РОЖДЕНИЕ БОГОВ III: Невозможное

Глава 1

Наконец наш прогрессор и попаданец в Древнюю Грецию нашел свою высокотехнологичную заначку. Сможет ли он правильно воспользоваться унаследованными знаниями и технологиями? С какими страшными вызовами судьбы ему предстоит встретиться на этот раз? Сумеет ли переломить ход истории и совершить невозможное? И будет ли хоть кто-то на его стороне?

*******************************************

Эта книга третья в цикле "Рождение Богов", но я постараюсь написать ее так, чтобы можно было начинать знакомство с миром "Рождения Богов" сразу с нее. Если вы хотите максимум приключений, сражений и интриг, то вам стоит начинать с этой книги.

Если вы хотите знать детали и предысторию, а также разобраться в тонкостях мотивации героев и узнать их личную историю, то вы можете ознакомиться с романами "Рождение Богов I" https://author.today/reader/45969 и "Рождение Богов II" https://author.today/reader/83330 Историю появления этого мира можно узнать в рассказе-приквеле "Последний Рассвет" https://author.today/reader/70501

Цикл романов "Рождение Богов" - история появления альтернативной вселенной. Я планирую развивать эту вселенную и проследить изменение этого мира от античности, до высокотехнологического общества.

Надеюсь, что с вашей поддержкой я смогу реализовать этот большой проект.

Буду очень признателен за ваши лайки и комментарии.

********************************************

1

Зачем люди отправляются в путь? Что толкает их в чужие, неизведанные земли, навстречу опасностям, лишениям и невзгодам? Что они хотят найти там, вдали от родных стен? Несметные сокровища? Сокровенные тайны? Увлекательные приключения? Или путешествия – это то немногое из доступного нам, что помогает стать настоящими людьми? В путешествиях мы будто проживаем сотни других жизней: каждый новый город, каждый встречный человек дают понять, что все могло быть иначе. Позволяют ощутить простую истину: мы живем именно той жизнью, какую выбрали сами, и несем за нее ответ. А может, дело совсем в другом – в невыразимой ностальгии по несбывшемуся, в стремлении повсюду быть дома…

Сейчас они были далеко от дома. Очень-очень далеко. Вот уже который день их корабль поднимался вверх по Танаису. Позади была широкая, заросшая камышом и рогозом пойма и бескрайняя степь. Уже несколько дней они плыли вдоль покрытых густым лесом берегов. Река заметно сузилась, и все сложнее становилось выбирать участки со слабым течением. На веслах по очереди стояли все, включая пятерых, нанятых в Танаисе охранников. Алексиус всегда садился на левый борт и не отрываясь смотрел на поросший ивами берег.

После того как начались леса, они делали привал в каждой встречной деревушке на левом берегу. В такие моменты Алексиус преображался: весь сжимался, а глаза становились похожи на узкие щелки. Он обводил внимательным взглядом окружающий лес, линию берега, узкую тропинку, сбегающую к реке, и разочарованно отворачивался или же, наоборот, торопливо взбегал по пологому склону, стараясь первым увидеть полусгнившие бревенчатые избушки с крытыми дерном крышами. Но все было бесполезно. Сколько они уже посмотрели этих деревушек – не счесть. Может, нужная деревня прячется в каком-нибудь притоке? Похоже, на эти поиски уйдет вечность.

Теодор с сомнением взглянул на своего друга. Стоят ли эти таинственные сокровища таких усилий и затрат? Впрочем, они уже скупили достаточно лисьих и беличьих мехов и сладкого душистого меда, чтобы окупить этот поход. В Афинах или Галикарнасе за них дадут хорошую цену. Но хотелось быстрее вернуться домой, чтобы успеть совершить еще пару походов до осени.

Ну вот… Опять ничего… Очередная никчемная деревушка. Остается надеяться, что местные жители хотя бы сделали хороший запас мехов за зиму. Теодор заметил, как Алексиус разочарованно выдохнул, обведя взглядом грязную улочку, петлявшую вдоль покосившихся домов. Но вдруг Алексиус вздрогнул и ускорил шаг. Теодор резко свистнул, призывая отставших охранников.

Завернув за угол, он чуть не столкнулся с Алексиусом. Тот отчаянно жестикулировал, пытаясь что-то спросить у заросшего варвара. Подбежала охрана. Варвар вздрогнул и испуганно отступил. Чем же он привлек внимание Алексиуса? Неряшливая борода, стертые пахучие штаны из плохо выдубленной кожи, короткая льняная рубаха… Теодор опустил взгляд на ноги туземца, и его брови удивленно поползли вверх. Что это? Странные, но очень добротные на вид башмаки…

Алексиус тыкал в них пальцем и настойчиво твердил:

– Откуда это? Откуда?

Теодор повернулся к Драпету – одному из нанятых в Ольвии стражников. Кажется, он знает местное наречие.

– Помоги Алексиусу, – приказал Теодор, напряженно следя за тремя лохматыми варварами, спешащими к своему товарищу.

2

Деревушка, в которую к вечеру их привели варвары, ничем не отличалась от десятков других, встреченных ими ранее, но Алексиус совершенно преобразился. Он быстрым шагом пересек деревню, уткнувшись в низкий бревенчатый сарай, стоящий на отшибе.

– Да… Это здесь… Точно!

Его трясло, пальцы рук нетерпеливо сжимались и разжимались, взгляд бегал, отыскивая новые и новые детали.

Аборигены высыпали на улицу. Послышались удивленные возгласы. Похоже, Алексиуса тоже узнали. На непрошеных гостей косились с тревогой и недоверием. Теодор осторожно подал знак, и охранники подошли ближе, нервно поглаживая рукояти мечей. Алексиус заметил это и успокаивающе поднял руки.

– Все хорошо! Все хорошо! – повторил он. – Мы просто поговорим! Я лишь хочу найти свои вещи! Мы щедро заплатим! Переведи им, Драпет, – повернулся он к охраннику.

Постепенно все успокоились. Местные жители торопливо выкладывали на лавки вещи на продажу, и тут Теодор удивился по-настоящему. Среди вороха беличьих шкурок, шеренг горшков с медом и топленым жиром, мотков пеньковых веревок и кувшинов с дегтем обнаружились загадочные предметы. Таких необычных вещей он еще никогда не видел, а уж обнаружить диковинки в такой глухомани было совсем странно.

Алексиус скупал все подряд, почти не торгуясь. Теодор лишь недовольно хмурился, отсчитывая серебряные монеты. Эти вещи были настолько необычными, что было совершенно не ясно, что с ними делать.

Наибольший энтузиазм у Алексиуса вызвала коробка, обтянутая полупрозрачной мягкой кожей, и толстая стопка ярких листов, покрытых магическими значками и рисунками. На первый взгляд, эти листы напоминали ту самую бумагу, которую Алексиус с таким успехом продавал в Македонии, но на ощупь они оказались гладкими и скользкими.

Заполучив эти предметы, Алексиус не мог скрыть восторга. Воровато оглянувшись, он засунул покупки в плотный холщовый мешок, висевший у него не плече, и крепко прижал его к груди.

Теодор облегченно выдохнул. Наконец-то можно возвращаться домой.

Но это был еще не конец. Судя по всему, Алексиусу так и не удалось отыскать часть вещей. Скупив все, что можно было найти, он подозвал Драпета и с его помощью долго расспрашивал аборигенов о судьбе потерянных диковинок, а потом упросил местных варваров, чтобы те помогли ему в поисках еще какого-то места. Эх, опять бродить по этим дремучим зловещим лесам… Что же Алексиус никак не может угомониться?

3

На поиски ушел весь следующий день. К вечеру они сделали привал на берегу Танаиса. С крутого обрыва открывался отличный вид на излучину реки. Красивое место. Солнце уже опустилось. Скоро станет совсем темно. Теодор отдал распоряжение разбить лагерь и посмотрел на Алексиуса. Тот стоял возле покосившегося кряжистого дуба и внимательно изучал его ствол. Наконец он нашел то, что искал. Самодовольно хлопнув себя по бедру, Алексиус развернулся, отыскивая взглядом какой-то ориентир, сделал несколько больших шагов и припал к земле. В его руке мелькнул широкий кинжал. Алексиус воткнул его в землю, срезая дерн. Теодор невольно поморщился: разве можно так обращаться с оружием? Но все же следовало помочь другу. Теодор подошел ближе и присел на корточки. Вдвоем они стали разгребать мягкую жирную землю.

Вот оно! Крепко ухватившись за влажные скользкие края, друзья вытащили большой сверток, так же плотно завернутый в полупрозрачный материал. Алексиус ликовал и что-то лихорадочно бормотал на своем наречии. Теодор невольно улыбнулся. Он искренне надеялся, что их находка стоит потраченных усилий.

…

Когда совсем стемнело, Алексиус подошел к Теодору, греющемуся возле костра, и протянул ему купленную в деревне стопку листов, соединенных каким-то странным образом. Днем Теодор не успел внимательно изучить находку. Теперь у них было время. Он с интересом взял необычный предмет, повертел его в руках, раскрыл и прищурился, вглядываясь в россыпь загадочных узоров.

– У нас это называется атлас.

Теодор удивленно ухмыльнулся:

– Как титана, держащего небесный свод?

– Да… И это не случайно… Смотри! Как думаешь, что это такое?

Теодор пожал плечами и принялся перелистывать страницу за страницей. Очень необычно… Он пригляделся. Столько мелких значков и букв… Среди них встречались даже как будто знакомые. Но больше всего удивляли невообразимая яркость цветов и тонкая ровность линий. Как можно нарисовать подобное? Поразительно… Но догадаться, что это, Теодор не мог.

Алексиус взял у него атлас, торопливо пролистал и протянул обратно:

– Посмотри вот это!

Теодор недоуменно покачал головой. То же самое. Какая-то мешанина синего, желтого и зеленого. Тут его взгляд зацепился за смутно знакомое очертание. Он нахмурился и пригляделся. Неожиданно его осенило невообразимой догадкой. Он перелистнул страницу. Поразительно! Это же… Пелопоннес! Все моментально встало на свои места. Синее море, зеленые леса и желтые горы. Тончайшие очертания сотен островов, заливов и рек!

– Всемогущие боги! – выдохнул Теодор. – Так это картис?!

– Да. Карта, но не только Эллады. Это карта всего мира! Здесь есть всё… Вот, посмотри!

Алексиус открыл первую страницу.

– Видишь? Это все наш мир!

Теодор зачарованно уставился в карту.

– Но… подожди… Ты же когда-то рассказывал, что наш мир словно гигантский шар. А тут…

– Да… Это искаженное изображение. Ближе к полюсам… в смысле… эээ… вершинам, оно растянуто для удобства… Объясню потом…

Теодор опять впился глазами в карту мира.

– Я не понимаю, а где Пелопоннес? Почему его не видно?

– Видно, приглядись получше… Вот!

– Такой крошечный? Не может быть! Неужели наш мир такой огромный?

– Да. Он большой. Я же говорил тебе, что окружность мира более двухсот тысяч стадий, а площадь – в тысячи раз больше Пелопоннеса! Но и это не все… – Алексиус взял атлас, опять нашел изображение Пелопоннеса и показал странный значок.

– Видишь этот кружок? Так обозначают залежи серебра, – он перелистнул несколько страниц. – Вот здесь медь, здесь свинец… А тут – золото.

Друзья листали атлас, встречая радостными возгласами отметки, указывающие на залежи олова, серебра и драгоценных камней. Наконец Алексиус бережно отложил атлас и снова указал на прозрачный сверток.

– Впрочем, вовсе не обязательно искать сокровища в дальних странах. Несметные сокровища лежат прямо здесь… Видишь ту коробку?

– Да… И что там?

– Там еда… для сотен тысяч и миллионов голодных ртов!

Теодор недоверчиво покосился на Алексиуса, и тот пояснил:

– В коробке семена растений… удивительных растений. Некоторые из них способны дать обильный урожай, чтоб накормить голодных, другие будут чрезвычайно полезны в хозяйстве. Эти семена дороже любого золота…

Они еще долго сидели возле костра. Теодор завороженно слушал рассказы Алексиуса о том, каким может стать мир.

Его охватило нетерпение:

– Так что? Завтра выдвигаемся в Македонию?

– Нет. В этих лесах спрятан еще один такой же сверток. Его тоже обязательно нужно найти…

Глава 2

1

Утром, пока готовили завтрак и сворачивали лагерь, Алексиус с величайшей осторожностью распечатал сверток и достал какую-то плоскую табличку, напоминающую обычную дельту. Связал ее длинной нитью с большими блестящими пластинами и оставил лежать в лучах весеннего солнца.

Теодор искоса следил за ним, терпеливо размачивая засохшую ржаную лепешку в густом оливковом масле. Алексиус присел рядом и с видимым предвкушением открыл неказистый глиняный горшочек, купленный им вчера у какой-то старушки. Довольно причмокивая, он положил в плошку вязкое белое месиво, присыпал его сушеным изюмом и зачерпнул деревянной лопаткой. Теодор с интересом наблюдал за ним.

Алексиус перехватил его любопытный взгляд:

– Эх, тысячу лет уже такого не ел!

– А что это?

– Ээ… Эллинского названия я не знаю. У нас это называлось «творог». Никогда не видел его в Афинах. Хочешь попробовать?

Теодор кивнул и аккуратно подцепил пальцами большой белый комок с прилипшей черной изюминкой. Положив угощение на язык, сделал несколько жевательных движений, и его лицо исказила гримаса отвращения.

– Фу! Ну и гадость! Что это?

– Творог. Его делают из кислого коровьего молока. Очень полезно и питательно.

– Звучит отвратительно… Да и вкус под стать!

Алексиус сочувственно развел руками:

– Надо распробовать. Моя бабушка очень вкусный творог делала… – он осекся и помрачнел.

Теодор понимающе кивнул и решил не бередить раны друга.

Торопливо расправившись со странной варварской едой, Алексиус вернулся к своим волшебным игрушкам. Покосившись на приятеля, Теодор снисходительно махнул рукой и впился зубами в сочный свиной окорок. Но внезапный крик Алексиуса заставил его вздрогнуть. Теодор вскочил и, выхватив висевший сбоку длинный кинжал, бросился на помощь другу. Охранники, подхватив копья, кинулись за ним.

Алексиус держал в трясущихся руках свою табличку и смотрел на нее диким, восторженным взглядом, шепча что-то на незнакомом языке.

– Ты цел? Все в порядке? – не выдержал Теодор.

– Да… Да! Она работает! Работает! – Алексиус ликовал.

– Кто работает? – недоуменно спросил Теодор, озираясь по сторонам.

Алексиус продемонстрировал ему свою дельту. На гладкой поверхности пестрели аккуратные ровные узоры. Алексиус нажал на какой-то выступ, и значки на табличке изменили начертание. Теперь дельта в его руках походила на древнюю скрижаль, испещренную таинственными письменами.

– Всемогущий Зевс! – Теодор невольно потянулся к висящему на шее оберегу. Пальцы сами собой прочертили в воздухе знак защиты от злых духов.

Буквы на табличке Алексиуса дрогнули и исчезли. Хвала богам!

Алексиус осторожно нажал на край таблички и скривился:

– Мало солнца. Нужно подождать.

– Как может быть мало солнца? – удивился Теодор. – Вот же оно!

– Нет… Я хотел сказать… – Алексиус запнулся, подбирая слова. – Ээ… эта штука питается солнцем. Ее нужно насытить, и тогда она заработает вновь.

– Это магия?

– Не совсем…

Алексиус опять соединил свою магическую скрижаль с нитью и поправил блестящие пластины, чтобы солнечные лучи целиком заливали их божественным светом.

– Ты маг? – настороженно спросил Теодор, ловя косые взгляды толпившихся неподалеку охранников.

– Нет… Я не маг. К сожалению… – вздохнул Алексей и пригласил Теодора присесть.

Они примостились на вывороченной с корнем сосне, и Алексиус долго рассказывал Теодору свою историю. Он говорил о страшной войне, о прошлом и будущем, о сокровенных тайнах и величайших сокровищах. Все это не укладывалось в голове и было выше человеческого разумения. Теодор кивал, но многие слова просто пролетали мимо его ушей. Осознать, а уж тем более принять все это было выше его сил. Он понял лишь, что боги разгневались на людей и над миром нависла смертельная угроза. А его молодой друг намеревается бросить вызов самим всемогущим богам, способным погасить даже Солнце… Теодор поразился, как малы и ничтожны их силы.

– Но как мы будем бороться? – не выдержал он наконец. – У тебя есть оружие?

Алексиус многозначительно указал на свою странную табличку.

– И это все? – ужаснулся Теодор. – Может, у тебя есть молнии? Волшебные стрелы? Огненный меч?

Алексиус лишь грустно улыбнулся в ответ:

– Молнии и волшебные стрелы? Такого барахла мы сделаем целую кучу, на этот счет можешь не сомневаться. Только вряд ли это поможет. Наша задача посложнее: объединить людей, победить голод, болезни и вражду. Сделать человечество единым. Совершить невозможное…

Теодор непонимающе поднял брови.

– Совершить невозможное? – переспросил он. – Но ведь на то оно и невозможное… Даже боги не способны совершить то, что невозможно.

– Боги – не способны… – кивнул Алексиус. – И поэтому создали человека… – перехватив недоумевающий взгляд друга, он рассмеялся. – Ладно. Пошли! Нужно спешить…

2

Второй день небольшой отряд бродил по дремучим лесам. Следопыт, нанятый в деревне, недоуменно ворчал, пытаясь понять, чего же ищут здесь эти чужаки. Алексиус внимательно осматривал берег ручья и стволы встреченных деревьев в поисках каких-то отметок.

Под вечер отряд набрел на загадочную поляну посреди чащи. Идеальный круг диаметром в пару дюжин шагов, внутри которого не было ни деревьев, ни пней, ни поваленных стволов. Больше всего Теодора удивили ветви окружавших поляну елей: толстые могучие лапы были ровно срезаны по всему периметру, словно таинственная магия не давала им протянуть ветви в запретный круг. Лишь тонкие молодые побеги робко пытались бросить вызов неведомой силе.

Алексиус был в восторге.

– Отлично! – он оглядел деревья вокруг, покосился на солнце и махнул рукой. – Нам туда!

Вскоре Алексиус, ломая ногти и обдирая руки, торопливо выкопал из земли еще один загадочный полупрозрачный мешок.

– Все! Можно возвращаться домой! – радостно выдохнул он, аккуратно стряхивая с находки налипшие комья земли.

…

Вечером Алексиус подсел к Теодору, чтобы обсудить дальнейшие планы. Пора было возвращаться в Македонию – семена таинственных растений слишком много времени провели в земле. Близилось лето, и нужно было торопиться с посадкой, чтобы успеть собрать урожай.

Кроме того, Алексиусу не терпелось рассказать Теодору все, что он знал. Он обещал дешевое железо, прозрачное стекло, огненные стрелы и прочную сталь. В это невозможно было поверить, обещания Алексиуса звучали как фантазии безумца, но Теодор уже успел достаточно хорошо узнать своего друга, чтобы серьезно относиться к его словам.

– Эх… Досадно. В этой чаще такая темень, что ридер «проголодался», а то я показал бы тебе кое-что интересное.

Теодор уже знал, что волшебную табличку с магическими письменами следует подкармливать солнечной силой. Каждый раз во время коротких привалов Алексиус раскладывал на солнце свои таинственные пластины. Но, похоже, скрижаль не успевала наесться и оставалась голодной.

…

Этим утром Алексиус никуда не торопил их маленький отряд. Драпед наловил в речке дюжину диковинных колючих рыб и жарил их на костре, нанизав на ивовые прутья. Алексиус сидел на пригорке и, щурясь в лучах восходящего солнца, тревожно вчитывался в волшебные письмена на своей магической табличке.

Художник Валерий Шамсутдинов

Теодор подошел к нему, сонно позевывая:

– Хайре! Хорошее утро. Благословение богам!

Алексиус поднял на друга взгляд, и тот невольно вздрогнул. В глазах Алексиуса читались паника и страх.

– Всемогущие боги! Что случилось?

– Теодор… – деревянным голосом выдавил Алексиус. – Нам нужно срочно отправляться в Афины…

– Ты с ума сошел! Забыл, что тебя там ждет?

– Это все не важно… Поверь мне…

Теодор тяжело вздохнул. Он так надеялся, что эта сумасшедшая гонка на север наконец закончилась, но, похоже, она просто сменила направление, и теперь следовало торопиться на юг…

Глава 2. Дополнение

Алексей сидел на пологом песчаном берегу и не отрываясь смотрел на плавное течение Танаиса. Ему нужно было принять важное решение. Возможно, самое важное с того момента, как он оказался в этом мире: стратегическое решение о плане дельнейших действий.

Под влиянием эмоций он легко убедил Теодора в том, что необходимо срочно возвращаться в Афины, но теперь нужно было убедить в этом самого себя. Доказать себе, что он действовал не под влиянием минутного порыва, не потому что в Афинах осталась Пандора и Сократ, не потому что появился шанс спасти тысячи, а быть может, десятки тысяч человеческих жизней. А потому что помощь Афинам – прагматичный и рациональный выбор, который, в случае успеха, существенно продвинет его в выполнении возложенной на него миссии.

Он постарался отбросить все эмоции и сосредоточиться лишь на фактах. Чему его научил тот провал в Македонии? Тому, что силы и возможности одиночки ограничены и крайне малы. Он многократно прокручивал в мыслях разные сценарии, которые позволили бы ему сохранить поместье во время нападения и не находил их. Охрана? Нужно быть реалистом. Даже десяток охранников не смог бы обеспечить безопасность, когда нападает отряд в пару сотен человек. Более того, активное сопротивление в таких случаях скорее спровоцирует агрессию и кровопролитие. У Алексея есть право на ошибку, но нет права на скоропостижную смерть. Зачастую стратегически выгоднее казаться слабым, по крайне мере, пока ты не накопишь достаточно сил, чтобы диктовать свои правила. В чем же проблема небольшого поместья в Македонии или в любом другом отдаленном регионе средиземноморья?

Леша на собственном опыте убедился в том, что в малоразвитом регионе возникают постоянные проблемы со всеми ресурсами: невозможно найти квалифицированных работников, нельзя заказать хороший инструмент, негде купить редкие материалы. И это, даже если не говорить о проблемах с логистикой и сбытом. Леша отчетливо понимал, что в своем поместье в Македонии он уже приблизился к пределу как производственных возможностей, так и пределу продаж. И эту проблему легко можно было экстраполировать на любой отдаленный регион. В таких условиях с трудом и все возрастающими сложностями можно было обеспечить линейный рост. Но ведь это слишком мало! Ему нужен экспоненциальный рост и не на каком-нибудь узком рынке или одном технологическом направлении, нужен экспоненциальный рост по всему фронту. А для этого нужны ресурсы. Очень-очень много ресурсов: развитый рынок, деньги, торговые пути, и в первую очередь люди: образованные, инициативные, жадные. Жадные не только до денег, но и до знаний и славы. Алексей невольно вспомнил Алкивиада. Конечно, он не мог испытывать к этому беспринципному мерзавцу никаких дружеских чувств. Но следовало признать, что энергия и энтузиазм Алкивиада невольно завораживали… Леша вспомнил, как быстро афиняне переняли и воплотили в жизнь идею требушета, вспомнил долгие философские разговоры на пирах у его бывшего хозяина Тофона… Несомненно в Афинах многие его идеи и инновации упадут на благодатную почву.

И нельзя забывать про главную проблему — обеспечение безопасности. Алексей уже ознакомился с несколькими учебниками по древнегреческой истории и с ужасом понял, что Элладу ожидают страшные времена: страна окунется в пучину непрерывных междоусобных войн. Вся Греция будет разорена и обескровлена и в первую очередь пострадают состоятельные и беззащитные одиночки. Те, за кого некому будет вступиться, безродные чужаки, вроде него.

Исходя из этого вырисовывалось несколько вариантов:

Далекий и небольшой полис на границе эллинского мира очевидно плохой выбор – там ждут проблемы с безопасностью и масштабированием. В фантазиях любую захолустную деревушку, можно развить до великой империи. Но в реальности Алексей успел на своем печальном опыте убедиться, что возможности одиночки очень ограничены.

Можно было выбрать большую и богатую страну, вне Эллады. Этот вариант предоставлял ресурсы и относительную безопасность. Лучше всего подходила Персия. Но ведь, тогда придется все начинать с нуля! Годы, на изучение языка, интеграцию в общество, поиск друзей и покровителей. Да, это стоило рассмотреть, как запасной вариант. Но и здесь было много подводных камней и потенциальных сложностей. В первую очередь вызывало сомнение зависимость крупной централизованной державы от личности правителя. Рано или поздно это всегда заканчивалось катастрофой. А когда и чем закончится история державы Ахеменидов Леша знал достаточно хорошо. Еще его смущала некоторая специфика Персидской культуры. Алексей за последнее время успел пообщаться со многими персами, и убедился, что ему будет очень сложно найти с этими людьми общий язык.

Идеальным вариантом было бы покровительство богатого и сильного полиса, вроде Коринфа или Фив. Однако практически все крупные города материковой Греции входили в Пелопонесский союз и были противниками Афин. Лешин лучший друг, помощник и покровитель Теодор был афинским нотэ – бастардом, наполовину македонцем, а наполовину афинянином. Несмотря на его сложное отношение к Афинам у Теодора оставалось в этом городе много родственников и друзей. Он никогда бы не поддержал враждебный Афинам полис, а переход на сторону пелопонесцев посчитал бы предательством. Кроме того, в этом случае так же пришлось бы все начинать сначала и помимо прочего, постоянно быть под подозрением в связях с Афинами. Исходя из этого оставались лишь крупные города Делосского союза, но не один из них не мог сравниться по мощи, богатству и влиянию с Афинами, которые и возглавляли этот союз.

Таким образом выходило, что несмотря на все прошлые провалы и неудачи Афины все равно оставались оптимальным местом, где прогрессор может в полной мере реализовать свой потенциал. В Афинах у Алексея уже появились враги, но были и друзья, и просто люди, которые знали его и прислушивались к его советам. А теперь он узнал о грозящей Афинам опасности… Это был шанс завоевать в городе уважение и почет и занять достойное место. Леша помнил ошибки, совершенные под Потидеей и надеялся избежать их. Вот, если удастся заручиться поддержкой Афин в его проектах, то это сразу же даст такие возможности и ресурсы, на получение которых в какой-нибудь захолустной деревушке потребовался не один десяток лет. Конечно, возвращение в Афины несло риск. Но тщательно все обдумав, Леша пришел к выводу, что этот риск оправдан.

Он решил разделиться с Теодором. Большую часть находок из будущего следовало сохранить в безопасном месте, и пока поместье Теодора в Македонии лучше всего подходило для этой цели. Поэтому Теодору будет разумнее вернуться в Дион, обеспечить посадку растений и проверить как идет восстановление поместья. Он будет страховочным вариантом. Если все пойдет не так, как Леша задумал, Теодор постарается вытащить его.

Итак, решено. Попытка возвращения в Афины оправдана. Но что следует сделать, чтобы остановить грозящую городу катастрофу или, хотя бы, ослабить ее последствия?

Письмо? Посланник? Что написать, кого отправить? Кто будет адресатом такого послания? И, главное, кто этому поверит? Любое действенное средство способное упредить надвигающуюся на Афины трагедию требует очень решительных действий. Закрытие города или хотя бы карантин всех приезжих. Создание целый системы профилактических мероприятий. Реорганизация всей лечебной работы. Для Афин, живущих за счет торговли, подобное будет экономической катастрофой. Никто в здравом уме не пойдет на это, под влиянием каких-то писем или слухов.

Получается, что следует самому отправиться в Афины несмотря на потенциальную угрозу… Тщательно обдумав риски, Алексей пришел к выводу, что если он успеет убедить какого-то авторитетного человека в Афинах, и к его словам прислушаются, то Алкивиад ничего не сможет сделать, особенно если Лешины предсказания начнут сбываться. Все-таки смертная казнь, даже раба, возможна лишь по решению дикастерии. А Леша был практически уверен, что Алкивиад не захочет доводить дело до суда. Тем более, что Алексею было что рассказать в Гелиэйе. А значит, нужно просто найти убедительные для влиятельного человека аргументы… И такой аргумент у него был. Совершенно неоспоримый и железобетонный. Этот аргумент моментально убедил Теодора и наверняка, сработает на любом образованном Афинянине. Но этот аргумент слишком ценен, чтобы его кому-нибудь можно было доверить. Его можно предъявить только лично, да и то, не сразу, а лишь убедившись в безопасности этого артефакта.

В общем, решено: самым правильным и логичным выбором будет разделиться с Теодором и отправиться в Афины, чтобы приложить все усилия для минимизации последствий неизбежной катастрофы. Кроме того, Леша чувствовал, что никогда не простит себе, если он просто останется в стороне.

Алексей решительно поднялся, стряхнул налипшие на колени песчинки и решительно пошел к вытащенному на отмель кораблю.

Глава 3

Пандора все никак не могла поверить, что вернулась домой. Что-то неуловимо изменилось то ли в окружающем мире, то ли в ней самой. Такие родные и знакомые стены, комнаты как-то разом подряхлели, стали серыми, невзрачными. Словно съежились и уменьшились в размере.

После всего пережитого она так надеялась найти дома спокойствие и безмятежность, но теперь одиночество и тоска все больше овладевали ею. К счастью, это ненадолго. Скоро она покинет родной дом навсегда. Пандора все время вслушивалась в свои чувства, пытаясь понять, радует это ее или пугает.

Стремительно приближался к концу этот ужасный год, навсегда изменивший ее жизнь. Послезавтра Алкивиад станет ее мужем. Удивительный и волшебный финал ее злоключений. Могла ли она помыслить об этом всего несколько месяцев назад, будучи обычной рабыней? Боги услышали ее молитвы, приняли жертву и сжалились над ней. Отец остался жив и вернулся домой, а теперь она станет женой одного из достойнейших афинских юношей, чья ловкость и изобретательность, по всеобщему признанию, позволили захватить Потидею и Олинф и склонили чашу войны на сторону Афин. Да и сама Пандора из обычной девушки стала знаменитой наездницей. Победительницей скачек и гонцом, спасшим афинских солдат.

Похоже, пророчество, полученное до ее рождения, действительно определяло ее судьбу. «Доблестный муж, что Афины спасет, сердце Пандоры он заберет». Но почему же так тяжело и неспокойно на душе? Она старалась, она честно и добросовестно старалась отдать свое сердце Алкивиаду. Забыть все, что узнала и поняла про него. Все это не важно, лишь бы Афины процветали и властвовали над Элладой, а боги оберегали этот город. Днем она постоянно думала об Алкивиаде, стараясь убедить себя, что все идет правильно. И лишь ночью в ее снах, с которыми она пока не могла совладать, приходил тот, чье имя она старательно гнала из памяти. Наверное, в этом и заключается ее долг – очистить свое сердце и отдать его настоящему герою, научиться покорности и смирению.

А вот и он… Легок на помине… Пандора прислушалась. В андроне за стеной отец радушно принимал будущего зятя. Девушка невольно сжала губы. Она вспомнила услышанный несколько дней назад разговор. Отец с Алкивиадом говорили о ее приданом. Обычно такие разговоры вели сваты, но Алкивиад решил обсудить это лично. Отец сначала предлагал за дочь одну из своих гончарных мастерских и талант серебра. В ответ на это Алкивиад проявил легкое недовольство и откровенно намекнул, что Пандора была рабыней и теперь вряд ли ее можно считать невинной девушкой. Даже при мысли об этом Пандора ощутила жгучий стыд. Похоже, это пятно позора никогда не смыть. В итоге Алкивиад выторговал вторую мастерскую, участок земли и два таланта серебра. Наверное, справедливо… Но слышать все это было горько и унизительно.

Пандора перестала вслушиваться в беседу за стеной, но вдруг до боли знакомое имя заставило ее вздрогнуть. Алексиус… Неужели почудилось?

Художник Валерий Шамсутдинов

– …кажется, он был твоим рабом? – словно невзначай обронил Алкивиад.

– Да… – хмуро проворчал отец. – Давно пытаюсь забыть этого проклятого мерзавца. А в чем дело?

За стеной раздался недружелюбный смех.

– Понимаю… Но несколько дней назад произошла довольно забавная история… Помнишь, я рассказывал о судьбе этого раба в Потидее?

– Помню… – нехотя признался отец. – Он чем-то помог Афинам, но его подозревали в шпионаже и поэтому изгнали из афинских владений… Правда, дочка утверждает, что с ним поступили несправедливо…

– Все верно. А насчет справедливости… Это не женское дело – решать, что справедливо, а что нет.

– Разумеется.

– Так вот, вчера вечером этот раб заявился к моему опекуну…

– Прямо в дом? К самому влиятельному человеку в Афинах?!

– Да. Представляешь? Каким-то образом пробрался в город и не нашел ничего лучше, как отправиться к Периклу со своими россказнями!

– Всемогущие боги! Какой болван!

– Воистину. К счастью, я в это время оказался у отчима и заметил этого осла. Мы с приятелями схватили его и отправили в пританею.

– А Перикл?

– А что Перикл? Не буду же я его отвлекать по таким пустякам…

– И что хотел раб? Зачем вернулся в Афины?

– Кричал какую-то чушь про угрозу полису, пророчил страшные беды…

Пандора похолодела.

– Я не собираюсь тратить время на бредни всяких шпионов… – продолжал Алкивиад. – А этого мерзавца уже отправили в Лаврион. Там ему самое место…

Мужчины расхохотались.

– Но ты должен дать кое-какие показания… Все-таки он был твоим рабом. Подумай, что нужно сказать притану, чтобы было меньше вопросов…

У Пандоры закружилась голова. Все это было немыслимо. Алексиус вернулся? Почему он продолжает преследовать ее в снах и наяву? Нужно забыть, забыть, не думать о нем! Но что-то в рассказе Алкивиада не давало ей покоя. Ведь Алексиус знал, что его ждет в Афинах! Зачем он отправился к Периклу? О чем хотел рассказать? Пандора на собственном опыте убедилась, что нужно очень внимательно прислушиваться к его советам и предупреждениям. Она встала, накинула на плечи диплакс и выскользнула из спальни.

…

Алкивиад почтительно попрощался с отцом. Скрипнула дверь андрона. Пандора прислушивалась к его неровным шагам, затаившись в коридоре. Он прошел мимо.

– Алкивиад! – окликнула она юношу.

– О! Всемогущий Зевс! Пандора! Ты меня напугала! – сказал он слегка заплетающимся языком. – В чем дело, дорогая? Уже не можешь дождаться? – он по-хозяйски схватил ее за плечи и притянул для поцелуя.

Девушка неловко увернулась. От Алкивиада пахнуло вином и розовым маслом.

– Я слышала про Алексиуса, – тихо сказала Пандора.

Алкивиад нахмурился и разжал пальцы. Девушка с тревогой вглядывалась в его глаза, недобро сверкнувшие в тусклом свете коридорного светильника.

– Это не твое дело! – отрезал Алкивиад.

– Мое! – твердо ответила Пандора. – Расскажи, что хотел Алексиус?

– Не знаю. Я не трачу время на рабские россказни!

– Ты забыл, сколько раз он помогал тебе? Сколько раз оказывался прав? Нужно выслушать его и отпустить! Отправить Алексиуса в Лаврион? Это несправедливо! Он ведь умрет там!

– Очень на это надеюсь!

Повисло молчание. Молодые люди смотрели друг на друга испепеляющим взглядом.

Наконец Пандора решилась:

– Помнишь своего друга Архия, который умер в Потидее после твоих безрассудных попыток создать золото?..

Алкивиад вздрогнул и прищурился.

– Помню… – сказал он ледяным голосом.

– Я была рядом с ним в его последний час. Перед смертью Архий рассказал мне… кое-что.

– Это ложь и бредни умирающего!

– Что?

– Все, что ты слышала от него!

– Полагаю, что пританы и народное собрание могут посчитать иначе…

– Я не прикасался к герме! Это все ложь и навет!

– Я ничего не говорила про герму… Почему ты вспомнил о том, в чем сам обвинял Алексиуса?

Глаза Алкивиада сверкнули.

– Женщина! Не играй с огнем и думай, о чем говоришь и с кем! Я твой будущий муж! Радуйся, что я согласился взять тебя, несмотря ни на что. Неужели ты так и не научилась благодарности?

– Сам не забывайся и не держи меня за наивную дурочку! Мое приданое сделает тебя богатым, а поддержка моего отца и его друзей в народном собрании поможет тебе занять место, о которым ты мечтаешь!

Алкивиад неожиданно отступил:

– Хорошо, чего ты хочешь?

– Чтобы Алексиуса отпустили и позволили ему рассказать Периклу все, что он хотел! – выпалила Пандора. – Ты же сам видел, что Алексиус всегда стремился помогать нашему городу, – добавила она примиряюще.

– А если я откажусь?

– Тогда весь город узнает историю с гермой. И про то, как ты пытался купить секрет получения золота на казенные деньги… А главное – что своими успехами ты обязан Алексиусу!

– Предашь своего будущего мужа? – с насмешкой и недоверием спросил Алкивиад.

У Пандоры кружилась голова. Она понимала, что перешла все допустимые границы, что подобные обещания и угрозы от женщины совершенно немыслимая вещь. Но ей владело безрассудное отчаяние.

– Я никого не предаю. Я лишь защищаю свой город и свою честь.

– Честь?.. – многозначительно усмехнулся Алкивиад и осекся, почувствовав обжигающий взгляд.

Они долго молчали, меря друг друга взглядом, наконец Алкивиад не выдержал и отвел глаза:

– Хорошо… Если я пойду на это, могу ли я рассчитывать на твою поддержку и твою разумность в будущем?

– Да… – прошептала Пандора и почувствовала мурашки на спине. – Я буду хорошей и послушной супругой и во всем буду помогать тебе. Клянусь!

– Ладно… Постараюсь сделать все, что смогу, – бросил Алкивиад и быстро пошел к выходу.

Пандора проводила его недоверчивым взглядом. Сердце в груди отчаянно колотилось. Она зажмурилась и до боли закусила губу.

Глава 4

Наконец наступил самый счастливый день в жизни любой девушки – день свадьбы. Вчера до поздней ночи в доме никто не ложился спасть. Дом украшали цветами, миртовыми венками и гирляндами. Гиппарета с подругами принесли из священного источника Эннеакрус воду и омыли Пандору. Им полагалось грустить и оплакивать уходящую молодость и беззаботность невесты. Но Гиппарета печалилась настолько наигранно, что было ясно, насколько она завидует подруге.

Этот день Пандора провела словно во сне. Весь день она ждала вестей от Алкивиада о судьбе Алексиуса. Так и не получив ничего, вечером она решилась написать будущему мужу письмо и отправила его с верной Ифигенией. Но ключница вернулась без ответа.

Утром Пандору нарядили в белоснежный пеплос. Она стояла во дворе гинекея, тревожно прислушиваясь к доносящимся с улицы звукам. Вот наконец раздался свист флейт и грохот бубнов. Свадебная процессия подошла к дому. Мысли девушки лихорадочно прыгали. Почему Алкивиад так ничего и не сообщил ей? Выполнит ли он свое обещание? И что ей делать теперь?

Улыбающийся отец вышел к ней.

– Слава богам! – он замер, разглядывая дочь. – Дорогая моя, ты прекрасна! Как я счастлив за тебя!

Он подошел к девушке, нежно коснулся губами ее лба и накрыл ее голову полупрозрачным покрывалом. Затем крепко сжал ее ладонь и повел Пандору за собой.

Когда они вышли из коридора в большой двор, заполненный гостями, их оглушили радостные крики.

– Хвала богам!

– Великая Афродита!

– Слава Гименею!

Алкивиад в белом хитоне стоял в дверях. На его губах играла самодовольная улыбка, но глаза напряженно бегали. Голову жениха украшал миртовый венок, вокруг толпились его многочисленные товарищи. Почему же нет Сократа? Пандора обеспокоенно прикусила губу. Понукаемый и подбадриваемый со всех сторон Алкивиад вышел вперед. Тофон сделал шаг навстречу. Толпа гостей, стоящих вдоль стен, завороженно утихла.

– Благословенный день! – отец начал торжественную церемонию.

В этот миг Пандора отчетливо поняла: еще несколько мгновений – и ничего исправить будет нельзя. Очевидно, Алкивиад не собирался выполнять свое обещание. А значит, она должна раскрыть всю правду о нем! Пандора решительно сдернула покрывало с лица. Гости удивленно ахнули. Но Алкивиад, внимательно следившей за ней, резко поднял руку, привлекая внимание собравшихся.

– Подождите! – громогласно провозгласил он.

Повисла звенящая тишина. Пандора набрала полную грудь воздуха, чтобы крикнуть, но слова застряли у нее в горле.

Алкивиад опередил ее.

– Подождите! – повторил он. – Я узнал всю правду про эту женщину! – и он обличающе указал пальцем на Пандору.

Она хотела ответить, возразить, но у нее перехватило дыхание.

– Эта женщина вовсе не так чиста и благородна, как я надеялся. Оказывается, в Потидее, на глазах у всего афинского войска эта потаскушка бегала по ночам к своему собственному рабу! Этому есть множество свидетелей! Хорошо, что у меня есть настоящие друзья, которые открыли мне глаза и уберегли от необдуманной женитьбы! Но мой долг, как благородного мужа и гражданина, разоблачить это коварное семейство! Они завлекают достойных мужей богатым приданым, но никто не сможет поручиться, чьих детей будет растить муж, взявший себе похотливую женушку! – с этими словами Алкивиад развернулся и вышел.

Пандора застыла, продолжая сжимать в руках белое покрывало. Ее охватило оцепенение. Девушка с трудом стояла на ногах. Чувствуя, что задыхается, она судорожно глотала воздух. Послышались смешки и шушуканье. Неловко переглядываясь, гости начали расходиться. Отец, сжав кулаки, стоял рядом. Его трясло от ярости. Пандора бросила на него короткий взгляд и поняла, с каким трудом он сдерживает себя.

Наконец пышно украшенный двор опустел, и Тофон дал волю своему гневу.

– Подлец! Сволочь! – он подбежал к стене, сорвал миртовую гирлянду и начал злобно ее пинать. – Поганый пес! Я раздавлю эту тварь!

Пандора не могла найти сил посмотреть на отца.

Тофон подбежал к дочери и схватил ее холодную ладонь:

– Ничего… Я покажу этому мерзавцу! Проклятый лжец! Пусть только рискнет появиться в Пниксе! Я устрою ему веселую жизнь… Он ответит за клевету! Ничего… Я удвою, утрою твое приданое! У нас будет очередь из женихов! Как он посмел!

Отец обнял Пандору и покрыл ее лоб, щеки, волосы поцелуями. Ифигения стояла поодаль и сокрушенно качала головой.

– Я люблю тебя, доченька… Пусть болтают, что хотят… Пусть клевещут… Я-то знаю, какая ты сильная и смелая!

– Отец… – Пандора с трудом шевелила губами. – Я слышала, как Алкивиад рассказывал про Алексиуса…

Тофон отшатнулся и впился в девушку напряженным взглядом.

– Что тебе до этого предателя?

– Но ведь это он… Понимаешь, он… – Пандору трясло, она уже не могла сдерживать слезы. – Все, что приписывают Алкивиаду, сделал Алексиус! Это он придумал, как захватить Потидею и Олинф! Своей победой Афины обязаны ему! Алексиус помог мне, он заботился обо мне!

– Так это правда? Все, что сказал Алкивиад? – похолодевшим голосом спросил отец.

– Да… – прошептала Пандора.

Тофон с ужасом смотрел на дочь. На его лице застыла маска отвращения. Но Пандора, словно не замечая этого, погрузилась в свои мысли. Неожиданно она вздрогнула и схватила отца за руку.

– Отец, – сказала она срывающимся голосом, – а твое спасение?.. Ты же чуть не умер в плену, но кто-то из друзей помог тебе… Выкупил тебя и заплатил за лечение. Ты узнал, кто это был?

– Нет… Спрашивал, но никто на сознался… Но при чем тут это?

– Так ведь это он! – задохнулась девушка. – Тоже он, я уверена! Алексиус хотел отправить меня в Афины, когда я стала его рабыней. Но он знал, что ты тоже попал в плен, и искал тебя… Он специально ездил в Амфису, чтобы выкупить тебя. Он отрицал это, но я уверена, это был он! Ты должен помочь ему! Его нужно спасти!

Пандора зажмурилась, ее глаза заливали слезы. Она потянулась к отцу, но тот отшатнулся:

– Дочь! О чем ты говоришь? Опомнись! Этот раб обманывал нас раньше, обманет и теперь! Не знаю, что наплел тебе этот клятвопреступник, как он завоевал твое доверие и охмурил тебя… Ты доверчива и поверила его россказням, но, к счастью, справедливость восторжествовала. Ты дома, а раб на рудниках. Где ему и полагается быть. Пусть ты оступилась… Теперь я понимаю, почему… Но это все не важно. Даже если это правда – мне плевать! Я ни за что не обменял бы свою свободу на твою честь и твое счастье! И теперь не позволю тебе разрушать свою жизнь! – Тофон уже не говорил, а кричал. – Хватит! Иди в свою комнату! А я найду тебе нового мужа, пока нас не ославили на весь город! И в этот раз ты будешь делать то, что я скажу!

Пандора сжала кулаки и подняла подбородок:

– Нет!

– Что? – ошарашенно спросил отец.

– Я никуда не пойду, пока ты не поможешь Алексиусу!

– Тебе придется очень долго ждать!

– Тогда я пойду сама!

– Куда?

– К Периклу, в пританею, в Лаврион! Куда угодно!

– Всемогущие боги! Пандора, ты точно сошла с ума!

Пандора сделала шаг к двери, но Ифигения бросилась ей навстречу и заслонила выход.

– Не пущу! – кричала ключница. – Госпожа, одумайся! Никуда тебя не пущу!

Пандора затравленно огляделась. На шум и крики во двор сбежались слуги и теперь с любопытством и восторгом глазели на скандал.

Лицо Тофона налилось кровью, его ноздри широко ходили, с шумом втягивая воздух.

– Марш в гинекей!!

Девушка развернулась и пошла к себе в спальню, а отец все не мог успокоиться, продолжая кричать ей в спину:

– Я запрещаю тебе выходить! Слышишь? Запрещаю!!

…

Сборы заняли совсем немного времени. Пандора торопливо сняла белоснежный свадебный пеплос и равнодушно бросила его на пол. Закутавшись в свой любимый желтый пеплос, она накинула теплый диплакс и взяла сверток с рукописью Алексиуса. Каждый вздох давался ей с огромным трудом. Каждым шагом, каждым движением руки она словно разрывала тысячи нитей, связывающих ее с родным домом, вдруг ставшим чужим и невыносимым.

Пандора расправила плечи и решительно вышла во двор. Отец стоял с Ифигенией и давал ей какие-то указания, служанки убирали украшения со стен. При виде Пандоры Тофон вздрогнул, его лицо исказила гримаса отчаяния и боли.

Девушка отвернулась и пошла к выходу.

– Пандора! – отец подскочил к ней и схватил за руку. Его лицо было красным. – Ты куда собралась?! Я приказал тебе сидеть в комнате!

Художник Валерий Шамсутдинов

Пандора скользнула сквозь него невидящим взглядом.

– Я должна спасти его… – прошептала она.

– Спасти? Всемогущие боги! Да что с тобой!? Ты обезумела! Неужели ты забыла свой настоящий долг? Свою семью? Свой город? Все эти годы ты верила в свое предназначение! А теперь? Ты разрушаешь свою жизнь, отрекаешься от своего настоящего долга! Предаешь веру в богов и пророчество!

Каждый упрек пронзал ее, словно раскаленная игла. Пандора вздрагивала от каждого слова, как от пощечины. Но поступить иначе было выше ее сил.

Она зажмурилась, высвободила руку и пошла к двери.

– Стой!! – отец уже не кричал, а хрипел ей вслед. – Если ты не остановишься, если переступишь порог этого дома, ты мне больше не дочь! Я отрекусь от тебя! У тебя больше не будет родины и семьи! Никто не поможет тебе и не подаст руку!

У калитки Пандора на мгновение остановилась и оглянулась. Отец поймал ее взгляд.

– Я люблю тебя, отец, – тихо сказала она и закрыла дверь.

***************************************************************

Дорогие друзья! Большое спасибо, что читаете мой роман. Признаюсь, я вложил в работу над циклом "Рождение Богов" очень много времени и сил. На данный момент написано три романа. Надеюсь, что вы отметили иллюстрации к роману и работу над текстом. Все это требует не только времени, но и денег. Конечно вы можете поискать в интернете текст книги на пиратских сайтах и, возможно, вам улыбнется удача. Но, скажу честно, скачивая книгу на пиратских сайтах, вы существенно уменьшаете вероятность появления продолжения этой серии.

Если вам понравился роман, поддержите, пожалуйста, автора и купите его на этом сайте. Для вашего удобства я открыл скачивание текста. Большое спасибо за поддержку и понимание!