнь и помог выжить в тёмные времена в Праге, и что благодаря тому, что здание магазина досталось мне по наследству, его у меня не забрали.

— То, что тогда творилось с аугами ужасно, как только я вступил на должность президента, я распорядился убрать оскорбляющие честь граждан таблички: «Мы не забудем, что сделали ауги» и приказал повесить другие, — начал президент.

— Я очень надеюсь на то, что наш народ, наученный горьким опытом, не повторит ошибок прошлого и не будет новой сегрегации или неприязни, — сказал Вацлав.

— Как раз я этим и занят, Чехия — центр Европы, она должна показывать пример, а не следовать примеру запада или США. За чаепитием Вацлав с господином президентом обсуждали не только политику, но и многие насущные вопросы, после чего господин Черны дал зелёный свет на строительство читального зала у «Машины времени», сказав, что он поговорит с профессиональными строителями, для того, чтобы стройка не заходила в тупик.

Вацлав поблагодарил господина президента за столь тёплый приём и дал обещание, что он примет участие в передаче «Известные люди и их потомки», выйдя из кабинета президента, попрощался с секретарём и направился к выходу. Всё прошло как по маслу и Вацлав был несказанно рад этому, сев в машину, он тут же связался со своей женой Катариной и начал рассказывать ей о своей беседе с президентом.

— Так ты у нас теперь местная знаменитость, — ответила на том конце инфолинка Китти.

— Почти.

— Не приуменьшай Вашек, так и есть, ты местная знаменитость, ещё немного и тебя покажут не только в новостях, но и в будущей передаче, — игриво сказала Китти.

— И тут я почувствовал себя неловко, — саркастично сказал Вацлав.

— Милый, ты это заслужил, если раньше ты сидел в своём подполье и тебя, кроме узкого круга лиц, никто не знал, то теперь о тебе узнают все и даже твои родственники из соседней Словакии.

— Ой, спасибо, что напомнила, совсем забыл, что в эти выходные они к нам приедут, я даже с отцом не говорил о том, что тётю Грету и её дочку Марию примем мы, — признался Вацлав.

Глава 60

Получив разрешение на перестройку здания стоящего рядом с "Машиной времени" Вацлав вместе с женой стал подготавливать книжный магазин к предстоящему ремонту. Зная, что ремонт может затянуться, Китти на неопределённый срок отпустила работников "Машины времени", заранее выплатив им зарплату и премиальные. После чего она на пару с мужем на всякий случай накрыла книжные шкафы полиэтиленовой плёнкой, а со шкафов, которые стоят рядом с той со стенкой, в которую будут пробивать, для того, чтобы соединить с прилегающим к магазину зданием, сняли все книги и перенесли в безопасное место.

— Второй раз перестраиваем магазин, — глядя на накрытую плёнкой мебель и книги, улыбнулась Китти. — Да, я помню как ты его обновила в первый раз, я даже его не узнал.

— А теперь узнаешь? — шутливо спросила Китти, глядя на мужа.

— Теперь меня ничто не удивит. Знаешь, — вдруг замялся Вацлав, приветливо смотря на Китти.

— Да.

— Хоть я тебе ни один раз об этом говорил, и скажу ещё, я рад, что мы с тобой встретились. Ты внесла краски в мою жизнь, — потирая свой аугментироанный затылок, и улыбаясь, признался Вацлав.

— Да, знаю, — шутливо улыбнулась Китти, оторвавшись от переноса книг, -- ты меня считаешь богиней.

— Только своей богиней Иштар, — Вацлав положил только что взятые им книги обратно на полку и, подойдя в плотную к жене, обнял её.

— Я тоже рада, что встретила тебя, ты единственный, кто не побоялся влюбиться в наследницу семьи Мортон, но хватит об этом, скоро придут рабочие, поэтому нам нужно всё успеть к их приходу.

— Всё, всё Иштар, я понял, — улыбнулся Вацлав, и вновь взяв в руки книги, понёс их в безопасное место.

К моменту появления рабочих, Вацлав на пару с женой подготовили "Машину времени" к их приходу, и как только они -- рабочие, -- пришли на место своих работ, Китти стала объяснять им, что нужно делать. Строители в Праге как и во всей Чехии высоко квалифицированы, поэтому им не нужно по двадцать раз объяснять, что нужно делать, а что нет. Так же супруги заметили, что в команде строителей есть аугментированные рабочие, что не могло не порадовать Китти. Она как-то рассказала мужу о том, что ауги-строители превосходно справились с работой на Острове теней. Пока строители бурно обсуждали между собой как легче и эффективнее подойти к расширению книжного магазина, периодически советуясь с Китти, Вацлав отошёл в сторону, чтобы не мешать строителям и заказчице, и позвонил своим родителям. Со всей этой суматохой во круг книжного магазина, он забыл предупредить маму с папой о том, что тётю Грету и её дочь он берёт на себя.

— А вот и наш герой, — раздался радостный голос Сьюзанны Коллер на другом конце провода.

— В смысле, — не понял Вацлав.

— Тебя показывали в новостях только что, я рада, что ты восстановил все свои связи с правительством, — объяснила мама. — Ого! И когда они успели снять об этом репортаж! — удивился Вацлав.

— Ты же аугментирован, так что сам знаешь, что почти у каждого человека в глаз или ещё куда вмонтирована видеокамера.

— Такие аугментации я не одобряю. Вацлав мгновенно придя в себя, сказал маме, что родственников из Словакии он и его жена Катарина берут на себя и, что у них дома есть просторная гостевая комната.

— Спасибо за заботу о нас сынок, а то твой отец в последнее время так занят, что у него остаётся мало и времени для собственной семьи, но ты вы же заняты перестройкой "Машины времени", уверен, что у вас найдётся время на двоюродных родственников?

— Не беспокойся, мам, — начал успокаивать маму Вацлав, — нам нужно сделать всего ничего -- немного расширить книжный магазин, так что к моменту приезда тёти Греты тут всё будет готово.

— Надеюсь на это, не хотелось бы предстать перед нашими рафинированными родственниками в не лучшем свете. — Успокойся, мы сделаем так, что они изменят своё представление о Чехии и её гражданах, — заверил Вацлав, и закончил разговор с матерью.

— Вижу, твои родители всё ещё обеспокоены грядущим событием? — улыбнулась Китти.

— И не говори, — перевёл дух Вацлав, — как только тётя Грета заявила желанием приехать, всё в нашей жизни стало с ног на голову. Не смотря на то, что пора налаживать мосты с давно потерянными родственниками, я...

— Находишься в замешательстве и не знаешь, как всё пройдёт, — закончила за мужа Китти.

— Верно подмечено, — улыбаясь, согласился Вацлав.

Ближе к вечеру супруги Коллер отпустили строителей и перед тем как забрать детей из детского сада, поехали в продуктовый магазин, который до сих пор находится в районе Чиста. Во времена сегрегации аугментированные граждан там не обслуживали, но новое правительство сделало жёсткий втык владельцу этого магазина и с тех пор все граждане Праги, даже малоимущие могут купить там свежие фрукты, овощи и мясо. Сразу после того, как Вацлав узнал о том, что к его семье в гости едут родственники из соседний Словакии и он взял на себя обязательство принять в свой дом гостей, он сразу начал составлять у себя в голове, план того, чем он вместе с Китти будет кормить гостей. Благо денег для того, чтобы правильно и грамотно провести приём хватает. Зайдя в продуктовый магазин, Вацлав начал осматривать прилавок с мясом, думая, что лучше подать на стол: рульку или Кнедо-Вепро-Зело.

— Помочь с выбором? — вежливо спросил продавец у Вацлава.

— Боюсь, тут мне вы не поможете, — задумчиво протянул Вацлав.

— Если скажите, что конкретно вас интересует, то постараюсь помочь.

— У вас есть родня в Словакии?

— Они у всех есть, всё же раньше одной страной были. Я знаю, что вам нужно, — сказал продавец Вацлаву и посоветовал ему взять пару свежих карпов и килограмм молодой картошки.

— А на закуску что? — поинтересовался Вацлав.

— Свежая зелень на ваш вкус.

— В таком случае я возьму всё что вы посоветовали, плюс три пучка редиса, пять вот этих огурцов и один пучок укропа.

— Как скажите, всё это стоит 1 000 крон, — сказал продавец. Вацлав полез в карман своей куртки за кошельком и, достав оттуда две купюры по 500 крон, протянул продавцу. После получения продовольствия, Вацлав поблагодарил продавца за помощь и, взяв два мешка в руки, вернулся в машину.

— Всё, еда есть, теперь едем за детьми.

— Что купил? — полюбопытствовала Китти у мужа.

— С мясом решил не экспериментировать, а то вдруг начнутся дебаты за столом на тему, чья это еда Словацкая или Чешская, поэтому взял пару карпов с картошкой, — чуть улыбнулся Вацлав.

— А как быть с закусками? Я вчера прикупила Оломуцкие сырки и тесто для приготовления кнедликов, — поинтересовалась Китти.

— Хлеб и в Африке хлеб.

— Но только не кнедлики.

— В общем-то это блюдо первый раз приготовили в Вене, в столице Австрии, так что вряд ли мои словацкие родственники, пристанут ко мне с вопросом, чьё это блюдо, — смеясь, сказал Вацлав.

Глава 61

Расширение "Машины времени" рабочие закончили за два дня до приезда родственников Вацлава. Теперь Китти понимала, почему обычные люди до сих пор недолюбливают аугментированных. Строители-ауги не только качественно делают свою работу, пользуясь встроенными в их ручные и глазные протезы, аугментациями, они быстро и качественно расходуют строительные материалы и для того, чтобы стоять на ровне с такими рабочими, обычным приходится трудиться в поте лица. Супруги Коллер поблагодарив рабочих и пана президента за оказанную помощь, рассчитались с рабочими, и потихоньку стали возвращать книги и журналы на место.

— Ну вот, — заключил Вацлав, — можно сказать в два счёта справились, а я думал, что стройка на пол месяцы затянется.

— Скажи спасибо пану Черны, он настоящий президент и знает как помочь гражданам страны, — улыбнулась Китти, возвращая книги обратно на полку.

— Тут даже просторней стало, думаю, нам не помешает прикупить мебель к читальному залу, -- потирая подбородок, констатировал Вацлав. — Хорошо, я займусь этим.

— Ты и так много сделала для меня, Иштар, остальное я сделаю сам.

— Быть по-твоему, Вашек, — обнимая мужа за талию, улыбнулась Китти, — но не забывай, что у нас остались дела дома.

— Я не забыл, ещё пара дней и к нам нагрянет моя словацкая родня, я уже давно подготовился к приезду родни. Два дня ожидания пролетели почти не заметно. Супругам Коллер не дали скучать репортёры из бывшего "Самиздата", которые давно вышли из подполья и работают на новое правительство, освещая жизнь не только обычных жителей Чешской республики, но и аугментированных. После того как Вацлав согласился принять участие в программе "Известные люди и их потомки", бывшие "Самиздатовцы" работающие на "Prague News" не отставали от Вацлава со своими вопросами. Благо, спрашивали по существу и не лезли в личную жизнь. Всё что Вацлав знал о своём деде, он рассказал журналистам, а также объявил, что реконструкция его книжного магазина "Машина времени" закончена и теперь там есть читальный зал.

— В чём секрет успеха "Машины времени"? — задал вопрос один из журналистов.

— Я порой сам задаю себе этот вопрос, ведь на дворе XXI век, эра электроники и электронных книг, ну, не смотря на это у моей жены и у меня нет отбоя от желающих не только почитать бумажные книги, но и купить их, и я их понимаю.

— И в чём секрет?

— Все мы любим шуршать бумажными страницами, загибать уголок там где остановились или закладывать закладку, в электронных книгах такого нет.

— Как ваши родители восприняли, что их сын медик и техник по образованию работает директором книжного магазина, ведь вы должны пойти по стопам родителей?

— По образованию я нейротехнолог и инженер в нейропотезировании нежели техник, но мне никогда это не мешало заниматься другим делом, — улыбнулся Вацлав.

Интервью с журналистами и репортёрами из "Prague News" был недолгим и приятным, Вацлав даже не заметил как опрос закончился и журналисты, поблагодарив Вацлава за участие в интервью, вернулись обратно в свою редакцию. До приезда тёти Греты и её дочери Марии оставался один день и за этот день чета Коллер окончательно подготовила свой дом к приезду гостей. Дети Карел и Адела тоже готовились к приезду родственников, особо готовился к этому малыш Карел, ему не терпелось познакомиться с двоюродной сестрой, хотя, он так и не понял, чем привлечь к себе внимание Марии. Она дочь фермеров и наверняка кроме тряпичных и прочих кукол в другие игрушки не играла. Благо, Китти не отнесла подаренные когда-то её дочери Аделе куклы в детский сад, хорошо упаковала их и положила в чулан. — Ну вот, — заключила Китти, относя кукол в гостевую комнату, где будет временно проживать дочь тёти Греты, — всё готово, надеюсь, наш просторный дом им понравится.

— Я тоже на это надеюсь, не хочу в тётиных глазах выглядеть неотёсанным городским мужланом, да и ещё с механическими руками.

— И не будешь, просто будь самим собой и всё получится.

— Если я правильно подсчитал время, то они приедут к нам в десять часов утра, а это значит, что мы успеем хорошенько поспать, прежде чем идти на вокзал, — сказал Вацлав и посмотрел на часы.

— Нет, милый мой, лучше встать в шесть утра, а то вдруг что.

***

Вацлав спорить с женой не стал, в его жизни практически все дела идут не по плану как бы он не готовился и не старался спланировать свой будущий день. Утром, проснувшись по будильнику, он вместе с женой разбудили детей, и пошли на кухню готовить завтрак. Точнее пошла только Китти, Вацлав, как его не уговаривала жена "быть самим собой", вернулся обратно в спальную комнату и стал искать подходящий для встречи дальней родни костюм.

"Что ж", — решила Китти, — "я тоже подготовлюсь к этой встрече, вот только после завтрака".

— Почему так рано, мам? — сонно потирая глаза, спросил Карел.

— Прости, сынок, но некоторые дела в нашей семье идут не по плану, и я не собираюсь облажаться перед роднёй твоего отца.

— Скорее это они должны беспокоится о своём имидже, чем мы, — услышала Китти голос дочери.

— Скажи это своему отцу, как только он почистил зубы и умылся, то... Китти не успела договорить, Вацлав явился к завтраку при полном параде. Одетый в свадебный фрак и с застёгнутыми рукавами. Вот только фрак был ему немного маловат не смотря на то, что на свадьбу он его покупал на два размера больше.

— Ну вы только посмотрите на него, — всплеснула руками Китти, — прямо денди лондонский, — улыбнулась она. — Малость маловат, но я потерплю.

— Но уж нет, я ни кого не заставляю терпеть. Китти взяла со стола ножницы и срезала стесняющие движения рукава. На сей раз всё шло по плану, супруги Коллер зря волновались о том, что у них в последний момент всё пойдёт наперекосяк. До приезда тёти Греты и её дочери оставалась уйма времени. Его Китти и Вацлав потратили на сервировку стола, доставая из серванта старинную чешскую посуду и гарнитур из богемского стекла, который подарили Вацлаву родители на свадьбу. Когда всё было готово, Китти переоделась в подходящую для встречи с роднёй мужа одежду, и переодела по этому поводу детей, после чего вся семья сев в семейный автомобиль, поехала на отремонтированную станцию Ружечка встречать тётю Грету и её дочь.

В последнее время в Прагу и не только стало больше прибывать туристов и переселенцев из Словакии, что не удивительно, поскольку во всех новостях только и говорят о скором воссоединение двух славянских братьев — Чехии и Словакии, вот и люди пошли на сближения поняв, что они ошиблись на счёт того, что по духу и по крови родственники. Приезжих из Словакии было больше, чем из других стран, и практически все они выглядели так одинаково, что чета Коллер боялась, что в этой одинаковой массе людей потеряет тётю Грету и её дочь.

— Ого, сколько людей из Словакии прибыло, и как мы в такой толпе найдём моих родственником? — задался вопросом Вацлав.

— У меня другой вопрос, догадываются ли они, что мы их встречаем или нет?

— Я сказал своему отцу, что мы не только примем их, но и встретим, поэтому, — сказал потирая подбородок Вацлав, — они наверняка выйдут из вагона и будут искать нас. Ближе к десяти часам утра поезда со Словакии всё меньше привозили пассажиров в Прагу, в основном забирали пражан желавших отправится в словацкий Кошице. Вацлав даже нервничать начал, он посмотрел на часы на своём смартфоне, а потом посмотрел на часы цифровые часы стоящие на главном здании вокзала.

— Может, они передумали, — нахмурился Вацлав.

— Или не торопятся, — вздохнула Китти.

— Или боятся, — пробубнил себе под нос Вацлав.

— Чего бояться, пап, города? — спросила Адела.

— Того, что твой отец ауг, они очень слишком быстро открестились от технологии аугментаций.

Глава 62

Семейство Коллер уже начало думать о том, что тётя Грета передумала ехать в Прагу, в гости к своей родне, и Вацлав вместе со своей семьёй собирался уходить, но тут по вокзальному радио сообщили, что с опозданием прибывает ещё один поезд из Словакии.

— Похоже на небольшое словацкое вторжение, — отшутилась Китти.

— Что ж, это даже хорошо, что они хотят объединиться с чехами, надеюсь, тётя Грета тоже этого хочет, или же она просто решила разведать территорию, — предположил Вацлав.

— Надеюсь, ей у нас понравится, и наша семья станет ещё больше, — вздохнула Китти.

Как и предполагали Китти и Вацлав, тётя Грета вместе со своей дочерью Марией приехала на вокзал Ружечки на запоздалом поезде. Сразу же выйдя из него, они начали осматриваться по сторонам. Похоже на то, что новость о теракте на станции Ружечка в середине 2029 года дошла и до них. Сейчас вокзал Ружечки выглядит по-другому: его полностью отремонтировали, отмыли и убрали всё, что здесь оскорбляло аугментированных граждан.

— Это точно твоя родня, — кивнула Китти мужу, и Вацлав достал табличку с именами своих словацких родственников. Увидев табличку с её именем и именем её дочери, словачка лет сорока стала махать рукой, встречающим её чешским родственникам. Вацлав и Китти вместе с детьми махнули ей в ответ. Вопреки всем предрассудкам тётя Грета и её дочь оказались не такими закоренелыми фермерами, они одеты вполне современную одежду и выглядят ухоженными.

— Ты, должно быть, Вацлав? — с заметным словацким акцентом, и улыбаясь, спросила она.

— To isté*, — улыбаясь, на словацком ответил Вацлав. Тётя Грета, оценила познания своего племенника и начала осматривать его с ног до головы, Вацлаву стало не по себе, он думал, что его тётка с вежливой улыбки перейдёт на колкие анекдоты про аугментированных, но какого было его удивление, когда после такого осмотра, она вдруг сказала: — Дай-ка я тебя обниму. Вацлав такого не ожидал, но ему было приятно и сомнения насчёт его двоюродной родни рассеялись.

— Тётушка, — на словацком обратился Вацлав к своей тёте, — познакомься, это моя жена Катарина и мои дети: Карел и Адела. — Можешь разговаривать со мной по-чешски, хоть мы живём в другой стране, язык своей родни я никогда не забывала. Мария, иди познакомься со своей роднёй, — окликнула она свою дочь. Мария, так же как и её мама не была похожа на девочку, живущую на ферме, она одета по последнему писку современной моды: тёплую куртку с золотистыми вставками, тёплые брюки, на голове тёплая шапка, а в ушах наушники.

— Мария, вынь бананы из ушей, — сердито одернула, Грета свою дочь, чем вызвала лёгкую улыбку у своего племенника. Адела первой протянула руку своей двоюродной сестре.

— Приятно познакомится, — улыбнулась Мария сестре и тоже протянула ей руку. После "воссоединения" и знакомства, Вацлав вежливо предложил подвезти тётю и её дочку до его дома, и тётя согласилась.

— Вижу, мой двоюродный брат Лукаш, хорошего сына воспитал, — подметила Грета. — Отец сейчас много времени уделяет работе, мать тоже, вот я и решил их разгрузить. У нас дома вам будет лучше, тётушка, даже для вашей дочери найдётся место, — улыбнулся Вацлав.

— Это хорошо, что у тебя есть дочь, Марии нужно общаться со сверстницами.

— Я и так общаюсь, мам, — осеклась Мария, сидя на заднем сидении.

— Ну да, — возразила, Грета, — только как? "Привет и пока".

— Мне просто не о чем с ними говорить, никто из них не знает про конструктор "Lego", мама.

— Ты собираешь Lego? — спросила Адела Марию.

— Да, в перерывах между учёбой и выпасом коз.

— У нас дома полно этого конструктора, могу дать поиграть свой.

— Правда?

— Да, — улыбнулась Адела, я сейчас занята учёбой и кружком юного инженера, так что из таких конструкторов я давно выросла.

— Спасибо тебе, сестрёнка, — осторожно обняла Мария Аделу, а то дома у меня только один такой конструктор, который мама купила мне на День рождения, больше мы его в городе не видели.

— Всегда пожалуйста.

***

Всю дорогу до дома четы Коллер, тётя Грета и её дочь Мария осматривали окрестности Праги из окна автомобиля и только удивлялись тому как пражанам удалось сохранить такую красоту. А когда Китти сказала Грете, что она вместе со своей семьёй живёт в Вышеграде, то она, Грета, удивилась ещё больше.

— Как видите, тётушка, после Инцидента Панхеи и после мы смогли восстановить город, — улыбнулся Вацлав. — И даже эти великолепные сады?

— Их тогда огородили, как и часть города, хотя эхо с Панхеи только слегка задело Чешскую республику, большой разгром ей причинили не ауги.

— Никогда не понимала этих политиков, и если честно я далека от неё, — призналась Грета.

Проехав ещё несколько миль по Вышеграду, семейство Коллер вместе с тётей Гретой и её дочерью подъехали к дому.

— Вот мы и на месте, — улыбнулся Вацлав, открывая въездные ворота.

— Ух ты, это же настоящий дворец! — удивлённо протянула Мария.

—Это же сколько нужно горбатиться, чтобы его построить? — задалась вопросом Грета.

Реклама:

Скрыть

— Ну, мы его не строили, а купили, собрав все наши сбережения. Скажите спасибо моему мужу, он всё рассчитал, — сказала Китти. Открыв ворота, Вацлав вернулся в машину, и чета Коллер вместе с дальней роднёй подъехала к дому. Первым делом, Вацлав, выйдя из машины, взял багаж тёти Греты и отнёс его в гостевую комнату, после вернулся к семье, и помог всем выйти из машины.

— Пойдёмте, я покажу вам, где вы будите жить, — вежливо сказала Китти, и повела Грету и Марию в гостевую комнату. Адела вместе с братом, как обычные любопытные дети, пошли вслед за матерью, но Китти сказала им, что у них ещё будет время познакомиться.

— Надо же, какая просторная комната, — охнула Грета.

— Специально для гостей, — улыбнулась Китти.

— А я где буду жить? — спросила Мария.

— Вместе со мной, дабы не стеснять хозяев дома, — настояла Грета. Проводив родственников мужа в гостевую комнату, Китти пошла за конструктором "Lego" для Марии, все конструкторы которые со временем надоели Аделе, Китти положила на антресоль.

— Вац, милый, ты мне не поможешь? — окликнула она мужа.

— Ты по поводу конструктора для Марии?

— Да. — Вацлав пришёл на помощь жене, и Китти начала доставать коробки с конструкторами, и передавать их мужу. После чего он отнёс их племяннице Марии.

— Вот держи, это всё во что Адела уже поиграла, — улыбнулся Вацлав.

— Спасибо, дядя Вацлав, — улыбнулась в ответ Мария.

Глава 63

Вацлаву пришлось взять отгул на работе, чтобы провести небольшую экскурсию для своей двоюродной тёти и её дочери. В этот момент он был особенно благодарен своей жене за то, что она увлеклась технологиями аугментаций и попросила мужа обучить её всем премудростям этого дела. Так что Вацлав на день передал все дела в клинике жене и устроил экскурсию по Праге для своей дальней родни. Начал он с достопримечательностей города, которые сохранились, несмотря на хаос 2029 года, правда, некоторые из этих достопримечательностей находились под стеклянным колпаком, который возвел нынешний президент Чешской республики.

— Что это? Почему этот памятник архитектуры обнесён стеклом?! — удивилась тётя Грета. Её немного шокировал новый вид Праги, она знала, что Чешская республика сильно изменилась, но не настолько же.

— Это сделали специально, чтобы избежать дальнейшего обрушения, сейчас власти направили все силы на то, чтобы восстановить памятники архитектуры, — ответил Вацлав.

— И сколько таких законсервированных памятников? — поинтересовалась тётя.

— Если честно, то одна треть страны. Некоторые были разрушены, а их чертежи утрачены, так что их уже и не восстановишь, — печально вздохнул Вацлав и, переведя дух, продолжил экскурсию. Чтобы не огорчать своих родных, он решил свозить их в район Прекажка, который сохранили живущие там аугментированныные люди. Сейчас район полностью восстановили и очистили от мусора, оставили только граффити в стиле чешского Бэнкси, на которых были изображены ауги за той или иной работой.

— Ого, — произнесла Мария, выходя из подземки, — у вас тут картины прямо на домах висят. Эта фраза заставила Вацлава улыбнуться, он, наклонившись к троюродной сестре, пояснил ей, что это не совсем картины, а рисунки на зданиях. — Это удивительно, что из всей исторической Праги сохранился именно этот район! — удивилась Грета. — Во времена сегрегации аугментированных, здесь жили в основном аугментированные граждане, и им пришлось самостоятельно сохранять все жилые постройки, обнося проблемные участки зданий всем, что попадалось им под руку, — начал Вацлав и показал родственнице памятник тем, кто жил в этом районе в тёмные времена.

— Хм, — нахмурила брови Грета, — похоже, что Прага — город противоречий.

— Вы о чём, тётушка? — спросил Вацлав.

— У вас любят устанавливать памятники мнимым жертвам и ещё кое-кому.

Вацлав понял, о чём говорит его тётя, но ни разу не расстроился. Так как он родился в 2013 году, то был свидетелем многих противоречий и многих необдуманных поступков местных властей и граждан своей страны.

— Это было раньше, теперь самоуправление, которое могло расколоть нашу многострадальную страну на два лагеря, и то, что могло привести к тому, что Прага могла прекратить своё существование, будучи разделённой на разные районы, полностью ликвидировано, особенно после того, как рассекретили все планы бывших США, — вежливо ответил Вацлав.

— Это радует, — произнесла Грета.

Вацлав продолжил экскурсию по Прекажке и даже показал тёте свой книжный магазин, которым он заправляет на пару с женой. — А вот и старая книжная лавка нашего любимого Дворжика. Мне кажется или магазин стал больше и даже лучше? — задалась вопросом Грета.

— Ну, первые изменения внесла моя жена, а остальное сделал я сам, не без помощи президента страны, — сказал Вацлав, указывая на отделение читального зала.

— Как тебе удалось выйти на связь с президентом, если у него и так дел полно?!

— Это долгая история, тётушка, но всего этого не было бы, если бы президент не запустил на федеральном канале программу «Выдающиеся люди и их родственники».

— Настоящий сын своих родителей, — начала Грета, — ты весь в своих родителей пошёл.

— И не только, ещё я немного в своего деда, жаль, что не увидел его при жизни, — признался Вацлав. Закончив экскурсию по Прекажке, Вацлав не решился вести своих родственников в другие районы, тем более, что Хлавни и Палисейд превратились в кварталы постмодернизма. Когда его племянница вдруг спросила про танцующее здание, он ответил, что оно тоже слегка изменилось как и часть района, и спросил:

— А откуда ты про него знаешь?

— От мамы и из открыток, — переминаясь с ноги на ногу, ответила Мария. Видя, что его троюродная сестра переминается с ноги на ногу, Вацлав решил нести её до дома на руках. Девочка не возражала, но была приятно удивлена, насколько силён её дядя.

— Не будь у меня аугментированных рук, я бы не смог взять на руки ребёнка старше семи лет, — улыбнулся Вацлав. — Как приятно, что ты, дорогой племянник, живёшь в Вышеграде, а не в этих стеклянных коробках, — похвалила Вацлава Грета.

— Мне самому противно видеть это стекло повсюду, оно портит привычную картину, за которую я люблю свой город, — улыбнулся Вацлав.

Глава 65

Вацлаву хотелось показать своим родственникам и другие районы Праги, в том числе и вид с набережной района Хлавни на историческую часть города и на Карлов мост. Но, судя по виду тёти Греты и её дочери Марии, на сегодня с них экскурсии хватило, они не только получили впечатления от прогулки, но и слегка подустали. Да и сам Вацлав тоже устал от этой экскурсии, ещё никогда ему не приходилось передвигаться по всем районам Праги пешком. Он хотел поймать такси до дома, но тётя Грета изъявила желание ехать на метро.

— Простите, тётушка, но боюсь, что метро до дома нас не довезёт, я специально выбрал дом вдали от города, — улыбаясь, признался Вацлав.

— Ну, тогда давай на такси, я просто хотела посмотреть на метро в Праге, — улыбнулась в ответ Грета. Вацлав достал из кармана своей куртки смартфон и вызвал такси. Так как таксист находился буквально в двух кварталах от места вызова, то машину долго ждать не пришлось.

— Завтра я покажу вам самый красивый вид и самое красивое место в городе, — сказал Вацлав тёте.

— Я думала, что это вся Прага. Надеюсь, это место не из стекла сделано?!

Слова тёти заставили Вацлава улыбнуться. Он был рад тому, что не только установил связь со своими словацкими родственниками, но и тому, что тетя, так же как и он, не одобряет тенденции превращения Праги в стеклянные джунгли.

— Нет, это не вся Прага, просто я вижу, что вы устали, и решил на время приостановить экскурсию, — пояснил Вацлав.

— Но время ещё детское, и мы даже не проголодались, — улыбнулась Грета.

— А как насчёт Марии? — Вацлав посмотрел на племянницу, которая сидела рядом со своей матерью и смотрела в окно. Когда дядя Вацлав обратился к ней, она оторвалась от созерцания пейзажа и ответила:

— Я не против ещё погулять.

Похоже, по дороге к дому Мария успела отдохнуть и теперь просилась назад на экскурсию.

Что ж, решил Вацлав, раз его родственники уже отдохнули по дороге домой, то он попросил таксиста отвезти его на мостовую в районе Хлавни и сказал, что заплатит за изменившийся маршрут.

— Решили угостить своих домочадцев вкусными булочками? — поинтересовался таксист.

— Что? Вовсе нет, я решил показать им вид с набережной на Карлов мост и близлежащие районы.

— Понимаю, теперь, когда местный инженер установил специальную систему очистки воды, вид с набережной стал лучше. Теперь все туристы туда едут и фотографируются там.

Вацлаву при словах «местный инженер» стало немного неловко, он прекрасно знал, кто этот инженер — это его отец, и он разработал эту систему. Ему просто не хотелось выглядеть в глазах родни снобом.

— Этот инженер настоящий бриллиант, раз разработал такую систему. У нас с этим проблема, — улыбнулась Грета.

— Ага, в Братиславе местные успели загадить даже декоративный пруд, с тех пор я в город ни ногой, — сказала Мария.

— Вашек, — по-домашнему обратилась Грета к Вацлаву, — а этот инженер случайно не твой отец?

Как Вацлав ни пытался избежать этого вопроса, ему так и не удалось, и он признался тёте, что как раз этот инженер и есть его отец, и что его системы стоят чуть ли не во всём городе.

— Дядя Вацлав, да ты и твоя семья — местные знаменитости, — вдруг выпалила Мария.

— Ну как сказать, просто мой отец трудится во благо Чешской республики, его даже за границу приглашали, но он отказался.

***

Путь до набережной района Хлавни пролетел незаметно. Вацлав расплатился с водителем, и, поблагодарив его, помог тёте и её дочери выйти из машины. Отсюда и правда открывается красивый вид на Карлов мост и на близлежащие окрестности. Туристов на мостовой практически не было, так как они в основном посещают Прагу летом и зимой, осенний сезон не самый популярный для приезжих.

— Какая красота, — протянула Мария, осматриваясь по сторонам.

— Ты права, дочка, — согласилась Грета.

— Это ещё не всё. Хотите прогуляться по Карлову мосту? Я раньше частенько вечерами прогуливался по нему, — признался Вацлав.

— А почему ночью, а не утром или днём, или ты так загружен, что нет времени на прогулки? — полюбопытствовала Мария.

— Нагрузок раньше не было вообще, просто тогда были гонения на аугментированных, и ауги выбирались только тогда, когда на улицах было более-менее безопасно. В основном гуляли вечером, когда агрессивные полицейские и прочие граждане ложились спать.

— Лично я не понимаю всей этой возни по поводу аугментированных, это всё равно, что ненавидеть людей с зубными протезами, — развела руками Грета. Вацлаву совершенно не хотелось говорить о прошлом, хотя память о нём запечатлена чуть ли не на каждом доме, где были установлены таблички с памятными датами, возле которых постоянно лежали свежие букеты цветов. Поэтому он легко сменил разговор и повёл своих родственников к Карлову мосту.

На середине экскурсии у Вацлава зазвонил телефон. Звонила его жена Катарина, она решила поинтересоваться, как обстоят дела у мужа и его родни. Вацлав ответил, что всё идёт путём, поскольку родственники, узнав о его любимом месте, выказали желание побывать и там, поэтому он решил продлить экскурсию.

— Ладно, милый, не буду тебе мешать, я сама заберу детей из школы и детского сада, — согласилась Китти.

— Но еду на всех приготовлю я, — улыбнулся Вацлав.

— Успеешь? Насколько я знаю, от нашего дома до Карлова моста большое расстояние.

— Обещаю успеть до твоего прихода.

— Как скажешь, милый.

Поговорив с женой, Вацлав продолжил экскурсию по исторической части Праги. Он провёл своих дальних родственников не только по Карлову мосту, но и по местности за мостом. Эта часть прогулки пролетела незаметно, на сей раз устала не только Мария, но и все остальные экскурсанты, включая и Вацлава. Вдобавок после прогулки всем троим захотелось есть

Глава 66

Рабочий день для Китти прошёл без особых эксцессов. Сегодня люди приходили в клинику «Протез», и не только за сывороткой Соколова, но и за консультациями, стоит ли улучшать тот или иной протез или нет. Только у одного человека глазная аугментация оказалась в нерабочем состоянии, Китти совершенно спокойно посадила пациента на специальный стул, и усыпив его с помощью специального газа, преступила к починке его глазной аугментации. Починка не заняла много времени, и когда пациент пришёл в сознание, Катарина посоветовала ему сменить глазной протез на новый.

— Сколько это будет стоить? — поинтересовался пациент.

— Нисколько, замену мы делаем бесплатно, ну если вы хотите для себя, какую-нибудь особую аугментацию, то придётся выложить крупную сумму.

— Я не хочу, чтобы люди обращали внимание на мой глаз, лучше обычную, — согласился пациент.

— Ну, в таком случае, — Китти подошла к столу, и что-то написав на листе бумаги, протянула его пациенту, — приходите на следующей неделе во вторник, я или мой муж подготовим для вас подходящую глазную аугментацию.

Поблагодарив Катарину за помощь и взяв направление, пациент вышел из кабинета, а Китти убедившись, что клиентов больше нет, начала собираться домой, где её ждали не только муж и дети, но и родственники мужа. Перед выходом из клиники Катарина неспешно набрала номер мужа, и сообщила ему, что едет домой.

— Я тебя жду, возвращайся скорее, — ответил на другом конце провода Вацлав.

— Не волнуйся милый, я уже одной ногой дома, сейчас только заберу детей и прибуду, — весело сказала Китти, отключая телефон.

Катарина вместе с детьми приехала как раз к столу. Стол дома был накрыт и буквально ломился от всех яств, которые приготовил Вацлав. За столом сидели и дожидались возвращения Китти и детей Грета и её дочь Мария.

— А вот и моя богиня заглянула к нам на огонёк, — ласково сказал Вацлав, выходя из кухни с запечённой в духовке рулькой.

— Богиня?! — удивилась Грета.

— Да, многим я обязан своей красавице жене, — подмигнул Вацлав. За столом глава семейства Коллер поинтересовался, как прошёл рабочий день у его жены.

— Милый, вряд ли твоя Грета и Мария захотят знать про глазную операцию, — упрекнула Китти мужа.

— Ну, раз у меня такой умный и способный племянник, то почему бы и не знать, — вежливо улыбнулась Грета.

— Ну, на сегодня у меня был только один пациент, я назначила ему замену глазной аугментации, — ответила Китти.

— Вся в меня, — улыбнулся Вацлав.

— Спасибо моему учителю, — улыбнулась Китти и спросила: — а как дела у тебя?

— Провёл экскурсию по городу.

— И как? — поинтересовалась Катарина.

— Нам понравилось, Прага красивый город, — призналась Мария.

— А как вам? — обратилась Катарина к Грете.

— И мне тоже понравилось, честно признаться, у вас намного лучше чем у нас.

После сытного ужина каждый разошёлся по своим делам: Адела повела Марию в свою комнату, чтобы вместе с ней поиграть в конструктор Lego, Карел решил поиграть во дворе, и Китти накинув на плечи куртку, пошла вслед за сыном во двор, чтобы наблюдать за ним, а Вацлав остался дома мыть посуду.

— Вот так мы и живём, — улыбнулся он тёте, беря со стола грязную посуду.

— Хорошая у тебя семья, — согласилась Грета.

— Я ради жены и детей готов горы свернуть. Я даже не представляю, как сложилась бы моя жизнь, если бы я однажды не осмелел и не пришёл на научную конференцию одного учёного.

— И там ты встретил Китти?

— Да, как оказалось, она тоже интересуется наукой, и она очень храбрая женщина.

***

На следующий день Вацлав позвонил своим родителям, и, узнав, что отец сегодня свободен, решил пригласить его к себе домой, чтобы познакомить с тётей Гретой и её дочерью Марией. Перед тем как приехать к сыну, Лукаш Коллер поинтересовался у сына, как прошло знакомство с двоюродной роднёй, на что тот ответил, что он зря волновался на счёт своей двоюродной родни, все опасения и предрассудки оказались ложными, и что тётя и её дочка, очень милые люди.

— Хорошо сынок, я уже выезжаю, тем более что твоя мама вновь перешла на утреннюю работу, а одному мне без неё скучно, — вежливо ответил Лукаш.

— Ну вот, отцу позвонил, так что скоро он будет здесь тётушка, — сказал Вацлав Грете.

— Интересно как он выглядит, я ни разу с ним не виделась, только по телефону разговаривала, судя, по голосу он ещё молод.

Слово молод, заставило Вацлава улыбнуться, да его отец не только молод душой, но и телом, тем более что работа не даёт ему состариться. Лукаш Коллер долго ждать себя не заставил, он приехал через десять минут после звонка сына, и это несмотря на то, что между Вышеградом и центром Праги большое расстояние. Как только такси, в котором приехал Лукаш Коллер, подъехало к въездным воротам, Вацлав вышел из дома и пошёл встречать отца.

— Что, сынок, уже успел, по мне соскучиться? — весело подколол Лукаш сына.

— В последнее время скучать мне не приходится, сначала визит к президенту, потом приезд дальних родственников. Кстати о родственниках, моя тётушка…

— В общем-то это моя тётушка, — вновь подколол Лукаш сына.

— Вижу, ты в хорошем настроении, ладно не будем задерживаться на пороге, прошу в дом, — пригласил Вацлав отца.

— Вы только посмотрите на него, какой красавец, — улыбнулась, Грета, как только Лукаш вошёл в дом.

— Грета Мирославовна? приятно познакомиться с роднёй моего отца, а где ваша дочь? Сын сказал, что вы приехали с дочерью.

— Наверное, играет в своей комнате, сейчас схожу за ней, — вежливо ответила, Грета, и пошла за дочерью.

— Судя, по всему, вы успели подружиться, — подметил Лукаш.

— Угу, — кивнул Вацлав.

— Мария познакомься со своим двоюродным дядей Лукашом, — сказала, Грета дочери, как только они спустились вниз.

— Приятно с вами познакомиться дядя Лукаш, — вежливо сказала Мария, и даже сделала поклон.

— Ну что ты Мария, мы же родственники хоть и дальние, так что называй меня просто дядя, — вежливо улыбнулся Лукаш.

— Ну что ж, — решил Вацлав, — вы тут разговаривайте, а я пойду к себе в кабинет поработаю.

Глава 67

Выходные с родственниками из соседней Словакии пролетели быстро. Всё это время Китти и Вацлав по очереди знакомили тётю Грету и её дочь Марию с достопримечательностями Праги, а также рассказывали про то, как они ходили в поход с отцом Вацлава. Точнее, рассказывал Вацлав, как он вместе с отцом и детьми ходил в поход на Снежку.

— Судя по твоему восторгу Вацлав, приключение тебе понравилось, — подметила Грета.

— Ещё бы не понравилось, — улыбнулся Вацлав, вспоминая, как он вместе с отцом и детьми искал ягоды и орехи в лесу, случайно оступился и упал в канаву, промочив ноги.

— Ну, а фотографии из похода у тебя есть? — спросила Грета.

Вацлав мотнул головой.

— А что так?

— Папа чуть ли не каждый месяц устраивает нам отдых без гаджетов, — пояснила Адела.

— Похвально, а то современных детей от телефонов и прочей техники не оторвать, — подметила Грета.

— Наши дети этим не страдают, — улыбнулась Китти, — Адела ходит в кружок юного техника, а Карел в исторический.

На прощание Китти подарила Марии корзинку со сладостями, за что Мария поблагодарила и даже обняла Китти, потом тётя Грета, перед тем как сесть на поезд, сказала, что как только у неё выдаются свободные деньки, она обязательно приедет навестить своих чешских родственников, и что ей понравилось в Праге. После чего она вместе с дочерью зашла в поезд, следующий из Праги в Кошице, и помахала на прощание рукой. Проводив, взглядом тётю и её дочь вернулись обратно домой.

— Ну вот, не так страшен чёрт как его малюют, — пошутил Вацлав.

— Ты боялся, что начнутся споры из-за еды и прочих мелочей? — шутливо спросила Китти мужа.

— Хоть это был и бархатный развод, но всё же развод, значит были претензии с обоех сторон, но похоже у словаков нет претензий к своим чешским родственникам.

***

Когда выходные закончились, всё семейство Коллер вновь вернулось к своим делам. Вацлав в свою клинику, Китти к управлению книжным магазином «Машина времени». Так как на дворе сейчас сентябрь, многие учёные мужи и просто учителя частенько стали захаживать в книжный магазин за той или иной литературой. Теперь, когда в магазине появился читальный зал, некоторые из учёных и учителей стали оставаться в «Машине времени», чтобы что-нибудь почитать. Китти как всегда отвечала на запросы покупателей, и проверяла наличие тех или иных книг в магазине, если же этих книг не было, она их заказывала. Тут в дверь постучали:

— Да, да, — откликнулась Китти. В дверь кабинет директора вошла Лучина, в руке она держала большой конверт.

— Можно, пани Коллер?

— Да, я не занята, — улыбнулась Китти.

— Только что к нам заглянул почтальон, он принёс это, — ответила Лучина, и протянула Китти конверт. После чего вежливо поклонилась и ушла.

«Очень интересно» — подумала Китти, осматривая конверт, — «сейчас люди редко пользуются услугами почты, только посылки и важные документы отправляют по почте». Конверт был залит сургучом, что говорило о его важности, однако адресовано оно было Вацлаву, а не Катарине, похоже на то, что почтальон ошибся адресом. Открывать конверт Китти не стала, а сразу же послала мужу СМС:

—Только что в «Машину времени» приходил почтальон, он принёс тебе посылку.

—Это любопытно, не знаешь что там?

— Нет, я его не вскрывала, но тут столько печатей, и сургуч, похоже оно очень важное.

— Сейчас я очень занят, так что возьми его домой.

— Хорошо, — согласилась Китти, и положила телефон.

Сегодня в «Машине времени» от покупателей и просто читателей не было отбоя. Китти то и дело приходилось не только помогать продавцам искать на полке ту или иную книгу, но и принимать различные заказы. День прошёл незаметно. Сегодня детей из детского сада забирал муж, поэтому, Китти отпустив продавцов по домам, взяла письмо для мужа, и, закрыв магазин, стала его ждать. Сегодня Вацлав приехал на такси, и судя по его виду, работы у него было много, дети напротив, как всегда о чём-то весело друг с другом разговаривали.

— Что, даже на машину сил нету, — улыбнулась Китти, садясь в такси.

— Сегодня было два клиента, один заказал себе новый протез и аугментацию ноги, и он долго объяснял, как должна выглядеть его новая нога, — пояснил Вацлав, и добавил:

— А как у тебя?

— От посетителей не было отбоя сегодня. Китти хотела протянуть мужу конверт, но поняв, что ему срочно нужен отдых, решила не торопить событие. Даже если дело очень важное, оно может подождать, доктор Коллер один на всю Прагу пока, и его надо беречь.

Приехав домой, Китти первым делом устроила мужа на диване, чтобы он смог хорошо отдохнуть, усадила детей за телевизор, и тут же махнула на кухню, готовить еду для семьи. Утром Китти думала приготовить всем Свичкову на сметане на ужин, но Вацлав сегодня устал на столько, что одной Свичковой ему не обойтись, поэтому она достала из холодильника свежую рульку и муку для приготовления кнёдликов, после чего напичкав свиную рульку чесноком и посыпав пряными травами, поставила в духовку, после чего стала готовить кнёдлики.

— Милый, потерпи немного, скоро еда будет готова, — окликнула Китти мужа.

— Я так устал, что и кусок в горло не лезет, — отозвался Вацлав.

«Стареет» — печально подумала Катарина, она никогда не думала, что этот вечный двигатель и вечная ракета по имени Вацлав Коллер может остановиться, ей Вацлав казался неким подобием божества.

— Могу завтра помочь тебе с работой, — предложила Китти мужу.

— А как же «Машина времени»?

— Ну, я всё самое главное заказала, заказа ждать несколько дней, поэтому я завтра могу поработать твоей помощницей, — улыбнулась Китти. Вацлав повернул голову в сторону жены и улыбнулся. Когда еды была готова, Катарина позвала всех к столу, несмотря на то, что её муж очень устал на работе, свою часть рульки с кнёдликами он уплёл за обе щеки, даже попросил добавки.

— Свичкову на сметане хочешь?

— Не откажусь.

— Похоже, милый, ты забыл поесть на работе, — улыбнулась Китти, и пошла на кухню, готовить Свичкову на сметане.

Глава 68

Утром Китти вместе с мужем отвезла детей в детский сад, а затем присоединилась к мужу в его нелёгком деле. Как раз на сегодня она назначила операцию по замене устаревшей глазной аугментации на новую одному пациенту. Замена почти ювелирная, надо аккуратно вынуть этот протез из глазницы, чтобы не навредить пациенту, затем так же ювелирно вставить новый протез. Поскольку пациент не захотел привлекать к своему глазу внимание горожан, и попросил поставить ему обычный глазной протез, Вацлав и Китти особо не напрягались с выбором глазного протеза, благо, задолго до прихода пациента Вацлав разработал и создал несколько глазных протезов и аугментаций, и как раз один из них пригодился в качестве замены старой аугментации на новую. Пациент долго себя ждать не заставил, он пришёл точно в назначенное ему время.

— Готовы? — улыбаясь, спросила Китти.

— Да, надо было быть готовым тогда когда аугментация начала барахлить, — признался пациент, садясь в кресло для осмотра.

— Всё пройдёт быстро и безболезненно, вы даже не почувствуете ничего, — заверил Вацлав давая пациенту подышать усыпляющим газом. Благо глазные протезы не закрываются веками как живые глаза, и не закатываются, когда человек спит, поэтому, Китти легко смогла вынуть глазную аугментацию из глазницы спящего пациента, после чего осмотрела её со всех сторон. Как оказалось аугментация начала барахлить не только из-за срока годности, но из-за того, что в некоторых местах обуглилась проводка, ещё чуть-чуть и её обладателя ударило бы током.

— Вовремя же он спохватился, — подметил Вацлав, передавая жене новый глазной протез для пациента.

— Меня больше всего беспокоит, кто сделал такой некачественный протез? — задалась вопросом Китти.

— Надо глянуть на маркировку. Вацлав помог жене установить новую глазную аугментацию пациенту. Нужно было подключить ПЭДОТ к глазному нерву, процедура не из приятных, и не только на глазах, но и на всём теле, Вацлав прекрасно помнил, как ныли его нервы, когда к ним присоединили ПЭДОТы обеих рук, и хорошо, что сыворотка Соколова не только помогает быстрому привыканию организма к новым аугментациям, но и снижает болевой порог. Когда пациент очнулся, Вацлав достал медицинский фонарик, и проверил его глазной рефлекс.

— Как вы себя чувствуете? — спросил Вацлав.

— Немного побаливает, но аугментация работает исправно.

—Это хорошо, скоро боль пройдёт.

— Спасибо вам, доктор, вы спасли мой глаз, — поблагодарил пациент Вацлава, и, пожав ему руку, вышел из кабинета.

До обеда, как всегда. наступило затишье, что не могло не радовать супругов Коллер, значит, все аугментации у людей работают исправно, и ничего чинить или менять не нужно, и супруги Коллер облегчённо выдохнув, решили перекусить до обеда, а то вдруг вновь нахлынут посетители.

— Мы молодцы, так грамотно провели операцию, я даже не заметил, как время прошло, — заключил Вацлав.

— Это точно, я не знала, что аугментации могут снашиваться со временем! — удивилась Китти.

— Я тоже, ты рассмотрела маркировку?

— Сейчас. Китти отложила обед, и, надев на руки медицинские перчатки, осторожно взяла аугментацию. Маркировка оказалась наполовину стёртой, но название фирмы Китти всё же смогла прочитать.

— «Isolay».

— Я был знаком с их аугментациями ещё до Инцидента, они делали спортивные аугментации. Но снашиваться они не должны.

— Думаешь это левак? — спросила Китти.

— Китайцы много чего подделывают, но маркировку подделать невозможно, она особая, скорее всего это был испытательный протез.

Тут в дверь кабинета постучали.

— А вот и новые посетители, да-да, входите, — откликнулся Вацлав, убирая со стола обед. За дверью стоял мужчина, чуть ли не два метра ростом, не славянской внешности, он держался живой рукой за аугментированную. Супруги Коллер не сразу узнали в госте звезду боёв без правил Лукаса Монтона.

— Я знаю, что всяким фрикам и прочим чудакам вы не ставите аугментации, но у меня скоро бой, — начал Лукас.

— Вы же Лукас Монтон, чемпион по боям без правил среди аугентированных, простите, что не сразу вас узнал. Спортсмены у нас исключение из правил, — сказал Вацлав.

— Посмотрите мой протез?

— Да, да, садитесь, пожалуйста. Когда мистер Монтон сел в медицинское кресло, Вацлав приступил к осмотру протеза правой руки.

— Когда вы были последний раз у специалиста мистер Монтон? ваш протез, как и аугментация, полностью раскурочен, — спросил Вацлав, заканчивая осмотр руки пациента.

— Бывал ещё до Инцидента, — признался Лукас.

— А спонсоры? Это они должны следить за состоянием ваших аугментаций?

— Все разбежались, у последних вообще денег нет на поддержания аугментаций в хорошем состоянии.

— Боюсь за один раз я не смогу починить ваш протез, тут много чего нужно починить, — заявил Вацлав.

— Бои без правил, моя жизнь и мой хлеб, может, тогда руку поменяете?

— У вас страховка есть? — спросила Китти.

— Какое там, но я заплачу, деньги есть, только умоляю, верните меня в строй, — буквально взмолился Лукас.

— Ладно, уговорили, только всё это будет на ваш страх и риск, — согласился Вацлав.

Операция по замене правого ручного протеза и аугментации мистера Мотона заняла не один час. До этого супруги Коллер не занимались изготовлением протезов и аугментаций для спортсменов, поэтому все имеющиеся в клинике протезы были предназначены для обычных людей. Аугментацию для Лукоса Монтона пришлось собирать буквально из ничего, и то каждый раз пришлось доделывать, так как новый протез и аугментации к нему не хотели исправно работать.

— Фух, ещё ни когда у меня такого не было, — облегчённо выдохнул Вацлав, когда мистер Монтон зашевелил своим новым протезом. Протез получился достаточно громоздким, но подвижным.

— Благодарю вас доктор, я в неоплатном долгу перед вами. Встав с кресла, мистер Монтон полез в свою сумку и достал оттуда пачку чешских крон, каждая по одной тысяче, после чего ещё раз отблагодарил Вацлава за новый протез, и, протянув деньги, вышел из кабинета.

— Делать спортивные протезы и аугментации прибыльный бизнес, если и дальше так пойдёт, надо бы подумать о расширении ассортимента, — улыбнулась Китти.

— Это вряд ли.

— А раньше ты буквально загорался от радости, когда нужно было сделать что-нибудь эдакое, — подметила Китти.

Глава 69

Вечером большая часть семейства Коллер занялась, кто чем, Вацлав всё же решил прочитать адресованное ему письмо, несмотря на то, что он после напряжённого рабочего был выжат как лимон. Конверт выглядел так, как будто отправитель достал его из прошлого, и Вацлав подумал: «Уж не Обид Мортон, отправил письмо?», зная о пристрастиях отца своей жены к предметам старины. Но нет, письмо было отправлено из Бостона, а отправлено оно было Сообществом учёных, кроме сургуча на письме стояли разные печати, и было налеплено очень много марок.

«Не моё ли это приглашение на научную конференцию Бостона?» — подумал Вацлав и кончиком пальца правой руки снял с письма печать. Он не прогадал, это было не только приглашение на научную конференцию в Бостоне, но и вручение доктору Коллеру профессорской степени за его заслуги в области нейропротезирования, а особенно за изобретение, над котором он так долго трудился.

— Китти, — воскликнул Вацлав, — иди сюда. Китти в этот момент находилась в комнате сына, обучая его не только мировой истории, но и истории Чехии, услышав голос мужа, она тут же вскочила на ноги, взяв на руки Карела, вышла из комнаты.

— Что случилось? — тревожно спросила Китти у мужа.

— Я по поводу письма.

— И что там? — спускаясь с лестницы, спросила Китти.

— Помнишь проект, над которым мы работали?

— Ты про эту аугментацию для водолазов? Ну вообще-то над этим работал только ты, я пока мало чего соображаю в этом деле.

— Не отнекивайся моя богиня, ты подтолкнула меня к тому, чтобы я возобновил работу над ним, значит, ты мне помогала. Но я не об этом.

— А о чём тогда? — Китти посадила сына на кресло в прихожей, и с искрой в глазах посмотрела на мужа.

— Меня пригласили на научную конференцию Бостона, где собираются вручить докторскую степень за моё открытие, — чуть сдерживая восторг, объявил Вацлав. Его глаза буквально загорелись огнём, как только он вскрыл письмо и прочитал его, Китти вновь увидела в своём муже того самого Вацлава Коллера, когда они только начали встречаться.

— Поздравляю тебя милый, — сказала она, обнимая мужа, — теперь ты стал наравне с моим отцом, ради этого стоит жить.

— Да стоит, у тебя в семье докторов нет, только профессора, теперь будешь звать меня профессор Вацлав Мортон, — отшутился Вацлав.

— Ты стал Мортоном с тех пор, как женился на мне, — игриво улыбнулась Китти, а потом спросила: — и на какую дату назначили встречу?

— У меня всё схвачено, я давно следил за датами научных конференций в мире, — покачал головой Вацлав.

— Вот только с момента Панхеи всё изменилось, теперь редко кто приезжает в Бостон ради науки, — подметила Китти.

— Но ведь приезжают, насколько я знаю, следующая конференция пройдёт в конце месяца, и к этому моменту я смогу подготовиться, если работы не так много будет.

— Не переживай так Ваца, — подмигнула Китти, — я помогу тебе с работой.

— У тебя и так дел полно: дети, магазин, и тому подобное, — улыбнулся Вацлав.

— Мы тебе все вместе будем помогать.

Хоть до научной конференции в Бостоне оставался целый месяц, Вацлав начал подготовку к ней на следующий день после того, как прочитал письмо. Теперь он начал забивать себе голову не изобретением новых аугментаций, а сочинением речи, но у него ничего не получалось.

—Ох, — выдохнул он, стирая пот с лица, — я не мастер составления речей.

— Ты что, комплексуешь? — тихо спросила Китти.

— Если признаться, да, твоего мужа ещё не приглашали на такие мероприятия, — признался Вацлав жене.

— Это не похоже на того Вацлава, который не смотря на тёмное время пришёл на конференцию Антона Соколова, а после поселился в моём сердце, — массажируя мужу плечи, — сказала Китти.

— Соколову всё равно, читаешь ли ты речь или нет, — вздохнул Вацлав, комкая очередной лист бумаги. Китти давно поняла, что душа её мужа подобна слону, несущемуся сквозь чащу, и что ему нужны враги и преграды, чтобы их сносить, но все эти преграды остались далеко позади. Вацлав взял очередной лист бумаги, и вновь приступил к написанию речи, погрузившись в мысли. Вдруг жена вырвала у него из рук лист, и, отбросив в сторону сказала:

— Это всё формальности, настоящие учёные речи не зачитывают, ты должен гордо зайти на кафедру, и просто поблагодарить всё учёное сообщество за повышение тебя в степени.

— А вдруг я покажусь им невеждой? Тут Китти рассмеялась, услышав это из мужа, которому всё равно, что о нём говорят и думают, и он никогда не прогибается под изменчивый мир, это мир под него прогибается.

— Ты точно Вацлав Коллер? — шуточно спросила она, глядя прямо в глаза мужу.

— Богиня моя, с тобой всё хорошо? — на полном серьёзе спросил Вацлав, а потом вдруг расхохотался, поняв, что за всем этим официозом он может потерять себя.

— Ну, вот вернулся старый Вацлав, а значит, он с этим справится, — улыбнулась Китти.

Вацлаву повезло, сегодня работы у него не было, а всё самое необходимое он давно закупил, поэтому он вместе с женой решил закрыть свою клинику по раньше, и пока дети заняты в школе и в детском саду, решили прогуляться по городу.

— Давай пройдёмся по Карловому мосту? — предложила Китти мужу.

— Я не против подышать свежим речным воздухом и расслабиться, — улыбнулся Вацлав. Идя, к мосту Вацлав и Китти встретили идущего в их сторону Адама Дженсена, похоже, бывший агент Интерпола окончательно решил обосноваться в Праге.

— Эй, смотри это же Адам, — сказал Вацлав жене, и помахал другу рукой.

— И правда он, он, что решил переехать сюда навсегда? — шутливо задала риторический вопрос Китти.

— Сейчас узнаем, — сказал Вацлав. Увидев машущих ему Вацлава и Китти, Адам помахал супругам Коллер в ответ и ускорил шаг.

— Рабочий день ещё не закончился, а ты я вижу, гуляешь, — шутливо подколол Адам своего друга.

— Сегодня спокойный день, клиентов у меня нет, вот мы и закрыли свою клинику раньше обычного и решили пройтись по городу перед тем, как забрать детей из школы и детского сада. А ты что тут делаешь?

— Хожу по городу и ищу работу, но что-то все на меня косо смотрят, и думаю это не из-за того, что я ауг.

Вацлав понял, о чём говорит его американский друг и бывший пациент, после всего, что произошло в мире, теперь все косо смотрят на Америку, видя в ней ось зла, особенно в Чехии, где раньше располагалась база НАТО, ведь половина служащих этой базы была аугментирована, и как только поступил сигнал с Панхеи, натовцы беспорядочно открыли огонь сначала по своим, а потом и по мирным жителям. После всего случившегося многие страны бывшего Евросоюза отказались слушать США, да и зачем слушать страну, которая до сих пор в руинах, и стали прислушиваться к России, Чехия не исключение. Вот и смотрят на Адама как на врага.

— Что поделаешь, люди ещё толком от Панхеи не отошли, боюсь, тебе будет трудно найти тут работу, а что Интерполу больше заняться нечем? Преступность никуда не делась.

— Новому директору Интерпола в Праге сейчас не до меня, — развёл руками Адам.

— Попробуйте помогать простым людям, пусть увидят, что не все американцы плохие, — предложила Китти.

— А это мысль.

Ребята разговорились, и Вацлав рассказал своему другу о том, что скоро он из доктора Коллера станет профессором Коллером.

— Да! Поздравляю вас док, ой, то есть профессор, — улыбнулся Адам.

-Если честно я немного нервничаю, Дженсен, — потирая глаза, признался Вацлав.

— Ещё бы не нервничать! — удивился Адам, — помню, как я нервничал, когда мне сказали, что я буду служить в спецназе.

— И как?

— Быть спецназовцем тяжёлая и неблагодарная работа, но у тебя она другая, — улыбнулся Адам.

Глава 70

Наконец наступил тот день, когда Вацлаву присвоят профессорскую степень на Бостонской конференции учёных. Оставив детей чешским бабушке и дедушке, Китти вместе с мужем за три дня до конференции вылетели в Бостон, а за два дня до вылета Вацлав забронировал номер в бостонском отеле. Ему повезло, похоже, учёные из других стран не спешили на эту конференцию, и отель оказался полупустым. Пока самолёт ещё находился в воздухе, Вацлав всё ещё размышлял над речью.

— Всё ещё не можешь подобрать правильные слова? — ласково спросила Китти мужа.

— Да нет, слова давно подобраны, просто переживаю.

Китти подняла руку, и нежными движениями стала массировать правое плечо мужа. Вацлав пошевелил плечами, покрутил головой и слегка расслабился.

— Смотри, не перегори до вручения степени, — нежно улыбнулась Китти.

— Постараюсь, — улыбнулся Вацлав в ответ. Когда самолёт с супругами Коллер приземлился в полуразрушенном аэропорту Бостона, Китти и Вацлав вышли из самолёта, и направились к зданию аэропорта. Машины, доставляющей людей из самолёта до места забора багажа, не было, и супругам пришлось идти пешком. Людей в зоне забора багажа было мало, в основном это были американцы, которые прилетели в Бостон из других городов и штатов. Когда Китти и Вацлав вошли в здание, пара человек устремила в сторону супругов свой взгляд. — Сразу видно, иностранцы, но Китти и её муж ни как не отреагировали на то, что на них смотрят. Дождавшись когда на ленте получения багажа появятся их чемоданы, супруги Коллер, взяв поклажу, покинули аэропорт.

Вацлав без труда поймал попутку, и попросил отвезти его и супругу в отель «Бостон-Хилтон».

— Это будет стоить 10 долларов, — сообщил таксист.

— Я расплачусь, тогда когда мы окажемся на месте, — сказал Вацлав.

— Как скажете, — кивнул таксист, а потом поинтересовался, почему Вацлав и его супруга решили остановиться в этой дыре, ведь после Инцидента этот отель превратился в развалюху, как и вся страна.

— Мы тут задерживаться не собираемся, только на конференцию и обратно, — сказала Китти таксисту.

— Вы из учёного сообщества?

— Да.

— Ну, тогда эта развалюха не для вас.

— Просто других развалюх не нашлось, — смеясь, пошутил Вацлав. Путь до отеля оказался недолгим, всю дорогу, чтобы не смотреть на развалины некогда великого города — Бостон, супруги Коллер повернувшись друг к другу лицом, стали разговаривать, и замолчали лишь тогда, таксист сообщил им, что они на месте. Поблагодарив его за поездку, Вацлав расплатился с ним, и, выйдя с женой из машины, вытащил из багажника чемоданы. Да, таксист оказался прав, отель с красивым названием «Бостон Хилтон» был похож на отель из фильмов ужасов.

«Мы здесь ненадолго, только получим профессорскую степень, а дальше обратно в Прагу» — стал говорить про себя Вацлав. Номер, который он забронировал для себя с супругой, находился на втором этаже, лифт в отеле работал, но муж и жена решили не рисковать, а пойти пешком. Администратор сказал им, что они не первые учёные, которые решили зарегистрироваться в этом отеле, незадолго до них сюда прибыл человек из ГАРМа.

— Из ГАРМа?! — удивилась Китти.

— Да миссис Коллер.

— А его фамилия случаем не Мортон?

— Мы не раскрываем данные о наших постояльцах, — сказал администратор.

— Ладно, кто он и что тут делает, узнаем потом как-нибудь, надо готовиться к конференции, — сказал Вацлав.

— Да, точно, — согласилась Китти.

Номер оказался не таким убогим, как сам отель, даже претендовал на номер люкс: с двумя спальнями, с раздельным санузлом и с кабинетом.

— Ничего себе, и сколько ты заплатил за бронь? — спросила Китти у мужа.

— Я просто попросил номер получше, — развёл Вацлав руками. В дверь постучали.

— Я открою, — бросила Китти мужу, и пошла открывать.

— Ну и как вам номер? — спросил Обид Мортон, как только Китти открыла дверь.

— Папа! Перед Китти стоял ни кто иной, как профессор антропологии Обид Мортон, и по совместительству её отец. Как оказалось позже, это он прибыл в отель раньше дочери с мужем, и даже попросил поселить её в номере люкс.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, Обид, — признался Вацлав.

— Я ни разу не пропустил ни одной научной конференции, и сейчас не собираюсь, — улыбнулся Обид.

— Вашеку хотят присудить докторскую степень, — похвасталась Китти отцу.

— Давно пора, зятёк, — рассмеялся Обид, и крепко пожал руку Вацлаву.

— Ещё немного, и он будет стоять на одной ступени с тобой, — улыбнулась Китти.

— Китти, — хотел одёрнуть жену Вацлав, но Обид только рассмеялся, сказав, что антропология и протезирование разные учёные степени, но он всё равно рад за своего зятя и за дочь, которая не ошиблась в муже. Поговорив с зятем и дочерью, Обид пошёл к себе в номер. Китти осталась наедине с мужем. Как оказалось, в номере был ещё и балкон, но выходить на него и смотреть на разрушенный Бостон супругам не хотелось.

— Посмотрим, что-то по телевизору? — предложил Вацлав жене.

— Хорошая идея, надо расслабиться перед конференцией, — согласилась Китти. По работающим федеральным каналам показывали в основном местные новости, в которых говорилось о том, что США собирается заново перестраивать свою страну, и тут же велись дискуссии на тему, чьими руками это делать, так как рабочих в стране почти не осталось, и только мельком в новостной программе промелькнула новость о том, что через несколько дней состоится научная конференция. Один из дикторов в шутку сказал, что на конференции будут одни призраки, вряд ли кто-то из учёных на неё придёт.

— Ну, два достойных учёных всё же будут, — я и мой тесть Обид, — так же отшутился Вацлав, после чего он, рассмеялся.

— Вот эти дикторы удивятся тому, что на конференции будет сорок человек, — хихикнула Китти.

— Ты о чём?

— Я только что посмотрела на список заявленных людей на конференции, и там будет штук сорок учёных, похоже учёный совет начал потихоньку просыпаться, — улыбнулась Китти.

Глава 71

Наконец настал тот день, учёным, а заодно доктору Коллеру, будут присваивать профессорскую степень. Вацлав до сих пор, не верил в то, что ему дадут профессорскую степень, не зря он половину своей жизни посветил аугментациям, особенно той аугментации, над которой начал работать сразу же после окончание технического университета. Перед выходом из номера отеля, Вацлав начал нервничать. Он постоянно заглядывал в зеркало, смотрел, хорошо ли уложены волосы и идёт ли ему пиджак. Китти была удивлена такому поведению мужа. Раньше, он не так зацикливался над своей внешностью, и его лёгкая небрежность в одежде ей нравилась. Она прекрасно помнила тот день, когда его встретила на конференции устроенной Антоном Соколовым в Праге. Китти тихо подошла к мужу, и, обняв его сзади, сказала:

— Успокойся милый, тебе награду вручают не за то, как ты выглядишь, а за твои заслуги.

— Я скоро стану ровным твоему отцу, и должен выглядеть, также как и он, — не унимался Вацлав.

— Знал бы ты, как в твоём возрасте выглядел мой отец, он только своим характером заставил себя уважать, — бросила Китти мужу.

— Да?

— Угу, я тебя полюбила не за то, как ты выглядишь, а за твой ум, и твой характер, ты не должен его прятать под одеждой, — ласково проговорила Китти. Слова жены успокоили Вацлава, он отбросил пиджак в сторону и, разлохматив свои волосы, направился к выходу из номера, Китти устремилась за ним. На выходе из отеля, супруги Коллер столкнулись с Обидом Мортоном. Тот любопытно осмотрел внешний вид Вацлава, и только улыбнулся.

— Я рассказывала ему о тебе пап, — приветливо сказала Китти отцу.

— Теперь видно, что ты одна из нас, а Вацлав?

— Я стал одним из вас, когда женился на вашей дочери, — приветливо ответил Вацлав. Вскоре, к небольшой группке учёных вышел организатор научного совета, он сообщил им, что автобус скоро приедет за ними, и все находящиеся в коридоре послушно сели на скамейку в ожидании автобуса. Только Китти с Вацлавом и отцом решили постоять, уж слишком они засиделись в отеле.

— Здесь ещё за учёными присылают автобусы? — удивилась Китти.

— Пришлось потрудиться, чтобы найти хороший автобус в городе, — слегка улыбнулся Обид.

— Ты это сделал папа!? — удивилась Китти.

— Всё, чтобы мои собратья по науке, чувствовали себя комфортно. Автобус вскоре прибыл за учёными, и они, разделившись на группы, смело в него сели. Не смотря, что среди учёных были молодые дарования, только готовящие защитить свои начальные степени. Никто из них не толкался, все послушно зашли в автобус. Китти подметила, что её отца уважают в научной среде, и как только они расселись, сразу же завели разговор с профессором Мортоном. От отеля до места, где учёным будут вручать различные награды, два часа хоту. За это время, Вацлав смог полностью взять себя в руки, и полностью подготовить свою речь. На всякий случай он попросил у жены лист бумаги и ручку, чтобы записать на нем свою речь, которую он будет произносить перед публикой.

— И это место, где нам будут вручать награду!? — удивился один из учёных, как только автобус прибыл в пункт назначения. Здание выглядело хуже, чем отель, где все остановились, даже маскировка не могла скрыть, во что превратился никогда престижный университет Бостона.

— Люди, я уверю вас, что внутри не всё так плачевно как снаружи, — заверил Обид Мортон.

— Пап, ты, что и там постарался? — шепнула Китти.

— Увы, я не настолько могучий, чтобы всё исправить. Просто, я неоднократно бывал в здании университета.

— Я видел ящики, посланные из Бостонского университета на Острове теней, — сказал Вацлав.

— Надеюсь, они тебе и Китти ещё пригодятся, и вы вернётесь на остров, — подмигнул Обид.

— Мы там недавно были, пап, — вежливо сказала Китти.

— Я знаю, я же с тобой разговаривал по радиостанции, но хочу, чтобы вы туда вернулись.

— Я туда собираюсь ещё слетать! Не весь остров обошел, — подметил Вацлав.

Учёные вышли из автобуса и направились к зданию бостонского университета. Обид Мортон оказался прав, внутри здание ни капельки не изменилось, разве что, кой-где на стенах висела паутина, а ковры слегка выцвели. Вся группа шла за организатором, и им был не отец Китти, а почётный учёный в возрасте. Сначала всех привели в банкетный зал, и попросили пока остаться тут, пока организатор готовит зал для вручения наград. Учёные не возражали, для них главное не вид здания, где им будут вручать награды и давать степени, а сами награды за труды. Через несколько минут в банкетном зале появились репортёры. Учёные оторвались от фуршета устроенного в их честь, и быстро выпрямились. Китти подметила, что репортёров, больше всего интересуют именно те учёные, которым будут вручать докторскую и профессорскую степень, и легонько пихнула в бок своего мужа.

— Думаешь, на меня обратят внимание? — тихо спросил Вацлав, зная, к чему подталкивает его жена.

— Ещё бы. Ты не слезаешь с обложки журнала "Наука"! — в полголоса ответила Китти. Услышав название журнала, репортёры переместились к Вацлаву. Китти на время отошла от мужа, давая ему почувствовать минутку славы.

— Простите, это вы тот гений аугментаций с обложки журнала "Наука"? — обратился один из репортёров.

— Да, это я, доктор Коллер, — гордо заявил Вацлав.

— Нам сказали, что вам присвоят профессорскую степень.

Вацлав кивнул, стараясь держать марку, и не убежать от репортёров. Все эти вспышки фотокамер, яркий свет и микрофоны, похожие на швабру, явно не для него, он не привык к вниманию со стороны.

— Не расскажите нам, о своём изобретении, за которое вам дадут эту степень?

— Ну, это... — вдруг замялся Вацлав, но потом взял в себя в руки, и так же гордо произнёс, — Я изобрёл аугментацию, которая позволит водолазным исследователям, обходиться без громоздкого оборудования.

— Это интересно. И сколько же времени, у вас на это ушло?

— Я начал изобретать, как только, закончил технический университет в Праге, и закончил относительно, недавно, — улыбаясь, ответил Вацлав.

— Трудно было?

— Ну... — Вацлав начал искать в толпе жену, и когда нашёл ее, сделал небольшой жест. Китти тут же поспешила к мужу.

— Я бы не закончил её без моей любимой жены и по совместительству моей богини Китти.

— Вац, — одёрнула Китти мужа.

— Миссис Коллер, — репортёры переключились на жену Вацлава.

— Ну, я скажу, что я всецело поддерживала начинания мужа, и когда он, рассказал мне о недоделанной аугментации, я подстригла его на то, чтобы он продолжил её делать, — вежливо ответила Китти.

— И как это, жить с гением?

— Не все могут ужиться с таким гением как Вацлав, это как удержаться на гребне волны, — улыбнулась Китти.

— В смысле?

— Он король, и ему нужна необычная девушка, а королева. А я себя, королевой не считаю, конечно, но рада, что из всех девушек в Праге, он выбрал меня.

— И она дочь Обида Мортона, — подметил Вацлав.

— Это правда, миссис Коллер? — спросил один из репортёров у Китти.

— Да, — кивнула Катарина, и недовольно посмотрела на мужа.

— Вы идёте по стопам отца или у вас другой жизненный путь?

— Пока, я только помогаю своему мужу, — улыбнулась женщина. Китти ожидала того, что сейчас ей начнут говорить о том, что такая сильная женщина, из знаменитой семьи, является тенью своего мужа. Конечно, у неё есть на это свой ответ, ответ который поставит всех на место и прекратит эту тему. Но к счастью, в банкетный зал явился организатор, и попросил всех пройти в зал для вручения наград. Учёные вместе с немногочисленными репортёрами, и Китти с Вацлавом, послушно пошли в след за организатором. Войдя в зал для вручения наград, все учёные сели на отмеченные их именем места и стали ждать, когда назовут имена.

Глава 72

Номинантов на присуждение профессорской степени было не много, и присвоение степени происходило не поимённо, а выборочно. Сначала вызывали кандидата, когда тот выходил, то его просили немного рассказать о себе и своём деле. Вацлав вновь убедился в том, что все эти престижные вручения наград — не для него. Молодых учёных, которым должны присвоить профессорскую степень, кроме самого Вацлава не было, были в основном люди средних лет, и каждый, кого просили рассказать о себе или о своём деле, в самом середине рассказа начинал, кичиться своими знаниями.

"Хоть бы кто-нибудь сказал, что профессорская степень для него не так важна, как его помощь людям" — подумал Вацлав, ёрзая на стуле.

— Тише, скоро тебя вызовут, — шепнула Китти мужу.

— Поскорее бы.

— Я понимаю тебя Вацлав, — вдруг сказал Обид Мортон. — Сам не люблю этих зазнаек.

— Ну да пап, ты любишь рубить правду матку, за это тебя и уважают, — подметила Китти.

— Мне достаточно того, что я Мортон.

— А теперь, — сказал ведущий. — Профессорская степень присуждаются доктору — Вацлаву Коллеру!

Вацлав встал, и под аплодисменты жены, зятя и остальных учёных направился к кафедре. В зале тут же стало тихо, все ждали от доктора Коллера длинной речи о себе и его деле. Вацлав подумал о том, что если бы он не надел на себя костюм, в котором он женился на Катарине, а вышел в своём привычном наряде, то в зале, не стояла гробовая тишина.

"Не люблю когда тишина вокруг, напрягает" — подумал он, вставая за кафедру.

— Ну, доктор Коллер, расскажите нам, что-нибудь о себе для начала, — спросил ведущий. Репортёры вновь защёлкали своими фотоаппаратами, от чего Вацлаву вновь стало не по себе, он не привык к такому вниманию к своей персоне.

"Так", — подумал он. — "С чего бы начал Антон Соколов". — Может, для начала я расскажу о своём изобретении? Глубоко вдохнув, Вацлав начал рассказывать о своей аугментации, которую он изобрёл в помощь водолазам, и что идея к нему пришла при просмотре канала Discovery, где показывали подводный мир. Он подумал о том, что если бы у исследователей подводного мира, не было громостких кислородных баллонов и потребностей в кислороде, они бы больше времени посветили своим исследованиям. Публика в зале тут же затрепетала, кто-то говорил, что это противоречит законам природы, кто-то считал это не возможным в принципе, кто-то обозвал Вацлава дилетантом.

— Вы спрашиваете, как это возможно? — вопросил он, улыбаясь, и попросил принести ему доску и мел. После того как просьба Вацлава была выполнена, он тут же начал чертить на доске схему строения человека и его лёгких, после, попросил принести ему его изобретение, которое он отправил в комитет по почте. Его аугментация не потерялась при полёте в Америку, и он был рад этому, хоть что-то тут работает.

— Итак, продолжим. Как видите вот эта незамысловатая штуковина крепится к руке водолаза, вживлять её никуда не надо, а вот это, — сказал Вацлав указывая на схему на доске. — прикрепляется к носовым пазухам.

— И как это будет работать? — спросил кто-то из зала.

— Это как радиоуправление, просто включаете аугментацию, и сигнал передаётся от руки к этим штуковинам, и вы дышите как рыба.

— И что будет работать без всяких приживлений в тело человека?

— Если боитесь, что эта конструкция даст сбой, то для вас лично могу изобрести и внутренние аугментации, тем более, что после сыворотки Соколова, не надо будет принимать давно исчезнувший Нейропозин, — улыбнулся Вацлав. И вновь зал затрепетал, а репортёры защёлкали своими фотоаппаратами.

— Прогрессивно и по делу, настоящий Мортон, — подметил Обид, наблюдая не только за тестем, но и за публикой. И тут...

— Может быть, хватит с нас экспериментов, мы только-только примерили обе стороны!

— Эй, я не Хью Дерроу, чтобы проецировать свои страхи на людях! Эта аугментация создана для мирных целей, и если, что-то будет не так, вы только почувствуете небольшое покалывание на руке.

Вацлаву очень долго пришлось отвечать на вопросы других учёных, после того как, был задан последний вопрос публика сдалась и зааплодировала ему, а ведущий заявил, что доктор Коллер только, что защитил профессорскую степень.

"А зятёк молодец, смог постоять за себя, я через это уже проходил", — подумал Обид и улыбнулся.

— Поздравляю, мистер Коллер с приобретением профессорской степени, как вы себя чувствуете после этого? — задал вопрос ведущий.

— Для меня степень, не имеет никакого значения, но, мне приятно было побороться с лучшими умами человечества! — улыбнулся Вацлав. После того как все докторские степени были присвоены, учёных пригласили в банкетный зал, чтобы они отпраздновали "своё повышение". Вацлав вместе с женой и тестем, пошёл вслед за остальными.

— Хоть перекусить дадут нормально, я не привык, есть под камерами, — пошутил Вацлав, видя идущих к выходу репортёров.

— Как я тебя понимаю, дорогой зять, — подмигну Обид. В отличие от остальных, чета Коллер-Мортон, заняла отдалённое место за столом, чтобы можно было ни только сытно перекусить, но и друг друга поздравить.

— Поздравляю тебя Лава, ты всех их сделал, — улыбнулась Китти, и чмокнула мужа в щёку.

— Ты достойно продержался, молодец! — тихо похлопал в ладоши Обид.

— Мне показалось, что вот-вот и я сбегу, — признался Вацлав.

— Ты же не из тех, кто бежит от опасности, а из тех, кто готов бежать по головам ради достижения цели, — заметила Китти.

— И куда теперь двигаться будешь, думаю, после того, как ты дорогой Вацлав стал профессором, работы у тебя прибавится, — улыбнулся Обид.

— Я всё ещё придерживаюсь позиции, — "не оперировать всяких фриков желающих заменить здоровые ноги и руки на протезы", так что, вряд ли.

— Ну, профессор не только оперирует, но и даёт советы.

— Я этим занимался, когда был доктором.

— Думаю, протезы от профессора и аугментации должны быть более...

— Я понял, но для этого мне нужны новые идеи, — улыбнулся Вацлав.

— Кажется, я знаю, где ты можешь их взять, — сказала Китти.

— И где же?

— Помнишь, ты хотел вернуться на остров?

— Да, но как же дети? Им надо учится, развиваться, я как-то не вижу их под домашнем обучением, — развёл руками Вацлав.

Китти понимала, что без новых идей, профессор Коллер не реализует себя, ему нужны новые начала, и взять он их сможет только на острове Теней, — этот остров на протяжении веков вдохновлял многих из семейства Мортонов, Китти не стала знаменитым Мортоном, найдя для себя нишу, помогая мужу, но Вацлав может занять место за Мортонами, даже если, он не является одним из них. Но она так прикипела к мужу, что и жизни без него и детей не видит.

— Воспитанием детей займусь я, пока ты будешь творить в лаборатории дедушки Джереми, я полжизни провела на домашнем обучении, только к четырнадцати годам, перешла на школьное, — улыбнулась Китти.

— Ну, если ты так хочешь, то да, мы вернёмся на остров, обещаю, мы недолго там пробудем.

Глава 73

— Неожиданное решение, — удивился Обид Мортон, услышав от своей дочери, что она хочет вместе с семьёй вернуться обратно на остров.

— Остров Теней – лучшее место, где Вацлав может развить себя, как это делали наши предки, — ответила Китти.

— Сколько я не пытался отладить тебя от острова, ты всё равно туда хочешь вернуться! — задумался отец.

— Сейчас он выглядит по другому, да, и к тому же... всё это суеверие, — попыталась успокоить своего отца Китти. Она продолжала верить в то, что всё, что происходило с её предками в прошлом – это чисто случайность, даже после того, как нашла ящик с индейскими иероглифами, прикованный к похороненному в болотах кораблю.

Немного помявшись, Обид согласился, на личном самолёте отвести её с семьёй на остров Теней. Туда надо лететь, когда тучи ещё не заволокли небо над островом. По пражскому времени - вечером. Но сначала, надо было взять всё самое необходимое в дорогу. Китти и Вацлав вернулись обратно в Чехию, первым делом, они навестили родителей Вацлава, чтобы не только забрать у них детей, но и подготовить к тому, что возможно, они будут видеться реже.

— Ты уже взрослый сынок, — начал Лукаш.

—Да, ты стал настоящим учёным, и приходит время, когда надо покинуть уютное гнёздышко, и отправится в путь! — слегка улыбнулась Сьюзанна Коллер.

— Так вы меня отпускаете?

Оба родителя подошли к Вацлаву и обняли его.

— Ты особенный Вацлав, мы давно это поняли, и рады, что воспитали в тебе всё самое лучшее. Мы давно тебя отпустили, — сказал Лукаш сыну. — Только не забывай звонить нам!

— Конечно, позвоню, на острове есть радиостанция, — сказал Вацлав.

***

В отличие от родителей Вацлава, его дети немного запротестовали. Карел настолько прикипел к историческому кружку, а Аделла к кружку юных механиков, что им не хотелось расставаться с любимым хобби. Тогда Китти спросила:

— Библиотеку помнишь?

— Да, она гигантская.

— Так вот, там полно книг по мировой истории, в том числе и по истории Чехии, так что, ты ничего не потеряешь.

— А я? — обиженно спросила Аделла.

— Помниться, я помогала своему дяде, сидя у него в лаборатории, так что, ты можешь мастерить на пару с отцом.

Дети, поняв, что они ничего не потеряют, тут же притихли, и согласились лететь вместе с родителями на остров Теней. Сбор занял несколько дней: сначала чета Коллер собрала не только свои вещи, но и вещи детей, кое-что пришлось прикупить, ведь на острове постоянно пасмурная погода, также, они закупили несколько банок с консервами на всякий случай, прихватили из дому поваренную книгу и несколько не скоропортящихся продуктов. Всё это время, Обид Мортон находился рядом с дочерью и её мужем, и помогал им собирать вещи.

— На острове проблема со снабжением, — начал Обид. — Так как, почтовый и продовольственный корабль перестал ходить туда ещё в позапрошлом году, я каждую субботу буду присылать вам человека с провизией.

— Благодарю за помощь, дорогой зять, — улыбнулся Вацлав.

— Ты береги мою дочь и моих внуков, хотя... остров вас всех сбережёт, — улыбнулся Обид.

До аэропорта, где был припаркован частный самолёт, чета Коллер вместе с детьми добирались на такси, так как, машина и дом были заперты не только на ключ, но и на замок. Когда вся семья села в самолёт и когда все вещи были погружены, Обид дал наказ пилоту отвезти всю семью на Остров теней, и дал наказ сильно не болтать самолёт, дабы ни кто не пострадал.

— Как скажите сэр, — улыбаясь, ответил пилот, и завёл мотор.

***

Прага постепенно уменьшалась, а вскоре стала просто очертанием ландшафта на карте мира. Дорога до острова заняла целый день. Благодаря новейшей технологии самолёта строения, перелёты из одной страны в другую занимали меньше времени, хотя не всем эти самолёты доступны. Обид Мортон вовремя нанял на работу пилота с таким самолётом.

— Подлетаем к острову Теней, — сообщил пилот, когда очертания острова появились в лобовом стекле. В это время всё семейство кроме Китти спало, и как только пилот сообщил, что скоро посадка, она стала будить свою семью. Повезло, что во время полёта дети вели себя нормально и не жаловались на неудобства. Вацлав заснул за чтением книги.

— Эй, пора просыпаться, — улыбаясь, шепнула Китти.

— Что уже? — спросила Аделла.

— Да.

— Карел, пап, просыпайтесь, мы прилетели, — стала тормошить Аделла своих родных. Пилот, приземлился рядом с отремонтированным пирсом. Прилетели вовремя: было солнечно, и волны в океане ещё не поднялись, что позволило пилоту посадить самолёт-поплавок. После, пилот помог семье Коллер сойти на берег и помог им вытащить из багажа вещи. Вся опасность на острове была сведена к минимуму: неустойчивые и расколотые плиты были заменены на новые, область болота – огорожена, а старые статуи, которые раньше были уродливыми, обрели новый облик. Так что, за безопасность детей, Китти не волновалась.

— А я и забыл, что остров теперь другой, — улыбнулся Вацлав, беря в руки пару сумок.

— Это вы сделали миссис Коллер? — спросил пилот.

— Да, я.

— А отец знает? Ему бы понравилось.

— Я ему об этом сообщила, — улыбнулась женщина.

— Ого, у нас, оказывается, есть фамильный герб, — улыбнулся Вацлав, глядя на глиф с изображением змеи обвивающей сияющий жезл. Рабочие обнаружили его, когда отчищали фасад здания ото мха. Раскрашивать его Китти не решилась, так как, это изображение является священным животным одного из богов Абкани – Гиламеша. Его изображали в виде мужчины с головой змеи и телом человека, держащим в руках сияющий жезл. Когда Иденшоу был жив, он говорил, что над жезлом парит само солнце. Китти достала большой витиеватый ключ и открыла входные двери.

— Вот мы и на месте, — улыбаясь, сказала она.

Глава 74

В дом входить теперь не страшно. Рабочие постарались на славу, хорошо отремонтировав внутренне убранство особняка и не повредив его.

— Это точно особняк семьи Мортон?! — удивлённо спросил Вацлав, как только Китти щёлкнула выключателем.

— Да, это точно наш дом, — весело улыбнулась девушка. — Его тоже отремонтировали, так, что жить в нём не страшно.

— Мне не было страшно жить здесь и раньше, — сказал Вацлав.

— Но, ты у нас и так бесстрашный профессор Коллер, — игриво сказала Китти.

— Да, — сказал Вацлав, глядя на стоящих рядом детей. — И детям тут будем безопасно.

Карел и Адела послушно стояли рядом с родителями и осматривали преобразившийся особняк, который засверкал по новому, после чего Адела повернула голову к родителям и спросила, где будет её комната.

— Ну, поскольку ты у нас девочка послушная, то твоей комнатой будет бывшая спальня моего дяди, а спальня твоего брата будет рядом с нашей, — сказал Вацлав дочери. Взяв свои вещи Адела смело зашагала к своей новой спальне. Карел ещё с прошлого раза не смог привыкнуть к дому, поэтому родители сопроводили его до его спальни и сказали ему, чтобы он сам распаковал свой чемодан.

— Немного тесновата комнатка, — сказал Карел, осматривая бывшую спальню Иденшоу.

— У твоей сестра такая же, — сказала Китти сыну.

— Но, больше, — запротестовал сын.

— Сынок, когда тебе будет столько лет, сколько и твоей сестре, то, обещаю, что твоя спальня будет такой же, — заверил Вацлав.

— Ну, ты пока разгружайся, а мы пойдём в свою комнату, — сказала Китти, и потянула мужа за рукав.

Супруги вернулись обратно в прихожую, и, взяв свои чемоданы, пошли в свою спальню на втором этаже. Теперь это их новое жилище, и нужно постараться, чтобы оно было уютным, даже после обновления особняк, всё ещё оставался загадочным и неприступным, на острове по-прежнему бушевали сильные ветра и грозы, так, как в его недрах находятся залежи абканских камней, которые притягивают грозу.

—Ух, — выдохнул Вацлав.

— Что-то не так? — спросила Китти мужа. — Я знаю, что к новому месту трудно привыкнуть, но...

— Я просто представил, кто будет заниматься детьми, когда мы будем заняты делом, — пожал плечами Вацлав.

— Тут ты прав, я помню своё детство тут, ни кто не хотел прилетать на остров, и все заботы обо мне легли на плечи Джозефа Иденшоу, а теперь его нет. Но все опасные места скрыты от детей, поэтому за их сохранность я не боюсь.

— У меня идея, что, если, Адела будет в свободное время сидеть в одной лаборатории с нами раз её интересуют аугментации? — предложил Вацлав.

— Это хорошая идея, так она быстро научится изобретательству, — улыбнулась Китти, вспоминая себя, когда она втайне от родителей помогала своему дяде Алану. Это было в лаборатории, которая располагается в крепости, в другой части острова. Распаковав вещи, Китти устроила мужу экскурсию по обновлённому дому, а показать было что. Начиная с хозяйской спальни, которая превратилась в "спальню королей", со всеми античными статуями, старинным барельефом и внутренней беседкой, и заканчивая третьим этажом и чердаком.

— Рабочие на славу постарались, — заключил Вацлав, закончив осмотр дома.

— Да, из аугов хорошие рабочие получились, обычные, долго бы возились. Неизменными тут остались, только две лаборатории, в которых некогда трудились мои родственники. Кстати, ты в какой лаборатории будешь работать? — улыбаясь, спросила Китти мужа.

— В подвал я возвращаться не хочу, поэтому выбираю крепость, — улыбнулся Вацлав.

— В таком случае бери свои инструменты, и поёдём в крепость.

— Большая их часть у меня всегда с собой, — игриво улыбнулся Вацлав, махая правой рукой. Китти тоже улыбнулась, и, обхватив правую руку мужа своими сказала: — сколько времени прошло, а ты не меняешься.

— Это что сарказм?

— Нет, мне не нужно, чтобы ты менялся, оставайся таким, как есть.

Дети уже устроились в своих комнатах и стали бегать по коридорам зовя родителей. Нужно было как-то их занять, вовремя похода в крепость, чтобы они не носились по дому, и не дай бог не упали с лестницы. Поэтому Китти разрешила им поиграть в хозяйской спальне, оставив Аделу за главную. Здесь полно места для игр, и пораниться невозможно.

— Ади присмотри за братом, пока я с вашим отцом буду в лаборатории, — сказала Китти дочери.

— Хорошо мам, я прослежу за ним, чтобы он не выходил из комнаты, — согласилась девочка.

Взяв всё необходимое, Китти и Вацлав вышли из дома и направились к крепости. Теперь дорога до форта занимала мало времени, так, как не нужно было подниматься или спускаться по различным уступам, а можно идти прямо по дороге.

— А тут много чего поменялось, надеюсь, со временем не просядет, — подметил Вацлав.

— Это вряд ли, я специально указала рабочим, где нужно прокладывать дорогу, — сказала Китти.

— Я помню, по каким тропам мы сюда пробирались, — улыбнулся Вацлав.

Форт по-прежнему стоял на своём месте, обросший диким виноградом и разными сорняками. Ворота, всё так же не поддавались, и обоим супругам пришлось на них налечь, чтобы они открылись. Вацлав помнил тот день, когда жена привела его в башню, и сказала, что раньше тут трудился её прадед Джереми Мортон. Тогда вся лаборатория была забита проржавевшими инструментами, деталями неизвестно чего и разными чертежами. Тут, всё так и осталось, Китти сказала, что внутри решила всё оставить, как есть, чтобы у Вацлава всегда были инструменты под рукой.

— Ну, вот, мы и на месте, — сказала она мужу, как, только они поднялись к башне, и она открыла дверь лаборатории. Вацлав прошёл первым, и, воспользовавшись паяльником, встроенным в его правую руку, отыскал выключатель и включил свет.

— Лаборатория достойная гения, — улыбнулась Китти, идя следом за мужем.

— Честно признаться, разработки твоего дяди мне помогли на много улучшить различные протезы, вот, только боюсь, что всего того, что находится в лаборатории, мне не хватит.

— Не переживай, тай, я свяжусь с Чешской республикой и запрошу всё необходимое, — улыбнулась Китти.

— Что ж, пока дети заняты друг другом, мы до обеда можем заняться своими делами, — подмигнул Вацлав супруге.

— Уже придумал новую аугментацию?

— Пока хочу доработать старую.

— Скажи, что надо, я закажу, — вежливо сказала Китти.

— Нужно углеродное волокно, ещё графен и моток проволоки, сколько, я пока сам не знаю.

— Окей, я запишу сейчас, — ответила Китти, и потянулась за листком бумаги.

— Приятно работать с тобой, моя помощница? — улыбнулся Вацлав.

— А мне с тобой.

Китти и Вацлав до обеда провозились в лаборатории, составляя опись того, что необходимо для будущей работы, так, ко всему тому, что заказал Вацлав, добавились ещё вещи. Если для своей работы Мортоны раньше заказывали из Бостона, то теперь, во времена, когда только три державы остались на плаву, придётся заказывать из Чешской республики или из Китая, или России. Когда опись была составлена, супруги вышли из крепости и вернулись в дом, как раз, перед началом новой грозы.

— Что ж, пора обедать, ты пока проведай детей, пока я буду готовить, — сказала Китти.

— Вас понял, — подмигнул Вацлав и пошёл в хозяйскую спальню. Дети по-прежнему играли в ней, точнее, играла только Адела, Карел, как будущий историк обходил каждую статую и подробно её изучал.

— Папа, — вдруг выпалил он, когда Вацлав вошёл в комнату.

— Соскучился?

— Нет, было не до скуки, я тут изучал кое-что, — деловито ответил сын.

— Да, он часами глазел на греческие статуи, — подтрунила над братом Адела.

— Мойте руки и спускайтесь вниз, мама готовит обед, — сказал Вацлав детям.

— А ты помыл свои? — спросила дочь.

— Помою вместе с вами, заодно, и проконтролирую вас, — ответил отец.

Глава 75

После обеда, пока дети играли в доме, Китти вошла в комнату Аделы и по тайному проходу спустилась в подвал. Это был короткий путь проникнуть в комнату с радиостанцией и по ней связаться с Прагой, чтобы оттуда кое-что привезли на остров. Когда она занималась ремонтом дома, то облагородила и старый подвал особняка, а так же попросила рабочих отремонтировать дверь, ведущую в переговорную комнату и разобрать завал. Перед тем, как туда спустится, она попросила мужа чем-нибудь занять дочь, чтобы она не видела, куда пошла её мама, а то ведь узнает, и, не дай Бог, заблудится в сыром подвале. Пока Вацлав играл с детьми, Китти вошла в комнату с радиостанцией и связалась с Пражским техническим университетом.

— Хорошо, мы вас поняли пани Коллер, высылайте ваши координаты и мы пришлём вам всё самое необходимое, — передали по радиостанции.

— Мы живём на небольшом острове, который располагается близ материка Северная Америка, спутать его с другими островами практически невозможно, так, как его хорошо видно со стороны океана.

— Вы с Теневого острова?

— Да, это он и есть – остров Теней, корабли иногда проплывают мимо него, — сказала Китти.

— Что ж, в таком случае, в ближайшие дни ждите прибытие корабля с вашими запчастями.

После разговора с Прагой, Китти вышла из комнаты, поднялась наверх к мужу и детям, сказав, что в ближайшее время привезут всё самое необходимое.

— Похоже, остров Теней больше ни кого не пугает, после преобразования, — улыбаясь, подметил Вацлав.

— Подумываю установить некое подобие маяка, чтобы капитанам кораблей было видно издали остров.

— Маяк здесь не нужен, достаточно установить фонарь на одной из башен особняка, — сказал Вацлав.

— Это мысль. Благодаря изобретению моего прадеда у нас есть хороший генератор, и фонарь будет работать без перебоев, — улыбнулась Китти.

Пока из Праги не привезли всё необходимое для работы Вацлава и Китти, чета Коллер подготавливалась к большой работе. Вацлав привёз из Чехии все свои чертежи и те, которые ему когда-то передала жена. После того, как Китти и Вацлав обустроили лабораторию в крепости, они, взяв детей, решили прогуляться по острову. Естественно, если дети не будут шалить и проситься туда, куда им запрещено. Сейчас на острове Теней не так хорошо, да и фонари, которые просила установить Китти, хорошо освещают не только большую часть острова, но и крытую веранду.

— Дети держитесь рядом и никуда не убегайте, — предупредила Китти детей.

— Хорошо мам, я буду приглядывать за братом, — весело сказала Адела.

— Надеюсь за тобой приглядывать не нужно, дочка? — подмигнув, спросил Вацлав.

— Нет, я уже взрослая и знаю, что можно, а что нельзя.

— Это надо же, как мы быстро растём, — подметила Китти.

Одевшись по-теплее, чета Коллер, вместе с детьми, вышла из дома и направилась на крытую веранду. Здесь темнело рано и уже небо начало заволакиваться тучами, но фонари прекрасно освещали, веранду и, когда Адела взглянула на них, она немного защурилась.

— Даже не вериться, что всё это – работает от одного источника энергии.

— Да, этими камнями весь остров усеян, поэтому здесь постоянно грозы, но они являются незаменимым источником энергии.

— Ваша семья умеет хранить тайны, сейчас такие источники крайне необходимы, — заметил Вацлав.

— Я не дам компаниям разграбить моё наследие, да, и все, кто пытался не честным путём заполучить, хоть частичку острова, пропадали без вести.

— Ладно, не будем об этом, сейчас, просто немного прогуляться, перед ужином. Кто знает, может быть, корабль придёт завтра, — сказал Вацлав.

— Это точно, — глядя на мужа, подметила Китти.

— Дети посмотрите, какое бывает здесь звёздное небо, — сказал Вацлав детям, указывая на сияющие сквозь тучи звёзды.

— Ух ты, красиво... — протянул Карел.

— И луна отсюда ни куда не уходит, она, словно ночное солнце, освещает остров, — сказала Китти.

— А где она? — растерянно спросила Адела.

— Вон там.

Пока дети любовались звёздным небом, чета Коллер отошла в сторону и села на скамейку, прижавшись, друг к другу. Атмосфера способствовала романтики, когда ещё, так просто посидишь вместе и погуляешь по острову.

— А ведь там мы могли провести наш медовый месяц, — улыбнулся Вацлав, и поцеловал супругу в щёку.

— Хм, видел бы ты это место, когда всего этого не было, — улыбнулась Китти, прижимаясь к правой руке мужа.

— Представляю, но ты видела мой подвал.

— Всё равно, я бы не привела тебя туда, где всё было разрушено. — Вацлав пододвинулся поближе к супруге и осторожно повернув её голову к своей, нежно поцеловал Китти в губы.

— Как бы я не был занят, я всегда буду рядом с тобой, — прошептал он.

— И я с тобой, а ещё... дети, вы там не замёрзли?

— Нет мам. — хором ответили Адела и Карел.

— Да, Аделка будет нам помогать, — улыбнулся Вацлав.

Немного посидев на скамейке, супруги Коллер, позвав детей, продолжили прогуливаться по веранде. Когда уже совсем стемнело, вся семья Коллер вернулась домой, и, после аппетитного ужина, разошлась по своим комнатам.

— Ты придумал, что будешь делать, когда привезут запчасти для новых аугментаций?

— Милая, — сказал Вацлав, обнимая жену. — У меня уже всё давно придумано.

— И что же это? мы должны знать, — начала кокетничать Китти.

— Всё есть в чертежах, я придумал то, что прославит всю нашу семью на века, — улыбнулся Вацлав и направился в душ. Китти шагнула следом за ним.

— Ну, ты и шалунья, — сказал Вацлав, видя как Китти снимает с себя одежду

— А раньше богиней и принцессой называл, — улыбнулась супруга, водя указательным пальцем по рубашке Вацлава.

— Какая из тебя принцесса, ты императрица и моя богиня Иштар, та, что защищает, вдохновляет и не оставляет.

— Правда?

— Да, я хоть один раз соврал тебе, — улыбнулся Вацлав и поцеловал жену в губы.

— Может быть, вместе ванну примем, давно мы так вместе не мылись, — игриво улыбнулась Китти.

—Не против, тем более, что у нас дома в Праге только душевая кабинка.

Вацлав заткнул ванну пробкой и выкрутил оба крана чуть ли не на полную мощь. Китти в это время стояла рядом полностью обнажённая и ёжилась от пробирающего её холодка: эта комната чуть ли не самая холодная в доме.

— Дай я тебя согрею, — сказал Вацлав, видя дрожащую от холода жену. Он хотел обнять Китти, но она выкрутилась и шагнула в ванну. Вацлав только приподнял бровь, видя, что жена с ним играет, и, сняв с себя одежду, тоже шагнул в ванну. Комната к этому времени наполнилась горячим паром. Вацлав сел перед женой и положил голову ей на грудь.

— Закрой глаза, — сказала она.

Он послушался. Китти переключила кран на душ и, намочив голову мужа, выдавила на него немного шампуня, после начала втирать его в волнистые волосы Вацлава.

—Ммм.

— Заслужил, — горячо прошептала она, массируя голову мужа.

— Интересно, чем я заслужил такое расположение ко мне богов?

— Всем, — улыбнулась Катарина, двигаясь ещё больше к мужу.

— Теперь я.

— Что ты?

—Помою тебе голову или хочешь, потру спинку, — улыбнулся Вацлав.

— Стой, я ещё с тобой не закончила, ты просто расслабься и получай удовольствие, — проговорила Китти.

Глава 76

Корабль со всем необходимым прибыл на остров Теней где-то в полдень. Капитан и команда извинились перед четой Коллер за задержку, сказав, что на море с утра был шторм и им пришлось переждать его, прежде чем отправляться в плавание. Когда извинения были приняты, капитан приказал команде выгрузить на берег все, что Китти заказала из Чехии. Четверо рабочих с корабля сошли на остров, чтобы помочь Вацлаву и его жене перенести ящики в дом.

— Ну, командир, куда прикажете всё это нести? — спросил один из рабочих.

— Несите в дом, потом мы разберёмся, куда всё это пристроить, — ответил Вацлав махнув рукой в сторону особняка, где в это время находились дети. Китти сказала им сидеть дома и не путаться под ногами. Адела и Карел послушались мать и остались дома.

— Ничего себе особняк! И это всё ваше? — улыбаясь, спросил один из рабочих.

— Да, это всё наше — улыбнулась Китти, идя вслед за мужем и рабочими, а сама про себя подумала: «Не мешало бы открыть главный причал, чтобы потом легко можно было бы сгрузить все ящики в подвал».

— Ставьте сюда, — указал Вацлав.

— Как скажете. А остальное куда?

— Тоже сюда.

— Как скажете, — ответили рабочие.

После того как вся техника была выгружена, Вацлав рассчитался с рабочими и капитаном корабля и вместе с женой пошёл в дом, посмотреть, что привезли. А привезли всё то, что заказывала Китти, всё самое необходимое для создания новых протезов и аугментаций. Весь день супруги Коллер перетаскивали технику из дома в крепость и освободились только ближе к вечеру.

— Ну вот и всё, завтра можем приступить к созданию новых аугментаций, — вытирая пот с лица, сказала Китти.

— Я уже соскучился по своему делу, — улыбнулся Вацлав.

— Зато ты немного от него отдохнул, и я рада этому.

— Не бойся, дорогая, я не буду перенапрягаться, — улыбнулся Вацлав и поцеловал свою жену.

— Конечно, не будешь, мы же вместе будем работать.

— Мам, пап, что там привезли? — хором спросили дети, как только Китти вместе с мужем пришла на кухню.

— Привезли всё самое необходимое для работы вашего отца, — ласково ответила Китти, беря из холодильника продукты для приготовления ужина.

— А мне можно вам помочь? — спросили Адела.

— Нет, Адди, ты вместе с братом будешь делать уроки, и смотри, вечером я всё проверю, — сказал Вацлав дочери.

— Да, вы сюда не отдыхать приехали, — заверила Китти.

— А в выходные? — девочка вопросительно посмотрела на родителей.

— Мы будем все отдыхать, в том числе и ваш отец.

После этих слов Адела немного притихла, делая вид, что обиделась, но Китти, подойдя к дочери и обняв её, сказала, что если выдастся свободное время, то она обязательно возьмёт её в помощники.

— Правда? — спросила Адела.

— Да, — кивнул Вацлав.

***

Утром Китти проснулась одна, по всей вероятности, Вацлав уже вовсю трудился в крепости. За окном стояло ранее утро, дети ещё спали, поэтому Китти не стала их будить, и, одевшись потеплее, направилась в крепость.Да, муж был там, это было видно по свежим следам, ведущим в форт, и свету, видневшемуся из небольшого окошка в башне.

— Привет, доктор Франкенштейн, — весело сказала Китти, открыв дверь в лабораторию.

— И тебе привет, — улыбнулся Вацлав, — я, наверное, своим уходом тебя разбудил?

— Нет, я даже этого не заметила, заметила только то, что тебя не было на кровати рядом.

— Вчера вечером у меня в голове появилась новая идея, решил её проверить.

— С утра пораньше?

— Да, а то вдруг пропадёт, — не отрываясь от работы, сказал Вацлав.

— Со мной поделишься? — ласково спросила Китти, наблюдая за работой мужа. Вацлав вкратце описал свою идею жене, говоря о том, что подумывает об улучшении прочности аугментаций для строителей-аугов, вот только не знает, как сделать так, чтобы их аугментаций было меньше, а прочности было больше.

— Вижу, ты решил совместить разработки моего дяди со своими, — сказала Китти, кивая на чертежи, лежащие на столе.

— Чертежи просто охрененные, вот только некоторые из них давно поблёкли, придётся что-то самим додумывать.

— Обожаю, когда ты так говоришь, видно, что настоящий Вацлав вернулся, — улыбнулась Катарина, поцеловав мужа в макушку.

— Как говорю? «Охрененно?» —игриво спросил муж и повернувшись к жене обнял её.

— Да, сразу вспоминается наша молодость. Ладно, не будем отвлекаться, можно, я взгляну на дядин чертёж?

— Вот.

Китти взяла чертёж в руки. Он на самом деле немного выцвел, поэтому девушке пришлось сначала напрячь глаза, а потом искать в ящиках всё, что может подходить под дядину разработку. Все найденные детали она показывала мужу, а он отказывался или одобрял данные вещи. Если одобрял, то он на пару с женой начинал мастерить ту или иную аугментацию. Пока что они работали над незначительными аугментациями, над которыми не нужно серьёзно напрягаться.

— Надо обдумать, как мы их будем демонстрировать народу, сидя на острове, — вдруг сказала Китти.

— Как раньше, я создам их чертёж и отправлю в Чехию со следующим прибывшим на остров кораблём.

— Да, немного неудобно, но придётся привыкать, надеюсь, что вся эта мутота не отпугнёт от нас клиентов, — сказала Китти.

— И уговорить их ездить на остров, — улыбнулся Вацлав.

— Насколько я знаю своих предков, на остров они только гостей приглашали, а трудились тогда в Англии, вот только за детьми тогда присматривали либо бабушки с дедушками, либо Иденшоу, как за мной или моим отцом, — сказав это, Китти немного приуныла.

— Придумаем что-нибудь, обещаю, — улыбнулся Вацлав и поцеловал жену.

Как только начало светать, супруги Коллер отвлеклись от работы и поспешили домой будить детей. Им повезло, Адела и Карел спокойно спали в своих кроватях и не заметили отсутствия родителей. Пока Китти будила детей, Вацлав помыл руки и пошёл на кухню готовить еду для всей семьи.

— Что у нас на завтрак? — спросила Адела у матери, как только открыла глаза.

— Папа всем нам готовит блинчики.

— Обожаю их.

— Ну тогда быстро умываться, пока они не остыли, — подзадорила Китти дочь, а сама пошла будить сына. Карел заёрзал на кровати и начал капризничать, ему явно не хотелось просыпаться. Китти его прекрасно понимала, утро на острове не такое солнечное, солнце тут редкий гость, но она давным-давно привыкла к острову, а вот её сын, похоже, нет.

— Ты не хочешь блинчиков? — игриво спросила она сына.

— Хочу, — сонным голосом ответил Карел.

— Но тогда просыпайся, умывайся и иди на кухню кушать.

— Хорошо, — ответил сын и начал просыпаться. Китти прекрасно умела прекращать любые капризы своих детей. Хотя в основном капризничал Карел, Адела умная девочка, она и без лишних слов всё понимает. Проконтролировав детей и убедившись, что они не легли обратно в кровати, Китти пошла на кухню. К этому времени Вацлав уже нажарил кучу блинчиков к завтраку и ждал, когда подойдут остальные члены семьи.

— Знаешь, я тут подумал, — обратился Вацлав к жене, как только она появилась на кухне.

— Да.

— Мы ведь вместе над аугментациями работаем.

— Это так.

— Так вот, а что, если нам для детей нанять репетитора с большой земли, как на это смотришь? — спросил Вацлав супругу. Китти тут же вспомнила своё детство на острове. Так как никто из приглашённых учителей не захотел приехать на остров, то какое-то время её обучал Джозеф Иденшоу, пока она с родителями не переехала в Англию.

— Ну, что скажешь?

— Подумаю над этим.

— Что-то не так?

— Я тут своё детство вспомнила. До моего переезда в Англию меня обучал Иденшоу, так как никто не хотел прилетать на остров.

— Да, — протянул Вацлав, — это дилемма, но так было раньше, а сейчас остров совсем другой, ты согласна?

— Да. Что ж, я подумаю над этим предложением.

Глава 77

Китти подумала над словами мужа и на следующий день начала обзванивать всех известных ей репетиторов. Её опасения насчёт того, что никто не захочет лететь на остров, подтвердились. И дело не в том, что остров выглядит неуютно, а в том, что он слишком далеко расположен и неизвестно где находится. Даже обещания Китти, что она будет хорошо платить за обучение детей, не помогли.

— Это бесполезно, — вздохнула она, на минуту отрываясь от переносной радиостанции.

— Что, никто не хочет учить наших детишек? — спросил Вацлав.

— Нет.

— Может быть, тебе стоит разместить объявление о поиске репетитора?

— Мне нужен профессиональный репетитор, а не абы кто, — пояснила Китти.

— А ты устрой им кастинг, ты же дочь учёного, и шарлатанов от настоящих учителей хорошо отличаешь.

— А это мысль, спасибо тебе, — улыбнулась Китти и поцеловала мужа в щёку.

Она вновь подошла к радиостанции и, настроившись на нужную станцию, дала объявление о том, что чете, живущей на отдалённом острове, нужен репетитор для двух маленьких детей. Называть фамилию семьи она не стала, а то точно могут набежать авантюристы, как только услышат фамилию Коллер. До этого, когда вся семья жила в Праге, многие левые люди пытались навязать супругам и их детям свою мораль, тогда Китти твёрдо ставила точку и говорила, что она сама с мужем будет учить детей морали, а задача учителей — учить детей тем наукам, за которые им платят деньги. На особо ярых сторонников левых взглядов приходилось жаловаться в соответствующие инстанции.

Дни шли, и пока никто не собирался звонить с ответом на объявление, Китти и Вацлав сами занимались воспитанием детей в перерывах между работой. Обучение Аделы и Карела занимало все будние дни, поэтому чета Коллер решила отложить работу на выходные. Хорошо, что до этого они вместе выполнили все заказы с большой земли и теперь могут расслабиться. В отличие от Аделы, Карел не хотел учиться, он хотел и дальше продолжать исследовать поместье и его окрестности.

— Если хочешь изучать историю, начни с основ, — сказал Вацлав сыну.

— Я и так знаю все основы, — воспротивился Карел.

— Да? Тогда скажи, когда началась первая мировая война?

— Она началась, — начал мяться сын, — началась...

— Вот, а говоришь, что знаешь, — подмигнул сыну отец.

Карел понял, что от уроков никуда не уйдёшь, и, поближе придвинувшись к столу, открыл учебник по истории для дошкольного возраста и начал внимательно его читать. Его сестра Адела сидела на противоположной стороне стола и, спокойно дёргая ножкой, читала учебник по географии.

— Мам, — вдруг обратилась девочка к стоящей рядом матери.

— Да, милая.

— Тут на карте нет нашего острова.

Эти слова заставили Китти улыбнуться. Она сказала, что острова нет, потому что он мало интересует людей, так как он достаточно мал и не слишком удобный для изучения и проживания, кроме тех, кто на нём живёт.

— А, ну тогда понятно, — улыбнулась Адела.

Пока дети занимались изучением различных наук, Китти и Вацлав, чтобы не стоять над душой у детей, вышли из комнаты и пошли на кухню, сказав перед уходом, что перед обедом они придут проверить, что дети выучили.

— Так сразу с истории, — подметила Китти.

— А что, он же ей интересуется, пусть начнёт с учебника, — улыбнулся Вацлав.

— Первая мировая, не слишком ли…

— Пусть сначала выучит даты, а о причинах и остальном потом будет учить.

— Из тебя получится хороший учитель, но репетитор нам не помешает. Нужно быть готовым к тому, что нам вот-вот позвонят и попросят изобрести какую-нибудь аугментацию.

— Это точно, — подметил Вацлав. — Кстати, с тобой работать намного интересней.

— Ты не скучаешь по своей клинике? — вдруг спросила Китти у мужа.

— Немного, и по книжному магазину тоже, интересно как он там, но тут столько простора для творчества.

Прошла ещё неделя и наконец клич супругов Коллер, брошенный двумя неделями ранее, был услышан. Им стали названивать различные репетиторы, желающие обучать детей и не боящиеся того, что будут жить на острове вдали от большой земли, а высокие выплаты за учёбу их не особо интересовали. Ещё больше у них появилось желания, когда они узнали, кого они будут обучать. Так начался долгий и кропотливый отбор. Супруги Коллер по очереди задавали вопросы репетиторам, в том числе и личные, они не были против того, что у них могут быть жёны и мужья, их интересовали их взгляды на жизнь.

— Учитель должен учить той или иной науке, — говорила Китти. — Если вы учите математике, так учите, а остальным займутся родители.

Таким способам чета Коллер отсеяла много человек, которых они не хотели видеть рядом со своими детьми, пока не остался только один репетитор — молодая одинокая женщина, которая разделяла взгляды родителей на воспитание. Как ни странно, она оказалась чешкой по происхождению.

— Анета Фиала, —обратилась Китти к женщине. — Вы приняты.

— Когда я могу приступить к своим обязанностям?

— Со следующей недели, мы подготовим для вас комнату. Надеюсь, вы не заблудитесь в нашем особняке, — вежливо ответил Вацлав.

— Что вы, — улыбнулась она. — Я обучала детей из разных сословий, поэтому знаю, как устроены такие дома.

— Вот и славно, — сказала Китти и протянула Анете конверт с деньгами. — Тут ваш аванс для разогрева.

— Все деньги потом, — кивнула женщина.

***

— Ну вот и справились, — улыбнулась Китти, после того как отвела будущего репетитора до корабля и проводила его взглядом.

— А ты умеешь задавать нужные вопросы, как и я, — подметил Вацлав.

Пока Вацлав разговаривал с детьми и подготавливал их к возвращению Анеты Фиалы, Китти готовила одну из свободных комнат для нового жильца. Аделу пришлось переселить в родительскую комнату за ширму, а комнату дочери отдать Анете, так как она находилась прямо перед лестницей, и пани Фиале не придётся идти через весь дом в свою комнату.

— Можно? — постучался в дверь Вацлав.

— Тебе всегда да, — приветливо улыбнулась Китти.

— Я поговорил с детьми.

— И как?

— Они не против, что их будет учить другой человек.

— Вот и славно, а у нас будет полно времени для изобретения новых аугментаций, к тому же дети будут заняты и у них не будет времени на то, чтобы заходить туда, куда не следует, — выдохнула Китти.

— Надеюсь, нашей новой жилице тут понравится, — протянул Вацлав.

Глава 78

Утром супруги Коллер вместе с детьми пошли на причал встречать корабль, на котором должна приплыть Анета Фиала. Дети немного нервничали, они давно привыкли к тому, что о них заботятся только родители. Но Китти заверила детей, что с Анетой им будет так же комфортно учиться, как с мамой и папой.

— Мам, пап, — спросил Карел, — а что вы будете делать в это время?

— Они будут работать, — ответила за родителей сестра, заставив обоих супругов улыбнуться.

— А Аделка-то совсем выросла, — сказала Китти мужу.

— Да, не по дням растёт дочурка, но для меня она всегда останется маленькой.

Как только корабль показался на горизонте, Китти вместе с детьми стала махать руками, чтобы привлечь внимание находившейся на корабле Анеты. Они уже знали, как выглядит репетитор для их детей, поэтому заметив её, стоящую на палубе, сразу же начали махать. Анета тоже помахала супругам рукой и, как только корабль причалил к острову, взяла свои чемоданы и сошла на берег.

— Давайте я вам помогу, — предложил Вацлав, беря два тяжёлых чемодана.

— Вы очень добры, пан Коллер, — улыбнулась Анета. — А это, наверное, ваши славные детки?

— Дети, поздоровайтесь со своим новым учителем, — обратилась Китти к детям.

— Здравствуйте, — хором ответили Адела и Карел. После Китти представила детей учителю и по дороге до дома рассказывала ей о своих детях и чем они занимаются.

— Вы правильно делаете, что воспитываете их в традиционном укладе, нашей стране нужно отчиститься от всей этой грязи до и после Панхеи, — улыбнулась Анета.

— Да, будущим специалистам по аугментациям и историкам незачем знать про всю современную грязь, — добавил Вацлав, ведя пани Фиалу в её комнату.

— Какая удобная комната, — подметила Анета.

— Раньше это была комната Аделы, но мы решили отдать её вам, чтобы вы не заблудились, — сказала Китти.

— Благодарю за добро ещё раз.

— Не стоит благодарности, мы простые люди, а не короли, так что можете расслабиться. Как только будете готовы, я покажу вам дом, — сказала Китти и вышла из комнаты.

Вацлав сказал жене, что у него появилась очередная идея насчёт аугментаций, и он поспешно решил удалиться в лабораторию. Китти возражать не стала, она отвела детей в библиотеку, чтобы им было чем заняться, и дав наказ дочери, чтобы она присмотрела за братом, вернулась обратно в холл.

— Я готова, — улыбнулась Анета и спустилась к хозяйке дома в тёплой одежде. Похоже, она заранее знала, куда плывёт, поэтому подготовила тёплую одежду. Китти тоже ходила по дому в толстовке и спортивных штанах, так как она постоянно проводит время в лаборатории своего прадеда вместе с мужем.

— На первый взгляд может показаться, что в доме можно заблудится, но это не так. Большинство комнат тут закрыто, комната детей находится там же, где и родителей, на втором этаже. Внизу у нас библиотека, кабинет моего отца, но он закрыт на ключ и…

— Дедушка вместе с внуками не живёт? — улыбаясь, спросила Анета.

— Он давно уже не живёт на острове, приезжает только по мелочам, такова судьба учёных из семьи Мортон.

— О, так это ваш дом, я думала, что дом вашего…

— Что вы, его дом, как и мой, находится в Чехии, просто мы решили переехать сюда, должен же кто-то присматривать за домом, да и мужу тут хорошо работается, — отмахнулась Китти.

— А где ваши дети? В коридоре я их не видела.

— В библиотеке.

— И не опасно их так оставлять?

— Вовсе нет, они уже не первый день так гуляют по дому, Адела всегда присматривает за братом. Что ж, пойдёмте, я покажу вам место, где вы будете обучать детей. Когда-то это был кабинет моего дяди, теперь тут либо дети учатся, либо муж что-то смотрит.

***

После того как Китти показала пани Фиале весь дом, включая и кухню, она сходила за детьми и отвела их в кабинет дяди, где их ждал репетитор и, оставив на столе необходимые для обучения книги, сказала пани Фиале, что она пойдёт в лабораторию к мужу и что к обеду вернётся.

Вацлав уже вовсю работал над своими проектами, попутно заглядывая в старые чертежи Алана — дяди Китти. Увидев подходящую к крепости жену, он вышел из лаборатории и открыл большие входные двери.

— Ну как там наша новая жилица?

— Не жилица, а репетитор. Всё прошло гладко, она сейчас с детьми, — улыбнулась Китти.

— Ну и славно.

— Так что там у нас? — игриво спросила Китти у мужа.

— Всё то же самое и куча заказов.

— Уже? — удивлённо спросила Китти.

— Ну это то, что мы на прошлой неделе получили.

— Что ж, приступим.

Вместе супругам Коллер было не только легко работать, но и приятно, Вацлав уже привык к тому, что жена постоянно рядом, как и в его клинике в Праге, только там она была ассистентом, а тут она помогает ему не только в чертежах, но и даже в создании протезов и аугментаций.

— Знаешь, кто-то из нас должен поплыть на большую землю, чтобы припаять клиенту его аугментацию, — сказала Китти.

— Мои клиенты настолько смелые, что готовы приплыть на остров.

— Что? Правда, что ли?

— Ага, двое сказали, что приплывут по первому моему зову.

— Вот и остров ожил, знал бы об этом отец, — вздохнула Китти, отворачиваясь от рабочего стола.

— Ты же ему сказала, что остров изменился, может и приплывёт.

— Только теперь его новое место работы — ГАРМ.

— У них там, что, выходных не бывает? — задумчиво спросил Вацлав.

— Откуда я знаю, я там ни разу не была, может быть, и есть, а может быть, и нет.

Китти и Вацлав закончили работать раньше, поэтому, закрыв лабораторию, они вернулись обратно в дом. Дети и их учитель ещё находились в кабинете Алана, значит, им понравился новый учитель, что не может не радовать. Ведь Карел всегда воспринимает в штыки всё новое, а тут он послушно вместе с сестрой учится. Поэтому супруги Коллер быстро ретировались в душевую комнату, чтобы отмыться от грязи и машинного масла, а потом спустились на кухню и начали накрывать на стол, в том числе и для пани Фиалы.

— Пойду спрошу у Анеты, что ей подать на стол, — сказала Китти и, выйдя из комнаты, поднялась в кабинет своего дяди. Какая же услада для глаз ждала её, когда она увидела мирно учащихся детей и сидящего рядом с ними учителя.

— Простите, пани Фиала, — тихо обратилась она к учителю.

— Можно просто Анета.

— Да, мы сейчас накрываем на стол, что вы будете кушать?

— Перед отплытием я хорошо поела, так что можно овощной салат со стаканом яблочного сока, — вежливо ответила Анета.

— Как скажете.

За столом Анета поинтересовалась у хозяйки дома, откуда на острове свежие овощи, на что Китти ответила, что все овощи выращиваются в оранжерее, дело слегка утомительное и многозатратное, но вполне прибыльное.

— Ой, а я никогда не была в оранжереях, можно потом посмотреть?

— Конечно, я покажу вам, — ответила Китти.

После обеда Китти, как и обещала, повела Анету в оранжерею, попутно поинтересовавшись, как обстоят дела у детей, на что Анета ответила, что у супругов Коллер славные дети, они очень послушные.

— Это радует, Карел обычно…

— Но через такое все маленькие мальчики проходят, мой брат был таким же, — сказав это, Анета утихла и опустила голову, и Китти поняла, что её семью Панхея тоже затронула, поэтому она быстро перенаправила их разговор в позитивное русло. Ей показалось, что она за столько лет одиночества нашла подругу в лице Анеты. Нового учителя Аделы и Карела не страшил ни сам остров, ни семья Китти со странным прошлым и таинственным будущим. Похоже, только учёные могут понимать Катарину Коллер и общаться с ней как с близкой подругой, хотя Китти старалась не сближаться с Анетой дальше учёбы Аделы и Карела.

Глава 79

Время шло, Китти и Вацлав полностью погрузились в работу, а выходные провидили с детьми. Аделу часто брали с собой в лабораторию, девочка полностью там освоилась и всегда предлагала свою помощь родителям, правда, её помощь заключалась в основном в подай и принеси, но этот процесс ей очень нравился, а иногда она просто сидела на краю стола и наблюдала за тем, как работают её родители. Карел в основном проводил время с Анетой, они часто засиживались в библиотеке.

Закончив разработку очередной аугментации, супруги Коллер собирались возвращаться обратно в дом, как вдруг затрещала портативная рация, которую неделей ранее заказала для семьи Китти.

— Иди в дом, я отвечу и закрою лабораторию с фортом, — махнул Вацлав жене, беря рацию в руки. Китти только кивнула и, выйдя из форта, направилась к особняку, где её ждали дети и пани Фиала, чтобы отчитаться о том, что дети, как всегда, вели себя хорошо.

«Интересно, кто вышел на нас? Я не жду новых клиентов!», — удивился Вацлав и гордо сказал:

— Слушаю вас.

— Мистер Коллер, какой сюрприз, я как раз хотел позвонить вашей жене, — сказал человек на другом конце. Этот голос Вацлав сразу распознал и слегка был удивлён, ведь ему позвонил не кто-то, а сам Дэвид Шариф.

— Мистер Шариф, не ожидал услышать вас, — приятно удивился Вацлав.

— Я тоже, если честно, я хотел связаться с вами по инфолинку, но он что-то барахлит у вас.

— Это потому, что я сейчас не в Чехии, а на острове у своей жены. У вас какое-то дело ко мне или к моей жене?

Дэвид Шариф сказал, что увидел у одного человека знакомую аугментацию, которую Китти делает по разработкам своего дяди, вот и поинтересовался, может ли Китти разработать такую аугментацию для него.

— Простите, но мы не торгуем с корпорациями, — начал Вацлав.

— Что вы, я всего лишь хочу заменить свою старую аугментацию, так как в моей фирме с этим плохо обстоят дела, — вежливо сказал Шариф.

— Хорошо, когда можете подплыть к нам?

— А когда вам будет угодно?

— Хоть сегодня, хоть завтра, я всегда за работой, — сказал Вацлав.

— Хорошо, тогда завтра утром приплыву к вам на остров, — согласился Шариф и прервал связь.

После разговора с бывшим главой «Шариф индастриз» и теперь самостоятельным производителем, Вацлав поспешил обратно в дом, мельком обдумывая разговор и починку Дэвида Шарифа. Вернувшись обратно в особняк, он первым делом извинился перед семьёй за долгое отсутствие, а потом, помыв руки, пошёл на кухню обедать. Дети и Китти уже сидели за столом и наслаждались обедом, также вместе с ними обедала пани Фиала, которую Китти пригласила за стол как члена семьи.

— Китти, дорогая, ты не поверишь, кто мне звонил, — с порога сообщил Вацлав.

— Наверняка кто-то важный, раз ты задержался, — улыбнулась жена.

— Ну не такой уж важный, как раньше.

— Неужели Адам Дженсен? Долго же он тебя искал, — подмигнула Китти.

— Не, зная, что теперь у меня другая жизнь, он вряд ли будет меня беспокоить. Мне звонил Дэвид Шариф.

После этих слов Китти от неожиданности вздрогнула, она как-то работала с ним вдали от дома и семьи, он всячески пытался приманить её на свою сторону, и теперь он звонит её мужу. Что бы это могло значить?

— Надо же, столь важная персона просит вашей аудиенции, пан Коллер, — вежливо сказала Анета.

— Вы с ним знакомы? — спросила Китти.

— Лично нет, но я знала многих аугов, знакомых с его работами, и видела его в одном журнале.

— Да, и теперь он лично хочет моей аудиенции, правда, он всё ещё рассчитывает, что Китти вновь будет работать на него.

— Он так и сказал? — спросила Китти.

— Нет, но он думал, что к рации подошла ты.

— В таком случае пусть на меня не рассчитывает, мне и на острове приятно, — заявила Катарина.

— Спокойно, ему нужно просто заменить аугментацию, похоже, он не доверяет собственным людям, — утешил жену Вацлав.

***

Отобедав, Китти и Вацлав вернулись обратно в лабораторию и стали подготавливать её для приезда особого гостя. Нужно было сделать так, чтобы Шарифу было приятно находиться в лаборатории, похожей на крепость, тем более, что он бывший военный, и крепость может напомнить ему о возможном месте пленения.

— Представляю лицо Шарифа, когда он всё это увидит, — хихикнула Китти.

— Ну это куда лучше, чем лаборатория твоего дяди.

— Ну да, там только людей пытать.

— Какая же ты у меня кровожадная, моя богиня, — подмигнул Вацлав.

— А я уже начала забывать, что я богиня, — игриво сказала Катарина.

— Ты всегда для меня будешь богиней, похоже, даже мистер Шариф об этом знает.

— Нетушки, я не хочу быть общей богиней, а только твоей.

— И всегда ей будешь, — улыбнулся Вацлав и поцеловал жену в губы. — Ладно, надо продолжить подготавливать место к приезду Дэвида Шарифа. Я не знаю, что он хочет у себя поменять, так что подготовим все, что на данный момент у нас есть.

— Согласна, за время, проведенное на острове, мы разработали много аугментаций для разных частей тела, включая и органы, — кивнула Китти.

Приведя лабораторию в божеский вид, супруги Коллер вместе вернулись в дом. День, как и все дни, проведённые на острове, выдался насыщенным. За работой они не аметили, как начало смеркаться. Сегодня над островом господствует полная луна и безветрие, что необычно для Острова теней. Посмотрев на небо, Китти сказала, что хорошо бы и завтра была такая погода, а то Шариф может передумать. Муж с ней согласился и, оглядевшись, сказал:

— Благодаря твоим стараниям остров зажил новой жизнью.

— Да, вот бы ещё и территорию за забором привести в божеский вид, но я побаиваюсь ходить туда одна.

— Что, вид корабля твоего предка не даёт тебе покоя?

— Если честно, то да, жутковато, к этому я ещё долго буду привыкать, — сказала Китти, вспомнив и про зловещую находку, которую она нашла на болотах. После этого она очень быстро подхватила насморк, как будто это было предостережением.

— Ну, послезавтра я могу пойти на болота с тобой, — предложил Вацлав.

— Нет, милый, это может быть опасно, — предостерегла жена.

— Я больше ничего не боюсь, а вот моя богиня, похоже, боится, — подмигнул Вацлав.

— И вовсе не боюсь.

— А вот и боишься, сама сказала.

— Ну ладно, договорились, только когда подхватишь простуду, не говори, что я тебя не предупреждала, — легонько ущипнула мужа Китти.

Ночь тоже оказалась тихая, но, как ни странно, Китти не могла уснуть, даже полностью прижавшись к мужу, который спал как убитый на своей стороне. Она не знала, что её так беспокоит, но уж точно не приезд Дэвида Шарифа и его ласковые разговоры в попытке переманить её на его строну. Скорее, это было связано с тем, что она невольно заговорила о тёмной части острова со зловещим ящиком её дедушки Джереми. Когда она первый раз его нашла, то у неё возникло ужасающее видение насчёт её семьи. Обычно когда на острове идут дожди с грозами, молнии часто ударяют в то место, где лежит зловещий ящик.

«Спокойно, Китти», — сказала себе она. — «Ты здесь ради мужа, это он захотел вернуться на остров, так терпи, да и ты сама смелая девочка».

Глава 80

Вопреки ожиданиям, Дэвид Шариф прибыл на остров не на корабле, а на собственном катере, чем объяснялось то, что он чуть ли не всю дорогу до острова спрашивал, как доплыть до него. Единственное, с чем он угадал, так это с одеждой, как раз оделся по погоде на острове, но, ступив с катера, тут же поёжился.

- Добро пожаловать на остров Теней, - поприветствовал Вацлав гостя.

- Холодрыга у вас тут, - пожаловался Шариф. – Инцидент давно закончился, а вы прячетесь тут.

- Этот остров вдохновляет меня на новые изобретения, не знаю почему, но это так, - сказал Вацлав.

- Ну что, ведите меня в свою лабораторию или клинику, - согласился Шариф.

Вацлав вместе с женой повёл Дэвида Шарифа в бывшую лабораторию Джереми Мортона, которую они подготовили для приезда господина Шарифа. Тот был удивлён, что лаборатория располагается в одной из башен форта, но Китти заверила его, что ему бояться нечего и что к его приезду там всё подготовленно.

- Надеюсь, мне там будет комфортно. Кстати, пани Коллер, вы ещё не надумали вернуться ко мне? – поинтересовался Шариф, ежась от утреннего холода.

- Зачем мне это? Тут мой дом. Если честно, я устала разрываться между тем и этим, вот собрала все свои вещи, раз муж решил переселиться сюда и…

- Понятно, а как ваши дети?

- Они сейчас с учительницей дома сидят, - вежливо ответила Китти.

- Значит, на острове ещё кто-то есть?

- А вам это зачем знать? – вдруг спросил Вацлав.

- Просто захотелось поговорить.

- Да, как там ваша корпорация? Я в последнее время мало, что слышу про новый «Шариф индастриз», - поинтересовался Вацлав.

После этого вопроса Дэвид Шариф немного притих и отвернул голову в другую сторону, давая понять, что не желает об этом разговаривать, и супруги Коллер поняли, что дела у него идут не ахти как. Вот только откуда у человека, выросшего в Детройте, где практически нет ни рек, ни морей, катер? Похоже, сейчас господин Шариф просто путешествует.

- Похоже, у вас проблема, - поняла Китти, открывая входные ворота форта.

- Не то слово, нам нужна новая кровь, вот только где её взять.

- И вы решили наведаться к нам? – поинтересовался Вацлав.

- К вам только на починку, а то у меня закончились хорошие специалисты по аугментациям.

- В таком случае, не бойтесь, я знаком с вашими работами и быстро приведу в порядок ваши ауги, - улыбнулся Вацлав, предвкушая работу.

- Вот мы и на месте, - сказала Китти, открывая лабораторию и вежливо предлагая мистеру Шарифу спуститься вниз.

После того, как Вацлав усадил мистера Шарифа на кресло, поставленное посередине лаборатории, и осмотрел волнующую его аугментацию, он вместе с женой приступил к подбору деталей к аугментации Шарифа. Китти предложила воспользоваться технологиями её дяди, сказав, что господин Шариф никогда не догадается, из чего эта аугментация сделана, и не сможет её воспроизвести. Вацлав согласился с женой, так как он, проверив и изучив все чертежи, понял, что нет ничего надёжней аугментаций, разработанных Аланом Мортоном. Быстро усыпив Дэвида Шарифа, Вацлав и Китти приступили к починке ручной аугментации главы «Шариф индастриз».

- Мда, и любит же мистер Шариф золото, - сказал Вацлав, глядя на золотой протез руки клиента.

- Не то слово, хотя оно не спасло его корпорацию, - печально вздохнула Китти, подбирая подходящую по цвету аугментацию.

- Скорее всегоя, он сам продал её ТЮМ и поимел с них много денег, - усмехнулся Вацлав.

- Это точно, - подметила Китти.

- Но, похоже, ему понравилось работать с тобой, раз он пытается тебя обратно заманить в Детройт.

- Пусть пытается, мне и тут хорошо, - сказала Китти.

Починка аугментаций Дэвида Шарифа заняла всё утро и часть дня, так как у него ещё износился протез правой руки, а он не заметил и обратил внимание на левую руку. Китти было интересно, где он потерял вторую руку, ведь на всех обложках журнала «Наука» и тех, которые выходили до Панхеи, у Шарифа с правой рукой было всё в порядке.

- Думаешь, это Панхея его так потрепала? – спросила Китти у мужа.

- Ты про вторую руку?

- Да.

- Не похоже, соединения плоти и карбона ровные, скорее всего, он сам отрезал себе руку и поставил протез, - поморщился Вацлав.

Наконец доделав работу, супруги Коллер стали ждать, когда проснётся Дэвид Шариф и, оценив работу, заплатит им, как он и обещал. Шариф отходил от наркоза медленно, наверное, из-за возраста и большого количества аугментаций в его теле. Вацлав даже сравнил его с Адамом, когда тот пришёл в себя и обнаружил что у него куча новых аугов в теле.

- Всё готово, господин Шариф, - сказала Китти после того, как тот очнулся.

- Я… я чувствую себя словно на десять лет моложе, - заулыбался Дэвид Шариф.

- Пришлось починить и правую руку, странно, что вы не заметили, что там детали изнашиваются, - пояснил Вацлав.

- Вы настоящий мастер, господин Коллер, - сказал Шариф и похлопал Вацлава по плечу.

- Стараюсь, вот возьмите на всякий случай, - сказал Вацлав и протянул Дэвиду флакончик с сывороткой Соколова. – Я вколол вам после операции дозу, но ваши ауги, похоже, потребуют еще, после этого больше не нужно колоть «Нейропозин».

- С Н-позом сейчас проблематично, глава «Версалайфа» куда то пропал, а Меган ещё не слишком опытна для создания новых препаратов.

- Это не от «Версалайф», а от Антона Соколова, - пояснил Вацлав.

- И как с ним связаться?

- Приплыть к нему в Островную империю и посетить Адемирский институт, он там работает.

- Он чужеземец? Я первый раз слышу про эту империю, - спросил Шариф.

- Да, про неё не так много знают, однако он поставляет мне свои изобретения, - улыбнулся Вацлав.

Когда Дэвид Шариф окончательно пришёл в себя, он поблагодарил супругов Коллер за ремонт его аугментаций и, расплатившись с ними, попрощался и пошёл той же дорогой, которой привели его в форт, обратно к своему катеру. Китти была рада, что он оставил свои попытки переманить её в свою корпорацию, ведь ей больше нравится работать с мужем и ради него она приехала на остров, а ради какого-то Шарифа переезжать отказалась бы.

- Ну вот, первый наш настоящий клиент и деньжат нам отвалил, - улыбнулся Вацлав.

- Этим мы заплатим за обучение наших детей. Кстати, пора идти их кормить, - сказала Китти.

- Согласен, - сказал Вацлав, кивнув.

Выйдя из лаборатории, чета Коллер направилась обратно в особняк, где их ждали дети и пани Фиала. Когда Китти вместе с мужем вошли в особняк, Анета сказала им, что она не стала кормить детей, а решила подождать, когда вся семья соберётся вместе, чтобы начать накрывать на стол.

- Не стоит ждать, у нас может быть много работы, так что можем до ночи задержаться в лаборатории, - сказал Вацлав пани Фиале.

- Я поняла, пан Коллер, в следующий раз дети будут кушать отдельно от родителей.

Китти поинтересовалась, как дети проходят обучение, и пани Фиала ответила, что Адела очень хорошо усвоила сегодняшний урок, а вот Карел не очень, пришлось ему очень много объяснять.

- Карел, иди сюда, - приказным тоном сказала Китти сыну.

Мальчик тут же подошёл к маме, он понял, что мама недовольна его обучением, и сказал, что будет стараться. Китти весело улыбнулась и, потрепав сына по голове, сказала, что не расстроена, просто сын ещё слишком маленький и многое не понимает. Пока супруги Коллер оба отмокали от пыли и пота в ванной, пани Фиала стала накрывать на стол. Повезло, что холодильник буквально ломился от свежих продуктов. Вчера, проходя мимо оранжереи, она заметила, что на яблонях стали наливаться яблоки, а овощные грядки ломятся от огромного количества овощей.

- Ты хорошо держалась с господином Шарифом, - сказал Вацлав жене.

- Хорошо, что он отстал от меня с предложением работать на него.

- Без тебя бы я не выдержал, как и тогда.

- Ну я же для тебя богиня, - улыбнулась Китти.

- И частично источник вдохновения. Когда ты была там в Детройте, я не находил себе места.

- А как же до нашего знакомства было? – поинтересовалась Китти.

- Ну, я держался на одном кофеине и оптимизме, - улыбнулся Вацлав.

Глава 81

От всего пережитого за день Китти не смогла заснуть. Она сначала крутилась на кровати, а потом, приняв позу эмбриона, легла, повернувшись лицом к спящему мужу, и смотрела, как он спит. Но похоже, что и Вацлав после починки Дэвида Шарифа тоже не может заснуть. Почувствовав беспокойство жены, он открыл глаза и, улыбаясь, спросил:

- Что, тоже не спится?

- Угу, - кивнула Китти.

- Я тоже не могу уснуть.

- Я думала, что после изнурительной работы ты спишь как убитый! – удивилась Китти, поправляя прядь волос на голове мужа.

- Я тоже так думал, Кит, но первая работа на новом месте меня просто…

- Зарядила энергией, - улыбнувшись, кивнула Китти.

- Кит, давай завтра ничего не будем делать, просто прогуляемся по острову, подышим свежим воздухом? – предложил Вацлав.

- Согласна.

- Кит, я тут за тобой наблюдал и знаешь… - начал Вацлав.

- Ну, ты полжизни за мной наблюдаешь, - игриво сказала Китти, проводя пальцем по груди мужа.

- В общем, у тебя какое-то странное отношение к этому острову.

- В смысле? – не поняла Катарина.

- То ты его избегаешь, говоря, что не хочешь лететь сюда, а потом вдруг горишь желанием лететь, - пояснил Вацлав.

- Наверное, я пошла в папу, он не так много лет провёл на острове, но иногда он прилетал сюда за какими-то своими делами. Ну ты тоже вдруг загорелся желанием сюда лететь и вот…

- Китти, как учёный скажу, что если ты боишься семейного проклятия, проклятий не существует.

- Я давно это поняла, просто в семье были большие амбиции, - улыбнулась девушка и заснула.

Когда Китти утром проснулась, то ни мужа, ни дочери в комнате не было. Скорее всего Вацлав сейчас готовит завтрак для семьи, поэтому сейчас все, наверное, на кухне. Повернувшись к тумбочке, Китти посмотрела на часы, на них было девять часов утра, и не удивительно, что никого в комнате нет.

- Ух и долго же я спала, - улыбнулась себе женщина, потихоньку вставая с кровати и идя в ванную комнату умываться. Умывшись и переодевшись, она вышла из комнаты и спустилась вниз. Из кухни приятно пахло овсяной кашей и блинчиками, похоже, Вацлав сегодня решил приготовить несколько блюд на завтрак.

- Доброе утро, пани Коллер, - поздоровалась Анета, когда Китти вошла в кухню.

- И вам доброе. Вкусно пахнет, а где?

- Ваш муж пошёл в кладовую за продуктами, - ответила Анета.

- Что ж, тогда сядем и подождём, - кивнула Китти.

- Мам, я кушать хочу, - пожаловался Карел.

- Потерпи, братец, скоро придёт папа, и мы все будем кушать, - дала наказ Адела.

- Ваша дочка умна не по годам, - заметила Анета.

-Не то слово, - улыбнулась Китти. – Наверное, она вся в отца пошла.

Вацлав долго себя ждать не заставил, он вернулся в кухню с двумя пакетами муки, которая всегда хранилась в чулане на всякий случай. Убрав муку в шкаф, он поцеловал жену в щёку и сел за стол. Как оказалось, кашу он приготовил детям, а себе вместе с женой и пани Фиалой решил приготовить блинчики.

- Пап, я тоже хочу блины, - сказал Карел.

- Приготовлю завтра и то не такие поджаристые, а то жаренное в твоём возрасте опасно для здоровья, - кивнул Вацлав.

- Каши тоже, - отодвинул тарелку Карел.

- Не будешь есть кашу, не будешь сильным, - улыбнулась Анета и потрепала мальчика по голове.

- А я не хочу быть сильным, - заявил Карел.

- Карел Коллер, пожалуйста, веди себя нормально и ешь кашу, а то я попрошу пани Фиалу загрузить тебя дополнительными заданиями, - заявила Китти.

Мальчик понял, что мама не шутит, и тут же, придвинув к себе тарелку с кашей, начал есть.

- С ним нужно строже, - пояснил Вацлав учительнице, когда та удивилась такому замечанию в сторону Карела.

- Да, а ещё он любит лазить где попало, так что нужно быть строже, - согласилась Китти.

- Да, я заметила, что остров не самое безопасное место для детей, хотя часть его опасной территории ограждена, - сказала Анета.

- Если он будет себя хорошо вести, с ним ничего не случится, - сказала Адела.

***

После завтрака пани Фиала вместе с детьми засела за обучение, а Китти и Вацлав, накинув на плечи куртки, вышли из дома и пошли прогуливаться по острову, благо сегодня хорошая погода, с самого утра светит яркое солнце, а океан практически не штормит, только лёгкая рябь на воде.

- Как же здесь красиво, -улыбнулась Китти, подняв голову вверх.

- Не то слово, вот бы всегда такое было.

- Я думаю, может, нанять рабочих и выкопать все абканские камни из земли, раз уж они привлекают сюда молнии, но боюсь осквернить память Иденшоу, это же земля его племени была.

- Но мы всегда можем вернуться в Прагу, - предложил Вацлав. – Эх, интересно, как там мама с папой, наверное, они скучают.

- Наверное, но ты всегда можешь им позвонить, - Китти утешающе похлопала мужа по плечу.

- Я могу забрать всё, что мне нужно, и вернуться назад, - сказал Вацлав.

- А как же пани Фиала? Мы только что её наняли, – задалась вопросом Китти.

Вацлав понял, что забыл про тихую учительницу его с Китти детей и глубоко вдохнул, опустил голову, а после сказал, что об этом он не подумал.

- Ради меня не нужно менять свои планы, дорогой, я всегда буду там, где будешь ты, - сказав это, она развернула мужа лицом к себе и, обняв, нежно поцеловала его в губы. На минуту Вацлав расслабился, он ещё крепче обнял жену и нежно поцеловал её в верхнюю губу. Сейчас ему хотелось, чтобы Китти всегда была рядом с ним, а всё остальное придёт само собой.

Выйдя с крытой веранды, он вместе с женой направился к воротам, отделяющим основную часть острова от болот. Китти всё ещё интересовало, что именно её прадедушка Джереми спрятал в том ящике, который она с мужем нашла, поднимая со дна болот остатки корабля Ричарда Мортона. Вацлав крепко держал жену за руку, боясь, что вот-вот она оступится и её засосёт в болото.

- Не волнуйся так, я достаточно изучила эту часть острова, - сказала она.

- Давай его открывать не будем, только осмотрим, - предложил Вацлав жене.

- А я и не собираюсь его открывать, замок там давно поржавел, и вряд ли я найду ключ, я просто хочу прочесть то, что написал мой прадед на нём.

Хоть Китти не верит во всю эту чертовщину, но семейные предубеждения для неё не пустые слова, если написано не открывай, то не открывай. Чтобы дедушка Джереми не прятал в этом ящике, он явно знал, что оно плохо влияет на семью, вот и скрыл, после отнёс на болото и приковал к носу корабля.

- А вот и он, - сказала Китти, смотря на деревянный ящик.

Она подняла его и потрясла, внутри что-то колыхнулось. Что-то тяжёлое. После она стала вертеть его в руках и осматривать надписи, нанесённые её дедом. Как ни странно, но того, что было с ней первый раз, а точнее, тёмных видений, у неё не было, наверное, тогда она переволновалась, вот и привиделось. Записи точно были сделаны её прадедом, в этом сомнений нет. Но они были сделаны на абканском языке и абканской символикой, а этим языком в семье владеют только её отец и она сама.

- Хм, дедушка знал абканский, - протянула Китти.

- Ну, наверное, Иденшоу и его научил, - предложил Вацлав.

- Это вряд ли, абканскому он обучал только моего отца и дядю, а потом отец обучил меня.

- Может быть то, что там, принадлежит Иденшоу, а записи он предложил сделать твоему деду, - предположил Вацлав.

- Не знаю, надо отца об этом спросить, а пока пусть ящик полежит там, где лежал, - заключила Китти.

Глава 82

Утром, пока дети вместе с отцом и своим учителем завтракали, Китти вышла из дома и направилась к переносной радиостанции, которую Вацлав специально для неё перенёс в дом. Она хотела получить ответы на свои вопросы у отца и надеялась, что сейчас он у себя дома, а не в ГАРМе, как обычно. Ей повезло, отец сегодня выходной, и он рад был услышать голос своей дочери, хоть и немного удивлён, что она звонит так рано.

- Привет, пап, как дела? – радостно спросила Китти.

- Катарина? Неожиданно, но я рад тебя слышать. Вот отдыхаю от работы, завтра снова в ГАРМ.

- Ты что, поселился в Швейцарии? – неожиданно спросила Китти.

- Снимаю квартиру и думаю, что так просто они меня не отпустят, но ты мне ведь не поэтому позвонила, так?

- Да, пап, я бы хотела поговорить про прадедушку Джереми.

- Что, твой муж опять нашёл его очередное изобретение?

- Ну, - запнулась Китти, не зная, как рассказать отцу про находку на болотах, он хоть и учёный, но как-то с суеверием относится к острову. Она немного помялась, но всё же решила рассказать отцу о том, что нашла, когда осматривала болота на острове. Отец внимательно слушал дочь, а когда она закончила рассказывать, то поинтересовался, почему она считает, что находка принадлежала её прадеду, ведь она нашлась в останках корабля Ричарда Мортона.

- Я сравнила почерк на ящике с почерком Джереми Мортона и он… совпал, - ответила Китти.

- Насколько я помню своего деда, он не проявлял тяги к языку Абкани, - задумался отец.

- В ящике что-то есть, похоже, когда разгружали «Десерто», то про него просто забыли, - заметила Китти.

- Лучше этот ящик не трогать, мало ли что там, пусть лежит там, где ты его нашла, - предупредил отец.

- Очередное твоё суеверие, - выдохнула Китти. - Хотелось бы его изучить.

- Дело твоё, только будь осторожна, дочка, мало ли, что перевозил твой прадед, - ответил отец и отключился.

Китти ещё пару минут постояла возле радиостанции, пока её не окликнул муж из кухни. Она вернулась к мужу и детям, которые уже доедали свой завтрак и готовились заняться своими делами.

- Ты чем-то обеспокоена, дорогая? – спросил Вацлав.

- Да так, просто поговорить с отцом решила, - едва заметно улыбнулась девушка.

- Ладно, пани Коллер, я с детьми наверху, если что, - сказала Анета, чувствуя, что она тут лишняя.

Китти сказала Анете, чтобы она проверила уроки детей и, если у них всё хорошо, то пусть сегодня даст им отдых от занятий. Пани Фиала вежливо согласилась и вместе с детьми поднялась на второй этаж.

- Ты про находку спрашивала? – спросил Вацлав жену.

- Да, он удивился, что записи были сделаны моим дедом, ведь он не интересовался племенем Абкани, - ответила Китти.

- Похоже, этот остров полон сюрпризов. Что делать будешь?

- Послушаю отца и не буду трогать ящик, вот только сфотографирую записи и буду их изучать, - бодро ответила Китти.

- А ты говорила, что не суеверна, - подмигнул Вацлав жене.

- А вдруг он изучал какие-то древние болезни, и в ящике анализы заражённого? Ричард Мортон был эксцентричным.

***

Сегодня у Вацлава не было никаких дел, правда, ему позвонили с большой земли и предложили прилететь в Прагу на пару дней, чтобы выступить в Карловом университете. Поначалу он мешкал с ответом, ему не хотелось оставлять жену и детей одних, но Китти сказала, чтобы он ехал, к тому же на острове сейчас не так одиноко, и она будет заниматься изучением надписей на находке, так что скучно не будет, но Вацлав всё же пообещал, что как только он справится там с делами, тут же прилетит обратно на остров. Все дела были закончены еще вчера, и теперь он вместе с женой и детьми прогуливался по крытой террасе вокруг дома.

- Пап, ты надолго уезжаешь? – спросил Карел у отца.

- Всего на два дня.

- А зачем?

- У папы дела на большой земле, - ответила за брата Адела, чем вызвала очередную улыбку у своих родителей. Но тут же прижалась к отцу и попросила его не задерживаться. Вацлав знал, что только он может научить дочку всем премудростям аугментаций, вот она и начала скучать по папе, даже тогда, когда он ещё не отбыл на большую землю.

- Если хочешь, то я могу с тобой заниматься? – обратилась Китти к дочери.

- Но с папой интересней, а ты… - начала Адела, но тут же остановилась, поняв, что этим она может сделать матери больно.

- Господи, Вацлав, ты что, во время обучения ещё и играешь с дочерью? - сказала Китти, ущипнув мужа за бок.

- По-другому я не могу, а ты, очевидно, просто…

- Когда отец меня обучал и не только, со мной никто не играл, - пояснила Китти.

- А, понятно, со мной тоже никто не сюсюкался, но дочери я позволяю.

- Ладно, я попробую, может, тогда она захочет, чтобы этому её обучала мама, - сказала Китти и посмотрела на дочь, которая гуляла с ней, держась за руку.

- Ты скучаешь по Праге? – вдруг спросил Вацлав у жены.

- Прага не мой родной город, я её полюбила благодаря тебе, но если честно, то скучаю, - призналась Китти. - Ты доверяешь пани…

- Я знаю, куда ты клонишь, Кит, но если мы оба улетим в Прагу, то дети будут скучать по нам обоим.

Тут в разговор родителей вмешалась Адела, она поняла, о чём говорят её мама и папа и сказала, что из-за двух дней они скучать не будут, ну, по крайней мере, она. Китти ответила, что может, они с братом не будут скучать по родителям, но она, Китти, будет переживать за своих детей, находясь вдали от дома.

- Мам, Карел скучает по старому дому, может…

- Нет, дочка, он ещё слишком мал для таких приключений, и ему будет неудобно, - покачала головой Китти.

***

Вот и настал тот день, когда Вацлав, распрощавшись с женой и детьми, сел на корабль, курсирующий между Соединёнными штатами и Островом теней, и отбыл сначала в ближайший аэропорт, а затем и в Прагу. Без Вацлава Китти сделалось немного неуютно. Дети сейчас были заняты уроками, точнее, Карел, ему остальные уроки, кроме истории, давались тяжело и приходилось их перепроходить ещё раз. Адела же всё впитывала как губка, поэтому, освободившись от занятий, она всё своё свободное время просиживала в библиотеке.

- Ади, я буду в своём кабинете, если будет желание поучиться со мной, всегда пожалуйста, - сказала Китти, заглянув в библиотеку.

- Хорошо, мам, - кивнула девочка, не отвлекаясь от чтения книги.

Предупредив дочь, Китти пошла в кабинет своего деда, который она переделала в свой. Вчера она сделала несколько фотографий своей находки, поэтому решила засесть за её изучение, разложив перед собой все книги за авторством Джереми Мортона и все труды своего отца про племя Абкани.

«Эх, жаль, что Иденшоу нет рядом, он бы мне помог», - подумала Китти, вспомнив друга семьи. Когда она всерьёз начала интересоваться его племенем, он сначала возражал, но потом всё же сменил своё упрямство на милость и начал рассказывать девочке про свой народ и даже кое-чему обучил её. Сейчас его не хватало, а у Китти появилась куча вопросов про надписи на её находке, так как ни записи её отца, ни записи её прадеда ей не помогали. Так она просидела до середины дня и даже немного задремала за столом и проснулась только тогда, когда в дверь постучали.

- Да, Ади, - откликнулась она.

- Пани Коллер, это Анета, я пришла спросить, готовить ли вам обед?

- Да, Анета, готовить, и я просила - называйте меня просто Китти.

- Хорошо, Китти, - улыбнулась девушка и направилась к кухне.

В кабинете не было окон, но даже без них было видно, что начало темнеть, на острове темнеет раньше, чем на остальной части земли. Здесь в середине дня небо чуть ли не всегда покрыто тучами и начинает идти дождь. Благо грозы не били рядом с домом, в этом заслуга Китти и Вацлава, которые выкопали из земли, находящейся поблизости от поместья, все камни абкани, которые притягивали грозу.

- Ох, похоже, абканские боги не хотят, чтобы я этим занималась, - улыбнулась себе Катарина. – Что ж, займусь завтра.

Глава 83

Размяв спину, Китти закрыла кабинет и направилась на кухню, к этому времени пани Фиала уже приготовила обед. На радость и удивление Катарины, пани Фиала оказалась не только хорошим учителем, но и отличным поваром. Когда Китти пришла в кухню, дети вместе со своим учителем уже обедали. Поблагодарив пани Фиалу за приготовленную еду, Китти взяла свою тарелку и, сев напротив детей, стала обедать. Без Вацлава в доме стало невероятно тихо и скучно, Катарина уже привыкла обсуждать с мужем работу, даже когда оба не работают, а просто отдыхают, и привыкла к его до сих пор звонкому и весёлому голосу. Дети за обе щёки вместе со своей учительницей уплетали обед и не успели соскучиться по отцу. После Китти дала наказ всем отдыхать, так как сегодня ничего делать не нужно.

— Что делать будешь? — спросила Анета.

— Не знаю, работать больше сегодня не хочется, а записи могут подождать, может, возьму книгу и полежу с ней.

— А ты?

— Я могу прогуляться по острову? — внезапно спросила Анета.

— Я, а можно… — не успела пани Фиала договорить, как грянула гроза, и девушка поспешила к окну, чтобы его закрыть.

— Прогуляться по острову можешь завтра утром, когда не будет грозы, — улыбнулась Китти.

— Спасибо тебе.

— Не за что. Ладно, я в библиотеку, — сообщила Китти и, выйдя из кухни, пошла в библиотеку.

По пути туда она думала о муже, думала о том, где сейчас Вацлав, он в Праге или всё ещё летит. Наверное, он еще в пути, раз он летит не сверхзвуковым самолётом её отца, а обычным. Она собиралась позвонить ему на инфолинк, но после исследований она так устала, что ей лень было набрать его номер, да и наверняка он сейчас думает только о своей речи в Карловом университете, так что от размышлений его отвлекать не стоит, захочет, сам позвонит.

«Как же без тебя скучно», — подумала Китти, ища глазами подходящую книгу для чтения. Также она представила, что завтра, не обнаружив дома своего отца, дети, а особенно Карел, начнут ныть, когда вернётся папа.

— Привет, моя императрица, — услышала Катарина знакомый голос в инфолинке.

— А я о тебе думала, — призналась Китти, немного покраснев.

— Я тоже.

— Ты где?

— Всё ещё в Штатах, тут такая гроза, что рейс решили перенести, так что заночую в мотеле, мне не привыкать.

— Значит, гроза не только у тебя, на острове тоже гремит.

— Эй, что с голосом, скучаешь?

— А как же, — призналась Китти. — Тебя нет всего ничего, а дома без тебя…

— Я как только закончу с выступлением, сразу же к тебе, обещаю.

Поговорив с мужем, Китти взяла подходящую книгу и пошла в свою комнату, попутно выключив свет в библиотеке и закрыв её на ключ. По пути она пересеклась с Анетой, та сказала, что Карел очень устал, и она отвела его в его комнату.

— Хорошо, тогда и Аделу отведи в её, поздно уже по дому бегать, — сказала Китти.

— Как скажешь, я тоже пойду в свою.

Войдя в свою спальню, Китти стряхнула с ног тапки и, переодевшись в пижаму, легла с книгой на кровать. В доме были книги только по различным наукам, никаких любовных романов и прочих не было, поэтому Китти взяла книгу по истории древнего Рима и вместе с ней плюхнулась в кровать.

«Как же тут тихо», — думала Катарина, оторвавшись от книги и посмотрев в окно.

Гром и молнии продолжали терзать остров, видать, тут огромные залежи абканских камней, вот они и привлекают грозу. Можно было бы нанять рабочих, чтобы они весь остров перекопали, но без грозы не будет работать и генератор прадедушки Джереми, да и от острова ничего не останется. Минутная вспышка молнии осветила возвышающиеся над болотами нос корабля «Десерто» и часть фигуры морской богини на носу. Недолго полюбовавшись кораблём Ричарда Мортона, Китти занавесила окна и вновь легла с книгой. Из головы никак не уходила её находка на болотах, отец был удивлён тем, что его дед знал абканский язык, как и Катарина. Она знала о своём прадеде, что он был великим изобретателем, и его работы, которые она решила изучить, были только на тему изобретений, а не про племя Абкани.

Рабочее место её прадеда находилось в крепости, где сейчас работает её муж, и оно целиком и полностью обследовано и там точно нет никаких книг за его авторством. Может, отец знает, где найти книги, написанные его дедом.

***

Ночью Китти не смогла заснуть. И вовсе не из-за мыслей о своём деде, а из-за того, что не привыкла спать одна. Мужа рядом не было, а без него даже в кровати одиноко. Катарина крутилась туда-сюда, то скидывала с себя одеяло, то вновь им накрывалась, когда чувствовала холод. Наконец она уснула, правда, сон был беспокойный, она просыпалась каждый раз, когда гроза проходила рядом с особняком.

«Начинаю понимать, почему родители так быстро покинули остров», — думала Китти, каждый раз просыпаясь от звуков грозы. Вдобавок пошёл сильный дождь, а ещё в комнату вдруг вбежал перепуганный Карел.

— Мама, папа, — закричал он и прыгнул в родительскую кровать.

Китти нежно обняла сына, чтобы он успокоился, и тихо спросила: — Что, боишься грозы?

— Да. А где папа?

— Ты что, забыл? Он улетел в Прагу, обещал скоро вернуться.

— А, точно, — вспомнил мальчик. — Мам, у меня под кроватью монстр.

— Никаких монстров не существует, это просто твоё воображение, — покачала головой Китти и поцеловала сына в макушку.

— Можно, я сегодня заночую в твоей комнате? — спросил Карел.

Так как Катарина сама не могла уснуть на своей стороне, то она мешала бы спать сыну, ворочаясь в кровати, поэтому она, накинув на плечи халат, повела его обратно в его комнату, сказав, что нельзя ему спать вместе с ней.

— А Аделе же можно?

— Она переехала, потому что её комнату заняла пани Фиала, — ответила Китти.

— Понятно, — печально сказал сын.

— Не расстраивайся, сынок, просто когда увидишь очередного монстра под кроватью, так и скажи ему, что ты его не боишься.

— Постараюсь, — проговорил Карел.

Уложив сына в его кровать, Китти выключила у него в комнате свет и направилась в свою комнату. Этот коридор был самым тёмным, даже многочисленные люстры не спасали от полумрака, и это несмотря на то, что Китти полностью сменила обои на стенах с тёмных тонов на светлые. Несмотря на толстые стены особняка, даже здесь были слышны раскаты грома.

«Когда уже закончится эта гроза», — подумала она, идя в свою комнату.

Свет в коридоре стал мигать, и Катарина подумала о том, что надо бы проверить генератор, созданный её прадедом, может, в нём столько природной энергии, что он вот-вот заискрит, и освещение не только на острове, но и в доме погаснет. Войдя в свою комнату, она аккуратно заглянула за ширму, за которой мирно спала её дочь, не обращая внимание на грозу, после чего поправила ей одеяло и, поцеловав в щёку, легла в кровать и заснула как убитая.

Глава 84

Несмотря на грозу, заставшую его в Штатах, Вацлав благополучно долетел до Праги. Когда самолёт приземлился в аэропорту его тёзки, было уже утро, что радовало Вацлава. Ночью город выглядит по-другому: он выглядит пугающе, и ночью просыпаются оставшиеся в городе мафиози и всякие странные типы. Двадцать седьмой год и после давно позади, но осадочек остался, Вацлав до сих пор боялся гулять ночью в одиночку. Последний раз он гулял ночью вместе с Китти. Тогда его будущая жена и мать его детей могла постоять не только за себя, но и за него.

«Ох, Вацлав, все опасности и страхи позади, пора вновь привыкнуть к ночному виду города», - сказал себе Вацлав, направляясь из аэропорта к ближайшей гостинице.

Он надеялся, что конференция надолго не затянется, поэтому останавливаться дома не стоит, всё равно без жены и детей там как-то грустно. Единственное, куда хотел отправиться Вацлав – это его родители, их стоит навестить, ведь они наверняка беспокоятся за него. Зарегистрировавшись в ближайшем отеле и забросив в номер свои вещи, Коллер направился к дому своих родителей, надеясь застать их дома. В Прекажке после его отъезда мало что изменилось, но всё же изменения в лучшую сторону были видны, район полностью ожил, улицы не только сверкали чистотой, но и старые разрушенные дома были полностью восстановлены, а по улицам ходило много людей.

- Эх, когда я ещё увижу Прагу, но если мне судьбой выпало жить и работать на острове Теней, то ничего не поделаешь, - улыбнулся себе Вацлав.

Наконец он дошёл до дома своих родителей и, глубоко вдохнув, нажал на нужную кнопку домофона. Ему повезло, дома был его отец - Лукаш Коллер. Услышав голос сына, мужчина обрадовался и пропустил его в дом, а затем и в квартиру.

- Вацлав, сынок, рад тебя видеть, - сказал Лукаш, обнимая сына.

- Я тоже, у вас всё хорошо?

- Да. Твоя мама сейчас на работе, а я… как видишь, свободен. А сам ты как?

- Да вот, - улыбнулся Вацлав. - Прибыл сюда на конференцию, и по дороге решил зайти к вам.

- Рад, что ты не забываешь своих предков, - улыбнулся Лукаш. – Кстати, как там Китти и дети?

- Надеюсь, что по мне не скучают. Как только конференция закончится, я вернусь обратно на остров.

- Если хочешь, то можешь заночевать в свой комнате, - предложил отец.

- Не буду вас нагружать, я остановился в отеле, - сказал Вацлав.

- Ну ладно, как хочешь, - развёл руками Лукаш.

Поговорив с отцом и попрощавшись, Вацлав решил вернуться в отель, в котором он остановился. По дороге он решил посмотреть на свою клинику, а заодно проверить, всё ли в порядке. Когда-то он тут работал вместе с женой, и бизнес этот был успешным. По дороге к клинике он встретил одного из своих клиентов. Тот приятно улыбнулся, увидев доктора Коллера, и спросил, работает ли клиника. На что Вацлав ответил, что не работает, и он не знает, когда вновь заработает, так как он и его жена переехали из Праги.

- Надеюсь, что вы вернётесь к работе, - сказал клиент и, попрощавшись, ушёл.

«Может, на самом деле вернуться, думаю, что жена будет не против», - подумал Вацлав.

Вернувшись обратно в отель, он занялся текстом своей речи, который начал готовить еще когда летел в Прагу. Возраст уже начал давать о себе знать, Вацлав уже не тот мальчишка, коим был раньше, юношеский максимализм давно утих, хоть душа продолжала рваться из груди и искать новые пути. Без Китти ему сейчас тяжело, если бы жена была рядом, то подсказала бы ему или же придала сил. Речь и проекты для представления давно были готовы, но без поддержки семьи у Вацлава была душа не на месте. Не выдержав, он решил позвонить жене на остров, чтобы узнать, как у неё дела.

- Вац, как я рада тебя слышать, ты не представляешь, как тяжело мне без тебя, - весело сказала Китти, когда ответила на звонок через инфолинк.

- И мне без тебя тяжело, и без Карела с Аделой, - ответил Вацлав.

- Как там твои родители? Ты их навещал?

- Первым делом, с ними всё хорошо, со мной тоже, сейчас я в отеле.

- Понимаю, дома без нас одиноко, - выдохнула Китти.

- Угадала. Послушай, я немного скучаю по Праге, может…

- Что?

- Вы все вернётесь обратно в Чехию. Остров, конечно, хорошо, но он давит, - выговорился Вацлав.

Он думал, что жена будет против его предложения, но Китти внезапно оживилась и сказала, что она тоже думает вернуться в Прагу, тем более, что без Вацлава ей скучно, несмотря на присутствие детей и учителя, привезённого из Чехии.

- Я тоже думаю о возвращении, кажется, что пани Фиале тоже тут неуютно, хотя она не подает виду, - призналась Китти.

- Она может учить детей и здесь, - предложил Вацлав, забыв, что в Праге дети ходят в школу.

- Здесь они ходят в школу, - подсказала Китти.

- Прости, я забыл, - признался Вацлав.

- Но на острове у тебя есть идеи для новых работ, - тихо сказала Китти.

- Я начинаю понимать твоих родителей, кажется, Обид и все, все, уехали с острова чтобы отдохнуть от работы.

- Мне тоже так кажется, - сказала Китти. – Думаю, ты прав, нам всем стоит вернуться.

С женой у Вацлава никогда не было разногласий, несмотря на то, что Китти тоже сильная личность, под стать Вацлаву, может быть, она боится натыкаться на стену в виде мужа и его внутренней силы, а может, просто так его любит, что не хочет перечить. В любом случае он рад, что все скоро вернутся в Прагу и будут вместе, а если Вацлав вновь куда-то улетит из Праги, то Китти не так скучно будет в городе, в конце концов, она будет занята в клинике.

Глава 85

Когда Вацлав переговорил с Китти, у него с души словно камень свалился и стало легко. Теперь он был готов к конференции в Карловом университете. Несмотря на то, что конференция будет только завтра, Вацлав заранее повторил про себя речь и, переодевшись, решил прогуляться по Праге. Его радовал тот факт, что жена готова вновь вернуться в Чешскую республику и быть рядом с ним. Наверное, Китти тоже неуютно на острове, как и ему, несмотря на то, что на острове идеи часто посещали его и он со своим фанатизмом приступал к работе, но... что-то тяготило его и забирало все силы.

«Ладно, пора проверить клинику и объявить о её открытии», - подумал про себя Вацлав и направился к его с женой клинике.

На сей раз он ни с кем не столкнулся на улице и рассказать о новом открытии своей клиники не мог, но это не особо его заботило. Достаточно просто написать в интернете, что клиника вновь открыта, и повесить на дверь соответствующую табличку. Так Вацлав и поступил. Войдя в здание клиники, он осмотрел её со всех сторон, проверил, всё ли хорошо и, достав свой КПК, быстро напечатал слово «Открыто», после чего повесил на дверь соответствующую табличку.

- Ну вот, скоро тут снова появятся клиенты, - сказала Вацлав, улыбаясь.

***

Вот и наступила конференция, на которую пригласили доктора… теперь уже профессора Коллера. На ней собрались не только научные светила со всего света, среди которых был замечен известный Антон Соколов, но и начинающие учёные, которые пришли на выступление профессора Коллера.

Антон Соколов сразу же уловил в толпе Вацлава и позвал его к себе. Вацлав послушался и пошёл к учёному. Профессор Соколов нисколько не изменился, ни внешне, ни внутренне, или же так казалось Вацлаву.

- Рад вас видеть, - приветливо улыбнулся Вацлав учёному.

- И я рад вас видеть, дружище, слышал, вы теперь профессор, а? – заулыбался Антон.

- Это верно, я защитил докторскую и выдвинулся на профессорскую, а у вас как?

- Путешествую по миру вместе со своей коллегой Гепатией, я не первый раз в Праге, но вас давно не видел.

- Я с женой перебрался на остров Теней, - ответил Вацлав.

- Коллега, не загоняйте себя так, вы как отец вашей жены, несмотря на то, что… ой, кажется сейчас начнётся моё выступление, - осёкся Антон и, развернувшись, пошёл к трибуне.

Вацлав пошёл вслед за Соколовым, чтобы не заблудиться в университете. Ведь скоро и его очередь выступать. Даже Антон Соколов думает, что Вацлаву не место на острове, а раз так думает известный учёный, значит, так и есть, и Вацлав стал надеяться, что Китти не передумает с переездом.

Когда пришла его очередь, он ещё раз повторил речь и смело направился к трибуне. Публика замерла и стала слушать профессора Коллера. Видя, сколько на конференции собралось будущих специалистов по аугментациям, Вацлав заговорил про своё дело и то, как он к нему пришёл. Будущие специалисты слушали каждое его слово и записывали всё в свои блокноты. Даже Антон Соколов был поражён речью Вацлава, когда тот закончил говорить, аж зааплодировал ему, а после подошёл и спросил, не хочет ли он вместе с женой и детьми переехать в Островную империю.

- Будь мне снова двадцать семь лет, несомненно, переехал бы не задумываясь, а сейчас хочется жить в родном городе, - улыбаясь, ответил Вацлав.

- Как хотите, профессор Коллер, - согласился Антон.

- И раз уж я к вернулся, мне бы не помешало прикупить у вас эликсир для аугов.

- Это не проблема, я завтра же соберу для вас несколько ящиков.

***

Конференция для профессора Коллера закончилась так же незаметно, как и началась. Довольный собой и своим выступлением Вацлав вернулся в номер и связался со своей женой на острове. Китти была рада вновь услышать голос мужа, а Вацлав был рад услышать голос своей жены. Он сказал, что выступление прошло на ура, а ещё что он встретил там профессора Соколова.

- Он ещё жив? – спросила Китти.

- И я подумал о том же, когда его увидел. Ну как, ты не передумала вернуться обратно в Прагу?

- Нет, можешь уже подготавливать наш дом к возвращению, я завтра вместе с детьми соберу вещи и мы возвращаемся домой, - твёрдо сказала Китти.

- Вот и хорошо, сейчас же переезжаю из отеля в наш дом, кстати, клинику к твоему приезду я уже открыл, - улыбаясь, сказал Вацлав.

Глава 86

Обрадованный тем, что его жена вернётся в Прагу, Вацлав начал подготавливать дом к приезду Китти и детей. Так как его машина осталась в гараже, к дому он сначала возвращался на метро, а потом пешком. По дороге к семейному гнёздышку он встретил пару бывших клиентов, завидев профессора Коллера, они поздоровались с ним и спросили, когда он вернётся обратно в город.

- Я уже вернулся, если вам нужен осмотр, я готов записать вас на завтра, - ответил Вацлав.

Из клиентов только один согласился на осмотр, второй немного замялся, но Вацлав настоял на том, что если его, клиента, что-то беспокоит, то лучше пройти осмотр. Тот согласился, тогда Вацлав записал его на завтра тоже. После разговора с клиентами он продолжил свой путь к дому.

- Ну вот я и дома, - улыбнулся он, глядя на двухэтажный особняк, который он выбирал и покупал вместе с женой.

Дом встретил своего хозяина тишиной и мраком, но когда Вацлав включил в доме свет, то он ожил и перестал быть мрачным. Теперь осталось позвонить Китти и спросить, когда она с детьми приедет, чтобы заранее закупить продуктов. Надеясь, что его жена сейчас не спит, Вацлав позвонил ей по инфолинку. Жена ответила не сразу, и голос у неё был не очень.

- В чём дело? – спросил Вацлав, волнуясь за жену.

- Я немного простыла, - ответила Китти.

- Когда ты… ой, прости, хочешь, я приеду? – спросил Вацлав.

- Ничего, это просто…апчхи, - чихнула женщина.

- Будь здорова. На этом острове легко простыть, тут в Праге теплее и лучше, - улыбнулся Вацлав.

- Я тоже так думаю, пожалуй, насморк перелёту не помеха.

- Я звоню спросить, когда вы с детьми прилетите? – спросил Вацлав у жены.

- Я уже начала собирать вещи, думаю, завтра, сегодня вряд ли придёт корабль, - ответила женщина.

- Хорошо, тогда я закуплюсь к вашему прилёту, - согласился Вацлав.

В магазин профессор Коллер вышел под вечер. Он знал, какие блюда любит его жена и решил к её приезду приготовить Свичкову на сметане, для этого он запасся говяжьим филе и свежими овощами для пюре. Также он решил приготовить то, что нравится его детям, но увы, утром ему позвонила жена и сказала, что не может приехать, так как совсем расклеилась.

- Милая, да я слышу по твоему голосу, если хочешь, я приеду на остров, чтобы присмотреть за детьми, - грустно сказал Вацлав.

- За ними присматривает пани Фиала, она, узнав о том, что я приболела, даже врача вызвала, - сказала Китти.

- Если он не прилетит, то я могу, а пока лежи и ничего не делай, обещаешь?

- Постараюсь, - чуть улыбнувшись, ответила Китти.

***

Пока Китти отлёживалась на острове, Вацлаву пришлось жить в огромном доме одному. Он уже совсем отвык от одиночества, и оно сильно его угнетало. Чтобы как-то отвлечься, Вацлав решил погрузится в работу с головой. Утром проверил клиентов, которых он записал ещё вчера, принял пару ящиков эликсира Соколова, пересчитав и поставив на полки фиалы с жидкостью, а после стал разрабатывать новые аугментации ног и рук. Когда он занимается своим делом, то отвлекается от всего, и время идёт быстро.

Тут ему позвонили по инфолинку. Звонил Дэвид Шариф, он сказал, что хочет отправить ему на ремонт одного знакомого ауга, и спросил, когда тот может приехать. На что Вацлав ответил, что он сейчас в Праге, и это зависит, может ли этот ауг прилететь в Чешскую Республику.

- Вы единственный специалист в этой области, и он прилетит куда угодно ради обследования у вас.

- Звучит знакомо, а этот аугментированный случаем не Адам Дженсен? – спросил Вацлав.

- Дженсена давно не видел, нет, не он, но это его бывший пилот, Фарида Малик, - ответил Шариф.

- Что ж, пусть она прилетает, - согласился Вацлав.

Про Фариду Малик он первый раз слышал, когда он в последний раз встречал Адама, то времени спросить у него про его жизнь не было, тогда он, Вацлав, был занят женой и детьми, а личная жизнь Адама его не особо интересовала. Перед тем, как прекратить разговор, Вацлав спросил, что именно нужно починить Фариде Малик.

- Жалуется на ногу, - ответил Шариф.

- Хорошо, я посмотрю её, пусть прилетает, когда хочет.

Поскольку будущая пациентка ещё и пилот, Вацлаву пришлось подумать, как изобрести аугментацию, которая не мешала бы таким людям как Фарида. Скорее всего сейчас она, Фарида Малик, в возрасте, значит, аугментация значительно будет давить на тело. То же самое было бы и с ним, если бы он не жил со своими новыми руками с самого детства. Идея создания такой аугментации пришла в голову мгновенно, и он быстро разработал её, а потом по собственному чертежу собрал ее и стал ждать прилёта Фариды Малик.

«Ладно, пока никого нет, позвоню жене и спрошу, как она», - подумал он, но быстро отбросил эту идею, так как инфолинк нагружает, а жене сейчас нагрузок не нужно. У пани Фиалы был обычный сотовый телефон, поэтому Вацлав решил позвонить ей, а потом спросить, как там Китти.

- Dobrý večer, пан Коллер, - пани Фиала не заставила себя долго ждать.

- И вам того же, я…

- Знаю, беспокоитесь о жене. Доктор, к сожалению, не приехал, поэтому мне пришлось воспользоваться тем, что тут есть. Китти сейчас немного лучше, - ответила Анета.

Вацлав не мог разорваться между работой и женой, хотя Китти ему была дороже чем работа, поэтому он решил сам позвонить знакомому врачу, чтобы он прибыл на остров и выписал Китти всё самое необходимое. Он обзвонил множество врачей, но никто из них не хотел лететь на остров.

«Что же делать, я не могу или всё же…», - думал Вацлав, остановившись на профессоре Антоне Соколове. Осталось надеяться на то, что он лечит и от простуды. Антон ответил, что он бы с радостью, но не может, так как забит делами, поэтому дал Вацлаву контакты своей коллеги – Гипатии Александрии, она как раз свободна.

- Слава высшим силам, а то я волнуюсь за жену, - выдохнул Вацлав. – Остров Теней находится рядом с континентом Северная Америка, думаю, найти его не составит труда.

Глава 87

Гепатия Александрия не любила заставлять её ждать, поэтому как только с ней связался профессор Соколов и сказал, что Катарине Коллер нужна её помощь, она сразу же собрала свои вещи и вылетела на остров Теней. Она прекрасно помнила Китти и её мужа, когда те работали в Аддерминском институте, когда Вацлав решил подработать для того, чтобы задержаться в Островной империи, тогда он начал перерабатывать, и Китти поняла, что никакая Островная империя не стоит здоровья её мужа. Гепатия не любила летать самолётами и пересаживаться, поэтому она арендовала катер и на нём добралась до острова Теней.

- Так вот где живёт госпожа Коллер, это мрачное место, - сказала Гепатия, как только ступила на остров.

На берегу её встретила учительница Анета Фиала и двое детей. Гепатия поняла, что это дети Китти, так как на пани Фиалу они не похожи. Анета вежливо поприветствовала гостью и повела её к дому.

- Как себя чувствует миссис Коллер? – поинтересовалась Гепатия.

- Насморк только усилился и появилась температура, - печально ответила учительница.

- Ещё бы, даже я здесь замерзаю, - поёжилась Гепатия.

- Она вместе с детишками и мной собиралась улетать отсюда и…

- Понятно, заболела, - выдохнула Гепатия и добавила: - Что ж, я привезла кое-какие лекарства, так что миссис Коллер быстро встанет на ноги.

Впустив Гепатию Александрию в дом, Анета велела детям идти в кабинет и подготовиться к учёбе, а сама поднялась вместе с Гепатией в комнату, где лежала больная Китти.

- Пани Коллер, врач приехал, - доложила Анета Китти.

- Госпожа Александрия, проходите, - улыбнулась Китти, слегка покашливая.

- Рада вас видеть, вы ни капли не изменились в отличии от меня, - сказала врач, садясь рядом с больной Китти.

- Я помню вас красивой женщиной, когда мой муж… кхе… кхе… у вас подрабатывал, - улыбнулась Китти.

- В последнее время я только и разъезжаю по миру, - призналась Гепатия, доставая из сумки медицинские инструменты.

- А как же Аддемир?

- А что Аддемир, теперь там заправляют ученики Соколова, - улыбнулась Александрия.

- Я рада, что Антон тоже сдёрнулся с места, как и мы.

***

Несмотря на то, что его жену будет лечить Гепатия Александрия, Вацлав всё ещё за неё беспокоился, но звонить ей не стал, чтобы не беспокоить ни врача, ни жену. Сейчас Китти нужен отдых, она полежит на кровати, отдохнёт и поправится, а затем вернётся обратно в Прагу. Сейчас нужно было заняться осмотром и возможной починкой клиентов. Заглянув в свой ежедневник, Вацлав приготовился ко встрече с клиентами. Тот аугментированный, которому нужно было заменить старую аугментацию, пока не появился, пришли только те, которые заказали обычный осмотр, с них он и начал, вновь с головой погрузившись в свои дела.

Рабочий день прошёл для Вацлава быстро, он не зря заранее сконструировал новую аугментацию для одного из своих клиентов, так как у него был очень сложный протез, и если бы Вацлав всё заранее не сконструировал, пришлось бы ломать голову. Отпустив последнего клиента, профессор Коллер облегчённо выдохнул и, стерев пот со лба, стал дожидаться следующего. Так он просидел до самого вечера. Честно признаться, без Китти работается не так, его постоянно тянуло позвонить то в «Машину времени», то обратиться к жене, которая обычна сидела в его кабинете. Теперь без неё и детей скучно.

«Чёрт меня дернул полететь на этот остров, он тяжело впускает и не выпускает», - подумал Вацлав про себя.

Убедившись, что в прихожей его клиники никого нет, Вацлав закрыл свой кабинет и перед выходом всё же позвонил жене на телефон, а не на инфолинк. К трубке подошла Гепатия Александрия, Вацлав узнал голос учёной дамы.

- Добрый вечер, миссис Александрия, - представился Вацлав.

- И вам того же, - вежливо ответила учёная.

- Как там моя жена? – дрожащим голосом спросил Вацлав.

- Честно признаться, не важно, но я дала ей сильное лекарство, - отчиталась Гепатия.

- А дети?

- Я их ещё не проверяла, дать вам их учительницу?

- Да, если не сложно, - согласился Вацлав.

Адела и Карел очень переживали за состояние матери, и Вацлаву пришлось их успокаивать. Анета Фиала тоже переживала за хозяйку дома. Вацлав не понимал, как девушка, родившаяся на этом острове и какое-то время там живущая, вдруг заболела, это остров скорее всего проклят, хоть Вацлав и не верил в эти проклятия.

Ночью одному дома ему тоже было одиноко без жены и её объятий, да-да, несмотря на возраст они до сих пор спят в обнимку. Вацлав постоянно крутился на кровати, и кошмарные сны начали возвращаться. На сей раз в кошмарах была Китти, она была в беде и звала его, от этого он не раз вскакивал на постели весь в поту и с одышкой.

- Это просто нервы и переживания, Вацлав, - сказал он себе, вновь ложась на кровать и проклиная себя за то, что сначала не выслал жену с детьми и не полетел за ними следом.

Глава 88

Благодаря стараниям Гепатии Александрии Китти пошла на поправку. Правда, врачу пришлось попотеть, чтобы пани Коллер пошла на поправку, так как она заболела практически на ровном месте. Но потом Гепатия определила источник болезни – Китти заболела на нервной почве, а ещё она давно не была на острове, поэтому отвыкла от пасмурной погоды, вот и случилась ещё на фоне акклиматизации болезнь. Поэтому Гепатия сначала отпаивала пани Коллер успокаивающими отварами из трав и просила ни о чём не беспокоиться.

- Тут мои дети, им без меня наверняка… - начала Китти.

- Сейчас с ними их учитель, так что не беспокойтесь, - тихо сказала Гепатия Китти.

- А мой муж, он там сейчас один и наверняка зашивается.

- Уверена, что с ним тоже всё хорошо. Я опознала источник вашей болезни, это нервы и погода, так что как только вы успокоитесь и окрепнете, можете вылетать вместе с детьми в Чешскую Республику, - тихо сказала Гепатия.

- Но я ни разу не волновалась, мы вместе собирались улетать, - замотала головой Китти, привстав с кровати.

- Это вам так кажется, пани, на самом деле мы все волнуемся, - едва заметно улыбнулась Гепатия.

- Я волновалась за мужа, - призналась Китти.

- Так с ним всё хорошо.

- Просто, - Китти не хотела себе признаваться в том, что не знала, как муж отнесётся к возвращению на родину. Ведь остров помогал ему так же, как помогал её отцу и всем Мортонам, когда-либо жившим на нём.

- У вашего рода сложная и порой тёмная история, но не стоит всё списывать на проклятие. Мы, учёные, в это не верим, - улыбнулась Гепатия.

- Это точно, мой отец в них тоже не верил, считал всё это совпадениями и смог улететь подальше от острова.

Гепатии удалось сначала вылечить нервы пани Коллер, а затем и простуду. Несмотря на то, что на острове росло мало целебных трав, Александрии хватило их для того, чтобы из них сварить разные зелья и ими отпоить больную Китти. Как только пани Коллер почувствовала прилив сил, она поблагодарила Гепатию Александрию за то, что та помогла ей встать на ноги, и тут же позвонила мужу на инфолинк.

Вацлав всё не находил себе места. Дома без жены и детей было слишком тихо и скучно, а он, несмотря на возраст, любил поболтать с Китти и поиграть с детишками, хоть они заметно подросли. В отсутствии жены он вспоминал тот день, когда они только познакомились и как их взгляды пересеклись на конференции Антона Соколова, а дальше поехало и понеслось. Китти тогда была юна и одним желанием и упорством могла сдвигать горы, он до сих пор помнил, как она решила проблему с Двали. Как только они получили акции «Rock oil», у них сразу начались проблемы, пока они не перестреляли друг друга.

- Жадность до добра не доводит, - говорила тогда Китти, прочитав о перестрелке между Двали.

Вот и сейчас Вацлав вспоминал о днях, которые он пережил тогда с будущей женой. Он уже погрузился в воспоминания, как зазвонил инфолинк.

- Коллер слушает, - бодро сказал Вацлав.

- Как я рада тебя слышать, - так же бодро ответила Китти на другом конце инфолинка.

Голос у Китти был не только не гнусавый, но и весёлый, в голосе читалась радость от звонка мужу, по которому она соскучилась.

- Богиня моя, как я рад тебя слышать, - произнёс Вацлав.

- И я, благодаря лечению Гепатии я быстро поправилась, и теперь мы собираем вещи и возвращаемся к тебе.

- Дом уже готов к твоему приезду, я жду вас.

- Прости, я понервничала и вот что получилось, - созналась Китти.

- Не стоило, дорогая, я сам подумывал вернуться в Прагу, тут у меня бизнес и семья, а так я даже запутался в днях недели, одна сплошная ночь, - чуть улыбнувшись, сказал Вацлав.

***

Долго Китти ждать не пришлось, она быстро вернулась вместе с детьми и пани Фиалой в Прагу. Летела она на личном самолёте её отца – Обида Мортона. Он как раз вовремя позвонил дочери на остров и спросил, как у неё дела. Китти не стала говорить про болезнь, сославшись на то, что у неё были дела на острове после отлёта мужа. Обид сказал, что сейчас у него нет дел, и он может подбросить Китти вместе с детьми до Праги. Пани Коллер согласилась на помощь отца, зная, что его личный самолёт легко может доставить её и детей с учительницей в Чешскую республику. Перед вылетом она ещё раз связалась с мужем и сообщила, что скоро прилетит в главный аэропорт Праги.

- Хорошо, я встречу вас, - радостно произнёс Вацлав.

И уже через день Китти вместе с детьми и пани Фиалой прибыла в Прагу. Тут совсем другая атмосфера, не то что на острове, и другой воздух. Как только Китти вышла из отцовского самолёта и поблагодарила пилота за помощь, она тут же вдохнула свежий пражский воздух.

- Папа, папа, - радостно замахали руками дети, увидев идущего к ним отца.

Вацлав шёл, неся в руках огромный букет цветов, которые любит его жена, и Китти сразу поняла, что муж по ней так же соскучился, как и она по нему. Вместе с детьми она побежала к мужу и обняла его.

- Тише, цветы помнёшь, - улыбнулся Вацлав.

- Да что там цветы, я хочу помять тебя, - улыбнулась Китти.

- Можешь мять сколько хочешь, - улыбнулся Вацлав, обнимая жену.

Глава 89

Работать Китти закончила ближе к вечеру, так как её долго не было в «Машине времени» - дел накопилось куча. Она и не заметила, как за окном начало темнеть, а вскоре позвонил муж и спросил, кто будет забирать детей из школы, поскольку у него рабочий день закончился раньше.

- Ой, давай ты, а то я что-то подустала за день, - чуть зевнув, ответила Китти.

Вацлав ничего не сказал, только согласился и добавил, что раз уж жена устала, так что детей из школы заберёт он, а Китти пусть ждёт его и детей в магазине.

- Как скажешь, я только закрою «Машину времени», отпущу работников и буду ждать тебя, - улыбаясь, сказала Китти.

Встав из-за стола, она ещё раз зевнула, прикрывая рот рукой, затем, спустившись вниз, отпустила сотрудников и, закрыв магазин, стала ждать приезда мужа. Сегодня дел было по горло, завтра будет ещё больше, так как начался сентябрь и приём в школы и университеты в самом разгаре, а значит, люди будут заходить в «Машину времени» за книгами, не вся Прага перешла на электронные учебники, особенно после Инцидента, который сильно затормозил развитие науки.

Вацлав долго ждать себя не заставил, он и дети подъехали к магазину быстро. Видя чуть заспанную Китти, он тут же вышел из машины и, осторожно подойдя к жене, повёл её к машине.

- Вижу, день был трудный, - протянул он, усаживая жену на переднее кресло и пристёгивая её ремнём.

- Не то слово, так много заказов, - призналась Китти, зевая.

- При тебе, богиня моя, магазин стал процветать, но ничего, завтра поменяемся местами, нет, лучше ты отдыхай, а я займусь магазином.

- А клиника? – спросила Китти.

- На завтра никто не записан, - признался Вацлав.

- Я превращаюсь в тебя, - еле улыбнулась Китти, засыпая.

Вацлав хотел ответить жене, но она уже заснула в машине, поэтому он выключил радио, велел детям не шуметь и поехал к дому. Только у дома он разбудил спящую жену, а после повёл к кровати, детям велел выйти из машины и пойти умыться, а потом засесть за уроки.

- Помочь раздеться? – спросил Вацлав у жены.

- Нет, я сама, - кивнула Китти, снимая с себя пальто и обувь, а по пути до комнаты и остальную одежду.

Вацлав быстрее жены поднялся на второй этаж и, войдя в комнату, расстелил кровать, чтобы Китти легла в неё и уснула. Самому же Вацлаву спать не хотелось, в голове вертелись очередные чертежи аугментаций, так что он, уложив жену спать и проверив, делают ли уроки дети, пошёл в свой кабинет, чтобы заняться своими изобретениями.

- Пап, - услышал он голос сына за спиной.

- Да, сынок, - кивнул Вацлав, поворачиваясь к сыну.

- Я кушать хочу.

- Сейчас сделаю, а твоя сестра?

- Она занята, - ответил Карел.

- Вся в меня, - улыбнулся Вацлав и встал из-за стола.

Велев сыну садиться за стол, Вацлав тут же начал колдовать на кухне. Судя по тому, как голоден его сын, ему нужно приготовить чего-нибудь сытного для Карела, а потом и для Аделы, если она проголодается.

- Пап, а мама где? – спросил Карел.

- Она отдыхает.

- С ней всё хорошо? – поинтересовался сын.

- Да, просто устала на работе.

Приготовив еду, Вацлав поднялся в комнату дочери и спросил, голодна ли она. Адела уже закончила делать свои уроки и сидела на кровати с книжкой, когда к ней пришёл отец.

- С удовольствием бы перекусила, - улыбнулась девочка.

- Хорошо, тогда спускайся к столу, - согласился Вацлав и вместе с дочерью спустился к столу.

После ужина дети разошлись по комнатам, а Вацлав, быстро набросав свой чертёж, решил проверить Китти. В комнату он шёл практически на цыпочках, чтобы не разбудить жену. Китти мирно посапывала в постели, она даже не услышала, как пришёл её муж. Вацлав только умилился спящей жене, назвав её про себя дремлющей Иштар, и пошёл в ванную умываться перед сном.

Хоть он и мало работал, но усталость всё равно ощущалась, мышцы напряглись под тяжестью аугментаций. Приняв горячий расслабляющий душ, Вацлав надел пижаму и лёг рядом с женой. Почувствовав рядом Вацлава, Китти улыбнулась во сне и подлегла к нему, не открывая глаз.

- Иди сюда, моя богиня, - тихо шепнул Вацлав жене и, обняв её, заснул.

***

Утром Китти проснулась одна, ни мужа, ни детей дома не было. Она поначалу испугалась, а потом, посмотрев на часы, поняла, что проспала до девяти часов. На тумбочке лежала записка от Вацлава: «Милая, не волнуйся и отдыхай. Я отвезу детей в школу и поеду в «Машину времени». Целую. Твой Вацлав».

«Какой ты у меня заботливый», - подумала Китти, вставая с кровати.

На кухне тоже лежала записка, оказывается, Вацлав встал раньше всех и приготовил для жены еду.

- И что же мне делать? – задалась вопросом Китти. - Дома сидеть в одиночестве совсем не хочется.

Она бы позвонила отцу, но отец сейчас наверняка занят, может, позвонить матери? Тем более что Китти с ней редко общается, а в последнее время совсем не разговаривает, так как её мать постоянно переезжает с места на место со своими концертами. Китти уже собралась искать записную книжку, чтобы найти номер матери, но тут по видеофону позвонили, и она тут же пошла к телевизору, чтобы ответить. Это звонил отец – Обид Мортон, он позвонил, чтобы узнать, как долетела его дочка до Праги. Китти была рада звонку отца. Она ответила, что она и дети долетели без проблем, и сказала, что сама хотела позвонить, но думала, что отец занят.

- Нет, как раз у меня выдался свободный денёк, а что? Что-то случилось?

- Нет, пап, просто и у меня выдался свободный день, Вац решил поработать в магазине вместо меня, вот и сижу дома, - ответила Китти.

- А, понятно, но тогда я свободен для разговора с тобой, - улыбнулся Обид.

Китти проболтала с отцом до самого полудня, она рассказывала о том, какой Вацлав заботливый и как он её вчера бережно довёл до кровати, чтобы она отдохнула. Когда Обид спросил, где так его дочурка утомилась, Китти ответила, что в книжном магазине полно работы накопилось.

- Твой муж теперь под стать мне, но всё равно работает с книгами! – удивился Обид.

- Ну, это его наследство, я только заместитель директора, получается, - улыбнулась Китти и добавила, - Завтра вновь вернусь к своим обязанностям, сейчас у детей и студентов начинается учёба.

- Ты уж не перенапрягайся, дочка, тебе ещё и детей растить, - улыбнулся Обид.

Глава 90

Вечер без занятий чем-либо, казалось, тянулся вечно, поэтому когда он закончился и наступило следующее утро, Китти была рада, что снова вернётся в «Машину времени» и займётся своими делами. Она встала с утра пораньше, пока все в доме спали, быстро перекусила и решила прогуляться пешком до книжного магазина. Когда она дошла до книжной лавки, то остатки сна как рукой сняло. Работники только начали подтягиваться к магазину, а Китти уже поднялась на второй этаж и тут же, включив компьютер, начала просматривать электронную почту. Люди писали с разных концов света: кто-то спрашивал книгу, кто-то предлагал, чтобы «Машина времени» выставила его. Все предложения по выставлению книг Китти отклонила, они не совсем подходили магазину, какая-то беллетристика, не более того, ещё, после того как эхо Панхеи утихло, Вацлав избавился от коллекции книг по «Монаху гедонисту», сказал, что пора что-то менять. Да и у Китти уже есть тот, кто хочет, чтобы «Машина времени» выставила его книгу у себя. Автор как раз историк, и он интересно преподносит свою версию событий. Китти прочитала отрывок его книги и после договорилась о встрече. Вчера от него ни слуху ни духу, а сейчас он вышел на связь и готов встретиться с пани Коллер.

Этот историк напомнил ей Монтану Джонса, которого они встретили в Островной империи. Но вряд ли этот историк и есть мистер Джонс, столько времени прошло. Китти так увлеклась ответами на электронную почту, что не заметила сообщение у себя на инфолинке. Написал Вацлав, он сказал, что не ожидал от Китти такой прыти с утра и спросил, как она себя чувствует, на что она написала, что хорошо и полна сил.

- А мы только собираемся в школу, - написал Вацлав.

Китти невольно посмотрела на часы, на них ещё и семи не было, как раз самое время отвозить детей в школу, так как уроки у них начинаются в восемь, а Вацлав может приходить на работу когда захочет.

- Что делать собираешься? – спросила Китти у мужа.

- Как всегда, пойду в клинику, но могу помочь и тебе, - ответил Вацлав.

- Пока не надо, клиент ещё не подъехал, вот готовлюсь к его приходу.

- Что, кто-то хочет, чтобы мы выставили его книгу? – спросил Вацлав.

- Да, один историк, очень интересно пишет, могу показать, – предложила Китти.

- Кит, я хорошо разбираюсь в истории, пришли на инфолинк отрывок, почитаю, - улыбнулся Вацлав.

- Хорошо, я его сохранила, сейчас пришлю.

Переговорив с мужем, Китти тут же отправила ему отрывок, предложенный историком. Она боялась, что, если Вацлаву он не понравится, он может отказаться выпустить у себя книгу, но он, прочитав, отзвонился и сказал, что одобряет, и Китти облегчённо выдохнула.

- Что так напряглась? – вдруг спросил муж.

- Боялась, что ты не одобришь и придётся расторгнуть встречу, - объяснила Китти.

- Ну ты что, моя богиня, - ласково сказал Вацлав, - ты уже давно в книжном бизнесе, и я вижу, ты уже разбираешься в книгах.

***

День у Вацлава прошёл без встречи с новыми клиентами, так что он провёл его, занимаясь разработкой новых аугментаций. Он ещё раз проверил старые чертежи, кое-что там доработал, после чего перешёл на начертание новых. Он уже заканчивал пятый чертёж, как вдруг ему позвонил Дэвид Шариф, приятно удивив.

- Добрый день, не ожидал звонка от вас, - приятно удивился Вацлав.

- Фарида всё расхваливает вашу работу, - начал Шариф.

- Похоже, её аугментация работает как надо, - улыбнулся про себя Вацлав.

- Да, поэтому я смело порекомендовал вас паре своих аугментированных сотрудников, - начал Шариф.

- Я никуда уезжать из Праги не собираюсь, - заключил Вацлав.

- А вы и не будете, мистер Коллер, они сами к вам приедут. Вы готовы к встрече?

- Когда?

- На следующей неделе, только им нужны новейшие ваши протезы, - намекнул Шариф.

- У меня всё самое лучшее.

- Хорошо, ждите, - сообщил Шариф и прервал связь.

Глава 91

Вернувшись домой, Вацлав рассказал жене, что с ним вновь связался Дэвид Шариф и попросил аугментировать двух своих сотрудников. Видать, дела у старика идут из рук вон плохо, раз он решил обратится к пражскому специалисту по аугментациям. Китти этому не удивилась, за годы работы в новой «Шариф Индастриз» она видела, как её тогдашний босс из кожи вон лез, чтобы вытащить свою фирму, и он неоднократно пытался переманить то Китти, то Вацлава на свою сторону.

- Поздравляю тебя, ты растёшь, - улыбнулась Китти и помогла мужу раздеться.

- Так давно уже вырос. Выходит, я единственный специалист по аугментациям в мире, раз ко мне даже Шариф обращается, - похвалился Вацлав.

- Скорее, он пытается переманить одного из нас на свою сторону, будь осторожен, - предостерегла Китти мужа

Вацлав заверил жену, что он знает о Шарифе больше, чем Шариф о нём, и он уже давно придерживается позиции не мастерить военные аугментации, как бы его не просили. Поцеловав жену в щёку, он сказал, что кушать не будет, а пойдёт и поработает, так сказать, подготовится к встрече с людьми Шарифа.

- Никаких нет, Вацлав, ты откушаешь с нами, а потом делай, что хочешь, - настояла Китти.

Вацлав спорить с женой не стал, тем более, что дети по нему соскучились. Сидя за столом, он то и дело водил ложкой по столу, что-то чертя у себя в голове. Китти, когда это увидела, только улыбнулась и, осторожно положив свою ладонь на руку мужа, предложила работать вместе.

- Ты ещё помнишь, как это? – улыбнулся Вацлав.

- Да, ты же научил, как не помнить, - подмигнула Китти.

- Это хорошо, так мы быстрее справимся, - согласился Вацлав.

- Пап, мам, могу ли я вам помочь? – вдруг предложила Адела, чем вызвала улыбку на лице родителей. Китти только потрепала дочь по голове и сказала, что она ещё маленькая для таких работ. Пусть лучше пока в теории потренируется. Дочка не обиделась, она всё прекрасно понимала.

После ужина, помыв посуду и отправив детей в свои комнаты, Китти пошла в кабинет к мужу, чтобы помочь ему с работой. Оба прекрасно были знакомы с делами Шарифа, поэтому они знали, какие аугментации нужны его людям.

- Интересно а твой друг – Адам тоже приедет? – поинтересовалась Китти.

- Это вряд ли, он, наверное, где-нибудь отсиживается, - ответил Вацлав.

- Понятно, - протянула Китти.

- Зачем тебе Адам, у тебя есть свой ауг, - подмигнул Вацлав жене.

- Просто интересуюсь, хотя, когда я его увидела, мне он показался угрюмым.

- Он всегда таким был, я, в отличии от него, не унывал, когда мне было плохо.

- Ну, у тебя тогда и сейчас есть я, и на меня можно положиться, - сказала Китти.

***

Первый человек от Дэвида Шарифа прилетел через день, после звонка начальника. Вацлав его узнал только потому, что тот ему представился и вежливо попросил поправить его аугментацию.

- Надеюсь, вы знаете, что я не делаю военные, - приветливо сказал Вацлав.

- Да, Шариф говорил, просто нужно посмотреть, всё ли в порядке, - ответил человек.

Вацлав вежливо проводил его в медицинское кресло, после чего приступил к осмотру аугментации. С виду с ней было всё в порядке, но не мешало осмотреть более внимательно. Пока Вацлав осматривал, человек вдруг спросил его, не давят ли его руки на тело, ведь он уже не молод.

- У вас лёгкая аугментация, если смазать, то…

- Я о ваших руках, мой босс может…

- Я доволен своим телом. Знаете, что мне придаёт сил?

- Что?

- Семья. Китти моя единственная и настоящая помощница, а дочь чистая замена родителям, растёт.

- Но вы наверняка хотите…

Это уже наглость, видать, Шарифу нужен хороший специалист по аугментациям, раз он прислал к нему человека с такими предложениями.

- Меня и здесь хорошо кормят, - улыбнулся Вацлав и добавил: - По утрам я делаю зарядку, так что с моим телом всё в порядке.

- Как хотите, профессор Коллер, - согласился клиент и отстал от Вацлава.

Более подробный осмотр занял целый час. Осмотрев клиента, Вацлав сказал ему, что с его аугментациями всё хорошо, так что ему беспокоиться не о чем, а если что-то побеспокоит, то пусть он вколет себе сыворотку Соколова, после протянул флакончик, когда клиент с ним рассчитался.

Сегодня никто не захотел прийти к нему на осмотр, но он решил остаться до вечера. Чтобы ему не было скучно, он решил позвонить жене и рассказать ей, как прошла встреча с клиентом. От Китти Вацлав ничего не утаивал, поэтому рассказал и про предложение от Шарифа.

- Я тебе не рассказывал, но у Адама половина тела аугментирована, Шариф захотел и из меня то же самое сделать.

- Нет, ты нужен мне человеком, - сказала Китти.

- Богиня моя, я тоже хочу быть человеком, аугом я стал только из-за аварии в детстве, помню, всё тело тогда ныло и новые руки никак не хотели двигаться. Быть аугом тяжело.

- Выходит, что ты на самом деле единственный специалист по аугменациям, - заметила Китти.

- Я читал один журнал, там говорилось, что после меня ещё куча появилась таких специалистов, но я же профессор, а значит, Шарифу нужен только…

- Понятно, профессор и нужен, ну ты держись там, - сказала Китти.

- А как у тебя? – поинтересовался Вацлав.

- Ну я встретилась с заказчиком и приступаю к опубликованию его книги, - улыбнулась Китти.

- У меня пока что затишье.

- Ну, тогда присоединяйся ко мне, поможешь? – предложила Китти.

- Как раз об этом подумывал, похоже, остальные люди Шарифа пока не торопятся, - согласился Вацлав.

Закрыв свою клинику, Вацлав поспешил к жене в «Машину времени». Китти к его приходу отпустила всех покупателей и теперь беседовала с одним из поставщиков. Краем уха Вацлав услышал, как она заказала книги по кулинарии. Увидев мужа, она улыбнулась. А когда положила трубку, то сказала ему, что кто-то из заграницы заказал целую кипу древних кулинарных рецептов. В магазине таких книг мало, поэтому пришлось заказать ещё.

- И как, получилось? – спросил Вацлав.

- Да, обещали завтра доставить, надеюсь, не подведут, так как наш магазин стал пользоваться бешеной популярностью, - улыбнулась Китти.

Глава 92

Следующий день выдался для Вацлава свободным. Шариф пока не обещал подкинуть ему работёнки, поэтому Вацлав решил дать своей жене выходной и сам лично заняться своим вторым делом – книжным магазином.

- А мне что делать? Дети в школе, а дома скучно, – растерянно спросила жена.

- Можешь спокойно прогуляться по городу, обещаю, в магазине долго задерживаться не буду, - подмигнул Вацлав жене и на прощание поцеловал её в щёку.

В «Машине времени» не ожидали появления пана Коллера и даже слегка удивились. Вацлав сказал, что пока у него нет дел, то он может заняться и магазином, но расслабляться не стоит. После чего он поднялся в свой кабинет. Сегодня должны доставить партию книг по кулинарии, до этого Китти успела подготовить полки для них и склад.

«Ай да жёнушка, ты приятно удивляешь меня», - подумал Вацлав, слегка улыбнувшись.

Сегодня в книжный приходило не так много людей, но это Вацлава и не расстраивало, скорее всего, всё уже купили до этого. Когда опустела очередная полка, Вацлав проверил реестр книг и что надо перенёс со склада на полку. Тут у него затрезвонил инфолинк и он, разогнувшись, заперся у себя в кабинете.

- Добрый день, господин Коллер, - услышал он голос Дэвида Шарифа.

Он не записал телефон Шарифа на инфолинк, так как посчитал это не нужным и надеялся, что больше его не услышит.

- Точнее, доброе утро, господин Шариф, как там ваши бойцы? – пошутил Вацлав.

- Только и делают, что хвалят вас, - весело сказал Шариф.

- Так, а мне что позвонили?

Вацлав был готов к тому, что бывший глава «Шариф Индастриз» вдруг взмолится и попросит Вацлава работать на него, но тот сказал, что собирается ещё одного человека к нему прислать.

- Ого, сколько у вас аугментированных сотрудников! – удивился Вацлав.

- Да, аугментированные вновь стали вставать на ноги. Ну как примите?

- Завтра я свободен, так что да.

- Отлично, попробую его завтра же к вам и отправить.

- Стоп, так перелёт долгий, - одёрнул Вацлав Шарифа.

- Он сегодня же вылетит и завтра к вам на сверхзвуковом самолёте.

- Ок, понятно, договорились, - сказал Вацлав и закончил разговор.

***

Партия книг по кулинарии пришла ближе к вечеру. Вацлав уже волноваться начал, но звонить поставщику так и не решился, так как доверял выбранным поставщикам. Чтобы как-то скоротать время до прибытия книг, он связался с Китти. Жена была рада слышать мужа, на вопрос, чем она занята и занята ли, она ответила, что последовала его совету и теперь гуляет по городу, хотя холодновато. Вацлав сказал, что он до сих пор ждёт книги.

- Позвонить не пробовал? – спросила Китти.

- Нет, я им доверяю, может быть, в пробку попали, - предположил Вацлав.

- Наверное. Они все местные.

Вацлав сказал, что с ним связался сам Дэвид Шариф и вновь решил послать ему на починку своего аугментированного работника. Когда Китти спросила, согласился ли Вацлав, тот ответил, что да.

- Смотри, как бы тебя не завербовали, - шутя сказала Китти.

- Я больше из Праги никуда.

- А если соблазнят и в мире не останется больше таких специалистов?

Китти словно издевалась над мужем, но Вацлав знал, что она просто с ним заигрывает, и тоже играючи сказал ей, что будет обучать новых специалистов по аугментациям, только из Праги, пусть едут к нему, а потом подумал, а почему бы и нет. Но для начала не мешало бы перевести дух.

- Китти, как ты думаешь? – обратился он к жене.

- Да, дорогой?

- А не взять ли нам отпуск и не поехать, скажем, в ту же Островную империю на месяц?

- А как же дети? – спросила Китти.

- Оставим их моим родителям, а если не получится, поедем всей семьёй.

- Ох, плохая идея, дети будут бегать там по городу, вдруг поранятся, - в словах Китти появилась тревога, и Вацлав тут же себя одёрнул, но потом предложил просто вариант: как и раньше, отправиться в Карловы Вары или в горы, только теперь всей компанией, а то в прошлый раз не получилось.

- А вот это идея, выходные можем занять, - повеселела Китти.

Разговор с женой помог Вацлаву скоротать время до прихода поставщика книг. Как только он заметил машину, то сразу же указал, куда парковаться, и как только пикап припарковался, помог водителю вытащить из багажа книги. После чего расплатился с ним и потащил два тюка с книгами в магазин.

- Хорошо, что мои руки аугментированы, а иначе бы ныли, - буркнул себе под нос Вацлав.

Часть книг он поставил на полку, где раньше стояли другие, а часть отнёс на склад, после чего отпустил работников, закрыл магазин и поехал на машине за детьми.

- Где мама? – спросил Карел.

- Она дома, отдыхает.

- Тебе тяжело без неё? – вдруг спросила Аделла.

- Что ты, солнышко, вовсе нет, просто маме надо дать отдохнуть, - улыбнулся Вацлав, усаживая дочь на заднее сидение вместе с сыном.

Глава 93

Последний рабочий день перед походом в горы вымотал Вацлава окончательно. Он снова почувствовал тяжесть своих аугментированных рук, когда ещё толком не закончил восстанавливать аугментации человека посланного ему Шарифом. Его ауги износились полностью, Вацлав чувствовал себя человеком разбирающего «Терминатора» на части, именно так, как в теле клиента было больше железа чем плоти. Даже в Адаме Дженсене такого не было.

«Ух, он что военный, весь в броне», - думал Вацлав нагибаясь над очередной аугментации.

Клиент был усыплён полностью, так что у Коллера было время, подумать, какую аугментацию ставить дальше. Шариф сказал, что заплатит ему хорошенько за починку сотрудника. Но что-то намекало на то, что старик вновь взялся за военные разработки, как будто Панхея ничего не изменила. Некоторые военные аугментации до сих пор запрещены, но зная Шарифа, он может кой кому и подмазать.

«Думаю, отпишу господину Шарифу ящик сыворотки Соколова, но пусть заплатит, если хочет, чтобы у его сотрудников всё хорошо работало», - думал Вацлав, пыхтя над ещё одной аугментацией.

Он закончил работу, когда уже начало темнеть, но ещё перед тем как впустить клиента от Шарифа в клинику, он позвонил жене и сказал, чтобы она забрала детей из школы, так как чувствует, что дел у него будет по горло. Попрощавшись с клиентом, Вацлав от изнеможения рухнул на кушетку. Всё тело болело а руки словно не из карбона сделаны, были тяжёлыми на столько, что поднять их было сложно.

-Так и до Синдрома Дерроу не далеко, надо сделать укол, чтобы не отключится, - сказал себе Вацлав и достал приготовленную специально для себя ампулу сыворотки Соколова и уже собирался сделать себе укол. Он уже потянулся к посиневшей от напряжения правой руке, но флакон вдруг выскочил из рук.

-Только этого не хватало, не хочу тратить на себя лекарство приготовленное для клиентов? – выругался Вацлав.

Тело ещё было жизнеспособно, поэтому Вацлав решил, не пользоваться сывороткой для клиентов. Он аккуратно вытер пол, не оставив ни следа своей неловкости, после чего вызвал такси, чтобы поехать домой.

Китти вместе с детьми волновалась за мужа. Карел постоянно донимал мать вопросом – «Где папа», и каждый раз она отвечала: - «Папа на работе». Не выдержала и Адела, она тоже начала беспокоится об отце и Китти одновременно пришлось успокаивать сына и дочь.

-Тише, я тоже волнуюсь за вашего папу, как бы он там не погорел на работе, - сказала она себе и детям.

Увидев подъезжающее к дому такси, она отсадила от себя детей и подойдя к входной двери, чтобы посмотреть кто приехал. Увидев усталую но ещё полную жизни фигуру мужа и его кучерявую голову она успокоилась и пошла к машине, чтобы довести усталого мужа до дома.

-Наконец-то, а то мы тут все переживаем, - сказала она, беря Вацлава под руку.

-Я тоже думал, что не дойду до дома, я словно терминатора восстанавливал, - отшутился Вацлав.

-Потом расскажешь, а пока позволь мне тебя…

-Папа, папа, наконец-то ты приехал, - закричали в один голос дети.

-Тише, тише дети, дайте вашему отцу отдохнуть, - сказала Китти детям и повела мужа на уютный диван, попутно помогая ему раздеться.

Она предложила ему еды, но он сказал, что так устал, что и есть не хочет. Тогда она предложила ему поспать, он согласился и Китти повела его в комнату. Она обычно не ужинала, если вся семья не в сборе, но дети очень хотели есть, поэтому она решила их покормить и перекусить, чем-нибудь.

-С папой всё хорошо? – тихо спросил Карел.

-Да, просто… он устал, - задумчиво ответила Китти и подумала: - «Отпуск, безусловно нужен, и подальше от Чехии, может и Островная империя подойдёт, а детей можно взять с собой».

Мучить Аделу и Карела уроками не стала, тем более что в выходные могут сделать, а отпустила их в свои комнаты. У самой кусок в горло не лез, она думала о муже, это напомнило ей дни, когда он будучи двадцати семилетним парнем работал не покладая рук, теперь ему под тридцать и в этом возрасте лучше умерить юношеский максимализм. Ещё Китти начала винить себя в том, что её рядом с Вацлавом не было, а так, помогла бы ему чинить «Терминатора».

-Что ж, - решила она, - пойду проверю любимого, как он там?.

Глава 94

— Ох, — сказал Вацлав, когда Китти вошла в комнату.

— Сильно устал? — тихо спросила она, садясь к мужу на кровать.

— Не то слово. Я даже когда Адама чинил, не уставал так, — сказал Вацлав, взяв руку жены в свою.

— Мы уже не молоды, тогда у тебя был запал, теперь всё по-другому, — вздохнула Китти.

— Да, ты права, мне нужен отдых, — сказал Вацлав, — завтра всей семьёй пойдём в поход.

— Давненько мы там не были.

— Всей семьёй да, тогда я ходил в поход со своим отцом и детьми, — сказал Вацлав.

— Теперь пойдём всей семьёй, — сказала Китти, ложась в постель к мужу.

***

Утром, после завтрака, всё семейство стало собираться в поход на гору Снежку. Погода прямо располагала к этому. Несмотря на то, что на дворе октябрь, погода оказалась тёплой и не дождливой, такое редко бывает в Чешской республике, и семейство Коллер решило этим воспользоваться. С собой решили взять всё самое необходимое, а остальным затарились в магазине. Когда Вацлав первый раз ходил в поход, они не брали с собой много провизии, плюс половина растерялась, когда Вацлав и его отец столкнулись с дикими животными. Вацлав до сих пор со смехом и улыбкой вспоминал свой поход с отцом в горы, а Китти хваталась за голову, когда он ей об этом рассказывал.

Сев в машину, всё семейство Коллер отправилось через Прагу в горы. Мимо как всегда проплывали осенние пейзажи города и городских окраин. Дети сидели на задних сидениях и смотрели в окна.

— Нравится осень в городе? — улыбнувшись, спросила Китти у детей.

— Да, красиво, — протянул Карел.

— И одновременно грустно, — заявила Адела.

— Чем же? -поинтересовался Вацлав.

— Всё такое золотое, но скоро и этого не будет, — вздохнула Адела.

— Ну, скоро всё тут будет покрыто снегом, — улыбнулась Китти.

— Да, вроде как зиму нам обещали холодную, — поморщившись, сказал Вацлав.

Вацлав решил сократить путь в горы и свернул с дороги, по которой он вёз свою семью, сказав, что давно заприметил лёгкий путь к горам. Теперь смотреть на окраины Праги гораздо приятней, чем раньше: давно снесли так называемый Город големов — на месте боли и страха построили огромную статую плачущей женщины, символизирующую страдания матерей, жён, сестёр и подруг, чьи родные и близкие сгинули в этом лагере смерти. Статую поставили так, чтобы было видно не только в Праге, но и во всей стране.

— Так, — сказала Китти, когда Вацлав уже начал подъезжать к горе, — я сама выберу место для кемпинга.

— Можем на старое прибыть, — подмигнул Вацлав жене.

— Нет уж, я не хочу как раньше, чтобы ты вновь ноги подмочил? Тогда было лето, а сейчас это чревато, — погрозила Китти пальцем мужу.

— Слышали маму, никаких проказ, — сказал Вацлав детям.

Когда машина въехала на гору, Вацлав припарковал её на равнине, после чего всё семейство начало вылезать и выгружать вещи. Сначала выгрузили палатки, после начали устанавливать их и только потом достали провизию.

— Ну-ка, дети, помогите нам всё это расположить в палатках, — сказала Китти.

Адела и Карел тут же схватили то, что им по силам, и потащили в палатки вещи. После того как всё было доставлено, семейство Коллер расставило рядом стулья и село на небольшой отдых.

— Красота-то какая, — вдохнув свежий воздух, сказал Вацлав.

— Да, это точно. Надо развести костёр, пойду насобираю дров, а ты присмотри за детьми, — осматриваясь по сторонам, сказала Китти.

Вацлав согласился с женой, к тому же он так устал на работе, что ему меньше всего хотелось двигаться, и Китти сама сказала, что ему лучше посидеть и отдохнуть, так как он очень устаёт на работе.

Дрова Китти собирала возле лагеря, стараясь далеко не уходить, чтобы не заблудиться. Поблизости оказалось достаточно сухих и безжизненных деревьев, чтобы собрать не только дрова, но и хворост. Прихватив достаточное количество, она вернулась обратно в лагерь.

— Вот, должно хватить, — сказала она мужу.

— Последнее слово за мной, — улыбнулся Вацлав и, воспользовавшись встроенной в его руку паяльной лампой, поджёг дрова. После окликнул детей, чтобы они вылезли из палаток и погрелись у костра.

— Идём, пап, — хором откликнулись Адела и Карел.

— Даже холода не чувствуется, и это несмотря на то, что мы в горах, — сказала Китти, оглядываясь по сторонам.

— Это пока, а к вечеру похолодает, — сказал Вацлав жене.

— Откуда знаешь?

— Я же говорил, что ходил в поход с родителями в детстве, — сказал Вацлав.

— И осенью тоже?

— Да, и ещё зимой, — улыбнулся Вацлав.

— И как, не замёрз? — спросила Адела.

— Не, отец закалил меня и мой характер, — ответил Вацлав дочери.

— А ты, мам? Ты же полжизни прожила на острове?

— Не всегда я жила на острове, я жила в Англии, но и там зимой всегда холодно, так что мои родители тоже меня закалили, — улыбнулась Китти.

Глава 95

Первая ночь в палатках для семейства Коллер прошла без происшествий. Вацлав спал как убитый, наверное, он давно привык к подобной обстановке. Китти тоже особо не жаловалась на то, что спала не на кровати. Она прижалась к мужу и моментально заснула. На удивление и дети хорошо спали и не бегали к родителям в палатку.

Когда Китти утром проснулась, то Вацлава рядом не было, он нашёлся рядом с палаткой, разводя новый костёр, а Адела и Карел сидели рядом и смотрели, как их отец его разжигает.

- Вот так, если у вас под рукой не окажется нужного инструмента, то можно просто потереть две палочки друг о друга и будет огонь, - говорил Вацлав детям.

- Вижу, ты решил не пользоваться своей аугментацией, - шутливо сказала Китти.

Дети, услышав это, рассмеялись.

- Доброе утро, милая, вот учу детей разжигать костёр, - сказал Вацлав жене.

- И как, получается? – спросила Китти.

- Как видишь, - улыбнулся он, кивая головой в сторону огня.

- Ты у меня спец на все руки, - сказала Китти и поцеловала мужа в щёку.

- Так, детишки, когда все в сборе, можете готовится к завтраку, доставайте еду из мини-холодильника, - сказал Вацлав детям.

Адела и Карел тут же побежали к мини-холодильнику и стали доставать оттуда еду, после них Вацлав и Китти достали всё, что им нужно. Китти сказала мужу, что спала как убитая, и что первая ночь прошла хорошо, на что Вацлав тоже сказал, что спал хорошо и что дети тоже, наверное, за первый день они надышались воздухом, вот и уснули, но вряд ли следующая ночь так пройдёт.

- Можешь не говорить, - улыбнулась Китти, открывая банку с тушенкой.

- Фу, что это? – спросил Карел, глядя на то, что ему отец положил на тарелку.

- Это тушенка, - ответила Адела.

- Я не буду это есть, - поморщился Карел.

- Другой еды нет, ешь, - сказала Китти сыну, Карел вздохнул и приступил к еде.

- А как же мясо? – шепнул Вацлав жене.

- Это на обед и его не так много, - так же шепнула Китти.

- А.

После еды Вацлав предложил сыну походить вокруг лагеря и пособирать ягоды, а заодно и поизучать местную флору. Карел вновь начал ёрничать, тогда отец предложил ему посидеть с мамой и сестрой, но Адела захотела идти вместе с отцом за ягодами, так что её брату пришлось остаться с мамой.

- Ну хоть ты согласилась, - сказал Вацлав дочери.

- Я пообещала маме присмотреть за тобой, - улыбнулась девочка.

- Я уже взрослый, нечего за мной присматривать, - отшутился Вацлав.

Пока Адела вместе с отцом собирали ягоды и изучали флору, Китти пыталась усмотреть за сыном. Карел всё ёрничал: он спрашивал, есть ли нормальная еда с собой, и хотел пойти на самостоятельную разведку. Чем начал бесить свою мать.

- Карел Коллер, веди себя хорошо, а иначе на обед тоже будет тушенка, - пригрозила Китти сыну.

- Так значит, у нас есть мясо?

- Да, но если ты будешь… - чуть повысила голос Китти.

- Ладно, я понял. А можно в следующей раз я буду выбирать, куда нам ходить?

- Пока не вырастешь, - дала наказ Китти.

- Понял, - вздохнул Карел и сел на стул рядом с мамой.

Вацлав и Адела, насобирав ягод и немного хвороста, вернулись в лагерь. На сей раз всё обошлось без приключений и это не благодаря Аделе, а из-за того, что Вацлав уже не так молод, чтобы попадать в мелкие неприятности. Вернувшись в лагерь, он был приятно удивлён тем, что жена и сын просто сидят и греются у костра.

- Ну, как вы? Скучали? – спросил Вацлав у жены и сына.

- У нас всё хорошо, а у вас?

- Тоже, - ответила за папу Адела.

- Карел хорошо себя вёл? – вдруг спросил Вацлав у жены.

- Капризничал, но я ему дала наказ, и он понял, правда? – обратилась Китти к сыну.

- Да, - кивнул Карел.

Вацлав подошёл к сыну и, приобняв его за плечи, сказал, что в следующий раз пойдёт с ним в исторический поход по Праге.

- Ты же всё время занят, - выдохнул Карел.

- Карел, не капризничай, ты всё нам испортишь, - сказала Адела, но Вацлав её тут же одёрнул, сказав, что не стоит давить на брата, ведь он просто маленький мальчик и капризы его - привычное дело.

- Постараюсь брать больше выходных и проводить время с семьёй, - сказал Вацлав сыну.

Карел встал со стула и обнял отца.

***

Когда стало холодать, вся семья закуталась в тёплую одежду. Пришлось и палатку утеплить, чтобы не поддувало. Китти знала, как объединить всю семью, с собой она взяла ещё и книги, поэтому, когда всё семейство Коллер плотно прижалось друг к другу, она достала одну из книг и стала читать её вслух. Книга была посвящена сказаниям и преданиям старой Праги, её Китти взяла из своего книжного магазина, которым она теперь заведует. Все слушали затаив дыхание. Только когда Китти остановилась, чтобы перевести дух, Карел спросил: - «А эти места ещё остались?»

- Некоторые можно увидеть и из окон нашего дома, а некоторые ты и так знаешь, - улыбнулся Вацлав.

- Не совсем, - сказал Карел.

- Ну как же, а Карлов мост, институт и часть исторической Праги и Чехии, - сказала Китти.

- А, понял, но я не знал, что у них древняя история, - сказал Карел.

- Тут не история, а легенда о них, - поправила Китти сына.

- А я знаю часть этих мест, нам в школе о них рассказывали, - подметила Адела.

- А ты расскажешь мне? – спросил Карел у сестры.

- Будешь себя хорошо вести, расскажу, - подмигнула Адела брату.

Глава 96

Второй и последний день путешествия прошёл без происшествий. Дети, зная, что на следующий день им в школу, решили по полной насладиться свежим воздухом и прогулкой. Они вместе с мамой и папой весь день проходили по разным тропам, а Карел, узнав про легенды Старой Праги, всячески выискивал именно те места, о которых говорилось в книге. На что Адела говорила ему, что вряд ли тут есть то самое место, ведь там в основном про город сказано.

- А это место что? Разве не относится к пригороду? – задался вопросом Карел.

- Конечно, нет, это пригород, - одёрнула брата сестра.

- Но пригород Праги же.

- Дети, не ссорьтесь, - велела Китти своим детям. – Вы всё успеете найти и посмотреть, да здесь ничего такого и нет.

- Да, слушайтесь вашу маму, она у вас тоже краевед, - улыбнулся Вацлав.

Вдоволь набродившись по полям и лесу, семейство вернулось обратно в палатки. Дети так нагулялись, что, отказавшись от обеда, разошлись по палаткам и легли спать.

- Надо же, как свежий воздух действует, - заметила Китти.

- На меня тоже, - зевнул Вацлав.

- Ну иди поспи, - согласилась Китти.

- Нет, я хочу побыть с тобой, - сказал Вацлав, кладя свою голову на плечо жены.

- Может быть, нам взять в привычку такие вылазки и забыть про все наши проблемы? – предложила Китти.

- С детьми не получится, но мы можем вечером, как и раньше, залезать на крыши и сидеть там.

- Я же не так молода.

- Я тоже, к сожалению, но попытка не пытка, на всякий случай мы можем пойти к нашему тайному месту, - предложил Вацлав.

- Хорошая идея, - улыбнулась Китти и приобняла мужа.

***

Отдых на свежем воздухе закончился очень быстро. Ближе к вечеру семейство Коллер собрало свой скарб и, погрузив всё в машину, выехало обратно в город. Дети ещё не отошли от приключений на свежем воздухе, поэтому всю дорогу до дома они спали, не доставляя родителям проблем. Вацлав прикорнул на переднем сидении, поэтому вести машину пришлось Китти, хотя ей самой хотелось спать, поэтому перед возвращением домой она выпила несколько чашек растворимого кофе и съела энергетический батончик. Завтра снова на работу в книжный магазин. Сейчас книги только заказывают на вывоз, новые покупатели не приходят в осенний сезон, и Китти подумывала о том, а не приукрасить ли как-нибудь магазин, чтобы привлечь к нему новых покупателей. Спросила бы сейчас у мужа, но он спит. Поэтому она решила спросить его завтра.

Когда машина стала подъезжать к дому, Китти сначала разбудила своих детей, сказав им, что они приехали, а потом мужа.

- Что, уже приехали? – тихо спросила Адела.

- Да, милая, вылезай.

- Ну вот, - буркнула дочь себе под нос.

- Знаю, что тебе понравилось, так что когда у меня и твоего отца будет свободное время, мы почаще будем выбираться на такие прогулки, - улыбнулась Китти.

Вся семья вылезла из машины и, как только Китти открыла дверь, сбросила с себя одежду и разошлась по комнатам, заставив Катарину улыбнуться гармонии в семье. Сама она даже душ принимать не стала, переоделась в пижаму и рухнула на кровать рядом с мужем.

Утром она встала последней, остальные члены семейства уже сидели на кухне и кушали. Встав с кровати, умывшись и одевшись, спустилась на первый этаж.

- Доброе утро, милая, как спалось? – спросил Вацлав.

- Как убитая, - зевнув, ответила Китти.

- Это видно. Садись за стол, завтрак готов.

- Спасибо, милый, - подмигнула Китти мужу.

- Дети, доедайте, нам пора в школу, а ты, богиня моя, можешь посидеть дома, - сказал Вацлав.

- Ничего, сейчас поем и пойду в «Машину времени». Кстати, можно спросить?

- Да.

- В последнее время в «Машине времени» мало покупателей, и я подумала, может, мне немного преобразить его?

- И ты ещё спрашиваешь, конечно, он уже давно твой, я там только в свободное время, - согласился Вацлав.

После завтрака Вацлав усадил всю семью в машину и развёз их по своим местам, а сам поехал в свою клинику. Ещё утром он разослал всем своим клиентам объявление, что клиника открыта и они могут записываться к нему на приём. Китти такого делать не стала, её работники знают, когда приходить на работу, а когда нет. Вернувшись в кабинет директора, она проверила почту, и не найдя заказов, стала проверять, что у неё осталась из товара. Потом, когда все пришли, начала смотреть, что можно изменить в магазине.

Глава 97

Прежде всего помещение магазина надо сделать как можно сделать светлее, однако не хотелось уж совсем снимать старые антикварные лампы и на их место вешать ширпотреб, вряд ли муж будет от этого в восторге. Ведь несмотря на то, что все права владения магазином он передал Китти, ему бы не понравилась такая переделка, да и здание историческое, поэтому она решила докупить маленькие антикварные лампы и установить их на стены. Первым делом Китти зашла в интернет и стала смотреть, какие есть поблизости антикварные магазины. В прошлом в Праге их было много, но после вступления мира в новую эпоху потребность в антиквариате быстро отпала. В Праге оказалась всего одна такая лавка, и Китти повезло, что именно в ней было то, что она ищет.

- Отлично, - сказала она себе, набирая на инфолинке номер антикварного магазина.

- Да, слушаю, - ответили на другом конца инфолинка.

- Здравствуйте, скажите, пожалуйста, у вас ещё остались витые настенные лампы?

- Да.

- А сколько? – поинтересовалась Китти.

- Подождите минуточку, сейчас посмотрю, - сказала девушка на другом конце провода.

- Угу, - промычала Китти в инфолинк.

Через минуту продавец вернулся и сообщил число оставшихся ламп. Их осталось всего пять, как раз хватало для того, чтобы ими дополнить интерьер магазина. Дослушав продавца, Китти сказала, что купит все, и пусть их запишут на счёт «Машины времени».

- Мой дед в своё время вложился в ваш магазин, вам я отгружу со скидкой, - сказала продавец.

- Это мило, а когда можно ожидать привоз?

- Они едут со склада, так что на следующей неделе.

- Хорошо, как раз будет время подготовиться, - улыбнулась Китти и, поблагодарив , отключила связь.

Вопрос с лампами решён, теперь надо подумать что делать дальше: обои? Так они до сих пор хорошие, да и у «Машины времени» стены обиты ореховым деревом. Стёкла и двери до сих пор держатся. Снаружи магазин давно перекрашен.

«Мда, дилемма», - подумала Китти, обдумывая обновление.

Пока в голове у неё крутилось только освещение магазина и плакат, который она решила сделать, чтобы повесить на одно из окон «Машины времени». На этом она решила остановиться.

За день в «Машину времени» пришли только два человека, они спрашивали простую литературу, которой было полно в магазине. Её отпустил один из продавцов, помощь Китти им не понадобилась.

«Нужно разгрузить мозг. Позвоню-ка я мужу», - решила Китти и набрала на инфолинке номер мужа.

- Вацлав Коллер слушает, - бодро ответил Вацлав.

- Привет, милый, как ты там? – поинтересовалась Китти.

- Только что отпустил одного клиента, завтра у него проверка аугментаций. А у тебя?

- Всё тихо.

- Как там с обновлением?

- Пока только освещение будет…

- Ты же не собираешься… - чуть испуганно сказал Вацлав.

- Нет, это я не трону, я просто сделаю, чтобы наш магазин был более освещён, - ответила Китти.

- И что ты заказала?

- Миниатюрные антикварные лампы для стен.

- И…

- Милый, я пока не знаю, что дальше, - выдохнула Китти.

- Думаю, на этом пока можно остановиться, моя богиня, потом в голову придёт другое, - улыбнулся Вацлав.

- Пожалуй, ты прав, - согласилась с мужем Китти.

***

После работы оба супруга, забрав детей из школы, вернулись домой. У обоих сегодня был пустой день. Вацлав сказал жене, что, похоже, он починил аугментации у всех пражан, поэтому к нему больше никто не идёт, на это Китти предложила ему вернуться в магазин, без него «Машина времени» не та.

- Как скажешь, завтра отпущу клиента и вернусь, к тому же у меня нет никаких идей по поводу аугментаций.

- Может быть, нам вернуться обратно на остров? – предложила Китти мужу, наблюдая за его реакцией.

- Нет, мне здесь хорошо, - улыбнулся Вацлав жене.

Глава 98

Уложив детей спать, супруги Коллер, одевшись потеплее, решили прогуляться по ночной Праге, как когда-то они делали, когда были моложе. Китти, ещё не отойдя от дома, волновалась за детей, всё спрашивала мужа: «А вдруг они проснутся, а нас нет?».

- Милая, они сегодня так были нагружены в школе, что после сделанных уроков уже зевали и хотели спать.

- Хорошо, но…

- Тише… подмигнул Вацлав жене и закрыл указательным пальцем правой руки её рот, говоря о том, чтобы она не волновалась.

- С тобой спорить не стоит, это я поняла, - выдохнула Китти.

- Ты же сама предлагала? – не понял муж.

- Ну да. Ладно, пойдём, надо развеяться, - согласилась Китти.

На улицах Праги было тихо, даже после того, как отменили сегрегацию аугментированных и извинились перед ними, люди не выходят на ночные прогулки. Вацлав объясняет это тем, что ночью Прага становится другой, частично намекая на ожившие легенды.

Благодаря своему мужу Китти ещё больше полюбила не только этот город, но и всю Чехию с её мифами и легендами, и даже стала подумывать о том, как написать свою книгу о мифах и легендах Чехии.

- Скажи? – обратилась она к мужу, как только он повёл её в своё любимое место.

- Да.

- Я понимаю, что для этого ещё далеко, но появились ли новые легенды?

- Ты о новом времени?

- Да.

- Ну, говорят, голем до сих пор бродит по улочкам города, - улыбнулся Вацлав.

- Да ну тебя, ей уже сто лет в обед, - отшутилась Китти.

- Да, но он теперь выслеживает новых врагов.

- То есть он охотится за сторонниками Дерроу?

- Почти, только теперь он защищает всех пражан, попавших в беду, - шепнул Вацлав.

- А других жителей Чехии?

- Ну, об этом умалчивают.

Наконец Вацлав привёл жену в его любимое место. Спустя столько лет, Китти забыла про то, что раньше ходила сюда с Вацлавом, когда они только начали встречаться. Вацлав же часто любил сюда приходить, особенно в детстве. Место даже время не изменило, всё тот же каменный – единственный каменный берег, куда до сих пор прилетают лебеди и утки. Правда, сейчас они улетели в тёплые края Чехии, а вода потемнела и готовится к покрытию льдом.

- А осенью тут не так радостно, - сказала Китти мужу.

- Да, но посмотри какая безмятежность.

- Я близко подходить не буду, холодно.

- Согласен с тобой, мы просто постоим.

Вацлав аккуратно положил свои руки на плечи жены и начал их массировать. Китти тут же расслабилась и прижалась к мужу, она так всегда делала в его объятиях. Немного постояв у воды, Вацлав и Китти продолжили свои прогулки по ночной Праге. Хотелось вывести жену на крышу, но крыши начали покрываться моросью и льдом, сейчас там не безопасно.

- И всё же как прекрасна Прага, даже сейчас, - выдохнула Китти, когда она и Вацлав подошли к месту, отделяющему современный район Праги от исторического.

- Да, я бы ни за что на свете не променял бы этот город.

- По тебе видно, ты стойкий аугментированный солдатик, - улыбнулась она.

- Ещё бы, раз судьбой мне уготовлено пробивать любые преграды, ты же мне всегда это говорила, и я поверил.

- Я подбадривала твой дух, - улыбнувшись, сказала Китти.

- Дух подбодрить невозможно, богиня моя, подбодрить можно человека или тело, - так же улыбнулся Вацлав.

***

После небольшой прогулки обоих супругов потянуло ко сну, и они пошли к дому, держась за руки и мило заигрывая друг с другом. Осенью в Чехии ночи тёмные, но улицы освещали не только фонари, но и полная луна, что придавало ещё больше романтики. Тянуло на романтику и интим, и оба супруга порывались остановиться где-нибудь в тёмной подворотне и заняться любовью, но они не были так молоды, чтобы предаться этому на улице и решили дотерпеть до дома. По дороге Китти так разморило, что она еле стояла на ногах.

- Подожди, скоро будем дома, - сказал Вацлав жене.

- Ещё немного, и я… - сонно сказала Китти.

- Ты полжизни прожила на свежем воздухе, а здесь тебя разморило, - улыбнулся Вацлав.

- Ты не понимаешь… - Китти уже дремала.

Это заставило Вацлава улыбнуться, и он осторожно поднял полусонную жену на руки, пошёл с ней домой. Китти не казалась ему тяжёлой, тяжёлая она только снаружи бывает, а так лёгкая и почти воздушная.

- С тобой и правда сильнее становишься, - шепнул он жене.

Домой он дошёл без проблем, когда вошёл, то первым делом отнёс спящую жену на кровать, после чего снял с неё одежду и укутал тёплым одеялом. Потом спустился вниз, повесил одежду жены в шкаф и сам стал переодеваться ко сну. После чего лёг в кровать к Китти.

- Надо бы почаще выбираться на такие прогулки, ты нравишься мне больше, когда расслаблена, - шепнул Вацлав жене и поцеловал её в висок.

Глава 99

Утром Китти и Вацлав, как всегда, разделились. Китти пошла в «Машину времени», а её муж в свою клинику. Перед уходом он сказал жене, что как только отпустит своего клиента, он вернётся к ней в магазин и поможет ей в её деле. Китти согласилась, к тому же работать с мужем ей гораздо веселее. Как только она вошла в кабинет директора, то сразу включила свой компьютер и стала проверять почту. Там было всё тихо, похоже, никто не хочет заказывать новые книги, даже поставщики не спрашивают, что привезти в «Машину времени».

Китти было расслабилась и собиралась закрыть электронную почт,у но тут ей пришло странное письмо, оно гласило:

«Добрый день, пани Коллер, меня зовут Энтони Мортон, и мы, кажется родственники. Я посмотрел биографию вашей семьи. Так оказалось, что мой предок был младшим братом Ричарда Мортона. Я долго искал других членов нашей великой семьи, с Вашим отцом мне не удалось связаться, вас я нашёл благодаря журналу «Наука», где вы значитесь как Катарина Коллер-Мортон».

«Вот тебе на, ещё нежданных родственников не хватало», - подумала Китти, оторвавшись от письма.

Писавший также предлагал ей встретиться с ним и поговорить по душам. Китти это совсем не радовало. Она знала, что у Ричарда был брат Роберт, и у него могут быть родственники, но по словам отца и дяди Алана, да и Иденшоу тоже, Роберт отказался от прав на остров и остался в Англии. Неужели наследник решил претендовать на остров Тени, который Китти своими силами отреставрировала, потеряв там часть здоровья?

Она ещё раз перечитала письмо и долго оставалась в недоумении. Нужно переговорить с мужем а потом уже принимать решения. Звонить Вацлаву она не стала, а вместо того, чтобы нервничать, занялась проверкой магазина.

- Пани Коллер, что-то случилось? – спросила одна из продавщиц, увидев начальницу на первом этаже, осматривающую книги.

- Всё в порядке, Лучина, - успокоила её Китти. – Я… просто проверяю.

- Но вы же? ..

За последнее время Лучина изменилась, она не навязывалась к Вацлаву и не спрашивала у Китти, как он там, похоже, поняла, что его больше не вернуть, а за работу стоит держаться всеми руками.

- Всё хорошо, просто тихо как-то, - сдавленно сказала Китти и вернулась обратно в кабинет.

***

В отличие от жены, начало дня у Вацлава прошло без приключений и нежданных родственников. Правда, пришлось подождать немного клиента, он позвонил Вацлаву и сказал, что немного задержится. В ожидании клиента Вацлав занялся чертежами новой аугментации, думая, как облегчить самые тяжёлые её части. Как только он начинал чертить, так время проходило мгновенно. После починки аугментации клиента Вацлав позвонил жене и сказал, что сейчас к ней приедет.

- Приезжай, нам нужно поговорить, - сказала Китти.

- О, тон серьёзный, я мигом.

Когда он приехал, Китти встретила его у порога и тут же повела в угол магазина, пока не увидели работники.

- Ты сегодня на взводе, в чём дело? – шепнул Вацлав.

- Пойдём, покажу, а потом скажешь, что делать, - ответила Китти.

Вацлав послушно пошёл за женой, ничего не спрашивая у неё. Когда Китти привела его в кабинет директора, то показала письмо от названного родственника, а после попросила совета.

- Богиня моя, тебе не о чём беспокоиться, ты единственная наследница своей семьи, даже фамилию сохранила. Да и брат Ричарда отказался от дома на острове, так что у его потомков нет шанса.

- Но зачем он мне написал?

- Самому не понятно, но может быть, встретиться хочет, или воссоединить семью, как мои двоюродные родственники из Словакии.

- Ну, что мне делать? – спросила Китти.

- Встреться, поговори, ты же взрослая девочка, так ведь?

- Да, просто это неожиданно,- выдохнула Китти.

- Да, это странно. Раз он нашёл тебя в журнале «Наука» и решил связаться, может быть, он учёный.

-Я не знаю про брата своего предка, он из упоминания исчез, как только корабль Ричарда приплыл к берегам острова.

- Поговори, а там поймёшь, шарлатан ли он, захватчик или нет, - сказал Вацлав обняв жену.

Китти была очень напряжена, и Вацлав всячески старался её утешить. Через час его жена уже успокоилась и, посмотрев на мужа, написала ответное письмо Энтони Мортону, сказав, что если хочет поговорить, то пусть прилетает в Прагу.

- Ну вот, надеюсь, он захочет прилететь и поговорить, - выдохнула Китти.

- Я рад, что ты успокоилась, милая, на тебе не было лица, когда я пришёл сюда.

- Я… наверное, тоже рада, прости, всё это так неожиданно.

- Но ты сама не в восторге от своего наследства, - начал Вацлав.

-Д а, но там спрятаны такие тайны, - шепнула Китти.

- Ясно, не хочешь их раскрывать.

Китти кивнула. Весь остров Тени был усеян не только наследием индейцев Абкани, но и пока ещё не открытыми минералами, называемыми абканитами или камнями Абкани, которые питают электричеством весь остров, а еще был странный сундук, найденный в останках корабля «Деркето». Вацлав тоже знал про все секреты острова, Китти ему рассказывала обо всём, и он сам видел и сундук, и нос корабля, правда, только на фотографиях, которые ему показывала жена.

Глава 100

Немного подумав, Китти всё же решилась встретиться со своим дальним родственником. Правда, думала она не один день, а два, взвешивая все за и все против, но в конце концов пришла к выводу, что встретиться всё же стоит. Родственник не прямой Мортон и не сын или давно потерянный брат со стороны дяди Алана, а со стороны Роберта - брата Ричарда, а значит, он будет не таким эксцентричным, как вся родня Китти.

«Милейшему Энтони Мортону. Я согласна встретиться с вами в Праге, завтра и все дни после я буду свободна, если, конечно у Вас есть свободные дни. Жду. Катарина Коллер-Мортон», написала Китти в электронном письме и отправила его адресату.

- Ого, да ты посмелела, - подметил Вацлав, стоя рядом с женой и наблюдая за ней.

- Ну, трусихой я никогда не была, к тому же пусть прилетает, знаешь, мне интересно познакомиться с ним, - улыбнулась Китти мужу.

- Не будешь звонить своему отцу? – подмигнув, спросил Вацлав.

- Зачем, я не вижу в Энтони Мортоне врага, - ответила Китти.

- Ну, он прямо с неба свалился.

- Ну да, как твои родственники из Словакии, - подмигнула Китти.

- Ну, о них я давно знал.

- Что-то не похоже, - улыбнулась Китти.

- Просто не хотел встречаться.

- А они оказались не такими уж и плохими.

- Это точно. За тебя я могу быть абсолютно спокоен, ты же у нас Мортон, и все враги перед тобой и твоей роднёй на колени становятся.

- Видел бы ты, как передо мной растёкся Радич Николадзе, - улыбнулась Китти, чуть смеясь.

- Думал, что у него появился покровитель, а ты ему проклятую нефть подсунула, - чуть рассмеялся Вацлав.

- О, смотри, ответил, значит, он тоже не занят, - сказала Китти, указывая мужу на письмо от Энтони Мортона.

«Дорогая Катарина, к счастью, я тоже не занят, так что прилечу завтра утром в 9.00, если не возражаете. Рад буду нашей встрече. Энтони Мортон»

- Какая формальность, не люблю её, - зевнув, сказала Китти.

- Ты же сама ему так написала.

- Я вынуждена, он же из аристократов.

- Ты тоже, - улыбнулся Вацлав и обнял жену.

- Не я, а мы, мой дорогой Вацлав, ты теперь часть моей семьи, - улыбнулась Китти и поцеловала руку мужа.

- Надеюсь, когда он улетит, то моя богиня станет прежней.

- Я и так прежняя, ау.

- Вот он удивится, ты сейчас не похожа на ту Китти, которая прибыла в Прагу на конференцию Соколова.

- Стоп, я не собираюсь снова надевать ту одежду, уже выросла из неё, пойду в обычной одежде.

***

Утром Китти встала пораньше, накормила мужа и детей, а после, развезя кого куда, села в машину и поехала в аэропорт Вацлава Гавела, чтобы встретить своего родственника. Он не сообщил, откуда прибывает, наверняка из Англии или ещё откуда-то, поэтому Китти встала в проходе с табличкой «Энтони Мортон», чтобы её заметили. Народ особо не торопился в Прагу, да и в Чехию в целом. Всего за утро прилетел один самолёт из Англии.

- Энтони Мортон это я, - представился молодой человек.

Он тоже был одет не как полагается аристократу, а как обычный турист, на голове была обычная шляпа, скрывающая чёрные волосы, а на носу очки, подчёркивающие его зелёные глаза.

- Очень приятно, я Катарина, для семьи и друзей просто Китти, - улыбнулась девушка и пожала своему далёкому родственнику руку.

- Простите, я забыл отправить вам свою фотографию и сказать, откуда я прилетаю, - извинился Энтони.

- Не стоит извинений, я запомнила вас по небольшой аватарке, но не… - замялась Китти.

- Думали, что я прибуду во всём обмундировании. Я только на фото так выгляжу, а в жизни я, как вы.

Китти и Энтони вышли из аэропорта. Дальний родственник Катарины вовсе не выглядел опасным, так что Китти зря боялась, что он на что-то претендует. Китти предложила ему перекусить в одном из пражских кафе, и он согласился, сказав, что в дороге ничего не ел.

- А жаль, перелёт был долгим, - сказала Китти.

- Я не люблю еду в самолётах.

- И я, хотя я редко летаю, - призналась Китти.

- Конечно, ведь в Чехии хорошо кормят, я думал, что вы на острове всё это время.

- Может быть на ты? Мы же всё же родня, - предложила Китти.

- Как скажешь, Китти, - улыбнулся Энтони.

- Мы не долго пробыли на острове, неуютно там после того, как не стало моего друга и дяди, - призналась Китти.

- Но всё же были.

- Вацлав там творил свои эксперименты.

- Боже, надеюсь, не такие, о которых говорят, - чуть схватился за сердце Энтони.

Китти чуть не рассмеялась. Похоже её дальний родственник тоже верит в слухи о семье его далекого предка.

- Что вы, муж у меня сама доброта, и не было в моей семье того, о чём пишут, - заверила Китти.

Энтони признался, что давно хотел познакомиться с семьей Обида Мортона, и тоже боялся, а вдруг они втянут его в авантюру, особенно когда он узнал, что дочь Обида замужем за профессором Коллером, и наверняка профессор под стать семьи Мортон.

- Знаешь, что когда все верят в слухи, то… - начала Китти.

- То тебя все уважают. Я хоть и не из семьи учёных, и моя родня всего лишь владеет фабрикой, но меня всё равно все боятся. Кстати, а где…

- Муж на работе в книжном магазине, дети в школе, - ответила Китти.

- Он же учёный! – удивился Энтони.

- Да, но у него две работы. Учёный он тогда, когда в магазине работаю я, мы разделили свои обязанности. Что ж, может, пойдём в дом, я тебе его покажу, а заодно познакомлю с семьёй? – предложила Китти.

- Это так быстро и они все заняты, я тут не на день, так что…

- У вас есть дела в Праге?

- Да, у меня контракт здесь, если бы не было, то мы бы не встретились.

- Вы мне не сказали, - заметила Китти.

- Зачем вас этим нагружать, - улыбнулся Энтони.

- Если тебе нужна моя помощь, только скажи, в некоторых делах я сведуща, - предложила Китти.

- Я владею бумажной фабрикой, - сказал Энтони.

- Бумажной фабрикой? Когда все книги стали цифровые! – удивилась Китти.

- У нас дома больше отдают предпочтение бумажным книгам.

- Ох, я давно не была на родине, однако в нашем книжном магазине тоже книги бумажные, тут скорее всего ты можешь оказать помощь, - улыбнулась Китти.

Глава 101

Вечером Вацлав и Адела расспрашивали Китти о её загадочном родственнике. Китти только улыбалась и говорила, что все её опасения были ложными. Эндрю простой человек - владелец бумажной фабрики. Упомянув бумажную фабрику, Китти вспомнила, что хочет предложить Вацлаву сделку с Эндрю, это будет новым начинанием.

- Кстати, раз мы заговорили о бумаге, у нас же книжный магазин, так ведь? – подмигнула Китти мужу.

- Да, - согласился Вацлав.

- А Эндрю владелец бумажной фабрики. Так вот, что, если он будет поставлять бумагу для наших книг, ещё одно сочетание Коллер – Мортон, - предложила Катарина.

- Дай подумать, - начал Вацлав.

- Это на тебя, пап, не похоже, - улыбнулась Адела. – Ты всегда шёл на риск.

- Это неправда, - возразил Вацлав.

- Ну да, неправда, - усмехнулась Китти. – Я прекрасно помню тебя прошлого. Неужели наш феникс умерил свой пыл?

- Феникс? – чуть смеясь, спросила Адела.

- Да, милая, я так иногда называю твоего отца, хотя по характеру он слон, всех перетопчет, дай ему только разогнаться.

- Ну ладно, если этот Энтони ещё здесь, я поговорю с ним насчёт сотрудничества, - согласился Вацлав.

Он и правда раньше был рисковым парнем, с возрастом на самом деле умерил свой пыл, особенно когда получил профессорскую степень, чтобы учёный совет не видел в нём сумасшедшего гения. И как только он стал умеренней, его жена тут же заняла его место в иерархии и теперь из властной дамы превратилась во второго Вацлава Коллера в женском обличьи – только сильнее и уверенней, чем он сам.

Как только Вацлав согласился, Китти тут же позвонила на мобильный Энтони, который он дал ей, и сказала, что её муж хочет с ним встретиться, и удобно ли ему будет завтра.

- Да, мне удобно, а с чего это вдруг?

- Ты что, забыл, ты же предложил сделку! – удивилась Китти.

- Точнее ты, ты же у нас Мортон по всем этим делам, - улыбнувшись, сказал Энтони.

- Завтра в 13.00 я буду свободен, так и скажи профессору Коллеру.

- Хорошо, договорились, - сказала Китти и отключила трубку.

- Что? Так это ты начала! – удивился Вацлав.

- Ну я просто предположила ваш союз, ещё один Мортон под боком не помешает.

- Это когда враги, а сейчас их…

- Милый, враги, а тем более когда ты стал профессором, никуда не делись, - похлопав мужа по плечу, сказала Китти.

***

Как и было обещано, Вацлав пришёл на встречу с Энтони Мортоном. Представитель второй ветви этого семейства явился в ещё более обычной одежде и без шляпы на голове, как описала его Китти.

- Вы профессор Коллер, так ведь? – учтиво поздоровался Энтони.

- Да, - кивнул Вацлав и протянул руку в ответ.

- Видел вас в журнале с вашей госпожой, я Энтони, дальний родственник вашей жены.

Чтобы не говорить на улице, Энтони предложил Вацлаву пообщаться в более приватной обстановке – в ресторане. Что еще больше удивило Вацлава, но он не отказался.

- Отлично, выпьем по кружечке пива и обсудим сделку.

- Я не пью – отозвался Вацлав.

- И даже безалкогольное?

- А это издевательство, - заявил он.

- А как насчёт чая? Осень же на дворе.

- А на это согласен.

- Что ж, тогда пойдёмте.

Пока Вацлав и Энтони ждали, когда им принесут чай, они бурно начали обсуждать сотрудничество друг с другом. Сначала Вацлав сопротивлялся, он знал, что значит заключать сомнительные сделки ещё с 27 года, когда попал под пяту Двали, но, поговорив с Энтони, понял, что бояться нечего. Энтони просто предложил спонсировать «Машину времени» бумагой.

- Это не просто бумага, она немного под старину, ваши книги будут ещё ценней с ней, - начал Энтони.

- Уже верю вам, как здорово, что у Китти такие родственники. Кстати, вы сразу же как только её увидели, захотели прилететь в Прагу?

- Сложно сказать.

- В каком смысле? – не понял Вацлав.

- Я выбрал Прагу как место для открытия отделения своей фабрики здесь, ещё до того как увидел в журнале Китти и вас, пан Коллер.

- А, понятно, - кивнул Вацлав.

- Не бойтесь, надоедать вам не буду.

- Мне бояться нечего, магазин записан на жену, а я вот – владею собственной клиникой, как мечтал.

- Из самоучки подняться до небес? Многого стоит, вот и мы, Мортоны, такие, - улыбнулся Энтони.

- Вы сила, а я простой парень из рабочей семьи, - хмыкнул Вацлав, глядя на родственника жены.

- С непростой судьбой, судя по вашим рукам.

- Ну это у меня ещё с детства, что и определила моё будущее.

Вацлав и Энтони ещё больше разговорились, Вацлав сказал Энтони, что он очень рад был встрече с Китти, которая определила его судьбу, а поскольку его «новый родственник» ещё и Мортон, признался, что в 27-м году попался на удочку мафии.

- У нас тоже этот год случился, правда, многих потерь удалось избежать, - признался Энтони, и сказал, что у него на фабрике работает один ауг.

- Тут настоящий ад творился, приятель, но я встретил Китти и она меня от многого уберегла.

- Встреча с одним из Мортонов это судьба, - улыбнулся Энтони.

- Но почему вы не пошли по пути семьи Китти?

- Учёных в её семье и так полно, было и есть, а моя семья - это работяги и изредка управляющие, как я.

- И вас нисколько не пугало это? – удивлённо спросил Вацлав.

- Нет, пан Коллер, моя семья довольствовалась малым, но я рад, что моя родственница встретила вас, - искренне улыбнулся Энтони.

- Уж вы не представляете, как я рад этому, - улыбнулся Вацлав.

Когда принесли чай, закончив обсуждать семейные дела, Энтони Мортон и Вацлав Коллер приступили к обсуждению делового партнёрства. Энтони, как и часть англичан, был приверженцем старины, и его радовало, что Вацлав и Китти содержат книжный магазин, торгующий настоящими книгами, а с особой бумагой их бизнес будет процветать.

Глава 102

Естественно, прибытие в Прагу Энтони Мортона и заключение контракта с «Машиной времени» не осталось без внимания влиятельного в мире человека – Моргана Эверетта. Глава Корпорации «Пик» и последний из иллюминатов заинтересовался прибытием одного из членов семьи Мортон в Прагу и даже выслал в Чешскую Республику своего шпиона, чтобы тот пронаблюдал за всем этим.

- Давненько Мортоны не давали о себе знать, а тут такое, - теребя свою бородку, сказал Морган.

- Вы знаете семью Мортон? – спросил шпион.

- Довольно давно, до сих пор ни один из членов семьи не покорился мне. Один Обид чего стоит.

- А что известно о его детях? Хотя Катарина сейчас уже не Мортон.

- Но это не значит, что она утратила власть, а теперь её у неё ещё больше.

Больше всего Морган был заинтересован в Вацлаве Коллере. Он, оставаясь в тени, давил на все рычаги и дёргал за ниточки, чтобы подобраться к Вацлаву, и вот тогда на его пути встала Катарина Мортон, вмешавшись в его планы. Вот только теперь у Эверетта появилась другая идея – переманить на свою сторону саму Катарину и её семью.

- Сэр, насколько мне известно, этот Энтони из другой части семьи Мортон, он не изобретатель, а владелец бумажной фабрики.

- Ещё лучше, ему непременно понадобится спонсор, будем на него давить, - улыбнулся Морган.

***

Пока Иллюминаты решали как быть, дела Катарины и Вацлава шли обычным ходом. С помощью Энтони Мортона у Вацлава и Китти в «Машине времени» появились новые книги на новой бумаге. Жителям Праги приглянулась новая бумага в книгах и они стали чаще покупать, так что у Китти дел невпроворот, она не успевала заказывать новые книги и даже проверять склад, так как была занята продажами.

Вечером, когда она всех отпустила по домам, то тут же вышла из кабинета директора и стала проверять полки и склад, забыв о том, что вот-вот к ней приедет Вацлав и дети, ведь она забыла позвонить мужу. Практически все полки и склад были пусты.

«Что ж, надо сделать заказ на бумагу моему родственнику, а затем заключить ещё одну сделку», - думала Китти.

- К вам можно? - твёрдо спросил Вацлав, стоя в складском проёме.

Он сказал это так неожиданно, что Китти чуть головой не ударилась о полку, но тут же выпрямилась и, увидев мужа в дверях, улыбнулась.

- Прости, я совсем забыла про тебя с этой работой, - виновато улыбнулась Китти.

- Да, я вижу, пол-магазина разобрали, и это благодаря твоему родственнику, - улыбнулся Вацлав.

- Да, надо заказать и… ох… - сказала Китти, вытирая пот со лба.

- Не переживай так, моя богиня, завтра у меня свободный день, так что этим займусь я, - поддержал Вацлав жену.

- Что, снова нет клиентов? – спросила Китти мужа.

- Да, сегодня всего один был, - ответил Вацлав.

- Что ж, твоя помощь мне не помешает, - мило улыбнулась Китти.

Вечером, когда все сели за ужин, с Китти связался её отец. Катарина была рада звонку отца, он давно с ней не общался, она уже начала за него волноваться. К счастью, отец просто очень был занят, вот и не звонил дочери, и он извинился за долгое отсутствие звонков.

- Ты хотя бы смс-ку бы кинул, - выдохнула Китти.

- Ладно, в следующий раз так и сделаю. Как дела у моей любимой семьи?

- Дела пошли в гору. К нам наведался Энтони – он из другой ветви нашей семьи, - начала Китти.

- Стой, кто? – не понял отец.

- Родственник со стороны Роберта Мортона, брата Ричарда. Знаешь, а он вовсе не изобретатель.

- И что он хотел?

- Предложил сделку, он владеет бумажной фабрикой в Лондоне, - ответила Китти.

Обид всё ещё был напряжён, но Китти заверила его, что Энтони один из Мортонов и на Остров Теней он не претендует, а ещё именно благодаря ему дела пошли в гору. Только после этого Обид расслабился, а Катарина для установления ещё одной родственной связи попросила отца с ним связаться. Обид ответил, что подумает.

- А как дела у твоего мужа и моего любимого зятя? – спросил Обид.

- Всё тихо, так что завтра он мне поможет на работе, - ответила Китти.

- Это хорошо, что ж, не буду вам мешать ужинать, передай привет от меня детям и мужу, - улыбнулся Обид и отключил связь.

- Как там папа? – поинтересовался Вацлав.

- Нормально, он просто был очень занят. Вот только удивился, когда узнал об Энтони Мортоне, но потом отошёл.

- Думает, что он претендует на остров?

- Да, - кивнула Китти. – Я сказала ему, чтобы он не волновался на этот счёт.

- Думаю, что это из-за того, что два Мортона в одном деле это…

- Слишком много, - подмигнула Китти мужу.

Глава 103

Морган Эверетт продолжал слежку за семьёй Коллер. Ему очень хотелось, чтобы состоятельная семья учёных из Праги перешла на сторону Иллюминатов. Ранее все действия Китти показали, насколько она сильная женщина. За короткий срок смогла изжить всю мафию Двали и навести порядок в городе. Но он не спешил с близким знакомством, дабы пани Коллер ничего не заподозрила, однако вышло наоборот.

Когда Китти вместе с мужем находилась в «Машине времени», ей на электронную почту пришло письмо от её родственника Энтони: «К нам начинают проявлять интерес странные личности. Вчера один из них разгуливал вокруг моей фабрики. Будь осторожна. Энтони».

- Это странно, - только и выговорила Китти.

- Ты про что? – удивлённо спросил Вацлав.

- Энтони сказал, что за ним шпионят, сам он не сказал кто, - ответила Китти.

- Только этого нам не хватало, я думал, что они давно вывелись, сейчас из корпораций остались только «Версалайф».

- Боб Пэйдж был сильным соперником, но перед нами не устоял, так что думаю, что и с этим справлюсь. Думаю, что остальным стоит напомнить, из какой я семьи, - улыбаясь сказала Китти.

- Тогда у нас не было детей, а сейчас при них не стоит играть в такие игры, - предупредил Вацлав.

- Оу, не узнаю тебя, милый, ты раньше готов был любого врага в клочья порвать, такой уж ты по натуре, а сейчас осторожничаешь, - улыбнулась Китти.

- А ты, Иштар, всё не прекращаешь бой?

- Я бы прекратила, если бы не было Иллюминатов и тех, кто хочет присвоить наше наследство, - сказала Китти.

Пока говорить отцу о слежке за родственником Китти не стала, но с Энтони всё же связалась и попросила, чтобы он, если ещё раз наткнётся на слежку, сам проследил за шпионом и выяснил, кто он такой. Энтони согласился включиться в игру, ему самому стало интересно, так как фамилия Мортон известна на всю Англию.

«Значит, ты хочешь со мной поиграть», - подумала Китти, закрывая электронную почту.

Весь день Китти и Вацлав провели в движении. Они то и дело бегали от машины с новыми книгами к полкам и складу, заполняя их сверху до низу. Пока что часть книг была напечатана на старой бумаге, так как процесс заключения контракта пока ещё на бумаге, но Вацлав уже вывесил объявление о обнове на окне магазина.

- Ты бы повременил с этим, ещё неизвестно, получится ли у нас или нет, - сказала Китти мужу.

- Это на будущее, я просто оповестил посетителей.

- Ну понятно, - улыбнулась Китти.

День пролетел незаметно. Супруги Коллер уже и забыли о шпионских играх, и Энтони с Китти пока не связался больше, это значит, что возможно, это не шпион, а случайный прохожий. По крайней мере, Китти на это надеялась.

***

- Сэр, я проследил за Мортоном, пока он меня не заметил, - доложил шпион Эверетту.

- И?

- Он владеет бумажной фабрикой. Ничего сверхъестественного.

- Не будет же он просто так приезжать в Прагу и заключать контракт с книжным магазином, - возразил Эверетт.

- А может, и…

- Продолжай следить дальше.

- При всём моём уважении к вам, скажу, что семья Мортон очень могущественная, не стоит становиться её врагом, - напомнил шпион.

- А я на врага и не претендую, максимум на товарища, продолжай следить, - улыбнулся Морган.

Шпион продолжил следить за Энтони Мортоном, стараясь не попасть ему на глаза. С одной стороны, молодой мужчина не вызывал опасения, но его спокойствие и происхождение заставляют уже побеспокоиться.

«Зря он надеется на то, что Мортон его послушается», - подумал шпион, не заметив, что глаза Энтони Мортона смотрят на него.

- Простите, я вас уже не первый раз вижу, - сказал Энтони.

Шпион хотел бежать, но Мортон тут же зацепил его своей тростью.

- Вы шпионите за мной? – твёрдо спросил Энтони.

- Не подумайте ничего плохого…

- Не подумаю? Я вас уже второй раз вижу, и это вызывает опасение.

- Да, но я вам не враг, а точнее, тот, на кого я работаю.

- На кого? – спросил Энтони.

- На самого могущественного человека – на Моргана Эверетта.

- А, корпорация лжи, точнее, «Пик», - посмеялся Энтони.

- Что вы, мы…

- Да знаю я вас, уже давно не смотрю новости «Пика», и даже ваша ведущая привирает, - кивнул Энтони.

Человек Эверетта сказал Энтони, что его босс хочет пообщаться с ним и предложить возможное сотрудничество, на что Мортон ответил, что это его не интересует, и что он вполне самодостаточен.

- Ну как хотите, - сказал человек Эверетта и ушёл. А Энтони вновь связался с Китти.

Так как в Чехии сейчас ночь, Энтони не стал сразу звонить родственнице, а написал ей письмо по электронной почте: «Катарина, я выследил, кто за мной следил – это канал «Пик». Эверетт, вероятно, думал, что меня можно переманить на чью-либо сторону, но если к тебе пристанет, будь осторожна. Этим людям нельзя доверять».

***

Китти прочитала письмо только на следующее утро, когда пришла на работу. Вацлав в это время отвёз детей в школу, а сам поехал в свою клинику. Он тоже забыл про шпиона со стороны канала «Пик» и Иллюминатов. Китти же была абсолютно спокойна, её даже Иллюминаты не могут напугать.

«Хорошо, я поняла тебя, Энтони, похоже, они заинтересованы нашей семьёй, я буду осторожна», - отписалась Китти.

- Час от часу не легче, - сказала она себе.

Сегодня в магазине было подозрительно тихо, похоже, люди купили что нужно и за новыми книгами не приходят. Поэтому Китти закрылась в кабинете директора и связалась с мужем.

- Прости, не могу с тобой говорить, я чиню аугментацию человеку, - отписался Вацлав.

- Ладно, просто мне скучно, людей нет, вот я просто, - хотела написать Китти, но передумала.

Сама Катарина Морторн мало что знала о канале «Пик», так как она смотрит только новости науки, поэтому решила посмотреть, что за канал такой и кто им владеет. Читая комментарии пражан и других чехов, она поняла, что они не очень довольны этим каналом, и что там много лжи. По данным она поняла, что у «Пика» и его владельца длинные щупальца и они везде, даже в Лондоне.

- Так значит, вы Иллюминаты, - улыбнулась Китти, заканчивая читать.

Глава 104

Китти хотелось решить все проблемы самой, но всё же надо подстраховаться и посоветоваться с отцом. Что он скажет поэтому поводу. Когда она находилась, дома отдыхая от работы в книжном магазине, она позвонила по видео связи своему отцу – Обиду Мортону. Повезло, что он в это время был у себя дома, а не в ГАРМе, поэтому он ответил дочери. Он был рад тому, что с Китти связалась с ним, так как он хотел с ней поговорить и узнать, всё ли с ней в порядке.

-Да, со мной всё в порядке пап, а вот с миром… нет, - ответила Китти.

-В каком смысле, дочь? – твёрдо спросил Обид, всё ещё не доверяя новому родственнику.

-Ты знаешь, что-нибудь про корпорацию «Пик»?

-О, много чего знаю… постой, они уже начали протягивать к тебе и твоей семьи щупальца? – глаза Обида, округлились. Он был крайне встревожен тем, вопросом дочери.

-Почти, со мной связался Энтони, он сказал, что за ним следили, - ответила Китти.

-Что ж, появление ещё одного Мортона в мире, не даёт покоя оставшимся на свободе Иллюминатам,- заключил Обид.

-А может и нашего наследия, на острове как ты знаешь, залежи полезного минерала, - протянула Китти.

-На счёт острова не беспокойся, дочка, он чужаков к себе не подпускает, а вот о себе и семье лучше подумай, что делать, - предложил отец.

-А я знаю, что, я просто тебе позвонила, ты же знаешь, что…

-Придёт время, и наши потомки будут насмехаться над нашими врагами, - подмигнул отец.

-И не только, все кто встанет, между нами, исчезнет. В общем я знаю, как поступить с теми, кто против нас, просто хотела тебя предупредить.

-Спасибо, что предупредила, предупреждён, значит вооружён.

***

Шпион Моргана Эверетта продолжал следить за Энтони Мортоном, но от глаза одного из известной семьи, никому не удаётся ускользнуть. Энтони уже знал, что за ним следят, поэтому он очень легко вычислил шпиона, и решил на него нажать.

-Кто вы? И почему следите? – строго спросил он, нахмурив бровь.

Шпион хотел убежать, но Энтони, сделал ему подножку, а потом поставив на ноги снова спросил.

-Мой хозяин хочет, чтобы вы…

-Скажи своему хозяину, что он мне не нужен.

-Вы могли бы… - заикаясь, хотел сказать шпион.

-Я же сказал. И ещё кое-что, пусть он держится подальше от моей семьи, а иначе, он ведь знает кто я и кто по батюшке пани Коллер, - жестко сказал Энтони.

-М.. Мортон.

-Вот именно, а теперь беги, пока я добренький.

Шпион вернулся к мистеру Эверетту, тот был крайне взбешён тем, что его люди работают не так как надо, и в бешенстве бросил в своего человека кружку. Шпион от страха осел на пол, а Морган вышел из кабинета.

«Мда, переманить на свою сторону Мортона не так уж просто. Нужен другой подход, и другой разведчик».

-Вижу у тебя проблемы? – спросила рыжеволосая женщина, видя задумчивого Моргана.

-А, мадам фотограф, что опять хотите, чтобы я вас направил? – улыбнулся Морган.

-Как скажите.

-Что ж, боюсь вам снова надо лететь в Прагу.

-Что на этот раз? – спросила мадам фотограф.

-Нужно проследить за пани Коллер и её мужем Вацлавом Коллером, хочу знать, что они делают, чем живут.

-А понятно, что ж, тогда…

-И будьте осторожны мадам фотограф, они не должны вам увидеть.

-Буду сэр, - улыбнулась женщина.

***

До прихода мужа, Китти была сильно напряжена. Но перед приходом с ней связался отец, точнее просто прислал весточку в телефоне: «Милая, если человек «Пика» снова свяжется с тобой, то переведи его на меня, я умею с такими разговаривать». Это хорошо, что отец снова подключился, но нужно и самой быть на чеку. Китти позвонила в банк «Палисейд» и спросила всё ли в порядке с её вкладами. В банке ответили, что всё в порядке, и если она хочет усилить охрану, то пожалуйста.

-Я подумаю над этим, спасибо, - сказала Китти, и положила трубку.

С одной стороны охрану усилить не помешает, так как в банке храниться половина состояния семьи, а некоторое ещё и наследства, но с другой стороны это заставит «Пик» подумать, что Китти и её семья психует.

Глава 105

Дети и муж вернулись как всегда, к вечеру. К этому моменту Китти смогла немного расслабиться, и приступила к приготовлению еды для семьи. Сегодня Вацлав практически ничего не делал в своей клинике, только под заказал ящик сыворотки Соколова с Островной империи, и прописал один флакон пришедшему к нему аугу.

-Я так и отвыкну от работы, - выдохнул Вацлав снимая куртку и ботинки с ног.

-Что опять ничего? – спросила жена.

-Да. Похоже я аугментировал не только всю Прагу, ну и Чехию тоже, - ответил муж, а потом спросил, как дела у Китти. Катарина немного напряглась, хотела промолчать, но сказала, что потом скажет, не при детях.

-Как скажешь моя богиня, но дети сейчас в ванной, так что мельком можешь сказать, - улыбнулся Вацлав.

-Ну что сказать, говорила с папой, а потом он сказал, чтобы я всех врагов направила к нему.

-Что опять за твоим родственником шпионили?

-Да, это из корпорации «Пик». Знаешь такую?

Вацлав прекрасно знал про «Пик», у них в своё время был собственный канал, где красивая, но фальшивая Элайза Кассан вешала лапшу на уши людям. После 2027 года, канал пропал со всех экранах мира.

-Да, я знаю, даже был рад, когда вещание прекратилось, но не знал, что у «Пика» есть шпионы.

-Похоже есть, Морган Эверетт довольно таинственная личность, - сказала Китти.

-Да, твоя империя растёт, и это кой кому не нравится, - сказал Вацлав.

Когда вся семья собралась за столом, разговоры о шпионах и «Пике» не вели, в основном Вацлав спрашивал, как у Китти дела на работе, так как вчера забыл спросить. Китти сказала, что всё хорошо, покупатели есть, новые заказы на книги поступили, а так же вышла первая книга на новой бумаге, как раз такая бумага подходит для старых фолиантов.

-Правда, а можно потом посмотреть?! – удивлённо спросил Вацлав жену.

-Да, завтра, пока эта книга как образец, она не продаётся.

-Хорошо моя богиня, - мягко улыбнулся Вацлав, - поскольку у меня дел в клинике нет, снова помогу тебе с книжным магазином.

-Так, а как у вас дела? – спросила Китти детей.

-Как обычно, - ответил Карел.

-У меня тоже, - улыбнулась Адела.

-Точно? – спросил Вацлав.

-Да, сегодня меня в школе не спрашивали, хотя я тянула руку, - сказала Адела.

-А я, как всегда, блеснул умом в кружке, - улыбнулся Карел.

-Так, а говорили, что, как всегда, - сказал Вацлав.

-Адела, не обижайся если не спрашивают, дай другим детям ответить, - сказала мама дочери.

-Я не обижаюсь, - улыбнулась Адела.

После ужина, дети пошли в свои комнаты. Адела предпочитала одна делать уроки, так что не просила о помощи, правда Китти иногда проверяла домашнее задание дочери. Ади растёт вундеркиндом, она только один раз допустила ошибку, а так всё идеально. Карел пока мал для школы, он только в следующем году поступит в первый класс, а пока ходит в соответствующие кружки.

-Раз ты напряжена, то я сам помою посуду, - заявил Вацлав жене.

-А ты у меня заботливый, - обнимая мужа, сказала Китти.

-Не всё же тебе делать.

-Это не моя империя растёт, а наша, и защищать её будем вместе. Думаю, что это последние враги на нашем пути, - улыбнулась Китти.

-Я тоже так думаю.

-Слушай, я знаю, как ты любишь Прагу и всё такое, но может пора двигаться дальше, в мире полно аугментированных, которым нужна помощь, - предложила Китти.

-Знаешь, я тоже об этом подумываю. Теперь, когда я профессор, мне не нужно задерживаться на месте, а если захотим вернуться, то Прага всегда нам рада, - улыбнулся Вацлав.

***

По заданию Моргана Эверетта, мадам фотограф вылетела в Прагу, чтобы разузнать всё о семье Коллер. Она знала, что надо оставаться незаметной, а иначе её обнаружат так же, как бывшего шпиона корпорации «Пик». Катарина Коллер-Мортон куда более опасна чем её родственник Энтони Мортон. Так что не в коем случае нельзя себя выдавать. Она прилетела в Прагу как раз тогда, когда Китти и Вацлав вошли в «Машину времени» и начали там работать. Повезло, что сейчас осень, и много посетителей, так что никто не увидит, что какая-то женщина снимает магазин, и всё, что в нём происходит.

В прошлый раз она следила за специальным агентом Адамом Дженсеном, а на се раз за женой известного пражского учёного – Катариной Коллер-Мортон. Семья Катарины имеет влияние во всём мире, и Морган Эверетт опасается того, что она, избавившись от Боба Пэйджа, так же избавиться и от него.

Катарина только мельком появилась в холе магазина и мадам фотограф сделала один снимок, не привлекая к себе внимания.

«Вполне обычная женщина, и что её все бояться? Может это всего лишь миф? О том что делает её семья с врагами», - думала мадам фотограф.

Сам пан Коллер внизу не появлялся, а вскоре и его жена, поднявшись на второй этаж скрылась там. Одного снимка недостаточно, чтобы предоставить его боссу, поэтому мадам фотограф решила задержаться в Праге, чтобы больше узнать о Катарине и её муже Вацлаве, а затем доложить обо всём начальству

Глава 106

Следующий день слежки снова ничего не дал. Похоже Катарина и её муж не публичные личности несмотря на то, что он профессор, а она дочка профессора. Мадам фотограф связалась с Морганом Эвереттом и сообщила о результатах слежки. Он был крайне недоволен тем, что снова ничего не вышло, однако на своей шпионке он срываться не стал, а просто сказал продолжить слежку.

-Слушаюсь сэр, - смиренно сказала мадам фотограф, и продолжила следить за Катариной и её мужем.

***

Сегодня Китти и Вацлав опять работали в месте. Посетителей сегодня было чуть меньше, чем вчера, но всё же была текучка. Люди в основном интересовались учебниками и книгами по истории, благо в «Машине времени» их было много, а когда закончились книги на полках, пришлось таскать со склада. Работники магазина так же устали от всей этой суеты в магазине, так что Китти ближе к вечеру их отпустила по домам.

-Фух, ну и денёк сегодня, - сказала Китти, вылезая из кладовой.

-Да, похоже это всю осень будет, а дальше будет лето и там снова… ну ты знаешь, - сказал Вацлав.

-Буду скучать по очереди в магазине, а ты? – подмигнув спросила Китти у мужа.

-Что я?

-Ну, новые идеи насчёт аугментаций в голову не лезут?

-А ты об этом. Пока я дал себе отдых, - признался Вацлав.

-Ты чего это. Это совсем не похоже на того Вацлава Коллера, которого я знала раньше, - игриво удивилась Китти.

-Теперь голова у меня забита другим.

-Чем?

-Тобой моя богиня и нашими великолепными детишками, -ответил Вацлав, и обнял жену.

-Кстати о детях, пора их забирать из школы и пора домой, сегодня уже никого в магазине не будет, - сказала Китти.

-Да, ты права, пора заканчивать, - признался Вацлав.

***

Ближе к вечеру мадам фотограф всё же удалось застать Катарину и её мужа, когда они садились в машину. А также проследила за ними до школы и кружка, где учатся их дети. На сей раз снимков было достаточно, поэтому она тут же связалась с Морганом Эвереттом и рассказала о новой слежке.

-И как? – строго спросил Морган.

-Никаких эксцессов, они вышли из книжного магазина и поехали в школу забирать детей, - ответила мадам фотограф.

-И всего-то этого мне недостаточно.

-По-моему они обычные люди.

-Ошибаетесь мадам, далеко не обычные, мне нужно знать всё о них, чтобы иметь рычаги давления, понимаете, о чём я, - настоял Морган.

-Да сэр, я продолжу слежку, - согласилась мадам фотограф.

Морган Эверетт не знал, как ближе подобраться к Китти и её семье. Всё о чём ему доложили шпионы, не имеет никакого веса. Следить за Энтони Мортоном слишком рискованно, он легко обрушивает любые планы противника, а Китти? Что до неё, так её жизнь кажется слишком обыденной.

***

В это время Обид Мортон, взяв отпуск на не определённый момент времени, решил выехать в Прагу, чтобы узнать, как там его дочь и её семья. Сейчас вся семья должна быть вместе, и чем они ближе друг к другу, тем врагам труднее будет что-то замышлять против неё.

-Пап, ты уверен? – спросила Китти у отца, когда он рассказал ей, о том, что собирается приехать.

-Да дорогая, я взял отпуск.

-А мама знает?

-Я с ней не говорил, и ты же знаешь свою мать, она, как всегда, будет переживать за тебя, - улыбнувшись сказал отец.

-Да, как же, - улыбнулась Китти в ответ.

Она прекрасно знала о повадках своей матери, она всегда волновалась, когда дочь жила на острове и когда она захотела вернуться на него, чтобы продолжить дело своего дяди или попытаться его продолжить.

-Зря я тебе сказала об этом, сама справлюсь, - призналась Китти отцу.

-Не зря, я побольше узнал о том, кто управляет корпорацией «Пик». Это очень влиятельный человек, дочка, он когда-то и со мной пытался поладить, увы, я его оттолкнул, ибо мне не нужен ни протеже не напарник.

-Да?! А что он хотел?

-Интересовался островом и раскопками на нём, видать слухи о происходящем на нём, его подтолкнули.

-Какие слухи? Надеюсь, не то, что про нас пишут? – чуть шутя, спросила Китти.

-Они самые, такие люди как мухи, летят на всё тёмное и таинственное, - ответил отец.

Глава 107

Обид Мортон прибыл в Прагу рано утром, когда Китти и её семья только просыпались. Он не решил спозаранку стучатся в дом дочери, а решил поселиться в одной из гостинец Праги. Вся Прага как раз просыпалась, только любители вечных прогулок ходили по городу, но на английского гостя они не заглядывались.

Глаз у Обида Мортона был намётан на всяких шпионов, поэтому он по дороги в гостиницу, оглядывался по сторонам, но никого подозрительного на улице он не встретил.

«Если кто-то посмеет обидеть мою дочь, то будет иметь дело со мной», - думал Обид, подходя к гостинице, и думая в какой номер лучше заселиться.

Только когда он заселился в небольшой номер, чтобы не привлекать к себе внимания, хотя этого не получилось. Парень- регистратор тут же узнал знаменитого учёного и предложил ему номер побольше.

-Нет, спасибо, - приветливо отказался Обид.

-Как скажите профессор Мортон, - согласился регистратор, и вручил ключ от одноместного номера.

Обид и не представлял, что поселился через номер с Мадам фотограф, которая к этому времени перекочевала из съёмной квартиры в гостиницу. Вот только он с ней разминулся, она вновь продолжила шпионить за Китти и её семьёй, в то время как Обид вышел из своего номера.

Сначала он решил проверить зятя в его клинике, но клиника оказалась закрытой, тогда он направился в «Машину времени». Там, как всегда, было полно народу. Но свою дочь он нашёл сразу, она с лёгкой улыбкой отпускала книгу одному покупателю. Увидев своего отца, она улыбнулась и отошла от кассы.

-Привет пап, - сказала Китти, и обняла отца.

-И тебе привет, - улыбнулся Обид.

-Похоже другого повода твоего приезда не было, - подмигнула Китти.

-Рад, что ты такая бодрая, мы можем поговорить?

-Да, конечно, - согласилась Китти, и передала управление кассой другой работнице.

Отец и дочь отошли подальше, где не было людей – в пункт приёма книг, где Китти раньше работала, когда магазин вновь заработал.

-А что тут никто не работает? – поинтересовался отец.

-Раньше я работала, а теперь работаю, только когда новый привоз, - улыбнулась Катарина.

-Ясно, а где муж твой?

-Вацлав, у себя в кабинете, вернулся к управлению книжного магазина, пока нет дел в клинике. Пап, я рада, что ты решил нам помочь, но…

-Пока иллюминаты не выведутся, я не буду спокоен, знаю, что это за люди такие в корпорации «Пик», - отмахнулся Обид.

-Ты где остановился?

-В отеле.

-Может быть переедешь тогда к нам, гостевая комната свободна, и дети будут тебе рады.

-Не хочу смущать вас, я просто буду рядом.

-Ну как скажешь, - улыбнулась Китти.

Дома Китти рассказала мужу, о том, что её отец прибыл в Прагу и даже заходил в магазин. Вацлав не удивился, хотя спросил жену, почему она его не позвала, на что Китти ответила, что не хотела отвлекать от работы.

-Ну что-то я просто целый день сидел в электронной почте и отвечал на вопросы.

-Никаких подозрительных вопросов там нет?

-Нет, всё спокойно богиня моя, - ответил Вацлав, обнимая жену.

Объятия мужа такие тёплые и успокаивающие, Китти сразу же расслабилась и потянулась к мужу, чтобы легонько поцеловать его в шею. Оба супруга в это время находились в своей спальне, а дети, покушав, пошли делать уроки.

-Я помогу тебе снять напряжение, - шепнул Вацлав жене на ухо.

-Ты уже его снял, - томно проговорила Китти.

Но, что-то встало между ними, и Китти тут же отстранилась от мужа, который снова попытался расслабить свою воинствующую жену. Он уже большой и не такой пугливый как раньше, если кто-то будет на него и его семью напирать, то он сможет постоять за всех.

-А ты посмелел, это я заметила, - улыбнулась Китти.

-Да, ради тебя моя богиня, - улыбнулся Вацлав, всё же вновь обняв свою жену, и поцеловав её в шею.

-Когда всё закончится и мы сможем переехать, то начнём всё с начала, - сказала Китти, и поцеловала Вацлава в губы.

***

Мадам фотограф весь день следила за четой Коллер. Визит Обида Мортона заставил её поволноваться. Похоже всё же Коллеры догадались что за ними шпионят, но не делают вид, что раскусили шпиона. Однако Мадам фотограф связалась с Морганом Эвереттом и сообщила о прибытие Обида Мортона в Прагу.

-Ох, уж мне эти Мортоны, вечно они на переднем плане, - вздохнул Эверетт.

-Да, что мне делать то, отец куда сильнее чем его дочь, и он ближе к династии Мортон? – спросила Мадам фотограф.

-Они вас не заметили, так что продолжайте слежку, только будьте ещё более осторожны, - сказал Морган.

Разговор оказался тяжёлым, похоже Эверетту всё равно что будет с его людьми, его интересует только он сам. Это ещё больше насторожило Мадам фотограф. Работать на самодура так себе удовольствие. Обид Мортон и его семья — это не слежка за Адамом Дженсеном, эти люди куда более могущественные тем аугментированный агент интерпола.

Возвращаясь обратно в отель, она чуть не столкнулась с самим Обидом Мортоном, он уже вошёл в отель и поднимался на свой этаж. Поэтому Мадам фотограф пришлось задержаться в холе.

-Что-то не так пани? – спросил регистратор.

-Нет, просто я… постою пока здесь, - сказала Мадам фотограф.

-Как хотите, но видно, что вам не по душе профессор Мортон.

-Ну да, жутковатый тип.

-Что вы, он самый известный человек в мире, его дочь вместе со своим мужем владеет книжным магазином в Праге и клиникой.

-Правда? – притворилась Мадам фотограф.

-Да.

-А ещё?

-Откуда мне знать, что там ещё, - отмахнулся регистратор, поняв, что разговаривающая с ним женщина, куда более странна чем профессор Мортон.

Глава 108

Вечером Вацлав получил сообщение, что завтра утром прибудет торговый караван из Островной империи и привезут Сыворотку Соколова. Это радует, а то сегодня ему позвонил один человек и попросил проверить его аугментацию. Вацлав был осторожен, но принять клиента согласился. А сыворотка как раз вовремя, так как клиент придёт вечером. Так что рано утром Вацлав позавтракал, пока его семья ещё спала, и пошёл к месту прибытия торгового каравана. Обычно из Островной империи везли всякую мелочь, вроде сувениров, но можно заказать и вещи по серьёзней. Хоть чехи привыкли жить в будущем, но от старины не отказывались.

Вацлав надеялся, что за ним никто шпионить не будет, тем более что о сыворотки известно всем аугментированным, и вряд ли она кого-то заинтересует.

-А господин Коллер, - услышал он знакомый голос.

С караваном прибыл и сам профессор Соколов, о котором Вацлав долго не слышал.

-Приветствую вас пан Соколов, - поздоровался Вацлав с профессором.

-Как дела у вас и вашей госпожи?

-У пани и детей всё нормально, - ответил Вацлав, - а у вас.

-Империя многое пережила, а теперь с новой госпожой, начался рассвет, - улыбнулся профессор.

-Я рад за вас и империю.

-Я тоже.

-Как и обещал, вот ваша сыворотка, - улыбнулся профессор соколов, и кивнул в сторону ящика.

-Благодарю, сам возьму, - улыбнулся Вацлав.

Забрав ящик, он пошёл в свою клинику.

Как оказалось, и с утра у него появились клиенты, уже пара человек стояла возле клиники, и ждала её открытия. Один был аугом, второй нет, но у него не было ноги, похоже он пришёл заказать себе ножной протез с аугментацией. Вацлав сначала принял второго, так как с ним нужно поговорить и обсудить важные детали. Таких людей он понимал легко. Как только принял, тут же начал обсуждать детали протеза и аугментаций. Поговорив, Вацлав понял, что человек не так богат, и долго думает, и он думает, заказать протез по дешевле.

-Не переживайте, протез оплачивать не нужно, как и аугментацию, - сказал Вацлав.

-Правда? – спросил клиент.

-Да, всё за счёт клиники, - улыбнулся Вацлав.

Вацлав велел человеку лечь на кушетку, чтобы он смог сделать необходимые замеры для будущего протеза. Клиент послушался и лёг. Замеры были недолгими, поэтому он закончил с нуждающимся и принял другого клиента. Тот просил проверить его аугментацию, сказал, что боится, как бы не начало отторжения.

-Вы сывороткой пользуетесь? – спросил Вацлав.

-Да.

-Ладно, сейчас проверю.

Этот клиент попался до чего боязливым, даже после того, как Вацлав его осмотрел и сказал, что всё в порядке, тот не унимался. Вацлаву понадобился час, чтобы успокоить клиента. Только после этого тот поблагодарил профессора за помощь, и ушёл.

-Ух,-выдохнул Вацлав.

Ожидая следующего клиента, он связался с Китти и спросил как у неё дела, на что жена ответила, что всё тихо. Так же её отец сказал, что он сам заберёт детей из школы и отвезёт их домой.

-Что решил переехать к нам? – поинтересовался Вацлав.

-Нет, просто отвезёт и вернётся обратно.

-Жаль, я бы с ним поговорил как профессор с профессором.

-Ясно, я ему скажу об этом, - улыбаясь, ответила Китти.

***

Сегодня всем было не до шпионов «Пика», поэтому мадам фотограф перешла к слежке за клиникой «Протез», где сейчас работает Вацлав. По возгласам клиентов она узнала, что Вацлав обслуживает все бесплатно. Она была удивлена этим. Откуда он берёт деньги на всё это? О своих наблюдениях она доложила Моргану Эверетту.

-Что правда бесплатно? – спросил Морган.

-Так и есть сама слышала.

-А засняли?

-Нет, народу много и хозяин на месте.

-Да, такого сломать и переманить будет тяжело.

-Что рекомендуете? – спросила мадам фотограф.

-Следить дальше, и узнайте как можно больше. Аугментаци надо чем-то поддерживать, а «Версалайф» давно закрылись, как он без этого справляется.

-Похоже какой-то особой субстанцией.

-Так узнайте о них, - настоял Морган Эверетт.

-Как скажите босс.

***

День у Вацлава на работе оказался напряжённым, но он был доволен своей работой. Он снова почувствовал то, что не ощущал так давно – своё хобби – аугментированние. Особенно, когда он раздумывал над протезом для второго клиента.

«Надо бы вновь налечь на чертежи и разработать максимально удобный протез», - думал Вацлав, по дороге к дому.

Глава 109

Выходя из клиники он не заметил следящую за ним женщину. Оглянулся он на неё, только когда проехал мимо. Но рыжеволосая женщина на долго запала в голове. Вот только когда он подъехал к дому, то всё из головы вылетело. Дома Вацлава ждали жена и дети. Китти уже приготовила новый ужин для мужа и для детей.

-День на самом деле был насыщенный, - улыбнулся Вацлав, снимая с себя куртку, которую помогала ему снять жена.

-По тебе видно, умывайся и давай к столу, мы все тебя заждались.

-Похоже у вас день был легче чем у меня, - поинтересовался Вацлав.

-Всё так же, - улыбнулась Катарина.

-Если хочешь, то я тебе помогу.

-Что ты милый, я и работники «Машины времени» легко справляемся, - сказала Китти.

-Ладно, а у вас как? – обратился Вацлав к детям.

-Всё так же, - вместе ответили Адела и Карел.

-Ну, у младшего всё ясно, а что у тебя? – кивнул он на Аделу.

-Пятёрка по математики, - ответила девочка.

-Ну вот, а то всё так же, - пошутил Вацлав, зная, что его дочь и так отличница.

-Милый, дети, идите кушать, - позвала Китти мужа и детей.

***

Так как Вацлав взялся за разработку нового протеза, то он вместе женой, утром пошёл в банк «Палисейд», чтобы забрать оттуда один из чертежей Алана Мортона, который Вацлав ещё не использовал в деле. В «Палисейде» они не были с того дня, после того как оставили в ячейке на хранение всё состояние семьи Мортон. Оба супруга владеют ключами от своей ячейки, это они так решили, чтобы обезопасить своё состояние. Китти, как всегда, надела свой деловой костюм, штаны, и пиджак с золотыми вставками и фиолетовым отворотом. Вацлав тоже решил не выделяться, и оделся по-простому. Правда такой выход, известных супругов всё равно был заметен – со стороны мадам фотограф. Она сразу заприметила знаменитую пару, и решила за ней проследить.

Оба супруга шли уверенно и твёрдо, похоже они готовятся к чему-то, а потом Мадам фотограф заметила, что Коллеры вошли в «Палисейд».

«Ого у них и свой вклад там наверное есть?».

Войдя в банк, она наверняка бы обратила на себя внимание, поэтому она следила за ними с расстояния и ждала, когда они выйдут. В банке оба супруга пробыли долго, после чего вышли. У супруга дочери Обида Мортона, в руках оказался какой-то футляр. Мадам фотограф, решила прервать слежку и доложить о своих наблюдения.

-Вот оно что у них и в «Палисейде» свой вклад есть, - протянул Морган Эверетт.

-Да, а ещё они оба вошли в банк, похоже они подстраховываются, - сказала Мадам фотограф.

-Или же у них особый ключ.

-А можно как-то узнать, что они забирали?

-Боюсь, что нет, после инцидента со взломом, его хорошо охраняют, - сообщил Морган Эверетт, и велел Мадам фотограф не искать подход к банку.

-Как скажите, но что делать… - не успела она договорить, как почувствовала, что кто-то стоит у неё за спиной.

-Что там? – спросил Морган.

-Я… перезвоню, - сказала Мадам фотограф и оглянулась.

За спиной стоял рослый мужчина – это был Обид Мортон, он проходил мимо и случайно услышал разговор. Мадам фотограф знала о профессоре Мортоне, и была ошарашена его увидеть у себя за спиной.

-Вы из «Пика?» - твёрдо спросил он.

-Что? – притворилась Мадам фотограф.

-Мадам, я всё слышал, и знаю, что «Пик» следит за моей семьёй.

-Я нет, - попыталась вновь оправдаться Мадам фотограф.

Но от профессора Мортона не так-то просто скрыть правду, по виду женщины он понял, что она, что-то скрывает, и не сводил с неё глаз. Мадам фотограф всё ещё пытается оправдаться и делать вид, что она не причём.

-Скажите мистеру Эверетту, что если он не отстанет от моей семьи, то он скоро расстанется со своим местом в компании, и я об этом позабочусь.

-Но я тут не…

-Думаете, что я дурак? – твёрдо спросил Обид, приподняв бровь.

-Мистер Эверетт достаточно серьёзная личность, его не так уж и просто поймать.

-А у меня есть власть, думаете, что я не достану до Иллюминатов? – усмехнулся Обид.

Мадам фотограф была перепугана на столько, что у неё задрожали ноги, и как только Обид отступил, она тут же бросилась бежать без оглядки. Слишком сложное дал ей босс дело, Обид Мортон прилетел в Прагу, и теперь шпионить за семейством Коллер будет очень трудно. Она решила отказаться от этого дела, так как посчитала его слишком опасным, нельзя так просто игнорировать семью Мортон, уж много о них всяких слухов ходит, и ей не важно, что скажет об этом её начальник.

Эпилог

Мадам фотограф вернулась к Моргану Эверетту и сказала, что столкнулась с Обидом Мортоном, и что после этого она больше не хочет работать на «Пик», так как профессор её сильно напугал. После чего, она равнодушно положила фотоаппарат на стол босса и вышла из его кабинета. Морган понял, что Иллюминаты в очередной раз проиграли, и решил больше не шпионить за семьёй Коллер. Он даже и думать не желал больше, как установить связь с этим семейством. С этого времени, за Китти и её мужем никто не шпионил, когда Обид Мортон понял, то улыбнулся себе и вернулся обратно в Англию.

Время шло, и Вацлав вместе с Китти всё же вновь захотели покинуть Прагу и отправится в Америку, говорят, там нужен хороший специалист по аугментациям. Вацлав подал заявления, зарекомендовав себя как лучшего, и указал учёную степень. Целую неделю из США никто не звонил. Позвонили только через две, человек сказал, что организации UNATKO при ООН нужен хороший специалист, умеющий делать наноаугментации.

- Я в этом мало разбираюсь, но подковываюсь быстро, - шутливо, сказал Вацлав.

-Это радует, поймите, у нас специалистов вообще нет, а вы единственный, - сказал человек.

- Я рад этому, что ж, когда я могу приехать, и я буду не один, со мной моя жена – помощница и мои дети? – поинтересовался Вацлав.

-Когда захотите, мы не будем на стаивать на немедленном вступлении. Я только сброшу вам на инфолинк мой номер и карту, как пройти к нам.

-Нет, карта слишком большая для инфолинка, так что пришлите лучше на мою почту.

-Хорошо говорите, - приветливо сказал человек.

После разговора с человеком из UNATKO, Вацлав рассказал обо всём жене, она была рада тому, что муж нашёл работу в США, но не мешало бы проверить эту организацию. Вацлав согласился, как только он пришёл на работу в клинику «Протез», утром, он тут же набрал название организации в поисковике. Поиск выдал, что организация антитеррористическая, появилась после нескольких терактов в США, больше ничего, похоже, что основная, строго засекречена.

- Сначала ООН поддержала пакт о восстановлении человечества, хорошо, что нашлись те, кто тут же его оспорил, а потом они приглашают ауга к себе на работу. Интересные дела, - усмехнулся Вацлав.

Ему представилась возможность заявить о себе на весь мир, наверное, этого он и ждал. Поэтому согласился на эту работу. В Чешской Республике он аугментировал всех, поэтому в последнее время к нему никто не приходил. Книжный магазин придётся закрыть, но если родители захотят, то пусть продадут его. По любому Вацлав быр рад тому, что вместе с ним поедет его жена и дети, с ними будет веселее, а может быть дочь подрастёт и тоже захочет пойти по стопам отца.

«Решено, завтра соберём вещи, а на следующий день летим в Нью-Йорк», - выдохнул Вацлав.